Юлия Бабчинская

Цветок империи

В то время как разум видит только границы, любовь знает тайные пути…

Джалаладдин Руми

(из книги, найденной в Тайном Архиве)

Пролог

U[1]

Она задрожала, убеждая себя, что всему виною мерное покачивание паровоза и ночная прохлада, прокравшаяся в купе, и крепче стиснула в руке нефритовые четки с гербом своего Дома. В глубине души Юви знала истинную причину такого волнения. Впереди ждало то, чего она не желала и мечтала избежать, спрятавшись навсегда в далеких южных странах, так приветливо приютивших сбежавших аристократов. Однако долг есть долг.

Железная машина неумолимо мчалась на восток.

– Ты замерзла? – заботливо спросил Кортис, накидывая ей на плечи теплую черную шаль. Юви переборола в себе отвращение к этому могильному цвету.

– В Ремесисе похолодало, там уже не тот мягкий климат, что раньше. Баланс нарушен. Надеюсь, это можно поправить. Как думаешь?

Юви сдержано кивнула. Она и сама прекрасно знала о переменах, а вдали от родины ловила любые новости. Когда руки юноши задержались на ее плечах чуть дольше нужного, наследница Дома Казиньяк отодвинулась.

Кортис был неизменным спутником и телохранителем девушки с тех самых пор, как пять лет назад погиб Роши, ее брат-близнец. В тот же год напали солидийцы, поглотив плодородные, насыщенные магией земли королевств Мартим, словно беззащитного мышонка, и сделав частью своей Империи. Кортис тенью следовал за Юви и, конечно же, сопровождал и теперь.

За окнами простирались густые леса, которые сменялись ночными долинами, похожими на бархатное покрывало. Она возвращалась в свой родной город, Ремесис, столицу Мартима и средоточие магии. Пусть он и назывался иначе, но Юви знала – этот город невозможно переименовать или переделать, его суть останется той же. Ремесис – это сила, какой не сыскать во всем белом свете.

Девушка придвинулась к окну, уткнувшись носом в холодное стекло. Нефритовые бусины нагрелись в ладони, а палец неизменно касался подвески с гербом семейства Казиньяк: лотос и кинжал. Разве удивительно, что именно ей выпал жребий стать орудием мести?

Отрастающие волосы уже щекотали Юви плечи, закрывая шею. К утру она снова отрежет их, а они снова отрастут. Так бывает у обладателей ремесиса. Только у мужчин древних знатных родов – женщины магией не владели. Но ее тайну знали лишь отец и Кортис. И мама, но она пребывала в беспамятстве. Возможно, и к лучшему.

– Отец уже на месте? – спросила Юви, поворачиваясь к юноше.

Карие глаза чуть потемнели.

– Да, все идет по плану. Он подготовил почву, и тебя ждут верные соратники. Несмотря на все гонения, многим удалось спастись. Я не говорю о тех предателях, которые сочли Солид вполне достойной заменой Ремесиса. Но у нас все получится, Юстиана.

– Я просила не называть меня так, – огрызнулась девушка и вновь отвернулась.

Юстиана Казиньяк умерла давно, в тот же день, как отравили Роши.

Все могло быть иначе, не возжелай Император северозападных стран Ремесис. Он сравнял город с землей и убил всех, кто владел магией. Почти всех.

– Юви, Ремесис вернет себе былую мощь. Ты возьмешь то, что тебе причитается, станешь единственной наследницей магии, и народ отблагодарит тебя.

Юви задрожала сильнее, кутаясь в шаль. Она надеялась, что Кортис не заметит ее волнения. Особенно при этих словах. Единственная… Это значило, что придется избавиться от второго наследника. Из магов остались в живых только они двое. Какой он теперь? Юви запомнила его мрачным подростком, правда, и виделись они всего раз или два.

Юви тряхнула головой. Нет, она не будет думать об этом предателе, не станет сожалеть, когда придется нанести решающий удар по Империи и тем, кто встал на сторону захватчиков. Юви сделает то, что нужно для народа Ремесиса.

Но сможет ли этот самый народ принять женщину-мага?

* * *

Когда они подъехали к перрону, в купе заглянула приятной наружности девушка в строгом черном платье с золотыми пуговицами. На каждой пуговке сверкала выгравированная черепаха – символ Императора.

– Добро пожаловать в Шаттрли! – проговорила она со сдержанной вежливостью.

Юви сжала руки в кулаки. «Ремесис! – хотела закричать она. – Не смейте называть мой город никак иначе!» Но она лишь сглотнула ком в горле и улыбнулась.

Ступив на платформу, Юви осмотрелась. В раннем сумраке утра мягко горели фонари, а вокзал возвышался чудовищной громадиной. Что до его архитектуры – он был помпезен, величественен, колоссален. И в нем не осталось ничего от тех плавных линий и воздушности, присущих прежнему городу.

У Юви сдавило в груди. Она упала на колени, касаясь ладонями шероховатого камня. Мир закружился перед глазами. Снова на нее посыпался град снарядов – армия Императора наслала на город смерть с воздуха из своих адских машин. Но жители устояли. Рушились дома, храмы, театры. Но они выдержали. Маги, в особенности архитекторы, восстанавливали все, что могли, ремесисом. Они воздвигли стену, спрятав за ней жителей. Замуровав их внутри. Город осаждали несколько месяцев, но Юви с семьей удалось бежать. Они так и не увидели падения Ремесиса.

Все закончилось одним осенним днем. Император хитростью забрал ключи от города. А кто владеет ключами, владеет и тайными стражами Ремесиса.

Юви забыла, как дышать. Воздух никак не хотел проникать в легкие. Ей стало страшно. В голове все затуманилось. В этот момент она не помнила ни где она, ни кто находится рядом, ни кто такая она сама. Юви затерялась среди мерцающих огней, и только странная дрожь пробирала тело.

Неведомая сила потянула ее вперед, и она почувствовала магию. Столь могущественный ремесис, как и тот, что она хранила внутри. Чужая магия была яростной, жаркой, мощной. Юви затрепетала от восхищения. Но было в этом пламени нечто холодное, что заставило ее отпрянуть. За мгновение до этого явился образ – перед ней на коленях стоит мужчина, его длинные черные волосы растрепаны, бездонные глаза полны желания и в то же время нежности. Она обхватывает его лицо ладонями. А потом он касается губами ее пальцев и трется о нее, словно котенок… Видение рассеялось, оставив Юви в темноте и холоде.

V[2]

Принц Виктор вздрогнул и проснулся. Что это было, страж подери! Он ощутил явную дрожь, и трясло не только его – весь дом словно всколыхнулся. Виктор вскочил с кровати, сжав в руке медальон, который всегда хранил на груди рядом с ключом Ремесиса. Накинул халат и понесся в кабинет. Все обитатели дома еще спали, но только не Мелисса.

– Ты это видела? – немедленно спросил он, распахивая тяжелые резные двери.

– Да, дорогой, – ответила дама в старинном костюме, смотревшая на него из картинной рамы. – Меня до сих пор слегка потряхивает.

– И что это?

– Мне кажется, у тебя появился соперник, – улыбнулась дама, состроив ему глазки.

– Это невозможно!

Он открыл медальон, внутри которого покоилась миниатюрная фотография девочки с воздушными белокурыми волосами. Принц Виктор со злостью закрыл его, сердце как всегда защемило.

– Снова оплакиваешь свою мертвую невесту? – язвительно спросила Мелисса. – Если бы я только могла утешить тебя… – вздохнул портрет.

– Это не твое дело!

– Но ты пришел ко мне, дорогой, – ласково отозвалась Мелисса. – Мне кажется, ты просто нервничаешь перед коронацией. Скоро все закончится. Ты официально станешь главой Дома Меримьян.

Виктор лишь покачал головой, вспоминая все, что он потерял и что еще потеряет.

Глава 1. Ключи от королевства

Ремесис, или «сила созидания», – древнее магическое искусство Империи Мартим, которая, как нам известно, разделилась на обособленные королевства еще 550 лет назад. Правители направляли эту высшую созидательную силу во благо народа, возводя города и устанавливая закон гармонии человека с самим собой и с окружающим миром. Магией ремесиса с давних времен управляли лишь мужчины, потомки Вечного Журавля, способные развить свою творческую энергию и упорядочить ее, обуздав хаос Первозданного Лотоса. Изучая ремесис, нам не следует забывать, что в его основу заложены не столько практические, сколько мировоззренческие принципы. Ниже привожу выдержки из рукописей мудрецов, что свидетельствовали о начале начал:

«Из воздуха и воды на заре времен зародилась первая магия. Она заполнила пустоту, сияя среди небытия и указывая путь всем и всему, что зарождалось после или зарождается до сих пор.

Путь открывается тому, кто готов узреть его. Пытаясь обрести гармонию с силами природы, прежде распахни окна своей души и познай ремесис внутри себя».

Руфус, король Дворца Ветра,

записки Тайного Архива

U

Она с детства знала, что не похожа на других, что внутри сидит нечто, способное отдалить ее от всего прочего мира. Так оно и происходило, день за днем, вплоть до их с братом тринадцатилетия.

Сначала это тревожило Юви, следом пришла радость от обладания необычной силой, осознание своей уникальности, но настал черед запретов и постоянных пряток. Все же наследником был Роши, а не она. Женщинам ремесис не поддавался, и все городские заботы, связанные с магией, лежали сугубо на крепких мужских плечах. Магия передавалась по наследству, от отца к сыну, никак иначе, и только в аристократических родах, которые, если верить преданиям, брали начало от самих Лотосовых Богинь, или иначе – Муз. Но вот в семействе Казиньяк родились двойняшки.

Маленькая Юви допытывалась у мамы – мол, как же так, прародителями магии были все же женщины? И тогда та рассказала легенду, согласно которой троица богинь – Белая, Красная и Желтая Тейры – были прокляты и заточены в ключи, положившие начало городу Ремесису, а их магию доверили мужчинам. Но за что они впали в такую немилость перед небесами, история умалчивала.

В пределах поместья родители не запрещали Юви пользоваться магией, но всячески ограждали от общества. Дилип и Сима Казиньяк перебрались после рождения двойняшек за городскую черту, подальше от любопытных глаз, а всем говорили, что их дочь не отличается крепким здоровьем. Но слухи имеют свойство искажать правду. И Юви приписывали слабость не только тела, но и ума. Она старалась не впускать в голову пришлые мысли и чужие сплетни, направляя всю себя в магию.

Отец по призванию был садовником – с помощью ремесиса он создавал чудесные парки, путешествовал по всем королевствам, заслужив себе имя и любовь жителей, а позже стал советником Девяти Королей. В их поместье царило вечное лето, поля благоухали лавандой феникса – оранжево-пурпурными пучками трав, напоминавшими живой огонь, ирисами и жемчужной травой. Возле дома охапками росли пионы всевозможных цветов и оттенков, заставляя сердце Юви замирать при каждом взгляде на них. В тени персиковых деревьев она любила танцевать, мелькая среди стволов, как среброкрылая бабочка.

Стоило в поместье приехать кому-то из города, она неизменно пряталась у себя в комнате. Чтобы не задавали лишних вопросов, особенно насчет диковинных белокурых волос. Темноглазые и темноволосые мартимьяне, высокие и поджарые, казались ей иногда другим племенем, а ее будто случайно занесло сюда ветром. Но в то же время Юви ощущала магию как нечто неотделимое от себя, а значит, ее место здесь, в Ремесисе.

Когда в их с Роши тринадцатилетие пришел черед первого светского раута, брат само собой поехал один. О Юви, о том, как она выглядит, почти никто не знал или не упомянул. Но Роши так и не вернулся. Брата отравили, и магия оказалась бессильна.

Юви сжала руки в кулаки, сидя на стуле ровно, совсем как в детстве. Ножницами щелкала не ее ласковая мама. Лезвия звенели колокольчиками, напоминая утреннюю трель в Ремесисе – ее прежнем драгоценном городе. Она на мгновение прикрыла глаза и вспомнила, как порой заматывала голову шарфом и сбегала от прислуги. Чаще всего угоняла коня, хотя жадно посматривала на отцовских «журавликов» – черные лоснящиеся автомобили, завезенные в страну в качестве подарка от иноземного правителя. Если бы они тогда знали, что следом за машинами придут и сами захватчики.

Юви тяжело вздохнула. Кудри опадали на пол лепестками смертельно опасного цветка. Кортис немедленно смел все до единой волосинки и затолкал в льняной мешочек. Магические волосы пойдут на зачарованные нити для формы их подпольной армии и на лекарства для сирот Ремесиса. Юви знала, что должна помочь своему народу хотя бы этим.

Но от нее требовали большего.

– Юви, обещай мне не перегнуть палку, как ты умеешь, – настойчиво попросил Дилип Казиньяк, отойдя в сторону.

Он посмотрел на дочь в зеркало. С этой нелепой короткой стрижкой она была похожа на мальчишку. Вылитый Роши, будь он жив.

Юви почти привыкла к новому цвету волос. Со своей белесой шевелюрой она бы выделялась здесь, а вот с темной походила на обычную мартимьянку. Маскироваться под граждан Империи Солид они с отцом не решились – он сомневался, что она продержит иллюзию для них двоих и не дал ей даже попробовать. А теперь придется выдавать себя за брата перед Белыми Журавлями.

– Просто сделай то, что я просил. Ни на каплю больше. Иначе стражи учуют ремесис. Помни, мастер – ты, а они – не более чем твои подданные.

– Хорошо, папа.

Юви посмотрела на состарившееся, но волевое лицо отца. Он всем сердцем радел за их народ. За город, бывший когда-то прекрасной жемчужиной восточных земель, но сдавшийся под напором легионов Императора Солида. Дилип Казиньяк хотел отомстить. И Юви каждый день повторяла себе, что это дело всей ее жизни. Больше ей ничего не надо.

Но так ли это? Ведь ей всего восемнадцать…

– Мы возьмем то, что наше по праву, и уйдем. Ты поняла?

– Поняла, папа.

Юви отвела взгляд к окну. Отец снова подступил к ней на шаг.

– Не ерзай. Челка выйдет неровной.

Да, сегодня ей исполняется восемнадцать. Но отец вряд ли это вспомнит. Народ Ремесиса превыше всего.

* * *

Юви шла следом за отцом по широкому проспекту, оглядывая грандиозный Собор– Музей. Архитектор постарался на славу, и, водя взглядом по сторонам, Юви мысленно восхитилась, что это дело рук всего лишь одного человека.

Мага. Ее соперника. Она быстро осеклась – не стоит питать хоть какие-либо чувства к этому человеку. Так будет проще убрать его с дороги.

Позади собора раскинулась набережная, а еще дальше поблескивал залив. Мужчины в черных фраках и женщины в таких же черных платьях прогуливались по мраморным плитам, напоминая важных птиц. Для этой миссии ее тоже упаковали в костюм с тугим сюртуком, и сейчас она скорее напоминала юношу – с острым личиком в форме сердечка и огромными зелеными глазами. Почти что Роши. Правда, его глаза были миндалевидными, как у других мартимьян.

Зайдя внутрь собора, Юви словно оказалась в брюхе громадного мифического существа, которое, как поговаривали, жило в водах залива Им. Один из тайных стражей, охранявший бывший город ремесленников. Возможно, и он был уничтожен при падении города. А может это всего лишь выдумки.

Первая преграда позади. Отец якобы пришел устраиваться на должность библиотекаря, а Юви сыграла роль его юного помощника. Стоило охраннику заикнуться, что они принимают на должность только урожденных солидийцев, как Юви не удержалась и заморочила мужчине мозги с помощью магии. Ее сила рождалась в танце, но на небольшие фокусы хватало легкого движения рук. Тем более, здесь никто не ждал подобного подвоха. Все знали, что ремесис остался лишь у одного человека – Архитектора.

Отец шел впереди, то и дело озираясь по сторонам. Возможно, сейчас он думал лишь о Роши или даже о маме, которая осталась на юге, предположила Юви. Она снова заскользила пальцами по воздуху, и папа преобразился до неузнаваемости. Его лицо стало моложе, волосы светлее – почти как у захватчиков, которые расхаживали здесь, как у себя дома. Но чтобы иллюзия продержалась, Юви стоило находиться поблизости. Отец что-то недовольно буркнул себе под нос и пошел дальше. Юви до сих пор не понимала, почему он не позволил ей пойти одной, – она бы справилась. Как бы ни охраняли ключи, любая преграда разрушилась бы перед силой ее ремесиса. Если бы Юви дала ему волю.

Но отец не разрешил.

«Только самая необходимая магия, Юви, не более». А затем пустился в пространные воспоминания о собственных юношеских опытах с ремесисом. Увы, как только сила перешла к Юви, отец остался без капли магии. Этот процесс мог занимать от пары месяцев до нескольких лет, но с Юви все было иначе. Просто однажды она проснулась и ощутила в себе прилив силы. И отцу пришлось полностью погрузиться в дела государства, отдалившись от магических. До сих пор всем в их семье руководил он. И только Дилип Казиньяк знал, как забрать ключи, не нарушив баланса, однако Юви этого секрета так и не раскрыл. Ей даже было слегка обидно, что он проявлял такое недоверие.

По легенде ключи всегда хранились здесь, в Храме Стражей – своеобразном месте силы, вокруг которого жители старого города возвели стены и построили свои дома. Стоило забрать ключи, и город ждали чудовищные катаклизмы. Правда это или нет, проверять никто не хотел. Но поговаривали, что именно своим поступком Император Солида – Аугуст Захватчик – всколыхнул саму землю Ремесиса и обратил в пыль тысячи жителей.

Сейчас на месте прежнего Храма стоял Собор-Музей. Сквозь купол пробивались лучи солнца. Лазурное небо наполняло пространство своей синевой, усиленной бледно-голубыми стеклами. В прежнем городе не было ничего подобного, как до поры до времени не было и стекол. Но нынешний Архитектор создал нечто иное, под стать новому правителю этих земель.

Архитектор. При мысли о нем Юви задрожала и бросила взгляд в сторону картин, чтобы как-то отвлечься.

Ее внимание привлекло величественное полотно в золоченой раме с вензелями и растительными узорами. Юви слегка отстала от отца.

Возле картины переминались с ноги на ногу несколько дам и девочек в строгих черных платьях, с покрытыми кружевными платками волосами. Одна из старших женщин ткнула в картину зонтиком, заставив Юви поморщиться. Там была изображена битва при Ремесисе, только с другого, незнакомого Юви ракурса. Ведь она находилась внутри, а легионеры Императора стояли снаружи, ожидая, когда город падет.

– А это они? – с дрожью в голосе спросила младшая из девочек, показав пальцем на черные тени за спинами легионеров. Из-под платка выбивались темно– русые косички.

– Конечно, Лали, это деструкторы, – объявила девушка с овальным лицом и огромными карими глазами. – Знаешь ведь, что мама говорила про них. Лучше не попадаться им в руки. Слышала? Так что не балуйся больше! И не бери мои ленты!

Девочка зажмурилась и отвернулась от картины.

По позвоночнику Юви прошмыгнул холодок. Она уверяла себя, что ничего не боится. Но деструкторы… От одного этого слова все внутри сжималось. Сила деструкторов была прямо противоположна магам– ремесленникам. Созидание ремесиса и разрушение деструкции. Те, за кого они брались, никогда не уходили живыми.

Но даже деструкторы были бессильны перед магией города. Пока Император не завладел ключами.

А теперь они с отцом заберут их обратно и вернут своему народу былую славу.

* * *

Ноги сами несли Юви вперед, ведь она досконально изучила чертежи и схемы собора. Но что-то странное витало в воздухе, заставляя все тело зудеть.

Стоило ей шагнуть в пустынную галерею, как произошло нечто неожиданное. Она все еще видела впереди спину отца, но вот к нему потянулось множество бесцветных нитей, оплетая его в кокон. Ловушка! Пальцы Юви затрепетали – она направила свою магию вперед, распутывая клубок. Довольно просто. Слишком просто. Должно быть, Архитектор расставил тут ловушки по велению Императора, но какие именно – об этом Кортис с отцом разузнать не смогли.

«Это нормально», – убеждала себя Юви. Ключи настолько ценные, что будут под охраной. Но она справится. С любой ловушкой. С любым замком. Долгие дни тренировок, ночные медитации, и она уже наизусть знала каждое па этого магического танца. Юви была прилежной ученицей. Все здание вибрировало от ремесиса Архитектора. Но она сильнее, Юви в этом не сомневалась.

Стоило отцу шагнуть на первую ступень, что вела наверх, к площадке под куполом, как лестница посыпалась у него под ногами. Юви вовремя подхватила бывшего советника страны Мартим, бережно опустив на пол. Всего лишь два раза дернуть ножкой.

Завершить танец ей ни за что бы не дали. Слишком большую мощь высвобождали эти магические движения. Созидание, что способно на разрушение. Ее собственный ключ к концу мира.

Отец стряхнул пыль с черного сюртука, в который облачился. Как и Юви, он ненавидел черный – цвет Императора, но в целях маскировки это было просто необходимо.

Девушка юркой змейкой скользнула между обломков, но тут на их пути вырос человек. Высокий, в строгой черной форме с золотыми пуговицами. Его лицо скрывал черепаший шлем.

– Вы заблудились? Или что-то потеряли? – спросил он, подходя ближе к Дилипу.

В следующую секунду антрацитовые нити потоком хлынули к ним, пронзая все, чего касались. Обломки ступенек взлетели в воздух, камень царапнул Юви по лицу острым краем. Волосы и одежда мигом покрылись грязью и пылью, кровь размазалась по щеке.

Лица нападавшего Юви так и не разглядела из-за этого устрашающего шлема. Но кто еще мог творить подобное? Должно быть, это и есть Архитектор!

Отец заверял, что у них получится проскользнуть незаметно, но Юви в глубине души знала.

Без боя они отсюда не уйдут.

V

Виктор надел полуночно– синий мундир с золотой вышивкой, приготовленный Мариэ, и Мелисса присвистнула.

– Ну ты и красавчик!

Получить комплимент от картины, пусть и живой, – предел мечтаний. Виктор поправил мундир и застегнул последнюю пуговицу на воротнике– стойке. Как и всегда, он чувствовал себя замурованным в этот костюм, который сковывал любое движение. Но покоренный принц уже стал привыкать. Вот что плохо. Ко всему привыкаешь, и, возможно, еще через несколько лет мартимьяне впитают новый уклад и правила Императора.

Поэтому нужно все изменить, это в его силах, ведь остался только он. И пусть на него бросают взгляды, полные презрения, ему плевать. Он сделает все так, как нужно. В первую очередь ради своей семьи.

Всю жизнь Виктор жил под присмотром сестер. Его холили и лелеяли, как настоящего принца. Он и был принцем. Несуществующей нынче страны.

Мартим. Страна ремесленников и мастеров, которые ткали из воздуха все, что взбредет им в голову, пользуясь различными видами искусств.

Принц Виктор оставил без внимания замечание Мелиссы и спустился в холл. Распахнул двери особняка. Перед ним выстроились военные Солида, которые ожидали его погрузки в автомобиль. Они боялись его, хотя он был в их власти. Предоставленный на волю судьбы. Нет. На волю Императора.

Виктор покрутил в руке черепаший шлем, который его обязали нацепить как символ верности Императору.

Сегодня ему исполнялось двадцать три, а значит, пришло время взять на себя ответственность за всю семью Меримьян и за всех оставшихся подданных Мартима, аристократов без магии, которым посчастливилось выжить, и простых горожан. Император сохранил их жизни, истребив всех мужчин из древних аристократических родов, кто обладал ремесисом. Оставил лишь его одного, чтобы ремесис не исчез, ведь если убить последнего мага, можно накликать неслыханные несчастья. Лишить магии не только Мартим, но и весь мир. Глупым Император не был.

Когда они остановились возле собора, который Виктор возводил сам на месте разрушенного Храма Стражей, принц стиснул челюсти. Все, момент пришел. Он пройдет эту пытку унижением, шутовскую церемонию коронации. Конечно, королем он не станет, а по-прежнему будет принцем, но вступит в обязанности главы своего рода. Пусть и ненадолго. Если выйдет то, что он задумал.

Его родные – мать и сестры – скорее всего уже там. Как и Риок, приставленный к нему легионер Императора. Сейчас он осматривает собор, чтобы ничто не помешало церемонии.

Больше никого там быть не должно. Ни других мартимьян, ни аристократии солидийцев. Ни Императора. Своим отсутствием Аугуст давал всем понять, насколько низко положение побежденного принца в обществе нового города.

Но ничего. Виктор вытерпит и это. Он не дрогнет, как и тогда, когда на его глазах Император обезглавил отца и других королей. Или когда деструкторы разорвали на части Мэй, его старшую сестру – в назидание остальным и ему самому. В его силах сохранить жизнь мамы и других сестер. Одно неверное действие – и пострадают все. Он всегда держал это в голове и не стал бы рисковать ими, даже ради народа. И когда он получил приглашение на встречу с тайной организацией мартимьян, то проигнорировал его. Он не мог так рисковать.

Принц Виктор почуял неладное уже на подходе. Кожу странным образом покалывало, будто воздух наполнился сотнями мельчайших стеклянных игл. Это нервировало. Что за чертовщина. Кто-то использовал ремесис. Что в принципе невозможно. После падения города никто из магов не уцелел.

Стеклянный купол собора сверкнул, будто в него попала молния, хотя небо оставалось ясным. Через мгновение Виктор понял, что вспыхнуло внутри, а не снаружи. Ключ от королевства был под угрозой. Его опередили!

Виктор приложил ладонь к груди – под рубашкой теплился другой ключ, который вручил ему Император. Аугуст отдал ему нечто столь ценное, зная, что Виктор не пожертвует своей семьей даже ради спасения народа. А без ключа он не смог бы в одиночку отстроить весь город с нуля.

Да, сегодня он хотел забрать второй ключ – они условились с Риоком, что тот вывезет семейство Меримьян из города сразу после церемонии. Легионер шел на неслыханное предательство, но для старшей сестры Виктора, Риты, этот парень сделал бы что угодно.

Тем временем Виктор даст отпор Императору, натравит на него стражей. Два ключа против одного, что хранился у Аугуста. И ремесис против деструкторов. Виктор долго планировал этот день, с того самого момента, как их вместе с другими семьями привели и бросили к ногам Императора сразу после Захвата. Пока главы семейств, свергнутые короли, слали проклятия в лицо Аугусту, его собственный отец преклонил колено перед новым правителем, предложив помощь в восстановлении города. Виктор никогда не забудет прощального взгляда отца. Он знал, как поступит Император. Куда выгоднее забрать себе принца. Виктор знал, о чем в тот момент думал отец. Молча, с невероятной гордостью на лице, он передал сыну свой дар – наследие королей Мартима.

И сейчас Виктор отреагировал сразу же. Он прикрыл глаза, взывая к силе ремесиса, и принялся за мыслительные упражнения. Одной рукой чертил в воздухе линии и знаки, а в голове мелькали символы, складываясь в чертежи. Из воздуха перед ним вырастала лестница, ступенька за ступенькой, дорожка в небо, что шла до самого купола.

Стоило Виктору ступить на нее, как купол взорвался, разбились вдребезги стекла и разлетелись тысячами осколков. Теперь принц бежал вперед, рассекая влажный воздух и ветер, что дул с залива. Набережная была совсем рядом, и Виктор успел заметить с высоты, как неспокойно колыхалась темно– синяя вода. Он и сам стал ветром, врываясь на смотровую площадку, к алтарю, где хранился заключенный в стеклянную сферу ключ, и с разбега врезался в преступника, всем телом придавливая того к полу, усыпанному стеклами.

Виктор успел заметить заплаканное, перепачканное пылью и кровью лицо, короткие волосы, словно посыпанные пеплом, щуплую мальчишескую фигурку. Сфера треснула в руках вора, и тонкая ладонь обхватила ключ. Малец даже не вскрикнул, хотя ему в спину, должно быть, впились осколки. Виктор и сам уже успел пораниться. Но вдруг яркий свет ослепил принца, заставив отпрянуть, и воришка выскользнул из-под него. А потом взмыл в воздух, безо всякой лестницы, и выпрыгнул наружу. Виктор вскочил, сбросив ненавистный шлем, и побежал следом.

– Лови его! – закричал откуда-то снизу Риок.

Принц мельком глянул на легионера, ставшего ему другом, – тот отбросил в сторону обломки и вытащил из-под них безвольное тело какого-то человека. Сердце Виктора забилось чаще. Их планы рушились. Были жертвы. Этот наглый мальчишка увел ключ у него из-под носа.

Мысли Виктора заработали быстрее, он строил, и строил, и строил. Возводил мост, по которому бежал за воришкой. Неожиданно, к совершенному удивлению Виктора, мальчуган в один немыслимый грациозный прыжок оказался над водой залива и камнем рухнул вниз. Виктор добежал до набережной и глянул на темную поверхность. Сейчас был лишь один способ добраться до мальца.

Виктор рывком расстегнул мундир, золотые пуговицы с черепахами посыпались на гранит, отскакивая в воды залива. Он распахнул рубашку, обнажая ключ – мерцающий всеми цветами радуги прозрачный круглый кристалл, перехваченный металлическими жгутиками.

– Явись ко мне, Вима, тайный страж Ремесиса, – прошептал принц Виктор.

Именно стражи его ключа, Белой Тейры, охраняли водные источники города. В тот же миг зашевелилась статуя женщины с длинными волнистыми волосами. Она стояла, устремив взгляд в морскую даль, будто ждала своего возлюбленного. Но вот камень ожил, пришел в движение. Тяжелая ступня сдвинулась с места, еще и еще, а потом девушка легко спрыгнула с пьедестала и бросилась в воду.

Виктор ждал, доверившись магии самого города. Со стороны боевых кораблей он заметил движение – оттуда отплыла небольшая шлюпка с темноволосым юношей на борту. Сообщник?

Вода забурлила. Кто бы ни был этот воришка, он владел ремесисом. Но каково ему будет совладать со стражем!

Огромный всплеск был ему ответом. Виктор ожидал, что увидит хранительницу залива, но на поверхности появилась светлая голова. Воришка! Куда же делся страж? Виктор устремился вперед, создавая под ногами мостик. Тогда он сам догонит того, кто осмелился нарушить его планы.

Гигантская стена воды преградила ему дорогу. И как бы Виктор ни пытался пробиться сквозь нее, ничего не выходило. Наконец из воды показался страж – хранительница уцепилась за мостик и выбралась наружу. По ее каменному телу шли трещины.

– Что дальше, господин?

– Ты не справилась с заданием! – зарычал Виктор. – Ключ ушел от нас!

– Простите меня, господин, но…

– Я – Архитектор! Я возродил тебя и всю вашу братию! И чем ты отплатила мне?

– Я думаю, если вы разбудите морского змея, он сможет…

– Змей не откликается, как бы я ни призывал его. Кто это был? Что за сила?

Статуя молчала.

– Возвращайся на место, – тихо приказал ей Виктор. Он обернулся – к нему уже бежали люди Императора. Ничего хорошего он не ждал.

U

Крепкие руки Кортиса вытащили ее из воды.

– Слава Ремесису! Юстиана, ты цела?

Он прижал ее к груди, поцеловал в макушку, и она задрожала еще сильнее. Юви даже не сразу поняла, что плачет, но остановиться не могла.

– Тише, тише, – покачал ее на руках Кортис. – Нам нужно уходить, как можно скорее. Император бросит за нами все силы… Ключи ведь у тебя?

Юви коротко кивнула, разжимая затекшую руку, – она так сильно сдавливала ладонь в кулак, что ключ отпечатался на ней. Кортис лишь восхищенно ахнул.

– Ты сделала это! Дилип знал, что ты справишься… Но почему ключ один?

Новый спазм сдавил ее горло, стало трудно дышать. Зачем, зачем отец так поступил? Он знал! Знал, что там будет… кто там будет.

Он отвлек того человека, лишь мельком взглянул на нее. Ты сделаешь это, будто говорил он. А когда шея отца хрустнула, Юви бросилась бежать, проклиная себя. Но она должна была выполнить его волю. Если бы она сразу все сделала по-своему!

Неужели их приезд будет бессмысленным? Неужели смерть отца впустую? Ноги несли ее вперед и вверх, воздух подхватывал охваченное магией ремесиса тело. «Только не журавлиный танец», – предостерегал отец. Но может момент настал?

Нет, пока она справится и так. Легкие движения кистей оживили магию, воздух сверкал вокруг Юви, она устремилась к ключам, знала, где им положено находиться. Ведь если забрать ключи из Храма… Отец говорил, что знает, как сделать это безо всяких последствий. Но разве у нее был сейчас выход? И если отец знал, возможно, стоило довериться ему.

Юви обхватила ладонями сферу с ключами, но в этот момент ее сшибла неизвестная сила. От такой мощи у нее перехватило дух. Она успела лишь заметить, что ключ один. Один! Где же все остальные? Должно быть, Император спрятал их в разных местах.

Ее придавило к полу, словно каменной плитой. Перед глазами мелькнули золотые пуговицы императорской формы.

Это тот человек, что убил ее отца? Юви уловила быстрый ритм сердца – девушка чувствовала его на каком-то новом, невероятном уровне, будто только она могла распознать магические волны, которые оно излучало. Архитектор!

Юви вспыхнула от ярости, и ремесис вторил ей. Она отдалась силе, направляя магию на создание непроницаемой оболочки вокруг себя. Ее окутал мерцающий пузырь, отталкивая от нее мужчину. Тот согнулся пополам, шлем слетел с черных коротко остриженных волос. И Юви побежала прочь.

До сих пор Юви трясло от напряжения и гнева. Кортис крепко держал ее за руку, уводя за собой все дальше. Они прошмыгнули на дремлющий военный корабль. Юви знала, что Император мог оживлять эти мощные машины с помощью ключей, но пока здесь никого не было. Кортис подготовил их отход со всей тщательностью. Юви и подумать не могла, что уйдет отсюда без отца. А Кортис будто бы знал, как все сложится. Он ждал обратно лишь ее одну.

Девушка резко остановилась и выдернула ладонь из руки телохранителя.

– Дальше я пойду одна!

– Что? О чем ты говоришь?

– Нет, я не могу… Все не так, неправильно. Ну почему он не доверился мне? Зато ты все знал, Кортис! И ничего не сказал!

– Юстиана, прекрати истерику, и пойдем, скоро здесь будет жарко.

– Вот ты и иди, Кортис.

Юноша раздраженно провел ладонью по темным растрепанным волосам и глянул на нее с тем же выражением, что и отец. Кортис считал себя не просто ее телохранителем или наставником, но другом, а может и кем-то большим. Только сейчас она не позволит себе даже думать об этом.

– Юви, не делай этого.

Кортис склонил голову набок, уговаривая ее. А что еще он мог против ремесиса? Или против ключа?

Юви стало любопытно, что же такого в этих ключах, если ради них уничтожают целые города и истребляют народы. Вот один из них в ее руках. И что дальше?

– Уходи, Кортис, немедленно.

– Я не могу оставить тебя!

– Тебе придется. Я не собираюсь больше смотреть, как кто-то умирает. Ты не в силах здесь что-либо исправить. Но я могу.

Легкая волна ремесиса пробежала по ее телу и устремилась к Кортису, подталкивая его.

– Я сделаю все сама. Мне не нужна ничья помощь, ни твоя, ни остальных.

– Но они ждут тебя, ждут возвращения Белого Журавля.

Времени оставалось все меньше. Теперь искали ее, а не Кортиса, ему опасно быть с ней рядом.

– Они не знают, кто я такая на самом деле.

Юви взмахнула руками, вызывая воздушный поток, отталкивая Кортиса все дальше и дальше. Он сопротивлялся, пытался идти наперекор ветру. Но никто не мог противиться ее ремесису.

Когда Кортис оказался на значительном от нее расстоянии, Юви встряхнула длинными волосами – чем больше она пользовалась магией, тем сильнее они отрастали, а потом вновь применила иллюзию, окрашивая их в черный цвет. Белому Журавлю здесь не место, а вот обычной девочке Юви…

Она найдет способ достать остальные ключи.

Девушка выбралась на набережную, на ходу создавая для себя приличное солидийское платье – длинные черные юбки, тугой корсет, атласные ленты. Новые туфельки застучали по гранитной мостовой. Она не знала, куда ей идти, и поэтому пошла куда глаза глядят. Ей хотелось прямо сейчас изучить ключ, разгадать его силу, но было не время и не место. А еще она отомстит тому человеку, что унес жизнь ее отца, что предал свой народ и безропотно подчинился Императору. Как же она ненавидела Архитектора! Она вырвет сердце из его груди и скормит стражам Ремесиса. В этом она не сомневалась.

Глава 2. Танцы под дождем

Природа Ремесиса, главного города королевства Мартим, неразрывно связана с его обитателями. Мужи, способные к магии, испокон веков охраняли и оберегали территорию, исторически известную на Бесконечных землях Имгэ как «зеленый дракон», ибо именно здесь пролегают энергетические «драконовы жилы». Дракон – сердце и главный страж материка. Три другие территории всегда подчинялись ему, а именно – Тигр, Черепаха и Феникс. Но со временем древние ландшафтные границы стирались, уступая место новым королевствам и государствам.

Маги Ремесиса могли общаться с духами– хранителями, с силами самой природы, а некоторым открывались ключи от Империи. В колыхании ветра, в очертаниях гор, в сиянии воды видели они незримых тайных стражей, которые могут стать явными при должном обращении к ним.

Порою созерцание великих сил природы подобно танцу или звукам музыки. Маг сливается с природой окружающего его бытия, находя спокойствие и безграничную мощь внутри себя.

При возведении городов маги Ремесиса заключали более мелких стражей в орнаменты и статуи, в то время как крупные всегда покоились среди стихий.

Ключи связывают энергетические линии воедино, позволяя магии жить. Если забрать ключи с территории «зеленого дракона», поток единой энергии материка разрушится. Дракон, Феникс, Тигр и Черепаха канут в небытие.

«Территория зеленого дракона»,

этнографические заметки путешественника, Тайный Архив

V

Тяжелым шагом Виктор приближался к Беломраморному Дворцу, первому из восьми, что он воссоздал в Ремесисе. По обе стороны от входа трепетали на ветру, словно подернутая рябью вода, черные знамена с золотой коронованной черепахой, гербом Империи Солид. Однако рядом с ними появились и другие – с оскалившимся белым тигром. На мгновение это озадачило Виктора.

Сопровождавший его охранник поправил шлем и шагнул к принцу, однако тот тихо, но убедительно рявкнул:

– Не смей меня трогать!

Виктор предчувствовал, что вместо воришки поплатится сам. Император потребует объяснений. Возможно, Виктор уговорит старика, как делал уже не раз. За пять лет жизни под гнетом захватчиков принц в некоторой степени научился манипулировать Императором, к недовольству его отпрыска. Блюда Ремесиса пришлись Аугусту по душе. Виктор нашел лучшего повара среди мартимьян, сотни раз желал подсыпать в тарелку старику яда или, прибегнув к магии, обрушить мраморные плиты на его голову, вопреки всем созидательным принципам. Но поблизости маячили деструкторы, а Виктора неизменно сопровождал Риок, удерживая от необдуманных поступков. Если бы не его рассудительность и твердое плечо, вовремя подставленное сломленному принцу, тот давно бы уже сдался.

Риок напоминал ему, ради кого он, Виктор, до сих пор дышит.

Не меньше яств приглянулись Императору и мартимьянки, которые славились своей красотой на весь материк. Особенно выделялась их миловидность на светских раутах и балах, куда съезжались делегации со всего материка. Худенькие, юркие как змейки черноволосые мартимьянки казались воплощением изящества на фоне дородных и невыразительных солидиек с их пшеничными косами или кудрями, а также образцами ума и кротости в сравнении со вспыльчивыми уроженками земель Феникса или воинственными женщинами племен Тигров. Если Феникс еще держался, то тигриц уже давно задавили солидийцы.

Да, все это было раньше. Виктор еще помнил те спокойные времена, когда представители народов улыбались друг другу и вели переговоры. Все – ложь, обман и притворство.

Он отчетливо запомнил последний бал перед Захватом. Все потому, что со дня на день должны были объявить о его помолвке. Но сначала пришли скорбные известия о гибели его невесты, а следом, спустя всего несколько месяцев, Император Солида объявил им вой ну.

Если к обжорству Аугуста Виктор относился спокойно, то его похоть вызывала отвращение. Он собрал целый гарем из мартимьянок и назвал их своими «леди». Там же оказалась и старшая из выживших сестер Виктора, Рита.

Охранник оскалился, отступил в сторону и кивнул другому. Виктор как раз приблизился к черному автомобилю, который замер, словно хищник, возле входа. Дверцы распахнулись, и оттуда одну за другой вывели женщин его Дома. Маму и пятерых девочек – Риту, Мариэ, Дженни, Ксиу и даже Лали. Поодаль стоял Риок, то сжимая, то разжимая кулаки в черных кожаных перчатках. Охранник грубо схватил под локоть Риту, ухмыльнувшись Виктору. Риок дернулся вперед, но Виктор мгновенно материализовал в воздухе камешек и залепил другу в шею. Легионер провел ладонью по загривку и свирепо глянул на него. Пришел черед Виктора отрезвить друга. Риок злился не просто так – Виктор сам знал, что облажался. Сейчас его родные могли быть уже за пределами города, мчаться на поезде на юг, к свободным странам Феникса.

Рита, округлив густо подведенные сурьмой глаза и поджав алые губы, прошла мимо, миновала колонны из белого мрамора с закатно– розовыми крапинками и скрылась за гигантскими дверьми здания, по которым, словно змеи, бежали черные прожилки. Лали, их младшенькая, всхлипнула, заставив Виктора напрячься еще сильнее. Мама потянула ее за руку, чтобы та не отставала. Госпожа Меримьян умела сохранять достоинство перед лицом смертельной опасности.

И только дома, за стенами их надежной крепости, куда не проникали глаза и уши императора, она могла дать волю чувствам, оплакивая всех, кто погиб.

Виктор тряхнул головой. Солнце сегодня не щадило, припекало голову, кипятило и без того буйную кровь. Давно уже погода не радовала теплом, но сегодняшний день выдался исключением из правил.

Император не притронется к нему, нет нужды. Зачем, если есть другие. Виктору было все равно, что случится с ним самим. Но если вновь пострадают те, кого он любил… Он может и не сдержаться. Всякому терпению есть предел. А его собственное способно закончиться с минуты на минуту. И только мысли о семье хоть как-то сдерживали его.

Наконец всех пленных завели внутрь. Все эти пять лет они являлись не более чем политическими заключенными, вот только никто не вступился бы за них. Страны Феникса предпочитали держаться от Империи на расстоянии, ведя торговлю и наращивая силы, чтобы однажды дать отпор Солиду. Раны самих мартимьян были еще слишком глубоки, как и страхи.

После Захвата выживших оставили при дворе нового правителя – Аугуст позволил им жить на родных землях, но обязал служить ему. Люди без магии не представляли для него угрозы, ведь за его спиной стояли сами деструкторы.

«Скорее бы все закончилось», – мелькнула в голове Виктора злобная мысль.

По алому ковру семейство Меримьян провели до самого трона. По обе стороны живым коридором выстроились аристократы Солида и даже кое-кто из мартимьян– перебежчиков. Трон пустовал. Виктор распрямил плечи, игнорируя косые взгляды собравшихся. Но зачем здесь все они? Пузатые мужчины в строгих костюмах, неулыбчивые матроны в чопорных черных платьях и их юные благочестивые дочери, множество вышколенных легионеров в шлемах черепах. А возле трона замерли три высокие тени – деструкторы в длинных обсидиановых плащах с золотыми стрелами Солида.

Маму и сестер подвели к самому трону, и у Виктора заледенели внутренности. Но Император не был глуп: он знал, какую силу мог высвободить побежденный принц – он обрушил бы небеса на Шаттрли, прежде чем деструкторы добрались бы до него. Некоторое время он продержится, а потом будь что будет.

Виктор приготовился к худшему.

Но вот из-за спин деструкторов появилась худощавая фигура.

– На колени! Император! – выкрикнул легионер.

Все присутствующие разом опустились на колени, и только Виктор помедлил, пытаясь осознать увиденное.

– На колени!

Впереди вскрикнула Рита – охранник пнул ее в живот. Виктор создал в руке каменную сферу и сдавил со всей силой, наслаждаясь тем, как камень крошится в ладони. Он опустился на колени и склонил голову, стиснув челюсти так, что свело скулы.

Среди абсолютной тишины раздались громкие отчетливые шаги – звонкое цоканье широких каблуков по мраморному полу. Виктор нахмурился. Но вот в поле его зрения появились ботинки с золотыми носками. Октавиан? Только сын Императора мог щеголять в подобной обуви. Он, наверное, и спал в обнимку с золотыми слитками из сокровищницы Ремесиса, мрачно подумал Виктор.

Принц резко поднял голову, встретившись взглядом с отпрыском Захватчика, и тут же получил тростью по щеке. Октавиану очевидно не понравилось выражение его лица. Подавив внутренний рев, Виктор вновь уставился в мраморный пол, который устилал здесь сам. Император Аугуст был столь жаден до магии, что взвалил строительство нового города на плечи принца, повелев возвести Девять Дворцов в честь девяти поверженных королевств Мартима, но Виктор пока не мог завершить строительство последнего. Дворец Ветра. Дворец его отца.

Шаттрли вырос на его, Виктора, крови и стараниях. И пускай. Только он мог справиться с такой ношей. Только он в ответе за свой народ. И за свою семью. Ему нужно выжить и продержаться еще немного.

– Не ожидал, Виктор? – раздался язвительный голос Октавиана. – Можешь встать. Император велел тебе встать!

Виктор поднялся на ноги. Октавиан был чуть ниже и уже в плечах, но всегда держался с превосходством, которое воспитывали в нем с пеленок.

– Да, теперь Император я. Отец… ну, в общем, похоже, он съел что-то не то. Знаешь ли, все эти омары и лобстеры в итоге его добили. Я предупреждал, что в водах Има не может водиться ничего пристойного. Ну, разве что женщины в Мартиме более– менее сносные. Да, Рита? Подойди.

Сестра, склонив голову, приблизилась и встала подле Октавиана.

– Моя драгоценная леди… Что же ты, не рада? Теперь я Император. А ты не знал, Виктор, что отец подарил Риту мне? – Октавиан встряхнул волнистым светлым чубом и вновь посмотрел на принца. – Ты разве не сказала ему?

Виктор мельком взглянул на Риту. Сестра поджала губы, из уголка глаза скатилась слезинка. В следующую секунду Рита улыбнулась и осмелилась посмотреть на Октавиана.

– Я очень рада, мой Император. Быть вашей леди – огромное счастье для меня.

– За это я очень ценю тебя, Рита. Правда. Слышишь, Виктор? Я ценю твою семью! Я сохраню ваши жизни, как это сделал мой отец.

Про случившееся в соборе новоиспеченный император молчал – видимо, не желал говорить про свой провал при остальных. Значит, Октавиан устроил себе коронацию именно сегодня!

– Сообщу вам еще одну важную весть, – проговорил Октавиан, глянув на Виктора бледно– сиреневыми дьявольскими глазами. – Скоро будет свадьба. Да, Виктор, отец слишком долго откладывал это событие. Ты женишься на одной из наших прекрасных дам Солида. На ком именно? О, это будет интересно! На днях устроим торги. Какая женщина сможет устоять против соблазна выкупить призового жеребца? Да, дамы?

По залу прокатился звонкий смех.

Виктор поймал взгляд Риты. «Не горячись», – словно говорила ему сестра. Принц знал, что это значит. И избегал этого все пять лет своего плена. Отговаривал Аугуста при каждом удобном случае.

Ведь стоит появиться на свет наследнику, рожденному от него мальчику, и сам Виктор перестанет быть нужным. Как и все его семейство. Магия перейдет к сыну, ребенку, которым можно будет запросто управлять. Для Октавиана это прекрасный шанс завладеть ремесисом, пусть он сам и пустышка. За прошлые столетия многие желали заполучить магию, но она хранилась лишь в Ремесисе, а вдали от него слабела. И только Аугусту удалось, казалось бы, невозможное. Если бы Виктор только смог разгадать его секрет…

Когда он женится, род Ремесиса продолжится, но главой Дома будет не он. Он подведет всех.

– Вот, возьми. – Октавиан достал из внутреннего кармана мундира, расшитого золотой нитью, черный конверт с гербом Солида и передал ему.

Аудиенция была окончена. Октавиан всем дал понять, что не просто пойдет по стопам отца, но и превзойдет его. Они пленили магию, укротили Архитектора, что дальше? Чего еще возжелает Империя Солид?

Когда их усадили в машину, и Риок повез их обратно в особняк, Виктор открыл конверт.

«Отыщи ключ, Виктор, или я лично сожгу твоих ведьм на площади Центрального Дворца. А прежде поближе познакомлюсь с ними. Рита весьма неплоха. Скоро будет осенний бал, и в качестве подарка жду еще одну прекрасную мартимьянку к себе в гости. Не жадничай. И да, отныне можешь официально считать себя Главой Дома».

Виктор скомкал письмо и выкинул в окно.

– Что там, дорогой? – вкрадчиво спросила мама.

– Ничего, – огрызнулся Виктор, отвернувшись к окну, за которым проносились помпезные здания Шаттрли.

* * *

Пару дней Виктор не высовывался из кабинета, который прежде принадлежал отцу. Принц постарался воссоздать здесь все, как было раньше, но многие предметы упрямо отказывались восстанавливаться. Даже портрет – проявившаяся на нем женщина всем своим видом выдавала уроженку Солида. То, как обошлись со здешней магией, отражалось на всем. В том числе и на погоде, которой умело управлял его отец, король Руфус. Небо за окнами особняка хмурилось, холодало. Подкрадывалась промозглая осень. Если прежде в это время стояла прекрасная золотая пора, воздух был теплым, и можно было ходить в легких одеждах до наступления весны, то теперь все переменилось. Город будто оплакивал своих жителей. Больше не было весны. Только вечная нескончаемая осень.

Виктор перебирал бумаги, заглядывал в старинные книги, надеясь найти зацепку, понять, как его семье избежать злой участи. Да и ему самому – есть ли способ отменить свадьбу или хотя бы отсрочить. Он не желал связывать себя узами с любой из девушек, и неважно из Солида она или из Мартима. Его сердце было отдано давным– давно лишь одной, и предавать ее он не собирался. Вот только она умерла, напомнил себе Виктор. Когда эта мысль в очередной раз болью отдалась в его душе, и терпеть стало невыносимо, Виктор еще сильнее сосредоточился на работе. Чтобы выжить, он кидался в омут с головой – окунался в работу, развлечения, да во что угодно.

Виктор вновь прокрутил в голове все, что случилось в соборе. Риок рассказал, что одним из воров оказался бывший королевский советник Мартима – Дилип Казиньяк. При попытке забрать ключ его завалило обломками.

Сердце Виктора защемило от воспоминания об этом человеке. Он стиснул в руке медальон с миниатюрой. Дилип сбежал из Ремесиса незадолго до вторжения, но его сын, к которому перешла магия, давно погиб, как и его дочь. Кто же тогда был с ним? Что за светловолосый юнец? Неужели Дилип вернулся из заграничных земель с союзниками? Неужели Фениксы откликнулись?

В дверь постучали, и Мариэ просунула остренький нос в кабинет.

– Тебе точно ничего не нужно, брат?

– Только чтобы меня оставили в покое! – крикнул он.

Мариэ тут же захлопнула дверь – все знали, что в таком настроении к Виктору лучше не приближаться.

Виктор с помощью ключа Белой Тейры призвал водных стражей Ремесиса, наказав им следить за всеми изменениями в городе. Но ничего странного они не почуяли. Хотя кое-что необычное все же случилось. Город, откуда ни возьмись, наводнили стайки серебристо– белых журавлей, которые исчезли незадолго до нападения на город. Они слетались к водоемам, их видели все чаще и чаще. А Виктору это действовало на нервы. Он распахнул книгу, на странице которой красовался герб Ремесиса – лотос и журавль.

К вечеру Виктору надоело сидеть в четырех стенах, он наказал Риоку присматривать за сестрами, поставил защитные ловушки на доме, чтобы сюда не проникли недоброжелатели, а сам выпорхнул в дождливую ночь, даже не удосужившись переодеться.

Легкая темно– синяя рубашка быстро намокла, и Виктор – скорее от нечего делать – соткал из воздуха непромокаемый плащ. Его главной магией была архитектура, но магия – сила гибкая и раздольная, и каждый, кто владеет ею, может обучиться чему-то, кроме своего непосредственного ремесла. Будучи единственным выжившим магом, Виктор попробовал себя во многом. Он частенько тренировался, когда оставался наедине с собой.

Головной убор он тоже взять не потрудился. Зато прихватил бутылку ирисовой настойки. Не самое лучшее решение, но ему нужно было отключиться от суеты этого мира. Пока Виктор дошел до салона «Жасмин», настроение его немного улучшилось. Настойка согревала, затуманивала мысли, заставляла забыть о прошлом. Ирисы забвения, что росли на полях и в ущельях Ремесиса, обладали мощным эффектом, поэтому употреблять их можно было строго в ограниченных количествах, иначе ты рисковал потерять память.

Виктор уже хотел было зайти внутрь салона, когда повернул голову и увидел в переулке, за завесой дождя, тонкую девичью фигурку. Она раскачивалась из стороны в сторону, и он не сразу понял, что девушка танцует. Далекое воспоминание все же смогло пробиться сквозь туман. Их народ обожал танцы, совершенно не те выверенные шаги и движения, которые царствовали на императорских балах. Танец был искусством, а танец Ремесиса в первую очередь знаменовал для Виктора утраченную свободу.

Девушка то заносила руки над головой, то обхватывала себя, покачиваясь, словно на волнах. От ее танца веяло грустью. Длинные черные волосы облепили плечи и талию, зеленая юбка, скрепленная двумя брошками, взлетала в воздух дерзкими знаменами, обнажая стройные ноги. Как только она не продрогла в этом наряде?

Виктор шагнул вперед, поддавшись желанию согреть танцовщицу. Туман в голове сгустился, и вместе с инстинктом защитить и обогреть пришло более жгучее чувство, с которым было трудно бороться. Что это за соблазнительное видение перед ним? Может, девушка лишь померещилась ему? Виктор отпустил дверную ручку и чуть качнулся. Он просто хочет убедиться, что перед ним не мираж. И в то же время он мечтал забыться в объятиях какой– нибудь красотки, пусть ненадолго.

Настойка разогревала кровь, кидая его в жар, разливая негу по всему телу. Принц Виктор в несколько шагов сократил расстояние между собой и девушкой, буквально поймал ее в воздухе, когда она выделывала очередное па, так крепко, будто все еще сомневался в ее реальности. Прижал хрупкую танцовщицу к стене – девушка из плоти и крови, настоящая. В голове что-то вспыхнуло, пронзило его насквозь. Девушка вскрикнула, встрепенулась, как пойманная птица. Как же вкусно от нее пахло. Виктор зарылся носом в ее густые волосы, ощущая странное покалывание во всем теле. Не ведая, что на него нашло, он ухватил ее за тонкие запястья, заводя ей руки над головой.

– Отпусти! – звонко сказала девушка, изворачиваясь в его руках.

По-прежнему моросил дождь, оставляя крошечные капельки на лице девчонки. Она была очень даже ничего, заметил Виктор, разглядывая острый подбородок, аккуратный нос и надутые губки. Зеленые глаза казались слишком огромными. И яростно пылали.

Девушка пыталась оттолкнуть его, но Виктор держал ее крепко.

– Только позволь, – прохрипел он. – Я не обижу тебя.

Великий Ремесис! Он вовсе не собирался удерживать девушку силой, но и отпустить отчего-то не мог.

Он провел губами по ее шее, обхватывая мочку уха. Его тело встряхнуло так, как никогда раньше. Не настолько же он захмелел от пары капель настойки! Девушка вдруг замерла в его руках. Он лишь слышал, как колотится ее сердце. От страха? Или она почувствовала то же, что и он?

Виктор отстранился и взглянул на нее – два сверкающих зеленых глаза все так же прожигали его. Они переливались немыслимыми перламутровыми оттенками. А может ему это лишь показалось, и виною всему ирисы.

Девчонка была ниже его почти на голову, с тонкой талией, но ее взгляд буквально метал молнии.

– Ты меня отпустишь? Или считаешь себя таким неотразимым?

Туман слегка отступил. Виктор разжал ладони на запястьях незнакомки, девушка оттолкнула его и скрылась за дверьми салона.

– Ну и девица, – присвистнул Виктор и поплелся в «Жасмин».

Ему срочно нужна была теплая постель. И немного ласки.

А беды, что свалились на него, он будет разгребать завтра. Нужно продержаться хотя бы до тех пор, пока его семья не окажется в безопасности.

U

Юви влетела в зал, подхватывая на ходу поднос с напитками. Ее всю трясло от злости. Что позволил себе тот мужчина? Еще никто и никогда не смел так себя вести с ней. Зная себя, свой долг перед другими, она никогда не пошла бы на такую фривольность.

– Изумрудного эля сюда! – крикнул посетитель, которого, как пчелки, облепили девушки.

Среди столиков расхаживала важной походкой матушка Руби, хозяйка салона «Жасмин».

Юви вильнула бедрами – она не отличалась соблазнительными формами здешних девушек, но ловкость и долгие годы практики танца и боевых искусств позволяли ей буквально скользить по воздуху и носиться по всему залу, раздавая напитки.

Она могла уложить того незнакомца на лопатки в два счета! И не только магией. И что? Почему же она размякла? Просто не хотела высовываться и привлекать к себе внимание, заверила себя Юви. Ей вдруг стало невыносимо грустно – среди всего здешнего веселья и вечерней кутерьмы острее всего ощущалось отсутствие отца. Юви старалась забыть тот тошнотворный хруст, который эхом отдавался в ее собственном позвоночнике. Она и подумать не могла, что подобное случится у нее на глазах, – она была такой всесильной, а не сделала ровным счетом ничего, чтобы спасти отца. А может, просто не верила, что он способен погибнуть. Или…

Или еще сама не была готова забрать чью-то жизнь.

Девушка облетела зал, замечая, как обидчик заходит внутрь салона и плюхается на алый бархатный диван. Чтобы отвлечься от мрачных мыслей, Юви принялась рассматривать его. Очень красив, непростительно. Истинный мартимьянин, с грубоватыми чертами лица, присущими их народу смоляными волосами и миндалевидными глазами, которые распахивали врата в Бездну.

Юви и правда засмотрелась. Даже рот приоткрыла от неожиданности, стараясь убедить себя, что этот человек настоящий, а не плод ее фантазий.

К нему тут же потянулись девушки: две присели рядом, еще две встали за спиной – их руки, словно белые змеи, заскользили по бархату плаща и тонкой сизой ткани рубашки, скрывавшей крепкие плечи и торс.

– Чего застыла? Двигайся! – толкнул Юви Пончик, сынок матушки Руби.

С момента ее появления здесь он то и дело задирал Юви, чаще всего безо всякой причины.

– Джина! – раздался глубокий голос, что парализовал ее в переулке.

И вздумалось ей танцевать там! Но Юви просто хотелось спрятаться среди дождя и теней, остаться хоть ненадолго наедине с собой и своей болью. Отдать дань памяти отцу своим неспешным танцем.

– Иди, вот же дура несносная, – опять подтолкнул ее Пончик. – Иначе я сейчас матушке все доложу! Шевелись, тощая селедка!

Юви ощерилась и помчалась к бару.

В салоне она нашла временный приют – идти ей было некуда, а сюда, насколько ей удалось разузнать, в основном захаживали мартимьяне, ища отдыха после напряженных рабочих дней, – в Шаттрли ее народу приходилось несладко, многие стали лишь рабочей силой для Императора. Их отправляли на фабрики и заводы, чтобы обеспечивать всем необходимым солидийцев.

Те же считали ниже своего достоинства ступать в места, где обосновались мартимьяне. Они величали себя людьми высшего сорта – как по Юви, именно это и делало их намного ниже.

Юви вовсе не огорчало, что здесь не было солидийцев. Среди своего народа все проще. Так она рассуждала сначала, но сейчас все больше понимала, что дальше это продолжаться не может. Нужно скорее придумать план действий. Как отвоевать ключи. Как отомстить Архитектору. Как убить Императора.

Юви сделала пару глубоких вдохов и пошла вперед, опустив на столик поднос с графином и бокалом. Она старалась не смотреть на мужчину, держа голову опущенной, но вдруг на ее запястье легла ладонь, буквально обжигая кожу.

Девушка вскинула голову, стараясь дышать ровно. Ее не может вывести из себя какой-то распутный мартимьянец.

– Значит, ты все же здесь работаешь?

Их взгляды встретились. Его лицо притягивало к себе, словно магнит. Взгляд черных глаз пожирал ее как властный темный огонь.

Как же измельчали мартимьяне, вдруг подумала Юви, понимая, в каком заведении они находятся. Прежние жители не позволили бы себе такой низости. Император изменил все, лишил город чести и морали, стер порядочность с лиц ее людей, обнажив животные инстинкты. А может, только так и получилось у них выжить? Юви тут же подавила эту мысль.

Нет, ее народ заслуживает лучшего. Им просто нужно вернуть былую веру.

Она может все изменить.

– Это всего лишь здешняя прислуга, господин, – подошла к ним матушка Руби – грузная морщинистая женщина с ярко-красными волосами. – Зная ваши… вкусы, я могла бы порекомендовать вам новенькую.

Девушки состроили недовольные рожицы.

– Саманта, позови Люцию. Это наша находка!

Люция? Что еще за Люция?

Юви отошла в сторонку и прислонилась к стене, спрятавшись в уголке за плетьми искусственных цветов. На что ей сдался этот грубиян? Отвернуться, уйти прочь, заняться своим планом… но нет, она осталась.

В зал вошла и впрямь новенькая девушка. За несколько проведенных здесь дней Юви сумела изучить местных обитателей – это время показалось ей вечностью.

Люция демонстрировала изящную фигурку в облегающем кожаном костюме с пикантным декольте и разрезами на штанинах выше колен. Гладкие черные волосы были забраны в высокий хвост. Вот, значит, как? Такие у него вкусы?

Люция устроилась рядом с мужчиной на диванчике и прошептала ему на ухо нечто весьма забавное, судя по тому, как он ухмыльнулся. Она прогнала других девушек и потянулась за бокалом, чтобы налить ему выпивки. Никто бы и не заметил неладного, но Юви отчетливо увидела, как девушка ловко открыла перстень на безымянном пальце и высыпала в бокал порошок. Все происходило стремительно. Люция передала бокал мужчине, тот выпил содержимое в один глоток, после чего соблазнительница увлекла его за руку на второй этаж.

«Какая мне разница! – твердила себе Юви. – Так и надо этому грубияну!»

Но он же тебя не тронул, шептало подсознание.

– Страж тебя раздери! – ругнулась Юви и шмыгнула к лестнице.

Юви взбежала на второй этаж, следуя за парочкой по пятам. Мужчина, спотыкаясь, следовал за Люцией, голова его была опущена, он лишь изредка усмехался, когда она ему что-то говорила. Юви даже не хотелось знать, что.

Или Люция просто действовала по указу матушки? В чем провинился этот мужчина? Чутье подсказывало Юви, что дело здесь нечисто.

Когда дверь за парочкой захлопнулась, девушка вцепилась в ручку и прижалась ухом к окрашенному в бордовый цвет дереву. Прислушалась. Говорила только Люция, растягивая слова, будто усыпляя мужчину звучанием своего голоса. Вот змея! Юви скорее додумала, чем услышала, как они плюхнулись на постель. На мгновение отпустила ручку – может, и поделом ему? Возможно, такому самовлюбленному самцу и неплохо было бы получить урок от кого-то вроде Люции.

Юви хотела уже развернуться и уйти прочь, когда отчетливо раздались два слова: «За Ремесис!» Девушка ворвалась внутрь, застав Люцию врасплох. Соблазнительница занесла над мартимьянином изогнутый ритуальный кинжал – уменьшенную копию традиционного клинка, стиги. Недоброжелательница нацелилась в самое сердце.

– Вот так картина! – оценила Юви и, подобно внезапному порыву ветра, бросилась на убийцу, сталкивая с кровати.

Девушки покатились по полу, сцепившись как две дикие кошки. Юви подметила, какой гибкой и ловкой была соперница, как проворно метила в нее кинжалом, но сама Юви не отставала. Ей было даже весело. Вспомнились изнурительные тренировки с Кортисом. Кинжал отлетел в сторону.

Мужчина закряхтел на кровати и что-то пробормотал.

– Где ты, красавица? – прохрипел он.

Чем же его опоила Люция? Эликсиром слабоумия?

– Здесь, дорогой! – усмехнувшись, выкрикнула Юви, целясь кулаком в нос Люции.

По симпатичному, но хищному личику заструилась кровь.

– Ах ты, гадина! – взвизгнула противница.

– Сама не лучше.

– Что? – снова подал голос мартимьянин.

Но никто ему не ответил. Люция вцепилась руками в шею Юви, вызвав лукавые огоньки в ее зеленых глазах. Может, позволить себе немного магии? Ну нет, она справится с этой агрессивной выдрой и без того. Через мгновение они поменялись местами, и теперь уже Юви сдавливала горло соперницы.

Однако внимание Юви привлекла маленькая татуировка на шее Люции, прямо под мочкой уха – крыло журавля и распустившийся лотос. Герб Мартима. Неужели они с Люцией на одной стороне…

Убивать ее Юви не планировала. Ловкими движениями пальцев она погрузила девушку в сон, надавливая на нужные точки, и та обмякла.

Юви встала, запыхавшись совсем немного. Мужчина привстал на кровати. Юви полагала, что он уже должен валяться без сознания, – вряд ли бы Люция стала рисковать, но он выглядел довольно бодрым и даже окрепшим. Может и не придется тащить его на себе.

– Вставай! Нужно уходить отсюда, тебя хотели убить! – Юви схватила мужчину за руку, потянув на себя.

Помогла ему встать. Он что-то хотел сказать ей, но язык у него явно заплетался. Ух, какой же этот мартимьянин тяжелый! Слава Ремесису, он стоял на ногах, будто его поддерживала некая внутренняя сила.

– Идем! – Юви подвела мужчину к окну, распахнула створки, выглядывая во влажную темноту.

Дождь не прекращался. Крыши сейчас скользкие, но и оставаться здесь нельзя. Не только ему, но и ей тоже. Как бы только он не свалился.

Мужчина замер, вцепившись в подоконник. Провел свободной рукой по шее.

– Мой медальон…

– Что еще за медальон? – нахмурилась Юви и глянула на кровать. На алой простыне виднелась золотая цепочка с круглым медальоном. – Какой ты сентиментальный!

Она схватила вещицу и плащ, который лежал рядом, потом вернулась к незнакомцу и уперлась ладонями ему в грудь. Мужчина покачнулся, устремляя на нее затуманенный взгляд.

– Снова ты… Видение…

– Сможешь двигаться сам? Эй! – Она похлопала его по щеке.

– Дай мне пару секунд. Сейчас соберусь.

Он сделал несколько глубоких сосредоточенных вздохов, замер, а потом открыл глаза и посмотрел на нее прояснившимся взглядом, в котором крохотные искорки складывались в созвездия. Мужчина выпрыгнул в ночь, обернулся и подал ей руку. Юви фыркнула и перекинула худенькие ноги через подоконник, позвякивая браслетами на щиколотках. В этом заведении можно было ходить в мартимьянской одежде, но как же сильно ее обесценили! Теперь в нее облачались лишь девушки вольного поведения и танцовщицы. Некоторые и вовсе не различали эти два занятия.

