Айнур Галин

Иной мир

Морпехи

Книга вторая

Глава 1

– И чего расселись?!

– Да, товарищ лейтенант, чем ещё заняться-то? Ещё раз самоходки почистить, что ли? Мы даже траки на них помыли, – ответил матрос Женя Сапожников лейтенанту Качанову, сидя в компании ещё пятерых, травивших байки про жизнь до службы в армии.

– Товарищ лейтенант, а долго мы их ждать будем? Может, они не вернутся? – спросил сидевший рядом матрос Читов.

– Все вопросы после построения. Сержант Мелин, стройте подразделение. Объявление есть небольшое. Всех в строй! – дал указание Качанов проходящему мимо командиру отделения сержанту Мелину.

– Есть! – и направился к центру, к небольшой ровной площадке рядом с избами. Сидевшие на траве матросы вздохнули и побежали к месту построения.

С тех пор, как ушла группа майора Архипова, прошёл всего час, и перед тем, как распустить людей отдыхать, необходимо было довести информацию и организовать простейшие, но очень важные в подразделении службы и вахты. Буквально, через три минуты, личный состав стоял, выстроившись в ровную шеренгу, разделившись по расчётам и экипажам.

– Равняйсь, отставить, – начал готовиться к докладу перед командиром батареи сержант Мелин, но лейтенант Качанов опередил его.

– Отставить, встань в строй. Итак, товарищи матросы, сержанты и прапорщики! Майор Архипов убыл вместе с группой на проведение разведывательных мероприятий для уяснения обстановки и решения вопроса дальнейшего нашего пребывания в этом мире. Наша с вами совместная задача – не прерывать боевую подготовку и организовать жизнедеятельность подразделения в полевых условиях подручными средствами. В связи с чем приказываю: прапорщика Орлова временно назначить старшиной батареи, отобрать группу в составе четырёх матросов на роль поваров в камбузе. В помощь тебе, Егор. Службу в камбузе организовать вахтовым методом, по три человека для организации помощи поварам каждые сутки. Сержанты Балонов и Базаров: составить два состава караула. Три смены по три человека в каждом. Для хранения оружия приспособить ящики из-под боеприпасов. Всему личному составу сдать стрелковое оружие и боеприпасы. От беды подальше, ещё пристрелите друг друга, – лейтенант прошёл несколько шагов вдоль строя, развернулся, обвёл всех взглядом и после короткой паузы продолжил: – Балонов и Базаров, вы начкары, сменяете друг друга. Подготовьте документацию смены караулов, журналы инструктажа со списком личного состава караула, и журнал выдачи оружия и боеприпасов. На территории лагеря организовать вахтенную службу в составе трёх дневальных и одного дежурного из сержантского состава. Вооружение для часовых – штатные автоматы, дежурный по лагерю и начкары – пистолеты. После приёма пищи расположиться для отдыха: экипажам – в боевых машинах, расчёты – в избах. Все остальные задачи доведу завтра утром. Вопросы есть?

– Так точно, товарищ лейтенант, а сколько нам тут торчать? – задал вопрос из строя матрос Фёдоров.

– До возвращения группы, или же – четыре месяца, – ответил Качанов.

– А если они не вернутся?

– Для этого есть запасной план, но он реализуется в случае невозвращения группы, об этом я проинформирую вас отдельно. На сегодняшний день наша задача – организовать повседневную жизнь в условиях полевого лагеря. Провести разведку оставшихся выходов из портала и в случае необходимости обезопасить подразделение, а самое главное – к истечению четырёх месяцев весь личный состав должен быть в строю без исключения. Как бы вы ни хотели, сдохнуть, или свалить отсюда, что приравнивается к "сдохнуть и подвергнуть жизнь своих товарищей опасности". Если у кого начнёт ехать крыша, или кто-то из вас заметит, что у вашего товарища странное поведение, дайте мне знать. Я знаю, что вы все – морально устойчивые и физически крепкие ребята, и четыре месяца в тесном пространстве, хотя чего тесного-то, поляна здоровая. Можем даже будку организовать для встреч с Дунькой Кулаковой, – в этот момент по строю морпехов прокатился легкий смех.

– Товарищ лейтенант, а жрать чего будем? – раздался из строя очередной вопрос, но Сергей не успел заметить, кто именно спросил.

– Завтра составим группу наших кормильцев, вооружим их луками и стрелами, и отправим добывать мясо во главе с опытным охотником Егором. Сапожников, ты, помнится мне, хвастался фотками с трофеями с гражданки. Ты сам, или батька твой добывал, а ты селфи делал?

– Я сам, товарищ лейтенант! – ответил из строя Женька.

– Ну вот, сам так сам. И посмотрим. Всё, два часа на раздолбайство, в 22–30 по местному времени вечерняя поверка и отбой. К этому моменту все свои дела сделайте. Гальюн вон в том углу, увижу кого справляющего не в том месте, заставлю переносить в выгребную яму. В ограниченном пространстве нам надо соблюдать чистоту, чтобы не породить тут эпидемию какую-нибудь. Всем всё ясно? Хотя, не дети уже, конечно, но всё же. Остальные вопросы – в индивидуальном порядке. Сдача оружия через полчаса, перед сдачей почистить всем без исключения. Орлов, Егор и сержант – ко мне, остальным разойтись, – закончил Качанов, и, развернувшись, пошёл к двери ближайшей избы.

Остальное время Сергей объяснял собравшимся сержантам круг обязанностей каждого. Например, Валера Семёнов вместе с Кантаевым должны были организовать постройку небольших казарм, хотя, по предварительным прикидкам, на казармы вряд ли они будут похожи, если только на казармы каких-нибудь папуасов из бамбука. Но тут – какие строительные материалы имеются под рукой, те и надо приспособить. А старшему матросу Моисееву Илье, хотя между собой практически все его называли по-дружески – доктор Мося, было приказано организовать подобие лазарета, так как его должность фельдшера-санинструктора подразумевала иметь в расположении полевого лагеря – лазарет.

Время шло, и впервые за долгое время наступил момент проведения вечерней поверки батареи. Предыдущий раз она проводилась ещё в расположении части. Ведь вечерняя поверка – это почти священный ритуал в жизни каждого военнослужащего, и если не ведутся боевые действия, то этот ритуал должен проводиться. Ну, и обычное, практическое значение поверки – это учёт личного состава. Поэтому данный процесс никого не удивил.

Каждый морпех занял своё место в строю, приготовившись стоять молча и смирно, пока старшина батареи, или же кто-то из офицеров не проведёт поверку. И каждый из них стоял и ждал, вслушиваясь в голос, ожидая свою фамилию, чтобы громко и чётко крикнуть «Я»! Ведь вечерняя поверка могла затянуться на часы. Всё зависело от дисциплины строя, и, возможно, от настроения старшины или командира.

– Равняйсь, отставить! Равняйсь, смирно! Товарищ лейтенант, третья батарея самоходно-артиллерийского дивизиона на вечернюю поверку построена, старшина батареи сержант Мелин, – доложил Андрей лейтенанту Качанову.

– К вечерней поверке приступить!

Сержант Мелин, достав папку со списком личного состава начал зачитывать фамилии.

– Лейтенант Милов, пал смертью храбрых при выполнении воинского долга.

Старший прапорщик Лбов, пал смертью храбрых при выполнении воинского долга.

Матрос Петров, пал смертью храбрых при выполнении воинского долга.

Матрос Воробьёв, пал смертью храбрых при выполнении воинского долга, – перечислил навечно занесённых в список подразделения погибших сослуживцев старшина, и дальше продолжил уже по списку.

– Сержант Балонов!

– Я! – послышался из строя голос Серёги.

– Сержант Семёнов!

– Я!

Мелин продолжал зачитывать, но после первых строк в строю установилась тишина. Ни у кого даже в мыслях не было – нарушить её, выкрикнуть что-то лишнее. Все были погружены в свои тяжёлые мысли, связанные со смертью, которая в последнее время ходила по пятам, и за эти недели успела прибрать к своим рукам четверых отличных парней. И каждый знал, что в этом недружелюбном мире их ещё ожидает множество проблем и принятых решений. И не каждый сможет дожить до того дня, когда они с облегчением смогут расслабиться и выдохнуть спокойно.

Воинский ритуал прошёл на удивление быстро, и после команды «Вольно!» «Разойдись!» морпехи ещё стояли какое-то время без движения, пытаясь отогнать от себя ненужные мысли.

– Ну чего встали? Может, прогулку вечернюю с песней для вас устроить? Напоминаю дежурному по лагерю, что вахтенная служба несётся согласно устава караульной и внутренней службы. Вы прекрасно должны понимать, что от каждого из вас зависит жизнь вашего товарища. А уже от него – зависит ваша. Так что, – разойтись! Отбой через тридцать минут. Дежурный по лагерю, ко мне!

Прошло несколько дней, за это время возвели несколько строений и постепенно наладили лагерную жизнь. Каждый занимался своим делом. Егор за это время пару раз успел сходить вместе с Сапожниковым Женей и Парамоновым Мишей на охоту. За порталом бамбуковидные деревья вырастали быстро, им приходилось прорубать себе новую тропу. В первый раз принесли они несколько ушастых животных, чем-то похожих на зайцев. Только размеры были крупнее и морда вытянутая, с клыками. Видимо, эти местные зайцы далеко не травоядные. И подстрелили их именно в тот момент, когда эти зверята сами же напали на людей. Мясо было жестковатым, но вполне пригодным для употребления, если не учитывать, что бульон получился со специфическим сладковато-отталкивающим запахом. Будто это не свежее мясо, а лежавшее.

Через несколько дней безмятежного распорядка Качанов решил, что есть необходимость разведать два прохода. В один ушли командир с группой, где день и ночь у выхода дежурил один из матросов, оставались ещё два. Возможно там, за стеной портала, есть то, что смогло бы облегчить решение некоторых вопросов. Также, надо было наладить доставку овощей, хлеба и других продуктов. Засеянные грядки, оставленные профессором, давно иссякли, а на одном мясе организм долго не протянет. Доктор каждый вечер с этим вопросом выносил Качанову мозг, пугая различными проблемами, от банального запора до цинги.

После очередной вечерней поверки в штабной избе Качанов собрал трёх наиболее подготовленных матросов во главе с двадцатипятилетним контрактником Калюжным Антоном. Также, были Руслан Диденко и здоровяк Лёха Морозов. Задача была простая. Для начала необходимо понять, что там, за невидимой стеной. Что за местность, и насколько там безопасно. Позднее, уже при повторном проходе, можно будет заглянуть и дальше, в поисках населённых пунктов. Задача стандартная, тем более, все они уже проделывали подобные вылазки.

Утро у морпехов началось по распорядку. Сделали зарядку, побегали вокруг поляны, затем скудненько позавтракали салатом из мелкорубленого мяса с зеленью и уже готовились к выходу из портала.

– Ну что, пацаны, погнали, – сказал Антон и посмотрел на выставленный перед собой автомат. С предохранителя снят, радиостанция на месте, ну и парочка гранат. Правильно Ванька Субботин говорит, в этом мире без РГДшки – ни шагу.

– Руся, Лёха, будьте начеку, пошли!!!

Сделав шаг с сырой зелёной поляны, Антон почувствовал сухой горячий воздух на лице. Переход из одной части континента с неизвестными координатами в другую оказался контрастным. Яркое солнце слепило глаза, и Калюжный, прищурившись, начал искать глазами, за что бы зацепиться взглядом. Ботинки тут же провалились во что-то сыпучее. Все втроём вышли и заняли позицию для стрельбы лёжа. Горячий песок дышал жаром и норовил насыпаться в карманы.

– Лёха, Руся что у вас? У меня пляж!

– Слева километрах в полутора небольшое возвышение и заросли, – ответил Диденко.

– А у меня какая-то здоровая херня смотрит на нас! – сказал Морозов.

Антон и Руслан тут же повернули головы в сектор стрельбы Морозова.

– Лёха, твою дивизию. Это же пингвин! Ты чё, деревня, пингвинов не видел никогда?

– Какие, на хрен, пингвины, они же в Арктике водятся! – отозвался Лёха.

– Ох, ты, темнота! В Антарктиде, а не в Арктике!

– Руся, а я что сказал-то?!

– Всё, хорош болтать, пошли посмотрим, может тут отели есть пятизвёздочные с пинакаладой, – сказав, Антон ещё раз осмотрелся и встал. Место выхода или входа в портал было ничем не примечательно. Позади пляж, постепенно повышаясь, переходил в дюны, которые тянулись до горизонта. Справа, совсем близко, морской залив вклинивался в песчаный берег. Единственное, что было на пустынном пляже, это разрушенная, практически, до основания, небольшая каменная стена метрах в тридцати от ребят.

– Ну и как мы найдём это место, если уйдём отсюда? – крутя головой и выискивая ещё какой-нибудь ориентир спросил Диденко.

Недолго думая, Лёха тут же пошёл к стене, высота которой была, буквально, с полметра, состоящей из крупных камней. Выбил пару штук ногами и притащил их. Руслан с Антоном сделали то же самое. Отметив место, ребята направились в сторону видневшихся слева невысоких гор, обильно заросших ярко-зелёными деревьями или какой-то другой растительностью.

– Жарко тут, минимум, градусов тридцать пять. У меня ноги горят уже. Нафиг я эти носки надел. Надо было портянки намотать.

– Да, Лёха, портянки – класс. Вообще молодых не понимаю, придут и ныть начинают со своими носками. А что, этот пингвин за нами ходить будет? И какого лешего он тут делает? – оглянувшись на птицу, спросил Руслан.

– Ложись!!! – чётко сказал Антон и сам упал на горячий песок. Ребята последовали его примеру, и, приподняв головы, пытались высмотреть то, что заставило занять такую неудобную позицию.

– Чего там? – шёпотом спросил Диденко.

– Вон, смотрите прямо. Ориентир кривое дерево. Пальма, да! Это пальма. Поваленная пальма, – и передал свой бинокль.

– Два, четыре, шесть, – вслух считал Руся, не отрываясь от оптики.

– Сколько?

– Двадцать пять, Антоха. Без оружия. Бегут строем, видимо, пробежка. Одеты легко.

– Ещё один. Кто это может быть-то? – спросил Лёха, не отрывая взгляда от пингвина, вышедшего на берег.

– Не знаю, кто, но надо выяснить. Нужно ближе к воде отойти, там уровень ниже. Можно будет под прикрытием берега до зелёнки добраться. Лёха, куда ты смотришь?

– Да, на пингвинов этих. Слушай, может, ну их нафиг, бегают себе и бегают. Качанову скажем, что тут народ какой-то, и с подкреплением вернёмся.

– Лёха, не очкуй. У нас задача – разведка. Узнаем и вернёмся. – сказал Морозову Антон, убирая бинокль.

Спустившись к воде, морпехи пошли в сторону обильно заросшей лесом возвышенности, до которой было километра полтора. Взвод непонятных парней (морпехи по привычке определили такое количество людей как взвод) давно исчез из поля зрения и больше никого видно не было. Пингвины, всё-таки, отстали. Да, эти птицы внешне были чем-то похожи на пингвинов. Ростом небольшие, с пятилетнего ребёнка. С яркой оранжевой полоской на голове от клюва до затылка. Такие же гусиные лапки, как и у земных пингвинов. Белое брюхо, а все остальные части покрыты чёрными перьями. Мощный клюв на солнце отражался глянцево-чёрным отливом с хорошо заметными белыми пятнами. По сравнению с головой, клюв казался огромным.

– Ну, а что, море такое же, как у нас, и волны такие же. Слышь, Лёха, ты море-то видел до армии?

– Да не, Руся. Какое море. У меня в деревне кроме речки и не было ничего. А куда-то в Турцию или в Египет гонять – денег не было. Ну вот, в Славянке-то и увидел, на Клёрке. Хороший у нас на полигоне пляж. Помнишь, капитан Бахвалов роту свою водил, а мы мимо ехали. Тогда и наш тоже тормознул. Часа полтора там были. Купались.

– Да, Бахвалов хороший мужик. Своих никогда не обижает. У него же сын второй недавно родился, – вспоминая прошлую жизнь, ответил Диденко.

– Пацаны, хорош лясы точить. До зелёнки метров двести осталось. Идём по следам. Если какой шухер – в кусты. Понятно? – добавил Калюжный.

Судя по следам, место было людным. Большой песчаный пляж заканчивался у леса с пальмовидными деревьями. Ни один из ребят не смог распознать в этих исполинах реальную пальму, но определённые схожести были. Длинный ствол дерева уходил ввысь на добрые двадцать-двадцать пять метров, и на вершине была небольшая крона ветвистой зелени. Вдоль кромки леса песок был очень плотный. Обувь не проваливалась и можно было идти, не напрягая сильно ноги.

Следы уводили вглубь леса, а дорога проходила по вырубленному пролеску. Ребята оглянулись, посмотреть на море. С этой точки оно выглядело великолепно. Бирюзовый цвет воды вдали постепенно переливался в ярко-голубой, и волны барашками омывали белёсый песок.

– Какая красота. Но жить тут – ну его нафиг. Жарко. Пошли уже! – скомандовал сержант Калюжный, убирая автомат за спину.

Морпехи зашли в зелёнку, и, прислушиваясь к каждому шороху и звуку, продвигались вперёд, готовые в любой момент исчезнуть, раствориться в кустах, густо растущих вдоль рукотворной дороги.

– Далеко же они забурились, уже километра три прошли, – вытер пот Диденко, не переставая отсчитывать шаги. Полчаса прошли незаметно под шум птичьих песен и крики неизвестных животных, пока впереди не послышались совсем другие звуки. Все трое тут же замерли, прислушиваясь, и без команды свернули с дороги в заросший незнакомыми растениями лес. Метров через триста показался забор из крашеного профлиста. Высота забора была стандартной, именно такой, которую все мы привыкли видеть на дачных участках. Около двух метров. Пройдя немного вдоль серого забора, но не приближаясь к нему, ребята увидели пару смотровых вышек со стоявшими там часовыми.

– Теперь идём дальше, до входа на эту территорию. Собираем статистику и – назад. Других вариантов нет. Или тут кого-то держат, или учебный лагерь. Узнать точно мы не сможем. Посмотрим, если ездит техника, то рядом крупное селение, а может и город.

Ребята кивнули Калюжному и, пригибаясь, направились в сторону. Ворота обнаружились быстро. Они представляли собой лёгкую конструкцию из профильной трубы, обшитую такими же листами с заметными вмятинами и ржавчиной. Видимо, не раз эти самые ворота таранили.

Пролежав несколько часов в зарослях какого-то колючего растения, ребята заметили несколько грузовых машин, заезжающих на территорию. Говор охранника был не русским и не английским. Когда подъезжала техника, он выходил из своего укрытия, подходил к машине, а после звонил куда-то по телефону, стоящему у дерева и прикрытому обычным ведром. Предложение Руслана Диденко взять этого охранника в качестве языка, Калюжный исключил. Шум поднимется, да и язык непонятный, то ли испанский, то ли португальский. Как его потом допрашивать?

– Антоха, надо глянуть, по-любому, что за забором. На хрен мы сюда ходили, чтобы его снаружи посмотреть, что ли? – предложил Диденко.

– Чего там смотреть? Пошли уже, возвращаться пора.

– Лёха, не ной. Руслан прав. Надо найти место и глянуть. Взял кто-нибудь с собой телефон, фотки сделать?

– У меня есть, – ответил Диденко.

Забор из профильного листа не был сплошным. Через несколько сотен метров сплошной забор закончился, соединившись с невысоким скалистым холмом. Там и решили ребята подняться чуть выше, чтобы понаблюдать за происходящим.

А тем временем в лагере морпехов внутри портала происходило экстренное совещание.

– Товарищ лейтенант, их уже больше пяти часов нет. – Мелин стоял у дверного проёма в избе.

– Да, я в курсе. Готовь Егора, Сапожникова и ещё человек пять, Базаров, идёшь с ними старшим. Ребята или уже погибли, или им требуется нехеровая такая помощь. Выдвигаться по готовности.

В лагере из-за невозвращения группы были все на взводе. Сергей винил себя в том, что отправил слишком маленькую группу.

– Ну что, все готовы? Задача – найти и вернуть в любом виде. Лучше живых. Там уже по ситуации. Поняли? – сказал Качанов.

– Что там за проходом?

– Пляж, товарищ лейтенант. Радиостанция молчит на связь не выходят, – ответил Базаров.

Бато с ребятами пошли через проход. Егор сразу заметил следы, еле видные на практически гладкой поверхности песчаного пляжа. Солнце было в зените, прогревало каждый сантиметр земли, поднимая температуру воздуха до сорока градусов. Парни не стали терять время на разглядывание окружающих красот, а быстро направились по еле приметным следам. Заметив у леса уже хорошо протоптанную дорогу, свернули в заросли, чтобы идти параллельно.

– Егор, что это за место и что тут может быть? – спросил Базаров.

– Понятия не имею, возможно даже, остров где-то в южных широтах. Не слышал я про него, хотя знаю, что иногда наёмники проходят подготовку в лагерях. Но, в этом мире же не только наёмники существуют. Короче не знаю. Но следы на дороге были явно от грузовика, ну и от ботинок много. Так что – достаточно оживлённо тут – объяснял Егор, периодически обходя растения с колючими листьями.

– Стоять! – вдруг прозвучала команда прямо у самого уха. Шедшие друг за другом морпехи тут же отскочили в сторону от источника звука, и, заняв позицию, приготовились к стрельбе.

– Вы куда, такие красивые, побежали? – из-за дерева вышел улыбающийся Руслан Диденко.

– Руся, придурок! А если бы пристрелили тебя! Где радиостанция, какого хрена молчите и не выходите на связь? – шёпотом высказал своё недовольство Бато, и по взглядам остальных ребят Диденко понял, что шутка была – так себе.

– Да я не хотел пугать, как вас ещё остановить-то было, вот шёл как раз с докладом и за помощью. А тут вы.

– Быстро докладывай!

– Тут пионерлагерь. Ребята дальше наблюдают, я с докладом иду. Радиостанция полетела и приказала долго жить. Не знаю, что с ней. Можешь сам глянуть.

Бато выдохнул, хорошие новости, все живы. Калюжного с Морозовым долго искать не пришлось. Взобравшись на скальный выступ и укрывшись кустами с крупными листьями, они устроили лежанку и наблюдали за местностью. Прибытие усиленной группы своих товарищей их удивило. Долго не спорили, но ещё час выбирались из леса, и, выйдя на песчаные дюны направились вдоль берега, туда, где их ждал отмеченный камнями вход в портал.

Прохладный и влажный воздух внутри портала как бальзам оживлял организм после жаркого пляжа. Обе группы сидели на траве возле штабной избы и не торопясь пили сладкую воду. Лейтенант Качанов вышел, оставил Егора, Бато и Антона со своей группой, остальных отправил отдыхать.

– Калюжный, докладывай. Почему задержались и что видели?

Ребята выстроилась в шеренгу. Антон уже приготовился докладывать по всем правилам Устава, но Качанов его прервал и разрешил доложить не по форме.

– Товарищ лейтенант, в ходе проведения разведывательных мероприятий был обнаружен тренировочный лагерь. Выход из портала находится на прибрежной территории с песчаными отмелями и пляжем. Судя по растительности, местоположение его ближе к экватору, температура по ощущениям выше 35 градусов. Также, видели птицу, наподобие наших пингвинов. Руся, дай телефон, – повернувшись к Диденко, попросил Антон. И открыв фотографии, продолжил, показывая лейтенанту Качанову.

– В пионерлагере, то есть, в тренировочном лагере, расположены несколько построек из дерева, но есть и два капитальных строения. Одно – штаб, второе камбуз. Всего насчитали около пятидесяти человек, но, возможно, прячутся от жары, или ещё что-то. Две вышки по периметру – необитаемы. Охрана только на воротах. Пока наблюдали, приехали три грузовика, что-то загружали в ящиках. Видели несколько вооружённых лиц из числа сопровождающих транспорт. Говорят, то ли на испанском, то ли на португальском. Не особо понял. Вот, в принципе, и всё.

– Бато, Егор, вы что скажете?

– Я забор только видел, и всё, в принципе. А так, да, жарко там, ну и море какое-то, – ответил Базаров.

– Там, где я раньше работал, были учебные лагеря. Но этот совсем не похож на те, что я видел. В Иерихоне серьёзнее всё. Что это за место, тоже понятия не имею. Так далеко на югах я не был – сказал Егор.

– Ладно, интереса к тому месту особо у нас нет. Палиться не будем, и на рожон лезть в неизвестность – тоже не дело. Антон, завтра идёте оставшийся выход разведывать.

– Так точно! Нам бы радиостанцию поменять, а то этот аппарат сдох.

– Хорошо, этот на ремонт, по возможности. У нас переносных только два осталось. Ну и 159-ая. Но она тяжелая. С ней не побегаешь. Ещё кого-то возьмёшь, или так же, втроём?

– Да, втроём оптимально. Четвёртого у входа можно, даже лучше двоих, как командир делал. Так спокойней.

– Да, согласен. Базаров, утром двоих подготовь. Выйдут вместе с Калюжным и будут дежурить снаружи. Ну всё, идите, отдыхайте. Помойтесь, поешьте и – спать, – дал указания Качанов и ушёл проверять караул.

В лагере морпехов служба шла своим чередом, без происшествий. Неожиданный поворот в судьбе целого подразделения в большей степени сплотил всех. Даже те, кто в повседневной жизни на Земле, бывало, давали себе слабину в плане дисциплины, тут же, наоборот, были максимально собраны и активны.

Утром пронёсся по поляне крик дневального. Это ненавистная всем команда «Подъём!». Даже дневальный, подавая команду, воспринимал всю эмоциональную тяжесть этого слова. Надо вставать, и, вопреки желанию организма, по форме одежды номер два с голым торсом идти на утреннюю зарядку. Повара уже давно были на ногах и готовили для всех завтрак. После утренних процедур свободный от вахты и работ личный состав во главе с сержантом Мелиным отправились на учёбу. Благо, с собой были несколько учебников с задачками по артиллерии для теории и боевая работа на ОП для практики.

Калюжный с Морозовым и Диденко стояли у третьего выхода с поляны и готовились, поправляя и подтягивая ремни, и периодически прыгая, чтобы устранить все издающие шум недостатки в амуниции. Хотя одеты были достаточно скромно. Подсумки с магазинами, РДшки с едой, водой и боеприпасами, бинокль и радиостанция. Из оружия – штатные автоматы Калашникова и трофейные пистолеты.

– Ну что, готовы? – подойдя, спросил Качанов.

– Так точно, тащ лейтенант!

– Полуэктов и Зинихин будут вас ждать у выхода, ну и прикроют, если что, – показав на приближающихся морпехов, добавил Сергей.

– На всё про всё – четыре часа. Ну, вперёд! – похлопав Калюжного по плечу, сказал Качанов и отошёл в сторону.

Антон посмотрел на своих товарищей, кивнул, и развернувшись, сделал шаг, держа перед собой автомат.

Через мгновение все трое стояли внутри большого полуразрушенного здания. Под ногами лежали сгнившие брёвна, когда-то державшие крышу. На полу местами росла невысокая трава, и кое-где были большие трещины на старом каменном покрытии. Своды окон зияли пустотой, показывая небо и ветки деревьев. Каменная кладка выступала из-под обрушенной штукатурки. В дальней стене виднелись дверные створки высотой, практически, до самого верха, а это почти в два этажа среднего панельного дома. Эти двери, когда-то сделанные из толстых досок, рассохлись, образуя большие щели, кое-где части досок и вовсе отсутствовали. Это был единственный выход из полуразрушенного здания. Выход из портала находился не в центре, а чуть ближе к стене. На каменной кладке стены наверху прорастали деревья, проникающие своими корнями между камнями в поисках питательной влаги, и, найдя, они становились всё толще, оказывая давление на стену и таким образом расширяя щели и разрушая её.

– ну, ни хрена себе, спортзал, – тихо произнёс Руслан, медленно осматриваясь и обводя стволом автомата стены.

Морпехи стояли, боясь сделать шаг. Ведь любое неверное движение в разрушенных рукотворных объектах могло привести к ещё большим разрушениям. Стояли бы и дальше, но Полуэктов с Зинихиным, вышедшие из портала в самый неожиданный момент, подтолкнули ребят вперёд.

– Полы, вроде, каменные, и не гуляют, – делая шаг вперёд, сказал Лёха Морозов.

– Пацаны, вы идите, а мы тут посмотрим.

– Андрюха, самый умный, да? – ответил Полуэктову Диденко.

– Тихо, Лёха слева, Руслан справа. Вперёд, за мной, – скомандовал Антон, и, стараясь не делать резких движений, направился в сторону ворот.

– Ну и двери, метра четыре в ширину, не меньше. Что сюда завозили-то? – начал осматривать ворота Морозов. И найдя большой пролом, куда спокойно мог пролезть человек, высунул голову наружу.

– Всё чисто? Выходим?

– Да. Чисто! – ответил Антону Лёха. И все втроём, по очереди, пролезли через отверстие в воротах.

Матросы Полуэктов и Зинихин остались внутри и, оглядываясь, молча рассматривали бывшее когда-то величественным и, видимо, красивым, внутреннее убранство неизвестного здания. Если мысленно убрать наметённые ветром и временем большие кучи листьев, которые превратились, в итоге, в перегной и землю под воздействием дождей, то получалось, что в противоположном конце от ворот находился небольшой пьедестал от стены до стены. На этом пьедестале стояли три каменных столба, метра по три каждый, с высеченными на вершинах головами каких-то животных.

– Андрюха, смотри, черепа какие-то! Не знаешь, чьи? – с этими словами Саша Зинихин подошёл к одному из двух лежащих на полу белёсых черепов и стволом автомата подвинул в сторону. Затем, наклонившись, стал рассматривать.

– Фиг его знает. Смотри какие клыки! В этом мире этот череп может принадлежать кому угодно. А так или собачий, или же медвежий. Вон, дырень какая. Видимо, пробили ему башню-то. А у второго – клыка одного нет. – ответил, было, Полуэктов, но, увидев лежащий в сторонке огромный шлем, потерял к черепу всякий интерес. Металл из-за окисления весь почернел. Отряхнув от земли, Андрей взял его в руки и внимательнее рассмотрел.

– Клёвая штука, домой надо взять, батьку' показать!

– Куда домой, Андрюх. Ты что, забыл, где мы?

Полуэктов осознал сказанное его товарищем и кинул тяжёлый головной убор в угол. Осматривая здание, ребята нашли ещё пару покрытых ржавчиной мечей, погнувшийся щит с большим рваным отверстием посередине размером с футбольный мяч.

– К чёрту всё! Саш, ну его на хрен, не трогай лучше ничего. Видимо, тут бойня была, только такие щиты и шлемы здоровяки носили. Не хотел бы я с ними встречаться, – и тут взгляд Андрея упал на стену, где сохранился небольшой фрагмент рисунка на штукатурке, которая ещё не осыпалась. Там была изображена верхняя часть медведя, тянущего свои лапы куда-то ввысь.

Ребята дальше разглядывали без особого энтузиазма, стараясь ничего не трогать, а группа Калюжного в этот момент уже осматривала окрестности. Местность больше походила на давно заброшенную деревню. Дом, из которого они вышли, снаружи был украшен вырезанными в камне, теперь уже полустёртыми, древними письменами. Рядом виделись обвалившиеся стены домов без крыш, заросшие бурьяном, когда-то вымощенные камнем дороги. Сколько было тут домов – оказалось сложно подсчитать, более-менее уцелевшим было только здание, откуда изначально вышли люди, а всё остальное вокруг представляло собой лес с разрушенными несколько столетий назад постройками.

– Руслан, чего ты заткнулся? Страшно? – подкалывая товарища, спросил Лёха Морозов.

– Ну, если честно, место – так себе. Вроде тихо, спокойно, но от этой тишины как-то жутко. Антох, как думаешь, кто тут раньше жил?

– Если люди в то время были огромными, то это, вероятно, люди, в чём я сомневаюсь. Какие-то разумные существа, видимо. Блин, одни заросли вокруг. Смотрим по сторонам внимательно, тут всякого рода зверьё может водиться. И куда попало не наступать и не садиться. А то, вон, Воробей на паука сел. Помните? Лёха, ты же вроде с ним был? – не поворачивая головы тихо сказал Калюжный.

– Да помним, помним. Чего напоминаешь-то! – без особого желания продолжать разговор огрызнулся Морозов. Беглый осмотр разрушенных построек никакой информации не дал. Вокруг был лес, вымощенная камнями дорога проходила через всё древнее поселение и резко обрывалась. Видимо, в этом месте раньше была граница этих построек.

– Ладно, не хрен тут делать, командир вернётся, сам решит и разберётся. Тем более, у него помощников развелось. По-любому в курсе, что за место. Да и дед, наверное, знает. Жил же в портале, всё-таки – сказал Калюжный, и все втроём направились к знакомому зданию с разрушенной крышей.

Полуэктов и Зинихин все два часа скучали, ожидая выхода ребят, и очень обрадовались их появлению. Сделав фотографии всего того, что видели, включая и мечи, и пробитый щит, и черепа, и изображения на стенах, ребята отправились обратно в портал. Работу они выполнили. Все выходы из портала разведаны и опасности ни откуда не исходит. Осталось дожидаться командира и готовиться к дальнейшим действиям.

Глава 2

Денис, открыв глаза, попробовал встать, но лишь ощутил боль в мышцах. Руки и ноги настолько затекли, что мозг не понимал, где и что. Он посылал команду, а конечности при попытке двигаться отзывались болью.

Нина деловито ходила у костра и что-то варила. Рядом стоял Олег, и, доедая кусок мяса неизвестного происхождения, переговаривался о чём-то с берсерками. О чём именно – Денис не слышал.

– Тащ майор! Вы тоже встать не можете? – тихим шёпотом спросил лежащий рядом Максим.

– Нина! Нина! – вместо ответа крикнул Архипов.

Стоящие у костра берсерки, Нина и Олег оглянулись.

– Ты чего им давала? – громко и с явной усмешкой в голосе спросил Кронах.

– Дала хагыз, – ответила девушка.

Два огромных мохнатых зверя в доспехах, тряся плечами, начали смеяться. Это был не тот смех, к которому все мы, люди, привыкли; смех медведей больше походил на хрюкающий рык. Нина молча что-то налила в кружки и поднесла лежащим вповалку ребятам.

– Эффект у него такой. Если переносить на ногах, то легче. Усталость есть, но вполне себе нормально. А если как вы, почти десять часов спать, то мышцы слишком сильно расслабляются, и после какое-то время не слушаются. Вот, попейте. Не больше трети кружки. Полегчает сразу.

Девушка присела рядом с Денисом, и аккуратно подняв его голову, дала попить отвара. После Максиму. А Шурику и Лёне уже помогал Олег.

Горячий отвар, едко-горький с кислым привкусом и запахом болотной тины, живительной влагой наполнил клетки организма.

– На вкус – хрень полная. Через сколько поможет? – сплёвывая попавшую в рот травинку, спросил Максим.

Нина улыбнулась в ответ, но промолчала.

К ним подошёл Кронах, держа в своих лапах увесистый кусок чьей-то ноги, периодически отрывал зубами кусок мяса, и, не пережёвывая, глотал.

– А ваш соплеменник очень храбрый. Вы, люди, сильны духом. Слабы телом, но дух ваш очень силён, – и, развернувшись обратно, ушёл к еле горящему костру.

Денис с непониманием посмотрел в спину уходящего берсерка и спросил у Нины:

– О чём он?

Подошедший Олег, не дав сказать Нине, ответил хрипловатым голосом:

– Он про Ваню, сержанта вашего.

– Где он, что с ним? – напрягаясь и терпя боль в мышцах, Денис повернулся на левый бок, затем, опираясь руками, приподнялся и сел.

– С ним всё хорошо, спит в машине. Ночью, когда Кронах пришёл с охоты, он проснулся. Берсерки его сразу отпоили, чтобы лучше себя чувствовал. Потом они ходили смотреть, что происходит за пределами портала, а его оставили охранять вместе с Чернышом, – начал рассказывать Йогарх.

Послышался шум, это второй берсерк, Хурх, притащил тело убитого шумуна и бросил его рядом. Кивнул проснувшимся и отошёл обратно, к своему сородичу.

– Ну вот, там ещё двое лежат. И, смотри, эти из другого племени.

– Зачем вы его сюда принесли? И так тошно, а вы ещё трупаки таскаете, – с явным раздражением сказал Лёня, делая очередную попытку встать.

– Эти с черепами. Таких я уже видел, – осматривая тело шумуна, сказал Денис.

– Ваня троих шумунов убил, когда я подбежал, эти уже готовые были, – закончил Йогарх и ушёл обратно к костру. Ребята ещё минут пять рассматривали это ужасное порождение леса, его пробитую грудную клетку с запёкшейся кровью, и разодранную до черепных костей голову.

– Черныш, видимо, помогал. Его работа просматривается, – удовлетворённо сказал Шурик и медленно встал. Увидев, что отвар подействовал, остальные тоже начали потихоньку подниматься.

– Ну так, что случилось-то?

– Денис, скоро Ваня проснётся, сам расскажет. А теперь идите есть. Вам нужны силы. Сегодня сложный день. Берсерки разведали один из выходов. Ведёт он далеко на юг, туда, где жарко и родина шумунов.

– Человеки, идите, Йогарх сказал, что вы не умеете нормальное мясо есть, и надо на огне жарить. Благодарите вашу самку!

– Переросток, моё имя Нина. И вам самим очень понравилось жареное мясо. Жалуется он ещё тут, – огрызнулась на Кронаха девушка.

Берсерк промолчал, глотая очередной кусок мяса. Затем он поднял свой щит, и, что-то прорычав Хурху, пошёл к краю поляны, тот последовал за ним. Встав напротив, они одновременно издали громкий хриплый рык, и, обнажив свои мечи кинулись друг на друга, пытаясь достать клинком соперника, при этом ловко уворачиваясь и закрываясь щитом. Люди с изумлением смотрели на это представление, где два огромных мохнатых воина-медведя с акробатической ловкостью изгибаются и наносят увесистые удары своими тяжелеными мечами.

– Они убить друг друга хотят? – иронично спросил Лёня.

– Нет, что ты. У них в этом мире полно врагов, желающих их смерти. Они тренируются, – ответил на вопрос Йогарх.

Люди подошли к костру, над которым на огромном вертеле, сделанном из подручных средств, жарилось мясо неизвестного животного. Запах стоял изумительный. Проголодавшимся, в принципе, было всё равно, кем был при жизни этот зверь, главное – не двуногий. Шурик охотничьим ножом отрезал каждому по большому куску мяса.

– Всё экологично, и посуда одноразовая, – придерживая мясо листом какого-то растения, сказал Максим. За пережёвыванием слишком жёсткого мяса и наблюдением за тренировкой медведей прошло около часа.

К концу завтрака проснулся и Ваня, выглядевший более свежо, чем все остальные. Он рассказал, что ночью, после ухода Кронаха и Хурха, из другого выхода зашли в портал три шумуна, на которых первым среагировал Черныш. Угрожающе шипя, сбил с ног одного, пытаясь прокусить тому шею, отвлекшегося на мыша второго шумуна Ваня проткнул копьём, поднятым с земли, и после выручил Черныша, добив первого, а с третьим помог справиться вовремя подоспевший Йогарх.

Тот, в свою очередь, добавил, что если бы не сержант, то шумуны Черныша порвали бы, а сам он не мог справиться сразу с тремя. Так что, подытожил Йогарх, Ване можно записать две победы.

После этого вернулись берсерки.

– Ну что, у нас один путь. Третий выход! И, видимо, нас там ждут – сказал Денис собравшимся у костра. После пробуждения прошло несколько часов. Каждый почувствовал, что организм восстановился после хагыза, и на будущее совместно решили, что такой сильный энергетик без особой надобности не следует употреблять.

– Пешком или на авто? – спросил Шурик, загружая пустые канистры в кузов пикапа.

– Я знаю место, куда приведёт этот выход, – рассмотрев черепа рогатых животных, которые надевали прибывшие шумуны, сказал Денис.

– Отлично, значит, на тачке. Не хочу тут оставлять, – ответил Ваня, перематывая портянки.

– Это чего, в армии до сих пор портянки носят? Что-то только сейчас заметил, – удивился Саша.

– Нет, уже не носят. И зря. Удобная вещь. Я сам в портянках до сих пор, Шура. В полевых условиях – самое то, – добавил Денис.

– Ну ты, прям, конечно – военный. По-дедовски. Слушай, я давно ещё хотел у тебя спросить, а ты потомственный военный или как? – продолжил разговор Лёня.

– Да не, я в своё время ещё в Суворовское училище хотел поступить. Но мама не пустила. Было два желания, одно – после школы в военку идти, но другое – стать хирургом-травматологом было сильнее. И я готовился – в мед поступать. Хотел пазлы из человеческих тел собирать. Но там не сложилось, и я поступил в военное училище. В меде экзамены в августе были, а в училище в июле – рассказал Денис.

– Судьба юмористка, хотел собирать людей, а выучился их разбирать – пошутил Шурик.

– У каждого своя работа – уже более серьёзно ответил Макс.

– Люди хотят взять с собой свои железные машины? Оставьте их тут! Там они вам не понадобятся. Можно вернуться в любое время. А Кхурога возьмите. Зверёк мелкий и очень пакостный. До сих пор не знаю, как он вас не сожрал, – подойдя, сказал Кронах.

– Любовь и пища, вот дорога к сердцу любого зверька, – объяснил берсерку Лёня.

С доводами медведя Денис согласился, и технику решили пока оставить вместе с Ниной и Лёней.

Берсерки были менее эмоциональны во время перехода через портал. Если люди каждый раз испытывали лёгкий трепет, а иногда и дрожь от неизвестности, берсеркам это было чуждо. Ни страха, ни эмоций. Убеждённые в своей силе и, практически, неуязвимости, они делали в шаг в неизвестность, уверенные в успехе.

Шум леса – первое что почувствовали люди, прежде чем перед глазами появилась роща лиственных деревьев. С широкими кронами и размашистыми ветвями, они дружно шумели под порывами ветра. Лучи солнца пробивались сквозь листву и играли яркими бликами вокруг.

Оглядевшись, люди увидели, что вход в портал расположен в корневищах большого засохшего дерева. Были видны узоры, вырезанные ножом или каким-то инструментом на корнях, выступающих над землёй. Сухой ствол без листьев и ветвей монументально стоял посреди зелёной рощи. Ширина входа, по крайней мере, соизмеримая часть, казалась не более двух метров, так как мешали корни и трудно было понять, насколько тут широко. Решение оставить технику было верным, рисковали бы, как минимум, разбить радиаторы.

От засохшего дерева вела вглубь леса хорошо протоптанная тропа, на которой, отойдя метров десять, уже стояли оба берсерка, и подняв носы, вынюхивали воздух.

– Тащ майор! – шёпотом сказал Ваня, боясь то ли быть услышанным, то ли испугать временное затишье, и дулом автомата показал в сторону. Денис посмотрел в том направлении и увидел воткнутые в землю длинные палки, высотой по три-четыре метра. Их было много. Стояли они вдоль тропы и исчезали где-то в лесу вместе с протоптанной дорожкой. На конце каждой из палок был череп. Встречались и звериные, с рогами и зубастым оскалом. Но среди звериных голов и обглоданных черепов попадались и человеческие, большие и маленькие. Некоторые были с ещё не досохшей кожей и волосами, с выклеванными глазами и разорванными ртами.

– Бл…! – тут же произнёс стоявший рядом Шурик, самостоятельно заметивший эту смертную аллею.

Остальные тоже это увидели, и, не опуская оружие, оглядываясь, медленно двинулись вперёд, в сторону берсерков, которые никого не ждали и как будто шли по своим медвежьим делам.

– Видимо, шумуны тут тоже людьми промышляют, – догнав Дениса сказал Йогарх.

– Им что, зверья в лесу не хватает? – со злостью в голосе спросил Денис.

– Зверь и сам может убить, а человека поймать легко. Он пуглив, жаден, любопытен. А обезьяны эти умны. Они различают, когда человек опасен, а когда нет.

– Они рядом. Эти сильнее! – прорычал Кронах и вместе с Хурхом свернул в лес.

– Ну что, пошли за ними. Они нас выведут к их убежищу. А там решим. Они признают вашу силу, без вас всё равно не начнут, – с ироничной улыбкой произнёс Йогарх и проследовал за берсерками.

Денис тихо окликнул группу и дал команду по направлению движения.

Лёгкий бег по светлой роще давался без усилия, а пешком за берсерками было не угнаться. Пройдя в таком темпе около пяти километров, Кронах с Хурхом замерли.

– Люди, к их поселению надо идти вам. Нас они почувствуют, а вас нет, так как человеческого запаха там много, – показывая направление дальнейшего движения объяснил Кронах.

– Шурик, вот радиостанция. Боюсь, мишки сломают её, останешься с ними. – начал Денис, но его тут же перебил старший берсерк.

– Не надо, Йогарх сообщит нам. Это племя сильнее, их не получится просто убить.

Больше не сказав ни слова, морпехи, стараясь не издавать лишнего шума, двинулись дальше, всё углубляясь в лес. Отойдя от тропы шумунов, берсерки и люди сделали небольшую петлю, обойдя племя с фланга и заходя в тыл с наветренной стороны таким образом, чтобы как можно дольше не быть обнаруженными.

Шедший впереди группы Макс поднял руку, таким образом дав понять всем, чтобы остановились. Как только Денис подошёл поближе, Усков показал в сторону.

– Голоса, оттуда. Метров двести прямо.

– Как он меня уже задолбал своей непредсказуемостью, – выдохнув, сказал Денис, наблюдая удаляющуюся спину Йогарха в теле Олега в гуще леса.

– Значит, ждём?

– Да, Макс, ждём! – сказал Денис, и, отойдя за дерево, присел, опершись спиной о ствол. Остальные последовали примеру командира, заняв удобные позиции, чтобы обзор был полным, на случай появления местного зверя или того же Йогарха. В этом лесу невнимательный и беспечный прожил бы короткую жизнь. Не прошло и пяти минут, на горизонте с удивлённым взглядом появился медведь в теле человека.

– Чего вы не пошли со мной?

– Олег или Йогарх, кто ты там сейчас, мы работаем в команде, ты постоянно то исчезаешь, то появляешься. Вот мы и ждём, когда ты очередной раз появишься, – ответил Денис.

– Я появился!

– Тогда пойдёмте.

Группа вновь начала движение, и вдалеке уже послышались чёткие, хорошо различимые голоса. Впереди был небольшой холм, заросший редкими деревьями и обильными кустами. Оставив группу у подножья, Денис и Йогарх, стараясь обходить колючие ветки кустов, поднялись на холм. На вершине, край которой резко обрывался каменистым спуском пятнадцатиметровой высоты, они остановились. Внизу через ветви кустов и деревьев просматривались постройки, которые отличались своими формами от тех, которые Денис видел у шумунов в Мёртвом лесу. Эти не были похожи на развешанные по ветвям гнёзда, а больше походили на домики на деревьях. Архипов сразу вспомнил детство, когда они с мальчишками брали дома инструменты, кто какие мог, и шли в лес строить шалаши на деревьях. Кроме этого, на земле тоже были какие-то постройки. То ли эти обезьяны в плане архитектуры ушли вперёд от своих сородичей, то ли им кто-то помогал в строительстве. Ясно, что без определённых знаний и человеческих инструментов такие домики невозможно построить. Отсюда до поселения шумунов было метров двести, и чётких границ или края поселения не было видно даже в бинокль. Обилие деревьев и прочей растительности хорошо маскировало всё, что было в лесу. Глухой металлический звук заставил Дениса повернуть голову, и он увидел обоих берсерков, передвигающихся на четырёх лапах, которые, обходя колючие кусты, приближались к ним.

