Посмыгаев Владимир

Элирм 2

Annotation

Ита-а-ак! Готовьте бутерброды, ставьте чайник и пристегните ремни!

Книга является прямым продолжением первого тома — https://author.today/work/82273

Эо и Герман идут по пути становления героя. Им предстоит пройти серьезную проверку на прочность, а также получить ответ на главный вопрос: кто такие люди версии 21А? Уникальный вид, способный ради выживания пренебречь ограничениями пространство-времени? Или всего-навсего опасный вирус? — Низшая каста и не заслуживающее никакого уважения галактическое отребье.

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 1

— Ура! Добрались! — танк отвесил мне звонкую «пять» — И прошу заметить, ни разу не сдохли.

Я кисло поморщился, потирая напрочь отбитую кисть.

— Тоже мне достижение. Можно подумать мы проделали двухгодичный марш-бросок вдоль берегов Амазонки. От Перу и до западного побережья Атлантики.

— Это как минимум — гордо улыбнулся Герман, а затем на мгновение отвлекся и неожиданно резко шагнул в сторону, сковырнув ногой увесистый гриб — Хм, странно…

— Что случилось?

— Да нет, ничего. Показалось. Слушай, а вы русские все такие смурные?

— Да. Кроме тех редких счастливчиков, что не мучаются от скуки безысходной рутины, нудности труда и отсутствия перспектив. И не задаются лишний раз вопросом: почему?

— М-м-м, ясно… — качок предпочел не вдаваться в детали — Но как бы то ни было, это уже в далеком прошлом. И, следовательно, тебе бы стоило начать постепенно набираться оптимизма и радоваться мелким свершениям.

— Ты прав. Постараюсь исправиться.

Мы стояли на вершине последнего холма, пристально разглядывая грандиозную и величественную постройку древних альвов и дваргов. Накрытая шапкой лентикулярных облаков, статуя Аргентависа опиралась на вершины двух симметричных гор, буквально впиваясь в их пики бронзовыми когтями и выдавливая наружу струящиеся к подножию ручейки киноварно-красных камней.

За холмом природный ландшафт сменялся как по мановению волшебной палочки: буйная растительность уступала место чахлой траве, низкорослым кустарникам и мхам, напоминающим тундру. А чуть вдалеке и вовсе преображался в подобие Дороги Гигантов в Северной Ирландии — тропу из сотен и тысяч соединенных между собой базальтовых колонн. Стоило добавить парочку грязевых ванн, тучи темпоральных дождей, и мы смогли бы воочию лицезреть наглядную иллюстрацию одной из игрушек Кодзимы.

— Чую придется попрыгать.

— Это точно. Ты тоже так и не выучил «прыжок» Августа?

— Угу — я коротко взглянул на табличку параметров — «Ловкость» вообще не хочет прокачиваться. Застыла на 19-и единицах и хоть ты тресни. А вбрасывать свободные очки жалко.

— Аналогичная ситуация. Но ничего — Герман продолжал сохранять позитивный настрой — С моим показателем силы я в легкую смогу забросить тебя на любую колонну.

— Разбежался. Сейчас как вложу оставшиеся сорок очков туда же, и посмотрим, кто кого будет забрасывать.

— Только попробуй. Среди нас двоих места хватит лишь для одного танка.

— Уа? — послышалось из рюкзака.

— В смысле троих. Прости Винни.

— У-а!

— А вот это было обидно…

— Кажется, ему не нравится, когда его так называют. Кстати, по всей видимости, скакать горными козлами нам и не понадобится.

— Почему?

— А ты погляди — я ткнул указательным пальцем в ближайшую из колонн — Видишь закладки? Вбитые в скальные трещины металлические колышки с петлями и веревками на конце. Кто-то постарался облегчить маршрут будущим путникам. И даже лестницы сделали. Одну, по крайней мере, я вижу точно.

— Вон вторая — Герман указал на скопление антрацитово-черных колон чуть поодаль — И третья.

— Вот и отлично. Пойдем.

Спустившись с холма, мы быстро преодолели остаток пути, а затем принялись карабкаться по базальтовым цилиндрам, плотно прилегающим друг к другу, но расположенным на разной высоте.

Задачка оказалась не из простых. На полпути лестницы с веревками закончились, и поэтому теперь нам то и дело приходилось сперва спускаться вниз, а затем через каждые пять-десять метров снова взбираться наверх, постоянно подпрыгивая и подтягиваясь, ухватившись за скошенные края уступов. Да еще и сам камень оказался до ужаса гладким и скользким, будто бы его намеренно отполировали и хорошенько натерли воском аккурат перед нашим с Германом появлением.

— Фух…

Я посмотрел налево.

Танк раскорячился в нелепой позе промеж двух колонн, упираясь одновременно спиной и подошвами ботинок.

— Гер, ты куда?

— Хочу взобраться повыше и посмотреть что к чему. Возможно, получится найти более удачный маршрут. А то уже битый час плетемся как черепахи и всё никак не дойдем. Каждый раз думаю, что вот-вот увижу врата, а их все нет и нет. Странно. И поселение людей не видать.

— Хорошая мысль. Давай. Я тут тебя подожду.

Я устало присел на корточки, а затем материализовал в руке бутерброд и бутылку воды.

Откусив самый сочный кусок, я в очередной раз с удовольствием засмотрелся на окрестности. Природа Элирма явно не испытывала проблем по части изобразительных средств. И в этом плане стоило отдать ей должное. Даже Дорога Гигантов казалась прекрасной в своей бесплодности и мёртвом великолепии. Эдакая локальная долина смерти с весьма замысловатыми трехмерными геометрическими узорами.

— Ой! — послышалось секунд через тридцать.

— Что случилось?

— Кажется, соскальзываю… — танк отчаянно елозил в паре метров от вершины, стараясь найти более подходящую точку опоры — Блин, сейчас упаду! Помоги!

— Как? Батут тебе соорудить? Или поймать как ребёночка?

— Не знаю. Скорее!

— Да чтоб тебя.

Я заметался в поисках подходящего варианта. Ничего мягкого кроме подушек и спальников у нас в наличии не было. Лестницу не построишь, веревку бросать бесполезно, а пытаться самостоятельно забраться наверх, чтобы подталкивать его руками — безоговорочно тянет на премию Дарвина.

— Могу телекинезом под зад наподдать! Хочешь?

— Да, давай! — прокряхтел Герман.

— Ну, смотри. За язык никто не тянул.

Я подошел ближе и прицелился, наведя навершие посоха прямо на пятую точку медленно сползающего качка.

БУМ!

Мускулистое тело резко устремилось ввысь, выгнувшись весьма причудливым образом: грудь и тазобедренная часть — вперед, руки и ноги — назад.

Думал, напарник окончательно сорвется, но нет. Тот все-таки умудрился по-кошачьи извернуться в полете и уцепиться за скользкий уступ. И уже через секунду втащил свою тушу наверх.

— Ай! Больно! Пятьдесят единиц здоровья снял…

— Ничего не знаю. Сам попросил. Хотя спокойно мог расслабиться и падать. Достижение «Полетели» работает безотказно.

— Не хочу его тратить впустую…

— Тоже верно — согласился я — Ну так как, видно что-нибудь?

— Погоди… дай отдышаться — по торчащим с края вершины ботинкам я понял — Герман все еще лежит — Ты хоть представляешь насколько мощно бьет твоё заклинание?

— Догадываюсь. А на что похоже? На удар боксерской перчаткой?

— Скорее на поцелуй с электричкой, пущенной под откос. И при этом доверху груженой цементом.

— Это прекрасно.

Я довольно хмыкнул, воображая действие заклинания, прокаченного до максимального уровня: легкий взмах посохом и могучая статуя Аргентависа с грохотом заваливается на спину, погребая под собой целый лес и отламывая зажатые в когтях пики гор. Падают камни, нисходят лавины, а по ногам ударяет сейсмическая волна возмущенно всколыхнувшейся почвы. Эпично. Но реально ли? А как насчет закона сохранения энергии?

— О-о-о! — напарник наконец-таки встал на ноги и принялся сканировать взглядом округу — Оказывается, мы почти дошли! Сотня метров на десять часов и всё. А еще я вижу врата и поселение людей! До него не более километра.

— Много их там?

— Трудно сказать… навскидку десятки и сотни человек. Целая деревня с мегалитом посередине! Минуточку, а это что такое…

— Герман? — почему-то мне решительно не понравилась та нотка удивления, промелькнувшая в голосе.

— Эо, тут в воздухе висит какая-то крошечная сфера похожая на мыльный пузырь. Написано: «Аномалия 721». Как интересно…

— Умоляю, не трогай!

Щелк!

— Ой…

Щелк-щелк-щелк-щелк-щелк!

Где-то глубоко под землей зашевелились древние механизмы, запуская всеохватывающую цепную реакцию. Что-то тяжело ухнуло. Следом по барабанным перепонкам ударил приглушенный «банг». Пошли волны вибраций, а через десяток секунд базальтовые колонны, словно кабины лифта, медленно поползли вниз, формируя идеально ровную площадку с высокими и неприступными откосами по краям.

Цилиндр с болезненно съёжившимся качком опустился последним.

Я встретил его, недовольно уперев руки в боки и стараясь вложить во взгляд как можно больше презрения.

— И что ты опять натворил?

— Я не хотел — промямлил тот — Всего лишь протянул руку, а та аномалия взяла да и лопнула. Брызнула миллионом цветастых осколков.

— Сказал же, не трогай. И как нам теперь выбираться отсюда? Из этого колодца?

— Блин, прости. Сейчас что-нибудь придумаю…

— Ага, конечно.

Вспышка!

Получено достижение: «Сталкер I ранга».

— Шанс обнаружения аномалии в непосредственной близости от вас повышен на 10 %;

— Шанс успешной активации аномалии повышен на 10 %.

Внимание! Герман Велор и Эо О’Вайоми стали первыми людьми версии 21А, что смогли обнаружить и успешно активировать «Аномалию 721»

— Коэффициент награды за успешное прохождение испытания повышен на 100 %.

— Это хорошо или плохо? — удивленно спросил танк — И о каком испытании идет речь?

Проигнорировав вопрос, я заозирался по сторонам, предчувствуя неладное. Случайно или намеренно, но наша ловушка до боли походила на пресловутую гладиаторскую арену. За одним единственным исключением — вместо желтоватого песка под ногами блестел отполированный камень.

— Только не это…

— Сейчас что-то будет, да?

— Это как пить дать. Гер, возьми ка на всякий…

Я материализовал эпический меч лысой Шельмы и стальную крышку от депривационной камеры, искусно переделанную Августом в каплевидный щит. Затем переключил внимание на посох, перепроверяя боезапас — вся троица доступных слотов «мгновенной активации» под завязку заполнена «телекинетическим ударом». Каждый мощностью под 200 ед. маны. Больше выдавить из себя не смог, иначе рисковал серьезно травмироваться от перенапряжения. По ощущениям это отдаленно было похоже на попытку надуть постоянно уплотняющуюся грелку. Прямо-таки наглядная иллюстрация третьего закона Ньютона.

Внимание! Инициирован процесс запуска испытания — Рамнагор!

Максимальное время успешного прохождения испытания: 60 минут.

Попыток: 1

Осталось волн: 10 из 10.

Сражайтесь или умрите!

Звук невидимого колокола эхом раздался по округе, от чего каменные стены завибрировали в мощнейшем резонансе, невольно напомнив мне библейскую легенду о трубах Иерихона.

— Какая прелесть…

Я зачем-то ощупал локтевой сустав, дабы убедиться на месте ли приёмник инвольтационных батарей. Хотя необходимости в этом явно не было. Четыре манопатрона давно установлены в БМИИ I и с тех самых пор томятся в ожидании своего часа.

Внезапно повеяло холодом, а следом коротко мигнули три вспышки фотоаппарата.

Волна: 1 из 10.

Мы удивленно уставились на гостей, материализовавшихся на дальнем участке арены.

Это были худощавые полуразложившиеся тела с пепельно-серой кожей, вооруженные древними топорами и облаченные в выцветшие лохмотья с редкими вкраплениями проржавевшей брони, отваливающейся буквально на каждом шагу.

NS-Eye как всегда услужливо вывел подсказку, стоило сфокусировать взгляд на противнике:

Беспокойный Игв. Нежить 5 уровня.

Здоровье: 100 %

— Пфф! И это всё? Трое слабеньких зомбаков? — усмехнулся Герман, покрепче стиснув рукоять меча и издав характерный звук скрипа кожаных перчаток — Пожалуй, этих я возьму на себя.

— Собственно, я и не возражаю.

Танк зашагал в сторону врагов, а затем неторопливо перешел на бег, постепенно набирая скорость.

Мёртвые Игвы синхронно среагировали на угрозу, и начали было заносить топоры для встречной атаки, но поздно. Качок стремительно разогнался и уже несся как локомотив, выставив перед собой щит на манер тарана, а оказавшись в радиусе действия способности, активировал «рывок». Смазанный силуэт красноватым росчерком прошелся прямо сквозь прогнившие тела, буквально разрывая их на части.

— Страйк!

Я одобрительно похлопал, а затем сделал шаг в сторону, пропуская мимо летящую голову с торчащим из неё пеньком перебитого позвоночника.

— Котята… — Герман брезгливо отряхнул налипшие на металл ошметки дохлой органики.

— Удивительно. Как быстро человеческая психика адаптируется под ситуацию. Подумаешь, впервые в жизни увидели зомби.

— Это да — напарник выглядел крайне довольным, наконец-то опробовав способность в реальном бою.

Минута томительного ожидания и снова волна холода с последующими вспышками микропорталов.

Волна: 2 из 10.

На этот раз врагов было пятеро. Четыре Беспокойных Игва 6-го уровня и Игв-Палач 7-го. Последний выглядел гораздо бодрее. Без видимых признаков разложения. Да и двигался более плавно, с легкостью удерживая ржавый полуторный меч, а не волоча его по земле в отличие от остальных.

— Полагаю, теперь моя очередь?

— Если хочешь.

— Разумеется, хочу.

Я вышел вперед, мысленно прикидывая расстояние, на котором выстрел телекинеза достанет всю толпу целиком.

Прокачав заклинание до I-го эпического ранга, я увеличил диаметр энергетического сгустка до 65 градусов или 3900 угловых минут. А это равносильно тому, как если бы я выставил перед собою 6,5 кулаков. И скрытое ими от обзора пространство как раз-таки и станет областью поражения. Весьма недурно. Получается можно смело бить по врагам с расстояния в четыре метра и дальше. Что ж, попробуем.

В отличие от Германа, я не ринулся галопом в атаку, а встал прямо посреди арены, в ожидании пока мертвецы не доковыляют сами. При этом воображение уже вовсю рисовало картинку киношного лучника, замершего перед надвигающейся лавиной вражеской армии. Лошадиное ржание, топот копыт, дождь, грязь, натянутая тетива, скребущее по щеке оперение и крики командира: «Ждём! Ждём! Ждём! Огонь!»

Огонь!

БУМ!

«Телекинез» разметал Игвов словно садовая воздуходувка опавшую листву. От мощнейшего удара заклинанием не умер только Палач. Его шкала здоровья резко скакнула в красную зону, замерев на отметке в 23 %.

Главарь отлетел на несколько метров назад и упал навзничь, а я, в свою очередь, почувствовал, как у меня прямо-таки чешутся руки. Август так долго и усердно нас тренировал, что теперь мне отчаянно хотелось сражений. Причем не лупить врагов с безопасного расстояния, а хорошенько зарубиться вблизи. Блокировать, уворачиваться, нападать. Ощущать напряжение связок, тяжесть оружия и отдачу при нанесении удара. Быть в центре событий, а не на периферии. И быть может даже получить парочку мелких ранений и гематом, как наглядное свидетельство боевой доблести и активного участия.

— Эо, ты чего застыл как истукан? Враг уже поднимается!

Я тряхнул головой, в попытке отогнать навязчивое желание. Игв-Палач окончательно встал в полный рост, подобрал оружие и продолжил без опаски переть напролом, отсвечивая в сумраке неестественно яркой краснотой опустевших глазниц.

Вот он сокращает дистанцию, подходит на опасное расстояние, вскидывает тощие, но жилистые руки и заносит над головой меч, а я все стою. Ржавое лезвие начинает обратное движение по высокой дуге, и лишь в последнее мгновение я отскакиваю в сторону и наношу сокрушительный удар концом посоха прямо по морщинистому затылку покачнувшегося вперед противника, разбивая череп, словно перезрелую тыкву. Как бы то ни было, но 30 единиц силы — не шутки.

Интерфейс NS-Eye мигнул оповещением о повторном взятии 10-го уровня, который я так и не восполнил с тех самых пор, как был нечаянно убит Августом.

— Влад, ты в порядке? — немного взволнованно поинтересовался Герман — Откуда эти суицидальные наклонности? Он же чуть тебя не зарубил! Ты маг или кто?

— Даже не знаю — честно ответил я — По правде говоря, изначально я выбрал магию как единственную альтернативу своему неумению драться. Но после изнурительных тренировок с «учителем» меня прямо-таки тянет поработать руками.

— А, все понятно.

Волна: 3 из 10.

— Что именно тебе понятно?

— У меня тоже самое было. Еще когда, будучи подростком, записался на секцию бокса. Через пару недель работы у мешка кулаки так и чесались дать кому-нибудь в морду. Но ничего. Огребешь десяток увесистых оплеух, получишь пару открытых переломов и мигом передумаешь скакать в авангарде.

— Посмотрим.

Мы спокойно переговаривались, наблюдая, как в нашу сторону плетутся уже восемь врагов: шесть Беспокойных Игвов 7-го уровня и двое Палачей 8-го.

— А что тут смотреть? — возразил качок — Даже моему невооруженному взгляду отчетливо видно: твоё призвание — магия, а не воинское искусство. Ты не станешь терпеть боль.

— Да ну? И когда это ты затесался ко мне в психоаналитики? И что дальше, док? Расстановки по Хеллингеру, тесты Люшера, Гештальт-терапия и пятна Роршаха?

— Ладно, хорошо. Тогда докажи — Герман протянул мне эпический меч — Иди и заруби эту нежить руками. Без магии. А я посмотрю.

— Да без проблем.

Я поудобнее ухватился за рукоять трофейного оружия, картинно хрустнул шеей и решительно направился в сторону мертвецов, предвкушая добротную схватку.

* * *

Сражение продлилось недолго.

Обратно я вернулся минут через пять, баюкая левую руку, давясь ингалятором здоровья и подволакивая ногу, распоротую от бедра и до самого колена.

— Ты прав. Ну его в баню…

Я сплюнул кровавый сгусток, а затем оторвал висящий на соплях рукав куртки, попутно ощупывая разбитый при падении локоть.

— Ну-у-у, если тебя это утешит, то держался ты более-менее достойно…

— Ой, закрой варежку — скривился я — Тоже мне эксперт. На! — я снова передал другу меч — Иди и воюй. Следующие два раунда сражаешься ты. А я, пожалуй, передохну. Восстановиться надо.

Волна: 4 из 10.

Очередное понижение температуры и уже тринадцать вспышек микропорталов.

— А вообще превосходно, что ты его сохранил — Герман заворожено разглядывал блестящее лезвие клинка — Идеальное оружие для танка. Почему-то я был уверен, что вы с Августом его продали. Как и доспех Заступника Барки.

Я улыбнулся, однако решил промолчать, не желая выдавать секрет раньше времени. «Учитель» советовал передать комплект эпической брони напарнику тогда и только тогда, когда я буду безоговорочно уверен в его преданности. А пока что этот момент не настал.

В прошлой жизни я вообще достаточно часто принимал необдуманные решения и делал поспешные выводы, и поэтому в этот раз постараюсь повести себя гораздо мудрее. И дело вовсе не в том, что мне было жалко дарить ему столь дорогие предметы, а скорее в моих опасениях. Потому как стоит Герману облачиться в броню, то в случае конфликта победить его будет крайне непросто. Или же вообще невозможно. Поэтому еще какое-то время, но я придержу доспех у себя. Необходимо покинуть начальную зону и посмотреть насколько изменится поведение танка в моменте, когда мы окажемся среди большого скопления людей. И он будет поставлен перед сложным моральным выбором: продолжать путешествовать со мной или же уйти, соблазнившись более выгодному предложению. Хотя, скорее всего, я излишне перестраховываюсь, и друг ни за что меня не предаст, но думаю, Август бы поддержал такое решение. Как говорится: доверяй, но проверяй.

БУМ!

Качок активировал «сейсмический удар», разом уронив две трети толпы, а на устоявших Игвов применил «рассечение» — размашистый удар по области, сдобренный красочным спецэффектом и двукратно усиленный за счет одноименной способности артефакта. Тела мертвецов переломило будто соломинки.

Я задумался. Как-то всё просто… Слишком просто для загадочного испытания, на которое еще никто из людей ни разу не натыкался…

Волна: 5 из 10.

— Влад… — покончив с нежитью, Герман вышел победителем, однако на этот раз даже его неплохо покоцали — Предлагаю сражаться вдвоем. А то с каждым разом их количество и уровни стремительно растут. Не хотелось бы жаловаться, но уже становится тяжеловато.

— Да, ты прав.

Я встал сбоку от танка в ожидании новой партии гостей.

По глазам ударила череда мельтешащих вспышек, и на арене материализовалось уже два с небольшим десятка врагов: четырнадцать Беспокойных Игвов 8-го уровня, пять Палачей 9-го и два Военачальника 12-го.

Последние выглядели гораздо серьезнее остальных: крупные, мощные, наголову выше палачей и полностью увешанные прочной кольчужной броней.

Я покосился на таймер. До конца испытания: 42 с половиной минуты.

— Есть предложения? — поинтересовался напарник.

— Да. Помнишь, как мы усмирили медведицу в лесу? Предлагаю действовать по уже проверенной схеме и…

— Не получится. Они рассредоточились по арене. Всех не достать.

— Поэтому предлагаю дослушать и не перебивать. Так вот. План таков: я вешаю на тебя «ободрение»; затем ты обегаешь врагов по кругу, параллельно активируя «провокацию» и носишься таким образом ровно до тех пор, пока они не собьются в плотную кучу. И как только это произойдет — бьём одновременно телекинезом и сейсмикой. Все просто.

— Звучит разумно. Согласен.

— Тогда вперед!

Я активировал единственный баф, выпустив в Германа пучок серебристого света.

— Вау! А вот это шикарная вещь! — казалось, напарник даже подрос — Охренеть! У меня все параметры разом скакнули на 20 %! И показатель здоровья увеличился аж на 160 единиц.

— Вот и радуйся. На меня эта способность не действует. Прокачал исключительно ради тебя. А теперь бегом марш!

— Есть!

Танк шутливо отдал мне честь и сорвался с места, стремительно набирая скорость.

— РОГХ! — послышался отвратительный боевой клич, напоминающий смесь криков ночных алкашей и воплей тупого подъездного быдла. Видимо это и была вышеупомянутая «провокация». Интересная способность, ничего не скажешь. Даже мне захотелось подбежать и хорошенько зарядить Герману в морду.

Но главное — сработало. Причем на отлично. Обделенные интеллектом мертвецы, словно стая утят послушно сменили курс, толкаясь, и наваливаясь друг на друга.

Однако радовались мы не долго. К удивлению, но спустя всего пару секунд один из Игвов-Военачальников отделился от общей массы и направился в мою сторону.

Я хищно оскалился.

— Аки ты своевольный паразит! Что ж давай, иди сюда. Поборемся.

Внезапно, противник выставил перед собой ладонь и практически в упор выстрелил по мне заклинанием.

На мгновение мышцы рук чудовищно ослабли, и я выронил посох. И всё. Ни урона, ни проклятия, ни какой бы то ни было иной отвратительной гадости.

— Что случилось? — Герман обернулся на звук ударяющегося металла о камень.

— Этот колдует! «Разоружением»! Будь осторожнее.

— О! Что-то новенькое.

Я не стал наклоняться. Просто спрятал оружие в «карман пустоты», а затем заново материализовал виртуальную проекцию себе в руки. Так сказать — вариант для ленивых.

Врагу это решительно не понравилось.

Военачальник издал леденящий душу крик, сделал пару тяжелых шагов навстречу и… неожиданно побежал.

От испуга я отпрянул назад, но вдруг споткнулся о чью-то оторванную ногу, потерял равновесие и плюхнулся на задницу. Как оказалось — донельзя вовремя. Меч противника со свистом рассек воздух в паре сантиметров над головой, а затем крутнулся восьмеркой и ударил, но уже вертикально. Сверху вниз.

БАНГ!

Не могу сказать, что это было запланировано, однако я все-таки умудрился в последнее мгновение поймать лезвие клинка «вилкой» посоха, и им же ударил в ответ телекинезом, опустошив при этом один из слотов заклинаний. Меч отлетел обратно к владельцу и со всей силы угодил тому прямо в лоб, сломав обе кисти и разрубив мертвеца вплоть до солнечного сплетения. Готов!

Параметр «Удача» увеличен на 1 ед.

— Ну ты даешь! — Герман как раз пробежал мимо, показав мне большой палец — Красиво отбил!

— Благодарю.

— Готовься! Иду на финальный забег. Подберу еще троих, что отбились от стаи и можем гасить.

* * *

С этой группой мы справились более-менее легко. Симбиоз двух способностей разом выкосил более половины врагов, а остальных серьезно поранил.

Получив парочку мелких царапин, Герман вошел в какое-то подобие боевого исступления и как заведенный крушил Игвов направо и налево, орудуя не только мечом, но и щитом. Тяжелые чугунные удары плоской поверхностью буквально сминали мертвецов, разбрасывая их в разные стороны, словно жалкие кегли.

— Гер! Хорош! Успокойся. Все уже сдохли давно.

— А?

— Ты этого Военачальника уже в подмётку превратил — я ткнул концом посоха в размазанную по базальту нежить.

— О! И правда.

— Нерационально расходуешь силы. Сейчас будет шестая волна, и если не ошибаюсь, то перед нами предстанет уже 34 противника.

— С чего ты это взял?

— А все просто. Сперва их было три, потом пять, следом восемь, тринадцать и двадцать один. Ничего не напоминает?

— Нет — пожал плечами качок.

— Это — ряд Фибоначчи, где каждое последующее число является суммой двух предыдущих. И если с шестой волной материализуются 34 мертвеца, то значит, далее будет: 55, 89, 144 и 233. Так что это еще цветочки, ягодки будут потом.

— Вот дерьмо. Если это правда, то мы точно сдохнем.

— Не факт — возразил я.

Волна: 6 из 10.

— Терпимо. Более-менее.

— Угу.

Волна: 7 из 10.

— А вот сейчас я уже не уверен. Возможно и сдохнем.

— Влад, у тебя остались ингаляторы маны? А то я практически пуст.

— Да, держи.

Волна: 8 из 10.

— И можно еще парочку со здоровьем? Ох… у меня почему-то задница огнём горит. Даже сесть не могу.

— Так у тебя стрела торчит из ягодицы.

— Серьезно? — танк удивленно покрутил головой — Ух-х-х! Поганые Игвы-Стрелки! Паразиты. Блин, чувствую со следующей толпой, мы точно не сдюжим.

— Попробуем. Есть один способ.

— Какой?

— Вот — я устало материализовал перед собой десяток пузырей «мозгобойни» — Будем бить их по флангам, и прессовать в одну большую кучу, а затем закидаем коктейлями Молотова.

— А это идея.

— Да, только смотри аккуратнее. Не дай бог попадешь под «разоружение» и в самый неподходящий момент уронишь бутыль себе под ноги.

— О нет, гореть я точно не хочу. Слушай, а может, заранее их подожжем, и ты снова упрячешь «мозгобойню» в «карман»? А затем просто-напросто материализуешь у нежити прямо над головой?

— А не потухнет?

— С чего бы? Насколько я понял, заклинание материализует предметы в точно таком же состоянии, в котором они были до этого. Да даже если и потухнет — ничего страшного.

— Хорошо. Давай пробовать.

Волна: 9 из 10.

Грязные, потные, израненные — мы сидели спиной к спине, наспех закидываясь всей доступной едой. Улучшенная регенерация и ингаляторы здоровья работали исправно, однако организм буквально вопил от ужаса и настойчиво требовал немедленного пополнения запаса строительных элементов.

До последней волны оставалось менее минуты, а мы, мягко говоря, не готовы.

Однако я был доволен. И чуть ли не улыбался, выпивая залпом сырое яйцо пещерного раругга. Как ни странно, но причиной для радости оказался именно Герман. Потому как, положа руку на сердце, стоило честно признать — напарник хорош. Как боец он был гораздо сильнее меня. И в конце 9-й волны сработал на все 10 баллов из 10. Бил, крушил, блокировал, уворачивался, падал и мгновенно вставал, несмотря на полученные раны. И при этом ни на секунду не упускал из виду меня. Более того, пару раз даже сам альтруистично подставлялся под грады ударов, сметая атакующих меня мертвецов, и отзываясь на периферии сознания неким прообразом двухметрового спасительного тарана.

Я, в свою очередь, тоже положил немало врагов, однако в случае с Германом — это был тонкий расчет и упор на воинское мастерство, а в моём — банальная удача и грубая сила заклинаний. В один момент от обилия вражеских целей я буквально потерялся: дерешься с одним, ударяешь «телекинезом», оставляя в толпе широкую просеку, будто пророк Моисей разделяет надвое Красное море — сбоку подходят еще пятеро. Отступаешь назад — утыкаешься в спину сражающегося с танком Игва-Воителя. Слава богу, напарник тоже это заметил и предложил немедленно сменить тактику.

Теперь мы консолидировали усилия и сражались в соответствии с каноном любой рпг игры. Танк — впереди, прикрываясь щитом. Маг — позади, контролируя фланги. На этом положение наших дел резко пошло на поправку. Благодаря БМИИ I и запасу инвольтационных батарей маны у меня было в избытке, поэтому я спокойно мог позволить себе поражать заклинанием даже небольшие группки врагов.

Как только концентрация мертвецов достигала приемлемого значения, мы либо одновременно били телекинезом и сейсмикой, либо Герман отскакивал назад, а я материализовывал над головами врагов очередной коктейль Молотова. К слову, «мозгобойня» горела не хуже бензина и справлялась с нежитью на ура. Стихия огня — определенно их слабое место.

Волна: 10 из 10.

И вновь повеяло холодом.

— Ох, сейчас начнётся Кататумбо… — тихо проворчал я, попутно перезаряжая БМИИ I.

Согнув правую руку в локте, резко дернул кисть на себя и две пустые инвольтационные батареи с шипением вылетели из экстрактора, оставив в воздухе дуплет голубоватого шлейфа. Не конечность, а прямо-таки олдскульный дробовик Ithaca M37.

— Что, прости? — танк непонимающе повернулся в пол оборота.

— Есть такое уникальное природное явление, возникающее каждый год над одноименной рекой в Венесуэле. Выражается в возникновении огромного количества молний, бьющих по воде буквально каждую секунду.

— А-а-а.

Вспышка!

Всего одна, но очень большая.

— Похоже, твой ряд чисел Фибоначчи только что выдал осечку… — медленно протянул Герман — И даже не знаю, что лучше: пара сотен неупокоенных или вот этот вот хрен.

— Да, здоровая скотина… — по спине побежали мурашки.

Мы уставились на материализовавшегося гиганта чрезвычайно зловещего вида. Ростом под четыре метра, закованный в толстенный латный доспех, и вооруженный огромной шипастой булавой. Даже трудно было представить, сколько весит такая. Килограмм триста как минимум.

Игв-Повелитель. Нежить 25 уровня.

Здоровье: 100 %

Мана: 100 %

— Ё-маё… — уроженец Германии впервые использовал недавно выученное слово — Есть идеи? Как биться будем?

— Тоже самое хотел у тебя спросить.

— Под удар попадаться не стоит…

— А еще ёлочки в лесу зеленые. И вода в озере мокрая. Ладно, давай иди — я подтолкнул напарника чуть вперед — Разберемся походу дела.

— Почему я?

— Потому что среди нас двоих места хватит лишь для одного танка.

— И зачем я это сказал…

Герман грустно поплелся навстречу финальному боссу.

Я бросил ему вдогонку «ободрение», а сам двинулся вбок, выводя виртуальные проекции с двумя коктейлями Молотова и тремя склянками серной кислоты на максимально доступное расстояние. Пускай до поры до времени повисят в непроявленном виде. Как представится удачный момент, материализую всё добро разом прямо над башкой бронированного монстра, и тогда посмотрим, как наш Игв-Повелитель запоёт.

— РОГХ! — напарник основательно привлек к себе вражеское внимание.

Усеянный длинными шипами шлем со скрежетом повернулся в сторону танка.

БУМ! БУМ! БУМ!

Тяжелые шаги отдавали по арене вибрацией и сильным грохотом окованных сталью сапог, будто бы завсегдатаи тренажерки и протеиновые гориллы ежесекундно роняли на пол неподъемные штанги.

Банг!

Звонкий удар. Веер искр и красноватый смазанный силуэт. Герман активировал «рывок», обегая врага по касательной. Очевидно, он метил в подмышку, так удачно подставленную при неторопливом замахе булавой, однако в самый последний момент промахнулся, угодив по толстенному краю нагрудника.

Великан круто развернулся. Слишком круто для столь внушительных габаритов.

— Ссссс… — послышался неестественный сипящий звук, отдаленно напоминающий утечку воздуха на борту МКС, а следом пушечным снарядом в качка прилетела магическая копия булавы, материализовавшаяся буквально за считанные мгновения.

БУМ!

Получив чудовищной силы удар, напарник болезненно вскрикнул и выронил щит. Левая рука повисла безвольной плетью, окропляя базальт густыми и частыми каплями крови. Открытый перелом. По всей видимости, сразу в нескольких местах. Нехорошо.

— Эо!

В то время как Герман пятился назад, я стоял позади великана и уже вовсю колдовал над «карманом пустоты», торопливо корректируя проекции снарядов.

<Извлечь> — <Передвинуть правее и выше> — <Извлечь> — <Отдалить на метр вперед> — <Извлечь> — <Оставить без изменений> — <Подтвердить> — <Подтвердить> — <Подтвердить>…

Хруст битого стекла, шипение кислоты и рёв пламени дедовского самогона. Игв-Повелитель зашелся в неистовом потустороннем вопле, полыхая огромным факелом и разбрасывая вокруг веера огненных брызг.

Почувствовав новый источник угрозы, финальный босс Рамногора избрал для себя новую цель, и дергающимися ломаными движениями направился в мою сторону.

— О, чёрт…

Я бросился наутек, огибая арену по кругу.

БУМ! БУМ! БУМ!

Тяжелая поступь догоняющего меня монстра напоминала отдаленную канонаду корабельных орудий.

— Ссссс…

Услышав характерный звук, я поддался инстинктам и резко упал на живот, вдребезги разбив коленную чашечку. Как оказалось — вовремя. Магический близнец чудовищного оружия пронесся над головой и со всей дури врезался в стену, оставив на одной из колонн глубокую выщербленную вмятину с трещиной от верхушки и до самого основания. Попади такая по пояснице и все — располовинит к чертовой матери.

— Ссссс…

— Да чтоб тебя!

Перекатываюсь влево и вскидываю посох, спешно разряжая второй занятый слот.

ДАНГ!

Ожившая иллюзия булавы и «телекинетический удар» встретились на середине пути, разорвав вечерний сумрак красочным фейерверком, разбившихся друг о друга заклинаний.

Я коротко взглянул на показатели противника:

Игв-Повелитель. Нежить 25 уровня.

Здоровье: 53 %

Мана: 42 %

— РОХГ — мимо проносится смазанный силуэт врубившего «допинг» напарника.

Герман воспользовался замешательством монстра и хорошенько полоснул того по приоткрывшимся ребрам. Благо серная кислота и коктейли Молотова исправно делали свое дело: элементы латного доспеха разъедало буквально на глазах, образуя в броне дымящиеся дыры и широкие прорехи.

Стоило мертвецу отвлечься и повернуться в сторону танка, как из положения лежа я ударил его телекинезом аккурат по сгибу коленей.

БУХ!

Здоровенная туша с грохотом свалилась на землю, выпустив из рук булаву.

— Герман! Гаси его! Всем арсеналом!

— Так я бы с удовольствием! Мана кончилась! Интеллекта то всего двенадцать единиц.

На последней фразе качок обрушил на нежить тяжелую серию ударов. Обычных рубящих, но оттого не менее смертоносных. Изъеденные кислотой куски металла разлетались в стороны, словно опилки.

Я прицелился.

— На счет три замри и скажи: «А»! Раз…два…три!

— А-а-а — качок послушно выполнил указание и в следующее мгновение едва не поперхнулся ингалятором маны, материализовавшимся прямо посреди широко раскрытой пасти.

— Фпасыбо! — металлический хруст и на землю падает обслюнявленный баллончик с ярковыраженными следами укуса.

Напарник успел нанести еще дюжину обычных ударов и парочку сдобренных заклинаниями, прежде чем Игв-Повелитель мощнейшим апперкотом отправил того в далекий полет.

Увидев, как Герман ударился затылком о стену и свалился переломанной куклой, я испугался. И в следующее мгновение сделал то, чего никак не мог от себя ожидать: наплевав на весь страх, боль в разбитом колене и чувство самосохранения, я рванул в сторону поднимающегося монстра и изо всех сил вогнал зубья посоха глубоко тому в задницу.

БУМ!

«Телекинетический удар» динамитной шашкой прогремел изнутри, буквально разорвав Повелителя Игвов на десятки разнокалиберных ошметков.

— Воу…

Повисла тишина, прерываемая лишь звуками падающей плоти.

Еще около минуты я пребывал в глубоком шоке, с головы до ног облепленный смердящим паштетом полуразложившихся внутренностей.

Вспышка!

Получено достижение: «Подрывник I ранга»

Разрушительная сила производимых вами взрывов увеличена на 20 %.

— У тебя отвратительное чувство юмора… — прошептал я, обращаясь к вездесущей Системе.

— О-о-о… дерьмо… — Герман наконец-то пришел в себя и медленно перевернулся на спину.

— Ты как? Живой?

— Нет…

— Хорошо.

— Мы победили?

— Да. Вот только очень тебя прошу. Пожалуйста, когда в следующий раз увидишь аномалию, ради всего святого не трогай её. А лучше вообще ничего не трогай. Никогда. Просто держи свои любопытные загребущие лапы в карманах.

— Ох-х-х, да ни за что на свете… И почему опять холодом тянет?

— Не знаю.

ВСПЫШКА!

— Только не это! Опять?

— Черт подери…

— Уа?

— И тебе добрый вечер.

Глава 2

Внимание! Испытание «Рамнагор» успешно завершено!

Доступно свободных очков параметров: 5 ед. Доступно свободных очков навыков: 5 ед.

— Тьфу ты — в сердцах сплюнул я — Думал снова враги, ан нет — система.

— Вот и славно — танк по-прежнему лежал внутри границ одного из базальтовых цилиндров, при взгляде сверху отдаленно напоминая собой живое воплощение картины Витрувианского человека — А почему тогда холодом понесло, как от портала?

— Так сундук доставили.

— А-а-а — Герман кое-как перевернулся на живот в попытке разглядеть материализовавшуюся неподалеку награду: потемневший от времени серебристый контейнер, украшенный вязью рунических символов с минорными вкраплениями драгоценных камней — Заберешь?

— А ты не хочешь со мной? — удивился я — Это же самое интересное: разбор лута и дележка добычи.

— Уа! — подтвердил Хангвил.

— Хочу, но мне что-то совсем нехорошо…

— Прям настолько?

— Ага.

— Да что с тобой? — я сконцентрировал внимание на показателях напарника и ужаснулся: шкала здоровья медленно, но верно подползала к критической отметке, теряя по одному проценту буквально каждые пару секунд.

— Не знаю. По всей видимости, какое-то внутреннее кровотечение. Регенерация не справляется.

— А ингаляторами пользоваться разучился?

— Так кончились.

— А у меня спросить? В заначке как раз оставалась парочка. И в довесок практически нетронутый запас зелий от Августа.

— Мне неудобно постоянно клянчить у тебя, то одно, то другое. К тому же они дорогие. По 10 золотых за штуку. И так задолжал тебе больше сотни.

— Ох, Герман, Герман. Неудобно писать в поезде — проворчал я, а затем наклонился, приподнимая голову друга и впрыскивая живительную аэрозоль в послушно раскрывшуюся пасть — Нашел время скромничать и косплеить сиротку. Проще помереть, да?

— Угу.

— Нет, так дело не пойдет. И давай договоримся на будущее: пока мы путешествуем и терпим невзгоды вдвоём или того хуже — находимся в бою, то у нас не будет разделения на «твоё» и «моё». По крайней мере, в том, что касается расходников. Поэтому еда, ингаляторы, зелья, боеприпасы и батареи с таблетками с настоящего момента становятся общими. И я это говорю не с целью продемонстрировать всю широту русской души, а исходя из собственных эгоистичных соображений, потому как не хотелось бы с трудную минуту получить от тебя мотивированный отказ с аргументом, мол, извини не дам, свои надо иметь.

— Ты прав, хорошо. Но следующую партию все равно покупаю я.

— Договорились — я ухватил танка под локоть, помогая тому встать на ноги.

— Кстати, спасибо — качок протянул мне эпический меч — Возвращаю.

— Не надо, оставь себе. Подарок.

— Серьезно? — гримаса боли резко сменилась удивлением и счастливой почти детской улыбкой.

— Абсолютно. Ты же сам говорил: «идеальное оружие для танка». Вот и бери. В вечное безвозмездное пользование. К тому же мой посох выглядит круче.

— Спасибо, ё-маё!

Напарник крепко обнял меня здоровой рукой, нечаянно шлепнув по заднице плоской стороной клинка. Фухтель — улучшенный интеллект немедленно напомнил определение.

— О, обнимашки! Как мило — я деликатно похлопал Германа по плечу, не уставая поражаться его габаритам. Вот вроде бы и сам не маленький: 185 сантиметров ростом, однако все равно почти наголову ниже его — Кстати, слово ё-маё обычно используется в негативном ключе.

— Ой! Тогда спасибо…едрить-колотить!

— Ладно, сойдет — я безуспешно попытался освободиться из железных объятий, затем выдержал короткую паузу и попробовал снова — аналогичный результат — Гер, может это, хватит? А то Хангвил уже подозрительно смотрит.

— Да, прости. Просто до настоящего момента мне еще никто и никогда не дарил ничего дороже полтинника евро.

— Хм, а родители тебя не баловали. Я-то думал у меня жизнь не сахар.

— Так не было их. Погибли в 2020-м.

— Оу… — мне вдруг резко стало стыдно за то, что минуту назад я обозвал Германа сиротой — Мои соболезнования. Корона?

— Нет, пьяный сирийский беженец. Угнал машину и вылетел на встречку, удирая от полиции. Сам тоже погиб, но уже по дороге в больницу.

— Вот скотина.

— Угу. Но ничего. Это было давно. Я их и не помню почти.

Повисла неловкая пауза.

— Ладно — я попытался соскочить с болезненной темы — Идем за наградой?

— Да, пошли.

— Уа!

Кошачий медведь, казалось, только этого и ждал. И как только мы взяли курс на центр арены, резво запрыгнул мне на плечо, и дважды ткнул мокрым носом в небритую щеку.

— Дружище, разумеется. Ты целые сутки нас защищал, и потому теперь можешь смело брать всё, что захочешь. Как говорится, долг платежом красен.

— Ур-р-р — послышалось довольное урчание.

— Вот только не хватайся за то, что определенно точно тебе не понадобится. И в особенности за заклинания, если таковые найдутся.

— Уа?!

— Конечно, серьезно. А в чем, собственно, дело?

— У-а!

— Кто обманщик? Я? Я разве сказал: «бери все, что захочешь?».

— Да, секунд двадцать назад — подтвердил Герман.

— Серьезно? Странно, я не помню. Видимо это его «природное обаяние» на меня тоже влияет…

— Уа!

— Ладно, ладно, хорошо. Можешь брать все, что угодно, раз обещал. Хитрый маленький гипнотизер.

Стоило нам подойти и откинуть крышку сундука, как зверек пулей юркнул внутрь, активно пошуршал и все также стремительно выскочил обратно, цепко удерживая зажатую в мохнатой лапе колбу со светящейся посередине фиолетовой каплей.

Я обреченно застонал, наблюдая за тем, как кошачий медведь выкорчевывает пробку.

— Ну, естественно… заклинание. Разве могло быть иначе?

Хлоп!

Хангвил телепортировался на десяток метров вперед, затем обернулся посмотреть нашу реакцию и, встретившись со мною взглядом, радостно завилял хвостом, точь-в-точь как собака. И это была настолько искренняя, милая и полностью обезоруживающая картина, что я не смог удержаться и улыбнулся в ответ, показав рыжему мошеннику оттопыренный палец. При этом немного наклонил корпус вперед и сквозь зубы процедил изучающему внутренности сундука Герману:

— Это был микропортал…

— Сочувствую.

Хлоп! Хлоп! Хлоп!

Пушистая макушка хаотично замелькала по арене, исчезая и вновь появляясь в коротких красочных вспышках, отчего-то каждый раз разного цвета: белые, серебристые, фиолетовые, зеленые, желтые.

— А ему идет — некоторое время качок с интересом наблюдал за скачущей пуньей, после чего с едва заметной ноткой зависти дернул щекой и вернулся к изучению лута.

— Если учитывать его манеру передвижения — определенно. С другой стороны, в этом тоже есть свои плюсы. Меньше в рюкзаке будет сидеть. И больше времени проводить на свежем воздухе. Быть может, в конце концов, даже сможет побороть свою природную лень и нет-нет, да и сподобится разочек подсобить нам во время боя. А то всё испытание сладко проспал, зарабатывая еще плюс 20 единиц к статусу нирваны. Ладно, по крайней мере, хоть кому-то из нас повезло. К тому же теперь мы знаем наверняка: одаренные магией звери тоже способны изучать заклинания при помощи ингаляции таинственных капель.

— Вот отстой! — Герман закончил читать описание и недовольно протянул мне вторую колбу — Сегодня явно не мой день.

— Почему? Плохая способность?

— Способность отличная, но не для воина. «Щит Халколиван» — исключительно паладинская тема. С часовым откатом создает вокруг заклинателя непробиваемый энергетический барьер на целых пять секунд, однако прокачивается исключительно за счет категории навыков «святая магия». И как заполучить такие, я не знаю. Однако рискну предположить, что для этого необходимо ежедневно молиться, проводить нелепые обряды, скучные ритуалы и при этом бесконечно лобызаться в десны с парочкой светлых богов.

— Фу, как неприлично.

— А по мне так очень точная метафора.

— Малость пошловатая — я задумчиво покрутил отвергнутую колбу, а затем взглянул на таблицу параметров — Интересно. Очки святой магии говоришь? А у меня как раз-таки целых шесть штук завалялось за пазухой…

— Не может быть! — искренне удивился напарник — Откуда?

— Получил, когда уничтожили с Августом полторы сотни камней душ. Еще тогда, в пещере привилегированных.

— О как. Неожиданно. Получается, так тоже можно было? Заработать мега плюшку путем космического доната? Хм, в таком случае поздравляю. Маг-иллюзионист с щитом паладина — адский гибрид.

— Ты уверен? Все-таки в сундуке было всего два заклинания. И своё я уже потратил — я кивнул в сторону хлопающего микропорталами Хангвила.

— Безусловно. У воинов сто процентов должны быть собственные способности блокирующие урон. Поэтому тебе он нужнее. К тому же «Щит Халколиван» всенепременно сможет порвать абсолютно любые шаблоны как нечто, идущее в тотальный разрез с каноном. Это все равно, что повстречать чернокнижника-лекаря, друида-некроманта или ассасина-крестоносца. Помнишь, Август говорил, что магов стараются убить в первую очередь? Вот тебе и лишние пару секунд форы.

— А ты щедрый. Благодарю.

— Есть с кого брать пример — улыбнулся Герман, многозначительно постучав костяшками пальцев по лезвию меча, а затем снова склонился над сундуком — Так-с, и что тут у нас еще?

Я пристроился сбоку и тоже попытался заглянуть внутрь, однако безуспешно. Могучая спина практически полностью перекрывала весь доступный обзор. Выдержав паузу, обошел напарника по кругу и попытался встать с другой стороны — та же история.

— Господин Велор, будьте любезны, подвиньтесь. Или лучше просто огласите весь список.

— Без проблем. Мне бы только подсветить чем-нибудь, а то солнце уже скрылось за горизонтом, не видать нифига.

— Минуту.

Я присел на корточки и материализовал подарок Августа — небольшую латунную сферу, сплошь покрытую магическими символами. При этом, покрутив её в руках, ненадолго задумался, напрягая извилины: «Как же там было? Трижды нажать на треугольник, затем один раз на круг и знак бесконечности? Да, именно так!» — идеальная память сработала без осечек.

Шарик пару раз вяло мигнул, будто бы пробуждаясь после длительной спячки, а затем мягко засветился, выдавая навскидку не более пяти сотен люмен.

— Шшш!

Мы с Германом аж подскочили от неожиданности.

— Это что такое? — испуганно заорал напарник, резко вскинув щит и готовясь к сражению — Откуда шипение?

— Не знаю.

Я схватился за посох и поднял сферу над головой, силясь разглядеть во мраке новый источник опасности.

— ШШШ!

Таинственный звук лишь усилился.

— Черт возьми! — танк крутнулся на 180 градусов и дважды ударил по области «рассечением» — Да где враги? Не вижу.

— Я тоже.

Мы замерли в боязливом напряжении. Вокруг не было никого. Лишь дважды дохлые Игвы, темнота арены и редкие вспышки микропорталов. У Хангвила наконец-таки кончилась мана, и потому теперь зверёк «скакал» по готовности.

— ШШШ!

— Кто здесь?! Покажись!

— Тихо, не ори!

— Да я этого урода на британский флаг порву!

— Это не враги… Гляди! — наконец догадавшись в чем дело, я вплотную приблизил шар к иссушенному телу ближайшего мертвеца и тот буквально зашкворчал, как кусок бекона на докрасна раскаленной сковороде — Свет разъедает трупы!

— О как…

Танк облегченно вздохнул и опустил оружие, с интересом наблюдая, как некогда воюющая с нами нежить стремительно тает, дымится и обращается в кучу сального пепла.

— Это не обычное сияние — заключил он.

— Похоже на то. Думаешь божественное? Или испускающее ауру святости, как у паладинов или жрецов?

— Я думаю о том, что если бы ты достал его чуточку раньше, то мы бы справились с Игвами гораздо легче и быстрее. А в отношении остального не знаю. Но это определенно точно далеко не самый ординарный светильник.

— Согласен. Я деду тоже самое говорил.

— А он?

— Утверждал обратное.

— Ха, чтобы Август и чего-то не знал? Не может такого быть. Думаю, он намеренно тебя обдурил.

— Да, но зачем?

— Хороший вопрос. Быть может, хотел, чтобы мы сами нашли его скрытые свойства?

— Сомневаюсь, как-то уж слишком мудрено — я покачал головой — И откровенно попахивает теорией заговора. С другой стороны, далеко не факт, что он самолично натыкался на мертвецов. И светил им в рожу фонарем. Поэтому действительно мог просто-напросто этого не знать.

— Тоже верно — согласился Герман, вновь наклоняясь над сундуком — Итак, продолжим?

— Угу.

Награда: серебряный сундук Рамногора

— Заклинание «Скачок», категория: «уникальное»;

— Заклинание «Щит Халколиван», категория: «уникальное»;

— Руна Линат — 2 ед.; руна Атхеам — 2 ед.; руна Шан-Ти — 2 ед.; руна Зерван — 2 ед.; руна Иалу — 2 ед.; руна Михорд — 2 ед.

— Камень души Игва-Повелителя 25 уровня — 2 ед.;

— Костная мука — 4 кг.;

— Стальной слиток — 10 ед.;

— 500 золотых монет (получатель — Герман Велор);

— 500 золотых монет (получатель — Эо О’Вайоми).

— О! Бабки! — радостно воскликнул Герман, спешно касаясь своего персонального тубуса. Как и все предыдущие, тот замерцал и исчез, перечислив на расчетный счет напарника весьма солидную сумму денег — Ура! И вот не зря же я ту аномалию сцапал! А? И кто из нас теперь молодец? Тарам-пам-пам!

— Вот ты обманщик — ничуть не удивился я — А говорил, что едва руку протянул, как та сама лопнула. Ага, как же. Так я тебе и поверил.

— Зато теперь я не бомж! И ты, собственно, тоже. Можем смело бронировать президентский люкс в лучшей гостинице Затолиса.

— И это радует. Кстати, а ты бы не мог мои тоже собрать?

— В смысле? Монеты?

— Угу. Заберешь, а затем купишь на аукционе, что попрошу.

— Не понял. Зачем столько лишних телодвижений?

— Так я по-прежнему в кабале. Трону тубус и вместо 500 золотых получу 380. Сто из них автоматически спишется в пользу Стаса, и еще двадцать процентов от суммы я заплачу в виде комиссии за перевод.

— Вот это попадалово… Ладно, без проблем — Герман снова запустил руку в сундук.

В ту же секунду интерфейс NS-Eye мигнул оповещением:

Получено: 500 золотых

Зачислено: 380 золотых

— Тьфу ты! Не сработало! — во мне опять вскипело негодование.

— Хм — качок с недоверием посмотрел на ладонь, будто бы это она нечаянно выдала осечку — Странно. Наверное, это потому что награды именные?

— Да, скорее всего — я нервно ходил взад-вперед, с удовольствием пиная попадающиеся на пути конечности мертвецов.

— А долго еще выплачивать?

— Не очень, чуть менее шести столетий.

— Дерьмово.

— Во-во. И главное, с этим уже ничего не поделаешь.

— Уверен? Быть может, все-таки найдется какой-нибудь способ? О котором мы доселе не знаем?

— Разве что Стас, он же Амон Гёт, самостоятельно не откажется от права требования. В чем я лично сильно сомневаюсь. Особенно после того, как благодаря нашему с Августом участию нечаянно обнулился его младший брат, приняв перед смертью роскошную ванную серной кислоты.

— Ох — Германа аж перекосило — И, слава богу, что этот сумасшедший ублюдок сдох. Извращенец конченый. У него, видимо, были какие-то врожденные проблемы с потенцией и он как Чикатило, раз за разом втыкал лезвие ножа прямо туда и будто бы им…

— Фу! Я понял, не продолжай, пожалуйста.

— Сам не хочу. Бррр, и как таких людей Земля носит?

— Носила — поправил я — Теперь они перекочевали сюда.

В попытке отвлечься, я присел рядом с танком и принялся разглядывать один из полученных в награду камней, справедливо рассортированных по двум одинаковым кучкам.

Руна Атхеам

Класс предмета: эпический

Категория: деталь / магическое усиление

Материал: базальт, голубой халцедол, эссенция души Ледяного Вирма.

Вес: 50 г.

— И снова ничего не понятно… — я прервался на полуслове, переключив внимание на валяющуюся неподалеку булаву, над которой висела видимая лишь мне одному строка загрузки: 87 % — Какие-то детали и магические усиления, но для чего они? Как использовать, в какой области применять?

— Меня больше интересует, сколько они стоят — отозвался напарник, пристально рассматривая отливающую фиолетовым руну Линат — Интуиция подсказывает — это самое ценное, что было в сундуке.

— Думаешь?

— Угу. Без удвоенного коэффициента награды «первооткрывателя» их было бы не по две штуки каждого вида, а по одной. В связи с чем возникает вопрос: стоит ли рисковать своей жизнью и сражаться с толпами мертвецов ради шестерки неказистых кусочков базальта?

Я бережно отложил камень в сторону, поменяв его на другой.

Руна Иалу

Класс предмета: эпический

Категория: деталь / магическое усиление

Материал: базальт, красный турмалин, эссенция души Огненной Саламандры.

Вес: 50 г.

— Да, скорее всего. Однако просиживая задницы на дне темного колодца, правды мы никогда не узнаем. Следовательно, возникает вопрос: ты придумал, как будем выбираться отсюда?

— Я? — удивился Герман.

— Ты.

Наконец, чудовищное оружие мигнуло в последний раз и исчезло.

Предмет: «Булава Игва-Повелителя» изучен. Стоимость его повторного перемещения в хранилище снижена вдвое.

Уровень владения навыком «Магия изменения» повышен на 1 ед. (Текущее значение: 67).

— Кто говорил, что придумает способ, как перебраться через эти высоченные стены?

— Ах да. Я и забыл.

Качок медленно встал, отряхнулся, распихал по карманам награду и деловито направился в сторону восточного края арены. А приблизившись вплотную, принялся поочередно простукивать каждую из колонн.

Минут через пятнадцать я, наконец, не выдержал и ехидно поинтересовался:

— Тайник хочешь найти?

— Нет. Подумал, если мы отыщем более-менее хрупкий участок, то возможно с помощью телекинеза и сейсмики получится его разбить. И выбраться на волю. Или, в крайнем случае, повтыкать в камень колышки и по старинке взобраться наверх. Как альпинисты.

— Понял. А простукивать-то зачем? Обычно это делают с целью обнаружения пустот, однако, перед нами сплошной целиковый монолит.

— Не знаю. В кино видел. И вообще, может хватит умничать? Лучше иди сюда и помоги.

— Сейчас, дай только сундук заберу. Пригодится.

Я прицелился.

Геометрические линии и символы на руках вновь разгорелись зеленым, готовясь к применению столь полюбившегося мне заклинания.

Щелк!

— Ой…

Стоило запрятать драгоценный контейнер в «хранилище», как вновь глубоко под землей зашевелились древние механизмы.

Щелк-щелк-щелк!

Бух! Бух! Банг!

Кажущиеся неприступными стены арены медленно поползли вниз.

— Мне не послышалось? — поинтересовался Герман — Ты сказал «ой»?

— Под сундуком была кнопка — я стыдливо проигнорировал вопрос, поправляя лямки бронированного рюкзака, а затем поискал глазами пунью — Хангвил, по коням. Отправляемся!

Хлоп!

— Тьфу! — я сплюнул клок рыжих волос. Фамилиар телепортировался прямо в прыжке, нечаянно зарядив мне увесистую оплеуху.

— Уа!

Танк сделал вид будто бы ничего не заметил и отвернулся, однако глядя на его мелко дрожащую спину, догадаться было не трудно — он ржёт.

«Прекрасно, просто прекрасно. Дважды опозорился менее чем за минуту» — подумал я.

Тем временем гигантские многотонные цилиндры медленно опускались. Тридцать метров, двадцать, пятнадцать, десять. На пяти глаза резко ослепило вновь показавшееся закатное солнце. А на полутора мы увидели силуэты стоящей по периметру группы людей. Навскидку их было человек восемь.

Бух! Бух! Бух!

Колонны поочередно вставали в подземные пазы.

Наконец, далеко позади опустилась последняя, и Дорога Гигантов погрузилась в звенящую тишину. Казалось, будто даже неугасающие потоки ветра в километре над нами перестали свистеть, пролетая меж бронзовых крыльев Аргентависа.

Я приветливо помахал незнакомцам рукой, однако в ответ удостоился лишь молчания.

— Влад, если что, я готов — прошептал Герман, многозначительно указав взглядом на крепко стиснутую рукоять меча — Кодовое слово: «гаси их».

— Очень смешно. Может лучше сразу: «Влад, а давай их убьём?». Тогда-то они точно ни о чем не догадаются.

Я поравнялся с товарищем и вышел вперед, спешно прокачивая «Щит Халколиван». Шесть очков навыков категории «святая магия», позволили разом улучшить заклинание до 2-го эпического ранга, уменьшив время отката способности до 30 минут, и увеличив срок действия непробиваемого энергетического барьера до невероятных одиннадцати секунд. «О да!» — я довольно улыбнулся — «До чего же сладкая плюшка мне досталась».

Герман двигался чуть поодаль в радиусе действия «рывка». В целом, как мне показалось, тактика выбрана правильная. Таким образом, мы не провоцируем людей, наглядно демонстрируя классическое боевое построение: «танк — впереди, хрупкий маг — позади». Однако при всем при этом, если что-либо пойдет не так — я спокойно смогу выдержать первый удар за счет паладинской способности, а у напарника появится пара лишних мгновений на то, чтобы сориентироваться в пространстве и выделить для себя главную цель.

Я перешагнул за границу арены и вступил на мягкий ковер пожелтевшего мха.

Пульс неминуемо подскочил. Левая рука намертво прилипла к посоху. «Страх» наготове и постепенно заполняет собой последний слот «мгновенной активации». Первый — «Халколиван», второй — «Телекинетический удар». Чуть правее в воздухе висит виртуальная проекция из дюжины окропленных ботоксом метательных ножей, а на расстоянии шести-семи метров — зажженная «Мозгобойня» вперемешку со склянками концентрированной серной кислоты. К бою готов. Хотя по внешнему виду и не скажешь.

— Приветствую!

Группа молчала.

Солнце как назло светило прямо в глаза. Я приложил ладонь козырьком, однако разглядеть лица гостей так и не смог.

— Господа — я выдержал короткую паузу, после чего продолжил, стараясь говорить максимально учтиво — Мы с товарищем направляемся в сторону выхода с территории начальной зоны. И не ищем себе лишних проблем. Надеюсь, вы тоже.

Тишина.

«Да чтоб тебя».

Я сделал шаг вперед. Затем еще один.

ДАНГ!

Посох резко выстрелил красочным фейерверком сорванных заклинаний, словно нечаянно давшее осечку ружьё.

— Эо! — Герман бросился на помощь, однако в ту же секунду повалился за землю, связанный по рукам и ногам, как обычными веревками, так и специальными энергетическими жгутами. Однако на этом представление не закончилось. Стоило танку упасть, как прямо сквозь мох начали прорастать ожившие корни растений, стремительно оплетая и заключая неистово сопротивляющегося качка, в грубые тиски природного кокона.

— Черт подери…

Только сейчас я осознал — мы угодили в западню. Прямо подо мной едва заметно светилась магическая печать. Видимо это именно она разрядила мне посох, высвободив разом все три слота «мгновенной активации». Я резко кувырнулся в сторону и попробовал заново скастовать «Халколиван» — безрезультатно. Двигатель кашлянул и заглох. Напрочь.

— Данная ловушка блокирует магию на пару минут у любого, ступившего в неё — послышался невероятно усталый и чудовищно охрипший голос, будто бы его обладателю было далеко за девяносто, и при этом последние лет сорок он бесконечно курил и страдал ангиной — Впрочем, как и способности артефактов. Хорошая вещь, надежная. Господин Эо, советую вам и вашему прекрасному фамилиару не двигаться. Вы находитесь в чрезвычайно невыгодном положении. У нас численное преимущество и богатый магический арсенал.

— Ррр… — кошачий медведь утробно зарычал и напрягся, готовясь броситься в атаку.

— Хангвил, быстро в рюкзак! — я искренне порадовался бесстрашию пуньи, однако в данный момент интуиция подсказала — человека с голосом глубокого старика стоит послушать.

— Благодарю, господин Эо. Вы приняли мудрое решение. Обещаю, мы в любом случае вас пропустим и не станем чинить лишних препятствий, как только ответите на пару вопросов.

Я покосился в сторону по-прежнему сопротивляющегося Германа

— Так задавайте. Только скорее, а то мой напарник вот-вот задохнется.

Наконец, солнце окончательно скрылось за горизонтом, и я смог в деталях рассмотреть лицо собеседника. Невероятно! Человеку с весьма необычным именем «Полковник» действительно было глубоко за девяносто. И, более того, он выглядел так, будто с минуты на минуту помрет.

— Господин Эо, в момент вашего первого пробуждения находили ли вы потаенное отделение, расположенное с торца вашей депривационной камеры?

— Да, находил.

— Хорошо. Скажите, пожалуйста, а какие предметы вы там обнаружили?

— Стандартные. Одежду, лекарства, дубинку и нож. А в чем, собственно, дело?

— Сколько таблеток сухого спирта содержится в одном сухпайке?

— Три. Вы хотите знать привилегированные мы или нет?

— Очень хорошо — старик проигнорировал вопрос — И последнее. Какого на самом деле вкуса был пакетик с подписью «вишневый концентрат»?

— Вишневого концентрата там вообще не было. Был апельсиновый. А на вкус, как ослиная моча с примесью сахара и лошадиной дозой лимонной кислоты.

— Ха — один из незнакомцев прыснул со смеху — И, правда.

— Благодарю, господин Эо. Отпустите его — Полковник устало махнул в сторону двух, как мне показалось друидов-близнецов, поочередно кастующих на Германа «корни».

— Ах вы суки! — качок наконец-таки вырвался из плена ловушки и тяжело дыша, погнался за ближайшим из колдунов, однако на середине пути окончательно обессилел, споткнулся о кочку и вновь распластался по земле — У меня клаустрофобия, уроды!

— Прости мужик — немного боязливо отозвался преследуемый друид, а затем повернул голову в нашу сторону — Полковник, этот парень просто машина! Я на него всю ману слил, представляешь?

— Я тоже — подтвердил второй.

— Погодите, сейчас отдышусь и на вас всю свою ману солью — зло проворчал напарник — И не только её. До конца своих дней будете у меня на ромашках гадать и одуванчики нюхать…

— А может, лучше жирного шашлыка пожрем? И набухаемся до поросячьего визга? — послышался звонкий девичий голос.

— А?

— Что?

Мы с Германом синхронно дернули головами и чуть не свернули шеи, в попытке разглядеть потенциального автора вопроса.

— Чё вылупились? Словно впервые в жизни бабу увидели. Да или нет? — Из-за спины Полковника показалась невысокая фигуристая блондинка с весьма оригинальным именем Минидива.

— Эм… м-можно — лёжа кивнул танк — Жарить шашлыки я люблю…

— Согласен, конфликты нам ни к чему — подтвердил я.

— Вот и прекрасно! Как говорил один из великих: «занимайтесь любовью, а не войной» — на слове «любовь» девушка весело подмигнула стремительно краснеющему Герману.

— Ох…

— Лиа, внучка, где твоё воспитание?

— Вообще-то я твоя правнучка.

— Мне без разницы. Я и родителей твоих толком не помню — устало парировал Полковник, а затем вновь повернулся ко мне — Господин Эо, как вы правильно заметили, целью нашего допроса было установление вашей принадлежности к особой касте людей, снующих по окрестностям и терроризирующих жителей Нового Света последние полтора года.

— Нового Света?

— Поселение — старик вяло махнул в сторону деревни, экономя не только движения, но и слова.

— А если бы мы были привилегированными?

— Тогда бы вас немедленно сопроводили на выход с территории начальной зоны, без права на отдых, подготовку и доступа к аркам мегалита.

— Какую подготовку? — Герман наконец-таки встал на ноги и вклинился в разговор.

— К испытанию — пояснил друид по имени Дженкинс.

— Врата Аргентависа — это вход в «подземелье», и при этом весьма непростое — добавил его брат-близнец по имени Лирой.

— Дженкинс и Лирой? — я не смог удержаться и рассмеялся — Вы серьезно?

— Да, братья у нас шутники — послышался очередной новый голос.

Из-за тени ближайшего дерева показался еще один силуэт. Человек неопределенного возраста с пышными закрученными кверху усами, выглядывающими из-под нелепой шапки-ушанки перьями седины и облаченный в нечто, отдаленно напоминающее шотландский килт.

— Герман Велор, Эо О’Вайоми, рад познакомиться. Позвольте представиться, Глас Эстир. Долго же вы к нам добирались.

— Ты ждал нас? — удивился я — И откуда знаешь наши фамилии? NS-Eye показывает лишь имена.

— Глас — провидец — прохрипел Полковник.

— Не провидец — шаман — поправил тот, а затем вновь повернулся в нашу сторону — Да, ждал. Потому как, начиная с сегодняшнего дня, мне суждено стать новым членом вашей команды.

— Не-е-ет — синхронно расстроились близнецы — А как же наши партии в лихангу?