Мужчина неплохо знал крыши, отметила про себя Юви. Даже в своем нынешнем состоянии он обходил прорехи или опасные участки, пару раз подхватывал Юви, когда ее туфли скользили по черепице. Тогда его крепкие руки ложились на ее обнаженную талию – ровно между лифом платья и поясом длинной летящей юбки. Ее длинные волосы, которые она снова выкрасила в черный, дабы не выделяться, намокли, облепив плечи.

Юви заметила за собой странную вещь – она улыбалась. Все это казалось ей увлекательным приключением, будоражило кровь.

Когда они нашли укромное местечко на крыше, под козырьком, сели на сложенные там доски и перевели дух.

– Наломали мы дров, да? – сказал мужчина и повернул голову, глядя на Юви.

С коротких черных волос капала вода. Глядя на мужчину сейчас, Юви не подумала бы, что он мог оказаться подлецом. Но почему его хотела убить мартимьянка, да еще та, что принадлежала к так называемым Белым Журавлям – подпольной организации, действующей в Шаттрли. Может, он из пиратов? Она слышала, что некоторые мартимьяне промышляли контрабандой, вывозя из бывшего магического города ценные товары и артефакты и продавая их фениксам.

– Ты наломал! Я тут ни при чем, – сказала Юви, обхватывая себя руками.

Наверное, она сильно дрожала, раз в следующую секунду мужчина накинул плащ ей на плечи.

– Вот, возьми. А у тебя осталось кое-что мое.

– А, медальон?

Юви улыбнулась и повертела в руках кругляшок на цепочке, которую успела нацепить себе на шею. Она хотела было открыть медальон, но мужчина остановил ее, положив поверх ледяных рук свою теплую ладонь.

– Не надо, это личное.

– Ага, – протянула Юви. – Значит, дело в твоей даме сердца?

Мужчина нахмурился, и она поспешила отдать ему медальон. Личное так личное, ей-то что?

– Как тебя зовут? – спросила она вдруг, хотя вовсе не собиралась.

– Никак.

– Это тоже личное? Прекрасное имя – Никак!

– А тебя? – вдруг улыбнулся он.

– А меня Нетак!

Они оба засмеялись. Мужчина чуть придвинулся и достал из кармана брюк небольшую фляжку.

Юви поморщилась, глянув на него.

– Это согревает, – пояснил он и отпил самую малость, потом протянул флягу Юви.

– Э, нет, я не пью.

– А если в честь моего дня рождения, которое я так и не отметил?

– Серьезно? – вдруг оживилась Юви. – У меня тоже!

– Какое интересное совпадение, – задумался о чем-то мужчина.

Юви приняла фляжку и сделала глоток. Обжигающая жидкость тут же разлилась по ее горлу, а из глаз брызнули слезы. Всего одна капля!

– Признайся, ты хотел меня отравить?

Мужчина положил руку ей на плечи и привлек к себе. Юви напряглась, хотя все в ней откликалось прижаться к этому незнакомцу без имени и закрыть глаза, наслаждаясь теплом. Разве не хорошо?

Но стоило улыбке вновь появиться на ее лице, как Юви одернула себя. Как она могла так праздно сидеть на крыше неведомо с кем, когда ее отец был мертв, а от нее самой зависела судьба народа?

Она встрепенулась и поднялась на ноги.

– Все, мне пора. Бывай!

– Тебе есть куда пойти? – спросил мужчина с легкой ноткой грусти – возможно, Юви просто хотелось так думать.

– Конечно! – усмехнулась она и отвернулась.

Она не могла остаться. Романтике в ее жизни не место. Как и случайным встречам.

Юви скинула с себя плащ, возвращая мужчине, но он лишь качнул головой.

– Это самое меньшее, чем я могу тебя отблагодарить. Сам не пойму, как попал в такую переделку.

– Я, если честно, тоже не знаю, как можно быть таким глупым. Но плащ, так и быть, возьму. Вечер прохладный. Прощай… господин Никак.

– Прощай, госпожа Нетак.

Она чуть заметно улыбнулась и пошла прочь, коря себя за внезапную слабость.

Глава 3. Лотосовые богини

Все во вселенной пронизано потоками ремесиса. Подобно воде, он бурлит и буйствует, вызывая к жизни хаос, который, если его не обуздать, может обратиться в деструкцию. Сдерживает эти неуправляемые волны Вечный Журавль, стоящий на страже у самого края Бездны. Своим черным крылом он успокаивает мятежные потоки, пробуждая к жизни Первозданный Лотос – цветок Шалукори.

Но однажды строптивая кровь Лотоса нарушила безмятежность бытия. Из этого первобытного бунта родились «лотосовые богини», или иначе Тейры:

Белая – богиня водоемов и целительства, иначе Спасительница.

Красная – богиня любви и жизненной силы, иначе Освободительница.

Желтая – богиня земных богатств, Хранительница Сокровищ.

Синяя, или Голубая – богиня войны и тайных знаний, Воительница.

Черная – богиня порядка, разрушительница зла, Защитница.

Зеленая – богиня мудрости, Исполнительница Желаний.

Легенды и предания Ремесиса,

Тайный Архив

V

– Виктор, ну правда, сколько можно прятаться здесь?

Рита зашла в кабинет и плотно прикрыла за собой дверь.

– Я не прячусь, а работаю. И просил мне не мешать.

Виктор мельком глянул на сестру, облаченную в черное кружево, и вернулся к изучению чертежей. Тяжелые золотые серьги с крохотными прозрачными кристаллами, напоминавшими колокольчики, позвякивали с каждым ее шагом.

– Я все знаю, – сказала Рита. – О том, что написал тебе Император. Я видела это письмо, когда была у него.

– Даже не хочу слышать об этом. К тому же, ты мне ничего не сказала про замысел Октавиана.

– Этого я и не знала. Он играет со всеми нами. Мы для него лишь марионетки.

– Ненадолго, – прорычал Виктор.

– Я знаю, что ты собирался сделать в день коронации, – тихо промолвила Рита.

Виктор выдохнул и тяжело опустил кулак на столешницу, давая волю эмоциям.

– Мы терпели Аугуста, но Октавиан, этот подлец… Мне хочется свернуть ему шею.

– Нам всем хочется, поверь. Но теперь балом правит тигр. Точнее, тигренок.

Рита прошла вперед, шелестя шелками. Будучи леди императора, она могла позволить себе выбирать наряды и поэтому расхаживала в классическом костюме мартимьянки – топе и разлетающейся юбке, украшенной кружевом. Голову покрывал черный кружевной платок, скорее напоминая накидку. Если бы не этот проклятый черный цвет… Она откинула вуаль с лица, глядя на Виктора густо подведенными угольными глазами. Губы с бордовой помадой изогнулись в улыбке.

– Виктор, ты не должен идти на такие жертвы ради нас. Что бы с нами ни случилось, ты – самое важное, для семьи и для Мартима. Как ты не понимаешь? Род должен продолжиться. Кому следует бежать отсюда, так это тебе. Оставь нас, начни новую жизнь. Забудь про город, но сохрани ремесис. Это превыше всего. Ты и только ты можешь построить новый город.

– Нет. Это невозможно. Ключи должны находиться в этих землях, иначе Император давным– давно уехал бы отсюда.

Рита покачала головой.

– Ты многого не…

– Откуда ты вообще об этом узнала? – перебил сестру Виктор, вставая с кожаного кресла. – Риок рассказал?

– Мне пришлось его заставить, – лукаво глянула Рита и сверкнула улыбкой под стать камушкам в ее серьгах.

– Думаю, он не сильно сопротивлялся, – усмехнулся Виктор. – Будь осторожней. Вам не следует…

На этот раз Рита шагнула ближе и положила руки брату на плечи, посмотрев ему прямо в глаза. Статная, красивая, одного с ним роста, но намного более сдержанная. Ему стоило поучиться у Риты умению вести себя как королевская особа. Сердце Виктора кольнуло при мысли о том, какое будущее ожидало столь великолепную женщину. Ей впору быть царицей, а не наложницей. Но он мог освободить Риту, это в его силах. Они с Риоком должны довести дело до конца. Неважно, какой ценой.

– Я очень прошу тебя, подумай, – сказала Рита. – Позволь разуму возобладать над сердцем.

Виктор хотел возразить ей – он и так постоянно поступался чувствами.

– Если бы я позволила себе чувствовать, – чуть тише проговорила Рита, – то давно погибла бы.

– Но я и так руководствуюсь разумом, – отчеканил Виктор.

– Кого ты обманываешь?

Рука Риты скользнула под ворот его рубашки и выудила медальон с крохотным сине-зеленым сердечком.

– Ты все так же хранишь ее портрет. Даже ее не можешь отпустить. А ведь она давно мертва, Виктор. Твои клятвы перед ней тоже должны умереть. Тебе нужно уехать, правда, и начать все заново. Найти ту, кого полюбишь. Нельзя жить прошлым. Ремесис не вернуть, пойми. Как и ту девочку.

Ничего не будет как раньше. Слишком много людей погибло. Этот город возродился на крови и страданиях. Он не может быть прежним.

Громкие шаги за дверью, стук, а через мгновение внутрь бесцеремонно просунулась голова Риока.

– Там все заждались тебя, Виктор.

– К стражам их! Я не появлюсь. Сказал же, что работаю.

– Я в этом деле пас, – отступила от него Рита. – Даже смотреть тошно, как тебя продают кровожадным девицам, братец.

– Ты поедешь в школу? – хрипло спросил Риок, когда они с Ритой поравнялись.

На людях он всегда держался от нее как можно дальше, и даже при Викторе не позволял себе вольностей.

– Да, Император повелел устроить небывалый пир в честь свадьбы Виктора, а мне поручено готовить праздник. Октавиан спит и видит, когда женит Виктора на солидийке. И да, дорогой брат, Император в отъезде. Надеюсь, вернется он нескоро – а лучше и вовсе бы не возвращался. Я думаю, в ваших с ним делах есть отсрочка.

Виктор облегченно выдохнул. Тугой комок в груди чуть ослаб, но проблема еще не была решена. Нужно найти украденный ключ – и не для Императора, а для самого себя.

– Но тебе, так или иначе, придется отдать кого-то тигру на растерзание… – сказала Рита, опустив голову. – Мариэ, Ксиу, Дженни… Лали еще слишком юна.

– Даже не думай об этом. Я найду решение.

– Его нет. Кому, если не мне, знать об этом… – Рита повернулась и грустно взглянула на Риока. – Со мной ехать не нужно. Позаботься о моем брате. Это ему придется иметь дело со стаей хищных невест.

После ухода Риты легионер не торопился закрывать дверь.

– Ну что, принц Виктор, ты идешь?

– Можно, я просто что-нибудь сломаю или набью морду солидийцу?

– Мне, например? – усмехнулся Риок, и его синие глаза просияли. – Боксировать будем позже, обещаю. Но сначала невесты. Ты должен сделать так, как велит Император, раз уж иного у нас не вышло.

Виктор видел за веселостью друга скрытый гнев. И понятно – Виктор всех подвел. Не смог просчитать все до конца, сделать скидку на неожиданность. Убил надежды на спокойное будущее. А расплачиваться в первую очередь будут его родные.

– Скажи им, я скоро приду, – проговорил Виктор и отвернулся.

Дверь за Риоком захлопнулась, и принц решился открыть медальон. Посмотрел на миниатюру жизнерадостной девочки и крохотный локон белокурых волос. Вдохнул дивный аромат лотоса – точь-в-точь такой же, какой шел от той девушки, спасшей его ночью. Возможно, ему померещилось. Или просто хотелось, чтобы это было так.

– Прости меня, Юстиана, – прошептал он. – Прости, что не был рядом, что не спас тебя, хотя клялся защищать. Всегда.

Гостиная была наполнена оживленным щебетанием девушек, звоном чайного сервиза, степенными голосами достопочтенных дам. Виктор прошествовал мимо них, не задерживаясь ни на ком взглядом. Разговоры стихли, все головы повернулись к нему – явление для него уже вполне обыденное.

– Не выпьет ли с нами чаю ваш сын, госпожа Меримьян? – раздался сладкий голос, наполненный чужеземной мелодией.

Виктор повернулся и встретился взглядом с голубоглазой девушкой, смотревшей на него смело и гордо. Россыпь веснушек покрывала ее нос и щеки, рыжевато-русые волосы аккуратно лежали в высокой прическе, локон к локону. Черное платье подчеркивало белизну ее кожи, а малейшее движение – взмах ресниц, наклон головы, намек на улыбку – было четким и выверенным.

– Принц Виктор… – услышал он призыв матери. – Задержись, сын.

Он мог бы уйти. Он хотел бежать отсюда. Но он не мог подводить мать. Не с ее слабым сердцем.

– Конечно, матушка, – учтиво поклонился Виктор и прошел к приготовленному для него месту.

Женщины вновь зашуршали, перешептываясь, поглядывая то друг на друга, то на него. Интересно, каким образом ему выберут невесту. Может прямо здесь подерутся за него? Он слегка усмехнулся и обвел взглядом присутствовавших девушек – скорее, чтобы смутить их, а не чтобы действительно рассмотреть претендентку на роль его супруги. Стоило ему обратить на кого-то из них свой взор, они бледнели, краснели и очевидно глупели, обмахиваясь веерами. Лишь та, веснушчатая, не спускала с него глаз, и Виктор вдруг понял, что все это не более чем маскарад. У прочих девушек не было никакого шанса, они здесь просто декорации.

Все уже решено.

* * *

– Идем скорее отсюда, меня ждет масса дел, – сказал Виктор, выходя на улицу.

Риок не отставал, следуя за каждым его шагом.

– Разве тебе не интересно? – ухмыльнулся легионер.

– Вовсе нет. Пускай эти старые черепахи рассудят, кого запихнуть в мою постель.

– Как ты бездушен, Виктор! – взмахнул руками Риок.

– Заткнись, идиот. У меня и без того дел по горло. Нужно реставрировать здание театра. Трещина на барельефе.

– Некачественная работа, мой принц.

– Я не твой принц! – огрызнулся Виктор. – И невозможно преуспеть во всем. Я не всемогущ.

– Так ли это? А я думал…

– Мне наплевать, что ты думал.

Виктор отмел предложение доехать на автомобиле и ускорил шаг, так что даже Риок едва поспевал за ним. Воздух Ремесиса наполнял легкие принца живительной силой, пробуждая затаившуюся внутри магию. Как печально, что лишь он один улавливал эти искристые волны, шедшие со всех сторон, из-под земли, пробивавшиеся сквозь гранит и мрамор, и будто бы даже от самого неба, некогда лазурного, а теперь подернутого серой пеленой.

Архитектор научился обходиться малыми движениями, совершая все строительные операции в голове. Он буквально видел энергию, что пронизывала пространство, сооружал из нее нечто новое или латал дыры. Энергия не умирала, она лишь перетекала из одного состояния в другое, и Виктор вовремя подхватывал ее своими незримыми магическими нитями.

«Познай свет и удерживай тьму: в этом тайна бытия»[3], – вспомнил он слова мага-мудреца из философского трактата.

Виктор подмечал малейшую дисгармонию в городе и сейчас бережно причесывал все несовершенства, которые встречались на пути. Будь то отвалившаяся штукатурка, мелкая трещина или вспучившаяся плита под ногами. Обращенные в камень стражи молчаливо взирали на него со своих постаментов. Были среди них существа огня и воздуха, подвластные Красной Тейре, – драконы, химеры и фениксы. Белая Тейра покровительствовала водным стражам, а Желтая – подземным и наземным. А воедино они удерживали город от разрушения – вместе с последним ныне живущим магом.

Когда они добрались до главного проспекта – широкой улицы, обрамленной статуями, впереди послышался выстрел. Виктор заметил группу легионеров и без промедления направился к ним.

– Что здесь случилось?

Мужчины сразу узнали его и старательно отвели взгляды.

На розовой гранитной плите у их ног лежал карликовый журавлик с рубиновой шапочкой. Серебристо-белое оперение тоже окрасилось в алый.

– Чем вам не угодила птица? – спросил Риок.

– Их велел отстреливать Император. Эти птицы переносчики заболеваний.

Виктор и Риок переглянулись и неторопливо двинулись дальше. В груди у принца зрело дурное предчувствие. Откуда здесь журавли, которых в Ремесисе не видели уже пять лет, с момента Захвата? Да к тому же осенью? Через пару шагов в лицо Виктору прилетела листовка. Он вытянул руку перед собой, увидел очертания изящного силуэта с острым оперением и прочел: «Белый Журавль».

– Что это значит?

– Это ты мне скажи, мартимьянин, – тихо проговорил Риок. – Вам виднее, что творится на этих землях.

– Я совершенно не понимаю, о чем ты, – буркнул Виктор, вспоминая недавнее предложение возглавить тайную организацию и дать отпор Императору.

– В городе собралась подпольная организация, – сдавленно проговорил Риок, будто каждое слово причиняло ему боль. Легионеру не следовало говорить об этом. – Они именуют себя «журавлями», а во главе стоит некий Белый Журавль. Твой народ так просто не успокоится, да, Виктор?

Принц промолчал, не желая вдаваться в обсуждения с Риоком. Да и можно ли на все сто поверить тому, кто на вражеской стороне? Даже если он влюблен в твою сестру. Может, это лишь очередной подлый ход Октавиана, чтобы окончательно добить Виктора. Никому не стоило верить.

Он скомкал листовку и отбросил в сторону, когда мимо него провели пожилую пару в наручниках. Это были мартимьяне. Оба ссутулились, смуглые лица перекосились от страха. Двое легионеров подталкивали мужчину и женщину вперед.

– Принц Виктор, – бросилась к нему женщина, но охранник остановил ее. – Скажите им, чтобы нас освободили! Мы ни в чем не виноваты.

Вырвавшись из рук охраны, она бросилась Виктору в ноги, но ее тут же отволокли в сторону. В этой паре принц узнал королевского пекаря с супругой. Раньше они бывали в доме его отца, лично принося свежую выпечку.

– Это он-то? Принц? – хрипло произнес пекарь. – Королю Руфусу он в подметки не годится, скажу я вам. Да я скорее пойду на расстрел, чем назову его так. Встань, Мира, не время позорить свою семью.

– Но…

– Он отрекся от нас! – воскликнул пекарь.

Виктор молча прошел мимо.

– Жаль, что ремесис достался такому человеку, – сказал пекарь, стреляя словами ему в спину.

Пекаря с супругой увели прочь, а Виктор замер посреди улицы.

– Пойди и разберись с этим, Риок. Держи. – Он сунул другу пачку купюр. – Если сможешь, организуй им вагон из Шаттрли.

– Ты не сможешь спасти их всех, – ответил ему Риок и ушел вслед за парой.

U

К вечеру похолодало, а Юви все скиталась по улицам в легком платье, кутаясь в плащ незнакомца. Куда ей податься, она не знала, и вся былая решимость утекла с наступлением сумерек. Она сторонилась легионеров, ходивших по переулкам, мартимьянам в этот час не следовало появляться за пределами своих домов. Как кошка пряталась она в дверных проемах или в тени колонн. Здания в Шаттрли были массивные, порой чересчур. Своими серыми мрачными тонами они давили на Юви, и ей вспоминались белокаменные постройки, резные окна, в которых гулял теплый ветер, вымощенные лазуритом и яшмой улочки. Бегать по городу босиком было в Ремесисе само собой разумеющимся. Легкие ткани, цветные всполохи – мимо проносились беззаботные жители.

Но теперь все либо прятались по домам, либо, как она, скрывались в тени вместе с охранявшими молчаливые улицы каменными гарудами[4]. На городе лежал траур – черный пепел Солидийской Империи.

Снова полил дождь, заставляя ее еще сильнее прижиматься к холодному камню. Столь же бездушному, как и создавший его Архитектор. Или погубивший всех магов Император.

Два человека, два ее главных врага.

При мысли о мести ключ на ее груди будто потеплел, убеждая Юви, что она совершает правое дело. Отец хотел бы этого, вот только почему он ничего ей толком не рассказал про ключи. Как бы это облегчило сейчас ее задачу! Юви подавила слезы, навернувшиеся было на глаза при мысли об отце. Забыть о своих чувствах, желаниях – обо всем. Есть только цель, только миссия.

Так проще, уговаривала она себя, хотя сердце сжималось от неимоверной тоски.

– Кто здесь? Выходи!

По глазам ударил яркий свет, ошарашив Юви. Ее дернули вперед, лишая уютного убежища.

– Кто такая? Чего бродишь по ночам?

Юви инстинктивно дернулась, совсем как пойманная за хвост мышка. Она заметила черную форму, туго сидевшую на грузном легионере.

– Мартимьянка? – спросил суровый страж порядка, вглядываясь в ее лицо. Волосы у нее сейчас были черные, отрезанные до плеч – ей казалось, что так она будет менее заметной в толпе.

Сердце Юви забилось чаще. Применить магию? Или обойдется? А если применит? Не выдаст ли она себя Архитектору?

– Я… я просто… – наверное, впервые в жизни она не нашлась, что сказать, потому что за спиной легионера выросла черная тень. «Деструктор», – пронеслось в сознании.

Бежать. Единственное, о чем думала сейчас, Юви, – бежать. Уносить ноги. Иначе ее ждет допрос.

Допрос деструктора равносилен казни.

Юви знала силу своей магии, но деструкторы… с ними она никогда не сталкивалась, почти никогда, и уж тем более не в бою. Это последнее, чего ей сейчас хотелось. Проверять свои силы она была не готова.

Сердце стучало так сильно, что откликался ключ на груди, пульсируя с ней в одном ритме. Ноги приросли к земле, мысли путались, и она не могла вспомнить ни единого путевого магического движения, поражаясь собственной глупости и никчемности. Она ехала сюда, совершенно убежденная, что сильнее нее нет никого на всем белом свете.

Возможно, она ошибалась.

Если бы не это жжение в груди, эта невыносимая боль, вдруг расползающаяся по жилам. Будто кто-то вытягивал из нее магию… или менял ее. Спустя мгновение Юви поняла, что так горячо ей от ключа. Он будто прожигал саму ее душу, излучая алое свечение. Как некстати.

Легионер изумленно посмотрел на нее, а высокая черная тень все приближалась, сгущалась, но в следующую секунду Юви услышала взмах крыльев, и с карниза на легионера спикировал гаруда, который совсем недавно безмолвно взирал на улицы. Его острый орлиный клюв пронзил пухлую щеку мужчины.

Бежать. Вот теперь бежать.

Юви помчалась вперед, позабыв о страхе. Гаруда ожил не просто так, Юви не сомневалась, что виною тому украденный ключ. Как только она поймала поток магии, бежать стало легче. За это она была даже благодарна Архитектору, он воссоздал город по всем правилам магических потоков – конечно, это мог оценить лишь другой маг.

Дождь затуманивал ей зрение, лужи плескались под ногами, но Юви не останавливалась, зная, что за ней по пятам следует сама смерть. Она не хотела даже оборачиваться, чтобы посмотреть, как деструктор разделается с каменной статуей. А что он это сделает, она не сомневалась.

Но вот хлопанье крыльев все же заставило ее замереть и удивленно посмотреть наверх. Над ней пронесся птице-человек из плоти и крови, опередил Юви и опустился на землю, преграждая путь. Гаруда сложил крылья, а птичью голову склонил набок, сверкая красными глазами. Юви тряхнула головой – мир вдруг стал красным и для нее самой, будто это существо каким-то образом ее околдовало. Но где же деструктор? Не могло же ей померещиться!

Стоило Юви чуть отвлечься от гаруды, тот бросился прямиком на нее, метя клювом ей в грудь. Туда, где горел огнем ключ. Размышлять об Архитекторе и о том, что он может заметить магию, времени не было. Юви сжала ладони в кулаки, сосредотачивая в них силу, чтобы после пустить ее по венам, превращая в танец, сколь прекрасный, столь и смертельный.

Улыбка пунцовым цветком расцвела на губах девушки, а каждый взмах руки давался все легче. Танцуя, она освобождалась от страхов и сомнений. Она оживала, подобно этой статуе из камня и магии. Танец и был магией. Стоило только начать, сделать первое движение…

И вот гаруда обмяк, падая на мокрые плиты. Существо распахнуло клюв, из которого раздался страшный крик, и произнесло:

– Страж Ремесиса впускает тебя…

Красные глаза вновь сверкнули и потухли, а тело обратилось в прах. Жжение с новой силой пронзило ее грудь, она хотела сдернуть ключ с шеи, но не успела, провалившись в небытие.

* * *

Ей снились странные сны, где все казалось слишком реалистичным. Она блуждала в темноте, понимая, что спит, что все это не по-настоящему, но проснуться не могла, как бы ни силилась. Время от времени слышала шелест крыльев, который словно бы направлял ее, указывал путь. В какую бы сторону она ни пошла, вдалеке неизменно маячил пурпурный цветок лотоса.

Однако Юви не решалась подойти к нему. Она разворачивалась и шла в противоположном направлении. И вновь ноги вели ее к цветку. Встреча неизбежна, подумала Юви.

Темнота обволакивала со всех сторон, подталкивая девушку вперед.

Когда она все же приблизилась к цветку, то ощутила исходящую от него холодную энергию. Ремесис. Коснись его, и он может увлечь тебя прочь от земного мира. Навсегда.

Юви шагнула к огромному лотосу, заглядывая в его пурпурные глубины. И увидела там женщину в богато украшенных белых одеждах, с длинными и угольно– черными волосами, слишком печальную и неизмеримо прекрасную. На ее голове мерцала диадема с прозрачными кристаллами льда.

– Кто ты?

– Призвала меня и даже не знаешь ничего? – Женщина устремила на нее взгляд миндалевидных темно– карих глаз. – Когда-то меня звали Тейра.

– На языке ремесиса это означает «свет», не так ли?

– О, а ты не такая уж недотепа, как мне сначала показалось. Я расскажу тебе. Торопиться мне некуда…

Женщина протянула руку, помогая Юви забраться внутрь цветка. Его лепестки были прохладными и шелковистыми. Юви заметила, что босые ноги женщины погрузились в желтую пушистую сердцевину, от которой долетал сладковатый аромат.

– Все началось давным– давно, когда еще не было ни меня, ни этого цветка. Изначального лотоса. В мире не было ни капли магии, ведь хранилась она у одного единственного верховного создания – Самуна, моего будущего супруга. Он охранял земной мир, огорчаясь все больше при виде людской слабости. И однажды, пролетая над небесными заводями, он обронил слезу, из которой родился первозданный Лотос. Шалукори. Цветок тысячи желаний и тысячи надежд. А из Лотоса явилась я. Белая Тейра. Я была ничем иным, как светом, и в то же время воздухом и водой. Созданная из слезы Самуна. Увидев мою красоту, Самун полюбил меня и дал мне плотские очертания, сделав своей женой. Он прилетал ко мне по ночам, но стоило солнцу осветить лучами небесные заводи, как он улетал обратно в земной мир, оставляя меня в полном одиночестве.

О да, мне было одиноко. Однажды он не вернулся в положенный час, я ждала его и ждала, заламывая руки и сходя с ума от волнения и тоски. Так уж вышло, что я ненароком поцарапала запястье, и капля крови упала на цветок лотоса.

Так родилась моя сестра. Красная Тейра. Огонь плясал в ее волосах, под стать лепесткам Шалукори. Я не могла нарадоваться! Мы болтали с ней все дни и ночи, не зная печали или скуки. А после я задумала вновь совершить это чудо. Я выбрала самую прекрасную золотую жемчужину во всех небесных заводях и капнула на нее немного своей крови. На свет явилась Желтая Тейра, наша третья сестра. Ее руки, ноги и шею украшали жемчужные нити, а в золотистых волосах скользили маленькие рыбки.

В отсутствии Самуна я обзавелась целой семьей. Тейр было намного больше, чем наша троица. Очарованная магией, я создавала все новых и новых богинь. И вот однажды капля моей крови упала в ночные воды, где в тот момент проплывала подводная змея – Инимариса.

Стоит ли говорить, что она тоже стала прекрасной богиней. Голубой Тейрой. Сколь красивой, столь и воинственной. От нее берут начало дахини – истинные демоницы, некрасивые, но невероятно умные духи, хранительницы тайных знаний.

Но когда все же вернулся Самун и увидел, на что я растратила магию, он пришел в гнев. И приказал моей тени – Черной Тейре – уничтожить всех лотосовых богинь, чтобы они не смогли натворить бед. Да, так он и выразился. Его столько времени не было, а беды произошли от меня.

Инимарисе вместе с верными дахини удалось бежать в земной мир. Они затаили злобу не только на Самуна, но на всех, кто вел себя с ними непочтительно.

Черная Тейра истребляла всех, до кого была способна дотянуться. Она могла разрушать сам ремесис, и в этом ей способствовали верные помощники – деструкторы.

Пока не остались трое из нас. Желтая, Красная и я.

Красная Тейра бросилась к ногам Самуна, умоляя пощадить нас с сестрами. И сила ее красоты была такова, что он сжалился и отозвал мою тень. Однако он больше не доверял нам. Самун заточил нас в три ключа, которые со звоном упали в земной мир. Так в мир пришла магия. Так зародился Ремесис, главнейший из магических городов…

Юви отвернулась от богини, глядя в темноту. В цветке ее окружало спокойствие, но взмахи крыльев становились все громче. Пока что-то легонько не потянуло ее во тьму, прочь от лотоса.

И Юви не сопротивлялась, вверив себя этому напористому зову.

– Вам помочь? – спросил ее статный и красивый мужчина в форме, протягивая руку.

Глава 4. Неизбежность

Из века в век находились те, кто пытался укротить ремесис, покорив королевства Империи Мартим. Из века в век им не удавалось. Из века в век к стенам магического города приходили армии. Из века в век маги давали отпор – все до единого, геоманты и погодники, архитекторы и садовники, ювелиры, музыканты и гончары.

Пока не родился тот Император, что решил покорить мир. Аугуст Великолепный, или Аугуст Захватчик – так его прозвали в народе. Он был молод и амбициозен, когда напал на соседнюю территорию «белого тигра», королевство Альбарин. Но до Ремесиса его армия так и не добралась. Маги отгородились от прочего мира, возведя искусственную гряду гор, напоминавшую стену.

Аугуст не был глуп и переключился с войны на торговлю. Заключил союз с независимыми странами Феникса, а позже вступил в переговоры и с девятью королями Мартима.

На весеннем балу в честь шестнадцатилетия младшего сына Императора, Октавиана Бесстрашного, рожденного от принцессы покоренных Тигров, произошло нечто такое, что повлекло за собой череду страшных событий. При странных обстоятельствах погибли дети советника короля Руфуса из Дворца Ветра, что вызвало переполох в обществе, а спустя короткое время Аугуст Захватчик объявил Ремесису вой ну и привел к стенам города не только свои войска и свои военные механизмы, но и восставших из легенд деструкторов – безжалостных убийц не только всего живого, но и самой магии.

Город обороняли, но Аугуст выкрал три магических ключа, подчинив себе стражей Ремесиса. Жители были обречены. Всех магов он повелел казнить, чтобы не допустить бунта и сопротивления, оставив в живых одного принца и пощадив спасшихся мартимьян как из аристократических родов, так и из простых семей.

Это было самое страшное время за всю историю существования Империи Мартим.

Из истории королевств,

Тайный Архив

Юви зачарованно смотрела на вывеску: деревянную, с золотой гравировкой, где застыла в полете, подобно насекомому в янтаре, миниатюрная танцовщица.

– Идем, – сказал мужчина, заводя внутрь продрогшую Юви.

Судьба сама привела ее к танцам.

Внутри на стенах и потолке сверкали зеркала, огромные хрустальные люстры добавляли танцевальному залу роскоши. В углу сидел юноша с лиловыми волосами и играл на скрипке так пронзительно, что от звуков этой мелодии хотелось плакать. Девушки в легких одеждах повторяли заученные движения, вызывая в Юви зависть – сейчас бы тоже воспарить, отдаться танцу, забыв обо всем другом. Только бы не потерять голову.

«Последний танец, никогда и ни за что, не смей!» – эхом прошлого проносились в голове Юви слова отца.

Высокая женщина в черном «танцевальном» костюме приблизилась к ней неспешно, с грацией огромной ленивой кошки. Тяжелые золотые серьги спускались до плеч, а темные волосы были забраны в ракушку. Незнакомка, несмотря на грозный и властный вид, посмотрела на Юви с доброй улыбкой.

– Хочешь попробовать себя в танце? – спросила женщина и тут же повернулась к мужчине. – Риок, где ты нашел ее?

– Эта девочка совсем замерзла, Рита. Отогреешь? Знаю, у тебя найдется самый потрясающий на свете тыквенный чай с пряностями.

Юви стоило немедленно уйти, не ввязываться в новые знакомства, не поддаваться искушению. Но мысли о горячем чае, пряные запахи трав и имбиря, знакомые с детства, уют и переливы света, струившегося будто бы из ниоткуда, сделали свое дело. Это было так непохоже на заведение матушки Руби. Случайно ли Юви оказалась здесь? Почему бы не рискнуть.

Она осмотрелась по сторонам. Широкие разноцветные свечи отражались во всех зеркалах, создавая световые потоки. За несколько дней, проведенных в Шаттрли, Юви отвыкла от пестрых красок, и теперь была совершенно очарована. И девушка уступила внутреннему зову.

– Зови меня Рита, малышка. – Женщина протянула ей руку в крупных перстнях со сверкающими синими и терракотовыми камнями. – Так кто же ты, мартимьянка, и что с тобой стряслось?

– Юви, – чуть заметно дрожа, ответила девушка. Магию использовать она побоялась – а ведь до приезда сюда чувствовала себя как рыба в воде. Она так задирала нос, что море ей казалось по колено. Юви и не думала, какую опасность встретит. И со всех сторон ее теперь окружали враги. – У меня никого нет, – ответила она и опустила голову.

И здесь Юви не солгала. Не осталось никого, кто бы заботился о ней и любил.

Нет отца, в глазах которого она всегда хотела быть особенной – и была ею. Не найти второй такой, как она. Девушки с ремесисом. Нет брата, второй половинки ее души, ее близнеца. Нет рядом матери, но даже и появись она, то не вспомнила бы Юви от затмившего разум горя.

Кортис… Для него Юви была лишь орудием, в какой бы любви он ей ни клялся.

Рита взяла Юви под руку и провела внутрь. Прикосновение женщины было легким и шелковистым, на ее губах играла загадочная улыбка. Наверняка Рита принадлежала к аристократам Мартима, Юви поняла это по ее осанке, ленивым жестам и проницательному взгляду. Как жалко, что у нее никогда не было подруг.

– Дай-ка посмотрю на тебя. – Рита остановилась и покрутила Юви. – Не от матушки ли Руби ты к нам пожаловала? Только там и остались эти лохмотья вместо платьев Мартима. Идем, я найду, во что тебе переодеться.

В животе у Юви недовольно буркнуло, и она поняла, что толком ничего не ела больше суток. Да и как она могла себе позволить, когда есть дела поважнее.

– Нет, малышка, так дело не пойдет, – укоризненно посмотрела на нее Рита, излучая волны таинственности и уверенности в себе. – Сначала мы тебя переоденем и накормим, а потом поглядим, на что ты годна. Лесла, Миа, эй вы, стрекозы! Бегите на улицу, к господину Таму, и купите у него несколько мясных пирогов.

Рита перевела взгляд на мужчину, который все это время стоял молчаливо и следил за всем с нескрываемым интересом, искрившимся в синих глазах. Внешне он скорее походил на солидийца, чем на мартимьянина, и все же отличался и от тех, и от других.

– Да, и попросите пирог с вишней для господина легионера.

Юви удивленно вскинула бровь. Так значит он легионер Императора. Юви обвела взглядом крепкую мужскую фигуру. Да, мундир легионера ему бы точно подошел. Но сейчас он был в гражданском: черной рубашке и черном жилете с элегантной булавкой, где сверкал, словно глаз подземного чудища, черный кристаллик. Мужчина усмехнулся и замотал головой.

– Ты всегда знаешь, чего я хочу, Рита. Но я люблю не только вишневые пироги, – сказал он хриплым голосом, а его взгляд остановился на губах женщины.

Юви стало неловко. Между этими двумя искры не просто бегали, а летали.

Спустя полчаса Юви смачно уминала мясной пирог, который в компании тыквенного чая оказался неимоверно вкусным.

– Ты посмотри на этого смешного хомяка, – усмехнулся Риок – так звали мужчину. – Будешь кормить ее так, она не сможет танцевать.

Он говорил шутливо, безо всякой злобы, а Юви было хорошо как никогда, и она предпочла не высовывать носа.

– А с чего ты решил, что она умеет танцевать? – поинтересовалась Рита, разливая чай по дутым чашечкам в форме тыковок и посыпая сверху корицей. – Наметан глаз? – не без иронии спросила она.

Глаза мужчины потемнели, будто на них легла плотная пыльная завеса, превратив синеву в сталь и сумрак.

– Я могу станцевать, и если вы позволите, останусь, – подала голос Юви, немного окрепнув. – Может, у вас найдется для меня какая-то работа.

Рита задержала на Юви взгляд и кивнула парню со скрипкой.

– «Падение Ремесиса», Эльтарио! Играй!

Сначала внутри у Юви все похолодело, и она не могла пошевелиться. Но как только смычок коснулся струны, Юви пришла в движение. Будто с каждым шагом, с каждым новым па проживая крах дорогого сердцу королевства. Грациозное движение ладони, взмах ноги, изгиб талии – она отпустила тело на волю. Если не могла душу, так пусть хоть оно наслаждается.

Видя себя в зеркалах, она распалялась все сильнее. Юви могла бы танцевать вечность, позабыв обо всем. В музыку вплеталась магия, передаваясь и ее телу, а может ремесис шел изнутри нее самой. Тонкими неуловимыми осколками оседал на всем, чего касался. Но Юви держала его в узде. Музыка становилась громче, движения Юви – все более яростными, пока она не взмыла в воздух, заставив остальных ахнуть.

– Это божественно! – всплеснула руками Рита, а Риок и другие зрители зааплодировали.

Осознав свою ошибку, Юви опустилась на паркетный пол.

– Небольшой трюк… Я работала раньше в цирке, – сказала она.

Рита вновь протянула ей руку.

– Как удачно ты заглянула, милая.

Удача! Что о ней знала эта женщина? Но Юви некуда было пойти, и она осталась. Школа танцев – не самый плохой выход для той, кто жила танцами с тех самых пор, как научилась ходить.

* * *

– Очень хорошо, Юви! – похлопала в ладоши Рита, когда девушка прыгнула в шпагате и зависла в воздухе. – Я еще не видела никого, кто бы танцевал так же легко и невесомо. До сих пор не хочешь рассказать, кто тебя учил?

Юви мягко приземлилась на паркет и тряхнула головой. Черные волосы сейчас едва доходили ей до плеч, и она тщательно следила за тем, чтобы они оставались нужной длины. Никто не должен ничего узнать. Она пробудет в школе ровно столько, сколько ей понадобится для завершения миссии.

Юви жила в школе танцев уже пару недель, с того момента, как ее приютила Рита. С одним очень удобным условием: Юви пообещала выступить на императорском празднике, который поручили готовить Рите.

Другие танцовщицы часто сплетничали в зале до прихода Риты, и Юви знала, что та одна из «леди» нового Императора – так он называл своих наложниц. Юви даже огорчилась, когда узнала о смерти Аугуста Захватчика – она бы хотела лично умертвить его, придумывала множество способов. А теперь Октавиан… О молодом Императоре она знала совсем мало, лишь то, что он обожал драгоценности и женщин.

Юви очень рассчитывала на выступление перед Императором. Нужно войти в его близкий круг, пусть как танцовщица, и разузнать о двух других ключах. Возможно, Октавиан держит их при себе.

– Так, дорогая, собирайся, – махнула ей рукой Рита.

С каждым днем императорская наложница нравилась Юви все больше и больше. Она была строгим учителем, но настоящей душой этого места.

– Зачем? Куда?

На улице Юви появлялась лишь ночью. После того случая с гарудой она старалась не высовывать носа. А что, если ее кто-то узнает? Безопаснее оставаться в школе, пока она не перейдет к следующему шагу.

– Для выступления нужны роскошные костюмы, и я хочу, чтобы ты помогла мне выбрать ткань.

Юви лишь фыркнула и смахнула с лица челку.

– Глупости какие.

– И вовсе не глупости. За внешним лоском часто можно спрятать самое сокровенное. Можно прикрыть свои страхи, сомнения и даже боль, накинув серебристую парчу или шифон-хамелеон. Все будут ослеплены твоей красотой. И не полезут к тебе в душу. – Она лукаво улыбнулась Юви. – Собирайся.

– Ну а что мне собираться? – развела руками Юви. Нынешний наряд ее вполне устраивал. На юге ей тоже не позволяли выдавать в себе мартимьянку, но в школе Риты она чувствовала себя настоящей. Или это тоже было притворством?

– Ты пойдешь прямо так? В этих танцевальных шароварах?

– Они очень удобные, – пожала плечами девушка.

– Не спорю, Юви, но мужчины этого города… Они довольно консервативны.

– Мужчины! – мотнула головой она. – От них одни сложности. К тому же Риок уже видел меня в таком виде и даже не упал в обморок.

Они обе рассмеялись. Юви знала об этой тайной интрижке. По вечерам легионер заезжал за Ритой в школу, всегда вежливо здоровался с Юви и обольстительно улыбался, но когда взгляд его темно– синих глаз падал на хозяйку танцевальной школы, он менялся в лице. Это было прекрасно – видеть столь влюбленного мужчину. Они чудесно смотрелись вместе, и все бы ничего, не будь Рита женщиной Императора.

Надо отдать должное Октавиану – он позволял своим леди многое, как, например, обзавестись делом. Юви всегда представляла себе солидийцев чудовищами, истинными демонами, которым не доставало лишь хвоста и рогов. Они поработили мартимьян, завладели тайнами магического города. Они не могли быть хорошими ни при каких условиях.

Что до танцев, то они считались в Шаттрли чем-то низменным, но вместе с тем привлекательным. Никто из дам «высшего света» – уроженок Солида или мартимьянок, которые возвысились после захвата Ремесиса, не могли заниматься подобным искусством. Правда, это не мешало некоторым приходить на тайные «уроки» Риты.

Как-то вечером Юви заглянула в щелку, так интересно ей стало, чему же Рита учит этих благочестивых дамочек, но тут же вспыхнула от стыда. Какой бы раскрепощенной она себя ни считала, но о столь чувственных танцах ничего не знала. Все же она была орудием войны, а не любви и соблазна. С другой стороны, какой дорогой ни иди, главное добраться до цели. Так время от времени размышляла Юви, оставаясь наедине и рассматривая украденный ключ.

– Ладно, раз ты такая упрямая, иди в шароварах, но только набрось накидку. Постарайся вести себя скромно, солидийцы не любят яркие цвета так, как их любили мы. Они растоптали нашу культуру, и нам нужно смириться.

Смириться? Никогда! Юви подавила вспышку ярости.

– Так и быть. Если ты настаиваешь, чтобы я пошла с тобой… Давай прогуляемся.

Она набросила поверх черного топа, который подчеркивал небольшую грудь, накидку цвета морской волны, которую Рита использовала для танцев.

– Ты неисправима, дорогая! Но другой такой танцовщицы мне, боюсь, не найти.

Рита засмеялась. Потом нацепила круглую плоскую шляпу с вуалью и, шурша длинными юбками, вышла на улицу, направляясь к сверкающему черному лимузину. Наверное, Риок все утро натирал его до блеска.

Юви вышла следом, высоко задрав подбородок. Она наслаждалась теплыми лучами солнца, ласкавшими ее лицо.

На секунду зажмурилась, затаила дыхание. Воздух вдруг замер в предвкушении чего-то необъяснимо прекрасного. Ноги сами вели ее вперед. Она услышала озорной голос Риока и улыбнулась. Да, он был легионером Императора, но вызывал невероятную симпатию. Наверное, этот парень мог бы очаровать кого угодно.

Но только не ее, только не ее.

Юви всегда была настороже. Ничто и никто не могли пробить броню, которую она создавала с малых лет.

Наконец Юви открыла глаза, в тот самый миг, когда Риок распахнул перед ней заднюю дверцу лимузина. Рита же устроилась рядом с водителем, чему Юви удивилась. Она думала, что они по дороге поболтают по душам… Ей так не хватало простого человеческого общения. Проведенные в школе дни среди зеркал и цветастых бархатных подушек, раскиданных по полу, с чайными посиделками со сладостями и тренировками, впервые за долгое время дали ей ощущение спокойствия.

Это спокойствие было не больше, чем иллюзией.

Стоило Юви заглянуть внутрь просторного салона, как окружающий мир затих. Ее магия ощетинилась. В салоне автомобиля сидели двое – девушка с рыжевато– русыми кудряшками, скрепленными заколкой– шляпкой, и статный мужчина. Черный твидовый жакет облегал стройную фигуру и пышный бюст девушки, а длинные плиссированные юбки расходились веером. Она положила руку, затянутую в тонкую кружевную перчатку, на колено мужчины, но тот даже не обернулся, уставившись в окно.

– Юви, садись быстрее! – вывела ее из оцепенения Рита. – Сегодня нам составят компанию мой брат и его невеста. Это в честь их свадьбы устраивается празднество. Виктор! – одернула мужчину Рита.

Мир лишился неподвижности, вращаясь вокруг Юви.

Виктор?

Свадьба?

– Не бойся, Юви, он никого не покусает, несмотря на его репутацию. Архитектор не настолько грозен, каким его все величают.

Смех Риты зазвенел у Юви в ушах. Ей казалось, что она отключится прямо здесь и сейчас, но Риок мягко подтолкнул ее сесть внутрь – напротив парочки – и захлопнул дверцу.

Мужчина наконец чуть повернул голову и встретился с Юви взглядом. Девушка вцепилась в плюшевое сиденье.

Архитектор. Вот кто он.

Принц Виктор, наследник Ремесиса, единственный, кто владеет магией.

Единственный, кроме нее, вот только он об этом и не догадывается.

Тот, кого она поклялась убить.

Тот, кого она спасла совсем недавно.

Господин Никак.

Воистину мир полон самых странных совпадений.

Его миндалевидные черные глаза чуть расширились – возможно ли, что он узнал ее после того вечера? Он ведь был пьян… сначала.

Юви едва сдержалась, чтобы не закричать.

Этот человек убил ее отца, поступился своим народом, чтобы сохранить статус принца и наследника.

Магия внутри Юви встрепенулась, но девушка запрятала ее поглубже. Сейчас не время и не место. Она не даст этому человеку почувствовать ремесис, узнать, на что она способна. Пока он не ведает, кто она такая, все еще может получиться. Ну и угораздило же ее!

– Риок, останови, пожалуйста! – подала голос невеста принца. – Хочу зайти в один магазинчик! Увидела потрясающие туфли! Надеюсь, вы простите мне мою слабость? Принц Виктор, мы увидимся позже, да?

Он лишь коротко кивнул и вновь отвернулся к окну.

Дверца открылась и захлопнулась, автомобиль вновь двинулся в путь. Юви все еще не могла пошевелиться, хотя уже следовало действовать. Но вдруг Рита завопила:

– Котенок! Стой, Риок!

Резкая остановка. И Юви полетела прямиком на принца Виктора. Он вовремя подхватил ее, обнимая за плечи. Ее будто прошибло молнией, да и его тоже – она буквально чувствовала это. Юви подняла голову, стараясь вложить в свой взгляд всю ненависть к этому человеку. Нет, она не могла сдерживаться. Еще чуть-чуть, и она высвободит ремесис. Нельзя допустить этого.

Юви вырвалась из крепких рук Архитектора – уже не в первый раз, и, открыв дверцу, бросилась на улицу.

Глава 5. Дом, милый дом

Жители Мартима превзошли все другие народы в возведении городов и зданий. Благодаря геомантам, магам, что ведали земными ресурсами, искали они тайные нити и направляли ремесис по благотворному руслу. Они научились исследовать все, что их окружало, будь то вода или воздух, и выбирали наилучшие места для строительства жилищ. Такие места силы сохранились и по сей день.

Горы представляют собой не что иное, как кости земли-дракона, по жилам которого течет кровь-вода. Все должно пребывать в равновесии, чтобы ремесис скользил плавно и непринужденно.

Если маг встал на путь Архитектора, ему следует изучить труды живших до него магов со всей тщательностью и последовать древним традициям. Нужно помнить, что сердце Ремесиса отворяют три ключа, которые не следует тревожить без надобности, однако стражи, ими вызываемые, испокон веков играли немаловажную роль при создании жилищ. Призывать их нужно с осторожностью. Каждое строение, охраняемое таким стражем, одним или несколькими, будет в сотни раз мощнее любой крепости.

В строительстве домов предпочтительно использовать плавные линии и избегать острых углов. Если создать кольцевую (спиралевидную) застройку, то и потоки ремесиса смогут циркулировать естественно и беспрепятственно, будто бы перекатываясь с завитка на завиток, образуя идеальный узор. Наиболее благоприятен будет тот дом, что выращен Архитектором, подобно цветку, в конце извилистой улицы, усыпанной гравием. Застройка не должна позволять ремесису застаиваться или уж тем более «душить» его, ведь суть ремесиса – свобода созидания, помогающая, но не подчиняющаяся. Магия – не раб человека, магия – своенравна, и помогает тому, кто этого заслуживает.

Будь ты архитектором или гончаром, не имеет значения. Твои помыслы и твои устремления, свет твоего сердца – вот что истинно волнует ремесис.

Угнетенный ремесис рано или поздно взбунтуется, подобно дремлющему дракону. Поэтому даже в таком обыденном деле, как строительство, оставайся благородным.

О домостроении, Тайный Архив

V

Виктор не успел опомниться, как ненормальная девчонка выбежала из машины. В его руке блеснул браслет с небольшой нефритовой подвеской. Он покрутил украшение, не веря собственным глазам, а через мгновение услышал возглас Риты.

– Не может быть! Один из древних родов! Какой? Что там было?

– У тебя под носом жила аристократка, а ты и не заметила? – выдохнул Риок, переводя взгляд на Виктора.

– Я не видела печати! – протараторила Рита. – Если бы видела, то… сами знаете что!

Виктор знал. Все аристократы без исключения находились под его опекой, эту честь ему передал отец. Но символ, выведенный на нефрите, растревожил его память, от которой было ни убежать, ни скрыться.

– Виктор! Да очнись же! Она вот-вот сбежит! – Риок толкнул его в плечо.

Принц и впрямь был ошарашен. Герб на нефритовом плоском камушке изображал символ Дома Казиньяк. Распустившийся лотос с занесенным над ним кинжалом.

Подвески обладали магией рода и носили их лишь выходцы аристократических семей. А перед Дилипом Казиньяком Виктор держал давнюю клятву.

Рита внимательно вглядывалась в символ, на ее лице проступало узнавание.

– Ты ведь возьмешь ее под свою опеку? – взволнованно сказала сестра, впервые за долгое время лишившись самообладания. – Ты обязан, Виктор! Не можешь же ты бросить ее на улицах этого города! Одну! Ты наш принц.

– Знаю, – рыкнул Виктор и вылетел на улицу, создавая на ходу непроницаемый коридор, отгораживаясь от внешнего мира.

Куда она побежала? Та самая девчонка, что танцевала под дождем! Она еще тогда показалась ему смутно знакомой.

Он не верил в совпадения. На все есть причина.

Виктор набрал в легкие побольше воздуха, прикрыл на секунду глаза, позволяя ремесису отыскать беглянку, а в ответ получил такой мощный поток силы, что замедлил шаг.

Но ведь это невозможно. Он последний маг, никого больше не осталось. К тому же она – женщина.

«Порядок царит в уме мужчины. Только мы умеем строить и созидать. Женщины властвуют над хаосом, в то время как мужчины – над ремесисом. Запомни, Виктор», – отголоском далекого эхо звучали в голове слова отца.

Виктор ринулся вперед, преодолевая преграды, ныряя под арками, которые возвел здесь сам. Он строил внутри, в уме, и строил снаружи. Как бы девчонка ни пыталась укрыться, он уловил ее… магию. Ремесис!

Нет, он до сих пор не верил! Разве видел он или кто-либо из его знакомых женщину-мага? Какова ее сила? Что она умеет?

Впереди мелькнула темная тень – девчонка вспорхнула на стену дома, будто у нее выросли крылья. Она удирала от него – это заставило Виктора ухмыльнуться, ведь от Архитектора так просто не уйти, когда он знает цель.

Силовые потоки окутали Виктора магией. Внутри ключа, что висел у него на груди, пробуждались духи стражей, желая вырваться на свободу и сослужить ему службу. Но он справится и без них.

Всего лишь девчонка. Всего лишь…

Когда Виктор настиг девушку, та вскрикнула. Они успели добраться до позолоченной крыши дома, откуда открывался изумительный вид на город, с высокими колоннами, сверкающими статуями и стеклянными куполами. Вдалеке виднелся Беломраморный Дворец и, словно назло ему, столь же величественно возвышалась темная громадина Собора– Музея. Остальные семь дворцов охраняли город не хуже стражей.

Виктор навалился на пытавшуюся ускользнуть девушку, придавил всей мощью своего ремесиса. Маленькая беглянка была сильна, но не настолько. Пока негодяйка осыпала его бранными словами, значения которых он даже не знал или не понимал из-за странного акцента, он все крепче обхватывал девушку путами, созданными с помощью магии. Чем больше она злилась, тем проще было сковывать ее.

– Ничтожество! – выкрикнула она и попыталась вцепиться зубами в мочку его уха.

Виктор отчетливо услышал клацанье ее челюстей.

Что за маленький хищный зверек попался в его сети?

Принц тут же одернул себя, поняв, что это не отталкивает, а скорее притягивает. Кровь пульсировала в его венах от осознания того, что он не один. Он – не единственный наследник ремесиса. Магия принадлежала кому-то еще, а с ней и ответственность за будущее королевства.

Это просто не укладывалось в голове.

– Значит, решила убежать от меня? – шепнул Виктор у девушки над ухом, вдыхая пряные нотки.

От этой буйной магии щекотало в носу. И в то же время за пряностью скрывался нежный, почти неуловимый мотив.

Наконец Виктор отпустил девушку, но из-за магических оков пошевелиться она не могла. Металлические кандалы искусной ковки удерживали запястья и щиколотки. Им под стать – металлический ошейник с цепью, которую он держал в своих ладонях.

Девчонка зарычала, в зеленых глазах плескалась угроза: «Я убью тебя, убью» – говорила она одним лишь взглядом. Волосы ее, неровно остриженные, с кривой челкой, сбились на лицо.

Виктор покачал у беглянки перед носом нефритовой подвеской.

– Откуда это у тебя? Украла?

– Сами знаете, – прошипела девчонка. – Такое украсть никому не под силу. Отдайте!

Виктор знал. Символом Дома мог наделить лишь его глава. И передать эмблему просто так не вышло бы. Даже сейчас Виктор с трудом удерживал реликвию в руках – камень так и тянуло к девчонке.

– Тогда и ты прекрасно знаешь, как я должен поступить. Тебе нужно многое мне объяснить, маленькая дикарка.

Он дернул за цепочку и повел девушку за собой.

U

Особняк, к которому они подъехали, сливался с окружающей зеленью. Острые крыши и круглые башенки венчали чрезвычайно гармоничное строение. Оконные рамы и крыльцо были выкрашены в бирюзу, под козырьками прятались цветочные барельефы, среди которых виднелись каменные лица.

Юви издалека почуяла, что дом под магической охраной.

Когда ее завели внутрь, усадили на кушетку посреди гостиной и сняли оковы, она сердито осмотрелась.

Потерла затекшие руки, разминая их. За спиной послышались шаги и шуршание юбок, но она даже не повернулась, зная, что там же стоит и смотрит на нее Архитектор. Уютно он тут устроился, ничего не скажешь. В то время, как многие мартимьяне ползают, словно крысы, по канавам, он отдыхает в своем прекрасном особняке в окружении дам! Новая волна злости захлестнула Юви, не давая вздохнуть полной грудью. Теперь нужно вести себя предельно аккуратно. Она попала в стан врага, а насколько он силен, еще предстояло выяснить.

Юви медленно повернулась и посмотрела из-под челки. Четверо мартимьянок, девушек разных возрастов, не сводили с пленницы глаз, хотя в этих черных нарядах пленницами были они. Рита завела в комнату пожилую госпожу, которая, охая и ахая, распростерлась в кресле. К ней подскочила самая младшая из девушек, показавшаяся Юви смутно знакомой.

– Скажите мне, что это правда, – снова вздохнула женщина, прикладывая ладонь к груди.

– Матушка, мы и сами пока не знаем. Но скоро узнаем, да, принц Виктор? – спросила девочка с косичками и тут же потупила взгляд.

Если это его родные, то неужели обращаются к нему по титулу?

– Займись мамой, Лали, и не задавай глупых вопросов, – ответила ей одна из сестер, надувая и без того пухлые губки.

Она провела ладонью по красиво уложенным волнистым локонам, поправляя атласные ленты. Пожалуй, она была тут единственной, на ком костюм солидийки выглядел гармонично.

Тонкая рука протянула Юви стакан воды.

– Вот, возьми, – дрожащим голосом сказала ей девушка. – Я – Дженни.

Чересчур бледная и эфемерная, она походила скорее на видение, чем на настоящую девушку из плоти и крови.

Юви с благодарностью приняла стакан – дикаркой она не была, как бы ее ни назвал этот лжепринц. Пусть и вдали ото всех, но ее воспитывали со всеми подобающими мартимьянам манерами. Дженни слегка улыбнулась, отводя в сторону грустные глаза.

«Великий Ремесис, как они все похожи!» – подумала Юви, разглядывая сестер и избегая смотреть на «главу» Дома.

Для Мартима это, правда, было в порядке вещей. Пока жены аристократов ждали рождения наследника, который мог бы перенять отцовскую магию, на свет появлялись девочки.

– Рассказывай, кто ты такая? – раздался уже знакомый ей густой голос.

– Виктор, полегче, – осадила его Рита.

Хотя бы она не обращалась к нему «принц». Все эти титулованные особы только и умели, что задирать носы.

Юви изогнула бровь и отважилась посмотреть в безжалостные угольные глаза. Неужели Архитектор думал, что она его боится? Да, она поддалась ему в той стычке. Может, так будет даже проще подобраться к Императору, чем ей вначале казалось. Если принц Виктор прислуживает ему, значит, у Юви рано или поздно появится шанс оказаться поблизости.

– Юстиана Казиньяк. Мой отец – Дилип Казиньяк. Мой брат…

– Юстиана! – вновь ахнула госпожа Меримьян, промокнув лоб шелковым платком. – Девочка моя! Но как такое может быть? Нам сообщили… довольно давно… что ты…

– Да. Я вроде как погибла. Но на самом деле, как видите, жива-живехонька, – обратилась Юви к госпоже Меримьян, старательно игнорируя принца. – Но прошу, зовите меня Юви. Не люблю всю эту официальность.

Юви поднялась со стула и, не глядя на принца Виктора, продемонстрировала изящный реверанс, расправив плечи и руки, подобно крыльям, склонив голову и чуть присев, сдержанно, но почтительно, как и подобает юной девушке перед госпожой древнего рода. Так бы она приветствовала на людях и собственную мать. Юви краем глаза заметила потрясение на лице Архитектора – наверное, этот самодовольный тип сомневался в ее благородном происхождении. Губ девушки коснулась ехидная ухмылка.

– Мы долго скрывались после Захвата. Отец…

– Твой отец объявлен преступником. И он мертв, – резко сказал Архитектор. Слишком резко, так что она даже вздрогнула.

Улыбка Юви померкла. Ей хотелось обрушить на голову этого человека весь свой ремесис, внутри все так и клокотало, заставляя ее тело дрожать от напряжения.

– А значит, теперь ты под моей эгидой. Останешься здесь и будешь вести себя, как порядочная дама Шаттрли из Дома Меримьян.

Шаттрли! Какое глупое название для главного города всех Бесконечных земель. Черепахи Солида не смогли придумать ничего лучше, чем этот труднопроизносимый набор звуков. От самого этого слова веяло разрушением.

Юви только фыркнула и стиснула челюсти, чтобы не сболтнуть лишнего. Пусть говорит, что хочет. Конечно, она останется. Но по своей воле. Это решение принял не какой-то там принц Виктор, а она сама. Может думать все, что хочет.

– Очень хорошо, – наконец отозвалась Юви и даже вежливо улыбнулась хозяину дома. – Где моя комната? Хотелось бы отдохнуть, если вы не возражаете, принц.

– Сначала пройдем в мой кабинет. Разговор еще не закончен. – Архитектор отвернулся и пошел прочь. – Риок, проводи ее.

Распоряжается ею, будто она пленница или рабыня! Да что себе позволяет этот мартимьянин?

– Мариэ, распорядись приготовить комнату наверху для нашей гостьи, – бросил принц Виктор, обернувшись.

Этот точеный суровый профиль моментально врезался в сознание Юви, и что-то смутно знакомое всколыхнулось в памяти. Глупости.

Девушка с темными и гладкими забранными в пучок волосами вытянула в струнку и без того прямую спину, поджала губы и, сверкнув взглядом в сторону Юви, удалилась прочь, в коридоры особняка.

Риок шагнул к Юви, но та остановила его изящным взмахом руки.

– Сама дойду! Не маленькая.

Странно, что она ничего не почувствовала в тот вечер – ведь сейчас Архитектор излучал такую дикую, необузданную силу. Юви чуть ли не лихорадило. Хотелось вцепиться ему в горло.

Она направилась по его магическому следу, стараясь держать себя в руках.

Рано, Юви, рано.

* * *

– Так, а теперь выкладывай, что еще за фокусы? – спросил принц Виктор, остановившись у громоздкого письменного стола, но садиться за него не стал.

Юви промолчала, окидывая взглядом кабинет. Недурно устроился принц, снова подумала она, вспоминая свою жизнь в изгнании. Свободные жители страны Феникса были вольнолюбивыми и не слишком интересовались уютными домами, проводя много времени в горах, среди природы.

А какая библиотека! Всю стену занимал стеллаж с разноцветными корешками книг. Несколько томиков валялись на столешнице вместе с чертежами. На стене висел портрет изысканной дамы, которая хитро улыбалась. Юви соскучилась по книгам.

– Откуда у тебя ремесис? Это ведь просто невозможно, – тихо произнес Архитектор.

– Завидуете, принц Виктор? Поняли, что вы не уникальны? – съязвила Юви и прикусила язык. Ну что ей стоило и дальше молчать? – Вы ведь это чувствуете не хуже меня. Ремесис мой, и всегда им был.

– Бестолковая девчонка, – прорычал принц Виктор. – Откуда ты только явилась.

– Нежилась на виллах, купалась в море с водными драконами, пока вы тут вылизывали ботинки Императору. В общем, наслаждалась жизнью. Похоже, да? – выпалила она, и принц в два плавных шага оказался рядом с ней.

– Ты не смеешь разговаривать со мной в таком тоне, – угрожающе произнес он, нависая над Юви. – Я глава Дома, теперь – твоего дома. И тебе следует уважать меня. О магии ты никому ничего не расскажешь. Тем более моим домашним. Хватает и того, что ты воскресла из мертвых. Как ты оказалась в Шаттрли?

– Я приехала сюда недавно… С отцом и братом, – сказала Юви, взглянув на Архитектора.

– Твой брат тоже жив?

– О да, еще как жив! – усмехнулась Юви, сама удивляясь собственной лжи. – Он найдет тебя и прикончит, принц Виктор!

– Не играй со мной в эти игры, Юстиана. Отныне ты будешь жить здесь, по моим правилам.

– Я могу уйти в любую секунду, – прыснула она со смеху. – Ты, правда, считаешь, что удержишь меня, принц… Виктор?

В мыслях Юви поднялся настоящий ураган противоречий. Разум подсказывал замолчать и остаться, присмотреться к Архитектору и нанести удар, когда он будет меньше всего того ждать. Чувства разлетались крикливыми чайками.

Воздух вокруг нее зазвенел. Мощный поток смел со стола книги и кофейную чашку, которая тут же разбилась. Следом упала с полки семейная фотография, по паркету рассыпалось стекло. Пришел черед настольной лампы, и, наконец, Юви добралась до окон, выдавливая их наружу. Те с треском лопнули и осыпались на асфальт во внутреннем дворе.

– Прекрати крушить дом, – отчеканил принц Виктор. – Ты и так разбила мою любимую кофейную чашку!

– А то что? – распалялась Юви.

Архитектор даже не шелохнулся под напором ее силы, что несколько покоробило Юви. Она в полной мере овладела ремесисом в шестнадцать. Могла то, о чем даже помыслить боялась, но ее все время сдерживали.

– Хочешь помериться силой? – выдохнул принц Виктор разве что не огнем.

Вдруг зашевелились книги на стеллаже, формируя не что иное, как ступеньки. В потолке образовалась дыра, и принц Виктор, ухватив Юви под локоть, потащил ее наверх. Она лишь успела заметить, как женщина с портрета подмигнула ей.

– Куда ты меня тащишь?

– В твои апартаменты.

Все произошло так стремительно, что Юви не смогла трезво оценить ситуацию. Вот она, спотыкаясь, бежит за ним по лестнице, окруженная шуршанием страниц и ревом воздушных потоков. А через мгновение стоит в огромной ванной комнате и смотрит на диковинный кафель – откуда на нее в свою очередь таращится лупоглазая бирюзовая рыбина с золотыми плавниками.

Принц Виктор распахнул рубашку, и Юви увидела на его шее ключ. Один из ключей от королевства. Она так и ахнула от потрясения.

– Явись, тайный страж, явись ко мне, Риус. Да будь свидетелем.

– Свидетелем чего? – успела пискнуть Юви.

Рыбина закрутила выпученным глазом, зашевелилась и выбралась из стены, представ перед ними во плоти. Ее чешуя переливалась множеством оттенков, заставив Юви вспомнить о прежнем Ремесисе, полном красок и жизни. Юви пораженно смотрела, как у существа отросли вполне себе человеческие ноги, затянутые в мужские брюки цвета индиго. А на голове рыбины даже появилась нелепая шляпа– котелок.

– Вызывали, хозяин?

– Я призываю тайный Ремесис, – шепотом произнес Виктор, но Юви прекрасно слышала его.

У девушки подкосились колени, будто кто-то лишил ее воли. Принц Виктор придержал ее за талию, а в следующий миг перед ней взвилась тонкая прозрачная змейка из капелек воды. Юви зачарованно разглядывала ее, не в силах пошевелиться. Это было слишком прекрасно, чтобы сопротивляться.

– Что ты такое делаешь… – выдохнула она.

– Ты никуда не уйдешь, – пообещал ей принц Виктор. – А если уйдешь, я найду тебя где угодно.

Змейка скользнула к шее Юви, совсем как та недавняя цепь.

– Да ты…

У Юви перехватило дыхание, когда ее накрыла волна непередаваемых чувств. Она больше не могла стоять на ногах – простреливало все тело, только не болью… нет, нет, совсем не болью. Еще никогда ей не было так хорошо и спокойно.

Она растерянно заметила, как принц подхватил ее на руки и уложил на кровать. Откуда здесь кровать? Юви приоткрыла рот, желая что-то сказать, но не могла подобрать слов.

– Принц Виктор…

– Ты можешь звать меня просто Виктор, Юстиана.

– Ю… ви…

Да что с ней такое? Она лежала перед ним, словно совершенно обнаженная. И в этот момент Юви поняла, что была обнажена ее душа, а не тело. Столкновение двух сил. Именно оно забрало весь воздух из ее легких. Возможно, даже сердце перестало биться.