– Йогарх, тут не только шумуны. Я ещё чувствую кого-то. Не могу понять, кто это! – подойдя ближе сказал Кронах.

Хурх в этот момент уселся рядом и, вынюхивая кусты, начал искать съедобные ягоды, которые бледно-жёлтыми пуговками висели на ветвях.

– Прямо как в зоопарке, не подумал бы, что берсерки могут выглядеть так мило, – вслух подумал Денис.

– Ты о чём, человек? – Медведь не всё понял, но слово "берсерки" заставило его среагировать на слова Дениса.

– Кронах, слушай сюда. Я чувствую разум медведя. И если это так, то он или в плену, или… Про второй вариант я не хочу думать, – положив свою человеческую руку на лапу берсерку сказал Йогарх.

– Самка! – выдохнул Кронах и, рыкнув что-то Хурху, исчез, спрыгнув с обрыва. Сидящий со смешным выражением морды берсерк Хурх тут же преобразился в грозного воина и последовал за своим собратом, исчезнув в прыжке.

Денис с удивлением посмотрел на стоявшего рядом Йогарха.

– Ты тоже за ними сейчас прыгнешь? У вас тут что, с медведицами напряг, что ли?

– Нет, это не обычная самка. И она нас чувствует. Знает, что мы тут. Нам надо быстрее спуститься. Кронах и Хурх великие воины, но у неё необыкновенная сила. Пойдёмте за мной!

Денис последовал за Йогархом, который уже не особо беспокоился насчёт тишины и шёл быстрым шагом. Прошёл молча мимо ребят, которые ждали Дениса вместе с ним.

– Тащ майор, всё, идём? А где медведи? – спросил Максим.

– За мной, ситуация меняется. Приготовиться к бою. Отстреливаем всё, что представляет опасность, – скомандовал Денис своей группе.

Спустившись и обойдя холм, морпехи лёгким бегом направились в сторону поселения, где уже слышались крики и шум. Шумуны издавали короткие и громкие, похожие на писк, звуки. Добежав до края поселения, люди замедлились и, пытаясь выцеливать сквозь деревья, начали приближаться к постройкам из крупных веток. Слышен был лишь шелест листьев от ветра.

– Тащ майор, с Олегом что-то не то! – сказал Максим, остановившись возле Йогарха. Денис обернулся и увидел наполненные ужасом глаза. Лоб его был покрыт испариной. Тяжело дыша, Йогарх чуть не упал, но стоявшие рядом Максим и Шурик подхватили его под руки. В один миг лицо парня вновь стало нормальным и взгляд оживился. Непонимающим взором он смотрел вокруг, и переводил взгляд на людей.

– Парни, чего происходит-то? Где мы?!

– Я не понял, ты чего, Йогарх, памяти лишился. – спросил державший его под руку Макс.

– Какой, на хрен, Йогарх, я Олег! – вырвав свою руку сказал парень.

– Ладно, не суть. Оставайся тут. Всё равно у тебя кроме ножа ничего нет. Жди нас, – после чего Денис развернулся, приготовившись к стрельбе, и направился к поселению, обходя крайнюю хижину. Остальные последовали за ним. Олег неподвижно стоял на месте, глядя в спину уходящим людям.

Пройдя метров сорок вдоль границы поселения шумунов люди не встретили ни одного живого существа. Жилища были расположены не на открытой поляне, а прямо в лесу. Хижины на земле находились среди деревьев, иногда даже в больших ветвистых корнях. На самих деревьях также были постройки наподобие шалашей с прислоненными к ним длинными тонкими лестницами. Вокруг вместо забора стояли высокие палки, воткнутые прямо в землю с черепами различных животных и людей.

– Тащ майор, а где все, – боясь спугнуть тишину, шёпотом спросил Ваня, водя стволом автомата из стороны в сторону в поисках цели.

И тут, обходя очередную постройку, они увидели метрах в двадцати огромное дерево с прорубленным посередине стволом. Нижние ветки дерева тяжёлым грузом свисали до земли, некоторые даже пустили корни. Вся эта громадина была необъятных размеров. А вокруг стояли они, устремив свои взгляды на людей. Покрытые чёрно-серой шерстью с развитой мускулатурой шумуны. Головы их украшали верхние части черепов с рогами и пёстрые шкуры животных на спине. Держа в своих руках двухметровые копья, они начали медленно расступаться, образуя подобие коридора, ведущего к центру круга. Люди замерли, сжимая в руках автоматы и боясь пошевелиться.

– Всех не перестреляем, – шёпотом сказал Шурик. Денис промолчал, пытаясь быстрее сообразить, что делать. Йогарх со своим внезапным исчезновением подставил людей, им была непонятна вся ситуация. И куда делись эти бравые берсерки? Шумуны расступились и замерли, открывая центр живого кольца, где стоял Хурх с жёлтыми бешеными глазами и тяжело дышал, держа в руке окровавленный меч. На плече у него висел разбитый щит, но видно было, что берсерку и дела нет до него. Меч же своим клинком упирался в лежащего Кронаха. Тот лежал с закрытыми глазами, запрокинув обнажённую голову.

– Чёрт! Это кто? – подумал про себя каждый из морпехов, увидев за стоявшим Хурхом какое-то животное, почти полностью лишённое шерсти. На чёрной коже местами виднелись небольшие островки седой шерсти и язвы. Сверху на животном лежала шкура с яркой рыжей окраской. В правой лапе оно сжимало белыми когтями длинную кривую палку.

Паузу, которая, казалось, длится мучительно долго, заполнили стоны парней, которые один за другим опускали оружие и, держась за головы, начинали сгибаться. Денис, видя всё это, поднял автомат и сделал один выстрел над Хурхом. И тут внутри головы прозвучал хриплый рычащий голос.

– Выбрось своё железо, человек. Оно тебе не поможет. Зачем вы пришли сюда?!

Денис пытался сообразить, откуда голос. Но рядом никого не было. И его взгляд остановился на сидящем в центре круга животном.

– Это что, лысый медведь? – только подумал Архипов, и голос вновь возник в голове.

– Ты прав, я медведица. Моё имя Яханта. Вы, глупые люди, годитесь только для еды. Ты хотел с помощью этих слабых берсерков убить меня? Я могу заставить тебя убить своих соплеменников, а после – мои дети заживо тебя съедят. Ты этого хочешь? – Денис понял, что старая медведица может читать его мысли и старался сосредоточиться на ветке, лежащей на земле, чтобы она не смогла узнать что-то нужное для себя.

– Не сопротивляйся мне. Это ты убил моих детей в Мёртвом лесу? Ты хочешь завладеть порталами. Зачем они тебе, человек?! Эти порталы принадлежат медведям. А они все подчиняются мне. Никому кроме нас не позволено знать про порталы. Я вижу, что ты знаешь, где находятся другие порталы. Подумай о них. Нам они больше нужны. В этом мире много людей и много пищи. Я оставлю тебя живым. Подумай о них! – более грозно прозвучал голос в голове. У Архипова тряслись руки и немели ноги, голова готова была взорваться от внутреннего давления. Он не отводил взгляда от ветки рассматривая каждый её миллиметр.

– Где шаман?! Почему он ушёл. Я так хотела его увидеть! – вновь прозвучал голос медведицы в голове, и Денис в этот момент осознал, что забыл про ветки и на мгновение подумал про Олега.

– Так шаман умер, и теперь он в разуме человека. Как был глупцом так глупцом и умер. Человек, от тебя пользы мало. Мне нужен другой! – и в этот момент виски Дениса начали сжиматься, создавая дикую, давящую боль. Ноги сами подкосились, и Архипов упал, обхватив ладонями голову, пытаясь удержать её и избавить от боли.

Олег появился внезапно для медведицы Яханты. Пока люди корчились от боли, валяясь на земле, парень, сдерживая внутри себя напряжение, вызванное борьбой с разумом старой медведицы, остановился. Глаза его налились кровью из-за разрыва капилляров, из ушей тоже пошла кровь. Простояв секунд двадцать, Олег тоже упал. Стоявший рядом с Яхантой Хурх вдруг опустил голову, но тут же её поднял, мгновенно осмотревшись, он резко развернулся, вытянув вперёд лапу с длинным тяжёлым мечом так, что клинок, не чувствуя сопротивления кожи и костей, прошёл сквозь шею медведицы, отрубив голову. Застывшая в беззубом оскале морда упала на пыльную землю, единожды подскочила и остановилась у ног шумуна. Хурх скинул щит и, раскатисто прорычав, начал работать своим мечом, приводя в ужас остолбеневших от такого развития событий жителей леса. Несколько рассечённых шумунов упали, остальные, издавая дикие крики, разбегались врассыпную. Берсерк, поняв, что вокруг уже никого нет, кроме нескольких обезображенных тел, бросился к лежащему на земле Кронаху. Наклонившись и сняв его защитные латы, приложил своё ухо к груди. Убедившись, что одно из двух сердец медленно, но бьётся, Хурх начал рассматривать раны на теле своего соплеменника. Несколько мелких ран на лапах и глубокая рана на груди. Видимо, это он сам проткнул его своим мечом. Осознав содеянное, берсерк вновь прорычал. И, оглянувшись на безголовое тело старой медведицы, поднял тело Кронаха и потащил его к краю поселения.

Шумуны к тому моменту перестали истошно кричать и начали собираться в небольшие группы. Выставив перед собой копья, они медленно подходили к пытающимся встать с земли людям. Первым смог подняться Максим. Не особо понимая, что происходит, он схватил лежащий рядом автомат, и, увидев недружелюбную обстановку вокруг, дал длинную очередь над головами обезьян. Остальные морпехи постепенно приходили в чувства и помня, зачем сюда пришли, начали отстреливать наиболее активных шумунов, которые норовили подойти ближе чем на тридцать метров. Увидев нескольких убитых выстрелами своих соплеменников, обезьяны потеряли всякую уверенность и начали отступать, постепенно растворяясь в лесу среди деревьев.

– Жесть, такое ощущение, что мою голову всю ночь пинали! Тащ майор, что случилось? – спросил Максим окончательно встав на ноги.

– Не особо сам понимаю, – ответил Денис наклонившись над Олегом и осматривая его кровоподтёки.

– Помогите! – донёсся издалека невнятный голос.

Денис прислушался, и, не услышав больше призыва к помощи, посмотрел на своих ребят, которые уже поднялись и неуверенно переминались на ногах.

– Все живы? Про здоровье не спрашиваю. Так, срочно отступаем. Мишек ранили, они не бойцы, а мы в таком количестве не сможем этих чертей одолеть. Ваня, Шурик, берите Олега. У него, похоже, мозги поплыли. Нина разберётся, – скомандовал Денис и жестом показал Максу сектор для контроля. Ребята приподняли Олега, и, решив по очереди тащить на плечах, закинули его на Ваню. Но Субботин не смог и десяти метров протащить, так как ноги отказывались подчиняться. В итоге, взяв под мышки, Шурик и Ваня потихоньку начали отходить вглубь леса, ориентируясь на мощную спину Хурха, который, взвалив на свои плечи Кронаха, медленно тащил его в сторону входа в портал.

– Помогите!

– Макс, ты слышал это?

– Что слышал, тащ майор?

– Да блин, ну не глюки же это! – выругавшись нецензурно, Денис поменял магазин на своём автомате и пошёл к центру поселения. Макс, поняв намерения своего командира, последовал за ним. У большого дерева неподвижно лежал обезглавленный труп медведицы. Ровные края обрубка шеи уже покрылись свернувшейся кровью. Лапы её безвольно раскинулись по сторонам.

– Вот дура, устроила тут кружок юных людоедов-гипнотизёров, – выругался Макс, бросив взгляд на бездыханное тело.

– Вижу, за мной! – скомандовал Денис и быстрым шагом направился к заметному дереву с тёмными листьями, находившемуся на другой стороне поселения. Большинство шумунов оказались дезориентированы и попрятались в лесу, те редкие, которые пытались напугать или напасть на людей, размахивая своими копьями, быстро отрезвлялись, получая короткую очередь. Добежав до края деревни, морпехи увидели привязанную к небольшому дереву девушку, которая была в полу подвешенном состоянии. Окончательно упасть ей мешали верёвки, завязанные на локтевых суставах за спиной одним краем, а другой край был закинут на ветвь дерева. Спутанные тёмные волосы закрывали ей лицо, а тело, не прикрытое одеждой, безвольно висело. Видно было, что она призывала к помощи из последних сил. Она уже не пыталась как-то прикрыть своё нагое тело, усеянное множеством ссадин и синяков, она просто хотела жить и делала всё возможное для этого.

– Охренеть! – сказал Денис, убирая автомат за спину, и достав нож, одним ударом перерубил верёвку, сплетённую из какого-то растения. Тело девушки бессильно упало на землю.

Макс, не сказав ни слова, скинул с себя разгрузки, и, сняв китель, набросил его сверху на девушку.

Она же, едва открыв светло-карие глаза, только прошептала потрескавшимися губами:

– Глеб, он там!

– Какой ещё Глеб? – тихо выругался Макс, поднимая девушку.

Она запрокинула голову, потеряв сознание на руках у морпеха. Усков слегка подкинул её тело, и, подсунув свою руку, расположил её у себя на плече.

– Тащ майор, разгрузку зацепите. Слышали, что за Глеб?

– Понятия не имею, валить надо быстрее! – крикнул Денис, выпуская очередь в появившихся неожиданно из-за близстоящего дерева двух шумунов. Пули, содрав с коры щепки, прошли мимо, но хорошенько напугали обезьян-людоедов. Макс, поправив движением плеча тело девушки, направился в сторону леса, где их ждала остальная группа, Денис же, крутя головой в поисках цели, прикрывая своего товарища, пошёл за ним не отставая. Проходя мимо большого дерева рядом с обезглавленной медведицей, взгляд Дениса зацепил что-то, заставившее его обернуться и попытаться разглядеть. На большую суку дерева у одной из хижин висело подвешенное за ноги тело человека, повёрнутое спиной. Дерево находилось метрах в тридцати, поэтому Денис хорошо видел два ровных разреза вдоль позвоночника и уже свернувшуюся кровь на краях раны. Весь затылок и голова человека были в крови.

– Твою ж мать! – выругался Денис. И, тронув плечо Макса, сказал:

– Макс, стой, прикрой меня. Надо проверить, живой или нет, – после чего, периодически стреляя короткими очередями по рядом стоящим деревьям, откуда то и дело появлялись силуэты шумунов, Денис побежал к дереву с подвешенным человеком. Это был мужчина, пожалуй, молодой парень, с синюшным телом. Видимо, потерял много крови, о чём говорила запёкшаяся кровяная лужа под ним. Лицо было неестественно-бордового цвета. Денис ножом перерезал верёвку, отчего парень с шумом упал на утоптанную до каменного состояния землю. Архипов, ещё раз выругавшись про себя за то, что связался со всем этим, начал прощупывать пульс.

– Макс, он жив. Прикрой! – крикнув, майор подсунул свою руку под бедро лежащему человеку, и сделав кувырок вперёд, оказался под ним на коленях, что после не составило ему труда встать на ноги. И, выставив перед собой автомат, попытался побежать, но ноги еле поднимались. Стараясь не упасть, Денис, постоянно оглядываясь, пошёл в сторону Максима. Поочередно отстреливаясь, морпехи достигли края поселения. К тому моменту израсходовав свой боекомплект, Денис держал в руках подаренный другом профессора ТТ.

Хурх что-то прорычал недовольно на людей, но, картавя сказал, чтобы люди шли впереди, а он будет идти с телом раненого Кронаха сзади. Сделав несколько остановок для передышки, группа дошла и вывалилась, обессиленная, через выход в портал.

– Лёня, Нина. Быстро сюда! – крикнул Денис, как только оказался в портале. А они стояли у заведённых машин, готовые в любой момент начать движение, но, увидев, как Шурик с Ваней заносят еле живого Олега, тут же заглушили автомобили и побежали навстречу входящей группе.

– Лёня, быстро огневую точку на выход. Гранаты, весь БК сюда, и глаз не сводишь с выхода. Любого, кто попытается пройти – расстреливаешь без предупреждения. Нина, тащи свои травы. Тут трёхсотых полно, – положив на землю голое неподвижное тело парня, крикнул Денис и упал тут же рядом, схватывая ртом воздух.

Хурх не подпускал никого к телу раненого Кронаха. Он то и дело подходил к Нине, брал у неё какие-то травы, делал настои и примочки, которыми он поил берсерка и обрабатывал ему раны. Кронах в себя пришёл быстро, но был обессилен из-за серьёзных ранений и психологического давления Унк-Яханты. За всё время, пока Хурх его лечил, не проронил ни звука. Он молча принимал своё состояние.

Йогарх, или же тело Олега, в котором жил разум Йогарха, был в коме. Нина сказала, что у него, возможно, было кровоизлияние в мозг, позитивных прогнозов не делала, и очень сильно горевала по этому поводу. Было видно, что переживает. До сих пор в группе люди не особо понимали отношения между Олегом и Ниной, потому что Олег как человек крайне редко себя показывал. Он больше бывал Йогархом. Медведем в теле человека.

Глеб, как звали спасённого парня, потерял много крови, был он, в основном, без сознания, но заметно шёл на поправку. По крайней мере, в те минуты, когда он приходил в себя, выпивал мясной отвар, который ему давали, до дна. Как сказала Нина, он здоров, порезы заживают сами, ему нужно только набраться сил. Смуглая, и, как позднее оказалось, очень красивая девушка с большими золотисто-карими глазами на второй день пребывания в портале успела накричать на Лёню с Шуриком, которые слишком пристально разглядывали её, пока она спала. Остальные ребята быстро пришли в себя. Стоило поесть и немного поспать, как головные боли и слабость в теле проходили.

На следующий день, когда Денис уже начал более-менее адекватно соображать, попытался начать расспросы Хурха, который на любой вопрос просто рычал. Но к вечеру второго дня решил всё-таки ответить на несколько вопросов людей.

– Хурх, хорош рычать уже. Не понимаю я тебя. Ты можешь нормально объяснить, что это было там, в лесу? – еле сдерживаясь, в очередной раз спросил Денис.

– Кхонах сам ответит на твои вопросы, человек!

– Кронах видишь в каком состоянии, и до этого довёл его ты. Я думал ты его слабее.

– Хуухх тут ни при чём, это всё она, Унк-Яханта.

– Эта старая медведица?

– Она не пхосто медведица. Она кханительница леса и очень сильная колдунья. Кхонах сделал глупость.

– Что за глупость?!

– Её имя Яханта! Кхонах имел глупость указать ей на женское пхоисхождение. Унк! У медведей-самок имя всегда начинается с Унк. Это её сильно кагозлило. Она не давала мне шанса. Кхонах был бы обхечён. Людям спасибо, что пхишли. Я бы убил Кхонаха.

– Хурх, твою дивизию. Что за бред. Колдунья, некая баба Яга, обижается на то, что её обозвали самкой?!

Лежащий до этого без движений и признаков жизни Кронах вдруг приподнялся.

– Человек, ты видишь, что она смогла сделать?! Если бы не силы Йогарха, то мы бы все были мертвы. Про неё я слышал из рассказов наших учителей и никогда не думал, что увижу и почувствую её. Она очень сильна, только Йогарх смог бы с ней совладать. Хурх, – Кронах перевёл свой взгляд на молодого берсерка.

– Хурх, ты хороший воин. И твой меч славен. Я не держу на тебя зла. Ты достоин быть самостоятельным. Ты не растерялся и смог сделать то, что сотни берсерков не могли. Ты убил её. Я благодарен тебе, – Закончив Кронах отвёл взгляд, глядя в синь неба.

– Итак, лохматые! Эта облезлая барышня могла вами крутить, как ей вздумается? И, возможно, она так же крутила этими обезьянами?

– Да, человек. Ты прав! Так оно и есть! Много моих собратьев хотели её убить, но никто не пришёл обратно. Нам надо туда вернуться. Мне нужна её голова!

– Тут вы сами уже, как-нибудь, без нас. Мне и без ваших разборок хватает приключений. У меня два человека в Мёртвом лесу, их надо вернуть. А до ваших медвежьих разборок мне фиолетово.

– Не ври себе, человек. Ты в нашем мире уже сделал много, и сделаешь ещё. А теперь иди, твои соплеменники ждут тебя.

В этот момент Денис услышал крик со стороны машин, где были Нина с новой девушкой. Подойдя поближе, Архипов увидел, что новоприбывшая красавица, уже в полном здравии, прикрываясь кителем Макса, пытается прорваться к парню, лежащему в бессознательном виде.

– Иван, Максим! Чего вы на неё уставились? – строго сказал Денис своим ребятам, которые не отрываясь смотрели, как девушка, сверкая своей пятой точкой и периодически оголяя сквозь расстёгнутый китель аккуратные девичьи груди, била Лёню кулаками по плечу, который держал её, пока Нина обрабатывала раны на спине лежащего на брезенте парня.

– Так, это… – только и смог выдавить из себя Субботин.

– Да, да, и я вижу, что красивая. У тебя есть запасной тельник? Иди, поищи в РДшках. Их надо одеть как-то. Тут у нас не нудистский пляж.

Ваня пошёл к машине доставать запасное бельё для неё. Денис же, подойдя поближе к девушке, посмотрел на Нину и Лёню.

– Отпусти ты её. Посмотрит и отойдёт. Устроили тут балаган.

– Денис, она мешать будет, – ответила на это Нина.

– Она не будет мешать, да?! – обратившись к девушке громко сказал Архипов. Она тут же успокоилась, поправила китель, прикрываясь, и закивала головой. Как только Лёня ослабил захват, она вырвалась и упала на колени возле парня, гладя ему голову.

– Глеб, Глебушек. Всё хорошо будет. Ты только не умирай. Глеб, милый! Пожалуйста!

Нина отстранилась на секунду, но, увидев её, теперь уже адекватное, поведение, продолжила вычищать рану, тихонько говоря девушке:

– Он уже приходил в себя, Алису звал. Аппетит у него хороший. Так что, жить он, точно, будет. Надо просто чистить каждый день порезы, чтобы черви не завелись.

– Ну что, видимо, Алиса – это ты. Убедилась, что с ним всё хорошо?

Девушка, прикрываясь рукой и оглядывая всех кивнула Денису.

Ваня принёс майку-тельняшку, спортивные штаны и кроссовки, которые нашёл в тойоте. Видимо, принадлежали Лёне. Это стало понятно по его удивлённому выражению лица.

– Вы так и будете стоять и пялиться? Отвернитесь, что ли, или – идите, вон, поешьте. Дайте ей одеться! – посмотрев на мужчин и слегка покрасневшую девушку сказала Нина.

Уже через десять минут все стояли у костра и слушали рассказ Алисы.

– Так вот, мы детей оставили у бабушки, а сами поехали в Тулу. Там пивной фестиваль был. Блин, парни, а есть носки у кого-нибудь? Без них неудобно как-то – и бросила вопрошающий взгляд на Ваню, который тут же пошёл в машину, искать носки. По стремлению сержанта было понятно, что если даже он их не найдёт, то сошьет или отберёт у кого-нибудь. Алиса же, надев мужскую одежду, явно большего размера, смогла сделать так, что на ней всё смотрелось пропорционально. Где пригладила, где растянула, где собрала в складки и подвязала шнурком, в общем, выглядело это гармонично, а не мешкообразно.

– Слушайте, а этот медведь – нормальный? И как вы смогли его одеть в доспехи? Он рыцарь, что ли?

– Алиса, все вопросы потом. Рассказывай дальше, – попросил Денис.

И тут девушка, видимо что-то вспомнив, слегка покосилась, как по стенке сползла на землю и тихо зарыдала.

– Блин! Нина, дай ей чего – нибудь. Пусть поспит. От неё одни эмоции. То орёт, то радуется, то плачет.

– Тащ майор, по ходу, она ещё не совсем понимает, где она.

– Может и так Макс. Как ты думаешь, Нина, парень этот скоро более-менее адекватным станет?

– Наверно, через денёк поднимется.

В этот момент что-то со свистом пролетело рядом. Звук был схож с тем, как летит пуля или раскалённый осколок. Все стоявшие разом пригнулись, кроме Нины, и оглянулись в сторону выхода из портала. Предположительно, с той стороны и прилетел сюрприз.

– О, РГДшка! – воскликнул Ваня, вскочил, и, вытянув впереди себя автомат, побежал в сторону выхода. Отбежав, буквально, метров десять, тут же лёг за небольшой земляной выступ и приготовился к стрельбе.

– Субботин, твою мать! Что там такое?! – крикнул вслед Архипов.

– Они за нами пришли! – тихо прохрипел появившийся из ниоткуда Кронах, державший в своей могучей лапе огромный меч. Хурх же стоял за ним с виноватым видом и смотрел в сторону портала, готовый в любой момент броситься на любого, кто появится.

– Тащ майор, когда мы отступали, я там растяжку поставил. Видимо, РГДшка нашла своих поклонников, – виновато сказал Ваня, не отрываясь от прицела автомата.

– Идут! – рыкнул Кронах, сорвав повязки с груди и оголив свою почти зарубцевавшуюся рану.

Нина с Лёней подняли брезент за края, оттаскивая раненого парня за машину, чтобы как-то его защитить. Черныш, который всё это время вёл себя спокойно, летал над людьми, тревожно шипя и хлопая громко крыльями. Берсерки остановились у выхода, готовые в любую секунду дать отпор каждому, кто войдёт в портал, но прошло уже порядка пятидесяти минут, а никто так и не появился.

– Стоять! – крикнул Денис медведям, которые готовы были уже пересечь линию выхода и оказаться по ту сторону.

– Видел я, и прекрасно помню, как в прошлый раз облажались и обосрались по полной. Вам что, блин, не хватило этого! – уже с явным раздражением Денис кричал на берсерков. Те же в свою очередь молчали и смотрели, поблёскивая глазами, на маленького человека.

– Мы идём первые. Вы – две боевые единицы, как танки. Вас надо беречь, иначе сожгут на хрен. Забыли уже, как вами помыкали. Макс, Ваня и я идём вперёд на зачистку, Шурик, Нина и Лёня остаётесь тут. Мишки, вы за нами. Саш, если через сутки нас не будет, выходите в Мёртвый лес и поезжайте к профессору. Вместе найдёте Пашку Нагорного с Дашей и тогда – к нашим. Но мы вернёмся, – скомандовал Архипов, и, хлопнув по плечу старлея Ускова, двинулся вперёд, выставив перед собой автомат.

Выйдя из прохода, морпехи увидели труп шумуна. Видимо, разумный примат даже не понял, что произошло. Разорвавшаяся на сотни осколков РГД поразила подошедшего шумуна, не оставив ему никакого шанса на выживание, вследствие чего тот лежал лицом в землю, поливая почву своей кровью.

Ваня, пройдя чуть вперёд, опустился на одно колено и выпустил длинную очередь вдоль тропы в сторону нескольких силуэтов, которые, прикрываясь деревьями, смотрели на людей, но, услышав выстрелы, громко заорали и исчезли.

– Нет, Кронах. Стой! – Денис всячески пытался затормозить рвущегося в бой берсерка. Видимо, после известных событий самоуверенность медведей поубавилась, и они стали прислушиваться к словам "кожаных ублюдков", как они выражались иногда.

Убедившись, что вокруг всё тихо, группа отошла от тропы чуть в сторону и направилась к поселению порождений леса. То, что шумуны их теперь боятся, стало ясно сразу. До поселения добрались без стрельбы. К приходу людей деревня выглядела заброшенной. Следы вчерашней битвы были убраны. Куда эти обезьяны попрятали все трупы – пока было неясно. Денис даже стал сомневаться, когда шёл вдоль построек, похожих чем-то на хижины, что произошедшее вчера было реальностью. Но наличие раненого парня и девушки Алисы говорили об обратном. Кронах в один момент прорычал, и, оскалив зубы, пошёл вперёд к большому дереву, где до сих пор сидело обезглавленное тело старой медведицы.

– Тащ майор, они, видимо, пытались её голову обратно пришить, – с усмешкой сказал Максим, показывая стволом автомата на голову Унк-Яханты, которую шумуны приставили к телу и какими-то верёвками зафиксировали на прежнем месте. Хурх, не говоря ни слова, взмахом меча вновь рассёк шею и поднял упавшую голову. Что-то прорычал в сторону Кронаха, и, развернувшись, направился обратно, пока не был остановлен старшим берсерком.

– И далеко он собрался? – с иронией в голосе спросил Денис, обратившись к Кронаху.

– Уже никуда. Мы тут. Мы рядом с людьми, – ответил берсерк и направился вглубь поселения. Не встретив ни одного живого шумуна, группа разошлась, ища что-либо для ответов на свои вопросы.

Денис же пошёл в сторону ветвистого дерева, чьи отростки свисали толстыми сучьями до земли. Подойдя поближе, увидел картину, которую видел в интернете. По крайней мере, схожую с этим. Резких запах гнили и разлагающейся плоти незамедлительно вызвали приступы тошноты. А ужасающая картина, представшая перед глазами, добили желудок, и повидавший немало майор согнулся из-за приступа рвоты. Буквально сутки назад, Денис в момент боя и дезориентации, вызванной медведицей, даже не заметил, что прямо за деревом, к которому была привязана девушка, есть небольшой овраг, где в бессчётном множестве лежали кости людей. На некоторых останках ещё были видны куски гниющей плоти. И ни одного черепа.

– Тащ майор! Живых тут нет никого – сказал подошедший Максим и тут же задрал ворот кителя, закрывая себе нос. Он не видел пока источник запаха.

– Охренеть, как воняет. Тут могильник, что ли?! – не выбирая выражений, сказал Усков.

– Да, только чуть-чуть совсем человеческий, – ответил Архипов и молча пошёл к медведям, стоявшим возле обезглавленного тела медведицы.

– Да, тут много твоих сородичей погибло. Эти твари их едят. Они убежали в лес. Мы их не поймаем. Их много, но они боятся, – безадресно сказал Кронах, глядя вглубь леса сквозь человека.

– Нам надо убедиться, что они не пройдут снова через проход!

– Чтобы они не пошли через проход, их надо всех убить. Кронах и Хурх останутся тут и убьют всех шумунов– сказал старший берсерк, подняв меч над головой. Хурх, младший берсерк, сделал то же самое, и оба, кивнув людям, исчезли в глубине леса. Всё это произошло, буквально, за пару минут, и привыкшие к долгим процедурам люди стояли, слегка удивлённые, и смотрели вслед ушедшим берсеркам.

– Даже не попрощались, – с иронией сказал Макс, морща нос.

– Тащ майор, я тут следы нашёл. От грузовика. Что-то типа шишиги. След старый, но чёткий.

– Пойдём, Ваня, покажешь, – сказал Денис, направляясь в сторону сержанта Субботина.

– Вот видите, пару месяцев, точно, прошло. И, мне кажется, тут не всё так просто, – показывая на подсохший след от колёс сказал Ваня.

Денис и Максим подошли к Субботину, который рассматривал вдавленный в землю след от грузовика длиной чуть больше метра. Именно в этом месте из-под травы выступала рыжеватая лесная глина, которая запечатлела чьи-то деяния. И судя по тому, что племя шумунов тут обитает уже не один год, техника приезжала сюда отнюдь не с гуманитарными целями.

– Так не только у шишиги же – ёлочкой! У нас, вроде, вся техника в армии на таких колёсах.

– Макс, да хоть трактор. Среди этих деревьев более-менее с комфортом проедет что-то небольшое. Что именно – пофиг – сказал Денис и тут же замолчал, прислушиваясь к громкому рыку, с раскатистым эхом пронёсшемуся по лесу, и другим, более высоким голосам, похожим на визг.

– Мишки, что ли, лютуют. Тащ майор! Что делаем дальше? – прислушиваясь к естественному шуму леса, спросил Ваня Субботин.

– Я бы отдохнул, да и Дашку надо найти. Надеюсь у них всё хорошо. Тащ майор, может, где-нибудь уже осядем? Вон, к пиндосам можно, или к корешу вашему, как его там зовут-то. Башня, Башка! Точно, Башка. Звал же, вроде, к себе, – начал рассуждать вслух Максим, обращаясь к командиру.

– Усков, сопли подыми. И смотри за своим сектором. Обезьяны эти в любую секунду могут появиться. Пошли в портал для начала. Тут нам пока делать нечего. Дождёмся мишек, пока разберутся с местным зверьём. В этом большом мире нам сейчас идти некуда, – с этими словами Архипов пошёл в сторону входа в портал. Ребята огляделись и последовали за командиром. Ему было о чём подумать, и решить за тех, кто доверил ему свою судьбу и жизнь.

Внутри портала оставалось всё без изменений. Шурик с Лёней сделали небольшой навес, под которым так же без сил лежал спасённый из лап шумунов парень. Алису, по словам Нины, еле успокоили, и теперь она просто спала в машине, расположившись на задних сиденьях тойоты. Ваня, зная, что в портал могут зайти свои же, вместо РГДшек у входа поставил растяжки с сигнальными ракетами. Поляна достаточно большая, и, при необходимости, успеют среагировать.

Денис сидел у развалин одной из построек, которые раньше тут были, и чистил оружие, чтобы как-то занять свой мозг. Хотелось убежать от всего этого и спрятаться. Оказаться у мамы дома, в деревне. Сходить на рыбалку с младшим братом Тимуром, который увлекался подводной охотой и звал его с собой. А он, Денис, так и не смог приехать. Хотелось сидеть на лавочке во дворе и смотреть, как младший сын бегает за старшим, пытаясь забрать у него телефон. А жена сходит в огород, нарвёт там огурцов с помидорами и приготовит простейший, но очень вкусный салат, залив его местным подсолнечным очень пахучим маслом. Почему он в своё время, имея всё это, не ценил то, что имеет? Наверное, не только он сталкивался с этим. Любой человек в мире бежит вперёд за мнимым счастьем, не видя того, что счастье – оно вот, рядом. Стоит только остановиться и насладиться…

Тело предательски ныло, возвращая его в реальность. Как только организм получил передышку и слегка расслабился, тело тут же напомнило мозгу, что он вымотался, и ему надо отдохнуть. Помыться, съесть вкусную, привычную пищу и отдохнуть. Денис не сомневался, что все присутствующие так же измождены и физически, и психологически. Взять даже эту девушку, Алису. Что ей пришлось пережить – одному Богу известно. Судя по тому, что он видел в поселении шумунов, на её глазах съедали заживо людей. Она видела останки людей. Она постоянно чувствовала, что следующей может быть и она. Видимо, Глеб – парень её. Хотя, что-то говорила про детей… Возможно – муж.

– Сколько чистить-то можно? – голос Нины заставил Дениса оторваться от затворной рамы, которую он уже минут пятнадцать крутил в руках, протирая тряпкой и смазывая каким-то маслом, найденным у Шурика в пикапе. По запаху – вполне оружейное.

– Чего? – не понимая услышанного, переспросил он.

– Я говорю, нормально у тебя всё? Может, отдохнёшь? – уточнила свой вопрос Нина.

– Я в порядке! Как там Олег и новенькие? – улыбнувшись ответил Денис.

– Новенькие жить будут, точно. Хотя, за разум Алисы не уверена. Боюсь, умом тронуться могла. Парень живчик. Вставал уже, в туалет просился. И ещё, тут такое дело. Профессор этот нужен, не помню, как его зовут.

– Рашидов?

– Наверное. Олег спёкся. Йогарха надо перемещать. Сам он не сможет. Да и я не умею. Уверена, что профессор знает, как.

– Слушай Нина, может это, конечно, не моё дело. Как-то ты легко про Олега говоришь. Неплохой человек. Да и, вроде, парень твой.

– Нет, он не мой парень. Йогарх велел на людях себя с ним так вести. Он в своей прошлой жизни, до того, как Йогарх перешёл в его разум, много плохого сделал.

– То есть, тебе наплевать на Олега? И в кого ты предлагаешь переселить разум мишки? Для меня это так дико звучит. Я до сих пор не особо верю во всё это. Переселения разума, берсерки эти – как сказка.

– Да в кого угодно. Нужно молодое и, желательно, здоровое тело. Можно в парня этого или в девушку. Всё равно у неё с головой не всё в порядке.

– Нина, хорош! Их-то чего трогать? И так ребята горя хапнули, а мы им ещё такое веселье устроим.

– Может, временно можно? Я не вполне уверена, можно ли вообще. Надо найти деда этого. Времени у нас не очень много. У Олега тело здоровое, а голова – нет. Поединок с Унк-Яхантой его истощил. И если мозг его погибнет, то и Йогарх погибнет. А без него все наши усилия будут напрасны.

До Рашидова день пути. И то – нас там могут ждать. Тех ребят, которых мы уработали, нам не простят уж точно. Мы только в порталах в относительной безопасности – сказав это, Денис замолчал, раздумывая, что делать, в связи с последней информацией, которую принесла Нина. Изначально Архипов хотел разобраться, что за следы и куда ведут. Ведь если есть следы от авто, значит, недалеко есть люди. А у людей можно и отдохнуть и золотишко на припасы обменять. С другой стороны, неизвестно, что за люди, так как, видимо, они имели какие-то дела с этими шумунами.

– Ну так что делать-то будем, Денис?

– Макс, Ваня, Шурик, Лёня, – подойдите, пожалуйста, – слегка повысив голос, крикнул Архипов. Ребята отвлеклись от своих дел и медленно побрели к нему.

– Вань, а если враги, а ты босой? – увидев босоногого Субботина, спросил Денис.

– Да, тащ майор, ноги гудят уже. Пусть на свежем воздухе отдохнут, – ответил Субботин.

– Ну, это правильно. Усков, а ты чего в обуви? Ноги не устали? – с озорной улыбкой спросил у старшего лейтенанта Архипов.

Увидев, что командир в хорошем настроении и вновь куда-то бежать не надо, Усков, так же с улыбкой, ответил:

– А вдруг враги, тащ майор?

– Ладно, хорош шутки шутить. Тут такая задача. Есть вакансия на козырное место. У Олега случилось обширное кровоизлияние, жить ему недолго. И разум медведя, который засел в нём, нуждается в новом теле! Никто не желает? – посмотрев на изумлённые лица ребят, спросил Архипов. И тут же продолжил:

– Нин, ты себе как-то вот так это представляла? Что я спрошу, и сразу найдутся добровольцы?

Девушка к этому была не готова и стояла молча. Парни также молчали, пытаясь понять, что происходит. Вопросов у них не было, так как не было и понимания.

– Денис, тебе голову напекло, что ли? Чего ты несёшь-то? – выразил вслух мысли всех Шурик.

– Видимо, добровольцев нет. Короче, что я сейчас скажу, вы, возможно, посчитаете за бред сумасшедшего. Но как бы сложно ни было, я в это верю. Олег не сегодня, так завтра, отдаст Богу душу, если у него она есть, а разум медведя Йогарха… Ну, типа, умрёт, наверное, или потухнет. Не знаю, как это точно звучит. Так вот, необходимо найти человека, который в принципе готов разместить его у себя, или сдать себя в аренду Йогарху. А чтобы всё это провернуть, нам надо что? Правильно! Найти того, кто сможет переместить.

– А нельзя просто как-то на это забить и с почестями проводить их обоих?

– Вот, Нина. У меня такой же вопрос, как и у Лёни. Но, в отличие от него, у меня на этот вопрос есть ответ. Лёня, Йогарх со своими знаниями нам нужен. Да, согласен, он нас втягивает в свои авантюрные планы, к которым мы вообще, в принципе, не имеем отношения, но, с другой стороны, пользы он нам приносит больше. Благодаря ему, отчасти, мы пока живы.

– Тащ майор, нам на первую поляну с шумунами в Мёртвый лес возвращаться, а после к профессору ехать? – спросил Субботин, осознав все те трудности, которые придётся преодолеть, чтобы добраться до Рашидова.

– Да, Ваня, к сожалению, именно так. Нина, сколько у нас есть времени?

– Пока он стабилен, но в любой момент может умереть.

– Утром выдвигаемся, поедут не все. Два человека – в самый раз. Пешком надо будет добраться до дороги, поутру там техники много ездит, да и после слуха, что в Мёртвом лесу ночью безопасно, трафик, наверное, возрос. Там на попутках добраться до шахтёров. Ну и обратно – так же. Позже решим, кто поедет. А сейчас всем по пиву, я угощаю.

Шутка командира заставила всех улыбнуться и поверить в то, что задача вполне себе выполнима и относительно безопасна.

Берсерки вернулись поздно ночью, напугав Черныша, из-за чего тот поднял панику, летая и шипя. Сигнальная ракета с громким треском взлетела вверх, и, ударившись о невидимую преграду, упала на землю, освещая ярким красным светом всё вокруг. Приход Кронаха и Хурха не остался незамеченным. Но, быстро поняв, в чём дело, те, кто отдыхал, снова провалились в сон, а дежурившие в это время Макс и Денис направились к берсеркам. Медведи не были предрасположены к разговорам и, подойдя к костру, Кронах что-то резко прорычал, и после, разрубив пополам принесённую с собой тушу какого-то животного, начал зубами отрывать плоть и проглатывать.

– Ну, не хотите рассказывать, и не надо. Утром есть дело, так что, как наедитесь, подходите – сказал Денис, и развернувшись, ушёл обратно от костра по маршруту.

Денис проснулся от того, что кто-то толкал его в ногу. Открыв глаза, он увидел Кронаха, шерсть которого местами была покрыта каким-то тёмным веществом, ухо одно рассечено, а морду украшал свежий шрам, который уже начал затягиваться, покрываясь светлой полоской кожи.

Увидев, что человек проснулся, Кронах убрал за спину свой меч.

– В голову в свою потыкай! – недовольно пробурчал Денис, увидев, чем его разбудил медведь.

– Люди хотели помощи?

– Да, люди хотели, – и, повернув голову, увидел, Как Лёня и Ваня, переодевшись, готовятся к выходу в Мёртвый лес. Отправиться за профессором они захотели сами. Поводов отказать добровольному желанию Денис не нашёл, и сразу согласился.

– Надо ребят проводить до дороги в Мёртвом лесу. Они за нашим другом поедут. А Мёртвый лес для людей опасен.

– Хорошо, – не сказав больше ни слова, медведь развернулся и пошёл в сторону выхода.

– Какой же он болтливый, всё-таки. Стой, не сейчас же! Время ещё есть, – встав, Архипов пошёл следом за Кронахом.

Ваня переоделся в сменную одежду Шурика, так как ростом и габаритами они были, практически, одинаковы. Из явно военного или наёмника, а именно так он выглядел, благодаря форме, он превратился в обычного парня, в котором сложно было с первого взгляда увидеть военного. Хотя, с другой стороны, если учесть, что в этом мире очень много различных вооружённых формирований и людей в экипировке, можно было переодеванием пренебречь. Но Денис хотел минимизировать риски для своих людей. Любой косой взгляд или деталь могли выдать их. Лёня же особо не напрягался в этом отношении, он выглядел, как и тысячи людей, населявших этот мир, и особо своим видом не смущал никого. Медведи стояли у выхода молча, с высоты своего роста разглядывая людей. Макс с Денисом были рядом с автоматами в руках, чтобы тоже проводить их до дороги и убедиться, что всё идёт по плану. Ребятам давалась пара дней, чтобы добраться до Рашидова и вернуться с ним. Немного золота и пистолеты – это всё, что они взяли с собой на поиски профессора.

– Ну что, парни, готовы?

– Так точно, тащ майор – ответил Ваня. Лёня же кивнул головой и, помахав рукой Шурику и Чернышу, приготовился выйти из портала.

– О, смотрю – вы очнулись. Как дела, ребята? – увидев Глеба и Алису, стоявших, обнявшись, метрах в десяти, спросил Архипов.

В ответ молодые люди испуганно молчали и неподвижно смотрели на Кронаха и Хурха.

– Видимо, всё хорошо, идите лучше, Нине помогите. Вон девушка под навесом, считайте, она вас в этот мир вернула, – не дождавшись ответа сказал Денис, и, подняв перед собой автомат, двинулся к выходу из портала, где уже стоял Максим Усков, готовый выйти в Мёртвый лес.

Офицеры ещё раз проверили оружие, и, кивнув друг другу, шагнули вперёд. Резкий запах гари тут же ударил в нос, и мгновенно сменившаяся картина перед глазами показала разорённую поляну и частично выгоревший лес. Ничего не осталось от того, что было тут раньше. Одинокие стволы деревьев чернели, устремляясь в небо, и источали серый удушливый дым. Под ними лежали кучи недогоревших угольков, присыпанные серым пеплом. Видимо, люди сбивали гнёзда шумунов и поджигали их.

– Вот они, люди! Всё уничтожают, – за спинами морпехов послышался возникший ниоткуда рык берсерка Кронаха. Следом тут же появились остальные.

– Охренеть, что тут было? Пожар, что ли? – удивлённо спросил Леонид.

– Видимо, пожар. Пленники привели-таки людей. А те тут всё сожгли. Портал нас как-то отстранил от всего этого, хотя рядом ходили. Вон один из каменных столбов повален даже – показывая на лежащий камень справа, сказал Денис и двинулся вперёд, осторожно ступая по выгоревшей траве. Берсерки, мотая головами, ускорились, чтобы быстрее попасть в чистый лес. Видимо, запах сгоревшего поселения им не особо нравился. Не успев отойти и десяти метров от группы, Кронах резко остановился, и, вытащив свой меч из ножен, выставил перед собой, приготовившись к схватке. Хурх последовал его примеру, и они устремили свои взгляды на восток, где у края поселения шумунов Мёртвый лес граничил с рекой.

Архипов, увидев это, снял автомат с предохранителя, и, держа на прицеле деревья у реки, подошёл к медведям. Максим замыкал группу, а Лёня и Ваня шли между ними, так как имели на вооружении только пистолеты, от которых в лесу толку мало.

– Кронах, что ты там увидел? – вплотную подойдя к берсерку, спросил Денис полушёпотом.

– Там Хур! – прорычал берсерк.

– И человек, – добавил Хурх, стоящий рядом.

– Что за Хур? Хур, Хурх. Фантазии у вас никакой. Это имя что ли? Или зверь? Что с человеком? – более раздражённо спросил Денис, вглядываясь в опалённые огнём кусты, растущие, буквально, в нескольких метрах от воды.

– Тащ майор, у нас же тачки же там стояли, когда мы зачистку делали.

– Точно Ваня, точно! – подумал вслух Архипов, а медведи, разделившись, быстро перебирая косматыми лапами, пошли обходить куст с двух сторон. Люди, не отставая, двинулись прямо, поднимая пепел с земли.

Берсерки в предполагаемом месте оказались быстрее, чем люди, которым оставалось преодолеть ещё метров пятьдесят. Только журчание воды и пение каких-то птиц нарушали тишину, ни берсерков, ни того, кого они почуяли, не было слышно. Денис, дав остальным команду рукой, замер и пытался прислушаться, так как кусты поднимались немного выше и перекрывали обзор. Чуть разойдясь, люди, приготовились к стрельбе и двинулись вперёд. Архипов был готов увидеть всё, что угодно, после пережитого. И мёртвых медведей с распоротыми брюхами, и замерших на месте, не в силах пошевелиться. Да и, в конце концов, Кронах и Хурх вообще могли уйти в любую сторону и не быть там, где их ожидаешь увидеть. Обгоревший куст с каждым шагом становился более прозрачным. Вот уже можно было разглядеть противоположный берег реки, водную гладь и …

– Кронах. Блин! – только и смог сказать Денис, и, опустив оружие, уже более расслабленно пошёл через кусты к берегу реки. Остальные ребята, увидев картину маслом, последовали примеру своего командира.

Хурх сидел у воды, сдирал кожу с огромной сомоподобной рыбины и довольно хрюкал, Кронах же стоял по пояс в воде, держа в руках длинную палку с заострённым концом, и выцеливал в толще воды, видимо, очередную добычу для своего желудка. Разглядывая берсерков, увлечённых рыбалкой, Денис не сразу заметил маленькую человеческую палатку, стоявшую в сторонке, ближе к лесу.