— Да. Простите друзья, но очень скоро я вас покину и отправлюсь в незабываемое приключение с нашими новыми друзьями. А сейчас, пользуясь случаем, я бы хотел публично поблагодарить и выразить чувство глубокой признательности господину Эо за то, что он неоднократно мог всех нас убить, однако проявил самое настоящее благородство и достойную мудрого лидера сдержанность, повременив с поспешными выводами.

— О чем это он? — шепотом спросил Герман.

Я склонился к самому уху напарника.

— Та ловушка блокирует магию и артефакты, но не «карман пустоты». У каждого из них над головой висит зажженный коктейль Молотова вперемешку с серной кислотой.

— Вау, круто!

— Тсс.

— Именно так — Глас весело подмигнул качку, а затем, не поднимая головы, ткнул указательным пальцем в зависшую над ним виртуальную проекцию.

— Значит, ты всё видишь? — спросил я.

— Нет, чувствую. Это как ясновидение, только яснознание. Не образы, а скорее ощущения. Всем естеством, как у животных. Звери же чувствуют опасность, не так ли?

— Уа!

Я покачал головой.

— А вот мой зверь не очень-то хочет видеть тебя в наших рядах. И его мнению я безоговорочно склонен доверять. Спасибо, конечно, за комплимент, тем более высказанный публично. И будь я скромным подростком, жаждущим всеобщего одобрения, то, наверное, опписался бы от радости благодаря осознанию того, что меня хвалят на людях, однако с чего ты вообще взял, что мы примем тебя в нашу команду? И, пожалуйста, не нужно лепить байки про судьбу и предназначение. Уверен, взрослые и не обделенные интеллектом люди ни за что не поверят во всю эту чепуху.

— Ты прав — согласился шаман — Камлания, медитации и прочие трансцендентные переживания мы, до поры до времени, оставим за кадром. А причин, по которым вам стоит взять меня с собой несколько. Первая и самая очевидная: врата Аргентависа — достаточно опасное «подземелье», для успешного прохождения которого вам не хватает лекаря и баффера. Последним я, собственно, вполне спокойно могу поработать в силу пары-тройки специфичных способностей. Причина вторая: на выходе отсюда вас, скорее всего, будет поджидать критически настроенная группа недоброжелателей. Поэтому лишняя пара рук вам нисколечко не повредит. Не планируете же вы сражаться с ними по образу трехсот спартанцев в битве при Фермопилах? К слову, открою небольшой секрет, эту информацию поведали мне не духи предков и не стихиалии, а некая полубезумная Шельма Биаск, которая ворвалась в Новый Свет три недели назад и убила дюжину человек, не переставая при этом лихорадочно бормотать ваши имена с обещаниями будущего возмездия. И, наконец, причина третья: я дам вам новую цель.

— Да что ты говоришь? И какую?

— А об этом мы поговорим чуточку позже, если не возражаешь — загадочно улыбнулся Глас Эстир.

— Ой — нетерпеливо застонала Минидива — Может, хватит трепаться? Достали! Пойдемте уже отсюда. Я замерзла!

— О! Сейчас! — Герман резво стянул с себя куртку и попытался накинуть её на плечи блондинке.

— Фууу! — та брезгливо взбрыкнула и отскочила, оставив напарника сиротливо стоять в стороне — Она воняет! Трупами!

— Хм. А я ничего не чую… — качок аккуратно понюхал рукав, после чего ткнул грязную хламиду мне в лицо — Влад, что скажешь?

— Гер, уймись ради бога.

— Уа!

Танк обиженно покосился на Хангвила, и сперва попытался было смолчать, но, в конце концов, не выдержал и тихонько пробурчал:

— Сам ты подкаблучник.

— Выдвигаемся — прохрипел Полковник.

Дважды повторять не пришлось. Группа оперативно построилась в колонну и по узкой тропинке двинулась в сторону поселения. Первыми ступали два молчаливых охотника по имени Валенс и Торл. Следом шагала Ферум, девушка непонятного класса, которую из-за странного имени и полностью скрывающего лицо капюшона я изначально принял за тощего мужика. Далее виляла бердами Минидива, и медленно ковылял сам старик, аккуратно придерживаемый под руки братьями-близнецами. Я, Герман, Хангвил и Глас шли замыкающими.

— А вы изрядно нас напугали! — через плечо подал голос Лирой — В Новом Свете все как раз собирались за общим столом и чуть не обделались, когда Змей вдруг зашевелился. Подумали, неужто ожил?

— Змей? — переспросил я.

— Ну да — в пол оборота кивнул Дженкинс — Рамнагор! Ты погляди на колонны. Среди них встречаются участки черного цвета. Если хорошенько присмотреться, напоминает показавшийся из-под земли кусок чешуи, с расцветкой как у питона.

— Хм, и правда — почему-то я заметил это странное совпадение только сейчас — Ставшая практически полностью плоской Дорога Гигантов до ужаса походила на часть тела змеи.

— Это древняя легенда — шаман перепрыгнул небольшой ручеек и пристроился сбоку — Еще с невообразимо далеких времен, когда земли Элирма населяли лишь Титаны и предки первых людей.

— И о чем она? — спросил Герман.

— О предательстве, любви, великой войне и победе, разумеется. А в этом месте якобы схлестнулись в смертельном бою два извечных врага: великий Рамнагор и могучий Аргентавис. К слову, последний победил в той чудовищной схватке, однако израненный обессилел и обратился в бронзовую статую. А его кровь превратилась в ручейки тех красных камней, что медленно стекают с вершин пиков гор. И вроде как даже воскрешают мертвецов сокрытой внутри целительной силой.

— Красиво, но не правда — отозвался я — Это чудо света построили древние альвы и дварги.

— Откуда ты знаешь? — хитро прищурился Глас.

Я задумался. А ведь действительно, информацию об этом я почерпнул, читая необычайно подробное описание заклинания «карман абсолютной пустоты», которое с одной стороны, по всей видимости, некогда было широко распространено, однако на данный момент почему-то нигде не встречается, будто бы знания о нем были безвозвратно утеряны.

— Да так, в книге прочитал — я вовремя вспомнил слова Августа о том, что данной способностью лучше ни перед кем не светить.

— Возможно, ты прав — согласился шаман — Все мы любим геройские мотивы и красивые легенды, что будоражат воображение, правда?

— Само собой.

— Кстати, а вы знаете, почему Элирм иногда называют Эль-Лир? — снова повернулся Лирой — На древнеэльфиском «Эль» означает «звезда», а «Лир» — «поющий». Суть в том, что у эльфов гораздо более чуткий слух. Примерно как у собак. И они слышат те частоты, которые обычному человеческому уху недоступны. Поэтому в некотором роде планета действительно им поёт. На уровне ультразвука.

— Ну ты даешь — прохрипел Полковник — Сравнил эльфов с собаками. Смотри при них это не ляпни.

— Да как же я ляпну, если не планирую покидать начальную зону?

— Действительно — подтвердил Дженкинс — Никого кроме людей двадцать первой версии здесь нет и, скорее всего, никогда и не будет.

— Все меняется — покачал головой старик — Мы в 1939-м тоже были уверены, что Второй Мировой получится избежать. Однако не вышло. Вот и «ясли» не будут вечно оставаться в нашем распоряжении.

— Охренеть! — воскликнул Герман — Это ж сколько вам лет? Сто двадцать? Сто тридцать?

— А я почем знаю? Последние лет пятнадцать страдал Альцгеймером. Спроси через годик, когда помолодею еще лет на сорок.

— Вот это да! Вот это жизнь! — не переставал удивляться качок — Невероятно! Сколько всего вы застали! Великая депрессия, вторая мировая, запуск человека в космос, первый персональный компьютер…

— Слушай — пока Герман перечислял все значимые события в мировой истории, я шепотом обратился к шаману и кивнул в сторону Полковника — А как он тут выжил? И прокачался до 10-го уровня. Немыслимо…

— О-о-о, я бы сказал, что это труднообъяснимый феномен, неподдающийся никакой логике и анализу, однако ответ крайне прост. Наша ходячая реликвия — превосходный мастер ловушек. Видимо, во времена своей молодости он активно партизанил, однако либо намеренно не признается в этом, либо на самом деле ничего не помнит. Но та печать, в которую ты вступил — его рук дело.

— Надо же. Кого-то он мне напоминает. Знавал я давеча одного крутого старика.

— …фейсбук, инстаграм, тик-ток, Билли Айлиш, сестры Вачовски, первый черный президент-гей…

— Гер, ты правда думаешь, что для Полковника это важные исторические события?

— А? — прохрипел старик — Да я уже минуту не понимаю, что этот анаболик несёт. Оставь меня в покое парень. Из последнего, что я хорошо помню на Земле — это свержение Николае Чаушеску и развал Советского Союза.

Братья-близнецы откровенно заржали.

— Вот черт — расстроился Герман — И этот меня анаболиком называет…

— Лирой — обратился я к одному из друидов — У меня никак в голове не укладывается. А почему вы не планируете покидать начальную зону?

— А зачем? Мы бессмертные, территория большая. Аукцион есть, медблок и порталы тоже. Также можно не опасаться вторжения извне и жить припеваючи в свое удовольствие. О чем еще можно мечтать?

— А разве вам не интересно посмотреть, что там дальше, за вратами? На Большой Земле?

— Честно говоря, не очень.

— Там абсолютно незнакомое и чуждое нам общество — присоединился Дженкинс — В которое придется заново интегрироваться. Следовать чужой букве закона, брать на себя обязательства, платить налоги, рисковать. А зачем? Здесь мы сами себе хозяева. Захотим — построим собственный город с блэкджеком и… ну вы поняли.

— Хм.

— А это именно то, что называется обратная сторона бессмертия — загадочно прокомментировал Глас — Закольцованное бытие вечного человека делает людей самыми осторожными существами во вселенной. Куда лучше прожить пару сотен лет в родном селе и не высовываться, нежели пускаться в кругосветное путешествие как Фернан Магеллан и, с высокой долей вероятности, погибнуть. Правда?

— Нет, не правда. Какой тогда смысл в этой вечной жизни? Ради чего оно? Просто существовать и тянуть время? По крохам изучать мировую историю, оставаясь безликим вампиром, запертым на участке в пару тысяч гектар?

— Ох, как же мне нравится этот извечный вопрос Аристотеля в Этике: «Как человек должен жить?». Но в этом я полностью с тобой согласен — кивнул шаман — Человеку необходим дух приключений. И чётко сформулированная цель. Как и вам с Германом.

— Да, ты говорил. Однако хочу сразу поставить тебя в известность: я не верю всяким мистическим бредням, сдобренным демагогией и философскими диспутами. И в особенности от человека в юбке и шапке-ушанке. На данный момент моя главная задача: добраться до Затолиса и отыскать своих давних друзей. И уже потом строить планы на будущее.

— Ты про Антона, Сергея, Данилу и Игоря?

Я резко остановился, крепко ухватив шамана за плечо.

— Как ты узнал?

— Они были здесь. Прошли сквозь врата ровно месяц назад. И судя по тому, что никто из них не появился на ближайшей точке возрождения — прошли успешно.

— Слава богу, живы — наконец-таки я почувствовал сильное облегчение — Но как ты догадался, что я ищу именно их?

— А у тебя глаза разного цвета — Глас аккуратно убрал мою руку с плеча, украдкой давая понять приемлемую социальную дистанцию — Карий и зеленый. В наших краях не часто встретишь человека с гетерохромией. Поэтому опознать тебя по данной отличительной особенности было не трудно. Как шаман, я бы сказал, что это означает, что по твоим венам течет кровь не только людей, но и… впрочем, не важно. Родственников не выбирают. Однако не могу не поинтересоваться и не спросить, а тебя не смущает тот факт, что они ушли без тебя? Не подождали и по факту бросили одного? Ведь для бессмертного человека четыре месяца — капля в море. И раз уж вы были близкими друзьями, то это странно, не так ли?

Я задумался, подойдя вплотную к трехметровому бревенчатому частоколу Нового Света, источающему густые ароматы свежесрубленной сосны. Хороший вопрос. Не в бровь, а в глаз. Я и сам об этом частенько размышлял, но так и не отважился на него честно ответить.

— Думаю, у них были на то веские причины. Я мог проспать в депривационной камере целый год, а то и два. Или же вообще погибнуть от укуса рыхла-трупоеда, и так и не покинуть территорию «России-17». И никто бы не узнал. Некрологи, полагаю, тут не печатают.

— Или же они самоотверженно отвлекли на себя вражеское внимание. А затем прошли сквозь врата Аргентависа в надежде увести отряд привилегированных за собой. И дать тебе время освоиться. В относительной безопасности, так сказать. Кстати, рыхлы-трупоеды безобидны, если на них не нападать. Ты знал об этом? Весьма милые зверушки, хоть и до одури жуткие.

— Что ты знаешь?

— О, я много чего знаю. Я же «провидец», как сказал Полковник. Что конкретно тебя интересует?

— Не юли. Ты прекрасно понимаешь, о чем я.

— Да, понимаю. Однако сейчас не время и не место для подобного рода бесед. Обсудим это за ужином, хорошо? — широко улыбнулся Эстир, приглашая нас с Германом пройти сквозь приоткрытые ворота поселения, обитые железом лишь наполовину. Судя по всему, по всей территории Нового Света активно велись строительные работы, направленные, прежде всего на возведение оборонительных сооружений — Как и мои условия пребывания в вашей группе.

— Ладно, уговорил. Обсудим.

— Вот и славно — протянул руку Глас — А пока что я вынужден отлучиться. Встретимся позже.

— Уа — тихонько послышалось из рюкзака.

— Ты прав — шепотом кивнул я, глядя в спину удаляющемуся шаману — Мутный тип. Не люблю таких.

— Я тоже — поддакнул Герман — Шибко наглый. И подозрительно настойчиво хочет путешествовать с нами. Тут явно что-то не так.

— Определенно.

— И что делать будем?

— Пока ничего. Сперва побеседуем, а там посмотрим.

— Ох, не нравится мне это.

— И мне.

Глава 3

Площадь Порталов. Затолис, столица Валийской Империи.

— Ненавижу холод…

Дворф, с крайне необычным, если даже не сказать — мелодичным, именем — Готэн Либен, годящимся скорее эльфийскому аристократу, проживающему в одном из роскошных особняков Танкветильского Холма, нежели ординарному муниципальному служащему, прочистил саднящее горло, а затем смачно харкнул желтоватым комком мокроты прямо на отполированную мостовую, вызвав тем самым череду неодобрительных взглядов со стороны прохожих.

Впрочем, это его нисколечко не смущало. Да пошли они к черту! Вечно шустрящие недовольные рожи. Масса безликих тел, днем и ночью снующих туда-сюда, словно на ускоренной перемотке, и бесконечно циркулирующих по своим многочисленным и, несомненно, невероятно «важным» делам. Не страшно. Пройдут и забудут.

Им плевать на него. А ему плевать на них. Да еще и гланды воспалились. И голова болит. Гному с улучшенной регенерацией впору не бояться обычной простуды, но только не в случае, когда ты круглые сутки проводишь в «холодильнике».

А именно «Холодильником» Готэн Либен и называл свое место работы — Площадь Порталов. Грандиозное мегалитическое сооружение в центре Затолиса, состоящее из восьмидесяти девяти разнокалиберных арок, начиная от небольших одноместных и заканчивая гигантскими грузовыми, и окольцованное по периметру высоченными защитными экранами из темного светонепроницаемого стекла. Всё для элиты. Лишь бы те, попивая горячий глинтвейн на своих уютных балкончиках и помпезных террасах не испытывали дискомфорта, глядя на непрекращающиеся вспышки портальных переходов, задающих убийственный темп бешено колотящемуся сердцу города.

Не доходя до площади, гном поплотнее застегнул рабочий комбинезон, сделал два дополнительных витка вокруг шеи длинным шарфом и, напоследок, нацепил на нос древние допотопные очки с множеством линз, напоминающие скорее медицинские окуляры, нежели необходимый рабочий инструмент любого инженера его профиля.

— Чё встал, коротышка!

Шедший позади прохожий грубо пнул замешкавшегося гнома в спину, отчего тот потерял равновесие и, неуклюже засеменив ногами, чуть не вписался лбом в колесо проезжающей мимо повозки.

Оттолкнувшись руками от изгвазданной грязью подножки и чудом избежав столкновения, Готэн Либен воинственно развернулся, предвкушая столь необходимую для качественной эмоциональной разгрузки драку, однако обидчика и след простыл. Всего пара шагов и тот бесследно исчез, надежно затесавшись в густой толпе.

— Сучье вымя… — зло сплюнул дворф, пристально рассматривая проходящих мимо разумных.

В любом из гномьих городов подобную выходку никто бы не оставил без внимания. И даже сами невольные свидетели произошедшего с легкостью бы за него вписались, при необходимости поставив на уши целый квартал лишь бы найти и покарать засранца, однако Затолис — совершенно другое дело.

Столица Валийской Империи была гидрой, монстром, неким прообразом гигантского колоса. Столь же могучим, сколь и нелепым. Недавно прибывшие люди 21-й версии назвали бы это место эталоном толерантности, причудливым по своей природе взрывом эволюционного коктейля или городом, живущим по принципу Modus Vivendi — возможности существования рядом противных друг другу сторон. Кенокефальцы, Орксимеры, Игвы, Селениты, Ракшасы и даже Хисты — все они жили бок о бок друг с другом в многомиллионном мегаполисе, веками пребывая в прочном мире и нерушимом согласии.

— Ха!

Чуть успокоившись, гном-инженер кисло улыбнулся в усы, насмехаясь над собственным бредом. И жили они в мире и согласии? Да ничерта подобного! Это город лицемеров, алчных ублюдков и лжецов, где все его жители тайно, а в некоторых случаях и открыто, ненавидят друг друга, и так и норовят при случае подло ударить в спину, прямо как вот этот случайный прохожий. А затем еще и встанут окованными сталью каблуками на горло, дабы подняться еще чуточку выше в иерархии пищевой цепи и урвать себе долгожданное местечко под солнцем. И не взрывается этот кипящий котел дерьма лишь потому, что порядок на улицах гарантируют чрезвычайно суровые законы здешней отлаженной машины правосудия, от которой никак не спрятаться и не укрыться. По крайней мере, в черте города. Минус 100 очков гражданина за обычную драку вне пределов арены и 500 за поножовщину со смертельным итогом. А про обнуление соперника и говорить не стоит, проще сразу повеситься.

— Да чтоб у тебя прыщ отсох на ближайшие сто уровней! Трусливая крыса! — не выдержал и проорал Готэн Либен на всю улицу. Угроза сильно запоздала, однако гном никак не захотел держать обиду в себе.

— Эй, порталист! А ну заткни хлеборезку! — раздался характерный хрипловатый крик от одного из прилавков с сувенирами — А не то пожалуюсь стражникам или в гильдию инженеров! Что их сотрудник нарушает общественный порядок и распугивает порядочным оркам клиентов.

— Во-во! — вторит ему сосед бакалейшик — Совсем оборзел! В рабочем комбинезоне со знаком уважаемой гильдии, а орет как портовая пьянь. Устыдился бы!

— И плюётся!

— Да ну? Ишь ты! Никак в загоне с верблюдами ночевал?

— Ой, да завалите уже! — вступил в перепалку дворф — Своих забот что ли нет?

— Сам делом бы занялся! Весь день только и слышим жалобы о том, что 54-й портал сбоит! А этот идет себе вразвалочку и не телится.

— А чё такая морда опухшая? Пьяный пади? — неожиданно подключилась взявшаяся из ниоткуда бабка, всем своим видом наглядно демонстрируя самый настоящий бич для всех бессмертных жителей Элирма — проклятье Хроноса или Печать Времени. Прощальный подарок от одного из старых богов и крайне гадкая штука, которую многие боялись подхватить как огня, потому как, умерев — как и прежде рискуешь потерять лишь уровни и воскреснешь на ближайшей точке возрождения, однако тело продолжит оставаться старым. И так и будет медленно чахнуть и увядать, год за годом теряя драгоценные очки характеристик, пока отмеченный Печатью не станет погибать буквально каждый час до полного обнуления.

— Сама ты пьяная! — взбеленился гном, не на шутку разозлившись от столь неожиданного и несправедливого обвинения — Болею я! Простужен!

— Да что ты брешешь, низушек!? Болеет он. Я не в первый раз тебя вижу! После каждой смены заливаешься своей сивухой аж до посинения! А затем полночи шатаешься под окнами, блюёшь и горланишь свои матерные похабные песенки.

— Низушек? Ты совсем что ли страх потеряла, старая? Аль вконец из ума выжила? — заорал Готэн, чьи глаза стремительно наливались кровью, а костяшки сжатых кулаков побелели до состояния цвета мрамора Капитолия. Низушек — крайне серьезное оскорбление для дворфа — Да в Ундгрофе и любом другом гномьем городе тебя бы за такое на месяц на вольфрамовые рудники отправили!

— Вот и вали к своим, карлица! На эти ваши рудники. Вам на роду написано киркой махать и дешевое пойло хлебать из ближайшей канавы. А не порталы обслуживать. Понаехали, тьфу!

— Да я тебя…

— Ой! И что ты мне сделаешь, мелочь бородатая? В Туллианум захотел?

— КЛАВДИЯ ШОС! — набатом прогремело на всю улицу, разом изгоняя все посторонние звуки.

Из-за плотной толпы зевак показалась величественная фигура городского стражника 300 уровня закованного в хорошо узнаваемые сине-черные доспехи. Подобных стражей правопорядка в городе было тысячи, однако у данного субъекта имелась характерная отличительная особенность, делающая его уникальным — фиолетовый плащ. Преторианец. Элита, состоящая на службе в личной гвардии самого императора.

— Клавдия Шос — повторил «фиолетовый», глядя на, казалось, еще более сморщившуюся и уменьшившуюся в размерах старуху — За публичное оскорбление должностного лица инженерной муниципальной службы города Затолиса дворфа Готэна Либена, я приговариваю вас к штрафу в 50 золотых, а также понижению рейтинга гражданина на 75 очков. Вы желаете оспорить моё решение?

— Нет — понурив голову, неохотно прошептала старуха, чья воинствующая спесь бесследно испарилась буквально за считанные мгновения, ибо перечить преторианцу мог осмелиться лишь полнейший кретин.

— Готэн Либен — страж повернулся к гному — Вы согласны с вынесенным приговором?

— Да, согласен — удовлетворенно кивнул дворф, стараясь изо всех сил скрыть распирающую его радость от столь приятного случая мгновенной кармы.

— Благодарю за оказанное содействие. Конфликт исчерпан.

Получено: 50 золотых

Зачислено: 25 золотых

Пятьдесят процентов как всегда ушло в казну города.

— Господин Готэн — к удивлению, но преторианец не спешил покидать улицу и, выдержав минутную паузу, вновь обратился к инженеру — Мне сообщили, что портал под номером 54 неисправен, это так?

— Да, господин страж — гном не видел никакого смысла отпираться и отрицать очевидное — Я как раз направлялся на площадь, намереваясь исправить поломку.

— Как много времени это займет?

— Хм — странно, но данные вопросы никак не относились к предмету ведения стража. Пусть даже и находящегося на службе в личной гвардии императора — Пару часов, скорее всего. Точнее смогу сказать при осмотре. Но уверяю вас, господин страж, я сделаю все возможное, чтобы исправить поломку как можно быстрее.

— Хорошо — удовлетворенно кивнул тот — Завтра утром состоится внеочередное заседание Нижней Палаты Верховного Синклита, в связи с чем городу необходимо, чтобы все порталы работали исправно. В штатном режиме.

— Будет сделано, господин страж.

— Превосходно. И еще одно. Господин Готэн, не могли бы вы выполнить одну мою личную просьбу?

— Личную?

Зрачки гнома расширились от удивления. Это очень странно. Преторианцы были больше, чем просто люди. Они были высшими существами. Чем-то одновременно земным и понятным, но в то же время крайне сложным и недоступным для обычного обывателя. Эдакой элитой элит, чья жизнь — служение, и у которых никак не могло быть личных интересов, кроме тех, что идут на пользу государству и самому императору. Ни имени, ни собственности, ни семьи, ни персональных амбиций.

— Да личную. Вас это смущает?

— Никак нет, господин страж. Конечно. Я внимательно слушаю.

— Благодарю. Итак, сегодня примерно в 21:35 через портал номер 49 прибудет господин Август Тарн. Вы должны его встретить и передать ему следующее сообщение…

* * *

Несколько часов спустя…

— Господин Август?

Последние минут пятнадцать гном-инженер отчаянно пытался унять неожиданно обуздавшее его волнение. И дело вовсе не в таинственной просьбе преторианца, а в том самом человеке, что только что материализовался перед ним. Далеко не часто доводится встретить на улицах города прямого потомка первого короля дворфов Септима Тарна, и вместе с тем главу могущественного клана, не так давно занявшего прочные позиции в числе пяти первых сотен.

— Господин Готэн — по-гномьи поприветствовал инженера Август: коротким поклоном с одновременным скрещиванием сжатых в кулаках рук на уровне груди.

Порталист опешил. Обычно гномы так приветствовали исключительно равных себе. И то, только те из них, кто по-прежнему помнил и чтил давние традиции.

— …

— Вы что-то хотели?

— О! Да… Вам просили кое-что передать — спохватился польщенный дворф, а затем протянул Августу небольшой конверт — И еще одно. Устное сообщение: «на улице Волопаса сегодня меняют кладку».

— Как интересно — вяло улыбнулся тот, поёжившись и отогнув воротник плаща до уровня подбородка — Это всё?

— Да, господин.

— В таком случае благодарю вас, коллега. Ох, и холодно тут у вас. Прощайте.

Получено: 50 золотых

Зачислено: 50 золотых

— Что вы. Не стоило — удивленно прошептал дворф, глядя в спину, стремительно удаляющемуся человеку.

При этом мозг порталиста работал на пределе возможностей, жонглируя одновременно десятками, а то и сотнями мыслей: «Черт возьми, и до чего же неловко! Может не стоит? А вдруг откажет? Все-таки он важный человек и у него куча дел. Или того хуже — засмеет на глазах у всей толпы за столь вопиющую некомпетентность. Да нет, навряд ли. Этот вроде нормальный. И проявил уважение. Давай же, Готэн! Соберись тряпка! Сейчас или никогда!»

— Господин Август?

— М? — тот уже практически дошел до границы защитных экранов, отделяющих площадь от улицы.

— Прошу прощения, но вы сказали «коллега»? Вы тоже инженер? — вопрос был риторическим, ибо даже каждая собака в городе знала одно: потомок Септима Тарна — гений по части механики.

— Скорее был им, в далеком прошлом. И говорят весьма неплохим. А что случилось?

— Понимаете, у меня тут, как бы сказать… проблема — Готэн Либен робко махнул в сторону наполовину разобранной арки 54-го портала — Мегалит уже сутки сбоит. Работает через раз и при перемещении фиксируется незначительная потеря массы. А я уже досконально всё изучил и дважды проверил. Боковые коллекторы, моссы, клапаны, реле. Даже основную и предварительную магистраль охлаждения перебрал. И все равно не то. Господин Август, еще раз извиняюсь за назойливость, но не могли бы вы взглянуть, хотя бы одним глазком? Или же просто подсказать советом. Честно говоря, я уже в отчаянии.

— Хм — гном этого не заметил, однако в глазах человека появились проблески интереса, сдобренного нотками профессионального азарта — Незначительная потеря массы говорите? В пределах?

— Полутора грамм.

— О, а это уже серьезно. Хорошо — Август коротко взглянул на часы — Время есть. Поэтому, почему бы не потратить его с пользой, верно? Тем более на благо города.

— Благодарю вас, господин.

— Можно просто Август.

Человек приблизился, обошел разобранную арку по кругу и без промедления принялся изучать её внутренности, одним коротким практически неуловимым движением подвесив в воздухе сразу три «свечи» — простейшего заклинания школы магии изменения.

Удивительное, конечно, сооружение. Снаружи выглядит куда древнее египетских пирамид, а внутри чуть ли не совершеннее спроектированного Адой гигантского ускорителя, так и болтающегося за 25000 световых лет отсюда где-то между Марсом и Юпитером. Интересно, сохранился ли он в целости и сохранности за эти неполные шесть столетий? Или быть может, по-прежнему функционирует?

— А прэды проверяли?

— Разумеется. Первым делом. Они исправны. И батареи заменил.

— Так-так-так… угу… — Август на минуту задумался, украдкой касаясь пальцами покрытых пылью деталей чрезвычайно сложного механизма, а затем недовольно цокнул языком — Всё ясно. Тут необходимо заменить катушки в импульсных стабилизаторах. Те, что стоят — дрянь. И полувека не прослужат. Нужен многожильный проводник с сердечником из стихиалиума. Это поможет подавить помехи и сгладить пульсации инвольтационного излучения. Отсюда перегревы и, как следствие, потеря массы. Ударит по мозгам и можно сразу же отправляться на перерождение.

— Импульсные стабилизаторы? Прошу прощения — смутился гном — Я еще не до конца изучил человеческую терминологию.

— Не страшно. Вот, глядите — человек ткнул пальцем в небольшой участок в самом центре колонны — Это артефакт, «сердце портала». Итилеон по-эльфийски или сфера Дхорн на языке гномов. От неё идут шесть легированных адамантом боковых цилиндрических «отростков». Это они и есть. Импульсные стабилизаторы.

— Надо же — почесал бороду Готэн Либэн — Честно говоря, я бы в жизни никогда не подумал, что дело в них.

— Чем сложнее механизм, тем изощреннее он ломается — улыбнулся Август — Про половину столетия я конечно загнул. Возможно, прослужат и дольше. Однако если есть необходимые детали, то можем заменить их прямо сейчас.

— С сердечником из стихиалиума? Что вы, господин Август, какой там. Такие в состоянии себе позволить лишь аристократия и богатейшие кланы, сродни вашему. С частными порталами. А на обычные муниципальные власти раскошелиться пока не готовы.

— Неужто и на складе запасных деталей нет?

— Были — дворф аккуратно выпрямился, потирая затекшую поясницу — Но вы же и сами всё прекрасно знаете. Приходит партия товара, затем ее аккуратно вскрывают, меняют детали на более дешевые, ставят новые пломбы, после чего успешно сливают на черный рынок за половину стоимости. Эх, проклятье. Придется новый заказ оформлять. Только бы успели доставить их до утра… Апчхи!

— Благодарю за откровенность, господин Готэн — впрочем, Август ничуть не удивился. Что на Земле, что на Элирме повсеместно присутствовала классическая ситуация, когда «все всё знают, однако ничего не меняется» — А почему так важно починить портал до утра?

— В город прибудут важные гости. Говорят, завтра состоится внеочередное заседание нижней палаты Верховного Синклита. Странно конечно. В последнее время они прямо-таки зачастили. То годами не собираются, а тут вдруг ни с того ни с сего начали заседать буквально каждые две недели.

— Действительно странно — Август тут же черкнул пару важных заметок в личном дневнике NS-Eye, ибо подобная активность — весьма тревожный звоночек — А знаете что, кажется, я смогу вам помочь. Видите ли, в настоящее время часть нашего клана активно осваивает Сумеречные Земли к западу от Валийской Империи, поэтому многие товары мы заказываем впрок. В том числе и детали, необходимые для сбора и установки портальных арок, поэтому… Да, решено! Вам пришлют необходимые материалы в течение часа, а также отправят официально уведомление в городскую гильдию инженеров.

— Ох, господин Август, спасибо, но не стоит, это слишком щедрое предложение.

— Не спорьте. Это меньшее, что я могу для вас сделать. Тем более я не отдаю стабилизаторы безвозмездно. Вернете нам новые, как только те прибудут на склад. Договорились?

— Благодарю — гном поклонился чуть ниже обычного — Можно я тогда хотя бы квест вам выдам? Как раз накопилось достаточно очков влияния. Разумеется для вашего уровня это — капля в море, но, по крайней мере, хоть что-то. И очки гражданина начислят…

— Прошу, не стоит. Этим вы меня только оскорбите, коллега — улыбнулся Август — Лучше приберегите их на черный день для тех, кому это действительно необходимо. А теперь, прошу меня простить. Дела.

— Что вы, что вы — замахал руками Готэн — Конечно. Не смею вас задерживать.

— И кстати, если вы когда-нибудь устанете от работы в «Холодильнике» — на этом слове потомок Тарна загадочно подмигнул собеседнику — То мы с соклановцами всегда будем рады видеть вас в наших рядах. Хорошие инженеры нам нужны, как и просто славные дворфы. Так что если будет время и желание — заходите. Эль братьев Калли и гору самых разнообразных уникальных и эпических механизмов мы с легкостью сможем вам обеспечить. А найти нашу штаб-квартиру не трудно: улица Кланов, дом 21А. Большой кирпичный особняк прямо посередине между первой крепостью Затолиса в Старом городе и Обсерваторией Нулевого Меридиана.

— Ох… — у гнома аж дыхание сперло. Недвижимость в той части города стоила баснословных денег. И в особенности та, чьи окна выходили на Аллею Духов или примыкающий к ней Сад Высоких Судеб. Миллионы, если не сказать десятки миллионов золотых. Такое могли себе позволить воистину самые богатые и могущественные кланы — К-конечно, я п-приду. Вот только закончу тут с мегалитом… и сразу же…

— Вот и славно. В таком случае говорю вам, не прощайте, а до встречи.

— До встречи, господин Август.

Готэн Либен еще долго стоял, морщась от бесконечно мельтешащих вспышек соседних арок порталов и глядя вслед стремительно покидающему площадь человеку. При этом в груди зарождалось очень странное, но до боли знакомое, если не сказать — родное, чувство. Он еще не конца этого осознал, однако, встреча с потомком Септима Тарна, пусть даже и полукровкой, пробудила в нем давно спящий инстинкт истинного дворфа старой формации — жгучую и непреодолимую тягу к приключениям.

— Ха! — инженер резко крутанул в воздухе отверткой, воображая на её месте цельнометаллическую боевую секиру, а вместо арки портала — тяжелого осадного голема, готовящегося к штурму вражеских стен. После чего неохотно возвратился к работе и, склонившись над каркасом разбираемой сферы Дхорна, тихонько запел:

— Жар горна, мёд и пиво

Вот всё, что нужно мне!

Топор, броня и титьки…

Дзинь! БУХ!

Ай! Сучье вымя…

* * *

На следующий день…

Магирн Кан в очередной раз аккуратно помассировал виски, и тяжело вздохнул, склонившись над широким столом, усеянным целым ворохом всевозможных бумаг. Отчеты, заявки, депеши, раппорты, данные по месторождениям, новым неисследованным подземельям и прочее и прочее. В огромном количестве, самого разнообразного вида и содержания. Стоило сгрести всё это в кучу, и могла бы получиться огромная энциклопедия, которую обычный человек штудировал бы ни одну неделю. А ему необходимо было уложиться всего за пару часов. «И где, спрашивается, Август?» — наверное, в сотый раз за последние сутки прокрутилась недовольная мысль — «Это его работа. Не моя».

Внезапно остро захотелось чесночного бургера с большим стаканчиком вишневой колы. И если с первым дела обстояли относительно неплохо, то в отношении последнего возникала большая проблема. Когда-то давно, еще в первые месяцы их жизни на Элирме, Ада обмолвилась, что тайно «позаимствовала» секретный рецепт у известной компании и обещала в обозримом будущем наладить небольшое производство, однако не срослось. В основном по причине развернувшегося водоворота событий и их тяжелых последствий, не дающих продыху, буквально и по сей день.

Всё началось с череды мелких стычек, локальных конфликтов и ярого недопонимания, касающегося в основном вопроса статуса людей и их места в непростой иерархии нового мира, что год за годом, каплю за каплей медленно повышало градус общественного напряжения до тех самых пор, пока, наконец, резко не мутировало и не вылилось в стадию активной и чрезвычайно жестокой войны.

Однако, вопреки оптимистичным прогнозам, противостояние продлилось не долго. И за пару лет людей и их союзников предсказуемо победили. Кого-то казнили как особо опасных военных преступников до полного обнуления, других заковали в оковы и сослали на рудники или в куда более злачные места, а третьих — навсегда изгнали за границы Империи. И почти на двадцать лет приостановили посадку ожидающих на орбите «баранок».

Казалось, хуже уже быть не могло, как вдруг неожиданно, и как многие полагают не без помощи третьих лиц (а по другой неподтвержденной информации и самой Ады), политика императора кардинальным образом сменила курс. Была объявлена всеобщая амнистия, следом Принцепс Верховного Синклита выступил с официальным заявлением о признании человечества версии 21А цивилизацией первого типа, а еще спустя полгода людей провозгласили полноценными подданными империи, с гарантией полного спектра соответствующих прав и свобод.

Однако то было на бумаге. На деле же ничего толком не изменилось. Людей по-прежнему продолжали считать «индийскими шудрами», низшей кастой, и не заслуживающим никакого уважения галактическим отребьем. Да и сами представители нашего вида периодически подливали масло в огонь, тем самым только заново провоцируя коренное население и раскачивая и без того прохудившуюся лодку.

Тогда-то Август и узнал, сокрытую от него правду о привилегированных и о таинственном союзе Эдварда и Окруса, как и то, что где-то высоко в небе внутри одной из депривационных камер находится «последний аргумент», поставивший жирную точку в затянувшемся споре.

На фоне этого произошел серьезный конфликт и раскол. Трио Генри, Доусона и Ады окончательно распалось, после чего последние двое забрали свои вещи и покинули штаб-квартиру в неизвестном направлении, прихватив с собой добрые две трети казны и половину личного состава из числа высшего руководства клана. Что больно ударило по остальным. Со всех точек зрения.

Насчет Эдварда Магирн не переживал. Профессор никогда ему особо не нравится, начиная с того самого момента, когда тот нахамил ему у будки КПП и сломал велосипед. А вот по Аде он сильно скучал. Та понимала его как никто другой, и всегда могла вовремя подбодрить и найти столь необходимые сердцу слова. Они были как ключи. Ведущие из темной комнаты тоскливого убожества, к сверкающему софитами залу славы. «Интересно, где она сейчас? Уже больше года от неё никаких вестей. Как сквозь землю провалилась».

Бум! Громко хлопнули массивные двери парадного входа. Толстенные титановые листы с искусной отделкой из массива красного дуба. Причем на каждой из створок имелась минимум дюжина охранных заклинаний и парочка вещей посерьезнее, напрямую запитанных от встроенных в специальные углубления приёмников для картриджей инвольтационных батарей. Каждая с характерной золотистой субстанцией внутри.

— Где Трэвис? — послышался голос этажом ниже — У себя?

— Он в малом конференц-зале, господин Август. Говорит, там работается лучше. Больше света и свежего воздуха. Позвать его?

— Не надо. Я сам.

— Господин Август, постойте.

— В чем дело?

— Утром приходил курьер с доставкой из городской гильдии инженеров, сказал, что вы одолжили им детали для ремонта портальной арки.

— Да, всё верно.

— Хорошо. Я попросила оставить пока ящик в холе. Через пару часов Краск освободится и спустит его в хранилище.

— Спасибо, Ани. И будь добра, оповести высшее руководство, что я жду их на брифинге в главном зале через двадцать минут.

— Да, господин.

Топот по лестнице, звук приближающихся шагов в коридоре, и неожиданно учтивый стук в дверь.

— Трэвис? Ты здесь?

— Да, входи.

Магирн Кан отложил очередное письмо и удивленно уставился на ввалившегося в комнату лидера клана. Причем изрядно помятый и потрепанный вид Генри Ллойда был сущей мелочью по сравнению с обильными кровоподтеками и красовавшимся над его головой значением уровня — 279.

— Кхм… Полагаю, преторианец сообщение не доставил?

— Доставить то доставил — кисло поморщился Август, а затем сбросил на спинку кресла изорванный плащ и направился к барной стойке — Однако чего он не сказал, так это того, что возле Галереи Калиопы, Алтаря Мира, биржи аукциона и Депозитария, а также на улице голубой Гидры и, как это не иронично твою мать, в переулке Каменщиков, тоже меняют кладку. С припасенными, по счастливой случайности, клетками из орихалка.

— Чёрт подери. Поймали, значит. И насколько все плохо?

— Могло быть и хуже — рука инженера на мгновение заколебалась в выборе: виски, бурбон или коньяк? Коньяк! — Оштрафовали на 100 уровней, 7 000 очков гражданина и 210 тысяч золотых. За нарушение закона о недопустимости повторного пересечения границ начальной зоны и применении силы в отношении частично инициированных, повлекшей за собой смерть и обнуление той группы привилегированных.

— А избивать-то зачем? — не понял Трэвис — И какое префекту городской стражи, тайной полиции и прочим «принимающим активное участие в вопросах» до этого дело? По всему Элирму разбросаны сотни подобных яслей, из которых людям 21-й версии было выделено лишь три, но почему-то именно 49-я зона вызывает у них столь пристальный интерес. Хотя она, как и все остальные, имеет скорее статус резервации и не относится к их зоне ответственности.

— Интуиция подсказывает, что это лишь предлог.

— Думаешь, Гёт-старший постарался?

— Гёт? Не смеши меня.

— А что? У него есть все основания тебя ненавидеть, да и бить исподтишка как раз-таки в его стиле. Тем более за время твоего отсутствия их клан сильно подрос. Поглотили Мунгиков, Паромщиков и Черную сотню.

— Мда. Этого еще не хватало — Август на минуту задумался, затем заново налил себе двойную порцию коньяка, и устало опустился на сиденье ближайшего кресла — Ладно. Отправь запрос Сатиру в службу безопасности, пускай проверят на всякий случай. Однако не думаю, что это он. Быть может это вообще дело рук консула или кого-то третьего. Они будто чуют, что мы что-то нашли.

— Обыскивали?

— Дважды. Причем оба раза с пристрастием. И даже умудрились просканировать межпространственное хранилище.

— А что с письмом!? — ужаснулся Трэвис.

— Спокойно. С ним все в порядке. Как показывает практика, бессмертие и почтенный возраст не ограждают от глупости. И маги-дознаватели, видимо, не в курсе, что заклинания сокрытия и тайного письма можно заменить простейшим трюком с симпатическими чернилами.

— Слава богу — облегченно выдохнул тот — У меня чуть инфаркт не случился. Послушай, так рисковать больше нельзя. Мы балансируем на грани. И штрафом тут не отделаться.

— Зато есть хорошие новости.

— Наконец-то! Поделишься?

Вспышка!

Внимание!!! Ошибка № 1.763.349.5117.933???????

— Проклятье. Только не это! — успел прокричать Магирн.

Вспышка!

Параметр Ловкость понижен на 500 ед.

— А-а-а…

Август и Трэвис синхронно повалились на спинки кресел, мучаясь от сильных судорог и чудовищной, практически невыносимой гаммы болезненных ощущений, превращающих каждый нерв агонизирующего тела в подобие покрытых гарью оголенных проводов.

Прошла минута. Затем вторая, и третья…

Вспышка!

Параметр Ловкость повышен на 500 ед.

— Ох… твою мать — тяжело дыша, выругался Кан.

Сбои в системе в последнее время происходили все чаще и чаще. В последний раз подобное случилось около полугода назад. Тогда система полностью обнулила Трэвису интеллект, отчего тот на четыре в половиной минуты забыл, как дышать. И очнулся уже через час на ближайшей точке возрождения, вместе с сотнями других, попавших под рандомную раздачу разумных.

— Всё? Пронесло?

— Навряд ли — Август предусмотрительно достал из кармана флакон большого зелья регенерации и на крайний случай сжал в кулаке чрезвычайно дорогой и редкий камень мгновенного воскрешения — Монсальват — Сейчас начнется вторая волна.

— Откуда ты…

Вспышка!

Внимание!!! Ошибка № 2.849.211.6860.933???????

— А-а-а… чёр-р-р-т…

Вспышка!

Как и товарища по несчастью, Генри Ллойда снова скрутило в очередном приступе болезненных судорог, а интерфейс его NS-Eye буквально разорвало красочным фейерверкам системных сообщений.

…

…Инициация проведена успешно. Человек 1-го уровня, версия 21А, Энроф 17, личный номер: 3, распознан как потомок дварга Септима Тарна…. получено достижение: «Имя девятого»… получено достижение: «На заре времен»…

…

Вспышка!

— А-а-а… хватит с-с-уу-ка… больно… — стонал по соседству Трэвис.

…

— Получено достижение: «И смерть здесь была»… Внимание! Вы получили 46 уровень… Вы получили 73 уровень… Получено достижение: «Неприкасаемый»… Внимание! Хангвил, Пунья 71 уровня хочет стать вашим спутником. Приняв его предложение, вы всецело берете на себя ответственность за его жизнь и дальнейшую судьбу… Получено достижение: «Чемпион Картиалы»…

…

Вспышка!

— А-а-а-х-р-р-р…

…

…Получено достижение: «Легендарный конструктор IV ранга». Внимание! Вы получили 367 уровень… Получено достижение: «Я — сама неотвратимость»…. Получено достижение: «Личный враг бога Гармахиса». Внимание! Вы получили 9 уровень… Параметр Выносливость повышен на 1 ед… Внимание! Немедленно покиньте начальную зону, иначе будете уничтожены…

…

Вспышка!

Тишина.

Покой.

Боль медленно отступает.

Всё! Прошло.

— Фу-у-ух — Трэвис Янг медленно вытер покрытый испариной лоб и отдернул насквозь промокшую от пота рубашку — Ненавижу это дерьмо. Ох… чёрт… Тебе тоже система устроила краткий экскурс по событиям прошлого?

— Да — Август пребывал в некотором роде замешательстве, а затем аккуратно ощупал края так и не до конца затянувшейся раны под правой ключицей, нанесенной клинком из божественной стали. Материала, против разрушительной силы которого ни одна магия, зелья, и даже перерождение не в состоянии были помочь — Пфф, тоже мне достижение… «Личный враг бога Гармахиса»… ну-ну, это мы еще посмотрим кто кого… пернатый ты гондон…

— Верно подмечено — согласился товарищ — Кстати, есть основания полагать, что очень скоро мы его обнаружим.

— Гора?

— Да — Трэвис присел на корточки, собирая рассыпавшиеся по полу бумаги — Отряд рейнджеров Селены вроде как что-то учуяли. Она считает, что Гармахис с остатками своего клана укрылся в старой крепости посреди Стигийский болот. Однако через перевал Серых Виспов им не пройти. Гиблое место, и много высокоуровневых монстров, как и диких орочьих племён. А про само болото я вообще молчу. Придется отзывать их назад и ждать подкрепления.

— Нет! — покачал головой Август — Пускай продолжают поиски. У Селены нюх как у бактерии, а бактерии не ошибаются. И если она считает, что Гор прячется именно там, то значит, так оно и есть.

— Но они погибнут. И неоднократно. У них слишком мало людей. А большая часть наших сил задействована либо на раскопках, либо продвигается вглубь неисследованных территорий. Остальные обустраивают новый кланхолл в Сумеречных Землях. Да ты и сам все прекрасно знаешь.

— А что союзные кланы?

— Двадцать Первые, Аксиома и Логос до сих пор никак не оправятся после последнего поражения альянсу эльфов и привилегированных. Черное Солнце Дании и Брайникл ушли за пятьсот километров севернее от наших позиций и продолжают двигаться дальше к кратеру Аз-Лаар. Без установки портальных арок они нам не помощники. Золотые щиты сражаются с гоблинами и игвами на юге по ту сторону Валийского моря. А все остальные просто-напросто откажутся.

— Почему?

— А ты как думаешь? Сражаться против бога — такое себе занятие.

— Быть может, этим заячьим душам стоит напомнить, что этот гад и его соратники натворили?

— А смысл? Они и так это помнят. Но одно дело умереть, а затем воскреснуть на ближайшей точке возрождения. И совсем другое — исчезнуть раз и навсегда. Ты и сам чуть не погиб во время вашей последней встречи, благо Файр и Ада вовремя подоспели на помощь. Поэтому даже не знаю, имеем ли мы право упрекать их в малодушии и трусости?

— Зато именно тогда мы и поняли, что боги не неуязвимы. Они такие же, как и мы, только гораздо сильнее. Но их вполне реально убить. Особенно если перерезать им «пуповину» и лишить доступа в Пантеон. Ладно — Август взглянул на часы — Продолжим разговор на общем собрании. Все уже наверняка собрались. Пошли.

— Погоди, ты так и не рассказал, что было в том письме преторианца — напомнил Трэвис.

— Положительный ответ на один из наших главных вопросов.

— И что это значит?

— То, что мы были правы. Артефакт Истинного находится в Затолисе.

— Целестил… — словно загипнотизированный прошептал Магирн — Полагаю это была хорошая новость?

— Интуиция тебя не подводит.

— А плохая?

— Плохая новость заключается в том, что он содержится в личном хранилище самого императора.

— Да твою ж мать! — не на шутку взбесился тот, изо всех сил грохнув кулаком по столу — Ну почему? Почему нам всегда так отчаянно не везет? И что теперь будем делать?

— Что-что… — проворчал Август, затем поднялся с кресла, стремительно пересек комнату в направлении выхода, и крепко ухватившись за позолоченную ручку двери, наконец, произнес — Разумеется, мы его украдем.

Магирн опешил. Он был знаком с Генри Ллойдом уже практически пятьдесят лет и мог с уверенностью сказать, что знает того как облупленного, однако на этот раз престарелому инженеру таки удалось хорошенько его удивить.

— Август, ты псих! Это невозможно! Нет, не так. Это чистой воды самоубийство! Прямая дорога в депо кладбища душ.

— В этом мире нет ничего невозможного, Трэвис. Есть только слабая мотивация, отсутствие воображения и недостаток мозгов.

* * *

— Господин Август! — худенькая, курносая и почти что юная, даже по земным меркам, секретарша Ани поймала Августа аккурат перед входом в главный зал, из-за закрытых дверей которого раздавалось эхо десятков возмущенно спорящих голосов — Можно вас на секундочку?

— Конечно, дорогая, только прошу тебя побыстрее. Что случилось?

— К вам пришел некий дворф по имени Готэн Либен.

— Хорошо. Проводи его, пожалуйста, в библиотеку. Я или господин Магирн пообщаемся с ним после брифинга. Ориентировочно через час.

— Да, именно это я сделала, однако кое-что никак не дает мне покоя — девушка выглядела крайне взволнованно, ежесекундно пытаясь заложить за ухо прядь непослушных волос.

— И что именно?

— Дело в том, что господин Готэн Либен принес с собой большой ящик с, как он выразился, импульсными стабилизаторами, взамен тех, что вы послали ему. Поэтому я и…

— Так! Постой! — резко перебил Август — Что это значит? А кто тогда прислал первый ящик?

— Инженерная муниципальная служба города Затолиса… У курьера был рабочий комбинезон. И значок гильдии. Я все проверила, честно…

— Черт подери! — взорвался тот — Как его звали? Как он выглядел?! Говори! Высокий? Низкий? Эльф, дворф, человек?

— Человек! Точно человек — девушка не выдержала эмоционального напряжения и горько заплакала — Кажется, его звали Амон…

Воцарилась гробовая тишина. И даже нескончаемая какофония звуков за дверью главного зала магическим образом прекратилась.

— Амон Гёт… Ну надо же… И кто бы мог подумать? Сопляк оказался смелее своего отца…

Август вдруг неожиданно ласково улыбнулся, а затем нежно взял девушку за плечи, глядя в ее большие, смотрящие на него с тоскливой надеждой голубые глаза, которые, казалось, именно в это мгновение всё поняли.

— Дорогая моя Ани. В гильдию инженеров не принимают людей…

Всего одно короткое биение сердца и огромный кирпичный особняк на улице кланов с символичным номером 21А перестал существовать. Как и десятки изувеченных шрапнелью из божественной стали тел, многие из которых не воскреснут более никогда.

Глава 4

49-я начальная зона. Поселение Новый Свет.

— Давай! Давай! Давай! Давай!

— Ну же, Герман! — прокричал из-за соседнего стола изрядно подпитый мужик — Я на тебя пять золотых поставил! Поднажми еще немного! Ты справишься!

— Не-а, боюсь, не раздавит!

— Еще как раздавит!

— А вот и нет!

— А может палкой его? Чтоб разозлился?

— Сдурел? Ты посмотри на этого монстра! Он же не давеча как пять минут назад смог удержать в руках булаву Игва Повелителя. Потом сам тебя этой палкой и…

— Давай! Давай! Давай!

Толпа продолжала скандировать ободряющие выкрики, в то время как раскрасневшийся танк отчаянно пыхтел, из последних сил пытаясь раздавить одной рукой сырое яйцо пещерного раругга. Однако то даже и не думало так просто сдаваться и лопаться.

— Давай! Давай! Давай!

— А-а-а! — бедняга Герман наконец-таки обессилел — Не могу! Никак!

— У-у-у… — расстроилась добрая половина таверны.

— Ха-ха-ха, вот ты и проиграл! — обрадовался Дженкинс — С тебя пятнадцать золотых! Плати.

— Каждому — поправил Лирой.

— Да это бред! Не может такого быть! Это сто процентов ваша дурацкая магия или что-то типа того.

— Никакой магии. Всё честно.

— Да не звезди!

— Вот, смотри — Дженкинс выхватил из лапы Германа яйцо и одним ловким движением разбил его пополам — Видишь?

— Я тебе не верю. Влад! — взмолился танк, жалобно глядя в мою сторону — Ну хоть ты им скажи. Как это вообще возможно? Чтобы я и не смог раздавить обычное, черт возьми, яйцо?

— Закон Паскаля, Гер. Давление равномерно распределяется по всей плоскости окружности. И потому становится меньше в каждой его точке. И в этом нет ничего удивительного. Тем более у яиц пещерных раругг скорлупа гораздо толще, чем у обычных куриных. Думаю, никто из присутствующих не смог бы его раздавить.

— Погоди. Выходит, ты знал, что у меня ничего не получится и всё равно промолчал?

— Ну, во-первых, я говорил, только ты и слушать меня не захотел. Во-вторых, скажи спасибо, что я уговорил тебя поставить не сто пятьдесят золотых, а всего пятнадцать. И, в-третьих, я думал, ты справишься. Сколько там у тебя силы? Пятьдесят шесть или пятьдесят семь?

— Уже пятьдесят восемь.

— Тем более.

— Ай, черт. Ладно, ждите — последняя фраза была брошена в сторону братьев-близнецов — Прогуляюсь до банка и вернусь.

— С вами приятно иметь дело, господин Велор — поклонился Лирой.

— Полностью вас поддерживаю, коллега — вторил ему Дженскинс.

— Угу. Радуйтесь-радуйтесь, вот только спорить с вами на деньги я больше не буду.

Герман встал из-за длиннющего, сбитого из распиленных вдоль сосновых бревен стола, и медленно стал пробираться сквозь густое нагромождение столиков поменьше. При этом, то и дело, путаясь в вопросах этикета и поворачиваясь к ужинающим то лицом, то задницей.

— Очень жаль, а мы то как раз планировали научить тебя рубиться в лихангу. Классная игра, между прочим. И гномы, судя по бешеной активности на аукционе, её обожают. Похожа на помесь техасского холдема с пошаговой стратегией.

— Точнее и не скажешь. Там у каждого есть своя собственная колода и общие на всех карты, дающие разные бонусы. Замки, верфи, рудники, казармы и прочее. Открываются после каждого круга, как флоп, тёрн и ривер. Собираешь комбо и захватываешь каждую по отдельности, отбиваясь от остальных. Кто захватит все пять — победил.

— М? — напарник заинтересованно обернулся, однако встретившись со мною взглядом, благоразумно сдал назад — Нет уж, обойдусь.

— Вот и правильно — впервые за вечер подал голос Полковник — Умнеешь парень. Этим пройдохам только дай волю — любого без штанов оставят. Разве что только Глас их и мог обыграть. Остальные давно уже бросили это занятие.

— Кстати, а где он? — обратился я к старику.

Удивительно, но Полковник преображался буквально на глазах. И если до этого я битый час не мог определиться с тем живой он или умер, то сейчас в выражении лица, как выразился Эстир — местной «реликвии», начали проявляться проблески воодушевления. И даже лёгкий намек на улыбку.

— Ушёл встречать новых выживших — прохрипел тот — К нам постоянно кто-то приходит, господин Эо. По четыре/пять раз на дню. А сейчас, когда вы с Германом убрали препятствие из колонн, то их станет куда больше. И со всех концов начальной зоны люди хлынут сюда. Никто же не знает, как долго это продлится. Быть может уже завтра Рамногор снова встанет на место.

— И потому вы готовитесь.

— Именно.

Очередная моя догадка нашла своё подтверждение. Мы пришли в Новый Свет почти затемно, однако широкомасштабные строительные работы продолжали кипеть, будто бы его жители напрочь позабыли о таком понятии, как распорядок дня.

Повсюду раздавался стук молотков, скрежет пил, буханье о землю тяжелых предметов и молодецкое хэканье с криками: «И — раз! И — два! И — три!».

Понять причину подобной активности было не трудно. Наученные горьким опытом многочисленных стычек с отрядами привилегированных, жители деревни более не хотели попусту рисковать своей жизнью, и потому отстроили и продолжали укреплять самый настоящий форт. Со рвом, частоколом, рогатинами, баррикадами и прочими оборонительными сооружениями.

К слову, этих самых жителей оказалось на порядок больше, чем изначально предполагал Герман. Лично я насчитал человек четыреста. Точнее сказать было трудно, ибо поселение разрасталось не только вширь, но и вглубь. И значительная часть работ происходила именно под землей.

Как оказалось, место для строительства Нового Света было выбрано не случайно. И фундаментом для его построек служили руины древнего безымянного города первых людей, где арки мегалита были единственным, что осталось в целости и сохранности. Остальное же приходилось откапывать, скрупулезно вычищать и восстанавливать буквально по кирпичику. Заново перестилать давно сгнивший деревянный пол, укреплять стены, печные дымоходы, латать многочисленный дыры и, разумеется, приводить все помещения в соответствующий и пригодный для проживания вид.

С другой стороны — это было гораздо легче и дешевле, чем отстраивать необходимые здания с нуля. К тому же рядом было озеро, лес и огромные практически неисчерпаемые запасы камня и глины. Строй — не хочу. Поэтому Полковник, а как позже выяснилось — он тут главный, выбрал самую, что ни на есть идеальную точку для поселения людей версии 21А. Богатую не только природными ресурсами, но и сокрытыми в глубине катакомб артефактами древних. Часть из которых, чрезвычайно общительные братья-близнецы уже успели нам продемонстрировать: «вечный факел» напоминающий короткий металлический кол с возможностью настройки интенсивности пламени от уровня обычной зажигалки до состояния плазменной горелки; странного вида подшипник, напоминающий спиннер, при раскрутке и броске которого, тот выпускал связывающие цель веревки или энергетические жгуты (именно такими они и поймали Германа); одноразовые кольца и амулеты против разного класса заклинаний, а также личную гордость Дженкинса — идеально сохранившийся и функционирующий «ткач». Данное приспособление относилось к разряду ловушек и стреляло своеобразными растяжками — двумя длинными дротиками, между которыми пропускалась тонкая стихиалиевая нить. Стоило её задеть, и в зависимости от наложенного эффекта, несчастный либо подорвется, либо получит мощнейший заряд электричества, либо окажется мгновенно заморожен, как лягушка, угодившая в термос с жидким азотом.

Но больше всего нас с Германом заинтересовали так называемые колдовские карты Унд-Хеку — серебристого цвета складные металлические прямоугольники на крошечной застежке, раскрыв которые заклинатель мог призвать в проявленную реальность выгравированное на лицевой стороне существо.

Подобных вещиц было найдено всего девять штук, да и те были сплошь обычного класса, с медведями, вепрями, змеями и рыхлами. Видимо более ценные экземпляры древние забрали с собой. Однако воображение тотчас же обрисовало перспективу владения данного рода предметами. И если существовали «обычные» Унд-Хеку, то значит, где-то были спрятаны «редкие», «эпические» и «легендарные». А может даже «мифические» и «божественные. Что только лишний раз стимулировало воображение и подогревало аппетит. Лично я бы не отказался от собственного карманного бестиария из грифонов, саламандр и виспов.

В целом, поселение нам понравилось. Оно было словно пропитано духом свободы работающих во имя общего блага первооткрывателей, что не только денно и нощно рыли траншеи и размещали ловушки, но также и озаботились вопросами собственного комфорта.

В частности, мы с Германом были крайне удивлены, когда по прибытии нас тотчас же гостеприимно повели освежиться в недавно восстановленное здание, до ужаса напоминающее античные термы. С предбанником, теплым помещением, горячим помещением, парильней и прохладной комнатой. При этом увязавшиеся за нами братья всю дорогу сидели в бассейне для омовений и хвастались тем, насколько же тут эффективная система подогрева, где размещенная в подвале печь нагревала воду и воздух, которые затем циркулировали под полом и в полостях стен. И как сильно они замучились вытесывать из камня новые кирпичи и таскать сюда десятки тонн битой глины.

После этого мне, наконец, стало ясно, почему многие не планировали никуда уходить. По крайней мере, в ближайшем будущем. Жаль потраченных усилий.

— Глас — хороший человек. Хоть и со странностями — вдруг напомнил о себе глава Нового Света — Вам стоит дать ему шанс.

— Не знаю, Полковник.

Я покосился в сторону круглого столика в дальнем углу зала, на котором в стиле арабского шейха кверху пузом возлежал довольно урчащий Хангвил, нежно почесываемый сразу пятью умиляющимися девушками, поочередно скармливающими ему астрафайрских сверчков. Вот кто уж точно — звезда сегодняшнего вечера.

— Что именно ты не знаешь?

— Понимаешь, мой фамилиар… он необычен. Я не до конца понимаю, кто он и откуда взялся, но одно я знаю наверняка: этот зверь на редкость хорошо разбирается в людях. Иногда мне кажется, что за всей этой рыжей шерстью, неуклюжестью и милотой скрывается воистину глубокая мудрость оптинских старцев. И поскольку Глас ему не понравился, то это явно что-то да означает.

— Думаю, ты преувеличиваешь. Глас ему не понравился по другой причине.

— И какой же?

— Из-за шапки.

— В смысле?

— Шерсть — прохрипел Полковник — Лисья шкура. По расцветке похожа на красную панду.

— А-а-а.

— Поэтому обдумай мои слова. Посоветуйся с Германом. И прими его предложение. Лишняя пара рук вам не повредит. Я бы и сам с радостью с вами пошел, но не могу. Нужно время. Старость, будь она проклята.

— И бросил бы собственное поселение? Почему?

— Хотя бы потому, что мы с тобой уже встречались.

— И где это? — удивился я.

— В данном случае, господин Эо, ключевой вопрос не где, а когда? Очень давно. Тысячи лет назад.

— А, понял — кивнул я, параллельно манипулируя иконками «хранилища» через интерфейс NS-Eye — Сейчас, кажется, у меня сохранилась парочка упаковок с витаминами. Быть может даже глицин или гинкго билоба найдутся.

— Я не маразматик, остряк. Больше нет. Сам всё поймешь. После того как пообщаешься с Гласом.

— Хорошо. Жду с нетерпением — только сейчас я заметил, что мы с Полковником плавно перешли на «ты» — И куда Герман подевался, спрашивается?

— Уверен, внучка давно прижала его у ближайшей стены. Любит она больших мужиков.

— Может правнучка?

— Без разницы.

— И ты не ревнуешь?

— Я? — впервые за вечер выразил удивление Полковник — Сынок, я через такое дерьмо прошел в своей жизни, что шалости внучки — последнее, на что я стану обращать внимание. Пускай себе развлекается. Вы уйдете, и уже завтра у Лии появится новый качок.

Краем глаза я заметил, как активно подслушивающие братья-близнецы вдруг резко заинтересовались каменной кладкой широкого камина с запекаемыми на углях свиными ребрышками. Ага, вот оно что. Видимо Минидиву не только качки интересуют. Впрочем, абсолютно типичная история. Девушка хлебнула ушат свободы и пошла вразнос от обилия тестостерона и мужского внимания. Видели, знаем. И, как прогрессивные люди, по возможности стараемся не осуждать.

— О, Глас! — воскликнул Дженкинс.

Шаман показался в дверях и решительно направился в нашу сторону. Причем на этот раз одет он был совершенно иначе: в видавшие виды кожаную безрукавку, как у крокодила Данди, точно такие же штаны, ковбойскую шляпу и сапоги с массивными серебряными шпорами.

— Скажи, у этого парня есть стиль?

— Что правда, то правда — ответил один брат другому.

— Прошу прощения за задержку — Глас подошел вплотную и уселся рядом, подтянув к себе первую попавшуюся тарелку с остатками еды — Наткнулись на очередной отряд привилегированных.

— И?

— Злые гады попались. Правую ногу оттяпали. Пришлось убить себя, чтобы побыстрее вернуться.

— Есть поводы для беспокойства? — прохрипел Полковник.

— Нет. Мы все порешали на месте. Плюс до этого наткнулись еще на пять отрядов выживших. Те из наших. Спешат сюда на всех парах, как и остальные. Так что думаю уже завтра, численность Нового Света вырастет на треть.

— Встречающих отправили?

— Всех. Ферум и Торл обещали патрулировать окрестности до утра. Валенс, Флегий и Отвали дежурят у сигнальных огней.

— Отвали? — переспросил незаметно оказавшийся рядом Герман.

— Ага — искренне улыбнулся Лирой — Обычно система не разрешает нам придумывать себе идиотские имена по типу: Пошла Ты, Хочу К Маме, зови меня Дарт Вейдер, и трижды обновляет таймер, но этот мужик оказался упёртым. Поэтому теперь все и обращаются к нему не иначе, как Отвали. Хотя он обижается и просит называть его Михаилом.

— Русский что ли?

— Да. С России-12. Её давно уже все покинули. Только он один и остался. Каждую неделю планируем наведаться туда и содрать пару кубометров обшивки, однако руки все никак не дойдут. Да и валяется она в снегах, по ту сторону горы. А там что не плюнь, обязательно попадешь в ледяного тролля, снежного волка или гарпию. Непростое местечко.

— Господа друиды, помолчите. Глас говорит — Полковник вернул разговор в нужное русло.

— Так я уже всё и сказал — отозвался шаман, беззастенчиво воруя у отвлекшегося соседа запеченный картофель — Прямо сейчас к нам течет обильный ручеек из паломников. Мы знали, что рано или поздно это случится. Поэтому к приёму готовы. Пять гостевых домов ждут новых посетителей и еще в семи заканчивают отделочные работы. Бригада строителей вот-вот с ними закончит.

— Хорошо. Скажи рейнджерам, пускай пометят всех новичков по степени опасности.

— Уже сказал.

— Это такая специальная метка — на всякий случай пояснил Дженкинс — Способность, позволяющая оценить потенциальный уровень угрозы объекта. Как белый, черный или красный черепа над именами монстров.

— И какой уровень угрозы у нас? — поинтересовался Герман.

— У одного из вас — максимальный. По крайней мере, для всех присутствующих в этом зале.

— Ха! — обрадовался тот — У меня? Или у Эо?

— Ни у того, ни у другого — прохрипел Полковник, ткнув скрюченным пальцем в сторону Хангвила — У него.

— У Винни? Да вы прикалываетесь!

— Нет. В отличие от тебя, он не бахвалится, играясь с булавой Игва-Повелителя, а держит свои силы в секрете. Поэтому тот, чьих реальных возможностей ты не знаешь и не можешь прочитать из-за недостаточного уровня восприятия — наиболее опасный противник. Вот тебе наука на будущее, парень. Бойся не того, кто играет мускулами на сцене, а того, кто тихонечко стоит за кулисами.

Словно почуяв, что его обсуждают, кошачий медведь поднял блаженную морду, и приветливо завилял хвостом, отчего окружающие его девушки пуще прежнего принялись радостно чесать мохнатое пузо и нежно сюсюкаться.

— Так он же даже не тренировался…

— А, по-твоему, львы и медведи ходят в качалку?

— Вот интересно — снова оживился Лирой — А если все-таки заставить льва тягать штангу, то у него будут прокачиваться параметры? Или, скажем, попробовать решать с ним задачки по математике?

— Ты дурак? И как, по-твоему, это можно провернуть?