Но вдруг ощутила прикосновение горячих губ к шее. Она видела Архитектора, его темную голову, но все было размыто, будто за стеной дождя.

– Дыши… тихо, тише. Великий Ремесис… я не думал, что… Она не слышала, что он сказал дальше. Но увидела – все кругом растворилось, остался лишь черный журавль с серебристой шапочкой и перламутровыми крыльями. Он распахнул крылья, нависая над ней. А когда исходящая от него сила добралась до нее… Юви осознала, что смотрит внутрь себя. И видит алый распускающийся лотос. От этого прекрасного зрелища ей хотелось заплакать.

Спустя мгновение видение померкло. И Юви задрожала от холода.

Принц Виктор встал с постели и направился к двери. Юви увидела, что находится в просторной спальне, но деталей рассмотреть не могла, слишком ошарашена она была.

– Что ты со мной сделал? – спросила Юви.

Мужчина чуть дернул рукой, и внутри Юви что-то отозвалось. Ее потянули вперед, будто на привязи.

– Это что, поводок? За кого ты меня принимаешь? За собаку? – Юви схватила с тумбочки статуэтку и без раздумий бросила в него.

Принц Виктор успел выйти за дверь и запереть ее за собой. На ключ.

– Собаки более сговорчивые, – донесся из-за двери его надменный голос.

Юви больше не могла сдерживаться от переполнявших ее эмоций. Она зарыдала, уткнувшись в подушку. Вспоминала отца, который погиб за свою страну, маму, которой приходилось скрываться, Роши, жизнь которого унесло чье-то коварство.

Нарыдавшись вдоволь, она уснула. Все же сон – лучшее лекарство, как постоянно напоминала ей мама. Юви отдохнет, а потом придумает план, как разобраться со всем.

Тем более, теперь она знала, где второй ключ.

* * *

Она открыла глаза, потому что кто-то щекотал ее ладонь. Юви вздрогнула – вдруг это какое-то насекомое, а она их просто ненавидела, – но встретилась с темно-карими глазами на круглом девчачьем личике.

– Привет! Если помнишь – я Лали. А если полностью – Лалибэй Меримьян.

Юви высунула голову из-под подушки и тут же об этом пожалела. Сколько же она проспала? За окнами все еще было светло, так что, наверное, недолго.

– Как странно! – Девочка подобралась ближе к Юви и провела рукой по ее волосам. – Они светлые! У тебя светлые волосы! Но как такое может быть? А еще они… отросли.

Глаза девочки наполнились пониманием.

– Ты такая же, как он? Как принц Виктор?

В ответ Юви лишь простонала и перекатилась на другой бок. Отлично! Архитектор наказал ей ничего никому не говорить, а она сразу же раскрылась.

– Ты совсем как девочка из той сказки! – восторженно проговорила младшая из сестер принца.

– Из какой еще сказки? – без интереса спросила Юви, садясь и обхватывая подушку.

– Конечно же, которую читала мама. Из очень потрепанной книги. Оттуда постоянно вываливаются страницы.

– Что же вы не дали ее на починку вашему принцу? – фыркнула Юви. – Для него ничего не стоит…

– Принц Виктор говорит, что нельзя растрачивать ремесис направо и налево.

– Ага, я заметила.

Наконец Юви встала с кровати и подошла к зеркалу. Вид у нее, конечно, был помятый, а волосы успели отрасти до пояса. Черными оставались лишь кончики. Неудивительно, ведь она выпустила ремесис. Во сне волосы иногда немного отрастали – когда не владеешь собой, бродя по лабиринтам подсознания, магия так и норовит вырваться.

– А как ты пробралась сюда? – спросила Юви. – Ваш драгоценный принц запер меня тут.

Лали достала из собранных в пучок волос шпильку и повертела перед собой.

А девочка не так проста, как показалось Юви на первый взгляд.

– Сестры часто запирали меня ради моей же безопасности – так они говорили. И мама тоже. И принц Виктор.

– В чем же ты провинилась? Лазала по деревьям? Может, сбегала из дома?

– Ну… они просто считают меня слишком любопытной. А что поделать, если все приходится узнавать самой. Никто ничего мне не рассказывает.

– О чем ты?

– О том, что происходит на самом деле! Говорят, это дела взрослых. Будто я недостаточно взрослая.

– И сколько же тебе?

– Целых двенадцать!

Лали спрыгнула с кровати.

– Ты умеешь хранить секреты? – спросила ее Юви, поймав взгляд девочки в зеркале. – Тебе придется держать рот на замке, иначе мне достанется, и не только от принца Виктора.

Девочка заулыбалась и подошла ближе. Юви села на табуретку, затянутую атласом, и взяла в руки расческу. Провела по спутанным светлым волосам. Окинула взглядом комнату, но нужного не увидела. Ее запястье ловко вильнуло, и расческа обернулась ножницами.

– Ух ты! – воскликнула Лали.

– Давай теперь приведем меня в порядок. И покрасим заодно волосы, иначе твои сестры сами побелеют от ужаса, как те призраки из сказок.

Юви закрутила волосы в жгут и отрезала. Потом попросила Лали подровнять их. Оказывается, проспала Юви почти сутки, но никто не хотел ее потревожить – после того разгрома, что учинил принц Виктор (точнее, она сама, но принц учтиво взял вину на себя). Девочка радостно щебетала подле нее, рассказывая домашние сплетни и всякие сказочные небылицы, а когда Юви провела пальцами по волосам, вплетая в них магию, Лали ахнула и спросила, а нельзя ли сделать ее саму блондинкой – интересно же. Но поэкспериментировать не вышло: за дверью раздались шаги.

– Должно быть, это сестры!

Юви наспех убрала под стол отрезанные волосы – они ей еще пригодятся – и развернулась. Лали заметалась по комнате, но когда дверь отворилась, остановилась по центру, как вкопанная.

– Лалибэй? – Первой вошла Рита. – Что ты тут делаешь? Немедленно выйди.

Девочка послушно склонила голову и поплелась в коридор. Но прежде чуть повернулась и украдкой улыбнулась Юви. Значит, в этом доме есть хоть одна светлая душа. И это огорчало Юви больше, чем ей хотелось бы. Она совсем не желала причинять девочке страдания, но если уж надумала совершить переворот и избавиться от Архитектора, другого быть не могло.

Юви тут же пришла в себя, вспомнив, кто она такая и зачем сюда явилась. Она встала и выпрямилась, с вызовом глядя на каждую из четырех старших сестер. Те выстроились перед ней полукругом, разглядывая. Шаг вперед сделала не Рита – самая старшая из них, а Мариэ. Она выглядела строгой домоправительницей, а может ею и была.

– Мы принесли тебе вещи и документы. Дженни…

Девушка с кружевным белым воротничком положила на кровать стопку вещей.

– Это на первое время. Мы с тобой примерно одного роста, думаю, тебе подойдет, – проговорила она тихим голосом.

Юви бросила взгляд на вещи и поморщилась. Неужели теперь все время придется ходить в этих черных тесных нарядах, которые сковывали любое естественное движение?

– Скоро завтрак, – снова подала голос Мариэ. – Ровно в девять, не опаздывай. Принц Виктор этого не любит.

– А что он вообще любит? – выдохнула Юви.

– Как минимум, проявление вежливости… в его доме. – Мариэ пронзительно посмотрела на нее, и Юви заметила, как красиво разлетаются в стороны ее черные брови – как два тонких крыла.

– А что с документами? Мне что, надо подписать бумаги, что я буду жить… в его доме? А может, что я не стану тут ничего ломать? Просто очень хочется.

Девушка с пухлыми губками – кажется, Ксиу, – прыснула со смеху, остальные остались предельно серьезными. Рита отошла к окну, стараясь не смотреть в сторону Юви. А ведь ей так нравилось их общение в танцевальной школе! Они могли бы стать настоящими подругами. Но теперь она оказалась среди целой своры сестриц Архитектора. Они все – ее враги, напомнила себе Юви. Они преклонили колено перед Императором, позволили тому пользоваться ремесисом через принца Виктора. Да она бы лучше погибла, чем сдалась!

– Конечно, нет, – позволила себе улыбнуться Мариэ. – Но мы должны убедиться, что ты знакома с правилами Солида. И правилами Шаттрли. Где ты жила до этого, нам неизвестно. Но здесь у всего есть свои предписания. И ты обязана им подчиниться. Чтобы не позорить нашу семью. Твоя и так уже опозорена…

– Что ты сейчас сказала? – прошипела Юви, сжимая ладонь в кулак. Может, начать не с Архитектора, а с его сестриц? Что за надменная девица эта Мариэ.

– Переодевайся и спускайся к завтраку, – все так же сухо проговорила та. – И будь добра, прочти все же правила.

Девушки развернулись и вышли из комнаты одна за другой, будто стая важных ворон. Рита задержалась на пороге.

– Наши репетиции придется отменить. Жаль, но я попробую найти тебе замену. Правда, сделать это будет очень трудно.

– Но я хочу танцевать!

– Нельзя. Он не разрешит, ни за что в жизни.

– Тебе-то разрешает.

– Я – другое дело, Юви. – Рита наконец посмотрела ей в глаза. – Со мной уже все ясно. Но ты… не хватало еще тебе попасть к Императору. Танцы танцами, но здесь все очень серьезно. Боюсь, тебе лучше просто слушать Виктора и делать то, что он говорит.

Когда они ушли, Юви принялась нарезать круги по комнате, обдумывая свои дальнейшие шаги. Следовало узнать, как открыть первый ключ, потом забрать у его высочества Принца Надменного второй, и наконец – добраться до Императора. Она сможет все изменить, ей некуда деваться.

Юви развернула одежду, принесенную Дженни: черное платье с тонкой белой кружевной оборкой. И еще одно, не менее черное, без каких-либо украшений. И еще… Как же скучно! Нет, так дело не пойдет.

Когда Юви спустилась к завтраку – слава Ремесису, дверь оставили незапертой, и не пришлось громко звать кого-то или, того хуже, выламывать ее, да, она была в гневе, но она же не разбойница, в самом деле, – тихоня Дженни подавила вскрик, Ксиу засмеялась, а Мариэ окинула Юви неодобрительным взглядом.

К черному платью с чопорным воротником– стойкой Юви добавила шелковый ярко-изумрудный шарф. Волосы, доходившие до середины шеи, она оставила непокрытыми и никак не заколотыми. Девушка с улыбкой присела на свободный стул за длинным обеденным столом. Все сидели напряженно, выпрямив спины, даже госпожа Меримьян. Она ласково улыбнулась Юви.

– Рада, что ты теперь с нами, девочка моя, – сказала женщина.

Юви ничего не ответила и потянулась за аппетитной пышной булочкой, которая лежала в плетеной корзинке. Ее тут же хлопнула по руке сидевшая рядом Ксиу.

– Мариэ, похоже, она все же не прочла правила. – Потом повернулась к Юви, чуть скривив пухлые губки. – Здесь никто не начинает есть, пока не появится…

Тут-то он и появился. Юви моментально ощутила это, прежде чем увидела. Хлопнула входная дверь, а после четким уверенным шагом в столовую вошел принц Виктор. Значит, он не ночевал дома? Опять побывал в «Жасмине»? Да какое ей дело! Если бы не этот странный трепет внутри…

Один взгляд принца Виктора в ее сторону, и воздух между ними наэлектризовался. Но он посмотрел лишь мельком, как будто не увидел ничего особенного – как же это раздражало, – и уселся во главе стола. После тихой, еле слышной молитвы все приступили к еде. Но Юви есть расхотелось. Неужели все так и будут молчать и стучать вилками?

– Девочка моя, ты совсем не притронулась к еде, – обратилась к ней госпожа Меримьян. – Может, приготовить для тебя что-то особенное?

– Нет, спасибо, все хорошо, – натянуто улыбнулась Юви, стараясь не смотреть в сторону Архитектора. – Я просто не…

И вновь этот импульс. От неожиданности она вздрогнула. Повернула голову и встретилась со строгим взглядом принца Виктора. Она нахмурила брови, и вот опять, то же самое. «Ешь», – словно бы говорил он ей, общаясь на уровне энергии, ремесиса.

Она сжала в руке вилку и тоже застучала ею по тарелке.

Он за это еще ответит.

Глава 6. Дебютантка

Отправляясь юным отшельником в северно– западные земли, я и не ожидал встретить столь развитую цивилизацию за пределами королевств Мартим. Однако Империя Солид является образцом сплоченности и целеустремленности. Обитая на каменистых «черепашьих» землях, голубоглазые солидийцы создали свою культуру, принесенную некогда из-за океана.

Хочется отметить, как слаженно действуют солидийцы, подчиняясь единому тирану Императору. В их суровой и холодной столице Тарталлуге я пробыл не так долго, но сумел осознать врожденную тягу солидийцев к теплу и солнцу. Возможно, раньше их мир был иным.

Этим ли обусловлено их медленное, но стабильное движение на юго-восток? Империя Солид растет с каждым днем и каждым часом. Это восхищает меня и вместе с тем пугает.

А что, если однажды солидийцы подойдут к вратам Ремесиса?

Я буду молиться богиням, чтобы наша магия оказалась достаточно сильна.

Путешествие на Запад, путевой дневник Зеленого Императора, Тайный Архив

V

Среди воцарившейся за столом тишины был отчетливо слышен стук в дверь. Три коротких удара. Виктор с трудом проглотил кусочек бекона и сделал глоток воды. Он знал, кто за этой дверью. Он ждал их. Решение оставить у себя в доме Юстиану могло повлечь определенные последствия – такие вещи не оставались незамеченными солидийцами. Тем более что Риоку пришлось обо всем доложить. Почти обо всем. Какими бы друзьями они ни были, иногда все же оказывались связанными по рукам.

– По приказу Императора! – раздался громкий голос, и Виктор позволил двери отвориться, впуская внутрь легионеров. И не только.

В столовую вошли пятеро мужчин – трое в черной форме Солида и двое деструкторов в черных с золотом плащах. Только Великим Лотосовым Музам было, пожалуй, известно, что заставило деструкторов подчиниться Императору, как он сделал из них своих псов.

Виктор неторопливо поставил бокал с водой и отложил столовые приборы. Стоит сохранять спокойствие, чтобы не напугать и без того ошарашенных женщин своего Дома. И Юстиану, вдруг подумал он, заметив, как она побледнела. Возможно, она еще никогда не видела деструкторов.

– Чем обязаны? – спросил Виктор, не вставая.

Вперед выступил один из легионеров, еще совсем юный, с едва пробивающимися усиками.

– Мы… – Он запнулся и посмотрел на Виктора. – Мы пришли по приказу Императора.

– Это я уже понял, – усмехнулся хозяин дома. – Как поживает Октавиан?

Женщины молчали, предоставив действовать ему как главе Дома. Иного он и представить не мог.

– Император Октавиан, – стальным тоном произнес один из дуэта деструкторов.

Оба были высокими, с вытянутыми неприятными лицами. Отличить одного от другого было довольно трудно – они казались близнецами, а может ими и являлись. У Виктора была теория, что все деструкторы произошли из одного дьявольского чрева, приходились друг другу братьями и явно не вышли лицом.

– Насколько нам стало известно, – подхватил молодой легионер, видимо, ощутив поддержку, – в вашем Доме обосновалась новая жительница. Мы должны проверить ее документы.

– У нее нет документов, она из приюта.

– Но у нее должны быть хоть какие-то документы.

– Они утеряны.

– И как же вы тогда узнали, что она ваша родственница? – снова подал голос деструктор.

Сестры и мать не шевелились, напоминая молчаливые статуи, выполненные искусным скульптором. На руку Мариэ, застывшую на бокале, приземлилась муха, но сестра не дрогнула. Она неотрывно смотрела на Юви, испепеляя ту взглядом. Виктор знал, что не все сестры приняли его решение приютить Юстиану. Особенно Мариэ.

Муха поднялась в воздух, перелетев на сложенные на столе ладони Юви. Хлопок. И мухи не стало. Несмотря на всю напряженность ситуации, Виктору захотелось рассмеяться. Про эту девочку не скажешь, что она и мухи не обидит.

Он до сих пор не мог поверить, что Юстиана жива. Его Юстиана. Хоть она была совершенно не похожа на ту, которую он знал, за которой был способен часами наблюдать из своего укрытия. Вот только он и подумать не мог, что она владела ремесисом, а отец Юви даже не удосужился рассказать ему.

– В дневнике моей матери было упоминание о семье Меримьян, – подала голос Юви, заставляя Виктора выйти из задумчивости.

Что она себе позволяла? По правилам Солида женщина не смела говорить, если ее не спрашивали.

– Значит, это вы та самая сирота? – подошел к ней деструктор, вставая за спиной.

– Простите эту несчастную, – произнес Виктор. – Ее манеры оставляют желать лучшего.

Виктор чуть потянул за ниточку, которая теперь связывала их, призывая Юви молчать. Он сам со всем разберется. Солидийцы не тронут ее, пока она под его опекой.

– Это моя дальняя кузина, Юстиана.

– Сколько ей лет?

– Восемнадцать, – без промедления ответил он.

Виктор отсчитывал каждый год, даже после ее «смерти».

Когда их взгляды встретились, в зеленых глазах Юви блеснули перламутровые блики.

– Хорошо. Мы хотим переговорить с ней наедине, если позволите, – сказал деструктор, занеся руку над плечом Юви.

Виктор молниеносно встал со стула и решительным шагом подошел к ним, смерив деструктора суровым взглядом. Сила этого мужчины была в разрушении, тогда как магия Виктора – в созидании. Они могли бы сойтись в поединке прямо здесь и сейчас.

– Она под моей протекцией, – медленно проговорил Виктор. – Это вам о чем-то говорит?

Деструктор усмехнулся тонкими бледными губами, но отвел руку от Юви.

– Хорошо. Как глава Дома вы сможете присутствовать при нашем разговоре.

Черные, с тонкой золотистой каймой, глаза деструктора уставились на Виктора – императорский пес ждал его следующего шага.

Виктор выпрямил спину и свысока посмотрел на деструктора, борясь с внутренним жгучим желанием дать отпор и увести Юстиану подальше. Лучше всего – спрятать ее ото всех и подумать, как скрыть эти необычайные магические способности. Деструкторы могут узнать о втором носителе ремесиса, и тогда… Он даже думать об этом не хотел.

Не проронив ни слова, Виктор жестом указал в сторону малой гостиной. Вести деструкторов к себе в кабинет у него не было ни малейшего желания. Эту комнату он создал в доме именно для гостей, а охраняли ее несколько мелких стражей. Справиться с деструкторами они не смогут, но и врасплох здесь его не застать.

По их тайной связи Виктору передавалась дрожь Юви. Очевидно, что она боялась, и вполне понятно. Деструкторы не знали жалости, им были неведомы чувства. Они просто выполняли приказы.

Виктор первым ступил в гостиную, каждое движение было полно решимости и уверенности, чтобы не дать этим псам ощутить его собственный страх. Не за себя, а за близких. Больше всего он боялся, что им причинят боль. Развернувшись, он столкнулся с немой мольбой на лице Юви. «Прошу, уведи меня отсюда» – будто говорила она. Такая хрупкая и уязвимая. И куда подевалась та бунтарка, которую он хотел при возможности проучить?

Он перевел взгляд на деструктора, и тот кивком указал ему отойти в сторону. Виктор отступил не сразу, перед глазами всплыли расчеты – он уже мысленно возводил клетки вокруг деструкторов, на случай, если они решат причинить Юви вред. Что они хотели выяснить у нее? А может, прознали, что ее отец Дилип Казиньяк?

– Прошу вас, миледи, присаживайтесь, – проговорил деструктор, выдвигая в центр комнаты кресло с мягкой бархатной обивкой.

Она послушно села, сохраняя непринужденную позу, но от Виктора не ускользнуло, как она вцепилась в подлокотники. Изумрудный шарфик, под стать ее глазам, смотрелся сейчас особенно дерзко. Виктор обязательно отругает ее, но позже… Если они выйдут из этой комнаты живыми.

Повисшая тишина пробиралась глубоко в его легкие, оседала там угольно– черной пылью. Каждый новый вдох давался с трудом – принц будто бы приготовился к прыжку, хотя, если верить родословной новоиспеченного Императора, тигром был Октавиан, а вовсе не Виктор. Что мог противопоставить хищникам Журавль?

Свою магию. Свою силу воли. Вот что.

Оберегать Юви – его прямая обязанность.

Второй деструктор извлек из складок плаща черный футляр с гербом Солида, открыл крышку и протянул Юви содержимое. Внутри покоился невзрачный перстень с черепахой из потемневшего металла.

– Наденьте кольцо, и мы убедимся в чистоте ваших помыслов. Вы ведь не желаете зла нашему Императору?

У Виктора пересохло в горле – Ю ви только что лишилась отца по вине Империи, разве сможет она пройти подобное испытание? Однако девушка улыбнулась и протянула руку к украшению, легко подхватывая вещицу и надевая на безымянный палец. Видеть Юстиану с символом Солида на руке было выше его сил. Виктор хрустнул кулаками и шагнул вперед, но встретил незримую стену. Когда Юви только успела? Она что, отгородила его? Ведь это ее надо было защищать, а не наоборот!

Огонек в ее глазах Виктор сначала принял за очередной приступ бунтарства, но тут нащупал нить между ними и понял. Все понял.

За этой расслабленной маской шла настоящая вой на. Деструкция буквально вгрызалась в ее магию, но Юви давала отпор, выталкивая чужеродную силу шаг за шагом. Виктор лишь заметил крохотную капельку пота, проступившую у нее над бровью. Юви даже не шелохнулась. Поразительно. Какими же ресурсами она обладала? Виктор мысленно пытался пробиться сквозь стену, которую она возвела для него. Неужели деструкторы ничего не заметили?

Но оба плаща стояли смирно, напоминая стражей Ремесиса. Самых отвратительных из них.

Когда все закончилось, деструкторы кивнули друг другу и забрали перстень, наконец освободив Юви.

Футляр вернулся обратно в плащ, сменившись конвертом. Деструктор протянул черный прямоугольник Виктору. Новое послание от Императора? Неужели Октавиан решил общаться с ним записками? А может, боялся остаться наедине с Архитектором.

Только когда делегация Императора скрылась за дверьми дома Меримьян, Виктор распечатал письмо. Из малой гостиной, слегка пошатываясь, возвращалась по длинному коридору Юви. Среди теней она казалась бледнее обычного, да и волосы ее тоже побелели. Благо никто из семьи не обернулся и не взглянул на нее.

– Что там? – хрипло проговорила мама.

– Приглашение, – отозвался Виктор. – На осенний бал дебютанток в честь коронации Императора. Он ждет во Дворце Ветра всех аристократок, достигших восемнадцати. Но прежде он хочет убедиться, что они достойны претендовать на место при дворе… – Дыхание Виктора сбилось. – Они должны продемонстрировать свои умения в троеборье и доказать верность Империи.

Виктор опустил письмо на стол, и его дрожащими ручками подхватила Лали.

– Троеборье? – переспросила Дженни. – Что это еще такое?

– Похоже, новый Император устанавливает новые порядки, вот что.

– Тут твое имя, Ксиу, – проговорила Лали. – Значит, ты поедешь на бал?

– Как велит брат, – тонким голоском ответила девушка, нахмурив красивое личико.

– И она тоже, – подала голос Мариэ. – Наша… сиротка. Она ведь тоже поедет, Виктор?

Юви все так же стояла в коридоре, то ли вслушиваясь в их разговор, то ли просто собираясь с силами после стычки с деструкторами.

Когда Виктор сверкнул на сестру взглядом, в разговор вмешалась мама.

– Конечно, поедет. Нет никаких причин откладывать. Лучше всего будет устроить будущее Юстианы, помочь ей, да, дорогой? Тем более что Император обязан пригласить и представителей других стран, если не хочет развязать новую вой ну. Вот только это троеборье… Мне оно совсем непонятно.

У Виктора возникли те же тревоги.

Он и сам теперь помолвлен с дочерью солидийского министра. Как тогда поступить с Юви? Но она не могла так просто разгуливать по городу, храня внутри себя ремесис. Женщины не владели магией. Они были не способны им управлять. Ремесис – это порядок. А женщины – сплошной хаос. Отец был прав.

Но как он мог отпустить Юстиану теперь, когда связал себя с ней тайными узами? Пусть она считает, что он посадил ее на привязь, – в некотором смысле так и было. Виктор впервые за долгое время повиновался импульсу. Сам не понимая, что творит, он воспроизвел древний ритуал, который вычитал из свитков.

Да, он сплел их ремесис воедино. «Тайное венчание» – вот как назывался этот ритуал. Но Юви об этом знать было не обязательно.

U

Приготовления к балу начались незамедлительно, и в доме несколько дней царила суета, среди которой Юви надеялась тихонько затеряться и оправиться после той пытки, что устроили ей деструкторы. Но не тут-то было.

Первым делом госпожа Меримьян вызвала модистку и наказала ей снять мерки с обеих девушек. Ксиу крутилась перед зеркалом, пока Юви скучала в сторонке. Ну как скучала – она впитывала взглядом каждую деталь особняка. Этот дом создал Архитектор, как и другие здания после Захвата, и ей было немного любопытно, сколько в этом всем от заказа Императора и сколько от самого принца Виктора.

Вот эти высокие потолки с барельефами, вот эти львиные морды, затаившиеся прямо на стенах или в позолоченных рамах зеркал.

– Нам еще долго? – спросила Юви у модистки, но та лишь смерила ее красноречивым взглядом.

– Потерпи еще немного, не можем же мы заявиться на бал в лохмотьях, – сказала Ксиу, и ее темные глаза засверкали будто бы от радостного предвкушения. – У меня не осталось ни одного достойного платья.

– Значит, тебе все это нравится? – спросила Юви. – И… жизнь здесь, в Шаттрли?

– А что плохого? У нас есть все, о чем другие и помыслить не могут. К тому же я все меньше помню Ремесис. Мы были детьми. Я размышляю так – если мне хорошо и спокойно, то и переживать ни к чему. – Ксиу развернулась к Юви с обворожительной улыбкой и приложила ей к щеке отрез ткани. – Взгляни, тебе очень пойдет этот шелк. Дебютанткам позволяется облачаться в светлые тона.

– Замечательный выбор, – подтвердила модистка, заставляя Ксиу вновь встать ровно. – Цвет слоновой кости с нежнейшим, как зефир, кружевом…

– Довольно, – вспылила Юви. – Ты, кажется, забыла про троеборье! Хотя бы можешь намекнуть, что это такое?

– Я и сама не знаю, – развела руками Ксиу. Ее плечи чуть заметно дрожали.

Юви отбросила в сторону ткань, которую ей всучила Ксиу, запахнула черный халат и пошла прочь, не дожидаясь своей очереди. Юви могла сотворить себе любое платье, поражающее воображение. Но пользоваться при всех магией ей не позволялось. Так велел принц. Но станет ли она слушаться?

Слова Ксиу больно отдавались в груди Юви. Одно дело – сплотить тех, кто пал духом, другое – переубеждать, что раньше было лучше. Да и как могла Ксиу такое говорить! Сидеть в четырех стенах и думать о платьях? Юви и сама любила красивые наряды, но не когда на кону стояла судьба государства.

Запершись в комнате, Юви достала ключ Красной Тейры, который спрятала под кроватью, замотав, словно в кокон, в отрезанные волосы. Их волшебство надежно скрывало артефакт. Случайно вызвать очередного стража девушка вовсе не хотела. Одно дело ремесис, живший внутри нее, другое – легендарные своенравные монстры, вроде того же гаруды. Но времени до бала оставалось немного, а значит нужно поскорее разобраться с этой загадкой. Как только все три ключа окажутся у нее, придется действовать молниеносно.

Никакого времени на раздумья. Для этого стоит тщательно подготовиться.

В один из вечеров Юви решила исследовать особняк. Все это время она старательно избегала принца Виктора, который при мимолетных встречах едва удостаивал ее вниманием. Он часто отлучался, оставляя ее на попечение сестер, и она узнавала обо всем лишь по обрывкам их разговоров. Юви знала, что сейчас он занят неким грандиозным проектом к осеннему балу, на который приедет делегация свободных Стран Феникса. Торговое сообщение с ними по железной дороге открыли не так давно, и обе стороны предпочитали поддерживать вежливые соседские отношения. Ничего другого им не оставалось. Правда, Солид назвать дружелюбным соседом было нельзя.

Юви несколько раз прошла мимо тяжелой двери с резным узором – оттуда на нее взирали морды мифических существ Тайного Ремесиса. Возможно, это был кто-то из стражей или же обычные украшения – сказать наверняка она не могла. Юви склонила голову набок, обдумывая, каких охранников поставил у своих дверей Архитектор. Можно попробовать проникнуть через окно. Ночью. Когда он будет спать. И сделать то, за чем она явилась в Шаттрли, забрав второй ключ.

В прошлый раз принц просто застал ее врасплох.

Еще в старом родовом поместье Юви часами пропадала в Саду Уединения, сосредотачивая ремесис на одной точке, стараясь овладеть им в полном объеме. Отец усиливал ее тренировки, опасаясь, что она не сможет взять верх над магией в таком раннем возрасте. Или же он просто не знал, как воспитывать мага-женщину, ведь из поколения в поколение передавались ценные сведения и опыт о мужской стороне ремесиса.

Возможно, она родилась именно для этого дня, когда звезды сойдутся самым удачным образом для возрождения Ремесиса. Юви не сомневалась – как только она убьет этих двоих, Императора и Архитектора, все вернется на круги своя.

Она прошла к себе в спальню, чтобы дождаться ночи. Зажгла свечи – мерно колыхавшееся пламя всегда успокаивало ее, а сейчас нервы Юви были на пределе. Она и сама не понимала, отчего так трясутся руки и бешено колотится сердце.

Юви взялась за гребень для волос, превращая его то в кинжал, то в острую шпильку, то в топорик. Ухмыльнувшись, она вернула предмету прежнюю форму. Она представила, как подкрадывается к Архитектору с топориком. Конечно, этим она его не убьет, но дезориентировать сможет.

Как только часы пробили полночь, Юви распахнула окно, вбирая в легкие свежий воздух, и выскользнула на крышу, откуда спустя несколько маневров добралась до балкона принца Виктора. Здешняя архитектура не показалась ей излишне грозной – не то чтобы она боялась медных или гипсовых тварей, но неужели так легко проникнуть в апартаменты к самому Архитектору?

Но вот она уже тут.

Юви, крадучись, подошла к стеклянной дверце, приоткрыла ее бесшумно, легким движением пальцев остановив не только потоки воздуха, но и собственное дыхание. Она окутала себя непроницаемым коконом, уверенная, что сейчас Архитектор не заметит ее. Вряд ли он ожидал от нее какого-то подвоха, пусть их общение сразу не задалось.

Было в принце Викторе нечто обескураживающее, лишающее спокойствия. А может, дело вовсе не в нем, а в его силе. Когда она в последний раз соприкасалась с чужим ремесисом?

Юви подкралась к огромной кровати, самодовольно улыбаясь. Она знала, что ее магия куда сильнее, и стоит ей сосредоточиться, как принц станет беспомощнее щеночка. Сегодня, в этот полуночный час, она разобьет цепь, которой он сковал ее. Она заберет ключ – а что делать с ним, подумает потом.

Принц Виктор в самом деле спал, и Юви даже немного удивилась – она ожидала, что он в любую секунду очнется и поймает ее на месте преступления. Но вот он лежит перед ней совершенно беззащитный, еще два-три шага, и она сможет вонзить кинжал ему в сердце, со спины, ведь лежал принц на боку, а потом начнется смертельный танец ремесиса.

Юви слегка коснулась шелковой простыни немыслимого пурпурно– сизого оттенка. Возможно, эти переливы заставили ее остановиться. Издалека ей показалось, будто простыни черные, но чем больше она присматривалась – а Юви в это мгновение предпочитала смотреть на чарующую шелковую ткань, а не на мужчину, которого собиралась убить, – тем больше различала фиолетовые и бирюзовые разводы, которые находились в непрерывном движении. Виктор перевернулся на спину, и на его непоколебимое, величественное, прекрасное лицо легла полоска лунного света. Неужели преступники спят так спокойно? Юви попыталась припомнить все, за что ненавидела его, но мысли разлетались пугливыми журавлями.

Прицелься, мысленно приказала она себе. Прицелься и нанеси удар.

Это легко.

Так надо.

Грудь принца всколыхнулась – он глотнул воздуха, будто тонул, прямо здесь и сейчас, пребывая во сне. Его лоб нахмурился, а рука сжалась в кулак, сминая перламутровые простыни. Голова заметалась по подушке, и Юви отвернулась, будто стала свидетелем чего-то очень личного. Что так беспокоило его? Значит, он все-таки не так безмятежен.

– Мэй, – выдохнул принц Виктор во сне, заставив Юви вздрогнуть.

Неужели она ждала, что он вдруг назовет ее имя?

В следующий миг Архитектор очнулся от сна, встретившись с Юви взглядом, но не выказав никакого удивления или волнения. Он дернул девушку за эту проклятую невидимую привязь, подталкивая к себе.

– Что ты здесь делаешь? – спросил принц Виктор, когда Юви против своей воли склонилась над ним.

Она на мгновение ослабила контроль над силой – непозволительно! – и магия буквально полилась с ее пальцев, стараясь оттолкнуть Виктора, но тщетно. Он притягивал ее к себе все ближе и ближе. Она сопротивлялась, но было поздно – волосы росли стремительно, разливаясь по шелку серебристой рекой. И вот Архитектор ухватил ее за светлые локоны и резко привлек к себе.

– Ай! – от неожиданности взвизгнула Юви.

– Что ты здесь делаешь, Юстиана? – повторил он свой вопрос, и только сейчас Юви поняла, что прижата к его теплой груди и отчетливо слышит стук вражеского сердца.

Глава 7. Форель, роза и стрела

Закон Солида строг и непоколебим, он гласит:

«Император радеет за судьбу своего народа, да восхвалим Императора. Только ему подвластна жизнь и смерть каждого солидийца. Мы отдадим всех себя за Императора.

Священная Черепаха Империи несет мудрость прочим народам. Она продвигается медленно, но неумолимо. И все, кто окажутся у нее на пути, встанут за ее панцирь или будут стерты с лица Бесконечных земель Имгэ.

Мужчина Солида – оплот своей семьи и народа. Но в первую очередь он слушает Императора и действует во благо его. Все мужи Империи обязаны объединиться для достижения общей цели. Имя им – легион.

Женщина Солида – надежная опора для своего мужа. Кроткая и смиренная, сильная духом и почтительная. Она готова терпеть стужу и ветер, долгий переход через долину Печали и одинокие вечера в ожидании своего легионера – потому что так надо. Она всегда говорит, когда ей позволяют говорить. Она идет туда, где разрешено ходить.

Нет большего счастья и чести для солидийца, чем служить своей Империи. Нет большего счастья и чести для жены солидийца, чем быть верной рабыней мужу своему.

Что до супруги Императора, она должна быть образцом женственности и в то же время силы. Императрица красива, умна, обаятельна. Она может разрешить любой вопрос и быть лучшим другом и советником Императора, она должна сопровождать его повсюду. Покуда он жив, жива и она.

Но не стоит забывать о государстве. Ничто так не сплотит народы, как крепкий союз их представителей».

Семейные законы Солида, Тайный Архив

V

– Сиди ровно и не дергайся, – произнес Виктор, доставая из лакированного футляра ножницы.

Он так забил себе голову поисками ключа, что забыл о такой маленькой, но важной вещи. Волосы следовало остричь, чтобы очистить, обновить магию, а также чтобы использовать этот дар во благо.

– Ты говоришь, как мой отец… принц Виктор.

Он сощурился и посмотрел на ее хрупкое отражение в зеркале. Она выплевывала его имя, как проклятье. Удивительно для такого милого на вид создания. Светлые волосы пушились на макушке, создавая вокруг головы гало. Какой же невинной и безобидной выглядела Юстиана. Она и была такой, он не сомневался. Девочка еще слишком юна. Пять лет, между ними пять лет разницы, а будто сто пять. Груз ответственности, свалившийся на него, сделал Виктора старцем.

– Зачем ты убил его? – выпалила она, глядя из-под густых ресниц. Перламутровые глаза сверкали по-кошачьи.

Виктор выверенным движением рассек водопад светлых локонов, пронизанных магией. Он еще никогда не касался ничего нежнее. Принц вновь вспомнил, как всего несколько минут назад держал ее в объятиях и как отчаянно она вырывалась.

– Я не убивал. Он был моим первым учителем, – сухо ответил он.

Юви могла думать о нем что угодно, но убийцей ее отца он не был. Дилип Казиньяк учил его с пяти лет: истории, культуре, языкам. Советник отца относился к маленькому Виктору как к сыну. И взял с него лишь одну клятву: во что бы то ни стало оберегать Юстиану. Только теперь Виктор понял почему.

Юви поколдовала тоненькими пальчиками над головой, и к ее волосам вернулся прежний непроглядно черный цвет. Виктор смотрел на это превращение света во тьму с сожалением, моля Великих, чтобы изменение коснулось одной лишь внешности. Как же не хотелось рушить тот образ, который он хранил в своем сердце и в медальоне. Но чем больше времени он проводил с Юстианой, тем отчетливее понимал, насколько все изменилось.

Тишину за приоткрытой стеклянной дверью нарушили взмахи крыльев, заставив Юви подскочить и выбежать на балкон, всматриваясь в темноту.

Виктор вовремя догнал ее и дернул за руку, привлекая к себе. Черная сфера пронеслась у Юви перед самым носом и угодила в присевшую на перила птицу со сверкающим оперением. Журавлик. Одно мгновение он сиял, пронзая темноту лучезарными нитями, а в следующее – черная безобразная клякса смерти и разрушения поползла по телу создания, оставляя от него прах.

– Деструкторы… – выдохнул Виктор, уводя Юви вглубь спальни. – Они следят за мной. За нами.

– А еще убивают журавликов. Откуда они здесь? Я слышала…

– Ты правильно все слышала. Их не видели на землях Ремесиса с самого Захвата, – произнес Виктор так тихо, будто одними словами мог воскресить ужасы прошлого.

– Но почему они вернулись?

Виктор отвел взгляд. Если бы только он знал ответ. Но это было самое меньшее, что его волновало.

– Мне нужно прогуляться.

– Но там же деструкторы, – возразила Юви, вновь побледнев.

– Скорее всего, лишь один. И я смогу от него скрыться. Да и ты тоже, не правда ли? Как часто ты применяешь ремесис для своих маленьких прихотей?

Юви изогнула бровь, и Виктор ухмыльнулся. Он уже сейчас чувствовал, что пожалеет об этой вольности, но ему и впрямь хотелось вырваться, вдохнуть ночного воздуха. Он жаждал выпустить ремесис, но законно мог сделать это лишь одним способом. А еще он хотел обсудить с Юви предстоящее троеборье.

– Мне нужно в новый Дворец Ветра, который я строю для Императора. Останешься или пойдешь со мной?

Юви заметно напряглась, и сердце Виктора на секунду замерло – что она ответит? Ему не следовало вообще задумываться над этим. Он помолвлен, и как только они с Адорой скрепят союз, он приведет в исполнение запасной план.

Его протянутой ладони коснулись холодные пальцы, которые ему вмиг захотелось согреть. Виктор сдержал порыв.

– Только тебе лучше пойти в чем-то более…

Он окинул взглядом ее разлетающиеся шелковые брюки темно-изумрудного цвета.

– Солидийском?

– Леди носят черное. И платья, а не брюки. Теперь здесь Шаттрли, а не Ремесис, и пора тебе это уяснить.

Юви задержала на нем взгляд зеленых глаз, в которых сквозило сомнение. Он лишь заметил, как она дернула плечом, едва прикрытым полупрозрачной тканью, и ее образ переменился. Теперь на ней было классическое черное платье с высоким горлом, довольно простое, но с одной яркой деталью – цветочной вышивкой на груди. Сплетение узоров, цветов и трав заставило сердце Виктора подпрыгнуть – давно он не испытывал этого трепета. На мгновение он прикрыл глаза, вдыхая целый букет ароматов с соблазнительной сладкой ноткой, затмевающей другие – пурпурного лотоса. Эта сладость лишала бы разума, сводила с ума, если бы не терпкие, отрезвляющие мотивы золотого бергамота и горького апельсина «тару», что рос в саду чуть ли не каждого жителя Ремесиса. А еще вербена… Он вспомнил бескрайние пестрые поля, что окружали город, а еще летние дворцы, тенистые чащи, море лазурного, фиолетового, желтого разнотравья.

Когда он открыл глаза, видение померкло. Но среди узоров вышивки распустился прекрасный лотос. Слишком дерзко для Шаттрли.

– Это неприемлемо, – строго сказал он, сверля взглядом цветок.

Юви смотрела на него с улыбкой.

– А если прикрою плащиком?

Тут же из воздуха материализовался черный полуплащ и лег на плечи девушки, окутывая ее ночными волнами.

– Уже лучше. Но не позволяй себе многого. Здесь на каждом шагу глаза и уши.

– Я думала, эти глаза и уши принадлежат тебе, принц.

– Не только. Поэтому будь осторожна.

Когда они вышли в ночь, на улице накрапывал дождик. Промок асфальт, пропитываясь живительной силой. Асфальт, который накрыл пронизанную магической энергией землю, пленил ее, заточил. Виктор чувствовал эту сдерживаемую пульсацию земли. Благо он оставил несколько гравийных дорожек, позволяя энергии создавать правильную циркуляцию вокруг его дома. Увы, это помогало не всегда. Он не сумел уберечь семью от несчастий.

Ему опять снился один и тот же сон. Как деструктор обвивает ладонью с длинными как змеи пальцами шею, как его старшая сестра рассыпается на глазах всей семьи, словно песчаная статуя. Остаются лишь ее глаза, два черных зеркала, так похожие на его собственные. Каждый раз, глядя на себя, он видит ее. Сможет ли он когда– нибудь простить себя? Ему хватило бы сил, чтобы устроить конец света – для всех них.

В этом-то и беда. Он не мог позволить погибнуть другим.

Никому из них.

Виктор сплел из тончайших стеклянных нитей непроницаемый плащ – он тоже был способен на такие фокусы, но уже и забыл удовольствие от подобных мелочей. Когда он накинул его на себя, Юви ахнула.

– Прекрасная работа, принц Виктор! – В ее голосе слышалась насмешка.

Виктор выудил из-под рубашки ключ и шепнул:

– Явись ко мне, тайный страж Леомор.

Он видел, с каким любопытством следила за ним Юви, и ему это нравилось. Да, именно нравилось хвастаться перед ней своей силой, ведь только она и могла оценить ее по достоинству. Он так устал быть один…

Медное чудище у черного входа, где они стояли, зашевелилось, приходя в движение. Голова льва с пышной гривой вспыхнула синим светом, следом загорелись два сапфировых глаза. Создание взмахнуло длинным хвостом морского змея, заканчивающегося острием, встало на низкие когтистые лапы. Сверкнули чешуйки Леомора, отражая лунный свет.

– Садись, – сказал ей Виктор, прыгая на гибкую спину стража. Когда Юви юрко устроилась за его спиной и положила руки ему на плечи, он набросил на них плащ, скрывая от дождя и от непрошенных взглядов. Они запетляли по лабиринту улочек, распутать которые было под силу лишь тому, кто создал их. Архитектору.

Леомор плыл по ним, следуя потокам энергии, словно путь ему указывали тайные стрелки. Так оно и было. Виктор не один год изучал всевозможные комбинации потоков ремесиса, благоприятные для строительства. Он не только складывал из камушков и кирпичиков здания, но и управлял этими потоками, добившись невероятного мастерства по меркам других магов Ремесиса. Однако все они были уже мертвы.

Все, но не Юви.

Почему она появилась именно здесь и сейчас? Не знак ли это, что он может со спокойной душой решиться на последний для себя шаг? Но стоит ли доверять ей?

– А что с твоим братом? – спросил Виктор, пока они мчались вперед.

Плащ смягчал шелест дождя, создавая непроницаемое пространство, где раздавалось лишь дыхание Юви и стук ее сердца.

– Мы приехали все вместе… но я не знаю, где он, – сдержанно ответила Юстиана.

– Твой брат преступник, – сказал Виктор. – Император ищет его… и ключ. Ты что-то знаешь про это?

– Ты взял меня с собой только для того, чтобы расспросить об этом? – фыркнула она за его спиной. Он ничего не ответил. – Я ничего не знаю про ключ.

Виктор старался прислушаться к ее ремесису, понять, говорит ли она правду, но тщетно. Тайная связь не давала ему полной власти над ней, она скорее служила маяком, который указывал, где Юви. Иногда он ощущал всплески ее эмоций, а еще мог и сам выделывать некоторые шалости, но выходило это непроизвольно, и Виктору совсем не нравилось терять контроль.

– Совсем ничего? Все дети знают про ключи и про лотосовых богинь. Нам втолковывают это с малых лет. Точнее, так было раньше, – осекся Виктор.

– Если ты про троицу Тейр, то, конечно, я знаю легенды, но не более.

– Белая Тейра, Спасительница, покровительница всех вод и водных существ Ремесиса. Желтая Тейра, Хранительница сокровищ, властительница земли и драгоценных камней и металлов. И Красная – Освободительница. Та, что властвует над всем живым…

– Зачем ты говоришь мне это? – проворчала Юви.

– Вспомнилось. Прости.

Перед ними вырос дворец, с загнутыми лепестками крыш. Октавиан прислал странный заказ. Он хотел, чтобы сооружение напоминало древние дворцы Ремесиса. Возможно, он просто желал позлить Виктора. Отчасти поэтому Архитектор, живущий внутри него, никак не мог сосредоточиться и довести здание до ума. Сознание отказывалось возрождать в памяти былое. Одно дело строить бездушные дома и дворцы, другое – поднимать из пепла свою культуру и историю, растоптанную жестокой золотой сандалией Императора.

Где искать этого мальчишку, брата Юви? Если бы только Виктор имел два ключа… перевес был бы на его стороне.

– Ну что? – обратился к ней Виктор, когда она спрыгнула с Леомора и встала рядом. – Приступим?

Почти до самого рассвета он достраивал дворец, следуя колким замечаниям Юви, – она позволяла себе высказываться о несовершенствах постройки. Но он видел, как блестели ее глаза. А еще видел, как под ее танцующей ладонью распускались цветы. Ремесис Юстианы был другим, он никак не мог разгадать его. Но эта магия манила Виктора. Ему хотелось открыть эту тайну. Очень хотелось.

В какой-то момент он поддался непреодолимой силе, но быстро осекся и запретил ей эту выходку – вдруг их увидят? Опасаясь за Юви, он оставил на ней невидимый плащ, охраняя ее, как драгоценную хрустальную вазу. Она и была драгоценностью, о которой не следовало знать Императору. Но уже завтра она отправится на троеборье во Дворец Красных Вод, куда велел созвать всех будущих дебютанток Октавиан.

– Юви, – позвал ее Виктор. – Завтра… надеюсь, ты справишься с любым испытанием. Ты не знаешь здешних традиций, и поэтому я отправлю с вами Риту. Она поможет.

– Мне не нужна ваша помощь, – фыркнула Юви, заставляя принца скрипнуть зубами. До чего же несносной она могла быть!

Когда солнце позолотило выгнутые к небу крыши нового дворца, и все здание казалось новенькой игрушкой, только что вылетевшей из-под руки мастера, во внутреннем дворе появилась одинокая фигура. Когда она приблизилась, Виктор узнал эту неспешную хищную поступь, это сверканье алчных глаз. Неужели он накликал Императора своими мыслями? Деструкторов видно не было, но они затаились где-нибудь неподалеку, принц даже не сомневался.

– В такую рань? – спросил Виктор вместо приветствия.

Октавиан откинул со лба светлую прядь и ухмыльнулся.

– Ты неплохо потрудился, мой друг.

Виктор заскрежетал зубами. Главное, чтобы Юви не высовывалась.

– А теперь верни ключ. – Светло– сиреневые глаза Октавиана смотрели на него с презрением. – Тебе он ни к чему, подданный мой.

– Я еще не нашел его.

Октавиан обошел Архитектора по кругу, стуча золотыми каблуками по выложенной мозаичным гранитом площадке.

Виктор собирал этот узор по крупицам, складывая в известный одному ему рисунок, словно зашифрованное потомкам послание.

– Я про другой ключ. Верни мне Белую Тейру.

– Но я еще не… – Кровь бешено запульсировала в жилах, сопротивляясь приказу Императора. – Нельзя пока…

– Дворец выглядит замечательно. Я удивлен, что ты способен на такое за одну ночь. Но вы, мартимьяне, настоящие колдуны. Вашим даром не стоит пренебрегать, люди не должны тратить физические силы, время и жизнь на то, что такие, как вы, можете создать в мгновение ока.

– Тогда вам следовало оставить всех нас в живых, – с горечью в голосе проговорил Виктор.

Октавиан рассмеялся.

– Оставить в живых? Вас? Виктор, ты прекрасно понимаешь, что это было невозможно. Отец даровал жизнь тебе и твоему роду. Возрадуйся. А теперь ключ должен вернуться к законному хозяину. Аугуст был идиотом, что позволял тебе так долго хранить его.

Законный хозяин! Как же.

Виктор снял с шеи цепочку с ключом и передал в ухоженную руку Императора, на которой сверкали рубины из сокровищницы Ремесиса.

Скрытая плащом и тенями, Юви негодовала. Сейчас он прекрасно чувствовал ее эмоции. И опять по наитию послал импульс – стой, где стоишь.

Она повиновалась.

U

Дворец Красных Вод уступал по грандиозности Беломраморному и Дворцу Ветров, который Архитектор возвел совсем недавно. Однако здесь было очень уютно и красиво. В многочисленных прудах, соединенных мостиками, отражались деревья с огненно– красной листвой и плавала зеркальная форель.

Как и обещал глава Дома, Юви и Ксиу приехали в сопровождении старших – Риты и Дженни. Вел за собой эту вереницу женщин Риок, рассказывая им на ходу древние анекдоты, а сам принц Виктор как всегда умчался по важным делам.

Дебютанток, точнее претенденток на их роль, оказалось здесь даже больше, чем Юви предполагала. По саду, в ожидании троеборья, прохаживались черные фигуры под алыми зонтиками.

– Только посмотрите, сколько желающих понравиться новому Императору, – хмыкнула Рита, выглядывая из-под кружевного зонтика – неизменного атрибута в здешнем дворце. Руки Риты были затянуты в тончайшие перчатки-паутинки, вышитые черными розами.

– Сестра, ты уже что-нибудь разузнала? – спросила Ксиу, поправляя прическу и заглядывая в зеркальную гладь ближайшего пруда, чтобы полюбоваться на себя. Она, несомненно, была прекрасна.

Дженни, молчаливо читавшая на ходу книгу, вдруг остановилась и тоже посмотрела на Риту. Та мотнула головой, не переставая при этом улыбаться.

– Я не знаю, к чему Октавиан устроил этот фарс. Никакого троеборья раньше не было. Потерпите немного, скоро мы все узнаем.

Они приблизились к группе девушек, среди которых Юви заметила невесту принца Виктора – Адору. Зонтик ей заменяла огромная широкополая шляпа с рубиновыми лентами, завязанными будто бы небрежно.

Девушка обменялась с Ритой вежливыми улыбками и парой приветственных слов, после чего оценивающе взглянула на Юви.

– Она тоже дебютантка? – шепнула Юви.

– Да, – ответила Рита, – но на Императора она нисколько не претендует – он ее дальний родственник.

– И, тем не менее, она здесь. Зачем?

– Чтобы покрасоваться, конечно же! Всем известно, что она самая завидная невеста Шаттрли.

Во Дворце девушек встречали три матроны. Одна из них, сухопарая старуха в меховой накидке из шкуры белого тигра, держалась так важно, что даже у Юви задрожали коленки.

– Неужели это она? – выдохнула Ксиу. – Ведьма Альбарина! Выглядит еще более жуткой, чем мне рассказывали.

– Что еще за ведьма? – поинтересовалась Юви, все больше понимая, как она здесь не к месту.

Она столько всего не знала и не понимала, есть ли у нее возможность попасть на бал дебютанток. Но это будет идеальный шанс подойти к Императору! Нельзя его упустить.

– Это бабка Императора Октавиана, мать его матери, тигрицы из завоеванного Альбарина. Говорят, они сдались без боя, и никто не пострадал. Теперь их практически не отличить от солидийцев.

– А еще говорят, – подала голос Рита, покручивая в руке зонтик, – что именно леди Малис отравила свою дочь, а теперь вертит Октавианом, как ей вздумается. Вполне возможно, что Империей заправляет как раз эта старуха. – Рита скривилась, будто увидела нечто омерзительное. – А раз так, Юви, тебе стоит быть осторожнее. Лучше всего помалкивай и делай все, как я говорю.

– Дай угадаю! – прошипела Юви. – Поручение от вашего ненаглядного принца Виктора? Какое ему вообще до меня дело!

– Надеюсь, он никогда не услышит в свой адрес столь пренебрежительный тон, – предостерегла ее Рита. – А пока послушайте меня внимательно. Держитесь друг дружки и… странно говорить, но именно это шепчет ветер… доверьтесь своему сердцу.

Рита выглядела как никогда загадочной, сам воздух вокруг нее будто бы дрожал. До чего странно – при этом Юви не ощущала ни следа ремесиса в сестре Архитектора.

Когда с формальностями было покончено, девушек усадили за столики по четверо. На каждом стояла миска с водой, в которой Юви не сразу узнала черепаший панцирь.

– Сегодня, – проговорила одна из трех матрон, – наш Император пожелал убедиться, что девушки, которым предстоит прибыть на его бал, обладают не только красотой, но и умом, а также изяществом. Вы не должны опозориться и бросить тень на свою семью и на всю Империю. Непозволительно девушкам безо всяких манер присутствовать близ Его Императорского Величества.

Вперед выступила старуха в тигровом плаще.

– Если кто желает отправиться домой, лучше сделать это сейчас, – проскрипела она. – Вы вольны выбирать. Мой внук не из тех, кто станет принуждать. Он – благородный наследник Священной Черепахи. В нем течет и моя, тигриная, кровь. И если вы будете достойны, то сможете однажды занять место рядом с ним на троне.

Никто из девушек не шелохнулся.

– Да начнется троеборье! – объявила последняя из трех матрон, крепкая высокая женщина с толстой светлой косой, свернувшейся на макушке подобно змее. – Если вы знаете традиции Солида, то также в курсе, что мы не томные барышни с веерами, за которых нас часто принимают. Вы пройдете три испытания – они не представляют сложности для тех, кто силен духом. Но в конце вам придется ответить на один вопрос. Что объединяет все три элемента, с которыми вам предстоит столкнуться.

Юви несколько раз прокрутила вопрос в голове, стараясь хорошенько запомнить его. Она вовсе не собиралась опозориться здесь сегодня. А в особенности ей не хотелось проигрывать Адоре.

Прошедшие пять лет они с матерью и отцом (который, правда, часто отсутствовал) прожили в деревеньке Огненные Холмы под крылом дружелюбного, но излишне эмоционального семейства фениксов. Именно от Ройвинов Юви заразилась жаждой побеждать во что бы то ни стало. Муж с женой постоянно спорили и даже ссорились из-за всяких пустяков, каждому нужно было отстоять свою точку зрения, а по вечерам они устраивали всяческие соревнования, в которых чаще всего победителем выходила их четырнадцатилетняя дочь, веснушчатая Корил. Юви обожала с ней играть, особенно когда отец уезжал и не присматривал за ней каждую секунду.

И вот сейчас включился тот же азарт. Зачем, интересно, эта миска?

– Первое задание для вас исключительно простое, мои дорогие, – вновь заговорила леди Малис. – Перед вами, как вы уже успели догадаться, панцирь королевской черепахи. Говорят, что выпитый из него суп заряжает особой силой. Прошу вас, приготовьте суп для моего драгоценного внука. Ничто так не согревает мое сердце, чем видеть его сытым и здоровым.

Каждое слово этой женщины резало слух, а Юви подумала о том, что в таком случае очень бы сгодился черепаший суп – если бы ей не было жаль этих неторопливых существ. Но никакой жалости к Императору и его приближенным, пообещала себе она.

– Отлично, суп так суп, – буркнула себе под нос Юви. Они с Ксиу переглянулись.

– В этих прудах, что окружают вас, полным-полно форели. Осталось только изловить ее. Но не забывайте, что увидеть свое отражение в зеркальной форели – дурная примета. И чтобы уберечь вас от злого рока, вам завяжут глаза.

– Что? – выдохнула Ксиу, но ее возглас потонул среди ропота других девушек.

Поймать юркую рыбину и так задача не из легких, что уж говорить о том, чтобы сделать это вслепую.

Оказавшись кромешной темноте, Юви нащупала холодную ладонь Ксиу.

– Не отпускай меня, вместе мы как-нибудь справимся, – пообещала Юви.

В отличие от нее Ксиу не обладала магией, да и ключа от Тайного Ремесиса у нее тоже не было. Юви находилась в куда более выгодном положении в сравнении с другими. Хитрость? Ну и пусть. Главное – победить.

Они вместе шагнули в ледяную воду – погода все меньше радовала, солнце выглядывало реже, и Юви сейчас бы не отказалась от теплого плаща. Только желательно, чтобы ни один зверь не пострадал.

Всплески дали знать, что уже и другие девушки отправились в пруд за «супом».

Ксиу вцепилась Юви в руку и затряслась.

– Ничего не вижу. Как я смогу поймать форель?

– Думаю, старуха права, в этом нет ничего сложного, – отозвалась Юви, прислушиваясь к ощущениям.

Ее ног касались гладкие как шелк рыбьи тельца, и Юви зачарованно проникалась их подводным танцем. Она опустилась на колени, потянув за собой Ксиу. Теперь вода доставала им до талии. Скольжение форели напоминало Юви потоки ремесиса, которыми она умело управляла. Даже в движении рыб есть магия, удивилась она этому простому открытию.

Юви провела рукой по воде, краем уха услышав радостный возглас – похоже, кому-то удалось поймать рыбу. Ее пальцы настроились на знакомый ритм, ища музыку самой жизни. Вот только как она могла лишить жизни нечто столь прекрасное… Раньше Юви об этом мало задумывалась.

Раньше она думала лишь о мести.

И что изменилось, спросила себя Юви, а после с удивлением поняла, что не может найти ответа, но точно знает, что прежняя Юви отступила на пару шагов, уступив место себе новой.

В какой-то момент Юви показалось, будто форель откликается на ее магию, но радостный клич у нее над ухом вывел девушку из оцепенения.

– Поймала! – раздался голос Ксиу.

– Отлично, – кисло проговорила Юви, – тогда давай выбираться отсюда.

Дрожа всем телом, они вышли из воды. Платья их совершенно промокли, а на ветру ощущения были не из приятных.

Когда они погрузили форель в черепашью миску, им наконец развязали глаза. Юви огляделась – кое-кто из девушек принялся разделывать форель, обнажая розовое мясо. Адора весьма методично счищала с форели зеркальные чешуйки. Взгляд ее был сосредоточен, и ни одной лишней эмоции.

К ним за столик с пустыми руками вернулись две другие девушки, обрадовавшись улову Ксиу.

– Вот так молодчина! Да какая крупная рыбина! Давайте мы поможем почистить…

– Стойте, – прервала их Юви. – Ксиу, просто положи пока форель в воду.

Девушка с сомнением посмотрела на нее.

– Пожалуйста, сделай, как я прошу.

Ключ Красной Тейры, что висел на цепочке, спрятанный под одеждой Юви, вдруг потеплел, давая знать, что она на правильном пути.

Подошла матрона и скептически глянула на форель, притаившуюся под водой в миске, после чего отстранила девушек, вернувшихся ни с чем.

– Но почему? А ведь она тоже не…

– Эти две претендентки держались за руки, поэтому их испытание засчитано.

Так они с Ксиу остались за столиком вдвоем.

* * *

– Ну а теперь, милые мои будущие леди, – проговорила леди Малис, – посмотрим, насколько вы целеустремленны. Вон там, за живой изгородью, скрывается чудесный розарий. Это самые коварные розы, но и самые прекрасные, которые вам приходилось видеть, выведенные давным– давно человеком, которого вы можете знать как Зеленого Императора.

Юви мельком глянула в сторону Риты, за спиной которой возвышался Риок и рассматривал Юви с нескрываемым любопытством. Совсем как тогда, в школе танцев.

Как же хорошо, что здесь нет принца Виктора, вновь подумала Юви. Его присутствие лишь сбило бы ее с толку.

– Вам нужно пересечь розарий, не уколовшись. Будьте осторожны: цветы прекрасны, а шипы ядовиты.

От этих слов, как от брошенного в пруд камушка, по лицам девушек побежала рябь ужаса.

– Не волнуйтесь. С нами лучшие врачеватели из стран Феникса. – Леди Малис указала на рыжеволосых женщин в черных накидках поверх простых льняных платьев.

Вдруг их с Ксиу руки разомкнулись, и Юви посмотрела в знакомое самодовольное лицо. Этот пронзительный взгляд раскосых глаз, поджатые губы… Она вздрогнула, когда принц Виктор крепко сжал ее ладонь.

– Страж тебя раздери! – шепнула Юви самой себе.

Похоже, принц прекрасно слышал ее.

Их взгляды встретились всего на секунду, но Юви этого было достаточно. Щеки вспыхнули, хотя еще мгновение назад она дрожала, как лунный зайчик.

– Помогать вам будут ваши близкие, представители ваших семейств.

Юви краем глаза заметила, как Рита берет за руку побледневшую Ксиу. Девушка все еще тряслась в промокшем платье, а сама Юви уже не чувствовала холода. Были и другие заботы. Конечно же, Рита будет защищать сестру, а не незнакомую девчонку. Но откуда здесь Архитектор, и почему он решил пройти это испытание вместе с ней?

Она ловила на себе любопытные взгляды – принц Виктор был здесь заметной фигурой, а вот о ней никто и знать не знал.

– В конце пути вам предстоит сделать непростой выбор, дорогие мои. На что вы готовы пойти ради Империи?

Но вот холодная волна добралась и до Юви – леди Малис говорила загадками, а ошибиться было проще простого.

– Ты готова? – шепнул ей принц Виктор и отвел взгляд – проследив за ним, Юви увидела Адору, которая держала за руку одну из женщин феникса – неужели ее родственница? А по этому хладнокровному лицу и не скажешь.

Розы и впрямь казались ужасными. Множество длинных шипов топорщились во все стороны, как иглы дикого ежа. Среди хитросплетения опасных стеблей пышно цвели пунцовые и багряные бутоны.

Вот бы сюда отца, подумала Юви, он бы вмиг управился с этими колючками.

– Только не поранься, – шепнул ей Архитектор, – это моментально лишит тебя шансов на успех.

– Можно подумать, вы печетесь о моем успехе, принц Виктор, – фыркнула она.

Стоило ей приблизиться к розам, и все кругом переменилось. Они словно бы искрились, пусть солнце и было скрыто за серой пеленой. С Юви явно происходило что-то неладное. Сначала форель, теперь розы. Но вдруг ключик под ее платьем шевельнулся, защекотав кожу. Юви напряглась, надеясь, что принц Виктор ничего не поймет.

«Что ты хочешь сказать мне?» – мысленно спросила Юви, не ожидая ответа.

Она заметила, как разбрелись по сторонам другие девушки, но сейчас ни одна из них ее совершенно не волновала. Ключ уже столько времени молчал, а теперь наконец откликнулся. А если проснется страж? Тогда ее маленькая большая тайна раскроется! В прошлый раз ключ сиял так ярко! И принц Виктор моментально раскусит ее. И сдаст Императору. Не за этим ли он явился сюда?

Разгадать его истинные намерения Юви пока не могла.

Когда испытание началось, Юви даже поразилась, насколько слаженно они с Архитектором действуют. Будто договорились заранее. Привязь, на которую ее посадил принц Виктор, давала о себе знать, позволяя им понимать друг друга без слов.

Они обходили опасные участки розария, пригибаясь, когда нужно, или наоборот перепрыгивая через жуткого вида кусты. Принц Виктор подхватил ее за талию, помогая преодолеть барьер из шипов, и на этот краткий миг Юви померещилось, будто они танцуют. Как те рыбки в воде, как потоки ремесиса – они двигались так же плавно и… правильно. А вот сама такая мысль показалась Юви неправильной, заставив встрепенуться.

Что-то кольнуло у нее внутри. Только когда принц Виктор выпустил ее, и она встала на ноги, Юви поняла, что укол был скорее физическим. Она опустила взгляд, но не нашла, где поранилась, а подняв голову, встретилась с темными омутами Архитектора.

– Иди дальше сама, – сказал он и чуть подтолкнул ее.

– Что?

– Тебе не следовало дергаться. Не научишься контролировать себя, не сможешь в полной мере овладеть ремесисом.

– Я… – Юви собиралась сказать, что прекрасно владеет и собой, и магией, но осеклась.

Только сейчас она заметила похожий на коготь шип, продравший принцу рубашку. Значит она ощутила не свою боль… Значило ли это, что и в тот момент, когда Юви подвергали испытаниям деструкторы, он знал, как мучилась она?

– Яд скоро начнет действовать, – спокойно проговорил принц Виктор, но, увидев ее округленные глаза, поспешил успокоить. – Они не дадут мне умереть. Не сейчас. Иди же.

Увидев ее замешательство, принц ухватил Юви за запястье и привлек на секунду к себе. Ее ладони коснулись мягкие лепестки – это роза, поняла Юви, бутон розы, который он вложил ей в руку.

Но это не ее цветок, вновь хотела взбунтоваться она. Роза – символ безжалостной империи, это страдания, это слезы, это кровь.

Цветок ее дома – лотос, и никак иначе.

– Попробуй отвлечься от этих ощущений… они будут лишь мешать.

Они переглянулись, вновь поняв друг друга без слов. Яд уже проникал в кровь Архитектора, заставляя все мускулы сжиматься. Юви прекрасно чувствовала это.

– Увидимся позже, – сквозь стиснутые зубы произнес принц Виктор и отвернулся, оставляя ее одну.

Закончившая испытание Адора тоже смотрела ему вслед. В ее руке сверкали ножницы, которыми она срезала розы. Невеста Архитектора была как всегда безмятежна.

Розы и лотосы… хрупкие, недолговечные цветы. Смогут ли они выжить на каменистой почве, что оставляет после себя Империя Солид?

* * *

– Третье испытание троеборья начнется сразу после небольшой передышки, – объявила матрона. – А пока вы можете передохнуть во Дворце Красных Вод и переодеться.

Юви опустила лепестки роз в черепашью миску, будто бы скрывая под ними зеркальную форель. Вот так суп для Императора! Если он подавится, она переживать не станет.

Ксиу выглядела совершенно измученной, и сестры увели ее. Юви плелась следом, размышляя о том, где сейчас принц Виктор и что с ним. Ей же выгоднее, если яд доберется до него.

На одного противника меньше.

Юви закусила губу, сосредоточенно размышляя над своими действиями и миссией. Все, что касалось Архитектора, сбивало ее с толку. Она немного отстала от девушек, свернув в тень пламенеющих крон деревьев.

Дорожки здесь были чистыми и аккуратными, как и все в Шаттрли. Порядок в высшем его проявлении. Куда бы она ни взглянула – повсюду видела магию Архитектора.

Задумавшись о том, о ком думать не следовало, Юви оступилась и полетела на эту гладенькую дорожку носом вниз, выставила руки, но все-таки избежать падения не удалось. Она больно поцарапала коленку, умудрившись порвать платье. Куда делась грациозность танцовщицы? Все этот треклятый принц Ви…

– Помочь? – явился из ниоткуда голос.