– О, молодые люди, а я вас уже пару дней тут жду, – с приветливой улыбкой произнёс Семён Викторович Рашидов, нарезая клубни каких-то растений в небольшой казан.

– Ну и хорошо, что ехать никуда не надо, – убирая во внутренний карман пистолет, сказал Лёня, и, подойдя поближе к профессору, поздоровался. Остальные, не скрывая симпатии и улыбок, также, поочерёдно поздоровались.

– Вы что тут делаете? – первым делом спросил Денис.

Кронах, поймав очередную рыбу, которая была уже третьей по счёту, шёл к берегу реки. Выйдя из воды, он бросил на камни тушу и, достав меч, мгновенно отсёк голову рыбе. Усатая морда с большими выпученными глазами, брызгая каплями крови, отлетела в сторону.

– Люди будут есть рыбу! Архам-Хур приготовит вам, – и, оскалив зубы, Кронах мечом распорол рыбе брюхо, вывалив на землю потроха. После чего спокойно сел рядом, и, разрывая зубами тушу, начал есть. Профессор же, улыбнувшись этому действу, взял казан, и, подойдя к Хурху, отрезал со спины рыбы кусок размером в пару буханок хлеба. Как только Рашидов отошёл, младший берсерк перестал сдирать кожу с туши рыбы и так же, как Кронах, прокусил её зубами.

– Ну, культурой поведения они никогда не отличались, – обратившись к Семёну Викторовичу, заметил Денис.

– Да уж, молодые берсерки такие. Горячая кровь, импульсивные и вечно голодные.

– Ну так расскажите, что вы тут делаете? Кто такой Хархам?

– Архам! Это я. Вернее, так зовут медведя, хранителя портала. Полное имя будет Архам-Хур. Я, то есть он, чувствует только свой портал. Остальные не воспринимаем. Когда до меня дошёл слух, что в Мёртвом лесу какие-то ребята отбили пленных у людоедов, я сразу понял, что это вы. Но люди пришли раньше меня и сожгли деревню шумунов. А я стал ждать вас, знал, что, в конце концов, выйдете. Правда, не думал, что сдружитесь с берсерками. Где, кстати, Йогарх? Он же всегда с вами ходит.

Поставив казан на землю, профессор взял зажигалку и принялся поджигать хворост, чтобы развести костёр.

– Кстати, про него. Хорошо, что вспомнили. В одном из выходов, буквально, пару дней назад, мы нарвались на такое же племя. И там была старая медведица. Еле ноги унесли. Эти лохматые там чуть ли не танцевали под её воздействием. Не помню, как её зовут, но не факт. Короче, Олег умирает, и, как сказала Нина, девушка, тёмненькая которая, помните? Ну так вот, если Олег помрёт, то и разум Йогарха в нём погибнет. И, наверно, только Вы, профессор, можете знать, как вытащить из Олега память. Ну вот, Лёня с Ваней собрались ехать к Вам, чтобы привезти Вас сюда. Но, нам просто жесть как повезло, – рассказал Денис, глядя, как постепенно разгорается пламя в костре.

Семён Викторович посмотрел на казан с куском рыбы, и спешно начал складывать свою небольшую палатку в вещмешок.

– Идти далеко? Кронах, Хурх. Уходим – и, поднявшись, посмотрел вопросительно на Дениса. Архипов, не говоря ни слова, развернулся и направился в сторону сожжённого поселения.

Лёня, один из всех, догадался взять казан, не пропадать же добру.

Увидев слишком быстрое появление друзей, Шурик и Нина сначала испугались, боясь спросить, что случилось, но с появлением у входа профессора вопросы сами отпали.

– Как его состояние? – подойдя к лежащему под навесом бессознательному телу, спросил Рашидов.

– Тяжело. Я думала, ребята не успеют. Вы рядом были, сами пришли?

– Сам сам. – уже более жестким голосом ответил профессор. И бесцеремонно начал осматривать все части тела Олега, приподнимая его с непонятно откуда взявшейся силой в руках старика.

– Где он, и кто он?

– Кто? – не поняв, переспросила девушка.

– В чьё тело перейдёт разум шамана?

Стоявшие вокруг люди переглянулись. Берсерки, что-то прорычав, отошли в сторону и продолжили доедать остатки рыбы, которые они всё ещё держали в лапах.

Архам-Хур же, а именно он владел сейчас телом профессора, в этом ни Денис, и никто другой из стоящих рядом, не сомневались, искал того, в чьё тело может перейти разум старого медведя. Он даже увидел в портале испугавшихся новых людей, Алису и Глеба, которые тихо стояли за машинами, боясь пошевелиться.

Глядя каждому в глаза, Архам-Хур искал что-то. ТО, что лишь ему известно.

– Как быстро надо? Сколько времени есть? – разрушив возникшую тишину спросил Денис.

– Вы не успеете. Человеческое тело умирает, и к заходу солнца его не станет.

– Тащ майор, может, на дороге поймаем кого? Туда-сюда, думаю, за пару часов успеем.

– Нет, неправильно это, кого попало использовать. Да и без добровольного желания. Мы же не сектанты какие. Семён Викторович, я смотрю, Вы с медведем вполне себе уживаетесь. Может, я подойду для этого дела? – спросил Денис профессора.

– Нет, человек должен быть свободен и пуст внутри. Ты обременён своими людьми, и ты их пленник. Ты не свободен. Как и все тут. Кроме неё! – и Архам-Хур посмотрел на Нину.

Сидевшая у головы Олега девушка от неожиданности захлопала ресницами и секунд десять молчала, открыв рот.

– А почему я?! А если я не хочу? Я же девушка!

– Ты свободна и независима. И хорошо, что ты не мужчина. Женщины более разумны по отношению к своей жизни, и вероятность прожить дольше у неё выше, чем у всех остальных, тут находящихся. Думай, без твоего согласия я не смогу спасти Йогарха – уже более мягким голосом сказал Архам-Хур в теле профессора Рашидова, и, встав, пошёл к развалинам изб.

Нина же взяла голову Олега и, положив к себе на колени, тихо заплакала, гладя его по волосам. Денис отправил своих ребят заниматься личными делами, оставив девушку наедине со своими мыслями и переживаниями. Заботы у Архипова были, пока возникла пауза, надо было разобраться с Алисой и Глебом. По их поведению было видно, что, как минимум, очень испуганно, и не особо понимают, что происходит. Хорошо, хоть девушка отошла от шока, истерики, плачи прекратились, и вела она себя вполне адекватно.

Они так же стояли у Ниссана, и, увидев, что к ним идёт Денис, парень сделал шаг вперёд, давая знать, что в обиду её не даст.

– Глеб, – протянув руку, представился он.

– Рад познакомиться, Денис. Как спина?

– Спасибо, уже намного лучше. Хотел от себя и от Алисы поблагодарить Вас, за то, что вытащили оттуда. А мы далеко от Москвы? Нам бы домой вернуться. До ближайшей станции далеко? С собой у нас денег нет, но, как вернёмся, верну. Скажите куда, сделаю перевод.

– До Москвы?

– Да, да. Мы и так слишком долго отсутствуем, нам домой надо. Меня Алиса зовут, – выйдя из-за спины, сказала девушка.

– Да знаем мы, как тебя зовут. Рассказывала уже. Не помнишь, наверное. До Москвы отсюда далековато, боюсь, ребята, домой вы не вернётесь.

– Вы нас не отпустите?

– Глеб, я вас и не держу. Вон, три выхода, можете идти в любой, но не факт, что проживёте больше часа за пределами этой поляны.

Ребята с непониманием и с подозрением смотрели на Архипова, как на дурака, который несёт какую-то чушь. Можно было прочитать немой вопрос: «Дядя, ты дебил?». Но факт оставался фактом, и Денис ни капельки не врал.

– А мы сейчас вообще – где? Под Тулой где-то? И кто были те переодетые люди? Сатанисты? И вон медведи ходят? Это костюмы или реальные? – прервав минутное молчание продолжил расспрашивать Глеб.

– Ох, ребята, как же много вам надо рассказать. Вы как сюда попали, и как попали в лапы к шумунам, ну к тем, которые сатанисты?

– Концерт был на фестивале. Алисе стало плохо, и мы пошли погулять по лесу. И вышли мы на небольшую поляну, где несколько парней собирали коробки с фейерверками. У них что-то пошло не так и фейерверки прямо из коробок начали стрелять. Страшно было, хлопки эти яркие, вспышки во все стороны, мы побежали оттуда и вдруг стало тихо. Пошли искать дорогу назад. Не знаю сколько, но полчаса, точно, проходили.

– Да, а потом появились эти ряженые. Страшные. С черепами на головах и с большими собаками. Орали на нас что-то непонятное. Они избивали Глеба, и мне по голове дали. Я сознание потеряла, – перебив парня начала быстро рассказывать девушка.

– Да, Алиса без сознания была. Я помню, они нас привели в эту деревню, воняет там – жесть, конечно. Мне показалось, что это обезьяны. Меня, когда привязывали, я их разглядывал. Но руки были такие мягкие и ноги колесом. Одежду всю нашу выкинули. Хотя, вы сами, наверное, видели, в каком мы виде были. Когда рассвело, они отвязали Алису и хотели куда-то увести, но потом передумали. Там ещё несколько человек было. Парень молодой, лет, наверное, пятнадцати. Девушка, ну прямо, совсем ребёнок ещё. Короче, они взяли её. Она что-то по-английски говорила. Парень постоянно в отключке был. Боже мой, как она орала. Я как вспоминаю, у меня аж душу перетряхивает. То затихает, то снова орёт. Потом всё тише и тише. А после замолчала совсем, – на этом месте Алиса начала всхлипывать и плакать, Глеб прижал её к себе и замолчали оба. После небольшой паузы Глеб ещё долго рассказывал, как они провели несколько дней в плену. Они просто были привязаны, и в таком виде провели всё это время. По принесённым и выкинутым костям Глеб понял, что девушку ту съели. Парень умер без криков, не приходя в себя. Его тоже унесли в один из дней, а вместо него принесли останки и выкинули туда же, в овраг. Еще ночью, накануне, к нему, висящему без сил, подошли двое, и подвесили за ноги. Алиса, увидев это, начала на них кричать, за это её сильно побили, а мне вон, на спине, сделали надрезы. Очень неприятно ощущать, как кровь медленно вытекает.

– Да, ребята, повезло вам, что мы рядом оказались. И Алиса молодец, что смогла на помощь позвать. Мы сами оттуда еле ноги унесли.

– Вам спасибо большое, что услышали. Я очнулась, и слышу хлопки какие-то, и вижу силуэты людей. Сообразить ничего не могла, просто начала звать на помощь, – вытирая красные, распухшие от слёз глаза, говорила девушка.

– Денис, так всё-таки, где мы, и что происходит? Война, что ли, началась?

– Глеб, вы попали в Иной мир! Как и мы в своё время. Только нас чуть больше было, ну и – при оружии. И ещё учитывайте один такой момент: обратной дороги нет. И те медведи, они настоящие. Берсерки! Это, как мне объяснили, параллельная вселенная нашего мира. Тут много людей живёт, кто-то, как вы и мы, случайно попадает, кто-то намеренно.

– Навсегда останемся тут? – не поверив, переспросил Глеб.

– Именно. Ладно, ребята, переварите пока эту информацию, мне надо идти. И не стесняйтесь, познакомьтесь со всеми. Мы из Владивостока сами, морпехи, – и, похлопав парня по плечу, Денис увидел, что профессор направился к Олегу, и пошёл за ним.

Семён Викторович, или же Архам-Хур, держал в руках обычную армейскую железную кружку с бурой жидкостью, а в другой руке была такая же, но пустая кружка. Увидев Дениса, он попросил у него нож. Нина так же сидела неподвижно с отрешённым и далёким взглядом.

– Ну что, хорошая ты наша. Ты готова? Если всё пройдёт правильно, то не мешай Йогарху, в первые дни будешь себя чувствовать очень плохо. Тебе будет казаться, что ты теряешь сознание и земля уходит из-под ног, но на самом деле, твоё тело будет на месте, это просто Йогарх начнёт управлять им. И ты, возможно, не будешь помнить то, что делал он. Но это только в начале. Думаю, Йогарх, узнав, что он в твоём теле, будет к нему аккуратней относиться.

– Архам, другого варианта точно нет? Я морально смирилась. Наверное, да, он меня многому научил, и, если его разум будет во мне, я смогу полностью научиться тому, что умеет он.

Хорошо, вот выпей, у тебя будет десять минут. Сними с себя всё железное, а также обувь и куртку. Помой руки и ноги и протри их листьями лорнуха, я их оставил на камне возле родника, и приходи сюда. Денис, скажи своим, чтобы не подходили, – увидев любопытных Лёню и Ваню, сказал профессор Архипову. Денис же кивком головы дал понять ребятам, чтобы отошли и не мешали. Берсерки вообще не проявляли интереса к происходящему и спали, пока было время, свернувшись калачиком.

Архам-Хур оголил запястья и лодыжки Олега и протёр их какими-то листьями, причём, тёр так, что листья постепенно рвались и превращались в кашицу, оставаясь на коже человека. После этого он сделал небольшие надрезы в тех местах, где виднелись следы от листьев. Видимо, надрезы были сделаны с хирургической точностью на венах, потому что с запястий и с лодыжек на постеленную плащ-палатку тонкой струйкой потекла бурая кровь. Увидев на лице Дениса немой вопрос, Архам тут же пояснил:

– Это чтобы дать понять разуму, что тело умирает и надо выходить оттуда. Иначе никак.

– То есть, ты его намеренно убиваешь? – шёпотом спросил Денис.

– Да, – ответил Архам, и, подняв голову Олега, сделал ещё один надрез у основания черепа и начал собирать кровь уже в кружку. Денис молча смотрел за всем этим.

– Я готова, что мне делать? – слегка заплетающимся языком спросила подошедшая Нина и тут же упала без сознания рядом. Денис вскочил, чтобы помочь ей, но Архам его остановил.

– Не трогай её, всё нормально. Это травы помогли. Нам лучше, чтобы она была в таком виде. Наполнив половину кружки кровью, он подошёл к Нине, и, как на Олеге, сделал совсем крохотные царапины на ногах и руках, и обмазал эти места кровью из кружки. Остаток он вылил девушке на лицо и голову.

– Помоги мне её положить сверху парня!

Денис с Архам-Хуром подняли Нину и положили спиной на Олега, лежащего на животе, так, чтобы затылки двух людей соприкасались. Сделав небольшой надрез у основания черепа девушки, Архам стянул их головы ремнём. Со стороны выглядело это жутковато. На залитой кровью плащ-палатке лежал Олег, который был испачкан своей кровью, а на его затылок медленно капала ещё кровь девушки. Нина же лежала сверху, привязанная лицом верх, к его голове.

– Уходи, человек, время сейчас настанет.

Денис медленно встал, оглядел ещё раз весь процесс и ушёл в сторону костра, где Шурик и Лёня что-то готовили.

С расстояния в сорок метров, именно столько было до костра, процесс выглядел иначе.

– Ну что там, экзарациям какой-то, – пробуя варево на вкус, сказал Шурик.

– Не знаю, Саш, что там. В таких мероприятиях я впервые. Нина в отключке, а Олег скоро кони двинет. Профессор ему подрезал вены, чтобы от кровопотери умер.

– Хера се. Так он же умрёт.

– Он и без этого умер бы. Ладно, чего там у тебя на обед? – заглянув в казан, висящий над костром, спросил Денис.

– Да, рагу с рыбой. Ничего особенного. Выбор небольшой. Чего эти лохматые поймают, то и едим. К людям выйти бы. Нормальной еды поесть, – почесав затылок сказал Шурик.

Архипов продолжал наблюдать за действиями Архам-Хура. Тот стоял неподвижно над телами людей и что-то мелодично говорил. Трудно было расслышать его слова, и совсем невозможно понять, говорит ли на человеческом. В ожидании секунды сменялись минутами, а минуты часами. Прошло уже около полутора часов, а Архам-Хур всё продолжал неподвижно стоять у изголовья и что-то говорить. Денис уже успел поесть рагу. Хотя, на вкус рагу было так себе. Шурик конечно изо всех сил старался, но при отсутствии земных специй и дефиците соли, вкусно приготовить сложно.

– Денис, – на всю поляну прокричал профессор.

Архипов, тут же бросив всё, подошёл. Кровь людей давно свернулась. Олег, судя по неестественно беловатой коже, был мёртв, Денис в этом не сомневался. Нина же, с покрытым свернувшейся кровью лицом, каких-либо признаков жизни не подавала. Но ритмичное движение грудной клетки вверх-вниз давало знать, что человек жив.

– Снимай её, ей надо отдыхать.

– Как всё прошло? Тихо так. Я думал, иначе будет! – отстёгивая ремень с головы девушки, поинтересовался Денис.

– А как иначе? Гром и молния? Нет, смерть приходит тихо, и так же тихо уходит. Олег ушёл, а Йогарх остался, так как мы ему дали новую дорогу, по которой он смог дойти до Нины. Если этот процесс не контролировать, то Йогарх не найдя дорогу, ушёл бы тоже навсегда. Всё, снимай её, пусть отдыхает.

Денис аккуратно поднял Нину на руки и отнёс в Тойоту. На заднем сиденье вполне себе можно было лежать и даже спать.

Олега похоронили в тот же день в дальнем углу портала. Он был вторым человеком, чья могила была в портале, принадлежавшем древним хозяевам этого мира.

День пролетел быстро, и наступающая темнота метр за метром поглощала пространство внутри портала. Нина с перевязанными ранами лежала там же, под навесом. Семён Викторович не хотел этим вопросом заморачиваться, по его словам, это было лишнее, но Ваня настоял, и ухаживал за девушкой. Отмыл её от запёкшейся крови, перевязал раны и уложил под крышей, постелив перед этим какие-то одеяла. Сержант, всё-таки, не был бесчувственной машиной, который без устали и эмоций делал своё дело. Душа его требовала нежности и простых человеческих чувств. Смерть Олега не принесла больших переживаний ни Денису, ни остальным парням. Берсеркам вообще было наплевать на всё. Они считали смерть продолжением жизни и принимали её соответственно. Раз пришло время умирать, значит надо умирать. Люди же смерть воспринимали категорично, если она приходила внезапно и мгновенно кого-то забирала. А когда её приход был долгим и ознаменовал конец человеческим мучениям, то внутренне человек успевал к этому подготовиться и смириться.

Костёр горел неспешно, мелкие языки пламени постепенно съедали дрова, оставшиеся от бывших строений, находившихся внутри портала. На углях стоял почерневший от копоти трёхлитровый армейский чайник. Кипятили воду с какими-то сухими травами, заменяющими тут чай. Профессор всегда с собой таскал мешочек травы. У костра сидели Шурик с Денисом, Глеб с Алисой и Рашидов. Лёня с Максом дежурили, Ваня занят был девушкой. А медведи за целый день так ни разу и не подошли ни к профессору, ни к людям, и заняты были сами собой.

– Что-то мишки сами на себя не похожи в последнее время.

– Да, Шурик, после встречи с медведицей они какие-то подавленные. Они же тогда чуть сами себя не поубивали, – ответил Денис, держа в руках кружку с горячим отваром, и чтобы остудить, периодически дул на него.

– Ты не помнишь, как её звали? – прервав молчание, спросил Рашидов. И голос его был мягким и именно человеческим. Поэтому сомнений не было, что здесь именно он, а не Архам-Хур.

– Нет, точно не помню. Что-то с камнем связано. Яшма, не! Яхонт! Точно, Яханта. Эти два товарища куда-то вперёд нас убежали. Мы через фланг зашли в деревушку. Олег там спектакль начал показывать. Как я понял, Йогарх внутри чего-то испугался, так как в поведении чётко было видно, что сперва был он, а потом резко вернулся Олег. Дурная медвежья привычка, не раз уже замечал. Всегда себе на уме. В самый нужный момент исчезают, а потом так же неожиданно появляются. Ну так вот, не успели мы зайти в деревню, как ребята повалились. Каждый сказал, что голова так разболелась, что тело даже не слушалось. А я стоял на месте, и слышал голос этой Яханты. Она начала что-то расспрашивать, типа, зачем пришли, и бла бла бла. А я смотрю, стоят наши доблестные товарищи посередине круга из обезьян и устроили драку. Причем младший явно победил и буквально уже замахнулся для того, чтобы старшему башку отрубить. И глаза у него бешенные. И тут появился, опять же, из ниоткуда, Олег. Или Йогарх. Видимо, он чем-то её отвлёк, так как я этот момент смутно помню. У меня тогда голова чуть не взорвалась. Хотя, мне казалось, что взорвётся. Ну, а Хурха как раз отпустило, и он рубанул её. Ну и вот в итоге, поляну там зачистили и живых ещё двоих нашли. В принципе, всё, после этого берсерки странными стали.

– Унк-Яханта! Насколько я знаю, Денис, это одна из ведьм. Про это Йогарх хорошо знать должен. Но ему нужно время, чтобы восстановить в новой голове всю свою память. Архам-Хур простой хранитель портала, ему не всё было известно. Но, знаю то, что она ещё с тех древних пор питалась внутренней энергией разумных. До появления в этом мире людей, это были или медведи, или же – шумуны. Из-за того, что она несколько раз погубила медведей ради своего голода, её прогнали из племени. И таких ведьм было несколько. Будучи изгнанными, они не остановились, и продолжали склонять к себе и убивать медведей. Тогда берсерки поклялись, что поймают всех их и убьют. Хотя, приближаясь к ним, они в большинстве случаев сами становились жертвой. Она может подчинять разум. А после начали появляться люди. Унк-Яханта, видимо, использовала шумунов, чтобы они приносили им людей. А те и рады, так как сами питались ими.

– Почему Унк, она мне просто Яхантой назвалась.

– У медведей, Денис, есть вторые имена. Иногда это обозначает пол, как с Унк. Это значит, что она медведица. У Архам – Хур, это значит хранитель. Много вторых имён. Это почти как фамилия у людей.

– Понятно. Кстати, главный-то прикол в том, что эта старая тварь снюхалась с людьми, и, видимо, туда приезжали люди. Мы следы от машины нашли.

– Вот это уже интересно. Люди жестоки. Они готовы жертвовать своими соплеменниками ради своей же безопасности или выгоды.

Шурик, Глеб и Алиса сидели без звука, слушая разговор Дениса и Рашидова. Шурик, проживший в этом мире уже не один год, узнавал для себя очень многие аспекты, скрытые от обычных людей в этом мире. Вся прошлая жизнь, посвящённая тому, чтобы заработать и потратить заработанные деньги, выглядела детским садом по сравнению с тем, что на самом деле происходит в Ином мире. Медведи ведут скрытую борьбу не только с хищническими городами, которые истребляют всё вокруг, ради выгоды, но и между собой. А Глеб с Алисой находились в глубоком шоке от происходящего и не могли поверить в то, что это всё происходит у них в реальности. Но во сне ссадины и раны не могут болеть, и эта боль была ярким индикатором настоящего.

– Семён Викторович, а не взять ли Вам этих замечательных ребят с собой?

– Кого это?

– Ну вот, этих самых. Мы их вытащили из лап шумунов. Если бы не успели, наверно, съели бы их. Куда их пристроить в группе, я пока не знаю. Ну и просьба к Вам будет, найдите моих. Помните девушку Дашу и парня моего? Когда мы через лес шли, нарвались на шумунов, благодаря которым этот портал и нашли. В бою его ранили. С нами ещё был дальнобойщик Юра-Воронеж, он себя так называл, он должен был вывезти их из леса. Нам ещё надо вернуться к медведице и выяснить, что там за следы. Хотя, ещё не уверен, надо ли это делать. Кстати, как там шумиха-то вокруг нас? Ищут до сих пор?

– Искать – ищут. Но без особого энтузиазма. Кстати, под шумок мы смогли устранить нашего маршала. Теперь там мой человек. Хотя, в посёлке хватает ещё стукачей. Грегор рассказал про моего помощника. Жаль, что не смогли уберечь парня. А ребятам, думаю, найду работу. У меня продажи падают. Кстати, молодой человек, а чем Вы раньше занимались?

– Глеб, у тебя спрашивают, – толкнула Алиса своего мужа в бок.

– Я? Да рекламу продавал. Ну и продажами, в общем, – ответил парень.

– Ну вот и славно, неплохой посёлок, да и работой будете обеспечены, – хлопнув ладонями, сказал Денис.

– Денис, ты хочешь выяснить кто привозил им людей?

– Семён Викторович, в принципе-то, если даже узнаю, что от этого изменится? Я же не судья. Думаю, на месте это решим. Вообще, надо посмотреть, что там за место. Определённые догадки есть, но надо проверить. Я этих шумунов уже видел.

– А третий выход смотрели?

– Я сам туда не ходил, Кронах с Хурхом были. Говорят, там джунгли. Южные широты, если коротко.

– Три портала есть, уже хорошо. Надо найти ближайший портал к Иерихону. Тогда мы сможем пробраться в город.

– Ну а дальше что? Резню устроите? Погибнут же много невинных людей. Я видел, как берсерки работают. Но и их надолго не хватит. Шустрые, сильные да. А против крупного калибра они не выстоят.

– Нет, Денис. Грубой силой их не одолеть. Нужно мягко. И там будет для вас работа.

– Семён Викторович, какая? Мне надо знать!

– Придёт время, и я всё расскажу. И всё это должно быть в тайне – сказав, Рашидов посмотрел сперва на Шурика, а после на Глеба и Алису. Молодые люди застыли на секунду, а после закивали, давая знать, что всё прекрасно поняли.

– Не надо, вот, на меня смотреть. Я с вами уже сколько тут нахожусь? – недовольно ответил на взгляд профессора Шурик. Рашидов же только улыбнулся.

– Я отдыхать, завтра утром, молодые люди, выдвигаемся ко мне домой. Посёлок наш вам очень понравится. А ребят я найду, Денис, не волнуйся. Они будут у меня, если ещё живы.

Ночь постепенно поглотила всё вокруг, оставив зримым лишь красные угольки и тёмные силуэты людей, которые то и дело по одному ходили по поляне. Бессонница, ведь пить бодрящий отвар из трав – не лучшее занятие перед сном.

В каком бы мире ты ни был, утро всегда приходит тяжело и долго. Даже тот, кто просыпается рано и быстро, так как его подгоняют какие-то обязанности, каждый раз вставая с постели и отходя ото сна хочет ещё полежать и поспать. Кто-то встаёт поздно и тяжело, и его одолевают такие же желания. А если человек на протяжении нескольких месяцев спит только тогда, когда выпадает такой шанс, то ему без разницы, утро или вечер. Просыпаться никогда нет желания. Потому что это холодно и противно. Денис с Шуриком уже несколько часов дежурили, сменив Лёню и Макса. Обувь была уже мокрой из-за росы, которую ребята то и дело сбивали с травы проводя обход временного лагеря. Поляна утонула в лёгком тумане и в дымке, которую генерировал костёр. Тепла от огня не было, как и самого огня. Древесина тлела, не желая никак нормально разгореться.

– А не тяжело в людей стрелять? – спросила заспанная Алиса, сидевшая прислонившись спиной к бревну, которое берсерки откуда-то притащили к костру ещё днём. Глеб спал рядом, положив голову на колени своей жены.

– Тяжело. Они ведь то прячутся, то убегают, то отстреливаются, – с усталой улыбкой ответил Денис, сидевший рядом, на дыму костра подсушивая свои портянки. Но, увидев в свете наступающего утра удивлённые глаза девушки, продолжил.

– Да шучу я. Ну конечно, тяжело. И страшно. Не боятся убивать только психи. Нормальному человеку генетически запрещено убивать себе подобных. Но, опять же, ситуации бывают разные. Алиса, не забивай себе голову. Вы чего, кстати, не спите нормально? Макс сказал, что вы ещё при них пришли.

– Мы тут всю ночь сидим. Страшно спать. Как закрываю глаза – вижу их. Белый оскал, чёрная шерсть. Как вспомню, что они прикасались ко мне, становится мерзко и противно. А этот запах… Такое ощущение, что вся кожа пропиталась, и я никогда не отмоюсь. Ещё голос той девушки. Она красивая, зелёные глаза, тёмные волосы. Её крики. Боже мой, как она кричала. Я прямо на себе чувствовала, как ей было больно. А у костра тепло, и вы рядом. Живые люди, готовые защитить.

– Да, ребята, несладко вам пришлось. Ну, время лечит. О девочках ваших – бабушки позаботятся. Не думайте об этом. Им намного легче, чем вам. Главная ваша задача – выжить в этом мире. Рашидов неплохой мужик. Устроит вас у себя в посёлке. Он же там голова.

– Голова? – не расслышав, переспросила девушка.

– Ну, типа, мэр. У них там целая горнодобывающая отрасль. Руду, вроде как, добывают и металлопрокат делают. Вам, главное, ни при каких обстоятельствах, даже под страхом смерти, нельзя рассказывать о том, что знакомы с нами. И про то, что с вами произошло. С Рашидовым придумаете легенду и придерживайтесь её. Типа, он вас где-то нашёл, новенькие. Тут, в этом мире, таких как вы очень много. Практически, всё взрослое население, попадают из нашего мира, из разных стран. И умные, и тупые, и богатые, и бедные. Тут всё начинается с чистого листа.

Сквозь туман, рассекая сизый дым, стелющийся по земле, к костру приближался силуэт. Денис, увидев это, среагировал быстро, взял в руки автомат, но не успел и слова сказать, как в том силуэте разглядел Нину.

– О, очнулась. Вот и хорошо, – с облегчением на выдохе сказал Денис. За неё он очень переживал, потому как во все эти полумистические мероприятия не особо верил. Хотя, всё происходящее вокруг убеждает, что происходит это в реальности. А может, это не реально, а лишь во сне. Ну, мало ли, что могло по пути на полигон произойти. Может, не сон, а кома. В книгах же пишут, что люди после комы рассказывают удивительные вещи о том, что с ними происходило. Если так, то другого варианта нет. Напиться с утра пораньше до беспамятства он не мог, точно. Водку пил только при обмывании звёздочек на погонах. А вот уснуть он мог, так как монотонная езда на броне быстро утомляет. Нина и Даша в их мужском коллективе были напоминанием того, что есть другая жизнь. Тихая и спокойная, в окружении любимых и дорогих людей. Ведь именно женщины делают мужчин – мужчинами, и ради них, в большинстве случаев, мужчины совершают те или иные поступки. В том, что с Дашей всё хорошо, Архипов был уверен. Нина же была рядом и ответственности за неё было ещё больше. Тем более, Ваня к ней какие-то чувства проявил. А почему бы и нет, Ваня парень видный, и человек хороший. Нина умная и симпатичная. Размышления Дениса казались долгими, но на эти мысли понадобились секунды.

Девушка медленно приближалась неестественной для здорового человека походкой. Голова наклонена вбок, руки неподвижны, а к ногам как будто привязаны тяжёлые гири. Дойдя до костра, она остановилась. Архипов к тому времени уже обулся и, держа в руках автомат, смотрел на неё. Пустой взгляд Нины медленно перемещался по окружающему миру, периодически цепляясь за что-то и делая остановки на выбранных предметах.

– Шурик, – тихо позвал своего друга Денис.

Где-то из молочного тумана послышалось:

– Чего там?

– Быстро буди профессора и сюда. Тут Нина очнулась, – вполголоса сказал Денис в направлении Саши.

Нина же продолжала стоять, озираясь и не обращая внимания ни на кого.

– Бля, испортили девчонку, – промелькнула мысль у Дениса.

Девушка же направила свой взгляд на и без того напуганных Алису и Глеба, который уже сидел, держа в руках какой-то небольшой нож приготовившись любой ценой защитить себя и жену от сумасшедшей, как ему казалось девушки.

– На раз подорвались, на три убежали! – чётко и достаточно громко сказал Архипов, обращаясь к ребятам.

– Ну чего расселись, дуйте в машину, – уже громче приказал Архипов, а сам поднялся, и, держа перед собой автомат, встал между Ниной и спешно уходящими Алисой и Глебом.

– Нина, хорошая ты наша. Ты меня помнишь? Я Денис! Как ты себя чувствуешь? – пытаясь как-то привести её в чувство, мягким голосом начал Архипов. Как из такого состояния выводят людей, он не знал. Где-то в фильме видел, что нужно говорить. За время службы с таким явлением он не сталкивался, потерянных людей с пустым взглядом он видел только после контузии. Но в тех ситуациях он знал, что делать. А тут, глядя на девушку, у которой, возможно, поплыли мозги, стоящую напротив него, пускающую слюни, он растерялся. Было одно желание, запомнившееся ещё с курса молодого бойца. «Прикладом бей!».

Прошло минут пять, а может десять. Денис внимательно смотрел на неё, она на него. Её взгляд стал более разумным и устремлённым. Изо рта доносились какие-то звуки, не похожие на человеческую речь даже издалека. Что-то, схожее с рычанием или утробным рыком. Берсерки стояли неподвижно метрах в двадцати и наблюдали. Как долго они там, Архипов не знал, эти мохнатые, как обычно, появились бесшумно. Прибежал заспанный Ваня, босиком, но со своим оружием наперевес, не понимая, что происходит. Его первая попытка подойти к Нине закончилась тем, что девушка размашисто выбросила в его сторону руку, пытаясь ударить растопыренными пальцами по лицу. Субботин среагировал, уклонился, но, возможно, если бы не было оружия в руках, то машинально ответил бы ей хуком в челюсть.

Прибежали профессор с Шуриком. Рашидов тут же встал спиной к Денису, лицом к девушке, а Саша за ней, таким образом, что она оказалась в кольце. Семён Викторович закрыл глаза и тут же открыл, пристально вглядываясь в глаза девушки. Его зрачки сузились и взгляд был больше холодным звериным, чем тёплым человеческим. Пауза затянулась, и тянулась мучительно долго. Непонятность происходящего и бездействие напрягало не только людей, но и неподвижно стоящих до этого времени берсерков. Они, обнажив свои мечи, начали расходиться, и с флангов приближались к людям. Шурик с Ваней, заметив это, синхронно повернули в их стороны автоматы. Напряжение росло, казалось даже, что искрилось, готовое в любой момент взорваться и поглотить всё то, чего находящиеся на этой поляне добивались, заплатив столь высокую цену.

– Кронах, Хурх. Мечи свои уберите на хрен. Ваня, Шурик вас тоже касается. Сейчас всё решим, да Семён Викторович. Что, на хрен, тут происходит?! – решительно и громко сказал Архипов.

Берсерки мечи опустили, но идти продолжили, остановились, не доходя нескольких шагов. Медведи это расстояние могли преодолеть прыжком за долю секунды, и люди, зная их склонности к странности, побаивались и не отводили взгляда. Но больший страх шёл от девушки. Непонятное, ледяное чувство распространялось на всех вокруг так, что холодный липкий пот стекал со спины, доставляя дискомфорт. Хотелось поправить тельник и подтянуть ремень, но лишний раз делать резкие движения никто не осмеливался.

Глава 3

– Даже и не думай! – нацелившись в голову Хурха, сказал Ваня, увидев, как тот медленно поднимает свой меч. Берсерк посмотрел на своего собрата, а после – на Ваню и наведённый на него ствол автомата, и, расслабив лапу, опустил клинок в исходное положение.

– Эта тварь до сих пор жива! Человек, мы должны, обязаны её убить! – грозно прорычал Кронах, обращаясь к Денису.

– Семён Викторович, или кто там на связи?! Архам-Хур! – пытаясь получить хоть какую-то реакцию от профессора, крикнул Архипов.

Тот, не поворачивая головы, тихо ответил:

– Кронах, Хурх, встаньте и охраняйте вход. Не впускайте и не выпускайте никого, особенно её. Люди, уйдите подальше. Она испугана. Вы её пугаете, – негромко приказал Архам-Хур. Морпехи продолжали стоять неподвижно. То ли ждали приказа командира, то ли настолько были привязаны к доброй в недавнем прошлом девушке Нине, что не смели оставить её в такой ситуации. Берсерки же, в свою очередь, не убирая мечи, пошли к выходам из портала.

– Так, ребята, давайте несколько шагов назад. И оружие уберите, вряд ли оно тут поможет, – сказал Денис, отступая назад от костра.

В этот момент Нина вдруг обмякла и упала на землю, как пальто, у которого оборвалась петелька. Тело её мелко затряслось. Ваня тут же подбежал и поднял её на руки. Её тело горело, вся кожа покрылась мелкими мурашками.

– У неё температура высокая! – сказал сержант и понёс её под навес. Архам-Хур стоял без движения, только тихо прокомментировал:

– Она ушла, пока. Тело слабое, и, видимо, Нина с ней борется. Это сложно было предугадать, – безадресно, мягким голосом сказал Рашидов и побрёл к своей палатке.

– Шурик, очнись. У тебя есть аптечка? Нужен парацетамол или что-то в этом роде.

– Денис, какая аптечка! Тем более – парацетамол.

Архипов догнал профессора, когда тот копался в своём рюкзаке, что-то ища и бормоча.

– Этого не должно было случиться, что теперь делать…

– Семён Викторович, может, объясните как-то. А то я ни хрена не понимаю, что происходит.

Рашидов замер, и с силой бросил вещи, которые он держал в руке, в открытый рюкзак.

– А то, Денис, и происходит, что я не знаю – что. Есть вероятность, что, когда Хурх её убил, она была в теле Олега и боролась с Йогархом. А кто из них всё-таки сейчас в девушке, я не знаю. Её тело плохо реагирует, как видишь. Когда со мной это произошло, я несколько дней встать не мог, так же болел. Но я тогда был один. И Архам один. И у меня не было выбора, тот медведь, которого я повстречал в портале, в любом случае смог сделать задуманное, а именно – переселить свой разум в меня. К твоему сведению, Денис, наш Йогарх – сильный шаман. Именно он сотни лет назад выбирал и учил хранителей портала. Своими знаниями и умениями Архам-Хур обязан только ему.

Денис посмотрел на профессора и ребят, которые обтирали Нину чем-то и после пытались укутать одеялом. Опершись на автомат, он сел рядом с Рашидовым на землю.

– То есть, мы не в курсе, кто в теле Нины. Так?

– Именно, Денис, но я боюсь, что она одолела Йогарха. Хотя, ведьма Яханта примерно того же возраста что и шаман. Про неё я, практически, ничего не знаю и до сих пор не встречал. И не смотри на меня так. Ни я, ни Архам-Хур её не встречали. Слышал, что она пыталась найти выход в другой мир. А брала энергию из живых существ, убивая их. За это её из племени прогнали. Но она подчинила себе нескольких воинов-берсерков и таким образом устроила между ними войну. Позднее здесь стали появляться люди. В итоге вышло так, что люди начали истреблять медведей за то, что они, якобы, убивали их. А у людей оружие сильное. Объединившись в один большой отряд, берсерки смогли поймать её. Но пока они и её охрана сражались между собой, она вновь сбежала, и на этот раз – на долгие сотни лет. Берсерки поклялись, что найдут её и уничтожат. Это что касается Яханты. Слышал, что она была не одна. И вот теперь, если её разум окажется жив в теле вашей девушки, берсерки должны её убить. Как она себя поведёт – я не знаю.

– Слушай, а как разумы уживаются в одной голове. Вот вы, например, как договорились? Ну, я не знаю, каким словом это назвать. Это получается, как в одном телефоне и анероид, и айфоновский иос стоит.

– Не совсем понял про телефон. Его голос как мой внутренний, и когда у меня возникает вопрос, я представляю себе этот вопрос и тут же нахожу на него ответ. Его голос я не слышу, а чувствую. Но бывают случаи, когда он берёт управление, тогда я просто проваливаюсь в сон, и не всегда помню, что происходило в тот момент. Такое бывает редко. Архам не мешает мне жить, но очень помогает в жизни. Я открыл для себя, что благодаря ему знаю многие вещи в этом мире. Про животных, про растения. Могу найти дорогу. И самое интересное, Денис, я стал чувствовать медведей и людей. Это неописуемое чувство.

– Семён Викторович, как такое может быть-то? На земле …

– Да, да, молодой человек. На нашей прекрасной Земле попал бы я с таким набором в психушку. С этим согласен и спорить не буду.

– То есть, чувствуете и людей, и животных?

– Да, любое живое существо. Их сердцебиение и мысли. Я долго думал над этим, и, пользуясь теми знаниями, которые я получил ещё на Земле, пытался объяснить себе, как это происходит.

– Тащ майор. Протёрли её самогоном, вроде чуть остыла. Её надо вывозить, иначе помрёт, – прервав рассказ Рашидова, сказал Субботин.

– Да Ваня, готовимся к выезду. Едем дальше. Попробуем сразу и Дашу с Пашей найти. И разбуди Лёню с Максом. Они весь концерт пропустили.

– Верное решение, Денис. Тут ей помочь нечем. Так что – собираемся. Я с вами.

Берсерки отказались ехать, объяснив тем, что если они окажутся рядом в момент пробуждения Яханты, то их присутствие создаст опасность и для людей, и для них самих. А если это всё-таки она, то в любом случае, рано или поздно, они её найдут. В человеческом теле она слаба. Аргумент берсерков был железным, и никто не решился спорить.

Быстро свернув лагерь, люди готовились выехать в Мёртвый лес. Изменился ли он с того времени, когда они его покинули? Хотя, в общей сложности прошло всего несколько дней.

Из сгоревшего поселения шумунов к главной дороге в Мёртвом лесу добрались быстро, дорога была не очень далеко, и петлять не пришлось. Люди, приезжавшие мстить детям леса, оставили много следов. И выехав, машины сразу свернули направо, в противоположную сторону от Кардона. Лес днём выглядел чудесно. Яркие лучи солнца там и тут пробивались через густые кроны деревьев и освещали лес внутри мягким тёплым светом.

Шурик с Лёней и Чернышом ехали на Тойоте вместе с Ниной и Ваней. Остальные потеснились в Террано.

– Долго ехать-то, Семён Викторович? – спросил Денис, разглядывая очередные низкие кусты, растущие на обочине дороги. Видно было, что дорога сильно отличается от той, по которой они ехали до захода в портал. Стала более широкая и укатанная. То ли трактором проехались и выровняли, то ли грейдером.

– Нет, не долго. Как новую дорогу сделали, ездить можно быстрее. Теперь выедем из Мёртвого леса часов за восемь. А за ним – перевалочный посёлок Усалы. Там, думаю, сможем выяснить про вашего водителя.

Архипов в ответ угукнул и продолжил смотреть в окно. Навстречу то и дело попадались грузовики и обычные легковые машины. Ехали все неспешно. Будущее Дениса чуть пугало. Если Йогарх погиб, или же погибнет, то о поиске других порталов не может быть и речи, и придётся довольствоваться тем, что есть. Кроме него никто не может чувствовать эти порталы. Ни берсерки, ни другие медведи. Если бы чувствовали и были в курсе об их существовании, то пользовались бы по полной. С одной стороны, удобная штука. Но не для всех. А если не найти портал возле Иерихона, то о дальнейших планах можно забыть.

Ведьма, ведьма… Может ли она знать что-либо о порталах? Возможно, но где уверенность, что она самих людей не убьёт? Или люди – её? Вопросов тьма. Прекращение поисков означает, что необходимо куда-то прятаться от охотников, которых отправили за ними. А спрятаться можно только среди людей, распустив подразделение и отправив всех искать своё место самостоятельно. Время приближалось к полудню. Хотелось есть и спать. С этими желаниями и тяжёлыми мыслями Денис провалился в сон, подставляя ветру, который задувал через разбитое окно, своё лицо. Кто-то потряс Дениса за плечо, и он, не успев ещё проснуться, потянулся за автоматом, лежащим на коленях.

– Тащ майор, приехали – спокойным голосом говорил Максим, сидящий за рулём.

Пока Денис, открыв глаза, разглядывал пустую парковку, захламлённую по краям какими-то колёсами и выброшенными запчастями, профессор уже шёл к небольшой деревянной постройке.

– Какой шустрый, – недовольно сказал Архипов про себя, и, поправив китель, вышел из машины.

Постоял, разглядывая местность. Дорога проходила метрах в ста от дома. Добротная постройка, сделанная из местных деревьев. И, судя по венцам, на это ушло, от силы, три-четыре дерева. Молчавшие всю дорогу Алиса с Глебом отпросились в туалет. Всё-таки, сомнения в том, что их никто не держит, их не покидали, и на всякий случай каждое своё движение они старались согласовать.

– Профессор знает, кого мы ищем? – поинтересовался Денис.

– Да, я ему рассказал. Интересно, местные в курсе, что он мэр одного из посёлков?

– Думаю, по-любому, в курсе. И что? – не понимая вопроса, ответил Денис.

– Так их не удивляет, что он тут вот так вот разъезжает в непонятном виде.

– Макс, да фиг его знает. Может, для них это нормально. Наверное, ещё поставку с Земли чёрных мерсов с синими ведёрками не наладили, вот и гоняют, как могут, без кортежа, – улыбнувшись, сказал Денис.

Скоро в дверях появился Рашидов.

– Пойдёмте, поедим, вашего Воронежа здесь не знают. Но описанный грузовик они видели. День назад останавливался тут и ехал в сторону Эйсенберга. С ним какая-то девушка была.

– С русыми волосами и зелёными глазами? – тут же ожил Усков.

– Не знаю, какие там у неё волосы были. Иди, да сам спроси.

Усков тут же сорвался с места и быстрым шагом направился в дом. Остальные последовали за ним. Ваня остался с Ниной. И Черныша оставили, по понятным причинам, ему в такие места было нельзя.

За деревянной дверью оказался небольшой коридор. С одной стороны, были вешалки, а с другой установлены обычные рукомойники с бачком воды. В зал вела белая, повидавшая виды пластиковая дверь с затянутой плёнкой вместо стекла.

Резкий запах горевшего масла и специй ударил в нос. Это была обычная столовая. Но обычная – для Иного мира, в мире земном это заведение могло претендовать на хороший тематический ресторан с уклоном на блюда, приготовленные из дичи. Стены украшали рога неизвестных морпехам животных. Столы и стулья были деревянные, как и вся находившаяся в просторной комнате мебель.

Макс сразу пошёл к женщине, которая хозяйничала за прилавком, остальные же расселись и рассматривали внутреннее убранство.

– Ну что, заказал обед? – спросил Денис подошедшего и сияющего счастливой улыбкой Макса.

– Она тут была. Кушали, буквально, вчера. По описаниям – точно она.

– Отлично, Макс. Еды-то заказал? – переспросил Лёня.

– Нет, забыл. Сейчас закажу.

– Да сиди уже, сам схожу, – Лёня не спеша ушёл. Видимо, проголодался больше всех.

– Ну что, тут будем ждать?

– Кого, Макс.

– Как кого, тащ майор, Дашу.

– Для чего? Чтобы она приехала и нашла остывший труп своей сестры? – напомнил Максиму и вернул его в реальность Денис.

– Может, я останусь?!

– Я тебя одного не оставлю. Пристрелишь кого ещё. Максим, серьёзно. Её надо ставить на ноги. Без неё нам, мягко говоря, жопа. Так что, приём пищи и – в путь, без разговоров. Семён Викторович, дальше какой населённый пункт?

– Усалы.

– Так Вы же говорили, Усалы – это тут.

– Не, это просто вот. Типа кемпинга. Отдохнуть, покушать. Раньше тут много народу на ночлег останавливалось. Сейчас людей меньше. До Усалы ещё примерно час ехать. Там есть люди, они ей помогут.

Во время обеда Нину попытались тоже бульоном напоить, но ничего из этого не вышло. Её лихорадило, а ответа – от чего, у людей не было. Обтирания помогали слабо.