— Ну смотри, по идее можно взять льва и запихнуть его в…

Я ушел в себя. Близнецы мне, конечно, понравились, но за последние пару часов я чётко начал понимать, что своей бесконечной болтовней они и мертвого достанут до белого каления, отчего тот встанет из могилы и жалобно попросит их заткнуться.

А меня же искренне интересовал шаман с его таинственным разговором и слова Полковника о том, что мы уже встречались. Причем не далее, как тысячи лет назад. Скажи мне такое перед погружением в депривационную камеру, то я бы ни секунды не сомневался, что старик поехал кукухой. Но вот сейчас — чёрт его знает. Магия, порталы, драконы, камни душ. Отчего бы и не быть перемещениям во времени или реинкарнациям? А также оборотням и привидениям. Мда, от этого явно мозги только пухнут. Жаль Августа рядом нет. Надо выпить.

— «Я Генри, Генрих восьмой, я женился на вдове по-соседству» — тихонько пропел я.

— А я тогда кто? — возмутился Герман — Вупи Голдберг?

— Надо же. Не думал, что ты смотрел этот фильм.

— Еще как смотрел. В детдоме старуха Эльза каждую субботу его ставила. До сих пор плачу как баба над тем моментом, когда Патрик Суэйзи поднимал прижатую к двери монетку.

— Уважаю.

Мы с силой чокнулись кружками.

* * *

— Господа — Глас покончил с трапезой и удовлетворенно откинулся на спинку стула, при этом якобы похлопав по плечу, но на самом деле вытерев руки о куртку пьяного в хлам соседа — Предлагаю прогуляться. Так сказать, жирок растрясти. Вы как?

— И далеко пойдем?

— Нет. Тут близко. Не более километра. Я подумал, что словами убедить вас будет непросто. Поэтому лучше показать. Наглядная иллюстрация всегда работает куда эффективнее.

— Эй, нет, приятель — я покачал головой — Знаем мы эти штуки. Уведешь нас в темную подворотню с десятком привилегированных в ближайших кустах. И последнее, что мы увидим перед смертью — блестящие в лунном свете заточки и злобный шёпот: «привет от Стаса».

— Я не знаю, кто такой Стас — улыбнулся Эстир — Поэтому за бдительность ставлю отлично, а за паранойю — удовлетворительно. Тебе следует понять одно: я — свой. И не планирую причинять вам вреда. Клянусь.

На последней фразе тело шамана озарилось белоснежным свечением.

— Подтверждение системы — прохрипел Полковник — Клятва принята. Глас говорит правду.

— Удобно — съехидничал я — А в суде эта штука тоже работает?

— Не знаю. Так вы идете?

— Да.

— А мы? — встрял в разговор Лирой — Можно мы тоже пойдем?

— Нет.

— Почему? Интересно же!

— Как научитесь держать свой болтливый язык за зубами — пожалуйста. А пока что это дело Эо, Германа, Полковника и меня. И Хангвила, разумеется. К слову, последнего я могу понести на себе. Уверен, в случае чего тот убьет меня быстрее, чем разряд молнии, угодивший прямо в затылок.

— Ты поведешь их в склеп?

— Помолчи! — Полковник грозно посмотрел в сторону Дженкинса, отчего даже мне стало немного не по себе. Снова почувствовал себя первоклашкой в кабинете у директора школы — И вообще, брысь отсюда! Ферум давно ожидает вас у западной точки. Разгильдяи.

— Да, сэр — мгновенно поник тот — Пойдем Лирой, поохотимся на привилегированных. Не хотят старшие брать нас в свою песочницу.

— Угу. Как баню строить и преступников ловить — пожалуйста. А как серьезные вещи обсудить, то сразу «брысь отсюда».

— И нечего давить на жалость! Я — старый, упрямый и бессердечный демон, салаги! И только попробуйте уснуть или отвлекать девчонку своей болтовней, чтобы не задремать. Убью, а затем воскрешу ваши трупы, чтобы те патрулировали территории в тишине.

Я весело улыбнулся. Неужто Полковник на самом деле нашел в себе силы шутить?

— Пошли — Глас встал из-за стола.

Хлоп!

Хангвил выскользнул у девушек из рук и материализовался на правом плече шамана, дерзко сбив пушистым хвостом тому шляпу. Впрочем, Эстир будто бы этого и не заметил. А просто походя стянул вязанную шапку с головы уснувшего бородача и напялил её на себя. Клептоман.

Покинув здание таверны, мы обогнули поляну мегалитов с высаженными вокруг оливковыми деревьями и отстроенными по периметру зданиями алхимической лаборатории, кузни, столярной и кожевенной мастерских, а затем по узкой тропинке двинулись вниз в направлении восточных ворот. За которыми, подобно тибетскому храму, начиналась длинная лестница, ведущая круто вверх, прямо к вратам Аргентависа. Впрочем «врата» — условное название, поскольку «врат» в привычном понимании никаких толком и не было. По сути это был обычный естественный проход меж двух соседних скал, перетянутый тонкой пленкой силового поля. От земли и до заснеженных пиков гор. Уверен, вся 49-я начальная зона была целиком окольцована подобной энергетической стеной, поэтому хочешь не хочешь, но испытание проходить придется.

Мы ступали по дорожке из камней и скользкой глины, периодически опираясь на побеленные стены, расположенных справа и слева домов. Что примечательно — крыши большинства из них не доходили нам и до подбородка, хотя каждая из построек уходила минимум на два этажа вниз. В связи с чем, лишь один вопрос никак не давал мне покоя: а что если пойдет сильный дождь? В этих зданиях предусмотрена дренажная система и канализация? Или каждый из участков мгновенно превратится в заболоченную яму?

Дойдя до ворот, Глас не стал покидать пределов Нового Света, а вдруг повернул под прямым углом налево и зашагал вдоль частокола, периодически продираясь сквозь колючий кустарник.

— Расскажи нам про испытание — нарушил я тишину.

— Что именно тебя интересует? — отчего-то раздраженно ответил тот.

— Всё, что может оказаться полезным. Схема подземелья, сведения о противниках, места возможной встречи с ними; их численность, скорость и маршрут передвижения; препятствия, слепые зоны, а также данные по твоим параметрам и навыкам — отчеканил я заранее заготовленную фразу.

— О как! — глумливо рассмеялся шаман — Вот это ты выдал, прямо аки важный полевой командир. И то, и другое, и третье. А знаешь, у меня есть идея получше. Давай ка вы с Германом просто посидите на входе за кружечкой пива и подождете, пока я не пройду испытание самостоятельно? А потом я просто-напросто свисну вам с того конца, мол, дело сделано! Данные по параметрам ему предоставить…ха! А может мне сразу стянуть с себя штаны и встать в подходящую позу? Чтобы вы по очереди меня поимели?

— Побольше уважения к лидеру сквада — неожиданно жестко прокомментировал танк — Хочешь путешествовать с нами — учись субординации.

— А разве кто-то интересовался твоим мнением, анаболик? — огрызнулся шаман.

— Глас — я остановился, и устало материализовал в руке «лепесток» — окропленный ботоксом длинный метательный нож — Знаешь, согласно принципу парето, в любой группе людей найдутся двадцать процентов тех, кто доставляет восемьдесят процентов проблем. И сейчас я уверен, что этим человеком являешься именно ты. Потому как, оскорбляя Германа — ты оскорбляешь меня. И наоборот. А нам этого не надо. У нас тут мир, дружба, жвачка. Поэтому если у тебя скверный характер — засунь его себе в задницу. И отвечай по существу. В противном случае долго ты с нами не пробудешь.

— О-о-о! — ухмыльнулся тот — Грозно, эпично, страшно! Ух-х, классная речь! Долго репетировал?

— Хочешь подраться?

— А кишка не тонка?

<Извлечь> — <Передвинуть на семь метров выше> — <Подтвердить>.

Бум!

Мгновенно материализовавшаяся трехсоткилограммовая булава Игва Повелителя камнем рухнула с высоты, превратив тело шамана в подрагивающую в посмертных судорогах кровавую кашу, белеющую в лунном свете осколками переломанных костей.

Вы убили Человека 9-го Уровня.

Внимание! Дальнейшее начисление очков опыта невозможно! Покиньте начальную зону!

— ВЛАД! — поскольку Герман стоял ближе, то оказался с головы до ног покрыт кровавыми брызгами — Охренел?!

— Немного.

— Ты же убил его!

— Скорее продемонстрировал силу. Как Август учил. На случай, если с кем-либо никак не получается выстроить нормальных отношений. Теперь дважды подумает, прежде чем…

— А где Хангвил? — ужаснулся напарник — Он же сидел у него на плече! Ты что, еще и Винни зашиб?

— Да здесь он — я ткнул большим пальцем себе за спину — У него же реакция как у мангуста. Портанулся в рюкзак, не успела булава проявиться.

— Ну ты даешь… Псих! А если Глас воскреснет и пожалуется остальным?

— Не пожалуется.

— Уверен?

— Угу.

— Жесть. Хотя, по правде говоря, мне полегчало. И я бы даже сказал, что этот стиляга меня больше не бесит.

— Меня тоже.

Я отвлекся, заново упрятывая гигантское оружие в «хранилище».

— Кстати, раз уж мы остались одни, то у меня вопрос.

— Какой?

— Тут Минидива предложила мне… ну ты понял. Эйа шпиле. Ты не против?

— А я тут причем?

— Так я на всякий случай. Мне казалось, что ты тоже глаз на неё положил.

— Нет, Гер. Тебе показалось. Минидива — пацанка. А пацанки не в моем вкусе. Я предпочитаю, чтобы женщина оставалась женщиной.

— О, ну и отлично! Тогда сегодня ночью меня не жди.

* * *

Спустя час…

— Господа — Глас появился, улыбаясь, как ни чем не бывало — Я снова с вами! И прошу меня простить за ту неприятную сцену. Хотелось проверить насколько резво вы готовы вписаться друг за друга в случае конфликтной ситуации. И, скажу честно, результат превзошел все мои ожидания. С таким отрядом можно и в разведку.

— Хочешь сказать, ты решил пожертвовать жизнью только ради того, чтобы убедиться в нашей сплоченности?

— Ну да. А что тут такого? Я должен быть уверен в вас на все двести процентов. Мне же с вами и в огонь, и в воду. А уровни — это так, пыль. Наверстаю. Хотя, могли бы и просто разочек дать в морду. Но способность у тебя классная. Честно говоря, я даже не понял, что меня убило. Это телекинетический пресс? Или что-то другое?

— Как буду уверен в тебе на те же двести процентов — расскажу. А пока — извини.

— Хорошо. Договорились. Ну, всё? Мир?

— Мир.

— Так о чем ты спрашивал? — Глас наклонился, оттряхивая от пепла свои вещи.

— Испытание.

— А, верно. Ответов на твои вопросы у меня нет. Чисто ввиду того, что подземелье каждый раз видоизменяется. Тут важно понимать одно: это не обычная пещера с монстрами, где в последней комнате вас ожидает финальный босс с увесистым горшочком золота за пазухой. И не столько проверка на боевую удаль и тактические способности. Это — квинтэссенция ужасов и страхов всего человечества. Поэтому врата Аргентависа покажут вам только то, что вы возьмете с собой. Страх, гнев, похоть, алчность, боль, предательство и так далее. Как девять кругов ада по Данте. Это, скорее, испытание духа, справиться с которым в состоянии лишь достойнейшие. Те, кто усвоил урок. А также научился адаптироваться и выживать в непростых условиях.

— Но насколько я понял, сквозь врата проходят многие. И где тут взаимосвязь? Получается, все до единого лучшие из лучших?

— Разумеется, нет. Большинство использует баги, хитрости и прочие доступные уловки, облегчающие путь. К примеру, чаще всего пользуются услугами так называемых «шнырей». Людей второго, максимум третьего, уровня, чья единственная задача — войти с группой внутрь подземелья и быстро отдать там концы. У нас в поселении таких с десяток. Всё конкурируют между собой кто сильнее демпинганет по цене.

— Система устанавливает сложность прохождения в зависимости от показателя среднего уровня сквада?

— Именно — Глас наконец-таки облачился в одежду и продолжил шагать вдоль частокола. Мы — следом — Второй по популярности способ — массированно и непрерывно бить по вратам заклинаниями, пока цвет оболочки не станет багровым. Это опасно и рискованно, потому как Аргентавис периодически дает сдачи, но гарантированно приведет к тому, что спустя час сложность подземелья понизится до минимального значения. Но это подходит, скорее, большим отрядам. От дюжины человек и более. И третий способ — жертва. Что, по сути, самая обыкновенная взятка.

— Взятка?

— Ага. Сбоку от врат находится постамент с большой обсидиановой чашей. Это — жертвенный алтарь, который принимает в себя всё, что угодно: экипировку, оружие, драгоценности, зелья, золото и даже уровни с заклинаниями. Пожертвуешь достаточно — получишь послабление. Отвалишь целое состояние, и испытание покажется лёгкой прогулкой.

— Мда — хмыкнул Герман — Теперь понятно, почему привилегированные так легко его проходят. И почему система не гнушается подобного рода донатами?

— А ей, по сути, всё равно. Получит подношение, и следом передаст его кому-нибудь другому в качестве награды. Профит. Все равно, что круговорот артефактов в природе.

— Как-то уж слишком оно нетипично для подобного рода ситуаций.

— А ты был в подобного рода ситуации?

— Нет, это я образно.

— Друзья, а что вы вообще знаете о подземельях?

— Это место кишащее монстрами и прочей опасной гадостью. Если сможешь его пройти, но обратно уже не вернешься. Плюс, как мы выяснили, у подземелий есть уровни сложности — перечислил я.

— Это очевидно. Я имею виду то, откуда они берутся?

— Без понятия.

— Они появляются в месте, где, грубо говоря, произошло какое-то откровенно плохое дерьмо. Места пыток, катастроф, массовой гибели людей и животных, жертвоприношений, темных ритуалов и прочего. Большая концентрация эманаций боли, страха и отчаяния приводит к тому, что прослойка между нашей реальностью и планом нижних миров истончается и, в конечном итоге, лопается, выводя на свет самых разнокалиберных тварей. Поэтому система пытается изолировать это место от внешнего мира. И хладнокровно использует его как испытательный полигон. Стоит пройти такой пару сотен раз, и прослойка между мирами восстановится, что положит конец временной изоляции территории. Однако существуют неисследованные подземелья, которые медленно, но верно растут и веками накапливают свою мощь. И тогда они эволюционируют и переходят в категорию разломов, которые система уже не в состоянии удержать. И монстры начинают вырываться наружу.

— Это, конечно, интересно и познавательно, но как оно связано с тем, о чем ты хотел с нами поговорить?

— Напрямую. Как и мой следующий к вам вопрос. Что вы знаете о магии?

Уперевшись в тупик из высокой отвесной скалы, Глас аккуратно сдвинул гору веток, под которой обнаружилась абсолютно непримечательная дверца из темного поеденного ржавчиной металла, что не очень то и походило на склеп. Скорее на обычный погреб. И то, далеко не самого качественного исполнения.

— Нам сюда. Спускаетесь вниз и далее идёте строго за мной. Ни в какие боковые ответвления не заглядываете, руками лишний раз ничего не трогаете. Мы еще не все ловушки демонтировали, поэтому помереть тут проще простого. Все ясно?

— Да.

Я сгорбился, осторожно спускаясь по крутой винтовой лестнице. При этом в ноздри сразу же ударил резкий запах плесени, сырой земли и смерти. К слову, до сего момента я не до конца был уверен в том, есть ли у смерти запах хоть сколько-нибудь отличный от смрада гниющей плоти, однако именно сейчас отчетливо осознал — есть. Нечто подобное я уже ощущал в морге и крематории.

— Вот, держите — Глас протянул нам два «вечных» факела — Только не забудьте вернуть. Мне их братья одолжили. Кажется. Активируется нажатием кнопки с торца. Поэтому можно просто стукнуть факелом об пол или стену. А сбоку — регулятор интенсивности пламени.

— Хорошо.

— Так вы подумали над моим вопросом? Про магию?

— Магия — это искусство изменения… — начал было Герман, однако пытаясь закончить фразу будто бы ментально споткнулся — Ладно, мы ничерта не знаем о магии.

— Я так и думал. В таком случае начну издалека. Вы же знаете, что вся видимая вселенная, как и мы с вами на девяносто девять и девять в периоде процентов состоит из пустоты?

— Это как? — не понял танк.

— А очень просто. Если ты посмотришь в микроскоп, то обнаружишь пустое пространство, в котором по определенным законам физики расположены молекулы. Эти молекулы состоят из атомов, а между атомами — пустота. Направишь микроскоп на атом и сможешь увидеть, что в самом центре находится ядро, состоящее из протонов и нейтронов, вокруг которого вращаются электроны, а между ними — снова пустота. Подумаешь, что это всё, финал, но стоит увеличить протон, примерно в двадцать тысяч раз и ты увидишь, что он состоит из кварков, между которыми…

— Пустота — закончил Герман.

— Именно. Так можно продолжать до бесконечности. Особенно если верить в принцип голографичности вселенной. Поэтому всё, что ты видишь — всего лишь искривление пространства-времени абсолютной пустоты, как некие сгустки или своеобразные холмики. Но, вопрос! А пуст ли вакуум на самом деле?

— Ты цитируешь учебник по физике — улыбнулся я — Нет, не пуст. Еще в середине двадцатого столетия ученые обнаружили, что в малых пространственных областях вакуум спонтанно флуктурирует. И в нем постоянно происходят процессы рождения и уничтожения частиц и античастиц разного сорта. Электроны и позитроны. Протоны и антипротоны. Отсюда и появился термин «кипящий бульон» или «квантовая жидкость».

Параметр «Харизма» увеличен на 1 ед.

— И что же означает данный феномен?

— То, что вся существующая материя некогда пребывала в виртуальном непроявленном виде.

— Получается кто-то «заставил» её проявиться?

— Возможно.

— Кто? Бог?

— Я не знаю. А это важно?

— В контексте моего вопроса — да. Предположим, я тоже хочу стать богом. И истово желаю творить собственные миры. Что мне для этого необходимо? План? Идея? Замысел? Допустим, они есть. Как и неограниченный доступ к виртуальному магазину стройматериалов. Чего не хватает?

— Энергии, чтобы все это воспроизвести? — догадался Герман.

— В точку — кивнул Глас — Наши заклинания — узкоспециализированные и крохотные кусочки замысла самого создателя. Язык, чья сила и мудрость нам непостижима. А инвольтационное излучение или мана — та самая энергия, необходимая на то, чтобы придать виртуальной материи значение физических характеристик отличных от нуля.

— О! У меня интеллект подрос — обрадовался танк.

— Мои поздравления.

— Это интересно и дает большую пищу для размышлений, но я по-прежнему не улавливаю суть. Причем тут мы? — спросил я.

— Терпение, друг мой. Просто держи пока эту информацию в голове. Скоро сам все поймешь. Кстати, нам сюда.

Глас вывел нас в круглую комнату, напоминающую транспортный узел с множеством ответвлений и, недолго думая, направился в сторону третьего справа прохода. Настолько узкого, что Герману поначалу приходилось протискиваться боком.

— Метров через тридцать коридор расширится, и вы увидите массивную металлическую дверь по левую руку. Ни в коем случае не трогайте её. А также не подходите близко и не смотрите в окошко для передачек. Умрёте.

— А что за ней?

— Гундахар. Последний генерал разбитой армии нежити Рамнагора. И невероятно злой сукин сын 157-го уровня. Первые люди держали его в этой зачарованной камере сотни лет. А потом по какой-то неведомой причине покинули город и бросили его запертым тут. А мы нечаянно откопали. Полковник чуть концы тогда не отбросил, пока бегал по тоннелям и спешно расставлял ловушки, в то время как двести пятьдесят человек умирали пачками, пытаясь скрутить Гундахара и вернуть его на место.

— А почему вы просто-напросто его не убили?

— Думаешь, не пытались? Разница в уровнях слишком высока. Его ничто не берет. Ни огонь, ни кислота, ни сталь. Однако плюсы в этом тоже есть. Он — наша страховка на случай, если Новый Свет захватят привилегированные. Братья даже кодовую фразу придумали: «Выпустить кракена!».

— Хм.

Во мне неминуемо начали просыпаться нотки алчности. По идее, в закромах у монстра такого уровня сто процентов должно храниться что-нибудь ценное.

— Ты думаешь о том же, о чем и я? — поинтересовался Герман.

— Ну, мы же приличные люди? А разве могут приличные люди просто-напросто пройти мимо и даже не попробовать?

— Уа!

— Вы что удумали? — забеспокоился Глас, замерев в паре метров от камеры генерала.

Вспышка!

Вы получили задание: «Неупокоенный»

Уничтожьте последнего генерала разбитой армии нежити Рамнагора — Игва Гундахара 157 уровня.

Время выполнения задания: 3 часа.

Награда за выполнение задания: 100 золотых, 2 очка навыков, 1 карта Унд-Хеку, категории «редкая» или «уникальная».

В случае провала задания: штраф -200 золотых и 4 ед. параметров, выбранных произвольным образом.

Принять: Да / Нет.

— Принимаем? — уточнил Герман.

— НЕТ! — заорал шаман — Прошу вас, не надо!

— Почему?

— Вы не справитесь! Поверьте мне!

— Но у нас есть артефакт с божественным излучением — проболтался танк — Он разъедает нежить как серная кислота металл.

— Да — нехотя согласился я, отвесив напарнику крепкий подзатыльник — Была идея сделать из зонтика и осколков зеркала линзу, чтобы перенаправить поток света в окошко.

— Пусть так, но это не сработает! Этим вы не нанесете ему ощутимого урона, а только разозлите. Более того, в Новом Свете тоже есть паладины и жрецы, думаете, они не пытались? Я понимаю, победа в испытании вас опьянила и вы думаете, что легко справитесь с любой угрозой, но парни, окститесь. Вы победили неуклюжего Игва 25 уровня, а тут 157-й, что тысячелетиями прокачивал себе силу и ловкость! Это умный, опасный и крайне злющий противник. Поэтому ничем, кроме штрафа и смерти для вас эта история не закончится!

— Ай, черт! — расстроился Герман — Влад, походу Глас прав.

— Да, согласен.

— Отменяем?

— Угу.

Принять: Да / Нет.

— Нет.

— Слава богу — облегченно выдохнул Эстир — Хоть кто-то в наше время способен внять голосу разума.

— И не такой уж он был и неуклюжий, тот Игв — проворчал танк.

— Смотря с кем сравнивать. Идём?

— Да.

БУМ!

Всего пара шагов и моё левое колено взорвалось чудовищной вспышкой боли! Да такой, что я не смог удержать в себе истошный вопль и кулем повалился на землю в лужу собственной крови.

— А-а-а!

— Эо! — Герман тут же бросился на помощь, и, ухватив меня за шиворот, потащил подальше от двери.

Получен урон: 450 ед.

Внимание! Зафиксировано обильное кровотечение и множественные переломы коленного сустава!

Получен урон: 19 ед.

Получен урон: 24 ед.

…

Получен урон: 31 ед.

Получен урон: 23 ед.

…

В глазах потемнело.

…

«Всё. Кажется, приехали» — отозвалось где-то на периферии угасающего сознания.

— Держи! — я почувствовал, как сильная рука разжимает сжатые челюсти и впихивает мне в рот ингалятор — Дыши!

— Пхааа!

— Еще!

— Пхааа!

— Вот, хорошо. Молодец. Фу-у-ух.

Герман, как заботливая мамуля прислонил меня к стене и, удостоверившись, что опасность миновала, аккуратно полез осматривать рану.

— Ох, ничерта себе! Вот это да! Еще немного и ногу бы напрочь оторвало! Но, вроде бы ничего, зарастает… А вот штанам однозначно конец. Придется новые покупать.

Спустя минуту раздробленные кости окончательно восстановились и с противным хрустом встали на место.

— Что-то резко холодца захотелось… С молоком — пожаловался я.

— Оно и неудивительно. Тебе бы кальция.

— Ха-ха-ха-ха-ха — послышался приглушенный потусторонний смех — Живые. Жалкие черви…

— Что и следовало доказать — шаман стоял неподалеку, с опаской поглядывая в сторону двери — А Гундахар всего-то бросил сквозь окошко кусочек спрессованной в камень пыли. Надеюсь, вы поняли, что я был прав? А то, небось, уже воображали, что получите награду и эпическое достижение в стиле: «Давид и Голиаф». Как бы ни так!

— Гер — простонал я — В нашу доктрину придется внести новые коррективы. Отныне приличные люди не сражаются с монстрами с разницей в 30 уровней и выше. По крайней мере, с численностью отряда менее десяти человек.

— Согласен. Это было тупо. И самонадеянно.

— Ха-ха-ха-ха-ха — снова послышалось из камеры — Хотели одолеть Гундахара? Так выпустите меня отсюда, и посмотрим кто кого. Ничтожества.

— А ты заткнись там! — заорал Герман — А не то дверь тебе обоссу!

— Попробуй… человек.

— Нечего с ним болтать — вмешался Глас — Он и гипнотизировать умеет. А струю твою запросто заморозит и этой же сосулькой тебя и убьет.

— Мда уж. Завели себе домашнего Ганнибала Лектора… Эо! А ну стой! Ты куда намылился?

— Секунду.

Я кое-как доковылял до двери и активировал Халколиван. В это же мгновение вокруг моего тела сформировался золотистый ореол, дарующий тотальную неуязвимость на целых одиннадцать секунд. А большего мне и не надо.

Заглянув в небольшое окошко, я увидел лишь тьму и два ярко-красных уголька — глаза генерала Игвов.

— На! — я материализовал и просунул в отверстие пару журналов — Будет, чем скрасить досуг. Быть может, станешь добрее…

Бум!

Спрессованные журналы с такой силой ударились о магический щит, что разлетелись, казалось, на молекулы.

Красные угольки придвинулись вплотную к окошку.

— Ааа, Вайоми… — с чудовищной ненавистью в голосе прогудел Гундахар — Несущий вечную стражу у истоков жизни и хранитель мира живых. Что еще тебе от меня надо?! Пришел поиздеваться? А?! Убирайся! Пошел прочь! Вон! ВОН!

Бум! Бум! Бум!

Дверь камеры заходила ходуном, а с потолка посыпались мелкие камни и пыль!

— Эо, пошли отсюда — Герман боязливо ухватил меня за рукав — Этот спятивший мертвец явно не в себе.

— Убирайся! — продолжал орать вдогонку Игв, отзываясь жутким эхом в коридорах — Убирайся ублюдок! Я говорил тебе это тогда, скажу и сейчас: тебе никогда не сломить волю Гундахара! Я не стану произносить Его имя! Вон! Пошел ВОН!

— Чёрт-те что тут творится! Мало того, что мёртвый, так еще и псих…

— Нет — покачал головой Глас — Безумный — да. Сумасшедший — нет.

— И что это значит?

— Именно то, о чем я хотел с вами поговорить.

— И долго еще ты собираешься ходить вокруг да около?

— Нет. Мы пришли. Все ответы находятся за этой дверью.

Шаман остановился напротив испещренной рунами каменной плиты, сбоку от которой находилась хорошо узнаваемая выемка с тускло светящимися на кончиках пальцев символами.

— Пароль: крест, крест, крест, лемниската, крест, квадрат. Мы его три недели подбирали. По-очереди.

— И что в этой комнате?

— Архив первых людей. Жаль пустой, но кое-что мы все же нашли. Прошу.

Открывшееся перед нами зрелище никак не соответствовало представлению о том, как должен выглядеть средневековый архив. Скорее это было похоже на помесь древнего музея с пунктом управления атомной электростанцией: ряды узких и неактивных арок терминалов с разбитыми и наглухо заваренными отделениями для пневмопочты; свисающие и уходящие в пол и стены какие-то провода; потрескавшиеся кристаллические экраны; сотни разбросанных повсюду механических деталей и пустых гильз от инвольтационных батарей, а также тонны другого, самого разнообразного мусора.

— О, мертвец! — Герман ткнул пальцем в зажатый меж двух огромных шестеренок скелет — Спорим, я знаю, что его убило?

— Гер, ты посмотри правее — не веря собственным глазам, прошептал я.

Напарник покрутил головой, а затем застыл словно парализованный.

— Матерь божья… Не может быть! Это что, камера сенсорной депривации?

— Да, только очень древняя… И надпись: Etherium corp. Глас, что это значит?

— Не знаю. Еще одна загадка. Но я привел вас сюда не за этим. Прошу за мной.

Шаман осторожно пересек помещение и двинулся в сторону небольшой соседней комнаты.

— Тут на стене барельеф. Взгляните.

Я приблизился и выкрутил интенсивность пламени факела на максимум.

Перед глазами предстала мрачная картина. Это было изображение горящих лесов с бегущими в поисках спасения окровавленными животными, у которых были содраны шкуры и выколоты глаза; разрушенные города с распятыми вверх ногами и терзаемыми жуткими монстрами людьми; высушенные моря с гниющей и задыхающейся на дне океана рыбой; и огромная нисходящая в глубины самой планеты чёрная воронка. Одним своим видом внушающая необъяснимое чувство паники и первобытный ужас. Однако более всего меня поразило небо: безжизненный темно-серый фон с отливающими красным сотнями, зависшими на орбите межзвездными космическими кораблями, до ужаса напоминающими наши «баранки».

— Что за…

— Сбоку текст. Сможешь прочесть?

Я сделал шаг в сторону, вглядываясь в позолоченные буквы:

Ханданис Велнарин эт Авахаира Мен

Куивиэ ат Эль-Лир ми эдро ти-ана то унтупа милурэй

Кайта ди Эар эм умдумэ нар секрэ яр

Ми эресса метима тулма йала…

— Нет. NS-Eye не может перевести.

— Потому что это — древнеэльфийский. Полковник долго сидел тут со словарем, прежде чем хоть что-то стало понятно.

— Поделишься?

— Затем и пришли. Перевод немного кривой, но суть вы поймете:

Умная женщина-машина из далекого мира

Прибудет на Эль-Лир и откроет путь к запертому на дне галактики древнему злу.

Одинокий плывущий во тьме по бескрайнему океану из страха, боли и крови

Он расправит свои черные крылья от горизонта до горизонта и увидит багровое зарево.

И тогда мир покроется черными вихрями и это станет началом конца,

ибо тень Его познает секрет замысла господа, и обретет он могущество, способное сорвать с себя печати тринадцати…

— К сожалению, но далее текст обрывается. Однако в самом конце есть упоминание о том, что только Хранитель (полагаю это — имя системы) и его доблестное воинство, в состоянии Ему противостоять. И потому великим героям древности суждено будет снова собраться вновь. А теперь самое интересное — Глас передвинулся к правому краю барельефа — Их имена. Взгляните.

Шаман поочередно принялся тыкать пальцем в отдельные кусочки древнеэльфийского текста.

— Вайоми… Велор… Эстир… и Сангрин…

— Кто?

— Полковник.

— Почти как Сандерс — нервно пошутил Герман — Даже курочки захотелось.

Вспышка!

Получено достижение: «Знай своих предков II ранга»

Параметр Интеллект увеличен на 5 ед.

— Собственно, вот и первая неувязочка — прокомментировал я — В этом пророчестве говорится о том, что великие герои древности соберутся вновь. Стало быть, речь идет не о нас, а о наших предках, ибо мы с вами доселе ни разу не пересекались.

— Это не совсем так — не согласился шаман — Дело в том, что жители Элирма верят, что если ты — потомок Вайоми, то значит он часть тебя, а ты его и, следовательно, в некотором роде ты — это он. И Игв Гундахар именно это и подтвердил.

— Хорошо, допустим. И что с того? — я на мгновение осекся, наткнувшись взглядом на имя Тарн — Будем верить сказаниям и записываться в отряды по борьбе с местной версией дьявола?

— Это не сказки — покачал головой Герман — Влад! Тут говорится, что в мире начнут появляться черные вихри и это станет началом конца! Я уже видел такие! Помнишь на холме, перед Рамнагором? Я вдруг неожиданно пнул гриб? И ты еще спросил меня, в чем дело, а я ответил, что показалось?

— Да, помню.

— Я тогда на мгновение увидел крохотный черный смерч, прямо под червивой шляпкой. А потом он исчез. И это не первый случай. Второй такой произошел полтора месяца назад, когда мы с Ваксом ходили в лес за хворостом. И в один момент мне почудилось, что тот наступил на один из таких вихрей. Я тогда не придал этому значения, но с того самого момента он переменился. Замкнулся в себе и начал проявлять активный интерес по части пыточного дела. Хотя до этого был веселый и добродушный мужик.

— Так — я глубоко задумался — А вот это уже в корне меняет дело. Я тебе верю. И что же нам делать?

— Система подскажет — пророчески ответил шаман.

Вспышка!

Вы получили задание: «Несущий вечную стражу у истоков жизни»

Найдите Вайоми!!!

Срок выполнения задания: 5 лет.

Награда за выполнение задания: возвращение к истокам.

Провал задания: мгновенное обнуление.

Внимание! Отказ от выполнения задания невозможен!

Задание принято!

Я тяжело вздохнул.

— Спасибо, Глас. Удружил. Задание мифической категории сложности и угрозой обнуления, от которого ко всему прочему невозможно избавиться.

— Не волнуйся, у меня такое же.

— И у меня — озадаченно почесал затылок Герман — Вот только мне-то нафига искать твоего предка?

Шаман задумчиво покрутил пальцами кончики усов.

— Видимо, в иерархии крутых парней он находится на втором месте после системы. Или же он — единственный, кто всё еще жив.

— Что ж, поздравляю Глас! Ты действительно предоставил нам с Германом охренеть какую цель. Но лучше бы я тебя, сука, не встречал. Потому как менее чем через пять лет мы гарантированно сдохнем, ибо я понятия не имею, где и каким образом нам искать древнего как этот мир духа.

— Ничего страшного. Разберемся.

Неожиданно, интерфейс NS-Eye снова замерцал, причем на этот раз красочные помехи длились гораздо дольше обычного, будто бы система никак не могла определиться с тем, стоит ли выдавать очередное сообщение или же нет.

Вспышка!

Разблокировано скрытое задание: «Последний в своем роде»

Посетите уникальное место силы — Шантахмарум.

Срок выполнения задания: нет.

Награда за выполнение задания: доступ к мифическому классу персонажа — Стихиалиевый Страж.

Принять: Да / Нет.

— Вот так новость…

— Уа!

Я ласково почесал мохнатую рыжую макушку.

— Ты чертовски прав, дружище. Разве могут приличные люди от такого отказываться? Да и не очень-то и хотелось становиться магом иллюзий.

Глава 5

— Парни! Парни! — на выходе из комнаты неожиданно закричал Герман — Срочно дайте мне в морду!

— Ты в своём уме?

— Быстрее! Я только что интеллект прокачал до двадцатки.

— Ах, вот оно что.

Не колеблясь ни секунды более, я резко прописал напарнику богатырский хук.

— Ау… — танк схватился за переломанный нос.

— Упс! Гер, прости ради бога — волна стыда накрыла меня с головой. Ощущение было такое, будто бы я нечаянно обидел младшего брата. Все-таки стоило бить аккуратнее, ибо тридцать единиц силы уже, в некотором роде, делали меня сверхчеловеком — Всё никак не привыкну. Сработало?

— Секунду… — Герман завис, с растянутой на лице кровавой улыбкой — О-о-о да, детка! Слава, блин, Кодзиме-гению! Наконец-то повезло!

— Супер. Что получил?

— Уникальный крик моего предка! «Ярость Велора I ранга». На 30 секунд дает 15 %-ое сопротивление любому типу урона. Как физического, так и магического.

— А неплохо. Весьма неплохо. Поздравляю!

— Интересный способ прокачки, однако — удивленно поднял бровь Эстир.

— Ты не знал об этом?

— Не-а. Догадывался, однако, не думал, что всё окажется настолько просто. Да и вообще. У жителей Нового Света не принято делиться подобного рода секретами. По крайней мере, бесплатно.

— Что за глупости? Столько человек и никто так и не счел нужным поделиться важной информацией? Разве это не послужит на благо общего дела?

— Герман, ты задаешь вопрос, на который и сам прекрасно знаешь ответ — шаман устало направился в сторону выхода — Разумеется, послужит. Но мы — люди. И каждый из нас в глубине души скользкий хомячок-эгоист, что печется исключительно о собственной шкуре. И не тебе ли, как выходцу из детдома, этого не знать? Быстрее съесть завтрак, быстрее выпить стакан сока, подольше посидеть за компьютером и проиграть в любимую игрушку, пока другие ждут своей очереди и так далее.

— Говори за себя — грустно ответил танк — Уж не знаю, где тебя воспитывали, но у нас такого не было. И старуха Эльза, царство ей небесное, как убежденная католичка, приложила максимум усилий, чтобы привить у нас такие понятия, как забота о ближнем, поддержка и взаимовыручка. А также то, что дружба не бывает лёгкой и конфликты необходимо преодолевать, местами переступая через собственную гордыню и жадность. Поэтому никто из нас не дрался за лишнюю порцию сока или упаковку шоколадных конфет.

— Гер, постой — я остановился, потому как именно в этот момент отчетливо осознал: время пришло — Есть разговор.

— Что случилось?

— Месяц назад Август взял с меня слово, что я сохраню и передам это тогда и только тогда, когда буду абсолютно и полностью в тебе уверен. Поэтому… — я материализовал перед напарником комплект мифриловых доспехов Заступника Барки — Бери. Они твои.

В заваленной мусором комнате архива воцарилась звенящая тишина.

— Влад, ты чего…?

— Только давай без сантиментов и скупой мужской слезы, хорошо? — улыбнулся я.

— Дружище — Герман пребывал восторженном в шоке — Спасибо большое. За доверие.

— Не за что.

— Обещаю, ты об этом не пожалеешь…

— Хм — стоящий неподалеку шаман выглядел крайне озадаченным — Любопытно.

— Что именно?

— Твоя способность. То, что у тебя есть доступ к межпространственному хранилищу, я уже догадался, но вот незадача: для того, чтобы достать или упрятать предмет, его необходимо держать в руках. А ты материализовал доспехи, без какого бы то ни было физического контакта. Да еще и в паре метров от себя.

«Вот растяпа!» — мысленно чертыхнулся я — «Стоило выждать подходящего момента, а не доставать предметы в присутствии Гласа. Спалился как ребёнок».

— Ничего необычного — соврал я — Всего-лишь прокачал способность до следующего ранга. Только и всего.

— О-о-о. А ты богат. Сколько отвалил? Тысячу?

«Проверяет, хитрец» — догадался я. На аукционе стоимость самой дешевой версии межпространственного хранилища стартовала минимум с трех тысяч золотых.

— Какой там. Три с половиной. Плюс еще две тысячи на специальные руны для апгрейда. Обычными очками навыков тут не отделаться.

Параметр «Харизма» увеличен на 1 ед.

— Ты не умеешь врать, Эо — весело подмигнул Эстир — Ни одно известное улучшение не дает способности возможность воспроизводить предметы на расстоянии. Плюс руны, камни душ и прочие артефакты требуются для улучшений, только начиная с легендарного ранга, но никак не с уникального или эпического. Поэтому, я на сто процентов уверен в том, что ты получил какое-то особенное и чрезвычайно редкое заклинание. Скорее всего, «карман абсолютной пустоты». Который, к слову, имеется всего у 111 существ во вселенной. По одному на каждое чудо света. Чей секрет строительства, как мы выяснили ранее, тебе хорошо известен.

— Ладно, ты меня раскусил — неохотно согласился я.

— Знаю. И сохраню это в тайне. Хотя бы потому, что понимаю: доверие невозможно заслужить менее чем за сутки. Однако мне интересно другое, ты хоть понимаешь, что сорвал самый настоящий джек-пот?

— Да, говорили. Понять бы еще, за какие заслуги.

— А ни за какие. Быть может, предыдущий собственник заклинания скоропостижно обнулился. Или же пожертвовал им ради прохождения особо опасного подземелья, после чего система, с присущим ей пофигизмом, передала его тебе в качестве награды за самый обыкновенный квест. Так скажем, львиная доля удачи, помноженная на божественный рандом.

— То есть, купить себе такое не получится? — прокряхтел Герман, пытаясь в одиночку справиться с застежками на нагруднике.

— Только если в твоей заначке нету парочки миллионов золотых. И готовности стоять в очереди сотни лет.

— Охренеть! А если продать?

— Можешь попробовать. Особенно при наличии лишней хромосомы. Потому как никто не захочет проводить с человеком 10-го уровня честную сделку. И на тебя объявят охоту. И не только люди, эльфы и дворфы, но, возможно, и сами боги.

— Полагаю, анонимности аукцион не гарантирует?

— Может и гарантирует, но ты сам-то в это веришь? Скорее всего, товарно-денежные отношения на Элирме не сильно отличаются от столь полюбившихся сердцу ламповых земных. И при желании, можно накопать информацию на любого. Поэтому если и проводить подобную сделку, то только за внушительные комиссионные и при посредничестве высшего руководства Всемирного Банка Элирма, к которому у обычного человека доступа нет.

— Хм, а вот интересно. Откуда ты всё это узнал?

— Так я много месяцев живу в пятнадцати метрах от арок мегалита. И испытываю слабость по части мелкого воровства и чтения разного рода литературы. Вот, пожалуйста.

Шаман вытащил из рюкзака до невозможности ветхий фолиант.

— «Тысяча утерянных заклинаний первых людей». Автор: Малейн Кар. На редкость скучнейшая высокопарная муть, где этот невероятно нудный писака целую главу нахваливает своего прапрапрадеда Коммена Кара и его главный шедевр магического искусства. А вот, кстати, и он сам.

Шаман ткнул пальцем в картинку с изображением синекожего старичка, прячущего в «карман» целую планету.

— Прямо-таки достал с неба луну.

— Есть над чем поразмыслить, да?

— Что верно, то верно. Что ж, благодарю за пояснение. И, Глас, я полагаюсь на твою честность.

— За меня не беспокойся. Мы теперь в одной лодке.

— Кстати о лодках — Герман продолжал возиться с броней — Лично у меня скопилась целая гора вопросов касательно задания системы и этого древнего пророчества. В частности, что еще за умная женщина-машина?

— Искусственный интеллект. Созданный на Земле еще в 2029 году.

— Да конечно. Разработка и создание ИИ было запрещено.

— На бумаге. А как, по-твоему, мы здесь оказались? Думаешь, за десятилетие люди построили сотни космических кораблей, а затем преодолели 25 тысяч световых лет самостоятельно? Нет, Герман. Нам помогли. Точнее помогла. Девушка по имени Ада. И я точно это знаю, потому как мой дядя работал на той самой секретной лаборатории, где Эдвард Доусон и Генри Ллойд её создали.

— Помогла ли? — уточнил я, вспоминая тот повторяющийся сон — Судя по картине и надписям на барельефе, она сотворила нечто ужасное.

— У нас слишком мало информации, чтобы судить об этом наверняка. И я не просто так рассказал вам о тайне магии и механике работы подземелий. Скорее всего, ради нашего спасения ей пришлось пойти на сделку и поделиться знаниями отнюдь не с тем, с кем следовало бы. И этот кто-то теперь использует полученную информацию на то, чтобы плодить разломы и ослаблять защиту системы.

— Да что же это такое! — у Германа никак не получалось закрепить на себе мифриловый нагрудник — Проклятье! Кажется, он мне маловат.

— Успокойся. Ничего не маловат.

Шаман подошел вплотную, взял лапу напарника и коротко ткнул его же пальцем в точку чуть выше солнечного сплетения.

Мгновение и нагрудник увеличился в размерах, сев на Германа как влитой.

Щелк! Петли и ремни с пряжками самостоятельно застегнулись.

— Сразу видно, что до этого ты ни разу не носил доспехи. Тут каждый элемент брони можно подогнать по размеру владельца. А в будущем синхронизировать весь сет с межпространственным хранилищем. Сможешь облачаться нажатием одной кнопки.

— Вау, круто! И как я выгляжу?

— Как танк.

— Бронированный.

— Ну-ка, проверим!

Герман разбежался и со всей дури влетел в кирпичную стену.

Бум!

С потолка посыпалась каменная крошка.

— Ха! И не больно. Вообще ничего не почувствовал! Влад, от всей души благодарю. Шикарный подарок.

— Носи на здоровье.

— ВОН! Пошли вон! Убирайтесь! Ничтожества! — снова послышались вопли Гундахара.

— Кстати, генерал дело говорит — глубоко зевнул Эстир — На часах почти три часа ночи. Поэтому предлагаю продолжить разговор дома, неспешно попивая винишко в теплых кроватках. А не стоя посреди сырого подземелья.

— Уа! — согласился Хангвил.

— Погоди, ты собрался ночевать в нашей комнате?

— Разумеется, мы же теперь команда.

* * *

— Гер, а ты чего улегся? — спросил я, мучаясь с пододеяльником.

— В смысле? — танк удивленно высунул голову из-под подушки — Спать.

— Какой спать? А Минидива?

— Ой, точно. А я и забыл.

— Таки вставай и иди. Амурные дела не переносят на завтра.

— Да я уже не хочу. Я устал. И слишком много событий для одного дня. То растлители-притворщики, то Игвы, то катакомбы с пророчествами.

— Жалеть потом будешь — философски подметил Глас, сидя в бадье с горячей водой и покуривая длинную трубку.

— Ты прав! Ладно, черт с ним! Высплюсь потом.

Пятнадцать минут спустя…

— Ну и чего ты приперся? — я проснулся от грохота упавшего на соседнюю кровать тела — Не получилось?

— Отвали. Все получилось.

— А чего такой недовольный?

— Ничего.

— Неужто флюгегехаймен?

— Скорее градусник в стакане.

— Пха-ха-ха — затрясся под одеялом шаман — Мне братья тоже самое говорили. Не переживай друг, тут дело не в тебе.

— Заткнись. Без тебя знаю.

* * *

На следующее утро…

Вспышка!

Внимание!!! Ошибка № 1.763.349.5117.933???????

— А это еще что такое? — спросонья удивился я.

— Ась?

Параметр Ловкость понижен на 500 ед.

Вы погибли!

Текущий уровень: 9

Параметр «Интеллект» понижен на 1 ед.

Количество свободных очков навыков понижено на 1 ед.

Выберите точку возрождения!

Доступно точек: 3 из 3.

Я, Герман, Эстир и Полковник, а также три с лишним сотни матерящихся и абсолютно голых жителей Нового Света практически одновременно материализовались неподалёку от поселения.

— Это что еще такое было твою мать? — возмутился танк, прикрывая ладонями причинное место — Меня словно вытащили из теплой кровати и пересадили прямиком на электрический стул! Я даже обделаться не успел.

— Без понятия.

— Система сбоит — отстраненно прокомментировал Глас — Ресурса не хватает, поэтому случаются перегрузки.

— Отлично. Просто здорово! И как часто такое происходит?

— На моей памяти это — второй такой случай.

— Народ, кажется, у меня плохие новости — Я предусмотрительно полез проверять логи NS-Eye — Наша контуженная откорректировала нам сроки выполнения задания: «Несущий вечную стражу у истоков жизни». Пять лет сменилось на три с половиной года.

— Начинается…

— Это не добрый знак.

— Да неужели?

— Вам надо срочно идти к вратам — прохрипел ковыляющий позади Полковник — Сегодня же. Времени мало.

— А как же ты, Сангрин? — обернулся Глас — Тебе же тоже система выдала квест. Я прав?

— За меня не беспокойся. Догоню вас через год, как только смогу пройти хотя бы дюжину километров и не помереть.

— А нельзя ли как-то ускорить процесс омоложения? — поинтересовался Герман.

— Разумеется можно, анаболик. Одолжи мне двадцать тысяч золотых на соответствующее зелье или хотя бы парочку рун Зервана, и тогда я побегу за вами как антилопа.

— Даешь слово?

— А что? Хочешь сказать, что ты у нас подпольный миллионер?

— Нет.

— Вот и нечего тратить моё время, парень — прохрипел старик.

— Золота нет. А вот необходимая руна есть.

— И у меня — я материализовал на ладони отливающий желтым кусочек базальта.

— Да вы издеваетесь… — впервые по-настоящему удивился Полковник — Откуда у двух оборванцев столь дорогие и редкие руны?

— Я бы попросил. Не оборванцы, а потомки доблестного воинства Хранителя.

— Ну, так как? Мы договорились? — продолжал гнуть свою линию Герман.

— Даже не знаю — неожиданно замялся Полковник — В Новом Свете еще столько дел… Укрепления необходимо достроить, катакомбы исследовать, да и привилегированных вокруг пруд пруди. Плюс на кого-то надо это всё оставить…

— Сангрин.

— А еще здесь Лиа и братья-близнецы. Кто за ними будет приглядывать? А новеньких обучать? А как же Ферум, Валенс, Торл…

— Сангрин! — Глас хитро посмотрел на старика — Кто не далее как на той неделе рассказывал нам о том, насколько важно в этой жизни продолжать двигаться вперед, а не отсиживаться в своём теплом, вонючем, но зато родном и приятном сердцу болоте? Ты человек слова? Или всего-навсего исторгающий мудрости и афоризмы старый балабол, чужими руками строящий себе последний приют?

— Нечего мной манипулировать! И вообще, прояви уважение к человеку, что в три раза старше тебя, салага!

— Не увиливай. Ты сказал, что если будут камни, то тогда ты проследуешь с нами. Поздравляю, руны есть. Аж сразу две, что омолодят тебя сразу лет эдак на тридцать. И формально, мне сейчас шестьсот двадцать пять. Поэтому разница в возрасте у нас не существенная.

— Ух…

— Ну и что ты решил?

— Ай, черт с вами — сдался тот — Давайте сюда руны.

— Так моя дома лежит. В рюкзаке — напомнил Герман.

— Ладно, тогда встречаемся у медблока через час. И… спасибо.

Параметр «Харизма» увеличен на 3 ед.

— Ого! — удивился напарник — Мне только что аж три единицы харизмы прилетело.

— И мне.

— Для справки. Вот это выражение лица — шаман спародировал грозную гримасу Полковника — Означает искреннюю радость и глубокую признательность.

— Ха!

— Мужики… — только сейчас я заметил пугающие изменения в интерфейсе NS-Eye — А вы случайно не видели Хангвила?

— Нет. А что случилось?

— У меня иконка с фамилиаром пропала!

— То есть, как пропала?

— Совсем! Будто бы его и нет!

— Мать твою…

— Это плохо.

— Хангвил! Ты где малыш? ХАНГВИЛ!

— Винни!? ВИННИ!

* * *

— Отвратительное начало дня… — зло процедил я сквозь зубы.

Мало того, что кошачий медведь бесследно испарился, так еще по мере приближения к поселению мы поняли, что внутри творилась самая настоящая вакханалия. Как оказалось, ошибка системы затронула не всех, а только половину населения. И потому, оставшиеся в живых, недолго думая принялись активно мародерствовать и наглым образом потрошить чужие рюкзаки.

То тут, то там, стремительно разгорались локальные конфликты, быстро перерастающие в ожесточенные мордобои и кровавую поножовщину. Одни намеревались вернусь себе своё, а другие же пытались по-тихому схорониться и сберечь награбленное.

Яростные вопли, трехэтажный мат, хруст переломанных конечностей и редкое гудение фаерболов со стрекотом разрядов молний — все это сливалось в крайне неприятную симфонию звуков, ярко иллюстрирующих ту самую гнильцу эгоистичных хомячков, о которых не так давно поведал нам Глас.

— Ля, ты крыса! — не доходя и тридцати шагов до арок мегалита мы увидели, как бородатый детина с окровавленным топором наперевес бросился в погоню за высоким парнем, завернувшим за угол сразу с тремя сумками на горбу — А ну стой! Убью мразь!

Бум!

Не успел бородач повернуть следом, как его буквально размазало о ближайший дом огромной сосулькой, оставив на побелке стен большое красное пятно. Будто бы великан наблевал, объевшись красной смородины.

— Что за…

— Эо! Сзади! — прокричал Герман.

Я резко развернулся и с силой метнул «лепесток» в сторону пытающегося подкрасться со спины мужика.

Острое лезвие угодило тому прямо в рот, начисто скосив ряд верхних зубов и, с чавкающим звуком застряло в горле, наполовину высунувшись с другой стороны. Чуть ниже основания черепа.

Вы убили Человека 9-го Уровня. Получен опыт.

Данг!

Веер искр и красочная вспышка справа!

— А-а-а…сука-а-а… — послышалось по ту сторону здания таверны.

— Урою, тварь!

— Ко мне! Ко мне иди дерьмо собачье!

— Отвали! Не трогай меня! Нет! НЕЕЕТ! — кричала до смерти напуганная женщина, утаскиваемая за волосы в сторону ближайшей подворотни.

— Ра-а-а!!!

— Вот ты и попался, паскуда!

— На помощь! Умоляю!

— Они с ума что ли сошли? Что за беспредел? — боязливо озирался напарник.

— Этого я не знаю — Глас кивнул в сторону убитого мной мужика — Он из новеньких.

— Тревога! Тревога! — послышался истошный вопль и звуки ударов колокола — Привилегированные! В поселении привилегированные!

— Чёрт подери! Быстро домой! За вещами!

— Бегом!

Мы резко сорвались по направлению дома, лавируя промеж сотен, сражающихся друг с другом людей, которые, по моему мнению, уж слишком быстро пересекли ту самую допустимую грань жестокости, отделяющую человека от обезумевшего зверя. Такого однозначно быть не должно. Даже при условии, что те дерутся насмерть.

— Герман, в сторону!

Танк послушно кувырнулся вправо, уходя с линии огня выцеливающих его лучников.

Я выстрелил телекинезом сразу с обеих рук, щедро украсив очередную белую стену двумя красными кляксами.

В это же мгновение ударная волна от прогремевшего взрыва в соседнем здании жёстко выбила почву у нас из-под ног, выбросив в небо фонтан кирпичей и осколков черепицы.

Действуя скорее на автомате, я активировал Халколиван и попытался прикрыть своим телом шамана, материализовав над Германом каплевидный щит. Вовремя. Острые осколки забарабанили по нам почище гигантского града.

— Ай! — Глас болезненно вскрикнул, получив напоследок в плечо и лодыжку.

— Что это было?

— Кто-то нарвался на ловушку Полковника. Это был его дом!

Грозовые раскаты, яркая вспышка и тяжелый хлесткий удар заново опрокидывает моё тело на землю. Стоило магическому щиту отмерить положенные одиннадцать секунд и развеяться, как следом прямо сквозь облако пыли мне в спину угодил разряд молнии.

Получен урон: 210 ед.

— А-а-а! — перед глазами живо пронеслись воспоминания о той «последней» тренировке Августа.

— Ах ты гадёныш!

Герман первым заметил спрятавшегося в кустах вражеского мага, жить которому, по моим прогнозам, оставалось не долго. Смекнув, что его заметили, тот резко встал в полный рост и бросился наутёк, однако напарник оказался быстрее. Краем глаза я увидел, как красный смазанный силуэт проносится мимо и прямо на ходу ломает привилегированному шею, пинком ноги отправляя бездыханное тело в канаву.

— Это очень некомфортно! — заорал выпавший из «ускорения» танк — Я чувствую себя боевым слоном!

— Почему?

— Потому что сражаюсь голый! С хоботом наперевес! Где наши вещи?

— Сюда! Через три дома!

Мы рванули налево в сторону косого переулка. При этом с каждой секундой становилось ясно: сражение отнюдь не близилось к стадии завершения, а наоборот только разгоралось с новой силой, поскольку жители Нового Света быстро опомнились от первого шока и резко переключились с мародерки и междоусобиц на приоритетную для уничтожения цель — отряды привилегированных.

Выстрел телекинеза и бросок двух подряд «лепестков»!

Вы убили Человека 9-го Уровня.

Вы убили Человека 9-го Уровня.

— Получай, собака! — Герман поднял с земли булыжник и одним ловким броском разбил удачно подвернувшемуся врагу череп, подвесив в воздухе густое облачко кровавого тумана.

— Эй! Помогите! — вырвавшийся вперед шаман теперь испуганно удирал назад от несущегося вслед за ним мужика.

Очередной смазанный силуэт, неприятный хлюпающий звук и танк брезгливо выбрасывает в кусты оторванный кадык с куском трахеи. При этом умирающее тело успевает по инерции пробежать еще пару метров вперед, прежде чем удариться лицом о грубый камень дорожки.

— Глас! Почему не дерёшься?

— Мне нужны мои вещи!

— И что в них такого особенного?

— Моё кунг-фу! Без него я бесполезен!

Получен урон: 175 ед.

Еще один разряд молнии! И снова по тому же самому месту.

Получен урон: 167 ед.

На этот раз удар пришелся в живот.

— Да д-д-достали! Откуда? — казалось, меня вот-вот хватит инфаркт: потряхивало знатно. А вот сильной боли, на удивление, я не почувствовал. Впрочем, и не мудрено — адреналина по самые гланды.

— Они за телегой по правую руку! Четверо!

<Извлечь> — <Передвинуть на восемь метров вперед> — <Подтвердить>.

Мгновение и прячущиеся за укрытием враги истошно заверещали, заживо сгорая в ревущем пламени «мозгобойни».

— Ха! — заорал Герман — Получили, скоты!?

— А ты силён — Глас протянул руку, помогая встать на ноги — Пережить три удара молнией не каждый сможет.

— Так у меня сопротивление электричеству п-пятнадцать п-процентов. Пассивка. Гер, сзади!

Выскочивший позади напарника здоровенный воин прицелился и со всей дури метнул двуручный топор тому в спину. Однако оружие своей цели так и не достигло.

Предмет: «Топор Буйных Магм» изучен. Стоимость его повторного перемещения в хранилище снижена вдвое.

Уровень владения навыком «Магия изменения» повышен на 1 ед. (Текущее значение: 69).

Параметр «Удача» увеличен на 1 ед.

— Да ладно? Неужто получилось?

— Чё? — челюсть привилегированного отвисла, чуть ли не до земли, однако времени удивляться было в обрез. Всего пара секунд и тот кулем повалился на землю, выплюнув напоследок стеклянное крошево — Агх-х-х-р-хааа…

Вы убили Человека 9-го Уровня.

— А этого ты как упокоил? — не понял Герман.

— Сунул ему в рот пузырёк с титьютоксином. Нечего так широко пасть раскрывать.

— А ты затейник! Одолжишь топор?

— Без проблем.

Перехватив материализовавшееся оружие, напарник коротко заглянул за угол дома, затем отсчитал пару секунд и от души взмахнул лезвием по-горизонтали, разрубив надвое вовремя показавшегося противника.

Очередной нетронутый участок белоснежной стены окрасился в ярко красный.

— А вы все больше и больше мне нравитесь! — светился от радости Эстир — Кровища! Кишки! Вырванные глотки! Обожаю!

— Ты сбрендил?

— Нет, мой накаченный друг! Стоит быть честным по отношению к самому себе и признать, что даже в насилии и разрушении есть своя упоительная красота. Нам сюда! Вторая дверь справа.

— Помню, не дурак.

Ворвавшись в свою комнату, мы наткнулись на пятерку обугленных трупов и тотальный бардак, однако причины для радости все-таки были — наши вещи оставались нетронутыми.

— Интересно, кто их так? — спросил Герман, спешно облачаясь в броню на голое тело.

— Моё кунг-фу! — копаясь в рюкзаке, Глас коротко кивнул в сторону украденной за ужином шапки — Защитный тотем!

— Пояснишь?

— Я — шаман. Моя главная и крайне специфичная способность — раскрывать силу и потенциал украденных предметов. А затем их улучшать, внося свои коррективы. У того бородача в таверне были способности к магии огня. Я спёр его шапку и сделал из неё защитный тотем, сжигающий любого, кто ни разу в жизни её не носил.

— В смысле? А мы?

— Не тупи, Герман. Пока вы спали, я каждому из вас одел её на голову. И даже малыш Хангвил согласился покрасоваться моделью.

— Блин, парни! Кошачьего медведя необходимо найти. Без него я к вратам не пойду.

— Поищем. Обязательно! Как только разберемся с этими гадами. Берегись!

На улице прогремело три взрыва подряд, ударной волной побив остатки стёкол, чудесным образом не выпавших из оконной рамы.

— Да откуда их столько? Нахлынули как тараканы!

— Думаю, они прятались неподалеку от поселения. А после фокуса системы половина из них сдохли, затем воскресли вместе с остальными у ближайшей точки возрождения и спокойно прошли сквозь ворота.

— И никто не обратил на это внимания, потому как сами жители оперативно устроили грызню за чужие шмотки.

— Верно. Запредельная по своей природе человеческая глупость.

— О да! Вот теперь мы повоюем! — Герман закончил облачение в доспехи и напоследок стянул с одного из трупов покрытый толстым налетом гари шлем — Ай! Горячий.

— Эо, лови! — Глас бросил мне приставленный к стене посох — И больше не оставляй его так. Прячь сразу в хранилище.

— Спасибо, мам.

Параметр «Ловкость» увеличен на 1 ед.

Вспышка!

Внимание! Вы выучили «Прыжок с головы льва» — заклинание школы магии изменения. Данная способность относится к подкатегории «усиления» и позволяет осуществлять прыжки, многократно превосходящие возможности вашего тела.

— Наконец-то. Хваленый «прыжок Августа» подъехал.

— Мне тоже. Две минуты назад.

И снова стены комнаты ощутимо тряхнуло. На улице прогремел очередной мощный взрыв.

— Лирой! ЛИРОЙ! — послышался наполненный болью и отчаянием крик — Ах вы подонки!

— О, кажись, один из братьев помер.

— Итак, что теперь?

— Идём к зданию форта. Необходимо стянуть все силы в одну точку и разыскать Полковника. После чего будем убивать всю эту погань до обнуления. Или пока не сдадутся.

— Слушайте, а мы точно не прибили никого из своих? А то тут хрен разберешь, кто есть кто. Все на одно лицо.

— Кстати да — согласился я с Германом.

— Точно. Двадцати единиц восприятия вполне достаточно, чтобы интуитивно отделять мух от котлет. Лица, имена, внешний вид, тембр голоса — все это хранится в вашей памяти. Бери и пользуйся.

Шаман, как заправская бабка-гадалка продолжал вытряхивать из рюкзака всевозможный хлам: связанные в узелки носовые платочки, браслеты, мутные кристаллы, пустую бутылку, чей-то ботинок, ремень, сломанный веер, пенсне…

— Зачем тебе всё это барахло?

— Увидишь. Вот, возьми — Глас протянул напарнику оранжевые бусы.

— Издеваешься? Я это не надену.

— Эта штука защитит тебя от трехсот единиц урона магии огня. Бери, а не то при попадании запечешься в своём скафандре как пирожок.

Лапа напарника молниеносно сграбастала предмет.

— А есть еще?

— Первый образец — бесплатный. За все последующие извольте помогать ресурсами. Недешевое удовольствие я вам скажу. Эо! — Глас переключился на меня и протянул небольшое зеркальце — Эта штука с определенной долей вероятности вернет вражеское заклинание обратно к владельцу. Чем сильнее ты превосходишь противника по уровням, тем выше, соответственно, вероятность срабатывания. Вплоть до 20 %. Рассчитано на три применения.

— Маловато — прокомментировал Герман.

— А ты как думал? Прокачивать надо.

— И куда мне его деть?

— Да просто в карман положи. Так, всё! Я готов!

Вот теперь наш шаман походил на самого настоящего постапокалиптического индейца. Где вместо перьев, клыков и когтей животных — консервные банки и поломанные предметы чужого, в основном дамского, гардероба.

— Секунду — я заканчивал возиться интерфейсом NS-Eye, щедро потратив два очка навыков и вложив еще десяток в параметр восприятие. Давно уже чесались руки кое-что опробовать и сейчас, для этого был самый, что ни на есть подходящий момент.

— Ой!

Прямо сквозь окно прилетел огненный шар и врезался Герману в бронированную спину. Мгновение и оранжевые бусы осыпались пеплом, поглотив языки пламени, словно вакуумный пылесос.

— Вот чёрт!

— Гер, отойди от окна!

— Нас засекли! Уходим!

— Глас! Дай бусы!

— Тридцать золотых. У меня всего пара осталась.

— Да отдам я, не жадничай.

Выскочив на улицу, шаман первым же делом как можно дальше забросил два пузатых мешочка.

— А это что?

— Мои «неваляшки». Атакующие тотемы. При приближении врагов разворачиваются как боевые турели. Живут, правда, всего секунд двадцать, но зато успевают осуществить пять-шесть выстрелов огненными стрелами.

— Осторожно!

Герман схватил нас за шиворот и резко прильнул к изгвазданной сажей стене — мимо пронесся двухметровый носорог, пытающийся стряхнуть с себя труп менее расторопного привилегированного.

— Кажется, у Дженкинса сильно подгорело из-за кончины брата. Раз он расщедрился активировать редкую карту «Унд-Хеку».

— Нам бы тоже такую…

— Будут, не переживай. О нет, только не это! Здание форта горит!

Мы уставились на весьма удручающую картину. Едва отстроенное и пахнущее свежеспиленной сосной здание теперь полыхало ничуть не хуже рождественской ёлки, застилая улицы едким чёрным дымом, от которого саднило в горле, и противно слезились глаза. При этом я заметил, как несколько неравнодушных магов колдовали на крышу потоки воды, однако, обладая даже минимальными познаниями в области пожаротушения было понятно: мощи не хватит.

Смысла не было никакого, однако, на всякий случай я бросил в каждого по «ободрению». Все-таки какая-никакая, но помощь.

— Видимо это — хорошо спланированная атака.

— Да, только сдается мне, что менее чем через двадцать минут вся эта битва переместится к точке возрождения.

— Не переместится — не сбавляя хода, Глас закинул в ближайший переулок кристалл, сдетонировавший по образу осколочной гранаты — В случае угрозы сохранности стел система активирует защитные протоколы и станет перебрасывать всех непривязанных к точке подальше отсюда.

— Так у нас же тоже привязки нет!

— Вы что, тупые? — удивился шаман — Вас приняли, накормили, выделили личную комнату и разрешили остаться переночевать. Стало быть, она есть. Появилась автоматически.

По мере приближения к горящему зданию грохот и болезненные крики только усиливались. Однако взрывов и красочных вспышек заклинаний становилось все меньше и меньше. Видимо далеко не все привилегированные ставили себе БМИИ I, и у большинства из них банально заканчивалась мана.

Щелк-Щелк!

Два пустых инвольтационных патрона улетели в кусты. Разумеется, они назывались батареями, но мне было гораздо приятнее размышлять о них, как о патронах.

— А вы реально полны сюрпризов, парни — Глас задумчиво проследил траекторию падения болванок — БМИИ I стоит минимум пять тысяч золотых. Дороже, чем межпространственное хранилище. В Новом Свете всего двое человек умудрились скопить себе на такой. Где достал?

— В пещере нашел.

— Ну-ну.

— Эо! Воздух!

Бум! Данг!

Лишь в последнее мгновение я успел среагировать и сбить телекинезом летящую в нашу сторону чёрную кляксу. Однако в отличие от случая с заклинанием Игва-Повелителя, та не взорвалась красочным фейерверком, а всего-навсего изменила траекторию полета и угодила в яблоню, чьи плоды и листья молниеносно сгнили и опали на землю щепотками праха.

— Тебе бы ловкость прокачать — подметил Герман.

— Еще одна!

Бум! Данг!

Вторая клякса срикошетила в окно соседнего здания, откуда послышался короткий испуганный вскрик.

— Ничего, ничего… — Эстир ускоренно копался в карманах, спрятавшись за мешками с кукурузой, сваленных подле овощной лавки — У нас и на некроманта управа найдется! Секунду.

Наконец, шаман вытащил из-за пазухи здоровенную лупу и заглянул в неё, словно в подзорную трубу.

— Закройте глаза!

— Зачем?

— Ну как хотите.

Короткая, но очень яркая вспышка солнечного света.

— А-а-а…

— Есть! Ранил, но не убил! Герман, на одиннадцать часов! За теми бочками!

— Понял!

Спринтерский забег, резко перетекающий в излюбленное танком ускорение.

Лязг стали, грохот ударов и звуки падающего тела.

— Готов? — выдержав небольшую паузу, прокричал я.