Как не вовремя. Юви подняла голову и увидела подбежавшего к ней парня в черной форме и шапочке для верховой езды.

– Какая досадная неприятность!

Он помог ей подняться и взглянул на ссадину. Юви даже опомниться не успела, что незнакомец рассматривает ее коленку, как он достал из кармана шелковый платок и перевязал ее рану.

– Как говорят у нас, до свадьбы заживет, – улыбнулся он и подхватил Юви на руки. – Да ты вся вымокла и продрогла! Что с тобой произошло, несчастное создание?

Он был так мил и учтив, что на душе у Юви потеплело. Не то что вечно мрачный Архитектор или сводящий с ума своей опекой Кортис.

Но он солидиец, одернула себя Юви. Однако сейчас не стоило выказывать неприязни, все же солидийцы здесь повсюду.

– Спасибо, конечно, за заботу, но позвольте мне дойти самой.

– Мне не сложно. Тем более что тут недалеко есть один чудесный чайный домик.

Парень не замедлил шага и за считанные минуты донес ее до изумительной красоты постройки с красной черепичной крышей. Вокруг не было ни души, что сначала встревожило Юви – вдруг все уже на последнем испытании?

– Можешь переодеться, здесь у меня есть несколько гостевых халатов. А я должен возвращаться к лошадям. Их нужно подготовить для дам и господ. Справишься сама?

Наверное, он здешний смотритель или кто-то вроде того, решила Юви и растерянно обвела взглядом крохотный домик.

– Ты здесь живешь?

– Можно сказать и так, – улыбнулся парень. – Да уж, я не слишком гостеприимный хозяин. Даже чаю тебе не предложил. И, пожалуй, все же стоит еще раз взглянуть на твою коленку.

– Пустяки, – отмахнулась Юви и, вдруг смутившись, засуетилась, двигаясь по домику. – Я сама… я и сама могу сделать чай. Вполне.

Спустя несколько минут они сидели у низкого столика на подушках, попивая слабо заваренный чай (Юви слишком торопилась, боясь опоздать на испытание, распивая чаи с незнакомыми конюхами) и закусывая сладостями, которые оказались очень даже недурны.

Юноша вдруг протянул к ней руку и щелкнул по носу. Юви рефлекторно дернулась.

– У тебя тут сахарная пудра, – проговорил он, не переставая улыбаться.

Вот же нелепость! Юви покраснела, совсем как крыша этого домика, и потерла нос.

Парень мотнул головой – свою шапочку он так и не снял, отчего вид у него самого был несуразный.

– Давай лучше я.

Юви на мгновение замерла, не зная, куда ей деться. А потом вскочила со словами «я, кажется, уже опаздываю» и помчалась прочь из домика, решив забыть про манеры. В конце концов, она видит этого юношу в первый и последний раз.

* * *

Как же она ошибалась. Юви поняла свой промах, как только объявили последнее испытание для будущих дебютанток.

Девушек подвели к подготовленным коням и усадили верхом. Потом вручили каждой лук и стрелу. Впереди стояли мишени с гербами разных семейств. Был здесь и журавль семейства Меримьян. А вот принца Виктора она нигде не увидела.

– Сейчас вам нужно показать свои намерения. Это стрелы Солида. Выпустите стрелу, и мы увидим, с кем вы. Стрелы не умеют врать.

Юви вспомнила о черепашьем кольце, и в груди заворочалось неприятное чувство. Сколько еще испытаний выпадет на ее долю?

Она подняла лук, натянула тетиву. Но тут из-за мишеней показался еще один наездник, в котором Юви узнала своего недавнего знакомого.

Он непринужденно снял с головы шапочку, встряхнув светлой шевелюрой.

– Да восславится Император! – воскликнули за ее спиной, а Юви не могла оторвать взгляда от юноши. Это был он, ее самый главный враг.

Как же она не узнала его? Но тогда она пряталась за деревом, скрытая плащом, и видела все как в тумане.

– Приготовились! – подали им команду.

Юви знала, куда может привести ее стрела.

Только к сердцу Императора.

Вот только ее опередили.

Глава 8. Осенний бал

Каждый цветок насыщается ремесисом того или иного времени года, когда был рожден под небом земель Имгэ. Есть цветы зимние и весенние, летние и осенние, и каждый прекрасен по-своему, однако и созерцать эти цветы следует в свой час.

В час Летнего Феникса, после грозы, любуйся пионами и орхидеями в тенистых садах, как символами счастья и совершенства.

В час Осеннего Тигра, на закате солнца, да восхитят твой глаз красавицы хризантемы, воистину императорские цветы, царицы осени, хранящие магию лета в преддверии зимы, и чайные розы, их хрупкие, изнеженные спутницы.

В час Зимней Черепахи, на пороге стужи, согреют твой взор горделивые магнолии и камелии, призванные восхищать.

В предрассветный час Весеннего Дракона обратись к лотосу, душе Империи. Созерцай его, сидя у водоема, под музыку солнца и луны на ступенях прекрасного Дворца.

О символическом значении цветов, Дилип Казиньяк, Тайный Архив

U

Юви проснулась от громких голосов, доносившихся снизу, среди которых она явно различила густой голос хозяина дома. Она бы хотела еще понежиться в постели, расслабиться и не думать ни о чем, но обязательства заставляли закрыть глаза на «хочу» и делать то, что надо.

Прошло несколько дней с испытаний, и принц Виктор за все это время обмолвился с ней лишь парой слов, только приходил каждое утро, помогая ей остричь волосы, потом складывал их в шелковый мешок и уносил с собой – совсем как раньше делал Кортис. Юви чувствовала себя золотой овцой, с которой собирают магию, но и пойти против она пока не могла, чтобы не быть раскрытой.

Она и сама не сильно-то хотела общаться с принцем. Не после того, как он с легкостью отдал ключ Императору. Возможно, тем самым он даже упростил ей задачу. Пока она забудет про Архитектора и сосредоточится на Императоре. Как только все три ключа будут у нее… И что дальше? Если бы отец толком рассказал ей. Все эти его намеки и недосказанности…

Ну ничего, она сама все разузнает и решит, как быть.

Юви не хотела вспоминать их с врагом чаепитие. Какой же она была дурой. Поддалась на обаяние подлеца! Признаться, она оказалась неготовой к встрече с Императором. Юви думала, что с легкостью выпустит стрелу ему в сердце. И уже собралась сделать это, когда вдруг мимо пронеслась другая стрела. Выпустившая ее девушка очень напомнила Люцию – скорее всего, она тоже принадлежала к Белым Журавлям. Как и в тот вечер, когда на глазах Юви растворилась в воздухе несчастная птица, разрушилась и стрела. Император нигде не появлялся без деструкторов. Возможно и тогда, когда они пили чай в домике, те стояли за дверью и ждали малейшей ее оплошности.

Дверь в спальню резко отворилась, и в комнату ворвался принц Виктор. Совершенно бесцеремонно. Пусть он и хозяин в доме, но вторгаться так в личное пространство девушки…

– Садись.

Он кивнул на туалетный столик с зеркалом, потом достал футляр с ножницами, а когда Юви с мрачным видом опустилась на золоченую табуретку и подставила ему волосы, он так быстро остриг ее, что она не успела и опомниться. Кто бы мог подумать, принц Виктор, ее личный цирюльник!

Но в Ремисисе так было заведено. Отрезание волос было своеобразным ритуалом, который доверяли самым близким. А в данной ситуации о ее магии знали лишь Архитектор и его младшая сестра.

Ладонью он слегка задел мочку ее уха и шею, заставив Юви вздрогнуть. Но она все так же молча смотрела в зеркало, не желая затевать с ним разговор. Возможно, отчасти потому, что ей это нравилось, все больше и больше. Когда он у нее на глазах складывал камешек за камешком дворец, ей хотелось столько всего спросить, но каждый ее вопрос почему-то превращался в саркастичное замечание. Юви ничего не могла с собой поделать.

А когда он прошел с ней второе испытание и уберег ее от шипов… Зачем он это сделал?

– Ты отлично справилась, – произнес он.

Впервые после испытаний он заговорил об этом. Их взгляды встретились, и по рукам Юви пробежали мурашки.

– Спасибо за помощь.

– Не за что. Но я так и не увидел окончания того фарса, что устроил Октавиан. Я слышал про покушение.

– Все так.

– Ты знаешь судьбу той девушки? – спросил принц Виктор, встречаясь с Юви взглядом в зеркале. Она качнула головой. – А я знаю. Ее казнили. Так и бывает с предателями, запомни это.

– Зачем ты мне это говоришь? – вспылила Юви.

– На всякий случай, если в твою несмышленую голову что-то взбредет. И кстати, что же объединяет форель, розу и стрелу? Как ты ответила на тот вопрос?

Юви лукаво улыбнулась, радуясь, что принц вспомнил о такой мелочи. Возможно, именно этот ответ спас ее в конце концов и помог завершить испытания. Потому что только она и нашлась, что сказать грозной леди Малис.

– А что бы ответил ты?

– Самое очевидное. Форель – рыба с красным мясом, роза – красная, как и кровь той жертвы, которую достигает стрела.

– Неплохо, принц Виктор. Но понимаешь ли, все намного глубже. Форель, как и подобные ей рыбы, легко преодолевает течение, как и роза, которая цветет прекраснее всех вопреки сложностям, защищая себя шипами. Стрела рассекает время и пространство, а также плоть своей жертвы, лишая жизни, выигрывая битву. Они все созданы для триумфа.

Принц Виктор удержал ее взгляд, а потом молча вышел из комнаты, так же внезапно, как и появился, оставив Юви в недоумении. Да что с ним сегодня такое? Если не считать, что вечером во дворце Императора намечался бал. Но ему-то что с того? Волноваться нужно как минимум дебютанткам. И Юви собиралась сделать все, чтобы Император ею заинтересовался. Правда, когда он пробовал «суп», то даже не взглянул в ее сторону.

Юви невольно улыбнулась, вспомнив выражение лица Октавиана, когда он увидел живую рыбину в окружении лепестков роз. На мгновение ей показалось, что он наденет миску ей на голову, но он лишь взглянул на Ксиу и чуть кивнул. На его губах играла легкая улыбка.

Юви изящно махнула рукой, словно отгоняя мысли о принце Викторе, как и об Императоре. Лучше потратить время на что-то более полезное, решила она и занялась танцевальной разминкой. Нельзя давать магии застаиваться, особенно, когда дело касалось танца.

В комнате ее больше не запирали, и после тренировки она спустилась к завтраку. Сестры и госпожа Меримьян уже собрались, не было лишь главы дома.

– Он ушел, – шепнула Лали, глядя на Юви своими добрыми карими глазами на личике, обрамленном кудряшками.

– Я это уже поняла, – ответила та.

– Тут такой скандал был, – шепнула еще тише девочка. – Принц Виктор даже покраснел от злости, а мама называла его нехорошими словами.

– С чего бы это? – пожала плечами Юви, поддевая на вилку зеленый горошек.

– Что-то насчет бала… и тебя.

Юви сделала глоток воды, чтобы затушить внутренний пожар. Принц Виктор позволил ей пройти испытания, но вдруг теперь решит запереть ее на время бала? Он вполне мог выкинуть нечто подобное. Зачем только она болтала с ним о розах и форели!

– А когда он вернется?

Лали лишь пожала плечиками, ковыряясь вилкой в еде. Юви обвела девушек взглядом. Риты здесь не было, скорее всего, она отправилась ко двору. Мариэ даже не смотрела в сторону Юви, будто той и вовсе не существовало. Иногда они с братом были очень похожи. Совсем как когда-то Юви с Роши.

Дженни адресовала ей кроткую улыбку. Эта мягкая девушка с печальными глазами нравилась Юви все больше, по крайней мере, от нее исходил доброжелательный настрой. Ксиу этим утром то краснела, то бледнела, попивая чай из расписной фарфоровой чашки, и обмахивала себя веером. Неужели нервничала перед балом?

Юви залюбовалась чайным сервизом, который, несомненно, принадлежал Дому Меримьян. Как только семье удалось сохранить его после налета Захватчиков? Госпожа Меримьян отпила чаю и многозначительно посмотрела на Юви. На чашке в ее руке застыли в полете журавли, а на блюдце распускались лотосы.

Юви вежливо улыбнулась и отвела взгляд. Мать Архитектора окружила ее чрезвычайной заботой и вниманием, а один раз даже отчитала Мариэ за грубое поведение, на что та лишь гордо задрала подбородок и скрылась в своей комнате– лаборатории. Юви уже знала, что старшая из сестер увлекалась науками и, запершись у себя, выкрикивала ругательства при очередных неудачах. Над чем именно она экспериментировала, никто не знал, или просто не удосужился рассказать ей. Самой Юви это было не слишком интересно.

После завтрака она заглянула в комнату Ксиу.

– Значит, мы сегодня отправляемся на бал? – сказала Юви, решив выведать у Ксиу несколько придворных секретов. Все же об этикете Шаттрли сама она мало что знала.

– Это я отправляюсь, – ответила та.

– В каком смысле? – Юви моментально зашла в комнату и закрыла за собой дверь. – Мне тоже восемнадцать, и я имею полное право…

– Скажи об этом Виктору. Он ничего и слышать не хочет. Он уже всем растрезвонил, что ты приболела.

– Еще чего! Я вполне себе здорова и не собираюсь пропустить бал.

– Матушка ему, конечно же, не поверила… А потом добавила, мол, женись на ней сам или позволь найти достойную пару.

– А он что? – затаив дыхание, спросила Юви.

– Напомнил, что уже помолвлен с Адорой, но… – Ксиу осеклась, будто хотела сказать что-то еще, и Юви замерла, предвкушая услышать нечто совершенно невероятное. – Мне казалось, ты не слишком жаждала пойти на бал, – заметила Ксиу и обхватила себя дрожащими руками.

– Отчего же не сходить, – выдохнула Юви.

– Я очень хочу выйти в свет, – призналась Ксиу. – Все казалось мне таким веселым и красивым… до этого сумасшедшего испытания. А как только представлю, что Император выберет меня, и тут же коленки трясутся.

– Боишься танцевать с ним? – усмехнулась Юви.

– Ох, ты такая наивная! Я боюсь стать его фавориткой! Одной из многочисленных «леди». Наша Рита пять лет назад попала к старому Императору, а теперь власть перешла к его сыну вместе со всеми наложницами. Мне, конечно, может повезти куда больше, чем Рите, ведь Император довольно красив…

С этим Юви могла согласиться. Октавиан был высоким, светловолосым и довольно миловидным юношей, а еще любил приодеться. Она вспомнила строгий черный костюм и белую накрахмаленную рубашку, украшенную золотыми цепочками и драгоценными камнями, в которой он явился на последнее испытание. Император и впрямь был слишком хорош для мерзавца.

– Тогда давай пока не будем поддаваться страху и начнем собираться, – предложила Юви.

– Но принц Виктор…

– В пасть его к стражам!

Ксиу хихикнула.

– Ты точно хочешь пойти?

– Даже не сомневайся. Ваш принц Виктор не лишит меня возможности заполучить богатенького жениха.

И два ключа от тайного Ремесиса, в мыслях прибавила Юви.

В этот момент дверь скрипнула, она обернулась и встретилась взглядом с главой дома.

– Ах… вы уже вернулись, ваше высочество, – крякнула Юви.

Вышло совсем не так бодро, как она планировала.

– Буду ждать вас внизу, обеих, – сказал Виктор и захлопнул дверь.

* * *

Когда им помогли облачиться в наряды для бала, Юви скептически посмотрела на себя в зеркало. Ее платье выглядело кошмарно. С множеством лент и оборок кремового цвета, с высоким воротничком и длинными рукавами. Оно сковывало движения даже больше, чем все наряды до этого, а в юбках Юви и вовсе боялась запутаться. Ее короткие волосы до плеч закололи назад, оголив бледное лицо в форме сердечка, которое впервые в жизни показалось Юви некрасивым. Она никогда сильно не задумывалась о своей внешности, ее все устраивало, но сейчас вдруг посмотрела на себя со стороны… и не увидела ничего привлекательного. Волосы покрыли короткой кружевной фатой с нелепым цветочным ободком. Хорошо она еще успела спрятать ключ Ремесиса под тонкой нижней сорочкой. Пусть уж он лучше будет при ней.

Ксиу же, напротив, выглядела блистательно. Белоснежное платье обнажало плечи, а соблазнительное декольте подчеркивало пышную грудь, которую словно выставили на витрину. Волосы ей уложили в замысловатую прическу и украсили кристаллами, на плечи дебютантке легла невесомая вуаль.

«Будь я императором…» – подумала Юви, но мысль закончить не смогла, на пороге появился Виктор.

– Не смог дождаться внизу? – улыбнулась Ксиу, беря брата под руку.

Они вышли в коридор, Юви поплелась за ними, ощущая странное покалывание во всем теле.

Когда их усаживали в автомобиль, принц Виктор склонился к ней и шепнул на ухо:

– И никакой магии сегодня, это слишком опасно.

Юви не стала спорить, у нее были свои планы на сегодняшнюю ночь. Привлечь внимание Императора, зайти к нему в покои… ведь там же нет деструкторов, правда? Ей вдруг стало зябко. Она не хотела признаваться в этом самой себе, но до ужаса боялась деструкторов. Это их сила сломила сопротивление Ремесиса. Они погубили стольких… И она не знала, как с ними бороться. Когда они проверяли ее на верность Империи, сила будто сама шла изнутри, сопротивляясь деструкции. Смогла бы она повторить это?

Все понимали, что в руки деструкторов лучше не попадаться.

Юви оттопырила ворот платья, которое будто бы душило ее. Кожа теперь нестерпимо зудела, и Юви вертелась на месте, пытаясь унять неприятные ощущения.

Увидев новенький Дворец Ветра в свете вечерних фонарей, Юви невольно ахнула, позабыв о зуде во всем теле. Несмотря ни на что Дворец был прекрасен. В нем угадывались мотивы старой архитектуры, золотые шпили и башенки, резные карнизы, но чувствовалось и веяние Солида – размах, помпезность, высокие арки и колонны перед дворцом. Из распахнутых дверей доносились звуки скрипки. Виктор подставил Юви локоть, и девушке ничего не оставалось, кроме как включиться в игру. По другую сторону плыла, подобно лебедю, Ксиу. Юви бросило в жар. Неспроста это, ох как неспроста!

Когда семейство Меримьян вошло внутрь во главе с принцем Виктором, который вел под руки двух юных дебютанток, все разговоры стихли. Юви не знала, кто поразил их больше – сам Архитектор, его сестра или же она. Хотя, чему тут можно поразиться? Она мельком глянула на себя в зеркальную поверхность стены и осталась недовольна. Блеклая, слишком худая, да еще в этом безвкусном платье… она явно проигрывала на фоне Ксиу и всей роскоши, которая их окружала. Мерцание свечей в замысловатых канделябрах, осенние букеты из роз и хризантем, черные знамена Империи Солид с разинутой пастью тигра и коронованной черепахой. По ее лицу и ладоням пошли красные пятна. Что за неприятность!

Навстречу им из толпы выступил сам Император под руку с невестой принца. Адора тоже была в белом платье – еще одна красавица– дебютантка. Рита и другие фаворитки стояли позади, за кружевными накидками виднелись лишь ярко-красные губы, тяжелые золотые серьги и колье.

– Рад приветствовать в своем дворце, – звонко сказал Император, обводя взглядом пришедших.

Сиреневые глаза юноши на мгновение обратились к Юви, но в них она не увидела ничего, кроме всепоглощающей скуки. Должно быть, он не узнал ее. И лучше бы не узнал. Сейчас она, скорее всего, напоминала пугало.

Обольстительная Адора, высокая и статная невеста принца Виктора, протянула ему руку, и он тут же шагнул вперед, выпуская Ксиу, оставляя позади Юви. Она не сразу поняла, что вцепилась в его локоть слишком рьяно. Девушка ослабила хватку и увидела, как удаляется от нее величественная фигура Архитектора вместе с девушкой ему под стать.

А следом и Император прошел мимо Юви, взяв под локоток Ксиу. Та кокетливо улыбалась, но ее губы чуть заметно подергивались, а в глазах застыла тревога. И хотя дома она была самой живой и общительной из всех сестер, здесь превратилась в зажатую фарфоровую куклу. Не она ли приложила руку к свалившейся на Юви беде? Не стоило доверять сестрам Архитектора! Как и ему самому.

Вот так у Юви из-под носа увели обоих мужчин, на которых она имела планы. Хорошее начало вечера. Чем дальше, тем лучше. Юви приложила самую капельку магии к тому, чтобы унять зуд в теле, но полностью он не исчез, раздражая ее все сильнее и сильнее.

Она решила переключиться на окружающих, рассматривая гостей. Ее сородичей в Солиде не слишком жаловали, а семью Виктора скорее терпели, как вынужденную неприятность. Куда бы она ни ступила, везде слышала пересуды и насмешки. Знатные дамы Шаттрли, истинные солидийки, держались с таким надменным видом, будто они и не люди вовсе, а как минимум божества, несущие свет и знания на сию грешную землю. Что касается самой Юви, то пару раз она ловила в свой адрес странные фразочки вроде: «сумасшедшая родственница принца» и «дамочка, которая не вполне в себе», размышляя, откуда растут ноги. Может, эти сплетни появились после испытаний? Или сестры принца Виктора постарались? Или он сам? Сейчас она и впрямь выглядела чересчур дерганной.

Юви обошла зал, пока, наконец, не встретила Риока.

– Я тебя и не узнал сегодня, – проговорил он. – Думал, в машину ко мне подсело привидение, а не Юви.

– Брось дурачиться, – ответила она, почесывая руки в перчатках.

– Кто тебя так вырядил?

– Все так плохо? – поморщилась Юви.

– Да не то слово. Выглядишь… как бы помягче сказать…

– Не от мира сего?

Риок лишь кивнул и посмотрел в сторону, где переговаривалась с другими девушками Рита.

– А почему ты не танцуешь? – спросил вдруг он.

– Я бы с радостью, – отозвалась Юви, – но еще не решила с кем.

Самое последнее, что ей сейчас хотелось, – это танцевать, ворчливо подумала Юви. Хотя, если магия способна облегчить этот ужасный зуд…

– Могу составить компанию, – очаровательно улыбнулся Риок, и Юви приняла его дружеское предложение.

Он уверенно вел ее в танце, правда, движения его были лишены всякого изящества. Ему бы больше подошел солдатский марш. Пока Риок бросал шуточки в адрес присутствующих, они пару раз миновали принца Виктора и Адору. К удивлению Юви, жених и невеста еще ни разу за вечер не танцевали. Юви запретила себе подобные мысли, ведь не следила же она, в самом деле, за Архитектором. Просто присматривала, на всякий случай.

Император же оставил Ксиу и общался с другими девушками, с обольстительной улыбкой сердцееда обходя одно семейство за другим. Вскоре прибыли и делегации из стран Феникса, вызвав вокруг себя вполне понятное оживление. Они никогда не могли стоять на месте спокойно, их руки то и дело взлетали, каждое слово они подчеркивали характерным жестом, а голоса звучали звонко, ложась поверх музыки и прочих разговоров.

Танцуя с легионером, Юви машинально разглядывала золотые пуговицы на его черной форме – в те моменты, когда не пялилась на принца. У нее возникло странное чувство, едва уловимое. Что-то крутилось в воздухе между ними, но она не могла понять что. Риок посмотрел на нее лучистыми синими глазами с тонким золотистым ободком, которыми очевидно и свел с ума Риту, и тут она заметила черную метку у него на виске. Та напоминала неудачно затянувшуюся рану, покрытую угольной коркой. Но вдруг эта рана лопнула, пуская по коже черные трещины. В следующую секунду шрам исчез, будто его и не было вовсе. Юви остановила шаг, растерявшись от неожиданного видения, и под предлогом, что ей нужно освежиться, помчалась к туалетным комнатам.

Что это было?

Юви не могла найти этому объяснение. Скорее всего, ей просто померещилось: в зале стояла духота, к тому же платье сковывало ее все больше.

Когда она склонилась над раковиной, украшенной стеклянным аквариумом с одинокой хризантемой, и плеснула в лицо водой, вдруг почувствовала шевеление ремесиса. Но не своего, а чужого. Будто принц Виктор искал ее. Ощущение не из приятных – как будто что-то забирается тебе под кожу, вгрызается глубже. Может, это из-за принца Виктора ей так плохо? Зуд будто проникал в кости, во всем теле появилась ломота.

Юви попробовала вырастить перед собой мысленную стену, и на пару секунд ей это даже удалось. Но стоило расслабиться, и магия Архитектора вновь находила ее. Он отвлекал Юви в самый неподходящий момент. Она сосредоточилась, застыв в изумительном танцевальном па, и послала в адрес принца образ зубастой химеры – может немного отвлечет его.

Юви снова посмотрела в зеркало и подивилась собственной глупости. Почему ей раньше в голову не пришло, что дело вовсе не в магии! Это платье!

Похоже, зря она доверилась Ксиу. Чертовка перехитрила ее. Прикинулась трепетной дурочкой, которая волновалась перед балом, только чтобы самой понравиться Императору. Да эти девицы готовы на что угодно ради титула и богатств. Хорошо, подумала Юви, если они нарушали правила, значит, и ей можно?

Она предстанет перед ними в совершенно ином образе и избавится от кошмарного наряда. И самое смешное – что они ее даже не узнают. Она станет одной из солидиек. Блистательной дебютанткой. Юви приступила к преображению, вызывая к жизни ремесис. В зеркале отразилась девушка с длинными русыми волосами, уложенными в небрежную косу и украшенными сиреневыми незабудками и фрезиями. Яркая зелень в ее глазах растворилась, уступив место небесной синеве. Для пущей верности Юви добавила на щеки россыпь золотистых веснушек. Конечно, иллюзия продержится недолго, но ей хватит.

Девушка изящно взмахнула руками, посылая по венам ремесис. Нити платья пришли в движение, высокий воротник расплелся, будто рассыпавшееся кружево, а на пол приземлились крохотные цветы закатного лютика – довольно ядовитого цветка. Неужели Ксиу пошла на такую низость!

Юви моментально полегчало. Плечи обнажились, а юбки легли шелковыми бледно– голубыми, почти белыми, волнами. Как же Юви тосковала по ярким краскам. Она мечтала вновь ходить в платьях красных или оранжевых, как закатное солнце, изумрудно– зеленых, под стать сочной весенней листве, чтобы в ее волосы вплетали желтофиоль, нежно– розовые лотосы и пестрые ленты…

И она сделает это. Обязательно сделает. Как только доберется до Императора.

Вдруг жжение иного рода заставило ее замереть на месте. Нет, нет, нет! Только не сейчас! Вновь зашевелился ключ Красной Тейры.

– Тише, тише, – заговорила с ним Юви, как с живым существом.

Он и был живым, заключая в себе магию богини и пробуждая стражей.

Красный свет вырвался из Юви, заливая всю комнату, заполняя каждый уголок. Девушка завертела головой, но куда бы ни посмотрела, везде стояла алая завеса. Бордовая хризантема, украшавшая раковину, шевельнулась и выбралась из своего стеклянного домика, превращаясь в диковинной красоты женщину с пунцовой кожей и пушистой шапочкой волос в окружении разлетающихся золотых лепестков. Ее роскошный наряд напоминал платья древних императриц Мартима, что правили еще до разделения Империи на королевства – Юви видела таких лишь на гравюрах в Ремесисе.

– Ты вызвала меня, госпожа, – учтиво склонила голову женщина. – Страж Занта готова служить тебе.

– Вот так сюрприз, – присвистнула Юви.

Если она выйдет из этой комнаты в сопровождении стража, то такое начнется! Справится ли она сразу с Императором, его деструкторами и принцем Виктором? В горле вырос ком от осознания всей плачевности ее ситуации. Как бы спрятать этого стража обратно.

– Э… могла бы ты вернуться в ключ? – спросила Юви.

– Сначала я должна выполнить твое поручение, – учтиво объяснила женщина. – Приказывай, госпожа.

В этот момент дверная ручка шевельнулась и вошла не кто иная, как Адора. Невеста принца застыла на месте с разинутым ртом. И Юви могла ее понять. Не каждый день увидишь перед собой живую легенду. Тем более такого устрашающего вида.

Юви потянула Адору к себе и поспешила запереть дверь, пока вторая дебютантка не успела сбежать. Хорошо еще, что ее саму было не узнать с этой маскировкой.

– Что…

– Кажется, сейчас мне пригодится твоя помощь, Занта, – хмыкнула Юви. – Свидетели нам не нужны.

– Избавиться от нее? – непринужденно спросила женщина, поправив складки расшитого золотом наряда.

Адора вышла из оцепенения и бросилась к двери, дергая за ручку.

– Выпустите меня отсюда!

Юви на долю секунды задумалась о такой возможности. Адора слишком много задирала нос.

Что за абсурдные мысли! Как ей такое в голову могло прийти. Она никогда не была кровожадной и старалась поменьше думать о том, когда придется нанести решающий удар. Конечно, она не причинит вреда невесте принца, вне зависимости от ее происхождения.

«А как же твой народ, Юви? – прошептал вкрадчивый голос. – Разве он не страдал? Разве не погибали твои сородичи? Разве не должна ты освободить их?»

– Довольно! – воскликнула Юви в тот момент, когда цветочный страж склонилась над Адорой, глядя на нее пристально и, возможно, тем самым обездвиживая. Гипноз? – Избавляться от нее не нужно, – тихо сказала Юви. – Можно просто усыпить, например. И чуточку стереть воспоминания. Это тебе по силам, Занта?

Женщина– хризантема лишь растянула в улыбке тонкие губы.

– И… – задумчиво проговорила Юви. – Есть у меня еще одна просьба…

* * *

Юви вышла из туалетной комнаты, переводя дух. Все разрешилось мирным путем: Адора спала как младенец, а Занта вернулась в ключ. Лучшего расклада и не придумать. А еще Занта подарила ей дивные серьги с красными кристаллами, которые придавали Юви особое очарование, столь необходимое, чтобы привлечь внимание Императора.

Девушка отыскала взглядом правителя Шаттрли. Самое время перейти в наступление. Он стоял к ней спиной в окружении девиц. В какое-то другое время, в ином мире, Юви могла бы решить, что он красив. (Она почти поддалась его чарам в чайном домике). Но вот он повернулся в профиль, и она увидела на его лице наслаждение той властью, что он имел надо всеми. И все же она пошла вперед. Шаг, другой. Если бы только знать, что говорить ему. Она была совершенно не сильна в делах любовных. Надо начать с улыбки, подумала она. И довериться зачарованным серьгам. Юви приготовилась, выбрав из своего арсенала самую, на ее взгляд, удачную улыбку.

Она потянулась рукой вперед, почти коснувшись плеча Императора, желая окликнуть его, когда второе запястье кто-то сковал своей ладонью. Девушка, и не поворачиваясь, знала, кто это – тело прошибло молнией. Мужчина решительно привлек ее к себе. Юви ощутила над своей макушкой горячее дыхание, плотно прижимаясь спиной к чужой груди.

– Миледи… я задолжал вам танец, – проговорил принц Виктор так нежно, что у нее перехватило дыхание.

Он медленно развернул ее к себе, а с первыми звуками скрипки повел в танце. Принц Виктор узнал ее, она не сомневалась – он видел ее насквозь. Легкий румянец вспыхнул на щеках девушки, и она отвела взгляд от его непроглядно черных глаз. Ладонь принца скользнула выше по спине, где красовался глубокий вырез. Юви инстинктивно прогнулась от этого горячего прикосновения к обнаженной коже.

– Задолжали? – переспросила она, прикинувшись таинственной незнакомкой.

– Как глава Дома, конечно же. Твой отец должен был вывести тебя в свет, Юви, но теперь я позабочусь о тебе.

Значит, раскусил ее…

Юви хотела обернуться и посмотреть на Императора – не успел ли он уйти, но принц Виктор положил ладонь ей на загривок и ущипнул шею, заставляя обратить внимание на него.

– Если ты думала, что можешь скрыться от меня… то сильно ошибалась. И да, химера была очень милая. Мы с ней поладили.

V

Он не мог отвести от нее взгляда. И дело было не в иллюзии, что Юви сплела вокруг себя. Несомненно, работа была филигранной, и Виктор силился отгадать, в каком направлении она развила свой ремесис. Пока он видел, как она умеет управлять воздушными потоками – если этот хаос можно назвать контролем, – создавать временные иллюзии и работать с материей. Но все сферы были столь разными, что картина не складывалась воедино. Какое же ее истинное ремесло?

Раньше маги выбирали что-то одно – ткачество, ювелирное дело или искусство работы с древесиной, как и многие другие. Но Юви, скорее всего, не получила традиционного образования Ремесиса, и ее магия развивалась стихийно. Дилип Казиньяк оказался прозорливее, чем Виктор мог подумать. Он сумел обезопасить семью, скрыть их от глаз Императора.

А брат Юви? Он разгуливал по городу, очевидно, обладая столь огромной силой, что мог не только похитить ключ, но и так долго оставаться незамеченным.

Девушка избегала взгляда Виктора и все время пыталась увильнуть. Но как только заканчивалась одна мелодия, тут же начиналась другая, и Виктор никуда ее не отпускал.

Громкий голос Октавиана разрушил очарование скрипок. Император решил сделать объявление, но Виктор уже был в курсе. Риок все ему доложил. Октавиан возобновлял экспансию, намереваясь пересечь пролив Им и выйти в Серебристое море. Для этого готовили боевые корабли, но Октавиан планировал построить новый флот, прибегнув к ремесису Виктора. Иногда принцу казалось, что однажды его силы иссякнут, и магия утечет сквозь пальцы. Порой он даже желал этого – стать обычным человеком, абсолютно бесполезным, ведь тогда никому бы не было дело до него и всего семейства Меримьян. Он бы просто женился на девушке, которую полюбил, построил дом – потратив на это часы, дни, недели. Не магией, а руками. Жить простой жизнью – все, о чем он мечтал.

Их с Юви взгляды встретились. Эту девушку вверили ему давным– давно, когда он сам был подростком. Очень серьезным подростком. А она – маленькой девочкой. Очень шустрой девочкой. Ничего не поменялось. Хотя знал ли он Юви на самом деле?

За бирюзовой дымкой иллюзии он разглядел зеленый блеск ее глаз, похожих на драгоценности. Ей не обязательно было прихорашиваться, чтобы оставаться красивой.

Юви вновь отвлеклась на Императора, наверняка желая послушать, что тот собирается объявить, и в груди Виктора неприятно защекотало. Будто черная змейка пробралась под его рубашку и теперь жалила в самое сердце. Нужно увести Юстиану отсюда. Если Октавиан увидит ее – по-настоящему увидит, – то захочет пополнить свою коллекцию. Юви станет для него игрушкой, но не такой как все, конечно же. Прознай он про ее ремесис, и все может закончиться трагедией.

«А может, ты просто испугался за себя, Виктор? – спросил внутренний голос. – Если кто-то узнает про магию Юви, ты сам будешь не нужен, как и твоя семья. Ты просто эгоист, всегда печешься о себе…»

«Молчать», – приказал он этому противному голосу и потянул Юви за собой, сквозь распахнутые двери, в ночной сад. Во внутреннем дворе, среди сияния фонарей, стояла в полном цвету райская яблоня. Ее вырастила той ночью Юви. Еще одно из ее невероятных умений. Он тоже мог бы сотворить подобное, но для этого понадобилось бы много практики и тренировок. Виктор не любил распыляться. Да и зачем, если можно добиться совершенства в чем-то одном. Правда, в нынешнем мире все иначе. Не осталось других ремесленников… и может быть будущие за такими, как Юви?

– Какая красота! – ахнула Юви, задрав голову и зачарованно глядя на дерево с оранжевой листвой.

Ну, хоть что-то отвлекло ее от Императора, этого самовлюбленного мальчишки.

– Твое творение, – проговорил Виктор, одобрительно кивнув. – Неплохо.

Юви закружилась на месте, а руки ее скользили по воздуху, как крылья изящной птицы. Виктору вдруг остро захотелось поцеловать ее.

Он шагнул вперед, заставив девушку отступить в тень яблони. Юви прижалась к стволу дерева, столь хрупкая и уязвимая. Что притягивало его? Ее удивительная магия? Или то, что она единственная в своем роде? Но он и раньше мечтал о ней, представлял этот день, когда Юви повзрослеет и они смогут объявить о помолвке. Был ли это просто долг? Или нечто большее? Ему хотелось проверить, нестерпимо, до боли во всем теле.

Юви приоткрыла рот, желая что-то сказать ему, но он остановил ее, приложив большой палец к ее верхней губе. Провел по контуру. Юви смотрела на него потрясенно, и он ничего не мог прочесть в зеленых глазах – то ли ей нравилось, а может, она ненавидела его. Что она чувствует на самом деле?

И что чувствует он?

Знакомый шелест, усиленный стократно, рассек воздух над их головами, и Виктор увидел целую армию серебристых журавликов, штурмующих Дворец Ветра. Они влетели сквозь распахнутые двери сада. Некоторые врезались в стекло, замертво падая на газон, усеянный пестрой листвой. Тягучесть момента сменилась хаосом. Кричали гости, бились бокалы, проливая шампанское на пол. Вышедшие из темных уголков дворца деструкторы ловили птиц в воздухе, превращая их в пыль, – словно напоминая о том, что они пять лет назад сделали с жителями Ремесиса. Как мало времени прошло и в то же время неизмеримо много.

Птицы заполонили небо, полетели пули – легионеры Императора взялись за оружие и отстреливали птиц везде, где бы ни находили. Юви рванула обратно во дворец, но Виктор удержал ее. Он и сам хотел пойти внутрь, поскорее найти семью и увести отсюда, когда с ужасом понял, что не может оставить Юви – он не знал, что она может натворить в порыве эмоций. Хорошо, что внутри Риок. Он обязательно позаботится обо всех.

Девушка обмякла у Виктора в руках, и спустя мгновение он понял, что Юви плачет. Хрупкое тело сотрясалось от рыданий, пуская дрожь и по его коже. Виктор обнял ее, поглаживая по волосам.

– Останься здесь, а я пойду внутрь, найду своих, – наконец через силу сказал он. – Ты можешь подождать здесь?

Как он и думал, Юви замотала головой.

– Нет, я пойду с тобой, – сквозь слезы сказала она.

Он взял ее за руку, и они пошли вперед. Виктор окружил их защитным куполом, скрывая от сошедших с ума птиц и шальных пуль. Гости попрятались по углам, некоторые дамы добивали птиц всем, что попадалось под руку, – кто-то даже каблуками туфель.

Эти слухи, что витали по городу… о возвращении серебристо– белого журавля, одного из символов Ремесиса… о скором восстании. Никто не смел упомянуть об этом вслух, предпочитая избавляться от птиц.

Вдруг Виктор заметил на одном из внутренних балконов второго этажа черную тень – фигуру в плаще. А следом раздался громоподобный голос:

– Белый Журавль вернется! Ремесис возродится! Смерть Императору!

Виктор отвел Юви в укромное место и наказал никуда не уходить, а сам бросился вслед за фигурой.

U

Снова на нее сыпался град снарядов. Она успевала возводить слабенькие щиты, которые быстро разрушались. Но все же отца и маму она уберегла. Стоны сливались воедино, словно реки, впадающие в одно море страданий. Будто сам город ревел от боли, как громадное побежденное чудище. Земля вдруг разверзлась у нее под ногами, потянула вниз, и Юви не сразу поняла, что это не магическая сила, а обычный человек – ее телохранитель.

– Здесь есть тоннель, он выведет нас из города, – слышала она голос отца, а перед тем как скрыться под землей увидела их – деструкторов. Они уничтожали все, что попадалось им на пути…

Юви окаменела, не в силах пошевелиться. Это в прошлом, все в прошлом, твердило сознание, но частичка ее души словно осталась там, в том страшном дне.

Ее подхватили на руки, унося прочь от шума. Юви позволила себе расслабиться, уткнувшись носом в мужскую грудь. Принц Виктор вернулся за ней, он не бросил… Она обвила руками его шею, прижимаясь щекой к мундиру.

– Я заберу тебя отсюда, дорогая, – шепнули у нее над ухом.

И она моментально пришла в себя. Это был не принц Виктор, а все чары, которые она напустила на себя, уже испарились.

– Кортис! Что ты здесь делаешь? – фыркнула Юви, трепыхнувшись у него на руках. – И куда ты меня несешь?

– Подальше отсюда. И от него. Мы узнали, что он держит тебя. Но теперь я отведу тебя к «журавлям», и ты встанешь во главе армии. Архитектор больше не сможет нам помешать. Мы доведем дело до конца.

– Поставь меня.

– Юстиана…

– Немедленно.

Кортис никогда не смел ослушаться ее.

Крепкие руки опустили Юви на пол. Телохранитель успел вынести ее в сад, где совсем недавно она была с принцем Виктором, когда он… Нет, об этом лучше не думать, не вспоминать, не разрешать себе.

– Я никуда отсюда не уйду. Мои дела не завершены, – чуть помедлив, добавила она.

– Ты открыла ключ? Стражи подчиняются тебе?

– Пока нет, – соврала она.

– Ты убежала так стремительно, а я ведь мог помочь тебе, Юстиана. Ну почему ты такая упрямая?

Только сейчас Юви заметила, что Кортис вырядился в форму легионера. Ему она необычайно шла. Смуглый, широкоплечий, коренастый – он мог стать идеальным солдатом, ее надежной опорой в грядущем восстании.

Если бы она захотела…

А может, это лишь вопрос времени, и у нее нет другого выхода, кроме как стать для народа Ремесиса тем, кого они желали увидеть. Белым Журавлем. Символом их возрождения.

– Дилип оставил мне некоторые указания, – проговорил Кортис, очевидно, увидев, что переубедить ее невозможно. – Я приду послезавтра к особняку Архитектора. Впусти меня. Туда так просто не пробраться – это не дом, а монстр, готовый сцапать тебя.

– Правда? – нахмурилась Юви. Дом и впрямь был особенным, но не хищным ведь?

– Как только стемнеет, жди меня на балконе.

– Но, Кортис…

– Поверь мне, Юстиана, так надо. Отец бы так хотел. И да, будь осторожна. Мы узнали про шпиона фениксов при дворе Императора. Они что-то замышляют. Запомни, там у тебя нет друзей. Твоя семья – Ремесис.

В груди неприятно закололо и долго не отпускало, даже после ухода Кортиса.

Посреди суматохи Юви нашла перепуганных сестер принца – Ксиу, Дженни и Лали. Госпожа Меримьян упала в обморок, и старшие сестры с помощью Риока и Юви перенесли ее в автомобиль. От младших толку не было. Все убегали из дворца, перепуганные до смерти. А принц Виктор и Император куда-то исчезли.

* * *

В доме Меримьян наступило странное затишье. Женщины не знали, что и думать. Принц Виктор не появлялся, и это всех настораживало. Юви вжалась в стену, стараясь унять несвойственную ей дрожь. Если «журавли» доберутся до него, ей же будет проще, твердила она себе. Но она знала, что Архитектор достаточно силен, чтобы устоять, она сама видела его мощь. И уже не была так уверена в легкости своей победы.

Но волновалась она не из-за этого.

Юви впилась ногтями в ладонь, вглядываясь в темное окно. Когда же он придет? Каждая секунда растягивалась в вечность, за которую Юви многое смогла обдумать и понять.

Когда принц Виктор наконец появился на пороге особняка, все выдохнули, даже Юви.

– Мы уж думали, что-то случилось, – озвучила общие тревоги Мариэ, бросаясь брату на шею. На долю секунды Юви позавидовала, что это не она висит на его шее, но тут же заставила эту фантазию обратиться в прах. – Что все это значит? – спросила девушка.

– Это лишь первая волна протеста.

– Но ведь есть жертвы! И будут еще. Разве они не понимают?

– Я не хочу, чтобы повторился тот кошмар, – всхлипнула Ксиу. – Почему мы не можем жить спокойно!

С малышкой Ксиу Юви еще предстояло поговорить и выяснить, что та сотворила с платьем.

– Все будет хорошо, – отозвался принц, окинув Юви быстрым взглядом. – Я вам обещаю.

– Ты не сможешь защитить нас от всего, брат, – подала голос Рита, которая молчаливо стояла в стороне, держа за руку Риока. – Как я и говорила, тебе лучше уехать. Пока не поздно.

– Оставь его, Рита, – вступилась Мариэ. – Разве не видишь, Виктору надо отдохнуть. Нам всем надо.

Сестры стали расходиться по комнатам, а Рита пошла проводить Риока, решив остаться на ночь в особняке.

На выходе из гостиной принц Виктор остановил Юви, легонько коснувшись ее руки.

– С тобой все в порядке? – тихим голосом спросил он.

– Вполне, – ответила она, глядя в сторону. – А с тобой? – Юви хотела сказать непринужденно, мимолетом, но не удержалась и посмотрела на принца.

Это прикосновение его ладони к ее коже, этот всепоглощающий взгляд… Юви сглотнула ком в горле, а сердце забилось так часто, что ей захотелось сбежать отсюда, подальше от этих чувств, и в то же время отдаться им.

В один краткий миг Юви поняла, что не сможет смотреть на Архитектора как прежде. И пусть она не скажет ему об этом, но с собою она будет честна. Если в нынешней ситуации это и было возможным, то да, она влюбилась.

Глава 9. Подарок

Дарить подарки – древний обычай во многих странах. Еще с тех самых пор, как Самун одарил людские племена, принеся в Бесконечные Земли Имгэ ремесис.

Дарить следует от чистого сердца, с добротой и искренностью в помыслах. Только тогда подарок можно считать истинным и только тогда он имеет особенную ценность и сокрытую в нем силу, сравнимую с магией. У народов территории Зеленого Дракона существовало поверье, будто с подарком ты отдаешь часть своей души, и только тогда будет она спокойна, если подарок понравился.

В Ремесисе жених и невеста дарят друг другу символические четки, связывающие их судьбы воедино. Покуда четки едины, так же крепки и чувства супругов. Но стоит им рассыпаться – жди несчастий.

Традиции Имгэ, Тайный Архив

U

Юви вскочила с утра пораньше и заметалась по комнате. Несколько раз подбегала к зеркалу, скептически оглядывая себя. Потом скинула халат, подумывая, что бы такое сотворить с нарядом. Но остановилась на простеньком платье. Прежде чем нырнуть в него, она мельком посмотрела на цепочку, что висела на талии. К ней крепился ключ – то самый, что Юви забрала из Собора.

Она всегда носила его при себе, но управлять Красной Тейрой так толком и не научилась. Все выходило спонтанно. Юви набралась решимости и прошептала, подражая принцу:

– Явись ко мне, тайный страж…

Ничего.

Это немного нервировало. До прибытия в Шаттрли Юви думала, что все будет проще – она просто возьмет ключи в руки, и они откроются ей. Не тут-то было.

Что же за секрет знал принц Виктор? При мысли о нем и скорой встрече с ним Юви вспыхнула. То, что промелькнуло между ними вчера, ведь не было иллюзией или плодом ее фантазии, так?

Она пересекла комнату до двери и обратно, принц так и не явился. Но когда Юви решилась выйти, обнаружила на пороге продолговатую коробку. Девушка выглянула в коридор – в доме все еще стояла тишина, домочадцы спали или только просыпались. Взяв находку, Юви отнесла ее к кровати.

Внутри лежал дивного полуночно– синего оттенка шарф, украшенный мелким бисером. Когда на него падал свет, рисунок складывался в цветок, а в уголке красовались инициалы UV. На дне коробке Юви нашла записку: «Навсегда. V». Она сразу подумала о Викторе.

Девушка прижала к щеке удивительно нежную ткань. С чего бы такие подарки? Почему принц Виктор не зашел к ней? И что значит это его «навсегда»?

Она накинула шарф поверх платья и спустилась на кухню, где уже хозяйничали повара. В дверь особняка позвонили, и горничные впустили внутрь посыльных с коробками.

– Что происходит? – спросила Юви у служанки.

– Как же, госпожа. Вы не знаете? Сегодня во всем Шаттрли объявлен День Подарков! – Девушка приняла от посыльного плоскую черную бархатную коробку с золотым гербом Солида. – А это прислал сам Император.

– Да? И для кого?

– Для госпожи Ксиу, – шепотом ответила служанка, будто открыла Юви некую тайну.

– Вот как! Пожалуй, я сама отнесу.

Юви забрала из рук девушки коробку и помчалась вверх по лестнице. Что угодно, лишь бы отвлечь себя от навязчивых мыслей. А кстати, что же там внутри? Юви снедало любопытство, но она сдержалась. День Подарков, значит…

Ксиу уже не спала, и мало того, они с Дженни о чем-то сплетничали, сидя перед зеркалом. Юви постучалась уже после того как заглянула в комнату.

– Можно? Тут подарок для Ксиу. От Его Императорского…

Хорошенькое лицо Ксиу моментально побледнело. От Юви не ускользнуло, как сестра принца вцепилась в бархат кушетки. Возможно, ей стало стыдно за тот поступок с платьем.

Презент забрала Дженни и положила коробку на туалетный столик. Обе сестры смотрели на подарок как на огнестрельное оружие.

– Что такое? Разве вы не хотите посмотреть, что там внутри? – спросила Юви, подходя ближе. – Какая честь – получать подарки от самого Императора! Должно быть, ради этого можно на многое пойти, правда, Ксиу?

Та округлила темно– карие глаза и покрылась румянцем. Еще немного надавить – и она во всем признается.

– Ты разве не понимаешь? – подала голос вечно молчавшая Дженни, а Ксиу до сих пор не могла пошевелиться. – Он выбрал ее. Император. Теперь Ксиу должна явиться к нему во Дворец Сокровищ.

Наконец Дженни открыла коробку, в которой лежало роскошное золотое колье – толстая цепь с круглым медальоном, на котором был запечатлен герб Солида, такой же, как и на коробке. Коронованная черепаха, держащая во рту стрелу.

– Я стану фавориткой, – вдруг всхлипнула Ксиу. – И никогда не выйду замуж. Как Рита… Я буду такой как она. Его игрушкой.

– Прекрати и успокойся, – тихо произнесла Дженни. – Мы…

– …что-то придумаете. Сколько раз я это слышу в стенах особняка! Но ничего не происходит. Принц Виктор…

– Не смей, – спокойным тоном остановила рыдающую девушку Дженни. – Если, не приведи Ремесис, услышит Мариэ! Да она с тебя шкуру сдерет!

Юви не нужно было думать дважды. Не стоило забывать о главной цели своего приезда в Шаттрли.

– Из-за чего весь переполох? Давайте я поеду к Императору вместо Ксиу.

Обе девушки недоуменно уставились на нее.

Она протянула руку к колье, но обе сестры вскрикнули как ужаленные.

– Нет! Не трогай!

Едва Юви коснулась золота, как по руке пробежала дрожь. Она моментально ощутила ремесис – эта вещь определенно хранила в себе магию и, скорее всего, была создана с помощью ключа, который прятал у себя Император. Желтая Тейра, покровительница Сокровищ. Соблазн для алчных людей.

Звенья цепи зашевелились, превращаясь в золотую змейку с двумя желтыми горящими глазками. Один из мелких стражей Ремесиса теперь хранился внутри колье. Змейка качнула головой и потянулась навстречу Юви, но в ту же секунду зеркальная гладь перед ними пошла рябью, и оттуда высунулась женская голова с множеством змей, которые подобно короне возвышались над ее головой.

– Это еще что такое? – ошарашено спросила Юви и попятилась.

Одного взгляда женщины из зеркала оказалось достаточно, чтобы змейка спокойно улеглась в коробку и застыла, вновь обернувшись украшением. После чего скрылась и сама обладательница хищной шевелюры, не забыв грозно посмотреть на Юви.

– Это один из стражей, охраняющих дом, – шепотом проговорила Дженни.

– Но ведь…

Она хотела сказать, что принц Виктор отдал ключ Императору, а значит, не мог управлять стражами, но промолчала.

Наверное, у этого дома были свои тайны – в этом Кортис не ошибся.

– Как ты понимаешь, – проговорила Дженни, – дом учуял опасность для тебя, а значит, принц Виктор не одобряет твоих действий.

– Я поеду, – кивнула Ксиу. – Виктор не простит нам, если ты…

– Почему не простит? – нахмурилась Юви.

– Да потому что вы с ним помолвлены! – с надрывом сказала Ксиу. – Наши отцы договорились о вашем союзе еще до Захвата! Поняла теперь? Он лучше отдаст кого-то из нас, чем позволит Императору взглянуть на тебя.

– Помолвлены? – слабым голосом переспросила Юви.

Пока ноги не перестали ее слушаться, она выбежала из комнаты.

– Помолвлены! Как такое может быть? И он ничего не сказал!

Она неслась к спальне принца Виктора со скоростью самого стремительного ветра.

Принцу придется все объяснить.

V

– Ну что, как успехи? Тебе удалось соединить кристаллы? – спросил Виктор, заглядывая Мариэ через плечо.

На столе лежали мелкие разрозненные детали, над которыми вот уже несколько недель колдовала сестра, надеясь воссоздать Белую Тейру. Иногда Виктор поражался, как она поглощена работой, даже больше него самого. Возможно, в этом был ее способ справиться с утратой. Они никогда не говорили о ее женихе, другом принце Ремесиса, казненном с прочими магами.

Мариэ дернула плечом, отгоняя его.

– Не торопи меня, Виктор, так ничего не выйдет. – Она вздохнула и отложила инструменты. Потом взяла колбу с золотистой пыльцой, полученной из волшебной шевелюры самого Виктора – локоны Юстианы он надежно спрятал. – Кристаллы соединяются, но лишь на короткое время. То есть, ты, конечно, можешь использовать стражей Белой Тейры, но по отдельности. Ни о какой мощи речи быть не может. Против Императора, боюсь, с этим не устоять.

– Мариэ, я очень на тебя рассчитываю. Ты так долго изучала ключ. Одного ремесиса тут недостаточно.

– Если бы мне удалось воссоздать все три, мы смогли бы отвоевать город.

– Или хотя бы попробовать, – договорил за нее Виктор и отвернулся.

Ему не хотелось привлекать к борьбе с Империей родных, но и в одиночку он мог справиться далеко не со всем. Прошлая ночь тому доказательство. Судя по всему, брат Юви возглавил восстание Белых Журавлей, к тому же он захватил Красную Тейру. Неизвестно, каких дел он мог наворотить.

Дверь отворилась неожиданно, и в комнату грозным шагом ворвалась Юви. Короткие темные волосы разметались в стороны, в глазах бушевал ураган. Она выглядела взбешенной и оттого очень милой. А к шее ее ластился подаренный им шарф.

– Юви? – Принц шагнул вперед.

Девушка окинула взглядом рабочий стол Мариэ, оценивая инструменты и кристаллы. Брови ее изумленно взметнулись вверх.

– Немедленно выйди отсюда, несносная девчонка! – накинулась на нее Мариэ, замахав руками.

– Я… мне… – Юви выглядела такой обескураженной, что ему захотелось просто обнять и успокоить ее. – Нам с принцем нужно поговорить. Наедине.

Она взглянула на Виктора, полностью игнорируя Мариэ. Он спиной чувствовал, как бурлила от ярости сестра – никто не смел заходить в ее лабораторию. Никто и не знал, над чем они работают.

– Хорошо, – вкрадчиво сказал Виктор. Подошел к Юви и за плечи развернул к выходу. – Идем в мой кабинет.

Пока они шли, она молча пыхтела, как маленький изящный паровоз. И на сердце у него стало так невыносимо тепло. Это чувство хотелось удержать, но мог ли он?

Ему следовало действовать так, как от него все ожидали, в первую очередь Октавиан. Совсем скоро свадьба с Адорой. А сегодня еще этот День Подарков. Да, он не удержался и отправил Юви шарф. С совершенно дурацкой запиской. Навсегда. Ты будешь моей навсегда – как же хотелось сказать ей это.

Он отворил дверь в кабинет, впуская девушку внутрь. Мелисса весело подмигнула ему с картины. Давненько он не разговаривал с ней. Знал, что она может сказать, и не желал слушать.

– Итак… О чем ты хотела поговорить?

Юви глотнула воздуха, как выпрыгнувшая на берег рыбка. Весьма симпатичная зеленоглазая рыбешка.

– Я…

Она немедленно замолчала, и на щеках ее вспыхнул румянец. Проклятье. Да будь она неладна! Воскресла из мертвых и перевернула все его планы. Сейчас ему следовало думать о том, как завладеть ключами, а вовсе не об этих губах… которые она то приоткрывала, то поджимала, совершенно сводя его с ума.

– Юви, ты будешь говорить? – выдохнул он, еле сдерживая себя.

– Да. Я… я хотела попросить разрешения прогуляться. Как оказалось, сегодня День Подарков, а я совсем не знала. – Слова полились из ее уст потоком. – Мне же нужно что-то подарить твоим сестрам, госпоже Меримьян и… – Она сделала глубокий вдох. – И да, спасибо за шарф.

– Тебе очень идет. И это все?

Виктор чуть опустил голову, не отводя от Юви взгляда.

– Просто здесь повсюду стражи, как оказалось. И кстати, как получилось, что…

– Если ты о стражах, я открою тебе небольшой секрет. – Виктор понимал, что она быстро оценит их опыты с Мариэ. Тем более, Юви не была ему врагом – по крайней мере, он хотел в это верить. И только она могла его понять. – Сейчас ты была в лаборатории, где мы с Мариэ пытаемся создать, скажем так, запасные ключи. Это «детки» Белой Тейры, благодаря которым я могу хотя бы немного управлять стражами. Он сам не знал, зачем открылся ей, но ему хотелось поговорить с кем-то, равным себе. Он так долго считал себя единственным оставшимся магом.

– Император…

– Даже не догадывается.

Виктор улыбнулся, видя ее нахмуренное личико.

Юви прошла вглубь кабинета, где стоял макет Шаттрли, созданный из песка. Виктор двинулся следом, вставая у нее за спиной. Неужели она примчалась, потому что хотела выйти на прогулку? Или было что-то еще? Юви занесла руку над куполом миниатюрного собора. Виктор накрыл ее ладонь своей, и в тот же миг весь песочный город рассыпался, так что Юви даже ахнула.

Песчинки закружились под действием его ремесиса, складываясь в новые формы. Виктор обхватил ладонь Юви, водя рукой над поверхностью столешницы, создавая тот Ремесис, который он помнил. Девушка заметно дрожала.

Виктор склонился над ней и уткнулся носом в шелковистые волосы.

– А ты приготовила подарок для меня, Юви? – прошептал он.

– Что бы ты хотел? – хрипло ответила она, не поворачиваясь.

Если он скажет ей, она, скорее всего, немедленно убежит. Потому что он хотел многого – она даже представить себе не могла. Или могла? Его встряхнуло от одной мысли, что уже кто-то обнимал ее, целовал эти губы, а может и… Дьявол! Он не думал, что будет так сложно жить с ней под одной крышей.

– Узнать о твоем ремесисе, – ответил он. – В чем твоя сила?

– Ах, об этом? – спросила она и отошла на несколько шагов. – Хорошо.

Он ощутил, как между ними проскользнул холодок, который слегка отрезвил его мысли. Ему не стоило дурачить ни себя, ни ее. Тем более, что где-то на горизонте маячила одна мысль, которую он никак не мог принять. Но возможно, это было единственное, что могло спасти их всех. Почти всех.

– Вечером сестры придут поздравить меня с помолвкой.

Юви вздрогнула и повернулась, уставившись на него.

– Раз сегодня День Подарков, конечно, они подарят мне что-то к предстоящей свадьбе. Ты ведь встречала мою невесту. Ее зовут Адора.

– Да, очень красивая. – Юви засеменила к двери, не глядя в его сторону. – Тогда я прогуляюсь, и до встречи вечером.

– До встречи, Юви.

Когда дверь за ней захлопнулась, Мелисса, все это время ухмылявшаяся с картины, скорчила гримасу.

– Ну ты и придурок, Виктор!

– Замолчи, сам знаю!

U

Юви вылетела за дверь, злясь на саму себя. Почему она мямлила там, в кабинете? Сначала не нашла принца в спальне и решила нащупать его ремесис. Пусть невидимая цепь, на которую он посадил ее, послужит и ей. Ниточка привела ее к лаборатории Мариэ. И, как выяснилось, у Архитектора много секретов! А что она думала? Что он как раскрытая книга? Разве может простак выжить при дворе Императора?

И ей не нужно быть дурочкой. Влюбленной дурочкой, поправила она себя.

Стоило посмотреть на него, услышать его голос, и она начинала вести себя совершенно глупо. Как на нее не похоже!

Шарф, слова Ксиу о помолвке, прошлый вечер – все это вскружило Юви голову, и она совершенно забыла о миссии. А вот принц Виктор помнил. Он был в долгу перед ее отцом, раз обещался жениться на ней. Оттого и такая опека. Всего лишь долг. И еще ее магия. Вот что было ему интересно.

Сбежав по лестнице в холл, Юви наткнулась на мрачного Риока.

– Принц Виктор разрешил мне прогуляться, – сообщила она с излишним весельем в голосе. – Ты можешь отвезти меня в школу танцев? Рита, кажется, сейчас там.

– Да, она там, но я не уверен, что мне стоит с ней встречаться. – На легионере не было лица. Всегда веселый, сейчас он казался совершенно подавленным. – К тому же, тебе больше нельзя заниматься танцами. Это не для леди.

– А что случилось с тобой? Вы с Ритой повздорили?

– Вроде того. Ладно, я отвезу тебя. Иначе Виктор…

– Да плевать мне, что там думает ваш принц Виктор! – как можно громче произнесла Юви, надеясь, что ее слышит весь дом. – Просто хочу поболтать с Ритой и купить всем подарки, раз уж сегодня ваш идиотский День Подарков. И кто это только придумал?

Спустя некоторое время они подъехали к школе. Риок не стал заходить внутрь, умчавшись почти сразу же и оставив Юви в полном недоумении.

Юви с Ритой выпили чаю, сидя на расшитых бисером подушках, и поболтали обо всем понемногу, стараясь избегать щекотливых тем. В платье Юви было максимально неудобно, и она переоделась в танцевальную одежду, которую ей одолжила Рита. С ней девушка как всегда чувствовала себя легко – обе обожали танцы, находя в них спасение от мирской суеты. Их общение понемногу налаживалось, и Юви нехотя доверялась Рите все больше и больше.

Рита даже позволила Юви попрыгать перед зеркалом, вспоминая движения из танца, который они ставили для императорского бала. В честь свадьбы принца Виктора.

При этой мысли Юви опустилась на пол и поджала под себя колени. Рита присела рядом.

– Что тебя тревожит, малышка?

– И ты еще спрашиваешь! Море всего. И у тебя тоже не все гладко, так?

Рита отвела взгляд. Она была очень красивой и невероятно печальной. Самая яркая из сестер принца.

– Я хочу, чтобы Виктор уехал, – проговорила она. – Он продолжит наш род. Он спасет ремесис. Но эти мужчины! Они такие упрямые. Думают, что смогут решить все сами.

– Конечно, зачем ему уезжать, – вздохнула Юви. – У него же скоро свадьба. Эта его невеста, Адора, роскошная, ничего не сказать. Настоящая… леди, как говорите вы в Шаттрли.

– Пусть мы и в Шаттрли, но в сердце нашем Ремесис. Навсегда. – Рита взяла Юви за руку и легонько сжала. – Виктору не нужна свадьба, но на этом настоял Император. Как только родится наследник, Виктор перестанет представлять интерес для него. Как и все мы. Они сохранят ремесис. В своем роду. А наш прервется. Мы не должны допустить этого. Нужно убедить Виктора, во что бы то ни стало.

Юви закусила губу, но все же решилась спросить.

– А кто такая Мэй?

Рита моментально изменилась в лице.

– Он сам тебе расскажет, когда будет готов.

Юви поняла, что лучше пока не развивать эту тему, и переключилась на другую.

– Рита, я все-таки хочу принять участие в нашем танце.

– Виктор не одобряет.

– Знаю. Но это мое решение. Так надо. Позволь мне, а я, в свою очередь, попробую поговорить с ним. Иногда я могу быть убедительна.

Юви ослепительно улыбнулась.

– Ох, Юви, ты очаровательна. Но еще так юна. А мужчины… ты о них многого не знаешь.

– Ну, так может ты, хм, научишь? Больше мне не к кому обратиться, ну правда.

На лице Риты расплылась улыбка.

– Хитрюга! Ладно, отправляемся на базар. Я тоже еще никому не купила подарков. Заодно поболтаем по душам.

Базар стал для Юви открытием. Как выяснилось, он прятался за высокими серыми стенами чопорных домов, за которыми бурлила невероятной пестроты жизнь. На входе их встретил мартимьянин вместе со своей обаятельной супругой. Они оба управляли базаром под покровительством принца Виктора, о чем мало кто знал. Здесь пахло пряными специями, на прилавках были разложены статуэтки, яркие платки, бусы, браслеты, подвески и прочие украшения. Юви словно окунулась в кусочек прошлого.

На глаза ей вдруг попались четки – из того же зеленого нефрита, что и ее талисман– печать. Юви подняла их, и камень тотчас потеплел в ладони, а в душе зародилась надежда. Что, если ей удастся переубедить Виктора? И может, дело не только в долге? Почему она, в конце концов, должна отдавать своего суженого какой-то там Адоре? Юви знала, что в Ремесисе была такая традиция – когда обрученные обменивались подарками в виде украшений. Может, нужно намекнуть Виктору, что к чему? Напомнить о себе. Нельзя же просто стоять в сторонке и смотреть, как он женится на другой.

Позже Юви добавила к четкам одну небольшую деталь – крохотную золотую фигурку танцовщицы. Он хотел знать о ее ремесисе. Она расскажет ему.

* * *

Юви с трудом могла дождаться вечера. Совсем недавно она готова была разорвать принца Виктора на части, а сейчас…

Но, выйдя к ужину, он держался так холодно и сдержанно, практически не глядел в ее сторону, так что Юви внутренне отступила. Удачный ли сейчас момент? И не будет ли ее подарок выглядеть нелепо?

Ужин прошел в теплой семейной атмосфере. Сестры и госпожа Меримьян подшучивали друг над другом и над Виктором, а еще все восхищались подарками, которые он подобрал для каждой. Для Лали он создал целую комнату с бабочками, отчего младшая сестра пришла в восторг.

А после, когда госпожа Меримьян ушла отдыхать в свою спальню, все сестры по очереди подходили к нему в небольшую гостиную, где он сидел возле камина, такой грозный и в то же время уютный, и оставляли свои презенты.

Юви была последней. Все уже разбрелись по комнатам, занявшись обыденными делами, и казалось, что такой мир царил в этой семье всегда.

Они с Виктором остались наедине.

Он и сейчас отказывался смотреть на нее. Когда Юви приблизилась с небольшой коробочкой, принц Виктор отпил янтарной жидкости из бокала и кивнул ей.

– Ты спрашивал про мой ремесис, – тихо проговорила Юви. – Внутри есть ответ.

И вот коробочка оказалась в его руках, которые будто тоже были созданы неким архитектором. Юви нравилось следить, как он рассекал ими воздух, призывая магию, создавая предметы. Принц Виктор открыл коробочку и заглянул внутрь, а сердце Юви на мгновение замерло. Не зная, что еще сделать, она нагнулась, чтобы поцеловать его в щеку, как делали до этого сестры.

Вот только не успела. Потому что он наконец повернулся. И как же близко оказались его губы.