– Шурик, а самогон-то откуда?

– Да, как-то расплатились с нами за охоту. Зайцев тогда ловили. Ну, как зайцев… Чем-то похожи на наших, только мясоеды. Помнишь, дома ещё, у Башки собака была, как там её. Точно, Нюша. Так примерно с неё ростом. Вот эти ублюдки повадились свиней таскать. Черныш их выследил, ну и дальше – дело техники. Питомец наш потом почти неделю ими питался. Вот за это нам и дали, ко всему прочему, ещё и канистру сэма. Вонючий правда, хрен знает, из чего сделан. Лёня почти всё вылакал, а эту бутылку уже полгода с собой возим, на всякий случай. Антисептик хороший. Не зря возили, видимо – сказал Саша уже возле машины, готовясь выезжать.

По Мёртвому лесу доехали до огромной поляны, характер происхождения которой был непонятен. Возможно, когда-то сюда упал метеорит, или же – люди давно вырубили лес. Но непонятно, зачем сделали делянку так далеко от других посёлков. Факт остаётся фактом, и деревня Усалы находилась именно на этой огромной по человеческим меркам поляне. В длину и ширину на взгляд было не меньше двух километров. Свернув от главной артерии в Мёртвом лесу, небольшая дорога прошла ровно по центру деревни, в которой было, примерно, пара десятков домов.

– Да, высокие у них тут заборы. Видимо, шумуны, или ещё какие звери здорово их тут мучают – сказал Макс, разглядывая высокие остроги на въезде. Забор тянулся в обе стороны, насколько хватало взгляда. Ворот видно не было, но у дороги сразу за забором стояла вышка, возможно, местный наблюдательный пункт.

– Семён Викторович, – осмелившись, сказал Глеб. Видимо, разговор с Рашидовым благоприятно повлиял на парня, и он почувствовал себя более уверенно. Профессор, не меняясь в лице и продолжая что-то читать в своём блокноте, повернулся к нему, давая понять, что он весь во внимании.

– Семён Викторович, это декорации какие-то, или тут реально люди живут?

– Реальнее некуда, молодой человек. Живут и процветают. Тут несколько финских и русских семей живут. Вон видите, на площади руна стоит. Посвящена Богу солнца, который в этом лесу редко бывает. Наши староверы были пахарями, но финны поставили сюда оборудование и организовали лесозаготовку.

– Большую?

– Да, у них там дальше пилорама и делянка. На округе кроме них особо никто пило лес и не готовит.

– Лесорубы? – уточнил Денис, заинтересовавшись разговором.

– Да, они самые. Занимаются честным трудом. В этом мире лесоохраны нет, они и трудятся. Правда, кое-какие налоги Единому банку платят.

– В смысле, банку?

– Да, да, Глеб, тебе многое придётся узнавать. Тут есть банк, и даже система быстрых платежей. Правда, до онлайн банкинга ещё не дожили, но телефонный звонок, номер счёта, личный пароль – и можно переводить виртуальные деньги. Так Максим, давай, поворачивай налево и поезжай до упора. Там будут ворота. Остановись рядом, – сказал профессор, переключившись с Глеба на Ускова.

Ворота больше имели сходство с небольшой калиткой, чем с полноправными воротами. За ними стоял широкий дом из массивных гладких брёвен с двускатной крышей. На фронтоне крыши был небольшой балкон, обшитый листовым железом и ограждённый железными прутьями в виде клетки. Окна также были защищены железными решётками.

Профессор вышел из машины и направился в дом, остальные ждали на своих местах.

– Не дом, а прямо крепость, – сказал Шурик, разглядывая крепкую постройку.

– Ага, а забор хиленький, считай, его и нет совсем, – поддержал разговор Лёня.

– Ну, видимо вся фишка не в заборе, а в доме. Хотя всё свежее.

– Саш, она очнулась, – взволнованно сказал Ваня с заднего сиденья.

Нина тихо застонала. Стон был, явно, человеческий, такой, когда у человека болит всё тело. Когда головная боль меркнет перед болями в суставах и мышцах. Лёня, услышав, тут же схватил автомат и выскочил из машины, перепугав своей выходкой ребят, которые были в Террано.

– Что случилось? – пытаясь заглянуть внутрь тойоты, спросил подошедший Архипов у Лёни.

– Нина, – только и смог из себя выдавить он и сделал ещё несколько шагов назад. Денис неспешно открыл заднюю дверь.

Девушка приоткрыла глаза и прищурившись разглядывала Субботина и салон машины.

– Ваня. Как всё прошло? Где мы сейчас? – с трудом произнесла она, пытаясь спрятать взгляд от болезненного дневного света. Хотя солнце уже максимально приблизилось к горизонту и вот-вот спрячется.

– Всё хорошо, Нина. Тебя лихорадит слегка, пришлось уехать из портала. Но мы тебя вылечим.

– Лихорадит от чего? Я простыла?

– Нет, нет, тебе надо отдохнуть. Если тебе трудно, закрой глаза и старайся не тратить силы.

– Нина, как ты себя чувствуешь? – подключился к разговору Архипов.

Девушка взглядом пыталась найти источник голоса, но, так и не найдя, ответила, снова прикрыв глаза.

– Не знаю. Мне кажется, что это не я. Как будто тело не моё. Денис, это ты?

– Да, я.

В этот момент Нина крепко зажмурила глаза и сильно застонала, а руки её мелко затряслись.

– Вы слышите это? – мучительным шёпотом спросила она.

Ребята переглянулись, не понимая о чём она.

– У неё судороги начинаются, тащ майор, помогите, – вскрикнул Ваня, пытаясь держать её голову, повернув набок, чтобы она не подавилась своим языком, Денис тут же сунул ей между зубов откуда-то взявшуюся пластиковую ручку отвёртки. Общими усилиями держа её конечности, вытащили из машины и отнесли на лавку возле забора.

– Что случилось? – вдруг откуда-то появился профессор с каким-то мужчиной в вязаной шапочке и свитере.

– Судороги. Кстати, она говорила с нами, – ответил Ваня.

– Несите её в дом, а машины загоните в сарай. Справа объедете постройки и увидите ворота.

Печка наполняла дом лёгким треском и запахом ароматного блюда, которое хозяйка готовила на электроплите, стоявшей в углу кухни.

Дом внутри был разделён на четыре части. Кладовая, спальня, гостиная и кухня. Из комнаты к крыше, а именно к балкону, вела достаточно широкая лестница. Как позже выяснилось, каждую комнату можно было изолировать от остальных массивной деревянной дверью с окантовкой из железных пластин. Как объяснил хозяин дома, Михаил Сергеевич, сделано это для обороны. Как от зверья, так и от их более разумных собратьев шумунов. Хозяин этого дома, знакомый профессора, который раньше на него работал, но уже два года, как с женой переехал в это поселение на заготовку леса. Ему было уже за сорок лет и родом он из Омска. А Вилья, жена его, финка. Достаточно молодая, ей на вид и тридцати лет не было. Более подробно ребятам неловко было расспрашивать. Приютили – и ладно. Хотя изначально, как рассказал Рашидов, хозяин не особо хотел видеть чужаков у себя дома, но, когда узнал, благодаря кому в лесу стало спокойней, радушно всех принял. Хоть отсюда до племени было достаточно далеко, это не останавливало шумунов. И в поисках жертв и еды они могли неделями бродить по Мёртвому лесу, выискивая и нападая на людей.

В доме царила тишина, Алиса с Глебом в гостиной обнаружили небольшую библиотеку разных книг. Тут были и детские сказки и несколько томов сочинений Толстого. Даже нашлась книга по кулинарии на японском языке. Видимо, хозяин дома просто собирал всё, что попадало ему в руки. Лёня с Шуриком и Максом ушли в наспех затопленную баню. Ваня и Рашидов были у Нины пока Денис разговаривал с Михаилом Сергеевичем.

– Да нет, Денис, я не врач. Валюха у меня раньше, ну, когда на земле была, медсестрой работала. Ну и препараты у нас есть. Правда, местные. В столице есть небольшая фабрика, делают там наподобие аспиринов и парацетамолов. Из чего делают, понятия не имею. Но, как таковое, помогает. У нас тут бывает, болеем. В лесу много всяких летающих букашек, которые если укусят, можно неделю с лихорадкой провалятся. А у вашей подруги, вроде, так и есть. Вылечим. Валюха моя и не таких на ноги поднимала.

– Дом хороший у Вас.

– Ага, сам строил. Помню, остановился тут на ночлег, да вот и остался. Природа красивая, и работа всегда есть. Да и деньги неплохие. Вон, даже плита электрическая есть. У нас свой генератор. На всю деревню. Полгода копили на него. Дорогущая вещь. Говорят, для нас с Земли заказали. Хотя, брехня всё это.

– Так что, тут можно что-то заказать с Земли?

– ну, как бы, да. Если деньги есть и людей знаешь, то всё, в принципе, найти и купить можно.

– Ей лучше уже. Спит спокойно, – сказал подошедший профессор.

– Вот и хорошо. Где твои архаровцы, ужин готов – сказал Михаил Сергеевич и, хлопнув Рашидова по плечу, направился на кухню, где уже ждал всех накрытый стол с вкусно пахнущей едой.

За разговорами, за ужином время пролетело быстро. Как уверил хозяин дома, в этом посёлке им бояться нечего. Без разрешения просто так в деревню никто не заедет. Так как тут даже охрана есть. Ночью на улице стало заметно прохладней. Видимо, внутри портала ночной холод не так сильно ощущается, а снаружи, в лесу, чтобы согреться, человеку нужен был огонь и кров. К полуночи люди разошлись по дому спать. Хозяйка Вилья, или, как её называл муж – Валюха, всем нашла место и расстелила постели. За долгое время ребята могли хорошенько отдохнуть после того как помылись и вкусно поели.

– Нина, Нина ты где? – вдруг в темной комнате раздался голос девушки. Затем тёмный силуэт фигуры медленно поднялся с кровати и сел, долго озираясь в темноте по сторонам. Увидев у ног своих спящее тело, девушка толкнула несколько раз ногой в бок. Этим телом оказался Ваня Субботин. Его чуткий сон тут же прервался, и он вскочил с постели, но, увидев Нину, тихо и испуганно произнёс.

– Ты очнулась? Всё хорошо? Как ты себя чувствуешь?

– Ты кто, я тебя не могу разглядеть. Кто ты? – рычащим голосом ответила девушка.

– Ваня я. Ты не помнишь?

– Где Нина? Что с Унк-Яхантой?

Ваня сразу понял, что происходит, и, пока его мысли метались в поисках вариантов для дальнейшего действия, он ногой пытался разбудить спящего рядом Макса Ускова, который спал крепко и никак не просыпался.

– С Ниной всё хорошо. Она жива и здорова. Йогарх, это ты?

– Человек, ты знаешь моё имя?!

– Вот и приплыли, – подумал про себя Денис, проснувшись от шума и наблюдая эту картину с соседней кровати.

– Откуда тут так много людей? Нина, ты где? Где мы?

– Йогарх, тихо. Успокойся. Ты среди друзей.

– Не смей мне указывать, ты жалкий человек! – девушка наотмашь ударила Ваню открытой ладонью, но сержант увернулся и слегка толкнул тыльной частью ладони её в лоб, отчего Нина потеряла равновесие и села на кровать.

– Да что происходит-то! – уже более громко выругался Субботин и, заломив руки девушки, стал её удерживать, потому как она яростно сопротивлялась и пыталась скинуть с себя Ваню. На помощь тут же встал Денис, а на возникший шум начали просыпаться остальные. Включили свет.

– Ох, беда, беда, – тихо бормоча, подошёл профессор, натягивая на ходу свою верхнюю одежду.

– Семён Викторович, видимо, она вполне здорова физически. Вот, с головой – просто печаль. Кого туда переселили, интересно? – спросил Архипов, удерживая девушке голову, прижав её коленом к подушке.

– Свяжите её и наденьте на голову какой-нибудь мешок. Михаил Сергеевич, не найдётся ли у вас мешок, небольшой, из плотной ткани? Супруга хозяина тут же убежала на кухню и принесла мешочек, который недавно сшила специально для муки.

– Тихо! – вдруг крикнул Михаил и замер, прислушиваясь к звукам на улице. Выругавшись, сорвался с места и начал везде выключать свет. Остальные стояли неподвижно, пытаясь услышать то, что услышал хозяин дома.

– Стрельба. Твою ж мать! Надеюсь, не за нами. Лёня и Глеб, держите её. Шурик, рви простыню и вяжи ей руки, а после – к Максу на помощь. Ваня, дуй на балкон, посмотри, что там, – скомандовал Денис, надевая ботинки и разгрузку. Все тут же разбежались по своим новым позициям. Лёня с Глебом остались держать связанную Нину, которая рычала что-то и грозилась всех убить.

Стрельба вдали прекратилась так же быстро, как и началась. Время было – далеко за полночь. Денис пытался с высоты балкона всматриваться вдаль, откуда были слышны выстрелы. Но лишь изредка шумел двигатель какой-то машины и доносились еле слышные голоса людей.

– Денис, всё нормально. Спускайся, – сказал Михаил Сергеевич снизу у лестницы.

– Что это было? – спускаясь спросил Архипов.

– Не знаю точно. Позвонили, сказали, что какие-то залётные. Видимо думали, что тут ни охраны, никого. И легко можно поживиться. Их порешали. Если хочешь, можем сходить, посмотреть.

– Не, на жмуров я насмотрелся. Спасибо.

Нина так же лежала в окружении своих охранников. Она уже обессилела и не дёргалась, смирившись или затаившись. Ребята сидели в одной комнате по углам и смотрели на это уже уставшими глазами. Встал вопрос, что с ней дальше делать. Профессор сел на табуретку и смотрел на девушку, о чём-то размышляя. Хозяин дома, чтобы не влезать не в своё дело, ушёл, и уже давно вместе со своей супругой спал. Время шло.

– Вань, останься, остальные идите, поспите. Завтра ещё Пашу найти надо, силы нужны будут. Семён Викторович, ну а мы с Вами подумаем, да, что и как дальше.

Денис сменил Лёню, который уже особо-то и не сдерживал Нину, а просто сидел рядом, положив свои руки на верёвки, связывающие девушку. Никто особо спорить не стал. В доме воцарилась тишина, слышны были редкие звуки: в дальней комнате чей-то храп, и далёкие, еле уловимые шумы, доносящиеся с улицы.

Профессор подвинул ближе к голове девушки табуретку, сел напротив, приподнял мешок и пристально смотрел ей в глаза, что-то там разглядывая. Зрачки Нины были неестественно расширены и неподвижно смотрели в одну точку.

– Ты меня пытаешься разглядеть сквозь это тело? – спокойным голосом спросила девушка.

– Да, Йогарх, именно так. Ты знаешь, кто я? – не отводя взгляда спросил профессор. Но услышав в его голосе жёсткость и хрипоту, Денис понял, что Рашидов уступил место Архам-Хуру.

– Мне знаком твой взгляд. Ты хранитель! Где твой портал, Хур? Почему ты с людьми?

– Йогарх, эти люди – твои друзья и друзья твоей названной дочери. Сейчас ты находишься именно в её теле.

Мгновенно зрачки девушки сузились и вновь расширились. Денис руками почувствовал быстрое сердцебиение и участившееся дыхание. Видимо, разум медведя был удивлён и не ожидал такого хода событий.

– Где Унк-Яханта?

– Берсерк Хурх убил её тело.

– Я этого не помню. Где Олег?

– Олег умер. Я боюсь, что разум Яханты также был в теле парня, когда убили её тело. Когда я провёл обряд перемещения, девушка повела себя очень странно и опасно.

– Я ничего не помню. Мне что-то мешает. Вот ты, человек, скажи, откуда я вас помню? Не знаю вашего имени, но ощущаю к вам тёплые чувства.

– Я Ваня.

– А я Денис, – почти синхронно сказали морпехи и продолжали наблюдать за происходящим, необъяснимым ни наукой и ничем другим.

– Кроме Нины других свободных не было? Почему в неё? – с явным раздражением и недовольством спросил Йогарх.

– Она была единственной. Если б не она, ты умер бы в теле Олега.

– И эта тварь тоже. Спасая меня, вы совершили большую ошибку, глупые вы люди. Нельзя, нельзя её выпускать. Руки, болят руки. Да. Хорошо, что болят. Я чувствую её тело – сказав это, девушка закатила глаза и закрыла их. Дыхание стало ровным, а тело расслабилось.

– Она что, уснула, что ли? – в недоумении спросил Ваня.

– Может быть.

– Это худшее, что могло произойти. Их разумы будут бороться. Только Нина сможет их контролировать и не выпускать. Если она сможет, конечно. Если не сумеет, то её больше не вернуть, – вздохнув, сказал уже профессор. Денис научился отличать Рашидова от Архама по его интонации и тембру. Убедившись, что девушка действительно спит, а не притворяется или потеряла сознание, ребята связали ей ноги, руки перетянули спереди, чтобы не затеяли, прикрыли глаза мешком. Профессор остался её сторожить, пока ребята отдохнут. Видимо, в будущем Нине всегда придётся в таком виде спать, чтобы ведьма во время сна не смогла что-то сделать, и рядом постоянно будет кто-нибудь.

Сладкий запах защекотал обоняние спящих людей так, что практически все встали одновременно и начали одеваться с надеждой, что хозяйка позовёт всех на завтрак и накормит тем, чем так пахло. Запах был из детства, когда ты совсем маленький на каникулах в деревне у бабушки. Она каждое утро ходила доила корову, провожала её в стадо, а после собирала яйца и готовила вкусный омлет на молоке с бульончиком, так, что запах будил всех. Не надо было ставить будильник или ей самой ходить, пытаясь всех поднять. Достаточно было начать готовить омлет.

– Быстро её отпустило? Такая температура была, – проходя мимо Нины сказала Алиса.

– Это не из-за болезни температура. Вчерашнее лекарство помогло мозгу и телу расслабиться. Она была очень перенапряжена и слаба, – ответила на вопрос жена хозяина, быстро перемещаясь по кухне и расставляя тарелки.

– Ой, а давайте я Вам помогу, – с доброй улыбкой Алиса начала так же по-хозяйски расставлять на стол приготовленный хлеб и приборы. Со стороны была милая картина, две молодые девушки о чём-то весело общаясь, чуть ли не в танце ходят по кухне и готовятся принимать гостей. Не место красит человека, а человек место. И в каком бы мире ни были люди, именно люди делают этот мир таким, каким его любят.

Михаил Сергеевич любезно поделился дизтопливом. Смогли заправить не только полные баки, но и пустые канистры. На остатке далеко бы не уехали. До посёлка Бруто, что на выезде из Мёртвого леса, ещё ехать несколько часов. У людей за топливо хозяин дома ничего не взял. Возможно, Рашидов уже заплатил, а может и за предыдущие дела был должен. Денис в это не стал вмешиваться.

На выезде из деревни стоял сгоревший старенький УАЗик, насквозь изрешечённый пулями. Видимо, на нём и приехали ночные гости, но тут, на этой земле и остались навсегда. Относительно оживлённая трасса змеёй уходила вглубь леса одним большим длинным туннелем.

Нина утром вела себя спокойно, но понимания того, что это была именно она совершенно не было. За завтраком она съела кусочек хлеба и пару ложек омлета, запив всё это двумя стаканами чая, и при этом не проронила ни слова. Сейчас она так же ехала между Денисом и Ваней на заднем сиденье Тойоты и тихо смотрела вперёд на дорогу. Этим своим поведением она больше пугала окружающих, чем вселяла какую-то уверенность и спокойствие. Но через пару часов всё-таки к этому привыкли. Денис был готов к любому её фокусу.

– Обалдеть, посёлок! Так это целый город! – увидев вдали высокие трёхэтажные дома, сказал Макс. Машины выехали из Мёртвого леса и уже полчаса ехали по открытой дороге. Вокруг не было ни единого намёка на деревья или кусты. Только невысокие холмы, покрытые зелёной, а местами буроватой травой. Въезд в посёлок Бруто начинался с частных владений, домов разных форм. Тут были и небольшие избы из отёсанных брёвен, и встречались по пути дома из кирпича. Но что было единым, так это заборы. Практически все дворы были огорожены высокими стенами из профильных листов разных цветов.

– Население около полутора тысяч человек. Город это или посёлок, решайте сами. Местные считают, что посёлок, значит, и для нас посёлок. Так, Максим, сверни на этом повороте налево – сказал Рашидов, показывая на перекрёсток, где основная дорога разделялась на две.

– Нельзя, чтобы меня люди видели в вашей компании. Подозрений и вопросов много будет. Остановимся у себя, – Семён Викторович не договорил, у кого – у себя, а лишь продолжил периодически подсказывать дорогу. Минут через двадцать петляний по узким дорогам посёлка остановились у малоприметного дома, спрятанного за высоким забором. Снаружи видно было одну крышу. Как только машины остановились, тут же на улицу вышел хмурого вида мужчина, возраста – на вид – за пятьдесят, в пятнистом камуфляже, и, увидев Рашидова, сразу засуетился и открыл ворота для въезда. Как объяснил профессор, это их корпоративный домик, куда представители завода приезжают, чтобы обсудить вопросы с заказчиками. Так как раньше многие ехать через Мёртвый лес не рисковали, то проводить встречи в Бруто было логичным. Теперь он надеется, что пользоваться им будут реже. А сейчас домик пустовал. Кроме охранника никого там не было.

Дом оказался небольшим, буквально, пара комнат, в каждой из которых стояли по три кровати, рабочий кабинет и небольшая душевая с туалетом. Видно, что дом действительно используется только для ночёвок.

Зайдя в дом, Рашидов сел у телефона и, открыв небольшой справочник, начал куда-то звонить.

– Денис, напомни, Даша и кто там ещё?

– Паша! – отозвался Архипов из другой комнаты.

– В шкафу чайник стоит. И там, вроде, печенье есть. С дороги подкрепитесь. Нам нельзя тут долго находиться. Найдём ваших, и сразу обратно, – не отрываясь от трубки, сказал Рашидов и продолжил уже говорить на английском языке. Видимо, на другом конце подняли трубку.

– Ваня, – вдруг заговорила сидевшая на кровати Нина. Рядом с ней кроме Субботина никого не было.

– Ваня, ты тут? – прислушиваясь к шорохам и дыханию парня сквозь мешок на голове, вновь переспросила девушка.

Сержант тут же подошёл к ней и, сняв мешок, посмотрел на неё. Её лицо было прекрасным и ужасным одновременно. Усталость и то, что происходило с ней в последние пару дней очень сильно отразилось на внешности. Щёки, когда-то игравшие румянцем, впали, выступили вперёд скулы. Синюшные мешки под глазами и пересохшие побелевшие губы. Она посмотрела полными слёз глазами и заревела. Так плачут не от боли или обиды, а от несправедливости и безнадёги. Горько всхлипывая, она сидела и тихо выла. Ваня на секунду растерялся. С девичьими слезами ему в жизни не приходилось сталкиваться и в этот момент единственно правильным решением было – сесть рядом и обнять обессиленную и потерявшуюся в жизни девушку. Обняв её, он смотрел на её склонившуюся голову, и думал, чем же он, совершенно для неё чужой человек, но испытывающий к ней самые тёплые человеческие чувства, может помочь. Решение пришло мгновенно, возможно, не самое удачное. Он начал развязывать ей руки, торопясь освободить их.

– Стой, не делай этого. Прошу. Я плохо понимаю, что вообще происходит, – пытаясь сдерживать слёзы, шёпотом говорила Нина.

– Где все? Все живы? И где мы? Что это за место?

Ваня молчал, глядя ей в глаза и не мог из себя ничего выдавить. Ни одного слова. Даже промычать.

– Что ты молчишь? Мы у друзей? – в ответ парень закивал головой.

– Да Нина, мы в посёлке Бруто. Приехали за Дашей и Пашей. Ты как?

– Не знаю. Плохо мне, я себя не чувствую. Как будто я в чужом теле. И ужасно болит голова.

– Ты чуть не погибла, у тебя лихорадка была. И ещё… ты помнишь, что – нибудь?

– Нет, постоянно всё в тумане. Мне кажется, что я сплю и просыпаюсь на мгновение, а потом вновь засыпаю. Я не так хотела, Ваня! Я боюсь! – и девушка вновь зарыдала, прислонив свою голову к плечу парня. Субботин обнял её и, успокаивая, гладил по волосам. Она постепенно затихала, успокаивалась, рыдания перешли в судорожные всхлипывания. Он продолжал её гладить, и, не зная, что можно сказать в такой ситуации, шёпотом повторял её имя. Всхлипывания тоже постепенно затихли, и только дыхание не могло восстановиться. Он чувствовал плечом короткий быстрый вдох и длинный вздрагивающий выдох.

По ощущениям Ивана, прошло уже не меньше часа, как они вдвоём, обнявшись, сидели в пустой комнате. Молчали в тишине, лишь ощущая тепло друг друга. И каждый думал о своём.

– Вань, – в дальней комнате послышался голос Ускова. Через пару секунд он появился в дверном проёме.

– Слышишь, мы их нашли. То есть, дед нашёл, – и тут же замолчал, увидев сидевших в обнимку молодых людей.

– Ну ладно, – и не сказав больше ни слова, развернулся и ушёл.

– Что они там? Притихли что-то? – увидев улыбающегося Максима, спросил Денис.

– Да нормально всё. Сидят. Живые. Один поеду.

– В смысле – один. Ты дурку-то не гони. Денис, скажи ему. Сейчас Лёня мышА покормит и вместе поедем, – отодвинув в сторону автомат, сказал Шурик.

– Семён Викторович, далеко ехать-то? Где они там? – обращаясь к Рашидову, который почти час у телефона вызванивал поочерёдно одному ему известные номера.

– Относительно нет. На другом конце посёлка. Здесь люди особо не пуганые, и патрулей мало. Так что без меня сможете добраться. Управитесь до вечера, а утром поедем обратно. Надеюсь, нашли именно их. По крайней мере, по описанию подходит. Так, Максим, иди сюда. Смотри, – и Рашидов начал на листке бумаги рисовать схему проезда до небольшой гостиницы, где, предположительно, находилась Даша. По описанию профессора, посёлок был разделён рекой на две части. На левом берегу реки, в основном, находились частные постройки, на правом – несколько трёхэтажных многоквартирных домов, и с десяток двухэтажных. Жили там более богатые граждане. Если на левом берегу улицы и дома располагались хаотично, то на правом всё было просто, две основные улицы, ведущие на мосты через реку, а вдоль них дома. В одном из двухэтажных домов и находилась гостиница. Там же были офисные здания. Какое-то подобие делового квартала. Размещались несколько компаний по продаже пило леса, металла, и всего, что делают из этих материалов.

– Всё понятно? И ещё, оружием сильно не светите. Тут это не принято, – с вызовом посмотрел Рашидов на Макса и Дениса.

– Судя по молчанию, всё понятно. Денис, пойдём посмотрим на Нину. И позовите мне, пожалуйста, Андрюшу.

– Какого ещё Андрюшу? – не поняв, переспросил Шурик.

– Охранника, – объяснил профессор, медленно встал и пошёл в соседнюю комнату, за ним последовал Денис.

К моменту прихода Рашидова и Архипова, ребята уже о чём-то мило беседовали. Это было видно по их улыбкам. Видимо, Субботин нашёл правильные слова, чтобы поддержать девушку в это нелёгкое для неё время. Увидев милую картину, профессор тоже заулыбался.

– Вы, молодой человек, время зря не теряли и вернули к жизни нашу боевую подругу. Как Вы себя чувствуете? Убить кого – нибудь в Ваши планы не входит на ближайшее время? – обратившись к девушке спросил Рашидов.

– А знаете, профессор, вот хотелось бы кое-кого прикончить. Мухлёжника и шарлатана, который сотворил из меня чудовище! – постепенно повышая голос, отвечала Нина.

– Для первого раза, я считаю, вышло вполне себе неплохо. И в этом не моя заслуга. Архам чем смог, тем помог. Меня больше интересует, как твоя голова. Что ты сейчас чувствуешь?

– Конкретно сейчас – мне хорошо. Вот, правда. Тело болит, голова болит. Что было вчера и позавчера – я вообще не помню. Хорошо помню, как кто-то мне резал ноги и руки, и вот сейчас – Ваня рядом. И всё. Больше, профессор, в памяти вообще ничего нет. Вы мне объясните это как – нибудь? – уже чуть ли не крича, спросила Нина.

– Ну, ну, полно Вам. Не стоит нервничать. В данной ситуации – это вредно.

– А что, имею полное право знать, что со мной, чёрт побери, происходит! Да убери ты свои руки! – уже срывая свой голос кричала девушка, тут же попало и Субботину, который пытался поправить на ней одеяло.

Как только девушка закончила фразу, её слегка потрясло, и она, закатив глаза, упала на постель. Но не прошло и минуты, как она вновь подняла своё тело, и, поднявшись на ноги, встала, широко расставив ноги, готовая в любой момент кинуться на каждого. Глаза её заплыли кровью и блестели, зрачки сузились. Она, шумно дыша через нос, осмотрела всех, кто был в комнате. Денис и Ваня стояли наготове, чтобы в любой момент повалить её и связать. Но Рашидов еле заметным движением головы дал понять, что пока не надо.

– Жалкие люди! Преклонитесь передо мной, или я вас всех убью, – тихо зашипела Нина, брызгая слюной.

– Унк-Яханта, мы не боимся тебя. Ты знаешь, что такое смерть, и что она рядом с тобой.

– Я Яханта! Не смей меня равнять с теми, кто пресмыкается перед медведями и берсерками. Я не ваша самка! Ни один медведь не смеет меня трогать или смотреть на меня!

– Яханта. Мы не медведи, мы люди. Мы ты сейчас в теле человека. Мы можем убить её вместе с тобой!

Девушка на миг замолчала, вертя головой и пытаясь рассмотреть своё тело. Шевеля ногами и связанными руками, она шумно дышала. Возможно, это продолжалось бы куда дольше, если бы в дверях дома не появился охранник Андрюша, громко окликая профессора. Увидев, что все люди почти синхронно повернули головы, девушка побежала в сторону окна, видимо, планируя в несколько шагов преодолеть это расстояние и через стекло выбраться на улицу. Но планы её нарушил Денис, вовремя выставивший локоть навстречу её голове, от чего тело Нины с грохотом упало на пол.

– Тащ майор, ну можно же было как-то полегче, – с явной претензией сказал Ваня, подошедший к девушке, чтобы помочь. Но тут же отпрянул от неё, увидев её глаза. Он забылся, что сейчас это не та, которой он симпатизирует, и, мягко говоря, влюблён. Её взгляд был полон ненависти и презрения.

– Отойди сейчас от неё, если у вас всё срастётся, тогда ты с ней ещё намучаешься, Ваня, – с грустной улыбкой ответил Архипов, медленно обходя пытавшуюся встать с пола девушку.

– Андрюша, твою ж налево. Обожди меня там, я сейчас, – крикнул на охранника Рашидов, не отводя взгляда от Нины.

– Яханта, ты слаба! И ты в теле человека! Ты в этом теле пленница! Смирись с этим. Берсерков тебе не одолеть. У тебя уйдут десятилетия, чтобы научить это тело подчиняться тебе, а люди так долго не живут. Благодаря мне и этой девушке, ты до сих пор жива. Ты должна быть этому благодарна.

– Молчи, жалкий хранитель. Ты не смеешь мне указывать, что делать. Таких как ты я уже убивала. Хочешь, тебе напомню, как их звали. Твой род ими гордился, мне было в радость их всех убить.

– Мне безразличны их имена. Можешь не утруждать себя и свою память.

– Как? Вы же, медведи, чтите память о своих собратьях. Ты обманываешь меня. Они все мертвы и телом, и разумом. Ирхам-Хур был твоим братом, а теперь его кости гниют в пещерах горы Рихона. Так же, как и других бесславных ублюдков, которых родила твоя мать, Унк. А их порталы утеряны для вас, медведей, без своих хранителей. Ты будешь следующим! – после этих слов она резко вскочила, пытаясь руками ударить стоящего в двух шагах Рашидова, но связанные руки не дали ей этого сделать, и она, потеряв равновесие, вновь упала на пол.

Профессор наклонился над ней и на ухо тихо сказал:

– Яханта. Я предлагаю тебе жизнь.

– Я и без тебя смогу жить. Мне не нужен ритуал, чтобы владеть телом! – приподнявшись, огрызнулась в ответ Яханта.

– Ошибаешься! Ты – уже в теле человека. Поэтому, подумай лучше, чем ты нам можешь помочь, чтобы ты осталась жива!

– Чтобы я помогала Хуру! Никогда этому не быть! – ответила она профессору и, обессиленная, рухнула на пол. Ваня, помня такие фокусы Нины, тут же подбежал к ней, и, подняв, положил на кровать. Нина в очередной раз потеряла сознание.

– Она в отключке, или что? – спросил Денис, наблюдая, как сержант очень аккуратно уложил её и прикрыл пледом.

– Возможно, уснула. Она слаба, а переходы много сил отнимают, – объяснил профессор. – Ладно, надо ехать за вашими друзьями. Андрюша, Андрюша, – зовя охранника, Семён Викторович пошёл в прихожую.

Оказалось, что на территории участка был не только дом, как изначально показалось, в заборе была калитка, ведущая на соседний участок к небольшому гаражу, сделанная из профлиста. Охранник с Максом ушли туда, и через десять минут на дороге уже стояла машина, тихо урча мотором.

– Серьёзно? Королла? Ещё и праворукая? – увидев Тойоту и улыбающегося во все зубы Макса за рулём, спросил Лёня у профессора.

– Ну, а как же, молодой человек. Вот сами подумайте, эта машина, в отличие от ваших, имеет ряд крайне положительных качеств. Малоприметная, надёжная и все окна на ней целы. Не вызывает никаких подозрений – сказал профессор, подойдя к машине уже вплотную.

– Давно я таких не видел. Даже во Владике их не так много – сказал через открытое окно Макс, протирая руль.

– Максим, схему взял, которую Семён Викторович нарисовал? Дорогу запомнил? Туда и обратно, без приключений. Понятно? На рожон не лезьте, а ты, Лёня, держи язык за зубами. А то я знаю твои язвительные комментарии по поводу и без, – давал напутствия перед поездкой Денис. Всё должно было пройти хорошо. Доехать до гостиницы, найти Дашу с Пашей, и обратно. Времени на всё выделялось – один час.

Проводив ребят, Денис, профессор и Шурик вернулись в дом. Время в ожидании тянулось мучительно долго. Поговорили за очередной кружкой чая о местности, окружающей город, и о ближайших населённых пунктах. Семён Викторович рассказал, что особо далеко он ездить не любит, обычно, важные люди из других городов по делам к нему приезжают. А он сам далеко уходит – если только через портал, изучать местность. После посёлка Бруто дорога раздваивается. Одна ведёт в сторону города Светлый, до него не меньше недели пути. По ней есть несколько небольших деревень. А вторая дорога уходит чуть севернее и ведёт к большой реке Мисава. Там паромная переправа. За ней эта дорога вытягивается на юго-запад, почти прямо, и примерно через семь тысяч километров приходит в Иерихон.

– Час уже давно прошёл, ну где их носит-то, – крутя в руках пистолет, сказал Денис, периодически поглядывая в окно.

– Я, наверное, пойду, тачку гляну, лишнее уберу из салона, – тихо сказал Шурик и вышел из дома.

Не прошло и трёх минут, как Саша прибежал обратно с портативной китайской рацией типа уоки – токи, при этом – с растерянным взглядом. Денис, увидев его, сразу понял: произошло что-то крайне неприятное.

– Тебя зовут! – протянув рацию, сказал Шурик.

– На приёме! – отозвался Архипов, нажав кнопку передачи.

– О, командир. Ну здравствуй, морпех! Как же долго мы тебя искали! Слышишь меня? – радиостанция затрещала чьим-то грубым мужским голосом с лёгким акцентом. Голос был не знаком Архипову.

– Кто это? – поинтересовался он.

– Майор, урок тебе на будущее, если хочешь оставаться неузнанным и незамеченным, не оставляй в живых свидетелей. Твои широкие жесты тебя до могилы доведут.

– Я не услышал имени, учитель! – с явным раздражением, но с лирической интонацией сказал Денис. Профессор и Шурик сидели, пытаясь понять из разговора, что происходит. Хотя одно было ясно, кто-то их выследил и впереди их ждут неприятности.

– Майор, это не имеет никакого смысла. Перед тем, как убить тебя, я обязательно сообщу тебе своё имя, чтобы ты знал, кто тебя убил и с этим именем отправился в ад. А теперь слушай меня внимательно. Твои ребята у меня, правда, слегка помяты, но живы. Девочка тоже жива, хотя, поверь мне, на неё у моих ребят большие планы. Мне за твою голову обещана награда, я не хочу брать грех на душу и убивать твоих людей. Так что – думай. Возможны два варианта: мы их убиваем и идём за тобой, и второй вариант – ты едешь к нам, и я их отпускаю в обмен на тебя. Времени на раздумья у тебя – час. Через час я свяжусь с тобой. Ты меня услышал, майор?! – прошипела радиостанция и затихла, ожидая ответа.

– Да!

– Конец связи!

– Ну вот и приплыли, слишком всё хорошо было в последнее время, – тихо сказал Шурик, в очередной раз достал магазин от пистолета и проверил наличие патронов.

– Тащ майор, когда выезжаем? – спросил подошедший Ваня, который слышал весь разговор.

– Ты-то куда, а с Ниной кто останется?

– Да вон, охранник посидит. Свяжем её, никуда не денется. Ему скажем, чтобы не слушал весь её бред. Да думаю, до утра спать будет, – махнул рукой Ваня, надевая свою разгрузку.

– Андрюша, Андреей – позвал профессор. Охранник тут же открыл дверь и замер, как будто он стоял на крыльце и ждал, когда его позовут.

– Андрей, ну вот и настало время для тихого Бруто. Доставай ружьё и звони Мансуру. Пусть берёт своих ребят и ждёт команды, – с тоской в голосе сказал Рашидов и вышел из дома вслед за охранником. Денис сидел за столом с опущенной головой и соображал, что делать. Как освободить ребят без лишних потерь. И живы ли они до сих пор? Но плохие мысли он отгонял, понимая, что кем бы ни был этот человек, они ему нужны живые. Без них он Дениса не получит. То, что выйдут на их след в конце концов, Архипов знал, но не думал, что так быстро. Только – за какие именно заслуги? На своём пути живых свидетелей было много оставлено, и каждый из них мог бы опознать его, или запомнить кого-то из ребят. Видимо, Дашу или Пашу опознали, а после – просто ждали, когда появимся мы.

– Тащ майор, какой план? – голос Субботина вывел Дениса из размышлений.

– Именно ты, Ваня, держишься в самой сторонке от всего этого. Если случится так, что мы все там сляжем, твоя задача будет – добраться до наших, сообщить всё лейтенанту Качанову. Оставьте технику в портале и выходите мелкими группами. Там уже сами сообразите, куда лучше. Шурик, ты со мной?

– Ну конечно, Денис. Что за вопросы!

– Пойдём туда, попробуем обменять меня на ребят. А дальше – как карты лягут.

Прошло минут тридцать, Архипов неподвижно сидел и разглядывал на смартфоне фотографии детей и жены. Морально он уже подготовился к любому развитию ситуации, и в такой час его просто накрыло тоской по своим родным людям, которых он никогда в жизни не увидит. Для них он пропал без вести, хотя – вот он, живой и здоровый. От такой несправедливости сердце больно сжималось. Мозг будоражило от воспоминаний запаха волос детей, от мелькающей нежной улыбки жены и её любящего взгляда.

– Саш, ты скучаешь по своим? – дрогнувшим голосом спросил Денис. Но Саша ответить не успел, в дом зашёл профессор, одетый в лёгкий кевларовый бронежилет, удобные и лёгкие армейские ботинки с высокими берцами. На голове была вязаная шапочка, но судя по тому, как головной убор был сложен и надет, Денис признал в этой шапочке балаклаву. Видимо, Рашидов собрался идти вместе с ними. В руках у него двое ножен с выступающими рукоятками чёрного цвета. За ним зашёл охранник Андрей, и, подойдя, скинул на стол ещё три бронежилета. Архипов в войсках таких не видел. Чёрного цвета, без фартука и воротника. Видимо, или ОМОНовские, или СОБРа. Значения это не имело, хоть какая защита для корпуса. Такие броники против автоматов или винтовок не помогут, но в ограниченном пространстве от пистолетного выстрела вполне себе хороши.

– Ну что, сколько там времени осталось-то? – посмотрев на настенные часы в доме спросил Рашидов.

– Ещё десять минут, – за Дениса ответил Шурик.

– Семён Викторович, Вы тоже с нами?

– Ну а как же. Зачем я с вами так долго возился, чтобы какой-то мелкий наёмник убил вас? Не-не, молодые люди, у нас с вами большие планы на будущее.

– Оптимистично, – с улыбкой сказал Субботин.

– Семён, Семён – вдруг откуда-то заговорил радиоприёмник. Рашидов, слегка по-старчески кряхтя, полез в карман и достал оттуда радиостанцию. Денис не особо разглядел, что за модель, но по чёткости звучания голоса и внешнему виду – не китайская, точно.

– Мансур, ты готов? Выяснил, где они? – ответил Рашидов незнакомцу Мансуру.

– Да, они у старой мельницы. Мои уже там.

– Хорошо, Мансур. Сделаешь всё как надо – считай, мы в расчёте.

– Добро, Виктор.

– Ну вот, мы не одни на свете. Эти гадёныши думают – приехали, и всё им можно, что ли, – и Рашидов рассмеялся. Не успел профессор отсмеяться, как китайская уоки-токи дала о себе знать.

– Ма-айо-ор, – протяжно зашипел чужой грубый голос.

– Я слушаю!

– Ну что, ты подумал? Ты решил? Мне кроме тебя никто не нужен. Твоя голова – взамен на свободу твоих ребят.

– Куда ехать?

– Поезжай до конца посёлка, там сразу после сожжённого дома повернёшь налево. Там недалеко. Мы будем тебя ждать. Тебя одного, через тридцать минут. Время пошло, майор.

– Принял. Жди меня, – холодным голосом ответил Денис.

– Значит, вот. Ну что расселись, ребята, грузимся и поехали, – хлопнув в ладоши сказал Рашидов.

– Я один поеду.

– Денис, конечно, ты один поедешь. Мы на тойоте, а ты один – на Ниссанчике.

Кивнув, Архипов направился к выходу. Остальные поспешили за ним. Уже на улице Рашидов всех усадил в пикап, проинструктировал охранника, и уехал с ребятами первым. Денис должен был выезжать чуть позже, до старой мельницы ехать пятнадцать минут, и время ещё было. Луна скрылась за тучи, и на улице стало особенно темно. Архипов всё пытался разглядеть звёзды, стараясь сократить время. Взглянув на свои часы, убедился, что пора. Вышел Андрей и при свете фар начал открывать ворота, и тут вдруг в проёме бокового окна автомобиля со стороны водителя появилась Нина, изрядно напугав перенапряжённого Дениса. Глаза её блестели, а сама выглядела очень бодрой и возбуждённой.

– Я с тобой!

– В смысле? Ты слаба ещё, и ты нужна нам тут. Вдруг раненые, – начал уговаривать сомнительными доводами девушку Денис. Но она уже открыла дверь и усаживалась на заднее сиденье.

– Руки мне развяжи, – слегка грубоватым для девушки голосом сказала Нина. В интонациях Денис узнал Йогарха. И достав свой нож, перерезал сделанные из простыней верёвки.

– Мои друзья, люди, – в опасности.

Машина ехала тихо, урча дизельным мотором и освещая пустые улочки посёлка. Вот исчез последний дом на улице, впереди была лишь пустынная дорога, но через десяток метров в свете фар появился старый разрушенный дом без крыши, с полуразвалившимися стенами. Денис сбавил ход и начал искать поворот. Свернув, потихоньку поехал вперёд, вглядываясь в освещаемую фарами темноту.

– Майор! – вдруг затрещала рация.

– Да, – достав её из кармана, ответил Денис.

– Остановись и дальше иди пешком, – скомандовал голос из рации, и в этот же момент машина впереди включила дальний свет, ослепляя Архипова. Что за машина, сколько там рядом людей – не было видно из-за яркого света. Денис даже не услышал, в какой момент Нина покинула машину, в салоне её не было. "Хорошо, хоть Глеб с Алисой остались в доме", – подумал он.

Подчинившись голосу, Архипов остановился. Выключил ближний свет и заглушил двигатель. И, выйдя из машины, глядя чуть в сторону, медленно пошёл на яркий свет. Люди стояли примерно метрах в ста пятидесяти, но можно было разглядеть только силуэты двух-трёх.

– Стой, – крикнул голос из темноты. Денис остановился, не дойдя метров тридцать до машины. За время, пока он шёл, глаза привыкли к контрасту яркого света и темноты, и он уже смог разглядеть очертания машин. Три больших внедорожника. Возможно, крузаки, а может и паджерики. Также, где-то в сторонке стоял седан. Возможно, это королла, на которой уехали Макс и Лёня. У машин стояли люди, по крайней мере, шесть силуэтов Денис точно насчитал.

– Ну вот, приехал один. Молодец, – сказал тот же голос и вышел из тени, встав перед включёнными фарами. Денис был, явно, в проигрышном положении во всех отношениях. Ослеплённый, дезориентированный и хорошо видимый на дороге, в отличие от тех, кто держит в плену его ребят и желает его головы. Терять её он совсем не хотел и не планировал.

– Где мои ребята?

– Они пока живы, благодаря тебе. Но, за тобой должок! – и тут же откуда-то из темноты появилась ещё пара силуэтов. На голове одного был мешок, а руки связаны за спиной. Второй, держа связанного за руки, пнул его под сгиб колена, отчего человек с мешком упал на колени перед машиной.

– Майор, тебе Саид большой привет передавал. Извинился, что сам лично не сможет тебе отрезать голову, – и только он замолчал, как прозвучал выстрел, разнёсший голову человека с мешком, отчего тело его, потеряв всякий контроль, рухнуло на пыльную дорогу.

– Мразь, – сквозь зубы сказал Денис, и, ускорив шаг, пошёл в сторону фар и силуэта с пистолетом в руках. Заметив это, человек с пистолетом крикнул:

– Майор, стоять! Иначе – и с другими произойдёт то же самое. Это – месть за моего брата, которого ты убил!

До силуэта расстояние быстро сокращалось, Денис прошёл ещё несколько метров и остановился.

– Ты, тварь, хотел мести? Так вот он – я. Или ты горазд убивать только безоружных? – Архипов достал нож и выставил перед собой руки, приготовившись к бою.

– Ты что, думаешь, я тебя боюсь? Я хотел оставить тебя в живых, но, видимо, придётся отрезать тебе голову, – громко сказал он, и от этих слов несколько человек засмеялись в темноте. Денис тянул время и провоцировал незнакомца на бой, хотя понимал, что на ножах биться – он далеко не мастер. У артиллеристов-морпехов бой на ножах стоит в программе обучения не на первом месте, и главной задачей на данный момент Денис поставил – уворачиваться и тянуть время, как можно дольше, чтобы Рашидов с его парнями успели. Незнакомец медленно подходил, легко переступая с ноги на ногу, обходил Дениса сбоку, и перекидывал большой нож из руки в руку.