В ответ, из-за нагромождения обитых стальными кольцами дубовых бочек показалась мифриловая перчатка, удерживающая за волосы оторванную голову колдуна.

— Так тебе и надо, болван — злорадно усмехнулся Эстир — Воскрешение трупов работает куда эффективнее, чем вся эта дешевая показуха с некромагией.

— Хм, глядя на всё это обилие способностей, я почему-то чувствую себя неполноценным…

— Уж кто бы говорил. Я бы всем пожертвовал ради твоего «кармана пустоты».

— Эй вы! А ну стоять!

— Чёрт…

Переговариваясь с шаманом, мы и не заметили, как со спины тихонько подкралась четверка привилегированных. И, в некотором роде, нам сильно повезло, что те решили сперва сказать пару ласковых, вместо того, чтобы беспорядочно стрелять в спину. Хотя, быть может, у них просто-напросто закончилась мана.

— Ты! Придурок! Посох на землю. И медленно повернись. Так, чтобы я видел руки.

— Понял-понял. Сейчас.

— Быстрее твою мать!

— Они боятся — прошептал Эстир.

— Очень хорошо.

Я бросил посох, а затем резко развернулся, удерживая в руках MG-42 или, как его величали в простонародье, «пилу Гитлера» — немецкий пулемет времен второй мировой войны с чудовищной скорострельностью и длинной пулеметной лентой на 250 патронов.

— Ух… — глаза противников расширились от удивления.

— Невозможно…

— Как?

— Вы четверо. А ну убирайтесь нахрен из поселения! И чтоб больше я вас тут не видел. Иначе жопы отстрелю!

— Да он блефует! — опомнился невероятно ухоженный белозубый брюнет — На Элирме огнестрел не работает! И порох не горит!

— Да ну? — я вскинул пулемёт и выдал в небо длинную больно ударившую по барабанным перепонкам очередь — Следующий выстрел получишь в морду!

— Проклятье! Валим отсюда! — бросился наутек совсем еще юный полноватый пацан.

— Не знаю как вы, а я не намерен подыхать тут весь день — покачал головой еще один.

— Я тоже. Пошло оно всё!

— Господа — невысокий коренастый мужчина кисло улыбнулся и примирительно поднял руки — Прошу прощения, мы уходим…

Еще двое изрядно побледневших привилегированных медленно отошли назад, а удалившись на более-менее безопасное расстояние, изо всех сил дали дёру.

Лишь брюнет не сдвинулся с места, пристально разглядывая пулемёт.

— Странно… Он больше, чем должен быть…

— Да что ж ты такой Фома Неверующий…

Я развеял иллюзию и обрушил на голову врага булаву Игва Повелителя. Вот что уж точно работает безотказно.

Вы убили Человека 9-го Уровня.

— К слову о способностях — улыбнулся шаман — Это было чудесно! Даже я на мгновение поверил. Это её ты прокачивал дома?

— Да.

«Искажение», полученное в дар от одного из старых богов всю дорогу так и манило меня своей невероятно широкой областью применения. Поэтому я долго думал, но в конечном итоге все-таки не удержался и прокачал способность до IV-го эпического ранга, добавив к образу иллюзию звука и возможность создавать проекции без использования предмета в качестве основы. И вот результат: прогнали привилегированных как трусливых собак.

— А маны много жрет?

— Не то слово. По 15 ед. в секунду в спокойном состоянии и около 40 ед. за выстрел. Чуть перчатки себе не прожег от напряжения. И это с уменьшением расхода маны на 20 %.

— Все равно шикарная. К слову, мне бы она больше подошла, чем тебе. О, гляди! Походу Герман решил справиться с остальными самостоятельно.

Чуть впереди, неподалеку от дымящего здания форта разворачивалось самое, что ни на есть кровавое побоище. Практически неуязвимый для стрел и слабых тычков колюще-режущим оружием, танк крутился мифриловым торнадо, безжалостно перерубая глотки и неприкрытые защитой конечности. Коих, в силу специфики появления привилегированных, было в избытке.

— Да пошло оно! — сразу несколько человек не выдержали жуткого зрелища и бросились наутёк.

— Вот и я о том! Нахрен мы вообще сюда полезли? — еще две группы нападающих побежали следом.

— Валим отсюда!

— Отходим! ОТХОДИМ!

Минута и снова послышались удары колокола.

— БЕГУТ! ПРИВИЛЕГИРОВАННЫЕ БЕГУТ! ПОБЕДА ЗА НАМИ!

— УР-РА!

— Ну, слава богу — облегченно вздохнул шаман — И даже не пришлось спускаться в убежище и «выпускать кракена», чтобы… ох!

В спину и шею Эстира воткнулось сразу несколько арбалетных болтов, мгновенно оборвав тому жизнь.

— Глас!

— Эо, а вот и ты. Ну, наконец-то!

Из-за выбитых дверей и разбитых окон соседнего здания выпрыгнуло сразу штук пятнадцать врагов. Причем все до единого были увешаны прочной броней и экипированы превосходного качества оружием.

«Ох, и не к добру это» — подумал я — «Эти явно попали сюда не с перерождением».

— День добрый, уважаемый! — усмехнулся мужик, имени, и лица которого я не увидел. Четверка привилегированных наглухо прикрывали его башенными щитами, буквально ограждая того от каждой из сторон света.

— Чего вам надо?

— А ты догадайся, Эо. Или лучше называть тебя Владислав Павлов? Видишь ли, ты плохо себя вёл в последнее время. И связался отнюдь не с теми людьми, с кем следовало бы. Поэтому пойдешь с нами. Отсюда и во-о-он туда. Прямо к вратам того птеродактиля. У нашего будущего кланлида есть к тебе пара вопросов касательно судьбы его младшего брата. И, к слову, он очень и очень тобою недоволен.

Бригада телохранителей мерзко захихикала.

Я сделал пару шагов назад. Шестеро противников медленно, но верно обходили справа и слева, недвусмысленно намереваясь заключить меня в плотное кольцо. И это было крайне неприятно. Если не сказать — страшно. Я снова почувствовал, как мышцы коченеют, а сердце вот-вот выпрыгнет из груди. Черт возьми! Испугался!

«Ну уж нет!» — Злость на собственную трусость резко полыхнула в животе напалмом, разом выжигая из организма то холодное и липкое чувство страха — «Да ни за что на свете! Буду сражаться до смерти!»

<Извлечь> — <Передвинуть вперед> — <Извлечь> — <Сдвинуть левее> — <Извлечь> — <Поместить позади себя> — <Извлечь> — <Оставить без изменения>…

«Всё! Теперь осталось подтвердить и активировать заряженный в посох Халколиван».

ХЛОП!

Мимо проносится рыжеватый смазанный силуэт.

— Агхр-р-рх…

Бух!

Один из телохранителей выронил щит и плашмя рухнул на землю.

— Чё?? — послышался удивленный возглас — Обезьяна?

Хлоп-Хлоп-Хлоп-Хлоп-Хлоп!

Невероятная запредельная по скорости череда красочных вспышек микропорталов, сливающихся в одну непрерывную закольцованную радугу, и пространство вокруг буквально взрывается фонтанами крови перегрызенных глоток с последующим за этим металлическим грохотом падающих на камни мёртвых тел.

— Обалдеть… — заворожено прошептал я, стоя под импровизированным алым дождем.

— УА?

— Малыш, ты где пропадал? Я тебя обыскался…

— Уа!

г. Затолис. В то же время…

— ИДИОТ! КРЕТИН! ТУПИЦА! — сильнейшая пощечина обожгла лицо Стаса, опрокинув того на залитый вином дорогущий ковер из шкуры легендарного снежного барса — Что же ты натворил, сопляк?! Ты истратил все наши запасы божественной стали на жалкую бомбу?! Это же десятки миллионов золотых! Деньги нашего клана! Мои деньги!

Троценко-старший навис над сыном грозной, подавляющей волю скалой с такими же грубыми чертами лица и абсолютно холодным безъэмоциональным взглядом.

— Я сделал то, на что у тебя не хватило духа — тихо прошептал тот — Отомстил за брата.

— ЧТО ТЫ СКАЗАЛ, ЩЕНОК?

— Что слышал.

— ДА ТЫ ЕЩЕ И ОГРЫЗАЕШЬСЯ?

Мощная хлесткая пощечина, отзывающаяся звонким эхом в богато украшенном зале. Вторая. Третья.

— Хватит! — Стас попытался прикрыть лицо руками.

— Не смей от меня прятаться! Руки по швам!

Четвертая. Пятая. Шестая. Седьмая.

— ПРЕКРАТИ!

— А то что? — Троценко отошел назад, глядя, как лёжа на полу, сын вытирает элегантной шелковой рубашкой кровь и борется с клокочущей внутри яростью. И не столько потому, что тот его бьёт, а сколько по причине того, что данная сцена происходила на глазах у половины высшего руководства клана. В главном зале их штаб-квартиры — Ударишь своего отца? Ну, давай, попробуй! Посмотрим, хватит ли у тебя духа на это?

Ох, до чего же сильно Стасу хотелось это сделать. Очень хотелось. Наверное, больше всего на свете. И не только ударить, но еще и схватить тот украшенный драгоценными камнями подсвечник и вдребезги раскроить череп этого старого самодовольного козла.

— Нет, пап. Я не стану поднимать на отца руку…

— Не папкай мне — зло выдавил тот — Ты понял?

— Да, господин.

— Так-то лучше. Итак, я спрашиваю у тебя еще раз? Ты понимаешь, что натворил?

— Отомстил за смерть Ники… — Амон Гёт боязливо заморгал, уловив едва заметные сокращения мышц на лице Троценко-старшего — Я уничтожил штаб-квартиру клана Вергилий. Вместе с их главой Августом Тарном и его шестерками. Поэтому я честно не понимаю, почему ты так сердишься на меня?

— ПОТОМУ ЧТО ТЫ НЕ УБИЛ ЕГО, ИДИОТ! Тела нет! Нигде! Наши люди уже всё прочесали вдоль и поперек. В том числе и территорию подгорода. Его нет! И этим поступком ты подставил всех нас! А также лишил главного оружия, истратив на бомбу всю имеющуюся божественную сталь! Я же годами скупал её на закрытых аукционах по грамму! Молись, молись сученок, чтобы Ада и Файр об этом не узнали и не стали вмешиваться в дела старого друга. Иначе они найдут тебя и убьют! Раз и навсегда!

— Но как? — сгорая от стыда, Стас продолжал лежать в нелепой позе, пятная белоснежный ковер густыми каплями крови. Ему казалось, что даже сами стены и выставленные по периметру комнаты золотые статуи новых богов безмолвно насмехаются над ним в данный момент — Он же был там. Я видел.

— Был, да сплыл! И если бы ты хоть немного включал голову и разобрался в том, на кого собираешься совершить покушение, то ты бы знал, у Августа Тарна всегда припрятан туз в рукаве. И, помимо этого, за ним постоянно приглядывает его мелкий рыжий демон!

Половина присутствующих в зале болезненно вздрогнули от неприятных воспоминаний.

— Ладно — Троценко-старший вдруг переменился и, мягко улыбнувшись, протянул Стасу руку — Вставай, сын. Всё будет хорошо, не бойся. Мы справимся. Всегда справлялись. Это у нас в крови. И прости меня за то, что местами я был излишне груб с тобой. Просто ты должен понять: я потерял одного сына и не могу теперь потерять еще и тебя.

— Я понимаю пап… господин. Прошу, и ты меня прости.

— Вот и отлично — тот резко развернулся и направился в сторону стоящих поодаль коллег — А сейчас тебе придется на время уехать из города. До тех пор, пока ситуация не окажется под нашим контролем. Гийом, Йозеф и Шельма Биаск уже ждут тебя у главных ворот. Деньги и прочие вещи заберешь, где обычно.

— Понял.

— Всё, свободен. Можешь идти. Хотя нет, постой. Ещё одно. Стасик, если я ещё раз увижу в твоём выражении лица то, что увидел сегодня — ты мне больше не сын. Ты понял меня?

— Да, господин.

* * *

— Мяу — высунувшись из окна кареты ласково промурчала Шельма Биаск, однако тут же скрылась в тени салона, получив звонкую пощечину.

— Закрой пасть!

— Ах, за что же ты так со мной, хозяин? Кошечке больно. И грустно. Плак-плак.

— Замолкни, я сказал.

— Как наши дела? — поинтересовался Гийом.

— Когда-нибудь, друг мой, когда-нибудь…

— Ясно. Едем?

— Едем. Но сперва заглянем в одно местечко. У меня еще остались тут незаконченные дела.

— Амон, нет! — вмешался удерживающий поводья Йозеф — Твой отец выдал мне четкие указания: ехать без остановок. Стало быть, так мы и поступим. Мы не станем перечить его воле!

— Ладно, ты прав — мягко улыбнулся тот, а затем, приподнявшись на подножке, молниеносным движением воткнул спицу из божественной стали Йозефу в ухо — Смотрю, ты у нас верный папенькин слуга? Вот и встретишь его на том свете.

Глава 6

— Эй! — я с силой пнул мужика, тянущего жадные ручонки к наплечникам Германа — А ну не смей лутать моего танка!

— Эо, ты чего? — возмутился тот, потирая ушибленное плечо — Я ж свой! Я только сберечь доспехи хотел! Чтобы другие не украли!

— Ага, рассказывай. Я видел как ты пару минут назад стянул сапоги с того рыжего парня. Своих что ли нет?

— Пожалуйста, только не говори никому.

— Вот и пшел отсюда. Стервятник.

К сожалению, но в горячке боя напарник переоценил свою неуязвимость, за что и поплатился, получив остриём копья прямо в глаз.

Да уж. Занятное выдалось утро.

Обычно в кино сразу после сцены боя идёт монтажная склейка, где уже в следующем кадре герои радостно пируют и весело празднуют победу, однако на деле всё оказалось куда прозаичнее.

Новый Свет напоминал разворошенный осиный улей. Большая часть населения носилась по улицам, стараясь потушить многочисленные пожары. Другие тоненьким ручейком тянулись от точки возрождения к воротам и тут же бросались копаться среди обломков зданий в поисках утерянных вещей. А третьи, с еще большим усердием принялись за мародерку и драки, так и не усвоив печальный урок.

Я же испытывал смешанные чувства. С одной стороны, я был бесконечно счастлив тому факту, что малыш Хангвил вернулся и интерфейс NS-Eye снова красовался симпатичной иконкой моего фамилиара. Но с другой — был опечален тем, что я, как человек, негласно признанный лидером группы, оказался не в состоянии уберечь ни шамана, ни Германа.

Поэтому единственное, что мне оставалось делать — грустно бродить по улицам и пылесосом подбирать вещи друзей, не забывая при этом про сбор лута с тел убитых нами привилегированных. Участвовать в тушении пожаров мне не хотелось. Жители поселения более не вызывали у меня симпатии и какого бы то ни было желания помогать.

К слову, очень скоро я осознал, что доступная для хранения тонна — слишком мало. И мне необходимо было срочно избавиться от всякого рода хлама. Чем я и занялся.

Первым же делом я избавился от центнера подобранных на автомате камней (как оказалось, для простых однородных предметов проявляется специальная кнопка — «извлечь всё»). Затем выбросил 18 из 20 вязанок дров, всученных Августом. И напоследок, довольно долго чесал затылок, размышляя над тем, на кой я забрал из склепа огромную восьмидесятикилограммовую шестеренку и пустую капсулу пневмопочты.

Но даже, несмотря на это, свободного места все равно оставалось катастрофически мало, ибо львиную долю массы забирала себе булава Игва-Повелителя, выбрасывать которую я наотрез отказался. Уж больно хорошо она показала себя в бою.

— Уа!

Хангвил как полноправный владелец местечкового ломбарда скакал по куче оружия, доспех и аксессуаров, подсказывая мне, что ценное, а что — мусор. И в этом вопросе я всецело полагался на тонкий нюх и феноменальное чутьё кошачьего медведя. Уж он-то точно меня не обманет.

— Так, время — сказал я, пакуя последний предмет — Пора идти встречать парней.

— Уа!

Фамилиар телепортировался на верхушку забитого до отказа рюкзака и оперативно улёгся, привычным образом ухватив меня за кадык.

Мгновение и тот уже сладко сопит, начисто позабыв о сложившейся традиции поклянчить перед этим еды. И когда это он успел так устать?

* * *

— У меня глаз болит — пожаловался Герман на подходе к полуразрушенному зданию форта.

— А у меня шею будто продуло. И спину ломит.

— Это фантомные боли, парни. Скоро пройдет.

— Знаю. Кстати, а ты успел собрать лут с привилегированных? — поинтересовался шаман.

— Да.

— Тогда прошу вычесть из общей доли мои расходы. Этот бой обошелся мне в 185 золотых.

— Ладно.

— Вот ты жадина! — возмутился напарник — Я три ингалятора здоровья потратил. И Эо два. Да еще и несколько инвольтационных батарей. И никто не возмущается, кроме тебя.

— Ну, извините. Это ваши способности завязаны на показатели маны и силу мускулов. А у меня другая история. Каждый из тотемов требует целую гору самых разнообразных ингредиентов: драгоценные камни, растения, яды, субстанции, чародейская пыль и так далее. Поэтому я настаиваю, чтобы все эти расходы вычитались не из моей трети выручки, а оплачивались за счет компании.

— Ты имел в виду четверти? — переспросил я.

— В смысле?

— Ну, смотри. Ты, я, Герман и Хангвил. Сколько нас всего получается?

— Уа!

— А ему-то деньги зачем?

— Не знаю. Но рискну предположить, что на открытие благотворительного фонда красных панд, проживающих на территории 49-й начальной зоны.

— Ох уж этот сладкий сарказм — широко улыбнулся Эстир, прикрыв от удовольствия глаза — Обожаю. Как лёгкий благоухающий розами флёр, очерчивающий аппетитные формы жрицы любви и скрывающий за её лучезарной улыбкой неистовое желание харкнуть оппоненту в лицо.

— Начинается… — нахмурился танк.

— Так мы договорились? — я не стал обращать внимания на театральные потуги Гласа — И, кстати, как только к нам присоединится Полковник, то доля каждого из нас понизится до двадцати процентов.

— Что ж, это честные условия. Согласен.

— Вот и отлично.

Мы пожали друг другу руки.

— Ага, конечно — продолжал ворчать Герман, осторожно переступая по обломкам зданий и дымящимся обугленным балкам — Честные условия. Значит, вещи сохрани, лут подбери, денег на расходы дай, а потом еще и принеси ему четверть выручки на блюдечке. Получите — распишитесь. Хорошо устроился.

— Обещаю, если в следующий раз ты умрешь раньше меня, то я сделаю для тебя тоже самое.

— Посмотрим.

— Ладно, господа — вмешался я — Раз уж все хозяйственные вопросы мы урегулировали, то пора бы и делом заняться. Где Полковник?

— Беседует с пленниками — ответила взявшаяся буквально из ниоткуда Ферум.

Я аж вздрогнул. Интересно, что это было? Способность становиться невидимым? Или мимикрировать под окружение по образу хамелеона?

— Он просил передать, что ожидает вас в Фригидарии — прохладной комнате здания терм — продолжила девушка — Главный зал форта, как вы могли заметить, для проведения собраний временно непригоден.

— Надо же, дедуля выжил — хмыкнул Герман.

— А он вообще хоть раз умирал?

— Ты серьезно? Ни разу?

— Как знать.

— Слушайте, а Ферум то симпатичная — озвучил я неожиданную мысль, удалившись от девушки на безопасное расстояние.

Я впервые смог рассмотреть её вблизи, и она и вправду мне понравилась. Высокая, стройная, загорелая, с черными, как смоль волосами и немного восточными чертами лица. Прямо-таки местный аналог принцессы Жасмин.

— Не то слово — грустно кивнул Глас — Не то слово. Однако успеха в данном мероприятии ждать не стоит. И любые будущие попытки заранее обречены на провал.

— Почему?

— Скажем так. Эта рыбка плавает исключительно по водоемам Венеры, чьи климатические условия и высокое давление абсолютно не пригодны для марсианских карасей.

— Понял. Обидно.

— А я вообще ничерта не понял! — снова заворчал Герман — Что за чушь ты несешь?

— Угадаешь с первой попытки — подарю тебе платок с защитой от магии холода.

— Хм. Дай подумать. Она это? По девочкам?

— Бинго, брат! Держи подгон.

— Разве это платок? — недовольно скривился танк — Это ж бабушкина шаль. И пахнет соответствующе. Ты не мог ничего поприличнее своровать?

— А тебе то что? Все равно одноразовая.

— Ну, спасибо.

— Кстати, хотел поинтересоваться, как вам сражение?

— Очень двоякие ощущения — честно признался я, остановившись возле входа в здание терм.

— Поделишься?

— Даже не знаю, как правильно сформулировать.

— Как есть.

— Тебе и вправду это интересно?

— Разумеется — улыбнулся шаман — Хочу понять, совпадают ли ваши мысли с моими. Для меня это тоже была первая крупномасштабная стычка, за исключением операции по поимке Гундахара.

— Ну, хорошо. Глядя на всё происходящее, я понял одно: что жители Нового Света, что нападающие, по сути одного поля ягоды. Просто первые длительное время скрывали, подавляли, и удерживали агрессию под замком в ожидании подходящего момента, а вторые — действовали более открыто. Ничуть не стесняясь демонстрировать миру всю черноту прогнившей человеческой души. Поэтому даже не знаю, что лучше: улыбаться и пожимать руки сегодня, а завтра — резать друг другу глотки из-за пары «редких» сапог, или же сразу чётко заявить о намерениях мол, извини брат, но я пришел сюда за тем, чтобы ограбить тебя и убить. А также забрать дом, изнасиловать жену и помочиться на могилы твоих предков.

— В точку — кивнул Эстир — И разве это не прекрасно?

— Ты о чем? — не понял я.

— Война — это просто. И скучно. Мы — хорошие. Они — плохие. У нас мудрые правители, бесстрашные военачальники и герои-солдаты. У них — вероломные предатели, трусливые дезертиры и кровавые тираны, пожирающие на завтрак печень грудных детей. Но разница всегда лежит где-то посередине. И вся прелесть заключается в том, чтобы зная это, все равно оставаться хорошим парнем и сражаться во имя общего блага, не пересекая при этом ту самую невидимую черту. Прямо как Герман.

— М? — удивленно поднял голову напарник, пережевывая найденную среди обломков колбасу.

— В бою ты крайне жесток и кровожаден. Как самый настоящий берсерк. Однако готов поспорить, что в реальной жизни ты и мухи не обидишь.

— Стало быть, наше кредо — во что бы то ни стало оставаться хорошими парнями? Разве это не банально?

— Нет, друг мой. Видишь ли, это уже влияние массовой поп-культуры. Дело в том, что в какой-то момент человечеству надоели однотипные истории про рыцарей на белом коне с примесью образа непогрешимого супермена. Поэтому и начали появляться более привлекательные версии героев в виде: харизматичных маньяков, добрых убийц и порядочных мстителей, как бы между делом рушащих целые города во имя свершения их праведной мести. Но как насчет тысяч и тысяч погибших при этом мирных жителей? Об этом история умалчивает.

— Глас, это уже попахивает демагогией. Пошли уже, Полковник ждет.

— Минуту. Я почти закончил свою мысль.

— Ладно, говори.

— Я это к тому, чтобы не было подмены понятий. Зло, настоящее зло — это воистину страшная вещь. Это осознанный садизм, неестественное, иногда даже эротическое, наслаждение чужой болью и страданиями, намеренная подмена идеалов, корыстная преданность тираниям, расовый геноцид и т. д. Вы разочаровались в жителях Нового Света, я это вижу. Однако и ты, и Герман должны понимать: по-настоящему злых людей здесь от силы человек пять. Остальные — просто-напросто тупые идиоты, которые много месяцев жили в страхе, а затем, наконец, не выдержали эмоционального напряжения и выпустили пар. Они знают, что даже если поубивают друг друга, то все равно воскреснут, а затем помирятся и станут заново отстраивать поселение сообща. И именно поэтому, за сегодняшнее утро ни одного человека так и не обнулили.

— Я опять ничего не понял — пожаловался Герман.

— Если в двух словах, то шаман решил прочитать нам лекцию о том, что такое хорошо, а что такое плохо. И что вокруг всё серое и неоднозначное, а люди способны как на подлости и зверства, так и на непорочную любовь с элементами материнской заботы.

— Тоже мне Америку открыл — хмыкнул танк.

— Ну, простите. Просто когда я сильно нервничаю, то меня всегда тянет чуточку пофилософствовать.

— Хорошо. Ты закончил?

— Да.

— Отлично, тогда пошли, Монтескьё.

Я ухватился за ручку массивной дубовой двери, про себя отметив, что хоть что-то в этом поселении было выполнено не из сосны. Хотя, собственно, откуда мне было знать, что это именно дуб?

К удивлению, но при всем творящемся в поселении хаосе, здание терм ни капельки не пострадало. Внутри было чисто, опрятно и тепло. Если не сказать — жарко. Будь у меня очки, то они бы мигом запотели и покрылись капельками конденсата, прямо как отреставрированная мраморная мозаика, украшающая пол и стены помещения.

— Почему так долго? — прохрипел Полковник, расправляя закатанные рукава и ковыляя навстречу из комнаты Фригидария — Впрочем, не важно. Через полчаса вы уходите.

— А ты?

— Я догоню вас позже. Времени мало, а омоложение — далеко не самый быстрый процесс.

— Кстати, вот камни — Герман протянул старику два Зервана.

— Благодарю.

— А к чему такая спешка?

— Это нападение было всего лишь пробным забегом с целью разведки и уничтожения портальной арки. Настоящее сражение ожидает нас впереди.

— Они взорвали мегалит? — ужаснулся шаман.

— Да, поэтому в некотором смысле, мы оказались заперты тут. Ни доступа к аукциону, ни возможности получить товары первой необходимости. В сохранности остался только медблок и терминал, однако последний выдает награды только за выполнение заданий, не более.

— А чего они вообще хотят?

— Против нас выступило объединение сразу двух группировок. Одних интересует грабеж и камни душ, а другим нужен ты, Эо.

— Прелестно.

— Этими людьми дистанционно руководит человек по имени Амон Гёт, знаешь такого?

— Да.

— Ты сильно ему насолил?

— Скажем так, я был одним из тех, по чьей косвенной вине обнулился его младший брат, что в свою очередь, замучил и отправил на тот свет минимум полторы сотни человек.

— Так и есть — подтвердил Герман.

— Ясно. В таком случае вы идете к Аргентавису немедленно — старик вышел на улицу — Мы их задержим и постараемся разбить. После чего все желающие отправятся следом за вами. Встречаемся в городе через три дня. В таверне «Глухонемая сирена», что в Гавани Трюмных Вод. Где братья?

— Мы здесь, сэр — отозвался Лирой, укладывая в телегу ящики с коктейлями Молотова и небольшие коробки с кристаллами, по типу тех, что были у Гласа.

— Для вас будет задание. Необходимо, чтобы вы срочно спустились в склеп и завалили все проходы, кроме девятого. Далее, оставайтесь у входа и ждите моей команды.

— Будем «выпускать кракена»?

— Надеюсь, что нет. Однако если придется, то пускай Гундахар пройдет по западному коридору и выберется на поверхность в тылу у привилегированных. В таком случае им будет уже не до нас. Всё ясно?

— Так точно.

— Выполнять.

Друиды-близнецы резко сорвались с места.

— Валенс?

— Да, Полковник.

— Возьми тройку самых быстрых парней, и бегите в сторону мегалитов за озером. Вот пароль — старик протянул охотнику крохотную бумажку — Введешь его в терминале, и система пришлет детали, необходимые для ремонта портальной арки. Затем живо сюда.

— Понял.

— Торл! Ты и Ферум пойдете за…

— ЭО! — раздался крик позади западных ворот, прозвучавший как гром среди ясного неба.

— Э-э-о-о… — вернулось эхо со стороны гор.

Буквально всё население Нового Света на мгновение превратилось в слух.

— ЭОО!

— Э-э-о-о-о…

— ЭО!

— Э-о…

— Было бы смешно, не будь так страшно — нервно сглотнул Герман.

— Эо! Выходи! Побеседовать надо! — прозвучал знакомый голос. Именно его обладателя укрывала за щитами четверка закованных в тяжелые доспехи телохранителей.

— Что ж, хорошо — тихо прошептал я, направив стопы на запад.

— Нет! — морщинистая рука резко оттолкнула меня назад — Убирайтесь отсюда! Живо!

— Пошли, Влад — Глас потянул меня за рукав — Сангрин дарит нам время. Так и не будем же брезговать этим!

— Полковник! — прокричал из-за частокола главарь привилегированных — Я слышал ты тут главный? В таком случае обращаюсь к тебе. Послушай, мы же все тут взрослые и здравомыслящие люди. И собрались здесь не просто так. Мы — избранные самим Всевышним, в целях возрождения человеческой цивилизации. Мы не должны больше драться и убивать друг друга! Мы должны сплотиться, чтобы сообща создавать новый мир! Мир величия и чести, мощи, великолепия и справедливости, сцементированный созидательной силой Системы и Новых богов! И это единственный верный путь. Потому что так правильно! Потому что лично я хочу идти в новый мир с гордо поднятой головой, отстаивая наши идеалы. Однако я не могу сейчас этого сделать! Почему? Потому что за вашими стенами укрывается подлый преступник! Жестокий убийца, насильник и психопат, трусливо нападающий на безоружных людей, пока те мирно спят в своих теплых постелях! Так скажи мне, Полковник, стоит ли гнилая душа этого поддонка и негодяя жизни любого из тех, кто проживает в этом славном поселении? Сдайте его нам, и обещаю, мы сразу же покинем территорию Начальной Зоны! И ни одна капля крови больше никогда не прольется на улицах Нового Света!

— Да! — закричала какая-то толстая тётка — Сдадим его! Я так и знала, что он псих! И взгляд такой странный, будто бешенный!

— Да!

— Нахрен Эо! И качка этого гребаного! — подключился тот самый мужик, что менее часа назад хотел облутать тело Германа.

— Убирайтесь отсюда!

— Ф-у-у-у! Сволочи! Убийцы! Насильники!

— Сдадим! Сдадим! Сдадим! Сдадим! Сдадим!

— ТИХО! — голос старика магическим образом усилился и прогремел на многие километры.

Толпа мгновенно заткнулась.

— Полковник! — снова напомнил о себе главарь привилегированных — Я слышу, что твои люди согласны со мной! Так и что же ты решил? Мир или кровопролитие?

— Что решил… — прохрипел Сангрин, нахмурившись гораздо сильнее обычного — Как правило, память периодически меня подводит, и многие вещи я забываю в силу возраста, однако то, что ты, паскуда, процитировал одну из речей Гитлера, я знаю наверняка! Ибо слышал её собственными ушами! ЛИРОЙ! ВЫПУСТИТЬ КРАКЕНА!

— В АТАКУ!

— КАТАПУЛЬТЫ — ОГОНЬ!

— Ох, чёрт!

* * *

— Влад, Влад! — крик шамана кое-как прорезался сквозь грохот падающих на крыши горящих снарядов — Быстро укради нам ту коробку с кристаллами! И один из тех ящиков!

— Я не вор!

— Да ради бога! Сделай, как я сказал! Иначе не выживем!

— Блин… Ладно, хрен с тобой.

Линии на руках вновь разгорелись зелёным.

Уровень владения навыком «Воровство» повышен на 2 ед. (Текущее значение: 2).

Уровень владения навыком «Скрытность» повышен на 1 ед. (Текущее значение: 9).

Параметр «Удача» увеличен на 1 ед.

Вспышка!

Получено достижение: «Не пойман — не вор I ранга».

Действуя скрытно, шанс вашего обнаружения снижается на 2,5 %;

— Доволен? — выполнив просьбу Эстира, я почувствовал себя как никогда гадко.

— Более чем, коллега. Берегись!

Чудовищный грохот, рёв жаркого пламени и ближайший дом складывается вовнутрь, разом превратившись в ровную квадратную яму.

— Бааа… и на рытье могил скидываться не надо…

— Всё! Больше нам здесь делать нечего. Уходим, парни!

— Наконец-то!

— Уа!

* * *

Не прошло и пяти минут, как мы уже взбирались по длинной лестнице наверх, перепрыгивая по две-три ступеньки зараз.

Однако подниматься было крайне тяжело. Если не сказать — мучительно. Глубоко дышали и обливались потом абсолютно все, за исключением Хангвила. Даже невероятно выносливый Герман. И, честно говоря, я так не понял причину. Либо мы переоценили свои силы и не учли пониженный уровень кислорода в атмосфере, либо нависающий чётко над нами Аргентавис магическим образом давил сверху своей невероятно мощной энергетикой. Будто бы проверял, готовы ли мы пойти до конца и доказать, что достойны пройти его испытание.

— Мать моя женщина! — на одной из коротких передышек шаман обернулся посмотреть, что происходит внизу — Да они так и камня на камне не оставят!

Мы с Германом повернулись следом.

И, правда. Теперь я понял, что первое сражение было всего-навсего жалкой репетицией настоящего. Поселение дымилось и горело абсолютно везде. Отряды привилегированных щедро поливали стены и здания самыми разнообразными заклинаниями, бомбами и коктейлями Молотова, а чуть поодаль стояли три катапульты, раз за разом выпускающие тяжелые метательные снаряды, что пробивали частокол и стены домов, словно жалкий картон. Впрочем, Полковник и его люди отвечали ничуть не хуже. И даже отсюда мы могли видеть и слышать, как нападающие спотыкаются, визжат и в страшных муках погибают один за другим.

— И откуда у них столько денег на бомбы и осадную технику?

— Гер, а у тебя нет ощущения, что в последнее время мы стали похожи на внебрачных отпрысков Мэри Сью?

— В смысле?

— Эти люди жили более-менее спокойно, пока не припёрлись мы. И не притащили за собой целый полк агрессивно настроенных товарищей. После чего всё мигом закрутилось-завертелось вокруг наших персон, прямо как в типичной истории про попаданцев.

— Глупости — шаман снова двинулся вверх по лестнице — Простое стечение обстоятельств. А жители Нового Света никогда не жили спокойно. И вообще, хватит рефлексировать. Нам еще испытание проходить.

— Уж кто бы говорил.

— А это что еще за черная точка? — удивленно спросил Герман.

Я проследил за движением его указательного пальца и, приглядевшись получше, почувствовал неприятный холод в груди и стремительно потеющие ладони.

— Догадайся — улыбнулся Эстир — Гундахар раскопал себе выход на волю.

— И мы еще хотели его замочить?! Кошмар!

— И не говори — согласился я.

Генерал Игвов выглядел крайне жутко. Чёрный, словно высеченный из цельного куска засохшей смолы, он носился по округе, разрывая на части любого, подвернувшегося ему на глаза. И Гундахару было абсолютно плевать, кто стоит перед ним: привилегированный или житель Нового Света, мужчина или женщина. Участь и тех и других была одинаковой: смерть.

— ВАЙОМИ! Я ИДУ ЗА ТОБОЙ! — сквозь стоны и крики послышалось громкое эхо.

— Этого еще не хватало! А ему-то я когда успел насолить?

— ГЕРМАН ВЕЛОР! Я ВЫРВУ ТВОЙ ПОГАНЫЙ ЯЗЫК! ЗАТЕМ СОЖРУ ТВОЁ СЕРДЦЕ И БУДУ ДОЛГО МОЧИТЬСЯ НА ТВОЙ ХЛАДНЫЙ ИЗУВЕЧЕННЫЙ ТРУП!

— Фух, ну, слава богу — немного успокоился я — Хоть не ко мне одному скопились претензии.

— Ты издеваешься? — ужаснулся Герман — Ты слышал, что он сказал?

— Прости, дружище. Просто помереть за компанию всегда чуточку веселее.

— Сплюнь!

— Сюда!

Шаман первым добрался до вершины и тяжело дыша, вывалился на овеваемую стонущими ветрами и испещренную сложными геометрическими линиями скалистую площадку, поделенную надвое тоненькой пленкой силового поля.

Чуть левее красовалась мрачного вида обсидиановая чаша, готовая в любую минуту принять подношение, от желающих облегчить свою будущую участь путников.

Мы с Германом направились к ней.

— Эй, вы куда? — воскликнул Эстир — Нет! Не вздумайте ничего туда бросать!

— Почему?

— Нам нужна максимальная сложность!

— Зачем?

— Разные уровни сложности — разные выходы. И если нас караулят по ту сторону, то вряд ли они будут ждать нас у выхода категории сложности B или A.

— Что за B или A?

— Эксперт и Мастер. Или Эпический 10+ и 25+. Не важно. В настройках NS-EYE можно переименовать названия категорий как вашей душе угодно. От «Я слишком молод, чтобы умереть» до «Сделай мне больно». Говоря простым языком, то по шкале от одного до десяти: где единица — легкая прогулка, а десятка — настоящий кошмар и сущий ад на земле, нам необходимо выбить себе шесть или семь.

— А справимся?

— Должны. И чем труднее будет сейчас, тем легче нам станет потом. И еще одно! Как только мы войдем, то наша главная задача будет состоять в том, чтобы пройти как можно дальше вглубь пещеры. Желательно до первых дверей. Потому как у системы будет ровно минута, чтобы сгенерировать последующие локации и установить нам соответствующий уровень сложности. И в течение этого времени врата будут предупредительно мерцать желтым цветом, что привлечет в себе целую гору ненужного внимания.

— Надеюсь, генерал Игвов не увяжется следом? — уточнил Герман.

— Он, конечно, быстрый, но не настолько, чтобы за шестьдесят секунд пересечь всю деревню и преодолеть 2880 ступенек.

— Ты уверен?

— Разумеется, нет! Боже, ты вообще можешь отличить, когда я говорю правду, а когда несу откровенную чушь? Я без понятия успеет он или нет! Будем надеяться, что нет. Иначе нам крышка.

— Ладно, вперед!

Не дожидаясь парней, я шагнул сквозь прохладную подрагивающую пелену.

Мгновение и все посторонние звуки разом исчезли, а перед глазами предстала длинная, уходящая на сотни метров вперед скалистая тропа напоминающая дно глубокого ущелья и оканчивающаяся черным как ночь зёвом пещеры.

Стало жутко. И страшно. Глядя на пещеру, я вдруг вспомнил случай из детства, когда бабушка приходила к нам в гости, а уходя домой, забыла запереть входную дверь. Мне тогда было лет пять или шесть. Помню, я долго ворочался и не мог уснуть, потому как очень сильно хотел в туалет, однако боялся идти один из-за того, что до этого нечаянно посмотрел ужастик и с тех самых пор мне всю дорогу мерещились прячущиеся под кроватью монстры и гигантские насекомые. И когда я, наконец, собрался с духом и все-таки вошел в коридор, то наткнулся на черноту лестничной площадки с тихо скрипящей и покачивающейся от сквозняка дверью. Орать я не орал. А просто мигом запер входную дверь на все замки и около пяти минут боялся сдвинуться с места.

Сейчас я испытывал нечто похожее.

— Бр-р-р, какое жуткое место! — поёжился Герман.

— Это еще цветочки — хмыкнул Глас — Так, парни. А теперь дельтуем к пещере! Да во весь дух!

Внимание!

Вы вступили на территорию подземелья: «Врата Аргентависа».

Осуществляется генерация локаций и подбор соответствующего уровня сложности.

Испытание начнется через: 59…58…57…

Стремительный забег по ущелью, пауза на активацию светильника Августа, холодный мокрый камень буквально во всех плоскостях пространства, а затем коридоры. Первый, второй, третий…

Испытание начнется через: 26…25…24…

Пятый, шестой, седьмой.

Наконец, проход расширился, и мы вывалились в большое подсвечиваемое фосфоресцентным сиянием помещение с небольшим озером посередине и пузатой металлической дверью у дальнего конца.

— О! Это же люминесцентные фосфориты! Прямо как на участке у Августа! — воскликнул Герман.

— Помолчи.

Испытание начнется через: 3…2…1…

Вспышка!

Внимание! Испытание «Врата Аргентависа» началось!

Установлен уровень сложности: ААА+

— Мать твою — резко остановился Эстир — Допрыгались.

— Это…?

— Да. Кошмар. В прямом и переносном смысле.

— Впрочем, ничего удивительного.

— ВАЙОМИ… — послышалось приглушенное эхо — ВЕЛОР!

Я ИДУ ЗА ТОБОЙ!

— Черт подери! — выругался Герман — Успел-таки!

— Не понимаю — я с силой пнул металлическую дверь — Какой тогда смысл от этих восьми единиц удачи, если даже сейчас нам ни на йоту не повезло?

— Охренеть! — глаза шамана чуть не выкатились из орбит — У тебя есть параметр удача?

— Ну да. Правда, толку от него никакого…

— О нет, друг мой! Ты очень и очень сильно ошибаешься! И даже не представляешь насколько!

— Расскажешь?

— Не здесь и не сейчас. По наши души следует Гундахар, не забыл?

— Нет.

— Хорошо. В таком случае нам ничего не остается, кроме как следовать вперед. Путь обратно все равно отрезан — Глас ухватился за широкое кольцо и потянул на себя одну из массивных створок, повернувшись к танку в пол оборота — После вас, доблестный воин. И Герман, поскольку мы еще живы, то я хочу, чтобы ты знал: если пойду я и долиною смертной тени, не убоюсь я зла, потому что ты со мной. Твой меч и его посох — успокаивают меня.

— Ох, и угораздило же взять к себе в группу второсортного актера… — проворчал танк, вскидывая щит.

Глава 7

Ночь выдалась тяжелой. Было невероятно жарко и душно. На улице стоял полный штиль, а в небе за последние пару недель так и не проплыло ни единого облачка.

К югу от Валийского моря подобные климатические условия давно уже стали обыденностью. Всему виною были отголоски последнего глобального катаклизма, умудрившегося буквально за пару десятилетий похоронить древнейшую высокоразвитую цивилизацию первых людей.

Но в целом, для данной территории сорокоградусная жара не являлась чем-то страшным и невыносимым, особенно если учитывать, что каждый десятый местный житель специализировался на магии холода. Поэтому грех жаловаться. Это еще более-менее комфортные условия с богато украшенными шатрами, финиковыми пальмами, павлинами и бассейнами, потому как стоит отойти на тысячу километров южнее, и температура воздуха резко повысится до невероятных 120 градусов Цельсия.

В том месте находилось практически полностью неисследованное и окутанное мрачными тайнами сердце материка, с огромными выжженными территориями и весьма причудливыми формами жизни, не имеющими доступа к магии, однако умудрившимися придумать аж сразу несколько хитрых способов обмана процесса денатурации белков, что само по себе было поразительно. Это все равно, что держать в кипятке яйцо сотню лет, которое, несмотря на столь длительный срок и высокую температуру так никогда и не сварится.

«Любопытная штука жизнь. Хрупкая по форме, но при этом невероятно прочная по содержанию» — проснувшись, подумала Ада.

Девушка отбросила слипшиеся от пота черные волосы, перевернула прохладной стороной подушку и заново попыталась заснуть, однако сон всё никак не хотел к ней идти, и причина этому была до боли простая: сторона Эдварда пустовала.

На самом деле Аде вовсе не обязательно было спать. Как, собственно, и есть, пить, дышать и даже потеть. Все эти «человеческие» изменения произошли с ней абсолютно случайно, если не сказать — естественно. Она сама даже не сразу заметила, как пребывая среди людей, постепенно начала перенимать их повадки. И в один момент, сидя за общим столом, буднично схватила ложку и под удивленные взгляды высшего руководства клана принялась с аппетитом уплетать тыквенный суп. А затем пожаловалась, что тот оказался слишком соленый и потому теперь ей хочется пить, чем только усилила тотальное недоумение со стороны окружающих.

И вот результат: некогда умнейшее существо во вселенной теперь не может уснуть, потому что любимый человек куда-то ушел прямо посреди глубокой ночи.

— Ну, знаешь ли! — недовольно сорвав с себя тонкое шелковое одеяло, Ада резко встала и решительно направилась в сторону просторной террасы их шикарного номера, по обыкновению переоборудованной Доусоном в кабинет. В последнее время тот предпочитал работать исключительно на свежем воздухе.

Профессор обнаружился сидящим в кресле и тоскливо вглядывающимся в звездное небо. Случайно или намеренно, но смотрел он именно в ту самую точку, где за 25000 световых лет отсюда находилась давно покинутая солнечная система.

— В чем дело, Эд?

— Ой! — профессор вздрогнул, опрокинув на себя чашку имбирного чая — Ты меня напугала.

— Да неужели? — девушка обогнула маленький столик и плавно опустилась на соседнее кресло, без толики стеснения широко раздвинув длинные ноги. Загорелые, украшенные элегантными золотыми кольцами и слишком идеальные для того, чтобы быть человеческими — Я настолько страшная?

— Ада, оденься, пожалуйста — смутился Доусон.

— Почему? Я тебе больше не нравлюсь?

— Ты и сама прекрасно знаешь ответ.

— Знаю. Но как-то я слышала, что даже у самой красивой девушки во вселенной найдется парень, которому надоело с ней спать. Это правда?

— Не говори глупостей.

На последней фразе Ада искренне улыбнулась.

— Тогда объясни мне, почему уже которую ночь подряд я просыпаюсь одна? И тебя рядом нет.

— Я говорил. Ночью мне думается лучше. Прости. Этой привычке уже сотня лет. Ничего не могу с собой поделать.

— Эд, мы оба знаем, что это неправда. Никакая это не привычка, и сидишь ты один по ночам только тогда, когда тебя что-то очень сильно тревожит. Так может, поделишься этим со мной? Ты переживаешь из-за Генри?

— Да. Я боюсь за него. А вчера при мысли о нем у меня буквально защемило в сердце. Представляешь? — профессор так и продолжал рассеянно сидеть в мокрых штанах и рубашке, удерживая перевернутую кверху дном пузатую чашку — Я и забыл уже, что это такое… Но в тот момент я почему-то отчетливо ощутил, что бедному Паку грозит смертельная опасность.

— И что же ты планируешь делать?

— Ничего — тяжело вздохнул профессор.

— Что значит ничего? Он твой лучший друг! И по сути единственный.

— Я же рассказывал о нашей последней встрече. Он разочаровался в нас. И особенно во мне. Презирает, не верит и не хочет меня больше видеть. Но главное — он посмел угрожать тебе. А это недопустимо!

— Я не боюсь.

— А я боюсь! Потому что каждый раз, когда смотрю на любовь всей свой жизни, то я по-прежнему замечаю ту издевательскую метку. Первый уровень! Как сейчас, так и сорок лет назад!

— Спасибо за напоминание, что у меня нет души — Ада обиженно отвернулась — И что в случае моей смерти системе просто-напросто нечего будет ловить.

— Дело не в этом. А в том, я чудовищно боюсь тебя потерять. И Генри Ллойд прекрасно знает об этом! Понимаешь? Он намеренно ударил меня в самое больное место! И все из-за чего? Из-за какого-то едва знакомого парня, которому тот сдуру отдал Мелестил? Артефакт, без которого вся наша затея бессмысленна? И разве можем мы после этого оставаться друзьями?

— Ай! Два старых упрямых козла! — рассердилась девушка, скрестив ноги и руки — Это всего-навсего был самый обыкновенный блеф.

— Блеф? Да неужели? Тогда скажи мне прямо сейчас, какова вероятность того, что в случае вмешательства, Август сдержит своё обещание и попробует тебя отключить?

— Тридцать семь и четыре десятых процента.

— Вот! Что и следовало доказать. Тридцать семь и четыре десятых процента! Ни два, ни три, ни даже пять, а тридцать семь! Это же много. Чудовищно много! Особенно для человека, которого половину своей жизни я называл не иначе, как братом.

— Слова, слова, слова! — проворчала Ада — Слабый, ненадежный и до ужаса ограниченный способ вербальной коммуникации! Слова не имеют значения! Как и проценты с вероятностями! Тебе ли этого не знать? Боже правый, Эд! Иногда мне кажется, что Хангвил гораздо мудрее вас обоих. И пускай его природа и мотивы по-прежнему для меня непостижимы, но, по крайней мере, одно я знаю наверняка: он никогда бы не бросил друга в беде. И на этот раз тоже не бросит! Однако это не означает, что малыш должен расплачиваться своей силой и бессмертием за твое нежелание помогать Генри Ллойду.

— И что же ты предлагаешь?

— Оставайся его преданным другом до тех самых пор, пока можешь. А затем, как говорят люди, «поживем — увидим». И если он просит тебя не преследовать того парня, так и не преследуй. Артефактов тринадцать. Мы знаем о местоположении трех. Поэтому в данный момент стоит сосредоточиться на поиске остальных. А Мелестилом предлагаю заняться в последнюю очередь.

— Ада права, мой дорогой Эдвард — прошептал в голове у профессора голос Окруса — Великие цели требуют колоссального терпения и умения ждать, поэтому излишняя спешка нам ни к чему. Мы находимся лишь в самом начале большой шахматной партии, на протяжении которой ключевые фигуры могут тысячу раз поменяться. И я уже говорил: принуждение — не наш метод. Помни об этом, и вскоре ты убедишься, что даже заклятые враги вначале, впоследствии могут стать самыми преданными друзьями.

— Эд? Может, скажешь уже что-нибудь? Или так и будешь молчать? — Ада пристально посмотрела на Доусона.

— Ты права — опомнился тот — Я отправлюсь в Затолис и постараюсь помочь старому другу. Но поеду туда один. Без тебя.

— Указываешь мне? — девушка удивленно вскинула бровь.

— Нет. Прошу.

— Не очень-то похоже на просьбу, но хорошо. В таком случае я буду ждать тебя тут и продолжу поиски. Но помни: чем дольше ты будешь отсутствовать, тем больше элементов одежды появится на мне впоследствии.

— Я уже слишком стар, для подобного рода манипуляций — широко улыбнулся Доусон.

— Ну-ну. Все вы мужики одинаковые. И даже местный король как-то обмолвился, что по сравнению со мной его жены — ленивые роньо. Хотя ему уже без пяти минут три тысячи лет.

— Не очень-то вежливо отзываться о женах, как об охотничьих собаках.

— Что поделать? Такие нравы.

Врата Аргентависа

— Не понимаю. Это что, какая-то шутка? — в очередной раз удивился Герман.

— Не похоже — ответил я, пропуская промеж пальцев горсть желтоватого песка.

Вступив за порог массивных металлических дверей пещеры, произошло то, чего мы никак не могли ожидать: я, Герман, Хангвил и Глас оказались прямо посреди залитой солнцем раскаленной пустыни. Всюду, насколько хватало глаз, были раскинуты бескрайние песчаные массивы, блуждающие по ветру перекати-поле и редкие верблюжьи колючки на фоне вздымающихся к небу потоков горячего воздуха.

— Как так? Мы же только что были в сырой и холодной пещере глубоко под горой! И я понимаю, если бы дверь была тайным порталом, но меня ведь даже не замутило. А вас?

— Нет.

— Уа! — подтвердил кошачий медведь.

— До чего же это мило, многоуважаемый танк — весело хохотнул Эстир, сооружая из выуженных из рюкзака тряпок некое подобие тюрбана — Когда здоровенный накаченный мужик продолжает искренне удивляться и смешно хлопать глазками как маленький ребенок при виде очередной необъяснимой фигни.

— Тебе не говорили, что ты на редкость неприятный человек? Циник и хам с отвратительным чувством юмора. Можно подумать ты сам был к такому готов!

— Да, говорили. И да, отчасти я был к такому готов, потому как в отличие от вас, я в этом подземелье уже был и имею кое-какое представление о том, как всё тут устроено. В частности, стоит начать с положительной новости: вероятность того, что Гундахара забросит именно сюда, крайне мала. Скорее всего, он окажется где-нибудь в радиусе двадцати километров от этой самой точки, поэтому при должной осторожности мы можем пройти испытание от начала и до конца, так и не повстречав его черную рожу.

— Предполагаю, что на этом хорошие новости заканчиваются? — я полез помогать Герману избавиться от доспехов, ибо к настоящему моменту они уже успели нагреться до состояния, при котором вполне реально приготовить яичницу.

— Ага — улыбнулся шаман — По сути подземелье представляет собой череду опасных переходов из точки А в точку Б. По идее все просто, однако с данным уровнем сложности делать какие бы то ни было прогнозы нереально. Как много предусмотрено этих переходов и как далеко они расположены друг от друга, я не знаю. Быть может, не пройдет и пяти минут, как мы обнаружим следующую дверь за ближайшим холмом, но, скорее всего, нам придется преодолеть ни одну сотню миль, днями и ночами мучаясь от палящего солнца и жажды, и при этом бесконечно сражаясь с ордами песчаных людей.

— С кем? — удивился танк.

— Ты не смотрел звездные войны?

— А, ты об этом. А что, они тут тоже встречаются?

— Во дурак… — закатив глаза, тяжело вздохнул шаман — Разумеется. Как и банда эвоков на шагоходах. В общем так, всё от себя зависящее я уже сделал, и потому с настоящего момента я слагаю с себя полномочия гида и передаю бразды правления лидеру сквада, то есть Эо. Итак, в какую сторону мы пойдем?

Три пары глаз выжидающе уставились в мою сторону.

— В данный момент ни в какую — после минутной паузы ответил я — Солнце в зените. Я, конечно, тот еще выживальщик в диких условиях, однако помню главное правило: в пустыне не следует передвигаться днем. Только вечером, ночью и ранним утром. Поэтому сейчас наша главная цель — найти или соорудить укрытие. Плюс по возможности стараемся обнаружить растения и более темные участки песка. В них может быть вода. А, и еще одно! Чутко реагируем на любые сигналы от Хангвила. Уверен, что его звериное чутьё способно сыграть ключевую роль в успехе нашего предприятия.

— Ур-р-р.

— Согласен — кивнул Герман.

— Да, звучит разумно — подтвердил Эстир.

* * *

Подходящего укрытия мы так и не нашли.

Взобравшись на ближайшую кучу песка, мы с досадой обнаружили, что все соседние барханы до ужаса были похожи на наш. Как будто бы система изрядно поленилась и при генерации локации намеренно брала один и тот же виртуальный макет, используя его по принципу: «копировать — вставить». Куда не глянь — сплошное однообразие.

И, тем не менее, каждый из нас предельно ясно понимал одно: необходимо срочно что-нибудь предпринять, иначе не пройдет и пары часов, как мы просто-напросто тут изжаримся. Поэтому, за неимением лучших вариантов, нам ничего не оставалось, кроме как спуститься вниз и вырыть себе углубление в песке, накрыв его большим зонтом, одеялами и спальниками.

Помогло. Причем гораздо эффективнее, чем изначально я предполагал. Песок как материал, нагревается и остывает очень быстро. Поэтому не прошло и получаса, как температура в нашем убежище опустилась до более-менее приемлемого значения. Разумеется, не курорт, но дотерпеть до заката вполне реально.

— Предлагаю провести ревизию — нарушил я тишину — Еды у нас более чем достаточно, а вот с водой могут быть проблемы. Лично у меня в наличии две пластиковые бутылки по два литра, пара глотков в третьей и половина фляги с кофе. Из остальной жидкости имеются лишь яды, серная кислота и последние восемь штук мозгобойни.

— Про кофе можешь сразу забыть. Оно только выводит воду из организма — подметил Герман — У меня с водой ситуация еще хуже. Всего одна бутылка на полтора литра и две трети фляги с молоком.

— Мда, не густо. Глас? Что у тебя?

— У меня аналогичная ситуация, что и у Германа. Разве что вместо молока есть бутылочка Дом Периньон 1970-го года, Романи Конти 1945-го и Макаллан 1939-го. И заведомо предполагая последующий вопрос, скажу сразу, да я отжал эти сокровища у привилегированных. И мне ни капельки за это не стыдно.

— Собственно, никто и не порицает. Трофей есть трофей.

— Уа! — согласился Хангвил, показавшись из собственноручно вырытой ямки.

— Влад, а у нас же еще коробка с зельями Августа была. Быть может, в ней найдется что-нибудь полезное? — напомнил Герман.

— Кстати.

Я оперативно полез в меню NS-Eye. За последние пару дней произошло так много самых разнообразных событий, что я напрочь позабыл о всученном перед уходом подарке и его содержимом. Хотя казалось бы, идеальная память.

— У вас и алхимия имеется? — оживился шаман — Вот так сюрприз! Покажешь?

— Разумеется — я материализовал ничем не примечательную коробку и принялся поочередно доставать флакончики один за другим, считывая пометки Августа, скрупулезно написанные мелким почерком — Итак, что мы имеем:

— Стрекотун — 1 шт. +40 % к скорости передвижения (Срок действия — 12 часов);

— Весельчак — 1 шт. +50 ед. к выносливости (Срок действия — 12 часов);

— Джаггернаут — 2 шт. +35 ед. к силе и 15 % сопротивления физ. урону (Срок действия — 12 часов).

— Герман, твоя тема.

— Ага — улыбнулся танк.

— Цианид и счастье — 2 шт. Антидот. Нейтрализует действие подавляющего большинства известных ядов, за исключением протоплазматических.

— Каких-каких?

— Тех, что действуют на клеточном уровне.

— А-а-а, понял.

— Медоед — 2 шт. +200 % к скорости регенерации (Срок действия -1 час);

— Проснись, самурай — 2 шт. Мгновенно выводит объект из бессознательного состояния;

— Молот товарища — 2 шт. Мгновенно вводит объект в бессознательное состояние;

— Винт — 2 шт. +50 ед. к ловкости (Срок действия -12 часов). Пометка: формула требует доработки! Вызывает привыкание!;

— Мужики в форме — 2 шт. Аналог оборотного зелья (Срок действия — 3 часа) Важно! Требуется ДНК имитируемого объекта;

— Пьяный Санта — 2 шт. При употреблении генерирует случайный эффект (не рекомендую).

— Вот вроде бы всё — заключил я.

— Охренеть — после длительной паузы, наконец, прокомментировал Эстир.

— Неплохо, да?

— Это еще мягко сказано… — шаман бережно покрутил в руках один из пузырьков — Послушайте, а кто такой этот Август?

— Такой же выживший, что и мы. Школьный учитель с «России-17» — пожал плечами Герман, параллельно расчерчивая на песке поле, для игры с Хангвилом в крестики-нолики — И, в некотором роде, напоминает Полковника. А в чем, собственно, дело?

— Он явно не тот, за кого себя выдает. Видишь ли, все эти зелья явно приготовлены по какому-то особому уникальному рецепту и имеют отличающиеся от оригинала названия, однако у каждого из них на аукционе есть схожие аналоги. Подсказать, не ниже какой категории и стоимости? Или умному достаточно?

— И что это значит?

— Это значит, что для изготовления подобных шедевров требуются годы кропотливой работы и практики, а также целая кладезь дорогих и крайне редких ингредиентов. И потому создать нечто подобное, находясь на территории начальной зоны, просто-напросто невозможно.

— Он прав, Гер — согласился я — Слишком многое в последнее время указывает на то, что Август знал и умел на порядок больше, чем кажется. И мне по-прежнему непонятно одно: зачем ему было скрывать это от нас?

— А это важно?

— Разве нет?

— Лично мне абсолютно без разницы. Дед оставил о себе исключительно положительное впечатление крайне мудрого, доброго и порядочного человека, неоднократно спасшего жизнь, как мне, так и тебе. И если о некоторых моментах он намеренно умолчал, то значит, так было нужно… прошу прощения… ХА! Ну, наконец-то! Винни, ты проиграл!

Буквально распираемый от чувства гордости Герман нарочито медленно зачеркнул указательный пальцем тройку ноликов.

— Поздравляю.

— У-а?

— Реванш? Нетушки, мой пушистый друг, не сегодня. Сегодня я хочу сполна насладиться победой.

— У-р-р!

— Нечего жаловаться. Ты и так постоянно выигрываешь. А другим, между прочим, тоже нравится побеждать.

— Насчет Августа, пожалуй ты прав. Не так уж это и важно на самом деле.

— Ну так.

— Ладно, господа, а теперь предлагаю поспать — я поудобнее устроился в принявшую форму спины песчаную выемку — В ближайшие пару часов все равно делать нечего.

— Согласен.

— И Глас — обратился я к шаману, глядя на него сквозь полуприкрытые веки — Будь добр, вынь из кармана зелье и положи его обратно в коробку.

— Ой, прошу прощения — виновато улыбнулся Эстир — Привычка.

— Ничего страшного.

* * *

— Влад! Псс! Ты спишь?

Сквозь сон я почувствовал, как кто-то тянет меня за рукав.

— М? Что случилось?

— Гляди — ошарашенный Герман многозначительно перевел взгляд к себе на колени, где сладко посапывал кошачий медведь.

— Батюшки… Чудеса в решете.

На моей памяти это был первый и единственный случай, когда Хангвил уснул на ком-то третьем, помимо Августа и меня.

— Вот и я о чем — радостно прошептал тот — Это он сам. Я его не брал.

— Вот и не спугни. Спи дальше.

— Погоди.

— Ну что опять?

— Я есть хочу!

* * *

— Парни, хотите прикол? — спросил шаман спустя пару часов — За то время, что мы спали, солнце не сдвинулось ни на миллиметр. Предполагаю, ждать заката мы можем очень и очень долго.

— В смысле?

— В прямом.

— Ай да Аргентавис… — я недовольно цокнул языком.

— И что нам теперь делать?

— Идти прямо так. Других вариантов я все равно не вижу.

— Угу. Сдается мне, что первое испытание нам подсунули на выносливость.

— Не так уж это и страшно — Герман аккуратно выглянул на улицу.

— Это пока. Через пару дней ты почувствуешь себя как никогда плохо. А затем, мучаясь от жажды, все чаще и чаще будешь думать о том, чтобы убить себя и начать испытание с чистого листа. Я говорил, нам предстоит серьезная проверка на прочность и мужество.

— Делов-то — хмыкнул танк — Продолжать двигаться вперед и не умирать.

— По-твоему это так просто?

— А что сложного? Представьте, что мы в качалке. И готовимся к конкурсу «Мистер Олимпия». Шаг левой, шаг правой. И далее по кругу, до тех самых пор пока мозг не перестанет командовать мышцам сокращаться. Того и гляди доберемся до цели. Ну, или умрём.

— Хм.

— Вынужден признать, что ты гораздо умнее, чем кажешься — задумчиво улыбнулся Эстир.

И в этом, пожалуй, я полностью был согласен с шаманом. Да, напарник не блистал интеллектом и не часто произносил длинные заумные фразы, однако в нем была какая-то простая житейская мудрость, присущая скорее буддистским монахам. А ведь и, правда, кто сказал, что всё должно быть именно сложно? Надо идти — значит будем идти, ни больше ни меньше.

— Сомнительный комплимент.

— Что ж, была, не была — сказал я, отгибая присыпанный песком кусок одеяла.

* * *

Мы шагали практически двенадцать часов кряду. И это было тяжело. Катастрофически тяжело.

Вскоре после выхода из убежища я осознал, что в рамках данного испытания именно я — самое слабое звено, потому как я никогда в своей жизни не отличался особой выносливостью. Я по-прежнему ненавидел бегать, прыгать, часами крутить педали и приседать. Думал, тренировки Августа поправят ситуацию, но нет. Горбатого могила исправит. Или, как когда-то выразился Герман: «Медведь остается медведем, даже если его на море отвезти».

Поэтому последние пару часов я плелся в самом хвосте колонны, держась исключительно на морально-волевых, и то и дело рискуя свалиться с гребня того или иного бархана. Даже Хангвил в какой-то момент меня пощадил, телепортировавшись на широкое плечо напарника.

Под конец я уже всерьез начал подумывать о том, что и не такая уж и плохая идея вложить все оставшиеся очки параметров в выносливость, однако и тут Аргентавис подготовил для нас неприятный сюрприз — функция была заблокирована. Как, впрочем, и механизм обретения новых способностей. Помнится, что еще во время боя с привилегированными я повысил восприятие до 45 единиц, но с тех самых пор так и не успел разжиться очередным заклинанием.

Выкопав новую яму и обустроив убежище, мы молча перекусили, старательно экономя воду, после чего завалились спать, чтобы спустя пару часов проснуться все как один с больной головой — сказывалось обезвоживание.

Пара минут на сборы, перемещение всех тяжелых предметов в «хранилище» и ботинки вновь утопают в песке по дороге к выходу из этой залитой солнцем горячей преисподней.

Хотя откуда мне было знать, что мы направляемся в нужную сторону? Скорее наоборот. Вокруг царило настолько неестественное однообразие, что если бы не отсутствие ветра и следов, то я бы запросто мог заподозрить, что мы ходим кругами.

— Герман, ты меня поражаешь! — нарушил тишину Эстир, спускаясь с очередного бархана.

— В смысле?

— Я всегда считал качков эгоистами. И нарциссами. Ну знаешь, теми индивидуумами, что зациклены на внешнем виде и готовы чуть ли не передёгривать, любуясь в зеркало на свой идеальный мускулистый профиль. Внешне брутальные, однако, стоит надавить — потечёт. И мы увидим, как вчерашний повелитель качалки и тестостероновое животное рыдает как девочка из-за того, что не в состоянии вовремя закинуться бэ-цэ-ашками и чётко следовать графику шестиразового питания. Но ты не такой. Вообще никаких жалоб!

— Долго репетировал?

— Последние полчаса.

— Оно и видно.

— Просто больно сознавать, что я уже и сам готов вскрыться от этой нестерпимой жары, в то время как главный претендент на жалобы спокойно себе шагает и молча терпит все невзгоды.

— Что я могу сказать? — пожал плечами Герман — От характера зависит. Встречаются и такие, как ты описал. Прямо точь-в-точь. Мы их еще называли розовыми слониками.

— Любопытное прозвище — прокомментировал я.

— Влад, а ты как?

— Бывало и лучше.

— Звучит как «отвратительно».

— Так и есть. Однако сдаваться я не собираюсь.

— Похвально. Кстати, а что у нас по воде?

— Три с половиной литра. Как раз по одному литру на каждого и полтора стакана Хангвилу. Ему, к счастью, много не надо. А затем всё.

— Не всё. Есть еще один вариант, правда малость экзотический. Только что идея пришла в голову.

— И какая?

— В момент бегства из поселения я попросил тебя кое-что украсть. С ящиком, к сожалению, ты напутал. Я указал на левый, а ты своровал правый. Хотя в целом, тоже неплохо.

— И что в нем?

— Растяжки для ткача Дженкинса.

— Отлично. Получается, мы обокрали одного из братьев?

— Не переживай. У него их в избытке.

— И какая нам с этого польза? — спросил Герман.

— В данный момент никакая. Для нас главное — вторая коробка. В ней должна быть утопленная в соломе пятерка кристаллов с одним из наиболее распространенных типов зачарования. Взрыв — плохо, огонь и молнии — отвратительно, лёд — хорошо, а ледяные шипы — превосходно. Последние, как вы уже могли догадаться, можно активировать, затем быстренько выкорчевать лёд и растопить на солнце. Вот вам и вода. Но это при условии, что нам повезет.

— А нам повезет?

— Будем надеяться. В любом случае вскрывать коробку придется тебе. Как единственному обладателю восьми единиц удачи.

— Кстати о ней…

— Да ради бога! — перебил шаман — Обязательно спрашивать об этом сейчас? У меня и так уже в горле наждак. Да и что тут непонятного? Аксиденция — невероятно полезный параметр, эффективность которого зачастую невозможно измерить. Одному кирпич упадет на голову, а на тебя просто птичка покакает. И потом ты целый день будешь ходить и ворчать, что тебе не везет. Сам посмотри. Мы с Германом сдохли — ты нет. Гуднахар попал тебе в ногу, хотя запросто мог угодить прямо в сердце. Оказался один посреди вооруженных до зубов привилегированных — как никогда вовремя появляется Хангвил, и так далее.

На последней фразе шагающие впереди Герман и Эстир синхронно споткнулись и покатились вниз по сползающей по склону куче песка.

— Ага, ясно.

Аккуратно спустившись следом, я решил не откладывать вопрос в долгий ящик и просто-напросто вскрыл коробку. Без каких бы то ни было камланий, медитаций и скрещивания пальцев.