Неизвестно, кто из них первым потянулся к другому, а может, они оба. Но поцелуй этот был настолько желанным, что Юви еле смогла устоять на ногах. Виктор вовремя подхватил ее и усадил к себе на колени, не прерывая поцелуй. Сначала нежный, но с каждой секундой все более настойчивый.

Юви уже целовалась с Кортисом – и это было дурацкой ошибкой. Она не чувствовала и десятой доли того, что происходило с ней сейчас.

И она боялась, что волшебство разрушится.

Так и случилось, когда кто-то прокашлялся за ее спиной. Риок! Он лишь мельком глянул на них и отступил за дверь.

– Ксиу уезжает во Дворец Сокровищ! – громко сказал он. – Возможно, ты захочешь ее проводить, Виктор.

Принц мигом напрягся, отстранил Юви и встал с кресла, уходя вслед за легионером.

– Мне пора, – бросил он ей.

И даже не посмотрел на нее! Опять!

Однако четки с маленькой танцовщицей забрал с собой.

Юви клубочком свернулась в кресле, где совсем недавно они сидели вдвоем, то и дело прокручивая в мыслях последние несколько минут. За окнами, зашторенными тяжелой парчой и бархатом, пошел дождь. Она отчетливо слышала стук капель, напоминавших слезы богов.

Да, она разбиралась в магии. Но уж точно не в мужчинах.

Глава 10. Спасительница

Белая Тейра, Спасительница, – невеста Самуна, рожденная из прекрасного Цветка Шалукори, который в свою очередь явился из слезы Великого, когда он оплакивал страдания Земного Мира. Некогда Самун вверил ей власть над водной стихией, над всеми водоемами и источниками.

Магия Белой призвана утихомиривать гнев и злость, успокаивать тело и разум, лечить раны, физические и душевные. Она способна разогнать мрак, что таится в темных уголках Дворца. Белый свет ее окружает, будто пена морская.

Вода – суть жизни, соединяющая разрозненное, растворяющая непроглядное. Прозрачная как кристалл, животворящая. В ней музыка начала, в ней танец конца. Она покровительствует этим искусствам и в них существует.

Очерки о Шести Тейрах, Тайный Архив

V

В гостиной повисла мрачная тишина, сопровождаемая тихими всхлипами Ксиу. Виктор шагнул к сестре, и внутри все сжалось при виде ее наряда – черного кружевного платья, спрятанного под золотым плащом. Вот он – подарок для Императора. На распущенных длинных волосах лежала диадема с крохотными желтыми кристаллами, которые звездочками сверкали среди темных локонов.

– Принц Виктор… – шепнула она, – брат. Я не хочу… Дженни и Мариэ мгновенно шикнули на нее. Виктор знал, что сестры готовы на все ради его благополучия, но не мог принять такую жертву. Достаточно жертв. Он помнил крик, звеневший в ушах. Перед глазами вспыхнуло алое зарево того дня, когда их мир пошатнулся и разбился на мириады осколков. Пальцами он перебирал идеально круглые камешки четок, пока не дошел до золотой подвески в форме маленькой фигурки танцовщицы.

… Шелковые занавеси шатра развеваются на легком ветерке, радуя глаз яркими красками. А под крышей мелькают темные косы – Рита учит младших традиционному танцу Ремесиса. Девочки кружатся на месте, оттачивая мастерство. Лали всего семь, и она то и дело падает. Звенят подвески на браслетах и поясах, словно колокольчики. Ксиу, надувшись, поправляет кудряшки, поглядывая в сторону Виктора и отца, которые пришли посмотреть на их успехи. Она бы сейчас хотела перебирать украшения мамы, а не тренироваться – он видит ее хмурое личико. Дженни очень старается, но ее движения выходят неуклюжими, и она, потупившись, начинает танцевальную связку заново. Мариэ, напротив, светится от счастья, поглядывая на брата, отца и мельком на того, кто стоит рядом. Ее жених не сводит взгляда с возлюбленной. А в стороне сидит Мэй и разговаривает с мужем и детьми – мальчиком и девочкой… Но небо вспыхивает огнем, который не успевает добраться до земли – маги отражают первую атаку. Отец немедленно уходит к остальным, чтобы встать на защиту Ремесиса. И Виктор может лишь увести семью в дом и ждать – он еще не перенял от отца силу и полагается на то, чему его учил мастер боя…

Виктор до боли сжал четки в ладони. Мариэ принесла поднос с чаем.

– Ксиу, тебе нужно успокоиться. Сядь и выпей чашечку чудеснейшего травяного чая от Риты.

Мама не спустилась – для нее было слишком тяжело отдавать Императору еще одного ребенка. Да и здоровье в последние месяцы ее изрядно подводило. Виктор поймал взгляд Мариэ, надеясь, что сестра исполнила все так, как они и договаривались: они с Ритой добавили в чай корень черного пиона, что сначала успокоит Ксиу, а потом вызовет недомогание, и тогда Риок увезет ее, сославшись на болезнь.

Дрожащей рукой Ксиу подняла чашку и сделала несколько глотков.

– Очень вкусно, спасибо, Мариэ, – сказала Ксиу и вымученно улыбнулась.

Рядом с ней, бледнее журавлиного крыла, стояла Дженни. Как всегда молчаливая и задумчивая, в руках она теребила букетик чайных роз. Виктор нахмурился, вспомнив, как проходил испытание с Юви. Как слаженно они действовали.

Роза, символ Империи. Повинуясь импульсу, он подошел к Дженни и вырвал букетик у нее из рук, сминая в кулаке.

– Брат… Ты что? – распахнула она лучистые ореховые глаза.

– Проводи сестру до автомобиля, – наказал он, а сам, злясь на себя за подобную слабость, перекинулся парой слов с Мариэ и ушел в кабинет.

Рита не вышла к ним. В последние дни она не желала разговаривать ни с ним, ни с Риоком. Что на самом деле творилось у сестры на душе, он не знал, и, если честно, боялся заглядывать туда.

А еще поцелуй.

Только оставшись наедине с собой, под ухмылки и колкие замечания Мелиссы, Виктор вернулся мыслями к тому, что произошло между ним и Юви. Он старательно гнал из головы эти образы, которые приносили лишь мучения – потому что все закончилось, а ему хотелось остаться там, в том кресле, в том моменте, когда не существовало никаких забот, кроме одной, и очень манящей.

Он мерил шагами комнату под усмешки Мелиссы.

– Какая муха тебя укусила, дорогой? Неужели та самая?

Виктор ничего не ответил. Он всеми силами старался думать о поиске ключа, о ежедневных обязанностях, о строительстве новой улицы, о чем угодно, только не о Юви. Больше всего на свете он желал вернуться в гостиную и продолжить с того места, где они остановились. Но он не обладал магией останавливать время.

– Я же вижу, как ты пожираешь ее взглядом! – не унималась Мелисса. – Ох, были времена, когда на меня так поглядывал лорд Монтере.

Виктор сердито фыркнул и вылетел из кабинета. По обыкновению втянул носом воздух, пытаясь уловить ремесис самого города – но ощущал лишь тот, который вел его к Юви. Сладкий лотос с дерзкой ноткой бергамота. Виктор мысленно окатил себя холодной водой и пошел прочь от дома, но вдруг резко замер.

Что-то до боли знакомое и в то же время чуждое промелькнуло мимо и улетело вдаль. Совершенно новая волна ремесиса. А если это брат Юви дал о себе знать? Этот зачинщик восстания! Наверняка она что-то знала, но он не мог ни о чем допытаться.

Недолго думая, Виктор бросился вслед за этой ниточкой. В воздухе и впрямь промелькнул красный всполох. Догнав его, принц понял, что это лепесток. Алый лепесток. Пересекая канал, охраняемый мраморными гончими, он воззвал к ключу, который удалось создать Мариэ, и оживил тайных стражей, которые моментально помчались следом за ним. Кристаллы не могли работать одновременно, Мариэ пока не нашла связующее звено, поэтому и сила власти над стражами была ограниченной. Но они все же откликались на зов истинного мага.

Некоторые скульптуры на фасадах зданий молча возвышались над Виктором, другие ухмылялись, хотя в их взглядах стояла тоска – кто бы не хотел свободы?

Идя за этим шлейфом магии, Виктор, в конце концов, оказался в переулке на окраине города. В этот час тут было пустынно, мигал лишь единственный фонарь, в свете которого блестела от влаги брусчатка. В глубине переулка, среди темноты, алело пятно. Еще несколько шагов вперед, и Виктор остановился у подобия жертвенного алтаря, на котором лежала раненая птица – серебристый журавлик. Виктор не сразу понял, что кругом не кровь, а красные лепестки. Как символично. Кому же понадобилось устраивать это представление? В груди заворочалось неприятное чувство. Это ловушка. Он тут не просто так. А значит, в доме…

Не успел он закончить мысль, как зарычали гончие, темнота зашевелилась, и вперед выступила невысокая фигурка в темном плаще. Когда с головы незнакомца слетел капюшон, обнажая светлые, почти белые, волосы, Виктор выругался и сжал руки в кулаки.

– Будь я проклят…

Перед ним стоял совсем мальчишка. Лунный свет серебрил светлые кудряшки, мертвецки бледное лицо было слишком знакомым Виктору, чтобы не поверить своим глазам. Глаза блестели темно-зелеными драгоценными камнями, не столь яркими, как у Юви, но все же…

А на губах сияла полумесяцем гнусная ухмылка. И только одно это не давало Виктору покоя.

– Ты Роши? – спросил он, и без того зная ответ.

Мальчишка покачнулся, будто подхваченный ветром листок. Обернулся вокруг своей оси. В его хрупкой руке сверкнул эфес длинного выгнутого клинка. Виктор удивленно взглянул на стигу, традиционный меч Ремесиса, давным-давно ставший не более чем украшением. Лезвие просвистело слишком близко от его груди.

А следом от клинка потянулся иссиня– черный дым, норовя ухватить Виктора за руку. От этого потока тлетворной магии его замутило. Все тот же ремесис, но не чистый и звонкий, не будоражащий чувства, а такой, от которого хочется бежать со всех ног.

– Что ты за дьявол! – выдохнул Виктор, а следом создал перед собой каменную преграду, которую мальчишка спустя пару секунд рассек стигой. Будто само оружие излучало ремесис. И не только. Виктор заметил, как светится синеватым огнем рубаха паренька.

Гончие бросились на обидчика, разлетаясь при столкновении всплесками воды, но собираясь вновь. С карниза соседнего здания спрыгнула терракотовая дождь– птица, растопырив хвост. Сколько водяных стражей Ремесиса откликнутся на зов малого ключа, Виктор не знал. Но сила будет неполной, в этом он не сомневался.

Паренек отражал удар за ударом, не произнося ни слова, лишь посмеиваясь. Виктор сдерживал силу – не будь мальчишка как две капли воды похож на Юви, все уже было бы решено. Но разве он мог так поступить? Как Виктор мог теперь?

А магия, что исходила от мальчишки, нервировала Виктора – знакомая и в то же время абсолютно чуждая. Если ключ Красной Тейры у Роши, Виктор забрал бы его здесь и сейчас. Неужели Роши и есть тот самый Белый Журавль?

Виктор замер, наращивая вокруг себя золотые сферы, обращаясь внутрь, к ремесису Архитектора. Стражи были опорой, но истинная сила всегда таилась внутри – этот урок Виктор уяснил давным– давно. Перед взором, среди черной вселенной небытия, распахнулись два антрацитовых крыла с золотой бахромой. Символ Дома Меримьян – Черный Журавль, образ, которого он страшился, который мучил его по ночам. Позолоченный острый клюв раскрылся опасным оружием и прочертил окружность. Циркуль Архитектора пришел в действие, создавая в пространстве за пределами этой бездонной вселенной клетку, в которую бы он мог заточить нарушителя спокойствия.

Виктор скорее почувствовал, чем услышал, как мальчишка огрызнулся под действием его силы. Когда Архитектор открыл глаза, пришел его черед усмехаться.

– Попался, дружок.

Паренек молча смотрел на него исподлобья. Вновь покачивался из стороны в сторону. Уголки его губ поползли вниз, но Виктора не отпускало чувство тревоги. Дом… скорее нужно домой. Там вся его семья, там Юви.

И вновь пронеслась мысль – правда ли перед ним похититель ключа? Неужели все так просто?

«Ты ведь понимаешь, Виктор, что так не бывает», – ворчало подсознание. Допрос мог занять время, но у него не было такой роскоши. Не успел он закончить мысль, как паренек, заточенный в клетку, рассыпался в прах, моментально подхваченный ветром вместе с лепестками.

Злорадно сверкнула луна, обжигая Виктора своим величием и красотой.

U

Она стояла на балконе, закутавшись в шаль. Ночь сегодня выдалась особенно темной, возможно из-за туч, сгустившихся над городом. Юви обхватила серьгу– капельку, подаренную женщиной– хризантемой в качестве талисмана. А что, если эти серьги очаровали принца Виктора и сама она тут ни при чем?

– Юстиана, – позвал снизу мужской голос. – Впусти.

– Тебе лучше уйти, – шепнула девушка в темноту, узнав этот голос.

Она никак не могла избавиться от терпкого вкуса, оставшегося на губах. Где же принц Виктор?

Весь дом сейчас заботила лишь участь Ксиу. Да еще и Дженни отправилась вместе с сестрой для моральной поддержки. Виктор вылетел из дома вскоре после отбытия автомобиля, растворившись в ночи. Юви лишь видела, как удалялся его сияющий ремесис: с недавних пор она стала замечать его магию как нечто осязаемое. Возможно, все дело в их связи, том ритуале, приковавшем ее к Архитектору. Она могла бы сейчас потянуть за эту незримую цепь, но тогда он узнает, что она ищет его. А Юви этого не хотела. Он ушел. Ушел и оставил ее.

Какие глупые чувства. Ведь понятно, что он переживал за семью. И все же ей не хотелось отдавать Виктора никому, даже сестрам.

– Сегодня я никуда не уйду, – прервал ее мысли голос Кортиса. – Твой отец не простил бы мне этого, Юстиана. Впусти и нормально поговорим. Ты ведешь себя как ребенок.

– Брось, Кортис, – зашипела она. – Хорошо! Я сейчас спущусь к черному входу.

Кортис проник в дом безо всяких проблем, что бы он там ни говорил. Юви ожидала, что дом как минимум ощерится на незнакомца, но все было тихо и спокойно. Может, Виктор снял защиту? Или дом каким-то образом слушался и ее? Эта мысль согрела Юви. Хозяйка дома Меримьян… О, Великий Ремесис, она уже примеряла его фамилию!

– Говори здесь, твое нахождение в доме небезопасно, – предупредила Юви Кортиса, желая, чтобы он побыстрее ушел.

Однако он приблизился и положил ладони ей на плечи.

– Да ты вся дрожишь! Что с тобой? Он… он обидел тебя? Я вырву тебя из лап Архитектора, – пообещал ее телохранитель.

Если бы она этого хотела, вырвалась бы сама. Но Юви уже не вполне понимала, чего желает на самом деле. Раньше все было предельно ясно. Приехать. Убить. Возродить свой город.

Но она совсем не хотела убивать Виктора, даже подумать о таком не могла.

А вот Император – с ним предстоит разобраться в ближайшее время.

– Со мной все хорошо. Я держу ситуацию под контролем, – сказала Юви, отстранившись.

Она не могла вытерпеть этого прикосновения, когда жаждала совсем другого.

– Наша организация растет, скоро мы будем готовы к новому шагу. Но мартимьяне ждут тебя, своего вестника светлого будущего. Ты их единственная надежда, Юстиана, не забывай этого. Мне приходится нелегко без тебя.

Ей хотелось кричать при каждом слове, которое произносил Кортис. Почему, почему, почему. Почему она?

Она всегда знала, что ей уготовлено нечто особенное. Но в эту секунду была готова отказаться от всего этого. И просто жить.

Как бы она ни хотела, они с Виктором не могли быть вместе. Слишком много «но».

– То, что вы сделали на балу… – сбивчиво проговорила Юви.

– Это вынужденная мера. К тому же тебя надо было спасать.

Юви лишь фыркнула.

– Пойдем со мной, и я покажу тебе, ради чего мы сражаемся, если ты все еще сомневаешься, – тихо проговорил Кортис и протянул ей ладонь.

Юви не хотелось никуда уходить – откуда взялось это необъяснимое чувство, она не знала, но следовало самой выяснить все и разобраться с организацией, которая прикрывалась ею, как символом возрождения Ремесиса.

Они покинули особняк, оставляя позади уютную громадину, к которой Юви успела привыкнуть, и попали в серые переулки Шаттрли. В одном из таких теневых мест Кортис приоткрыл люк и помог Юви спуститься.

– Неужели тоннели еще существуют? – спросила она, когда по позвоночнику пробежал холодок от промозглости подземелья.

– Еще как, – весело отозвался Кортис, крепко держа Юви за руку, будто она могла сбежать.

В какой-то момент она и впрямь задумалась об этом. Неприятное предчувствие гнало ее из этих мест, но жажда все выяснить раз и навсегда вела вперед. Убийцы, которых бездумно подсылали «журавли» к принцу и к Императору, шли на верную смерть. Ей даже было жаль этих девушек, которые фанатично отдавали жизни за Белого Журавля. Они не могли бы справиться ни с Октавианом, ни с Виктором. Загубленные жизни, загубленные птицы и угроза, которой они подвергали всех мирных жителей, сумевших спастись после Захвата. Вот и все, что могли предложить «журавли».

Были ли выжившие мартимьяне в действительности предателями? Юви все больше терзали эти вопросы. В Огненных Холмах все казалось ясным и однозначным. Есть черное и белое, есть злодеи Солида и предатели Ремесиса. И ее предназначение, продиктованное жаждой мести.

Кортис повел ее вперед, двигаясь во тьме так, будто родился в ней. Совсем как тогда, при Захвате.

Спустя бесконечное количество поворотов они добрались до места. По стенам заскользили отблески пламени – от факелов, освещавших круглое пространство. Оно было заполнено людьми с серыми лицами и в потрепанных одеждах – казалось, что некоторые из них провели под землей слишком много времени. Все они собрались вокруг человека в форме. Черной императорской форме с золотыми пуговицами. Со спины Юви узнала его не сразу, а когда узнала, то не сдержала вскрика.

Когда он повернулся, половина его красивого лица вспыхнула огнем, в следующую секунду покрываясь тлеющими углями. От этого зрелища Юви отпрянула на шаг, но Кортис упрямо повел ее вперед.

– Встречай нашего союзника.

Синие глаза словно бы не видели ее. У Юви подгибались колени.

Перед ней был деструктор. И мало того, она смотрела ни на кого иного, как на Риока.

– Пришло время вам узнать, кто же он, ваш Белый Журавль, – громко объявил Кортис собравшимся. – Тот, за кем вы следуете, кто направляет вас, дает вам надежду и свет.

Он потянул Юви за собой, но она не видела никого и ничего, словно парализованная не могла пошевелиться.

Деструктор. Деструктор! Это слово пульсировало в голове вместе с кровью. Они с Риоком общались чуть ли не каждый день, Юви и подумать не могла! А ведь Кортис знал о ее самом большом страхе. И все же привел сюда разрушителя.

– Он наследник Дома ремесленников. Одной из самых мощных ветвей, из семейства Казиньяк. Его считали погибшим, но он выжил. Для того чтобы спасти вас, гордый народ Ремесиса. Восстаньте, жители земель Мартим. Восстаньте и восславьте своих предков. Следуйте за ним, и он приведет вас к новому будущему. Тому, где вам не придется прятаться или преклоняться перед солидийцами– захватчиками. Где вы будете вольны поступать так, как пожелаете, носить то, что хотите, есть ту пищу, которую любите, а не какую вам бросает в качестве подачки иноземный император.

Юви всего на мгновение отвлеклась от Риока, не в силах смотреть на его постоянно меняющееся искаженное лицо. О природе деструкторов было известно слишком мало. Но Юви хватало того, что она видела собственными глазами при бегстве из Ремесиса. И потом, когда они пришли испытывать ее.

Воздух рядом с Риоком почернел, уплотняясь, приобретая некое очертание, напоминающее человеческую фигуру. Юви задрожала, ее ремесис отпрянул от этой темноты, внутренности сжались до боли. Она вскрикнула, мир помрачнел, лишившись красок, а зрение помутнело. Она услышала знакомый голос, но не смогла понять, из каких глубин памяти он явился.

Ее подхватили крепкие руки, а голоса кругом скандировали: «Смерть Императору! Смерть Императору! Смерть Архитектору!».

Юви вынырнула из этого тягучего, пугающего состояния, поняв, что ее поддерживает Риок. Кортис вместе с невысокой фигурой в черном плаще скрылся в толпе.

– Отпусти меня… – прошипела Юви, надеясь вырваться, но Риок крепко держал ее.

– Не сопротивляйся, прошу тебя, – хрипло отозвался он. – Так будет лучше для всех.

Она пыталась прибегнуть к своей силе, но он странным образом сдерживал ее. Будто поглощал сам ремесис. В прошлый раз она смогла дать отпор черепашьему кольцу, но на что способны деструкторы, она не знала.

– Что ты вообще такое? – спросила она, не глядя на Риока.

– Я долго боролся с собой, Юви, слишком долго. Как, насколько понимаю, и ты?

– О чем ты?

– Я знаю про тебя. Знаю, что ты владеешь ремесисом, что в принципе тоже невозможно, не находишь?

Она все же подняла голову и взглянула в сапфировые глаза Риока.

– Я никогда не боролась с собой. Я всегда знала, кто я и для чего создана.

– Так ли это? – тихо проговорил он, и Юви стало не по себе. – Рита понимала меня, но она выбрала Виктора, а не нас.

– Вы друзья с Виктором, разве не так? – сквозь силу прошептала Юви. – Он доверял тебе, а ты…

– Виктор никому не доверяет. И тем более тебе, если ты могла подумать обратное.

Злость, прозвучавшая в голосе Риока, холодом отозвалась в душе Юви.

– Что вы задумали?

– План уже приведен в действие. Ты ничем не поможешь. Тебе нужно остаться здесь. Когда придет твой час, ты выйдешь на сцену, ни минутой раньше.

К ним приблизился невысокий мартимьянин и поклонился Риоку.

– Девочка у нас, господин.

– Хорошо. Отведите ее к мосту. Мы выставим Архитектору условия.

Девочка! Это могла быть лишь сестра Виктора, но из тех, кто оставался дома – только одна, Лалибэй.

Юви обратилась вовнутрь, ища в себе источник магии, но ее руки были скованы, не позволяя совершить ни единого движения. Риок – деструктор, он может уничтожить ее в мгновение ока, стереть в порошок в буквальном смысле. К тому же он подавляет ее силу.

Но если она ничего не предпримет, будет еще хуже. Для Лали… и для Виктора.

Разве не Юви достался этот дар? Магия Ремесиса, которая могла возрождать города, созидать, выбрала ее. Разве есть теперь преграды?

«Все твои глупые страхи, Юви, – шептало подсознание. – Освободись. Ты не терпишь цепей, не по тебе быть рабыней, игрушкой в чужих руках. Нужно спасти Лали во что бы то ни стало. Эта девочка ни в чем не виновата».

Внутри что-то запульсировало, и Юви не сразу поняла, в чем дело. Пока не ощутила тепло от ключа, прижимающегося к ее телу. Он все так же висел на цепочке, что обвивала ее талию. Но теперь Юви явно чувствовала энергию ремесиса, заточенную внутри. Неужели вот он, тот момент, которого она так долго ждала? Промахов быть не могло – ошибется она, и пострадают другие. Пора взять контроль над этим ключом.

– Явись ко мне, тайный страж Ремесиса, – еле слышно прошептала Юви, и сама земля у них под ногами задрожала.

V

Он влетел в дом так стремительно, как совсем недавно выпорхнул отсюда.

– Мариэ! Рита! Дженни! Лалибэй! Юви! – закричал он. Дома не было лишь Ксиу – Риок повез ее к Императору.

А остальные – они обязаны отозваться.

Дом молчал, как и его обитатели. Виктор попытался разбудить стражей, но они не шелохнулись. Да чтоб их! Он израсходовал энергию ключа. Эти малые ключи-кристаллы такие ненадежные, а магия в них неустойчивая.

Из своей лаборатории выползла сонная Мариэ.

– Виктор, что ты раскричался?

Он подскочил к сестре и осмотрел ее с головы до ног.

– С тобой все в порядке? Где остальные?

– Я разрешила Дженни поехать вместе с Ксиу, они пока не возвращались. Хотя уже пора бы… Я устала ждать и уснула.

– Но зачем поехала Дженни? Ей следовало остаться дома! Однако Виктор уже не был так уверен в безопасности их особняка.

– Что тут происходит? – запахивая халат с драконом, в холл вошла Рита.

– Риок вернулся? – спросил у нее Виктор.

– Не думаю, что он вернется. Не после нашего разговора, – угрюмо отозвалась она.

– Он здесь не ради тебя, – напомнил сестре Виктор. – Старый Император приставил его ко мне не для того, чтобы он ухлёстывал за моей сестрой.

– Как же ты прав, Виктор! – фыркнула в ответ Рита. Но сейчас он не собирался ссориться с сестрой.

Виктор ничего не ответил и взлетел по лестнице, направляясь к Юви. Пытался нащупать связь между ними, но та отчего-то померкла, что перепугало его до смерти.

Комната пустовала, наполненная холодным воздухом, что шел из распахнутого окна.

Следом прибежала Мариэ с кошмарным известием, что Лали тоже нет. В доме начался кавардак. Виктор перерыл все комнаты, пока Мариэ впопыхах пыталась реанимировать ключ. После стычки с мальчишкой кристаллы восстанавливались мучительно долго.

К дому подъехал автомобиль, из которого вышли Дженни и Ксиу. Однако привез их не Риок, а незнакомый легионер. План пошел наперекосяк, когда в дело вмешалась Дженни, на шее которой теперь красовалось золотое ожерелье в виде змеи. Сестра не реагировала на его ругань, став еще тише, чем прежде, и даже весть об исчезновении Лали никак на ней не отразилась. Ксиу все еще спала под воздействием корня пиона.

Виктор решил, что разберется с этим позже, и снова ринулся к двери. Если нужно, он перевернет весь город и найдет сестру и Юви даже без стражей. Но стоило ему распахнуть дверь, как гравийная дорожка перед его домом задрожала, земля треснула и разошлась по сторонам, а на свет высунулась бордовая драконья морда с длинными усами и алыми прищуренными глазами.

– Великий Ремесис! – выдохнул Виктор, глядя на чудище. Морду дракона окружала сияющая огненная грива, за которой он различил силуэт.

В следующую секунду на землю спрыгнула Юви, а чудище замерло рядом.

– Что все это значит?

– Некогда объяснять! Они забрали Лали.

– Кто забрал?

– «Журавли»! И Риок!

Времени на разговоры не было, и Виктору ничего не оставалось, кроме как довериться Юви, хотя вопросы так и норовили сорваться с языка. Например, как так вышло, что Юви подчинялся страж подземного Ремесиса?

Однако они прибыли на место слишком поздно. У моста, ведущего в парк, неподвижно лежала фигура в черном платьице с кружевным воротничком. Темные кудряшки рассыпались по асфальту. Виктор не хотел в это верить.

Случилось самое страшное.

U

Погасли ночные фонари, стоявшие на постаментах моста, уступая место золотистым лучам. На горизонте, среди домов с фигурными балконами и колоннами, расцветала заря. У моста на асфальте сидел Виктор, обнимая безжизненное тельце своей младшей сестры. Солнце золотило ее каштановые волосы, алая краска рассвета ложилась на побелевшие губы.

Лали была мертва.

Юви зажала всхлип глубоко внутри, боясь потревожить тишину этого момента. Потревожить Виктора и навеки спящее дитя.

Огненный дракон, явившийся на ее зов тайный страж, растворился в рассветном зареве, оставив их в скорбном молчании.

Нет, этого не могло быть. Как она допустила подобную жестокость со стороны «журавлей»? И что здесь произошло? Если бы она сразу помчалась сюда, а не к Виктору, если бы встала во главе оппозиции и научилась управлять ими…

Бегство закончилось трагедией. Трусость обернулась гибелью девочки. И все потому, что Юви побоялась дать отпор деструктору в одиночку. Она пробудила стража, но сомневалась, что справится с Риоком, с его необузданной силой разрушителя.

И это она впустила в дом Кортиса.

За спиной завизжали шины автомобиля, скользя по мокрому асфальту. Дверца черной сверкающей красавицы отворилась, за рулем сидела Мариэ. Ее окаменевшее лицо не выражало ровным счетом ничего, но руки с такой силой вцепились в руль, словно могли с легкостью сломать его. Она выбралась из машины, в черных брюках, белой рубашке и жилете. Вряд ли ей удалось бы вести машину во всех этих юбках.

Мариэ молча подошла к брату, положила руку ему на плечо.

– Идем, Виктор, идем домой.

– Ключи? – вдруг встрепенулся он. – Ты соединила ключи?

– Нет, – выдохнула Мариэ.

Юви нахмурилась. Какое это имело сейчас значение?

Виктор поднялся, подхватывая на руки малютку Лалибэй, и сел вместе с ней на заднее сиденье. Юви заняла пассажирское рядом с Мариэ.

– Как ты нашла нас? – хрипло спросила Юви среди воцарившейся тишины. Улицы были пустынны, залитые золотой глазурью.

– У меня свои способы.

Неожиданно Юви осенило. Если кто-то и способен переломить ход событий, то только она. Но разве она всесильна?

– Дай мне кристаллы. Они ведь у тебя с собой?

– Ты с ума сошла! – вскрикнула Мариэ, но тут же осеклась. – Да что ты знаешь о них?

– Мариэ, отдай ей ключи, – вдруг подал голос принц Виктор, не переставая гладить Лали по волосам.

Юви мельком глянула на них в зеркало заднего вида, и тяжесть на сердце лишь усилилась.

– Ты доверяешь этой выскочке? С чего бы?

– Мариэ…

Девушка фыркнула и достала из кармана жилета три хрустальные детали. Сунула в ладонь Юви.

– Ты даже не представляешь, что у тебя сейчас в руках.

– Я представляю, – еле слышно ответила Юви.

Кристаллы холодили ладонь, напоминая кусочки льда. Принц Виктор и Мариэ пытались воссоздать Белую Тейру, повелительницу воды. Кристально чистую, искреннюю, целительную.

Что Юви знала о ключах? Отец твердил о них постоянно, но никогда не говорил ничего конкретного. Как, к примеру, активировать их. Почему Красная Тейра вдруг послушалась ее и ожила, прислав на помощь дракона? Что особенного случилось? Ответа Юви не знала. А эти три осколка… Ни Виктор, ни Мариэ не смогли соединить их. А ведь у Архитектора столь сильный ремесис, что Юви бросало в дрожь каждый раз, когда она приближалась к нему.

До самого дома никто не проронил ни слова. Мариэ лишь искоса поглядывала на Юви с явным неодобрением.

Стоило Виктору ступить на порог, как особняк наполнился громким стоном госпожи Меримьян. Пробудившаяся ото сна Ксиу, Дженни, Рита – никто не мог сдержать слез.

Юви решительно подошла к Виктору.

– Отнеси Лалибэй в малую гостиную и запри двери. Я останусь с ней. Никого не впускай.

– Кого ты из себя строишь? – огрызнулась Мариэ, услышавшая ее слова.

Но принц Виктор сделал все, как она просила, оставляя за спиной рыдающих женщин.

Выходя из комнаты, он еле заметно кивнул. Он доверял ей, несмотря ни на что. Доверие. Самое ценное, что он мог ей предложить.

Только сейчас Юви заметила, что ее руки слегка дрожат. Хрустальные осколки несобранного ключа позвякивали в ладони. Она осталась наедине с лишенной жизни и тепла девочкой и могла хотя бы попытаться сделать невозможное.

Но как соединить эти ключи, в пасть их к стражам!

Грубой силой их ни за что не сплести в один, поэтому у Виктора ничего и не вышло, вдруг поняла Юви. Его ремесис другой – напористый, агрессивный. Мужской. А вот она – ошибка природы. Или же чудо. Смотря во что она решила бы поверить.

Юви отбросила сомнения, отдавшись единственной магии, которую знала и понимала.

Магии танца.

Она скинула туфельки, мягким шагом подошла к Лали, лежавшей на низкой кушетке, и опустила кристаллы девочке на грудь.

Этот танец никто не увидит, он предназначен только для той, которая спит. Юви отказывалась верить, что для Лали все кончено.

Рассвет за окном набирал силу, расплескивая багрянец на серые улицы Шаттрли. В кровавых лучах солнца Юви взмахнула рукой, позвякивая тонкими браслетами. Из танца рождалась музыка, а из музыки танец. Все в мире было взаимосвязано, небо сливалось с землей, жизнь – со смертью.

Среди золота и пурпура, среди взлетов и падений, среди бури эмоций, бушевавшей в ее душе, Юви разглядела белый свет. И в нем нашла спокойствие и умиротворение. Однако, в отличие от урагана ее чувств, это сияние было равнодушным. Оно не знало добра и зла, оно могло оказаться как помощником, так и противником.

Этот свет мог увлечь за собой в далекие пустоши, где нет ни печали, ни радости.

И какого труда стоило Юви отвернуться от него, зачерпнув в ладонь лишь самую малость.

Когда она прекратила танец, возвращаясь в мир сует, в руке у нее остался густой серебристый свет, похожий на талую воду, в которой еще плавали льдинки.

Этот целительный свет поднялся в воздух и соединил кристаллы ключа. Белая Тейра засверкала во всем своем величии. Скажи сейчас Юви одно слово, и все водные стражи Ремесиса встанут на ее защиту. А если к ним присоединится Красная Освободительница… Она сможет выступить против Императора.

Но на кону жизнь девочки. «Ты ведь и так оступилась, маленькая танцовщица?» – словно обращался к ней ключ.

И как бы Юви ни хотелось добиться желаемого – вновь вернуть былой Ремесис, – сейчас важнее другое. Эта девочка возрождала в ней самой надежду.

Юви легонько оттолкнула сияющий шар, окутывающий ключ, и он коснулся Лали, лопаясь, как мыльный пузырь. Один миг – и от ключа ничего не осталось. Ну и пусть.

Девочка распахнула глаза и сделала испуганный вдох. Закашлялась, будто нахлебалась воды.

– Тише, тише… – подбежала к ней Юви.

В комнату немедленно ворвались все обитатели дома – даже Виктору не удалось бы сдержать их напор.

Они охали и рыдали, на этот раз от радости. Госпожа Меримьян первой упала на колени и запела молитвенную песнь Ремесиса. За ней последовали и дочери. Виктор смотрел на Юви безотрывно, и только сейчас она заметила, что ее волосы доходят чуть ли не до пят, белоснежные и искристые.

«Что же я наделала! Теперь вся семья знает обо мне!» – мысленно поругала себя Юви. Но понимала, что поступила правильно.

– Белая Тейра! Во плоти! – причитала госпожа Меримьян. – Наша Спасительница! Значит, они были правы… Казиньяки были правы. Сама судьба свела вас!

Столь мощная магия отнимала много сил. Юви замутило, и она пошатнулась. Ей вдруг стало так дурно, как никогда в жизни. Разрушительная сила смерти коснулась и ее. Не в силах вытерпеть боль, что сковала внутренности, она выбежала из комнаты, но оступилась и чуть не упала.

Хорошо, что Виктор вовремя подхватил ее.

Вот бы так было всегда, подумала Юви, прижимаясь щекой к его груди и позволяя унести себя в спальню.

Глава 11. Свадьба

Красная Тейра, Освободительница – кровь от крови своей сестры, Белой Тейры. Она повелевает всеми живыми существами и властвует над чувствами. Ей подвластна магия любви, но в то же время бесконечная мудрость, ибо именно Красная Тейра убедила Самуна оставить их с сестрами в живых.

Она пускает стрелу из цветов лотоса, что неизменно поражает Самуна в самое сердце. Голову ее венчает корона из черепов, ведь именно Красной дано знать, кому жить, а кому умереть.

В кого вселяется дух Красной Тейры, тот способен очаровывать других людей. Триумф и успех следуют за ними по пятам.

Красная восстает против правил и устанавливает свои законы. Она любит так же яро, как и ненавидит.

Очерки о Шести Тейрах, Тайный Архив

U

После пробуждения все в доме переменилось. Сестры носились с ней, как с фарфоровой вазой, что поначалу лишь раздражало Юви. А если от кого-то из них она слышала в свой адрес имя богини, то и вовсе могла сорваться, накричать и убежать к себе в комнату.

– Значит, мой муж Руфус был прав, – причитала госпожа Меримьян, – и они правда скрывали Белую Тейру.

Юви хотела вовсе не такого.

Благо с Лалибэй все обошлось, девочка была живее живых и ходила за Юви хвостиком.

Но больше всего злило поведение Виктора. Он практически не разговаривал с Юви, обходясь вежливыми приветствиями и прощаниями. А тот поцелуй будто стер из своей памяти. В какой-то момент и самой Юви стало казаться, что она все себе придумала. Где заканчивались ее фантазии и начиналась реальность? Она только и жила сейчас в мечтах, существовала благодаря им.

Взять бы Виктора за руку, прижаться к нему, вбирая жгучий аромат его ремесиса. Но каждый раз Юви встречала его холодный взгляд и отступала. Возможно, он ненавидел ее из-за того, что случилось с Лали. Пусть он ничего не говорил, но наверняка знал, что она впустила в дом врага.

Она и сама себя ненавидела. Из-за нее они лишились запасного ключа Белой Тейры. Про Красный ключ Юви предпочла помалкивать, но перевес оставался на стороне Императора.

Семья была для Виктора драгоценнее всего на свете, Юви уяснила себе это, а сама она становилась не просто помехой, а угрозой благополучию Дома Меримьян.

Виктор больше не приходил стричь Юви волосы, теперь этим занималась Мариэ, в которой вдруг проснулась материнская забота о ней.

Юви плохо спала, мало ела и заметно похудела. Только тайные вылазки в школу Риты приносили ей хоть каплю радости. В танец она вкладывала все свои сомнения и страдания. Движение успокаивало хотя бы на время.

Рита тоже нуждалась в компании. После исчезновения Риока – а он так и не вернулся на службу и теперь был объявлен в императорский розыск – она места себе не находила. Внешне старалась держаться, но улыбка все реже касалась ее губ, а если и случалось улыбнуться, то лицо ее напоминало скорее маску театральной актрисы.

В один из вечеров Юви задержалась после танцевальной тренировки, стараясь не думать о том, что свадьба Виктора действительно состоится – и уже через несколько дней. Рита ушла на небольшую кухоньку, взявшись заваривать чай. Юви зачарованно смотрела, как в стеклянном пузе чайника, похожего на круглый аквариум, распускаются зеленые листья связанного чая, являя на свет два ярко-розовых бутона хризантемы.

– «Цветы бессмертной любви», – прокомментировала Рита, разливая чай по низким кружечкам.

– Где ты взяла его? – удивилась Юви. – Я думала, такие чаи больше не делают. Мы же в Шаттрли.

Рита лишь усмехнулась.

– Пусть залезут мне в душу и стигой вырежут оттуда Ремесис. Тогда и поговорим. Если ты не знала, это мое маленькое увлечение, но я его в последнее время забросила.

Еще бы. Рядом постоянно крутился Риок, и Рите, очевидно, было вовсе не до чаев.

– От Риока нет вестей? – осмелилась спросить Юви.

Рита склонила голову и сцепила ухоженные пальцы в замок.

– Нет.

– Рита, я не могу больше молчать, – не выдержала Юви. – Я должна с кем-то поделиться. А ты была к Риоку ближе всех…

– О чем ты? – Рита взволнованно посмотрела на девушку.

– В тот день… я видела его. Скажу тебе начистоту. Человек, с которым я прибыла в Шаттрли, мой телохранитель, отвел меня в подземелье, где собралась подпольная организация.

– «Журавли»… – еле слышно выдохнула Рита. – А причем тут Риок? И ты?

– Они считают меня своим символом, Рита, думают, что я помогу возродить Ремесис.

Юви затаила дыхание, предвкушая, как на все отреагирует сестра Архитектора. Но она вела себя вполне спокойно.

– И неудивительно. Мы все видели, на что ты способна. Если бы вы с Виктором не упрямились и объединились…

Юви лишь шикнула.

– Не говори мне сейчас ничего о Викторе. Так вот, Риок. Он тоже был там. С «журавлями». А еще он пытался сдержать мою силу и меня. Потому что он деструктор.

Юви ожидала чего угодно, но не того, что Рита вдруг расплачется. Она еще ни разу не видела старшую из сестер со слезами на глазах. Рыдания сотрясали все ее тело, а шелковый халат с журавлиными крыльями, в который она куталась, сполз с одного плеча. Вид у нее был совершенно раздавленный.

– Рита, прости, я не хотела так огорчить тебя.

– Юви. Прекрати! Я знала, я все это знала.

– Знала? И была с ним? – возмутилась Юви.

– Я единственная, кто видел в нем его самого. Даже зная, какое он чудовище. Он служит Императору не потому, что того хочет. Он просто не может иначе. Все деструкторы привязаны к Октавиану. Император овладел неким артефактом, который позволяет управлять деструкторами. Хотя у самого Императора нет ни капли магии. Солидийцы замахнулись на то, чего даже не понимают.

Юви не знала, что ответить. Могла бы она так же общаться с Риоком, ведая правду о нем? Не говоря уж о том, чтобы вступить с ним в отношения.

– Деструкторами становятся не сразу, – проговорила Рита, а Юви внимала каждому слову, ведь о них никто практически ничего не знал. – Но стоит проявиться этому проклятию, как они меняются, день за днем, год за годом. И чем больше они разрушают, тем чудовищнее становятся сами. Будто убивают частицу своей души. И не только. Даже внешне они все больше превращаются в монстров.

Юви задрожала, несмотря на теплый, почти парной воздух внутри помещения и согревающий хризантемовый чай.

– Я не знаю, о чем он только думал. Но Риок хотел увезти меня из Шаттрли, правда, сам он оставался привязанным к Императору. Ослушаться его он не может, как и убить.

– Не может он, зато могу я. Но прежде мне нужно достать ключи. Рита, ты поможешь мне?

Юви набралась решимости. Сейчас нужно запрятать поглубже все чувства к Виктору и подумать о его родных и обо всем народе Ремесиса. Она и впрямь может больше других, и только эти глупые эмоции заставляют ее мешкать, топтаться на месте, представляя себя хозяйкой дома Меримьян.

– Я выступлю на свадьбе. Для Императора. Как и собиралась. И тебе нужно помочь мне сделать так, чтобы Виктор ни о чем не узнал до самого последнего момента, когда он уже не сможет помешать.

– Юви, ты уверена? Старый Император был не подарок, но его сын Октавиан… С ним шутки плохи.

– Сколько еще мы все будем страдать? Пора покончить с этим. Другого выхода я не вижу.

V

Сестры то и дело стучали в дверь его спальни, спрашивая, не нужна ли ему помощь в сборах. В се-таки это его свадьба. Виктор отвечал сначала вежливо, пока наконец в комнату не просунула голову Мариэ. За что и получила. Никто не спрашивал его почему, что и как. Все понимали, что надо.

Он знал, что мама недовольна. Она и раньше обожала Юстиану, а теперь, после чуда, что она сотворила с Лалибэй, и вовсе не могла отвести взгляда от его бывшей невесты. Бывшей, потому что это осталось в прошлом. Да и знали о помолвке лишь самые близкие. Сейчас ему следовало выполнить долг перед семьей в этом новом государстве, созданном Императором. Жить по его правилам. Он больше не хотел рисковать и снова подвергать семью опасности. Пока не будет уверен на все сто, что сможет справиться с ситуацией.

Но как быть с его тайной связью, магическими узами, которыми он скрепил себя с Юви? Тоска по ней грызла его изнутри, но он старался игнорировать боль. Сейчас он не мог вступить в открытую конфронтацию с Императором. И еще этот мальчишка Роши. Что-то в пареньке тревожило Виктора, но с Юви он пока разговаривать не хотел. Вдруг не сможет совладать с собой. С ее появлением в его мире наступил полный кавардак, но именно она открыла то, что он прятал так давно.

Чувства.

«Ты и так позволил себе лишнего, да, Виктор?» – гудело подсознание.

Он мечтал, чтобы все прошло быстро. Как его коронация, например. Он по-быстрому сказал бы «да» и был таков. Но вот банкет, который устраивали после, тяготил еще больше. Это сколько же времени придется сидеть, притворяясь, что все нормально.

Когда он, наконец, открыл дверь, в комнату тут же влетела Мариэ.

– Виктор, дай я посмотрю на тебя! – Сестра окинула его внимательным взглядом, будто изучала карту местности. – Так, а запонки! Как ты мог забыть запонки?

– Стражу их в пасть!

– Виктор. Я знаю, как ты этого не хочешь. Но мой брат должен быть безупречен перед этими выскочками. Ты последний из принцев нашей страны. Пусть все видят наше величие в твоем лице.

Как же ему не хватало ехидных комментариев Риока, и он до сих пор не понимал, как друг связался с «журавлями». Хотя, может, и понимал.

На выходе из дома, среди наряженных сестер, которые приготовили зонтики и кружевные перчатки и поправляли покрытые вуалью прически, он не увидел одного лица. Упрямая девчонка! Даже не вышла проводить его.

Куда проводить? На свадьбу? В своем ли ты уме, Виктор! Он усмехнулся самому себе. Стал бы он провожать ее в объятия к другому? Он скорее придушил бы ее женишка.

Церемония проходила на открытом воздухе, среди белоснежных шатров, стоящих рядами стульев. Повсюду – лилии и розы. Исключительно белые. Это совсем не яркие гирлянды хризантем и пионов, которыми обменивались возлюбленные в Ремесисе. Он прекрасно помнил свадьбу Мэй, хотя был тогда еще маленьким мальчиком. Какое буйство красок!

Смех и веселье! Но эта свадьба напоминала не что иное, как похороны. Чем она, собственно, для него и являлась.

Виктор вскинул подбородок и поправил мундир, направляясь через зеленый газон к ожидавшей их толпе. Занял подобающее ему место возле алтаря, стараясь не смотреть в сторону родителей Адоры, которые слишком цепко держали друг друга за руки. Возможно, их тоже не радовал такой союз, ведь на их дочь ложилась большая ответственность. Привести в мир наследника магии. И отдать его в услужение Императору. Что думала или чувствовала Адора, Виктор предпочитал не брать в голову. Ему хватало и своих мыслей.

Все прошло гладко и ровно, без запинки. Словно каждый знал отведенную ему роль и действовал, не отходя от плана. Император тоже почтил их своим присутствием, сверкая бриллиантами в толстой золотой цепи, которая лежала поверх белой накрахмаленной рубашки с расстегнутыми верхними пуговками. Черный мундир с золотыми эполетами был накинут на плечи небрежно – такой же вальяжный, как и сам Октавиан.

Виктор до последнего не верил, что это происходит. Он то и дело бросал в толпу косые взгляды, надеясь увидеть там сверкание зеленых изумрудных глаз. Но их не было. Нащупать сейчас свою тайную ниточку с Юви он не отваживался. Как это поможет ему? Он принял решение. И все равно ждал, неизвестно чего. Что разверзнутся сами небеса, и Великие Музы спустятся, поразив его врагов насмерть? Было бы неплохо.

Смертельно мучительный день сменился вечером. Под руку со своей новоиспеченной супругой он прибыл во Дворец Ветра, новое место обитания Императора. Октавиан не экономил на убранстве, повелев выстелить здесь полы жемчугом и перламутром. Свои богатства он черпал не откуда– нибудь, а из хранилищ Желтой Тейры – этот ключ открывал доступ к несметным богатствам земель Мартим. А ведь эти территории не зря были лакомым кусочком для соседей – не только плодородные, с мягким теплым климатом, но еще и в недрах хранились бесконечные запасы драгоценных камней и металлов. Правда, насчет их неиссякаемой природы можно было поспорить.

Здесь гости разделились. Женщины ушли в Лиловую столовую, чтобы вручить подарки Адоре и произнести слова благословения. А мужчины уединились в Бордовой гостиной. Там уже расставили круглые столики с выпивкой и закусками. У дальней стены была сцена для выступлений, задрапированная черным бархатом.

Виктор лишь порадовался, что его не усадили за один стол с Императором. И пусть остальные считали такое приглашение почетным, он к их числу не относился.

Звучала музыка, слышался звон бокалов и тосты в честь Солида и Императора. И ни слова о Викторе, даже от его сородичей. Чем старше он становился, тем меньше понимал, почему должен пожертвовать жизнью и счастьем ради таких людей, которые лебезили перед новым повелителем. Кого перед ними ни посади, они будут подчиняться.

Поэтому он, прежде всего, сражался за свою семью. Конечно, были и те, кто пострадал, чьи родные погибли при Захвате или сразу после него. Виктор мог их понять. Он тоже терпел. Но отнюдь не наслаждался новой жизнью.

Свет вдруг погас, на сцене он ощутил оживление – темные силуэты танцовщиц занимали позиции для нового представления. Должно быть, он увидит тут и Риту. Зажглись фонари по обе стороны от сцены, напоминая факелы.

Виктор поймал взгляд Октавиана. Император усмехнулся и поднял в воздух бокал.

– В твою честь! – сказал он еле слышно.

– Катись к черту! – ответил Виктор одними губами и вежливо улыбнулся.

Октавиан сдавил стакан в ладони, но в следующий миг зазвучала музыка, сначала легкая и ненавязчивая, но увлекающая в свои глубины все сильнее и сильнее. Император обратил взгляд к сцене, как и сам Виктор.

Он понял все сразу, как только увидел центральную фигуру – девушку с длинными, почти до пят, черными волосами, в традиционном зеленом платье Ремесиса. Она замерла в невероятно грациозной позе, напоминая бутон цветка, которому предстояло распуститься.

Виктор хотел вскочить с места, но остался прикованным. Ведь когда она сделала первое движение, он в полной мере осознал ее магию.

Это была Юви, мастер танца.

И если она пришла убить Октавиана, то сошла с ума.

В какой-то миг Виктор понял, что следит за каждым ее движением, предвкушая следующее. Магия окутывала и его. Он еще не видел столь очаровательной танцовщицы. В танце Юви становилась совсем другой – мягкой, чувственной, плавной. Невероятная грация, сплетенная с силой каждого движения. Возможно, внутри она и была такой, хоть и любила фыркать ему в лицо и ощериваться при каждом удобном случае. Может быть, просто никто еще не сумел раскрыть ее…

Магия крепко держала всех на месте, заставляя смотреть на Юви во все глаза. Какой цепкий у нее ремесис. Виктор попробовал возмутиться, но не тут-то было. Словно она подготовилась, и не только к выступлению, но и к его атакам.

По онемевшей спине Виктора пробежал холодок. А было ли правдой все, что случилось между ними? Настолько ли она беззащитна? Или просто делала вид?

Он не успел оформить следующую мысль, как перед носом пронесся сумеречно– синий шарф, падая на его стол. Виктор поднял голову, встретившись взглядом с Юви. Она вернула ему подарок?

Глаза Юви не были сейчас прохладными, как поверхность нефритового пруда. В них бушевали молнии. В буквальном смысле. Виктор не знал, заметил ли это кто-то еще. Если да, у Юви неминуемо будут проблемы. Зеленые глубины наполнились алым огнем, под цвет кристальным серьгам. И даже ее волосы сейчас, украшенные драгоценностями и цветами, отливали пурпуром.

Юви отвернулась и, совершив несколько головокружительных па, взмыла в воздух, после чего рухнула на пол сцены, как подбитая косуля, и осталась неподвижной. Музыка смолкла. Октавиан подался вперед.

И вот музыка ожила вновь.

Юви возрождалась. Она неторопливо прошла к краю сцены, не сводя глаз с Виктора. Как же она была прекрасна – и так же сильно пугала его. Спрыгнув с подиума одним ловким движением, Юви опустила голову и направилась к Императору. Октавиан не отрывал от нее взгляда. Юви протянула руку и коснулась щеки Императора. Весь зал ахнул.

– Я хочу танцевать для тебя одного, – еле слышно сказала она, и эти слова болью отозвались во всем теле Виктора.

А в следующее мгновение свет померк, и Юви убежала за сцену.

U

Принц Виктор ворвался в гримерку следом за ней, выгнал прочих танцовщиц и запер дверь. Она думала, что он разозлится, но не настолько же! И он все-таки переборол ее ремесис. Или она сама дала слабину?

– Леди так не танцуют, ты забыла это правило? Мы в Шаттрли! Уясни уже себе это!

– Прекрати кричать на меня, – попятилась Юви.

– Разве я не говорил тебе сидеть дома? Ты не должна танцевать! Ты опозоришь мой дом!

– Значит, это все, что тебя волнует? И с каких это пор танцы стали позором? У нашего народа это в крови. Ты же сам знаешь!

– Но здесь нет больше нашего народа. Нам надо выжить любой ценой. Мы единственные оставшиеся маги. – Он помедлил, притихнув. – Умрем мы, погибнет мир.

– Поэтому Император не даст тебе умереть, ты сам говорил.

– Не меняй темы.

Лицо Виктора стало пунцовым.

– Ты ослушалась меня, – произнес он уже шепотом.

– Почему я вообще должна тебя слушать, принц Виктор? – Юви взмахнула руками, пришел ее черед злиться. – Тебя ждет жена, забыл? И ничего, что мы с тобой помолвлены? Когда ты собирался рассказать мне?

Это подействовало на него моментально. Он обхватил ее за талию, прижимая к столику гримерки, спиной к зеркалу, сметая коробочки с макияжем на пол.

– На выступлении меня никто не узнал! Разве не видишь, я выгляжу по-другому… – пыталась выкрутиться она, перевести разговор в другое русло.

Виктор положил большой палец поверх ее губ, заставив замолчать. А потом обхватил ее рот своим, жадно, жестоко. Не щадя ее. Их прошлый поцелуй был сумбурным, но сейчас это ощущалось так, словно столкнулись два светила, грозя миру концом света.

Замутненными глазами Юви увидела вокруг себя движение. Магия. Архитектор создавал вокруг них непроницаемые стены.

– Что ты…

Совсем некстати с внешней стороны забарабанили.

– Юви, с тобой все в порядке?

Это была Рита.

– Виктор! Открой, страж тебя раздери!

Вскоре голос стих, должно быть, не без участия магии.

Виктор, не отрываясь, смотрел на нее, смыкая руки у нее на талии. От его прикосновения Юви вздрогнула, переполненная сильнейшими чувствами.

В следующую секунду Виктор развернул ее лицом к зеркалу, заставляя увидеть собственное разгоряченное лицо. Юви закусила губу.

– Запомни, так поступают с падшими женщинами. А потом бросают их.

С этими словами Виктор развернулся, и, сняв свои чары с комнаты, вышел. Через несколько минут внутрь вбежала Рита.

– Что он сделал? Что сделал мой брат?

Юви никак не могла прийти в себя.

– Он ударил тебя?

Увидев красное лицо и слезы в глазах Юви, Рита, должно быть, утвердилась в своих предположениях.

– Ну я ему устрою! Мы с сестрами всегда слишком пеклись о нем. И он вырос избалованным мальчишкой. Который вытворяет все, что захочет.

Юви не могла найти слов. Он действительно делал то, что хотел. По крайней мере, в отношении нее. Он заставил ее всю пылать, а потом бросил, подтвердив, какой он мерзавец.

Но те чувства… Юви разрыдалась, вспоминая, как ей было хорошо. С человеком, которого ей стоило ненавидеть. Правда, все давно перевернулось с ног на голову.

Глава 12. Фаворитка Императора

Как во вселенной существует созидание, так вторит ему и разрушение. Следует различать эти потоки энергии. У каждого процесса есть его оборотная сторона, его тень. Как для ремесиса – деструкция.

Мир пребывает в движении, силы противодействуют и уравновешивают друг друга. Танец энергий может быть как прекрасным, так и ужасающим. Пребывать ли в гармонии или в конфликте – выбор каждого, кому дарована сила. Однако Последний танец грядет, он неминуем.

Среди звезд я видела, как танцевали Лотос и Журавль на закате времен. Ровно так, как и на заре. Начало и конец едины.

Предзнаменования Драгоценной наложницы Лие, Тайный Архив

V

Виктор поднялся с дивана и глянул в сторону кровати, где мерно посапывала Адора. Действительно, пришлось создать себе диван, которого здесь отродясь не было. Сонное зелье Мариэ, приготовленное из волшебных волос, действовало отменно. Может, и ему стоит воспользоваться рецептом, чтобы избежать ночных кошмаров? После смерти отца и Мэй он лишился спокойствия. И вот теперь опять. Лали едва не умерла. Технически сердце сестренки перестало биться, но вот душа еще не успела покинуть тело. В любом случае Юви совершила непосильное, никому из известных ему магов подобное не было подвластно.

Если ремесис Юви – пусть и очень буйный, эмоциональный – излучал свет, от ее брата Роши шел холод и мрак. Виктор с содроганием вспомнил их встречу. Ремесис всегда зиждился на созидании, всегда. А этот… он напоминал не что иное, как деструкцию.

Времени оставалось совсем немного, Виктор не сможет опаивать Адору каждую ночь, конечно же, возникнут вопросы. Пора переходить в наступление. Пора разобраться с Октавианом. И теперь Виктор может рискнуть.

Он ужасно боялся за семью, но единственное, что согревало душу, – осознание, что ремесис не исчезнет вместе с ним. Ремесис будет жив в Юви. Даже если погибнет он сам, магия не умрет.

Юви вовсе не хрупкая девушка, за которую он сначала принимал ее. Она доказала это. Она сильный маг, настоящий воин, и не стоило ее недооценивать. «Ты просто берег ее для себя, так, Виктор?» – усмехнулся внутренний голос. Пришло время отпустить Юви и вспомнить о долге, ведь каждый раз, когда он видел ее, терял рассудок и творил невесть что.

Но когда он сбежал по лестнице в холл, не сразу смог оценить ситуацию. Юви стояла на пороге дома и по очереди прощалась с его сестрами. Миниатюрная фигурка в аккуратном черном платьице и шелковой изумрудной накидке. Ее лицо наполовину скрывала широкополая шляпа с павлиньими перьями. Последней с ней обнялась Дженни и отошла в сторону, бледная и осунувшаяся.

Они до сих пор не общались с Дженни после ее выходки. Она отправилась к Императору! После долгого разговора она все же призналась, что пошла вместо Ксиу. Увидела, что сестре стало плохо, но решила, что кто-то должен пойти вместо нее. И пошла сама. Виктору надо сделать первый шаг и обсудить все с сестрой.

– Что здесь происходит? – спросил Виктор, подходя к женщинам.

Юви, ничего не ответив, развернулась и шагнула на крыльцо. Виктор подался вперед, но Рита придержала его за руку. Рядом с Юви выросла тень в черном с золотом плаще. Лицо мужчины с неприятной ухмылкой перекосилось.

– Доброго утречка, принц Виктор, – прошелестел голос деструктора. – Я ваш новый водитель.

– Куда ты везешь ее? – громче нужного проговорил Виктор.

– Во дворец. По приказу Императора.

Рита впилась ногтями в его запястье, причиняя боль. Виктор задрожал всем телом, желая рвануть вперед и остановить это безобразие. Но не сам ли он виноват?

Деструктор развернулся и пошел прочь, закрывая собой фигурку Юви.

Этого не было в планах Виктора. Всю ночь он обдумывал, как выслать Юви из Шаттрли, кого подкупить. Виктор понимал, что без боя она не согласится, но так или иначе будет вынуждена уступить.

– Юви! – крикнул он ей вслед, но тон вновь вышел чересчур грозным.

Он сам хотел оттолкнуть ее, что ж, ему это удалось.

Юви не остановилась и не обернулась, молча сев в черный лоснящийся автомобиль. Захрустел под шинами гравий, и машина укатила прочь.

Виктор потянулся следом, нащупывая их незримую связь, но в ответ получил столь яростную волну, что эффект вышел совсем не таким, как он ожидал. Похоже, Юви тоже научилась управлять их связью.

Когда он вернулся в дом, сестры разбрелись по комнатам. Только Лалибэй тихонько всхлипывала, свернувшись калачиком в кресле и обхватив потрепанную книжку.

Риту он нашел на кухне. Сестра водила пальцами по рассыпанным на столешнице сухим листикам чая, как по песку.

– Что ты делаешь? – хрипло спросил Виктор.

– У меня нет ремесиса, и никогда не было. Но маленькие секреты я знаю. Мэй научила меня, когда мы еще девчонками бегали по Лавандовым склонам. Она много чего знала. И даже рассказывала, что иногда общается с дахини. Представляешь? Я не верила ей, пока однажды не проверила. Чай может рассказать тебе о многом… – Рита подняла на Виктора темные глаза. – Как и танец.

– Если ты что-то знаешь, говори.

– Я боюсь, Виктор. Боюсь того, что увижу. Мы до сих пор ничего не знаем о Риоке, и мое сердце сжимается каждый раз, когда я думаю о нем.

– Меня его предательство тоже ранит больше, чем я мог бы подумать. Он стал мне братом.

Рита сгребла чайные листочки в горку и легонько подула. Те разлетелись по сторонам, складываясь в узоры. От них поднялась еле заметная дымка, зависшая в воздухе. Сейчас Виктор мог бы поверить во что угодно.

Сестра вновь перевела на него взгляд.

– Ты должен остаться дома, Виктор. Тебе не следует ехать во Дворец Сокровищ за Юви. Если ты последуешь за ней, то погибнешь, – последние слова Рита произнесла так тихо, что ему приходилось прислушиваться. – Но я не вижу ничего яснее. Я не Мэй, и дахини не говорят со мной. Успокойся и отправляйся к своей жене. Пусть все идет так, как должно.

– Неужели это говоришь ты? Та, которая всегда хотела лишь свободы?

– Случай с Лалибэй показал, насколько мы уязвимы, Виктор. Если мы перестанем играть по правилам, неминуемо случится беда.

За спиной кто-то зевнул. Виктор и Рита повернулись к дверному проему и увидели заспанную Адору. Одной рукой она запахнула халат, второй потирала глаза.

– Принц Виктор, а все уже позавтракали? Я, кажется, крепко спала…

Девушка сонно улыбнулась. Она была симпатичной, с приятными чертами лица, но не вызывала у Виктора ни малейших эмоций.

– Собирайтесь, миледи, мы опоздали на императорский завтрак, но успеем к обеду, – сказал он супруге и вышел из комнаты скорее, чем Рита успела остановить его.

U

Дворец Сокровищ, один из девяти созданных Архитектором, величественной громадиной раскинулся перед Юви. Здание само по себе напоминало притаившегося гигантского зверя. Здесь, на окраине Шаттрли, находилась главная резиденция Императора. Дворец стоял в окружении сосен с пушистыми медово– зелеными ветвями и драконовых елей. Росли здесь и идеально ухоженные пихты, и низкорослые янтарьки – деревца, на ветках которых, вместо листьев, переливалась застывшая смола всех оттенков зелени, иногда коричневатая или даже с фиолетовым отливом. Юви с детства знала названия всех растений, все благодаря отцу.

Она будто попала в прежний Ремесис и невольно залюбовалась этой красотой. Земли Мартима были и впрямь богатыми. В сердце неприятно кольнуло, но не успела Юви подумать о прошлом, как ощутила позади себя чужое присутствие.

– Добро пожаловать, миледи, – произнес мужской голос, в котором звучала улыбка. Было в этом что-то притягательное и располагающее. Он согревал, в отличие от шуршащего голоса деструктора – Юви думала, что не перенесет поездку в компании этого монстра, но деваться было некуда.

И вот она здесь. Во Дворце Сокровищ. Совсем близко к двум ключам.

Юви чуть улыбнулась и повернулась в пол-оборота, выглядывая из-под шляпы. Погода сегодня стояла теплая: мягкая, прекрасная золотая осень. В черном платье ей было тесно, хотелось поскорее переодеться в более просторный костюм.

Сердце Юви замерло перед встречей с Императором – он наверняка узнает ее на этот раз.

Император предстал перед ней в одной лишь белой шелковой рубашке с тонкой золотистой вышивкой по горловине и простых черных брюках. Рубашка липла к влажному телу, чуть колыхаясь на легком ветерке, со светлых волос еще стекала вода. Неужели он не замерз? Юноша смотрел на нее с любопытством, на его губах играла улыбка – редкое явление для принца Виктора.

Проклятье! Зачем она только подумала о нем? Но эти двое мужчин были не похожи друг на друга, как день и ночь.

Цвет глаз Императора менялся в зависимости от того, стоял ли он в тени или на радужку падал свет. От темно-аметистового до светло– голубого, почти серого.

Сейчас он чуть вздернул подбородок, словно побуждая Юви к ответу, и глаза его заискрились сиреневыми самоцветами.

– Как видишь, мне пришлось несколько раз окунуться в озеро, пока я ждал тебя.

Император развел руками, а потом провел ладонью с крупными перстнями по волосам, смахивая лишнюю влагу.

– Значит, ждали? – улыбнулась Юви. Внутри смешивались противоречивые эмоции – настороженность, отвращение, однако и легкий интерес.

Что двигало Императором, когда он позвал ее? На свадьбе принца она применила ремесис, вплетая в свой танец чары Красной Тейры, которая с каждым днем отзывалась все больше.

А может, Император и впрямь ею заинтересовался? Юви быстро окинула взглядом пространство. Скорее всего, Октавиан тоже пользовался силой стражей, чтобы охранять себя, потому что другой защиты она не увидела.

Вот глупости, мысленно усмехнулась Юви. У него столько женщин, он может вот так же позвать к себе любую девушку Шаттрли. Как позвал Ксиу. Правда, вместо сестры к нему зачем-то отправилась Дженни, доведя принца Виктора до бешенства. Она толком не рассказала, что произошло между ними, но по ее молчаливости и болезненному виду Юви поняла, что ничего хорошего.

Эта мысль немного отрезвила ее, заставив посмотреть на стоявшего перед ней человека не как на привлекательного мужчину, а в первую очередь как на жестокого правителя.

– Еще как ждал! Не скрою, ты меня очень заинтересовала. Еще тогда, в чайном домике. Не думай, что я мог забыть. А вчерашний танец был невероятным. Я едва смог дотерпеть до утра, чтобы встретиться с тобой.

– Благодарю, Ваше…

– Зови меня Октавиан. А ты ведь Юстиана?

– Верно. – Она слегка кивнула, не поправляя Императора.

Пусть лучше обращается к ней официальным именем, хотя бы так она выдержит дистанцию между ними.

Октавиан протянул руку, и Юви вложила в его ладонь свою в тонкой кружевной перчатке.

– Идем во дворец. Сегодня день обещает быть погожим, даже солнце выглянуло для тебя, Юстиана, и может, позже мы еще искупаемся в озере…

Император вопросительно посмотрел на нее, будто не утверждал и не приказывал, а спрашивал ее согласия, что очень удивило Юви. С чего бы такие манеры?

Во дворце им то и дело попадались другие обитатели, наложницы, слуги, легионеры, парочка деструкторов. Последних Юви хотела бы обходить стороной, но сейчас делала вид, будто ей все равно, кто они такие и какая разрушительная сила им подвластна.

Наложницы перешептывались, бросая взгляды в сторону Юви и кланяясь Императору. Октавиан на время оставил девушку, чтобы переодеться, вверив ее служанкам.

– Корин, позаботься о моей гостье, – учтиво обратился Октавиан к служанке. – Посели ее там, где она захочет, и пусть чувствует себя как дома.

Самая взрослая из служанок поклонилась и щелкнула пальцами, подзывая других девушек. Октавиан перевел взгляд голубых с фиолетовыми бликами глаз на Юви.