– Ну что, морпех, готов? Я тебя сейчас резать буду! – и сразу сделал резкий выпад вперёд. Денис смог без труда уклониться и в этот миг он разглядел лицо незнакомца. Нет, он его никогда до этого не встречал, ни в этом, ни в земном мире. Грубые черты лица, с многодневной обильной щетиной и с густыми бровями. Не больше сорока лет. И тут Денис краем глаза заметил лежащее на земле тело своего парня. Одежда на нём была основательно порвана, и он не мог понять, кто это. То ли Паша, то ли Максим. Лёня был чуть выше и здоровее его ребят. Сердце застучало быстрее, дикая ярость затмила глаза. Он сейчас хотел убить этого ублюдка, который только что пристрелил его парня. Прошли ещё доли секунды, и незнакомец сделал ещё один выпад. Теперь попал в область печени, но, благодаря лёгкому бронежилету, нож просто уткнулся в кевлар, разочаровав своего обладателя. Денису этой мимолётной паузы хватило, он сделав шаг вперёд, прижал руку противника к себе и попытался нанести удар в бок, между рёбер. Но незнакомец слегка выставил руку и поймал за запястье Дениса. Противник в таком положении пытался лбом нанести удар по носу, но, зная такие приёмы в клинче, Архипов выставил вперёд, под удар, самую крепкую часть своей головы, также – лоб. Сильный удар, яркая вспышка в глазах и сразу ослабла хватка у мужчины, видимо он ожидал другого эффекта от своего удара.

В темноте послышались оглушающие выстрелы. Незнакомец, услышав их, растерялся и начал озираться по сторонам в поисках источника. Уловив этот момент, Денис сделал шаг вперёд, целясь ножом незнакомцу в шею. Не успел он замахнуться, как прямо на его глазах голова незнакомца лопнула, обрызгав его ошмётками костей, мозгов и крови. Бездыханное тело тут же рухнуло на пыльную землю. Денис растерялся и, пригнувшись, начал убирать с глаз кровавую кашицу. Во рту сразу появился солоновато-железный привкус. Пока он сплёвывал, всё вокруг затихло. Он вытер рукавом глаза и огляделся. Фары так же слепили глаза.

– Проверь, как он там, – послышался голос Семён Викторович, и сразу к Архипову подбежал незнакомый мужчина в гражданской одежде.

– Оу друг, ты жив. Нормально всё? Не зацепило тебя?

Денис посмотрел на него и, оттолкнув, побежал к телу с мешком на голове. Кто же это?! Кто!? Кого не смог уберечь? Руки тряслись, пока развязывал чёртовы верёвки. Наконец-то узел поддался. Аккуратно сняв мешок, он увидел небольшую дырочку на выбритом затылке. При таком выстреле шанс, что лицо уцелеет, останется узнаваемым, был минимальным. Так, из одежды какая-то старая куртка и серая футболка. Макс был в тельнике, неужели Пашка?! Быстро перевернув тело, Денис посмотрел на то, что осталось от лица парня. Нет, нет, нет.

– Ну кто там, Денис, – спокойно спросил хорошо узнаваемый голос Шурика.

– Я не знаю, – и, подняв голову, он посмотрел на окружающих его людей. Кроме Рашидова, Вани и Шурика стояли ещё пятеро незнакомых мужчин.

– Живы они, – с улыбкой ответил Шурик. – В микроавтобусе сидят, – и он рукой показал в сторону, где действительно, метрах в сорока стояли ещё две машины. Не говоря ни слова, Денис встал и пошёл к этим машинам. По пути он заметил, как двое парней таскали ещё тёплые тела убитых в одну из машин, и, не обращая больше на это внимания, подошёл к открытой двери микроавтобуса. Там в освещённом салоне сидели улыбающиеся Лёня и Паша, а Даша и Макс, обнявшись, с прикрытыми глазами наслаждались долгожданной встречей.

– Живы-здоровы? Как ты, Пашка?

– Здравия желаю, тащ майор! – сказал Нагорный, пытаясь улыбнуться. Лицо его отекло и было синюшным от кровоподтёков, ссадин и синяков.

– Нехило тебя.

– Да, два дня мутузили. Как жив остался – ума не приложу. Ублюдки, – зло выругался он.

Лёня, в отличие от Паши, выглядел куда здоровее, хотя несколько ссадину и у него на лице были.

– Смотрю, и тебе досталось? – всё ещё убирая ошмётки костей с лица, спросил Денис у Лёни.

– Да, чуток. Не такое ещё было.

– Даша как?

– Нормально. Её не трогали. Хотя – пытались. Главный их не давал её никому. Как я понял, продать кому-то хотел. Мы, кстати, не одни. В той машине пара девочек сидит и парень какой-то. Кто такие – хрен его знает. По-русски не говорят. С нами ещё парень был, но его куда-то увели. Ребята сказали, что убили его, да?

– Да, – тихо ответил Денис и пошёл к остальным. Стоять у первой машины остались только Шурик, Рашидов и какой-то мужчина. Все остальные собирали оружие и стаскивали трупы в один из внедорожников.

– Семён Викторович, спасибо за помощь. Быстро вы их.

– Это Мансуру спасибо, и его парням. Они тут давно уже. Несколько точных выстрелов – и всё.

– Денис, – протянул руку Архипов.

– Мансур. Рад знакомству, – улыбнулся мужчина.

– Спасибо за помощь. Без вас, думаю, всё было бы печальнее.

В ответ он ещё раз улыбнулся.

– Семён Викторович, ну что, как и договаривались? Тачки все я забираю, микроавтобус оставлю, нам он ни к чему. И ещё, там двое раненых. Один тяжело, второй жить будет. С ним что делать?

– Не знаю, Мансур. Кто эти люди?

– Да, известно, кто. Охотники, наёмники. Ловят людей, продают. Мрази те ещё.

– Мансур, там, кстати, какие-то ребята ещё есть, пленные?

– Уже нет. Мы их тоже заберём. Не волнуйтесь, о них мы позаботимся. А Вы берегите себя, Семён Викторович. Всего Вам доброго, – и он пожал всем руки. Отдалившись, что-то крикнул своим ребятам. Относительную ночную тишину вдруг пронзил тихий утробный крик.

– Ё-п-р-с-т, Нина! – сказал Денис и побежал на источник звука.

– Ребята, там ваша девушка? – спросил из темноты Мансур.

– Да, да, наша, – на бегу ответил Денис, пытаясь рассмотреть в темноте силуэты.

– Не стреляйте и отойдите, – скомандовал Мансур своим.

В нескольких десятках метров от машин лежали двое раненых. У одного из них, пригнувшись, сидела Нина и что-то шептала человеку в лицо. Второй же, находясь рядом, издавал истошные, полные ужаса хриплые крики. Двое ребят Мансура, которые охраняли раненых пленных, отошли на несколько шагов назад, и, наведя свои автоматы, молча наблюдали за происходящим. Мансур тоже подбежал, и, дав подзатыльник одному из них, приказал быстро садиться в машину. Все втроём убежали. Денис же, добежав, остановился рядом, подошли Рашидов и Шурик. На шум прибежал Ваня, так как сразу понял, что Нина тут.

– Она что, с тобой приехала? – шёпотом спросил Рашидов.

– У меня выбора особо не было, сама села и после тихо исчезла. Что она делает?

– Понятия не имею, Денис. И я не уверен, что сейчас там Нина.

На появление людей девушка не обращала никакого внимания, она была увлечена своим делом и что-то тихо нашёптывала человеку, лежащему на траве. Его тело часто вздрагивало. Вдруг, замолчав, она положила руку ему на лоб и, наклонившись к его губам, своими сделала несколько глубоких вдохов. Тело человека сразу обмякло, а поднятые в приступах судороги руки упали бессильно на землю.

– Яханта! – зло прошипел профессор.

– Яханта, не смей этого делать, – доставая свой нож, Рашидов быстрыми шагами двинулся в сторону девушки. Нина вдруг резко выпрямилась и обернулась.

– Семён Викторович, доброй ночи. Какая прекрасная ночь! Не находите ли?

Испуганный таким поведением, Рашидов замер на месте.

– Нина!

– Как же прекрасно я себя чувствую. Прямо, летать охота. О, Ваня, милый мой. Спасибо тебе, – очень мягким и ласковым голосом произнесла девушка, подойдя к нему, и взяв его за руки, встала рядом с ним.

Денис медленно подошёл к профессору и краем глаза посмотрел на лежащее тело. В том, что он был мёртв, не было и сомнений. Неестественно исхудавшее лицо и закатившиеся глаза говорили о том, что жизнь покинула тело человека. Лежащий рядом раненый мелко дрожал и не мог произнести ни слова.

– Денис, мне кажется, Яханта встала на нашу сторону.

– Ну что, я этих забираю тоже, – кивнул на лежащих людей Мансур.

– Да, только один двухсотый уже, – ответил ему Архипов.

– Быстро он, я думал, может откачаем, – мужчина подошёл посмотреть на тело.

– Блин! Что с ним произошло? Он весь иссох, что ли? – увидев одного из бывших наёмников, спросил Мансур.

– Не знаю. Может, болел чем. Что ты с ними сделаешь?

– Трупы скину в реку, там их сожрут быстро. А живого откачаем и выменяем. Как они с людьми, так и мы с ними, – ответил мужчина и дал команду своим ребятам – забрать тела. Постоял молча, и ушёл к машинам.

Прошло минут пять, как уехали знакомые профессора, а они всё стояли и размышляли – каждый о своём. Нина вела себя спокойно. Стояла рядом с Субботиным, держа его за руку, и глядела куда-то вдаль, по растерянному выражению лица Вани было видно, что вся эта ситуация ему доставляет сильный дискомфорт.

– Ребят, холодно. Поехали уже, – вынырнув из темноты, сказал Лёня.

– Действительно.

Рассевшись теперь уже по четырём машинам, спокойно преодолели расстояние до дома Рашидова.

В корпоративном доме после этих событий никто не мог себя чувствовать в безопасности, это понимал и профессор, поэтому решение вернуться в портал – на данный момент времени было самым адекватным решением. После быстрых ночных сборов, ближе к утру, колонна с людьми выдвинулась в сторону Вошты, к посёлку за Мёртвым лесом.

Нина после ночного происшествия изменилась, она теперь не теряла сознание, и не фонтанировала эмоциями. Была спокойной и активной. Старалась всегда кому-нибудь помочь и очень привязалась к Субботину. Было трудно сказать, это какие-то чувства с её стороны или же – благодарность за то, что Ваня в своё время для неё сделал. Со многими соглашалась, мало перечила и постоянно говорила, что в мире много зла, и надо с этим бороться.

Паша Нагорный сильно хромал. Его рана не до конца зажила и требовались постоянные перевязки, в другом отношении он был в порядке. В относительном порядке, если не учитывать его побитое лицо. Над ним хорошо поработали, и, видимо, так и не сломали. Сомнений в этом не было. Рассказывал, что иногда его посещали мысли – за ними в итоге не вернутся, и когда закончится то золото, что им оставили, ему придётся искать в этом мире себя самостоятельно, и как-то выживать. Про Дашу отзывался хорошо, а на вопросы Макса, якобы её видели, как она ездила с Юрой, сказал – бред. Она постоянно рядом была, и куда-либо уезжать даже не помышляла.

Почувствовав положительные эмоции, расслабились и Алиса с Глебом. Они сдружились, практически, со всеми ребятами, и тепло общались между собой. Понимая, что пока являются обузой, старались помогать там, где могут, или не мешать.

Рассвет встретили уже в Мёртвом лесу. С того момента, как только Денис увидел в первый раз этот лес, прошло уже несколько недель, а ощущения были – как будто впервые. И не было всего этого. Ни шумунов, ни берсерков, ни тех переживаний, ни стресса, который пришлось пережить. Он с Пашей и Рашидовым ехал на Ниссане. Разбитое боковое окно пока не заменили на новое, холодный утренний воздух бодрил тело и мозги.

– Семён Викторович, а Вы откуда этого Мансура знаете?

Рашидов сидел молча, подставив лицо пробивающемуся сквозь густые ветви деревьев солнечному лучу.

– Давно его знаю. Электриком на шахте раньше работал.

– А сейчас, видимо, уже не по профессии работает?

– Как видишь. Считает себя воплощением справедливости. Но, боюсь, нарвётся в итоге на кого-нибудь. Он тут в округе промышляет. Ищет пропавших за деньги.

– И, прям, хорошие деньги зарабатывает?

– Да ну, основной его доход – имущество, которое он в итоге получает. Но, стоит отметить, что полученные деньги он тратит по уму. Бывает, выкупает иногда людей, которых в рабство гонят.

– Тут, я смотрю, просто, беда с этим.

– Да, есть даже целые города, где аукционы проходят. Ловят новоприбывших и продают. А там уже – на усмотрение хозяина. Девушек используют в борделях, там же и дети. Мужчин – на работы потяжелее. Мир очень жесток в этом плане. Законов нет, так же, как и справедливости.

– А тот же Иерихон, разве не борется с такими явлениями?

– Это главный заказчик, Денис. Слышал даже, что для него иногда прямиком с Земли привозят людей целыми автобусами.

– Ага, я тоже слышал. Эти между собой говорили, что ждут большую партию. Типа, надо быстрее с нами заканчивать и куда-то ехать.

– Паш, когда ты это слышал?

– Да утром вчера, меня вырубили. Я лежал на полу. Они думали, что я без сознания – сказал Паша, потирая свои ссадины и ушибы на лице, – а я очнулся.

– Денис, – вдруг раздался голос Саши по рации.

– Слушай, Денис, далеко до этих лесорубов ехать? Задолбался уже. Спать хочу, – поинтересовался Шурик, и Денис вопросительно посмотрел на Рашидова.

– Осталось недолго, но остановиться там не сможем. Заправимся и – дальше. Надо ехать.

– Саш, поменяйся с Лёней, пока никак.

– Семён Викторович, я так понимаю, нас могут там накрыть тёпленьких?

– Да, думаю, слушок уже прошёл, и этих – ищут. Так что не стоит рисковать ни нашими жизнями, ни жизнями других людей, – ответил Рашидов.

Денис не стал дальше комментировать и с доводами профессора согласился. Слишком много событий произошло за последнее время. Надо тихонечко добраться, отдохнуть и – в портал к ребятам.

Ночная дорога в Мёртвом лесу жила своей жизнью. Встречные машины проезжали часто, чего тут раньше не было. Глядя на это, Денис размышлял, хорошее ли они дело сделали, убрав терроризирующих местных жителей шумунов, или же, всё-таки, нарушили тонкий баланс в системе этого мира. Если же нарушили, то иной мир восстановит всё. А сейчас страх у людей пропал.

До посёлка горняков доехали к ночи, возможно, и быстрее можно было, если б колесо не пробили. А так – без потерь и сильно измотанные, они въехали в спящие улицы. Буквально, недавно они с боем прорывались отсюда, а сегодня он успокаивал своей тишиной и дружелюбием. Гудел в стороне завод, который не мог остановить свои печи, и конвейер работал круглосуточно. Максим предлагал доехать до портала, но Рашидов эту идею не поддержал, как и Денис. Ехать в горной местности ночью среди обрывов было крайне опасно. Семён Викторович показывал дорогу по петляющим улицам до тех пор, пока не приехали к одинокому строящемуся одноэтажному дому на окраине. Как он сказал, посёлок успокоился с момента их последнего тут пребывания, но даже у стен есть уши, поэтому лучший вариант отдохнуть – в этом доме. К полноценному проживанию дом не был готов, хотя и крыша и пол уже были. Даже окна вставлены. Но ни мебели, ни каких-либо других удобств. От них Рашидов ушёл пешком, пообещав утром вернуться.

– Тащ майор, разрешите мне первому на охрану, – прихрамывая, подошёл Нагорный к сидящему на обструганных досках внутри дома Денису.

– А чего так? Не устал, что ли? – вопросом на вопрос ответил Денис.

– Ну а чего, я всю дорогу почти спал. Все бока болят. Теперь спать вообще не хочу, а ребята отдохнут.

– Паш, расскажи подробнее, что за люди были, и как они вас поймали?

– Ох, – как-то по-старчески сказал Нагорный, и, подвинув стоящий рядом табурет, присел, вытянув перевязанную ногу вперёд. И продолжил:

– Как я понял, Даша где-то засветилась, а может, и не она. Нас этот водила привёз к себе. Он, кстати, в этом же посёлке живёт. Мы у него переночевали, он врача какого-то привёл, после отвёз в эту гостинцу. А врач сперва каждый день приходил, повязки менять, потом научил Дашку и перестал. Юру, водилу, мы больше не видели. Даша иногда выходила купить поесть и тряпки для перевязки, и всё. Админа гостиницы видели, когда заселялись, а так она иногда звонила в комнату и спрашивала, как долго ещё будем жить. Ну и за день, как вы приехали, Даша как обычно, ушла, ну и вернулась с ними. Меня вырубили сразу я даже встать не успел, а очнулся в каком-то доме привязанный. Ну и вот. В соседней комнате ещё пара девчонок была, и парни, молодые совсем.

– Спрашивали, чего?

– Да, откуда мы, как командира зовут. Кстати они в курсе были, что Вы – майор по званию. Общались в основном на русском, но среди них и пара негров была. Они по-французски, а этот главный с ними по английски разговаривал. У меня от их болтовни голова пухла. Что-то говорят, хрен пойми, что. Как я понял из разговора, они приехали за каким-то товаром, и должны были куда-то ехать, кого-то встречать, но им, типа, улыбнулась удача, и кто-то им слил нас. Они хотели нас с собой увезти, но тут появились Максим и Лёня. Возможно, администраторша им сообщила, их прямо там и взяли. Но это уже у Макса надо спрашивать. Я в тот момент не в курсе был вообще, что за нами кто-то приехал, и больше волновался, чтобы Дашку не трогали. Эти черномазые постоянно к ней лезли.

– То есть, ты думаешь, что они случайно на вас вышли? Ты, вроде, лицом-то не очень светился, откуда они могли тебя узнать?

– Не знаю, тащ майор.

– А ты им что-то сказал?

– Да чего я им скажу-то? Я скажу, а потом вас всех порешают… Да ну, на хрен.

– Ладно, К Шурику подойдёшь, у него там в пикапе есть несколько автоматов. Возьмешь, какой понравится. Ну а с одеждой я тебе совсем не помогу. Ты как бомж выглядишь. Может, у кого из парней осталась ещё форма. Ладно, давай, бди. И на улице не торчи, тут, говорят, совы какие-то летают.

– Филины.

– Ну да, ну да. Типа, филины, – усмехнувшись, ответил Денис.

Архипов сидел, глядя в одну точку, борясь со сном, и думал. Случайность ли то, что на них вышли какие-то наёмники, или же их, действительно, выследили? Возможно, что та гостиница была местом, откуда забирали одиноких людей, а тут звёзды сошлись, и получилось то, что получилось. Ладно, все живы, здоровы, и отлично. Всё остальное утром. Надо переспать со всеми мыслями, и на свежую голову решать все эти загадки и вопросы.

Глава 4

– Тащ лейтенант! Разрешите войти, – у дверей стоял Диденко и переминался с ноги на ногу.

– Чего хотел? – Качанов удивлённо посмотрел на матроса. Они обычно в это время или спали, или играли в нарды. Свободного времени было достаточно, поэтому многие вспомнили свои таланты и умения. Оказалось, что кто-то умеет резать по дереву и мастерить настольные игры, кто-то обращался с топором мастерски, за время самоизоляции подразделения в портале сделали для себя и шашки, и нарды.

– Мы тут фотки смотрели с Андрюхой. Из последнего портала, где деревня, заброшенная была. Ну вот…

– Хорош уже вокруг ходить, – поторопил матроса Сергей.

– Короче, тащ лейтенант, если приглядеться, то на стене есть схема. Местами штукатурка упала, но разглядеть можно.

– Да ну, во глазастые. Ну-ка давай, показывай.

Тут из-за двери вышел Полуэктов, который в руках держал блокнот. Положил на стол, открыв нужную страницу, где карандашом и линейкой были начерчены линии. Если просто посмотреть со стороны, то казалось, что это рисунок маленького ребёнка, которому в руки дали линейку и горстку карандашей.

– Вот, смотрите, видите, точка, а от неё линии идут, – и Руслан на телефоне показал фотографию, которую ребята сделали, находясь в разрушенном здании, похожем на храм.

– Если продолжим эту линию, то следующая точка будет – вот у этого пятна синего цвета. А другая линия идёт уже к чёрной точке. Понимаете? – лицо Андрея сияло так, как будто он сумел прочесть зашифрованные послания индейцев майя.

– Нет, не понимаю. От вот этой точки показаны три линии, потом у нас кирпичи, а потом мы видим точки синего и чёрного цвета – показывая на фотографию, сказал Качанов.

– Тащ лейтенант, если вспомнить, вот, смотрите на схему. Мы находимся тут, то линия, ведущая к синей точке, это выход к побережью и к морю, а чёрная точка, хотя это треугольник, это горы, куда вышли командир с ребятами. А вот эта линия ведёт, видимо, к самой деревне разрушенной. На фотке её нет. А самое интересное, тут есть ещё такие же, – И Андрей показал фотографии с частично сохранёнными изображениями на стене.

– То есть, вы, проанализировав все фотографии, сделали примерную схему того, что там изображено в целом, и считаете это схемой порталов?

– Так точно, тащ лейтенант. По фоткам мы насчитали их около двенадцати. Возможно и больше, но где-то штукатурка отсутствует, и не представляется возможным увидеть, – ответил Полуэктов.

– Чей мозг отличился гениальностью?

– Да вон, Андрюхин мозг, тащ лейтенант, – ответил за своего товарища Диденко.

– Красавцы. А ты, Полуэктов, вдвойне красавец. А теперь – берите ещё двоих и дуйте туда со своей схемой, и сличите точнее с оригиналом, ну и попробуйте панорамно как-то это сфотографировать. Если сможем привязаться к местности и расшифровать, у нас будет карта этих порталов. И не надо будет вслепую солярку сжигать – улыбаясь сказал Качанов, и вместе с ребятами вышел на улицу.

Привыкшие к постоянной готовности, матросы собрались на задание достаточно быстро, и уже спустя десять минут стояли у выхода, чтобы покинуть портал. После короткого инструктажа они поочерёдно исчезли на выходе, а для Качанова началось утомительное время ожидания. Каждый раз, когда группа уходила на задание, у неё был риск не вернуться. Даже Егор, уже привыкший к жизни в этом мире, и показавший себя хорошим охотником, рискует каждый раз.

Ветхое каменное здание никуда не пропало, появилось ощущение, что парни отсюда не уходили совсем. Выйдя из портала, Руслан и Полуэктов начали тут же искать стену с рисунками, а Антон Калюжный и Зинихин пошли к воротам, чтобы прикрыть в случае опасности. Тут могли быть и звери, и люди. Кто опасней из них – можно было долго спорить.

– Ну чего, ты сфоткал?

– Нет ещё, отойди в сторону. Обалдеть, конечно, карту нарисовали, почти на всю стену. Я бы вот так вот – вообще не увидел бы. Если не приглядываться, то на фоне всех рисунков, пятен и трещин эти линии вообще не видны – сказал Руслан, пытаясь сфотографировать на смартфон всю стену целиком.

Андрей же стоял в стороне, и прорисовывал на своей схеме новые символы и обозначения, соединяя их линиями так, как было изображено на стене. Где-то приходилось включать логику и фантазию, чтобы понять тот или иной символ, или протянуть линию, которая обрывается из-за того, что осыпалась штукатурка.

– Руся, слышишь. Это же охренеть просто. Слушай, сфоткай ещё каждую точку. Смотри, какие интересные знаки. Вот что это – несколько вертикальных линий, и образуют по форме квадрат? А вот этот? – Андрей ходил, изумлённый своей находкой. Он был горд собой, что, благодаря ему нашлись такие интересные и, возможно, очень для них полезные рисунки тех, кто жил тут десятки лет тому назад.

– Пацаны, идите сюда! – Калюжный вдруг появился в створе выбитой части ворот, закрывающих здание, и шёпотом их позвал.

– Чего там? – басисто спросил Диденко.

– Да что ты орёшь-то. Там голоса.

– Качанов сказал – сфоткать и вернуться. Куда ты собрался идти? – уже более тихим голосом спросил Руслан.

– Надо проверить. Если это наёмники или ещё кто, надо их нейтрализовать или помощь позвать до того, как они выйдут на нас, – продолжал Калюжный.

– Он прав, про голоса, по-любому, надо будет доложить Качанову, а он спросит, чьи голоса, сколько их, чем вооружены и так далее. И придётся вернуться, а не доложить – не имеем права. Так что, пошли, – прокомментировал ситуацию Полуэктов, который дорисовывал последний участок видимой схемы на стене.

На улице Зинихин, уже укрывшись за ближайшим холмиком, вслушивался в человеческую речь, остальные пригнувшись и стараясь не шуметь, заняли позицию рядом.

– Прямо в сторону леса, метрах в семидесяти, – показав в сторону, шёпотом сказал Саша.

– Андрюха, Руслан, обходите справа, мы слева. Смотрим, кто такие, тылы не забываем, это, может, разведгруппа, а основные силы идут сзади. Хотя – была б разведка, так не шумели бы. Но всё же, смотрим в оба глаза и не подставляемся, – на правах старшего приказал Калюжный, и, сняв с предохранителя автомат, пригнулся и побежал к ближайшей развалине. Ребята последовали его примеру.

Сделав небольшой крюк вокруг предполагаемых людей, Антон с Зинихиным остановились, скрываясь за стволом поваленного дерева, и вслушались, пытаясь определить, где незваные гости. Прошло секунд тридцать, но звуков не было, и Калюжный чуть привстал, чтобы посмотреть. Сразу за деревом дорожка, заросшая травой, сворачивала круто направо, обходя чей-то дом, который из себя представлял сейчас небольшую кладку камней с бурной растительностью. Возле разрушенной стены стояли двое молодых парней с небольшими рюкзаками, которые беспечно рассматривали какое-то растение. Один достал хорошую зеркалку и начал что-то фотографировать со всех ракурсов, при этом достаточно громко комментировал на непонятном языке. Зинихин посмотрел на Антона, и, подняв слегка брови, кивнул в сторону парней, на что Антон пожал плечами и тихо сказал.

– Да хрен его знает. Может, испанский.

Ребята смотрели молча. Парни, закончив фотографировать, двинулись дальше, что-то громко обсуждая, прошли мимо поваленного дерева и направились к большому зданию, где как раз находился вход в портал.

Антон и Саша смотрели в спину отдалявшихся людей, не сговариваясь, быстро встали и направились следом, держа своё оружие перед собой и не пытаясь как-то скрыться. Увидев это, наблюдавшие с другого фланга Руся и Полуэктов встали в полный рост и перегородили парням дорогу, изрядно их напугав. Было даже слышно, как один из них от неожиданности слегка взвизгнул, а может это и показалось. Но их испуг был очевиден. Увидев автоматы и злобные небритые лица в какой-то незнакомой для них военной форме, они сразу задрали свои руки вверх и начали быстро что-то говорить. Тут со спины подошли Саша с Антоном.

– Кто такие? – слегка ткнув стволом автомата между лопаток одного из них, громко спросил Калюжный. В ответ была частая и невнятная речь на знакомом для слуха, но непонятном для мозга языке.

– Испанишь? – спросил Руся.

– Ноу, ноу, ноу, – испуганно начал отрицать один из парней пытаясь попятиться назад, но, упёршись в ствол автомата, остановился, и, побледнев, покрылся лёгкой испариной. Было видно, что человек очень напуган.

– Русь, походу, гражданские с земли, – поставив на предохранитель и убирая за спину автомат, сказал Антон.

– Стволы опустите, не пугайте людей. Саш, а ты чуть в сторону и держи их на прицеле, – более мягким голосом приказал Антон и вышел из-за спины парней.

– Ху а ю? – посмотрев в лица парней спросил Антон, разглядывая их с ног до головы. Это были обычные, ничем не примечательные люди. Оба были слегка смуглые, видимо из какой-то южной страны, одеты легко, в шортах и белых кроссовках. Футболки, небольшие рюкзаки, и в дополнение – хорошая никоновская зеркалка с большим объективом.

– Ю спик инглиш? – вдруг оживился один из парней, глядя с надеждой на Антона, чтобы объяснить ему, что произошло какое-то недоразумение, и они тут случайно.

Но громогласное "ноу" тут же оборвало соломинку надежды.

– Ну, ёшкин кот, ещё одни пассажиры. И что вот с ними делать? Английский кто-нить знает? – смотря на молодых парней, спросил Полуэктов.

– Командир знает. Но его пока нет. Может, это засланцы какие, под дураков косят? – уверенным голосом сказал Саша, не опуская свой автомат.

– Ты когда-нибудь видел таких засланцев? Да они ж уже кирпичей накидали кучу, можно деревушку эту отстраивать. Ладно, пошли ближе к выходу, а то стоим тут, тополи на Плющихе – сказал Антон и кивком головы дал понять парням, чтобы следовали за ним.

– Так, дай сюда свой аппарат! – сказав, Диденко снял с шеи одного фотоаппарат, и, включив, на ходу стал смотреть фотки.

– Не то, не то. Цветочки какие-то, но земные пока, – с улыбкой сказал Руслан, идя следом за всеми.

– Португальцы это, смотрите, – показал на маленький португальский флаг в виде наклейки на рюкзаке, сказал Зинихин.

– Реал, Рональду, Португалия? – повернувшись, произнёс Антон. И тут оба парня дружно закивали и заулыбались.

– Ох. Ну что, к Качанову ведём. Не оставлять же их тут, до утра точно не доживут.

– Может, оставим, всё-таки, тут? Пусть идут дальше, куда шли, зачем нам лишний головняк и рты. Какая от них польза, фотки делать?

– Ну, хотя бы… Как-то не по-людски это, Саш. И как ты после этого спать будешь, зная, что оставил двоих на верную смерть?

– Да нормально, проживу. Ладно-ладно, что так смотрите-то. Видно, что гражданские. Пошли. Вот, Качанов обалдеет от такого пополнения.

Не успел Антон даже приподнять ногу для того, чтобы пролезть через щель в воротах в разрушенный храм, по крайней мере ребята, которые тут были, именно так это здание и называли, послышался шум работающего двухтактного двигателя. Морпехи переглянулись, и, не сговариваясь, спрятались за близлежащие развалины, при этом дав понять иностранцам, чтобы рты держали на замке. Сделать это было просто, надо было лишь прижать палец к губам. Знак интернациональный, и чтобы понять, не надо знать языки. Тем временем шум быстро приближался, и в какой-то момент сквозь заросли кустов стало видно источник. Виляя между камнями и развалинами, по дороге ехали двое на квадроцикле. Как только водитель заметил, что дорога упирается в большое относительно других построек здание, сбавил ход и остановился. Двое парней славянской внешности огляделись. Были они без шлемов, а в обычных чёрных одинаковых кепках. Оба в серых комбезах, а за спиной небольшие пистолет-пулемёты. Не самое грозное оружие в этих лесах. Что за модели, ребята, сидевшие в кустах идентифицировать не смогли, просто-напросто, не видели никогда таких. Заглушив двигатели, парни привстали со своих мест, оглядываясь по сторонам. На вид каждому было не больше двадцати пяти лет.

Иностранцы испуганно прижались друг к другу и не отводили взгляда от нацеленного на них автомата в руках Саши Зинихина, они понимали, что попали в какую-то крайне неприятную для них ситуацию. Знали бы они, что ситуация не то что неприятная, а царь среди неприятностей в их жизни, возможно, вели бы себя иначе.

– Бля, Валера, ну вот и где они, – выругавшись, один из парней слез с квадроцикла и, достав сигарету, закурил. Лёгкий табачный дым своим ароматом тут же заполнил всё пространство вокруг, возбуждая дикое желание закурить у ставших с недавних пор некурящими Калюжного и Диденко.

– Не ори ты, распугаешь всех. Далеко они не могли уйти. Что там узкоглазый этот говорил? – не слезая со своего места сказал второй.

– Рава, это Валера. Мы в трёх километрах восточнее склона. Тут какая-то деревушка заброшенная. Как понял меня, – достав небольшую рацию, сказал один из парней, которого, судя по всему, зовут Валерий. Рация что-то прошипела в ответ и затихла.

– Сейчас этот придурок приедет. Куда дальше ехать?

– Я откуда знаю? Надо разворачиваться. Нам ещё до лагеря доехать, а скоро стемнеет.

Слыша весь разговор, ребята тихо сидели, рассуждая каждый о своём. Но каждый знал, что не только иностранцы попали в неприятность, но и они. Так как если эти двое, а вслед за ним ещё кто-то едет, увидят их, то возможна и перестрелка, или же – им их придётся просто убить.

– Куда тут ещё пойти-то можно?

– Да в том-то и прикол, что со склона – только сюда. Они или где-то прячутся, хотя не должны. Мы же их, типа, ищем, и – спасители, или сдохли. Ехали, видел лавандовую пантеру. Тварь сидела, глазела на нас, я думал, побежит. Но, видимо, сытая. Задолбался я уже тут бегать за новенькими. Когда же нормальное дело дадут? Хрен чего на них заработаешь.

– Да хорош ныть. Живём почти в городе. На бухло и баб денег хватает. Что те надо-то ещё? Во, едет, слышишь, – подняв палец вверх, прислушиваясь, сказал Валера и пешком медленно пошёл по дороге навстречу шуму мотоциклетного двигателя.

– Бабла мне побольше надо. Чтобы свалить отсюда. Куда ты пошёл-то? Что он, сам не доедет, что ли? – крикнул вслед второй парень, сидящий на квадроцикле, и, сплюнув на землю, проводил взглядом спину удаляющегося товарища.

Как только Валера скрылся за кустами, Антон кивнул Руслану и оба, подскочив, ринулись к квадроциклу, думая, что, буквально, за секунду преодолеют те пять метров, которые отделяли их от парня, но время тянулось бесконечно долго, как в съёмке с эффектом замедленного движения. Мышцы в ногах напрягались, но расстояние преодолевалось мучительно долго и тот, возможно, услышав шорох или же стук отскочившего камушка от ботинка, водитель, сидевший за рулём, начал поворачивать голову на звук за его спиной. Время мгновенно вернулось в своё русло, и Руся, неожиданно для себя, как будто выполняя команду на плацу родной воинской части «прикладом бей», выпрямил правую руку с автоматом, и тяжёлый приклад прилетел в скулу парня, от чего тот, не особо понимая происходящее, резко развернул от удара голову, потерял сознание и начал заваливаться вперёд. От падения его спас Антон, тут же схватив удушающим за шею. Быстро убедившись, что парень готов, Калюжный потянул его и стащил на землю. Второго на горизонте ещё не было видно, а треск двигателя становился всё ближе, и морпехи, подхватив бездыханное тело, потащили его обратно в кусты. Действий было много, но сработали слаженно, и достаточно быстро управились, буквально, секунд за пятнадцать. Диденко сам не ожидал, что так получится. Как можно вырубить человека прикладом, он видел только в фильмах, в реальности же он сомневался в этом. Но получилось очень даже хорошо, и к моменту, когда из-за поворота появился второй квадроцикл с одним человеком и следом идущий парень, все были на своих позициях, а Полуэктов смотрел, чтобы, если вдруг бессознательное тело начнёт приходить в себя, предупредить остальных об этом.

– В здание заходили? – остановив квадроцикл рядом с первым, спросил водитель Валеру, который, оглядываясь, искал своего товарища.

– Да не, мы только подъехали. Я тут не был никогда. Сева, ты где, бля?! – прокричал он, подойдя к бесхозной технике.

– Новеньких не видели? Куда они могли деться-то? Мы Шараю денег торчим за пятерых. Если до конца месяца не отдадим, он же нас порешает.

– Да помню я, что напоминаешь-то. Следы ведут сюда, а куда делись – не знаю. Тут и деваться-то некуда. Может, прячутся где. И что это за новенькие-то? Вдруг старьё какое, так за них особо бабла не дадут.

– Ты их видел? Китаец что сказал? парни, молодые. То есть, продать можно нехило так. Жаль, не девки или дети. Бля, где этот придурок? Иди посмотри, вдруг по нужде отошёл, – скомандовал мужчина за рулём и, выключив мотор, слез на землю.

– Сева, ты где, бля! – Валера, крича, начал двигаться в том направлении, где среди развалин в кустах сидели Зинихин с Калюжным и двумя иностранцами. Расстояние сокращалось, и желание нажать на спусковой крючок возрастало, чтобы данную ситуацию завершить уже, и вернуться в безопасный портал.

– Руки! – вдруг громко прокричал Антон, и, встав на ноги, направил автомат на Валеру, который от неожиданности присел на пятую точку и попытался отползти. В этот момент прозвучал неожиданно громкий выстрел. Стоявший у квадроцикла мужчина стоял, слегка покачиваясь, держа в опущенных руках короткий пистолет-пулемёт. Обернувшись, он посмотрел на Руслана, который, встав в полный рост после одиночного выстрела держал его на прицеле. Валера смотрел то на Антона, то на своего товарища, вертя головой. Глаза его передавали весь ужас той несправедливости, которая, по его мнению, постигла их. Тело мужчины шумно упало на землю, обозначив сие ударом железного оружия о каменное покрытие. Валера, сидящий на земле, от этого звука дёрнулся и хотел взяться за своё оружие, но наведённые на него откуда-то появившиеся стволы автоматов усмирили его и заставили поднять руки.

– Мужики, не стреляйте. Свои. Вы чего беспределите? – начал менее уверенным голосом говорить он.

– Не верещи, кто такие?

– Да мы от Шарая. Вы его что, убили, что ли? – вытаращив глаза на тело лежащего на земле человека, спросил Валера.

– Дёрнешься, и ты умрёшь. Свой вопрос второй раз задавать не буду! – грубо сказал Калюжный и ткнул дульным тормозом в лоб парню.

– Понял я понял. Только не убивайте, вы что. Вы же тоже русские. Зачем своих убивать-то.

Звучный выстрел пронёсся по развалинам, и пуля, отрикошетив от камня, улетела в неизвестном направлении. Валера вжал голову в плечи, зарыдал, громко всхлипывая и что-то говоря.

Руся, толку от него мало. Отведи его подальше и кончай, – громко сказал Антон и, забрав диковинное оружие у Валеры отошёл. Диденко подойдя взял парня за шкирку и потащил, от чего тот ещё громче начал выть.

– Не надо, не убивайте меня, пожалуйста. Я не хотел. Меня заставили. Это всё Шарай. Он требует от нас людей. Мы просто ловим и всё. Не убивайте меня! – почуяв свою смерть, начал умолять парень.

– Что за Шарай? – остановились, спросил Руся.

– Шарай! Шара, он злой. Он людей продаёт. Особенно девчонок. Сперва пробует каждую, а после продаёт. А если какая упорная попадается, то убивает. Он больной на голову психопат. А мы просто новичков ловим, тут часто выходят. Мы их просто ловим, и всё. Мы никого не убиваем и не трогаем, – почувствовав надежду в голосе Диденко, начал оправдываться парень.

– Пацаны, пипец, головняк прилетел. И что с этими делать-то? Пришли пофоткать, блин. Один двухсотый и четыре лишних рта. Может, вальнём этих двоих, а иностранцев с собой заберём? – поднявшись на ноги и убирая оружие за спину, предложил Саша Зинихин.

– Не надо, не надо меня убивать. Я всё расскажу. Я знаю где они живут!

– Да заткнись ты уже, – перебил парня Калюжный.

– Андрюх, спрячь в кустах технику. Придётся тащить всех к Качанову, а он уже разберётся. Думаю, даже прям уверен, что эти двое много чего интересного расскажут. Слышь, чучело, где твой Шарай живёт? – ткнув для устрашения стволом в лицо, спросил Антон.

– Да тут рядом, час езды. А вы что, не местные, что ли? – поняв, что его не убьют, набрался смелости Валера.

– Тебя это не должно в данном случае никак волновать, Валера! Жопу свою подорви с земли! – прикрикнул на него Саша Зинихин.

– Так это вы их поймали? – увидев двух иностранцев, которые вышли из-за кустов, хотел спросить парень, но, получив хороший толчок прикладом в спину заткнулся и пошёл в направлении ворот разрушенного храма.

Убрав квадроциклы в кусты и спрятав труп с помощью испуганных иностранцев, которые, не говоря ни слова поняли сразу, что надо сделать, ребята стали у входа в портал. Кореш Валеры стоял рядом с ним, держась за голову и не особо понимая, что происходит. Как только пришёл в себя с помощью мощных пощечин Полуэктова, пытался возмущаться, но увидев направленное на него оружие понял, что стоит заткнуться и делать то, что велят.

– Ну что, пошли. Я первый, после – иностранцев, потом эти двое, а только потом вы – сказал Калюжный стоя на небольшом пьедестале перед одной из стен разрушенного храма. И сделав шаг вперёд тут же исчез, чем привёл в дикое удивление всех находящихся, кроме своих сослуживцев.

– Тащ лейтенант, у нас тут проблемы небольшие, – сказал Антон, как только оказался внутри портала.

Исчезновение человека внутри разрушенного здания прямо перед глазами Валеры сыграло роковую роль. Если Сева стоя думал, как притушить боль в скулах и не обращал внимания на то, что происходит вокруг, Валера толкнул стоящего рядом Андрея и побежал к выходу.

– Стой, стой, идиот. Стрелять буду! – с этими словами Руся сделал выстрел в воздух, но должного эффекта это не произвело.

– Бля, прости парень, – тихо сказал Руслан и ещё раз нажал на спусковой крючок. Второй выстрел прозвучал более гулко, отметив, что очередной человек покинул этот мир. Покинул его, чтобы уйти туда, где все люди в конце концов окажутся.

– Ну ёлки палки, Руся! На хрена? – глядя, как парень ничком упал, выставив руки вперёд, сказал Полуэктов.

– Ну, а что ты хотел?! Чтобы он завтра сюда целую роту притащил? И всех нас перебили бы на хрен? – матерясь, ответил вместо Диденко Саша Зинихин и подойдя к лежащему на полу здания парню потрогал его пульс у сонной артерии.

– Жив ещё, но не жилец. Сейчас, секунд через пятнадцать потеряет сознание и уйдёт. Руся, очнись уже. Иди помоги оттащить в сторону. Придём потом, похороним. Идиот идиотом, но по-человечески схоронить надо – сказал Саша застывшему неподвижно Диденко.

Двое иностранцев и Сева стояли неподвижно. Водитель квадроцикла видимо даже забыл про свою боль, в шоке от увиденного.

– Ну что встали, вперёд! – приказал Саша, вернувшись к людям и подтолкнул иностранцев к невидимому входу в портал. И, посмотрев на своих ребят, шагнул следом. Остальные не заставили себя ждать, через секунду появились внутри портала, где уже стояли Качанов, Калюжный и Орлов с Базаровым.

– А где ещё один? – не увидя пленного парня, спросил Антон.

– Сбежать пытался, я не хотел, – склоняя голову, ответил Руслан.

– Там он остался, завтра похороним. Надо будет ещё наблюдение выставить, вдруг их искать будут. Нельзя было иначе, всего секунда была на принятие решения. Всё правильно он сделал, – вновь на защиту своего товарища встал Саша Зинихин.

– Ладно, идите отдыхайте. Бато, всех троих в избу. Калюжный, Орлов – туда же. Я сейчас подойду, – приказал Серёга и подошёл к Диденко.

– Русь, оружие сдай дежурному и иди отдохни. Полуэктов, он на тебе. Будь рядом. Понял! И ещё, как закончу с этими, заходите со своей схемой, покажите, что там по начертили.

– Так точно, тащ лейтенант – норм всё будет.

Сергей направился к избе, куда под пристальным взглядом почти всех морпехов проводили троих новых людей.

Небольшой переносной фонарик над столом освещал стены. Качанов, приготовившись писать, сидел над листком бумаги и крутил в пальцах карандаш. Двое испуганных иностранцев сидели на полу, прижавшись к друг другу, а Сева стоял, гордо подняв подбородок, всем своим видом показывая, что ничего он не скажет, и пошли все в одно всем хорошо известное место.

– Антон, ты говоришь, эти двое русского не знают? – кивком показывая на иностранцев, спросил Качанов.

– Так точно, тащ лейтенант. При себе вот, были рюкзаки. Содержимое на столе, – показывая на другой конец стола, ответил Калюжный. А там кроме вышеназванного фотоаппарата были ещё пара смартфонов, бутылка воды, лёгкие куртки и что-то по мелочи, типа зарядки, ножика.

– Бато, куртки-то дай людям, замёрзли, наверное. Ладно, уведи их отсюда. Объясните им, если чего задумают, придётся тоже раньше времени из этого мира эвакуировать на тот. Покормите, и в дежурку. Пусть там под присмотром дежурного и дневального ночуют. Утром разберёмся. У нас тут более интересный кандидат есть, и судя по выражению лица, нас ждёт бессонная ночь, – с усталой улыбкой сказал Качанов, глядя на несговорчивого парня.

– Ну что, в твоих же интересах познакомиться. Вопросов у нас к тебе не много, и, увидев всё вокруг, ты, наверно, прекрасно понимаешь, что дороги отсюда тебе нет. Бато, по пути увидишь Егора, позови пожалуйста, – начав говорить сперва парню, а после – уходящему из избы Базарову сказал лейтенант.

– Всеволод.

– Всеволод, и всё?

– Да. Фамилия моя ни к чему, да и незачем она.

– Какой ты, на хрен, Всеволод, ты и Севу ещё не заслужил, – прокомментировал стоящий рядом Орлов.

– Хорошо Сева. Очень хорошо. Ты знаешь, кто мы?

– Понятия не имею, наёмники, наверное, какие-нибудь с Иерихона.

– Ты знаешь этот город?

– Да кто ж его не знает-то. У нас почти все мечтают там жить. Денег бы только заработать, чтобы переехать туда. Зачем вы пацанов убили?! – с явной злостью посмотрев в глаза Сергею спросил парень.

– Ты и сам прекрасно знаешь, от чего гибнут тут люди. У самого-то, поди, руки по локоть в крови. И чем ты зарабатывал, чтобы переехать в Иерихон?

– Так вы оттуда? Я могу на вас работать. Что делать-то надо? Я много чего умею.

– Стоп стоп, осади коней. Давно ты в этом мире?

– Года два уже. Как и многие, случайно попал. Чуял тогда, что не стоит идти, да и маманя говорила. С Омска я.

– Про маму потом расскажешь. Чем занимался и что делал в том районе, где тебя поймали.

– Да вон, тех туристов искали.

– Дальше рассказывай. Не жди, пока спрошу.

– Есть чувак, зовут его Шарай. Он торгует. Мы, короче, ловим, ну, или крадём, как получится, а он возит их в Дошпорт. Говорят, туда приезжают с самого Иерихона за товаром.

– То есть, работорговля?

– Ну а что? Чем тут ещё заниматься-то? Или ты продашь, или тебя.

– Может, и тебя продать? Как раз молод ещё, пару лет на карьере – точно сможешь поработать, а после – там же и похоронят. Правда, за тебя особо много денег не дадут, – сказал Качанов и замолчал на несколько секунд, глядя в лицо Севы.

Парень же изменился в лице, потеряв свою гордость, глаза его забегали.

– Ну, чего замолчал?

– Не надо. Вы же тоже русские. Зачем своих продавать-то, – его громкий голос от страха сорвался на шёпот.

– То есть, ты прекрасно осведомлён о том, что происходит с людьми, которых вы продаёте. И я почему-то уверен, что национальным вопросом ты никогда не задавался.

– Да там не рыпнешься, Шарай мог завалить любого. На ближайшую округу он хозяин. С ним даже в Дошпорте считаются и не лезут.

– А сам где он живёт? И сколько людей у него?

Сергей, звал? – вдруг в дверном проёме появился Егор с большим ножом, видимо, мясо разделывал.

– Да Егор, заходи. Сядь, послушай, вдруг добавишь, чего интересного. Ну так что там насчёт количества?

– Дом у него, в Спарте.

– Где?

– Посёлок Спарта. Он сам его так назвал.

– Он посёлок основал, что ли?