— Что и следовало доказать! — обрадовался Шаман — Ледяные шипы.

— Надо же. Сработало.

— Слава богу!

— И сколько с них можно собрать?

— Смотря, как быстро мы будем это делать. Навскидку по 15–20 литров с каждого. Может больше.

— Глас, ты молодец! — я похлопал шамана по плечу — Нам этого хватит надолго.

— Обращайтесь.

— Ура! Будем жить! — светящийся от радости Герман нахлобучил на голову, свалившееся при падении подобие чалмы, и, не дожидаясь остальных, снова двинулся в путь. А спустя минуту неожиданно громко запел:

Þat mælti mín móðir,

at mér skyldi kaupa

fley ok fagrar árar,

fara á brott með víkingum,

standa upp í stafni,

stýra dýrum knerri,

halda svá til hafnar

hǫggva mann ok annan,

hǫggva mann ok annan.

— Что за язык? — поинтересовался Эстир.

— Древнескандинавский походу. Кажется, это песня из старого сериала про викингов.

— А-а-а, точно. То-то я думал, где её уже слышал? К слову, у него весьма неплохие вокальные данные.

— Согласен. Кстати, как думаешь, долго нам еще идти?

— Без понятия. Надеюсь пару-тройку дней, не больше.

Две недели спустя…

Последние четыре дня я испытывал невероятное сильное чувство апатии.

Из-за отсутствия смены дня и ночи я заработал глубокую бессонницу. Да и убийственная жара окончательно меня доконала, как и невозможность побыть в одиночестве или хотя бы уединиться на пару часов, что на удивление, стало для меня вторым по серьезности испытанием. Вместе мы шли, вместе рыли ямы и пытались отдохнуть. Уставшие, вонючие, с потрескавшейся обветренной кожей и мозолями, отзывающимися болью буквально на каждом шагу.

Наверное, все мы сталкивались с ситуацией, когда ощущая постоянный дискомфорт, окружающие люди вдруг начинают тебя раздражать. Без видимой на то причины. И именно это со мной и происходило, с чем я усиленно пытался бороться. Хотя и не только я один. Жизнерадостность Германа тоже вскоре сошла на нет. А Эстир так вообще, за последние пару дней не проронил ни единого слова, действуя скорее на автопилоте. Шел, копал, заваливался спать. И далее по кругу. Даже еды не просил. Напарник первым это заметил и, с тех самых пор, я просто-напросто материализовывал очередную порцию прямо у него на коленях.

Что уж там говорить? Если даже малыш Хангвил стал грустным и вялым, предпочитая 99 % всего времени проводить во сне.

Но хуже всего было не это. А то, что преодолев, по меньшей мере, четыреста километров пути, ситуация вокруг ни на йоту не изменилась. Все те же клонирующие друг друга барханы и застывшее в небе палящее солнце. Прямо как в первые минуты нашего здесь появления.

Наконец, спустившись с очередной кучи песка, я понял: всё, с меня хватит.

— Парни, я думаю далее продолжать бесполезно.

— Согласен — кивнул шаман — Это уже слишком.

— Народ, вы чего? — обернулся Герман — У нас еще остался один кристалл. Рано сдаваться!

— Гер, разве ты не видишь, что с этим местом что-то не так? Мы словно попали в замкнутый бермудский треугольник, где время напрочь остановилось! Посмотри на холм слева. Мы его уже проходили не менее тысячи раз. Как и тот, что находится справа. Стоит признать: мы делаем что-то не то. Поэтому думаю, будет правильно вернуться в начало и попробовать пройти испытание с чистого листа. На более низком уровне сложности.

— Я не согласен — покачал головой танк — Вернуться — означает отправить последние две недели коту под хвост и умереть. Допустим, мы сможем убить себя, но как насчет Хангвила? Ты сможешь взять нож и прирезать его? Я — нет.

— Чёрт… Про это я не подумал…

— Вот именно. Поэтому я считаю, что необходимо продолжать. Мы знали, что будет не просто. И раз уж нам выпало испытание с максимально доступным уровнем сложности, то значит, для его успешного прохождения необходимо выжать из себя буквально все соки. И даже чуточку больше.

— Что ты сказал? — вдруг резко переспросил Эстир.

— Необходимо выжать все соки…

— Господи, ну конечно! — схватился за голову шаман — Герман — ты гений!

— В смысле?

— Я тоже не уловил — не понял я.

— Мы должны избавиться от воды! Вылить её к чертовой матери! Всю, до последней капли!

— Зачем?

— А вы не поняли? Аргентавис не даст нам схитрить! С нашими запасами это не испытание, я всего-навсего пешая прогулка по горячей пустыне. Так не сработает! Мы должны дойти до тотального изнеможения и оказаться на границе жизни и смерти, чтобы уже тогда, из этой самой точки, совершить последний и наиболее трудный рывок.

— Бред.

— Да нет же!

— Да-да же! — Герман нервно прошелся взад-вперед — Предлагаешь поставить на карту результаты последних недель из-за пришедшего в голову спонтанного озарения?

— А чего мы добились? Кроме бесполезной траты времени, до крови стёртых ступней и килограмма песка в заднице? И это не озарение. Это яснознание! Шаманская способность, которая иногда включается сама по себе, как паучье чутьё. Я просто знаю, что это необходимо сделать. Ясно?

— Блин… да это… ай. Влад, что думаешь?

— Звучит и вправду дико, но тем не менее. Чем черт не шутит? — ответил я — Так или иначе, мы все равно сдохнем. Рано или поздно. Поэтому, будем пробовать.

— Безумие… — проворчал танк, а затем резко остановился, медленно открутил пробку и вылил в песок свою бутылку воды — Ладно, хрен с вами.

Земля впитала жидкость как губка и, казалось, даже не намокла. А получив последнюю порцию в виде кристалла и парочки ледяных шипов, извлеченных из «кармана абсолютной пустоты», мы почувствовали изменения — подул ветерок. Слабенький и едва уловимый, однако, для нас это было сродни арктическому циклону.

— Глядите! Ландшафт изменился! — радостно прокричал шаман.

И, правда. Стоило последней сосульке растаять, как в мгновение ока дублирующие друг друга барханы перестали быть похожими друг на друга. Одни стали шире и опустились, словно земля, наконец, расслабленно выдохнула, в то время как другие, наоборот, поднялись.

Сквозь один из просветов мы увидели маячащие вдалеке пики гор.

— Что и следовало доказать.

— Глас, походу только что ты стал мэром города под названием: «Я же говорил».

— Вот именно. Поэтому предлагаю в виде поощрения за старания и светлые идеи увеличить мою долю прибыли до законных тридцати трех процентов.

— Обойдешься.

— Вот ведь неблагодарные…

* * *

К сожалению, но радостная эйфория закончилась, толком и не успев начаться, ибо сходу напоролась на острые камни суровой действительности.

Причина все та же: организму требуется вода. Без неё нас, в первую очередь, ожидают: головокружения, головная боль и усталость, а затем — мышечные судороги, лихорадка и смерть. И это не считая мелочей в виде сухой кожи, учащенного сердцебиения и минимального мочеиспускания.

С момента «прозрения» Эстира прошло трое суток. Мы вышли за пределы песчаного массива и оказались в месте, наверное, куда более худшем, чем было до этого. Перед нами, на многие километры вокруг блестело высохшее дно соляного озера, напоминающее Солончаки Бонневилля, также известные как «Храм Скорости».

Белоснежная, твердая и гладкая как доска поверхность, многократно усиливающая солнечный свет и мелкодисперсная соляная пыль, попадающая в глаза и в каждую трещинку на коже.

Зуд, боль и непрекращающееся чувство жажды превратились в наших самых преданных спутников. И, слава богу, что среди их числа не было Гундахара. Мы его вообще не видели с тех самых пор, как десантировались посреди пустыни.

— Думаю, он сдох.

— Что? — прохрипел я.

— Говорю, он сдох.

— Кто?

— Генерал — ответил танк — Мертвый, так еще и с кожей черного цвета. Ты сам с собой разговаривал.

— А-а-а. Не заметил…

— Ой! Ой-йо-йой! Что вы, что вы… — послышалось ласковое бормотание позади — У нас все натриевые бомбы свежие… а селитра так вообще, загляденье… Что? По пять долларов за штуку? Ну-у-у, я даже не знаааю… хотя если подумать, вы такой импозантный мужчина…

— Глас, ты в порядке?

— Ля-ля-ля… жу-жу-жу… Мышки, мышки. Кошки, кошки. РОЗОВЫЕ ПАУЧКИ!

— Ясно. Гер, походу у него белая горя…

БУХ!

Шагающий впереди танк плашмя рухнул на землю.

— Герман! — испугался я.

— О-о-о! МАМА-СЛОНИХА! — шаман вдруг неожиданно резво подбежал к напарнику и вскарабкался тому на спину — Влад! Ты представляешь? Нам наконец-то улыбнулась удача! Это же огромное дикое животное! Скорее всего, самка! Необходимо срочно её приручить! А затем оседлать. Быстрее доскачем. С ветерком!

Я не стал церемониться и просто-напросто влепил Гласу увесистую оплеуху.

— А ну успокойся! И слезь с бедного парня!

Эстир кубарем откатился в сторону, что-то недовольно пробурчал и затих. А спустя пару минут заговорил уже более-менее нормальным голосом.

— Правильно говорят: добротный удар в морду заменяет собой пару сеансов у психоаналитика.

— Прозрел?

— Да.

— Хорошо.

— А тебе не говорили, что грешно издеваться над больными людьми?

— А ты сам-то себя слышал? И что это вообще такое было? Разве случаются подобные глюки от солнца?

— Нет, не случаются. Это корень Йора — шаман виновато развел руками — Капелька влаги и бодрящий эффект. Но если срок годности вышел, то иногда случаются краткосрочные казусы.

— Ясно. Читер. Как думаешь, что с Германом?

— Что-что. Батарейки сели. Здоровое тело требует прорву энергии. Гораздо больше, чем твоё или моё.

— Может самурая ему дать?

— А толку? Через пару минут все равно отрубится. Он же не пьяный и не под воздействием чар.

— Точно, чары!

Я спешно зарядил в Германа «ободрением».

— Ммм… — промычал танк, а затем медленно перевернулся на спину и открыл глаза.

— Гер, ты как?

— Догадайся… Я готов выпить воду из привокзального унитаза. Или засор из раковины.

— Идти сможешь?

— Думаю, да.

— А как долго будет действовать заклинание? — поинтересовался Эстир.

— Минуту.

— Стало быть, тебе придется постоянно его им поддерживать. В ущерб собственным силам.

— Я в курсе.

— Хм. Так себе идея конечно, но, в целом, можем успеть.

— Успеть до чего?

— Добраться до выхода — шаман указал в сторону темнеющей впереди области, которой минутой ранее и в помине не было, а затем ткнул ладонью мне за спину — А также убежать от него.

— Сука… — я глубоко вздохнул, прикрыв глаза — Там Гундахар, да?

— Собственной персоной.

— Далеко?

— Километров двадцать, может тридцать. И стремительно приближается.

— Ну, значит вот оно, финальный забег…

— Не бойтесь, парни — обретший, казалось, второе дыхание Герман поднялся на ноги и решительно зашагал в сторону выхода — Все будет хорошо! Мы успеем!

— Ты только бафы не забывай обновлять, окей? — прогнусавил Эстир.

— БЕГОМ!

* * *

Каково это? Бежать от смерти, понимая, что каждый последующий шаг тебя убивает? — Странно. Парадоксально. И отчасти бессмысленно. Однако разница все-таки есть. И когда на чашу весов было поставлено: умереть от истощения или быть разорванным в клочья безжалостным мертвецом, мы единогласно выбрали первое.

Это было больно. И тяжело. Чудовищно хотелось сдаться и бросить все к чертовой матери. Тупо забить. Однако никто из нас так и не посмел этого сделать.

И бог его знает, какие у каждого были на то причины. Страх смерти, банальное упорство маньяка или желание быть примером? — Лично у меня звучали в голове слова Августа о том, что именно так куют к себе мужество. И я наивно полагал, что если смогу выдержать это испытание воли, то уже никогда в своей жизни не стану прежним.

Гундахару не хватило всего сотни метров.

Я влетел в приоткрытые двери последним и тут же поскользнулся, сильно ударившись головой обо что-то твердое.

Вы погибли!

Текущий уровень: 9

Глава 8

Предложения о выборе точки возрождения так и не последовало.

Я материализовался ночью прямо посреди дремучего леса. Вокруг — ни души. Лишь кромешная темнота, по-осеннему пронизывающий ветер и очень странные звуки, как будто бы кто-то подвесил капельницу прямо над раскаленной плитой. Я слышал, как с коротким интервалом времени капли жидкости падают с высоты, ударяются о невидимую поверхность и за доли секунд испаряются.

— Ау! — тишина.

По ощущениям это были явно не окрестности поселения. И, судя по всему, даже не наша планета. Помнится, на Элирме одновременно всходило аж три луны, а тут светилась всего-навсего одна. Да и та бордового цвета.

Получен урон: 5 ед. — мигнуло оповещение NS-Eye.

— Что за…?

Я резко встал и тщательно ощупал собственное тело. Странно. Ни боли, ни изъянов, ни даже царапин.

— Чёрт бы тебя драл! Вот это фиаско… — послышалось недовольное ворчание — А всё так удачно складывалось твою мать!

— Герман, это ты?

— О, привет!

— Привет. Ты случаем не в курсе, где мы?

— Без понятия. Сам только что воскрес. Да и помер так тупо! Просто сел на камушек передохнуть и всё. Нечестно!

— Мда. А Хангвил с Эстиром где?

— Здесь.

— Уа.

— Вы тоже умерли на ровном месте?

— Да.

— Это просто бред! — продолжал сокрушаться танк — Не понимаю, зачем делать испытание, если его заведомо невозможно пройти? Три недели боли и страданий в помойку! И не потому, что мы сглупили или сдались, а просто так. Ради забавы!

— Влад, будь добр, включи свет.

— Минуту.

Я извлек из «кармана» светильник Августа и ввел нужную комбинацию, близоруко придвинув сферу к кончику носа.

Поток мягкого желтого света разом изгнал порожденные испуганным воображением снующие тени.

Как оказалось, мы материализовались неподалеку от четырехметровой угольно-черной стелы, расположенной на крошечном каменистом участке в окружении невероятно жуткого леса. Мертвые, красно-рыжие и абсолютно голые стволы деревьев, одинаково воздевшие к небу поломанные ветви, будто бы сама природа единовременно застыла в ужасе а, умирая, попыталась прокричать: «сдаюсь».

Сомнений не оставалось: в этом месте нет жизни. Только холод и смерть.

— Ужас. На кладбище и то поуютнее.

— Как с языка снял.

— А вот и наши вещи — танк указал на четыре силуэта из праха.

Получен урон: 50 ед.

Меня вдруг резко скрутило в приступе рвоты.

— Влад, что с тобой? — забеспокоился Герман — Ты в порядке?

— Да… кхарр-тьфу… нормально. Сейчас. Дайте мне минуту.

— Ничего себе у тебя голос охрип!

— А ты думал, так блевать — отозвался шаман, задумчиво трогая себя за лицо — Чёрт. Кажется, я сгорел на солнце. Ни у кого, случаем, нет увлажняющего крема?

— Тебя лишь это сейчас волнует?!

— Нечего срываться на мне, многоуважаемый танк. Я просто-напросто констатировал факт. Кроме того, у тебя самого морда ничуть не лучше моей.

— Да плевать мне на морду. Что делать будем? Воу! — Герман аж подпрыгнул на месте — Народ, меня что-то только что укусило! Кажется.

— Уа!

— И не тебя одного. Меня тоже — Эстир так и остался невозмутимо сидеть на камнях, втирая в лоб и щеки какую-то зеленую слизь — И нечего так смотреть. Это всего-лишь алое. Нашел во внутреннем кармане рюкзака. Хотите?

— Обойдусь.

— Значит так — продолжил шаман — Есть три новости: хорошая, плохая и крайне отвратительная. С какой начать?

— С хорошей. Всегда с хорошей!

— Испытание не закончилось. Мы по-прежнему находимся на территории подземелья «Врата Аргентависа».

— А плохая?

— Плохая новость заключается в том, что моё «паучье чутьё» буквально вопит от ужаса, недвусмысленно сигнализируя о нависшей угрозе, однако я решительно не понимаю в чем дело. Белиберда какая-то, из тупого набора слов… Скорее всего, это означает, что воздух, которым мы дышим отравлен. Но это не точно. И последнее: сложность испытания изменила правила.

— Поясни?

— Мы не покинем подземелье пока не пройдем его до конца. Так что теперь остается либо продолжать двигаться вперед, минуя переходы один за другим, либо сразу вставать в очередь за билетами до кладбища душ.

— Ты же говорил, что если мы умрем, то всё? Финиш!

— Да, я так думал. И обычно именно это и происходит, однако, не в этот раз. На моей памяти это вообще первый и единственный случай, когда испытание не заканчивается смертью.

— Получается, убей мы себя в пустыне, то все равно бы ничего не изменилось?

— Да.

— Отлично! Просто здорово! «Нам нужна максимальная сложность, парни» — передразнил шамана танк — Превосходный совет. Молодец!

— А я знал, что Гундахар увяжется следом? Это из-за него система посчитала нам средний уровень, как тридцать девятый! Уверен, за всю историю существования 49-й Начальной Зоны подобного ни разу не происходило.

— Тоже мне, провидец.

— Ой, да что я вообще перед тобой оправдываюсь? — обиделся Эстир — Правильно говорят: невежество всегда очень говорливо.

— Чья бы корова мычала!

— Заткнись.

— Ладно, не ссорьтесь.

Получен урон: 500 ед.

Я болезненно сжался, на мгновение ощутив ту самую гамму непередаваемых ощущений, что я уже испытывал в момент инициации и персонального визита системы. Будто бы миллионы крошечных молний прошивают моё тело насквозь.

— Бууээ!

Германа и Гласа синхронно стошнило.

— Ух…ё.

— Гер, ты мне только что напомнил Питера Гриффина.

— Господи… тьфу… и у тебя еще остались силы шутить?

— Прости. Это — реакция на стресс.

— Всяко лучше, чем паника — согнувшись в три погибели, прохрипел Эстир — Чёрт, кажется у меня зуб выпал…

— Ничего. Вставим тебе новый. Если выберемся отсюда.

— Ага, именно что если.

Получен урон: 5000 ед.

Вы погибли!

Текущий уровень: 8

* * *

И снова пронизывающий холод, темнота и вселяющий необъяснимый ужас потусторонний мистический лес.

Герман, Хангвил и Глас материализовались следом за мной.

— Уа!

— Ты прав. Это уже бесит.

— А я вот прямо как сердцем чуял, что не стоило возвращать «вечные факелы» братьям. И зачем только вас послушал? Азиз, свет!

— Да ищу я! — я ускоренно ползал по толстому ковру из праха, силясь найти выпавшую из рук сферу Августа.

Получен урон: 5 ед.

— Так, господа. Началось.

— Судя по логам — задумчиво протянул шаман — Что-то невидимое наносит нам урон тактами с интервалом в одну минуту. Причем с каждым разом его сила увеличивается в десять раз. Стало быть, нам осталось жить чуть менее четырех минут. Понять бы еще что это…

— Необходимо срочно убираться отсюда — сказал я, наткнувшись во тьме на чей-то ботинок.

— Куда? В чащу? Посреди глубокой ночи?

— А у тебя есть другие варианты? Или ты думаешь, что лучше остаться здесь и подыхать до рассвета?

— Ты прав — выдержав небольшую паузу, согласился танк — О! А тут тепло…

Наконец, я нащупал увитый магическими символами светильник.

— Герман? — я посветил в сторону усевшегося неподалеку от стелы напарника — Ты чего затих?

— Он мёртв — мрачно прокомментировал Эстир.

— Как мёртв?

— ЭО, СТОЙ!

Всего три шага по направлению к телу Германа и интерфейс NS-Eye буквально взрывается сильнейшими помехами, сдобренными тысячью сообщений.

Получен урон: 1 000 000 ед.

Вы погибли!

Текущий уровень: 7

* * *

Немного запоздало, но до нас, наконец, дошло: любое, даже самое кратковременное промедление гарантированно приведет к катастрофе. Точка возрождения раз за разом нас убивала, причем делала она это с эффективностью опытного палача: всего четыре минуты, а затем — смерть.

Через час стало заметно светлее. Ночь отступила. Багровая луна пропала, а над головами простерлась, сгущаясь, странная мгла, отдающая кислым привкусом металла и запахом плавильного цеха.

Однако нам было решительно не до этого.

Возродившись практически одновременно с Германом, мы тут же кинулись искать и упрятывать «выпавшие» вещи в «хранилище», а затем, дождавшись шамана и кошачьего медведя, бросились, куда глаза глядят. Отныне сомнений не возникало — необходимо срочно бежать отсюда. И желательно как можно дальше.

Перед смертью мы успели преодолеть не более пары километров.

Всё это время мы отчаянно неслись сквозь нагромождение погибших деревьев, раз за разом обдирая кожу об острые поломанные ветви, и натыкаясь на странного вида глыбы камней: все до единого черные и, на удивление, горячие.

Вы погибли!

Текущий уровень: 6

* * *

Через час ситуация с точностью повторилась, но за одним исключением: на этот раз мы материализовались уже на другой точке возрождения, неподалеку от ржавого пруда, чей пологий берег был усеян пластиковым мусором, скелетами погибших животных и островками сложно идентифицируемых механизмов, в совокупности иллюстрирующих собой некий тоскливый образ памятника жертвам коррозии.

Судя по всему, смертельная пробежка не прошла для нас даром и мы хоть немного, но продвинулись чуточку вперед, что, так или иначе, вселяло в нас призрачную надежду: мы действуем правильно. Необходимо лишь продолжать двигаться вперед. Без промедления.

Получен урон: 50 ед.

— Вот дурья башка! — шаман бежал позади, ежесекундно хлестая себя по лицу — А еще провидец называется! Дурак ты Эстир, а не провидец! Так и знал, что те эксперименты с поганками добром не закончатся. Совсем мозги атрофировались! Ну, причем? Причем здесь какие-то русские бабы?!

— Уа!

— Что за бабы? — спросил Герман, перепрыгивая через очередной черный камень.

— А я откуда знаю? — огрызнулся Глас — В голове так и стучит, будто молотом по наковальне: «Маша! Маша! Маша!». Затем: «Катя! Катя! Катя!». И далее по кругу! Бред!

— О боже! — я в ужасе остановился, пропахав ступнями глубокую борозду.

Остальные проделали тоже самое, как будто бы чья-то невидимая рука резко дернула за стоп-кран.

— Что такое?

— В чем дело?

Три пары глаз непонимающе уставились в мою сторону.

— Неужели тебе это о чем-то говорит?

Я нервно сглотнул, набираясь смелости озвучить предположение.

— Последнее имя Нина?

— Как ты узнал? — удивился шаман.

— Мать твою…

— Да что?

— Влад, давай уже, говори!

— Я знаю, что нас убивает, парни… И это не яд.

— И что же?

— Радиация… — выдохнул я — «Зона К», «Зона М», «Зона Н». Катя, Маша, Нина! Так называли наиболее загрязненные участки крыши на Чернобыльской АС! И эти чёрные камни вовсе не камни. Это — куски графита.

— Господи… — Эстир плавно опустился на землю.

— Это что же получается? — Герман побледнел — Я сел задницей прямо на кусок ядерного топлива?

— И не только сел, но еще и прислонился погреться…

— Не понимаю, в чем смысл? Зачем это Аргентавису? Это уже не испытание, а какое-то чистой воды издевательство с проверкой на эрудицию.

— Нет — шепотом отозвался шаман — Я говорил. Аргентавис присматривается, изучает нас. Извлекает из самых потаенных уголков души глубинные страхи, а затем заставляет встретиться с ними лицом к лицу. По-очереди. Я не уверен, но рискну предположить, что первым он проверял Эо на силу воли и боязнь прослыть слабаком, а теперь, видимо, настал мой черед.

— Ты боишься?

— Вы даже не представляете насколько… Я вырос в семье, где нас с детства стращали ядерной войной с Россией и Северной Кореей. И этот страх был настолько силён, что очень и очень глубоко укоренился в моем сознании.

Да, это была чистая правда. Судя по выражению лица Эстира и сильной дрожи в коленях, я понял: он действительно находится в тихом ужасе. На грани истерики.

Получен урон: 500 ед.

— Глас, не бойся — сказал я, как только чудовищная вспышка боли угасла — Через минуту мы снова умрем, но я уверен, все будет хорошо. Мы справимся. Теперь понятно, что идти строго по-прямой — ошибка. Мы будем двигаться медленно и аккуратно, огибая любой из кусков графита за километр. И таким образом спокойно доберемся до следующего перехода. Хорошо?

— Хорошо — немного отстраненно кивнул тот.

— Не переживай, друг — улыбнулся Герман, ободряюще хлопнув шамана по плечу — Ну вырастет потом третья рука, ничего страшного. Отрежем.

БУХ!

— Гер, вот и кто тебя за язык тянул…

Получен урон: 5000 ед.

Вы погибли!

Текущий уровень: 5

* * *

Новая тактика оказалась правильной. Скорость нашего передвижения упала до минимальных значений, однако на данном этапе это уже было не существенно. Главное — мы оставались в живых и медленно, но верно, продолжали продвигаться в сторону выхода.

Опытным путем мы вскоре обнаружили, что вокруг каждого из кусков графита существует некая невидимая сфера диаметром в пятнадцать метров, переступив за которую мы тотчас же получали урон в зависимости от имеющейся стадии заражения: 5, 50, 500 или 5000 единиц.

И всё бы ничего, за исключением того факта, что чёрные «камни» были разбросаны буквально повсюду. Причем некоторые их них лежали настолько плотно друг к другу, что нам то и дело приходилось сперва долго идти вперед, а затем примерно столько же по времени возвращаться назад и раз за разом искать обходные пути.

Один из таких переходов уберег нас от неминуемой гибели. Мы как раз уселись под деревом, пристально изучая окружающее нас «минное поле», когда в нескольких десятках метров показался Гундахар. И если мы тихонечко крались по лесу как мышки и боялись лишний раз хотя бы пикнуть, то генерал Игвов передвигался с грациозностью атомного ледокола. Впереди камень — к черту камень! Мешает дерево — нахрен дерево, да будь оно трижды проклято!

Гундахар был в ярости. И не только потому, что у него никак не получалось догнать трёх слабаков, но также и по причине того, что по каким-то необъяснимым мотивам его заставили проходить начальное испытание, будто бы он вовсе и не бывший генерал великой армии нежити Рамногора, а всего-навсего жалкий трясущийся от страха смертный червь.

— ЭНКВИЭ ТХОН!

Два мощных удара и грохот падающих деревьев.

— Матерится? — шепотом спросил Герман.

— А ты как думаешь? — ответил Эстир — И заткнись, пожалуйста. Пускай он уберется подальше отсюда. Тогда и поговорим.

— А что ему вообще от нас надо? — снова спросил напарник, как только звуки бешенства Гундахара стали едва различимы — И почему он так настойчиво хочет нас убить?

— Потому что он — наиболее скверная комбинация двух отрицательных факторов: во-первых, он нежить, а во-вторых, Игв.

— Пояснишь?

— Игвы — это античеловечество. Наша полная противоположность. Мы здороваемся правой рукой, а они — левой. Мы целуем любимых после долгой разлуки, а они — бьют по лицу. Мы не приемлем рабство, а они становятся рабами добровольно и превозносят насилие. И на генетическом уровне ненавидят людей.

— Почему?

— Это связано с весьма трагичной историей их народа. Когда-то они были частью человечества версии 13В. Мир очень похожий на наш. Разве что более развитый. Одна планета, один спутник. Прямо как на Земле… — Глас прервался на полуслове, резко ухватив Германа за шиворот — Ослеп? Разуй глаза! Кусок графита лежит прямо перед тобой, в шестнадцати метрах!

— Ой. Спасибо.

— Пожалуйста, черт возьми! Напугал меня.

— Прости.

— Так и что там с тринадцатой версией? — мне хотелось дослушать историю до конца.

— Если коротко, то на той планете произошла чудовищная по размаху мировая война, в результате которой сторона победителей навсегда изгнала проигравших на не до конца терраформированную луну. Так и появились Игвы. Униженные, оскорбленные, бесконечно мучащиеся от холода, радиации и недостатка кислорода. Ими движет ненависть ко всем остальным цивилизациям, а также непомерно категорический императив их внутренней самодисциплины вперемешку с извращенными представлениями о справедливости. Поэтому и не мудрено, что при виде человека они буквально кипятком писают.

— Значит, далеко не все Игвы мертвецы?

— Разумеется нет, многоуважаемый танк — Эстир снова схватил Германа за шиворот, злобно указав на очередной выглядывающий из-под кучи древесной трухи «камень» — И для нас это еще один жирный минус. Потому как с живым противником хотя бы можно договориться. А Гундахар — нежить. А нежить отличает полнейшее отсутствие свободы выбора. Он не может передумать, помириться или вступить во временный союз соперников ради прохождения испытания. Так что в данном случае либо он нас, либо мы его. И я не удивлюсь, если на финальном этапе подземелья нам предстоит сражаться против этого монстра.

— Кстати, а вас это не удивляет?

— Ты о чем?

— О том, что мы тут ходим уже три недели, но так и не встретили ни единого монстра.

— Нет, Герман, не удивляет — ответил я — Полагаю, их и не будет.

— Почему?

— Потому что самое сложное испытание — это борьба с самим собой — философски ответил шаман — И очень скоро ты сам в этом убедишься. Следующее испытание для тебя.

— Ой-й-й — скривился танк — Только не это.

— Уа!

— О, кажется, Хангвил нашел выход.

— Так держать, малыш. Идём?

— Что-то мне совсем туда не хочется…

— Надо Герман, надо.

* * *

— Фу-у-у… Какая мерзость — простонал напарник, стоя по пояс в гнилом болоте — И это моё испытание? Не захлебнуться в гигантском отстойнике из дерьма или что тут еще плавает?

— Можно подумать ты один его проходишь — проворчал Эстир, отчаянно пытаясь балансировать на подводной коряге — Ты-то хоть высокий. А мне местами на цыпочках приходится стоять.

— Вот именно.

Я огляделся по сторонам. Повсюду насколько хватало глаз, была лишь мутная жижа и тина, с едва различимыми на горизонте фрагментами островков из грязи и пожухлой травы.

— И провизии не осталось… У меня уже живот болит.

— И почему ты в пустыне не ныл?

— Так там у нас была еда. А теперь её нет.

— Ясно.

— И куда же нам идти?

— Уа!

— Вот и ответ — улыбнулся я, ласково погладив рыжую макушку — Нам налево.

— Налево, значит налево.

* * *

Как показала практика — все познается в сравнении.

Раньше мы думали, что раскаленная пустыня — худшая часть испытания, но нет. Это была ошибка. Холодная, вязкая, исторгающая трупные миазмы трясина — вот что по-настоящему было жестоко, тягостно и нестерпимо.

В какой-то момент я не выдержал и психанул, истратив на «телекинетический удар» всю имеющуюся в запасе ману и пару инвольтационных батарей. Что-то склизкое постоянно касалось моего живота и ног, отчего мне всюду мерещились крокодилы, ядовитые змеи и чудовищные по своему внешнему облику «растлители-притворщики».

Остальные страдали не меньше моего. Разве что кроме Хангвила. Зверек, казалось, не испытывал ни малейшего дискомфорта. Скорее даже наоборот — ему это доставляло неподдельное удовольствие. Примостившись на высокой мачте в виде Германа, он олицетворял собой счастливый образ пиратского попугая, выцеливающего зорким взглядом наиболее удачные участки тропы. Уверен, умей кошачий медведь полноценно разговаривать, то в его «Уа» мы бы слышали: «Лево руля! Герман, двигатели на полную! Внимание! Наблюдается крен на правый борт! Выравнивай! Выравнивай!».

Через десять часов мучений мы, наконец, достигли суши и просто вывалились на берег, желая лишь одного — умереть.

— Это невыносимо — простонал шаман.

— Надо срочно чего-нибудь съесть. А не то я скоро сдохну от голода. И это не шутки. Мой NS-Eye уже каждые пятнадцать секунд сигнализирует о критическом истощении.

— Мой тоже.

Да уж. Ситуация действительно была хуже некуда. В пустыне мы голодали последние три дня. А после изнуряющего перехода по болоту сил и вовсе не осталось.

— Уа?

— Малыш, ты о чем? — спросил я.

— Уа!

Зверек многозначительно почесал лапкой мохнатое пузо, после чего из его крошечного межпространственного кармана вывалился наполовину заполненный пакетик астрафайрских сверчков.

— Уа?

— Он хочет с нами поделиться… — догадался я, чувствуя, что именно в этот самый момент я глубоко искренне и преданно полюбил этого рыжего мошенника.

— Винни — на радостях Герман не смог удержать в себе эмоций прослезился — Я хочу, чтобы ты знал. Ты самый лучший из зверей! Обещаю, я никогда этого не забуду.

— Как и я.

— У-р-р-р — послышалось довольное урчание.

* * *

Болота миновали.

На их смену пришел очередной пугающий темный лес. Однако, в отличие от предыдущего, в этом лесу ничто нас не убивало. И более того, тут были ягоды, грибы, съедобные растения и бьющие из-под земли потоки родниковой воды. Поэтому вопрос выживания оказался решен.

Минуло три дня.

Мы шли, занимались собирательством, укладывались спать, а затем снова шли. Шаг за шагом, километр за километром.

По идее, уже можно было облегченно выдохнуть и расслабиться, но обостренная бдительность никак не давала нам покоя. А причина этому была до боли проста: мы так и не сумели понять суть данного испытания.

Всё началось на четвертый день. В виде постепенно нарастающих ночных кошмаров, плавно перетекающих в череду устойчивых галлюцинаций.

* * *

— ААА!! — чудовищный вопль разбудил нас посреди глубокой ночи — ЧЕРВИ! ЧЕРВИ! ОНИ У МЕНЯ ПОД КОЖЕЙ! В ВОЛОСАХ!

Герман в ужасе носился по лагерю, разбрасывая вещи и наступая босыми ногами на тлеющие угли костра. Казалось, будто бы он этого и не замечал или ему было абсолютно плевать. Определенно, чувство боли — ничто по сравнению с тем животным страхом, что он сейчас испытывал.

Разомкнув глаза, я на мгновение успел увидеть отравляющую наш разум иллюзию: черные ядовитые змеи с немигающими глазами, гигантские сороконожки, тараканы, тарантулы и тысячи, десятки тысяч белесых червей. Они были везде. Выползали из ботинок, прятались на дне недопитых кружек, выглядывали из-под одеяла и медленно свисали с веток деревьев.

К превеликому счастью, меня отрезвил Хангвил. Я уже был готов схватить в охапку друзей и броситься в чащу, когда краем глаза заметил, как зверь вопросительно смотрит на Германа, будто бы искренне не понимая, что происходит. И именно это избавило меня от пугающего морока.

Насекомые и змеи разом исчезли. Будто бы их никогда и не было.

— ААА! ААААА!!! — напарник продолжал истошно орать.

— Гер! Успокойся! Все прошло! Их нет!

— ААААА!!

— Эо! Сделай с ним что-нибудь! — прокричал шаман.

«Успокоение». «Успокоение».

— ААА!!!

— Не помогает! Еще!

«Успокоение». «Успокоение». «Успокоение».

Я выстрелил по Герману не менее дюжины раз, прежде чем тот окончательно упокоился и медленно опустился на землю, прикрыв дрожащими руками лицо.

Повисла тишина.

— Дружище, ты как?

— Плохо… Не трогайте меня, пожалуйста.

— Кажется, я ошибся — задумчиво сказал Эстир — Это не персональные испытания. А наоборот. Они рассчитаны сразу на всех. Я тоже боюсь насекомых и змей.

— Как и я. И радиации, к слову, тоже.

— Это невыносимо — прошептал танк — Я больше не хочу в этом участвовать…

— Герман, соберись. Все это время именно ты был для нас маяком железобетонной уверенности и силы духа. Не время расклеиваться.

— Влад, я так больше не могу…

— Можешь!

— Нет.

— Еще как можешь — вклинился в разговор шаман — Потому как не стоит забывать кто ты такой. Ты — потомок могучего Велора. Прародителя всех воинов. Олицетворения доблести и стокилограммовых стальных яиц.

— Согласен.

— Ха — напарник наконец-таки улыбнулся — Вы правы.

— Вот и славненько. А я-то боялся, что тебя сложнее будет мотивировать. Ан нет. Упоминания прадедушкиных тестикул и героического мотива оказалось вполне достаточно. Даже немного обидно. С ребенком и то посложнее.

— Ну и сволочь же ты, Глас.

— Что правда, то правда.

Внезапно неподалеку от нас хрустнула ветка.

Мы круто развернулись в попытке разглядеть новый источник опасности. Но тщетно. Нетронутая половина костра продолжала освещать нашу крошечную поляну тусклым свечением, отчего пространство между деревьями превратилось в непроглядную тьму.

Через пару секунд хруст повторился.

— Что это? — испуганно спросил Эстир.

— Без понятия.

— К нам кто-то идёт.

— О боги! — шаман перешел на шепот — Кто? Гундахар? Так и знал, что он услышит твои дикие вопли!

— Это не он — ответил я, сумев различить контур приближающегося силуэта — Кажется это ребёнок!

— Опять иллюзия?!

— Не знаю. Всем быть начеку.

Я покрепче сжал посох, готовясь в любую секунду применить «Халколиван» и «Телекинез». Герман схватился за наливающийся красным меч и выставил перед собой щит, а шаман, в свою очередь, выудил из кармана некое подобие рогатки. Складывалось ощущение, будто бы он намеренно не хотел повторяться, и потому каждый раз доставал новое оружие.

Наконец, таинственное существо вышло на свет, и мы увидели мальчика. Подростка лет тринадцати.

— Здравствуйте — послышался робкий ломающийся голос.

— Привет — неуверенно поздоровался я — Мальчик, ты кто такой? Откуда?

— Меня зовут Каспар Хаузер. Я из Регенсбурга. Вы мне не поможете?

— С чем?

— Кажется, я заблудился — жалобно ответил тот — Мне нужно попасть в поместье Нойе Торштрассе. Вы не знаете где это?

Я задумался, мысленно приготовившись к худшему. Уж очень странные у него были ответы.

— Прости, но мы не видели здесь никакого поместья. А зачем тебе туда?

— Я хочу стать кавалеристом, как мой отец. Мне очень надо туда попасть. Пожалуйста, помогите.

На последней фразе Каспар горько заплакал.

— Господи — испуганно прошептал Герман — «Дитя Европы»…

Я повернулся к напарнику.

— Кто?

— «Дитя Европы». Одна из самых жутких и мистических историй 19-го века… У нас в Германии все её знают. Она так и называется: «Загадочная история Каспара Хаузера».

— Парни, а что с ним? — шаман кивнул в сторону ребёнка.

Мы посмотрели на мальчика. Тот лежал на земле. Мёртвый.

— Он умер?

— Что за чёрт?!

— А куда делось тело? — я не мог поверить собственным глазам. Только что я смотрел прямо на труп, но стоило моргнуть, как тот испарился.

— Та-а-к — протянул Глас — Кажется, я понял, с чем мы имеем дело.

— И с чем же?

— С безумием. Судя по всему, это место будет медленно сводить нас с ума, ввергая каждого в леденящую душу пучину кошмаров, пока мы не покончим с собой или не поубиваем друг друга. И чем больше мы будем спать, тем сильнее будут становиться иллюзии.

— Не одно, так другое — проворчал танк.

— А как долго человек может продержаться без сна?

— Пять суток, в среднем. Но это касается среднестатистического жителя Земли. Как будет с нами на другой планете — не знаю. Может больше, может меньше.

— ЭАННА! ЭАННА! ЛЮБОВЬ МОЯ! — послышалось громкое эхо — Я ЗДЕСЬ ЭАННА! ПОЖАЛУЙСТА, НЕ УХОДИ! НЕ БРОСАЙ МЕНЯ! УМОЛЯЮ…

— А это еще что?

— Гундахар.

— Он что, плачет?

— Похоже на то.

— Невероятно — Герман был в шоке — А я-то думал он безжалостный и злобный мертвец.

— Одно не отменяет другого, многоуважаемый танк. Жестокость всегда подстилается сентиментальностью. Это закон дополнения. Даже Гитлер был вегетарианцем и любил собак.

— Мда.

— Думаю, пора отправляться — резюмировал я — Будем идти днем и ночью, чтобы не уснуть на ближайшем привале. И если будет худо, то предлагаю принимать по капле «весельчака» и «самурая». Также постараюсь стимулировать вас «ободрением». Или «страхом». Да и вообще чем угодно, лишь бы вырабатывался адреналин.

— Хороший план. А кофе осталось?

— Нет. Выпили еще на болотах.

— Эх, зря я весь корень Йора сожрал… — грустно вздохнул Глас — Надо было хотя бы горсточку про запас оставить.

* * *

Нас вырубило на третьи сутки.

Мы стойко держались из последних сил и по капле принимали зелья Августа, однако в какой-то момент нас будто бы подкосило. Казалось, что сами кусты и деревья распускали вокруг усыпляющие споры и окуривали нас парами опия.

Я проснулся от громких криков и звуков борьбы. А разлепив тяжелые веки, увидел, как напарник жестоко избивает шамана. Да так, что тот ничего не мог ему противопоставить и лишь отчаянно пытался прикрыть руками лицо.

— ГЕРМАН! ЧТО ТЫ ДЕЛАЕШЬ ТВОЮ МАТЬ? — заорал я, бросившись их разнимать — НЕМЕДЛЕННО ПРЕКРАТИ!

— НЕ ПОДХОДИ!

Танк резко ухватил Эстира за волосы и выхватил меч, направив остриё клинка в мою сторону.

— Тебя это не касается! Я убью его! Убью эту суку!

Я почувствовал, как сердце уходит в пятки. Напарник плакал. А линии на его руках полыхали двумя красными факелами.

— Герман, успокойся! — я примирительно поднял руки вверх — Объясни хотя бы, что происходит?

— Я узнал его! Прошло почти двадцать лет, но я его узнал! Это он!

— Кто?

— Тот водитель! Пьяный сирийский беженец! Это он в тот самый роковой день выехал на встречку и убил моих родителей! Отца, маму… ааа… — Герман изо всей силы ударил шамана по спине.

— Влад, помоги-и-и… — прохрипел Эстир — Я не знаю, что этот дурень несет… Я в Германии то ни разу не был…

— ЗАТКНИСЬ! — еще один мощнейший удар.

— Герман, Глас прав — я сделал шаг вперед — Тебя мучают иллюзии. Это всё не по-настоящему. Вспомни. Ты рассказывал, что тот водитель умер по дороге в больницу. Так? Тогда как он мог оказаться здесь?

— Я тоже об этом думал. С того самого дня, как мы встретились. Но это он! Клянусь тебе! Видимо он как-то выжил, а затем угодил сюда! Ты понимаешь, что это значит?

— …что тебя глючит… идиот…

— Это значит, что вселенская справедливость существует! Эта мразь лишила меня всего! Семьи, счастливого детства, материнской любви и заботы… А теперь я лишу его жизни!

— Герман, нет — я покачал головой — Ты ошибаешься. Это не он.

— Ах вот оно что… — напарник посмотрел на меня красными заплаканными глазами, наполненными чудовищной яростью — Так значит, ты с ним заодно?

— Что?

— ААА!

Вы погибли!

Текущий уровень: 4

* * *

— Какой же ты идиот — вновь проворчал шаман, огибая очередные кусты.

— Парни, простите меня, пожалуйста — Герман грустно плелся в самом хвосте колонны — Я не знаю, что это было. И практически ничего не помню. Помню только невыносимое отчаяние. И жгучее желание покончить с собой.

— В следующий раз именно с этого и начни. Проклятье! А Хангвила то ты за что убил? У малыша вообще теперь третий уровень. Бедняга.

— Уа!

— Я не знаю.

— Мда. Теперь надо быть вдвойне осторожнее — сказал я — Третий и четвертый уровни — это уже опасно.

— Не то слово. Особенно если учесть, что где-то рядом ошивается Гундахар 157-го.

— Я оплошал. И всех подвел. Мне очень стыдно… — Герман продолжал каяться, понурив плечи и глядя себе под ноги.

— Нет, Гер. Ты не виноват. Все дело в этом проклятом месте. Поэтому никто не знает, что случится в следующий раз, когда мы уснем.

— Да, Эо прав — согласился Эстир — Но ты все равно идиот. Потому как я ни капли не похож на сирийца.

* * *

Вы погибли!

Текущий уровень: 3

— Еще один… — послышалось очередное ворчание Эстира, стоило мне материализоваться у точки возрождения.

— Что случилось?

— А ты не помнишь?

— Почти ничего. Только чувство глубокой обиды и ощущение, что меня жестоко предали. А под конец было такое же, как и у Германа, нестерпимое желание покончить собой.

— Если коротко, то после того, как мы в очередной раз уснули, ты грубо разбудил нас посреди ночи и принялся поносить, на чем свет стоит. Наговорил очень много гадостей, особенно Герману. Повторять не хочу. Скажу лишь, что даже для моего извращенного слуха это было крайне жестоко. Потом завязалась драка. Ты вылил мне на голову бутыль серной кислоты, а многоуважаемому танку воткнул в грудную клетку вилку посоха, после чего выбил из него хребет и половину внутренностей ударом телекинеза.

— Черт подери… простите меня. А с Хангвилом что?

— Его ты, слава богу, не тронул.

— Гер — обратился я к старательно отводящему взгляд напарнику — Что бы я там не говорил, надеюсь, ты понимаешь, что это неправда?

— Понимаю — кивнул тот — Просто из твоих уст прозвучало именно то, чего я боялся.

— Расскажешь?

— Не стоит. Это лишнее.

— Ладно, встаём. Нам нужно двигаться дальше.

* * *

На четвертые сутки мы снова упали без сознания.

Я проснулся от жара и нестерпимой боли. Струя пламени ударила меня прямо в лицо и последнее, что я увидел перед смертью — развернутую «неваляшку», улыбающуюся мне жутким нарисованным смайликом.

Вы погибли!

Текущий уровень: 2

* * *

— Полагаю, это было моих рук дело? — спросил шаман, стоило ему воскреснуть.

— Верно. Придурок.

— Думаю извиняться бессмысленно.

— А стоило бы. Из-за тебя мы все теперь второго уровня.

— Уа!

— Зато чем меньше уровень, тем ярче ощущается привкус жизни.

— Нашел время философствовать.

— Спокойно, многоуважаемый танк. Пускай мы немного ослабли, но зато моё паучье чутьё только что принесло радостную весть: испытание безумием закончилось. Не сказать, что мы его прошли удачно, но тем не менее. Осталось лишь добраться до выхода. ПРОКЛЯТЬЕ!!! СЗАДИ!!!

— ЭНКВИЭ ТХОН!

ВАЙОМИ!

Вы погибли!

Текущий уровень: 1

* * *

— Вот скотина.

— Сраный Гундахар.

— У-а.

— Да уж. Попались, так попались.

Мы воскресли с разницей всего в пару секунд.

Генерала рядом не оказалось, однако, несмотря на это мы все равно бежали без оглядки не менее двух часов, прежде чем, наконец, решились остановиться и заговорить.

— Как думаете, почему он не остался караулить нас у точки возрождения?

— Да кто ж его знает? Быть может убить нас по одному разу оказалось достаточно. А может он, таким образом, с нами играется. Оставил на десерт, так сказать.

— Садист.

— Кстати, он выполнил своё обещание. Эо этого не видел, потому как погиб первым, но Гундахар действительно вырвал Герману сердце и сожрал. А вот меня просто-напросто разорвал пополам. Даже обидно. Ни тебе кровавого ворона, ни свежевания, ни колумбийского галстука. Столько лет просидел за решеткой, а фантазии как у австралопитека.

— Ты точно псих.

— Может и так, зато я точно знаю, где находится выход отсюда. Он во-о-он там — шаман ткнул указательным пальцем в просвет между деревьями — Прямо посередине того озера из мазута. Или нефти. Не знаю, что это.

Мы подошли ближе к самой кромке берега и замерли в испуганной нерешительности. Прямо перед нами простиралось чернильно черная гладь, напоминающая зеркало, в центре которой медленно крутился гигантский водоворот, как две капли воды похожий на ту самую воронку, изображенную на старинной фреске первых людей.

Сомнений не возникало — это выход. Необходимо было всего-навсего прыгнуть вниз, однако все наше естество буквально вопило от ужаса и отчаянно противилось это делать. Казалось, спрыгни туда и нас буквально засосет в подземную канализацию, где мы долго будем плыть во тьме и холоде, спускаясь всё ниже и ниже, и так до самого дна галактики. Места великой тоски и покинутости, сбежать из которого не в состоянии даже боги.

Хлоп!

Хангвил первым телепортировался на самый край воронки и просто-напросто плюхнулся вниз.

— Невероятно — прошептал Герман — У меня коленки трясутся от страха и кровь стынет в жилах, а для него это плевое дело. Все равно, что сходить в аквапарк.

— Раз он не боится, то значит и нам бояться не стоит — я шагнул в воду.

— Согласен — Эстир проследовал за мной — Остается лишь надеяться и молиться, что это нас не убьет.

— Чёрт… ох… Да за что же мне это? — напарник продолжал стоять на берегу, нервно переступая с ноги на ногу — Вот вроде бы никому ничего плохого не сделал. Ну, кроме тех привилегированных. Хотя они по идее сами напросились. А значит, я не виноват… чёрт…

— ЭНКВИЭ ТХОН! — послышалось далекое эхо.

— Ой, сука!

Герман пулей нырнул в толщу воды, разом опередив меня и шамана.

Мы проплыли до середины озера, а затем просто отдали себя на волю судьбе. И будь что будет.

* * *

За последние полтора месяца испытания мы успели насмотреться на множество странностей и не поддающихся никакому логическому объяснению вещей. И, честно говоря, я был на сто процентов уверен, что нас уже ничем не удивить. Однако то, что мы увидели при следующем переходе, находилось далеко за пределами нашего восприятия.

Это была дорога. Двустороннее шоссе. Серый асфальт, белые полосы. Ничего необычного. За исключением того, что висела она прямо в космосе.

Мы стояли на тропе, уходящей на тысячи и тысячи километров вперед, где в самом конце горел яркий солнечный свет. Справа и слева — бездонная пропасть. А позади — медленно надвигающаяся стена тьмы. Это была самая настоящая черная дыра, что двигалась прямо на нас, заглатывая дорогу со скоростью, чуть меньшей скорости пешехода.

Мы не строили предположений. Мы просто знали. Это — живое олицетворение истинного зла. Антикосмос. Дьявол во плоти. Стоит его коснуться, и твоя душа навеки будет низвергнута в пучину мук и страданий. И напрасно метаться, молиться, звать на помощь — тебя не услышат. Помощь не придёт.

Это чувство страха было не похоже на то далекое, привычное нам. Вопреки будничному отрицанию и доказательствам разума мы вдруг истово поверили: жизнь не заканчивается смертью. Она находит своё продолжение во множестве иных миров. Куда более совершенных и прекрасных, чем наш. Там есть существа, что живут одновременно в шести пространственных измерениях и сотнях временных. Спят на матрасах из света, а на обед едят гравитацию. Плавают по металлу и больно ударяются о пустоту. Нас тоже это ожидает, со временем. Мы лишь в начале длительного пути из череды трансформ и перерождений, однако, все это может оборваться прямо здесь и сейчас. Для этого надо лишь остановиться. Перестать идти. И тогда, следующая позади черная дыра сама нагонит нас.

И мы шли. День, второй, третий. Через неделю мы вдруг осознали, что нам не требуется ни вода, ни еда, ни воздух. Только сон. Он дарил нам силы и надежду, что рано или поздно, но испытание закончится. Иначе никак, ибо на карту было поставлено не только нынешнее существование, но и все грядущие.

Мы шагали по дороге в сторону солнца, спали на асфальте, затем просыпались и снова продолжали идти.

Так проходили дни. Дни перетекали в недели, недели — в месяцы, а месяцы — в долгие годы.

Через пять лет мы поняли, что начали стареть. А еще через шестнадцать — Эстир остановился.

Шаман замер всего в паре километров от надвигающейся черной дыры, задумчиво глядя в зияющую тьму.

Я остановился подле него. Герман рядом.

— Глас, поговорим? — слова дались нелегко. Мы не разговаривали уже пару лет, но не потому что поссорились, а потому что не видели в этом смысла.

— Я хочу увидеть дочь — спокойно сказал Эстир — Погулять с ней в золотом осеннем парке, купить мороженого, снова услышать её звонкий девичий смех, почитать на ночь сказку… Да… Очень хочу… Её звали Салли. Ей было девять. Она мечтала стать театральной актрисой. Не кино, а именно театр. Странно, правда? Родилась в двадцать первом веке и мечтала играть на сцене — шаман сделал шаг вперед — К сожалению, она умерла слишком рано. Боковой амиотрофический склероз, как у Хокинга. Некоторые люди умудряются прожить с этой болезнью долгую жизнь, а вот Салли не повезло. Но я выполнил её мечту. Записался на курсы актерского мастерства и стал выступать в местном театре. Хотя до этого работал обычным менеджером гипермаркета.

Эстир сделал еще один шаг.

— Почему ты раньше нам об этом не рассказывал?

— А смысл? Большая печаль не говорит. Она безмолвна. Да и каждый из нас кого-то потерял.

— Мне очень жаль, друг.

— Ничего. Та жизнь осталась в прошлом. Я уже и не помню её лица.

— Нам надо идти.

— Нет, Влад. Дальше вы пойдете втроём, без меня.

— Но почему?

— Потому что я устал. И больше не верю. Мы идём уже двадцать один год, но так и не достигли желаемой цели. Герман говорит: «всё будет хорошо». Я держусь за мысль: «а может быть обойдется?». Такая надежда теплится в душе каждого из нас. Без неё нельзя жить. Однако сейчас я чувствую, как она тлеет угасающей искрой, и понимаю: хорошо не будет. Мы живем и дышим лишь по инерции, когда внутри уже давно мертвы. И это заставляет меня испытывать невероятно жгучее чувство бессильной злобы и вспоминать о навсегда утраченных возможностях… Это как «кусание локтей» или «муки Тантала». Поэтому прошу тебя, Эо, просто дай мне уйти.

Я покачал головой.

— Не сегодня, друг мой, не сегодня. И если надо будет, то мы с Германом тебя свяжем и потащим силой.

— Вот именно — согласился напарник.

Шаман едва заметно улыбнулся.

— Вот ведь упёртые.

— Не смей сдаваться, провидец! Мы обязательно пройдем это испытание. Я знаю.

— Поклянись.

— Мы справимся. Клянусь

Эстир закрыл глаза и глубоко вздохнул.

— Кстати, меня зовут Мартин.

— Надо же — улыбнулся Герман — Двадцать один год скрывал своё настоящее имя, а сейчас вдруг взял и сказал. Исторический момент.

— Кто бы говорил, многоуважаемый танк.

— А что я? Это и есть моё настоящее имя.

— И почему я не удивлен?

* * *

Клятву я так и не выполнил.

Спустя еще восемнадцать лет Глас сильно постарел. А затем у него обнаружился рак. Его NS-Eye уже давно вышел из строя, однако по усиливающемуся кашлю и уплотнениям в области печени, мы догадались обо всем самостоятельно, без подсказок.

Последние несколько месяцев мы с Германом несли его на себе. Эстир превратился в овощ. Живой труп. Глубокого старика, кричащего от боли и впадающего в беспамятство.

В одну из ночей его разум на мгновение прояснился, и шаман нашел в себе силы уйти по-своему. Он покончил с собой. Выхватил нож и перерезал себе вены.

Мы с Германом плакали, когда смотрели, как черная дыра поглощает тело нашего старого друга.

В душе образовалось пустота, и идти стало заметно тяжелее.

А еще через восемь лет настала очередь следующего из нас.

* * *

— Как ты, дружочек? — я присел рядом с Хангвилом, ласково поглаживая седую макушку.

— У-а… — зверек поднял на меня слепые глаза, ткнулся носом в ладонь, а затем медленно опустил голову на землю.

Он тяжело дышал.

— А знаешь, мне недавно приснился сон — я аккуратно взял в руки крошечные лапки. Холодные и скрюченные, как при артрите — Что очень скоро мы выберемся отсюда. Осталось пройти лишь совсем чуть-чуть. Самую малость. Завершим испытание и заживем по-полной. Как тебе такая идея? Прокачаем пару уровней, снова помолодеем. Накуплю тебе целую тонну самых толстых и жирных астрафайрских сверчков. Вместе их и съедим. Ты ведь помнишь, какие они на вкус?

— У-а…

— Не помнишь? Ну, ничего, малыш, ничего. Уверен, что они очень и очень вкусные… А еще я вспоминал тот самый день, когда мы впервые познакомились. Ты был такой крошечный, лопоухий. И свесился с дерева так смешно, как коала. А потом потянулся ко мне, будто к старшему брату. Тогда-то я и понял: мы связаны.

— У-а…

— А помнишь, как ты забрался ко мне в рюкзак и прокусил бутылку? Я тогда еще подумал, что ты описался. Забавно. До сих пор как вспомню, то на смех пробирает. Да. Давно это было.

Хангвил грустно отвернулся.

— Малыш, ну ты чего? Пошли. Я тебя понесу. Совсем немного осталось.

Я наклонился и попытался взять фамилиара на руки, однако тот неожиданно зарычал и сильно укусил меня за ладонь.

Кровь густо покапала на асфальт.

— Нет, дружище — улыбнулся я — Так просто ты от меня не отделаешься. Куда ты, туда и я.

— Влад — морщинистая рука Германа мягко опустилась мне на плечо — Не надо. Не тормоши его. Оставь. Хангвил — зверь. А звери предпочитают уходить в одиночестве.

— Ты о чем?

— Неужели ты не видишь? Он умирает.

— Не говори глупостей, Гер. Этого не может быть — я покачал головой — И что значит умирает? Как? От чего?

— От старости.

Я глубоко вздохнул и опустил голову на колени. К горлу подкатил комок.

Герман прав. Я знаю это. И он знает это. Но я не был готов проститься со своим мохнатым мошенником.

— Так быть не должно…

— Таков естественный порядок вещей — голос напарника дрогнул — Хангвил прожил невообразимо долгую жизнь. И год за годом радовал нас своим присутствием, но теперь наступило время прощаться. Отпусти его. Будь милосерден.

— Долгую жизнь говоришь? — во мне вскипела злость — Вот только жизни он этой не видел! Я забрал его еще совсем маленьким, а через месяц мы оказались здесь! И всё! Вот и вся жизнь! И кто за это в ответе, Герман? — Я! Это из-за меня он повзрослел и состарился на этой проклятой дороге. Это неправильно. Это нечестно. Он не обязан расплачиваться за мои ошибки! Я должен это исправить.

— Но ты не можешь.

И это была правда.

— У-а… — послышался едва различимый стон.

— Малыш, я не уйду без тебя.

— Он говорит: «пожалуйста».

— Я знаю, что он говорит.

— Влад, я не смогу пройти испытание один. Без тебя. Поэтому теперь уже я тебя прошу. Отпусти его.

— Чёрт… — я извлек из «кармана» косточку. Ту самую, что подарил мне Хангвил в знак нашей дружбы. Маленькая, гладкая, круглая. Похожая на косточку авокадо.

Вот он. Конец.

Я тяжело вздохнул.

— Прощай, мой дорогой друг.

Я в последний раз погладил седую макушку и медленно встал.

— Пойдем, Герман.

Мы пошли по дороге вперед, а зверек так и остался лежать на дороге, свернувшись калачиком. Брошенный, умирающий, одинокий.

— Нет. Я не могу! — я резко развернулся и побежал назад.

— Влад… не надо — взмолился друг — Пожалуйста. Ты только мучаешь себя. Ничего уже не сделать.

— Нет, старина. Кое-что все-таки сделать можно… — прошептал я — Я хочу отдать ему свой уровень…

— Что?

— Система! Ты слышишь меня? — я посмотрел наверх — Я хочу отдать ему свой уровень! СИСТЕМА! Я ХОЧУ ОТДАТЬ ЕМУ СВОЙ УРОВЕНЬ! СИСТЕМА! Я ХОЧУ ОТДАТЬ…

Грянул гром.

Она стояла прямо посреди дороги. Струящаяся, словно выполненная из жидкого дихроического стекла, практически полностью прозрачная и запредельно могущественная.

— Я СЛУШАЮ.

— Я хочу отдать Хангвилу свой уровень.

— И ТЫ ГОТОВ ПОЖЕРТВОВАТЬ СВОЕЙ ЖИЗНЬЮ РАДИ ЖИВОТНОГО?

Звук потряс моё тело ударной волной. Я упал на колени, мучаясь от боли. Её голос буквально выжигал мозги. Сжимал в раскаленных тисках нервные окончания. Казалось, в нем была сокрыта мощь, способная расщеплять атомы и двигать галактики.

— Ради друга.

— НО ТЫ УМРЕШЬ. НАВСЕГДА.

— Пусть будет так.

Система молчала. Долго молчала. И, наконец, молвила:

— ВОЛЕН ТЫ ВЫБИРАТЬ: ОТДАВАТЬ ИЛИ БРАТЬ. ХОРОШО. Я ВЫПОЛНЮ ТВОЁ ЖЕЛАНИЕ. НО ДЛЯ ЭТОГО ТЕБЕ ПРИДЕТСЯ ВСТУПИТЬ ВО ТЬМУ.

Черная дыра мгновенно приблизилась, разом преодолев гигантское расстояние. Теперь до неё оставалось не более шага.

— Я готов.

Я заглянул в самое сердце живого воплощения зла, как вдруг краем глаза заметил, что Герман пристроился сбоку.

— Дружище — я повернулся к изрядно состарившемуся напарнику — Прошу останься и пройди это испытание до конца. Вместе с Хангвилом. Я пойду туда один, без тебя.

— Не указывай мне, что делать — мягко улыбнулся Герман и скрылся во тьме.

Я шагнул следом.

Пространство и время исчезло. Я падал вниз, ощущая, как распадаюсь на атомы. Стремительно превращаюсь в ничто, погружаясь в глубокую бездну антивселенной, когда в самый последний момент невидимая рука грубо выдернула меня из небытия.

Урок усвоен. Испытание «Врата Аргентависа» успешно завершено.

Глава 9

…после вас, доблестный воин. И Герман, поскольку мы еще живы, то я хочу, чтобы ты знал: если пойду я и долиною смертной тени, не убоюсь я зла, потому что ты со мной. Твой меч и его посох — успокаивают меня.

— Ох, и угораздило же взять к себе в группу второсортного актера…

Я сделал шаг вперед.

Всего один единственный шаг сквозь приоткрытые створки металлических дверей пещеры и подошва ботинка плавно опустилась на холодный каменный пол по ту сторону.

— Ну, вот и всё… — прошептал Эстир и бухнулся на колени.

Мгновение тишины.

Еще секунда на осознание произошедшего и пространство вокруг взрывается радостными воплями Германа.

— ГЛАС! Живой! Старый ты суицидник! Влад! Винни! Дорогие мои, до чего же я рад снова вас видеть! А ну-ка идите сюда! Дайте я вас обниму!

— Уа!

— Хангвил! — я бросился к виляющему хвостом кошачьему медведю.

— Куда! — широкая лапа напарника разом сграбастала меня и фамилиара в охапку, заключив нас обоих в стальные объятья. Причем его вторая рука уже притягивала к себе упирающегося шамана.

— … ну, не люблю я эти… телячьи нежности… — тихонько ворчал сжимаемый в «тисках» Эстир. Однако Герману было решительно наплевать.

— Ур-р-р — Хангвил довольно урчал и крутился волчком, поглаживаемый одновременно в четыре руки.

— Ха! Прекрасно выглядишь малыш! И шерсть то какая… свежая! Ты только посмотри на себя! Рыжий, пушистый, пузатый, красавчик же! А то в последние годы выглядел как старая облезлая шапка! Старуха Эльза как раз такую носила, прямо точь-в-точь.

— У-а!

— Да знаю, знаю. Сам тоже не торт. Но ничего. Испытание позади и теперь мы снова стали молодыми. Вот правда, я еще никогда в своей жизни не чувствовал себя настолько бодрым и полным сил! Уххх! Энергия так и прёт! И парни, знаете что — напарник вдруг посерьезнел и перешел на шепот — Я вас люблю, честно. Крутые вы все-таки мужики!

— Ой — поморщился Глас — Это так приторно, что и до диабета недалеко.

— И даже тебя, вредный ты говнюк.

— Ну ладно — шаман, наконец, растаял и заулыбался — Не думал, что когда-нибудь скажу это двухметровому накаченному амбалу, стоя посреди холодной пещеры на другом конце галактики, но я тебя тоже. И спасибо, что сдержали клятву. Без вас я бы испытание не прошел.

— Обращайтесь, многоуважаемый провидец.

— Кстати, Гер — опомнился я — Хотел спросить. А зачем ты шагнул во тьму? Система же чётко дала понять, что ей достаточно лишь одного из нас.

— Как зачем? — не понял напарник — Неужели ты забыл всё то, чему Август учил? Магу нужен танк. А задача танка — идти в авангарде. На острие атаки. Даже по дороге в посмертие. Я знал, что ты пойдешь следом за мной. И будешь меня прикрывать.

Вот теперь я растрогался окончательно.

— Герман, ты — герой.

— Хоть и не догадываешься об этом — поддакнул Эстир.

— Вообще-то догадываюсь. Ух! Старые вы мои пни!

* * *

Мы еще долго стояли в обнимку. Улыбались, смеялись, похлопывали друг друга по плечу и делились впечатлениями. Для нас это было некое новое доселе незнакомое чувство глубочайшей, если не сказать — глубинной, радости и ни с чем несравнимого восторга и изумления. Но в тоже время не слишком эмоционального, а разбавленного тем, что я бы охарактеризовал не иначе, как царственное спокойствие.

Возможно, со стороны это выглядело глупо или даже нелепо. Взрослые мужики, а плачут и обнимаются как девчонки. Но, по большому счету, нам было плевать. К черту условности! Мы снова молоды, полны сил и энергии, и готовы заново вкусить все прелести жизни на этой прекрасной и уютной планете. И боги, до чего же здесь было хорошо! Тут есть вкусная еда, сверкающий на солнце голубой океан, белоснежные пляжи, горы, пахнущие свежескошенной травой луга и, главное, живые люди. И даже эта сырая пещера казалась нам раем после тех долгих лет, проведенных вблизи черной дыры.

Через несколько минут мы почувствовали, как наши воспоминания начали плавно рассыпаться и отступать. Как морской отлив или сновидения вскоре после звонка будильника. Мы уже не видели картинку целиком. Лишь отдельные её фрагменты, зрительные образы, эмоциональные состояния и обрывки фраз. Однако это не значило, что мы лишались своего уникального опыта. Скорее наоборот: система очищала наши сознания, великодушно забирая себе воспоминания о боли, тяготах, лишениях и старости, и оставляя взамен то, что стало нашим стержнем, достоянием и источником внутренней силы, меняющей личность. Мы понимали: прежними уже не быть. Хотя, быть может, и не во всём.

«Несущий вечную стражу у истоков жизни и хранитель мира живых» — прозвучал напоследок голос системы.

Немного успокоившись, я отступил в сторону и глубоко задумался, потому как отчетливо осознал: то было не только испытание, но и столкновение лицом к лицу с тем самым злом, с кем в будущем нам предстоит сражаться. И, к сожалению, этого не избежать. Спрятаться и укрыться не удастся. Никому.

— Это противостояние несоизмеримых масштабов… — кажется, шаман размышлял о том же, о чем и я — Как можно бороться с настолько сильным противником? По сравнению с ним, мы даже не муравьи, а скорее молекулы.

— Маленькими шажками и частными победами — ответил я — Только так.