– Если тебе что-то понадобится, сразу обращайся к Корин. Она не подведет. Встретимся с тобой за обедом, а позже я покажу тебе Дворец Сокровищ. Надеюсь, тебе здесь понравится. И помни, ты вольна сама выбирать, куда пойти и на сколько остаться тут. Но я рад, что ты приняла мое приглашение.

Октавиан подхватил руку Юви и коснулся губами тыльной стороны ладони. От неожиданности она вздрогнула, но быстро совладала с собой и улыбнулась, когда он поднял голову и посмотрел на нее исподлобья.

– Спасибо за гостеприимство, Октавиан. Тут и правда очень уютно.

Могла ли когда-то подобная сцена прийти ей в голову? Ее смертельный враг целует ей руку. Раньше она думала, что достаточно силы, ремесиса, чтобы одолеть противника, теперь же поняла, что необходимо и другое. Нужны еще огромная выдержка и терпение.

И почему бы не воспользоваться предложением Октавиана и не насладиться проведенным здесь временем сполна? Временем, которого у нее осталось совсем немного, если она совершит то, что задумала. Она больше не доверяла ни «журавлям», ни Архитектору, никому на свете, кроме самой себя.

Юви повернулась к Корин и ослепительно улыбнулась.

– Хочу посмотреть предложенные Императором покои. И принесите мне имбирного чая.

Корин лишь изогнула брови, тем самым выдавая удивление, но смолчала.

– Конечно, госпожа. Как насчет Спальни Роз…

– Звучит претенциозно, – нахмурилась Юви, сбрасывая с плеч изумрудную накидку и отдавая служанке. – Но я все же взгляну.

В конце концов, пересмотрев почти половину гостевых покоев Дворца и не найдя «цветочной» спальни с лотосами, Юви остановила свой выбор на Спальне Золотой Камелии с изысканными фресками во всю стену. Отец всегда повторял, что камелия – идеальный цветок окончания осени. Настроению Юви это подходило как нельзя лучше.

С гардеробом ей повезло меньше. Все предложенные наряды выглядели совершенно скучными, и ей не оставалось ничего, кроме как украсить волосы живыми камелиями, стоявшими в вазе, под неодобрительные взгляды слуг.

Когда она, наконец, была готова, слуги сопроводили ее в Малахитовую Столовую.

Стоило Юви войти внутрь, как она тут же замерла. На обед собралось куда больше народу, чем она ожидала. Были здесь и послы стран Феникса с их рыжеватыми шевелюрами. Среди прочих придворных она сразу увидела высокую темноволосую фигуру принца Виктора. По его лицу невозможно было что-то прочесть. А вот на его руке повисла Адора, кокетливо обмахиваясь веером и чирикая с какой-то дамой. Поодаль Юви заметила еще два знакомых лица – Рита и Дженни тоже приехали на прием.

Юви колебалась всего мгновение. За ее спиной раздались уверенные шаги, она обернулась и увидела изогнутые в улыбке губы Императора. Он переоделся в простую угольно– черную рубашку, которую украшали золотые цепи с крупными звеньями и медальон с черепахой Солида.

– А вот и моя прекрасная гостья! – воскликнул он, беря Юви под руку и заводя в столовую. – Приветствую, дамы и господа.

Возможно, Юви показалось, но Октавиан тоже замедлил шаг, когда его взгляд упал на Архитектора с женой. Император положил руку поверх ее ладони, прижимая к своему предплечью, и слегка погладил.

– Наш сегодняшний обед состоится в честь этой очаровательной юной леди и моей фаворитки, Юстианы.

Все зааплодировали. Пожалуй, за исключением принца Виктора, но Юви не могла смотреть в его сторону.

Император объявил ее своей фавориткой, хотя она не давала такого согласия. Возможно, Октавиану оно и не требовалось.

* * *

– Виктор! Как долго ты собирался прятать от меня такое сокровище? – достаточно громко, чтобы услышали все присутствующие на императорском обеде, спросил Октавиан.

Он положил руку поверх ладони Юви – сидела она справа от него, заняв место предыдущей фаворитки, которую пересадили за отдельный столик с другими наложницами. Второй рукой Император поднял серебряный кубок с вином.

Юви притворно засмеялась, не ожидая какого-либо ответа от Архитектора. Но тот вдруг отложил столовые приборы и повернулся к ним.

– Я и не подумал бы, – подал голос принц Виктор. – Только слепец не увидел бы ее.

Все за столом затихли, ожидая дальнейшего ответа, но Император усмехнулся.

– Я сегодня в хорошем расположении духа, и все благодаря этой прекрасной девушке. За тебя, Юстиана!

Он сделал глоток вина и вернулся к еде. Юви неторопливо поедала виноград, аппетита совсем не было.

До нее долетали обжигающие взгляды других леди, которые опаляли ей спину. Рита и Дженни сидели рядом с Виктором, хотя им полагалось присоединиться к другим леди императора. Однако семья Меримьян всегда держалась особняком.

– А как прошла ваша брачная ночь, Виктор? – вдруг спросил Октавиан, и Юви чуть не подавилась виноградиной.

Щеки Адоры порозовели, и она отвела взгляд.

– Не слишком ли это личный вопрос? – произнес Виктор.

– Что же тут личного, – засмеялся Октавиан. – Я бы сказал, что это вопрос государственной важности. Все мы прекрасно знаем, как желанен твой наследник. И я очень надеюсь, что мне не придется отправлять к вам в спальню свидетелей. Не отлынивай от своих обязанностей, Виктор. На секунду Юви показалось, что Архитектор переломит вилку пополам, а нож отправит прямиком в Императора. Но Виктор сдержался. Неужели Октавиан и впрямь мог пойти на такое? Внутри у нее все похолодело. Меньше всего Юви сейчас хотела думать о жене принца Виктора или сочувствовать ей.

– У меня появилась отличная идея! – воскликнул Октавиан. – Нам просто необходима прогулка на свежем воздухе по случаю такой прекрасной погоды!

После роскошного обеда он пригласил всех во внутренний двор, ведя Юви рядом с собой. Следом шли Адора и Архитектор, присутствие которого Юви ощущала постоянно. Встречаться с ним взглядом она отказывалась, и, хотя он пару раз дергал за их невидимую связь, не отвечала на это ровным счетом ничего.

Да чего он, собственно, добивался! Она больше не станет терпеть его выходок.

– Виктор, насколько я помню, на Дворцовой пристани пришвартована твоя яхта, не так ли?

Октавиан остановился и обернулся. Юви пришлось замедлить шаг вместе с ним.

– Верно, – отозвался Архитектор.

– Тогда предлагаю устроить нашим гостям прогулку по заливу.

– Пешком не так уж близко. На автомобилях…

– Не так уж далеко. Тем более, мы будем не пешком.

Взмах руки, усеянной перстнями, и одна из служанок поднесла Октавиану позолоченный венок– корону. Император нагнулся, позволяя девушке возложить регалию на его светловолосую голову. А спустя мгновение воздух замерцал, и перед ними на зеленой лужайке из ниоткуда появились белые кони в дорогой упряжи, усеянной камнями.

– Домчимся с ветерком.

Юви увидела, как Виктор стиснул руки в кулаки. Октавиан всячески пытался задеть Виктора и даже не скрывал этого. А сейчас продемонстрировал свое владение ключом от королевства. Эти прекрасные кони были никем иным, как тайными стражами Ремесиса, которые могли принимать разные обличия.

Это означало лишь то, что Октавиан носил ключи при себе. А еще умел пользоваться ими, хотя Юви потребовалась уйма времени, чтобы достучаться до Красной Тейры. В чем секрет Императора? Может, в том артефакте, про который говорила Рита? Мог ли он активировать и ключи? Это ей предстояло выяснить.

Юви внимательно посмотрела на золотой венок в волосах Императора. Может, ответ на виду?

Весь путь до пристани Юви провела, прижавшись к спине Октавиана. Или в этом и был его план? Хочешь, не хочешь, пришлось обнять его, ощутить под ладонями тонкую шелковую ткань, под которой скрывалось довольно крепкое тело. Виктор практически не отставал от них. К его спине, конечно же, прилипла Адора, которая придерживала грозившую улететь шляпку с таким видом, будто это последние минуты ее жизни. Вряд ли супруга принца раньше каталась верхом.

Закончилось все тем, что Виктор и Октавиан умчались далеко вперед других гостей, устроив что-то вроде гонки. Ни один не хотел уступать. В этот момент они показались Юви не коронованными особами, а простыми мальчишками.

На пристани они остановились возле небольшой, но аккуратной яхты с размашистой буквой «V», которую Юви увидала издалека.

Они с Виктором пока не обмолвились ни словом, отчего напряжение между ними лишь усиливалось. Среди ясного безоблачного неба могла разразиться настоящая буря.

– Странное название для судна, – проговорила Адора, чуть придя в себя. – Ваш инициал?

Юви позабавило, что жена обращается к нему на «вы». Возможно ли, что их брачная ночь и впрямь не состоялась?

Она чуть приподняла голову и тут же встретилась с пронзительным взглядом Виктора.

– Нет. Имя моей яхты – «Винченция». Просто название…

– Как красиво! – ахнула Адора.

Юви так и застыла на месте.

Винченция!

Да это же ее второе имя: Юстиана Винченция Казиньяк. Или, коротко, Юви.

У девушки перехватило дыхание, но времени на раздумья не было, Император уже вел ее к трапу.

– Ты не забыла, что обещала мне, Юстиана? – шепнул ей на ухо Октавиан, приблизившись к ней и обхватив за талию. – Помнишь, ты обещала станцевать для меня?

Юви знала, что Виктор смотрит на них, и – отчасти назло ему – ослепительно улыбнулась, встретившись с аметистовым взглядом Императора.

– Конечно, Октавиан…

– Но! Когда ты сама этого захочешь, и никак иначе. Я не люблю заставлять. Я – не мой отец.

Лицо Октавиана помрачнело от странной грусти, и Юви задумалась, впервые за все это время, что за человек юный Император, каковы его истинные желания и устремления?

Когда все гости оказались на яхте, и та отчалила от берега, покачиваясь на волнах залива, Юви позволила себе чуточку расслабиться и насладиться видом. Вода искрилась, наполняясь серебром и золотом небес. В выси вскрикивали чайки. Воздух был густым и влажным, прохладный ветерок обдувал ее лицо, теребя отросшие до плеч волосы.

Пока Октавиан разговаривал с коренастым мужчиной в форме и его супругой, Юви улучила момент и отошла в сторонку, чтобы немного все обдумать. И почти сразу ощутила присутствие Виктора. Он что, не может просто оставить ее в покое?

Принц Виктор молча взял ее за руку и, не дав опомниться, повел прочь от гостей, спускаясь на уровень ниже, в узкий коридор, а после – в небольшую каюту с барной стойкой.

– Отпусти меня! – фыркнула Юви. – Да что ты себе позволяешь!

– Я хочу поговорить. Это важно.

– О чем нам с тобой разговаривать?

Юви сложила руки на груди и отвернулась, стараясь не смотреть на него. А он был сейчас чересчур хорош в своей белой накрахмаленной рубашке, которой словно бы бросал вызов черной моде Солида.

– Рита рассказала про твой идиотский план, – низким голосом проговорил он.

– Твоим сестрам нельзя доверять! Как и тебе, впрочем!

Виктор приблизился на шаг, притесняя Юви к стене.

– Не шути так, это не я лезу на рожон.

– Да ты просто отсиживаешься.

– Ну хватит! – Он подошел вплотную, не давая Юви возможности сбежать. – Я хочу поговорить о нашем союзе, а ты не даешь и слова сказать.

– О каком еще союзе?

– Обсудим это ночью. Когда ты придешь сюда, на эту яхту. Уверен, дорогу ты запомнила.

– Ты с ума сошел! С чего бы мне по ночам бродить по яхтам женатых мужчин?

– Юви, – тихо позвал он. – Неужели ты и впрямь не понимаешь, что так было нужно. Мне больше ничего не оставалось. Но эти клятвы ничего не значат. Ведь давным– давно были даны совершенно другие. Я поклялся защищать тебя.

Юви затаила дыхание.

– Меня нужно защитить от тебя, в первую очередь.

– Ты правда так думаешь? Посмотри на меня.

Она упрямо разглядывала бокалы на барной стойке, когда Виктор ласково провел рукой по ее плечу, потом наклонился и обхватил губами мочку уха, слегка прикусывая.

Вот же паршивец.

Юви прикрыла глаза, до последнего борясь с собой.

– Я ненавижу тебя, Виктор, – хрипло сказала она.

– Ты придешь сегодня? – выдохнули его губы так близко от ее губ.

– Я подумаю. Нам нужно вернуться. Император…

– Еще одно слово о нем, и я за себя не ручаюсь.

– Значит, ты просто бесишься из-за Октавиана, да?

Юви осмелилась поднять взгляд на Виктора и увидела его темные, помутневшие глаза.

– Я буду ждать. Тебя. Здесь. – Он словно фокусник достал из ниоткуда шарф, который она вернула ему. – И не смей возвращать мои подарки. Это было от чистого сердца. В этой вещи заключена частица моего ремесиса. Она защитит тебя, если тебе понадобится помощь. Хорошо?

Юви схватила шарф и, оттолкнув Виктора, убежала обратно к гостям.

Глава 13. Сокровищница

Желтая Тейра – Хранительница Сокровищ. Ей подчиняются драгоценные металлы и камни. Она способна увеличивать богатства и дарить процветание и благополучие. Ослепительная красавица подобна сиянию золота: кто к ней прикоснется, сам рискует превратиться в него. Она наделяет талисманами и устраняет дурные сны. В золотой чаше яд приготовленный будет рассеян, коль охраняет его страж. Но берегись алчного сердца. Сияние золота ослепляет.

Мудрая Желтая ведает, в чем заключается Истинное Сокровище Ремесиса.

И это отнюдь не золото.

Это сокрытое сокровище, созданное для всех. И кто его найдет, будет править Ремесисом.

Очерки о Шести Тейрах, Тайный Архив

V

Виктор впечатал кулак в столешницу, оставляя там заметную вмятину. Слова Риты никак не шли из головы. Сестра увязалась за ним, желая отговорить от необдуманных поступков, но лучше не сделала.

«Вечером Юви отправится в императорскую сокровищницу. Будем молиться, чтобы она вышла оттуда целой и невредимой. Но это неизбежно», – шепнула Рита.

Неужели Рита думала, что это его успокоит?

Неизбежно, неизбежно! Он ненавидел это слово.

И вот теперь он сам убедился, что Октавиан положил глаз на его женщину. А что Юви должна принадлежать только ему, Виктор не сомневался.

Он это остановит.

Виктор распахнул шкафчик с напитками и достал две бутылки мартимьянского рубинового джина, который ему подарила Дженни. В больших количествах этот напиток мог лишить всех пяти чувств, но в мизерных дозах помогал расслабиться. Вот только Октавиан вряд ли об этом знал, и Виктор собирался воспользоваться этим. Устранить Октавиана хотя бы ненадолго, выиграть время. Меньше всего Виктору хотелось общаться с Императором, но только пойдя напролом он сможет уберечь Юви.

Виктор взбежал по трапу, по-быстрому переговорил с Дженни, которая не стала бы перечить ему теперь, и, прихватив с собой ради приличия Адору, которая как раз подвернулась ему под руку, направился к столику Императора, расположившемуся на носу яхты под навесом в сопровождении Юви. Его – Виктора – Юви! Ее черные волосы развевались на ветру, не сдерживаемые заколками или лентами, играл атлас темно– зеленой накидки, в которую она закуталась.

– Отсюда прекрасный вид! Да и яхта замечательная! – обратился к нему Октавиан, приглашая за стол. – Знаю, что я попрошу у тебя при следующем заказе.

– Я привык создавать дома, – отозвался Виктор, садясь по левую сторону от Императора.

– Брось, Виктор, мы прекрасно знаем, что ты можешь создать что угодно, – усмехнулся Октавиан.

Виктор оставил его слова без ответа, стараясь думать лишь о своей цели.

– Мы вчера так толком и не отметили нашу с Адорой свадьбу, – проговорил он и перевел взгляд на девушку. Та смущенно улыбнулась, на веснушчатых щеках вспыхнул румянец.

– Ты был так напряжен, – заметил Император. – Неудивительно. Знаешь, Виктор, при других обстоятельствах мы бы смогли подружиться. А что до моей чудесной кузины, – Октавиан подманил ее, и Адора тут же подошла к нему, – береги ее, Виктор. Жениться на такой девушке – настоящий подарок судьбы.

– Ты преувеличиваешь, кузен, – отозвалась Адора и склонилась к Октавиану, шепнув ему на ухо что-то смешное – губы Императора мигом растянулись в улыбке, а глаза засверкали.

– Возможно, пора наверстать упущенное, Виктор, – проговорил он.

К их столику подошла Дженни и увела Юви, все, как он просил.

Виктор рассмеялся, демонстрируя Октавиану рубиновую жидкость.

– Как насчет джина?

U

– Ну что, тебе лучше? – спросила Юви у Дженни, когда они обошли яхту по периметру.

– Да, немного. Спасибо тебе за прогулку. Вид и впрямь очень красивый, но меня всегда мутит на воде.

– Может тебе лучше отдохнуть в каюте? Почитаешь книгу…

– Что ты! От чтения при такой качке меня и вовсе вывернет наизнанку.

Дженни слабо улыбнулась. Даже улыбка ее вышла обыденной. Все в Дженни было таким: простеньким, ничем не примечательным, но от того девушка казалась Юви симпатичной. Это не капризная и легкомысленная Ксиу, не высокомерная Мариэ и не своенравная, чересчур загадочная Рита.

И уж тем более не…

Только Юви подумала о супруге принца Виктора, как услышала ее голос. Сначала она даже решила, что ей померещилось, но ветер и впрямь принес обрывок разговора.

– Клянусь тебе! – у слышала она и только сейчас уловила за спиной Дженни алый поток магии. Словно сам Ремесис помогал ей, показывал то, что было сокрыто. – Я видела их!

– Дженни, я оставлю тебя на секундочку, – пробормотала она.

– Побудь со мной еще немного, – попросила та, но Юви пошла вслед за голосом, который доносился с трапа.

Возможно, это ключ усиливал ее собственную магию.

На трапе, спиной к ней стоял мужчина с кучерявой медной гривой, заслоняя собой девушку.

– Ты уверена? Если между ними что-то есть, твоя миссия под угрозой.

Это точно была Адора – Юви видела подол ее черного платья с плиссированной юбкой.

– Кимо, я сделаю все, как было велено, – натянутым голосом проговорила Адора. – Я разберусь с этой неудачей. К тому же, я уже доложила обо всем Императору. Он не должен сомневаться в моей верности.

– Что ты сказала ему?

Юви затаила дыхание.

– Принц Виктор задумал опоить его рубиновым джином, который бывает крайне ядовит. Император предупрежден и благодарен. Он не тронет принца.

– А про девчонку?

– Я сама решу с ней вопрос. Уверена, Октавиан быстро устанет от нее, а вскоре не заметит пропажи.

Юви стиснула зубы. Как бы не так! Это еще кто с кем разберется. А пока надо выручать принца. Юви хотела немедленно отправиться к Архитектору и все ему рассказать, но мужчина снова заговорил.

– Надеюсь, ты не подведешь наш клан, луни, – проговорил медноволосый. – Что это за шуточки были за обедом? От тебя требовалось не так много, сладкоголосая птичка. Нам нужен наследник! Им должен стать твой сын и только твой, но пока от тебя никакого толку. Без ремесиса Фениксу не выстоять перед Империей, даже имея в своих рядах таких пташек, мы обречены на провал. Мы не можем вечность улыбаться леди Малис и легионам Солида. Слишком много сторон хотят завладеть ключами.

– Вот и займитесь этим, – отозвалась Адора. – А мне пора.

Юви подавила удивленный вздох, обхватив себя руками, чтобы не сорваться прямо сейчас и не броситься на супругу принца. Фальшивую супругу! Она обвела вокруг пальца Императора и женила Виктора на себе! Для уроженки Феникса она была слишком рассудительной и холодной – прекрасная маскировка, ничего не скажешь. И это все ради наследника? Принц обязательно должен об этом узнать!

– Нам пора возвращаться к гостям, – странно надломленным голосом проговорила Адора. – Нас не должны увидеть вместе.

Юви спряталась за ящиками, что были составлены возле трапа.

Кто такой этот Кимо? Очевидно, что он из фениксов, а вот какое отношение к ним имела Адора? Она же кузина самого Императора.

Когда они прошли мимо, Юви вжалась в шершавую стенку ящика.

Принц Виктор сам просил о встрече, и, похоже, им и впрямь есть что обсудить. Как бы она на него ни злилась.

Юви тоже поспешила на палубу и застала невероятную сцену – Император и принц Виктор стояли спиной ко всем, положив руки друг другу на плечи. Склонив головы, мужчины о чем-то беседовали.

Юви заметила, что они оба покачиваются. Вот только Императору известен план Виктора. Она хотела было подойти к ним, но ее остановил легионер.

– Нельзя. Император просил не беспокоить его.

– Ну хорошо, – пожала плечами Юви и, бросая взгляды в сторону принца Виктора, вернулась к гостям, обдумывая, как выручить его.

Адора оживленно беседовала с Ритой и другими женщинами, пока мужчины отошли в сторонку. Юви быстро нашла взглядом медноволосого незнакомца, который теперь весело смеялся.

– И каков он? Твой принц Виктор? – вывел ее из оцепенения голос. Она не сразу поняла, что обращаются не к ней, а к Адоре. – Думаешь, я поверила, что у вас не было брачной ночи? В глазах этого мужчины так и полыхает огонь!

– Беатрис, замолчи, – шикнула Рита. – Не забывай, что говоришь о моем брате!

– Ох, кто же виноват, что твой брат так хорош собой, – вздохнула Беатрис. – Адора, признайся уже!

Но жена принца Виктора скромно улыбнулась, вновь вызывая у Юви желание накинуться на нее и вывести на чистую воду.

А вдруг между ними все же что-то произошло? Юви опустошила стакан с водой и налила себе из графина еще. В горле пересыхало каждый раз, стоило только подумать, что Виктор женился. Все, точка, у него есть жена. Что бы он там ни говорил. И пускай она шпионка, это не отменяло их брака.

Голоса Императора и Архитектора стали громче, и Юви поняла, что их разговор перерос в некий спор. Все за столом напряглись. Глаза Риты почернели, брови изогнулись опасной дугой. Она теребила в руках салфетку, будто та в чем-то провинилась.

К мужчинам шагнул легионер, но Октавиан остановил его взмахом руки. Он склонил голову набок, прикрыв глаза, с губ его не сходила улыбка, создавая ямочки на щеках.

– Ты ведь не станешь применять ма-а-агию, а, Виктор? – растягивая слова, произнес он. А ведь он просто прикидывался захмелевшим!

Архитектор стоял прямо, придерживаясь одной рукой за перила. Он тоже улыбался, но взгляд его был невидящим, и Юви не на шутку испугалась. Он всегда был таким собранным.

– Конечно нет, ты, императорское отродье, – довольно четко произнес он и отступил от Императора, завертев головой.

Только сейчас Юви поняла, что он ведет себя странно, будто совершенно дезориентирован в пространстве.

Октавиан зарычал и подался вперед, Виктор замахнулся для удара, Юви зажмурилась, гости примерзли к местам. Ей хотелось закричать, остановить их, броситься между ними, не позволив Виктору совершить непоправимое. Ведь Император не простит такого.

Все ее внутренности сжались в тугой клубок. Ремесис, которому не давали выхода. Могла ли она раскрыться здесь и сейчас? Ценой своей свободы, а может и жизни? Чтобы выручить Виктора из этой неприятности. Спасти его самой, а потом придушить за то, что поступал как настоящий придурок. Он подставлял и себя, и сестер. И ее.

Неожиданно для всех яхта всколыхнулась. Юви распахнула глаза, только чтобы увидеть, как Октавиан и Виктор падают в противоположные стороны – Император на палубу, а принц Виктор теряет равновесие и заваливается назад, устремляясь за борт. Какого стража!

У Юви не было времени думать. Она перескочила через перила одним изящным прыжком, погружаясь в холодную глубину. И что это был за толчок? Только под водой она позволила себе выпустить на волю ремесис. Сначала магия откликалась неохотно, сдерживаемая жидкостью – ведь и движения самой Юви были в этот момент слишком медлительными. Но вот она поймала Виктора – его глаза были прикрыты, и он не предпринимал никаких попыток выплыть, словно лишился последних сил. С чего бы это? Она же знала, насколько он силен.

Поддерживаемая ремесисом, она обхватила его лицо обеими руками. Сейчас Виктор выглядел таким уязвимым и в то же время безмятежным. И ей просто хотелось…

Находясь вдали от чужих глаз, Юви приблизилась и поцеловала Виктора. Ее магия окутывала и его. Он вдруг открыл глаза и притянул Юви к себе, но вдруг ее ноги коснулись плоской поверхности. Неужели они опустились на дно? Быть такого не может.

Юви отстранилась от Виктора и перевела взгляд вниз, где проплыло что-то огромное и мощное. Виктор уже пришел в себя, и оплетал ее своей магией, защищая от неведомого создания. Что это было? Проверять желания не возникало. Виктор и Юви переглянулись и поплыли наверх, ощущая волны исходящей от существа силы.

* * *

После инцидента прогулку свернули. Юви ждала, что вот-вот принца арестуют за его выходку, но Рита просто повезла его домой вместе с Адорой. Сейчас он был не в том состоянии, чтобы вести серьезные беседы.

Императора забрали его легионеры. Про несостоявшуюся драку никто не проронил ни слова, и конфликт возможно считался исчерпанным, хотя в глубине души Юви подозревала, что Октавиан не оставит это дело просто так.

Юви под присмотром Дженни вернулась в спальню Золотой Камелии. Желая уединиться, а потом тихонько улизнуть и исследовать дворец, она прогнала сестру принца, но вскоре за ней пришла служанка, передав пожелание Императора: чтобы она присоединилась к другим девушкам. Юви переоделась в чистое, сухое платье, а подаренный Виктором шарф, пусть и слегка влажный, повязала на волосы. Нет, с этой вещицей она больше не расстанется.

Когда она явилась в музыкальную гостиную, все леди стихли и уставились на нее, но вскоре отвернулись, словно предпочитали не замечать. Неожиданно для себя Юви увидела возле огромной виолончели Дженни и направилась к ней.

– Дженни, почему ты до сих пор не уехала отсюда? – шепотом спросила Юви. – И ты случайно не знаешь, как там… принц Виктор?

– Ему лучше. Это он велел мне остаться тут и присматривать за тобой, – ответила девушка, не поднимая глаз.

– Ну конечно! Что он о себе только думает, – тихо фыркнула Юви и осмотрелась.

Как бы она ни любила музыку и танцы, но играть на музыкальном инструменте так и не научилась. А вот Дженни, напротив, продемонстрировала неплохое владение виолончелью. Смычок так ловко бегал по струнам, выводя мелодию, что Юви на несколько мгновений отдалась магии чистого звучания.

Если верить легендам, Самун лишил всех женщин дара, отдав ремесис в мужские руки. Юви всю свою жизнь старалась не задумываться, почему же магия есть у нее, но разве убежишь от себя?

Двери распахнулись и на пороге появилась старшая служанка – Корин.

– Девушки, Император приглашает вас в Сокровищницу. Раздались радостные возгласы. Девушки определенно оживились. Но когда слуги принесли в комнату черные бархатные плащи, Юви насторожилась.

– Это еще зачем?

Дженни и все другие девушки послушно облачились в плащи, сбрасывая наряды.

Юви сглотнула ком в горле.

– Ну ладно…

Она наспех переоделась в плащ, буквально закутываясь в него. Свет в гостиной погас, зажглись факелы, и служанки повели их по коридорам дворца.

– Куда мы идем? – шепнула она Дженни.

– В императорскую Сокровищницу.

– Ты уже была там?

Лицо Дженни в свете факела стало неестественно вытянутым, с огромными черными глазами.

– Нет. Но я слышала о ней.

– И что ты слышала? – с придыханием спросила Юви.

Но Дженни ничего не ответила, лишь ускорила шаг, оставляя Юви позади.

Огромные двери хранилища со скрежетом отворились, впуская девушек в роскошную подземную пещеру. Юви была так поражена масштабами открывшегося пространства и богатствами, что не сразу обратила внимание на золотые монеты и драгоценные камни, по которым они шли вперед, как по песку. Вход охраняли позолоченные львы, сверкая желтыми глазами. По позвоночнику Юви пробежал холодок, когда она увидела, как львы виляют хвостами, как морщат металлические носы, приоткрывая пасти.

Это место, несомненно, находилось под защитой стражей Ремесиса. Да и как иначе, ведь все здешние сокровища – или их большая часть – не принадлежали Империи Солида.

Следом за девушками, слегка пошатываясь, в сокровищницу вошел Октавиан. Он тоже успел переодеться в свободную рубашку и простые штаны. Черный цвет лишь подчеркивал его золотистые волосы. Он был как никогда красив на фоне всех этих несметных сокровищ, и у Юви невольно перехватило дыхание. Особенно когда Император чуть повернулся и адресовал ей улыбку. В сиреневых глазах повисла дымка, придавая Октавиану расслабленный и в то же время загадочный вид. Юви быстро одернула себя, ведь перед ней враг!

Императора сопровождал деструктор, который скрылся в тени, стоило ему переступить порог Сокровищницы.

– Мои дорогие леди, – обратился к ним Октавиан, обводя руками пространство. – Сегодня ночью не отказывайте себе ни в чем. Только здесь вам открыты все богатства Шаттрли. И я хочу разделить их с вами. В Сокровищнице вам позволено носить самые прекрасные украшения, короны, ожерелья, золотые доспехи – все это у ваших ног. Что найдете и унесете на себе – то и ваше. Я буду ждать вас там. – Он указал на винтовую лестницу, устремлявшуюся вверх.

Октавиан снова улыбнулся и пригрозил им пальцем, потом взмахнул рукой, будто отдавая приказ своей армии, и девушки, смеясь, разбрелись по пещере.

Юви не двинулась с места. Император удивленно посмотрел на нее и, подхватив за руку, повел за собой.

– Разве ты не хочешь выбрать себе сокровище по достоинству? – не оборачиваясь, но и не отпуская ее, спросил Октавиан, когда они подошли к краю бассейна с темно– синей, почти черной водой. – Возможно, тебе здесь душно от всех этих драгоценностей? Они пылают, словно огонь.

– Вовсе нет, – ответила Юви, а когда Октавиан все же обернулся, встретилась с ним взглядом.

Пытается смутить ее? Юви распрямила плечи, но не поддалась на провокацию.

Возможно, среди этих богатств спрятаны и ключи. Вероятно, что Октавиан все же носил их при себе. Но тут он скинул рубашку, опровергая ее догадки. Безо всяких церемоний он избавился от остальной одежды, и Юви стоило бы отвернуться, но она приросла к месту.

Погрузившись в воду, Октавиан развернулся и позвал ее.

– Ну же, смелее. Это целительный источник. Восстанавливает силы.

Он погрузился под воду и вновь вынырнул, встряхивая мокрой шевелюрой. Юви ножкой попробовала прохладную воду, думая над тем, как мало у нее вариантов. А если источник целительный, не причастна ли к этому Белая Тейра? Возможно, ключ совсем близко. Она пришла сюда как раз за этим. Когда еще представится возможность подобраться к Октавиану? Нужно действовать сейчас.

– Что же ты, будешь купаться в плаще? – спросил Октавиан, прислонившись спиной к противоположной стороне бассейна.

Вода здесь была совсем темная, что слегка скрашивало неловкость ситуации.

– Ладно, – проговорила Юви, взявшись за шнурок плаща. – Вы только отвернитесь.

– Что? – усмехнулся Октавиан.

– Так вы отвернетесь или нет?

– Император здесь я, – сощурился он. – А ты моя фаворитка.

Да уж, магия ремесиса действовала безотказно. Ей все же удалось очаровать Октавиана, но что делать со всем этим дальше? Юви старалась раньше времени не думать об их неминуемой встрече, и вот она тут.

– Пусть так, – улыбнулась она. – Но вы сами сказали, что я вольна делать то, что захочу. А я хочу, чтобы вы отвернулись. Прямо сейчас.

– Ах ты, наглая девчонка, – рассмеялся Октавиан, плеснув в нее водой. Но все же послушно отвернулся. – Ну-ну, подловила. Мне придется тебе отомстить.

Юви по-быстрому скинула плащ и нырнула, ощущая всем телом прохладу источника. А ведь совсем недавно она была под водой с Виктором… и даже рискнула поцеловать его. Как бы сильно он ни злил ее, так же сильно и притягивал.

Но сейчас перед ней был совсем другой мужчина.

– Я уже могу повернуться? – спросил Император.

– Конечно, Октавиан.

Он направился к ней, но Юви метнулась к краю бассейна.

– И что? Теперь будешь бегать от меня?

– Возможно, – с легкой дрожью в голосе ответила Юви, собирая на кончиках пальцев ремесис. – Я не привыкла плавать с незнакомыми мужчинами.

– Мне показалось, мы уже познакомились, – проговорил Октавиан.

– Вот именно, вам показалось, – отозвалась Юви. Она бы нанесла удар прямо сейчас, если бы не деструктор, который был где-то поблизости.

– Хорошо. – Октавиан отплыл от нее на безопасное расстояние и вновь обольстительно улыбнулся. – Я и пальцем тебя не трону, пока ты сама не попросишь. Только давай без этих формальностей.

– Ну а если не попрошу?

В глазах Октавиана мелькнуло черное пламя и быстро погасло.

– Я что-нибудь придумаю, чтобы переубедить тебя. А я довольно предприимчивый. Не думай, что если я император, то все давалось мне легко. Отец умудрился превратить мою жизнь в сущий кошмар.

В горле Юви встал ком.

– Какой он был? – хрипло спросила она. – Твой… отец?

Улыбка сошла с лица Октавиана. Он отвел взгляд и опустил голову.

– Я не могу сказать о нем ничего хорошего. У меня был старший брат, Тит. С самого детства мы очень дружили, он всегда защищал меня, даже от отца. И однажды поплатился за это… – Октавиан замолчал, будто вытягивал из себя каждое слово, но в итоге силы иссякли.

– И что случилось? – тихо спросила Юви.

– Прости, я даже не знаю, зачем говорю тебе это сейчас. Возможно, источник так действует на меня. Хочет исцелить не только тело, но и душу. Я слышал, что воды Ремесиса способны на такое.

Юви поразилась, как жизнерадостность Октавиана вмиг сменилась неимоверной грустью.

– Где твой брат сейчас? – спросила Юви, хотя догадывалась об ответе. А в сердце болью отдавалась другая история.

– Отец казнил его.

– Какой ужас, – выдохнула Юви. – Но зачем? Он же был его наследником.

– Тит хотел выступить против отца. Помешать ему захватить Ремесис. Но есть много того, что уже не исправить, Юви. И нужно двигаться дальше.

Он подплыл к краю бассейна, подтянулся, обнажая крепкую спину, и на этот раз Юви хватило ума отвернуться.

– Как я уже сказал, – проговорил Октавиан, – ты свободна выбирать. Когда ты будешь готова, придешь ко мне. Ты видела лестницу в центре Сокровищницы, она ведет прямиком ко мне. Я буду ждать тебя.

Он ушел, не сказав более ни слова, но прихватив с собой ее плащ. Вот подлец!

«Так, хватит отмокать в источнике», – спустя несколько минут подумала Юви. Мрачность Октавиана удивила ее, но что-то не давало пойти ему навстречу – даже ради ключа.

Она выбралась из бассейна, обдумывая, чем бы прикрыться. Кругом лежали лишь украшения, золотые слитки и прочие драгоценности. И тут Юви вспомнила про шарф, которым повязала волосы. Подарок Виктора. Создать ткань из ничего было бы намного сложнее. Но этот шарф… Она не сомневалась, что Виктор приложил к нему свою магическую руку.

Юви сняла шарф с волос и накинула на плечи, малейшими движениями рук призывая магию. Она огляделась по сторонам – девушки были слишком заняты драгоценностями и не обращали на нее никакого внимания. Ткань поползла ниже, прикрывая ей грудь, живот, ноги, превращаясь в легкое, непроницаемое для глаз платье с разрезами по бедрам.

Несколько раз обойдя сокровищницу, рассматривая все роскошные украшения и пытаясь углядеть, где может быть спрятан ключ, Юви отважилась приблизиться к золотому льву. Создание рыкнуло и вильнуло хвостом.

Юви отшатнулась. Ух, какая грозная киса!

В этой пещере определенно чувствовалась магия, найти бы только ее источник.

Лев медленно приподнялся на лапах и спустился со своего постамента, не спуская с Юви желтых глаз.

– А вот это мне уже не нравится, – пригрозила она ему пальцем.

Справиться со стражем, не применив ремесис, будет непросто.

Юви попятилась, но бежать здесь было некуда.

За ее спиной кто-то зашевелился, и Юви вовремя отскочила в сторону. Золотой меч рассек воздух в том месте, где она стояла, а в следующую секунду лев набросился на девушку, которая посмела поднять руку на Юви.

Повсюду все словно сошли с ума. Куда бы Юви ни посмотрела, девушки вешали на себя цепи и драгоценности, их головы украшало по несколько корон сразу. Но хуже всего, очарованные богатствами, они набрасывались друг на друга в попытке отобрать золото и самоцветы. Лица их исказились, прежде красивые, они омрачились жаждой и алчностью. Львы прохаживались по пещере, изредка вмешиваясь в поединки девушек.

Вдруг среди всего этого безумия Юви увидела Дженни, которая спешила к лестнице.

Стоило сестре Архитектора коснуться первой ступени, как Юви перехватила ее за руку.

– Что тебе нужно? – огрызнулась Дженни.

Черные длинные волосы разметались по сторонам, ложась на плечи и грудь, доходя до пояса, а голову венчала диадема с огромными коньячными топазами. Глаза Дженни сверкали под стать камням, наливаясь неестественным блеском. Была ли она околдована магией Сокровищницы? Юви так явно ощущала ремесис здешних стражей… И даже на долю секунды поддалась, но быстро взяла себя в руки.

– Дженни, остановись! Разве ты не видишь, что всех околдовало золото?

Дженни вырвалась из ее хватки и побежала вверх по ступенькам. Юви кинулась следом. Винтовая лестница вела в узкий коридор, уставленный золотыми статуями и вазами с цветами. Перед ними появилась дверь с извилистыми узорами, напоминающими хвосты змей. Яркий аромат благовоний окутывал Юви, спутывая мысли.

– Император мой! – оскалилась Дженни. – Лучше тебе отступить. Все это время я пыталась предупредить тебя, но ты не хотела слушать! Ты недостойна его!

– О чем ты, Дженни? – проговорила Юви, но тут ее осенило. – Так это ты совершала те мелкие пакости? Но зачем?

– Потому что я люблю его! А теперь уйди с моего пути! Только одна из нас пойдет дальше. Тебе придется убить меня, если пожелаешь войти туда.

Глава 14. Союзники

Царство Феникса всегда было самым загадочным и скрытным из государств. Расположенное среди горных гряд Фриз, оно таит в себе много неизведанного. Жители Феникса чтят традиции предков и сохраняют любовь к природе, подобно мартимьянам, однако их огненный нрав нередко приводил к катастрофам. Далеко не сразу приручили они озера лавы, далеко не сразу оседлали диких горных птиц, среди которых особенно выделяются сладкоголосые луни и ядовитые чани.

В природе птиц этих осталось совсем мало, и хотя на территории Феникса нет ремесиса, но сила и таинство природы хранятся в этих птицах, последних представителях волшебных созданий. Как Стражи под предводительством Лотосовых Богинь и Черного Журавля охраняют Ремесис, так и эти птицы стерегут границы своей территории, ожидая возрождения Истинного Феникса, существование которого нынче считается не более чем мифом.

Но что еще скрывает эта огненная территория, с которой мы так давно ведем торговлю, чем еще они способны удивить нас? Кто они нам – союзники или враги?

Путевые заметки министра Тэна из Дворца Огня, Тайный Архив

V

В ожидании Юви он обошел яхту несколько раз. Успокоиться Виктор не мог, внутри все так и клокотало. Даже отсюда был виден Дворец Сокровищ, и ему ничего не стоило перекинуть до него мост и домчаться до Юви. Забрать ее оттуда. Сбежать.

Вот только он не собирался сбегать.

«Доверься ей, – шептал внутренний голос. – Она придет. Иного не может быть».

Наконец среди темноты он различил красноватое свечение. Сначала он увидел красные горящие глаза, следом – фигуру громадной птицы и обхватившую ее за шею девушку. Алый феникс приземлился на палубу, рассыпаясь в пепел, и оставил перед ним Юви в черном бархатном плаще.

Он уже второй раз видел Юви в сопровождении стража Ремесиса, что лишь убеждало его в догадках. Она пользовалась ключом. А значит, они с Роши были заодно, и не стоило доверять ей. Какую роль она на самом деле играет в «журавлях»? Той ночью, которая чуть не унесла жизнь Лали, Юви уверяла его, будто непричастна к случившемуся, что ничего не знала о замысле «журавлей». Так ли это на самом деле? Ее приезд в Шаттрли не случаен.

– Ты не считаешь свое появление слишком фееричным? – сердито спросил Виктор, но, взглянув на лицо Юви, тут же смягчился. – Что случилось?

Виктор подошел и тихонько сжал ее плечи, заставляя посмотреть на него. Юви отвела взгляд и, вырвавшись, молча пошла прочь, спускаясь на нижнюю палубу, к уголку– гостиной. Принц Виктор не отставал, с каждым шагом его напряжение росло. Он сжал ладони в кулаки, хрустнув костяшками. Оказавшись в гостиной, он зажег лампы, которые окутали помещение золотистым сиянием.

Юви расхаживала из стороны в сторону, пока он наконец не придержал ее за руку. Девушка повернулась и уставилась на него огромными зелеными глазами. Очевидно, она была вся на эмоциях. Что лишь вызвало у него желание сжать ее в объятиях прямо сейчас, закрыть собой ото всех бед. Но он сдержался. Каких же усилий ему это стоило!

– Хорошо, принц Виктор, я слушаю тебя. Что там с твоим союзом?

– Очевидно, мы хотим одного и того же. – Виктор сглотнул ком в горле, стараясь отвлечься от этого миленького личика и того, что скрывал черный плащ, и сосредоточиться на своем плане. – Пора поговорить начистоту. Признаюсь, я недооценивал тебя. И твой ремесис. Но, пожалуй, ты единственная, кто может помочь со всем этим. Тебя интересуют ключи, не так ли?

– Верно, – решительно ответила Юви. – И у меня даже есть один.

Виктора поразило, как непринужденно она сказала об этом.

– Именно я украла в тот день ключ от королевства, а не мой брат, – призналась Юви. – Именно меня ты упустил, принц Виктор.

– И ты отправилась во Дворец за другими ключами…

– Верно. Но все не так просто, как мне казалось.

– В чем же сложность? Не можешь убить Императора? Или не хочешь? – тихо поговорил Виктор, подступая к ней на шаг.

– Если бы ты мог его убить, то давно бы уже сделал это, не так ли? – ответила ему вопросом Юви и отошла в сторону.

Когда она развязала шнурок плаща, скидывая его с плеч и оставаясь в легком платье, Виктор заметил до боли знакомую ткань и вышивку. Шарф, превращенный в наряд. Защитник, которого он подарил.

– Что произошло во Дворце? – требовательно спросил он. – Почему ты в таком виде?

– Вернемся к нашему союзу, принц Виктор.

– Прекрати меня так называть.

– Я согласна объединить наши усилия и вернуть ключи в законные руки. Пока ты главный наследник. И я не буду этого оспаривать. Я верю, что ты сможешь восстановить нашу культуру, ты и так уже много всего сделал. Но тебе нужно быть осторожнее, потому что…

Виктор подошел к ней вплотную и обхватил за талию.

– Юви!

– Да?

– Сколько еще ты будешь бегать от меня?

– Это я бегала от тебя? Ты как неприступная крепость!

– В нее все же вторгся лазутчик, – улыбнулся он.

Виктор провел ладонью по ее спине, заставив Юви тихонько застонать. Этот звук ему определенно понравился.

Юви вдруг замерла, затаила дыхание. Он слегка отстранил ее и посмотрел в глаза.

– Ты собиралась идти в таком виде к Императору?

Внутри Виктора закипела злость. И дикое чувство собственничества, с которым он плохо справлялся.

– Не собиралась, а ходила, – ответила на это Юви. Вот так вертихвостка! – Думаешь, ты такой единственный и неповторимый?

– Между вами что-то было? У тебя уже… кто-то был? Юви вздернула плечо и усмехнулась, отталкивая его.

– Не твоего ума дело. А теперь поговорим о …

Но Виктор не дал ей произнести следующие слова. Притянул к себе и жадно поцеловал.

– Юви Казиньяк, ты – ведьма, – хрипло сказал он.

– Тогда ты мой инквизитор, принц Виктор, – ответила она, глядя на него из-под прикрытых век.

– Ты перестанешь меня так называть?

– Нет.

– Сегодня же перестанешь. Я тебе обещаю.

– С чего бы, принц Виктор?

– С того, что ты моя. И всегда была ею. То, что связало нас ремесисом, невозможно разорвать. Это тайное венчание, Юви.

– Что? – слабым голосом спросила она.

– Магия повенчала нас, ты и только ты моя истинная супруга.

Он увидел, как в глазах Юви блеснули слезы, и подхватил ее на руки.

Чистейшая сила ремесиса овладела им, вызывая отклик в каждой клеточке существа. Он знал, что Юви чувствует то же самое – их тайная связь открыла для него все ее чувства.

– Так кто же я, Юви? Маленькая ты врунья…

– Принц… принц Виктор.

– Юви!

– Да, мой принц…

– Юви!

– Проклятье, Виктор!

– Я долго этого ждал.

U

Юви не смела уснуть. Она не могла пропустить ни мгновения. И хотя все тело ныло от усталости, она зачарованно разглядывала Виктора, положив подбородок ему на плечо.

– Прекрати пялиться и поспи, – шепнул он, не открывая глаз.

Сейчас он был таким безмятежным и дарил спокойствие ей. Тот, рядом с кем она постоянно нервничала! Именно он оказался ее ключом к гармонии, которая поселилась внутри. Только на задворках сознания металось тревожное чувство. Надолго ли? Сколько продлится это счастье?

Разве можно быть такой счастливой всегда?

Им надо было столько всего обсудить.

– Ты же знаешь, что я должна вернуться во дворец, – нехотя произнесла она, пригладив их спутавшиеся пряди волос – его черные как смоль и длинные, и свои золотисто-белые, отросшие от огромного выброса магии.

Ремесис ликовал от этого союза, и они не могли встать на пути магии и своих чувств.

– Я снова…

Виктор прижал палец к ее губам.

– Юви, имей совесть.

– Я бы никуда не уходила, вечность бы тут провалялась.

Виктор крепко обнял ее.

– Попробуй теперь куда-нибудь уйти, – усмехнулся он.

Юви хотела съязвить, но не успела от переполнивших ее чувств. Лишь крепче прижалась к нему.

Ей стоило все ему рассказать, о своей миссии, о Роши и об отце, об Адоре. Но она была так счастлива, что не хотела омрачать время, проведенное вместе.

В час перед рассветом им все же пришлось расстаться. Виктор взял с нее обещание не предпринимать никаких шагов, пока они не придумают, как быть.

Для себя Юви решила, что разведает местонахождение Белой и Желтой Тейр, а потом вернется к Виктору.

На прощание он дернул за связывавшую их магическую ниточку.

– Больше не прячься от меня, хорошо? – нахмурившись, попросил он, нависая над ней.

– Не буду, – улыбнулась Юви, уткнувшись носом ему в грудь.

– Если Октавиан, не приведи ремесис, обидит тебя, сразу дай мне знать. Это понятно?

Она лишь кивнула.

– Виктор, я должна тебе кое-что сказать. Роши… моего брата нет в живых. Ключ украла я и только я.

Она взяла Виктора за ладонь и вложила в нее реликвию.

– Пусть этот ключ будет у тебя.

Меньше всего ей хотелось, чтобы такая сила находилась под крышей императорского дворца. Тем более, Юви все больше убеждалась, что именно Виктор достойный наследник, способный возродить ремесис, не она.

– Что это значит? Юви, я видел твоего брата своими глазами. В ту ночь, когда погибла Лали.

– Как это может быть, Виктор? Роши мертв! – забеспокоилась Юви.

– Я постараюсь узнать, в чем дело. Если бы ты открылась мне сразу!

– Или если бы ты сам был более дружелюбным! – вскинулась она, заставив Виктора рассмеяться.

– Ты такая грозная, госпожа Нетак.

– Между прочим, мы еще не обо всем поговорили, господин Никак! – Она отстранилась и посмотрела в сверкающие черные глаза. – Но пока меня заботит еще один вопрос. Твоя сестра, Дженни… Нам надо вызволить ее из Дворца. Она, как и другие девушки, околдована Сокровищницей. Мне пришлось оставить ее там, перед покоями Императора. Она наотрез отказалась уходить, и я решила отступить.

– Тебя Октавиан тоже околдовал? – тихо спросил Виктор, игнорируя замечание про Дженни.

– Я уже говорила!

– Но без подробностей.

– Нет, я не была у него. Между нами ничего не произошло, ты же сам знаешь! А теперь мне пора.

– Хорошо, Юви. Но он не должен знать про твой ремесис. Иначе он ни за что тебя не отпустит.

Виктор достал ключ, желая призвать стража, но Юви остановила его.

– Я пойду пешком. Хочу прогуляться. Мы неплохо подружились с этим ключом, но ты управляешься с ними гораздо лучше.

– Все дело в самоконтроле, Юви. И тебе не помешало бы этому научиться.

– Я и так умею…

– Проверим завтра. Встретимся здесь же, и я покажу тебе пару приемов в управлении ремесисом.

Юви улыбнулась и пошла прочь от пристани.

По пути она не могла перестать глупо улыбаться, вспоминая каждое прикосновение Виктора. Все это казалось сном, от которого не хотелось возвращаться к реальности. Слишком уж сладко спалось.

Но когда она возвращалась мыслями во Дворец Сокровищ, улыбка меркла. Она почти поддалась на игру Октавиана. Она открыла дверь в его спальню. И шагнула внутрь.

Вот только Император спал глубоким сном, охраняемый золотыми стражами.

Ей было сложно забыть злобный взгляд Дженни, когда сестра Виктора ворвалась в спальню и устроилась в изголовье императорской кровати, охраняя Октавиана не хуже стража.

– Он должен отдохнуть, – заявила она, поглаживая Императора по светлым волосам. – А тебе лучше уйти отсюда, пока не появилась леди Малис. Юви, у тебя нет ни малейшего шанса, когда за мной столь могущественный покровитель.

Юви не могла поверить своим ушам.

Как же слаба она была в тот момент. Юви могла убить Императора – или хотя бы попытаться. А если бы применила последний танец… никакие стражи бы ее не удержали. Глубоко внутри она знала, на какое разрушение способна. Не созидание ремесиса, а нечто столь страшное, что могло забрать с собой не только ее, но и королевство. Об этом не догадывался никто. Даже отец не понимал природы женского ремесиса.

А насколько хорошо она знала отца? Он не посвящал ее во все планы. Было ли ему что-то известно про Роши? Возможно, лишь Кортис мог дать ей ответы, и придется снова выйти с ним на связь. Хотя их прошлая встреча закончилась трагедией. Повсюду ее окружали одни обманщики. И только Виктор оказался спасительным маяком в этом море лжи.

А Император? Что она знала о нем? Был ли он сыном своего отца или просто попавшим в капкан юношей? Все эти вопросы и не давали ей совершить последний шаг.

Когда она свернула с тропы и поднялась по каменным ступенькам, ведущим в дворцовый сад, навстречу ей выбежал не кто иной, как Октавиан.

– Юстиана! Где ты была?

Он подскочил к ней, взял за обе ладони, поднося их к бледным дрожащим губам, на которых не осталось ни следа улыбки, после чего крепко обнял Юви, не переставая гладить по волосам – которые предусмотрительно остриг ей Виктор. Они вновь были длиной до плеч и непроглядно черного цвета, как у коренных мартимьянок.

Она отстранилась.

– Октавиан, что случилось?

– Да ты еще спрашиваешь! Нет, она еще спрашивает!

Он взмахнул рукой в неопределенном жесте, словно адресовал свои возмущения небесам. Будто повинуясь ему, из-за пушистого куста вышел лев, один из хранителей пещеры.

– Не подумай, что я навязываюсь, но мне хотелось бы знать, что ты под надежной защитой.

Юви покосилась на льва, вспоминая, с какой легкостью он подминал под свои лапы девушек в сокровищнице. О какой защите могла быть речь. С одной стороны шпионка фениксов Адора, которая собирается «решить с ней вопрос», со второй – полоумная Дженни с бабкой Императора в качестве своего союзника. По какому пути не пойди, все равно угодишь в неприятность.

Октавиан повел Юви к Дворцу, не выпуская ее ладонь ни на секунду.

– Когда я проснулся, тебя не оказалось рядом! И это нормально? Да я весь дворец на уши поставил. А тебя нет. Я думал, ты ушла. Насовсем. Сбежала от меня. Или тебя похитили! «Журавли» снова зашевелились, и мне пришлось приложить больше усилий к их поимке.

Внутри у Юви все свернулось в клубок.

– Ты зря беспокоился, Октавиан, – ответила она. – Я просто решила прогуляться.

– Ты ведь не пришла ко мне ночью… – с некоторой грустью сказал он.

Она даже не знала, что ему ответить. Император совсем не привык, что ему отказывают. Какие беды она могла навлечь на свою голову?

– Хм, я приходила. Но ты спал как младенец. – Она выдавила улыбку. Что ж, в этом она даже не соврала.

Октавиан крепче стиснул ее ладонь.

– Приходила значит, ну хорошо.

Он остановился, развернул ее и снова обнял.

С чего он так проникся к ней чувствами, Юви до конца не понимала. Может, она переборщила тогда с танцем Красной Тейры? Он вел себя определенно странно.

Он же теперь ей и шагу ступить не даст.

– Но если начистоту, – проговорила она, рискнув, – я приходила совсем не за тем, за чем ты мог подумать.

– И что это еще значит? – сверкнул он аметистовыми глазами.

– Я переживала за одну девушку. Дженни. И хотела бы попросить, чтобы ты отпустил ее из дворца. О ней беспокоятся родные.

Юви замолчала, не зная, что и ждать от Императора. Но это был момент истины, который бы дал ей понять, как действовать дальше.

После долгой паузы Октавиан вздохнул.

– Прости, Юстиана, я переволновался. Я буду ждать тебя столько, сколько потребуется. И я не хочу, чтобы ты чувствовала себя здесь неловко. Ты можешь гулять, сколько захочешь. Но я был бы рад сопровождать тебя и показать окрестности.

Напряжение в животе Юви спало. Она сможет продолжить свои поиски без отвлекающих мыслей об Императоре.

– И, конечно, я сегодня же отправлю эту девушку домой. Как, говоришь, ее зовут?

– Дженни. Октавиан нахмурился, будто силился вспомнить ее.

– Я сделаю все, как ты захочешь.

* * *

Несколько дней Юви провела рядом с Императором, сопровождая его по всему Шаттрли в качестве фаворитки. Пусть город и изменился до неузнаваемости, но Виктору удалось спрятать под новой архитектурой старый Ремесис. Она до сих пор восхищалась всем, чего коснулась его рука, будь то нефритовый Дворец Грома или Небесный Дом, но больше всего она обожала Дворец Ветра, который они создали вместе.

Леди Малис снисходительно улыбалась ей, но за маской этой старой тигрицы Юви видела холодный расчет. Женщина оценивала каждый ее шаг или вздох. Зачем этой старухе было поддерживать Дженни? И как та додумалась пойти против брата? Однако пообщаться с Виктором возможности не было – Юви повсюду сопровождал страж Ремесиса, и она уже истосковалась по принцу.

Каждый день приходили новые слухи о «журавлях», которые устраивали в городе беспорядки и всячески выводили Октавиана из себя.

И вот спустя неделю, когда они вернулись с очередной прогулки, к Императору немедленно направились двое легионеров.

– Ваше императорское величество!

– Слушаю.

– Мы схватили «журавлей». Некоторым удалось бежать, но у нас большая их часть. И с ними еще один человек.

– Кто?

– Легионер Риок, мой государь.

– Как интересно, – протянул Октавиан. – Призовите сюда Архитектора. И соберите моих ближайших советников в тронном зале. – Он повернулся к Юви. – Юстиана, ты, наверное, желаешь отдохнуть?

Она не могла сдвинуться с места.

– Я бы… – тихо проговорила она – …я бы хотела присутствовать.

Губы Октавиана изогнулись в улыбке.

– Когда я увидел тебя на балу, то понял – ты не так проста, Юстиана.

Юви слегла вздрогнула. На балу? Он все-таки заметил ее на балу?

– Ты не просто хорошенькая леди, да? Я знаю, там твой народ. И я бы очень хотел исправить отцовские ошибки, а рядом с собой видеть такую прекрасную и смелую девушку.

Он протянул ей руку, и Юви приняла ее.

– Идем же.

V

Он мчался по коридорам дворца, чуть ли не сшибая легионеров с ног. Что случилось? Что могло случиться? Что за срочность? Что-то с Юви?

Рита вприпрыжку неслась за ним – она уже была во дворце и, завидев его, увязалась следом.

В тронном зале гудели советники, но стоило появиться Виктору, все смолкли. Он ступил внутрь и осмотрелся, ища хоть какую-то подсказку. Риту остановили у входа, не пуская за порог, давая понять, что это не женское дело. Но вот появился Октавиан, ведя за руку Юви. Напряженную, побледневшую, словно бы сжавшуюся. Ее никто не остановил, ведь кто мог перечить Императору?

Советники выстроились полукругом, ожидая, что скажет им правитель. Октавиан же устроился на троне, Юви подле него. Он никуда ее не отпускал, ни на шаг.

Но Виктор знал, что им обоим придется непросто, и потому терпеливо ждал.

– Привести пленников, – будто бы нехотя проговорил Октавиан.

Виктор начал догадываться, зачем его вызвали. Его, последнего принца Ремесиса.

Люди, которых привели в зал и заставили встать на колени, несомненно, были мартимьянами, правда не в самом лучшем своем виде – отросшие растрепанные волосы, перепачканные лица, и только глаза горели черным огнем. Но это был его народ, люди, вверенные ему отцом. Среди них Виктор увидел две знакомые фигуры.

Мужчина в черной потрепанной и местами порванной форме с золотыми пуговицами и светловолосый мальчик в посеревшем от пыли плаще. Риок и Роши. Вот так просто, в этом зале. Виновники его недавних тревог. Мертвый мальчишка, который каким-то чудом воскрес, и сбежавший легионер Императора, вставший на сторону «журавлей». Виктор совсем не ожидал увидеть их сегодня здесь, вместе.

Чуть оправившись от удивления, он перевел взгляд на Юви и вот теперь действительно забеспокоился. Очевидно, что она восприняла увиденное еще хуже и еле держалась на ногах. Виктор в несколько широких шагов подлетел к ней как раз вовремя, чтобы подхватить на руки. Юви судорожно вздохнула и обмякла. Эмоции вкупе с воспоминаниями, должно быть, сыграли с ней злую шутку.

Октавиан тоже подскочил с трона, пытаясь забрать у него Юви, но Виктор отодвинул его в сторону и направился к двери, которая вела в комнату отдыха – здешнее устройство он знал, как самого себя. Пнул дверь ботинком, оставляя отпечаток на белой лепнине, и уложил Юви на кушетку. Октавиан не отставал, хотя в спину долетел шепот советников: «Не стоило приводить сюда женщину». Император зашел внутрь и закрыл двери.

– Ты можешь быть свободен, – сказал он Виктору. – Иди к остальным, и ждите меня. Я скоро приду и сообщу свое решение.

– Нет.

– Тебе память отшибло, Виктор? – вскинулся на него Октавиан. – Я сам справлюсь и приведу ее в чувство, она моя…

– Нет. Юстиана все еще принадлежит к Дому Меримьян. Этого никто не отменял. Я здесь по праву.

– Да иди ты со своим правом…

Не обращая внимания на слова Октавиана, Виктор склонился над Юви и легонько похлопал по щеке.

– Зачем ты ее сюда привел? – спросил Виктор, не оборачиваясь.

– Я не собираюсь отчитываться перед тобой.

Октавиан достал из кармана маленький стеклянный флакон и отстранил Виктора.

– Дай лучше я.

– Всегда носишь с собой? – усмехнулся Виктор. – Часто падаешь в обмороки?

– Просто вокруг меня много женщин, Виктор, – протянул Октавиан, – не завидуй.

– Я никогда тебе не завидовал, – ответил Архитектор. – В отличие от тебя.

Октавиан вытаращил на него свои фиолетовые глаза и задрожал от ярости. Но с места не двинулся. Потому что Виктор был зол не меньше.

Но вот раздался вздох, и они оба повернулись к Юви.

– Как ты, милая? – спросил Октавиан, положив ладонь в сверкающих перстнях ей на затылок.

Виктор отошел в сторону. Интересно, как Октавиан собирается наказать подданных Ремесиса перед своей «милой». Виктор не хотел об этом думать, пока. Ведь невозможно будет смотреть на это просто так.

– Пускай она побудет здесь, я позову Риту, – сказал Виктор.

– Хорошо, – наконец отозвался Октавиан.

– Я… – слабо сказала Юви, стараясь сосредоточить взгляд и приподняться.

– Останься здесь, – настойчиво проговорил Виктор.

Она вновь опустилась и прикрыла глаза. Когда Виктор вернулся в тронный зал, пленники все так же неподвижно стояли на коленях.

– Итак, – сухо сказал Октавиан, вновь устраиваясь на троне. – Риок… Мой легионер. Как ты оказался вместе с этими предателями?

Риок молчал, не поднимая головы. На его лице были ссадины и синяки. Виктор обратился внутрь себя, стараясь прощупать мальчишку, но не уловил прежнего всплеска ремесиса. Как будто это был самый обычный паренек, только до ужаса бледный и напуганный. Совсем как его сестра сейчас.

Главное, чтобы Юви оставалась там, и не видела того, что происходит здесь. И Рита. За нее он переживал не меньше, ведь пока вел сестру к Юви, она видела… да, безусловно, она видела Риока. И знала, чем все это может закончиться.

– Значит, ты не хочешь говорить, – произнес Император. – Хорошо. Вы просто вынуждаете меня. А это кто… ваш Белый Журавль? Поднимите мальчишку.

Легионер грубо встряхнул паренька, поставив того на ноги.

– Не стыдно вам прикрываться ребенком? Решили сделать из него мученика или как? – проговорил Император, обращаясь к захваченным «журавлям». – Что он может, ваш Белый Журавль?

Октавиан спрыгнул с трона и, подойдя к парнишке, легонько толкнул его. Тот качнулся и не устоял на ногах, плюхнувшись на пятую точку. По залу прокатился хохот. Виктор никак не мог взять в толк: он же видел силу Роши, испытал ее на себе, но сейчас мальчишка будто лишился всякого ремесиса. Как такое возможно? Как, собственно, и то, что он стоял перед ними живой, во плоти. Ему следовало лежать в могиле, ведь его жизнь оборвалась еще до Захвата.

Октавиан приготовился сказать что-то еще, но Виктор выступил вперед. Он не мог позволить, чтобы произошло непоправимое. Да и Юви… Она пойдет на все, чтобы спасти их, и раскроет себя. Этого допустить нельзя.

– Ваше Императорское Величество, – обратился он к Октавиану. – Эти люди – мои подданные, и я бы сам хотел выбрать им наказание.

Октавиан удивленно уставился на него. Так привык, что его все слушаются.

– Если это твои подданные, значит ли это, что ты сам пошел против Империи?

Виктор усмехнулся.

– Ты знаешь, что это не так, Октавиан. Я построил этот город, я живу по его законам, я женился на женщине, которую выбрал мне ты. Чем еще я могу доказать свою верность?

– Ну… например, поединком. Но ты не смеешь колдовать, это ты понял?

– Хорошо, – согласился Виктор. – С кем Ваше Императорское Величество прикажет мне сразиться?

Октавиан обвел зал взглядом. Советники отступили на шаг.

– Да хотя бы с ним. – Октавиан указал на Риока. – Это мой легионер, как-никак. Одолей его, и я дам тебе шанс решить судьбу своих… как ты там сказал… поданных?

Виктор услышал, как легонько скрипнула дверь комнаты отдыха. На пороге стояла Юви, а за ней мертвецки бледная Рита. Обе они с ужасом смотрели на него.

Глава 15. Тень Самуна

Голубая Тейра, известная иначе как Инимариса, является самой свирепой и воинственной из всех Лотосовых богинь, ибо ей ведомы Тайные Знания. Ее жестокость не знает границ. Подчиняются ей дахини, демоницы, владеющие тайными учениями Ремесиса, самые гневные из существ. Они могут нагнать на человека порчу или безумие, устроить бедствие и сыграть злую шутку. Говорят, что по ночам упиваются они кровью младенцев. Однако если пригласить на свадьбу пятьсот тысяч дахини, такой брак будет длиться вечность.

Чтобы сразить Инимарису вызвал Самун тень, Черную Тейру, повелительницу трех миров – неба, воды и суши. С помощью деструкторов усмиряет она Хаос и стоит на страже Порядка. Черная Тейра – не есть зло или добро. Она – судья, властен над которой лишь сам Великий.

Очерки о Шести Тейрах, Тайный Архив

U

По велению Императора все вышли во внутренний двор, пленников вывели следом – Кортиса среди них было, – а когда Юви хотела помочь Роши, или тому мальчику, который им притворялся, Виктор остановил ее. Потом подошел к Рите, снимая полуночно– синий сюртук и расстегивая рубашку.

– Не вмешивайтесь, что бы ни случилось, – сказал он так тихо, что могли слышать лишь они.

В его голосе звучала угроза, но Юви не боялась его ослушаться. Она боялась за него. И за Риока, каким бы предателем он ни оказался.

Легионер тоже стянул с себя пыльную черную рубашку, бросив ее на землю.

Казалось, даже птицы на деревьях смолки и деревья прекратили шелестеть, да и сам ветер канул в небытие. А может это Юви перестала дышать?

Когда мужчинам принесли оружие, Юви поняла, что ей это напоминает. Дружеские бои в прежнем Ремесисе. С традиционными мечами– стигами. Но сейчас атмосфера была вовсе не дружеской, а напряженной до предела.

Риок ловко подхватил стигу из рук легионера, словно был рожден с оружием в ладони. Юви внимательнее пригляделась к нему. Почему она раньше не замечала этого? Да, пусть Риок и служил под знаменами Империи, но внешне он больше походил на мартимьянина – черными волосами, разрезом глаз, крепким телосложением, вот только глаза у него были – чистейшая лазурь. Юви подумала о себе, как же сильно отличалась она сама от своего народа. В чем-то они были похожи с Риоком.

Ей вспомнился тот сон, когда к ней явилась Белая Тейра. Что она говорила о деструкторах? Они были порождениями ее тени, Черной Тейры. Значило ли это, что все деструкторы принадлежат ремесису?

Какое странное предположение, решила Юви, вновь возвращаясь к реальности. А та ее вовсе не радовала. Виктор теперь тоже держал в руке стигу, и смотрелся он с ней, конечно, роскошно, если бы не смертельная опасность всей ситуации.