– Да не, отжал у кого-то, местных разогнал. Мне так рассказывали. Когда я попал сюда, всё так уже было. Людей у него много. Около десяти групп поиска, я в одной из них был. То есть, теперь уже девять групп. Конвойные, пятнадцать человек, ну и, собственно, охрана. Там уже заядлые головорезы. Точно не знаю, сколько их. Пацаны, а дайте воды, а? Пить хочу.

– А чего-раньше-то не спросил.

– Да я думал, вы меня пристрелите сразу, а вроде нормальные парни. Возьмёте меня к себе?

Попив из фляжки, которую протянул Калюжный, Сева продолжил:

– Ну вот, всю чернуху, в основном, они делают. А мы вот просто, ищем по наводке.

– И кто вас наводит?

– Ну, иногда местные, а так – во всех рядом лежащих деревнях люди есть, которые ищут. Ведь за каждого новичка им тоже причитается. Понимают, что если новеньких на продажу не будет, то их самих тянуть начнут.

– Как интересно всё у вас устроено. Так, через сколько на ваши поиски отправят людей, и кто знает, что вы в этом районе?

– Я сомневаюсь, что отправят. Утром на сборе заметят, что нас нет. Да и спишут. Убежать мы никуда не можем. Подумают, что зверьё сожрало. Такое часто бывает.

– Егор, – произнеся имя вслух, Качанов повернул голову к сидящему рядом бывшему наёмнику.

– Про посёлок Спарта я не слышал, да и вообще, плохо понимаю, куда ведут выходы. Но, про Дошпорт слышал. Одно из крупнейших мест, где людьми торгуют. В самом городе не был. Но бывшие мои товарищи ездили туда кого-то сопровождать. Тут он не врёт.

– Печально. Средневековье какое-то, да, тащ лейтенант – сказал Калюжный.

– Так вы что, не наёмники, что ли?

– Сева, ты не в том положении, чтобы вопросы задавать. И так с тобой тут слишком мило общаемся.

– Молчу, молчу.

– Тащ лейтенант, разрешите? – постучав, у входа появились Полуэктов и Диденко.

– Да, ребята, заходите. Всё, Егор, спасибо. Калюжный, Орлов. Этого красавца – на губу, и дайте ему одеяло, чтобы ночью не замёрз. Балонову скажи, чтобы организовал пост охраны, а если надумает куда бежать – действуйте согласно уставу.

– А у вас есть пожрать чего? – уже выходя в дверь, подталкиваемый Антоном, спросил Сева.

– Завтра поешь, – бросил вслед ему Качанов.

– Не много барахла-то. Я думал, может у них ноутбук есть, хотя бы, – рассматривая разложенные на столе вещи, сказал Диденко.

– Руся, как ты? Нормально всё?

– Так точно, тащ лейтенант. Всё хорошо, если вы про это спрашиваете.

– Ну что там у вас, прочертили всё? Нарисовали?

– Ага, сейчас покажу. Русь, фотки покажи. Вот смотрите, – и Андрюха, достав свой блокнот, начал показывать схему, которую он перерисовал со стены разрушенного храма. Качанов принёс заранее подготовленную схему, которую они прорисовывали с первого дня, как попали в этот мир со всеми направлениями и расстояниями. И по их предположению, если смогут найти хоть небольшой участок местности, который совпадёт со схемой, то вполне смогут сориентироваться в Ином мире.

Вдруг тишину, которая нависла над поляной, разорвал громкий рёв двигателя, и буквально через мгновение шум усилился второй машиной.

Качанов, громко выругавшись матом, схватил автомат и побежал к двери, а Полуэктов и Диденко начали в спешке убирать бумаги и блокнот к себе за пазуху, с одной мыслью, чтобы сохранить или же – не дать тем, кто ворвался на поляну.

Сергей выскочил на поляну и увидел у одного выхода две машины, и тут же следом, светя фарами, залетела третья. Стрельбы слышно не было, а к нему навстречу бежал Базаров.

– Тащ лейтенант, тащ лейтенант. Наши вернулись, – радостно сказал он и, развернувшись, побежал обратно. Качанов взял автомат на плечо и пошёл встречать командира, по пути заправляясь.

Из первой машины вылез Максим Усков, Сергей тут же подошёл к нему, и, крепко пожав друг другу руки, они обнялись.

– Как вы? Остальные-то где? – увидев, что из второй машины тоже выходит только водитель Лёня, спросил Качанов.

– Здорова Серёга!!! – Макс от радости увидеть вновь своего товарища, хлопал ладонями по плечам и спине.

– Нормально всё, остальные пешком. Не особо были уверены, что именно здесь то место. Поэтому тачки вперёд, а люди пешком потом. Смотри, какой басик мы замутили, – показывая на микроавтобус немецкого автогиганта, сказал Усков. С водительской стороны уже вышел Ваня Субботин и здоровался со своими друзьями.

– Так, Серёга, строй народ. У нас там с личным составом небольшие изменения произошли, и боюсь, весь этот цирк ей не особо понравится.

– Девушка новая, что ли?

– Ну, не прям, новая. И… Короче, потом расскажу, – не договаривая, сказал Макс и пошёл строить личный состав, который бурно и радостно реагировал на возвращение группы.

Остальные, как сказал Усков, пешком, по-походному, постепенно начали заходить в портал. Первая шагнула в пропасть Даша. Читатель прекрасно помнит, что выход из портала попадает сразу на скалу, и если смотреть с той стороны, то получается, чтобы человек прошёл в портал, ему необходимо шагнуть в бездну пропасти. Вторым вышел побледневший Паша, видимо, сложным для него был этот шаг. Ну а после – Нина и сам командир со своим другим Шуриком.

– Товарищ майор, за время Вашего отсутствия происшествий не случилось. Личный состав здоров и на месте. Командир батареи лейтенант Качанов! – доложил Сергей, за его докладом наблюдали свободные от вахтенной службы матросы, которые построились на поляне.

– Молодец Качанов. Спасибо, что людей сберёг, – бодро ответил Архипов и пожал лейтенанту руку.

Ваньку и Пашку сразу поглотила человеческая масса сослуживцев, которые разглядывали их потрёпанные и, казалось, состарившиеся за время отсутствия лица. Каждый матрос считал своим долгом подойти и лично поздороваться с Архиповым и Усковым. Даша и Нина в этой суматохе чувствовали себя лишними и стояли в стороне, озираясь на ребят.

Время было уже за полночь, и в штабной избе, кроме Архипова и Качанова, стояли над столом со схемой и картой ещё Шурик и Лёня. Девчонки быстро уснули в микроавтобусе под присмотром Вани. Дорога к порталу вымотала всех. Хоть и добрались до заветной горы ещё к обеду, но попытки затащить две машины наверх к скале затянулись до темноты. Единственная машина, это Тойота, которая более-менее без проблем сама забралась, с третьей попытки, а остальные тянули с помощью лебёдки и какой-то матери.

– Если то, что ты рассказал, Сергей, действительно правда, то это ой как нам жизнь упростит. Надо будет Архам-Хура на эту тему расспросить. Так, и ещё, все бумаги закрыть в сейф и не показывать Нине. Понятно?

– Тащ майор, так что там случилось-то? – Качанов не особо понял с первого раза, когда Макс ему коротко поведал обо всём, и он решил уточнить у командира.

– Я не знаю, как тебе объяснить. У неё в голове три личности, если упростить. И одна из личностей – достаточно конфликтная барышня. Серёга, лучше всё это не знать. Я сейчас вспоминаю, через что мы прошли, это просто какая-то жесть. Кому расскажешь – не поверит ведь. Так, ладно, ты говорил, вы разведали все выходы. То есть, второй выход, и что там?

– Их тут не два, а три. Профессор про один из выходов не сказал. Именно там ребята и нашли разрушенный храм и деревню. Судя по фотографиям, там раньше жили далеко не люди. Ну вот и схему срисовали оттуда. Дед или не в курсе был, или намеренно промолчал. Не знаю, что именно. А на втором выходе южные широты. Калюжный с группой ходил и видео показывал. Пляж там песчаный и лагерь. Возможно, тренировочный. Ну и из разрушенной деревни у нас язык есть.

– Какой, на хрен, язык? Ты же говорил, без происшествий? – удивлённо посмотрел на Качанова Денис.

– Когда уже возвращались, наткнулись на группу охотников за головами. Ну, двоих ребятам пришлось убрать, а третьего сюда привели. Так себе язык, если честно. Раздолбай какой-то. Они за двумя гражданскими гонялись. Эти, кстати, тоже у нас.

– Блин, Качанов. Твою дивизию! Что за гражданские, и где они сейчас?

– В дежурке спят, тащ майор. Иностранцы какие-то. Португальцы.

– А они чего рассказывают?

– Да ничего. Они же португальцы. Что-то там говорят, а мы не понимаем.

– Ладно, утро вечера, как говорится. Разберёмся.

Постепенно ночь поглотила поляну с присущей ей тишиной и безмятежностью. Где-то вдалеке слышались шаги часовых по периметру. Под навесами, похрапывая, спали матросы и сержанты, которые были свободны от службы. Черныш, периодически клацая зубами, взлетал, делая круги над людьми и спускался обратно на землю, после чего деловито ходил, обнюхивая всё то, что ему казалось интересным и необычным. Денис лежал один на импровизированной кровати, сделанной из какого-то дерева, и пытался сосредоточить свой взгляд на дверном проёме. Ему казалось, что вот-вот его кто-то откроет и зайдёт, но мозг всё не хотел концентрироваться, и вместо четкой картинки появлялись «вертолётчики». Сто граммов самогона, которые предложил Шурик из своих остатков, непривычно возбудили организм.

– Может, попробуешь закрыть глаза? – послышался вдруг голос в комнате. Денис привстал и оглядел комнату. Стол, пара табуреток, несколько ящиков с документацией и оборудованием, больше ничего внутри избы не было. Хотя голос был достаточно чётким, Архипов списал на воображение и продолжил разглядывать стены.

– Денис, ты так хрен уснёшь, я тебе говорю, – вновь прозвучал до боли знакомый голос.

– Да кто здесь? – не выдержав, спросил Денис.

– Вот те здрасте, Архипов, ты что, майор?! – приглядевшись Денис увидел своего старого друга и сослуживца, который стоял, опираясь пятой точкой на стол, и курил сигарету. Не поверив своим глазам, Денис зажмурился и вновь открыл их, но человек не исчез.

– Вадик, братан. это ты? Ты чего тут делаешь? Как ты сюда попал?

– Ну я, я, – сказал Вадим и пустил очередную сизую струйку дыма к потолку.

– Вадик, так ты же… – не договорив, замолк Архипов.

– Ага, погиб. А знаешь, как? Ой, можешь не начинать. Я знал, что делаю, Денис. Спасибо, что всё-таки послушался тогда меня.

– Вадим, дружище. Прости меня, к тебе спецы шли, они обещали тебя вытащить. Вадик, – и Денис вытер свои намокшие глаза, стесняясь слёз.

– Должны были, но не успели. Бармалеи раньше пришли. Но ты не парься. Твоя батарея отлично всё сделала. Восемнадцать этих ублюдков отправились на поклон всевышнему. А что я, у меня работа такая. Да и – не хотелось к ним в руки попадать. Знаешь, когда учились, мне казалось это, прям, верх героизма, вызвать огонь на себя. Да и как-то, каждый раз ловя себя на мысли, что могу попасть в такую ситуацию, я думал, как я поступлю. Что буду делать. А на деле всё проще оказалось. И – да, когда сто пятьдесят второй рядом разрывается, услышать это не успеваешь – сказал Вадим, и, выкинув в темноту окурок, закурил следующую.

– А чего ты тут делаешь? Ты мне сейчас кажешься, или что? – не понимая происходящего, спросил Денис.

– Да, именно. Кажусь! Я плод воображения твоего воспалённого от усталости мозга. И на будущее – не пей всякую бодягу.

– Типа глюка?

– Типа, только не называй глюком. А ты неплохо тут устроился. Хотя ребят, если честно, жалко. Попасть безвылазно в какую-то задницу, но в одном им повезло, что попали они сюда под твоим командованием, Денис.

– Это сейчас ты меня хвалишь, или я сам себя?

– Денис, я погиб уже давно. Я никак не могу тебя хвалить или ругать. То, что вы нашли тогда, что от меня осталось, давно уже сгнило. Даже гроб закрытый был. А рука моя? Вот, где она. Чего не нашли-то? И лежу я, весь такой, со звездой героя и без руки. Совсем непорядок, Денис.

– Тогда что, получается, если ты мне кажешься, но разговариваешь со мной, то мой мозг сам с собой разговаривает и хвалит?

– Вот попадос, да, Денис? Крыша едет не спеша, тихо шифером шурша. Кстати, к тебе гости – сказал Вадим и посмотрел в сторону двери.

Буквально через мгновение в проёме появился женский силуэт, и по короткой причёске и фигуре Денис понял, что это Нина. Она молча посмотрела на него и медленно, с очень изящной походкой от бедра пошла к лежащему Денису.

– Братан, она явно от тебя что-то хочет, – смеясь, сказал Вадим, который всё ещё неподвижно стоял там же, у стола, и курил.

Девушка скинула с себя куртку и оказалась в такой тоненькой обтягивающей майке, что соски сексуально торчали из-под ткани. Не говоря ни слова, она легла рядом и прижалась к Денису.

– Нина, ты чего творишь? – пытаясь отстраниться от девушки, тихо произнёс он.

– Она спит, я пока за неё, – горячим шёпотом сказала девушка и попыталась поцеловать Дениса, при этом руками потянулась к мужскому достоинству.

– Съешь её, – захохотал Вадим. Но Денису было не до смеха, он поднялся с кровати и отошёл на пару шагов.

– Человек Денис, ну ты же хочешь меня. Возьми и исполни свою похоть. Ты же мужчина, самец!

– Я человек, а не животное. Яханта, что ты опять задумала?

– А ничего, может, я тоже хочу. По крайней мере, я чувствую, как она этого хочет. Она хочет сильного мужчину. Лидера, который сможет оставить сильное потомство. Её время пришло, она должна стать матерью. А я просто хочу ей помочь. Вы, люди, думаете о ненужных вещах, забывая о своей цели, – с ехидной улыбкой сказала девушка, и двумя ладонями помассировав свои груди резким движением сняла майку, оголив бюст.

– Можешь надеть, один фиг, не видно. Не хочешь уходить ты, уйду я, – взяв сложенный китель и наспех надев ботинки, Денис пошёл к выходу.

– Денис, ну ты вообще, бессердечен, – прокомментировал ситуацию Вадим.

– Стой, мне холодно. Согрей меня, – уже более жалостливым голосом сказала девушка.

– Одеялом укроешься, – ответил Денис и, выйдя на улицу, закрыл дверь?

Денис оглянулся, рядом никого не было. И полностью убедившись, что появившийся образ его старого друга, с которым подружились ещё на первом курсе военного училища, и который пал смертью храбрых, это был просто глюк, пошёл к камбузу, попить воды и, возможно, там отдохнуть.

– Потерял, что ли, меня? – Вадим шёл рядом, куря нескончаемую сигарету.

– Ты что, теперь постоянно будешь рядом?

– Не знаю Денис, от тебя всё зависит. Зря ты её не трахнул. Никто бы не узнал всё равно.

– Да не могу я. Я же женат.

– Ё-п-р-с-т, во ты загнул. Где твоя Алина-то? Сколько времени прошло уже. Слушай, ещё не поздно, она, по-любому, тебя ждёт. Девка молодая, прям-таки напрашивается.

– Всё, отвали. Пошли лучше, чаю попьём.

– Батарея, подъём! – громкий крик дневального по лагерю разбудил Дениса, который уснул, сидя у костровища возле камбуза. Егор с ребятами уже давно хлопотали, готовя завтрак, но делали они это как-то неестественно тихо, видимо, давая командиру поспать.

Вспомнив ночные похождения, Архипов оглянулся, но никого не обнаружил. А дверь в штабную избу была открыта. Неужели всё приснилось? Данный факт Денис не исключал. У него и раньше были гиперреальные сны, после которых долго надо было сопоставлять реальность и сон, чтобы в итоге понять, где сон, а где реальность. Подразделение к тому моменту уже выстроилось на небольшом пятачке для утренней зарядки во главе с Качановым, лейтенант – молодец. Ребят надо поддерживать и в физической форме, и морально, это не даёт забывать о своей принадлежности.

Из избы, где нёс службу дежурный по полевому лагерю, кто-то из бойцов вывел двух легко одетых смуглых парней. Денис долго вглядывался, пытаясь понять, кто это, но через мгновение вспомнил, что Качанов ему говорил о двух иностранцах и наёмнике, которого поймали. Парней из Португалии отвели в туалет, дали помыться и отправили обратно в избу.

– Егор, вы этих новеньких кормить не забывайте.

– Конечно, Денис, мы же не звери какие-то, – с мягкой улыбкой ответил он, накладывая в котелки еду.

Глядя вслед исчезнувшим в проёме дверей иностранцам, Архипов пытался сообразить, куда их можно сплавить. Может, тоже Рашидову отдать. Будут под присмотром, ну и есть вероятность что не расскажут никому. Профессор, по крайней мере, проследит за этим.

– Хватку теряешь, Денис, от них толку мало. Может, вывести к горам, да и скинуть в пропасть? – вдруг прозвучал голос Вадима. Денис, оглянувшись, увидел, что его товарищ стоит рядом и смотрит в направлении избы.

– Да хорош тебе, зачем убивать-то сразу.

– А я и не предлагал. Убьёт их гравитация, – подкуривая очередную сигарету, сказал Вадим.

– Отвали уже.

– Тащ майор, вы что-то сказали? – обернувшись, спросил матрос, который покидывал дрова в костёр.

– Да нет, это я так, про себя, – ответил Архипов.

– Палишься, Денис, ох, как палишься. Прикинь, пацаны твои узнают, что мозги у тебя плавятся. Как думаешь, какая реакция будет?

Но Архипов, не обратив внимания на слова Вадима, поправил китель и направился к дежурному.

Допроса не получилось, больше – душевное общение с констатацией факта, что два парня, кстати зовут их Лукас и Альберто, попали в другой мир. Хотя не с первого раза и не со второго объяснить не получилось. И в итоге Денис плюнул, объяснив, что от них требуется в лагере. Их определили на камбуз, пока не придёт Рашидов и не заберёт их.

Сева же оказался более словоохотливым и рассказал интересные истории. Видимо, ночь на импровизированной губе в виде ямы пошла ему только на пользу. Все истории, в основном, были связаны с тем, как они с корешами делали бабки и тратили их. Про их главаря Шарая, который, судя по рассказам парня, был очень жадным и постоянно кидал их на бабки. Но иногда разрешал попользоваться «товаром». Таких мелких группировок и шаек в этом мире было полно. Те, кто как-либо помогал и не мешал Иерихону, жили и процветали до тех пор, пока не сталкивались с себе подобными. И тогда – или договаривались, что случалось редко или же – одна из банд переставала существовать, а вторая уходила зализывать раны. Шарай же, по словам Севы, грамотно подходил к делу сотрудничества с людьми Иерихона. Действовал под лозунгом: клиент всегда прав. Иногда, когда не хватало девушек для партии, мог сам выкупить у соседей их партию, чтобы в итоге передать Иерихону, пусть даже в убыток себе. Но заказ всегда выполнял, за это ему частенько доставались самые жирные денежные заказы.

– Сева, как ты видишь своё будущее? – подводя итог, спросил уставший от словесного поноса парня Денис.

– Ну, я знаю Шарая и где он живёт. Думаю, я вам пригожусь ещё, так что в будущем, я думаю, ещё поживу, а там видно будет, – с довольной улыбкой отвечал он.

– Ладно, в яму его, пусть сидит там, пока не придумаем, что с ним дальше делать! – приказал Архипов и вышел на улицу. Стояла прекрасная погода. Вадима нигде не было.

Размеренный быт и полевая служба быстро расслабляет. И через четыре дня уже казалось, что события, произошедшие, буквально, неделю назад, были частью давно забытой истории. Всё само по себе стало в своё русло и каждый человек в жизни портала нашёл своё место. Даже Черныш помогал Егору вместе с Лёней ходить на охоту. И стоит признать, что разнообразие в мясе заметили сразу. Что-что, а охотиться кхурог умел и любил.

К вечеру пятого дня, напугав часовых, явился Семён Викторович, который что в одежде, что в манере общения себе не изменял.

– Ну что, молодые люди, отдохнули? Как там наша непризнанная королева? – подойдя к Денису и Качанову, спросил он.

– И мы Вас рады видеть. Нормально она, не появлялась за последние дни. Да и вообще, что Йогарх, что королевишна наша, оба притихли. Кстати, Семён Викторович, у меня вопрос интересный к Вам. Вы говорили, что из этого портала два выхода, а оказалось три.

– Таки нашли, да?

– Не так-то и сложно было. Мы за этот месяц тут уже почти каждую травинку изучили – сказал Качанов, доставая из ящика с документами прорисованную карту.

– Там смерть, Архам очень не любит, когда беспокоят духов предков.

– Что с поселением произошло? – напрямую спросил Денис.

– Наши с вами сородичи, молодые люди. Остального я не знаю. Знаю только то, что давным-давно там жили медвелюды ну и судьба повернулась так, что познакомились они с людьми. В итоге – вот что получилось.

– Врёт старый, знает он всё, – прозвучал голос Вадима, и Денис, обернувшись, увидел, как в дальнем углу избы на кровати сидит его друг, держа в руках тлевшую сигарету. Архипов прикрыл глаза на несколько секунд, пытаясь отогнать от себя мысли, связанные с Вадимом.

– Не старайся, не получится. Надави лучше на старого, пусть колется. Ведь он сейчас под милым предлогом опять вас куда-нибудь поведёт, – с ехидной улыбкой сказал он.

– Я так понимаю, вы там нашли кое-что интересное, – рассматривая схему сказал Семён Викторович.

– Да, вот, посмотрите. Есть какие-нибудь мысли? Мы так поняли, что вот эти круги, это порталы, а линии показывают те места, куда ведут выходы. По крайней мере, вот, мы нашли этот портал на схеме. Видите, линия ведёт к волнам, другая – типа, квадратик с лучиками, и треугольник. Если условно определить, что море, поселение и гора, то всё совпадает, – показывая карандашом, сказал Серёга, сияя от своей важности.

– Насчёт этой схемы, молодые люди, я тоже, как и вы рассуждать могу. Да, отрицать не буду, я видел её, когда первый раз прошёл туда. Но не обратил внимания, да и давно это было. А потом меня уже Архам не пускал. Что-то внятное может рассказать только Йогарх.

– Зашибись. Прям, цирк с медведями, – прокомментировал, сидя неподвижно, Вадим.

– Ты ещё настоящих медведей не видел, про себя подумал Денис.

– Мальчики, вы чай будете? – с милой улыбкой как ни в чём не бывало в дверном проёме возникла Нина, держа в руках чайник и несколько кружек.

– Семён Викторович, ну вот. Спросите лично, как она, и где Йогарх, – с иронией сказал Архипов, и, подойдя, взял у девушки кружки с чайником и поставил на стол. Побаивался он. Её непредсказуемости и самое главное, что две женские личности крайне сильно друг на друга стали похожими. За эти дни Денис всего пару раз смог идентифицировать Яханту, которая достаточно часто выходила на главную роль, и отличить её от настоящей Нины было сложно. Единственная возможность, это спросить саму девушку через время, если она помнит и отвечает на вопрос, то была она, если нет, то действовала Яханта.

Рашидов внимательно посмотрел на Нину, а после взял кружку и, налив себе горячей жидкости, именуемой чаем, сел на стул.

– Нина, часто у тебя провалы в памяти бывают?

– Не могу точно сказать, – поправляя волосы сказала она.

– Иногда некоторые вещи я помню так, как будто это было во сне.

– Денч, слышишь, она тебя во сне хотела поиметь, – закидывая очередной докуренный бычок в тёмный угол, сказал Вадим. Денис на это лишь слегка дёрнул головой и вскользь посмотрел на кровать.

– То есть, глубоких провалов уже нет? Очертания всё же присутствуют?

В ответ Нина покачала головой.

– Ну что, ждём? – допив, Архипов поставил пустую кружку на стол.

– Кого, тащ майор? – не поняв, уточнил Качанов.

– Йогарха. Нам же никто не объяснит все эти рисунки на стенах, кроме него. Может, он сам и рисовал.

– Может быть, Денис, очень может быть.

– А что за новые люди у тебя в коллективе, Денис?

– Новенькие, как раз хотел предложить Вам их забрать к себе. Двое иностранцев. Спокойные ребята, говорят на английском и португальском. И один, который их пытался поймать для дальнейшей продажи.

– Его тоже отдашь?

– Денис, оставь его, ты же, по-любому, выходить будешь, этот ублюдок хоть дорогу покажет. А там – как получится. Парни у тебя не церемонятся, – уже подойдя вплотную к Архипову, сказал Вадим.

– Семён Викторович, я его, наверное, придержу пока.

– Я, кстати, ваших друзей привёл. Они, как никто, чувствуют ведьму и Йогарха. Ночью зайдут. Не пугайтесь.

– Лохматых, что ли? – улыбнулся Денис.

– Что лохматые, тащ майор? – и с непониманием спросил Серёга.

– Они тебе понравятся.

– Батарея, строиться на вечернюю поверку! – вдруг с улицы послышалась громкая команда дневального.

– Семён Викторович, кстати, Вы к нам надолго?

– На пару дней точно, пятница же. У меня на работе, типа, выходные.

– Хорошо. Тогда и Вы и Нина. Посидите тут, а нам с Сергеем надо на построение сходить. Скоро отбой.

Профессор с девушкой переглянулись и лишь улыбнулись в ответ, а офицеры вышли из штабной избы и направились к пятачку, где проходили все построения подразделения.

– Нина, а ты не пробовала как-то услышать, или поговорить с Йогархом? – профессор сидел, наклонившись чуть вперёд за столом и смотрел девушке в глаза, от чего той стало не по себе. В помещении кроме неё и Рашидова больше никого не было. Где-то вдали были слышны голоса людей, таких близких и почти родных, но в то же время далёких и чужих. Она сейчас не понимала, чего ждать и когда это произойдёт. О чём бы она ни думала, мысль начиналась на вопросительный знак. Когда? Почему? Зачем? И вот сейчас – что от неё хочет Семён Викторович? Он, с одной стороны, друг, но ведёт свою игру, в которой она не понимала, какую роль играет.

– Пробовала, – достаточно холодно ответила Нина, давая понять, что нет у неё никакого желания продолжать дальше разговор.

– Нина, я хочу тебя научить, как с этим жить. Ведь неподконтрольная тебе Яханта может много дел натворить. А Денис говорит, что она возникала уже. Ты же понимаешь это. И если так продолжится, то она полностью сможет подавить твой разум и постоянно владеть тобой.

– Я засыпаю, когда пытаюсь с ней поговорить. То есть, разговор больше происходит в моей голове, и я повторяю некоторые слова и предложения, и засыпаю, – чуть выдержав паузу начала говорить девушка.

– А с Йогархом не пыталась общаться?

– Нет, он мне дискомфорта не приносит. Да и вообще, никак себя не проявляет.

– Может, стоило? Он него-то пользы больше будет. Давай, попробуй прямо сейчас. Как ты начинаешь обычно говорить?

– Я закрываю глаза и мысленно представляю поляну. Большая поляна с невысокой зелёной травой. Летают разноцветные бабочки, а посредине стоит она. Девушка в сарафане.

– Что за девушка?

– Мне кажется, Яханта именно такая вот была бы в образе человека. Тёмные прямые волосы, сплетённые в одну большую косу, которая лежит у неё на плечах. Тонкие брови и светлая, почти белая кожа с яркими алыми губами. Она смотрит мне в глаза своими бездонными серыми глазами, притягивая ко мне руки с букетом полевых цветов. Я подхожу к ней, и говорю: – «Здравствуй, Яханта!». А она улыбается и медленно ко мне идёт, протянув руку. Берёт мои ладони мягко сжимая и …

– Что – И?

– Дальше я обычно не помню. Потом меня будит Даша или Ваня. Если Даша с Максом. Один раз я себя почти раздетой нашла тут на кровати. Но, судя по ощущениям ничего и ни с кем не было. Видимо, Яханта приставала к кому-то, возможно, к Денису. Я не стала у него ничего спрашивать, стесняюсь. Неудобно так получилось.

– Может, попробуешь так с Йогархом?

– Я его помню медведем. Который всегда ходил со своим посохом. С седой мордой. Когда мы были маленькие, он нас на спине катал с Дашей, а мы его постоянно за уши дёргали. Нам тогда казалось это весело, – с погрустневшим лицом говорила Нина.

– Давай пробовать. Он нам нужен, и пусть лучше чаще приходит он, а не Яханта.

Девушка кивнула, и, отойдя от стола, легла на кровать. Рашидов молча сидел и тихо смотрел за всем этим. Что будет дальше – оставалось для него загадкой. Хотя, надо отдать должное девушке, за то время, которое она, практически, провела наедине с собой, смогла как-то научиться контактировать хотя бы с Яхантой. В помещении воцарилась тишина, и Семён Викторович ловил себя на мысли, что слышит биение своего сердца. Через минут пять напряжённой тишины она вдруг резко открыла глаза и, приподнявшись на локти, посмотрела на профессора. Рашидов успел за эти доли мгновения обдумать всякое, и главное – испугаться, что вновь ведьма вернулась.

– Семён Викторович, – достаточно громко сказала Нина.

– Что? – отойдя от оцепенения ответил он.

– Вы можете дышать не так громко, я сосредоточиться не могу и вместо того, чтобы думать, я слушаю стук Вашего сердца и Ваше дыхание.

Профессор молча кивнул, а она вновь откинулся назад и закрыла глаза. Для Рашидова это замечание открыло тот факт, что Нина, уже на уровне человека, стала ощущать физически присутствие других людей. Что бы это значило?!

Секунды вливались в минуты и тянулись бесконечно. Тишина полностью захватила всю избу, даже голоса людей перестали проникать, Нина лежала, а её грудь методично поднималась и опускалась в такт дыханию.

– Нет, я так не могу. Люди, люди. Все они мешают. Пульсируют у меня в голове. Слишком их много.

– Нина, как ты это слышишь?

– Я слышу, и мне кажется даже, что вижу. И не только людей. Еще одно, профессор, я слышала и видела, как бьётся сердце Черныша, – испуганно и одновременно удивлённо произнесла Нина и, слегка покачнувшись, встала. Рашидов взял карандаш со стола и быстро нарисовал какие-то символы на клочке бумаги, лежащем рядом.

– Нина, подойди. Прочти, что тут написано.

Девушка стала рядом и начала вглядываться в несколько прямых или волнистых линий, которые, прерываясь, образовывали какие-то знаки, похожие на фигурки разных форм, нарисованные маленьким ребёнком в одну линию.

– Не понимаю, что это.

– Не торопись, смотри и думай про символы, и попробуй прочитать.

Она долго смотрела, даже пару раз переворачивала листок, чтобы посмотреть с другого ракурса и пыталась вспомнить. В какой-то момент ей показалось, что она это уже видела, ей это знакомо.

– Нет, Семён Викторович, сдаюсь, – и она, отодвинув в сторону листок, посмотрела на Рашидова, который, тяжело дыша, смотрел стальным взглядом. Нина отшатнулась в сторону, и сильно ударив рукой по столу сказала:

– Архам-Хур, не пугай её!

Нина замерла, как неживая, но боль в запястье заставила потереть ушибленную о стол руку другой ладонью. Рашидов подвинул лист бумаги к Нине и сделал шаг назад.

Девушка вновь посмотрела на листок, после – на профессора.

– Тут написано "спасибо!"

– Йогарх, великий шаман, – голосом Рашидова сказал Архам-Хур и вышел из избы. Нина осталась в одиночестве переваривать то, что сейчас произошло. Она не всё понимала, не понимала того, откуда она знает эти символы, и почему рука, которую она контролирует, вдруг ударила по столу. В этот момент она почувствовала, как приближаются несколько человек. Налила себе уже остывший чай и села у стола рассматривать нарисованную схему.

– Ну так что тут у вас? – громко спросив у профессора, стоявшего на улице, в избу зашёл Денис и увидел довольную улыбающуюся Нину.

Вслед за ним зашли Рашидов, Качанов и Усков. Семён Викторович посмотрел на девушку, на офицеров и подойдя к ней сказал.

– Теперь она и есть Йогарх. Он слился с ней. Свой разум полностью растворил в ней. Не знаю, насколько это критично в будущем, но это невероятно! – с блеском в глазах и с восхищением говорил Рашидов.

– Вы понимаете, хотя нет, вы не понимаете. Он смог, без вреда для неё, полностью смог в ней интегрироваться. Слово не совсем подходящее, но мне кажется, так для вас понятней будет. Йогарх – это она, а она – это Йогарх, но при этом – та самая, милая, с большим и добрым сердцем Нина.

Офицеры стояли молча и смотрели то на профессора, то на девушку. Своими земными устоями и знаниями они не особо понимали, но раз оба улыбаются и выглядят довольными, значит, в принципе, всё хорошо.

– И что, она и схему сможет прочитать?

– Да, Сергей, смогу. Я уже прочитала. Эту схему я сама, то есть не я, а учитель Йогарха сделал. И храм этот – самый первый проход. Именно на его месте был построен храм. Вокруг храма жило племя, которое должно было охранять его. Больше вам знать не обязательно. Смотрите, вот это место, сейчас мы находимся тут – и Нина, взяв карандаш начала рассказывать про порталы. Какой и где находится, как звали хранителей портала и попутно карандашом дорисовывая недостающие линии.

– Я думала, то есть, он думал, что карта эта утеряна, и не мог вспомнить, через какой портал есть выход. Нужно уничтожить то, что нашли ребята, нельзя, чтобы информация попала в чужие руки. Очень опасно.

– И что дальше? Нам, надеюсь, не надо все порталы проверять?

– Все нет, но ключевые надо.

– Я что-то не понял, тащ майор, а с каких пор Нина тут командовать начала? – спросил Максим.

– А я и не командую. Вы спросили, я ответила. Всё просто. Решение за вами. И мне кажется, надо выбрать место, где можно вам остановиться. Людей много. Я бы предложила небольшой остров – вот тут, – и Нина показала карандашом на выход из портала, который шёл к пляжу.

– У моря?

– Ну а что, хороший вариант. Только проблема, что там какие-то перцы учебку организовали, – взглянув на схему, сказал Качанов.

– Не вижу никаких проблем в этом, Сергей. Архипов и Рашидов придумают, что делать.

– Рано про это говорить, хотя море, остров – это хорошо! – сказал Денис и, сложив схему, убрал её в ящик.

– Семён Викторович, Кронах и Хурх, когда, говорите, придут?

– Часа через полтора.

– Хорошо, значит, завтра днём выдвигаемся, но с утра надо в храме порядок навести и ворота починить. Скоро берсерки придут, надо с ними всё обсудить. Так что, дело есть. А сейчас всем отдыхать.

Глаза уже давно привыкли к темноте, и Денис раз за разом пересчитывал количество брёвен, из которых состояла стена в избе. Шесть, их было ровно шесть. Раз, два, три, четыре, пять, шесть. Раз за разом шесть, шесть, шесть. Остановив счёт, он слегка повернул голову к столу. Сидит до сих пор.

– Слушай, у тебя сигареты когда-нибудь заканчиваются?

– Конечно, они же не вечны. Вот, последнюю в пачке докурил. Но у меня ещё есть, – закинув докуренный бычок в угол избы, где он бесследно исчез, Вадим достал из кармана новую пачку сигарет и прикурил.

– Поспать мне дашь?

– А зачем, ты же гостей ждёшь. Лохматых, как ты выразился. Друзья твои новые. Долго ты ещё со зверьём возиться будешь? И со стариком этим?

– Сколько потребуется. Вадик, ты же моё воображение, и прекрасно знаешь, для чего я это делаю. Надо ж не только о сегодняшнем дне думать, но и о следующем. А порталы нам очень нужны будут.

– Так ты их и без них сможешь найти. Послать этого старика. Загонит он тебя и ребят твоих в могилу. Ушли бы, жили бы себе спокойно, женщин найдёте, семьи заведёте. У тебя парни молодые. Им не воевать надо и по лесам бегать, а семьи создавать.

– Ох, как ты заговорил. А сам-то что? Ни семьи, ни дома. Вся память о тебе – со мной. И камень надгробный в Мытищах.

Вадим улыбнулся, и, направившись к выходу, исчез в дверном проёме. Денис ещё раз взглянул на стены и сел на кровать. Голова неестественно болела в области затылка. Уснуть не получалось.

– А вот действительно, Рашидов и берсерки. Для чего они нам, людям? Только мешают. Берсерки дорогу в портал не найдут, и, не будучи уверенными, что вход именно там, прыгать со скалы в пропасть не станут. Значит, что? Правильно, Денис, надо Рашидова взять с собой, и – на остров.

– Ну, наконец-то, – со вздохом прозвучал голос Вадима, – самое верное решение. А тех, кого твои бойцы разведали, они же смогут перебить. Не думаю, что там много народу. А там – дом построите, возможно, это и не остров, тепло, море, фрукты и рыба. Красота, Денис. Зачем тебе с медведями возиться? Надо с остальным миром подружиться и жить с людьми. А в медвежьи дела не лезть, – продолжил монотонным голосом, примерещившийся товарищ Архипова.

– Дневальный! – громко крикнул Денис, вызывая к себе матроса на вахте. Кажется, он бежал вечность, так долго тянулись те тридцать секунд, пока в проёме не появился матрос. В темноте нельзя было разглядеть лица, и Архипов даже не понял, кто перед ним. Он даже не пытался разглядеть его, так как из-за головной боли любое движение вызывало дискомфорт.

– Вызывали, тащ майор? – отозвался морпех.

– Качанова и Ускова – ко мне. Рашидова – под охрану, чтобы из портала не сбежал. Всё понял?

– Так точно, – неуверенно отозвался матрос, не особо поверив приказу. Но выполнить он был обязан, и, приложив руку к берету, исчез в темноте. За столом так же сидел улыбающийся Вадим, Денис его слушал, ведь он не мог слушать самого себя.

– Раз, два, три, четыре, пять… – Денис тихо про себя считал подгнившие от времени доски на полу, между которыми щели казались такими большими, что сквозь них можно было уползти в подпол. Долго, долго же ходят два этих никчёмных лейтенантишки. Ну вот, что стоит подорвать свою пятую точку и телепортироваться сюда. Я же главный среди этих людей, ни капли уважения, – Денис слегка приоткрыл глаза на еле слышный шорох, перед ним стояли Серёга и Макс.

– Тащ майор, что случилось? Почему Рашидова под охрану взяли? – не понимая, спросил Усков.

– Максим, много вопросов. Итак, слушайте меня внимательно. Рашидова из портала не выпускать, Качанов, отвечаешь головой. К выходу в горы близко не подходить, а любого, кто войдёт оттуда – расстреливать. Если Архам-Хур попробует сбежать или что-то иное сделать, расстрелять! Мы люди, и не подчиняемся никаким медведям. Готовьте штурмовую группу в составе тридцати человек для зачистки. Группу возглавлю я, Усков со мной. Качанов, подготовь группу прикрытия. Выгонишь две, два. Забыл… – Денис замолчал, и в комнате нависла трескучая тишина. Сергей и Максим не верили своим ушам.

– Самоходки!

– Да Сергей, они самые. Ты прикрываешь группу. Ваня и ещё два бойца – на разведку, выходят через час. Времени мало.

– Так их ночью на незнакомой местности твари местные сожрать могут, тащ майор.

– Максим, чтобы их не сожрали, у них есть оружие. Всё поняли? Так, и Нину мне сюда позовите – сказал Денис и опустил голову, закрыв глаза.

Офицеры посмотрели друг на друга, Макс кивком головы позвал Серёгу на улицу. Они вместе вышли и двинулись в сторону стоявшей техники.

– И что это было? – не понимая приказа командира, спросил Качанов.

– Да, фиг его знает. Может с Рашидовым повздорили, или профессор предложил что-то не то. С одной стороны – совсем неясно, зачем мы на пляж идём. Командир у нас рассудительный, и решения на эмоциях никогда не принимает. Может, реально задолбало всё, и поселимся мы возле моря.

– Макс, ну ты нормальный? Отжать пионерлагерь у неизвестно кого и спокойно жить? Так по наши души сразу, как минимум, роту отправят. Ну, от одной отобьёмся, возможно, от второй. Но потом-то всё. Перебьют нас всех.

– Да ну Серёг, после первой, я думаю, не полезет к нам уже никто.

– Ты сам себя-то слышишь? Мы не ДШБэшники. И бойцы у нас – интеллигенция.

– Ладно, тихо ты. Пошли, у Рашидова спросим, хотя, давай, я к нему, а ты – Нину к командиру позови – сказал Усков и направился в дежурку, где тихо, слегка опустив голову, сидел на стуле Семён Викторович, который особо ничего не понимал, но подчинялся требованию его охраны в виде двух караульных с автоматами наперевес. Никто ничего не говорил, потому, как и молча было всё ясно, каждый выполнял свою работу, и все воспринимали данную ситуацию как какое-то недоразумение.

– Семён Викторович, что происходит?

– Вопрос не по адресу, – подняв голову, сказал профессор.

– А объяснение какое-то есть?

– Не знаю, Максим. Возможно, действительно, стоит уже вам подумать о себе. Это не ваша война, и, если честно, даже не моя. Но моё положение ты знаешь. Всё, что я имею, – благодаря медведям. И я жив – тоже благодаря им. Я им обязан, как человек. Архам хочет справедливости, и восстановить полноценные права медведей в этом мире, где их теснит человек. Он не хочет крови и смертей, он хочет мира и доброжелательных соседских отношений. По справедливости, Вы изначально пришли в не самое лучшее время, и, наверное, ваш командир где-то прав. Только почему именно сейчас? Но я не сопротивляюсь. Делайте, что считаете нужным, это ваше право.

– Непонятно, что на него нашло, и откуда такое озарение. В том виде, в котором мы есть сейчас, мы не сможем жить долго и счастливо, как в сказке.

– Так что он хочет-то?

– Семён Викторович, не могу сказать. Ладно, надеюсь, всё обойдётся – сказал Максим и вышел. Ему надо было поднять Субботина и ещё двух бойцов.

Сергей в это время шёл к микроавтобусу, чтобы позвать Нину, но не дойдя пару метров, столкнулся с ней лицом к лицу. Девушка сияла, а в глазах виднелся блеск.

– Там тебя командир звал.

– Я знаю, – не останавливаясь, тихо сказала она, и её силуэт растворился среди темноты и небольших фонариков. Сергей так и остался на месте, глядя ей вслед. Откуда она могла знать? И зачем командир её позвал?

Нина дошла до избы и зашла внутрь, где, склонив голову, сидел Денис. Медленно поднял голову, почувствовал, как боль утихла, и тут же он встал на ноги. Девушка вошла и закрыла импровизированную занавеску, роль которой выполняла плащ-палатка, повешенная в дверном проёме. Она молча подошла к нему, не говоря не слова, сбросила с себя курточку, под которой ничего не было и впилась в губы Архипова. Тот страстно взял её за талию, и, отвечая взаимностью, опрокинул на кровать.

– Максим, что за спешка? Прямо, на ночь глядя идти, что ли? – отставив всю субординацию, спросил Ваня, одеваясь.

– Задача – разведать маршрут и обнаружить посты охраны. Туда ребята уже ходили, с собой возьмёшь Калюжного и Диденко. Я в дежурке буду, оружие вам подготовлю. Через четыре часа выйдет основная группа. С собой воды возьмите и гранат. Я вот даже не представляю, кого там можно встретить.

– Да понял я, – раздражённо сказал Субботин и пошёл искать Руслана и Антона среди своих спящих товарищей.

Усков и Качанов сидели у выхода из портала, полностью экипированные, с оружием, молча наблюдая, как внутри портала светает. Время – примерно четыре утра, а несколько десятков бойцов, получали оружие и готовились к выходу. Архипова всё не было. Субботин с группой уже два часа как вышли из портала, и до сих пор на связь не выходили. По крайней мере, так докладывал один из бойцов, который прикрывал группу с той стороны выхода.

– Мужики, что за движуха с утра пораньше? – подходя, спросил заспанный Шурик.

– На выход собираемся. Ты чего, Саш, не в курсе? – поинтересовался Максим.

– Откуда я могу быть в курсе? Спать же, вроде, все легли. За ночь, что ли, придумали, или случилось чего?

– Раннее утро, самое время для штурма. Часовые и охрана, в общем, сонные и плохо соображают, или вообще спят.

– Макс, какая охрана? Куда собрались-то? Денис в курсе?

– Это же он и отдал приказ. Берсерки так и не появились. Рашидов под стражей.

– Где он сейчас? Быть такого не может – сказал Саша и быстрым шагом направился к штабной избе. Зайдя внутрь, он увидел спящего Дениса, которого тут же разбудил. Архипов открыл затуманенные глаза и долго вглядывался в лицо своего друга.

– Шурик! Я только уснул, на хрен ты меня разбудил?

– Денис, твою дивизию, что происходит?

Архипов подскочил и тут же понял, что стоит абсолютно голый. А на лице отчётливо читался вопрос, «какого лешего»? Обернувшись, начал искать свои трусы и, найдя их на полу, быстро надел. Потребовалась еще пара молчаливых минут, чтобы майор Архипов привёл себя в порядок.

– Куда твои бойцы собрались? – громко спросил Шурик. Вопрос отразился звонким эхом в голове. Черепная коробка болела, как будто всю ночь пили алкоголь не самого высокого качества. Он повёл взглядом вокруг, Вадима не было.

– В смысле – собрались?

– В прямом, они там вооружаются, Макс сказал, что-то штурмовать будете?

– Какого хера! – крикнул Денис и выбежал из избы. Внутри портала вовсю шли приготовления, каждый, кто получил оружие и боеприпасы, отходил в сторону и снаряжал магазины автоматов патронами, кто-то подгонял подсумки с магазинами, кто-то просто сидел в ожидании приказа. Архипов оглядел всех вокруг, и, повернувшись к Шурику, сказал:

– Саш, офицеров моих позови.

Максим с Серёгой не заставили себя долго ждать, и на их вопросительный взгляд Денис смотрел с таким же недоумением.

– Чего смотрите-то? Объясните мне, что происходит?

– Так, Вы приказали, готовим штурмовую группу.

– Кого штурмовать собрались?

– Лагерь на побережье.

– Вы совсем придурки, что ли? Какой, на хрен, ещё лагерь. Быстро, отбой. Объявите, что была учебная тревога.

– Так разведгруппа уже ушла, – тихо сказал Сергей.

– Состав?

– Субботин, Диденко и Калюжный.

– Как давно?

– Часа полтора назад.

– И это тоже я?

– Ага. А где Нина? – заглядывая за спину к командиру и посмотрев на Шурика, который стоял за Денисом, спросил Серёга. Шурик лишь покачал головой.

– Я откуда знаю. Спит, наверное, в фольце.

– Так она к вам пошла?

– Бля, найдите её. Оружие сдать, Субботина с группой вернуть. Охренели, Вадик, вот это подстава! – громко сказал Денис и побежал в сторону дежурки.

– А кто такой Вадим? – посмотрев на Сашу, спросил Качанов.

– Не знаю, Серёга. Ладно, я к Даше, пойдём Нину искать, ну а вы сами, наверное, знаете, что делать.

Офицеры разошлись, Максим – возвращать группу Субботина, а Качанов – к подразделению, чтобы сворачивались. Нины в портале не было, и поиски не дали результатов. Весь личный состав был возбуждён, но озвученная версия, что была учебная тревога, которая в армии бывает достаточно часто, всех успокоила.