— Ну, вообще-то начало уже положено — Герман гордо ударил себя кулаком в грудь.

— Ты о чем? — удивленно покосился на танка Эстир.

— Я тоже не понял.

— Да тут произошло кое-что… — скромно замялся напарник.

— Ну и?

— Ты долго рожать собираешься?

— Короче, рассказываю. Дело было так: когда я падал во тьме, то за мгновение до смерти почувствовал чье-то незримое присутствие. Как-будто бы кто-то висел в воздухе прямо передо мной, словно призрак. Невидимый, но вполне реальный. Да еще и близко так. Сантиметров тридцать-сорок, не больше. Мне даже казалось, что я чувствую его дыхание.

— Та-а-ак.

— И что ты сделал?

— Что-что. Да вмазал ему со всей дури! Все равно ж терять было нечего. А так я подумал, что хоть погибну в бою, как настоящий викинг. И даже надпись о достижении проступила. Но почему-то я его так и не получил… Видимо сперва необходимо покинуть эту комнату — Герман коротко кивнул в сторону увитой рунической резьбой арки, перетянутой тоненькой пленкой силового поля — Однако в логах информация сохранилась. Хотите, зачитаю?

— Ну, давай, удиви.

— Итак — напарник приготовился, радостно потерев ладони в предвкушении нашей реакции — «Внимание! Получено достижение: «Отвага за гранью безумия». Вы первый и единственный человек во вселенной, что смог ударить Отступника и избежать наказания. Вы совершили Великое деяние и достойны божественной награды, однако расплата за это может оказаться чудовищно высока. Решать вам:

1. Вы принимаете награду и тогда вы навсегда впишете своё имя в историю. Вы обретете могущество и славу, завидовать которой будут даже боги. Вы получите 20 кг. божественной стали, +1000 ед. ко всем основным параметрам и +500 ед. к навыкам, а также собственную статую, установленную на Аллее Славы и в Саде Высоких Судеб. Однако тем самым, вы подпишете себе смертный приговор.

2. Вы отказываетесь от награды, и никто и никогда не узнает о вашем Великом подвиге, но взамен, вы сохраните главное: вашу жизнь и бессмертную душу».

Повисла гробовая тишина.

— Круто, да? — спросил Герман, так и не дождавшись нашей реакции.

— Это… это… да это просто жесть… — пробубнил шаман, нервно пожевывая кончик правого уса — И ты еще говорил, что я псих? Дружище, да по сравнению с тобой я — новорожденный котенок, ползающий по автобану… в час-пик.

— Хм, может я чего-то не понял? — танк озадаченно почесал затылок — Ну, огрел по башке какого-то Отступника! И что с того?

— Гер, ты дал в морду самому дьяволу…

— Ой.

Эстир судорожно сглотнул, переключив внимание на левый ус.

— Да это не «ой». Это — пипец.

— Да уж. Некрасиво получилось… Но он сам виноват! А как насчет моего личного пространства? Или на худой конец социальной дистанции в полтора метра?

— Господи, ты неисправим — тяжело вздохнул Глас.

— И что мне теперь делать? Отказываться от достижения?

— А ты как думаешь? Примешь награду, и тогда даже самый занюханный темный божок узнает о твоём великом подвиге и посчитает священным долгом тебя обнулить, а затем отправить посылкой прямиком к господину. Будешь потом заживо гореть в раскаленных могилах под стенами города Дита и как заведенный повторять: «Враг Отца Нашего, захвативший Небо путем неправедным! Да предадут забвению Имя твое, да погребут под пеплом Царствие твое, да лишишься ты силы и воли своей, о тиран, палач и деспот!».

— И знать не хочу, откуда в твоей памяти хранится картотека с сатанинскими молитвами — прокомментировал я очередное изречение шамана.

— Вообще-то, я весьма эрудированный человек. А эрудированные люди изучают вопросы под разными углами.

— Чёрт. Обидно — Герман продолжал раздумывать о своём.

— Понимаю, но лучше не испытывать судьбу.

— Вам-то легко говорить. А мне тут кучу очков предлагают. И двадцать килограмм божественной стали в придачу. Если грамотно распорядиться, то из этого слитка можно изготовить полноценный комплект лучшей во вселенной брони.

— Да, вот только тогда тебе и жить придется тоже в ней. Как и есть, спать и испражняться. Однако сперва нас с Владом раскатают и экстерминируют до состояния квантовой жидкости. Или того хуже.

— Ладно, я понял — грустно пробурчал Герман.

— Не расстраивайся. Быть может, система одарит тебя чем-нибудь взамен. В любом случае, очень скоро мы это узнаем.

Шаман пересек подземный коридор и направился к подрагивающей силовым полем арке выхода. Мы — следом.

Очередной переход и интерфейс NS-Eye разом накрывает цунами из вспышек и системных сообщений.

Вы получили 11-й уровень!

Вы получили 12-й уровень!

Вы получили 13-й уровень!

Вы получили 14-й уровень!

…

Вы получили 39-й уровень!

…

Получено достижение: «Друг зверей II ранга»

Заранда — повелитель животных царств, улыбается, глядя на вас. Отныне ни одно животное никогда не нападет на вас первым.

…

Получено достижение: «Друг зверей III ранга»

Заранда — повелитель животных царств, считает вас своим другом. Вы доказали, что судьба братьев наших меньших для вас не менее важна, чем судьба представителей вашего вида. Отныне в трудную минуту вы можете рассчитывать на помощь со стороны животного царства, однако старайтесь этим не злоупотреблять и не подвергать зверей неоправданному риску.

…

Внимание! Вы получаете «Дар Заранды».

Разблокирован дополнительный параметр: Мудрость.

Данный параметр является совокупностью просвещенности, рассудительности, силы воли, интуиции и здравого смысла. Влияет на вашу устойчивость к магическому воздействию, скорость применения заклинаний и их стоимость. Открывает доступ к способностям легендарного класса и выше.

Внимание! Мудрость совершенствуется автоматически и не может быть улучшена путем распределения свободных очков параметров.

…

Получено достижение: «И смерть здесь была»

Вы прожили жизнь полную тягот и лишений, а затем состарились, познав горечь утраты и заглянув в лицо самой смерти. В награду за это вы получаете уникальную одноразовую способность «Обманувший Харона» — секретный уровень, активируемый в случае вашего обнуления.

…

Получено достижение: «Святой»

Вы пожертвовали своей жизнью ради другого, и вернулись оттуда, откуда не возвращаются. В награду за это вы получаете уникальную одноразовую способность «Дыхание Серафима» — возможность вернуть к жизни любое существо в течение часа после его обнуления.

…

Получено достижение: «Я — сама неотвратимость»

Вы противостояли истинному злу в течение долгих 47 лет.

— Сопротивление темной магии +47 %;

— Мощь заклинаний против существ и явлений, порожденных темной магией +47 %.

…

Внимание! Своими деяниями вы предопределили собственное будущее, избрав для себя сторону света. Способности категории «темная магия» навсегда изъяты из вашего древа навыков.

…

Получено достижение: «Первая космическая»

Скорость вашего передвижения навсегда повышена на 20 %.

…

Внимание! Герман Велор, Эо О’Вайоми и Глас Эстир стали первыми людьми версии 21А, что смогли успешно пройти подземелье «Врата Аргентависа» на высочайшем уровне сложности. Упоминание о вашем великом подвиге навсегда будет вписано в исторические хроники всех Залов Славы Элирма.

Награда:

— Герман Велор: +20 ед. ко всем основным параметрам, +15 ед. к навыкам, золотой сундук Аргентависа;

— Эо О’Вайоми: +20 ед. ко всем основным параметрам, +15 ед. к навыкам, золотой сундук Аргентависа;

— Глас Эстир: +20 ед. ко всем основным параметрам, + 15 ед. к навыкам, золотой сундук Аргентависа.

…

— О-о-о, вот это ништяки! — Герман первым нарушил тишину — Вы тоже «мудрость» получили?

— Угу. И чувствую, что не зря мы столько страдали.

— Согласен — кивнул я.

— Хм — напарник уселся на пол, заново перечитывая список достижений — Разумеется, я ни на что не намекаю и пирожок всяко лучше, чем яичко, но вы случайно не заметили некоторую странность?

— Это какую?

— Мы получили по 20 ед. ко всем основным параметрам и много чего еще, но так и не выучили ни одного нового заклинания.

— А я вообще в минус ушел — сказал я, переключив интерфейс NS-Eye на древо навыков — «Страх» навсегда изъяли. Как и все, что касается навыков категории «темная магия».

— Это еще почему?

— Ну, я теперь вроде как святоша.

— А очки, затраченные на прокачку заклинания?

— Вернули. И конвертировали с заменой полярности. Так что теперь у меня есть лишние девять очков «святой магии».

— Так и круто же! Халколиван прокачаешь. Или еще что-нибудь, по типу исцеления.

— Да. Грех жаловаться.

— Однако вопрос по способностям все равно остается открытым.

— С этим все просто, парни — отозвался Эстир — Халява закончилась. Так что привыкайте. Это внутри 49-й начальной зоны мы изучали заклинания на автомате. А на большой земле придется действовать по старинке.

— Это как?

— Покупать, учить, искать, получать в награду, выигрывать в карты, выбивать за долги, воровать и так далее.

— Хм, ну ладно. Тоже сойдет. Кстати, а меня одного интересует, где генерал?

— Гундахар не прошел испытание — послышался низкий нечеловеческий голос.

— Ой — Герман вздрогнул, как впрочем, и мы с Гласом — Здрасьте.

Мы настолько сильно увлеклись разбором системных сообщений, что и не обратили внимания на двухметрового иссиня-черного ворона, замершего подобно мраморному изваянию прямо посреди широкого зала пещеры.

— Приветствую вас, герои.

— Добрый вечер — шаман коротко поклонился.

— Ты Аргентавис?

— Нет, потомок Вайоми. Я его сын, Арвантакернис. Прошу за мной. Награда ждет вас.

— Точно — тихонько прошептал напарник, хлопнув себя по лбу — Сундуки же остались. Прошу прощения, а далеко нам идти?

— Вы оказали неоценимую услугу моей семье, блестяще справившись с испытанием. И на одну ступень приблизили час возрождения моего отца — невозмутимо ответил ворон — Взамен вы станете первыми людьми 21-й версии, удостоенными великой чести посетить личные чертоги самого Аргентависа. Это место вне пространства и времени, где вы сможете восполнить силы и насладиться любыми удовольствиями на ваш вкус.

— Любыми? — переспросил Герман — Бесплатно?

— Да. Бесплатно.

— Хм. А если, к примеру, я захочу поплавать на надувной лодке в бассейне, что находится на борту круизного лайнера, который, в свою очередь, скатывается с горки гигантского аквапарка?

— Я не понимаю, о чем ты толкуешь, потомок Велора, но на любой вопрос ты получишь утвердительный ответ. В чертогах Аргентависа возможно всё. Вы ограничены лишь собственным воображением.

— Охренеть… А как долго мы сможем там находиться?

— Это место, где временное измерение отсутствует. Вы можете находиться там настолько долго, насколько сами того пожелаете. Но в этом мире часы для вас остановятся, и вы покинете чертоги ровно в то самое мгновение, как только туда войдете.

— Кажется, нам предлагают отпуск.

— Именно так, потомок Эстира. Вы это заслужили. Однако сперва, примите награду. Прошу, следуйте за мной.

Не расправляя крыльев, ворон медленно развернулся и двинулся в сторону вмонтированной в стену каменной плиты, отдаленно напоминающей ту, что мы уже видели перед комнатой архива первых людей. Те же руны, сложные геометрические символы и непонятные закорючки. Та же выемка с тускло подсвечиваемыми символами. Однако присмотревшись получше, я вдруг заметил, что знаки на кончиках пальцев разительно отличаются от тех, привычных нам. Пламя, камень, капля воды, воздушный вихрь и листочек дерева с отпечатком лапы животного. И более того, я точно знал, что в прошлом уже видел такие. Среди тридцати шести символов выгравированных на сфере Августа.

— Уа! — Хангвил плавно провёл крохотной лапкой перед моим лицом.

Я тряхнул головой. Мне показалось или…?

— Малыш, а покажи ка еще раз?

— Уа — зверек повторил движение.

Я обомлел. На миниатюрных пальчиках кошачьего медведя светились те же самые символы. Хотя я был готов поклясться, что за долгие пятьдесят лет проведенных бок о бок с Хангвилом я еще ни разу не видел ничего подобного. Раньше их попросту не было.

— Уа! — фамилиар переместился на другую сторону и аккуратно поскреб меня коготками по предплечью, недвусмысленно намекая на что-то важное.

Я повернул кисть ладонью вверх и обомлел повторно. Всего на мгновение, но я увидел, как уже знакомые крест, круг, квадрат, треугольник и лемниската трансформируются из человеческих символов в «звериные», а затем возвращаются в исходное состояние.

— Что за чертовщина?

— В тебе пробуждается спящая доселе частичка стихиалия, потомок Вайоми. Не бойся. Это — великий дар. К тому же, я вижу на тебе «печать друга» Заранды, повелителя животного царства. А это значит, что именно поэтому ты увидел то, что некогда было скрыто от глаз.

— О чем это он? — спросил Герман.

— Потом расскажу.

Тем временем, Арвантакернис ввел длинную комбинацию, и каменная плита плавно отъехала в сторону, открыв проход в крошечное помещение, отдаленно напоминающее кабину лифта.

— Высокий путь — пояснил ворон — Прошу, входите.

Пришлось потесниться. А точнее забиться внутрь как шпроты в консервную банку, ибо близкий родственник Аргентависа и Герман на двоих занимали не менее шестидесяти процентов свободного пространства.

— Ох, прямо как в старые добрые — простонал я.

Плита вернулась в исходное положение, кабина лифта медленно тронулась и поползла вверх.

Через пару минут нам заложило уши, а еще через минуту мы почувствовали, как начали двигаться не только по вертикали, но и куда-то вбок.

— Интересно, где мы?

— Предполагаю, что внутри самой статуи.

— Это не статуя, потомок Эстира. Однако ты прав, мы находимся внутри тела моего отца, чьи чертоги расположены на самом верху.

— Вот это да. Круто!

— Герман, тихо!

Кабину лифта сотрясли вибрации, а затем мы услышали постепенно нарастающий грохот тяжелых глухих ударов, очень похожих на биение сердца.

— Это?

— Да.

— Жуть какая.

— Вам нечего бояться. Вы — наши почетные гости. Первые за многие годы.

Наконец, поездка подошла к концу. Кабина резко остановилась, и мы буквально вывалились в гигантское овальное помещение.

Что удивительно, но пробежавшись беглым взглядом по полу, потолку и стенам, я обнаружил, что они целиком и полностью были выполнены из металла, причем без единого сварочного шва. Что само по себе было очень странно, ибо сомневаюсь, что хоть одна кузня на планете способна отлить километровую статую целиком. И если это так, то значит, Аргентавис действительно сразился с Рамнагором и после битвы обратился в груду металла, а не был построен древними альвами и дваргами. Хотя откуда мне было знать, на что способны жители Элирма? Пора бы уже прекращать мыслить категориями человека, выросшего в спальном районе Москвы.

Продолжая следовать за вороном, мы с любопытством крутили головами, стараясь в деталях рассмотреть окружающую обстановку, однако по большому счету рассматривать-то было и нечего. Всё было выполнено в духе аскетичного минимализма: пара десятков картин, несколько стеллажей с книгами, витрины с древними артефактам, пушистый ковер и широчайший кожаный диван, установленный напротив двух огромных окон. Каждое размером с пятиэтажный дом.

Впрочем, вы сразу поняли, что никакие это не окна, а глаза самого Аргентависа. И гигантское помещение, в котором мы находимся, является ничем иным, как его черепной коробкой.

— Прошу, располагайтесь. Вход в чертоги находится за магической печатью подле дивана. Там же вы найдете вашу награду. А пока, я оставляю вас одних. Если понадоблюсь, я буду рядом.

— Прошу прощения, а можно вопрос? — прокричал шаман, с интересом разглядывая одну из картин в дальнем углу зала — А кто это?

— Разумеется, потомок Эстира. Это — Икарониктерис. Ближайший друг и соратник моего отца, также известный как восемнадцатое чудо света.

— А это? — спросил Герман, ткнув указательным пальцем в изображение гигантского кабана.

— Это Динохиус. Пятьдесят девятое чудо света, расположенное в тридцати километрах к северу от Кхаз-Дуна, второго по величине города королевства гномов. И один из самых прославленных воинов последнего восстания Титанов.

— А это?

— Это Целинор. Семьдесят третье чудо света к западу от Интильской Заставы — видимо ворон смекнул, что так просто от него не отвяжутся, и потому принялся перечислять имена каждого из соратников Аргентависа по порядку — Гиенодон, Амфиционид, Смелодон, Девенга, Сиринга, Актаутикан, Оксиена, Аолинор, Рамнатирис и Торквемада.

У каждого из этих великих титанов была собственная уникальная и, по большому счету, трагичная история с одинаковым финалом. Однако самое интересное заключалось в том, что в моменте, когда Арвантакернис произносил название каждого из чудес света, на наших картах мгновенно отображались их точные координаты. Причем, многие из которых находились за тысячи и тысячи километров отсюда.

— Хм — я подошел к большому черному квадрату ни капельки не похожему на картину — А это кто?

— Интересно — ворон склонил голову на бок — Ты первый кто об этом спросил. Это — Диедарнис, прародитель мегалодонов. Сто шестое чудо света, что покоится на дне океана Вечной Мерзлоты к северу от архипелага Ледяных Виспов.

— А почему он черный? — поинтересовался танк.

— Потому что никто его еще так и не нашел — ответил Глас.

— Ты прав, потомок Эстира.

— О-о-о! Да нам же за информацию о его местонахождении столько бабок отвалят!

— Блин, Герман! — прошипел я, буквально кожей почувствовав, что ворону это решительно не понравилось — Язык без костей!

— Ой. Прошу прощения. Да это я так, образно. Брякнул не подумав.

— Отдыхайте, герои.

Арвантакернис широко расправил крылья, дважды ими взмахнул и исчез, растворившись в красочной вспышке портала.

— Эх…

— А могли бы столько всего интересного узнать. Но, в целом, Герман прав. Бурить километры льда и погружаться на самое дно здешней версии Ледовитого океана я не хочу и не буду. Думаю, вы тоже. А вот деньги нам однозначно понадобятся.

— Согласен — кивнул шаман — Но торговаться, чур, буду я.

— Я только «за».

— Вот и договорились. И раз уж теперь мы предоставлены сами себе, то предлагаю приступить к распаковке подарков. А то у меня уже чертовски чешутся руки.

— Во-во — поддакнул танк.

Сундуки мы обнаружили за диваном.

Каждый из них был выполнен из чистого золота и установлен на небольшом постаменте из белоснежного мрамора, в окружении богато украшенных подносов с фруктами, закусками и прохладительными напитками.

— Вот это я понимаю сервис — улыбнулся Герман — Не то, что Рамнагор. Тот просто бросил в нас сундуком мол, на, подавитесь. Причем там был один, а тут сразу три. И все именные. Жаль только, Хангвила обделили.

— Вообще-то не обделили — я указал на еще один крохотный сундучок, практически полностью скрытый под завалами из ростков бамбука, маринованных термитов и копченых сверчков.

— Уа!

Хлоп!

Я успел заметить лишь смазанный рыжеватый силуэт и две мохнатые лапки, цепко удерживающие пару колб с заклинаниями.

Мгновение и пустые «ловушки Пеннинга» отлетают в сторону, как ненужное барахло.

— Однако — удивился Шаман.

— А что он выучил? Кто-нибудь видел?

— Я не заметил.

— Малыш, не расскажешь?

— Уа!

— Секрет? — я пристально посмотрел на кошачьего медведя, игриво виляющего хвостом.

— Ур-р-р.

— Хм, ну ладно. Будь по-твоему.

— О БОГИ! Ну, нифига себе! — Герман буквально светился от радости, выудив из сундука обитый бархатом деревянный футляр — Парни, да вы только посмотрите! Ох-ре-неть!

Я сконцентрировал внимание на предмете.

Крюк-кошка «Зинг»

Класс предмета: легендарный

Материал: адамант

Длина цепи: 15 м.

Вес: 5 кг.

Неразрушимый

Эффекты:

— выстреливает крюком со скоростью 30 м/сек. и позволяет притягивать меньший по массе объект к вам или вас к большему по массе объекту, без использования физической силы;

— игнорирует показатель устойчивости;

— цепляется за любой известный материал;

- +15 к мощи способностей, относящихся к навыкам владения оружием.

— Вау… Поздравляю, Гер! Шикарная штука!

— Ха! Да я теперь бэтмен! — танк аккуратно вытащил из футляра крюк-кошку, напоминающую широкий металлический браслет — Интересно, а можно её нацепить прямо поверх наручей?

— Разумеется, можно — проворчал Эстир, недовольно всматриваясь в недра своего сундука — Не понимаю. Это что за хрень?

— Покажешь?

— Минуту. Я читаю описание… А нет! Не хрень! — всего за пару секунд настроение шамана поменялось на 180 градусов — Надо же. По правде говоря, я на такое даже не надеялся.

Вопреки ожиданиям, шаман выудил из сундука не увешанную драгоценными камнями блестящую побрякушку, а самую что ни на есть обычную сковородку.

Сковорода Барона Субботы (Вуду)

Класс предмета: легендарный

Материал: чугун

Диаметр дна: 30 см.

Вес: 3,27 кг.

Неразрушимый

Эффекты:

- +15 % к мощи созданных вами тотемов;

- +25 % к сроку существования созданных вами тотемов;

— 20 % к количеству ингредиентов, необходимых для создания вами тотемов;

- +5 % к вероятности создать тотем без использования дополнительных ингредиентов.

— Полагаю, благодаря этой штуковине твоё кунг-фу выйдет на новый уровень? — предположил я.

— О да. И к тому же сэкономит нам кучу денег.

— Мои поздравления.

— Влад, давай, теперь твоя очередь. Мне уже не терпится взглянуть, что там тебе выпало.

— Как скажешь.

Я запустил руку внутрь сундука и тут же ухватился за небольшой предмет с острыми углами и идеально ровными гранями. А достав его, увидел нечто, выполненное, казалось, одновременно из всех существующих во вселенной химических элементов.

Стихиалиевый Куб

Класс предмета: мифический

Материал: неизвестен

Длина ребра: 21 см.

Вес: 5 кг.

Неразрушимый

Примечание:

Мало кто знает, но когда-то очень давно четыре великих духа (Вайоми, Вларол, Повурн и Заранда), были обычными Маниками — стихиалиями-проказниками.

Миллионы лет спустя, вспоминая о временах былой юности, братья объединили усилия и создали уникальный по своей природе магический артефакт — Стихиалиевый Куб.

Используя данный предмет, будьте крайне осторожны. Природа воплощенных духов неподвластна человеческому пониманию. Для них гроза — это творчество, а ураган — полнота жизни. И то, что одарит вас сегодня, уже завтра может обернуться для вас настоящим проклятием.

Эффекты:

— Позволяет объединять, смешивать, улучшать и трансформировать предметы;

— Раз в сутки накапливает заряд, при открытии генерирующий случайный эффект или предмет (доступно зарядов — 3);

— Интегрируется с «карманом абсолютной пустоты».

— Кхм… — шаман прочистил горло — Влад, я могу быть откровенным?

— Конечно.

— Не будь мы с тобой близкими друзьями, то я бы не постеснялся ограбить тебя и убить ради этой штуковины.

— Завидно?

— Безумно.

— А в чем прикол? — не понял Герман.

— Это друг мой, наиболее близкий аналог Хорадрического Куба Нифалемов. И ко всему прочему имеющий потрясающую особенность, позволяющую раз в сутки генерировать случайный предмет. Насколько я понял, это может быть что угодно, начиная от килограмма спор сибирской язвы и заканчивая бриллиантами в десять тысяч карат.

— А, понял. Русская рулетка короче.

— Для нас да. А вот для Эо с его удачей — бесконечный источник артефактов и плюшек.

Я покачал головой.

— Я бы не был в этом уверен.

— Так может, опробуем?

— А давай.

Я бережно покрутил в руках Куб, пытаясь понять с какой стороны он открывается, однако видимых отличий на гранях так и не обнаружил.

Наконец, после череды безуспешных попыток, шаман высказал предположение:

— А может, надо проверить меню NS-Eye? Скорее всего, там должна была появиться специальная кнопка взаимодействия.

— Ты прав — кивнул я, наткнувшись на сразу несколько новых иконок.

Отодвинувшись как можно дальше, я на всякий случай сгруппировался и нажал кнопку «Сгенерировать».

Пару секунд Куб мягко переливался всеми цветами радуги, а затем его верхняя грань превратилась в крышку и плавно отъехала в сторону.

Я запустил внутрь руку.

— Ну? Что там? — Герман сгорал от нетерпения.

— Не знаю — я попытался идентифицировать предмет на ощупь — Что-то длинное, твёрдое… и колючее…

— Да доставай уже!

— Это туалетный ёршик — резюмировал Глас, как только я вытащил руку и явил миру сгенерированный Кубом предмет.

— Хм, артефакт говоришь? — я с досадой покрутил и выбросил предмет за диван.

— Эй! Эо, ты чего? — шаман тут же бросился подбирать — Он же золотой! Продадим потом за 100–150 монет. Быть может, какой-нибудь глава эльфийского клана или сумасшедший диктатор его купят. Нечего деньгами разбрасываться!

— Влад, а давай еще раз? — во взгляде Германа чётко прослеживались нотки азарта.

«Сгенерировать».

На этот раз я ухватился за прямоугольный кусочек картона.

— И что же это?

— Походу чьё-то семейное фото…

— Дай сюда! — лапа напарника бесцеремонно выхватила фотокарточку — О-о-о, да я его знаю! Это же известный британский актер. Ну, этот… как его… — Герман несколько раз щелкнул пальцами, силясь вспомнить имя мужчины — Бургеркинг Контрстрайк!

— Бенедикт Камбербэтч?

— Во! Точно.

— Забавно — задумчиво протянул Эстир — Стихиалии-проказники говоришь? Теперь понятно, откуда в тебе эти наклонности.

Я промолчал.

— Ладно. Посмотрим, что тут еще.

Немного разочарованный, Герман вернулся к своему сундуку и продолжил изучать его внутренности, параллельно закидываясь канапешками с ветчиной и сыром.

А я, тем временем, продолжал рассматривать мифический артефакт.

«Сгенерировать».

— О! А вот и компенсация за отказ от божественного достижения! — напарник гордо продемонстрировал превосходный мифриловый шлем, выполненный в духе греческого воина — Последняя недостающая деталь из комплекта Заступника Барки. Парни, теперь у меня есть полноценный танковый сет! УРА!!

— Поздравляю, дружище! Опа… — я вытащил руку из Куба и, коротко взглянув на зажатый в ладони предмет, не смог удержаться и громко заржал.

— Влад, с тобой все нормально?

— В чем дело?

— Ахахаха… ахахаха… так тебе и надо, засранец… глядите… — утирая выступившие слезы, я продемонстрировал уникальную карту Унд-Хеку с подписью:

Игв Гундахар, уровень 157.

Данное существо будет преданно служить и беспрекословно выполнять любые ваши приказы до тех самых пор, пока вы его не отпустите или же оно не погибнет.

Шамана и Германа буквально разорвало от хохота.

Через десяток секунд напарник уже бился в истерике, катаясь по полу и нежно прижимая к груди карту Унд-Хеку.

— Ты ж мой хорошенький! Красотуля моя! Наш маленький карманный генерал. У-тю-тю! Вы только посмотрите, какие мы тут сердитые!

— Ладно, Гер, хорош издеваться.

Посмеиваясь, я попытался опереться на сундук, однако промахнулся и провалился в него по локоть.

Получено: 10 000 золотых

Зачислено: 7 600 золотых

— Ай, чёрт! Тубус с монетами зацепил — веселое настроение разом улетучилось.

— И что в этом плохого? — не понял Эстир.

— А то, что, скорее всего, человеку по имени Амон Гёт в это самое мгновение пришла смс-ка из банка с сообщением о начислении двух тысяч золотых. И поскольку Стас хоть и подонок, но явно не дурак, то ему не составит большого труда сложить дважды два и прикинуть у какого выхода нас следует ожидать. Вряд ли за прохождение испытания на более низких уровнях сложности платят столько же.

— Хм, это — скверная новость.

— А оно нам надо? — спросил Герман.

— Ты о чем?

— Я думаю, что мы уже достаточно натерпелись. И до дна выпили чашу ужаса. С дерьмом. Поэтому хватит бояться, прятаться и убегать, как какие-то пацифисты-импотенты. Единственное чего я хочу, так это выбраться отсюда и порубить всех этих гадов в молекулярный фарш.

— Согласен — кивнул я — После всего того, что мы пережили, бежать — пошло.

— Уа!

— В таком случае, у меня есть идея. Предлагаю использовать чертоги Аргентависа не для отдыха, а в качестве испытательного полигона — предложил шаман.

— О да, детка! — обрадовался танк — Наконец-то!

* * *

Наверное, Арвантакернис бы сильно удивился, узнав, чем мы с друзьями там занимаемся. Потому как вместо ленивого загорания на тропических пляжах в окружении грудастых метисок и купания в иллюзиях роскоши с дорогим вином, трюфелями и устрицами, мы устроили самую что ни на есть полномасштабную войну.

Ворон не обманул. Мы действительно оказались ограничены лишь собственной фантазией и творческими способностями. И поэтому после парочки неловких попыток создать себе подобие тренировочного зала и полосы препятствий, мы резко перешли к более глобальным проектам.

В частности, на четвертый день я полностью воссоздал сцену из «Битвы Бастардов», где мы учились уворачиваться от скачущих лошадей, избегать смертельной давки и отражать атаки с разных сторон.

Шаман, в свою очередь, переместил нас прямиком на стены «Хельмовой Пади», где я вдоволь позабавился, ловя «карманом» вражеские стрелы и сбрасывая вниз Урук-Хаев.

А Герман пошел еще дальше. Он создал себе точную копию самого Гундахара и пообещал, что не покинет Чертогов Аргентависа до тех самых пор, пока не продержится против генерала хотя бы минуту.

Он выдержал две.

Разумеется мы понимали, что как такового реального опыта и навыков мы не получим, но, по крайней мере, в голове у каждого из нас начала складываться картинка того, как следует себя вести, угодив в гущу сражения.

Покончив с тренировками, мы приступили к подготовке снаряжения и крафту, где Глас проявил себя во всей красе.

Первым делом он заставил нас вывернуть карманы и отдать ему все имеющиеся ингредиенты. В том числе драгоценные камни. Желтый топаз, рубины, серпентины, цитрины, морионы и даже синие нефриты, выковырянные из серебряного сундука Рамногора. Все это пошло на производство тотемов, при активном использовании возможностей Стихиалиевого Куба.

Как оказалось, мифический артефакт мог объединить три обычных драгоценных камня, в один редкий. А три редких — в уникальный. От чего шаман буквально пищал от восторга, сходу заявив, что уже придумал, по меньшей мере, двенадцать разных способов того, как с помощью Куба можно относительно легко и быстро разбогатеть.

Также понимая, что обычной одеждой и кожаной броней нам уже не отделаться, мы с Гласом последовали примеру Германа и нацепили на себя по комплекту доспехов, снятых с тел убитых нами привилегированных. Смотрелись мы, конечно, немного комично, однако ощущения защищенности и чувства уверенности в себе заметно прибавилось.

И, наконец, перед самым выходом из чертогов мы приступили к вдумчивому распределению очков параметров.

Эо. Человек 39-го уровня. Версия 21А

Здоровье: 1100 ед.

Мана: 2000 ед.

Класс: отсутствует.

Специализация: отсутствует.

Доступно свободных очков параметров: 0

Доступно свободных очков навыков: 22

Доступно свободных очков навыков категории «святая магия»: 6

Основные параметры:

— Сила 50 (свободных ячеек — 2);

— Ловкость 79 (свободных ячеек — 5);

— Выносливость 50 (свободных ячеек — 2);

— Интеллект 100 (свободных ячеек — 4);

— Восприятие 65 (свободных ячеек — 3);

— Харизма 47 (свободных ячеек — 2).

Дополнительные параметры:

— Удача 8 (свободных ячеек — 0);

— Мудрость 10 (свободных ячеек — 1).

На удивление, но свободных очков навыков осталось более чем достаточно. Хотя я по максимуму прокачал «Искажение», «Щит Халколиван», «Ободрение», «Успокоение» и «Телекинетический удар». Все они застыли на 5-м эпическом ранге, так и не добравшись до 1-го легендарного, из-за несоответствия требованиям по параметрам и отсутствия специальных ингредиентов. А «Карман пустоты» так вообще поднялся лишь на одну ступень до 2-го ранга, увеличив допустимый совокупный вес предметов до 10 тонн и радиус их извлечения до 15 метров. Как улучшать далее — понятия не имею. 100 ед. силы, 100 ед. выносливости и 200 ед. интеллекта — задача на ближайшее время определенно невыполнимая.

Остальные способности я трогать не стал. «Усиленный» и «Точный» броски вообще теперь казались мусором. Поэтому я решил, что пускай пока будут, но как только представится такая возможность, то я тотчас же от них избавлюсь или обменяю на что-нибудь более интересное.

А во всем остальном, получившаяся картина мне нравилась. И даже очень.

— А что означает «свободных ячеек — две»? — поинтересовался танк, вальяжно развалившись в гигантском джакузи.

— Предполагаю, что это замена автоматическому изучению заклинаний — шаман, в свою очередь, раскачивался на гамаке вместе с Хангвилом, попивая трехсотлетний коньяк — Раньше как было? Станет параметр кратным десяти — получаешь новую способность, связанную с этим самым параметром. Теперь халявных способностей нет, но кратность осталась. Понял?

— Нет.

— Если говорить простым языком — вмешался я — То ты не сможешь изучить столько заклинаний, сколько захочешь, потому как каждое из них занимает одну ячейку у того или иного параметра. К примеру: «Сокрушение» относится к силе, а «Провокация» — к интеллекту.

— Ага. А что насчет «рассечения»? Там же, как физический урон, так и магический. Да и точность нужна. Следовательно, это одновременно и сила и ловкость и интеллект.

— А что из этого доминирует?

— Не знаю.

— Ладно, тогда перефразирую. Пройдет ли урон по области, без взмаха твоего меча?

— Нет.

— Вот тебе и ответ. «Рассечение» относится к силе.

— Все равно это как-то сложно…

— Будьте любезны, прекратите скулить, многоуважаемый танк. Вы мешаете мне сосредоточиться.

— Ладно. В таком случае я всё.

— Я тоже — кивнул я, грея задницу на двухметровом солнце, заключенном в подавляющий жар мыльный пузырь — Выдвигаемся?

— Минуту — пафосно ответил шаман, удерживая бокал на аристократический манер — Господин Эстир еще не закончил.

* * *

— Герои, постойте — Арвантакернис нагнал нас аккурат у самого выхода из пещеры — Я хотел с вами поговорить.

Мы вопросительно уставились на ворона.

— Да?

— Признаюсь, я наблюдал за вами в чертогах. И то, что я увидел, вселило в меня надежду. Вы не поддались искушению навсегда остаться в рае собственного мира иллюзий, и не позабыли о вверенной Хранителем великой цели. Вы мужественны, решительны и не ожесточены суровостью пройденного испытания. И я понимаю, на вас возложено тяжкое бремя, о котором вы пока лишь смутно догадываетесь, однако я хочу предложить вам то, что может оказать существенную помощь в грядущей борьбе…

Вспышка!

Внимание! Арвантакернис, ворон 700 уровня предлагает вам задание: «Искупление Титанов»

Разыщите 106-е (Диедарнис), 107-е (Клингзор), 108-е (Юнкиф), 109-е (Цен-Тинь), 110-е (Сумэра) и 111-е (Намбата) Чудеса Света и пройдите их испытания на высочайшем уровне сложности.

Срок выполнения задания: нет

Награда за выполнение задания: в решающий час Аргентавис и его соратники воскреснут, дабы искупить вину и принять участие в Величайшей Битве света и тьмы, которую доселе не видывал мир.

Принять: Да / Нет.

— Оу.

— Неожиданно… весьма — шаман снова принялся нервно жевать кончик правого уса.

— Мы бы и помогли… — начал было я — Но у нас и так уже куча проблем. Особенно по части поиска моего предка. И к слову, вы случайно не в курсе, где его искать?

— Боюсь, этого не знает никто, потомок Вайоми — прогудел ворон — За исключением Хранителя Знаний. Его храм находится возле старой крепости Затолиса. Однако помните, вы сможете задать ему всего три вопроса, на которые мудрец никогда не ответит прямо.

— Что за Хранитель Знаний? — тихонько поинтересовался Герман.

— Дао, Акаши, Апейрон, Книга Жизни. У этого существа много имён, однако, смысл остается неизменным: он знаёт всё обо всех, с того самого момента, как зародилось время.

— Благодарю — я коротко поклонился — Это очень ценный совет.

— Так и что вы решили?

— Уа! Уа! Уа! — фамилиар запрыгал на месте.

— Хангвил говорит принимать — подметил танк.

— Хм, в таком случае…

Принять: Да / Нет.

— Да.

Параметр «Мудрость» увеличен на 1 ед.

Ворон молча склонил голову, а затем взмахнул крыльями и исчез.

— Прощайте герои… мир вам…

— Ууу-а.

— Мда. Час от часу не легче — протянул Герман, поворачиваясь в сторону выхода, до которого оставалось не более пятидесяти метров — Интересное задание, ничего не скажешь. Однако сейчас меня интересует совсем другое, ибо я буквально нюхом чую, что на той стороне нас поджидает огромная толпа врагов. В связи с чем, у меня вопрос. Вы как? Готовы хорошенько зарубиться и сбацать эпический рок-н-ролл?

— О да! — ответил я, покрепче ухватившись за посох — Давай Гер, командуй бит!

— Поехали — кровожадно улыбнулся шаман.

Глава 10

Наконец, бесконечная галерея подземных переходов закончилась. Мы прошли гору насквозь и спустились к самому её подножию. Впереди — залитая солнечным светом арка тоннеля, с доносящимся снаружи пением и щебетом птиц, жужжанием насекомых и плеском стекающих с вершины горных ручьёв.

На первый взгляд могло показаться, что стоит добавить в общую картину щепотку кружевных мостиков, ажурные беседки и пасущееся на изумрудном лугу стадо белоснежных единорогов, и мы, наплевав на безопасность, сразу же бросимся наружу, дабы петь и плясать в экстазе торжества освобождения, однако всё было с точностью до наоборот.

Мы стояли в напряженном молчании, наблюдая за тем, как шаман старательно вырисовывает схему расположения противника на обороте «тысячи утерянных заклинаний первых людей».

За минуту до этого он аккуратно забросил на улицу свой самый драгоценный тотем — маленький стеклянный шарик, издающий в полете едва заметный акустический импульс по типу сонара. Впрочем, глядя на полученные результаты, складывалось ощущение, что именно это он и был.

— Парни, как окажемся в городе, надо будет первым же делом обновить NS-Eye — тихонько прошептал Эстир — Такой это геморрой конечно. Так бы сразу сбросил вам все имеющиеся логи и скрины, а не изображал из себя нелепое подмастерье художника-баталиста. В общем вот, глядите.

Шаман закончил рисовать и передал нам схему, пристроившись сбоку.

— Прямо перед нами засада — скрытый под пологом невидимости декагон, диаметром в восемнадцать метров. В нём прячется человек тридцать, плюс минус. Есть пара повозок с какими-то клетками, телега с боеприпасами, медицинская палатка и намёк на присутствие чего-то большого и тяжелого. Скорее всего, боевого голема, но это не точно. Уж больно плавно двигается. Также на каждом из углов декагона тотем обнаружил по три заклинания. Одно из них — магическая печать блокирующая магию по типу той, что была у Полковника. Остальные установлены в произвольном порядке. Огонь, лёд, молнии, кислота, проклятия и так далее. В общем, самый что ни на есть «all inclusive», поэтому переть напролом, как изначально планировалось, не вижу смысла. Лучше обойти по краю. Однако за этим дело не ограничивается. Чуть правее, прямо возле кромки леса расположились еще три отряда врагов, по пятнадцать-двадцать человек в каждом. Но эти уже не скрываются, а сидят на виду.

— А уровни у них какие?

— В диапазоне от пятидесятого до сотого.

— И ты узнал всё это благодаря обычной стекляшке?

— Эта стекляшка стоит дороже твоего нагрудника, многоуважаемый танк — парировал Глас — К тому же она одноразовая, но однозначно того стоит. Все благодаря Стихиалиевому Кубу и Хангвилу, что добыл для вас целую гору цитринов, из которых удалось сделать один эпический камень и два уникальных.

— Уа!

— Хм — я попытался прикинуть возможные последствия прямого столкновения — Уж больно уровни у них велики. А нас всего четверо. Получается, по двадцать с лишним рыл на каждого.

— Считай, что пятеро. К тому же мы тоже себя не на помойке нашли. Плюс получили по 20 ед. ко всем основным параметрам, что автоматом ставит нас в категорию сильнейших людей, когда-либо покидавших территорию начальной зоны.

— В целом да, ты прав — согласился я — Но тут уже вопрос скорее не в силе, а в их количестве и имеющемуся арсеналу способностей.

— Значит, действовать надо быстро — сказал Герман — Атаковать так, чтобы и опомниться не успели. Как Август говорил: скорость важнее силы.

— Не знаю, не знаю — покачал головой Эстир — Мне как-то более привычно трусливо прятаться и бить исподтишка из-за укрытия, но решать вам. Влад, что думаешь?

— Думаю, что, несмотря на то, что рок-н-ролл и стелс прохождение — понятия диаметрально противоположные, мы все-таки сможем использовать элементы как того, так и другого.

— У тебя есть план?

— Угу.

— Выкладывай.

Я коротко пересказал свои мысли по поводу стратегии и тактики боя.

— Ха! — улыбнулся Герман — Последняя деталь из «один дома»?

— А почему нет? Для меня кинематограф всегда был источником вдохновения.

— Хм, некоторые тезисы весьма наивны, но, в целом, может сработать — задумчиво протянул Глас.

— А у нас, по сути, и выхода то другого и нет. Там же тоже не идиоты собрались. И скорее всего, нас уже обнаружили. А если и нет, то засекут в моменте, как только мы выйдем отсюда. Поэтому тихонько прокрасться в любом случае не получится.

— Тоже верно — согласился шаман, а затем покосился в сторону Хангвила — А он справится?

— У-а-а — фамилиар зевнул и флегматично продемонстрировал Эстиру средний палец.

— Понял. Прошу прощения.

— Что ж, раз все согласны, то тогда приступим — я достал из «кармана» пару увесистых свертков и протянул их кошачьему медведю — Давай малыш, твой выход.

Хлоп!

— Ваше здоровье! — Герман разом опрокинул в себя ядреный коктейль из смеси «стрекотуна», «весельчака», «джаггернаута» и «медоеда».

Глядя на всё это, шаман болезненно поморщился.

— Мне кажется, или это чудовищное испытание для перистальтики?

— Чего-чего?

— Не обделайся, говорю. Бог его знает, что за токсины плавают в этом вареве.

— Я бы не беспокоился на этот счет — прокомментировал я, а затем всучил Гласу собственную настойку из последних двух зелий — Пей. Тут наша порция. Герману — целые. Нам — по половинке.

— Фу. Обойдусь.

— Так, давай не выдумывай. Не припомню, чтобы ты был привередливым.

— Ага. А ты случаем не забыл, каким он стал вредным старикашкой под конец испытания? Так и хотелось остановиться и сдать его в ближайший дом престарелых.

— Я бы попросил.

— Всё парни, собрались.

* * *

Помню, еще во времена тренировок с Августом, «учитель» постоянно делал упор на простоту и эффективность. Буквально во всём. И долго и настойчиво вдалбливал нам в голову две прописные истины: 1) новое знание побуждает к нешаблонному поведению; 2) чем больше переменных у уравнения, тем меньше мы способны предвидеть.

Поэтому можно сказать, что я всецело последовал его заветам. План сражения был максимально прост и построен вокруг двух ключевых факторов: элементе неожиданности и чувстве страха. И пускай система лишила меня одноименного заклинания — не важно. К настоящему моменту я уже крепко накрепко усвоил знание о том, что исход боя можно легко переломить лишь немного травмировав психику человека. Что на удивление сделать было довольно просто, причем тысячей разных способов. И для этого вовсе необязательно стрелять по противникам специальной магией. Достаточно лишь дать начальный импульс, а остальное уже дорисует само воображение.

Однако, несмотря на замаячившие впереди шансы справиться с многократно превосходящим по силе противником, была деталь, вызывающая у меня чувство глубокого внутреннего беспокойства — неожиданная жестокость. Причем именно с моей стороны. То ли всему виною была череда смертей во время испытания, то ли сказывалась общая моральная усталость и желание поскорее избавиться от преследователей, но я ни капли не желал щадить противника. И в этом Август тоже оказался прав. Отныне любая драка, любое столкновение — это не школьная потасовка на перемене, где ты хоть и ненавидишь оппонента в данную минуту, но все равно стараешься хоть как-то контролировать силу удара и не бить одноклассника в пах. Нет. В вопросе выживания меня и моих друзей понятие чести более не стоит. Эти люди, кем бы они ни были, пришли сюда по наши души, дабы отобрать у нас свободу и жизнь, а значит, с ними я буду максимально злой, жестокой и подлой тварью. Я буду пугать, путать, обманывать, бить врага в спину, брызгать ему в лицо кислотой и буквально рвать зубами нежные глотки. Никаких больше правил, честных дуэлей, разборок один на один и драки на кулаках в стиле настоящих мужчин. Только прагматичность и холодный расчет.

Выпив зелья Августа, я активировал Халколиван и бросился на улицу. Моей целью был невидимый глазу декагон, так удачно расположенный прямо посреди окольцованной соснами живописной поляны, сквозь которую пролегала узкая тропинка, ведущая от «Подземелья Аргентависа» к большому тракту, проследовав по которому мы могли добраться прямиком до стен города Затолиса.

С виду, как ни посмотри, кругом была тишь да гладь. Приятный солнечный день, теплый летний ветерок и сочная трава, взглянув на которую измученное тело так и просилось остановиться и прилечь позагорать.

Да. Глядя на всё это природное великолепие, непосвященный человек бы подумал, что шаман ошибся, а его стекляшка — бесполезное барахло, если бы не одно «но»: перешагнув за границу пещеры, я заметил, как перелетающий с цветка на цветок шмель в какой-то момент пересек незримую черту и просто напросто исчез, а затем снова показался, но уже на пару метров правее.

Реакция привилегированных или тех, кто за ними стоял, не заставила себя долго ждать. Я успел преодолеть не более пятнадцати метров пути, прежде чем по мне забарабанил дождь из десятков стрел, арбалетных болтов и самых разнокалиберных заклинаний. Молнии, сосульки, кислотные лужи, огненные шары и вырывающиеся из-под земли руки мертвецов, пытающиеся ухватить меня за лодыжки — всё это находило на божественный щит, как коса на камень.

А я лишь бежал вперед и злорадно улыбался. Враги явно не знали, что у меня есть доступ к священной магии, блокирующей любые типы входящего урона. Как и не знали того, что прямо в это самое мгновение с высоты пятиэтажного дома на них падает почти девять тонн сталактитов. За что, кстати, стоило сказать отдельное спасибо Герману и его крюк-кошке. Лично я побоялся сбивать каменные наросты телекинезом, предполагая, что излишне мощное заклинание сможет вызвать «эффект домино» с целой вереницей массовых обвалов.

Выполнив поставленную задачу, я остановился как вкопанный и принялся считать про себя оставшиеся секунды действия Халколиван. Совсем скоро он пропадет, но поводов для беспокойства нет — в посох заряжено еще два. Плюс тот, что я мог применить прямо «с рук», после чего способность уйдет в получасовой откат.

Наконец, первые из сталактитов коснулись верхней части сферы декагона. Полог невидимости лопнул как мыльный пузырь, обнажив под собой выставленную в боевое построение группу привилегированных. Все до единого смотрели в мою сторону, но никак не вверх, что и стало для них роковой ошибкой. Словно в замедленной съёмке я видел, как мои «каменные копья» продавливают шлемы, утопают в наплечниках и глубоко вгрызаются в податливую плоть.

Разумеется, это касалось далеко не всех. Большая часть сталактитов угодила в молоко. Другая разбилась о прочные стальные и мифриловые доспехи. А третьи были вовремя отражены защитными чарами.

От атаки погибли считанные единицы, однако, главная задача была выполнена — мы посеяли панику.

Не прошло и секунды, как послышались болезненные стоны, испуганные вопли и крики, что только лишний раз будоражили спящий доселе инстинкт убийцы, унаследованный нами от далеких предков homo sapiens. «Еще! Хочу еще!» — кричало нечто мрачное в глубине моего сознания.

«А будет вам еще! Будет»

— Эй! Подонки! — основательно приковав к себе вражеское внимание, я быстро запустил руки в карманы, а затем вытащил оттуда два танковых пулемета Дегтярёва ДТ-29 — С Рождеством мать вашу!

Банг! Банг! Банг! Банг! Банг!

Оглушительный грохот параллельных друг другу пулеметных очередей и два с лишним десятка врагов начинают визжать и яростно дрыгаться, словно в чудовищном приступе эпилепсии.

Новая ступень «искажения» подарила заклинанию обалденную особенность — тактильную иллюзию. А в данном конкретном случае — иллюзию боли. Да, по факту при попадании пуль в тела противников, они не получали какого бы то ни было физического урона, однако ощущали всё в полной мере, словно бы это было взаправду.

Вот она — игра испуганного воображения. Я стрелял вхолостую, однако видел, как враги корчатся, хромают, сжимают в ладонях якобы выпавшие кишки и падают замертво при полном запасе здоровья.

Очень скоро они поймут, что к чему, и начнут огрызаться, но к тому моменту уже будет поздно.

— И наступающим новым годом! — воспользовавшись удачным стечением обстоятельств, Герман врубил ускорение и на полном ходу залетел в ряды противников.

Я видел, как он сходу нанес удар ногой сокрушительной силы в грудную клетку ближайшего из врагов. Видел, как тяжелый бронированный ботинок сминает нагрудник, словно обычную фольгу, как ребра бедолаги не выдерживают и ломаются, после чего тот отлетает далеко назад, падая на землю стодесятикилограммовым мешком из мяса и костей.

Однако для напарника это было лишь начало. Не прошло и мгновения, как Герман активировал свою новую воинскую способность и буквально взорвался длинной серией тяжелых ударов. Одному перерезал глотку. Другому порвал ахиллесово сухожилие крюк-кошкой и опрокинул того наземь. А третьего заставил позабыть о продолжении рода как минимум на ближайшие три перерождения.

Как и я, напарник был крайне жесток. Впрочем, Эстира это тоже касалось. Шаман последним вступил в бой, развернув посреди поляны сразу три неваляшки. Как и предыдущие, те были украшены пугающими кровавыми смайликами и в целом выглядели непритязательной копией тех, что были до этого, однако на деле оказались гораздо мощнее и били по самым уязвимым местам.

Наконец, противник дрогнул и попятился. Из оставшихся пятнадцати человек лишь считанные единицы поняли, что к чему и попытались дать отпор, в то время как большая их часть поддалась искушению и рванула в сторону леса, откуда к ним навстречу уже спешили оставшиеся отряды врагов.

Они должны были вот-вот поравняться и слиться в одну большую толпу, когда наступил звездный час кошачьего медведя. Пользуясь своей невероятной подвижностью и микропорталами, Хангвил умудрился разместить целую паутину из растяжек «ткача» Дженкинса прямо у привилегированных под ногами.

Прогремела серия взрывов, а затем еще один куда более мощный — сдетонировал баллон с водородом, чья разрушительная сила была любезно дополнена Эстиром специальными шаманскими способностями.

Малыш не подкачал и забросил его чётко в точку наибольшего скопления врагов.

Они явно этого не ожидали. Я видел, как среди уцелевших противников, несколько человек стояли как вкопанные, парализованные неверием во всё то, что в данный момент происходит: трое людей 39 уровня и маленький зверек методично расправляются с теми, кто несколько дней ждал их в засаде и планировал атаку до мельчайших деталей. «Как вообще такое возможно?» — читалось в их глазах.

«А вот так господа» — отвечал я им про себя — «Посидите ка пару месяцев в Чертогах Аргентависа и не такое сможете вытворить».

Внезапно раздался один из самых противных голосов, когда-либо слышанных мною за целую жизнь. Огромное бронированное существо, которое Эстир изначально принял за голема, поднялось после падения и неожиданно ласково пропело:

— Котёночек, а почему ты носишь мои доспехи?

Герман аж сбился с ритма, пропустив серию болезненных ударов.

Я тоже был порядком шокирован, потому как в тональности голоса и по манере речи я отчетливо идентифицировал лысую Шельму Биаск, однако её внешний вид изменился до неузнаваемости, став еще куда более отвратительным. Она стала наголову выше, шире в плечах и в два раза более накаченной. А медленно проведя взглядом по округе, я заметил, как исподлобья на меня злобно зыркнули маленькие поросячьи глазки, гнездившиеся в глубине складок раздувшейся плоти.

— Заинька моя! — приторно улыбаясь, продолжила та — Я так по тебе скучала! Целый месяц только и мечтала о том, чтобы еще разочек побаловаться со своим котёночком. Сразиться на кулаках, приготовить ванную, потереться носиками и размять тебе спинку, а затем устроить незабываемую ночь волшебства.

— Буэ… — Эстир кое-как удержал в себе рвотные позывы, схватившись ладонью за живот — Прошу прощения. Ну и мразь…

— Зачем же вы так, уважаемый — раздался голос буквально из ниоткуда — Негоже судить человека по внешнему виду, хе-хе.

Мы с Германом отступили назад, потому как поняли, что в это самое мгновение сражение переходит на новый уровень. К сожалению, но мощности шаманского тотема не хватило на то, чтобы обнаружить еще один невидимый декагон, спрятанный буквально в паре десятков метров к северо-западу от первого.

— Она не виновата. Это лишь последствия моей экспериментальной вакцины, усиливающей геном наших предков. А у красавицы Шельмы в роду были огры, хе-хе.

К нам навстречу вышел худощавый мужчина, в окружении пары высокоуровневых телохранителей.

— Как дела, док? — удивительно, но я узнал его. Это был тот самый врач имплантолог, что давным-давно ставил мне NS-Eye — Сменил планету и теперь следишь за чистотой «арийской расы»?

— И это тоже, хе-хе. Занимательный процесс. Весьма. Тебе понравится. Как и этот укольчик — док вытащил из-за пазухи странного вида медицинский шприц.

— Да уж. Не сомневаюсь. И имя смотрю, ты выбрал подходящее — Фаусто. Никак взял себе псевдоним доктора Мегнеле? Чем же ты тут занимаешься, скотина?

— Честно говоря, я вас не припоминаю молодой человек — смутился тот — Но вы уже мне нравитесь. Люблю образованных людей.

— Ну, в таком случае угощайся моей собственной версией «укольчика»…

Бум!

Как и во все предыдущие разы, булава Игва Повелителя сработала безотказно, превратив тело бывшего имплантолога в кровавую кашу.

— Кайф — улыбнулся Эстир.

— Согласен — поддакнул Герман, вдыхая улучшенный Стихиалиевым Кубом ингалятор здоровья.

— БРАВО! БРАВО! ВЛАД! БРАВО! — послышался насмешливый голос Стаса — Брависсимо! Перфекто! Ух, чёрт! А я ведь даже и не думал, что из такого чмошника как ты сможет получиться самая настоящая боевая машина. И кстати, спасибо за денежки. Как раз хватает на мелкие карманные расходы.

— Стас — я коротко кивнул однокласснику, стоящему в самом центре исчезнувшего декагона.

Странно. Размышляя про себя долгие годы, я думал, что встреча с ним вызовет у меня бурю эмоций: злость, негодование, обиду, чувство уязвленной гордости и тотальной несправедливости, но нет. Я не испытывал ровным счетом ничего. После испытания Аргентависа бывший одноклассник казался мне не более, чем досадным препятствием. Второстепенной фигурой и избалованным ребёнком, желающим, во что бы то ни стало добиться своего.

— Насчет твоего брата… — начал я.

— Ой, я тебя умоляю — весело отмахнулся Стас — Думаешь, я здесь из-за него? Серьезно? Хочешь правду? Мне насрать на Никиту. Он всегда был для нас бесконечной головной болью и занозой в заднице. А то, что у него капитальные проблемы с головой я понял еще тогда, когда в четыре года он схватил садовые ножницы и отрезал Барсику хвост. Потом приходилось всем говорить, что это порода такая. Думаю, всему виною воспитание моего отца. Старик всегда создавал ситуации, когда при любом исходе, положительном или отрицательном, ты все равно оказывался неправ. А для неокрепшего ума ребенка — это прямая дорога к шизофрении.

— В таком случае не понимаю, чего тебе от меня надо?

— Так может я просто пришел повидать старого друга? А вместо приветствия ты взял, да и напал на нас со своим качком и этим усатым трансвеститом.

— Ха! — Эстир весело улыбнулся. Вот что-что, но оскорбления зачастую вызывали у него диаметрально противоположную реакцию.

В ответ я ткнул концом посоха в лицо расслаблено ухмыляющегося телохранителя и просто-напросто снес тому голову мощнейшим ударом телекинеза. Я слишком хорошо знаю Стаса и его привычку сперва заговорить противника, а затем неожиданно ударить в момент, когда тот потеряет бдительность и даст слабину.

Оставшаяся в живых толпа мгновенно ощерилась оружием и готовящимися к применению заклинаниями.

— Стоять — спокойно сказал Амон Гёт.

— Говори, зачем пришёл.

— Видишь ли, всё просто. Ты мог убить кого угодно, и я бы тебе и слова против не сказал, но, к сожалению, ты сделал то, что сделал. И поэтому радость нашей встречи омрачена весьма грустным обстоятельством. Прикончив моего брата, ты нанес невосполнимый урон моей семье и, по сути, укусил руку, которая тебя кормит.

— Чего? — вот теперь я наконец-таки всерьез разозлился — Руку, которая меня кормит?!

— А ты как думал? — ухмыльнулся Стас — Мы заплатили целое состояние, прикупив для тебя билет на Элирм. Хочешь знать почему? Да потому что здесь ты никому не нужен. И никто тебя на этой планете не ждет. Ты просто не вошел в число избранных. Потому что ты — ноль. Пустое место. И именно благодаря мне ты до сих пор жив. Да за такое ты должен вечность мне ноги мыть и воду пить, потому как в противном случае ты бы давно сдох на Земле. А что вместо этого делаешь ты? Гадишь прямо у меня под дверью!

— Он врёт — сказал Герман — Сомневаюсь, что единственного потомка Вайоми оставили бы помирать на Земле.

— Я знаю Гер. Стас всегда любил внушать человеку мысль о том, что тот ничтожество и не стоит его левого мизинца. Быть может, таким образом, он пытается справиться с комплексом брошенного ребенка, который всю дорогу искал поощрения со стороны папочки, но так и не нашел.

— Ну, что ж — в глазах одноклассника блеснул злой огонек — Думаю, пора переходить к сути беседы и решить, что мы будем делать далее. И, честно говоря, у меня дилемма. Отец считает, что справедливо будет следовать принципу «око за око, зуб за зуб», и обнулить тебя точно так же, как вы обнулили Никиту. В чане с кислотой. Но я с ним в корне не согласен. Я считаю, что тому, кто выбьет нам глаз, мы должны оторвать голову. А тому, что выбьет зуб — размозжить всю челюсть. Однако это вовсе не означает, что вас следует убить. Это слишком банально и скучно, поэтому мы поступим иначе: прямо сейчас вы сдадитесь, после чего отправитесь на перевоспитание, где в полной мере узнаете о том, что такое безусловное послушание, преклонение, власть и контроль. Так, Шельма?

Стас продемонстрировал украшенное рубином вороненое кольцо и коротко взмахнул рукой, отчего лысая баба мгновенно бухнулась на колени и принялась яростно вылизывать собственный нагрудник.

— Мяу-у-у.

По спине пошел неприятный холодок. Глядя на эту картину, у меня складывалось ощущение, что она двигается лишь потому, что такова была воля её хозяина. А мускулы, нервы, химические процессы и прочее были всего лишь передаточным механизмом его воли.

Я покачал головой.

— Спасибо за предложение, но думаю, мы откажемся.

— Это не важно. Вам все равно не победить, а ближайшие точки возрождения находятся под нашим контролем. К слову, до того, как мы начали эту беседу у вас еще были призрачные шансы сбежать в город и уцелеть. Но теперь уже поздно. Эффекта неожиданности не будет.

— Я бы не был в этом уверен…

Щёлк.

Прямо позади бывшего одноклассника материализовалось высокое черное существо с красными пылающими угольками вместо глаз.

— ЭНКВИЭ ТХОН! АМОН ГЁТ!

— Гундахар! ФАС!

* * *

По сравнению с развернувшимся круговоротом событий я понял, что драка на улицах Нового Света была всего-лишь мелким озерцом бытовых конфликтов.

Тогда нам повезло. Враги были голые, дезориентированные и поголовно одного с нами уровня. А тут всё было куда серьезнее. Противники не только отбивали и блокировали удары, но и били в ответ. Причем зачастую очень и очень жестко.

Стоило мне активировать карту Унд-Хеку и призвать Гундахара, как моя грудная клетка мгновенно взорвалась вспышкой боли: один из телохранителей убитого дока сходу нанес мне мощнейший удар ногой с разворота, отдающий резонансом аж в черепе.

Броня и рёбра выдержали, однако я охнул и, содрогаясь всем телом, рухнул навзничь. И, слава богу, что в полете я успел активировать Халколиван, ибо к тому моменту уже падал спиною на ледяные и каменные шипы.

На помощь, как всегда, пришел Герман, схватив меня в охапку и отшвырнув в сторону.

Высокоуровневый телохранитель воспользовался замешательством танка и ударил ногой и его, но злорадная ухмылка вдруг разом исчезла, сменившись на гримасу удивления — напарник даже не покачнулся.

— Эй, а ты чего тут балуешься? — невозмутимо обернулся Герман, а затем продемонстрировал врагу «Зуботычину» — проецирующийся на окованной мифрилом перчатке силуэт чудовищного кастета — Мой черёд!

— Ай! — издали завидев, как голова привилегированного лопается переспелой дыней, Эстир болезненно вздрогнул — Даже мне больно стало.

Думаю, я бы его поддержал, однако в данный момент мне было решительно не до этого. Я перешел в активную стадию противостояния, к которому готовился очень и очень долго.

Я дрался буквально всем: посохом, телекинезом, лепестками, «мозгобойней» и кислотой. Но чаще всего я использовал «искажение».

Тренируясь в Чертогах Аргентависа, я очень скоро познал все тонкости и аспекты данного заклинания и потому быстро понял, что в нём сокрыт какой-то невероятно чудовищный потенциал, способный разом превратить меня в самого настоящего бога обмана.

Крутясь по полю битвы, я проецировал над головами врагов несуществующие горящие снаряды, при виде которых те неминуемо пытались увернуться и впустую тратили запасы маны на защитные чары. Создавал прямо у них под ногами ядовитых змей, медвежьи капканы и глубокие ямы, от чего те спотыкались и тут же получали в горло или грудь ножом. Но самое любимое — насылал на одного из противников проекцию себя или Германа. Что, к удивлению, в горячке боя срабатывало на ура и в большинстве случаев привилегированные синхронно бросались рубить ничего не подозревающего соседа.

Однако я был слишком увлечен и не заметил, что последняя инвольтационная батарея подошла к концу. Запасы маны таяли буквально на глазах, поры кожи сочились кровью от напряжения, а руки, несмотря на улучшенную регенерацию, были готовы вот-вот воспламениться. Будут ожоги. И очень сильные.

Слева бился шаман. Справа Герман. А чуть впереди развернулось эпичное побоище Гундахара против всех и, в особенности, против Шельмы Биаск. С какой-то невообразимой для своих габаритов скоростью она успела среагировать и отразила атаку генерала, направленную против Стаса, чем одновременно спасла засранцу жизнь и вызвала чудовищный гнев со стороны Игва.

— Плохой черныш! Плохой!

— ЭНКВИЭ ТХОН! Лысая тварь! — проорал Гундахар, выдав серию свирепых атак в сторону удачно подвернувшегося противника. Пару секунд того яростно мотало из стороны в сторону как тряпичную куклу, а затем несчастный мужик просто-напросто развалился на несколько отдельных частей.

Глядя на это, стоящий позади воин сто восьмого уровня мужественно сделал шаг в сторону дерущихся, но принять участие в потасовке не успел. Крюк-кошка Германа врезалась тому прямо в лицо и резко дернулась назад, полностью вырвав нижнюю челюсть.

— Сударь, ваша кровожадность великолепна! — прокричал тяжело раненый Эстир, после чего бухнулся на колени и воткнул в землю, припасенный на самый крайний случай тотем «великого исцеления» — Все ко мне!

Дважды уговаривать не пришлось, потому как бились мы уже на последнем издыхании. Незадолго до боя я покопался в настройках NS-Eye и отключил мешающие обзору сообщения, но даже без них я чувствовал, что дела обстоят гораздо хуже, чем кажется на первый взгляд. Несколько костей были явно сломаны. Плюс я получил пару серьезных ранений с обильными кровотечениями, а также полностью выбитый левый глаз. Разумеется, с показателем ловкости в 79 единиц моя скорость реакции была на высоте, но вот беда — противников много и за всеми, к сожалению, не уследишь. Точнее было много.

Их осталось чуть менее дюжины. Как и мы, они отступили назад и принялись активно лечиться, сбившись в плотную кучу. Однако кто сказал, что мы будем сражаться честно?

— Уа? — послышалось эхо со стороны леса.

— Давай малыш! Жги!

Хлоп!

БУМ!

Прогремел очередной мощный взрыв.

Это был второй баллон с водородом, который прыткий Хангвил с филигранной точностью забросил в самый центр искалеченной толпы.

Усиленный шаманскими способностями и облепленный целым ворохом поражающих элементов тот сработал безотказно, порубив привилегированных в мелкий фарш. Почти что, как и хотел того Герман.

В живых осталась лишь потная и запыхавшаяся Шельма, стонущая под безжалостными атаками Гундахара, пара наиболее удачливых воинов и разумеется сам Стас, чьё внимание было целиком и полностью приковано к Хангвилу.

«Твою мать» — прочитал я по его губам.

Удивительно, но в глазах бывшего одноклассника читался неподдельный ужас.

— Что ж — Троценко младший медленно повернулся в нашу сторону — Радуйся сука. На этот раз тебе повезло. И кстати, раз уж ты не захотел по-хорошему, то думаю, тебе это понравится, гляди — Стас весело продемонстрировал изрядно помятый лист бумаги — Это официальное распоряжение из головного отдела компании Доусона с требованием выделить тебе бесплатную депривационную камеру. Так что ты действительно мог получать её нахаляву, но, как говорится: без лоха и жизнь плоха. Не забудь облутать моих людей, нищеброд. Шельма, уходим!

— Хозяин? — та отвлеклась лишь на мгновение, но Гундахару этого было более чем достаточно. Чёрная когтистая лапа ловко отогнула стальной воротник и быстрым практически незаметным движением вырвала толстенный кусок плоти прямо из её шеи.

— Дура тупая… — Амон Гёт недовольно цокнул языком, а затем выхватил из-за пазухи какой-то предмет и исчез во вспышке портала.

Повисла тишина.

— Эпический гандон… — протянул напарник после длительной паузы.

— Ох-х-х… — шаман тяжело опустился на землю — Неужели мы выжили? Скажешь кому — не поверят.

— Да уж. Это точно.

— Герман Велор! — неожиданно взревел генерал и бросился в нашу сторону — Приготовься к смерти поганое ничтожество!

— Эй! Эй! Эй! — испугался танк — Я свой! Алё!