Рита стиснула в руках вещи Виктора, лицо ее перекосилось от страха.

Юви перевела взгляд на Октавиана, ожидая, что увидит предвкушение боя в его глазах, ведь очевидно, что он недолюбливал Архитектора, однако Император сидел на троне, который вынесли во двор специально для него, с мрачным видом.

– Да начнется честный бой, – вяло проговорил он и махнул рукой, сверкая перстнями.

Честный? Виктор не мог пользоваться ремесисом, а Риок был деструктором! Что уж тут честного! Взгляд Юви заметался по сторонам. Виктор должен был оставить ей подсказку, как все это прекратить!

Но вот Риок и Виктор одновременно шагнули друг к другу, скрестив стиги. Только за тем, чтобы отскочить в разные стороны и занять новые позиции. Они слишком хорошо знали друг друга, поняла Юви. Поэтому выжидали, прежде чем перейти в атаку. Юви прикрыла глаза, когда услышала новый звон стали, покрытой древними символами. Разве можно вот так стоять и бездействовать, подумала она, потихоньку подбираясь к своему ремесису. Но тут ощутила столь сильный импульс от Виктора, что подкосились колени.

«Не смей!» – будто говорил он.

В воздухе сверкали стиги, пот струился по лицам мужчин, таких похожих, но таких разных. Рита прерывисто вздыхала каждый раз, когда кто-то из них наносил удар, а Юви знала, что сейчас не время давать волю страху. Нужно думать. И найти выход. Что он есть, она не сомневалась.

Оба прекрасно владели клинком, практически не уступая друг другу в физической силе. Обнаженные торсы мигом покрылись потом. И вот Рита вскрикнула, когда Виктор сделал обманный выпад вправо, после чего нанес удар с левой стороны, полоснув Риока по предплечью. Легионер не растерялся и нанес ответный удар, задев Виктора под ребрами. Не глубоко, но достаточно, чтобы внутри у Юви все похолодело. Пострадал ее мужчина. Она снова взглянула на Октавиана – возможно, удастся переубедить его? Она в этом сильно сомневалась. Бой уже начался, и как бы Октавиан ни ухаживал за ней, он вряд ли поступится своей репутацией.

Да и Виктор. Он не простит ей, если она будет заступаться за него. Оставалось лишь ждать.

Но тут произошло неожиданное. Лицо Риока на миг исказилось, мускулы шеи напряглись до предела, он занес руку для нового удара, но Юви видела, как легионер дрожит.

Будто он сопротивлялся. Его глаза потемнели, а может ей просто показалось. Красивые черты лица сменились страшной гримасой.

Сейчас он как никогда походил на уродливых деструкторов.

Он боролся с собой, со своей натурой, которая всплывала на поверхность.

Юви внимательнее присмотрелась к Октавиану. Если Рита говорила правду, он обладал артефактом, который управлял деструкторами. И этот же артефакт каким-то образом помогал ему открывать ключи Ремесиса. Сейчас Юви не увидела на нем позолоченного венка– короны, только множество цепей и подвесок, драгоценных брошек, перстней.

Зачем он носил всю эту мишуру?

Юви он вовсе не показался жадным до сокровищ. Если только…

Если только он не пытался замаскировать нечто важное. Как, к примеру, артефакт.

Она все же покинула Риту и двинулась к Октавиану. В этот момент Риок пошел в наступление, и Виктор, к ее удивлению, замер на месте, хватаясь за рану на животе. Ведь она не могла быть такой серьезной? Это просто ссадина, так? Однако его лицо говорило об обратном. Вот он упал на одно колено…

Риок в два уверенных шага подошел к нему и занес стигу для удара, тоже замерев. И тут Юви ощутила ту беспредельную пустоту, которую несли с собой деструкторы. Как та, с которой она боролась на испытании черепашьим перстнем. Риок воздействовал на Виктора! Разве сможет Архитектор устоять перед магией разрушения, не используя свою? И даже если будет использовать, хватит ли ему сил?

Юви добралась до Октавиана и встала рядом.

Он ее словно бы не заметил, полностью сосредоточенный на бое. Юви окинула взглядом его украшения, пытаясь понять – какое именно обладало столь огромной силой, чтобы управлять деструктором. Но все талисманы на цепях и перстни казались ей одинаковыми – различался лишь цвет камней: красный, желтый, туманно– черный, изумрудный, прозрачный как вода.

На долю секунды она встретилась взглядом с Виктором, и он легонько качнул головой.

«Нет, не вмешивайся».

Еще немного, и Риок нанесет решающий удар. Очевидно, он мучил Виктора изнутри, разрушая сам его ремесис… Могла ли она как-то поделиться с ним своей силой по их тайной связи?

Не успела Юви обратиться к ремесису, как Виктор пошевелился, перебарывая себя, и одним стремительным ударом вонзил стигу в живот Риока.

Закричала Рита, ахнули все собравшиеся, Октавиан с такой силой сдавил подлокотники трона, что его руки стали совсем белыми.

Мгновение тишины, а в следующую секунду Риок рухнул на землю, и из раны потекла кровь.

Виктор встал, непоколебимый лидер своего народа, бросил взгляд на Октавиана, отказываясь взглянуть на Юви, и направился к Рите, поймав сестру на бегу, когда она хотела броситься к лежавшему на земле Риоку. Слезы струились по ее лицу, но Виктор оттащил Риту в сторону и встряхнул, будто тем самым мог привести ее в чувство.

Все происходившее казалось Юви страшным сном, но глубоко внутри теплилось эгоистичное чувство радости – Виктор был жив. И пока только это имело значение.

– Юстиана, – у слышала она его хриплый голос и не сразу поняла, к кому он обращается, – отведи Риту к автомобилю. Мы едем домой.

Октавиан вышел вперед, прикрывая собой Юви.

– Она останется здесь.

Слишком категорично. В груди Юви зашевелилось недовольство.

– Ваше Императорское…

– Ты ведь останешься? – Октавиан повернулся к ней и с тревогой вгляделся в ее лицо.

– Мне нужно уехать. Я… я не могу… не сейчас.

– Что насчет нашего уговора, Октавиан? – спросил Виктор.

– Ты решишь, как наказать их, но они останутся здесь, под стражей, – сухо ответил Император.

– Могу я забрать одного пленника? Этому мальчику, кажется, совсем нездоровится. Да и, похоже, что от него мало толку, вы сами это видели.

Октавиан все так же смотрел на нее.

– Юстиана?

– Я хочу уехать.

– Хорошо. Забирайте мальчишку.

Ей стало трудно дышать, хотелось побыстрее умчаться подальше от этого дворца. Нужно было пространство, чтобы нормально обо всем подумать.

Виктор… Виктор убил Риока… Это не укладывалось в голове. А Октавиан… очевидно, он что-то сделал, как-то повлиял на легионера. Сейчас она не могла оставаться рядом с ним.

В глазах Императора стояла невыносимая грусть, и на мгновение Юви замешкалась. Могла ли она ошибиться в своих догадках?

Однако она прошла мимо Октавиана, мимо Виктора, который, судя по его виду, мог в любую минуту взорваться, мимо неподвижного тела человека, который за короткий срок успел понравиться ей, а потом перевернуть все вверх дном, к Рите, молча оплакивающей возлюбленного.

Она уходила прочь. И, самое странное, Император ее не держал.

V

Он подхватил на руки мальчишку, который до сих пор пребывал в полубессознательном состоянии. Юви держалась на расстоянии, словно боялась подходить к Роши, а может и к нему самому. Виктор мог ее понять, но надеялся, что и она поймет его.

Юви помогла Рите выбраться из машины – сестра накинула на лицо черную кружевную вуаль, скрываясь ото всех.

Но стоило им подойти к дверям дома, как Виктор почуял неладное. Дом посылал ему тревожный сигнал. Внутри у Виктора и так все пылало после боя. Ремесис утекал по капле, и он никак не мог остановить этот процесс. Новая стычка прямо сейчас могла и вовсе подкосить его, особенно при встрече с очередным деструктором.

Однако тут из тени золотистых елей, покачиваясь от собственных ран, вышел человек. Довольно молодой мужчина, мартимьянин.

– Кортис! – взвизгнула Юви. – Что с тобой случилось?

При виде Юви измученное лицо человека потеплело, но вот он перевел взгляд на Виктора, и всякое тепло исчезло.

– Некоторые сбежали от псов императора, я в их числе. – Он переключился на Виктора. – Ты…

Несмотря на множество ран и ссадин, мужчина сделал рывок в его сторону, занес кулак, но рухнул на колени, застонав от боли.

– Стражи Дома, явитесь ко мне, – скрипя зубами, прошептал Виктор.

Не так быстро, как ему хотелось, ожили две мужские статуи, прежде дремавшие в арке, и подхватили раненого на руки. Виктору совсем не понравилось, как крошились их стопы при каждом шаге – ему попросту не хватало сейчас сил.

Жительницы дома выбежали им навстречу, принимая эту пострадавшую компанию. Они словно все вернулись с полей сражений. Мама и Мариэ взялись отпаивать Риту настойками, по ходу выясняя, что случилось, Ксиу и Юви помогли Кортису, устраивая его на диване в комнате для гостей. Когда спустилась Адора и окинула всех взглядом, немедля пошла за водой и бинтами, принимаясь за раненного Кортиса. На вид он был самым пострадавшим из них, и его раны требовали немедленного ухода.

Адора удивила Виктора, он бы и не подумал, что она не побоится вида крови и с такой легкостью возьмется за обработку ран. Если прежде он считал ее белоручкой, то теперь взглянул на девушку иначе. Он слишком мало знал ее.

Увидев, что Кортис в надежных руках, Юви подошла к Виктору и велела отнести мальчика к ней в комнату.

– Он так похож на Роши, – прошептала она. – Только вот волосы… у него никогда не было светлых волос, как у меня.

– Сходство поразительное, – согласился Виктор, оставляя парнишку на ее кровати. Сам он слегка пошатнулся, вновь хватаясь за живот. Неприятное чувство внутри не исчезало, хотя он знал, что отделался легким испугом. В отличие от Риока.

Юви позвала Мариэ (отсутствие Дженни чувствовалось сейчас как никогда) и попросила присмотреть за мальчиком, а сама повела Виктора наверх, в его спальню. Он не возражал. Среди всей этой кутерьмы ему просто хотелось лечь и отдохнуть.

Когда они оказались наедине, Юви осторожно сняла с него рубашку, которую он наспех накинул на себя. После она промыла рану под ребрами, касаясь ее предельно аккуратно. Брови ее были сведены на переносице, а на лбу пролегла забавная морщинка.

Виктор не удержался, притянул девушку к себе и поцеловал. Юви сопротивлялась лишь мгновение, после чего ее губы стали мягкими и податливыми. Этот поцелуй – его лучшее лекарство.

Юви отстранилась.

– Виктор, давай сначала позаботимся о ране. Правда, – растерянно проговорила Юви, – она совсем не глубокая. Могу предположить, что задет ремесис, так?

Виктор кивнул.

– Ты чувствуешь это? – хрипло спросил он.

– Я учую деструкторов где угодно.

– И все же Риок нас провел.

– Этого не отнять. Он совсем не такой, как другие. Был не такой.

Их взгляды встретились, но Виктор ничего не мог прочесть в ее зеленых глазах.

– Отдохни, – наконец сказала она, – а я попробую что-нибудь сделать для твоего ремесиса.

Он повиновался, восторженно следя за изящным движением ее рук. Танец зарождался на кончиках ее пальцев, переходя в кисти и дальше, в плечи, грудь, талию. Он мог любоваться ею вечно.

Внутри потеплело, по венам потекла живительная сила ремесиса.

– Я думал, что ключ Белой Тейры утрачен, – выдохнул Виктор.

– И я тоже так думала, – шепотом ответила Юви, – но может ключ вовсе и не нужен мне, он уже открыл то, что требовалось открыть, – загадочно проговорила она, встревожив Виктора. – А теперь хватит отвлекать меня.

* * *

Когда Виктор пришел в себя, Юви рядом не оказалось, а на его кровати дремала Адора.

Он встрепенулся, и девушка проснулась. Ее голубые глаза были встревожены.

– Как ты, принц Виктор? – на удивление сладким голосом проговорила она. Раньше он не замечал этой певучести. – Я узнала, что произошло. В этом доме всегда так весело?

Солнце золотило ее русые, слегка рыжеватые волосы, придавая мягкость всему облику.

– Скучать не приходится, – отозвался Виктор. – Долго я спал?

– Почти сутки. Ваша Белая Тейра ходит по дому и всех исцеляет направо и налево. Это вообще нормально?

Виктор помедлил, обдумывая дальнейшие шаги.

– Прости, Адора, но мне придется на время запереть тебя здесь. Ты не сможешь выезжать несколько дней. О таких вещах никто не должен знать.

Она нахмурилась.

– То есть, мало того, что мне пришлось выйти за тебя замуж, так я еще и пленница теперь? А я искренне переживала за тебя.

– Не стоило. Ты же знаешь, что наш брак не настоящий. Я никогда не любил тебя и не полюблю.

Адора поднялась с кровати и хмыкнула, встряхивая рыжеватыми кудряшками.

– Вот так новость! Ну а кого ты любишь? Ее? Эту маленькую целительницу?

Виктор промолчал. Адора слишком много знала о Юви, а если расскажет обо всем Императору…

– Я думала, мы могли хотя бы попытаться, но теперь вижу, что все бесполезно! Я лишь сосуд для твоего ребенка. И то ты даже ни разу не пришел ко мне. Какой уж там ребенок! А ты понимаешь, что если у нас ничего не выйдет, Октавиан избавится от меня и пришлет тебе новую жену?

– Избавится от тебя? – насторожился Виктор.

– Конечно, а как же еще! Если я не дам того, что от меня требуется… вся моя семья и я…

На глаза Адоры навернулись слезы.

– Подумай об этом, принц. Мир вертится не только вокруг тебя и твоего Дома. Но я могу стать тебе надежной опорой, если ты согласишься действовать сообща. Я знаю, как ты ненавидишь Императора. Поверь, я не меньше. Возможно, однажды я расскажу тебе свою историю.

После ее ухода Виктор привел себя в порядок и спустился вниз. Все складывалось не самым лучшим образом, но выбирать не приходилось. Жертвы будут все равно, так или иначе.

Он обошел всех обитателей дома, чтобы убедиться в самочувствии каждого. Рита не вставала с постели, поглощая успокоительное, а когда он вошел, отвернулась к стене. Лишь еле заметно дрожали ее плечи, пока она тихо плакала.

Виктор молча оставил сестру, сейчас не было смысла разговаривать с ней.

Юви он нашел рядом с пареньком.

– Как он? – спросил Виктор, заходя в ее спальню.

– Не приходит в себя. И он такой холодный. Даже ремесис на него не действует.

– Я слышал, что ты учинила здесь настоящее представление. Ты ведь понимаешь, что тут Адора, зачем ты…

– Она все равно видела меня. Когда я была в твоей спальне и танцевала. Она знает о нас и даже успела доложить Императору. Не было нужды скрываться. Будь что будет.

– Нет, Юви, сейчас нам нельзя оступиться. Нужно выработать план.

Она лишь дернула плечом.

– О каком плане ты говоришь? Я совершенно запуталась.

– Иди сюда.

Виктор привлек ее к себе и погладил по отросшим волосам. Она крепко обняла его и устало посмотрела снизу вверх.

– Ты сама потратила много сил. В прошлый раз ты чуть не погибла, когда применила Белую Тейру.

– Это было в прошлый раз, – ответила она сонно. – Я пытаюсь понять эту силу, разобраться в ней. И чем больше я смотрю внутрь себя… у меня такое странное чувство Виктор. Будто я – это не совсем я.

– О чем ты?

– Я бы хотела тебе показать, но не здесь. Давай вечером сбежим?

Он поцеловал ее в макушку.

– Обязательно.

На пороге вдруг появилась Лалибэй.

– Там этот дяденька, он зовет тебя, Юви. Хочет что-то сказать.

Виктор посмотрел на младшую сестру, которая не сводила испуганного взгляда с Роши.

– В чем дело, Лали?

– Это он. – Губы девочки задрожали.

– Что он?

– Это он убил меня, я вспомнила.

Виктор и Юви встревоженно переглянулись.

– Идем к Кортису, – сказала Юви. – Может он все прояснит.

Когда они спустились в гостевую комнату, Кортис волком посмотрел на Виктора, но все же решил вести себя сдержанно.

– Ты должен рассказать мне все как есть, Кортис, – попросила его Юви. – Я устала от этих тайн и лжи. Кто этот мальчик? Почему он так похож на Роши?

– Это и есть Роши, – ответил Кортис. – Мы оживили его.

– Но как это возможно? И кто мы?

– Когда ты отказалась возглавить нас, мне пришлось искать другой способ вести «журавлей». Им нужен был лидер. Твой отец собрал воедино стольких людей, чтобы защитить тебя. Но ты просто взяла и ушла. К нему! – Он сверкнул взглядом в сторону Виктора. – И тогда мне встретился тот человек. Риок. Мы сошлись случайно. Ему было плохо, мне еще хуже, мы напились. И разговорились. Он сказал, что знает, как мне помочь.

– И ты с радостью согласился воспользоваться услугами деструктора!

– Ты не оставила мне выбора, Юстиана. Кто-то должен был подумать о народе.

– Рассказывай дальше.

– Он обмолвился, что его сила способна не только разрушать. Он может вернуть человека из царства мертвых. На время…

– На время? Вернуть? Так значит это правда Роши? О чем ты только думал!

Виктор обнял ее за плечи, призывая успокоиться.

– Зачем ему было воскрешать Роши? – спросил он у Кортиса.

– Это была моя идея, – ответил тот. – Роши обладал ремесисом, он мог противостоять тебе, Виктор. И он мог возглавить наше движение. Риок хотел добраться до тебя и вывезти отсюда твоих сестер, раз этого не смог сделать ты. Он был заодно с нами. И, насколько я знаю, поплатился за это, да, Виктор? – язвительно произнес Кортис.

– Что произошло той ночью, когда вы похитили Лали? – игнорируя его замечание, спросил Виктор.

– Все шло по плану. Но тут Роши перестал слушаться Риока. А сила мальчика… она оказалась совсем не такой, как мы думали.

– И пострадала Лалибэй, ни в чем не повинная девочка, – тихо прорычал Виктор. Теперь уже Юви пришлось сдерживать его, чтобы он не набросился на Кортиса. – Какие же вы идиоты. Вы, кто не обладает ремесисом, думаете, можно играть с ним, как вам захочется. Неужели вам было мало того, что сделал Аугуст, когда захватил Ремесис? Он тоже не понимал.

– Все, Виктор, пойдем. Уходим отсюда. – Юви оттащила его в сторону. – Нам нужно многое обдумать и решить, что делать дальше.

U

Шли дни, а Роши так и пребывал в бессознательном состоянии, на грани жизни и смерти. Лалибэй, которая сначала смертельно боялась оставаться с ним в одной комнате, теперь стала приходить сама и даже вызывалась посидеть рядом, чтобы дать знать другим, когда он очнется.

Юви было неспокойно на душе: отчасти ей хотелось, чтобы брат и впрямь ожил, ведь они столько пережили после его гибели, а мама… Вдруг мама стала бы прежней, увидь она своего воскресшего сына? Вдруг бы к ней вернулся рассудок? Сейчас она жила на юге под присмотром Ройвинов и даже не помнила, кто такая Юви.

Девушка старалась вытеснить из головы эти мрачные мысли и сосредоточиться на главном – как вернуть все на круги своя?

Когда она только приехала в Шаттрли, то думала о своем народе, о деле, которое ей передал отец. Теперь же она не могла не считаться с Виктором и своими чувствами к нему. Именно его облик явился к ней, стоило ступить на землю Ремесиса. Могло ли это быть случайностью? Конечно, нет. Магия сама свела их.

По ночам они сбегали из особняка, ставшего слишком тесным. Кортис медленно, но верно шел на поправку, окруженный женской заботой. Адоре Виктор запретил покидать особняк без его ведома, и теперь она постоянно попадалась Юви на глаза. Находиться рядом с этой шпионкой фениксов было невыносимо, но Юви так и не рассказала об этом Виктору, решив выяснить все сама. У Виктора и так было полно забот.

Мариэ пыталась хоть как-то управлять домом, ведь самочувствие госпожи Меримьян ухудшалось с каждым днем – мать не могла видеть, как страдает ее дочь. А Рита и впрямь была бледнее смерти и не появлялась ни на завтрак, ни на обед, пытаясь изморить себя голодом или просто больше не заботясь о таких вещах.

В один из таких унылых дней вернулась домой Дженни – Октавиан выполнил свое обещание отпустить девушку. Правда, счастливой ее было не назвать.

Уходя от повисшего в доме напряжения, Юви бросалась в объятия Виктора. Он неизменно встречал ее на яхте, перекочевавшей подальше от дворцовых вод. Стоило им остаться вдвоем, и он не отпускал ее ни на секунду. И даже когда они выбирались потренироваться на воде, скользя по поверхности с помощью ремесиса, он умудрялся тронуть ее будто бы невзначай или оставить легкий поцелуй на плече. Ему было мало, да и ей тоже.

С наступлением вечера Юви вновь примчалась к яхте, и Виктор с причала подхватил ее на руки и отнес в каюту, ставшую их уютным гнездышком.

– Я еле смогла дожить до вечера, – тихо прошептала Юви в перерыве между поцелуями.

– Я тоже…

Юви хотелось остаться здесь навсегда.

– А как же тренировки? Тебе не кажется, что мы уделяем… ммм… им слишком мало времени… не лучше ли…

Когда они оставались вдвоем, было сложно думать. Она могла лишь чувствовать, сопротивляясь лишь ради забавы. Юви принадлежала Виктору целиком и полностью.

Иного она и представить себе не могла. Они идеально подходили друг другу.

Когда они отправились на очередную тренировку, Виктор вновь показал Юви, как лучше сосредоточиться и удержать свою силу, а не выпускать ее потоком. Обычно она ухмылялась и говорила, что и так прекрасно со всем справляется, но Виктор умел убеждать и доказывать, что нет предела совершенству.

– Давай сегодня попробуем переход от Белой Тейры к Красной и обратно. Что думаешь? – предложил Виктор, делая вид, что она не сможет.

Они уже выяснили, что Юви не всегда требовались ключи, чтобы воспользоваться некоторыми свойствами Тейр. Ключи будто отворили в ней некие сокрытые доселе двери.

– Ну, хорошо, – проговорила Юви, принимая вызов. Они опустились на воду, скользя по поверхности, касаясь легких волн кончиками пальцев. Юви обратилась к воздушным потокам вокруг себя и вновь заглянула внутрь, ища тот холодный свет, который неизменно вел к Спасительнице – Белой Тейре.

Ее волосы росли стремительно, обретая знакомый ей с детства цвет. Они легли на воду, напоминая морскую пену.

– Отлично, – подбодрил ее Виктор. – Я дам тебе небольшой импульс для начала…

Но не успел он договорить, как цвет ее волос начал меняться, словно вода превратилась в кровь – светлые локоны насыщались алым сиянием, пока не стали багровыми, как закатное небо. Даже ее кожа обрела пунцовый оттенок, будто Юви слишком много времени провела на солнце, а по лицу, шее и рукам пошли красные узоры.

Юви восторженно воскликнула, не в силах сдержать эмоций. Это было непередаваемое чувство. Находясь в теле Белой или Красной Тейры, она испытывала особую силу и в то же время не переставала быть собой. Она полностью владела этим состоянием. Когда она обратилась в танец, Виктор замер, зачарованно глядя на нее. Краем глаза Юви посматривала на него – и видела в темных омутах его глаз безграничную любовь.

– Думаю, пока достаточно, – проговорил Виктор, шагнув к ней и остановив за руку. – Не трать силы. Они тебе еще понадобятся.

Вода под ними всколыхнулась. Еще и еще. На поверхности показалась огромная морда морского змея.

Виктор в один прыжок оказался возле Юви, загораживая ее от существа.

– Чудище залива Им, – выдохнул он.

– Что ему надо от нас? – спросила Юви, выглядывая из-за спины Виктора.

Голова иссиня– черного змея с длинными жгутиками– усами покачивалась на темной воде, почти сливаясь с ней.

– Он тоже из тайных стражей, – шепнул ей Виктор, – очень и очень древний, сама легенда.

Чудище отвернулось, подставляя мокрую чешуйчатую спину, словно приглашая. Из его пасти раздался гортанный звук.

– Он зовет нас, – поняла Юви.

Они с Виктором переглянулись и с опаской легли на спину морского змея. Виктор обхватил Юви рукой за талию, а она не смела даже шелохнуться и уж тем более превращаться в прежнюю себя. Может, в этом секрет появления чудища? Или даже выход из их положения? Вдруг все это поможет ей одолеть Империю Солид.

Об Императоре Юви старалась не думать. В душе ворочалось странное чувство.

Все эти дни Октавиан не приходил и в целом не проявлял никаких враждебных действий ни к семейству Виктора, ни к народу Ремесиса. Юви это беспокоило больше, чем она ожидала.

А в голове вертелся невысказанный вопрос: может, она и впрямь ему нравилась? И что ей тогда с этим делать?

V

Чудище Им привело их на остров, заросший лотосами. Тут и там мелькали озерца, покрытые розовыми, белыми, лиловыми цветами, с узкими песчаными дорожками между ними. Змей выбрался на сушу и вновь погрузился в самое большое из озер, сворачиваясь кольцом. Виктор и Юви спрыгнули на песок.

– Как здесь красиво! – ахнула девушка.

– Конечно, ведь здесь расцвел первый Шалукори, – проговорило чудище Им.

Виктор заметил, как вздрогнула Юви, и сжал ее ладонь.

– Шалукори… – повторила Юви.

Принц встревоженно смотрел на любимую – этот ее облик беспокоил его. Сначала она обернулась Спасительницей, соединила их запасной ключ и вернула к жизни Лалибэй. Не это ли сделал с мальчиком Риок, применив деструкцию? Виктор думал, что Юви лишилась сил Тейры, но она доказала обратное – вот, пожалуйста, теперь она с легкостью расхаживала в образе Красной Освободительницы. Больше всего Виктора пугала та простота, с которой Юви овладевала новыми навыками. Проклятье, да он не до конца понимал, с чем имеет дело – точнее, с кем. Но определенно Юви хранила ценный дар – слишком ценный, чтобы им пренебрегать. И он совершенно точно не собирался ввергнуть ее в пучину сражений между Солидом и Мартимом.

Как только у него окажутся ключи, он сам пойдет в наступление. Ждать осталось недолго. А пока он постарается помочь Юви разобраться в себе – от этого зависело ее будущее.

Как бы он хотел сказать «их будущее». Но это было невозможно.

Он должен насладиться каждым их днем, проведенным вместе. Каждым мгновением счастья на ее лице.

– Зачем ты привел нас сюда? – спросил Виктор у чудища. – И почему сейчас?

Морской змей фыркнул, будто посмеялся.

– Ты, правда, у меня об этом спрашиваешь, Архитектор?

Виктор недоуменно уставился на змея. Тот хотел поиграть в загадки?

– Я помню времена, когда распустился Шалукори, во всей своей красе, – проговорил змей шепчущим, но довольно громким голосом.

– Так кто же ты? – спросила Юви, приближаясь на шаг к чудищу, но Виктор не выпустил ее руки. Он не доверял этому существу.

– Я – Хамаки, тень Самуна, первейшая, но не единственная. Древнейший змей этих вод. Покровитель города Журавля и Лотоса. Я охраняю врата в мир глубины, скрытый под толщей воды.

– Мир глубины, – повторила Юви, посмотрев на Виктора.

Ее глаза меняли цвет от зеленого до рубинового и обратно. И ему это совсем не нравилось. В какой момент она перестанет быть самой собой? Ему бы хотелось, чтобы все было намного проще. Чтобы Юви снова стала той обычной девушкой, к которой он приезжал каждый год после их помолвки. Стоял в тени деревьев, следил, как она бегает по полям, как запускает в воздух бумажных журавликов или плетет венки. Он любил ее уже тогда. Но любит и сейчас, да, он любит и ее ремесис.

Все могло бы быть проще, но уже как есть.

– Глубина – это мертвый мир, – проговорил змей. – Из моей крови рождена ночь и тьма. Когда-то давно Самун отсек мне часть хвоста, чтобы создать тень для своей жены – Белой Тейры. Я помню, в какой ярости он был. Он пытался все уравнять… да… это дорого ему стоило. Правда? Так ведь было?

Змей тряхнул головой, а Юви и Виктор переглянулись. Им откуда это было знать? Возможно, Змей был безумен. Как доверять тому, что он говорит?

– Но порядок был нарушен. Одним из людей. То, что строилось тысячелетиями, уничтожилось в один миг. И я раскаиваюсь.

– В чем? – спросил Виктор.

– Правда, мне очень жаль. Моя дурная кровь породила эти бесчинства. Всего лишь капля. Ставшая кристаллом.

Меня обманули, меня – вечного змея… – Он устало мотнул головой и зевнул.

– Кто это был? Что это за кристалл? – наперебой спросили Юви и Виктор.

– Тень Самуна… Я – тень Самуна… Я – хранитель ночи, глубины и разрушений… Но я так стар, что не в силах припомнить всего. Я сделал все, что мог. А теперь обратитесь к Хранителям Муз. Может они знают, кто забрал сокровище. Они все знают, все…

Чудище засопело, длинные усы чуть подрагивали, касаясь лепестков лотосов.

– Инимариса, – выдохнул змей. – Моя красавица, Инима…

С этими словами змей уснул. И как бы Юви ни пыталась расшевелить его, ничего не выходило.

– Что ж, надо выбираться отсюда, – сказал ей Виктор, глядя на темные воды залива.

Глава 16. Тайный Архив

Всю жизнь я видела, как мужчины управляют магией и миром. Но мы все появляемся на свет с внутренней незримой энергией. Она утекает из нас и наполняет нас – с пищей или с правильно заваренным чаем.

Чай нужно уважать. В свою очередь, он учит тебя уважать себя и близкого тебе человека. Мы по-разному воспринимаем времена года, свет или тьму, шум или тишину. Подобно этому отличаем мы дурно заваренный чай от хорошего.

Знаете ли вы традицию связывания чаев? Любоваться тем, как распускаются его листья, демонстрируя хрупкую и прекрасную сердцевину, одно удовольствие.

Если кто решит, что распускается цветок лишь потехи ради, будет он глуп. Цветок никогда не распускается зря.

Листья, собранные в сезон дождей, впитывают всю горечь и скорбь небес. Используй хризантему или камелию, амарант и пион, но для ясности зрения лучше всего подойдет лотос, крохотное дитя цветка Шалукори, воистину императорского растения. В чае можно увидеть судьбу.

И я вижу свою.

В час тоски и уныния – заваривай чай. Пусть он станет соленым от твоих слез, но сладким от прекрасных цветов.

Позволь им распуститься.

Как правильно заваривать чай, записки Риты Меримьян, Тайный Архив

U

Она проспала всего два часа до рассвета, но в сон то и дело просачивались странные образы из древних легенд вперемешку с тревожными мыслями. Слова змея Хамаки не шли из головы, и Юви то и дело просыпалась с осознанием, будто она что-то упускает из виду. А все ответы, все ключи – прямо перед ней.

Когда Юви пришла в гостевую комнату, куда переселили ее брата, то застала там Лали. Девочка спала в кресле, закутавшись в плед. В руках она держала книгу сказок, прижавшись к ней головой, как к подушке. Лалибэй читала для Роши сказки? Возможно, брат и не слышал ее, будучи сознанием в царстве мертвых, хоть его тело находилось здесь, целое и невредимое. Минувшие пять лет никак не коснулись его, разве что волосы побелели, и теперь Юви и Роши как никогда походили друг на друга.

Воскрешение Роши было связано с силой деструкторов, а те в свою очередь подчинялись Тени. Артефакт, который хранил у себя Октавиан, мог бы пролить свет и на эту напасть. Октавиан мог управлять Тенью, как до этого его отец. Так и пал Великий Город, сраженный Тенью.

Однако змей упомянул Хранителей Муз. Что он имел в виду?

Взгляд Юви вновь упал на книгу, и она попыталась осторожно забрать ее у Лали – однажды та упомянула сказку о девочке с волшебными белыми волосами. Солидийцы уничтожили многие памятники их культуры, но эта книга чудом сохранилась. Может, и не только она, но где хранились эти тайные знания?

Лали шевельнулась, крепче цепляясь за книгу, а потом встрепенулась и уставилась на Юви своими огромными темными глазами той же очаровательной миндалевидной формы, что и у Виктора.

– Юви? Я тут задремала…

– Он не приходил в себя? – спросила Юви, кинув взгляд на брата.

Лали мотнула растрепавшимися кудряшками, а Юви снова потянулась к книге.

– Можно?

– Конечно, – растерянно ответила девочка и зевнула.

– Помнишь, ты говорила мне про одну сказку… она напомнила тебе обо мне. Что это за история? Можешь показать?

Лалибэй охотно кивнула и открыла книгу на нужной странице. Юви остолбенела, словно бы увидев себя со стороны. Маленькая светловолосая девочка замерла в прекрасном па над лотосовым прудом. Она развела руки в стороны, напоминая маленького журавлика. Юви забрала книгу и отошла к окну с широким подоконником, где и устроилась.

Девушка мельком пробежала взглядом по строчкам, впитывая каждое слово. Легенда рассказывала о девочке с особым даром ремесиса – сама природа сделала ее такой, чтобы с помощью нее восстановить свои силы. В те дни стояла ужасная засуха, погибали растения и плодовые деревья, пересыхали водоемы, трескалась земля, умирали женщины и мужчины, даже те, кто обладал магией. Словно эта жара наносила урон самому их ремесису. И только эта девочка хранила в себе живительную силу Белой Тейры.

Юви замерла, приложив руку к груди. Это ведь всего лишь сказка, да?

А что есть сказки, если не средоточие мудрости народа? Мама всегда повторяла ей, что в сказках скрыта истина. Знали ли ее родители об этой истории?

Юви вернулась к чтению. По ее лицу заструились слезы – чтобы спасти всех, девочке пришлось пожертвовать собой. Она была нужна лишь для восстановления равновесия в природе, а после превратилась в прекрасный цветок лотоса. Она покачивалась на озерной глади, когда над водой показалась черная тень. Огромный журавль спустился, чтобы попить, но вот он увидел цветок и произнес прощальные слова:

– Жаль, что я не успел тебя спасти…

История показалась Юви столь грустной, что она больше не могла сдерживать слез. Она плакала за всех, кому когда-либо пришлось страдать. И неприглядная правда все больше обнажала себя – рано или поздно Юви придется пойти на этот шаг, на самый последний танец. Она сама нужна лишь для того, чтобы спасти Ремесис, разве не так?

– Откуда у тебя эта книга? – спросила Юви у девочки, которая теперь и сама плакала.

– Мне подарил ее папа, еще когда был жив. У него огромная библиотека, доставшаяся принцу Виктору.

Библиотека, хранилище знаний…

Юви оставила Лалибэй и побежала в кабинет Виктора. Принца на месте не оказалось, и она решила сама взглянуть на коллекцию книг. Вдруг что-то подскажет ей, где искать правду. Пока она перебирала книги, кто-то хмыкнул у нее за спиной.

Обернувшись, Юви встретилась взглядом с женщиной с картины.

– Ну, здравствуй, малышка, – сказала та.

– Здравствуйте, – ответила Юви, ничему уже не удивляясь.

Ей и раньше пару раз казалось, что картина не так проста, как выглядит.

– Ищешь что-то определенное? – спросила женщина, изгибая красивые брови.

– Можно сказать и так. А вы здешний страж?

– Можно сказать и так, – ответила женщина ее же словами.

– Тогда вдруг вы знаете, кто такие Хранители Муз, и где найти их?

Женщина на некоторое время замолчала, перестав шевелиться. Юви было подумала, что она вновь стала обычной картиной. Но вот женщина вновь ожила и улыбнулась Юви уголками губ.

– Я вижу, что ты и впрямь знаешь, что ищешь. Виктор не ошибся в тебе.

Это ее замечание совсем не понравилось Юви.

– В чем именно он не…

– Хранителей Муз ты найдешь в Тайном Архиве. Если ты не глупа, то знаешь, что значит архив. Это не только древнее место, наполненное силой, это и главный чертог знаний. Но будь осторожна, ты можешь высвободить то, что вовсе не желала. И кстати, у нас, похоже, гости.

Женщина кивнула в сторону окна. Юви подбежала к нему и чуть приоткрыла штору, заметив, как к дому подъезжает черный автомобиль с имперским гербом Солида. Внутри все похолодело. Неужели Октавиан? И впрямь, дверцы открылись, и из машины сначала вышли трое в плащах с золотой отделкой. Деструкторы. Следом она увидела светлую голову Императора. Он явился при полном параде, в идеальном черном мундире, при всех своих регалиях. Октавиан поднял голову, словно почувствовал, что она следит за ним, и Юви немедленно скрылась за шторой.

Что же делать? Неужели она, правда, думала, что Император отпустит ее?

Но вместе с этим внутри появилось и странное волнение. Она глянула в зеркало – нужно немедленно привести себя в порядок.

– Лети, лети, птичка, – крикнула ей вслед женщина в картине. – Главное, не разбейся.

Какая милая дама, успела подумать Юви и тут же врезалась в Риту. Та выглядела повеселевшей, и даже румянец вернулся к ней. Она была в красивом платье – черное кружево лежало поверх белого атласа, который словно бы светился изнутри. Красные губы растянулись в улыбке.

– Там Император приехал, – выпалила Юви.

– Правда? – отстраненно спросила Рита. – Я как раз собиралась спуститься вниз. Встречу его как настоящая леди.

Голос Риты хоть и был оживленным, все же звучал слегка натянуто. Но может это лучше, чем проводить дни напролет, не вставая с постели.

– Скажи, я скоро спущусь. Мне только нужно переодеться, – сказала Юви.

А где же сейчас Виктор? Где Виктор, страж его побери!

Спустившись вниз, Юви сразу попала под пристальный взгляд Октавиана. Виктора как назло нигде не было. Он мог бы оградить Юви от себя самой!

– Юстиана, – шагнул к ней Император, беря за руку. – Я бы хотел поговорить с тобой. Наедине. – Его аметистовый взгляд буквально околдовывал.

– Думаю, вы все успеете, – сказала Рита, – но сначала давайте попьем чаю.

– Да, Октавиан, хорошая мысль.

Юви хотела поддержать Риту, пусть это и видимость, что та пришла в чувство – но может сейчас ей как раз требовалось немного общения. К тому же Юви беспокоила сама мысль остаться наедине с Октавианом.

– Отлично, выпьем чая, – согласился он.

Император устроился за круглым столом в малой столовой, рядом сели Дженни и Ксиу. Мариэ скорее всего была с Адорой и Кортисом – не приведи ремесис, Октавиан встретится с кем-то из них. Один был беглецом, другая могла все рассказать о Юви и ее силе.

Юви тоже села, кожу неприятно пощипывало от одного присутствия деструкторов в этой комнате. Они стояли в стороне, капюшоны полностью скрывали их лица. Юви и не горела желанием на них смотреть.

Рита засуетилась, устроив целую чайную церемонию. Ее красивые длинные кисти скользили над чашками и блюдцами, над подносом и чайником, напоминая танец.

– Тебе помочь? – спросила Юви.

– Нет-нет! Я справлюсь сама, – ответила Рита, но Юви заметила, как задрожали вдруг ее руки.

Наверняка она еле сдерживала внутри слезы по своему возлюбленному. Чаинки нечаянно рассыпались, вызвав недовольный возглас Риты, но она тут же собрала их и выбросила.

Разливая чай по чашечкам, сделанным из бледно-зеленого нефрита, Рита пояснила:

– Этот чай называется «Лотос первой любви».

За отдельным столиком она собрала все чашки на поднос и принесла им, раздавая.

– Как поэтично, – отозвалась Дженни, все это время сидевшая молча, как каменная статуя.

– И впрямь, – усмехнулся Октавиан, принимая от Риты чашку. Он поднес ее к губам, но в следующую секунду протянул Юви. – Название уж слишком прекрасно, чтобы не разделить этот чай вместе с той, кто пробралась ко мне в сердце.

Юви чуть смущенно приняла чашку от Императора. От бледно– розовой жидкости шел приятный сладковатый аромат. Лотос первой любви… Если бы только Октавиан знал, что это место уже было занято.

Стоило ее губам коснуться края чашки, как ту выдернули у нее из рук – Рита опустошила чашку в два стремительных глотка.

– Как бы там ни было, – надменно проговорила она, – это я самая старшая из императорских леди.

Она уронила чашку, и та разбилась вдребезги, а сама Рита, ссутулившись, быстрым шагом направилась к двери. Юви кинулась следом. Ей следовало понять, как нестабильна сейчас Рита, и любое слово могло разбередить ее рану. Но в дверях Рита обернулась и внезапно обняла ее, шепнув на ухо.

– Помни, милая, вы с Виктором обязаны быть вместе. Для истинной любви границ нет.

Один из плащей шевельнулся, сделав шаг в их сторону.

Рита отстранилась и грустно посмотрела на Юви, словно благословляла ее, после чего вышла из комнаты. Юви посмотрела ей вслед, но тут у нее за спиной вырос Император, кладя руки ей на плечи.

– Пойдем отсюда в более укромное место, – проговорил он, разворачивая Юви к себе.

Справа от него к ним приближался деструктор, очевидно, чтобы сопровождать Октавиана. Юви на миг взглянула на охранника, его капюшон чуть сбился на бок, и тут она увидела его лицо. Ей хотелось вскрикнуть, но она лишь прикрыла рот ладонью.

– Риок, – прошептала она сквозь пальцы. В его синих глазах стояла пустота. Юви перевела взгляд на Императора. – Да, пожалуй, нам надо поговорить.

Они вошли в небольшую гостиную, закрывая за собой двери. Риок остался за порогом, а Юви пыталась уложить все в голове.

Октавиан немедленно взял ее за руки и притянул к себе.

– Я не мог больше оставаться в стороне, Юстиана. Я чуть не сошел с ума.

От него шел пряный аромат – корица, гвоздика, горький апельсин. Юви опустила взгляд на их сомкнутые руки, на обилие перстней с переливающимися камнями. Один – черный, подернутый туманной пеленой, – выделялся отсутствием блеска и какой-либо роскоши. Юви внимательнее всмотрелась в него, на миг ощутила исходящую от него энергетику, под ложечкой неприятно засосало, но в эту секунду ладони Октавиана поднялись выше, обхватывая ее лицо. А следом поцелуй… такой стремительный и жадный, что она не успела сообразить.

– Как же я ждал, – выдохнул Октавиан, отстраняясь от нее, только чтобы вновь овладеть ее губами.

В животе у Юви стрельнуло, когда она уловила знакомую волну ремесиса – их тайная связь с Виктором крепчала, и она почувствовала его совсем близко.

Нет, нет, нет…

Громкие шаги за дверью. Она попыталась вырваться, но Октавиан лишь крепче прижал ее к себе.

V

Завидев возле дома машину Императора, Виктор как сумасшедший вбежал в дом. Только чтобы наткнуться на двух деструкторов и ошарашенных сестер – Ксиу и Дженни. Обе выглядели неважно. Еще бы, деструкторы могли напугать кого угодно.

После острова, куда их привел змей, Виктор перерыл все библиотеки и опросил всех откликнувшихся стражей, но не нашел ничего стоящего о Тени Самуна. Сейчас это знание пригодилось бы ему как никогда.

Не увидев Юви, он моментально догадался, что Октавиан приехал за ней. Тогда Виктор нащупал связь между их ремесисом и пошел по ней, как по ниточке. Значит, они были наедине… где-то здесь, в его доме.

Когда он понял, куда идти, на его пути выросла тень. Человек в плаще скинул капюшон и уставился на него стеклянными синими глазами.

– Риок, – выдохнул Виктор, кладя руку на плечо другу.

– Принц Виктор, – сквозь зубы выговорил тот. Лицо его посерело.

– Значит, тебе удалось?

Мужчина еле заметно кивнул.

Он сделал шаг, еще один.

– Мне велено… избавиться… от мальчика…

Виктор попробовал остановить его, но тот упрямо шел напролом. Там, за дверью была Юви, он чувствовал это. Но что будет, если Риок убьет Роши теперь, когда мальчик только вернулся к жизни?

– Стой, стой, тебе говорю.

Риок оттолкнул его в сторону.

– Не могу. Таков мой приказ. Сопротивляться ему… я больше не могу.

Виктор попробовал сдержать его ремесисом, но этого хватило ненадолго – лишь чтобы отвести Риока в сторону, затолкав в кабинет Мариэ. Деструктор капля за каплей разрушал оковы.

– Борись, Риок, вспомни наши тренировки. У тебя же получалось.

– Тяжело… рана еще не затянулась, и мне очень тяжело…

– Соберись! Я не хочу снова навредить тебе!

– Но придется…

Виктор достал ключ Красной Тейры, который ему доверила Юви, призывая стража. Вспыхнуло пламя свечей в изогнутых канделябрах и в комнате появились две огненные лисицы, которые обвили руки Риока, помогая сдержать его.

– Почему ему нужен Роши?

– Ты же знаешь, я не могу сказать тебе. Как и многое другое. Это не зависит от моего желания.

Виктор кивнул. Он прекрасно знал, кто такой Риок и зачем его приставили к нему. Они часто общались полунамеками, но научились понимать друг друга. Риок не мог изменить своему хозяину, не мог сказать правды, но вот направить Виктора… иногда контроль Императора ослабевал, и они даже могли позволить себе тренировки. Не только Риок учился сопротивляться своей силе, но и Виктор понемногу изучал деструкцию. Иначе в той схватке он был бы уже мертв.

– Потерпи совсем немного. Если у них получилось…

За дверью послышалось цоканье каблуков. В кабинет ворвалась Мариэ и Дженни, мельком бросив взгляд на Риока и будто бы ничуть не удивившись.

– Слава ремесису, они уехали, – сказала Мариэ. – Император и деструкторы и…

– А Юви? – встрепенулся Виктор.

– Она с Императором. Но сейчас есть дела поважнее.

Что могло быть важнее? Виктор хотел ринуться вслед за Октавианом, который посмел увезти его женщину. В голове помутнело, но Мариэ вдруг подошла и дала ему пощечину.

– Да приди ты в себя! Сейчас не время гоняться за ней! Все будет хорошо, если мы… Дженни, отдай ему!

Сестра, совсем бледная, с чуть потрескавшимися посиневшими губами, подошла к Виктору и протянула ему два ключа. Белую и Желтую Тейры. Виктор немедленно забрал их из рук Дженни и облегченно выдохнул. Все шло по плану. Но он ненавидел себя за то, что пришлось отправить к Октавиану сестру.

Теперь Виктору ничего не стоило призвать подмогу – комнату наполнили мифические существа, которые моментально устремились к Риоку, сдерживая деструкцию. Кто владеет ключами, владеет и тайными стражами, а сила трех ключей может совладать с деструкцией, хотя бы на время. Если бы не этот артефакт!

– Ты узнала что-нибудь про Тень Самуна? – спросил Виктор у Дженни.

Она лишь покачала головой.

Черты лица Риока постепенно смягчались, становясь более человеческими, а деструкция отступала.

– Ты заменила ключи на копии, которые сделала Мариэ? – спросил он у Дженни.

Сестра побледнела сильнее обычного, хотела кивнуть, но неожиданно упала на колени и разрыдалась.

– Прости меня, брат, прости…

– Что? В чем дело?

Дженни снова зарыдала.

– Говори уже, в чем дело!

– Я рассказала ему, мне пришлось.

Виктор замер на месте, теперь он не просто тревожился за Юви…

– Он знает, что она владеет ремесисом, как и ты.

– Дженни, но зачем? – тихо произнес Виктор.

– Он должен был знать, что я на его стороне. А как еще мне к нему было подобраться? Думаешь, все так просто?

Виктор не мог поверить в услышанное. Чтобы заполучить ключи, он пожертвовал Юви?

Где они сейчас? Нужно немедленно их нагнать!

Не успел он ничего ответить, как Дженни схватилась за горло, и ее вывернуло наизнанку.

– Дженни? Дорогая, что с тобой? – воскликнула Мариэ.

Сестра цеплялась за золотое колье, которое досталось ей в подарок от Императора, и Виктор уже начал говорить слова призыва, чтобы снять его, когда Дженни его остановила.

– Нет! – прохрипела она. – Не трогай…

Ее вновь скрутило, но тут из дальних комнат раздался крик.

– Да что тут происходит! Мариэ, присмотри за ней, – бросил Виктор и помчался на голос. Крик шел из комнаты Риты.

То, что он увидел, лишило его всяких сил. Старшая из сестер сидела на кровати, прислонившись к стене и подобрав колени к груди, из уголка ее рта сочилась темно– вишневая кровь. Ксиу обнимала Риту, но руки ее дрожали, и сама она выглядела неважно.

– Рита, что происходит? – сказал Виктор, медленно заходя внутрь.

Сестра перевела на него затуманенный взгляд и усмехнулась, выплюнув очередную струю крови.

– Я не смогла… простите меня… ты не должен страдать из-за нас… девочки мои, простите… ты должен отпустить нас.

– Что ты наделала, Рита?

– Она отравила нас, – всхлипнула Ксиу. – Тот чай, когда тут был Император.

– Что?!

– Не держи на меня… зла… с Юви все хорошо… умереть должен был Император… все вышло случайно… я не хотела…

– Зачем, Рита? Зачем? Я же все решил!

– Ты все всегда решал сам, Виктор… и мы все равно страдали, все… нам не нужно больше…

В комнату, еле держась на ногах, зашел Риок.

– Неужели ты не дождалась? – опустошенно проговорил он, и Ксиу потрясенно сползла с кровати, уступая ему место.

Он обнял Риту, прижимая к своей груди.

– Что это за яд? Где противоядие? – спросил Виктор. Рита качнула головой.

– Кто именно пил чай?

В комнату влетела Адора в компании Кортиса.

– Что здесь за шум?

– Адора, – крикнул ей Виктор, – идите к Лали, убедитесь, что она ничего не принимала, что она не пила чай! Бегом! А Мариэ?

Голова Виктора пошла кругом. Все его кошмары разом воплощались в жизнь.

Рита уткнулась носом в плечо Риока.

– Я уже умерла? И мы встретились?

Он лишь обнимал Риту, его грудь тихо вздрагивала.

– Ну почему ты не дождалась меня…

– Как можно терпеть такое? Как можно жить без любви? – отозвалась Рита, приподняв голову, стараясь разглядеть Риока.

Он обхватил ее лицо ладонями, по его пальцам потекла кровь, вновь хлынувшая изо рта Риты.

– Как бы я ни старался, все равно наша история закончилась так. Я ничего не смог изменить. Я пытался, думал, смогу противостоять видению будущего.

– Я счастлива умереть в твоих объятиях…

Юви могла бы исцелить их! Но ее нет в доме! И как он мог уйти отсюда сейчас?

Но у него есть ключи. Хватит ли этого?

– Наполните ванну! К то-нибудь, быстрее!

Когда самая большая ванна в их доме была наполнена, он положил в воду ключ Белой Тейры. Именно она могла здесь помочь, если это вообще сработает.

– Несите сюда Дженни и Ксиу… А Лалибэй?

– С ней все в порядке, – отозвалась откуда-то Адора, и Виктор уже плохо соображал, где кто находится. – Виктор, я помогу, – сказала его супруга, доставая из кармана перышко. – Это перо ядовитой птицы чани, оно поможет отразить яд.

Их взгляды встретились, и Виктор понял, что действительно многого не знает об Адоре. Но хочет ли он узнать?

– Я тоже не пила чай, – выкрикнула Мариэ, заставив его облегченно вздохнуть хотя бы на долю секунды.

– Риок, неси Риту! Риок!

Друг не отзывался, а когда Виктор вновь влетел в спальню сестры, еле держась на ногах, то понял, что все кончено.

– Если мы попытаемся… – слабо проговорил он.

Риок мотнул головой, сглатывая слезы.

– Она не захотела. Запретила оживлять ее. Я бы мог, но никто не властен над царством мрака. Оно всегда берет свое. Всегда.

Виктор рухнул на колени, не веря, что его вновь настигла эта трагедия. Он еле выжил после гибели отца и Мэй. Прекрасной и мудрой Мэй.

А теперь Рита. Та, которая могла бы стать настоящей Императрицей. Но если сдалась она, выстоит ли он?

– Нет, нет…

* * *

Он бесцельно блуждал по особняку, еле переставляя ноги. То, чего он так боялся, произошло.

Тоненький голосок вернул Виктора к реальности:

– Мама, папа? Юви?

Принц заглянул в гостевую спальню и увидел Роши, который приподнялся на локтях и удивленно таращил на него зеленые глаза.

– Где я?

Виктор зашел внутрь и присел в кресло рядом с кроватью.

– Ты в моем доме, Роши, – еле выговорил он. – Это Дом Меримьян.

– Но почему я здесь? И где все?

– Что ты помнишь, Роши? – Виктор слишком устал, чтобы отвечать на вопросы.

Мальчик схватился за голову и поджал губы, будто стараясь припомнить. Его глаза вдруг наполнились ужасом.

– О! Я помню, как умер. – Он схватил Виктора за руку и судорожно сжал. – Мне стало плохо, а он был рядом…

– Ты это помнишь? – встрепенулся Виктор, стараясь отодвинуть на второй план свою скорбь. – Кто он?

– Тот парень, который притворялся моим другом. Он обманул меня.

– Кто это был? Ты можешь его описать?

– Его звали… Октавиан. И да, он был с делегацией послов на приеме. Значит, значит… бал уже закончился? А я – умер.

А вот теперь действительно стоило найти Юви!

U

– Устроишь мне прогулку по городу? – попросила Юви, когда они с Октавианом сели в автомобиль.

– Конечно, – улыбнулся он, приобнимая ее за плечи и привлекая к себе.

Юви напряглась и чуть отстранилась. Ей хотелось увести Императора из особняка, ведь она совершенно не понимала, как сможет посмотреть в глаза Виктору.

Деструкторы, сидевшие спереди, нервировали ее, а еще было непонятно, почему с ними не поехал Риок. И не померещилось ли ей?

– Я видела там Риока, – прерывисто сказала Юви, осмелившись взглянуть на Октавиана. Он смотрел на нее участливо, будто бы понимал все ее волнения. – Как такое возможно?

– Наверное, ты это уже поняла, и нет нужды скрывать. Риок – деструктор, а все деструкторы подчиняются мне. – Октавиан помедлил и многозначительно посмотрел на Юви. – И в жизни, и в смерти. Без моего ведома не может погибнуть ни один деструктор, так что, как ты понимаешь, Риок не мог умереть, не пожелай этого я.

– А… – только и выдохнула Юви и уставилась в окно.

Император распоряжался чужими жизнями, в том числе и их с Виктором. Не стоило об этом забывать.

Они проехали по набережной, мимо домов с причудливой лепниной и колоннами, позолоченных львов и фениксов. Город казался неподвижным, но он жил. Скрытая в нем мощь незримо пульсировала под осенним солнцем, отдаваясь в висках Юви.

Октавиан дотянулся до ее ладони, положил свою – в перстнях – сверху.

– Я бы мечтал никогда с тобой не расставаться, – прошептал он у нее над ухом.

Юви опустила голову, переводя взгляд на перстень с мутным камнем. Она подозревала, что это и есть Тень Самуна, но что за сила была заключена в нем на самом деле? Если сорвать перстень с руки Октавиана прямо сейчас, каковы будут последствия?

Вдалеке показался грандиозный Собор– Музей, в котором прежде хранились ключи. Стеклянный купол уже давно восстановили, и теперь он сверкал на солнце, как драгоценность.

«Ну конечно!» – вдруг поняла Юви. Это новенькое здание стояло на месте древнего храма. Собор, музей, библиотека… и что-то еще?

– Мы можем остановиться там? – спросила Юви, украдкой глянув на Октавиана из-под опущенных ресниц.

– Интересуешься живописью или, может, архитектурой? – спросил Император.

Юви тряхнула головой, напуская волосы на лицо. Архитектурой она в последнее время определенно увлекалась.

– Я просто здесь еще ни разу не была, мне очень хотелось бы.

– Ни разу? Правда? – удивился Октавиан, и Юви лишь скромно улыбнулась, чтобы не выдать настоящих чувств. – Как ваш домашний тиран посмел держать тебя взаперти?

Дверцы открылись, Юви выбралась из машины следом за Октавианом, но стоило ему ступить на широкую каменную лестницу, как Юви остановилась и развернулась к нему.

– Я хочу пойти одна. Мне нужно время подумать обо всем. Взгляд Октавиана заметался по лицу девушки, будто Император разглядывал ее, пытаясь запечатлеть каждую черточку. Холод прокрался под тонкую ткань платья, заставляя Юви задрожать. Почему ей так неловко рядом с ним?

– Я благодарна, что ты приехал сегодня за мной и свозил на прогулку. Правда, спасибо. Но все это так быстро.

– Ты придешь? – спросил Октавиан.

– Мне нужно время.

– Сколько? Я и так ждал достаточно. Юстиана, я хочу, чтобы ты была моей, вся, без остатка.

Его лицо помрачнело, под глазами пролегли тени.

– Ты сам сказал, что дождешься, – чуть усмехнулась Юви.

– Ну, хорошо, – наконец сказал он, перестав сверлить ее взглядом. – Я умею ждать. Вот, возьми. – Он снял с себя цепь с золотой монетой, где с одной стороны изображалась черепаха, а с обратной тигр с разинутой пастью, и передал Юви. – С этим ты сможешь спокойно передвигаться по музею. И помни, двери моего дворца открыты для тебя, Юстиана. Я смогу защитить тебя ото всех, как и обещал твоему отцу.

Октавиан развернулся и сел в автомобиль. Юви нахмурилась, пытаясь осознать его последние слова.

Какое еще обещание?

* * *

Внутри собора ничего не изменилось, все было точно так же, как в тот день, когда она пришла сюда с отцом. Она прошла полный цикл и вернулась в исходную точку, но у нее до сих пор не было ответов. Отец был одержим ключами, он сам привел сюда Юви, зная, что идет на верную смерть.

Нельзя было забирать ключи из Храма. Тем не менее, она забрала последний. И ничего, мир не рухнул. Виктор обещал вернуть оставшиеся два и тогда… что тогда? Город вновь будет разрушен? Сколько жителей погибнет на этот раз?

Юви вновь задумалась о словах Октавиана.

«Как и обещал твоему отцу».

Это не давало ей покоя.

На входе Юви продемонстрировала монету и спросила путь до библиотеки, потом миновала несколько залов с мозаичными картинами и алтарем, следом скульптурные группы и полотна в рамах, остановившись возле резных деревянных дверей с позолотой.

«Библиотека. Канцелярия. Архив» – гласила вывеска, выгнувшаяся дугой над дверью. Юви распахнула створки, погружаясь в мертвую книжную тишину. Сотни полок и стеллажей устремлялись вверх, заполняя пространство рукописями и томами. Служащие – все до единого солидийцы – сонно ходили по рядам, мельком поглядывая на Юви, но, замечая монету, проходили мимо.

Юви петляла по лабиринту стеллажей, пока не затерялась среди них. Ее окружало такое множество книг, что она даже не знала, с чего начать и чем закончить.

– Ну, хорошо, – выдохнула она. Тут ведь ее никто не увидит?

Юви обхватила себя руками, обращаясь к ремесису, позволяя ему раскрыться вместе с плавными движениями рук.

Кто, если не она, сможет найти путь к Тайному Архиву? Разве магия не должна вести ее? Ее ремесис подчинялся одной из позабытых муз, неспроста он явился ей в виде танца.

Юви пробуждала свою магию. По корешкам книг прокатился тихий вздох. Зажмурившись, девушка коснулась ремесисом полок, позволила ему растечься по книгам, заполняя их, впитывая символы, чтобы найти нужные. Чтобы отыскать правду.

Этот танец был легким и невесомым, бережливым, ведь страницы некоторых здешних рукописей пережили не одно столетие.

Понизу потянуло холодом, будто распахнулись совсем другие двери, и Юви последовала за этой ниточкой. У дальней стены, скрытой в тени, среди стеллажей она увидела арочный проем. Нырнула в промозглую темноту и поежилась. Ремесис был с ней, и страха Юви не испытывала. Разве что совсем чуть-чуть.

Сначала она услышала шепот, но голоса сплетались, и она не могла разобрать слов. Будто эхо минувших времен, отражавшееся от стен.

Нога сорвалась вниз и встала на ступеньку. Куда вела эта лестница? Юви шла все дальше и дальше, прочь от теплого мира, в объятия темноты и холода. Наконец, впереди замаячил огонек, и она вышла на свет, в огромное помещение, очевидно находившееся под землей. Здесь не было окон, а огоньки, мерцавшие в стеклянных круглых лампах, будто горели здесь всегда.

Шелест страниц, дыхание ушедших предков. Тайный Архив. Юви нашла его! Огромный круглый стол по центру был завален свитками, будто кто-то оставил их тут для нее.

Юви приблизилась и бросила взгляд на пожелтевшую хрупкую бумагу, боясь притронуться к ней даже ремесисом.

Вдруг над страницами взвился сизоватый дымок, и перед Юви оформились очертания девушки. Когда она увидела лицо, выплывшее из темноты, то инстинктивно отпрянула. Все в этом лице было неправильно – слишком узкие губы, слишком крупный изогнутый нос и алчный взгляд бездонных глаз.

– Здравствуй, сестра, – проговорила девушка-призрак. – Ты зачем пожаловала?

– Я кое-что ищу, – ответила Юви, перебарывая отвращение.

– И что же это, красавица?

– Сведения об одном артефакте. Его называют Тень Самуна.

Девушка взмахнула иссиня– черными призрачными волосами и облетела вокруг Юви. Вновь потянуло холодом.

– Я с величайшей радостью помогу тебе, цветок Шалукори.

– Почему ты так называешь меня?

– Только не говори, что еще не поняла, – усмехнулась девушка.

– А ты? Кто же такая ты?

– Я одна из дахини. Мы хранительницы знаний. А знание – настоящее сокровище, не правда ли?

Юви кивнула и пошла следом за призрачной девушкой, которая повела ее к стеллажу с рукописями.

– Ты найдешь крупицы знаний о Тени Самуна тут. Если сможешь сложить их в один рисунок.

Ну почему все так сложно! Неужели эти духи и стражи только и могли, что создавать вокруг всего ореол тайны?

Юви провела ладонью по древним рукописям и взяла одну наугад. Как она и ожидала, все было зашифровано в сказках, преданиях, говорилось намеками или вовсе отсутствовало. И это тайный архив? Дахини явно над ней издевалась.

Юви устроилась за круглым столом, отодвинув другие бумаги и разложив новые. Сколько прошло времени – неизвестно, но стоило ее глазам немного привыкнуть к старинным шрифтам и витиеватым образам, как понемногу стала складываться картинка. Дахини растворилась в воздухе, возможно, чтобы не мешать ей, но по позвоночнику Юви то и дело пробегали мурашки.

Пока она перебирала бумаги, на глаза ей попалось упоминание самой этой сокровищницы и чертежи ключей. Значит, не одна Мариэ пыталась раскрыть их тайну, что, впрочем, было логично. Прекрасные плавные контуры Белой Тейры, агрессивная Красная и изящный, острый как клинок ключ Хранительницы Сокровищ.

«Ключи обязаны находиться в Храме…»

«Быть большой беде, если забрать их…»

«Ни в коем случае…»

Это она и так знала. Наконец Юви увидела упоминание Тени.

«Рождается из крови и погибает в ней…»

«Кровь ремесиса…»

«Все, до последней капли…»

Казалось, это дахини нашептывает ей слова, сама бы она, возможно, и не распознала половину символов.

Кровь ремесиса, кровь… О чем они говорят?

«Жертва… убийство…»

Юви замотала головой, желая отделаться от этих непрошеных мыслей, своих, чужих, она уже не понимала. Слова сами влетали ей в голову.

Но вот перед ней вновь появилась дахини. И не одна, за ее спиной вырастали все новые и новые сумрачно– синие тени.

«Земле нужно обновление, очищение…»

«Ты не укрепишь линию его рода, ты другая, вам не нужно быть вместе».

О чем говорили эти духи? Она ведь спрашивала их про Тень, а они нашептывали ей про принца Виктора.

«Новая ветвь, расточительно соединять ремесис… две линии, две судьбы, две разные судьбы…»

«Или смерть… Или смерть».

«Он или ты… Но не вместе, не вместе, нельзя…»

«Продолжить свою ветвь, дать ему шанс жить, с другой, только с другой…»

– С кем? – прошептала она в ответ. – Мы рождены друг для друга!

«Дать шанс себе, с другим, только с другим».

«Или кровь ремесиса, способная разрушить Тень Самуна…»

«Или разрушь, но умри, или убей и разрушь».

Голоса врывались в голову Юви, грозя разорвать на части. Свести ее с ума. По лицу девушки струились слезы.

Но тут крепкие руки вырвали ее из плена духов. Юви распахнула глаза, загнанно осмотрелась по сторонам, не увидев ни одной из дахини. Зато перед ней на коленях стоял Виктор и прижимал к себе.

– Юви, что такое? Как ты здесь оказалась?

– Как ты меня нашел? – только и выговорила она.

– Я же говорил, что найду тебя где угодно.

Все эти ужасные образы до сих пор мелькали в мыслях Юви, заставляя ее сделать выбор.

Быть с Виктором – невозможно.

Оказаться без него – еще хуже.

Глава 17. Решение

13 января 863 года по летоисчислению Солида, а по лунному календарю Мартима в первый день нового года состоялось официальное воцарение Империи Солид. Аугуст Великолепный, провозгласивший себя Императором всех Бесконечных земель Имгэ, покоривший Альбарин и Мартим, вошел в столицу магии Ремесис и принес в жертву Бессмертной Черепахе всех магов города, оставив для сохранения мира одного принца.

В тот день стояло безветрие, и Аугуст счел это знаком того, что сила ремесиса приняла его. Он поднял в воздух ключи от королевства и велел признать себя господином территорий от Солида до Мартима, от северо– запада до востока.

В качестве дара милосердия жителям Мартима он пощадил их жизни, а своим девизом объявил: «Непобедимая волна».

Поговаривали о пришествии мессии, который бы свергнул нового Императора, но Аугуст призвал всех непокорных к порядку и напомнил сопредельным странам Феникса о своей военной мощи.

В своем эдикте Аугуст заявил:

«Теперь мы правители Бесконечных земель Имгэ. Боги дали нам знания и технологический прогресс, который мы несем другим народам. Бессмертная Черепаха Тарта, что держит на своем панцире сии земли, сама повелела войти в Ремесис и стать повелителем магии. Теперь я – августейший владыка Имгэ, преклонитесь передо мной».

За пять лет Императору Аугусту удалось полностью изменить облик столицы Мартим, строились новые здания и заводы, развивалось ремесленное производство.

Страна Мартим богата своими дарами. В районе нижнего течения реки Ларту, что означает «хвост дракона», притаилось несколько более мелких городов Мартима: Килли – соляной город, Марау – город ткачей, Инем – город артистов. Особенной красотой славится Сури, где прежде обитал Красный Император, один из девяти правителей Мартима, и где, по слухам, он скрывал самых красивых женщин всего материка. В его честь в Ремесисе был возведен Дворец Красных Вод.