Максим же стоял на песчаной косе на берегу моря с дежурившим на связи матросом и вглядывался в даль, высматривая через бинокль край леса. Над горизонтом, расплёскивая яркие красные брызги, поднималось солнце, и начинался новый день в Ином мире. Бессонная ночь давала о себе знать, хотелось прилечь, закрыть глаза и забыться во сне.

– Ну что там, молчат?

– Так точно, тащ старший лейтенант. Уже час, как не выходили на связь.

– А в общем – сколько времени прошло?

– Чуть больше двух часов.

– Так, до зелёнки минут двадцать добираться, и там ещё час. Долго, очень долго. Иди командиру доложи, и оставь рацию.

Усков остался один. Вслушиваясь в звуки волн, он надеялся, что всё у ребят хорошо, они просто тщательно проводят разведку. Главное, чтобы не нарвались на кого-нибудь. Для боя троих маловато будет. Отгоняя плохие мысли, Максим старался думать о хорошем. Он вновь и вновь поднимал бинокль, рассматривая кромку леса, но кроме причудливых деревьев ничего не видно было.

– Бля, – тихо выругался он.

– Чего ругаешься?!

Макс обернулся и увидел Дениса, слегка опухшего, с автоматом за спиной.

– Херово всё. Вот – где они? Столько времени прошло уже.

– Так, отойди чуть в сторонку, – Денис руками подвинул Макса и сам отошёл на несколько метров правее, и буквально, через пару секунд на песчаную косу из ниоткуда выехал Нисан Террано, в салоне которого сидели трое бойцов. И в этот же момент, прищурившись из-за солнца, из портала появились Кронах и Хурх. Именно их появлению Макс был рад.

– О, лохматые. Привет! – улыбаясь, Макс помахал рукой, но берсерки лениво посмотрели на него, не проявив никаких эмоций.

– Как всегда, сдержанны и лаконичны. Вы за ребятами? Я с вами.

– Нет Макс, если ребят повязали, им станет крайне интересно, откуда они появились. Ну и – я не уверен в методиках пыток, так что. Выгоняешь самоходку на прямую наводку. И любой транспорт, выезжающий или въезжающий, на уничтожение. Понял?

– Так точно. Вы сами поедете?

– Я заварил, мне и расхлёбывать. Берсерки помогут.

– Люди помогают нам, мы помогаем людям. Тут скоро будет жарко. Надо быстрее, – сказал Кронах, и они, что-то прорычав, рысью, вместе с Хурхом двинулись вдоль берега в сторону леса.

Максим, поняв задачу, исчез в портале, а Денис сел в машину к ребятам, и они поехали за бежавшими рысью медведями. Песок был достаточно плотным, колёса практически не провалились, машина хорошо набрала ход, но берсерков догнать не получилось, они первыми добежали до леса и исчезли в зелёных зарослях. Люди, загнав машину под дерево, спешились. Пройдя метров сто, они увидели дорогу.

– Тащ майор, мы в прошлый раз вдоль дороги шли, – шёпотом сказал Саша Зинихин. Денис в ответ кивнул, достал бинокль и посмотрел в сторону входа в портал, самоходки ещё не было видно.

– Всё, ведём себя тихо и смотрим под ноги. Без команды не стрелять. Если что, командование берёт на себя Мелин. Всё, за мной, – и, выставив перед собой автомат, Архипов углубился в лес, морпехи цепочкой пошли за ним. Лес был не таким густым, как казалось издалека. Можно было легко видеть на несколько десятков метров вперёд. Минут через пятнадцать Денис увидел могучие спины медведей, которые стояли, склонившись над чем-то. Подойдя поближе, он увидел, что на земле лежит человек, и, судя по одежде, один из его бойцов. Закинув автомат за спину, Денис быстро подбежал, расталкивая медведей. Это лежал Руслан Диденко, собрав под собой свою же кровь. Раны на спине и руках говорили о том, что он получил очередь из автомата, пули прошли навылет. Денис пытался держать себя в руках, но земля из-под ног проваливалась и в глазах темнело.

– Денис, сядь подыши. Он жив ещё. Сейчас Хурх его починит, оставим его тут, на обратном пути заберём. Впереди много людей, твои среди них. Я чувствую.

Сомневаться в словах Кронаха Денис не стал, и, не следуя его совету посидеть, подошёл к лежащему Руслану. Но Хурх подвинул его в сторону своими лапами. Наклонившись мордой к телу, понюхал раны, языком поочерёдно слизал кровь с них и тут же выплюнул.

– Человеческая кГовь слишком сладкая, – пытаясь сказать помягче, прорычал Хурх, и достав из-под своего пояса какой-то мешочек, взял оттуда когтями несколько тёмных шариков. Пожевав их несколько секунд, он положил это в каждую рану. Кронах стоял в стороне и спокойно за всем наблюдал. Мелин, Зинихин и Точилин рассредоточились и смотрели по сторонам. Хотя каждый из них был очарован берсерками. Мимолётно видели их в портале, как практически все ребята из батареи. Они помнили, что Ваня Субботин про них рассказывал, но никто до конца не верил, что они существуют, огромные медведи в доспехах. Каждый смотрел на свой сектор, и, нет-нет, да косым взглядом рассматривал их.

Хурх, после того, как в каждую рану, которых было четыре, вложил прожёванную смесь каких-то трав, а возможно и не трав, лучше было не знать состав, посадил Диденко, прислонив его к дереву.

– Кости и органы целы. Много крови ушло. До следующего дня точно доживёт. Пока пусть сидит тут, пошли – сказал Кронах, и не спеша направился в сторону. Хурх последовал за ним.

– Точилин, отнеси Руслана в машину и будь с ним, – на приказ командира, Серёга кивнул в ответ, и, закинув автомат за спину, подошёл к своему раненому товарищу. Остальные же пошли за медведями.

Солнце уже оторвалось от горизонта, и чем выше оно поднималось, тем больше чувствовалось его горячее дыхание, становилось жарко. Одежда начала местами промокать от пота. Берсеркам, видимо, тоже было некомфортно, это чувствовалось по их тяжёлому дыханию. Сквозь лес вдалеке показался забор.

– Денис, мы пойдём с холма, а вы идите ко входу. Когда заходить – решите сами – сказал Кронах, достал свой меч из ножен, переместил щит на локоть и вдоль забора направился к холму.

– В принципе, отличный план, – пожал плечами Денис, и, махнув своим ребятам рукой, пригибаясь, пошёл в противоположную сторону к дороге, где предположительно и был вход, что Зинихин подтвердил. Подходя мелкими перебежками, заметили пустующий пост охраны у открытых ворот. Видимо, люди тут беспечны и вообще не заботятся о своей безопасности. Но морпехи не решились испытывать свою судьбу на везение, и, укрывшись за деревьями, стали тихо наблюдать за обстановкой и ждать какого-либо условного сигнала от берсерков. Время шло, от постоянного напряжения болели глаза и мерещились какие-то звуки. Головная боль постепенно уходила, и хорошо, что больше не появлялся Вадим. Архипов уже догадался, что Вадимом, а именно памятью о друге, воспользовалась Яханта, так объяснил во время короткой беседы Рашидов, что было вполне логично. Из мыслей вернули в реальность звуки беспорядочной стрельбы рядом, прямо вот, за забором, который был в паре десятков метров от морпехов. Крики нескольких людей. Стрельбу вели, как минимум, три человека, речь непонятная. Денис посмотрел на своих ребят, которые веером расположились в направлении входа и держали его под прицелом. Мгновение спустя, оттуда спиной вперёд, ведя беспорядочную стрельбу, выбежали двое мужчин, одетых в светлую, песочного цвета, одежду. Это были негры, что-то крича, они пытались отстреливаться или убежать, Денис знал причину их желания. Поймав в прицеле голову одного, он прижал свой палец к спусковому крючку, но в этот момент огромный меч, пролетев несколько десятков метров, вонзился в грудь другому. Клинок полностью вошёл в мягкое человеческое тело по рукоятку, и, передав всю кинетическую силу, которую вложил в бросок берсерк, меч отбросил тело на несколько метров, после чего этот негр упал на землю уже мёртвый. Оставшийся негр, увидев это, на мгновение замер, перестав стрелять, и Денис плавно нажал на крючок. Короткая очередь, и три пули пролетели сквозь грудную клетку, разорвав сердце и лёгкие. Человек сделал пару шагов назад и упал. Из-за ворот появился Кронах, проходя мимо второго убитого он остановился, посмотрел на Дениса. Кивнув вытащил свой меч.

– Работа закончена, было слишком легко, – сказал он и тут же прижался к земле от оглушительного взрыва, прозвучавшего недалеко. Денис в этом звуке признал разрыв 122мм снаряда. И видимо, всё только начинается. Он быстро вскочил, берсерк в это время уже скрылся за забором внутри территории, а Денису с парнями надо было ещё добежать до дороги и зайти внутрь. Делать этого не пришлось, так как появился довольный Хурх, который нёс на своих плечах Субботина и Калюжного. То, что они живы и здоровы, Архипов понял по нецензурной брани, сыпавшейся на голову берсерку, но тот, видимо, не обращал на это никакого внимания.

– Денис, забиГай своих людей и уходите. Мы останемся тут, но скоГо веГнёмся, – с этими словами он бесцеремонно поставил на ноги Ваню и Антона и тут же побежал за своим старшим напарником.

– Целы, здоровы? – посмотрев на помятых и побитых парней спросил Денис.

– Так точно, Русик только погиб, – ответил Субботин.

– Жив он, его этот косолапый откачал, – с довольной улыбкой сказал Сашка Зинихин. После этих слов и Ваня и Антон поменялись в лице.

– Ну всё, а теперь план Б.

– Что за план Б, тащ майор? – потирая ушибленную руку, спросил Ваня.

– Валим отсюда, – скомандовал Денис и тут же быстрым шагом направился в сторону спрятанной машины.

– А Кронах с Хурхом?

– Ты же слышал, у них ещё дела.

В портале чувствовались тревожные нотки, ожидание перемен в размеренной жизни полевого лагеря морпехов. Каждый из ребят понимал, что рано или поздно надо будет выйти из этой безопасной и спокойной зоны комфорта и утренние события были тому подтверждением. Слухи ходили разные, вплоть до того, что командир сошёл с ума. После ночного происшествия уверенности не было даже у Рашидова, ведь он поверил в то, что старая ведьма угомонилась, а разум Йогарха объединился с Ниной и вдвоём они спокойно могли быть доминантными. Но этого не случилось. И где она сейчас – было неизвестно, а главный страх был в том, что она запланировала. В итоге приняли коллективное решение, что как только разум Нины очнётся, она сама вернётся, необходимо просто ждать.

У дверей штабной избы сидел Лёня и играл с Чернышом. Мыш то и дело взлетал в воздух, ловя пастью небольшие куски мяса, которые человек подбрасывал вверх. Ни под каким предлогом он внутрь не пускал. Команда была – выносить лишь при пожаре. Там спал Архипов, ему, измученному от напряжения и хронического недосыпания, надо было отдохнуть. Возможно, если бы не усталость, то и не произошло бы того, что в итоге случилось.

Руслан Диденко больше был похож на мумию, практически, всё его тело было перебинтовано, кроме головы. Берсерки оказались правы, по счастливому стечению, задеты были только мышцы. И пулю пришлось доставать только одну, которая застряла в косых мышцах спины, с чем достаточно легко справился штатный доктор Моисеев.

– Ну так вот, тащ старший лейтенант, дошли мы до леса. Русик говорит, что где-то пост должен быть. Мы идём, идём потихоньку, и тут очередь по нам. Диденыч впереди шёл, слёг сразу. Мы начали отстреливаться. Как потом выяснилось, одного точно положили. Нам труп бойца какого-то показывали. Я, буквально, рожок один отстрелял, и нас окружили. Видимо нас убивать им не надо было. Если бы хотели, то завалили бы там же, на месте. Руся от боли сознание потерял, те даже его брать не стали, типа, сам помрёт.

– Людей много было?

– Я пятерых видел.

– Я столько же насчитал, – включился в разговор Калюжный.

После того, как ребятам обработали все ссадины и накормили, Максим и Серёга Качанов расспросили их, что за лагерь и кто их принял там. Побиты они были хорошо, у Калюжного глаза почти полностью заплыли в гематоме.

– Ну и вот, они Антоху бьют, а у меня спрашивают.

– А чего спрашивали?

– Да, тащ лейтенант, если бы я знал. Они посмеялись над нами, и ушли, остался один негр, который нас бил. И перец какой то, он выделялся сильно, одет был не так и больше на европейца смахивал.

– А я просто старался ни о чём не думать. Ждал, когда вы придёте.

– Ну да, Антох, тебе там жесть как досталось. Негр этот, здоровенный был. Его Кронах, в итоге, пополам разрубил.

– Что-то ещё видели? Более полезная информация есть? Вы же разведать должны были.

– То, что там, – это небольшой лагерь. Там несколько строений. Дорога уходит дальше. Во всём лагере на тот момент мы видели всего пять человек, ну, шестой труп. Когда лохматые пришли и всех порешали, Кронах сказал Хурху, что дальше есть пещера, куда ведёт дорога. У нас особо времени не было там всё разведать. Вышки стоят, но они пустые. Есть телефонная связь, так как этот белый с кем-то созванивался.

– То есть, это не остров?

– Не думаю, пока мы там были, пара грузовиков проехала. Да вы и сами видели, подорвали же один.

– Ладно, Вань, всё. Идите отдыхайте.

– Чего отдыхайте-то. Куда Нина делась? И пацаны говорят, командир её того…

– Чего – того?

– Ну, то, что я сам хотел сделать.

– Вань, тебе повезло, что на месте командира не оказался ты. Вся вот эта свистопляска – её рук дело. И именно тебя она сказала отправить. Она, короче, залезла ему в голову, и зарулила всем. Мне кажется, ты в её вкусе.

– Вот тварь, я за ней ухаживал, а она…

– Короче, командир сам не понимал, что делает. Она его несколько дней водила. Представляешь. И мне кажется, ты тоже не особо по своей воле что-то ей делал.

– Да я – по своей, Нина-то нормальная девчонка была. На хрен ей в голову всех этих загнали?

– Ладно, разберёмся. И на командира не серчай. Всё, идите, отдыхайте. Наш разговор – между нами. Антоха, ты понял меня.

– Так точно, тащ старший лейтенант. А правду говорят, что эти медведи вместе с вами каких-то обезьян-людоедов убили.

– Вань, ну ты бы рассказал подробнее. Чего ребята слухами только информируются.

– Да, вроде как команды то не было.

– Без подробностей можно.

Субботин с Калюжным, встав, медленно пошли в сторону импровизированной казармы. Спать хотелось сильно и тело болело так, что любое движение доставляло сильный дискомфорт.

– Ну и? Мысли какие? Нина, по-любому, вышла к разрушенной деревне? Искать её пойдём? – спросил Шурик, сидевший рядом до этого момента молча.

– Ну, вариантов, что куда-то ещё, мало. А нужна она нам?

– Макс, разговор этот закрытый. Мы уже давно решили, что нужна, даже в таком, пока непонятном для нас виде. Рашидов с португальцами ушёл, думаю, вернётся дней через пять только. Предлагаю просто выйти и осмотреть деревню получше.

– Только пойдём тогда вдвоём, Серёга, ты пока за старшего. А мы до вечера вернёмся.

– Я с вами, – вдруг за спинами послышался голос Даши.

– Куда – с нами?

– Максим, она моя сестра. И оружием я владею не хуже вашего.

– Ладно, Саш, тогда готовимся, через двадцать минут выходим, – вставая со своего места сказал Макс, и ребята разошлись. Усков подошёл к девушке, взяв её за руки спросил:

– Даша, ты же понимаешь, что это может быть опасно? Ты видела, что она вытворяет?

– Вот именно из-за этого я и должна пойти с вами. Я смогу отличить Нину.

– Тебя не уговорить, видимо. Ладно, пошли.

Трупный запах резко ударил в нос и заставил прикрыться рукой. Шурик с Максом переглянулись, Даша же просто стояла, сморщив свой нос.

– Ну и чего встали? Вам запах нравится?

– Откуда так пахнет?

– Серёга говорил, ребята тут подбили кого-то.

– Ну а чего не закопали, ну, или не оттащили куда-либо в сторону?

– Да, хотели. Денис не пустил, сказал опасно. Вон, кстати, лежит, – и Макс стволом автомата показал в сторону ворот, где уже несколько дней неподвижно лежал парень, который пытался сбежать. Стараясь не смотреть на тело мёртвого человека, трое вышли из храма и осмотрелись, пытаясь понять, в какую сторону могла побежать Нина.

– Разделяться не предлагаю. Пошли, по тропинкам обойдём. Деревушка-то не бесконечная, в конце концов, хоть рассмотрим, что за место.

С предложением Шурика все согласились и цепочкой пошли в сторону от главной улицы, ведущей в храм по небольшой выстланной камнем широкой тропе. Каменистая дорожка то и дело исчезала и появлялась вновь, поросшая травой между камней. Час блужданий между заросших кустами развалин ничего не дал. На данный момент из живых в деревне только три человека. Спрятаться тут особо негде, вокруг холмистых лес. Ребята, ещё раз оглядевшись, направились с дальнего конца деревни к храму. Выйдя из-за очередного поворота, Шурик посмотрел в сторону ворот и остановился.

– Ребята, по ходу, свернули где-то не туда.

– А где ворота? – выглянув из-за спины Саши, спросила девушка. Дорога упиралась в лес.

– Мы же, вроде, тут уже были.

– Макс, тут всё одинаково. Тут мы не были.

– Да как, не были-то? Вон даже камушек лежит, который я пнул. А вот срубленная ветка, – показывая лежащую на земле веточку, сказал Усков.

– А с какой стороны шли?

– Ну вот, с этой вот стороны и шли. Откуда сейчас идём.

– Значит, прошли храм, разворачиваемся, – сказал Саша и пошёл в обратную сторону. Даша с Максом переглянулись и неуверенно зашагали следом. Сомнения и неуверенность закрадывались в голову, каждый из них был уверен, что храм именно тут. Но, пройдя ещё метров сто, храма так же не обнаружили.

– Так, стоп. Мы сейчас будем тут кругами ходить. Давай на дороге построим пирамидку из камней, чтобы понимать, были мы тут или нет. А ты, Макс, веточки отрубай по ходу движения, – начала командовать Даша над мужчинами, и они, охотно ей подчинившись, оставляли метки на расстоянии визуального контакта, то есть, пока видно, а как знак вот-вот пропадёт из поля зрения, ставили другую. Казалось, за этим бессмысленным занятием провели несколько часов времени, и, в общей сложности построив тридцать девять каменных пирамидок, круг замкнули. Они шли постоянно по краю разрушенных домов в деревне, несколько раз пробирались сквозь заросли к геометрическому центру. Но результатов это не принесло. Или они окончательно заблудились, что было мало вероятно, так как три взрослых человека не страдающие топографическим кретинизмом не могли заблудиться на площади чуть больше пары футбольных полей. Другого варианта не было. Попытки подняться повыше на холм и залезть на дерево, чтобы посмотреть вокруг, никаких результатов не принесли. Сверху вообще казалось, что разрушений нет, так же, как и дорожек. Всё утопало в зелени.

– Что делать будем? – уже без шуток и улыбок спросил Саша, в очередной раз оглядывая пространство вокруг.

– Честно, не знаю, – ответил Максим.

– Мальчики, вот это мы попали. Скоро темнеть начнёт. Вы патронов много взяли?

– У меня пара рожков всего.

– У меня подсумок один, – посмотрев на Сашу сказал Макс.

– И у меня всего два, – посмотрев на свой новый укороченный АК, сказала Даша.

– Оставаться тут точно нельзя, предлагаю идти по тропе к лесу, и там, может, найдём какие-нибудь ориентиры и к людям выйдем. По крайней мере, стоять на месте – точно не вариант. Макс, рация так и молчит?

– Да, тишина полная. Саш, согласен насчёт идти. Ох, вот попали. Даша, ты чего скажешь.

– Говорить-то нечего, Макс, хорошо хоть, что ты рядом.

Глава 5

– Нашла, я точно помню, когда вышли, справа, вот, смотрите – дерево росло, а вокруг стена каменная была, – Даша вприпрыжку подбежала к тому самому дереву.

– Ну, если так, то где храм? – оглядываясь вокруг, поинтересовался Максим.

Шурик смотрел себе под ноги и распинывал в стороны какой-то мусор. Остановились, он посмотрел на остатки фундамента крупного здания, где сохранились небольшие участки стены высотой не более полуметра, а посередине была огромная воронка диаметром не менее пяти метров, залитая до середины дождевой водой. Края воронки заросли мелкими кустами и похожей на камыши травой.

– Храм же тут должен был быть? Верно? – указывая на воронку, спросил вслух Шурик. Ребята остановились и взглянули на него. Прошло, наверное, секунд тридцать молчаливой паузы, когда все, замерев, смотрели друг на друга, пытаясь понять то, что не поддавалось логическому объяснению.

– Да ну на хрен, не может же такого быть, – прервал тишину Усков.

– Вот и я о том. Похоже, это и есть храм. Где были ворота и где этот вход в портал? – Шурик смотрел, пытаясь понять, где, примерно, находился небольшой пьедестал с входом в портал.

– Где-то тут, – сказал Макс, спрыгнул в воронку с водой, и тут же с головой ушёл под воду. Через секунду его голова вновь появилась; сплёвывая воду и шумно дыша, он поплыл к середине ямы. Даша смотрела со стороны, как Макс раз за разом пытался пересечь ту невидимую линию, которая отделяла портал от внешнего мира.

– Макс, ты слишком низко, он же выше был. Выходи, я там дерево видел, принесём и положим, как мостик.

Дерево было, и ствол был, действительно, повален, и лежал на земле. Но длина ствола была далеко за пятнадцать метров и силами двух человек было невозможно его даже пошевелить. Теорию о том, что возможный вход в портал был чуть выше, все приняли, и следующие два часа, пока солнце не приблизилось к горизонту, все втроём пытались достичь этой самой высоты. Несколько раз прыгали, даже пытались сделать каменную подушку, но все камни просто-напросто скрывались под водой, не принося успехов. Это было глупо, пытаться засыпать такую огромную яму, но отчаяние толкало вновь и вновь.

– Я так больше не могу, я устала, – закрыв лицо ладонями, тихонечко всхлипнула Даша.

– Все мы устали, – Макс обнял девушку и замер, уставившись на яму с водой.

– Судя по всему, этой яме, как минимум, несколько лет, – рассуждал Шурик. – А мы вышли из чёртова храма несколько часов назад. Или у нас глюки, или я не знаю. Но, судя по тому, как у меня болят руки и ноги, это ни хрена не глюки, и мы не спим. Так всё-таки, это реальность или проделки нашей старой подруги Яханты?

– Не к ночи будь помянута, – добавил Макс и тут же ущипнул Дашу за попу, но, получив недовольный удар под дых локтем, завертел головой.

– Не, Саш, спать мы точно не спим. И я не верю в коллективный гипносеанс. Всё это по-настоящему. Какие будут предложения?

– Оставаться тут – не вариант. Без инструментов мост мы не построим. Надо идти к людям. Нас тут или сожрут, или с голоду подохнем, или поубиваем друг друга.

Сашины доводы все приняли, как единственно верные, и решение уходить оказалось единогласным. Ориентируясь по главной дороге в разрушенной деревне, люди дошли до леса. К тому времени солнце ушло в закат, и сумерки поглотили всё вокруг. Лиственный лес был не густым, стволы деревьев стояли на приличном удалении друг от друга, но огромные кроны деревьев всё равно друг друга касались, создавая ощущение полностью перекрытого потолка. Под ногами то и дело попадались сухие ветки деревьев, а редкая трава местами доходила до пояса. Но идти было достаточно легко, не нужно было постоянно корректировать намеченный маршрут.

– Мы в этих лесах сутками ходить можем. Они же тут, практически, девственны, – ведя стволом автомата из стороны в сторону, сказал Максим. Беспокоиться было о чём. Резкие писклявые и не очень звуки возникали хаотично то там, то тут. Несмотря на это, люди цепочкой пробирались быстрым шагом через лес вдоль вершины большого холма, пытаясь найти какое-нибудь открытое место или же – следы людей.

– Мальчики, может, мы зря на ночь-то глядя пошли. Могли остаться в деревне, там хоть местность просматривается. А утром двинулись бы.

– Ну её к чёрту, эту деревню, ночь я точно не хотел бы там проводить.

– Бля, хомяки долбаные, – вскрикнул Макс, отпрыгнул в сторону и пнул воздух, пытаясь попасть по небольшому зверьку, похожему на бурундука, который выскочил прямо ему под ноги.

– Это не хомяк, – спокойно ответил Шурик, проводив взглядом незнакомого зверька, который тут же исчез в зарослях травы.

– А кто это?

– Я не знаю. Дроздов, по-любому, знает.

– Что за Дроздов?

– Николай. Он раньше передачу вёл, в мире животных. В детстве я любил смотреть. Ему, наверное, уже лет восемьдесят, если не помер ещё.

Макс молча шёл дальше, разглядывая вокруг тёмные силуэты деревьев, которые в темноте сливались с окружающим пространством. Время воспринималось материально, и шло параллельно с ребятами, преодолевая километры по пересечённой местности. Шедший впереди Саша вдруг взмахнул руками и упал плашмя на землю.

– Ёкарный бабай, чё за херня! Есть у кого, чем посветить? – но ни фонариков, ни телефонов ни у кого с собой не было, и Саша в темноте на ощупь начал определять.

– Трос, точно вам говорю.

Приглядевшись внимательнее, все втроём увидели танковый буксировочный трос, торчащий из земли. Половина была утоплена в землю, а верхняя часть была оборвана, и – без кольца.

– Это же следы. От гусеничной техники. Значит, где-то люди. Так, если трос торчит в таком положении, значит, они ехали с той стороны сюда.

– С чего ты решил? – не веря, спросил Саша.

– Ну вот, трос оборван, значит, что-то застряло и тянули его. Как минимум, два трактора или ещё чего-нибудь тут проезжали. Пойдём вдоль следов.

Дорога стала легче восприниматься морально, так как идти пришлось по старым следам техники, которая кое-где на полметра оставила углубления в мягкой почве. Ведь знаешь, что тут проезжали люди, и они куда-то точно ехали. Спокойной прогулки не получилось, не прошло и двадцати минут, как троица сориентировалась, сзади всё громче и громче слышались какие-то шорохи, и Макс, замыкающий цепочку, не на шутку начал переживать и нервничать.

– Стойте, за нами кто-то идёт, – остановившись и развернувшись сказал Макс.

– Максим, идёт и идёт, если бы это кто из кошачьих, то давно напал бы. А этот гадёныш ждёт, когда мы остановимся, и только тогда нападёт. Поэтому, ему надо показывать, что мы полны сил.

– Саша прав, – коротко резюмировала Даша.

– Ты-то откуда всё это знаешь?

– Ну, так я же тебе говорил, что Дроздова смотрел. Да и сам тут несколько лет охотился за разными зверями вместе с Лёней. Специфика работы, так сказать. Но скажу, что именно в такой жопе, я в первый раз. Так что – идём и не останавливаемся.

Следы сильно петляли между деревьев, видимо, техника ехала, не зная дороги, но в один прекрасный момент темнота леса вдруг расступилась, и перед людьми открылось небольшое плато, хорошо освещаемое луной. Небо было безоблачным, и усыпано яркими звёздами. На земле были маленькие холмики, которые выстроились в одну линию с изгибом.

– Тут не одна машина проехала, смотрите, сорвали дёрн и укатали хорошенько. Значит, нам идти налево – рассматривая поросшие травой следы, сказал Максим.

– Макс, сделай на дереве хорошую засечку, будем возвращаться, чтобы знали, когда в лес заходить. Так, примерно километров двенадцать мы прошли. И ещё, Макс, вспомни, пожалуйста, помнишь Сева этот рассказывал, который в яме сидел. Сколько, он говорил, ехать до поселения?

– Вроде, час где-то.

– Так, если на квадрике по пересечёнке час, это около двадцати километров. Значит, ещё топать, как минимум, часа два, – вздохнул Шурик, и, ещё раз оглядевшись, пошёл вдоль леса по видимым пока следам. Рельеф местности был неровным. Постоянно приходилось подниматься на небольшие холмики и тут же спускаться, так продолжалось ещё некоторое время, пока глазастая Даша вдали не разглядела огоньки. Ничего не говоря, она просто показала рукой, и Макс с Сашей без слов поняли, куда стоит идти. Огоньки становились всё ближе и ближе, пока в один прекрасный момент ноги не ступили на твёрдую грунтовую дорогу шириной более трёх метров.

– Да тут даже трасса, – с довольной улыбкой произнёс Макс.

– Ага, прям, счастье, – и Саша, широко раскинув ноги, сел на дорогу.

– Ну чего ты расселся-то, пойдём быстрее, – не дожидаясь парней, Даша пошла по дороге в сторону огней. Пройдя оставшееся расстояние, ребята приблизились к небольшой деревне, улицы которой освещались фонарями, висевшими на невысоких деревянных столбах. Вдоль узких улиц стояли крепкие высокие заборы, за которыми можно было разглядеть только крыши домов. Насколько большое поселение – сказать было сложно, и, недолго думая, Саша постучал в первую попавшуюся калитку. Удары прикладом разбудили лишь какую-то тварь, которая находилась во дворе. Она громко начала шипеть, и пыталась издавать звуки, похожие на писклявый лай. Минуты через три включился свет.

– Хто это там бродит по ночам! Пошли вон! Сейчас собак спущу, – послышался сипловатый крик мужчины со двора.

– Доброй ночи, дедушка. Нам помощь нужна, – сделав свой голос менее грубым, крикнул в ответ Шурик.

– Сейчас собак спущу, вот тогда вам точно помощь нужна будет.

В этот момент в соседнем дворе засветилась лампочка и более приятный голос крикнул в ночную тишину.

– Афанасич, чего ты разорался ночью?

– Да вот, гости незваные пожалували, – ответил дед.

– Что за гости?

– Нас трое, нам ночлег нужен. Дорога трудная была. Нам бы поесть и поспать, – ответил Саша соседу.

– А расплатиться есть чем?

Саша похлопал себя по карманам и посмотрел на Дашу и Макса. Усков тут же отрицательно покачал головой, а Даша обшаривала свои бесконечные карманы в штанах.

– Ну так, есть что? – секунд через тридцать паузы сосед Афанасича вновь повторил вопрос. Даша, пальцами нащупав небольшой кусочек в кармане, радостно закивала и достала небольшой кусочек золота, похожий на пятирублёвую монету.

– Да, есть! – тут же крикнул Саша.

– Афанасьич, я их сам возьму, а ты отдыхай, – но дед уже давно зашёл к себе домой и не слышал ничего. Только сиплая собака до сих пор пыталась что-то пролаять.

Звякнула щеколда, и калитка отворилась. За ней, выставив перед собой старый АК-74 с деревянным прикладом, стоял невысокого роста мужчина.

– Ну, что там у вас? – хитро прищурившись, спросил он.

В ответ Даша показала примятый до круглой формы слиток золота.

– Рыжик, самая твёрдая валюта. Заходите, гости добрые, – опустив автомат, сказал хозяин и жестом пригласил домой. Ребята, пройдя через заставленный какими-то ящиками двор, где стоял старый форд эксплорер, зашли в небольшой дом. Небольшим он казался снаружи, внутри же оказался хоромами. В прихожей и на кухне, в которую вёл коридор, горели обычные лампочки. Мебель, что бросилось в глаза, была самодельной и даже не прокрашенной. Как будто вот только что забрали у столяра. И пахло соответствующе, ни с чем не сравнимый вкусный, пропитанный смолами древесный запах.

– Ну что, комнат всего две, так что, кто с девкой будет, решайте сразу. Или она одна будет спать? – с хитрым прищуром улыбаясь, спросил хозяин.

– Шутник, смотрю, – с иронической интонацией ответила Даша.

– Большая кровать в той комнате. Вон там кадка с водой, идите, мойтесь. Я на стол поставлю и спать пойду. Завтра утром всё расскажете, – показав где что, хозяин дома подмигнул Даше, удалился и пошёл на кухню греметь кастрюлями.

– Для начала неплохо, но эта монета у меня единственная. Так что – надо будет завтра соображать, как быть дальше.

– Ага, время – почти утро уже, то что мы живы, уже большой и жирный аванс от судьбы, – снимая ещё не досохший китель сказал Саша и направился отмываться от грязи, налипшей к телу за последние десять часов.

Вдруг половицы заскрипели и в дверном проёме вновь возник хозяин дома, и направив свой АК на Шурика с Максимом спросил:

– А вы не чумные?

Максим выхватил пистолет, и наведя его на мужчину, тихо сказал:

– Дядя, мы в гостях, или что?

– Ну, вроде не кашляете, так денежку вперёд, – убрав автомат, он подошёл и протянул свою ладонь. Наблюдавшая со стороны Даша достала примятый пятак и ловко кинула. Хозяин, среагировав, поймал. Ещё раз посмотрел на золото при свете лампочки.

– Хороша, чертовка, на пару дней, точно, можете остаться. Я Йован, – представившись, он выставил вперёд правую руку.

– Макс! Серб что ли? – ответив на рукопожатие, спросил Усков.

– Серб, хорват! Какая, к чёрту, разница. Все мы – русские и не русские. Много тут нашего брата.

– Я Александр! А что за чумка-то? – подав руку Йовану, спросил Шурик.

– Да, зараза ходит. С Земли, видимо, принесли новенькие. Человек за неделю сгорает и, задыхаясь, умирает. Правда, чумка, не всех берёт. Вообще непонятно, кого-то берёт, а кого нет. Но людей покосило – будь здоров, – мужчина, поняв, что рассказывать ещё много надо, зашёл на кухню, налил себе что-то из чайника, и, шумно отхлебнув жидкость, продолжил.

– Вот у нас в Спарте, когда Шарай ещё жив был, народу жило человек пятьсот. А сейчас – не больше сотни осталось.

– Так что, всех зараза погубила? – заинтересовавшись рассказом, спросила Даша и тут же села рядом с мужчиной сделав милое и по-детски наивное выражение лица. Видимо, Йована это сильно впечатлило, и он, ещё раз отхлебнув из кружки, более эмоционально продолжил свой рассказ.

– Да не только, сперва бородачи пришли. Как гром среди ясного неба. Всех людей Шарая переловили, а уже потом зараза появилась. Вон, у соседа, жена молодая была, он её на рынке купил почти задаром. Он, старый мудак, отпускал её на рынок, а она там подхватила, и что в итоге? Померла баба. Зря только денег потратил, – рассказывал хозяин дома. Ребята же от услышанного тихо удивлялись, но никто не подавал вида.

– А что за бородачи? – вставил в паузу свой вопрос Шурик.

– Да, русские. Я таких в Приштине видел. Еще пацаном был. Тоже взялись ниоткуда. У них ещё злой командир был. Хотя, сам не видел, врать не буду. Мне рассказывали. За что купил, за то продал, как говорится. Я в Дошпорте был тогда. Работёнка подвернулась.

– Йован, а когда они пришли, и где они сейчас? – спросил Макс, еле сдерживая дрожь в своём голосе.

– Так, лет пять уже прошло. Точно, кстати, ровно пять лет назад. Да, я прям, как сейчас, помню. Приехал из Дошпорта, а на площади виселица, а там Шарай болтается. Люди говорят, бородачи выпустили новых. А те сами выловили и повесили. Хороший мужик был. Хотя, грешил конечно, но так, для людей-то сколько полезного сделал. Если бы меня так же в лесу нашли и отдали кому, я бы только спасибо сказал. Он же доброе дело делал.

– Людей продавал? – грубо спросила Даша.

– Ну так, деньги-то нужны были. У нас же тут что, ни нефтяных червей нет, ни леса нормального. Он их не только продавал, а пристраивал в лучшие руки. Попробуй тут без поддержки выжить-то. Жалко, если симпатичную мордашку сожрут в лесах. А так – они могли и в Иерихон попасть. А там не жизнь, а красота.

Шурик с Максимом сидели с напряжёнными лицами и еле сдерживались, чтобы не устроить тотальный допрос хозяину дома, а Даша только взглядом им давала понять, чтобы сидели смирно, а то слишком много подозрений можно вызвать. Хотя наивное и милое выражение лица не переставала изображать.

– Понятно всё. Значит, зараза людей косит. Я помню, на Земле ещё был, весной в Китае вирус какой-то появился. Почти до конца лета везде карантин был. Парад победы, помню, только в сентябре сделали. В день окончания второй мировой, – начал свой рассказ на отвлечённую тему Усков.

– А ты чего, в параде в Москве участвовал? – с явным интересом спросил Йован.

– Да не, какая Москва. Я так, со стороны смотрел. Ну вот, парад перенесли, и народу тоже много на Земле вымерло, – продолжил говорить Максим.

– А ты давно тут? Вы-то когда прошли?

– Выходит, лет пять назад, – печально сказал Макс.

– Я уже лет десять, – сказал Шурик. – Раньше охотой выживал. Сейчас вот, друзей своих ищем. Они в Дошпорт должны были ехать. Далеко отсюда?

– Да не, пару часов езды.

– А как нам туда добраться? – заинтересованно спросил Шурик.

– Да как, как, на машине. На дорогу выйти днём, может кто и возьмёт с собой. Только смотрите, надо ваши документы у главы зарегистрировать.

– Так мы же проездом тут, – вставил своё слово Макс.

– Нельзя. Порядки такие. После Шарая тут с Дошпорта главу назначили, и всякий, кто появляется, должен у него отметиться. Во-первых – зараза, во-вторых – порядок. Чтобы всякие не шлялись. Из леса много кто выходит, учёт вести надо.

– Ну ладно, это всё завтра. Спасибо, Йован. Мы, пожалуй, пойдём отдыхать – медленно зевнув сказал Шурик.

– Да, да, конечно. Будить утром не стану, спите сколько угодно. Вижу, ребята вы нормальные, – закончив говорить, хозяин резко встал и ушёл в дальнюю комнату.

Ребята минут пять сидели молча, опустив взгляд в пол. Каждый думал о своём, и о том, что произошло с теми, кто остался в портале.

– Пять, бляха, лет. Охренеть. Пять, – проведя ладонями по лицу, вздохнул Максим.

– Да тише ты. Мы всё сами слышали. Надо Нину найти в первую очередь.

– И пацанов, – прервав Дашу, добавил Саша.

– Их тоже. Я вообще не представляю, что делать, и как быть. Я всю жизнь была рядом с Йогархом и Ниной. И всегда кто-то знал, что делать дальше. А тут… – тихо сказала девушка и замолчала.

– Ладно, как бы сказал командир, утром решим, сейчас всем спать. А пока спите, можно подумать над всем этим. Видимо, Денис этого местного всё-таки достал. Но куда они дальше поехали? Даша, ты идёшь? – посмотрев на девушку, спросил Макс, давая намёк, что в комнате они будут вдвоём. А Шурик в отдельной. Даша улыбнулась и пошла в комнату.

Шурик тяжело поднял веки. Как только свет ударил в глаза, всё тело тут же отозвалось тупой болью в мышцах. Его кто-то настойчиво тряс за плечи, пытаясь добудиться.

– Саша, Саша, блин. Просыпайся. Может, тачку угоним? Ты знаешь, как без ключей завести? А то Йован ушёл куда-то, – громко над головой шептал Максим и тряс его за плечо.

– Да отвали ты. Не умею я. Дай поспать. У меня всё тело болит.

– Да хорош спать, время уже. Или сейчас встаём и идём в этот Дошпорт, или зависнем тут до завтра, – сердито сказал Макс.

– Зависнем тут до завтра. Крыша и постель оплачены, вот и отдыхай. Можешь по улицам пройтись, на разведку сходить. Займи свой мозг чем-нибудь. А меня не тронь, – раздражённо сказал Шурик, и укрывшись с головой одеялом, отвернулся к стене.

– Макс, не трогай ты его, – издалека послышался голос Даши.

Усков ещё раз посмотрел на Сашу и ушёл из комнаты, прикрыв за собой дверь. Даша сделала яичницу из настоящих яиц. Хозяин оставил несколько сырых яиц на столе и полбуханки хлеба. Так вкусно, казалось Максу, он давно не ел. Позабытый вкус жареной яичницы с солью и с хлебом. Он медленно жевал, и от каждого движения языка получал наслаждение. От удовольствия иногда даже прикрывал глаза. Но, как известно, что-то вкусное быстро заканчивается. Надо было думать, где достать денег. Так как необходимость возвращаться в портал на данный момент отпала из-за того, что выяснилось, Денис с батареей вышли и направились в сторону города Дошпорт. Надо искать их следы там. Целая артбатарея не могла пройти мимо людей, бесследно и без свидетелей.

Совместно решив, что девушка привлечёт меньше внимания, отправили Дашу прогуляться по деревне. Йован был прав в том, что очень сильно ощущалось отсутствие людей. Их, практически, не было на улицах. Стояло много пустующих и разворованных домов с разбитыми окнами и настежь открытыми калитками, и воротами. Были и сожжённые. Центральную площадь украшало здание, построенное из камня и, судя по ухоженности, было оно обитаемо. Возможно, администрация. Подходить ближе Даша не решилась. За те пару часов, что она ходила, встретила всего нескольких человек, которые, увидев её, шарахались в сторону и ускоряли шаг. Она хотела быстрее вернуться к своим, потому что чувствовала себя чужой под десятком глаз, которые наблюдали за ней от страха или любопытства. Она не знала, кто, но знала, что смотрят и изучают каждое её движение и взгляд. Ловить в этом богом забытом месте было нечего. Разговоров с местными не получалось, и перспективы найти ответы на вопросы были, практически, нулевыми. Вынувшись в дом она всё это рассказала Максиму и Шурику, который встал с постели сразу, как только она ушла. Проснувшись, просто так лежать, как он выразился, было скучно. Вернувшийся к вечеру хозяин в красках рассказал о своём рабочем дне. Как выяснилось, он работает сторожем на полях, где выращивают сою. Эти бобовые прекрасно прижились в ином мире и дают хорошие плоды, из которых делают много различных продуктов, но всё это в Дошпорте. Его старый форд, как хотел Макс, они забрать точно не смогли бы. Как выяснилось за ужином, он не был на ходу уже пару лет. Что сломалось, хозяин не знал. И вероятность автостопа резко возрастала.

Ковыряясь ложками в безвкусном дымящемся рагу из овощей, ребята сидели молча, слушая, Йована. Тот в очередной раз рассказывал историю о том, как он в одиночку отогнал от полей стаю диких кролов, пытавшихся сожрать его. Кролы, распространённые в этих местах животные, похожи на земных енотов. Очень хитрые и умные, действуют всегда небольшими группами. С острыми когтями и клыками, величиной чуть меньше немецкой овчарки, они наводят страх на местных жителей.

– Йован, а почему-бородачи-то?

– Максим, ты всё их забыть не можешь. Да бородатые они были, практически, все. Люди говорят, их наёмники Иерихона всё-таки убили. Но шороху они в Дошпорте навели. Почти целую армию покрошили. Это надо у Афанасича спрашивать. Он у Шарая работал, они его и взяли. С ними несколько дней провёл. За бутылку он всё расскажет – сказал хозяин дома, закусывая свежим хлебом.

– А бутылка есть у тебя? – посмотрев ему в глаза, спросил Максим. Йован перестал жевать рагу, которое он только что закинул себе в рот. Даша, посмотрев на Макса и Йована, достала магазин из подсумка Ускова и положила его на стол перед хозяином дома. Йован закивал. И, проглотив еду, спросил:

– Так вы `их ищете?

– Нет, но нам очень интересно, где они, – положив свой пистолет на стол, сказал Максим.

– Йован, а куда обычно твой Шарай девал одиноких и симпатичных девушек? – посмотрев на Дашу, спросил Шурик.

– Ну, известно куда. Очень симпатичных себе оставлял, других в город, а там их раскупали со всей округи. Могли и в Иерихон забрать. Считай, так повезло им.

– Моя сестра пропала, вот мы её и ищем, – добавила Даша.

– Это надо в администрацию, они записи ведут. По-любому, что-то найти можно, – глядя на воронёную сталь пистолета, ответил Йован.

– Ну чего ты, зови соседа и тащи бутылку, а может и две, – улыбнувшись, сказал Макс и положил на стол второй магазин с патронами.

– Дашуля, солнышко, – Макс, дыша перегаром, пытался в темноте найти руками груди девушки, прикрытые одеялом. Но лёгкий и очень ощутимый удар локтем под дых заставил его передумать. Подобрав руки и натянув одеяло по самый подбородок, сказал:

– Ну чего ты, все же спят, вроде как.

– Макс, зайчик мой ненаглядный. Ты пьян, и лучше тебе выспаться и протрезветь, пока нас тут не прирезали. Хотя, слава медведям, брать у нас нечего. Но могут легко продать нас самих. Придурки, чего вы так напились-то! – тихо злясь, прошипела Даша. Макс промолчал, он прекрасно понимал, что так напиваться не стоило. Но у Шурика организм оказался крепче и с виду был он достаточно трезв. Таким его видел Усков.

– Как-деда-то звали, напомни пожалуйста.

– Афанасий!

– Афанасьевич Фет, – с улыбкой сказал Макс, ему казалось он очень тонко и хорошо пошутил.

– Какой ещё Фет!? – не поняв смысла сказанного, спросила Даша.

– Ну, Фет. Я пришёл к тебе с приветом, рассказать, что солнце встало, – начал было рассказывать стих Макс, но одурманенный алкоголем мозг дал сбой, и он, закатив глаза, замолчал.

– Ночь на дворе, какое ещё солнце? – уже сильнее злясь, сказала девушка.

– Тьфу ты, неуч. Фет – это же поэт. Он стихи писал.

– Он писал, а ты не пишешь и не спишь. Всё, глаза закрывай, и с приветом засыпай.

Усков ещё минут пять лежал, сопротивляясь вертолётам, но организм в итоге сдался, и он засопел. Даша же лежала рядом не раздетая, сжимая в руках автомат и прислушиваясь к каждому шороху. Придётся сегодня ей так полежать, пока парни спят.

– Напоили они, конечно, деда этого. Да и Йован после первой бутылки окосел и ушёл спать, – вглядываясь в темноту, думала Даша. Она всё вспоминала рассказ Афанасия Афанасьевича. Неплохой по рассуждениям человек. Но человек прекрасен не словами, а своими делами. Девушка это знала прекрасно. Встречала она людей, которые могли часами рассказывать про доброту и отзывчивость, а ночью сдирать кожу с ещё живого человека за какую-нибудь вещицу. Если ему верить, то Дениса он видел вживую. В тот день, когда они прибыли в Спарту, Шарай со своими людьми дали хороший отпор, и даже кого-то из бородачей, как выражался дед, они смогли подстрелить. Но, в итоге, сдались. Шараю это не помогло, так как грешков за ним числилось много. Повесили руками освобождённых на той же самой площади. Жалкое было зрелище. Дед был одним из тех, кто охранял пойманных для продажи людей. В этом ничего плохого не видел, просто, как средство заработать и выжить в этом мире. Дальше бородачи уехали в сторону Дошпорта. Похоронили своих людей тайно, но все прекрасно знают место, где могилы. Многие люди, которые обрели свободу благодаря им, ухаживают за этим местом. А что с ними дальше было – он не особо в курсе. Кто-то говорит, что у города они устроили бой и все погибли, кто-то сказал, что они не доехали и исчезли где-то в лесах. Кому верить – он не знает, и знать не хочет. Когда уже дед окончательно напился, то расплакался и благодарил тех ребят, что пришли и освободили всю Спарту, так как в плену были не только те, кого поймали, но и те, кто тут жил.

– Даша, буди Макса, уже пора. Сколько спать-то можно! – за плечи девушку потряс Саша. В комнате было светло, в окна заглядывало яркое солнышко. Даша разжала пальцы и отпустила автомат. Она так, сидя, блуждала в своих мыслях, пока уснула. Усков спал, пуская слюни, и сам просыпаться даже не думал.