— Гундахар стоять! — закричал я — Этих трогать нельзя!

— У-у-у… — бессильно зарычал Игв, замерев всего в паре метров от танка — Эо О’Вайоми, ты — подлая мразь. Клянусь, я отыщу способ освободиться из плена Унд-Хеку. И тогда я заживо сдеру с тебя шкуру. Я тебя выпотрошу и четвертую! Я изнасилую твою жену и сожру твоих детей!

— У меня нет детей.

— ЗНАЧИТ, БУДУТ! — проорал генерал — Но и это еще не всё! Я уничтожу всех кого ты любишь, а затем сошью из твоей шкуры костюм, надену его на себя и буду танцевать в…

— Помолчи, пожалуйста — отмахнулся я.

Генерал послушно заткнулся. Лишь пучил глаза и пыхтел как дымящийся самовар.

— Я бы с удовольствием сейчас посмеялся — тяжело вздохнул Эстир — Но боюсь, это будет больно. Кажется, у меня все ребра переломаны. Полежу ка я тут пару минуточек.

— Нет дружище, никаких полежу. Нам надо срочно убираться отсюда.

— Как убираться? А добыча? — воскликнул Герман.

— Гер, я знаю Стаса, поверь. Он не зря упомянул про лут, потому как надеялся, что из-за него мы задержимся. Думаю, группы, дежурящие у точек возрождения, уже несутся сюда во весь опор.

— Чёрт! — напарник резко вскочил и бесцеремонно поставил шамана на ноги — Валим! Раз уж мы победили, то необходимо развивать успех. Отдохнем в городе.

— А он? — Эстир вяло махнул в сторону Гундахара — С ним-то что делать?

— Не знаю — ответил я, направив стопы в сторону тропинки — А нельзя ли его как-то обратно в карту запихнуть?

— Нет. Унд-Хеку одноразовые! Раз активировал и всё. Теперь он будет постоянно за тобой ходить до тех самых пор, пока ты его не отпустишь или же он не помрёт.

— Блин. А в город с ним пустят?

— А я-то откуда знаю? Я что, справочная?

— Чёрт, вот угораздило. Ладно — я аккуратно похлопал генерала по плечу, отчего тот брезгливо содрогнулся — Пошли. Если в город тебя пустят, то веди себя там нормально и ни на кого не нападай, пока я не скажу. Понял?

— Я выдавлю тебе глаза! Вырежу ржавой ложкой печень, раздавлю всмятку яйца и сброшу твои гниющие останки в логово красных Ярамайаху ничтоже…

— Всё, тихо! Будем считать, что понял.

Глава 11

Глава 11

До чего же я ошибся, когда посчитал Элирм миром чудесного средневековья.

Преодолев густую лесополосу, мы испытали эмоции сравнимые, наверное, с теми, что почувствовали бы грибники из девятнадцатого века, нечаянно набредшие на участок скоростной автомагистрали.

Еще минуту назад мы ощущали лишь приятный летний ветерок с запахом морского бриза, слышали хруст хвойной подстилки под ногами и смахивали касающиеся лица нити паутины, как вдруг оказались на самом, что ни на есть настоящем шоссе.

Серьезно. Я был абсолютно уверен в том, что выскочив из-за кустов, перед нашими глазами предстанут кривые разбитые колеи с бликующими на солнце лужами или на худой конец аналог мощеных камнем римских дорог, но нет. Это было некое подобие асфальта: напоминающие пчелиные соты сегментированные участки темно-серого цвета, где через каждые пятнадцать-двадцать метров встречались вкрапления из перпендикулярных силовых линий. Для чего они были предназначены — оставалось только догадываться.

Глядя на всё это технологическое великолепие, складывалось ощущение, что для полного соответствия середине двадцать первого века не хватает лишь фонарей, сменяющих друг друга слоганов на виртуальных билбордах и маячившей вдалеке панорамы из огней гигантского мегаполиса.

А еще тут были люди. И не только они.

Чуть левее от нас мы увидели восьмерку самых настоящих орков, тянущих за тросы нечто монструозное, сразу напомнившее мне «Паровой дом» Жюля Верна. Хотя точных слов описания подобрать я не мог. Что это? Помесь дрезины, БТР и металлического сарая? Паровой танк? Самоходная мортира? — Вряд ли. Сие чудо техники выглядело так, словно лишенный вкуса сумасшедший инженер поднял дом вместе с фундаментом, присобачил к нему колеса, пристроил движок и в довесок ко всему прочему высунул дуло здоровенной пушки прямо в окно. Огромная, грохочущая, покрытая маслом и сажей дымящаяся хрень, полностью обитая листовым железом с широкими заклепками и торчащими отовсюду кончиками медных труб. Всё это лязгало, свистело, искрилось и создавало впечатление, будто бы вот-вот взорвется.

— «Пыхтящий Адмирал» — Эстир прочитал название механизма, намалеванное на борту красной краской.

— Интересно — Герман задумчиво ощупал собственный бицепс — Они что, будучи младенцами вместо грудного молока питаются стероидами?

И в этом, пожалуй, я был полностью согласен с напарником, ибо даже самый захудалый из зеленокожих «бурлаков» выглядел, чуть ли не мощнее самого танка.

— Признаюсь, я удивлен — улыбнулся Глас — Хотя с другой стороны, так даже лучше. Подайте ка мне плащ, громоздкий револьвер, бутылку виски и перманентное похмелье!

— А мне пулемёт Гатлинга.

— Вы о чем вообще? — не понял Герман.

— Ну, как. Человек-невидимка, Алан Куотермейн, Ван Хельсинг, Капитан Немо и Виктор Франкенштейн. Ничего не напоминает?

— Нет.

— Хм. А что насчет джентльменов в цилиндрах и дам в кринолинах, что беспечно фланируют в паромобилях по освещенным газовыми рожками брусчатым мостовым? В то время как вокруг снуют шпионы, изможденные фабричные рабочие, проститутки и мальчишки беспризорники, обитающие в гнилых трущобах. И все это с элементами нуара и готики?

— Ты издеваешься надо мной? Я и половины слов не понял.

— Разумеется — подмигнул шаман.

— Судя по всему, первые люди были ярыми поклонниками викторианской эпохи, а в нашем более узком понимании значения данной фразы — стимпанка — пояснил я — И, кстати, пневмопочта и внутреннее убранство комнаты архива на это ярко указывают. Могли бы и догадаться.

— Мерзость… — тихонько пробубнил Гундахар.

— Мне тоже не нравится — покачал головой Герман — Я-то думал, нас ожидает классическое средневековье. С замками, тайными орденами, драконами, прекрасными эльфийками и прочим.

— Что поделать — пожал плечами Эстир — Уверен, сам город представляет собой сплошной синтез старины и высоких технологий. И как по мне, то это гораздо лучше, чем толпы крестьян в нищенских рубищах, кучи навоза и пучок соломы вместо туалетной бумаги.

— Можно еще как в древнем Риме. Намотать на кончик палки тряпку и ей…

— СТОЙ!

Завидев нас, орки насторожились, синхронно побросали тросы и уперлись руками в носовую часть медленно катящегося «Адмирала».

Поначалу я не понял причину их беспокойства, и лишь спустя некоторое время обратил внимание на уровни — с шестого по девятый. Выше или равного десяти не было ни у кого.

— Трусливые ничтожества. Грязь под ногтями. Плюнуть и растереть…

— Гундахар, помолчи.

— У-у-у… — недовольно зарычал генерал.

— Хм, сдается мне, что они такие же новички, как и мы — предположил Глас.

— Ты прав. Смотрите!

Герман ткнул пальцем в далекую точку на горизонте, где в лучах закатного солнца ярко блестела статуя исполинского воина, воздевшего к нему двуручный топор.

Вспышка!

Получено достижение: «Великое чудо света: Лойтар»

Параметр «Сила» увеличен на 1 ед.

Посетите все 111 великих чудес света и получите божественную награду, а также звание: «Хранитель мудрости Элирма»

— О! Так тут еще одна начальная зона. Прямо у нас под боком!

— Как интересно…

Тем временем, зеленокожие о чем-то посовещались и медленно двинулись в нашу сторону.

— Ай — поморщился Эстир, нашарив в кармане последнюю неваляшку — Снова драться?

— Не думаю. По крайней мере, оружие они не достают.

— Обалдеть! — продолжал дивиться Герман — Орки! Настоящие! И не в телевизоре, а прямо тут, перед нами.

— Да-да, классно. Помолчи, пожалуйста. И лучше сосредоточься.

— Ой, не учи отца…

Группа приближалась, а мы в свою очередь замерли в ожидании, пристально изучая их внешность и имена: Кхэру, Кхрош, Орту, Назу, Стигга, Гром, Скулгур и Ар-Хакон. Последний, если мне правильно подсказала интуиция, был их главарем.

Впрочем, долго гадать не пришлось. Совсем скоро Ар-Хакон вышел вперед и протянул завернутый в грязную тряпку предмет, остановившись всего в паре шагов от нас.

— Громовой камень Бусеу — прохрипел он, изобразив некое подобие улыбки.

— Судя по всему, это дружеский жест — прошептал мне на ухо шаман — Подари ему тоже что-нибудь в ответ.

Я извлек из «кармана» добытое в Новом Свете оружие.

— Топор Буйных Магм.

— Благодарю.

Орк коротко поклонился и, передав мне мешочек, аккуратно ухватился за древко. При этом я почувствовал, что в плане выбора подарка я угадал на все сто. Ар-Хакон был более чем доволен, хотя и никак не выказывал это внешне. Поэтому теперь оставалось лишь догадываться, что означал сей внезапный ритуал в виде обмена дарами. Простой жест доброй воли к повстречавшемуся на дороге путнику? Или клятва никогда, и ни при каких обстоятельствах друг на друга не нападать? Бог его знает.

Внезапно, я обратил внимание на блестящий на груди главаря медальон с очень знакомым символом: перевернутой буквой «А» в виде бычьей головы и заключенной в кольцо из языков пламени.

— Велес? — поинтересовался я.

— Да — хрипло улыбнулся орк, будто бы обрадовавшись тому, что у нас наконец-таки появилась общая тема для беседы — Асилой. Покровитель путешественников и хранитель границ между мирами. Он спас остатки моей расы и показал нам путь сюда, на Эль-Лир. А кто был главным богом у вас?

— У нас их было множество — ответил я — На позднем этапе: Мессия, Пророк, Шива и Будда Шакьямуни. Однако никто из них нас не спасал. Мы добрались до Элирма самостоятельно — я поднял голову вверх и указал на скопление по-прежнему висящих на орбите «баранок».

— Этих я не знаю. Видимо не прижились… — после долгих раздумий ответил Ар-Хакон, а затем задал неожиданный вопрос — Ты маг?

— Да. А что?

— Нужна помощь.

— Какая?

— Завести «Пыхтящего Адмирала». Мы нашли этот механизм в руинах неподалеку, и система выдала задание, доставить его в гараж гильдии оружейников на окраине города Затолиса.

— Честно говоря, я ничего не смыслю в механике. И особенно, когда дело касается древних паровых механизмов. К тому же, на нас охотится рыщущая по округе группа высокоуровневых наемников, поэтому любое промедление может грозить серьезной опасностью. В том числе и вам.

— Орки не боятся конфликта с теми, кто заведомо сильнее — прорычал Ар-Хакон — И не видят доблести в победе над слабым врагом.

— Какой славный образ благородного дикаря — тихонько прошептал Эстир.

— Помогите нам и тогда мы укроем вас в чреве машины. И поможем безопасно добраться до города. А в механизме ничего сложного нет. С этим мы уже разобрались. Приводом служат две паровые турбины в виде цилиндров с крыльчаткой внутри, которые через редуктор крепятся к валу, передающему крутящий момент на центральную ось. А далее уже идут ременные привода сцепления, подключенные к более массивному валу, что в свою очередь приводит в движение этого бронированного монстра.

— Однако — челюсть шамана отвисла, чуть ли не до земли — Кажется, я знаю, кому стоит вручить сегодняшнюю награду за количество одновременно порванных шаблонов.

— Кхм — я прочистил горло — Прошу прощения, а в чем тогда состоит проблема?

— Никогда не извиняйся перед орками — неожиданно резко ответил Ар-Хакон — Мой народ расценивает это как слабость и в будущем никогда не будет тебя уважать. Разумеется, если ты не желаешь добровольно стать для нас послушной служанкой.

— Понял — кивнул я — Мой народ более толерантен к словам.

— Тем хуже для вас.

Лишь на мгновение, но я не удержал в себе эмоций, и все увидели, как мои руки коротко полыхнули красным.

— Ты бы поостерегся задирать первого встречного.

В ответ главарь орков просто-напросто окинул меня удовлетворенным взглядом и перенес вес на другую ногу.

— Без сомнения, в драке ты меня победишь. Хорошо. Думаю, мы сможем стать союзниками. В новом мире. Отвечаю на вопрос: проблема состоит в том, что мы не можем раскочегарить котёл до нужной температуры и добиться необходимого давления пара. Там нагревательным элементом служит магический артефакт, для запуска которого требуется выдать единовременный инвольтационный импульс в тысячу единиц маны. Ты сможешь провернуть подобное?

— Смогу — ответил я.

Я уже не раз делал это, тренируясь в Чертогах Аргентависа, и знал, что задачка хоть и не простая, но вполне выполнимая. К тому же, я до сих пор находился под воздействием «медоеда», чей регенерационный эффект должен был пропасть с минуты на минуту. Так что если поторопиться, то умереть от избыточного напряжения у меня и при всем желании никак не получится.

— Назу, Стигга. Откройте ему нижний люк — скомандовал Ар-Хакон, направившись в сторону «Пыхтящего Адмирала».

Мы пошли следом.

— А кто это с вами? — прорычал Гром, кивнув в сторону Гундахара.

— Зубная фея — невозмутимо ответил Эстир — Просто не выспалась.

— …энквиэ тхон, грязный выродок…

— Я все слышу!

— Уа!

— Интересно, а что означает эта фраза, что генерал без конца повторяет? — спросил Герман.

— Кто ж его знает.

— Думаю, ничего хорошего.

Согнувшись в три погибели, мы поднырнули под брюхо бронированного монстра, где обнаружили узкий люк с торчащей из него складной лесенкой.

Внутри «Пыхтящий Адмирал» смотрелся в точности, как я себе его и представлял. К уже знакомому листовому железу и длинным трубам добавилось множество вентилей, рычагов, пружин, валиков, шестерней, гирек и приборов управления с обилием циферблатов. Как и полагалось, все было выполнено из меди, полированного дерева и потертой кожи, с покрытием из толстого слоя масла и сажи.

На мой немой вопрос: «а чему тут, собственно, гореть, раз в деле используется чистое инвольтационное излучение?» — я сразу же получил исчерпывающий ответ в виде тлеющего костра, разведенного прямо под пузатой цистерной с водой. Видимо именно таким образом орки пытались хоть как-то реанимировать намертво заглохшую машину. Впрочем, немудрено, что у них ничего из этого не вышло.

— Сюда.

Следуя за главарем, я протиснулся боком и вошел в головной отсек, где увидел некое подобие капитанской рубки с мутным панорамным окном, массивным штурвалом и всего тремя рычагами: «газ», «тормоз» и «задний ход».

Покрутив головой, справа и слева я обнаружил узкие лесенки, ведущие на верхнюю палубу, где на специальных поперечных балках покоилась гигантская пушка. Или бомбарда. Честно говоря, я не знал, как правильно она называется, ибо подобное видел впервые.

— Вот — Ар-Хакон указал на хорошо знакомую пятипалую выемку, установленную прямо по-центру руля.

— Ладно, попробуем.

Освободившись от стальных наручей, я приложил ладонь и сразу же почувствовал, как из меня буквально высасывают ману. Да уж, не знаю, сколько лет «Адмирал» пылился в руинах неподалеку от орочьей начальной зоны, но он явно изголодался по качественному «топливу». Что, собственно, я и намеревался ему дать.

Сто единиц маны… двести… триста… пятьсот… девятьсот… тысяча!

Из носа густо покапала кровь, а только-только зажившая ладонь вновь получила серьезные ожоги.

— Ох… тяжело пошло…

— А ты силён.

Бум!

Позади что-то громыхнуло, и по коже прошла волна жара, как от камина. Думал, взорвался котел, но нет — сработали заслонки, выпускающие пар и преобразующие кинетическую энергию потока в механическую энергию ротора.

Около минуты машина яростно дребезжала, пыхтела и кашляла, после чего, наконец, полноценно завелась.

Вспышка!

Внимание!

Обнаружено бесхозное транспортное средство: Самоходная мортира, класс M1-037

Выполняется диагностика системы…

Паровая турбина № 1: функционирует

Паровая турбина № 2: функционирует

Артиллерийское орудие: неисправно

Целостность корпуса: 29 %

Целостность надгробия: 56 %

Целостность магического щита класса «Заградитель»: 0,5 %

Дополнительные броневые плиты: отсутствуют

Противоосколочный подбой: отсутствует

Система подавления пологов невидимости: отсутствует

Доступно:

— Абордажные гарпуны: 6 ед.

— Абордажные доски: 2 ед.

— «Открывашки»: 1 ед.

— Мины: 2 ед.

— Складные лезвия: 2 ед.

Активируемые способности:

— Таран

— Форсаж

— Дыхание дваргийского центуриона Нгуаха (артефакт — Проницательность Мзунда)

Выполнить привязку?

Да / Нет

— Что происходит? — ласково поинтересовался шаман.

— Да тут машина ожила. Говорит, что бесхозная и предлагает ключи с сертификатом о передаче права собственности.

— Так может, заберем её себе? — спросил Эстир, ничуть не стесняясь стоящего в метре от него Ар-Хакона — Уж этих орков то мы запросто размотаем.

— Думаю, мы уже достаточно нажили себе врагов, и настало время обретать друзей. Прошу — я отказался от привязки и передал штурвал главарю зеленокожих.

Параметр «Мудрость» увеличен на 1 ед.

Ар-Хакон задумчиво опустил руку на штурвал.

— В наших сказаниях говорится о том, что люди 20-х версий капризны, импульсивны и мстительны. Что ими движет неутихающая жадность и вечное вожделение, потому как у них нет никаких других интересов, кроме как вещи. Видимо, это не правда. За некоторым исключением… — последняя фраза была брошена в сторону шамана.

— А в наших говорится, что орки тупые и воинственные.

— Отчасти так и есть — кивнул тот — Образование — это привилегия, доступная единицам. И лишь умнейшие из нас добиваются права получить приставку к имени.

И, правда. В выражении лица Ар-Хакона интеллекта было больше, чем во всех его спутниках вместе взятых.

— Значит, нам повезло повстречаться именно с таким — резюмировал я.

— Уа!

— Благодарю. Держитесь крепче.

Главарь орков аккуратно потянул за рычаг и «Пыхтящий Адмирал», как самый настоящий паровоз, медленно тронулся и покатился в сторону города, постепенно набирая ход.

— … мерзкий подхалим и лизоблюд… со своей блохастой крысой… у-у-у, ненавижу…

— Гундахар, цыц!

— А может, пускай пешком идет? — спросил Герман — Я как раз хотел его кресло занять. К тому же помещение замкнутое, а он, мягко говоря, воняет.

— Как ты смеешь, ничтожество? — прошипел тот — Я — генерал великой армии нежити Рамнагора. Я бился с титанами, сдвигал русла рек и равнял с землей целые города еще в те далекие времена, когда вашей вшивой цивилизации и в помине не было!

— Странно. Почему Унд-Хеку не работает? Там же чётко было написано, что он беспрекословно будет исполнять любые приказы. А вместо этого Игв раз за разом продолжает трындеть.

— Потому что ты не недостаточно точно формулируешь команды. Думаю, слова «цыц» он не понимает.

— Гундахар, закрой рот и ничего не говори до тех самых пор, пока к тебе не обратятся. А еще покинь транспорт и иди рядом пешком. В самом деле, воняет.

Генерал молча повиновался и, удостоив меня яростным взглядом, спрыгнул в люк.

— То-то же.

— Эо, я могу спросить? — обратился Ар-Хакон — А каким таким образом ты получил к себе в слуги существо 157-го уровня?

— Долгая история.

— С нашей скоростью до города мы доберемся в течение получаса. Поэтому время есть.

— Что ж, ладно, тогда слушай.

— Погоди — вмешался Эстир — Давай уж лучше я расскажу? У меня всяко лучше это получается. А то из тебя рассказчик, как из бомжа балерина.

— Валяй.

Я поудобнее расположился в пассажирском кресле, пристально изучая пейзаж за окном.

* * *

Как оказалось, у нас с орками было много общего.

Эстир рассказывал о наших приключениях в собственной уникальной манере, частенько привирая, приукрашивая некоторые детали и излишне драматизируя, однако в целом поведанная история возымела точно такой же эффект, как если бы её рассказывали людям.

Наши новые знакомые слушали с неподдельным интересом, сопереживали там, где следовало сопереживать, и искренне веселились, узнав, как именно Гундахар превратился из ужасающего противника в покладистого слугу.

К слову, шаман благоразумно умолчал про Стихиалиевый Куб, списав полученную карту Унд-Хеку на дополнительную награду системы.

Любопытно, что за короткий промежуток времени орки дважды преисполнились к нам уважением: в первый раз, когда услышали, что Герман умудрился набить морду сатане и во второй, когда шаман поведал им об эпическом сражении со Стасом и его дружками. Для орков победа над превосходящим по силе противником была олицетворением чести и достоинства, благодаря чему нас тотчас же признали за своих.

В моменте, не проронивший ни слова Кхрош так растрогался, что выудил из рюкзака потрепанную книгу и гордо протянул её Герману. «Металл и слёзы. Сказания о бунте Титанов» — успел я прочитать название. Напарник, в свою очередь, тоже в долгу не остался и передал тому руну Шан-Ти, от чего глаза орка чуть не выкатились из орбит. Видимо мы не до конца осознавали всю уникальность и дороговизну полученных в награду «кусочков базальта».

Отведенные на дорогу полчаса пролетели незаметно, однако мы так и не добрались до стен города — угодили в пробку. Причем подобного разнообразия транспортных средств я не видел еще никогда. Даже в кино. Казалось, будто бы они намеренно были собраны с самых дальних уголков галактики для участия в специализированной выставке. Тут были дорогие кареты, пестрые колесницы, ландо и дормезы; нечто отдаленно напоминающее огромных механических жуков; всадники на мамонтах, белоснежных львах и гиппогрифах; обычные деревенские повозки с мулами и многое другое.

В попытках хорошенько разглядеть медленно передвигающихся соседей мы прыгали по салону как дети и тёрли рукавами мутное стекло «Пыхтящего Адмирала», которое, ко всему прочему, изрядно запотело.

— Вау-у-у! А это что такое? — воскликнул Герман, кивнув в правую сторону, откуда гордо выезжала невероятно помпезная пародия на элитный спорткар, запряженный в четверку… эм… струящихся потоков воды?

— Это агиски — пояснил Ар-Хакон — Или, как их еще называют, гиппокампы. Водяные лошади. В нашем мире такие тоже водились. Очень быстрые и очень опасные.

— Почему опасные?

— Их невероятно сложно приручить. И ни в коем случае нельзя подпускать к воде. Мигом утащат всадника или повозку в пучину морскую.

— Жуть какая.

— А чуть впереди и левее я вижу аль-каркаданна. У вас были такие?

— Нет. Хотя не уверен. Может, и водились, но задолго до нас.

— Мне не видно — пожаловался Эстир, пытаясь просунуть голову промеж широких орочьих спин.

— Это гигантские носороги. Рог достигает полтора-два метра в длину. Очень прочный и очень острый. Почти что как драконья кость. Пробьет наш котел насквозь и даже не заметит. Крайне полезный зверь на поле боя.

— Гляди, как бы он нас не подрезал.

— Разумеется. Я к нему и на сотню метров не хочу приближаться — Ар-Хакон потянул за рычаг и принялся раскручивать штурвал вправо, перестраиваясь в только что образовавшийся просвет.

— Эй! — послышался возмущенный крик со стороны улицы — А ну уберите мёртвого игва с проезжей части! Совсем с ума посходили! Мой малыш его до смерти испугался!

— Ай, чёрт — я бросился к напольному люку — Гундахар, живо на борт!

— У-у-у… — послышалось недовольное рычание и скрежет когтей по выдвижной лесенке.

— Ничего себе «малыш»… — испуганно протянул Герман, даже не заметив, как генерал стремительно пересек помещение и снова уселся в его кресло.

Я проследил за взглядом напарника и наткнулся на грозно сотрясающего кулаком толстого гнома, восседающего на… огромной волосатой сосиске…

Червь-убийца 74 уровня.

Здоровье: 100 %

Ярость: 37 %

— Какая прелесть…

— А что? Замечательное имя — усмехнулся шаман — Коротко и ясно.

— Тоже крайне опасный зверь — сказал Ар-Хакон — Странно только, что он ползает на открытой территории. Обычно эти черви живут глубоко в пещерах и на поверхность не выбираются. Дворфы их используют для бурения особо твердых пород.

— Чувствую, что мне достаточно эмоций на сегодня — сказал Герман, завидев вальяжно перебирающего клешнями скорпиона с телом человека.

— О! — воскликнул Эстир — Привет вам из месопотамских мифов. Это гиртаблил — человек-скорпион. А там в повозке роаны или шелки — люди-тюлени.

— Мне это не нравится — снова повторил танк — Что за надругательство над природой?

— Это ваши более ранние версии — пояснил орк — Как, впрочем, и наши. Изначально первые люди пытались сотворить уникальные гибриды, скрещивая геном человека и животного. Так и появились кентавры, русалки, кенокефальцы, хисты, селениты и так далее. Затем проект признали неудачным и закрыли, потому как многие из них в процессе эволюции деградировали и одичали. А некоторые, как например, гиртамы, так вообще поставили под угрозу существование всей древней цивилизации.

— Интересно, откуда ты это знаешь?

— Наши мудрецы умеют помнить. И передавать знания из поколения в поколение.

— Логично.

Наконец, движение ускорилось и «Адмирал» выехал на длиннющий каменный мост, перекинутый через широкую реку. Вдалеке на горизонте мы видели, как русло реки расщеплялось на три параллельных потока в виде своеобразного трезубца и впадало в глубокое синее море, на фоне заката казавшееся нам свинцово-серым. Судя по всему, 49-я начальная зона находилась на окольцованном горами мысе в форме африканского континента, правее от которого и была расположена столица Валийской Империи.

Внезапно чуть впереди послышалось лошадиное ржание, скрежет ударяющегося о камень металла и испуганные крики. А затем — громкий всплеск.

— Говорил же, гиппокампов не стоит подпускать к воде… — в отличие от нас Ар-Хакон даже ухом не повёл.

— Стало быть, только что на одного аристократического хлыща стало меньше.

— Будем спасать? — поинтересовался Герман.

— Да ну его к черту — махнул рукой Эстир — Мне лень.

— Мне тоже — честно признался я.

— Да? Ну, и ладно — успокоился танк — Значит, сам как-нибудь выплывет.

— Во-во.

Через пару минут солнце окончательно скрылось за горизонтом, и следом, как по мановению волшебной палочки ярко зажглись широкие каменные чаши, установленные по обе стороны от дороги буквально через каждые пятнадцать метров.

— Аутентичненько — оценил шаман.

— Сейчас увидим город — главарь зеленокожих крутанул штурвал влево, огибая прибрежную гору очень похожую на испанскую скалу Ифач.

Потянулись долгие секунды томительного ожидания под аккомпанемент пыхтящих паровыми выхлопами турбин и, наконец, перед нашими глазами предстала красочная панорама Затолиса, распростертого на всю длину многокилометровой бухты в форме полумесяца и «подмявшего» под себя острова, холмы и близлежащие горы.

— Воу… — синхронно удивились абсолютно все. В том числе и орки.

— Обалдеть…

— Вот уж действительно мистический край факиров и тайн — тихо прошептал я.

— Парни, хочу признаться — сказал Эстир — Кажется, я влюбился.

— Рано радуешься — прохрипел Ар-Хакон — Как правило, подобные города враждебны к чувствам и счастью «маленьких людей». Они отторгают их, пытаются изгнать, давят, уничтожают, а затем съедают.

— Я бы не был столь пессимистичен, многоуважаемый орк. Ты только посмотри, какая красота!

И в этом, пожалуй, я был полностью согласен с шаманом.

Город был воистину прекрасен, фантасмагоричен и в некоторой степени даже неестественен, потому как сочетал в себе какой-то безумный набор архитектурных стилей из разных стран и исторических эпох. Как если бы кому-то пришло в голову нарисовать картину «мегаполиса времен» и добавить в общую палитру древний Рим, Гонконг, викторианский Лондон и сказочную Аграбу.

С высоты холма я видел величественно вздымающийся над черепичными крышами гигантский Колизей, нечто отдаленно напоминающее Висячие сады Семирамиды, Мавзолей в Галикарнасе, Храм Артемиды Эфесской и торжественный белоснежный Капитолий, чей массивный купол поддерживали тринадцать колонн, каждая из которых навскидку была в несколько раз шире и выше Александрийского Столпа в Санкт-Петербурге.

Также мы видели жилые кварталы, похожие на шахматные доски из различных сегментов культур, где встречались как абсолютно простые дома голых геометрических форм и откровенные бараки, отдающие в воображении терпким запахом гниющего мусора и мочи, так и эстетически совершенные строения изогнутых, каскадных и построенных согласно принципу золотого сечения форм. Что только лишь одним своим внешним видом поневоле побуждали в душе творческий порыв.

Меж островов, покачиваясь, медленно позли фуникулеры, а над самым центром города парили подсвечиваемые огнями пузатые дирижабли.

Не менее всего остального нас поразили стены города. Высокие, невообразимо прочные на вид, со встроенными тускло светящимися силовыми линиями и нишами, в которых покоились пятнадцатиметровые боевые големы. Сейчас они мирно спали, однако интуиция твердила, что в случае опасности те разом оживут и запросто аннигилируют любое вражеское войско.

Мы практически доехали до врат города, когда к нам навстречу выдвинулся десяток всадников 300-го уровня, закованных в тяжелые сине-черные доспехи.

— Приехали — Ар-Хакон потянул рычаг тормоза на себя и повернулся ко мне — В город боевым машинам нельзя. Думаю, эти люди скачут сюда за тем, чтобы сопроводить «Пыхтящего Адмирала» до гаража гильдии оружейников.

— В таком случае здесь наши пути расходятся — я медленно встал и протянул орку руку — До встречи, Ар-Хакон. Приятно было познакомиться.

— До встречи, Эо. Взаимно. Хороший ты человек. Честный.

— Уа!

— Будьте здоровы, парни — улыбнулся Герман и, похлопав по плечу первого попавшегося соседа, спрыгнул в люк.

— Кстати, как обновите NS-Eye, добавьте нас в список друзей. Быть может, встретимся в городе, посидим, выпьем, сыграем пару партеек в лихангу.

— Что обновим? — не поняли орки.

— Ах да — хлопнул себя по лбу Эстир — Глаз Одина. Кажется, в этом мире NS-Eye именно так называется. Ну, всё. До свидания, адиос, ауфидерзейн, дзайздень и шалом наоборот.

— Странный он какой-то… — прорычал Гром, как только шаман скрылся из виду.

— Ваше благородие — обратился я к Гундахару, осторожно спускаясь по лесенке — Вам особое приглашение нужно? Пошли! Чего расселся?

— У-у-у… наглый, ничтожный, самодовольный червь… — зло прошипел генерал — да будь ты трижды проклят, мерзкая падаль…

— Да-да, знаю.

* * *

Ступив на дорогу, я выбрался из-под брюха «Пыхтящего Адмирала» и сразу же уткнулся носом в лоснящийся круп черной лошади, отчего та испуганно взбрыкнула и попятилась, однако опытный всадник будто бы этого и не заметил.

— Господин Эо О’Вайоми, господин Герман Велор, господин Глас Эстир, мы вас приветствуем — прогудел голос рыцаря — От лица преторианцев нашего великого императора Менэлия Налима Первого и командующего городской стражей Эфрона Риза я поздравляю вас с успешным прохождением подземелья «Врата Аргентависа» на высочайшем уровне сложности. Это честь для нас — всадник коротко поклонился — Для окончательной инициации и посещения города Затолиса вам необходимо проследовать в зал регистрации квиритов, комната номер девять.

Преторианец указал на одну из многочисленных дверей, расположенных во внутренней части длинной каменной арки врат.

— Благодарю, господин страж — я поклонился в ответ, а затем указал на только что выбравшегося из-под «Адмирала» игва — Скажите, а что делать с ним?

Окружающие нас всадники заметно напряглись

— …во имя тринадцати! Смотрите, это же Гундахар… живая легенда! Точнее мёртвая… — послышался робкий шепот одного из них.

— Его пропустят, господин Эо — после затянувшейся паузы ответил преторианец — Ныне он — пленник Унд-Хеку, и потому ответственность за любые его деяния и проступки несёте именно вы. Но если пожелаете, то я могу избавить вас от этой ноши прямо здесь и сейчас.

Всадник вытащил из ножен отливающий фиолетовым короткий гладиус и направил остриё клинка генералу в лицо.

— Таким как он не стоит осквернять священные земли Эль-Лира своим присутствием.

— Думаю, это лишнее — ответил я.

— Как пожелаете.

Поколебавшись всего на мгновение, преторианец убрал в ножны меч и, пришпорив лошадь, двинулся в сторону головной части самоходной мортиры.

— Следуйте за нами — скомандовал он с интересом наблюдающим за нами оркам, после чего «Адмирал» вновь запыхтел, медленно повернул налево и покатился по дороге, идущей вдоль неприступной крепостной стены.

— А генерал то наш явно далеко не узник совести. И не купается в лаврах и почестях, как и в фонтанах народной любви с картечью из дамских трусиков…

— Да уж — кивнул я шаману — Надо бы побольше разузнать о нём. А то мало ли, вдруг за нами ходит помесь Гитлера, Чарльза Мэнсона и Усамы бен Ладена. И быть может действительно проще взять, да и прибить его, чтоб не мучился.

— Ох-х-х — Герман глубоко зевнул — Я жрать хочу. И спать. И даже не знаю, что из этого больше.

— Уа!

— Наверное, сперва пожрать, а затем — поспать? — ласково предположил Эстир.

— Во! Точно.

— Признаюсь, я тоже. И помыться бы не мешало. А то наши новые друзья, когда потеют, пахнут верблюдами.

— В таком случае пошли регистрироваться. Быстренько всё сделаем и отправимся искать гостиницу. Экскурсию предлагаю оставить на завтра. И в правду, слишком много впечатлений для одного дня.

— Согласен.

— Гундахар, а тебе еда-то вообще требуется? — спросил я — Может тоже, хочешь чего-нибудь слопать?

— Я бы с удовольствием сожрал печень твоей мамаши! Ничтожество!

— Ясно. Стало быть, генерал у нас сегодня постится…

Глава 12

Быстренько зарегистрироваться не получилось.

Сперва мы два часа простояли в очереди в тесном узком коридоре, где царила страшная жара, духота и толкотня, а затем вступили в неравную борьбу с местной версией бюрократического аппарата.

Всю дорогу нас периодически водили по еще более тесным комнаткам, куда по очереди нарочито медленно «заплывали» величественные эльфы, хамоватые гномы и поголовно страдающие комплексом Наполеона полурослики, задавали одни и те же идиотские вопросы и уходили. После чего вся процедура начиналась с чистого листа, как какая-то нелепая пародия на «День сурка». «Кто вы? Откуда? Зачем покинули начальную зону? Какие задания системы вы выполняли? Не находили ли вы уникальные предметы или древние артефакты первых людей? Зачем вы прибыли в город?» И так далее. Всё это походило на какое-то изощренное издевательство, особенно учитывая тот факт, что мы чудовищно хотели есть, пить и спать. И я уже трижды пожалел о том, что постеснялся набивать «карман» закусками и напитками, сервированными на роскошном столе в чертогах Аргентависа. Хотя, казалось бы, золотые сундуки-то мы забрали. Что за нелепая избирательность?

Наконец, где-то на периферии смутных догадок в моей голове ярко загорелось одно единственное слово — «взятка». И робко высказав предположение о возможных «таможенных пошлинах», я тут же получил утвердительный кивок и доступ к пятипалой выемке.

«Что ж, Затолис, а вот и твой первый серьезный минус в копилку общих впечатлений» — подумал я. По 50 золотых за каждого из нас, плюс 25 за активированную Унд-Хеку в виде Гундахара и 10 за кошачьего медведя — ровно во столько обошелся нам доступ к свежему воздуху и звездному небу над головой.

К слову, сама регистрация квиритов (граждан) заняла не более минуты: постоять на увитом рунами и прочими магическими символами металлическом круге, получить слабенький разряд тока, ухватившись за два торчащих из стены электрода, подержать голову под жужжащей механической сферой и, наконец, забрать брошюру с картой города и подробным описанием понятия рейтинга гражданина. Вот и всё.

— Суки… — оказавшись на улице, Герман был вне себя от ярости — Неужели так сложно было хотя бы кулер с водой поставить? Или на худой конец добавить в санузел раковину, а не только лишь обосранную дырку в полу! Да вы хоть представляете, как сильно хочется пить после четырех алхимических зелий выпитых одновременно?! — последний вопрос был выкрикнут в сторону наглухо запертых дверей девятой комнаты.

— Уа!

— «Чужой, непонятный город. Чужая, непонятная жизнь» — философски подметил Глас — Думаю, именно на это и был расчет. Вымогать «пошлины» у тех, кто заведомо не имеет статуса гражданина и обновленного «глаза Одина» с возможностью записи и передачи видео.

— Кстати об этом.

Я развернул брошюру и направился в сторону ближайшего из уличных фонарей. Хотелось получить хотя бы толику информации о том, что такое «рейтинг гражданина» и для чего он вообще необходим.

Как оказалось, данный рейтинг являлся самым, что ни на есть краеугольным камнем для любого из жителей города. Потому как его высокое значение (или, наоборот, низкое), открывало (или закрывало) доступ к целому спектру возможностей, существенно облегчающих жизнь. Так, например, среди многочисленных «плюшек» были и такие, как: дополнительные скидки в магазинах и возможность брать кредиты в местных отделениях банков; право на приобретение собственности и на осуществление коммерческой деятельности вне аукциона; право на мелкие правонарушения и ускоренное судебное разбирательство, а также доступ к зданиям, организациям, закрытым клубам и более того, ресурсам самого города. При желании мы даже могли нанять к себе в личную охрану сателлитов (наемников) из числа действующих сотрудников городской стражи, что, разумеется, стоило невообразимо дорого.

— Ого! — воскликнул Герман, листая последние страницы — На восьмидесяти пяти тысячах можно получить право на покупку и установку собственной портальной арки прямо у себя дома. На сотне тысяч — личную точку возрождения. А на ста двадцати — место в очереди на приобретение дваргийского цеппелина и частного ангара на территории гильдии Воздухоплавателей.

— Цеппелина? — переспросил шаман.

— Ага. Как Led Zeppelin. Я так понял, на Элирме это что-то типа помеси дирижабля и самолета. Круто, да?

— На вашем месте, я бы не раскатывал губу раньше времени, многоуважаемый танк — поморщился Эстир — И не воображал из себя Говарда Хьюза. Пока что наших 525 единиц рейтинга хватает лишь на то, чтобы раз в день ходить в бесплатную столовую, посещать общественные туалеты и разочек пройти куда-либо вне очереди. И это при условии, что 500 очков мы получили бонусом за испытание.

— Да не будь ты таким пессимистом. Ничего страшного, накопим.

— Охотно верю.

— Кстати, Гер, а ты знаешь, как на авиационном сленге называют топливозаправщик? — поинтересовался я.

— Как?

— Сиська.

— Ха! — настроение напарника мгновенно улучшилось.

— А проходить сквозь облака — подмываться.

— Да-да — вяло улыбнулся Эстир — А «левое яйцо тяжелее» означает: «лететь с хроническим левым креном». Надеюсь, вы закончили? Или теперь так и будете полчаса потешаться как дети, что впервые в жизни услышали слово «сиська»?

— Ты прав, прости. Думаю, всему виною недостаток женского внимания. А точнее его полнейшее отсутствие за последние шестьсот с лишним лет.

— Тоже мне проблема — фыркнул шаман — А Гундахар тебе на что?

— ЧТО?! — взревел генерал — Вы не посмеете! Только не это! НЕТ!

— Да тише ты, тише, я пошутил.

— Это было жёстко — резюмировал я.

— Согласен — кивнул Герман.

— У-у-у… жалкий потомок не менее жалкого и тщедушного Эстира… ты поплатишься за свою дерзость, грязный эльфийский выродок…

— Эх, и вот ни капли в тебе чувства юмора.

— А ты ожидал чего-то другого? Сомневаюсь, что обычное умертвие способно выдать нам часовой стендап с качественной прожаркой в финале.

— Я — рыцарь смерти, а не обычное умертвие. Князь павших и высший среди неупокоенных! Безмозглый ты имбецил…

— Так, Гундахар! Завязывай ругаться! Вот, правда, надоело. Предлагаю сделку: мы прокачиваемся до 200-го уровня каждый, а затем я тебя отпускаю. Даже, несмотря на все твои прошлые прегрешения, о которых мы доселе не знаем. Однако взамен ты ведешь себя как скромный и воспитанный дальний родственник, что навестил нас проездом из культурной столицы и на пару дней остался погостить. И не потому, что тебя гостеприимно пригласили, а потому, что просто-напросто не было билетов на более ранние даты. Ты не ругаешься, не орешь и не пытаешься никого выпотрошить или четвертовать. Договорились?

— Уа?

— Уговора между рыцарем смерти и трусливым стихиалиевым червём быть не может!

— Тьфу ты! Вот ведь… твердолобый Франкенштейн… Ладно, в таком случае будем действовать по старинке: закрой рот и ничего не говори до тех самых пор, пока к тебе не обратятся.

— У-у-у…

Герман и Глас практически одновременно глубоко зевнули.

— Ох, либо я очень сильно устал, либо генерал рычит в такой тональности, что оно действует на меня как снотворное. Или как те мелодии для медитаций, что обычно включают на проигрывателе перед сном.

— Всё, ищу гостиницу — я развернул карту города.

— Погоди! Есть идея получше! — танк посмотрел куда-то поверх моей головы — Девушка! Девушка! Прошу прощения! Не подскажете, где здесь можно остановиться на ночь?

Я круто развернулся.

К нам навстречу, цокая каблучками «плыла» невероятно красивая и стройная белокурая эльфийка, с элегантной прической и торчащими по бокам симпатичными кончиками длинных розовых ушей. Короткая кожаная курточка поверх приталенной белоснежной рубашки, такая же короткая юбка и длинные ноги. Не девушка, а прямо-таки самый настоящий идеал.

Завидев нас, та сперва лучезарно улыбнулась, а затем приветливая улыбка стремительно сползла с её лица, сменившись на гримасу презрения. Эльфийка резко остановилась, посмотрела по сторонам, и молча перешла дорогу на другую сторону.

— Девушка, вы чего? — непонимающе спросил Герман, всем своим видом напомнив мне ту самую неловкую ситуацию, когда Минидива отвергла его куртку — Я же просто-напросто хотел узнать, где нам с друзьями отыскать гостиницу? Только и всего.

Та даже ухом не повела, а просто процокала мимо. И лишь удалившись на внушительное расстояние от нас, как бы нехотя тихонько произнесла: «с людьми двадцать первой версии не разговариваю». Причем в её голосе отчетливо послышались нотки брезгливого снисхождения, как если бы своим ответом она оказала нам великую честь.

Стало гадко.

— Вот ведь коза… — обиженно протянул Герман.

— Мда. Вот уж чего не ожидал, того не ожидал.

— И что это значит?! — рассердился танк — «С людьми двадцать первой версии не разговариваю». Да это же расизм чистой воды!

— Угу — задумчиво кивнул я — «Сдам однушку в шаговой доступности от метро. Без животных и строго для славян».

— Чего?

— Да так, воспоминания о бытовых приколах моей родины. Впрочем, помнится, Август как-то упоминал, что для бессмертных жителей Элирма мы не более чем юные мигранты и гастарбайтеры. Вот вам и первое наглядное свидетельство здешней кастовой системы общества.

— Мне это не нравится.

— Мне тоже.

— Да и пошла она куда подальше! Сами справимся.

— Во-во.

— Такси? — сбоку от нас, пронзительно скрипя колесами, остановилась обшарпанная колесница, отдаленно похожая на моторикшу или азиатский тук-тук.

Я перевел взгляд на возничего. Им оказался добродушно улыбающийся и явно хорошо подпитый дворф, всем своим внешним видом напоминающий мне прапорщика Василия.

— Тариф: одна серебряная монета на километр пути — продолжил тот — И полторы на случай, если угодим в пробку. Поедите?

Герман и Глас вопросительно уставились в мою сторону.

— Чего смотрите? Полезайте в кузов. Это всяко лучше, чем брести по улицам наугад, не зная пути. К тому же предполагаю, что нам выдали не карту, а какой-то мусор.

— Золотые слова — улыбнулся гном, а затем повернулся в сторону салона и одним ловким движением отвязал веревочку, удерживающую складную подножку — Вы новенькие? С 49-й начальной зоны?

— Да, только что прибыли в город — ответил я, расположившись на узкой скамеечке позади гнома.

— Тогда понятно, почему вы добрых десять минут крутились на месте аки бедные родственники. Та карта, что вам выдали, устарела еще четыреста лет назад. Половина зданий на ней вообще отсутствует. А те, что есть, были либо перестроены, либо сменили названия. В общем, сущий ад для туристов, но в то же время бесконечный источник клиентов для обычных работяг вроде меня. Кстати, не возражаете, если я закурю?

— Да нет, что вы. Курите на здоровье.

— Ха! — усмехнулся гном, выудив из внутреннего кармана длинную трубку — Так и куда едем?

— Нам бы в гостиницу — придвинулся поближе Герман — И желательно поприличнее. Четыре или пять звезд, если понимаете о чем я.

— О-о-о, не хотелось бы вас расстраивать, но боюсь, что это будет проблематично — возничий прочистил трубку кончиком бороды, засыпал в неё табак и, наконец, блаженно закурил.

— Почему? Деньги-то у нас есть.

— Дело вовсе не в этом, господин Герман — ответил гном, выпустив густое облачко дыма и как бы между делом активировав допотопный механический одометр — прибор для измерения количества оборотов колеса, что использовали еще во времена Александра Македонского — А в том, что вы — люди версии 21а. И к тому же имеете рейтинг гражданина менее тысячи единиц. Поэтому, как только вы войдете в здание более-менее приличной гостиницы, то к вам навстречу сразу же выйдет пахнущий платком старой проститутки дрессированный портье и вежливо попросит вас немедленно покинуть территорию их прекрасного заведения.

— А чего плохого в том, что мы — люди 21-й версии?

— Для нас для гномов ничего. Мы и сами частенько сталкиваемся с ксенофобией и расизмом. Особенно со стороны остроухих безбородых карагу, что мнят себя прямыми потомками первых людей. И крайне консервативны в вопросе присутствия на Элирме новых рас.

— Карагу?

— «Кусок дерьма» на старом языке дворфов.

— Ага, ясно. И что же нам делать? Ночевать под мостом?

— Вовсе нет. Мы же говорили о приличных гостиницах? А так я могу вас отвезти в «Ревущую тошниловку» старины Охххрла. Мраморных полов и гобеленов с антикварной мебелью там нет, но, по крайней мере, вкусно готовят. И будет место, где переночевать. Поживёте там с недельку, подкопите очков рейтинга гражданина, и тогда уже сможете арендовать себе комнату или даже квартиру.

— Что ж, спасибо господин… — я быстренько считал имя гнома через интерфейс NS-Eye — Олин. В таком случае едем туда. Тошниловка, значит тошниловка.

— Мда — недовольно пробурчал Эстир, в очередной раз, отпихнув заваливающегося на него сонного Германа — Стало быть, роскошного барбекю с видом на Валийское море сегодня не будет…

* * *

«Ревущей тошниловкой» оказалось весьма обшарпанное трехэтажное здание с покосившейся кованой вывеской и декоративной акульей челюстью, установленной прямо напротив входа.

Стоило нам расплатиться за такси и ступить на мощеный каменной плиткой потрескавшийся тротуар, как из покачивающихся дверей «гостиницы» вывалился пьянющий двухголовый огр, рухнул на спину и тут же принялся яростно блевать двумя параллельными фонтанами.

— Миленько — хмыкнул Эстир — Как думаете, у него получится повторить судьбу солиста группы AC/DC?

— И чтоб больше я тебя здесь не видел! Тряпка! — послышался грозный крик откуда-то из глубин здания.

— Уа!

— Мда, а я-то думал, что название — это такая метафора.

— Плевать — Герман решительно направился в сторону входа, огибая импровизированную инсталляцию «извержения Везувия» и многочисленные мусорные баки — Я спать хочу. Дайте мне перину, подушку, а затем уже можете блевать хоть до обнуления. Мне все равно.

— Поддерживаю.

Я вошел внутрь следом за танком и сразу же уцепился взглядом за какого-то невероятно толстого орка, разместившегося во всю ширину трехметровой стойки ресепшена. Казалось, будто бы эта чудовищная махина вполне способна дать прикурить самому Джаббе Хату.

Охххрл. Орк 218 уровня.

Здоровье: 100 %

Мана: 100 %

— О-о-о! — радушно пробасила гора жира — Здравствуйте, здравствуйте, дорогие гости! Прошу, входите. И добро пожаловать в «Ревущую тошниловку», гы-хы-хы.

— Приветствую вас, господин Охххрл — поздоровался я.

— О, ну что вы, господин Эо — отмахнулся тот — Вы можете называть меня просто, Мистер О. Итак, чем я могу быть вам полезен?

— Мы бы хотели снять номер в вашей гостинице, Мистер О. Желательно, чем больше, тем лучше. И еще чего-нибудь поесть, а то мы уже буквально помираем с голоду. Говорят в вашем заведении отменная кухня?

— Разумеется, господин Эо. Мой повар Гектор готовит воистину великолепное рагу из квашеных рыбьих потрохов и тёртых кишок василиска. А его битые жвала рыхлов в панировочных сухарях с розмарином и чесноком заслуживают отдельной награды. Правда, время уже позднее и я отпустил его домой, но кое-что все-таки осталось. Пожалуйста, угощайтесь.

Орк кое-как наклонился вперед, уперевшись всеми четырьмя подбородками в необъятное пузо, и вытащил из-под стойки поднос с дюжиной целых пирожков и одним надкушенным.

— О, спасибо большое! — Герман схватил один из них быстрее, чем я успел отреагировать, и сразу же откусил кусок — М-м-м, парни, а ведь таксист Олин не врал. Действительно очень вкусно!

— Еще бы — довольно усмехнулся Мистер О — В «Ревущей тошниловке» мы делаем тесто исключительно из первосортного альфантского танга. Такого вы не найдете больше нигде в целом городе.

— Чего-чего? — переспросил танк.

— Из танга!

— Гер — я наклонился к самому уху с аппетитом жующего напарника — Танг — это слоновий навоз.

— Ой… ой…

— Прости дружище — посочувствовал я, параллельно отвесив подзатыльник улыбающемуся во все тридцать два зуба Эстиру.

— О нет! А начинка? — казалось, Германа вот-вот вырвет.

— Маринованный бычий пенис! — гордо ударил себя в грудь Мистер О — В сливочном соусе, гы-хы-хы.

— Кхм, прощу прощения — танк круто развернулся и направился в сторону входных дверей — Я скоро вернусь.

— Ну вот, всегда одно и то же — грустно пробасил толстый орк — Сперва носом воротят, а затем возвращаются за добавкой.

— Мистер О, так что насчет комнаты? — спросил я.

— Ну, есть у меня одна свободная. Как раз на троих. Однако в ней не предусмотрено отдельных помещений для фамилиаров и призванных Унд-Хеку.

— Ничего страшного. И так сойдет.

— Хм, в таком случае с вас 10 золотых за сутки. Завтрак, обед и ужин входят в стоимость. Однако наш терминал не работает, поэтому расплачиваться вам придется налом, гы-хы-хы.

— Оу — я глубоко задумался, потому как ни у кого из нас отродясь не было наличных денег — А если бартер?

— Зависит от того, что вы предложите — широко улыбнулся Мистер О — Вот только возвратов я не делаю и сдачи не даю.

Я повернулся к шаману.

— Глас, дай ему.

— Что дать?

— То, что я выбросил в чертогах.

— А не треснет?

— Уа!

— Да доставай уже. Спать хочется.

— Хм, как по мне, то ты наглым образом разбазариваешь наш капитал — проворчал шаман, выуживая из рюкзака золотой ёршик — А впрочем, ладно. Черт с тобой. Прошу.

— О-о-о — довольно улыбнулся орк, осторожно покрутив толстыми, как сардельки, пальцами блестящий предмет — Какая великолепная чесалка! Такая потянет аж на целую неделю проживания в «Ревущей тошниловке».

— Скорее на две — вмешался Эстир — Но мы бы лучше сняли комнату на трое суток, а на остаток стоимости попросили подготовить для нас отдельное меню. Нужны свежие овощи, мясо, рыба, хлеб, бекон и несколько десятков куриных яйц. А еще чистая питьевая вода, виноградное вино и пиво.

— Фу-у-у — поморщился Мистер О — Как можно в здравом уме есть то, что выходит у куриц прямиком из клоаки?

Бум!

Позади хлопнули двустворчатые входные двери — вошел изрядно побледневший Герман.

— Так и что скажете, Мистер О? По рукам? — улыбнулся я.

— Разумеется, господин Эо, разумеется — удовлетворенно кивнул толстый орк, а затем вытащил из-за пазухи коротенькую палочку и дабы лишний раз не тянуться, поддел за кольцо висящий на стене ключ — Ваша комната на третьем этаже под номером 39. Лестница справа. Располагайтесь, дорогие гости. И добро пожаловать в «Ревущую тошниловку», гы-хы-хы.

* * *

Номер оказался на удивление чистым и опрятным. Особенно, если размышлять в контексте довольно-таки говорящего названия сего заведения.

Поднимаясь по лестнице, я всецело был готов увидеть старые засаленные ковры с разноцветными пятнами и едким запахом, отпечатки чьих-то жирных пальцев на стёклах и полчища тараканов, беспорядочно снующих в разные стороны под аккомпанемент звука капающей из крана воды, но нет. Всё оказалось более-менее прилично. Три кровати, заправленные до ужаса застиранным, но при этом явно чистым бельём с миллионом катышек, старый платяной шкаф, стол, пара тумбочек и большая деревянная бочка с водой вместо душа. При этом сбоку от нее на потрепанной веревочке болтался старый жестяной ковшик со сломанной пополам ручкой.

Разумеется, это был далеко не Хилтон, но для ночевки сгодится. И более того, после сорока семи лет, проведенных на асфальте вблизи черной дыры, уровень наших притязаний и требований к комфорту понизился до состояния: «наплевать». Поэтому опустошив весьма скромные запасы минибара, и напившись воды прямо из бочки, мы завалились спать. Это действительно был до невозможности долгий и крайне насыщенный событиями день, потому как если вспомнить, то еще этим ранним утром мы сладко спали в гостевом домике Нового Света.

Наутро я проснулся от ощутимой прохлады и стука в окно.

Первые пару секунд я отчаянно пытался вспомнить, где нахожусь, и лишь затем обратил внимание на мирно посапывающего в ногах Хангвила, что как самый настоящий пушистый мошенник, умудрился не только отобрать у меня за ночь всё одеяло, но и завернуться в него, как младенец.

Тук-Тук!

Я поискал глазами источник звука.

На покрытом мелкими каплями росы подоконнике сидела толстая чайка, хитро поглядывая на меня одним желтым глазом.

— Прости, дружище. Еды у меня нет.

Тук!

— О-о-х — глубоко зевнул Эстир, а затем хорошенько потянулся, медленно встал и, почесывая задницу, двинулся в ванную комнату.

— Утро доброе! — поздоровался я.

— Угу — вяло отмахнулся тот и схватился за дверную ручку — ВОУ!!!

От испуга шаман отпрыгнул в сторону и со всей дури врезался в шкаф, пробив головой одну из деревянных створок.

— Что случилось? — я резко подорвался с кровати и материализовал в руке посох.

— Уа?!

— Да тихо-тихо… всё нормально. Я просто спросонья начисто забыл, что у нас мёртвый игв сидит в ванной — ответил тот, массируя затылок — Блин, теперь сто процентов будет огромная шишка… Гундахар, и вот обязательно было стоять чётко в миллиметре от двери?

— У-у-у… — послышалось недовольное рычание.

— Эй, а что это с тобой…? Влад! Влад!

— Да что опять?

— Скорее иди сюда! Тут у нас, кажись, генерал мутировал!

— Да ладно?

Я стремительно пересек комнату и обомлел от развернувшейся перед глазами картины.

Если раньше Гундахар смотрелся как обтянутый кожей черный скелет с длинными и острыми, как бритва когтями, то теперь перед нами стоял более-менее полноценный человек. По-прежнему красные глаза, пепельно-серая кожа и, к удивлению, ярко выраженные азиатские черты лица.

— Опа… Это что еще за адский самурай?

— Вот и я о чем — продолжал чесать затылок Эстир, с интересом изучая игва — Скажи, он вылитый Шан-Цзун из смертельной битвы?

— Да, похож — кивнул я — Вот только как он умудрился за ночь поднабрать дюжину кило мышечной массы?

— Есть у меня одно предположение — сказал шаман, а затем аккуратно протиснулся внутрь крошечной ванной комнаты — Да! Он выпил из бочки всю воду.

— О как! Пополнил водный баланс так сказать? Интересно.

— Ага. Кстати, ты бы не мог попросить его постоять возле окошка? Мне срочно надо отлить. А при нём никак не получается.

— Конечно.

Я выполнил просьбу Гласа и сразу же получил очередной, наполненный жгучей ненавистью взгляд со стороны генерала.

— Глас, а что если…

Бум!

Грохот бьющегося стекла и короткий испуганный писк.

— Что случилось? — проорал шаман из-за закрытой двери.

Я покосился в сторону окна.

— Генерал только что сожрал чайку. И в очередной раз развел нас на бабки. Теперь на замену окна.

— Думаю, будет дешевле его покормить.

— Согласен — ответил я, а затем обратился к Гундахару — Ваше благородие, коли уж опытным путем мы выяснили, что аппетит у вас таки наличествует, то быть может, вы не откажете нам в удовольствии угостить вас парочкой хорошо прожаренных стейков?

— Восемь — неожиданно спокойно прогудел генерал — Нет. Двенадцать! С кровью!

— Батюшки… — я не мог поверить собственным ушам — Вот уж действительно доброе утро! А что по напиткам? Кровь девственницы подойдет?

— Смеяться надо мною вздумал червь?! — взорвался игв.

— Не-не-не, что ты, что ты, прости. И в мыслях не было.

— У-у-у… ладно. В таком случае я буду саке. И чай.

— Будет сделано — козырнул я.

— Влад — шаман приоткрыл дверь и высунул голову — У меня есть хорошие новости.

— Какие?

— Есть основания полагать, что с генералом все-таки возможно договориться.

— Но ты же говорил, что это бесполезно?

— Да! Так и есть. И я был абсолютно в этом уверен, пока не узнал, что Гундахар — рыцарь смерти. Высшая нежить! А с ними уже совсем другая история.

— Пояснишь?

— Рыцарями смерти, как правило, становятся те, кто в прошлом были прославленными полководцами или великими воинами. И их отличительная особенность заключается в том, что после смерти они сохраняют собственные воспоминания и черты характера. К слову, мы вполне спокойно могли об этом догадаться еще тогда, когда во время испытания он блуждал по лесу и звал свою любимую. Ты понимаешь, что это значит?

— Что он был отпетым говнюком еще при жизни?

— Да, но нет. Это означает, что у него достаточно степеней свободы на то, чтобы действовать по собственному усмотрению. И самостоятельно принимать решения.

— Ага — кивнул я — В таком случае, это действительно хорошая новость.

— Согласен.

— Кстати, а где Герман? — только сейчас я заметил, что напарника в комнате не было.

— Не знаю. Может за пирожками пошел? — предположил Эстир.

— Хм, надо проверить. Одевайся.

* * *

Спустившись вниз, мы обнаружили толстого орка точно в таком же положении, в котором видели его вчера. Казалось, будто бы Мистер О и вовсе не покидал своего насиженного места, а ночевал прямо тут.

— Доброе утро, Мистер О! — поздоровался я, облокотившись на стойку ресепшена.

Орк не ответил.

— Доброе утро! — повторил шаман, однако и на этот раз реакции не последовало.

— Хм, странно.

Я присмотрелся внимательнее.

Владелец «Ревущей тошниловки» сидел неподвижно и тупо смотрел в одну точку, крепко удерживая в ладони последний из оставшихся пирожков.

— Он что, умер? — шаман пару раз щелкнул пальцами у орка перед лицом.

— Да нет же, здоровье 100 %. Думаю, он спит.

— С открытыми глазами?

— Угу.

Бам!

Я грохнул кулаком по столу.

Толстяк вздрогнул, всколыхнувшись сейсмической волной подкожного жира.

— О-о-о, доброе утро дорогие гости! — пробасил Мистер О — Как прошла ваша первая ночь в моём прекрасном заведении? Хорошо спалось? Вам не докучали?

— Нет, Мистер О. Всё было замечательно, спасибо.

— Рад стараться, гыхыхы. Кстати, ваши продукты уже доставили на кухню. Мой повар Гектор как раз с минуты на минуту поставит для вас печься хлеб из самого лучшего альфантского танга.

— О нет-нет! — замахал руками Эстир — Мистер О, прошу вас, только никакого танга. Ржаная или пшеничная мука. Хорошо?

— Хмм… — орк задумчиво почесал четвертый подбородок — Ну, ладно. Мне больше достанется. Хотя, безусловно, странный выбор… Что может быть лучше, чем свежая ароматная булочка из танга с паштетом из полуразложившихся внутренностей синих пикси? Это же самая грандиозная вкусовая палитра и лучший из возможных подарков для кишечника! Вам стоило бы задуматься над этим.

— Уа!

— Вот! — широко улыбнулся толстяк — Ваш прекрасный фамилиар хорошо меня понимает.

— Мы обязательно подумаем над этим, Мистер О — кивнул я — Скажите, а вы случаем не видели нашего спутника?

— Господина Германа? Разумеется, видел. Он спустился около часа назад. Быстренько позавтракал, а затем обратился ко мне за помощью. Хотел подготовить для вас сюрприз. И кстати, в Затолисе у меня обширные связи, поэтому если вам что-нибудь понадобится то, пожалуйста, обращайтесь. За свои услуги я беру весьма скромные комиссионные в семь с половиной процентов.

— Понял, хорошо. А с чем вы помогали Герману?

— Позвать Вела.

— Какого Вела?

— Алтас Велнарин! — гордо ударил себя в грудь толстяк — Лучший извозчик и экскурсовод в целом городе, что вот уже более трех сотен лет состоит на службе у одного из древнейших кланов Элирма — Нулевого Меридиана. Такие доступны лишь крайне узкому кругу клиентов премиум класса с рейтингом гражданина свыше 30 000 единиц, коим я и являюсь, гы-хы-хы. Они с господином Германом беседуют на улице. Так что можете взглянуть сами. Обещаю, увиденное вам понравится.

— Благодарю, Мистер О.

Мы с Гласом направились в сторону дверей.

— Господа, постойте — пробасил орк, а затем вытащил из-под стойки два бумажных пакета — Ваш завтрак.

* * *

— Сюрприз! — прокричал Герман, стоило нам с Гласом показаться на улице.

— Воу…

Я резко притормозил, будучи не в силах поверить собственным глазам, потому как светящийся от радости напарник стоял, опершись спиною на самый настоящий автомобиль. Причем какой-то невероятно гигантский и крайне необычного вида.

— Это что еще за помесь грации кита и священности коровы? — удивленно спросил Эстир.

И в этом, пожалуй, я был полностью согласен с шаманом. Автомобиль действительно был красив и уродлив одновременно. Целиком выполненный из увитого кельтскими узорами темного металла, он был минимум семь с половиной метров в длину, три в ширину и имел аж четыре пары сферической формы колес, каждое из которых в высоту доходило мне до пояса. А там, где должны были быть фары, плавно вздымались кованые скульптуры в виде глобусов, несущихся на приливной морской волне.

— Парни, познакомьтесь — Герман сделал плавный шаг в сторону и повел рукой по направлению блестящего в лучах солнца стального монстра — Наш экскурсовод!

— Тачка? — не понял шаман.

— Моё имя — Атлас Велнарин — раздался приглушенный механический голос откуда-то из глубин автомобиля — Но вы можете называть меня Вел. Я — собственность клана Нулевой Меридиан и действительный член элирмского географического сообщества, призванный осуществлять функции гида, а также транспортировку граждан в пределах города Затолиса. Кроме того, я имею наивысший рейтинг безопасности уровня ААА+, гарантирующий полную сохранность пассажиров на протяжении всего срока поездки.

— Это же здешний ДеЛамейн! — улыбался во все тридцать два зуба танк — Круто, правда?

— Кхм, и почём у нас нынче такое удовольствие?

— Я арендовал его на целые сутки всего за 250 золотых. И это еще дешево, благо у Мистера О имеется хорошая скидка.

— Гер, ты ведь понимаешь, что в переводе на земные деньги, это чуть более 3000 евро?

— Да ну и что? Хочешь сказать, мы этого не заслужили? Не знаю как вы, но я уже давно хочу хорошенько расслабиться и качественно шикануть. Особенно после всего того, что мы пережили. И еще, ты обещал накормить меня рулькой по-берлински и сводить в бордель. Помнишь?

— Серьезно? — удивился шаман.

— Да, было дело.

— Я тоже хочу.

— У-у-у… только жалкие и ничтожные черви платят звонкой монетою за плотские утехи — прорычал генерал — Настоящие мужчины всегда берут своё силой!

— Начинается… — закатил глаза Эстир.

— Ваше благородие — обратился я к Гундахару — Вам стоило бы поучиться манерам и чувству такта. Быть может, там и для вас отыщется какая-нибудь леди Сильвана?

— Избавь меня от ваших смертных слабостей, стихиалиевый бастард.

— Чего это сразу бастард?

— А давно он начал нормально разговаривать? — удивился Герман — И почему выглядит, как глава местного филиала якудзы?

— Живительной водички попил.

— В течение получаса ожидаются серьезные затруднения на дорогах в районе Великой Кузни, улицы Исследователей, торгового квартала дваргов, Аллеи Чести и по всему периметру Площади Спада — раздался механический голос Вела — Если вы желаете успеть проехать по заранее составленному господином Германом маршруту, то предлагаю выдвигаться прямо сейчас.

— Ты и маршрут успел составить? — удивился я.

— А то — напарник принялся загибать пальцы — Сперва заедем в ближайший медблок за обновлениями для NS-Eye. Затем в аукционный дом, дабы продать все лишнее барахло. Потом двинемся к Кальпе и там же погуляем по Аллее Славы и Саду Высоких Судеб, ну и напоследок в виде вишенки на торте — ровно в десять вечера торжественно припаркуемся у главного входа в Падший Нифалем или Утопию Суккуба.

— Господин Герман — вмешался Вел — На всякий случай хочу вас предупредить, что в Падшем Нифалеме гостей обслуживают лица исключительно мужского пола.

— Ой… В таком случае однозначно едем в Утопию.

— А что за Кальпа?

— Мистер О сказал, что местные жители так называют Хранителя Знаний. «Кальпа» означает период с момента сотворения мира, до его полного уничтожения.

— Молодец, многоуважаемый танк — Эстир одобрительно похлопал Германа по плечу и с видом матерого аристократа полез внутрь салона — Хвалю.

— Согласен — кивнул я — Красавчик, Гер! Шикарный сюрприз!

— Благодарю вас, судари.

Стоило нам разместиться на обитых дорогой кожей пышных сиденьях, как двери автомобиля сами закрылись, а из центральной панели управления плавно выдвинулся отливающий золотом прозрачный цилиндр с текучей плавающей субстанцией внутри.