Император Солида веровал в то, что открывает прочим народам новый мир, создавая образованное общество, но мартимьяне смотрели на нового повелителя с сомнением и страхом. Легионы Солида принесли с собой ружья и пушки, завезли автомобили и прочие механизмы. Но жители земель «зеленого дракона» чувствовали, как утекает дыхание магии, что пронизывала эти территории. Как весну сменяет вечная осень. Как улетают серебряные журавлики, испокон веков жившие на землях Мартима.

Как пробуждается чудище Им, дремавшее в водах залива. Как готовится оно к последнему бою за Ремесис».

Хроники Захвата, Тайный Архив

V

Юви все еще дрожала, когда Виктор привез ее на «Винченцию». По небу растекались первые закатные полосы, расплескиваясь на поверхность воды. Он долго просто держал ее в объятиях, не в силах отпустить или заговорить. Случившееся с Ритой и сестрами до сих пор бороздило сердце, оставляя на нем глубокие, неизгладимые раны.

Виктор прижал холодные ладони своей возлюбленной к губам, пытаясь согреть. В Тайном Архиве гуляли сквозняки и нечто пострашнее, незримое для его глаз, но враждебное.

Виктор не знал, что или кто это был, но его буквально выталкивало оттуда, и, если бы не их с Юви магическая связь, он бы ни за что не нашел ее.

По пути на яхту она спутанно рассказала ему про Тень Самуна. Точнее, это он выпытал, видя ее состояние и разбросанные повсюду свитки. Ему же в свою очередь пришлось поведать ей о Рите. И теперь Юви чуть заметно всхлипывала, опустив голову. Он думал, что она станет изливать эмоции иначе, но она будто замкнулась в себе.

Ему сейчас так не хватало тепла.

Виктор выпустил ее ладони и положил руки ей на талию, привлекая к себе. Нежно поцеловал в висок, прокладывая путь до губ. Забыть. Забыться.

Сейчас есть только она – Юви, а что будет дальше – неважно. Все и так рушилось.

Он был нетороплив, наслаждаясь каждым мигом, каждым прикосновением, каждым вздохом, сорвавшимся с ее губ. Юви нахмурилась, сначала пыталась оттолкнуть его, слишком погруженная в мысли, но он вновь завладел ее губами, никуда не отпуская.

Это милая мордашка еще успеет похмуриться, она будет ненавидеть его, злиться, проклинать, но иначе он поступить не мог. Ключи собраны, а его семья и так оказалась под угрозой. Дальше медлить нельзя.

Но сейчас невозможно думать об этом. Лишь ее губы, худенькие плечи, покрытые его поцелуями, мелкие мурашки, бегущие по ее коже и перебегающие на него. Чем больше она отпускала себя, тем стремительнее отрастали ее чудесные светлые волосы. Иллюзия спадала, и она становилась нежным хрупким цветком, который хотелось раскрывать, оберегать. Самым прекрасным цветком во всей Империи. Стоило ему представить этот образ, как его ремесис вздрогнул, будто получил импульс от Юви. Ее щеки вспыхнули – пожалуй, он слишком ярко представил себе распускающиеся лепестки лотоса, смутив Юви. Их связь становилась все более тесной, и образ, похоже, передался и ей. Нужно быть осторожнее, чтобы она не увидела лишнего, чтобы не поняла, на что он решился.

Они не разговаривали, обмениваясь взглядами, полными желания. И когда Юви легла рядом, такая открытая и беззащитная, у него защемило сердце. Неужели он больше не увидит ее?

Он лениво подобрался к ней, будто у него было все время мира, чтобы только и делать, что изучать ее.

Тень Самуна… кто-то должен умереть, кто-то с ремесисом, и этим человеком никак не могла быть Юви. Виктор с самого начала знал, куда заведет его этот путь.

Он понимал, чем придется пожертвовать. Утром он убьет Императора и разрушит проклятый артефакт.

А пока Виктор целиком и полностью отдавал себя Юви.

U

Она лежала рядом с Виктором, теребя медальон на его груди. Он никогда его не снимал, а она не решалась спросить, кто же все-таки изображен внутри и, кто такая Мэй.

Но сейчас, возможно, момент настал, и ей нужно было узнать.

– Покажешь? – прищурив один глаз, спросила Юви.

Сил на более серьезные разговоры не осталось, ни физических, ни моральных.

Он молча снял цепочку с шеи и передал ей.

– Пускай это останется у тебя, – хрипло проговорил он. Юви вскинула брови, гадая зачем, но стоило ей открыть медальон, и она все поняла. Белокурая девочка, спрятавшаяся внутри, – это ведь она сама, в иной жизни. Как насекомое, пойманное в янтарь.

– О… – только и выдохнула Юви.

– После помолвки, о которой договорились наши отцы, я каждый год приезжал к тебе. Смотрел на тебя издалека.

– Подглядывал, значит?

Виктор усмехнулся. Сейчас он находился в плену неги и был чрезвычайно хорош. Чуть влажные темные волосы падали на глаза, которые в свою очередь сверкали черными бриллиантами.

– А почему не подходил? Ты просто лишил меня возможности узнать тебя раньше.

– И что бы это дало? Как бы ты отнеслась к тому, что тебя уже с кем-то связали?

– Ну… – Юви замолчала. – Уверена, я бы сразу влюбилась в тебя.

– Влюбилась? Хочешь сказать, когда мы встретились после твоего приезда в Шаттрли, ты сразу в меня влюбилась? Помню, как же!

– Ты был не слишком приветлив, – улыбнулась Юви, обнимая его.

Времени было совсем мало, и ей хотелось впитать в себя каждую частичку его тела, оставить там навечно, чтобы никто не смог отобрать. Чтобы он всегда принадлежал только ей, даже если будет жить с другой.

– Выходит, ты все же влюбилась? – вкрадчиво спросил Виктор.

Юви притаилась, поняв, что скажет то, что никому и никогда не говорила. Раньше она об этом даже не задумывалась, и поэтому Виктор застал ее врасплох.

– Что же ты молчишь? Любишь ты меня или нет?

Как будто он сам не знал!

– Да, Виктор.

– Что да?

– Я люблю тебя! Люблю!

Он крепко стиснул ее в объятиях, так, что она даже взвизгнула.

– Вот, узнаю свою Юви. И я тебя люблю, и это навсегда.

– Почему ты так уверен? Ну а кто такая Мэй? – вдруг выпалила Юви, и Виктор словно окаменел.

– Ты можешь сказать мне, – тише проговорила Юви, удерживая его взгляд.

– Она была моей старшей сестрой, – ответил он.

Юви поняла свою ошибку. Зря она затеяла этот разговор сейчас, ударив Виктора в самое больное место. Они хотели забыться, а не говорить о случившемся. В этом их мире не существовало проблем.

Пока он не успел сказать что-то еще, Юви притянула его к себе, крепко целуя. Хотя бы на время она снимет его боль.

* * *

Когда Виктор уснул, Юви выбралась из-под его руки и оделась. Время действовать пришло. Она знала, что стоит ему проснуться, и он уйдет сам. Смерть Риты не могла пройти без последствий, она подвигнет Виктора на безумные поступки. Он пожертвует собой, а так быть не должно. Он наследник ремесиса, а она лишь девочка– ошибка, появившаяся для восстановления баланса.

После встречи с дахини ей многое стало ясно.

А еще она ощущала блуждающие по каюте волны огромной энергии. Юви тихонько подняла сюртук Виктора и нащупала во внутреннем кармане бархатный мешочек. Внутри лежали все три ключа.

Сердце Юви на миг замерло. Не этого ли она добивалась, когда возвращалась в Ремесис? С тех пор столько всего изменилось. Изменилась она сама.

Что-то в этих ключах не давало Юви покоя, но понять причину она не могла. Возможно, просто нервничала из-за предстоящего шага. Последнего шага.

Юви вернула ключи на место. Виктору они понадобятся, а ей уже нет.

В темноте каюты она слегка качнулась, разгоняя по телу энергию ремесиса. От ее легкого танца серебрился сам воздух, накрывая Виктора сонным одеялом. Он проспит до самого утра. И тогда все уже будет решено.

Он женат на Адоре, возможно, так даже лучше. Девушка была не так плоха, как показалось Юви сначала. Она шпионка Феникса, но Виктору могут понадобиться сильные союзники. Стоило ли снова разжигать вражду? Не лучше ли жить в мире. Их брак с Виктором подарит наследников, а Юви позаботится о том, чтобы Император не мешал им.

У нее самой тоже было два пути. Оставить все как есть и уступить Октавиану. Или идти до конца. Возможно, она бы уже точно знала, что делать, не скажи Октавиан про ее отца. Что он имел в виду? Юви должна была это выяснить.

Вот только придется сделать еще одну невыносимо мучительную вещь.

Юви чуть потянула за их с Виктором связь, убедившись, что он спит, скованный чарами ремесиса. Да, Виктор скрепил их союз при свидетеле– страже. Но она могла и разорвать его. Она – воплощение Тейры. Юви подняла руку, глядя, как переливается ее кожа – от белоснежного до алого и теперь еще золотисто– желтого. Волосы ее тоже мерцали, принимая множество оттенков.

Только она способна восстановить баланс.

Только она.

Юви закрыла глаза и ухватилась за их незримую связь, переламывая ее, словно хрустальный ключ.

– Ты свободен, Виктор, – прошептала она. – Но я все равно буду любить тебя.

Юви ушла, прихватив с собой только одну вещь – медальон с маленькой наивной девочкой. Виктору лучше забыть ее.

Глава 18. Пробуждение Журавля

Важные понятия учения о ремесисе:

Земля (гэ) – чем плодороднее почва, тем благополучнее обитающие на ней люди, тем больше талантливых мужей, наделенных ремесисом, рождаются на ней; она испещрена паутиной невидимых линий, по которым льются потоки энергии. Чем аккуратнее возделывают поля землепашцы, тем больший порядок существует и в самом сердце ремесиса и тем прекраснее цветок, родившийся из животворящей почвы.

Вода (им) – питает все живое, но с той же легкостью и несет смерть. Мудрый правитель знает, как укротить и направить бурные потоки, чтобы принести благополучие в свою Империю, ведь управление людьми не меньшее искусство, чем управление потоком. Все реки земель Мартим текут на восток и впадают в Зеркальный Океан. Не следует забывать, что Царство Мертвых сокрыто среди вод Глубины.

Горы (ни) – достигают небес и получают от них энергию светил. Эти глыбы испокон веков выступали защитниками земель и достойны восхищения, но также хранят они память народов и красоту мироздания. Среди гор можно найти гармонию небес и врата в страну богов.

Ветер (ур) – движение души, дыхание вселенной. Он замирает, образуя тишину космоса, или обращается в настоящую бурю. Взмах журавлиного крыла посылает рябь по воде и дарует ветер, начиная Танец Лотоса, ведущий к концу и началу.

Тайный Архив

V

Он еле продрал веки, чертыхаясь и выпутываясь из сонной ловушки. Будто накануне выпил лишнего и теперь с трудом возвращался к реальности. Страж побери, да что же это такое!

Виктор перекатился на другой бок и провел рукой по пустому пространству. Внутри разливалась странная тишина. Он мигом сел на кровати, собираясь с мыслями. Замотал головой, стряхивая с себя сон, как мокрый пес воду.

Юви не было, это он понял сразу. Заставил себя подняться на ноги и поплелся в ванную комнату, залез под холодный душ. Когда это не помогло, он обратился к ремесису, выстраивая внутри себя барьер.

Он уже не сомневался, что это Юви околдовала его, почти как тогда, на свадьбе, только в дюжину крат сильнее. Этому могло быть только одно объяснение.

Виктор, шатаясь, вернулся в каюту и дотянулся до мешочка, в котором лежали ключи от королевства. Он был так уверен в себе, что и не подумал обезопасить их от Юви. Но вот внутри мешочка звякнуло, и Виктор достал все три ключа, разложив их на ладони. Они напоминали три острых осколка, оставшихся от уничтоженного города.

Нет, Юви не взяла ключи. А ведь он на долю секунды усомнился в ней! Но что тогда? Он поспешил спрятать ключи и оделся.

Его волосы прилично отросли, ложась ему на спину, и он хотел по-быстрому достать ножницы и привести себя в порядок, хотя не любил стричься сам, но вдруг потянуло холодом и пустотой. Деструкцией.

Виктор вовремя отскочил в сторону, когда мимо его плеча пронесся черный сгусток, уничтожая лампу. Принц зашипел и перевел взгляд в сторону неприятеля.

В дверях сверкнул золотой узор плаща. Деструктор и не собирался прятаться, считая себя непобедимым. Ведь так оно, по сути, и было.

Никакие разговоры им не требовались. Виктор понял все сразу. Юви у Октавиана, а значит, тот отправил к нему своих убийц. Теперь Император знал, что Юви – вторая хранительница ремесиса, и мог с легкостью пожертвовать неугодным принцем.

Деструктор неторопливо приближался, как хищник, который хорошо знает свою жертву.

Но сейчас Виктор отринул все мысли – о семье, о Юви, обо всем на свете. Ему нужно было выжить, иначе все без толку. Но у него ключи, и это давало шанс.

Здесь было слишком мало места, чтобы развернуться, слишком тесно.

Выиграть хотя бы немного времени. Сражаясь с деструктором, он застрянет здесь надолго.

Взгляд Виктора упал на декоративную звериную морду в интерьере яхты. О да, стражи были повсюду. А ключи теперь у него. Кто владеет ключами…

Он призвал стража как раз вовремя – деструктор нанес следующий удар. Едкий черный дым пополз по кровати, уничтожая ее, перебираясь на пол и стены, растворяя все на своем пути. Но в следующий миг желтоглазая бестия выпрыгнула из стены, вцепившись в спину деструктору. Оба повалились на пол, а когда деструктор отшвырнул зверя, налету окутывая его облаком разрушения, Виктор немедля призвал следующего. Ему не хотелось жертвовать стражами, но сейчас ничего другого не оставалось. Как только в стене яхты образовался проем, Виктор выскользнул наружу и прыгнул за борт, подхваченный явившимся ему дельфином.

Октавиан решил, что один деструктор одолеет его? Он серьезно так думал?

Виктор мчался к дому, меняя на ходу стражей, надеясь, что туда деструкторы не добрались. А яхту все-таки было очень жаль – она много значила для него. Ее уничтожение будто разрывало его связь с Юви окончательно.

Издалека он увидел высокий обелиск, который возвел прямо во дворе особняка в честь Риты. Ее пепел покоился в урне под монументом. Огненному стражу Красной Тейры ничего не стоило отправить его сестру в последний путь по традиции Ремесиса.

Виктор спрыгнул с черного жеребца и направился к дому, когда навстречу ему вышел Риок. Друг был крайне напряжен, мускулы его лица сокращались со страшной силой, он вновь боролся с собой, но пока ему удавалось одерживать победу.

– Виктор, они скоро придут, – сквозь зубы проговорил Риок. – Я чую зов Хозяина.

– Знаю, один твой собрат уже у меня на хвосте.

Риок вцепился ему в плечи, и судорога, которая пробежала по его рукам, отозвалась в теле Виктора.

– Я… больше… не стану… ему… подчиняться… Он велит мне… велит убить тебя… как и всем нам. Но со смертью Риты я словно умер сам. Я чувствую, Виктор, что мы тоже можем бороться с этой силой. Он держит нас. – Риок на мгновение замолчал, но потом вновь заговорил. – Видишь, раньше это казалось невозможным, но теперь я говорю, я говорю… он держит нас Тенью Самуна. Он пролил кровь невинного мальчика, чтобы поработить нас и стражей. Он принес в жертву даже своего брата. Он принесет в жертву кого угодно. А Тень Самуна… этот камень способен показать тебе будущее, обрывками, но все же. И там я видел смерть Риты. Я пытался уберечь ее, честно, Виктор, я пытался.

Легионер упал на колени и обхватил голову руками.

– Я подвел ее. – С каждой секундой слова все легче слетали с его уст, будто его горе было еще большей деструкцией, чем та, которая навязана ему природой. – Император тоже увидел там будущее – его власть укрепится, только когда у народа Ремесиса появится сильный лидер. И этот мальчишка, которого я возродил, был символом освобождения.

Именно благодаря ему Октавиан смог разоблачить тайную организацию и убить в людях Мартима надежду.

– Но ему нужна Юви. Так он сможет полностью управлять ремесисом.

Риок кивнул.

– Сейчас нам нужно спрятать мою семью. Идем.

Они зашли в дом и приказали всем по-быстрому собраться. Риок и Кортис объяснили, что под городом есть система тоннелей, где можно на время укрыться. Когда все стали спускаться в подвал, Виктор призвал тайного стража, который помог бы им проложить путь к тоннелям. Видя, что и Адора направляется вместе со всеми, Виктор перехватил ее за руку.

– Ты можешь вернуться к своей семье, тебя никто не тронет.

Но она лишь выдернула руку из его хватки и сердито сверкнула голубыми глазами.

– Да что ты вообще знаешь обо мне, Виктор!

И пошла вместе со всеми, помогая спуститься вниз его маме, сестрам и все еще очень слабому Роши. Ксиу и Дженни тоже только приходили в себя после отравления.

Виктор так сильно ненавидел солидийцев, что и мысли допустить не мог, будто кто-то из них станет помогать.

– Мариэ, я знаю, что ты сможешь всех вывести. Я верю в тебя, сестра.

Они обнялись, на сердце у каждого было слишком тяжело, чтобы говорить что-то еще.

– Вернись к нам, Виктор, – только и сказала она на прощание.

Он промолчал, а когда подвал был запечатан, они с Риоком поднялись в его спальню и вышли на балкон, глядя на приближающийся клин из черных пятен.

На солнце золотой узор сверкал, словно монеты.

– Я и не думал, что вас так много, – шепнул другу Виктор. – Что ж, приятно осознавать, что мой противник не полный идиот и отправил за мной целую армию. Это говорит лишь о том, как сильно он боится меня.

– Нас гораздо больше, – отозвался Риок, с силой сжав поручень. – Достаточно, чтобы разрушить Шаттрли и все окрестности. И я бы не хотел убивать своих братьев. Они действуют не по своей воле.

– Есть ли другой способ?

– Только уничтожить камень. Но для этого тоже нужна жертва.

Риок и Виктор переглянулись.

Юви! Маленькая глупая девочка! Сердце Виктора сжалось до боли.

Неужели она решила принести в жертву себя?

Когда шедший во главе остальных деструктор замахнулся для первого удара, Виктор начал строить.

– Ты не сможешь строить быстрее, чем они разрушают, – выдохнул Риок.

– Интересно, догадался ли Октавиан, что ключей у него больше нет? Это может дать нам фору, – не слушая его, отозвался Виктор.

– Боюсь, это конец, Виктор. Нам не уйти отсюда живыми.

U

Она стояла на набережной, глядя на искристые волны залива. Совершить последний шаг оказалось не так просто, как Юви думала. Она крепче сжала перила и сделала глубокий вдох, вбирая легкими ароматный воздух Ремесиса. Магия все еще была здесь, повсюду, незримая, но неотделимая от этих мест. Стать бы одним из стражей Белой Тейры и прыгнуть в воду, спрятаться в глубинах, уплыть далеко– далеко.

Но когда на кону столько жизней и судьба всего народа – нельзя сбегать.

Ради Ремесиса, но и не только. Ради своего любимого она готова пожертвовать всем. И даже собой.

За спиной прошелестели шины, автомобиль остановился, хлопнула дверца.

Юви чуть обернулась, глядя на легионера Императора.

– Миледи? – только и сказал он.

Она молча села в машину, чтобы ее, словно подарок, доставили в Черный Дворец – Обитель Теней, куда Император ее еще ни разу не приглашал.

Октавиан все же следил за каждым ее шагом.

Стоило ей переступить порог дворца, и прибежала служанка, уводя Юви за собой. Она со всем соглашалась. Пока ее натирали благовониями, расчесывали отросшие светлые волосы. Никто не задал вопроса – почему они такие. Все словно бы знали.

Все знали.

Наконец волосы закололи в высокую небрежную прическу на манер той, что всегда носила Рита. На плечи накинули шелковое платье– халат, черное с золотой вышивкой. Все, как и положено леди Императора.

Длинные золотые серьги оттягивали мочки ушей, роскошное колье с изумрудами легло ей на грудь. А сверху тончайшая черная вуаль, словно бы скрывающая ее ото всех. Но не от Императора.

Ее повели по коридорам, потом вверх, по лестнице, до покоев Октавиана. Неужели он ждал ее? Все это время ждал? Двери чуть скрипнули, распахиваясь перед ней.

Она прошла внутрь, и они тут же захлопнулись, словно запечатывая Юви внутри. Оставляя их с Октавианом наедине. Разве не это ей было нужно?

Она увидела его силуэт на фоне залитого солнцем огромного окна. Кровать со смятыми простынями. Он повернулся к ней, одетый в белую свободную рубашку и черные брюки. Босой. Светлые волосы растрепались, челка легла на глаза, под которыми отчетливо виднелись темные круги.

– Здравствуй, Юстиана, – с грустью сказал Октавиан. Голос его прозвучал хрипло. – Я знал, что ты придешь. Иного быть не могло. Я надеюсь, ты уже поняла, – проговорил он, приближаясь, – что нам суждено быть вместе.

Она не шелохнулась. Юви до сих пор не была уверена до конца, какой путь избрать.

– Я пришла к тебе, Октавиан, – произнесла она. – Пришла, чтобы станцевать.

– Т-ш-ш…

Он оказался совсем близко и откинул вуаль с ее лица, разглядывая Юви. Его глаза сверкали всевозможными оттенками, и он все смотрел и смотрел, касаясь ладонью то ее волос, то щеки или губ. Юви не могла до конца разгадать его, как ни силилась. Но вот ее взгляд замер на перстне с черным камнем.

«Рожден из крови Ремесиса…»

Октавиан пошел на убийство, чтобы создать этот артефакт.

Она отпрянула, и на лицо Октавиана легла тень. Все кругом словно давило на нее: черные бархатные кушетки и пуфы, темно– серые, как промокший асфальт, стены, громоздкие шторы, картины в тяжелых золотых рамах, где угадывались лишь контуры и силуэты. Все темное, все мрачное. Как и душа Императора.

Юви снова посмотрела на Октавиана, который будто ждал ее ответа на вопрос, который еще не прозвучал.

– Почему ты так смотришь на меня? – наконец проговорил он, чуть склонив голову набок, будто ему было не все равно.

И впрямь, не все ли ему равно, какое ему дело до глупой девочки из разрушенной страны? Если только…

Он знал. О ее магии. Она нужна ему, потому что у нее есть ремесис.

– Что мы вам сделали? – еле слышно проговорила Юви. Октавиан отступил на шаг.

– Значит, ты считаешь меня чудовищем? Веришь всему, что слышишь обо мне? Разве я хоть раз дал тебе повод?

Мысли путались в голове Юви, она пыталась найти ответы, но лишь больше проваливалась в необъятную пропасть.

– Я не стану заставлять тебя, если это не то, чего ты хочешь, – сказал он, будто бы пересиливая себя, и отступил еще на шаг. Отвернулся. – Никогда и никого я не заставлял. Каждая женщина, побывавшая здесь, пришла ко мне сама.

Но ты – не они. Никогда не была. Ведь я знаю тебя намного дольше, чем любую из них.

Голова Юви пошла кругом. Она не могла понять, что он говорил. Что он имел в виду? Что все это значит?

– Тут так душно… и темно.

Юви пошатнулась, в глазах у нее и впрямь потемнело, но Октавиан моментально оказался рядом. Уверенно взял ее под локоть и повел вперед, но она даже не видела дороги. Да и какая разница. Вот-вот ее мир взорвется, в этом она не сомневалась.

Они поднимались вверх по лестнице, наподобие той, что шла от сокровищницы до спальни. Но теперь еще выше.

Юви споткнулась, и Октавиан подхватил ее на руки и понес дальше сам. Все выше и выше. Все дальше и дальше… от Виктора.

«Что же я делаю тут? – потрясенно подумала Юви. – В объятиях другого мужчины? Когда я бы могла умереть на руках любимого. Разве не было бы это лучшим окончанием нашей истории? Тогда бы я была счастлива, тогда бы я, возможно, была счастлива».

Ее сознание помутнело, в голову вторгались странные мысли и образы, ее бросало то в жар, то в холод. Возможно, это наказание за то, что она порвала магическую связь с Виктором. Ремесис – это сила, и ее следовало укрощать, своенравия она не терпела.

Вероятно, Юви в какой-то момент отключилась, ведь когда распахнула глаза, кругом был лишь ослепительный свет. Она приставила ладонь ко лбу, заслоняя глаза. Октавиан стоял к ней спиной у окна – на самом деле, здесь повсюду были окна. И множество растений. Она сама лежала на деревянном шезлонге. Довольно необычно для Дворца Теней.

– Где мы?

– На крыше дворца. Эта оранжерея – место моего уединения. Здесь я часто вспоминаю, зачем мне все это. Здесь я вижу свет. – Октавиан замолчал и повернулся к ней. – А свет – это ты, Юстиана. Я вспоминаю твой свет.

– Объясни, я до сих пор не понимаю тебя.

Юви постаралась взять себя в руки и подняться. Что бы ни сказал ей Октавиан, она сильнее этого.

– Я увидел тебя давным– давно. На одном далеком балу.

– Ты что-то путаешь. Я не ходила на балы.

– Разве? А как же тот танец в саду? Когда все танцевали в бальном зале, маленькая девочка кружилась в тени. Потому что ей было нельзя. Кто же это был, Юстиана?

Она ошарашено посмотрела на него. Откуда он знал?

– Я тоже там был, – ответил на ее вопрос Октавиан. – Мы приехали с делегацией. И я вышел прогуляться, когда увидел тебя. А потом я узнал, что планирует отец. И мне пришлось тайно встретиться с Дилипом Казиньяком. Я пообещал спасти вас, всю вашу семью, дать вам проход из Ремесиса, когда начнется вой на. Но взамен я взял с него клятву.

– Что ты такое говоришь? – воскликнула Юви, вскочив с шезлонга.

– Он согласился, при условии, что на твое восемнадцатилетие он привезет тебя обратно, ко мне. Я знал, что мой отец-император никогда не позволит нам быть вместе. И я ждал. Аугуст был болен, ему оставалось недолго. А твой отец, как видишь, выполнил обещание, данное мне. И я собираюсь выполнить свое. Позаботиться о тебе.

– Но он погиб!

– Все пошло совсем не так, как я планировал. – Октавиан склонил голову. – Деструкторы не всегда подчиняются мне. Они могут сорваться. В тот день там был Риок и…

– Риок? Так это был он?

Юви не знала чему верить, что думать. Она сорвала с головы вуаль и отбросила в сторону, заметавшись по круглой застекленной террасе.

«Бабочка под колпаком» – пронеслось в голове и потухло.

– С твоим братом все тоже вышло совсем не так. Видишь ли, это я велел Риоку оживить его. Я думал, что так принесу тебе радость. Но деструкция оказалась сильнее.

– Значит, все это время…

– Я знал. И ждал. И да, я знаю о твоей магии. Твоей прекрасной силе. Юстиана, поверь мне, у нас впереди прекрасное будущее. Только если ты откроешься мне, как я тебе. Ты станешь моей Императрицей, ты уже – она. Всегда была ею для меня. Наконец, леди Малис тоже дала согласие на наш союз. Прости за те глупые соревнования – это было нужно ей, не мне.

Он подошел к Юви совсем близко и приобнял за плечи, останавливая ее бессмысленное хождение по кругу. Она дрожала так, будто вместо света на нее струилась ледяная вода.

– Вместе мы создадим сильное государство. Я знаю, ты справедлива, ты добра, ты сильна. Какой и должна быть настоящая леди. Только ты, Юстиана. Мне не нужен никто другой. Когда-то я увидел в тебе себя. Мне тоже приходилось прятаться в тени – своего брата, своего отца. Я был тем, кем меня хотели видеть. Мерзавцем, соблазняющим женщин. Транжирой и жестоким тираном. Кем угодно. Но я стану тем, кем ты захочешь. Только доверься мне, дорогая. И я знаю о другом. Знаю о твоей помолвке. Тебя отдали ему, но это неправильно. Ты можешь сама выбрать то, что лучше для тебя. Пусть старые узы останутся в прошлом. Я смирюсь, зная, что у тебя уже был он. Мне это неважно. Если ты здесь, значит, ты сделала свой выбор. Так ведь?

Он приподнял ее голову и посмотрел в глаза. Его губы коснулись ее щеки, спускаясь к шее.

Неужели отец привез ее в Шаттрли для этого? Отдать ее Октавиану?

Неужели все так просто? Зачем вся эта история с ключами? Отец ведь знал ее характер. Юви ни за что не согласилась бы на подобное.

Октавиан обошел ее, обнимая со спины, целуя плечи.

И Юви знала, что пора что-то предпринять.

Что она могла предложить Императору? Свое разбитое сердце?

Вдруг всем своим существом она ощутила знакомую ей пустоту. Пугающую бездну разрушения.

– Все сделано, Ваше Императорское величество, Архитектор уже мертв, – прохрипел позади них деструктор.

Юви не видела его, лишь слышала. Она хотела обернуться, но Октавиан стиснул ее в кольце своих объятий. Внутри у Юви все оборвалось. Мертв? Что значит мертв? Кто сказал это?

– Вон отсюда, – прорычал над ухом Октавиан. – Как посмел подняться!

Она встрепенулась и все же вырвалась, но плащ с золотой каймой уже скрылся за порогом. Юви хотела броситься за ним. Октавиан перехватил ее за руку и вновь притянул к себе.

– Никуда ты не пойдешь, Юстиана. Нет нужды.

– Но ты сказал…

– Юстиана, милая моя, не в этот раз. Я устал ждать.

Черный камень в его перстне вспыхнул, и Юви ощутила идущую от него силу, которая ложилась ей на плечи. Он пытался контролировать ее!

Но знал ли он, с кем имеет дело?

Знал ли он ее на самом деле?

Нет.

Ее никто не знал, никто в этой жизни. Она и сама не ведала предела своих возможностей. Ей нужно одолеть деструкцию.

Если Виктор мертв…

Тень Самуна приближалась к ней, пытаясь укротить непослушную девчонку.

Это была древняя магия, страшная и темная. И когда она жаждала чего-то, она это получала.

* * *

Ей казалось, что она падает. Утратилось ощущение времени и пространства. Только движение вниз. А ведь ей нужно было наверх – туда, где черной тучей висела тень разрушения.

Но сначала нырнуть так глубоко, как она только могла.

– Ты знаешь, ты знаешь, что можешь положиться на нас, – шептали голоса, выплывая из синеватой дымки.

Она понимала, кому они принадлежат. Дахини, духи, которые хранили знания ремесиса. Кто, как не они, могли открыть ей дорогу к глубинам и показать ей путь.

– Отомсти за своего возлюбленного, отомсти за весь Ремесис. Выпусти ее, выпусти, стань вратами, соверши последний танец. Приди к нам, Инимариса.

Ей казалось, что она тонет, а внутри вспыхивали гнев и отчаяние.

Если Виктора больше нет, к чему жить ей?

V

Он обратился в скорость. Знал, что сейчас каждое мгновение решает все, и стоит ему остановиться, он потеряет ее, потеряет свою Юви навсегда.

Он не мог этого позволить.

Виктор строил.

Он возводил мост, самый грандиозный в Шаттрли. Этот мост вел его прямиком к Теневому Дворцу Императора. Виктор вкладывал в него такие ресурсы, такие запасы ремесиса, что мог перемещаться с необычайной скоростью.

Он строил быстрее, чем деструкторы разрушали, а благодаря Белой Тейре, мост быстро зализывал свои раны.

Виктор не хотел вредить деструкторам, те, что встречались на его пути… в их глазах стояла мольба. Почему он раньше не замечал этого? Почему не смотрел им в глаза?

Причину он знал. Он презирал их.

Стражи, все невероятные существа, тайно населявшие город, которые прятались среди фасадов, в фонтанах, в мозаиках, под землей или среди фонарных столбов, ожили, откликаясь на его зов. Они хватали деструкторов, удерживая их на мосту. А мост тем временем, вплетал их в себя, словно живые скульптуры.

Деструкторы разрушали, повинуясь воле Императора.

Но Виктор строил. Он создавал. Пришло время обратиться к тому пугающему образу, который отталкивал его с самого детства. Он явился ему давным– давно, но он смог запрятать его обратно. И этот образ в своем полном великолепии появился вновь лишь дважды – при падении Ремесиса, когда погибли отец и Мэй, и… когда он тайно повенчался с Юви, соединив их магической связью.

Черный Журавль.

Виктор всегда считал, что он знаменует смерть. Что Журавль является неспроста. Он забирает тех, кто ему дорог.

Но сейчас ему нужна была эта сила. Имея все три ключа, он сможет направить ее против Тени Самуна и не дать Юви совершить ошибку.

На подступах к Дворцу он заметил странную дымку, окутавшую здание. Сизовато– синий туман, который собирался возле стен, клубами поднимаясь вверх. Из него навстречу Виктору метнулась человеческая фигура – правда, она мало напоминала человека лицом. Это была женщина с искаженными злобой чертами. Ее волосы извивались синими змеями.

В руке Виктора выросла стига – меч сверкнул на солнце, словно кристалл, и с легкостью вошел в тело монстра, которое немедленно рассеялось как дым.

«Вот это нехорошо, это совсем нехорошо», – подумал Виктор.

Мелькавшие перед глазами чертежи и расчеты рассыпались, и он попробовал определить источник дыма. Тот шел с крыши, и Виктор устремил все силы туда.

Мост в небеса.

Когда он врезался в стеклянную преграду, даже не почувствовал боли. Сейчас его ослепляла ярость. Ведь там, внутри, лежала Юви – ее длинные волосы переливались на солнце, и было сложно понять, какого они цвета. Черная накидка была скинута на одно плечо, обнажая белую кожу, слишком бледную на фоне черного цвета Империи. А рядом с ней… над ней… склонился Октавиан.

– Не тронь ее, подлец! – прорычал Виктор.

Октавиан успел обернуться, на его лице отразилось удивление.

– Так ты жив! А если я уже…

Закончить фразу он не успел. Виктор с размаху дал ему кулаком по челюсти, повергая Императора на землю. И сам отскочил от удара – артефакт защищал своего владельца.

– Что ты сделал с ней? – прохрипел Виктор, выплевывая изо рта кровь.

Кровавая ухмылка на лице Октавиана ему не понравилась. Виктор поднялся на ноги и выставил перед собой стигу.

– Будешь и дальше валяться у меня в ногах, Император? – сказал Виктор. – Без камня ты никто.

– А кто ты такой, Виктор? – тоже поднимаясь, проговорил Октавиан. – С чего решил, что ты тут лучше всех? Что делал ты, пока она жила в чужой стране? Под моей, между прочим, опекой! Я скажу тебе. Ты кутил напропалую, в борделях, где угодно. Помнишь тот самый первый год, когда мы пришли сюда? Мой отец нянчился с тобой, как с собственным сыном! Что он увидел в тебе, Виктор? А? Когда тебя соскребали с улиц города? Чем ты такой особенный? Своей магией? Да будь проклят твой ремесис!

Черный дым взвился от кольца Октавиана, превращаясь в клинок, похожий на клык чудовища.

Они кинулись друг на друга одновременно.

– Ключи у меня, тебе не выстоять, – прохрипел Виктор, когда они сошлись, каждый пытался продавить другого.

– Они не могут быть у тебя, – усмехнулся тот.

– Тогда как я дошел досюда? А? Все стражи Ремесиса сейчас бушуют за этими стенами. И они сожрут тебя, слышишь, Октавиан?

Они отпрыгнули друг от друга, переводя дух. Что-то странное витало в воздухе, не давая Виктору покоя. И хоть Юви была неподвижна, он то и дело поглядывал на нее.

Происходило что-то невидимое для глаз, но ремесис чуял сокрытое. Виктора тянуло вперед. К Юви. Но сначала нужно разобраться с этим зазнавшимся мальчишкой Октавианом.

– Я всегда хранил Юви в своем сердце, даже когда считал ее мертвой.

– О да, Виктор, как романтично, – ухмыльнулся Октавиан.

– А ты убил ее брата ради этого артефакта. Не так ли?

– Все так, Виктор. Но я скажу тебе больше. Мы даже сдружились с тем мальчишкой. А когда я увидел его сестру, о которой он столько мне говорил…

– Что? Смотрю, ты тоже тот еще романтик! Но тебе ведь понадобилась ее сила, а не сама Юви. Тебе нужен был артефакт, из-за которого пал Ремесис.

– Да. Я добыл для отца артефакт. И мой брат, мой горячо любимый брат, который был против войны… я избавился и от него. Как, впрочем, и от отца. Я не мог больше жить, исполняя чьи-то приказы. А вот с Юви ты не прав, Виктор, – тряхнул головой Октавиан. – Она предназначена мне.

– Глупец! – вырвался из груди Виктора громоподобный рев. – ТЫ НИЧЕГО НЕ ПОНИМАЕШЬ!

Он и сам не знал, откуда в нем взялась такая мощь. Но вот внутри, вызывая трепет, распахнул крылья Он.

Черный Журавль. «Прими меня, Виктор», – шепнул он.

Глава 19. Последний танец

Танец – это сокровенный ритуал.

Танец – это творчество в его истинном обличии. Вереница движений, пронизанных одной магической нитью.

Танец – это освобождение от оков страха.

Танец – это скольжение над краем бездонной пропасти, это самообновление и игра энергий.

Танец – это небо и земли, и горы, и огненный поток лавы. Это сверкание стиги в сиянии солнца или луны. Это прощальная песнь журавля и рождение первозданного лотоса Шалукори.

Танцуя, маг высвобождает энергию вселенского ветра, но не каждому магу под силу завершить танец. Это созвучие с миром, способное при должном ритме сотрясти сами его основы и перекроить его карту.

Танец – это бой со своим внутренним демоном.

И кто победит – решать танцору.

Искусства Ремесиса, Тайный Архив

V

От силы его голоса стекла крытой террасы треснули, осыпаясь на пол, ложась им под ноги осколками. Но Виктор успел оградить Юви, выставив над ней невидимый щит.

Он бросился на Императора, сам будучи тенью, громадной птицей с черными распахнутыми крыльями, способными накрыть этот мир навсегда.

Юви звала его, и он больше не мог сдерживать себя.

«Вспомни себя, вспомни, кто ты…» – шептал голос внутри него.

– Я Виктор, я Виктор, – отмахивался он до последнего.

Удар за ударом. Стига мелькала в воздухе как сумасшедшая, будто коготь хищника, но Октавиан все еще сдерживал натиск.

Мошенник! Он взял то, что ему не принадлежало.

Но вот девушка за его спиной шевельнулась и медленно поднялась.

Эту девушку звали Юстиана, напомнил себе Виктор, возвращая себе остатки разума – своего разума. Сбрасывая личину Журавля.

Это Юви.

Ее бледная кожа сияла, становясь все темнее и темнее, наливаясь синевой небес. Глаза распахнулись – в них плескалась магия войны, магия мести. Волосы ее стали почти черными, с холодным оттенком синевы. Один взмах рукой, и внутри у Виктора – который все же сумел вернуть себе себя – все сжалось.

Ее магия – танец. Но что за танец приготовила она им?

Юви смотрела на него, но будто бы сквозь, невидящим взглядом.

– Выходи, Тень, – проговорила она. – Пришла пора сразиться.

Изогнутый меч выскользнул из рук Императора и дымом устремился к Юви, вырастая в змея, отдаленно напоминающего чудище залива Им.

Новое движение ее руки, и воздух будто бы замер, как и Виктор вместе с Октавианом. Они оба ошарашено таращились на Юви.

– Что происходит? – тихо спросил Октавиан.

– То, что обычно происходит, когда идиоты вроде тебя пользуются магией, – прорычал в его сторону Виктор.

Его тело наливалось новой силой, которую магнитом тянуло к ремесису Юви.

И вот она закружилась в танце, ступая по осколкам, но словно бы не чувствуя их. А змей извивался вокруг нее, норовя принести с собой разрушение.

– Мы должны вмешаться, – сказал Виктор.

– Мы? – фыркнул Октавиан. – Да лучше я…

– Погибнет она. И неизвестно, кто еще.

– Что делать?

– Кольцо у тебя, Октавиан. Ты сможешь отозвать Тень Самуна.

Впервые за время их знакомства на лице Императора проскользнуло сомнение.

– Он не слушает меня… этот чертов камень не слушается!

– Я отвлеку ее, а ты, страж тебя раздери, совладай с камнем! Или ты и впрямь ни на что не годен?

Они переглянулись, метнув друг в друга молнии, потом еле заметно кивнули.

– Только ради нее, – выдохнул Октавиан и зажмурился, собирая в кулак всю свою волю.

«Вот и посмотрим, – внутренне ухмыльнулся Виктор, хоть и было не до того, – как сильна его воля. Из чего действительно сделан малыш Император».

Оставив Октавиана наедине с его внутренней битвой, Виктор устремился к Юви.

Не успел он дойти, как хвост змея с силой отбросил его в сторону, выкидывая за пределы террасы. Он на лету уцепился за перила балкона, обрамлявшего террасу, и вернулся назад, обращаясь к своему Черному Журавлю.

– Давай, – тихо шепнул он ему, – покажи, на что способен ты.

От танца Юви поднимался самый настоящий ураган, собирая предметы и осколки с пола и подбрасывая их в воздух. Да и само небо над ними почернело, солнце скрылось за свинцовыми тучами. Ее танец ускорялся.

И Виктор снова бросился вперед, минуя змея, к самой Юви. Крепко схватил ее за талию, прерывая этот воинственный танец, и увлек в сторону, моментально создавая вокруг них непроницаемый стеклянный шар. Краем глаза лишь заметил, как Октавиан, скрипя зубами, утягивает змея обратно в перстень.

Юви вырывалась, брыкалась, царапалась, но он крепко держал ее.

– Юви… Юви… это я, Виктор. Юви, вернись ко мне. Услышь меня.

Ей удалось оттолкнуть его, но ненадолго. Та часть него, с которой он так долго боролся, взяла вверх.

И он понял, кто он такой и что делает здесь.

– Ты убил их, ты всех их убил, и будешь наказан за это! – закричала она не своим голосом.

И он увидел в ее глазах тень той, кого она впустила в этот мир подобно вратам.

– Прости меня, Инимариса, я был ослеплен яростью и ревностью, жаждой власти и сомнениями.

– Ты будешь страдать вечно, Самун!

– Ты должна простить меня, как простили они, твои сестры.

Она говорила через Юви, она и была Юви.

Маленький цветок Шалукори с множеством граней всех цветов и оттенков. Все это – она. Ей было так тоскливо без него, что она разбила свою душу на множество осколков, и каждый из них стал богиней.

Не было ни Белой, ни Красной, ни Желтой Тейр, ни даже Голубой или Черной, только она. Всегда – о дна единственная, его половинка. Он сам заставил ее страдать.

– Прости, прости меня. Вернись, и мы сможем жить в этом мире, в этих воплощениях.

Виктор чувствовал странную раздвоенность – это был он и кто-то другой, он прежний. Если у него только две личины, то каково Юви?

Ощутив всю тяжесть ее груза, он обхватил лицо девушки, этой грозной богини, ладонями и крепко поцеловал, ощущая пульсацию энергии под кожей.

Если не любовь, то что способно спасти их всех?

U

И вот она вынырнула из глубин бескрайнего океана и увидела знакомое лицо.

– Виктор!

Юви крепко прижалась к нему, на глаза навернулись слезы.

Он жив, жив! Она знала, что все это ложь, в душе она знала. Ее сердце чувствовало. Но она была столь уязвима, что поддалась соблазну, прониклась жаждой мести… не своей. В ней говорила Инимариса и злобные дахини, которые ненавидели Виктора – или того, кто стоял за ним.

Юви крепко обняла его, заметив, что они окружены стеклянной сферой.

Вот только за пределами сферы Октавиан боролся с Тенью. И Тень была совсем близко от них.

– Виктор?

Она не успела оформить фразу, когда стеклянный шар треснул и внутрь прорвался змей, уничтожая будто само пространство между ними. Деструкция в самом высшем ее проявлении.

На мгновение змей завис между ними, словно выбирая – но вот легкое движение руки Октавиана, и монстр перехватил Виктора пополам, сдавливая его, утаскивая прочь от нее.

– Виктор!

Тень Самуна все же следовало уничтожить.

– Ах ты тварь, – прохрипел Виктор. – Созданный из моей крови, еще смеешь нападать на меня!

Но чудище никак не отреагировало, стягивая его сильнее своим мощным туловищем. А их связь с Виктором, которая вспыхнула в шаре, ослабла.

– Мне не остается ничего другого, – шепнула Юви, – прости…

Она схватила лежащую на полу стигу и ринулась прямиком на Октавиана. Неотвратимо, без остановки, занося клинок, слыша за спиной крик Виктора.

– Юстиана? – почти взвизгнул Октавиан. – Стой, Юстиана… – В руке Император держал изогнутый меч.

Лицо Октавиана исказилось. Может он и хотел остановить ее. Но когда она выставила перед собой клинок, подходя совсем близко, то вовремя развернула его, отводя в сторону. А вот Октавиан…

Его изогнутый меч пронзил Юви насквозь.

– Нет, Юстиана!

– Юви!

Голоса пронеслись над ее головой. Но она посмотрела вниз и увидела, как течет кровь по руке Октавиана, омывая перстень. Ее собственная кровь. В се-таки жертва была нужна.

– Рожден из крови и погибнет в крови ремесиса, – прошептала она. – Ты не оставил мне выбора.

Металлический привкус коснулся ее языка, струйка крови потекла по подбородку. Юви осела на пол, разглядывая полное ужаса лицо Октавиана. Неужели его лицо будет последним, которое она увидит?

Он отступил на шаг, два, попятился, бросая клинок. Тряхнул головой, будто не верил, что сделал. Камень на его руке зашипел. Император мигом снял перстень и отбросил в сторону. Тот запылал черным огнем.

– Я… я не мог… нет…

Перед тем как упасть, Юви увидела черную тень, явившуюся из ниоткуда. Было слишком больно, чтобы рассматривать ее. Эта тень, словно маску, носила знакомое лицо. Риок. Убийца ее отца.

– Наконец я свободен, полностью, – услышала она, а в следующую секунду Октавиан захрипел, пронзенный стигой легионера.

Юви завалилась набок, ища взглядом Виктора.

Змей исчез, оставив после себя одни лишь разрушения.

А Виктор лежал неподвижно.

В груди у Юви замерло. Она бы хотела вновь посмотреть в его глаза, пусть и в последний раз.

Но вот он пошевелился. И повернул голову. Вид у него был такой помятый, что Юви невольно улыбнулась.

Он жив, а это уже хорошо.

– Юви… – позвал он. И тоже улыбнулся. – Юви, протяни мне руку.

– Я не достану, – шепнула она.

– Попробуй.

Он тоже вытянул руку, вцепившись в каменный пол. Попытался подтянуться, подползти к ней.

Но вот ее подхватили на руки, и она прильнула к Риоку. Он смотрел на нее сверху вниз с такой грустью, будто извинялся за все, что было.

– Потерпи совсем немного, – сказал он.

– Я не могу… исцелить… себя, – проговорил она.

Риок поднес ее к Виктору и положил рядом. Когда она оказалась в такой близости от него, по телу растеклось тепло. На секунду она прикрыла глаза, желая остаться здесь и сейчас навсегда. Никуда не уходить.

– Юви, посмотри на меня.

Она распахнула глаза, затрепетали ресницы. Как же тяжело было удерживать его нежный взгляд. Она слишком устала.

– Спасибо, – шепнула она, боясь, что не успеет.

– За что? – улыбнулся Виктор, и она вновь ощутила тепло. Там, где прежде была адская боль.

– Что подарил мне такую любовь.

– Ты рано сдалась.

– Я больше не могу. Я устала. Раньше я думала, что всесильна. А сейчас… я просто очень устала.

– Держи их.

– Что?

– Держи, сейчас они нужны тебе.

Теперь она явно ощутила даже не тепло, а жжение, и посмотрела вниз – Виктор приложил к ее ране все три ключа Ремесиса. И они постепенно впивались в ее кожу.

– Что я должна сделать? – спросила Юви.

– Это знаешь только ты сама, – ответил Виктор, и она уловила дрожь в его голосе.

У него не было ответа.

* * *

Юви перекатилась на спину и закрыла глаза. Она обратилась к тому, что знала лучше всего на свете. К танцу.

Ее тело было сковано болью и жжением, но мысленно она танцевала. Ее разум повторял движение за движением точно так, как она сделала бы в реальности. Она вспоминала последний танец, который обещала не танцевать никогда и ни за что.

Но разве сейчас она не переступила черту?

И она продолжила, пытаясь найти саму себя. Тот образ, который однажды так восхитил ее.

Цветок лотоса.

Легендарный Шалукори.

Она парила, рассекая воздух ладонями, на ее щиколотках позвякивали подвески. Над головой звучала песня звезд и музыка ветра. А когда под ней вдруг распустился пурпурный бутон, она мягко опустилась внутрь, окутанная зеленоватой дымкой. Ей казалось, что здесь, в этом цветке, сосредоточены все жизненные жилы, все источники энергии, которые когда-либо существовали.

– Ты прошла все препятствия на пути ко мне. Я могу исполнить любое твое желание, – проговорил ей зеленый свет, шедший из самой сердцевины. – Чего ты хочешь больше всего?

Юви знала, что поступает эгоистично, но, тем не менее, ответила:

– Я хочу всегда быть с ним.

– Тогда возвращайся. Он ждет тебя.

Эпилог

Три месяца спустя

V

– Я уже могу выйти? – спросила она, выглядывая в окно, ведущее во внутренний сад.

– Пока тебе лучше восстанавливать силы, – ответил Виктор и улыбнулся ей. – Но, думаю, попробовать можно.

– Ну, в самом деле, Виктор! Ты самая ужасная нянька на свете!

– За это ты и любишь меня.

Солнечный свет струился в окно их нового дома, который Виктор создал только для них. На большие архитектурные достижения он пока был не способен – его ремесису был нанесен огромный урон, но он тоже шел на поправку после столкновения со змеем и Императором. Они уединились ото всех на окраине города, среди золотистых елей и вечнозеленых пихт. До сих пор он никого к ней не подпускал, да и к себе тоже. Но сегодня…

– Так что там? Это какой-то сюрприз? – не унималась Юви.

Она все же вскочила с постели, как бы он ни укладывал ее обратно. Шутя.

Хотя она уверяла его, что чувствует себя превосходно, он видел следы усталости на ее лице. Такое не проходит бесследно. А ее волосы…

– Ты опять пялишься! – проворчала Юви и подошла к зеркалу. – Тебе не нравится?

Ее волосы обрели темно– нефритовый оттенок, и они больше не отрастали.

– Думаю, с этим я готов смириться, – сказал он и обнял ее со спины, зарываясь лицом в шею, вдыхая дивный аромат лотоса с нотками бергамота. Этот запах как всегда дурманил его, заставляя нестерпимо желать ее. Но целых три месяца он не касался Юви, чтобы дать возможность полностью выздороветь. Мучительная пытка.

– У нас гости, – наконец сказал он. – Так что собирайся и спускайся вниз. Я подожду там.

– Это же здорово! – просияла Юви.

– Неужели ты устала от моей компании?

– Вовсе нет, Виктор! Ну а теперь прочь из спальни.

Он ушел, оставив на кровати небольшую коробочку с подарком для нее.

* * *

Когда она спустилась, у Виктора перехватило дыхание, как и у всех, кто ждал ее вместе с ним. Все пришли нарядными, хотя Виктор просил их не переусердствовать. Неужели он настолько отвык от красок Ремесиса? Да он и сам позволил себе снять белоснежный траур по Рите и, пока Юви собиралась, облачился в темно– синий шелковый костюм с ручной вышивкой, давно приготовленный для него мамой. На случай, если он женится по традициям Мартима.

На Юви было легкое изумрудное платье, перевязанное на поясе. Волосы она перетянула шарфом – тем самым, который он ей подарил, а в уши вдела серьги-сердечки двух разных цветов, как напоминание об их невозможной, но неизбежной паре.

Но главное – она улыбалась, ведь несколько недель после случившегося Юви была совершенно опустошена, лишена всех эмоций.

Увидев гостей, Юви поняла все без слов. Будут еще официальные церемонии и приемы, будут встречи с послами и министрами в качестве новых лидеров государства, но сейчас они были просто Виктор и Юви. И он хотел, чтобы они разделили это счастье только с близкими.

Ксиу и Лали бросились обнимать Юви, Мариэ сдержанно улыбнулась и подвела маму, которая поцеловала Юви в щеку и что-то шепнула на ухо. Они все вместе рассмеялись, и даже Мариэ. Все немного расступились, когда вперед вышел Роши. Он все еще был бледен и возвращался к жизни не так быстро, как многим бы хотелось – включая Лалибэй, которая ни на секунду от него не отходила. За его спиной стоял Риок – они не сразу поняли, что между ним и Роши появилась невидимая ниточка, и когда деструктор был поблизости, мальчику становилось гораздо лучше, а в его отсутствие он снова угасал.

Юви еле успевала смахивать с глаз слезы счастья при виде брата. Они обнялись и долго стояли так. Виктор слегка занервничал, не зная, успеет ли приехать мама Юви – он дал поручение отыскать ее, но пока вестей не было. Но Юви уже стала частью их семьи, она больше никогда не останется одна, уж он об этом позаботится.

Чуть поодаль стояли, перешептываясь, Кортис и Адора. Эта парочка не расставалась с самого «побега через туннель», как они это называли. Мартимьянин не выпускал руку Адоры из своей, будто опасался, что девушка сбежит. Она тоже облачилась сегодня в яркие цвета Ремесиса, и лазурно– голубой прекрасно сочетался с ее счастливыми глазами. Они с Адорой встретились взглядами и чуть заметно кивнули друг другу. О том, что делать со всеми живущими здесь солидийцами, ему еще предстояло подумать и вынести предложение на Совет. Как и что делать с чудовищным мостом, которому Лалибэй дала шутливое название «Виктор идет за Юви».

Возле входа, пряча от Виктора взгляд, стояла Дженни в черном платье с кружевным воротничком. Она опасливо прикрывала свой появившийся животик, а когда кто-то вскользь упоминал Октавиана, она не могла сдержать слез и убегала.

Виктор решил не трогать ее и позволить всему идти своим чередом. Теперь все выжившие деструкторы по собственной воле примкнули к нему и Юви, а солидийцы притаились, гадая, что будет с ними без Императора.

Но сейчас Виктора ждала его невеста.

Когда с разговорами было покончено, и Виктор пообещал всем, что отдаст Юви им на растерзание позже, он взял ее за руку и повел в сад.

– О, а ты времени даром не терял, – восхитилась Юви. – И почему этой красоты не видно из моего окна?

– Надо было и мне чем-то развлекаться на досуге, – с казал он.

– Присвоим тебе титул Садовника вместо Архитектора, – хихикнула Юви.

Они прошли к алому праздничному шатру, украшенному хризантемами.

Юви уверенно шагала рядом с ним.

– Насколько понимаю, ты совсем не против стать моей женой?

– Будто ты меня когда-то спрашивал, Виктор! – усмехнулась она.

Возле шатра плясали синие тени, откуда-то раздавалась музыка, похожая на переливы воды и звон колокольчиков.

– А это еще что такое? – спросила Юви, узнавая в облике теней дахини.

– Разве ты не хочешь жить долго и счастливо? – улыбнулся Виктор. – Мы же на землях Ремесиса, или ты уже забыла про традиции?

* * *

Вечером, когда все разошлись, и они остались наедине, Юви устало прильнула к нему.

– Ну что, брачная ночь и все такое? – зевнула она, но в то же время он увидел лукавый огонек в ее зеленых глазах. – Я еле стою на ногах. Да еще ты, сумасшедший мужчина, позвал к нам на свадьбу пятьсот тысяч дахини! Ты видел ожерелье, которое они мне подарили? Мне показалось или то были черепа?

Виктор подхватил ее на руки, поднимая на второй этаж коттеджа.

– Значит, ты уже готова скрепить наш союз? – шепнул он ей на ухо.

– Ты хочешь меня чем-то удивить? – проворковала она, посылая по его телу огненную волну.

– Ты бросаешь мне вызов, Юви Казиньяк! Простите… госпожа Юстиана Меримьян.

Он бережно опустил ее на кровать и лег рядом, касаясь нежных губ, которые навсегда принадлежали только ему.

– Ну если уж сами дахини благословили нас…

– Не прибедняйся!

Она притянула его к себе за шею и прижалась всем телом, давая понять, как сильно соскучилась.

Просить дважды его было не надо.

U

На официальной церемонии коронации, которую Юви оттягивала, как могла, но безуспешно, они вновь оказались в Соборе. Том самом, куда ее привел отец или сама судьба.

Что-то до сих пор тревожило Юви, и она хотела выяснить, в чем дело. Ключи, которые теперь находились внутри нее, то теплели, то приносили с собой холод глубин, но эта их переменчивость волновала и саму Юви.

В голове мелькали чертежи с рукописей, которые она видела в Тайном Архиве. И в самый неподходящий момент, во время коронации, она, наконец, поняла – ключ Желтой Тейры! Он выглядел на рисунке иначе, более целостным.

Он был сломан!

А где же тогда вторая часть?

«Ключи нельзя уносить из Собора, иначе быть катастрофе», – говорил отец.

А это значит, что обломок Желтого ключа так и остался там, на месте древнего Храма.

После церемонии она увела Виктора ото всех и рассказала ему о своей догадке.

– И ты хочешь найти его? Зачем? – спросил ее супруг и новоиспеченный король Ремесиса. (Он так и не принял регалии Императора, которые ему вверяли.)

– Я чувствую, что так надо, не могу объяснить. Ты должен довериться мне.

– Иного и быть не может.

Когда они спустились в Тайный Архив, внутри у Юви потеплело.

– Ключи! Они отзываются, будто сами показывают дорогу.

– Тогда веди нас.

И они пошли, спускаясь все ниже и ниже, пока не достигли пещеры с озерцом по центру. От него шло сине-зеленое свечение, освещавшее все кругом. Помещение напоминало Сокровищницу Императора, вот только здесь не было золота. Возможно, тут хранились настоящие сокровища.

– Он там, – проговорила Юви, указывая на озерцо.

Виктор с сомнением посмотрел на нее – о ни были в прекрасных церемониальных костюмах, которые не хотелось портить.

– Ну хорошо, – проговорил он и начал раздеваться.

– Стой. – Юви подошла к нему. – Я могу сделать это сама. Но если я заберу ключ… что-то произойдет. Везде сказано, что будет катастрофа. Что именно случится, никто не знает. Однако это связано с ремесисом.

– Юви, если сами ключи говорят об этом, мы должны прислушаться. А это что?

Она глянула под ноги – на камне возле озера мерцала надпись. Юви с удивлением увидела там свои инициалы: UV.

– Я должна была прийти сюда, – шепнула она и коснулась камня. В тот же миг воздух засеребрился перед ней, а в руке оказался свиток.

Юви раскрыла его, не веря своим глазам. Это был почерк отца.

«Юстиана… Юви. Я очень надеюсь, что мое послание долетит до тебя. Тайный Архив – совсем не простое место, это библиотека не для всех. Послание сюда можно направить из любой точки света, только если знать, как. И я отправляю его в тот момент, когда ты на поезде мчишься в Шаттрли. Многое станет для тебя неожиданностью, но я уверен, что ты справишься. Я всегда верил в тебя. И дело тут не в магии. Ты сильная и смелая, твое сердце наполнено страстью. Такие маги нужны землям Ремесиса, неважно, мужчины они или женщины. Я долгое время скрывал тайну Ремесиса. Но об этом чуть позже.

Когда ты появилась на свет, я перерыл древние легенды. И нашел. Я узнал, кто ты на самом деле и кому предназначена. Не всегда все получается так, как планируешь. И если мой план все же обречен на успех, то ты окажешься вместе с ним, Вечным Журавлем.

Юный сын Аугуста сделал мне предложение, чтобы сохранить тебя целой и невредимой. Я понял, что должен послушать его. Только так я уберегу вас обоих. Тебя и Виктора. Я знаю этого мальчика с пеленок, как и то, что теперь ему нужно помочь.

Октавиан выполнил обещание, он оберегал нас все эти годы, а Виктор просто не смог бы пережить Захват, если бы знал о тебе. Это жестоко, но другого выхода не было. Я очень надеюсь, что вы, наконец, воссоединились, что судьба неумолимо свела вас вместе.

И если это так, то ты должна выполнить кое-что еще.

А теперь о тайне.

Короли Мартима вовсе не те благородные правители, какими ты считала их. Они скрывали от людей самое главное сокровище. Магию.

Никому не стоило уносить ключи из Храма, ведь тогда… ведь тогда ремесис освободится. Он везде и всюду, он принадлежит всем жителям, а не только аристократам. И я хочу, чтобы ты… нет, я хочу, чтобы вы с Виктором вернули магию в эти земли».

Юви с Виктором переглянулись, осмысливая слова.

– Значит ли это… – проговорила Юви.

– Что ремесис не должен быть у избранных, это он – истинное сокровище.

– Поэтому так написали короли. Они предостерегали не трогать ключи.

Виктор кивнул.

– Теперь все становится ясным. Наши предки хотели управлять магией.

– Но если мы заберем последний осколок ключа… – Юви широко распахнула глаза. – То высвободим магию.

Теперь они знали, что нужно делать.

– Спасибо, папа, – шепнула Юви, прижимая письмо к груди, и девушку окутало теплое сияние, будто Дилип Казиньяк мог обнять ее с того света.

* * *

Когда они вышли на улицу, все словно переменилось. Воздух искрился, небо сияло, и сама земля наполнялась силой и плодородием, которое прежде держали в узде.

Некоторые люди останавливались и удивленно таращились, ощущая внутри себя странное шевеление – просыпающийся ремесис.

Виктор и Юви улыбнулись, взявшись за руки. Только что у них на глазах мальчишка вырастил дерево с ярко-синими листьями, похожими на крылья бабочек, а его мать от потрясения опустилась на землю и прикрыла рот ладонью.

– А это талант, – усмехнулся Виктор, поражаясь скорости. – Пожалуй, нам нужно задуматься о школах.

– Нам многое предстоит построить, принц Виктор, – отозвалась Юви.

– Так и будешь меня называть?

Проходя мимо, он сорвал веточку с тонкими синими листочками, которые трепетали на ветру, и отдал Юви. Потом подхватил ее за талию и закружил.

– Ни о чем не жалеешь, Юви?

– Нет, принц Виктор!

– Юви!

– Проклятье, Виктор, как же я люблю тебя!

– А я тебя, глупая девчонка, а я люблю тебя!

* * *

Покачивалось алое пламя на фоне пламенеющих крон. Искры взлетали к небесам и гасли, исчезая в небытие.

– Ты провалила миссию, луни, – раздался надменный голос. – Тебя следует казнить.

– Я знаю, генерал. И готова принять наказание. Только прошу сохранить жизнь ему.

Девушка бросила полный тревоги взгляд на связанного мужчину. Казалось, он мирно спит и не ведает о нависшей над ним опасности.

Медноволосый генерал усмехнулся.

– Ему? И что в нем особенного?

Девушка молчала, смиренно ожидая решения своего господина.

– Я сделаю все что угодно, чтобы возродить Истинного Феникса.

Генерал молчал слишком долго, но наконец проговорил:

– Хорошо, сладкоголосая, я дам тебе еще один шанс.

Благодарности

Сюжет романа «Цветок Империи» я увидела во сне. Это случилось в январе 2021 года – с тех пор магия Ремесиса навсегда поселилась в моем сердце. История Юви и Виктора затмила все прочие, над которыми я тогда работала, и буквально вырвалась наружу. Черновик романа был написан всего за два месяца, однако в появлении на свет полноценной книги огромную роль сыграли люди, которые меня окружали. Их поддержка позволила превратить первую магическую вспышку из сна в настоящее пламя!

Я благодарна издательству АСТ, а в особенности редакции «Мейнстрим» и ее команде. Вы поверили в Юви и претворили мою мечту в жизнь.

Не устану благодарить моего первого и главного бета-ридера – писательницу и друга Линнет Эрроу. Спасибо, что терпеливо выслушивала мои безумные идеи и поддерживала в минуты кризиса.

Мое дорогое Братство Читающих Писателей, моя творческая банда, спасибо за то, что вдохновляли и щедро делились опытом.

Отдельное спасибо Зое Ласкиной, соавтору «Отделенного мира». Наши прогулки по Питеру дали «Цветку Империи» самые необычные сюжетные повороты и неповторимую атмосферу! Благодарю и за книжицу о Музах Хранительницах Питера – она стала находкой для истории.

Анна Пушкина, писательница и коллега по книжному подкасту, ты не раз подставляла мне свое дружеское плечо и давала ценные советы о том, как не сдаваться, спасибо!

Евгения Сафонова, я не просто обожаю твои книги – именно ты вернула мне веру в отечественное фэнтези!

От души благодарю и своих первых читателей! Знайте, что ваш вклад в «Цветок Империи» бесценен, ведь для писателя нет ничего важнее, чем видеть живой отклик на свою историю. Вы были очень щедры на добрые слова и идеи! Особенно отмечу Анну Клирик. С ее подачи родилась глава «Форель, роза, стрела», в которой Юви проходит первые испытания и узнает себя по-новому.

Передаю слова благодарности и своей семье. Папе, который познакомил меня с удивительным миром фантастики и фэнтези. Маме, всегда готовой поддержать, благодаря которой появилась история с тайным архивом. А также супругу и второй половинке. Спасибо, что ты есть в моей жизни. Настоящая любовь существует, я узнала это рядом с тобой!

И, конечно, мои дорогие детки! Знайте, что благодаря вам у Бесконечных Земель Имгэ появилась своя карта, и рисовать ее было настоящим приключением.

Наконец, говорю спасибо Юви и Виктору. Вы не просто доверили мне рассказать историю вашей любви, но и открыли двери Тайного Ремесиса всем! Ждем новой встречи с героями, а пока порекомендую вам согреться тыквенным чаем от Риты Меримьян:

Тыквенный чай с пряностями

1/4 стакана тыквенного пюре

2 стакана горячего черного чая

1/2 ч. л. молотой корицы

1/4 ч. л. тертого мускатного ореха

1/8 ч. л. молотой гвоздики сахар по вкусу

Для прохладного осеннего или весеннего вечера идеально подойдет согревающий тыквенный чай, не только вкусный, но и полезный.

Очистите от кожуры и нарежьте сырую тыкву, варите в небольшом количестве воды 20 минут. Слейте оставшуюся воду и взбейте тыкву до состояния пюре. Заварите черный чай со специями, добавьте к тыквенному пюре, перемешайте. Сахар добавляйте по желанию и вкусу.

Приятного чаепития!

Примечания

1

Главы от лица Юви.

2

Главы от лица принца Виктора.

3

Цитата принадлежит Го Пу (примечание автора).

4

Мифическое существо, получеловек-полуптица.

Content

Юлия Бабчинская
Цветок империи

Пролог

Глава 1. Ключи от королевства

Глава 2. Танцы под дождем

Глава 3. Лотосовые богини

Глава 4. Неизбежность

Глава 5. Дом, милый дом

Глава 6. Дебютантка

Глава 7. Форель, роза и стрела

Глава 8. Осенний бал

Глава 9. Подарок

Глава 10. Спасительница

Глава 11. Свадьба

Глава 12. Фаворитка Императора

Глава 13. Сокровищница

Глава 14. Союзники

Глава 15. Тень Самуна

Глава 16. Тайный Архив

Глава 17. Решение

Глава 18. Пробуждение Журавля

Глава 19. Последний танец

Эпилог

Благодарности

Примечания