— Господин Герман, для начала поездки прошу вас вставить ключ в замок зажигания.

— Зацените — напарник аккуратно вытащил и продемонстрировал нам светящийся продолговатый предмет — Оказывается, тут для каждой машины предусмотрены специальные ключи со встроенным инвольтационным патроном. У этого ёмкость на 10 000 единиц маны. Как раз хватит нам на целые сутки.

— В целом, логично — сказал Эстир — Иначе всеми механизмами управляли бы исключительно маги.

— Мерзость… — прогудел Гундахар, опустив задницу на то самое место, где по идее должно было быть расположено кресло водителя.

— Ладно, поехали.

С тихим щелчком цилиндрический ключ вошел в замок зажигания и Атлас Велнарин медленно тронулся.

* * *

Не прошло и двадцати минут, как из моей головы начисто выветрились неприятные воспоминания о вчерашней процедуре регистрации.

Тогда мы прибыли в город затемно смертельно уставшие и толком ничего и не успели рассмотреть. Да и сама «Ревущая тошниловка» находилась в глухом переулке на самой окраине города. Но вот теперь, столица Валийской империи развернулась перед нами во всей красе.

Как и положено любому многомиллионному мегаполису, здесь были тысячи домов, сотни улочек и переулков, широкие проспекты, площади, набережные и какое-то невероятное количество алтарей и памятников.

С любопытством изучая незнакомый город, мы видели многочисленные забегаловки, таверны, гостиницы, магазинчики, ломбарды, пункты обмена всего и вся и более того «кристальные залы» — здешнюю версию кинотеатров, с пристроенными по-соседству курительными комнатами.

Атлас Вел проявил себя как воистину превосходный гид и не только самостоятельно вёл машину и бесконечно суфлировал, но и отвечал на наши многочисленные вопросы, которых с каждой минутой становилось всё больше и больше.

— … а слева вы можете увидеть Галерею Музы, пару десятилетий назад переименованную в Галерею Калиопы — лучший музей изобразительного искусства во всей галактике, чьи работы древних альвов первой эпохи еще ни разу не оставили посетителей равнодушными.

— Угу.

— Также неподалеку от главного входа в Галерею расположен Фонтан Стихиалиев. Рядом с ним находится единственный во всем Элирме магазинчик, где продается сладкая вата из стихиалиума, приготовленная по особому мифическому рецепту. Стоимость одной порции этого изысканного угощения составляет свыше полутора сотен золотых, однако взамен вы можете получить существенные бонусы ко всем основным параметрам, что будут держаться на вас целую неделю.

— А что это вон там дальше, в конце улицы? — Герман ткнул указательным пальцем на маячившую вдалеке усеченную пирамиду.

— Это Зиккурат игвов. А прямо за ним находится Улей селенитов. Но я бы не рекомендовал вам посещать именно эту часть города.

— Почему?

— Потому что, как и игвы, селениты не особо ладят с людьми. Как впрочем, и со всеми остальными расами. Их мышление и образ жизни кардинально отличаются от вашего. Они не знают ни любви, ни надежды, ни радости, ни религии, ни искусства. А живут и дышат только лишь ради своей матки, которая правит ими вот уже девятьсот двадцать лет.

— Интересно, это каким таким образом она умудряется так долго пребывать у руля?

— Её власть основывается на чувстве похоти, которое испытывают к ней абсолютно все подданные. Это культ мистического сладострастия и без неё жизнь селенитов сразу же превратится в бесцельное и бесполезное существование.

— Ага, ясно. Ну да, ехать в ту сторону мне уже совсем не хочется. О! А это что за волосатое чудовище? Кенокефалец?

— Где? — не понял Вел.

— Правее. Возле мусорного бака.

— Это валлийский мастиф, господин Герман. Обычная собака.

— А, и правда — напарник заметил, как в этот самый момент собака буднично задрала лапу и пописала.

— Кажется, дождь собирается — сказал шаман, кивнув куда-то в сторону — Глядите, какая туча.

— Это не туча, господин Эстир. В той части города находится крупнейший во всей империи завод по производству алхимических зелий и ингаляторов здоровья. Дважды в сутки завод выпускает целебные пары, к которым со всей округи слетаются миллионы птиц.

— Ого.

— Парни, парни! — радостно улыбнулся Герман — Вы только представьте, сколько там дерьма!

— Достаточно, чтобы я мог увязнуть — ответил гид.

— Вел, у меня вопрос — сказал я, пристально изучая одного из прохожих — Жители Элирма ведь бессмертны, так?

— Все верно, господин Эо.

— И молодо выглядят?

— Я бы сказал, что по привычным для вас меркам они выглядят в диапазоне от двадцати и до пятидесяти.

— Тогда откуда здесь старики?

— На это существуют две причины, господин Эо. Первая — проклятие Хроноса или печать времени. Неизлечимая болезнь, которая заставляет тело медленно увядать. И вторая причина — дети.

— Дети?

— Да. На Элирме установлена жесткая система контроля рождаемости, где бессмертие — плата за продолжение рода. Поэтому стоит дважды подумать, прежде чем принимать решение завести детей.

— То-то я думал, почему местные спиногрызы поголовно напоминают мне прототипы маленьких императоров! — усмехнулся шаман — Пухлые щечки, важно надутые губки и намечающиеся очертания вторых подбородков.

— И все-таки ты неприятный человек — покачал головой Герман — Дети — это радость и счастье.

— Уа!

— Свои — да. Чужие — нет.

— Господа — невозмутимо продолжил Вел — Через сотню метров мы проедем вблизи Площади Мира, где вы сможете в деталях рассмотреть одну из главных достопримечательностей города — Капитолий. В этом здании заседают члены Верховного Синклита во главе с одним Принцепсом и двенадцатью Высшими сенаторами. Любопытный факт: когда сенаторы принимают судьбоносное решение и оглашают Сенатус Консульт (воплощенную волю народа), то они переходят в «Малый Зал Тринадцати», где над головой у каждого из них находится легированный божественной сталью меч, подвешенный за тонкую стихиалиевую нить. Легенда гласит, что как только один из них соврет или хотя бы усомнится в праведности вынесенного решения — стихиалиевая нить тотчас же оборвётся и клинок насквозь пронзит тому голову.

— Да ну? — удивился я — И как часто подобное происходило?

— За время моего существования — ни разу.

— Думаю это всё, что необходимо знать о большой политике.

— Согласен — кивнул Глас.

* * *

До галереи с медблоками мы добирались не менее получаса. В целом, они и так были разбросаны буквально на каждом углу как самые обыкновенные аптеки, однако Атлас Вел решил отвезти нас именно к тем, что находились в непосредственной близости от биржи аукциона.

Процедура обновления NS-Eye прошла безболезненно и заняла от силы пару минут. Причем если Герману и Гласу пришлось раскошелиться аж на 460 золотых, то лично я смог улучить артефакт абсолютно бесплатно — воспользовался наградой за давным-давно выполненный квест «Упорствующие во зле».

Вернувшись в машину, я быстренько изучил новые вкладки, создал общую группу, подключил чат для возможности общаться удаленно, а затем полез изучать список друзей.

Как и предполагалось, вбитое в поисковик имя «Август Тарн» показало статус «неактивен». А «Нэртиса» среди людей так и вовсе не было, что очень сильно меня опечалило.

— Влад, с тобой все в порядке? — спросил Герман — На тебе лица нет.

— Я только что ввёл имя Антона, своего бывшего одноклассника, но NS-Eye почему-то показывает, что человека версии 21а с таким именем не существует.

— Вполне возможно, что ваш друг просто-напросто его поменял — отозвался Вел — Многие так делают. В основном в целях безопасности.

— А что, так тоже можно было?

— Разумеется. В первый раз это будет стоить вам всего 100 золотых. Затем цена возрастёт до 1000, 10 000, 100 000 и так далее.

— Хм, стало быть, отыскать моих друзей будет проблематично.

— Не беспокойся — похлопал меня по плечу напарник — Город не бесконечен. Найдем.

— Уа!

— Интересно — задумался шаман — А можно ли сбросить все очки параметров и навыков, чтобы заново их распределить? И сколько это стоит?

— Миллион. Или же бесплатно, если вам улыбнется удача, и вы сможете разыскать божественный Тальтном — алхимическое зелье, приготовленное на основе капли росы, собранной с Древа Миров.

— Понял, спасибо. Пфф, тоже мне. Всего-то один жалкий миллион… Подумаешь?

— Эм… парни. Тут либо обновленный NS-Eye творит нечто странное, либо меня откровенно глючит — сказал танк — Глядите! Вы тоже видите это? У некоторых из прохожих прямо над головой горят восклицательные знаки!

— Это квесторы, господин Герман — пояснил Вел — Люди, готовые предложить вам задание. Вы тоже сможете так делать, как только откроете параметр «Влияние» и получите доступ к соответствующему редактору. И когда вам срочно понадобится что-либо доставить, починить, найти, убрать и так далее, то вы можете собственноручно прописать текст задания, указать необходимые сроки, награду, а также возможные штрафные санкции в случае его невыполнения или провала.

— А что, удобно. Прямо-таки публичная оферта. С оплатой постфактум.

— Угу.

Спустя минуту Атлас плавно остановился и открыл двери.

— Остановка — биржа аукциона.

* * *

Со всеми финансовыми делами мы управились минут за двадцать, параллельно оккупировав три соседних аукционных бокса.

Я не стал себе ничего покупать, как впрочем, и продавать тоже. Делиться прибылью со Стасом мне никак не хотелось, поэтому шаман был временно назначен нашим «клановым» казначеем. Ему-то я и высыпал из «кармана» все накопленное барахло, а затем остаток времени лениво ползал взглядом по многочисленным вкладкам с товарами и откровенно скучал.

По возвращении в машину Эстир буквально светился от радости.

— Влад! Твой Стихиалиевый Куб — это самое настоящее сокровище. Мы богаты!

— Ты уверен?

— Абсолютно. Смотри. Сколько стоит малый ингалятор здоровья?

— Десять золотых.

— А средний?

— Тридцать пять.

— Вот именно! Мы можем купить три малых ингалятора за десять, затем объединить их в один обычный и продать за тридцать пять. Получается, пять золотых чистой прибыли на ровном месте! Но это еще цветочки. С драгоценными камнями дела обстоят куда интереснее, правда они и стоят дороже.

— Быть может, у меня включается паранойя, но не вызовет ли это излишних подозрений?

— Так мы будем чередоваться. Один — покупает, второй — продает. Потом если разыщем, то можем и твоих друзей подключить. Вместе с Полковником.

— Ой! — воскликнул Герман — Мы же должны были встретиться с ним в таверне «Глухонемая сирена», что в Гавани Трюмных Вод!

— Дружище, драка на улицах Нового Света произошла вчера. Мы встречаемся с Полковником послезавтра.

— Серьезно? Хм, странно. По мне, так с тех самых пор прошла целая жизнь.

— И не говори.

— Господа — вмешался Вел, что всё это время рассказывал нам про Площадь Порталов, знаменитый Мавзолей Затолиса и первую крепость в Старом городе — Чтобы добраться до храма Хранителя Знаний вам потребуется на ближайшем перекрестке повернуть налево, а затем пройти ровно двести метров прямо, никуда не сворачивая. К сожалению, но двигаться дальше я не могу.

— Почему?

— Впереди находится улица Кланов, по которой из-за вчерашнего теракта запрещено движение любой техники.

— А что случилось?

— Кто-то взорвал начинённую килограммом божественной стали бомбу в главной штаб-квартире клана Вергилий. Двадцать девять человек были полностью обнулены, пятнадцать тяжело ранены и еще двое без вести пропали. В том числе и непосредственно сам глава клана — господин Август Тарн. К слову, это был крупнейший террористический акт, произошедший в Затолисе за последние восемь лет.

— Мда — поморщился шаман — Чёрт-те что тут творится.

— Минуточку! Что ты сказал?! — не веря собственным ушам, переспросил я — Август Тарн?

— Да, господин Эо. Господин Август Тарн вот уже восемь лет является главой крупнейшего клана людей 21-й версии — Вергилия, что был основан около сорока лет назад и до вчерашнего дня входил в число пятисот сильнейших кланов Элирма. Сегодня его позиция в рейтинге опустилась до 1129-го места. Вполне возможно, что лишившись практически всего высшего руководства, в скором времени Вергилий полностью прекратит своё существование.

— Влад, ты ведь понимаешь, что это он? — спросил напарник.

— Да.

Я глубоко задумался. Отныне сомнений не оставалось: это и был наш с Германом «дед». Вот только как он оказался на территории начальной зоны и зачем устроил весь этот спектакль? Потратил на нас кучу времени, а затем отправил одних прямиком навстречу опасности. Мда. Действительно чёрт-те что тут творится.

— А я ведь с самого первого дня прямо-таки сердцем чувствовал, что с ним явно что-то не то…

— Сдается мне, что вами хорошенько поманипулировали — сказал Эстир.

— Не знаю. Возможно.

— Что делать будем? — поинтересовался танк.

— Надо его разыскать. И задать пару вопросов.

— А ты уверен, что он вообще жив? NS-Eye показывает статус: «неактивен».

— Это базовая опция для Глаза Одина легендарного класса, господин Герман. При желании пользователь может скрыть своё собственное местонахождение, а также заблокировать все входящие сообщения. Если бы господин Август Тарн погиб, то тогда вы бы и вовсе не увидели его имени в строке поиска.

— Превосходно — поморщился напарник — Значит, сперва нам необходимо найти твоих друзей, затем Вайоми, потом нырять в батискафе за Диедарнисом и прошерстить целую планету в поисках оставшихся чудес света, а теперь еще и предстоит искать пропавшего «деда». И что это за мир такой, где все кругом постоянно теряются?

— Прошу прощения, что подслушал ваш разговор — вмешался Вел — Но я просто-напросто обязан спросить. Правильно ли я понимаю, что вы знаете точное место расположения Диедарниса?

— А почему тебя это интересует? — переспросил я.

— Господин Эо, как вы уже знаете, я являюсь собственностью древнейшего клана Элирма — Нулевой Меридиан. Изначально этот клан был основан группой энтузиастов и исследователей именно в целях поиска всех 111 чудес света. Пока что их было найдено всего 105. Поэтому если вы знаете точные координаты места расположения 106-го чуда света, то вам, безусловно, стоит сообщить эту информацию высшему руководству Нулевого Меридиана. Уверяю вас, награда за сведения о Диедарнисе окажется гораздо выше, чем вы можете себе представить.

— И насколько?

— Подобные неисследованные подземелья могут таить в себе самую настоящую кладезь сокровищ и артефактов на сотни и сотни миллионов золотых. Как осведомители, вы можете претендовать на сумму вознаграждения в районе одного процента.

— Воу…

— Народ, а вот теперь мы точно богаты! — обрадовался Эстир.

— На вашем месте я бы не раскатывал губу раньше времени, многоуважаемый шаман — съехидничал Герман — И не строил из себя Уоррена Баффета.

— Ха, туше.

— Хорошо Вел — сказал я — Думаю, мы сможем побеседовать с твоим руководством.

— Превосходно. Вам уже назначена встреча на завтра на десять утра.

— Быстро он, однако… — удивился танк.

— Тем лучше. Ладно — я открыл дверь и вышел из машины — Пошли. Наведаемся к Кальпе. Быть может, хоть в этот раз мы в кой-то веки получим вразумительные ответы.

— За время нашей поездки, я дал вам ровно 154 более чем вразумительных ответа.

— Да нет, Вел. Ты-то вообще красавчик. Но в данном случае речь идёт не о тебе.

* * *

Местом обитания древнего как сама планета Хранителя Знаний оказалась донельзя скромная, и я бы даже сказал невзрачная, деревянная избушка.

Потемневшая и покосившаяся от времени она стояла на крохотном участке прямо посреди богато разукрашенных величественных особняков, невольно напоминая мне иллюстрацию города Мумбаи, где суперсовременные небоскребы из стекла и бетона соседствовали с прогнившими трущобами.

Около входа в храм стояла небольшая очередь всего из пяти разумных, что тоже показалось мне достаточно странным. Неужели услуги того, кто знает всё обо всём, не пользуются нынче спросом?

Через пятнадцать минут очередь дошла и до нас. Я шагнул сквозь приоткрытые створки поскрипывающих дверей и сразу же уткнулся носом в пупок невероятно высокой, но при этом чудовищно красивой полуобнаженной девушки.

— Айя лаир нил — ласково улыбнулась та, а затем вдруг неожиданно наклонилась и нежно поцеловала меня в губы — Ни мел эа торон.

— Оу… спасибо — смутился я, коротко взглянув на интерфейс NS-Eye.

Алекса. Атлант 500 уровня.

Здоровье: 100 %

Мана: 100 %

— Кажется, она тебя поприветствовала и сказала что-то в духе: «я люблю тебя младший брат».

— Ты прав, дорогой Мартин — сказала девушка — Мы с вами родом с одной планеты. И какое-то время даже жили рядом, бок о бок друг с другом.

— Так значит, это правда — прошептал я — Атлантида действительно существовала!

Девушка мягко кивнула.

— А что с вами случилось? Ваш остров действительно затонул?

— Прошу меня простить, дорогой Владислав Павлов, но Кальпа не может вас долго ждать — Алекса отошла назад и плавно повела рукой в сторону единственной комнаты — Входите. Но помните, вы можете задать ему всего три вопроса. Поэтому будьте крайне внимательны к словам.

Мы двинулись по указанному направлению.

Внутри комнаты не было ничего, кроме голых деревянных стен и парящего под потолком огненного шара.

Напарник зашел в неё первым, стремительно пересек помещение и огляделся по сторонам.

— Ну, и где он?

— Рядом с тобой, Герман Велор — послышался голос из пламени.

— О-о-о, так значит, ты и есть Кальпа?

— Многие так меня называют — ответил шар, а затем вдруг превратился в белобородого старичка, всем своим видом копирующего внешний облик сказочного Мерлина — Думаю, подобный образ больше соответствует твоим запросам?

— Вау! — поразился танк — Скажите, а я могу задавать вам абсолютно любые вопросы? Или все-таки существуют какие-либо запретные темы?

— Для меня не существует запретных тем — ответил старик, а затем коротко поклонился напарнику — Благодарю тебя юноша. Ты задал свои три вопроса.

— Что…? — Герман на минуту завис и лишь затем, наконец-таки, понял — Ай, чёрт!

— Ха! — улыбнулся шаман — Так я и знал.

— Да? И почему тогда меня не остановил? — обиделся танк — Блин! Я же всю дорогу заранее готовил вопросы… так нечестно!

— Это какие?

— Я хотел узнать, что было первым — яйцо или курица? Кто убил Кеннеди? И почему человек, который стоит перед тобой у банкомата, всегда тупой?

— Мда. И почему я ничего другого от тебя и не ожидал? — усмехнулся Эстир.

— Тогда может, ты спросишь? Не обязательно все три, достаточно хотя бы первого.

— Нет уж. И, пожалуй, сегодня я вообще воздержусь от вопросов. Надо бы хорошенько их обдумать. Пускай Влад обо всём спрашивает.

— А ты я смотрю, хорошо устроился — проворчал я, а затем вышел вперед — Кальпа скажи, пожалуйста, где нам найти Вайоми?

— Что толку знать о местонахождении великого духа, если сами вы не сможете к нему попасть? — ответил старик — Вайоми находится в высшем из миров, к которому у обычного смертного доступа нет. И лишь единственное существо из ныне живущих на Элирме способно показать туда дорогу — его младший брат.

— Кто?

— И было четверо из них: старший появился из огненного пылающего тела, остудил его и создал твердую почву, сушу и континенты; второй — подарил миру живительную воду, напоив своим телом реки, моря и океаны; третий — вдохнул в этот мир жизнь и научил нас парить в небе как птицы; а самый младший из них — по-прежнему обитает среди людей.

— Заранда — догадался я.

Старик медленно кивнул.

— Хорошо. В таком случае последний вопрос: где нам найти Заранду?

— Как интересно — Хранитель Знаний вдруг отстранился, материализовал в руке тройку камушков и принялся ими ловко жонглировать — А ты внимателен к словам, юный Эо?

— Я не понимаю…

— Я бы ответил, что некоторые из них стоит воспринимать буквально — На последнем слове камни исчезли и Кальпа коротко поклонился — Благодарю, ты задал свои три вопроса.

Глава 13

— Хрень какая-то… — оказавшись на улице, Германа с головой накрыла волна возмущения — Нет, ну вы только посмотрите?! «А ты внимателен к словам, юный Эо?». Тьфу ты! Да еще и сказано было с таким важным видом и пафосной интонацией, как будто бы перед нами разыграли убогую театральную постановку! Тоже мне Хранитель Знаний. Это не Хранитель Знаний, парни. Это какой-то дешевый инфоцыган в духе набившего всем оскомину графа Черри. Не удивительно, что у него так мало посетителей.

— Кого-кого?

— Неважно — отмахнулся тот.

— И, тем не менее, вопрос по-прежнему остается открытым — сказал я, шагая по тротуару в сторону припаркованного вдалеке Вела — Теперь понятно, что для того, чтобы найти Вайоми, нам сперва необходимо отыскать Заранду, однако я так и не понял где, как и с чего начать.

— Я тоже — кивнул танк.

— Как и я — отозвался Эстир — И раз уж мы оказались в тупике, то предлагаю воспользоваться старым дедовским способом и попытаться хорошенько прошерстить все местные библиотеки. Быть может, хотя бы там мы найдем какое-либо упоминание о Заранде и возможных ареалах его обитания.

— Угу, а через три с половиной года гарантированно сдохнем. С ранними залысинами и перхотью из книжной пыли.

— И где же ваш хваленый оптимизм, многоуважаемый танк?

— Где-где… в заднице! Не нравится мне вся эта демагогия, загадки и политические интриги. Было бы гораздо проще, если бы нам сказали мол, идите в темное и опасное подземелье на краю света, убейте там тысячу гоблинов и в награду получите карту с точными координатами Заранды. И всё! Вот почему нельзя было так сделать? Это же гораздо проще и конкретнее. А нормальные люди любят конкретику.

— Согласен — прогудел Гундахар — Только жалкие трусы говорят загадками и перемещаются тайными тропами.

— Вот! Даже генерал меня понимает!

— Думаю, на нашем веку будет еще не одна сотня подобных подземелий — улыбнулся Глас, а затем вдруг резко помрачнел и перешел на шепот — Так народ, а теперь внимательнее. Продолжаем непринужденно общаться, мило улыбаемся и шагаем чётко в сторону Атласа. Да поживее.

— В чем дело?

— Моё шаманское чутьё только что выдало десять баллов опасности из десяти. Кажется, за нами следят.

— Ага, ясно.

Стараясь сохранить невозмутимый вид, я медленно повел головой из стороны в сторону и краем глаза заметил, как из соседнего переулка отделились две тени и плавно двинулись в нашу сторону.

— Вижу троих на балконе второго этажа у дома слева. Прямо над лавкой зачарователя — тихо произнес Эстир, лучезарно улыбаясь зазывающему покупателей бакалейщику — И еще пятеро расположились на веранде того ресторанчика по правую руку.

— А кто это? — прошептал Герман, как бы невзначай опустив ладонь на рукоять меча — И чего им от нас надо?

— Без понятия.

— Это Питоху — неожиданно ответил Гундахар — Проклятые Соловьи.

— Кто?

— Ищейки. Ассасины из древнего клана наемных убийц, что находятся под покровительством бога смерти Шезму. Крайне опасные противники.

— Начинается… — недовольно поморщился Герман — Очередная пакость от Стаса?

Генерал покачал головой.

— Питоху никогда не связываются с желторотыми сопляками навроде вас. Это кто-то другой. Куда более могущественный.

— Мда.

До припаркованного Вела оставалось не более пятидесяти метров.

— А если они нападут, ты справишься? — поинтересовался я у Гундахара, буквально кожей ощущая на себе чужие мимолетные взгляды.

— Разумеется, нет. В былые времена я без труда бы разорвал их на части как каких-нибудь вшивых болотников, но не теперь. Теперь я отвратительно слаб, и в состоянии одолеть максимум троих. Поэтому если желаете сохранить свои жалкие и никчемные душонки, то просто держитесь на виду — игв указал на один из многочисленных столбов, увенчанных металлической сферой наблюдения — и будете в безопасности.

— Интересно, а почему ты нам помогаешь?

— Потому что не станет тебя, не будет и Гундахара, тупой ты болван. Каждые тринадцать лет ровно столько же лучших Питоху получают в награду кинжал с напылением из божественной стали, которой абсолютно плевать на твой уровень. Получишь таким удар прямо в сердце и более никогда не воскреснешь.

— О! — цокнул языком Эстир — Теперь еще и противники с ваншотными пушками до кучи. Прелесть.

— Вел! Заводи машину! — прокричал танк на подходе.

— Формально я и есть машина, господин Герман — отозвался гид, гостеприимно приоткрыв двери.

Оказавшись внутри, мы оперативно расселись по местам и наконец-то, расслабленно выдохнули. Все-таки бронированные окна из прозрачного стихиалиума и толстенный мифриловый кузов исправно делали своё дело, создавая у пассажиров иллюзию стопроцентной безопасности.

— Фу-у-х, а вот это было волнительно — сказал танк, стоило нам вырулить на шоссе — Я аж вспотел.

— И не ты один.

— Честно говоря, гулять по Аллее Славы и Саду Высоких Судеб мне больше не хочется. К тому же они расположены буквально в паре сотен метров отсюда. Опасно.

— Да — согласился я — Береженого бог бережет. Полюбуемся на статуи ваших предков как-нибудь в другой раз.

— Согласен.

— Тогда может, поедем, пожрем? — предложил Герман — Только куда-нибудь подальше. На другой конец города.

— А давай.

— Минуту — напарник прочистил горло, а затем зачем-то наклонился вперед — Вел, отвезешь нас в какое-нибудь приличное место? Желательно туда, где есть мясо, пиво и обслуживают людей 21-й версии.

— Без проблем.

— Уа?!

— Ой, прошу прощения. Еще нам понадобятся сверчки, маринованные термиты и ростки бамбука для пуньи. Если в меню такого нет, то купим где-нибудь по дороге.

Услышав последнее пожелание, я мысленно отвесил себе подзатыльник, потому как вспомнил, что уже неоднократно обещал купить Хангвилу целую тонну самых разнообразных вкусняшек, но к настоящему моменту благополучно об этом забыл. «Ай-яй-яй! Нехорошо Влад, нехорошо. Приличные люди всегда держат своё слово. Особенно данное маленьким пушистым мошенникам».

— Принято, господин Герман — отозвался гид — Дорога до таверны братьев Калли займет приблизительно тридцать шесть с половиной минут. Желаете продолжить экскурсию?

— А может позже? — вмешался Эстир — Сейчас что-то совсем нет настроения слушать про реликтовые растения, антикварные витражи и эмблематические образы сильнейших кланов Элирма.

— Как пожелаете — флегматично ответил Вел.

* * *

До ресторанчика небезызвестных пивоваров мы добирались в тишине.

Всю дорогу я размышлял над словами Кальпы и раз за разом прокручивал в голове наш разговор. Лично у меня не возникало ни малейшего сомнения в том, что подсказка лежала где-то на поверхности, скрываясь буквально на самом видном месте, однако я отчаянно не мог понять, где именно. И что означала фраза мудреца о том, что некоторые из слов необходимо воспринимать буквально? Окей, допустим. Но какие именно?

Схожим образом я чувствовал себя в моменте, когда Август отвел меня в пещеру старых богов. Тогда я должен был отгадать «имя шестого» и, в конце концов, успешно справился, что сильно меня порадовало. Однако сейчас, как сильно бы я не старался, но интеллект, казалось, был просто не в состоянии решить поставленную задачу. Как будто бы я угодил в какую-то логическую яму или ментальный ступор.

Наконец, вспомнив слова «учителя» о том, что гипермотивация ухудшает исполнение, я решил на какое-то время отпустить ситуацию в вольное плавание и дать мозгам отдохнуть. Ответ придет, рано или поздно.

На фоне этого стало легче. И в голову полезли совершенно иные мысли. Причем преимущественно о девушке атланте, что стало для меня своего рода откровением. Ведь она как минимум была на метр меня выше, бог его знает во сколько раз старше и с кожей синего цвета, но чёрт… Думаю, в жизни каждого мужика хоть раз, но было такое, что встречалась девушка, к которой по необъяснимой причине тот испытывал чудовищное, и я бы даже сказал мистическое влечение. Причем с явным осознанием того факта, что вроде бы как это и не совсем правильно. А то и вовсе противоестественно. И, тем не менее, образ Алексы никак не хотел уходить из моей головы, чему я, собственно, не сильно-то и сопротивлялся. Думать о ней было приятно. Хотя быть может, всему виною были обычные гормоны, усугубленные периодом длительного воздержания.

— О-о-о! Знаю этот взгляд — сказал хитро поглядывающий на меня шаман.

— Да? И какой же?

— Мечтательный друг мой — улыбнулся тот, а затем придвинулся ближе и заговорил максимально нежным женственным голосом — Айя лаир нил. Ни мел эа торон, мой маленький человечек тридцать девятого уровня. Хочешь, я тебя чмокну?

— Ай, отвали — усмехнулся я, отпихнув шамана обратно на место.

— Так, правда, же.

— Ну-ну.

— Что ну-ну? Тут даже слепому калеке всё ясно: запал наш Эо на синекожую красотку.

— Гер — я повернулся к напарнику — Скажи ему.

В ответ танк ласково улыбнулся и тоже придвинулся ближе.

— Айя лаир нил, майн кляйнэ Владислав Павлов.

— Еще один — поморщился я.

— О! Так это твой Атлас Велнарин? — продолжил издеваться шаман — Надо же, я не каталась на нём вот уже две сотни лет.

— Ох, и до чего же тут жарко — напарник страстно сорвал с себя мифриловый нагрудник — Слишком жарко, чтобы носить эту тесную набедренную повязку.

— И что-то спина разболелась… Наверное, все дело в моей упругой груди седьмого размера — Эстир незаметно пропихнул себе под куртку две заготовки под будущие неваляшки — Быть может, сделаешь старушке массаж?

— Да фу! Хорош.

— Уа!

К моему удивлению, но даже Хангвил не остался стоять в стороне и шустро телепортировался с одного края сидения на другой, осветив салон яркой синей вспышкой в форме сердечка.

— Ясно. И ты туда же.

— Ур-р-р.

— Какая гадость… — прогудел Гундахар, все это время наблюдавший за нами со стороны — Вы самые недалекие и отвратительные существа во всей галактике. У меня слов нет… Да на моей родной планете Зунгуф вас за такое бы давно кастрировали и посадили задницей на криолитовый кол.

— А вот в этом, пожалуй, я полностью соглашусь с генералом — кивнул я — Негоже так вести себя приличным людям.

— Ладно — успокоился Герман — Это все шутки. А если серьезно, то я искренне желаю тебе удачи. Алекса — топ.

— Ну, даже не знаю — задумался я — Мне как-то некомфортно, что рядом с ней я похож на хоббита или скорее на Джейка Салли из Аватара. Да и виделись-то всего раз.

— Пф-ф, и что с того? — фыркнул Эстир — А твой дальний предок в натуральной ипостаси так и вовсе был размером с Эверест, и, тем не менее, не постеснялся и таки догнал чью-то бабушку.

— Кстати, а вот это тоже весьма интересный вопрос…

— Короче — перебил шаман — Если сам не будешь из-за этого комплектовать, то и проблем никаких не возникнет. К тому же Алекса — женщина поистине невероятной ослепительной красоты. И явно далеко не дура. Не то, что бывшая Германа.

— Да блин — настроение напарника мгновенно ухудшилось — И вот обязательно было об этом вспоминать?

— Так я до сих пор под впечатлением, многоуважаемый танк. Но есть и хорошая новость. Это твоя отправная точка, потому как хуже уже точно быть не может.

— Какая же ты скотина… — буркнул Герман, отвернувшись к окну.

* * *

Мы практически припарковались у дверей «Смеющегося пьяницы», прежде чем случилось то, чего я никак не мог ожидать. Ухватившись за кованую дверную ручку машины, я коротко посмотрел на улицу и сразу же уцепился взглядом за хорошо знакомый силуэт. Такой, который я с легкостью бы узнал даже из тысячи.

— Не может быть… — я непроизвольно начал улыбаться.

— Что случилось?

— Парни, вы видите того толстяка? На ступеньках.

— Это который беззастенчиво чешет пузо выглядит точь-в-точь как стопроцентная копия Будды? — переспросил Эстир — Тоже лысый и желтом шелковом халате с какими-то узорами?

— Да. Это Антон! Мой бывший одноклассник и лучший друг детства!

— О-о-о! — обрадовался Герман — Так это же просто шикарная новость! Хоть кто-то наконец-таки нашелся самостоятельно.

— Угу — кивнул шаман — Я бы тоже хотел вот так вот встретить кого-нибудь из прошлого. На другом конце галактики.

— Влад, так и чего ты сидишь? Иди, встречай!

Я вышел из машины, параллельно разрабатывая в голове сценарии парочки шуток, потому как было бы абсолютным кощунством упустить удачный момент и подойти просто так. Сперва появилась идея нарядить Гундахара в дамские шмотки из гардероба Эстира, чтобы тот вальяжно опустил стекло Атласа и с восточным акцентом предложил толстяку прокатиться. Затем я подумал повесить на себя иллюзию Ирины Иннокентиевны, нашей классной руководительницы и училки по английскому, которую Антон все детство боялся как огня. Но, в конце концов, я не придумал ничего лучше, чем просто незаметно встать рядом, подбочениться и тихонько произнести: «Эй! Мужчина. Пс-с-с! Старых друзей не узнаем?».

В следующее мгновение по улице пронеслась самая настоящая канонада из радостных воплей моего друга, что взял себе довольно-таки необычное имя — Мозес. Люди и прочие разумные существа вздрагивали и испуганно оборачивались, однако Антону было решительно наплевать. Впрочем, как и всегда.

— Ха-а-а! ВЛАД! БРАТИШКА! ЖИВОЙ! — светящийся от радости толстяк сперва развел руки в стороны, пародируя актера из Джентльменов Удачи, а затем обнял меня, да так крепко, что, казалось, хрустнула пара позвонков — Блин, а я-то уже боялся, что мы больше никогда тебя не увидим! Чёрт, старик! До чего же я рад, что ты уцелел! И вот нафиг так долго спал, придурок?! Ты ж всё веселье пропустил! И битву с рыхлами, и тёрки с привилегированными, и мочилово с монстрами в подземелье Аргентависа! Да тут же столько всего интересного произошло! Но ладно, хотя бы не обнулили… и то хорошо.

Антон всё говорил и говорил, а я лишь тупо улыбался и похлопывал друга по спине, изредка поглядывая на умиляющихся в стороне Германа и Эстира. Это был по-настоящему радостный момент. Один из тех, когда я вдруг осознал, что наша жизнь на Элирме постепенно начинает налаживаться. В 49-й начальной зоне мы прошли самые настоящие жестокие курсы по выживанию, адаптировались к непростым условиям и справились с чудовищным испытанием, а теперь перешли на уже более взрослую стадию «пути становления героя» — социализацию. Подкопить очков рейтинга гражданина, заработать денег, повысить уровень и в скором времени жизнь снова войдет в привычное русло.

— Тох, познакомься — я отступил назад — Мои друзья. Герман Велор и Глас Эстир.

— Воу! Нифига себе! Ну, и здоровый же ты анаболик! — толстяк поздоровался с напарником в привычной для себя манере: так будто бы они были знакомы уже тысячу лет. Затем перешел к следующему — Господин Глас, моё почтение. Кстати, у вас шикарные усы. Прямо как у Халка Хогана, в его лучшие годы. О-о-о! А это что еще за прелестная помесь кунг-фу панды и логотипа файрфокс?

— Это Хангвил. Пунья или малый кошачий медведь.

— Уа! — фамилиар приветливо помахал крошечной лапкой.

— Надо же, еще и разговаривает — улыбнулся Антон, а затем с кряхтением выпрямился и после некоторой заминки протянул руку игву — Мсье Гундахар, я искренне завидую вашему могильному оттенку кожи и идеально ровным белоснежным клычкам.

— Убью.

— Окей, понял. Вы не в настроении.

— Эх-х-х, и почему все вокруг называют меня анаболиком… — послышался шепот Германа.

— Приятель, да ты себя в зеркало-то видел? — лучезарно улыбнулся Мозес — Тебя же можно хоть прямо сейчас брать да и снимать в продолжении «Пампинг Айрон».

— Правда? — обрадовался напарник.

— А то. Ладно, народ — Антон направился к дверям «Смеющегося пьяницы» — Пошли, присядем. Отпразднуем встречу!

— А остальные? — поинтересовался я.

— Остальные уже скачут сюда на всех парах. Я только что скинул им сообщение. Кстати, ты бы тоже проверил уведомления.

Я переключил внимание на мигающую иконку интерфейса NS-Eye.

Мозес. Человек 41 уровня хочет добавить вас в друзья.

Локо. Человек 43 уровня хочет добавить вас в друзья.

Илай. Человек 42 уровня хочет добавить вас в друзья.

* * *

Как оказалось, высказанное Эстиром предположение у стен Нового Света, было на сто процентов пророческим.

После пробуждения друзья некоторое время отчаянно пытались пробиться обратно на территорию «России 17», дабы разбудить и вызволить меня из оков депривационной камеры, однако после череды безуспешных попыток вынуждены были оставить бесполезное занятие, и отправились изучать территорию яслей. Далее они повстречали Августа, который, в отличие от случая со мной и Германом, в этот раз не проявил особого энтузиазма, а просто ввел их в курс дела, дал выполнить пару десятков квестов и вскоре распрощался, обеспечив их запасами провизии и пожелав удачи. Впрочем, друзья и сами не горели особым желанием долгое время оставаться в компании незнакомого отшельника и, получив по паре-тройке уровней, приняли решение выдвигаться прямиком в сторону Аргентависа. И вот тут, практически сразу же после пересечения поляны мегалитов, разгорелась череда неприятных событий и кровавых стычек с отрядами привилегированных, что вылилось в самую настоящую партизанскую войну, затянувшуюся аж на целых два с половиной месяца.

Судя по всему, друзьям тоже пришлось нелегко, и они оказали мне огромную услугу, отвлекая на себя вражеское внимание. Однако как сильно бы они не старались, но привилегированных с каждым днем становилось всё больше и больше, и потому задерживаться на одном месте смысла не было никакого. Рано или поздно, но их все равно бы поймали, а затем обнулили. И даже, несмотря на то, что, как и в случае с нами, у них сложилась довольно-таки эффективная боевая группа.

Даня, взявший себе имя Локо («псих» по-испански) выступал в роли танка, хотя скорее он больше походил на берсерка, потому как сражался парным оружием и без щита. Антон, он же Мозес, стал монахом (целителем), что впрочем, лично для меня оказалось неудивительно. Чего только стоил его добродушный вид и непроизвольные улыбки со стороны прохожих. А Серега, назвавшийся почему-то Илаем, с присущей ему мрачностью и ярко выраженной тактилофобией (боязнью прикосновений чужих людей) избрал для себя класс некроманта, с явным перекосом в сторону магии поднятия нежити и усиления мертвецов. И что особенно было интересно, так это то, что он оказался единственным человеком, на которого Гундахар смотрел без толики презрения. И я бы даже сказал, с некоторым интересом.

Попивая превосходный эль братьев Калли, мы еще долго общались, смеялись и рассказывали друг другу истории о наших приключениях, прежде чем я обратил внимание на то, что кого-то здесь явно не хватает.

— Народ, а где Игорь? — спросил я.

Даня и Серега резко помрачнели и опустили взгляды.

— Как тебе сказать… — грустно ответил Антон, потирая ушибленную кисть, чуть было не сломанную минуту назад за попытку спереть из подноса генерала один из кровавых стейков — Он больше не с нами.

— В смысле?

— В прямом. К сожалению, но сразу после испытания Аргентависа мы крайне эпично разругались. И в конечном итоге он переметнулся на сторону Стаса.

— Чего? — озвученная новость прозвучала как вылитый за шиворот ушат ледяной воды — Они же с раннего детства друг друга терпеть не могли?! Не говоря уже о том, что этот подонок нас всех подло подставил и тупо кинул на бабки. Как вообще такое возможно?

— Прикольно, да? — ответил чуть уступающий в габаритах Герману Локо, выудив из-за пазухи и быстренько натянув на голову странного вида шапку.

— Эм-м, друг — подал голос Эстир — Мне кажется, или у тебя голова начала дымиться?

— Не кажется.

— А это у него гены бурлят — пояснил Антон — Не обращайте внимания. Всё нормально. Как оказалось, у Дани в роду были ифриты, что-то по типу огненных джинов. А на Элирме встречается такая любопытная тема, как «возвращение к истокам». Это все равно, что синхронизация с обликом предка. Правда пока не совсем понятно, как именно это работает, но Данилу умудрилось «пробить» аж на три с половиной процента. Поэтому теперь, когда он злится или испытывает сильные эмоции, то его голова начинает полыхать почище плазменной горелки. Причем без малейшей угрозы для его здоровья.

— Интересно, но что насчет Игоря?

— Понимаешь — Антон глубоко задумался, явно подбирая слова — Тут часто происходят довольно-таки странные вещи. И в большинстве своём нехорошие. Потому что пока всё выглядит так, как будто бы половина человечества в процессе транспортировки на Элирм подхватила какой-то опасный вирус и поголовно посходила с ума. К примеру, но по необъяснимым для нас причинам, многие из выживших просыпаются с твердой уверенностью в том, что они находятся внутри игры. И, как следствие, отсюда вытекают две вещи: 1) «уровневая зависимость», что, по сути, очень похоже на психическое отклонение, где человек как самый настоящий наркоман живет только лишь ради того, чтобы безостановочно качаться, дабы становиться всё сильнее и могущественнее и 2) ощущение полнейшей безнаказанности за свои деяния. Отчасти это и стало одним из первых серьезных камней преткновения во взаимоотношениях между нами и представителями других рас, потому как оказавшиеся на «большой земле» люди, сразу же принялись истреблять все живое и пытаться навязать собственные правила игры. И именно по этой причине «начальные зоны» вскоре передвинули и развернули выходами в сторону «подземелий». Видимо, вместо того, чтобы обеспечить нам нормальную адаптацию и курсы психологической помощи, сильные мира сего равнодушно решили, что пускай уж лучше люди сами варятся в своем дерьме и яростно мочат друг друга внутри огороженной территории. Такие дела. И именно эта безответственность и «уровневый психоз» как раз-таки и стали причиной нашего с Игорем конфликта. Потому как, избрав для себя класс снайпера, он не упускал возможности пострелять по любым живым целям просто так, без видимой на то веской причины. Как сбрендивший мать его охотник-садист. А встретившись со Стасом, они поговорили, и тот пообещал ему как ускоренную прокачку с обилием мишеней, так и перспективу избавления от им же навязанного «долга».

— Мда. Это прискорбно.

— Да нечего тут жалеть — шапка на голове Дани вновь задымилась — Предатель он сраный! Только и всего. Соблазнился золотыми горами и поминай, как звали. Крысеныш.

— Да тише ты, тише — попытался успокоить друга Антон — Не нервничай. Сейчас опять голова загорится, и придется новую шляпу тебе покупать.

— С подавлением магии огня? — поинтересовался Эстир.

— Угу.

— Могу сделать вам сразу штук десять. По себестоимости.

— О-о-о! А вот этим ты очень сильно нас выручишь, братишка. Подобные шапки стоят на аукционе минимум сто двадцать золотых. И это если говорить о самых уродливых.

— Без проблем. В таком случае подберем ему что-нибудь стильное.

— И откуда в вас вдруг проснулась такая неслыханная щедрость, многоуважаемый шаман? — ехидно поинтересовался Герман.

— Цыц, я хочу им понравиться.

— Ладно, мужики — спустя пару минут Антон резко встал из-за стола, сбив необъятным пузом пару подносов — Хорош жрать! Пошли, покажу вам нашу берлогу.

— А далеко до неё?

— Пешком минут двадцать пять-тридцать.

— Тогда лучше поехали. У нас тут Атлас Велнарин припаркован у самого входа.

— Воу! — толстяк аж присвистнул от удивления — А у вас губа не дура, господа. Всего второй день в Затолисе, а уже арендовали себе элитную тачку? И как? Телочки уже прыгают на капот?

— Это все дело рук Германа. И Мистера О.

— Ха! Знаем мы этого орка — улыбнулся Локо — Классный мужик. Всю первую неделю у него гостили, пока не накопили очков рейтинга на квартиру.

— Эй-эй-эй! — прокричал вдруг Антон в сторону убирающего со стола официанта — Ты чего делаешь, милейший? Вот это, это и это будь добр заверни нам с собой. И в отдельный пакетик положи тех сверчков и ростки бамбука для нашего пушистого братишки.

— Уа!

— Как пожелаете, господин Мозес — коротко поклонился тот, заприметив, как две золотые монетки выскользнули из пухлых пальцев и приглушенно звякнули об стол.

— Благодарю вас, уважаемый.

* * *

Вот что вызывало у меня отдельное восхищение в характере старого друга, так это его полнейшее пренебрежение вопросами этикета в целом ряде мелких бытовых вопросов.

В частности, оказавшись внутри салона Атласа, он первым же делом развалился прямо как у себя дома, а затем принялся скрупулезно изучать буквально каждый сантиметр пространства.

К удивлению, но не прошло и минуты, как он запустил руку куда-то промеж сидений, что-то там нажал и одна из панелей Вела плавно отъехала в сторону, явив миру пятерку утопленных в кубиках льда бутылок шампанского.

— Ха! А я прямо как в воду глядел, когда предположил, что он закрысил от вас бухло!

— Ничего подобного, господин Мозес — обиженно отозвался Вел — По согласованию с господином Германом шампанское должно было стать отдельным сюрпризом для господина Эо и господина Гласа, лично озвученным моим арендатором ровно за пятнадцать минут до того, как мы припаркуемся у парадного входа в Утопию Суккуба.

— Упс — Антон повернулся к напарнику — Прости приятель.

— Все нормально — улыбнулся Герман — Угощайтесь.

— Не-не-не, шампанское мы лучше оставим на вечер. Я только что принял решение, что мы поедем в Утопию с вами. Но поскольку до вечера еще далеко, то попытаюсь быстренько ввести вас в курс дела и разъяснить что к чему. Чтобы уже завтра вы прямо с утра вступили на длительный путь восхождения в здешней иерархии крутых парней.

— А это интересно. Давай.

— Короче — начал толстяк — Первое, что вы должны крепко накрепко усвоить: рейтинг гражданина — наше всё. Без него ты лох, чмо и шваль подзаборная, о которую будут вытирать ноги все кому не лень. Получают эти очки рейтинга за счет выполнения самых разнообразных заданий, выданных квесторами в черте города. Но тут важно понимать, что поначалу это будет исключительно грязная работа. Убирать мусор, мыть полы, красить стены, разгружать товарные вагоны и корабли у пристани, вытирать в дешевых пивнухах лужи блевотины и так далее. Но, с чего-то же надо начинать, правильно?

— А сколько дают очков рейтинга за подобные квесты?

— По умолчанию от одного до десяти. Плюс сами деньги разумеется. Оплата не ахти какая, но за подобную работу более-менее справедливая. Особенно со стороны городских муниципальных служб. Там у них с этим всё строго.

— Что-то не похоже — прокомментировал я, сразу вспомнив, что не далее как вчера у нас чуть ли не прямым текстом вымогали крупную взятку.

— Можешь поверить на слово. Любой из выданных квестов за доли секунды проходит модерацию у Системы. А она, сам понимаешь, церемониться ни с кем не будет. Поэтому если предложат оплату в виде пяти золотых за задание и столько же сверху, но мимо кассы — не ведись. Обманут, как пить дать. Это я уже по собственному опыту говорю.

— Хм, получается, что самостоятельно арендовать Атласа без помощи Мистера О мы сможем в лучшем случае лет через восемь?

— Нет, мой большой накаченный друг — улыбнулся Антон — Для начала главное — это накопить тысячу очков рейтинга гражданина. Как только вы перешагнете через эту ступень, то квесты сразу же станут серьезнее, а плюшки гораздо вкуснее. Плюс откроется доступ к многочисленным подземельям, что при череде успешных прохождении может запустить ваши карьеры отпетых воителей и прочих молодцов-удальцов прямо в космос. Но!

— Но?

— Далеко не каждый готов на это пойти.

— Почему?

— Потому что это дорого, опасно и очень больно. Мало кто из местных жителей видят смысл в бесконечных сражениях. И потому спустя какое-то время они резко сбрасывают обороты и десятилетиями чилят на каком-нибудь райском острове, попивая дорогущее винишко и помешивая зелья из лососевой икры, морского желудя и чеснока.

На последней фразе Антон хитро мне подмигнул.

— А можно ли поподробнее узнать про подземелья?

— Подробностей, увы, не знаю. Как узнаю — расскажу. По очкам мы тоже еще не перевалили за тысячу. Поэтому пока могу поведать вам лишь общедоступную информацию.

— Да, будь добр — Германа явно заинтересовала тема сражений.

— В общем, подземелий на Элирме тысячи. И они буквально повсюду. Даже в самой черте города их штук пять или шесть.

— Семь — поправил Вел — Заброшенный вольфрамовый рудник на северной окраине, пять нижних этажей в Старой Крепости Затолиса, Бывшая резиденция императора, Стылые доки, Психбольница Белфалас, Катакомбы Унд-Моор и Храм Великой Тоски.

— Точно — кивнул Антон — Про первое и третье я напрочь забыл. Но ходить туда мы все равно не будем, потому что эти подземелья уже столько раз проходили, что сокровищ и артефактов там практически не осталось. Да и сами они вот-вот схлопнутся и исчезнут. Поэтому это сто процентов пустая трата времени. И раз уж идти, то в более-менее «свежие» и «незаезженные». И вот тут как раз-таки и начинается самое интересное.

— Та-а-к — напарник слушал моего одноклассника с неподдельным интересом.

— Не знаю, видели вы или нет, но в самом центре города находится Площадь Порталов. Оттуда каждый день как по расписанию уходят «маршрутки» в виде заранее сформированных боевых отрядов. Порядок действий очень простой: хочешь пройти то или иное подземелье — выбери подходящее время, заплати тамошнему распорядителю денежку, и взамен тебя доставят прямиком к вратам того или иного испытания.

— Погоди. Получается, что подземелья еще и платные?

— А ты как думал? И в этом-то и весь прикол. Это же гигантский источник богатства и славы. И в довесок еще и тотализатор имеется. Если коротко, то до тех пор, пока ты успешно справляешься с испытаниями, ты самая настоящая звезда, популярная медийная личность и живая легенда. Золото, рейтинг, светские рауты, трансляции в кристальных залах, визжащие фанатки, автографы и так далее. Вплоть до приглашения выступить на заключительном бое вечера на арене Колизея в один из главных праздников года, по типу Центавра, Эридана, дня Картиалы и, разумеется, самого Нового Года, что в валлийской империи вообще сродни оскару. Особенно если ты победишь. Однако стоит немного оступиться и потерпеть фиаско всего пару раз — сразу же перейдешь в категорию героев второго или даже третьего дивизиона. Плюс цены на посещение подземелий у распорядителя существенно возрастут. Да и в целом, к этим ребятам внимания у общественности существенно меньше. А будешь умирать постоянно — ты опять-таки чмо, лох и никому не нужный бедолага. И в приличную группу тебя никогда не возьмут. Так что рано или поздно, но ты присядешь на скамеечку и грустно себе скажешь: «бросай ка ты это опасное дерьмо дружище и иди лучше работать в поле или в какую-нибудь более-менее приличную контору на спокойную и хорошо оплачиваемую должность».

— Кажется, я знаю, чего хочу — напарник мечтательно откинулся на спинку кресла — Герман Велор — легенда Колизея…

— Давай только сперва Вайоми отыщем, хорошо? — прогнусавил Эстир — А затем уже можешь хоть до одурения мериться причиндалами с местными альфачами.

— Приехали — послышался механический голос Вела — Улица Возничего, дом 46 в.

— Всё! — Мозес вывалился на улицу — Лэтс гоу, братва. Сейчас зацените нашу холостяцкую халупу.

* * *

— Так это же и, правда, халупа…

— А я о чем?

— Я думал, ты шутишь.

— Не-е-е, когда я говорил «халупа», то подразумевал именно эту заплесневелую крысиную нору и насквозь провонявший потом бомжатник. Но, по крайней мере, это наш бомжатник.

— Чем-то напоминает студенческую общагу.

— Ага — улыбнулся Антон.

Мы стояли посреди сырого полуподвального помещения с кубометрами отслаивающейся штукатурки, островками дребезжащих труб и целыми лужами ржавой воды.

— Глядите — напарник отогнул кусок валяющейся на полу отсыревшей фанеры, под которой обнаружилась утопленная в полу металлическая сфера — Это гиря. Тысяча сто килограмм.

— Поговаривают, что лет триста назад здесь была популярная в то время качалка. И вроде как здесь даже поставили мировой рекорд в виде двадцати четырех тонн жима лёжа.

— Двадцать четыре тонны?! — воскликнул Герман — Охренеть…

— Ну, теперь вам есть к чему стремиться, многоуважаемый танк.

— Да это ж какой должен быть уровень, чтобы поднять такую тяжесть? — Две тысячи четырехсотый?

— Не, братишка. Это всё бафы, алхимия и прочие усиления, не подпадающие под допинг контроль. А выше тысячного уровня ты все равно не поднимешься.

— Почему?

— Потому что это предел нашего развития, после которого ты должен будешь принять решение: трансформироваться в бога или продолжать оставаться человеком. Выберешь первое, и тысяча уровней пропадет, конвертировавшись в первый божественный, что принесет тебе, как целую гору плюшек, так и самую настоящую кладезь эпичного геморроя. Поэтому там тебе уже будет не до качалок.

— Получается, любой человек в перспективе может стать богом? Достаточно лишь вкачать тысячу уровней?

— Верно.

— Эх-х, жаль, у нас на Земле такого не было.

— Би-бип! Суровая правда жизни: уровни были всегда. С самого зарождения вселенной. Это механизм божественного провидения, согласно которому души постепенно накапливают силу и как по лестнице взбираются по ступенькам наверх в высшие миры. И лишь на отдельных ущербных планетах навроде нашей, механизм прокачки был напрочь поломан. И никто так и не смог подняться выше первого уровня. Что, по сути, является вопиющей несправедливостью, т. к. умирая, мы должны были получать шанс на повтор, а не мгновенный геймовер, со спиральным спуском в низшие слои реальности.

— Уа?!

— Грустненько как-то…

— Согласен. Ты чего это тоску нагоняешь?

— Сори братва. Это так, философская пауза. Не обращайте внимания.

— Угу.

— Собственно, вот она, наша первая на Элирме квартира. Проходите, располагайтесь и будьте как дома. Тут у нас кухня — толстяк указал на крохотный закуток по правую руку — Там кровати, шкафы, диван, ящики со всякой всячиной и главное — аукционные терминалы.

— Да ладно? — удивился я — У вас есть доступ к аукциону прямо из дома?

— Так точно. Взяли в аренду пару поддержанных. Серега там по нескольку часов в день пропадает. Какие-то торговые дела мутит. И все обещает, что мы вот-вот хорошенечко заработаем.

— Я жду разворота тренда или хотя бы коррекции — отозвался Илай.

— Коррекции?

— Да. Я тут на все сэкономленные деньги накупил опционов Имперского Алхимического Завода, однако на следующий день его акции сильно просели и стоимость контракта практически полностью обнулилась. Хотя это странно. После вчерашнего теракта стоимость акции наоборот должна была вырасти. Но думаю, ничего страшного. До дня экспирации еще два месяца, поэтому подождем. Я практически на девяносто девять процентов уверен в том, что в скором времени цена отскочит, потому что ниже 12,5 её просто не пробивает. Слишком мощная линия поддержки и высокая ликвидность. Видимо какой-то «кит» выставил целую гору ордеров на покупку.

— Ох уж это твоё биржевое прошлое — поморщился Антон — Чую, очень скоро оно влетит нам в копеечку.

— Не ной. Всё будет нормально. К тому же, наблюдая за торгами на бирже можно много чего интересного узнать. И если кто-то активно скупает акции Алхимического Завода в больших количествах, то значит, этот кто-то в будущем ожидает серьезную заварушку.

— А нам-то что с того?

— Без понятия. Но мало ли.

— Ладно — Антон глубоко зевнул — А сейчас если не возражаете, то я, пожалуй, вздремну пару часов.

— И я — кивнул Даня.

— Вы собрались спать днем?

— Так вечером же ехать в Утопию! А мы тут каждый день встаем в шесть утра, дабы первыми успеть получить самые сочные квесты. Рутина, мать её.

— В таком случае, приятных сновидений.

— Ага, но вы зовите ежели шо.

* * *

К удивлению, но в скором времени спать завалились абсолютно все. В том числе Герман, Эстир и, разумеется, кошачий медведь. Поэтому вплоть до самого вечера я на пару с Гундахаром откровенно маялся и не знал чем себя занять. Хотя из мёртвого генерала получился тот еще собеседник.

Первым делом я подключился к терминалу аукциона и накупил буквально всего и вся: новую одежду, деликатесы для Хангвила, кучу расходников в виде ингаляторов здоровья и маны, зелий регенерации и целого ящика инвольтационных батарей для БМИИ I; заклинание «Аберрация», «Молния» и «Элементарная трансмутация», а также около тонны самой разнообразной еды.

Вспоминая о временах, проведенных в раскаленной пустыне и на болотах, я крепко-накрепко усвоил то, что больше никогда не хочу голодать, и потому провизию я закупал впрок. И в заключение, в виде вишенки на торте, я приобрел себе дорогущие лакированные ботинки и элегантный костюм-тройку специально для сегодняшнего вечера. Что любопытно, но у костюма была точно такая же функция, как и у доспеха Германа — автоматический подгон под размеры владельца.

Минус был в том, что забирать покупки мне пришлось в специальном пункте выдачи, расположенном в паре кварталов отсюда. И всё бы ничего, но после утренней слежки со стороны «Проклятых Соловьев» гулять в одиночестве мне было крайне некомфортно. Разумеется, можно было воспользоваться услугами Вела, но Атлас оказался слишком широк для тех тесных улочек.

Вернувшись домой, я какое-то время сортировал покупки, а затем нечаянно подложил себе самую настоящую свинью, решив потратить еще один заряд, накопленный за сутки Стихиалиевым Кубом.

Как и прежде, я нажал кнопку «сгенерировать», а затем привычным образом запустил внутрь руку.

Щелк! Хрясь!

— А-А-А! СУКА!!! — мой чудовищный вопль прогремел, казалось, на всю улицу — ТВОЮ МАТЬ!

Получен урон: 320 ед.

Внимание! Зафиксировано обильное кровотечение, и открытый перелом лучевой кости!

— ВЛАД!

Герман и Антон синхронно подорвались с кроватей и бросились на помощь, в то время как я скакал по комнате и отчаянно пытался вытащить руку из медвежьего капкана, заливая пол и стены лужами крови.

— Нифига себе! — одноклассник за секунду остановился, а затем напрягся и выстрелил в мою сторону пучком божественно-золотого света.

Боль разом отступила.

— Ох, черт… — простонал я, наблюдая за тем, как Герман с усилием разжимает сомкнувшиеся металлические клешни — Спасибо.

— Братан, ты дурак что ли совсем? — спросил толстяк — Ты зачем туда руку засунул?

— Так кто ж знал, что там будет капкан?!

— Там это где?

— Вон — я кивнул в сторону Стихиалиевого Куба.

— Ого! — воскликнул Антон, сфокусировав внимание на предмете — Эй, народ, зацените! Тут у нас первый мифический артефакт, который можно потрогать руками!

— Влад, а ведь Мозес прав — задумчиво сказал Эстир — Ты дурак.

— Почему это?

— В описании Куба же черным по белому было написано, что он интегрируется с «карманом абсолютной пустоты». Стало быть, ты можешь тратить заряды и извлекать предметы прямо в нём, не подвергая себя и других людей ненужному риску.

— Блин — я снова почувствовал себя идиотом — Ты прав. Как-то я об этом не подумал. Что ж, будет мне уроком. Век живи — век учись.

— Кстати, пора бы уже собираться— напомнил Герман, взглянув на часы — Нам еще ехать минут сорок. У вас есть душ?

— Да, бочка за ширмой слева.

* * *

Утопия Суккуба встретила нас невероятной помпезностью и шармом, присущим скорее каким-нибудь элитным клубам в самом центре Москвы.

Мрамор, белоснежные колонны, античные статуи героев древности, паласы, дорогущие гобелены, золоченые люстры и пирамиды из искрящихся хрусталем бутылок алкоголя. Всё это было пропитано ощущением некой возвышенности, элитарности и фонтанирующей буквально на каждом углу эротики. Чего только стоили снующие повсюду прообразы «текильщиц» в виде виляющих бедрами полуобнаженных суккубов и грудастых девушек тифлингов, с украшенными драгоценными камнями миниатюрными рожками.

Поначалу мы даже немного растерялись и скромно уселись в дальнем углу, наблюдая за тем, как веселятся другие. Но человеческая психика достаточно гибкая штука и, в скором времени, мы всецело пропитались атмосферой раскованности и начали чувствовать себя гораздо уютнее.

Периодически мы замечали, как какой-нибудь величественный эльф, дворф или человек предыдущих версий подзывали к себе куртизанок, что-то шептали им на ухо, а затем доставали ключи и неторопливо уходили в сторону лифта, ведущего на верхние этажи с комнатами.

Нам тоже выдали на входе такие ключи. И не прошло и пары часов, как все мои друзья куда-то запропастились, а я так и остался сидеть один на пару с мрачно попивающим саке Гундахаром.

Удивительно, но после встречи с Алексой, в моей голове будто бы появился какой-то ментальный барьер, полностью запрещающий мне даже думать о плотских с другими девушками. Что само по себе было очень странно. Хотя быть может, я просто стал жертвой самовнушения.

Но именно поэтому мне ничего не оставалось, кроме как сидеть на отшибе и наблюдать за происходящим со стороны. До тех пор, пока я не почувствовал позади себя нотки хорошо знакомых духов. Таких, что я не забуду уже никогда.

— Не меня ли ты ищешь, потомок Вайоми? — две синие ладони мягко опустились на мои плечи.

— Оу… — я смутился, отчаянно пытаясь подобрать слова — Да нет, с чего бы?

— Ты, наверное, не знал — ласково промурлыкала Алекса — Но у атлантов есть орган духовного слуха. А ты так часто думаешь обо мне, что тебя хорошо слышно аж на другом конце города.

— Упс — казалось, в этот самый момент я покраснел почище спелого помидора — Прости.

— Не извиняйся, дорогой Эо. Мне это понравилось. К тому же твои мысли были абсолютно искренни — девушка наклонилась чуть ниже, прислонившись своей щекой к моей щеке, а затем материализовала в ладонях два крошечных флакончика — Левое зелье — ты становишься на метр выше. Правое — я становлюсь на метр ниже. Что выбираешь?

— Пожалуй, я бы предпочел оставить всё как есть.

— Правильный ответ — прошептала Алекса, а затем плавно запустила руку во внутренний карман моего пиджака и выхватила ключ — Пойдем?

На следующее утро…

— Ну?!

— Отстань.

— Ну, Влад!

— Отвали, говорю.

— Да блин! Ты просто скажи, было или нет?! Или хотя бы кивни.

— Герман, отвяжись. Приличные люди о таких вещах не рассказывают — я блаженно потянулся на скамеечке перед входом в Утопию, любуясь восходящим над морем солнцем.

— Так тут и гадать нечего — отозвался пытающийся медитировать шаман — Ты глянь на его довольную морду. Уверен, ради такого он готов еще сорок семь лет блуждать вблизи черной дыры.

— Так значит было?!

— И не пытайся. Я не скажу — улыбнулся я.

— Чёрт. Значит, точно было. Вот ты счастливчик! А мне какая-то полубезумная демонесса попалась. Чуть ожоги не получил. Сами знаете где.

— Гляжу, ты так и продолжаешь следовать по тернистому пути суперэкзотики?

— А почему нет?

— Хм, тоже верно.

— Так и что с Алексой. Вы с ней еще увидитесь?

— Да. Месяца через три. Сейчас ей необходимо на время покинуть империю.

— Жаль. А ты не спрашивал у неё про разговор с Кальпой?

— Спрашивал. Но ответа она не знает. И к слову, нам сильно повезло, что мы вообще встретились с ним. Алекса сказала, что Хранитель Знаний никого не принимал последние сорок лет.

— Почему?

— Потому что тогда он повстречался с Адой, и она задала ему вопрос, на который тот не смог дать ответ. И это очень сильно его расстроило, потому как ни до, ни после подобного ни разу не происходило.

— Господин Герман? — послышался приглушенный голос Атласа, только что вырулившего из-за угла.

— Вел? А ты что тут делаешь? Я думал, ты уже вовсю проводишь экскурсии на другом конце города.

— Руководство Нулевого Меридиана безвозмездно продлило ваш срок аренды, дабы удостовериться в том, что вы будете вовремя доставлены на согласованную заранее встречу в главном здании их штаб-квартиры на улице Кланов.

— Ага.

— Так же вас просят по возможности прибыть на час раньше, потому как ровно в это же самое время глава Нулевого Меридиана должен присутствовать на чтении декреталия Пантеона. А он бы очень хотел успеть встретиться с вами.

— Без проблем. Уж кого-кого, а главу древнейшего клана Элирма мы точно сможем уважить.

— Благодарю вас, господин Эо.

— Что ж, тогда поехали. Приведем себя в порядок.

* * *

Сонные и немного пьяненькие мы практически добрались до съемной квартиры, прежде чем начало происходить нечто странное. Пару раз Атлас резко вильнул из стороны в сторону, а затем начал стремительно ускоряться.

Я окончательно выпал из дремы, когда отчетливо услышал вой ревущего двигателя и скрежет опускающихся на окна дополнительных бронированных панелей из затемненного стихиалиума.

— В чем дело? — забеспокоился Герман.

— ВНИМАНИЕ! — раздался отдающий стальными нотками голос Вела — Активированы защитные протоколы. Перехожу в боевой режим. Держитесь!

БУМ!

Автомобиль тряхнуло так, как будто бы по нам выстрелили из танка.

— Это что за хрень?! — испуганно проорал Антон.

— А-А-А!

— Чёрт! СПРАВА!

БУМ!

Второй мощнейший удар буквально смахнул нас с дороги, отчего Атлас несколько раз перевернулся в воздухе и со всей дури врезался в дом, полностью проломив его внешнюю стену.

По крыше и капоту забарабанили кирпичи и целые куски второго и третьего этажа.

— Мать твою… Все целы?

— Кажется да.

— Вел, ты как? Живой?

— Живее всех живых, господин Герман — отозвался гид, а затем вдруг обратился ко мне — Господин Эо, как человека с наибольшим запасом маны из всех присутствующих, я искренне прошу вас оказать мне посильную помощь в обороне. Иначе боюсь, что в ближайшем будущем мы будем полностью уничтожены преследующим нас отрядом Питоху.

Одна из передних панелей Атласа плавно отъехала в сторону, и я увидел хорошо знакомую пятипалую выемку, дающую доступ к управлению и активации боевых способностей машины.

— Без проблем — протиснувшись вперед, я приложил ладонь к указанной выемке и сразу же почувствовал, как из меня снова начали выкачивать ману — Накажем этих засранцев, что покорежили нам такую прекрасную тачку.

— Полностью разделяю ваше стремление, господин Эо — произнес выруливающий из-под обломков здания Вел — Мне было неприятно.

— Ох-х-х, чую, сейчас будет очень и очень жарко…

— Не то слово — прогудел Гундахар.

Конец второй книги.

* * *

Опубликовано: Цокольный этаж, на котором есть книги📚:

https://t.me/groundfloor. Ищущий да обрящет!

Content

Посмыгаев Владимир Элирм 2