Через час вся троица уже стояла на улице, пожимая руки Йовану, хозяину дома, который их приютил, хоть и за отдельную плату. Насчёт заработать – порекомендовал дойти до администрации, те могли подкинуть какую-нибудь работу, с которой бы они справились. Там можно и разузнать про сестру Даши.

Максим очень захотел посетить захоронение. Про могилу ребят можно спросить у любого, покажут, где, – заверил Йован.

Решено было сперва дойти до места захоронения, ну а после – в администрацию сельсовета, как выразился Шурик.

Улицы деревни были так же пустынны, как и днём ранее, когда гуляла одна Даша. Небольшие дома, узкие улочки. Заборы, где-то сделанные из редкого штакетника, а где-то непроходимой стеной, возможно, данный факт говорил о достатке хозяина. Разузнав у одной взрослой женщины, которая шла с пакетом яблок, где находится захоронение погибших ребят, они направились туда. Их тут звали просто, освободители. Возможно, покажется слишком пафосно и громко, но для многих, кто тут находился, приход морпехов ознаменовал глоток свежего воздуха и свободную жизнь, где каждый сам за себя решал.

На крайней улице показалась узкая дорожка, вымощенная камнями, которая вела вглубь небольшой рощи. И каждый шаг по дорожке для Макса и ребят давался тяжело. Они понимали, что вот-вот увидят место последнего пристанища парней, которых видели живыми, буквально, пару дней назад. Вот показался невысокий заборчик с холмиками, и Усков остановился, боясь идти дальше и прочитать фамилии, которые были написаны краской на четырёх торчащих из земли артиллерийских гильзах. Трава вокруг был покошена, и чувствовалось, что за этим местом ухаживают, а рядом стояла скамейка, на которой сидел какой-то парень.

Ребята молча подошли, вглядываясь в буквы.

Лейтенант Качанов.

Сержант Субботин.

Старший матрос Читов.

Матрос Парамонов.

Эти имена были написаны чёрной краской на оцинкованном железе гильз. Макс стоял неподвижно, вновь и вновь вчитываясь в звания и фамилии своих товарищей и друзей. Ком подступал к горлу, хотелось плакать навзрыд. Не верилось глазам, но факт оставался фактом.

– Серёга, Ваня… – тихо и грустно начал говорить Усков.

Услышав голоса, сидевший на скамейке парень медленно обернулся. Шурик тут же выхватил автомат, как только увидел его лицо.

– Ах ты ж, сука, ты чего тут делаешь! – дёргая стволом автомата выкрикнул он. Макс, тут же придя в себя, пристально посмотрел на человека.

– Сева, твою мать! Ты вообще охренел.

Парень сидел неподвижно, подняв руки чуть выше своих плеч, и не мог понять, что происходит. Он понимал, что эти люди его знают, но не мог вспомнить, откуда их лица знакомы ему.

– Чего ты тупаря-то включил! Какого лешего ты – живой и здоровый – тут сидишь? – перейдя на крик, спросил Усков. Видимо, парень, всё-таки, вспомнил, и из-за этого его глаза стали ещё шире.

– Так Вы же эти самые… Морпехи пропавшие.

– В смысле – пропавшие? – не понимая сказанного, повторил за Севой Шурик.

– Так вас же Денис, да и не только он… Вас искали. Решили, что вы вышли, а вас поймали. Вот они все и поехали в Спарту, – до сих пор не веря своим глазам, проговорил парень.

– Ты то как? Почему живой? – Спросил Максим.

Сева молча посмотрел на гильзы.

– Ваня спас. Его в тот день меня охранять поставили, чтобы не сбежал. Хотя, я и не думал сбегать. Когда приехали к деревне, танки ваши оставили, на броневиках заехали. Мы шли в конце, и сзади нас выскочили трое, ну и дали по нам. Ванёк меня оттолкнул, и сам поймал все пули. Тех-то, в итоге, завалили. А он там же и помер. Благодаря ему, я жив. Вот, до сих пор тут живу.

– То и есть, ты жив, а он мёртв! – выхватив пистолет, крикнул Макс и нацелился Севе в переносицу. Парень от испуга зажмурил глаза и снова поднял руки.

– Не стреляй, не убивай меня. И дня не было, чтобы я не думал о нём. Вся моя жизнь до того момента была полным дерьмом. И я сам был таким же. Я хочу прожить её за себя и за этих парней. Сейчас у меня семья, и сына моего Ваня зовут. И он тоже только благодаря ему и живёт. Если бы не он, то ни меня, ни его не было бы, – быстро затараторил Сева.

– Да хорош ты, опусти пистолет, – слегка ударив по руке, сказал Шурик. Макс ослабил руку и пистолет завис на пальцах, а рука повисла на плече Даши, которая подошла и, встав между мужчинами, обняла Макса.

– Пять лет с тех пор прошло, выпьете? – спросив, парень достал из-под лавки початую бутылку какой-то светлой жидкости и стеклянную рюмку.

– Наливай, – сказал Шурик, подсаживаясь рядом.

– Жену как зовут? – выпив стопочку, спросил Саша.

– Ирина. Она у меня в библиотеке работает. Её в тот день освободили, – улыбаясь, ответил Сева. Макс, взяв рюмку, чуть плеснул на могилу парней, и без слов выпил.

– Куда остальные делись, знаешь? – поставив рюмку на лавку, спросил он.

– Нет, – ответил Сева.

– К храму ещё ездил? – продолжал спрашивать Максим.

– Нет, плохое это место. Хотя, благодаря этому месту, вся моя жизнь изменилась.

– А кто храм взорвал-то? – включаясь в разговор, спросил Шурик.

– Не знаю, Денис ворота только разломал. Чтобы танки проехали.

– Бля, это не танки! Налей ещё! – громко и раздражённо сказал Усков.

– Слушай, помнишь, девушка была с нами? – подойдя поближе, спросила Даша.

– Не-а, я-то и тебя не видел.

– Ах, да, точно. Я Даша, – улыбнулась она ему.

– А я – Всеволод, – улыбкой ответил парень.

– И как можно узнать про девушку? – продолжила расспрашивать Даша.

– Так она тут была? Если да, то в архиве посмотреть можно, тут регистрируют всех приходящих и уходящих. Может, вы кушать хотите? Куда вы тогда пропали-то?

– Нам машина нужна, кушать не хотим. Спасибо. Как этот архив посмотреть можно? – уже самостоятельно наливая рюмку, спросил Шурик.

– С машиной можно что-нибудь придумать, а архив, да, можем сейчас пойти и посмотреть, архив рядом с библиотекой находится. Там Ольга Степановна заведует. Еще со времён Шарая, – подняв палец вверх, сказал Сева, встал с лавки, посмотрел на могилу и сказал:

– Ладно, пацаны, до следующего раза. Вашим друзьям помочь надо.

Макса и Шурика этот жест очень удивил. Видимо, действительно, бывают моменты, когда жизнь человека круто меняется, а он сам не против этого, и меняется вместе с ним. Что с подвигло тогда Ванька сделать эту жертву, чтобы спасти жизнь этому парню, на данный вопрос уже не ответит никто. Но, факт остаётся фактом, что жизнь свою отдал он не зря, и Сева оправдал надежду.

Ольга Степановна в архиве особо большой информации не дала, лишь то, что некую девушку Нину привели два охотника Лысый и Китаец. Лет ей – двадцать шесть, и направлена в карантинную зону. Через три дня отправили в Дошпорт для продажи.

Машину Сева так и не нашёл, но нашёл человека, который был готов отвезти ребят в город за один из автоматов. Оружие ценилось, особенно Калашников.

Старенькая, его машина не вселяла большого оптимизма, но в данной ситуации особого выбора не было. Заниматься разбоем, чтобы найти себе машину, было сомнительно, и не факт, что обошлось бы без потерь, так как люди хоть и выглядели безобидно, могли постоять за себя.

Молчаливый мужчина-водитель представился Вацлавом. Чех, хорошо говорящий по-русски. В Ином мире был новичком, не больше полугода назад перешёл, но сразу проникся жизнью деревни и работал в администрации, хотя, в основном был занят частным извозом. В оплату брал всё, и продукты, и оружие, и топливо. Тем и жил, что брал, возил и продавал.

Из Спарты выехали уже ближе к обеду. Ребята не особо понимали, для чего едут в Дошпорт, хотели найти зацепку, куда исчезла батарея. Не могли несколько десятков людей с техникой сквозь землю провалиться. Хотя, зная про порталы, вполне себе могли. Пять лет – слишком много. Даже для Земли это много. За пять лет люди могут изменить свою жизнь на сто восемьдесят градусов. Жениться, развестись, переехать, отучиться. Через пять лет можно было запросто не узнать своего одноклассника на улице, что уж говорить про Иной мир. Тут за это время целые жизни начинаются и заканчиваются. Сменяются главари крупных банд, которые чувствовали себя победителями в жизни, но тут же находились более изворотливые и сильные, которые сменяли предыдущих.

Дорога пыльной лентой тянулась к горизонту, чередуя леса и поля. Водитель рассказывал, что поля засеяны, и они собирают по два урожая в год. В Ином мире хорошо растёт и гречка, и пшеница, которую сюда кто-то в своё время завёз. А теперь эти культуры пользуются хорошим спросом не только у русских, которые гречку с детства едят, но и у других народов, где гречневую крупу в жизни никогда не видели.

Шурик сидел спереди, а Макс с Дашей на заднем сиденье, и каждый вглядывался в окно, стараясь найти какую-нибудь зацепку, чтобы понять, куда делись ребята. Надежда найти Нину таяла с каждой каплей информации, которую находили ребята. В том, что она жива, были уверены все, но где она именно? Под влиянием Яханты она могла уйти и скрыться куда угодно. И Нина просто не вспомнит, как оказалась в том или ином месте.

По дороге то и дело попадались встречные и попутные машины. Люди спешили, ехали куда-то по своим человеческим делам. Большого влияния на эту крохотную, по меркам Иерихона, деревню от столицы иного мира не было. Все жили своей маленькой жизнью.

Машина слегка дёрнулась, возвращая к реальности от своих мыслей людей в салоне. Движок начал задыхаться, теряя обороты. Водитель то и дело раскручивал его, нажимая на педаль газа, но по звуку стало понятно, что двигатель приказал долго жить.

– Цилиндр, что ли, сдох? – прислушиваясь к звукам, спросил Шурик.

Вацлав прижался к обочине неширокой дороги, и, выругавшись на непонятном языке, ответил:

– Надо избавляться от этой советской рухляди. Что ни выезд, то поломка. Не знаю я, что ему опять не хватает. Сжечь, и в труху. Приеду, продам обязательно. Хоть за мешок пшеницы, но продам.

Шурик, открыв дверь, вышел из машины и, откинув спинку сиденья, помог выйти своим друзьям. Остановились они не в самом лучшем месте. Дорога пересекала очередной лес, лес, где людям рады лишь в одном случае, когда люди – это еда.

– Ну что там, надолго? – посмотрев на склонившегося над открытым капотом водителя, спросил Макс. Но в ответ он лишь что-то пробурчал на своём языке.

– Ладно, торчать тут смысла нет. Мы пойдём потихоньку, а ты как починишься, нас догонишь, – громко сказал в адрес водителя Шурик.

– А как же… а оплата? – тут же отозвался он.

– Могу тебе приклад открутить. Договорённость была – доехать до города. А мы где? Тут явно не город, – ответил на вопрос Саша, и не оборачиваясь пошёл вдоль дороги.

– Я сейчас, тут надо-то всего лишь свечу просушить, залило её.

– Догонишь, – ответил за Шурика Макс и, взяв за руку Дашу, пошёл следом.

– Опять одни, опять в лесу. Ну что за напасть, – оглядываясь вокруг, комментировала девушка.

Метры сменялись километрами, и через пару часов ходьбы по пыльной дороге стало ясно, что никто их не догонит, а проезжавшие мимо уже к вечеру редкие машины не остановятся.

– Эх, мне бы мой байк. Жаль, тогда оставила у профессора.

– Да в любом случае, не было бы уже твоего байка. Слышь, Макс, а это ведро или гильза? – показывая на кусок торчащего в нескольких метрах от обочины металла, спросил Шурик. Усков остановился и, подойдя поближе, носком ботинка толкнул цилиндрической формы предмет, который большей частью был зарыт в землю.

– Точно, гильзы, – сказал он и тут же начал откапывать. Вытащив из земли, перевернул и посмотрел на капсюль-воспламенитель.

– Стреляная. Ищите ещё. Не зря, значит, тачка сломалась, – добавил он и начал ходить вокруг, сканируя взглядом землю, поросшую травой.

А это от чего? – подняв покрытую коррозией небольшого размера гильзу, спросил Саша.

– Корд! Рядом ещё должны быть, – всё больше отдаляясь от дороги, сказал Макс.

За полчаса рыскания в траве вдоль опушки леса у дороги что-либо ещё найти не удалось. Несколько стреляных гильз от крупнокалиберного пулемёта корд и одна артиллерийская гильза.

– Они тут были, сто процентов, – присев в траву сказал Макс.

– Были да уплыли. Вечереет уже. Надо доехать до города. Сколько ещё, километров тридцать осталось? Вот, чего асфальт тут не придумают? Грунтовка какая-то, – посмотрев в пыльный след очередной проезжающей вдали машины, сказал Шурик.

– Пошли через лес, там, вроде, дорога крюк делает. Срежем чуток. Устал я уже ходить.

Саша с Дашей согласно кивнули и медленно пошли за Максом, который зашёл в лес и уверенно пошёл в одному ему известном направлении. Дорога проходила примерно в метрах семистах левее, и если верить чутью старшего лейтенанта Ускова, то должны выйти к ней, срезав около трёх километров пути. Но не было никакой уверенности, что грунтовка не повернула бы левее, тем самым отдалив ребят ещё больше.

– Бля! – сказал тихонько Шурик, снимая автомат с плеча и переставив предохранитель на стрельбу одиночными. Даша, увидев, как медленно их обходят несколько волкоподобных существ, сделала то же самое.

– Макс, Макс, – шёпотом позвала девушка. Усков уже сам увидел, и тут же скинув свой калаш для стрельбы стоя, начал выцеливать зверей.

– Ты с такого расстояния их не возьмёшь. Это импаны. Степные собаки, – держа своё оружие наизготовку, сказала Даша и медленно подошла со стороны спины к Максу. Шестеро взрослых импан, постепенно взяли людей в полукольцо и не спеша сокращали расстояние. До них было не больше ста метров, сквозь стволы деревьев было видно, как они, периодически оскаливаясь, шаг за шагом приближались к людям, оценивая ситуацию: могут ли двуногие защититься. Острые уши, вытянутая морда, которая то и дело раскрывала свою пасть, показывая не меньше дюжины белых клыков. Бурая вздыбленная шерсть говорила о том, что эти звери были настроены крайне недружелюбно. Чем меньше становилось расстояние, тем ниже звери поджимали задние ноги, готовясь в любой момент прыгнуть на свою жертву.

– Цельтесь в глаза или в живот. Грудь вы не пробьёте, – выцеливая зверя, командовала Даша.

– Крепкие, ублюдки. Я с такими сталкивался. Шкура пробьётся метров с десяти, не больше, – комментировал Шурик. Тем временем импаны подходили всё ближе и ближе, сокращая расстояние. Их рык можно было уже отчётливо слышать, но люди не готовы были просто так расставаться со своими жизнями. Первым, у кого сдали нервы, был Макс. Грохот коротких очередей пронёсся по лесу. Видимо, звуки выстрелов для импан прозвучали как команда, и все как один, прыгнув вперёд, быстро побежали. Звуки выстрелов наполнили лес. Запас патронов таял на глазах, но, казалось бы, смертоносная пуля, выпущенная в зверя, тут же отскакивала от шкуры и уходила в сторону. Шурик смог попасть в живот одного из зверей, от чего тот, громко заскулив, как обычная дворовая собака, поджал задние ноги и кувыркнулся на землю. Остальные же, не обращая внимания на своего раненого товарища, нападали.

Заглушая звуки выстрелов, над головой с громким шипением пронеслись две тёмные фигуры. Люди, заметив это, начали искать новую опасность для своих жизней, импаны же, услышав, сразу остановились и медленно попятились, а при очередном громком шипящем крике неизвестной летающей твари поджали хвосты и, развернувшись, начали убегать. Даже раненая волкоподобная собака не отставала от своих сородичей. Тени, мелькающие над головами, спикировав, спустились на землю. Это были два огромных кхурога, которые, оскалив свои игольчатые зубы и растопырив лапы с перепончатыми крыльями, приближались.

– Черныш! – вдруг крикнул Саша и убрав автомат пошёл на встречу к одному из кхурогов. Тот, не ожидая человеческого внимания, остановился и наклонил слегка голову, разглядывая человека, второй же зверь продолжал идти. Буквально через пару секунд первый зверь развернулся и крепкой лапой сильно ударил второго, от чего тот повалился на землю, поднявшись, начал громко шипеть, подпрыгивать, махать огромными крыльями, пытаясь ударить своего собрата. Но тот, уже не обращая внимания, быстро передвигая своими короткими ногами, бежал к Шурику. Это был Черныш, непонятно откуда взявшийся, но явно повзрослевший и набравший массу. Он помнил своего хозяина и друга. Особых обнимашек не получилось, но Черныш полностью обнюхал своего человека, взмыл в воздух, сделал несколько крутых пикирующих разворотов, вновь приземлился и, мелко семеня ногами, подошёл к Шурику, давая знать всем своим видом, что он очень рад встрече. Не меньшей радостью переполнялся и Саша.

Встрече удивились и Даша с Максом. На этом пути они готовы были встретить кого угодно, но только не Черныша. К тому моменту второй кхурог успокоился и тихонько сидел в стороне, наблюдая за своим собратом. Черныш же, напитавшись любовью и вниманием Шурика, подлетел и начал издавать какие-то звуки, улетая в сторону, но тут же возвращаясь.

– Он нас зовёт куда-то? – сказал Саша, и свистнув в ответ зверю, пошёл за ним. Кхурорг сделал разворот в воздухе и полетел в сторону невысокого холма, видневшегося в лесу. За быстрым полётом кхурога было сложно успеть, но люди старались не отставать. Минут через двадцать бежавший впереди Саша вдруг встал как вкопанный, Макс упёрся ему в спину и тоже остановился, Даша выглянула из-за спины Ускова и спросила?

– Ну всё, добежали, куда этот паршивец хотел?

– Ага, смотрите, – и Саша рукой показал на сгоревшие останки самоходки, которая стояла перед вершиной небольшого холмика на открытой полянке.

Одинокий в этом лесу остов сгоревшей машины остался позади. Тяжёлое зрелище. Внутри каких-либо останков не нашли. Хотя, за пять лет могли и растаскать, местного зверья предостаточно. Самоходка была целая, хоть на корпусе ребята и нашли несколько отверстий от крупного пулемёта, но изначально каких-либо критических повреждений не было. Возможно, сожгли осознанно, забрав оборудование и боеприпасы. А возможно, самоходка оставалась для прикрытия. В любом случае, узнать достоверно сейчас было невозможно.

– Вон, просвет впереди, – показывая вдаль, крикнул Максим и ускорил шаги. Ребята, ожидая, что вот-вот выйдут на дорогу сократив путь, вновь заблудились, и уже около двух часов шли по одному богу известному направлению, а лес так и не хотел заканчиваться. Но даже закончившись, хороших новостей не показал, и перед людьми открылась широкая степь, освещаемая последними лучами садящегося за горизонт солнца.

– Засада какая-то! И нафиг мы сюда пошли? – недовольно сказал Шурик.

– Ни следов, ни знаков. Не могли же они просто исчезнуть?

– Да Макс, ёлки палки! Пять лет прошло. Ты видел, какая тут природа! Тут за год всё зарастёт так, что хрен чего найдёшь, – ответил Шурик.

– Может, портал какой нашли, Саш. Портал. Твою ж мать! Я же фотку схемы делал на телефон. Сейчас, сейчас, – сияя от своей сообразительности, хоть и поздней, Макс скинул оружие на землю и начал судорожно искать в кармане видавший виды смартфон.

– Он у тебя заряженный, что ли?

– Был, я-то не пользовался им, практически. Лежит и лежит в кармане. По привычке я его и не чувствую, а в связи с ненадобностью вообще стал забывать, что он существует, – найдя во внутреннем кармане кителя гаджет, он попытался его включить.

– И что нам даст эта схема? Там что, названия городов прописаны, или что? – недовольно глядя в напряжённое лицо Ускова, сказала Даша.

– Может, хоть поймём, есть ли рядом портал.

– Саш, там схема такая, что прорисованный портал может быть в радиусе ста километров. И как силами трёх людей, и без Йогарха, который может чувствовать их, нам найти? Правильно, никак. Лучше подумали бы, где нам переночевать, и где дорога. У нас патронов, практически, нет уже, – злясь сильнее, сказала девушка.

– Села, видимо, в ноль, не включается. Зря надеялся. А где, кстати, Черныш? – убирая смартфон в карман, спросил Макс.

– Да хрен его знает. Улетел куда-то со своим корешем или подругой. Бля, просто какой-то попадос, – оперевшись оружием на землю, Саша громко выдохнул и уселся на траву.

Минут пять люди молча смотрели вдаль, думая о том, что нужно сделать в ближайшее время, чтобы утром оставаться в живых. Тишину вокруг нарушал только шум ветра и далёкий крик каких-то птиц. И все втроём, не сговариваясь, медленно пошли вдоль опушки леса в сторону предполагаемой дороги, которая, видимо, всё-таки повернула не направо, как логически казалось, а налево. Ушли они в сторону, как минимум, километров на двенадцать. От раздумий на ходу ребят отвлекли шумные хлопки крыльев, которые издаёт лишь одно животное, какое они знали. Над лесом показался тёмный, лоснящийся в лучах заходящего солнца кхурог. Люди тут же приготовились стрелять, уверенность в том, что это именно Черныш, была не полной. Но, резко спикировав на землю, он сел. И, смешно семеня короткими ножками, прижав уши к голове и что-то урча, он подбежал к Шурику, и нетерпеливо перебирая лапами на месте, показывал всем своим видом радость. В пасти он держал какой-то кусок мяса, облепленный шерстью. То ли это был небольшой зверёк, то ли часть более крупного. Но брошенное к ногам мясо обозначало, что мыш поохотился и поделился добычей с людьми.

– Ну, ужин у нас точно есть, – с улыбкой рассуждал Саша, поглаживая за ушами одной рукой и рассматривая покрытый кровью и слюной кусок мяса, на котором ещё были небольшие комочки земли.

– Можем хоть тут остановиться, разведём огромный костёр. Никто не подойдёт, – подобрав мясо с земли, сказала Даша.

– Ну, скажи, где все-то, Черныш. Где Лёня, где остальные? – глядя в глаза и перебирая пальцами шерсть на шее зверя, спросил Шурик.

– Так он тебе и сказал! – с усмешкой прокомментировал Макс. Черныш же в этот момент чуть отошёл назад и, обернувшись в сторону леса, вновь посмотрел на Шурика.

– Они там? Или нам туда идти? – не понимая поведения кхурога, переспросил Саша. Черныш, взмахнув крыльями, поднялся на несколько метров в воздух, стремительно сделал пару кругов над людьми и полетел в сторону, куда показывал. Потом вновь вернулся, видя, что люди не идут за ним, и повторил свои действия.

– Он хочет, чтобы мы шли за ним, – громко сказал Саша, и, закинув автомат за спину, пошёл за Чернышом. Даша с Максом, не особо веря происходящему, смотрели на удаляющуюся спину Шурика, но очевидность варианта спасения заставила их тут же побежать, чтобы догнать своего товарища, который всё глубже и глубже уходил в лес, пытаясь не отстать от Черныша.

Бежали к холму в лесу, откуда, буквально, пару часов назад спустились ребята, но сразу взяли левее, обходя холм стороной. Кхурог то и дело зависал в воздухе, летал кругами в ожидании людей, которые в отличие от него бежали на двух ногах по земле и не могли набрать такую скорость.

Через сорок пять минут бега почти у вершины лесного холма Черныш остановился и опять завис в воздухе, люди же, тяжело дыша, начали осматриваться, пытаясь понять, куда привел их кхурог. Лес уже поглотила вечерняя темнота и что-либо разглядеть было сложно.

– Вижу, вижу, – сказал Макс и полез ещё выше, где виднелись каменные выступы. За скальной породой оказался небольшой проход в скале. Размеры прекрасно позволяли взрослому человеку протиснуться туда. Черныш же, не дожидаясь, пока нерасторопные люди войдут внутрь, спикировал с многометровой высоты и исчез в темноте прохода.

– Кто первый?

– Саш, твой питомец ты и лезь, – сделав шаг в сторону, освободил путь Макс, Даша же встала за спиной Ускова и вглядывалась в неизвестное им место.

Шурик похлопал ладонью по карманам, найдя старую китайскую зажигалку, пару раз крутанул колёсико и кремень, убедившись, что зажигалка исправна, сделал шаг в пещеру. Макс тут же, выставив перед собой автомат, пошёл следом, девушка ещё мешкалась несколько секунд, обернувшись к утопающему в темноте лесу, решила, что в любом случае с ребятами в пещере будет не так страшно, как одной снаружи, и быстро пошла следом за парнями.

– Узковато тут, – Саша периодически щёлкал зажигалкой, пытаясь что-либо рассмотреть внутри пещеры за те секунды, пока горит огонь. На стенах выступали острые камни и расположены они были под углом. Как будто где-то высоко была вершина треугольника, и от этой вершины стены опускались, постепенно расширяясь. С помощью маленького огонька зажигалки рассмотреть, где наверху смыкаются стены, было невозможно. Пол был землянистым, по крайней мере, так казалось по ощущениям. Нога ступала на ровную и сухую поверхность. Пройдя так метров десять, Саша запнулся ногой обо что-то мягкое и чуть не упал. Под тусклым светом зажигалки все увидели лежащий рюкзак. Он был покрыт пылью и чьими-то испражнениями.

– Это что, эРДэшка? – подняв рюкзак, Макс стал разглядывать находку, периодически рукой стряхивая пыль. – Точно, а что она тут делает? Может, тут наши были? Шурик, ну ка, посвети вот сюда, тут бирка должна быть с фамилией, – крутя в руках рюкзак, попросил Макс.

Шурик зажёг, и при колеблющемся свете огонька от зажигалки Макс начал протирать пальцами небольшую пластиковую бирку, а когда буквы очистились от грязи, он тут же остановился.

– Ну, что там? Ты смог прочитать? – раздражённо из-за его медлительности спросил Шурик. Максим повернул кусок пластика к свету, где все смогли прочитать чётко:

«Старший лейтенант Усков М.В.»

– Я что-то не понял. Это твой рюкзак, что ли?

– Видимо, мой, – не веря увиденному сказал Макс, всё ещё держа находку в руках.

– Ну открой, посмотри, что там. Вроде, тяжёлый.

И Макс, опустив рюкзак, открыл и перевернул его, высыпав всё содержимое на пол. Кроме диодного китайского фонарика, который Саша тут же включил, лежали три полных магазина к АК-74, две зажигалки, граната, фляжка с чем-то жидким внутри, сигнальная ракета и три пачки галет. Ребята не верили своим глазам, это же вещи, которые так нужны им именно сейчас. Запихав содержимое обратно в рюкзак, Максим, довольный находкой, закинул его за спину. Шурик, светя фонариком, направился вперёд, сейчас можно было намного лучше разглядеть эту пещеру. Коридор, внизу шириной около полутора метров, а на уровне головы – сантиметров семьдесят, был почти прямым, без поворотов и изгибов.

– Как тут Черныш-то летает, интересно? – тихо спросила Даша.

– Да никак, он тут ходит, как и мы, – освещая фонариком коридор, сказал Шурик. Впереди людей, в метрах пяти, смешно перебирая ногами и цепляясь небольшими когтями на крыльях за стенку пещеры, шёл кхурог. Пол был под наклоном, значит, пещера всё-таки углублялась. Метров через пятнадцать после находки стенки расширились, и люди попали в небольшую полость, которая образовалась из обвала породы. Трещина же уходила далеко наверх.

– Осторожней, тут лужа, – светя фонариком на землю, сказал Шурик.

– Видимо, сверху капает, значит трещина выходит на поверхность, – сказала Даша, подняв голову наверх, где, зацепившись когтями, уже висел вниз головой Черныш и вылизывал себе крылья.

– Тут и дрова есть, и место для костра. Кто-то до нас, видимо, тут тоже прятался, – довольный находкой сказал Саша, и, подойдя к костровищу, начал складывать лежащие рядом сучья. Сделав несколько безуспешных попыток зажечь толстые ветки, Саша сдался.

– Ребят, есть у кого бумага или что-нибудь? Поджечь не могу, ветки слишком здоровые.

– Может, ножом их расколоть? – подойдя поближе, решил помочь Макс. Даша же, видя, что парни скоро зажгут огонь, подошла к воде и начала мыть кусок принесённого Чернышом мяса. Не самый лакомый кусочек, конечно, но в данном случае, о чём-либо большем мечтать даже не приходится.

– Да хрен там, не горит. Вроде дерево, но гореть не хочет. Макс, достань фляжку, может, там попить чего есть, – плюнув на пустое занятие и сев рядом, сказал Шурик.

Макс достал из рюкзака фляжку и потряс её, убедившись, что там действительно что-то есть. Открутил крышку и понюхал.

– Блин, это бензин!

– Да ну нафиг, дай понюхать, – не веря своему товарищу, сказал Саша и, взяв фляжку, принюхался.

– Точно, бензин. Так, и бумага не нужна, сейчас зажжём, – и с этими словами он нагрёб ещё веток и обильно полил всё это топливом. Небольшая искра от зажигалки, и яркое пламя озарило пещеру желтоватым светом.

– Мальчики, смотрите, – Даша встала и показала на противоположную стену, где лежал плоский камень, на котором было что-то написано. Ребята подошли поближе, и при свете фонарика увидели, что кто-то ножом выцарапал:

«Спарта-нет»

«Дошпорт-нет»

Стены расщелины в холме, где ребята благодаря Чернышу нашли приют на ночь, освещались желтоватым светом от костра. Сухие ветки, кем-то натасканные сюда, хорошо давали тепло, и даже небольшой огонь согревал. Найденный плоский камень с надписями грелся на углях, ребята решили его использовать вместо сковородки, чтобы поджарить тонко нарезанные куски мяса.

– Шашлыком за километры пахнуть станет, гостей, надеюсь, не будет, – раскладывая мясо на разогретую природную сковородку, сказал Саша.

– Может, растяжку поставим? Гранаты же не зря кто-то оставил, – девушка, комментируя, разглядывала в руках РГД.

– Даш, с гранатой поосторожней. Если и ставить, то надо снаружи, и так, чтобы тот, кто подцепит, оказался в секторе поражения. А если внутри поставим, то нас самих посечёт, и оглохнем. Дай сюда, это не игрушка, – Макс взял гранату и, выдернув из куртки шнуровку, пошёл к выходу.

– ой-йой-йой. Я гранат, что ли, не видела.

– Даш, видеть одно, а уметь пользоваться, это другое. Я сам – не умею. Вон, Макс умеет, пусть и делает, – глядя вслед выходящему Ускову, сказал Шурик. Ребята молча посидели ещё несколько минут, пока луч фонарика, которым Максим себе подсвечивал дорогу, не забегал по стенам.

– Ох, и надымили тут. На улице свежо и хорошо. Только страшно, тихо слишком.

После слов Макса Шурик инстинктивно посмотрел на кхурога, висящего на потолке одному ему известным способом, закрывая крыльями голову.

– Да не, спокойно всё. Мыш спит. Зверьё и опасность он чует получше всякого.

– Спарта – нет. Дошпорт – нет! Что бы это значило? – переворачивая поджаренный кусочек мяса и снова увидев надписи, спросила Даша.

– Не знаю. Слышь Макс, а твой вещмешок что тут делает?

– Это эРДэшка, вещмешок у мабуты. Может, кто из наших забыл, – взяв рюкзак в руки чтобы ещё раз разглядеть бирку, сказал Максим. Он до сих пор помнил, как сам пришивал её, когда только получил старлея. Помнил даже, как криво завязал узелок на нитке, и помнил каждый шовчик.

– Да ну, как сюда все заберутся-то. Пещера маленькая. Ну, человек восемь влезет. А техника? Может, они разделились? И надпись эта… Даш, вкусно получилось, – разжёвывая непривычно жесткое, но необыкновенно вкусное мясо, закивал Саша.

– А тут ещё есть какие-нибудь другие деревни или города? Или только Спарта и Дошпорт?

– Пленный этот, Сева, только про эти два говорил. Может, что-то ещё есть. Не в курсе, – ответил Даше Максим.

Сытная еда подняла ребятам настроение, и уже забылся тот факт, что они находятся неизвестно где. Максим полчаса рассказывал байки из прошлой курсантской жизни. Шурик про рыбалку, и как они весело проводили время с друзьями. За разговорами прошла пара часов. Поудобнее расположившись у светящихся в темноте и слегка потрескивающих углей, собрались ложиться спать. Решили не дежурить, доверившись гранате и Чернышу, в любом случае, от разрыва проснутся все. А на дальних рубежах непрошеного гостя почует Черныш.

– Короче, предлагаю идти дальше. Может, там найдём какой-нибудь ответ. Пока одни загадки, – глядя в тёмный потолок, сказал Шурик.

– Прям, капитан очевидность. Другого варианта у нас и нет. Утром разглядим округу. Вроде, холм высокий.

– Мальчики, спите уже, – устраивая поудобней голову на плече у Макса, сказала девушка сквозь дрёму.

К середине ночи костёр, отдав своё последнее тепло, потух, и утро казалось особенно зябким и холодным. Промёрзли так, что проснулись ещё перед рассветом, и каждый лежал молча, пытаясь улечься поудобнее и согреться. Первым не выдержал Саша. Протерев лицо замёрзшими руками, он отогнал последние капли сна. Черныша на месте не было. Видимо, кхурог улетел по своим мышиным делам. Шурик начал собирать в пещере раскиданные вечером вещи. Под сводом зияла узкая полоска чистого неба, светало. Ребята так же не заставили себя долго ждать. Встав, каждый занялся свои личным делом. Шурик сгрёб всё в рюкзак и осматривался, не забыл ли он что-нибудь. Даша неторопливо расчёсывала свои русые волосы и потом собрала их в хвост. Девушки – такие девушки. Где бы ни были, всегда должны выглядеть по возможности красиво.

Выйдя на улицу, Макс снял гранату, и, отойдя по нужде чуть в сторону, зажмурился от удовольствия.

– Эй, сюда идите. Быстро! – вдруг засунул голову в расщелину и позвал Максим.

– Ну, чего там? Море сделал, что ли, – пытаясь пошутить, вышел из пещеры Шурик, а за ним подошла и Даша.

– Смотрите, – Усков рукой показал в сторону горизонта.

– Ничего не вижу, что там?

– Саша, глаза по шире раскрой. Вон видите, за лесом речка какая-то, и чуть выше.

– Это что, дома? – не веря своим глазам, спросила Даша.

– Именно. Это точно не Спарта, так как Спарта должна быть вон там, а Дошпорт, судя по рассказам, город, и, по-любому, больше.

– И сколько до них топать? – задал вопрос Шурик.

– Ну, примерно, километров восемь.

– И чего стали? Пошли. Все же вещи забрали? – отодвинув парней в сторону, вперёд вышла Даша.

Ребята переглянулись и, поправив оружие и рюкзак, который взял Саша, двинулись за девушкой. К моменту ухода, Черныш, который, видимо, улетел ещё ночью, так и не появился. Возможно, до сих пор где-то охотится. Если захочет, то найдёт своих людей.

Пройдя этот путь без особых приключений за три часа, если не считать, как Макс, не углядев, попал в паутину, откуда его минут двадцать распутывали, отгоняя здорового, величиной с футбольный мяч паука, ребята вышли к жиденькому забору из длинных жердей, где одиноко стоял тёмно-коричневого цвета небольшой стог заготовленного давно сена.

– Крестьяне, что ли? – глядя на покатые камышовые крыши, спросил Макс.

– Может, язычники или отшельники какие? – рассматривая торчащий из земли столб с вырезанным на нём диковинным лицом, предположил Шурик.

– Я не знаю, кто это такие. Но, если что, у нас есть, чем защищаться. Пошли, я мыться хочу и кушать – не обращая внимания на парней, Даша уверенно зашагала вперёд.

Небольшая деревня, где вместо дорог лишь протоптанные тропинки соединяли всего шесть дворов. Высоких заборов, которые ребята привыкли видеть в других местах, где жили люди, тут не было. Вместо них – небольшие огороженные территории, и сразу двери в избы. Именно избы. С маленькими окнами. У некоторых домов лежали перевёрнутые лодки. Возможно, жители рыбачили. Но, судя по состоянию, рыбачили очень давно, так как прогнившие доски растрескались. Ощущение было, что деревня вымерла. Даже насекомых не было слышно. Парни, чувствуя напряжённость, выставили перед собой автоматы и осторожно двигались, выцеливая каждый угол, откуда мог появиться кто-либо. Решительность и оптимизм Даши тоже улетучились, и она, слегка побаиваясь, медленно переводила взгляд от одного дома к другому, рассматривая тёмные окна.

– Ни дня без приключений. Там, где мы, там победа. Понятно! Что за шляпа опять, – тихо ругался Макс. Сыроватый запах прелого сена окутал деревню, и от него становилось дурно и неприятно.

Даша шла впереди, и, обходя очередной дом, она нос к носу столкнулась с девочкой, которая стояла на тропинке. От неожиданности глаза Дарьи расширились, она глубоко вдохнула для того, чтобы громко завизжать от испуга, а руки сами подняли ствол автомата. Шедший за ней Максим тут же отреагировал, встав перед ней и удержав ствол руками.

– Тихо! – посмотрев в глаза Даши, сказал он. Даша выглянула из-за спины Ускова. Темноволосая девочка с тоненькими косичками смотрела на неё большими карими глазами. Одета она была во что-то наподобие сарафана, и стояла босиком.

– Здравствуйте! – на чистом русском произнесла она.

– Привет, девочка! – подойдя поближе, поздоровался Шурик. Ребята тоже встали лицом к ней и кивнули. Ей было не больше десяти лет. Она наивно смотрела на взрослых людей и хлопала длинными пушистыми ресницами.

– А вы пришли к нам в гости? Мама говорила, что вы придёте. Она каждый день вас ждёт.

– Нас ждёт? – не понимая, переспросил макс.

– Вы же пришли? Раз пришли, значит, вас. Пойдёмте, – она, тихо ступая босыми ногами по земле, подошла, и, взяв за руку Сашу, повела за собой. Тепло детских ручек тут же ураганом прокатились по мыслям Александра, побуждая давно забытые отцовские чувства. Он давным-давно так же не мог устоять, когда дочка подходила к нему, и со словами «Пойдём со мной, папочка», уводила его безо всякого сопротивления. Сейчас Саша тоже не мог противиться этому, и безропотно зашагал за девочкой. Ребята переглянулись, держа оружие наготове, аккуратно переступая с ноги на ногу, пошли следом.

– Кто это, Макс? У меня такое ощущение, что я её где-то видела – шёпотом сказала Даша.

– Может, просто путаешь, или похожа на кого-то.

– Может быть.

– Мама! – вдруг остановившись возле крайнего дома, звонко крикнула девочка.

– Мама, – повторила она, надеясь, что мама услышит её со второго раза. От дома пахло людьми. То есть, не самим человеком, а его жизнью. Перемешанные запахи еды, тепла и дыма.

Шурик, не выдержав, отпустил руку девочки и сделал шаг назад, поднимая оружие в направлении двери, и тут же увидел осуждающий взгляд девочки, от чего ему стало холодно на душе.

– Альва, – из глубины дома послышался женский голос.

– Что случилось? Заходи в дом! – мягкий голос матери девочки прозвучал вновь.

– Мама, – громче и требовательнее крикнула девочка. Мама на этот раз сдалась, и по скрипу полов стало понятно, что она идёт открывать дверь. Вот её шаги всё громче и громче. Максим сжал рукоятку автомата так, что кожа на пальцах побелела.

Дверь отворилась.

– Мама, гости пришли. Ты же их так ждала – сказала девочка и подошла к женщине, которая, увидев ребят, широко раскрыла от удивления глаза. И, оседая на обмякших ногах, опустилась на порог. Закрыла ладонями лицо и тихо заплакала.

Альва отошла в сторону и внимательно наблюдала, как парни опустили оружие и, открыв рты, молча смотрели на девушек, на Дашу, которая присела рядом и обняла свою сестру Нину. Тихо всхлипывая, они просидели минут пять в полной тишине. Никто не мог подобрать слова и правильно высказать свои мысли.

– Привет, Нина, – раздался голос Максима. Девушка подняла глаза и улыбнулась. Видно было, что время, которое она тут провела, не прошло бесследно. Она уже не была той юной девушкой, которую знали ребята.

– Привет, ребята, здравствуй, Даша. Как же я по тебе скучала, – вновь посмотрев на сестру, сказала она.

– Ты чего тут делаешь? Вы вдвоём тут живёте? – начал расспрашивать Саша.

– Я и Альва. Иногда Черныш прилетает со своей подругой, – взглянув на маленькую девочку и улыбнувшись ей, ответила Нина.

– Это твоя дочь? – опустившись на колени, чтобы рассмотреть светлое лицо Альвы, спросила Даша.

– Да. Пройдёмте в дом. Вы одни пришли? – оглядев округу за спинами ребят, спросила Нина.

– Мы, как бы проще объяснить, потерялись слегка. Тебя и ребят искали. Ты почему убежала-то? Мы за тобой пошли. И какая-то чертовщина произошла, – начал говорить Макс, но Нина жестом показала – нужно замолчать, и, посмотрев на свою дочь, ещё раз сказала.

– Дорогие гости, входите в дом.

Ребята переглянулись и молча зашли в избу. Первое, что бросилось в глаза, это низкие потолки и запах дыма. Дом состоял из небольших сеней, из которых был вход в одну большую комнату, какая занимала, практически, всю площадь постройки. В углу стола небольшая печь, обмазанная глиной. Стол со скамейкой и широкая лавка, видимо, заменяющая кровать.

Нина, показав на деревянное ведро с водой, предложила мыть руки, а сама пошла к печи и достала небольшой казанок. Девочка же из-за печки вытащила несколько деревянных мисок и поставила на стол, помогая матери накрывать. Ребята оружие убирать не стали, всё это сильно настораживало их. Хоть и старались не подавать виду. Помыв руки, расселись за стол.

Нина, улыбаясь своим мыслям, придвинула самую большую глубокую тарелку на столе и наложила туда чего-то ароматного, дымящегося из казанка и поставила перед Альвой, она поблагодарила маму и начала, не отводя глаз от гостей, есть.

– Ничего у неё аппетит, – прокомментировал Шурик, наблюдая, как еда, ложка за ложкой, исчезает у небольшой девочки во рту.

– Да, у неё очень хороший аппетит. Особыми вкусностями угостить не могу, вот что с утра поймала на речке – сказав, Нина всем наложила еды. С виду напоминало рагу, крупные кусочки каких-то овощей и разваренная рыба. Ребята, вдохнув аромат, взяли ложки и начали есть, но тут же остановились, чуть сморщившись.

– А соли нет? – спросил Максим.

– Вместо соли ешьте вот это, типа хлеба, – и Нина подвинула поближе к ребятам тарелку с нарезанным, похожим на кекс, батоном. Шурик взял кусочек, рассмотрел поближе не до конца перемолотые зёрна внутри, и откусил кусочек.

– А теперь горячее, – предложила хозяйка, и Шурик, послушав, её закинул в рот ложку рагу.

– Во, очень вкусно. Прям – баланс. Это что за солёный хлеб? Вкус, как будто конопля или лён. Из чего это?

– Да, растёт у нас одна трава. Чем-то на пшеницу похожа, только мелкая, растёт всегда на склоне холма. Сама по себе очень солёная, но если высушить и измельчить, то можно печь хлеб. Соли тут нет. Только вот так, – медленно пережёвывая, говорила Нина.

– Мама, я поела. Можно, я погуляю с тётей? – посмотрев на Дашу, спросила Альва.

– Если она хочет, то конечно, – ответила мама, и девочка посмотрела на девушку, которая даже ещё не начинала есть. Но, увидев требовательный взгляд своей племянницы закивала и, вскользь посмотрев на парней, вышла из дома, держа за руку Альву.

Проводив взглядом Дашу с девочкой, Макс отодвинул тарелку и, наклонившись к Нине, тихо спросил:

– Это кто?

– Дочь, – ответила она.

– Какая, на хрен, дочь? Подобрала, что ли, где-то? Ей же лет десять!

– Ты видел, сколько она ест? Как взрослый мужик. Берсерки – и то меньше едят. Ей всего пять лет. Она, мне кажется очень быстро растёт. Я не знаю. У меня детей не было.

– В смысле – быстро? Если ей пять, то она растёт не по дням, а, прям, по часам. И давно вы тут живёте? Где остальной народ? Рассказывай, давай. Я так понимаю, ты не особо при ней говоришь. Ты помнишь, что тогда произошло ночью? Что ты сделала?

– Я помню, как будто это вчера было. Я легла спать, а очнулась в часе ходьбы от этой деревни. С тех пор я отсюда, практически, не ухожу. Вся наша жизнь протекает тут. Меня нашли люди из этой деревни. Они же помогли мне при родах. Я примерно представляла, что это, но ни разу не видела и …

– Слушай, мать. Давай без подробностей, – прервал её Шурик, доедая свою порцию.

Нина выразительно посмотрела на него, и, отодвинув порцию Даши, продолжила:

– Саш, жуй сиди, и слушай. Я сама не особо понимаю, что тут происходит. Ну так вот, Альва родилась, и где-то, года за полтора половина деревни вымерли. Просто вот, мрут. И практически все – задыхаются. Остальные уплыли вниз по реке. Нас с собой не взяли. Сказали, Альва во всём виновата.

– Задыхались? Так может, это зараза какая? Мы вон, в Спарте были, это посёлок небольшой, там нам рассказывали, что с Земли какую-то инфекцию принесли, – начав есть под рассказ Нины, сказал Максим.

Получается, что вы тут уже несколько лет одни живёте?

– Да, Саша, одни. Рыбу ловлю, да Черныш иногда мясо приносит.

– А Яханта что? Мне кажется, это её рук дело. Мы, когда пошли тебя искать в разрушенную медвежью деревню, там заблудились. А когда пришли обратно к выходу в портал, то храм уже был разрушен. Пришли в Спарту, оказалось, что пять лет прошло. Я до сих пор в это поверить не могу. Но факт остаётся фактом. Там, в Спарте, пацаны ещё погибли. Так это что получается, ты ушла и забеременела? С местными, что ли?

Нина зло посмотрела на Максима.

– Нет, я тут ни с кем. Поселили меня у одной бабушки. Я не знаю, от кого я родила.

– Пипец! Санта-Барбара. Были бы на Земле, сняли бы сериал. У тебя есть, чего попить? – доев вторую порцию, спросил Саша.

– Ты в курсе, что перед тем, как уйти, переспала с Денисом? С командиром. Он тогда какой-то невменяемый был. Яханта! Она же всё это замутила! – лицо Макса стало таким, как будто он разгадал тайну гибели Атлантиды. Нина же с Шуриком молчали, сидя неподвижно, и смотрели на него.

– Нина, вспомни, в последнее время, да и вообще, после того как ты сюда пришла, она появлялась? – вопросительно посмотрел на девушку Максим.

– Нет, я не помню. Да и Йогарх – ни разу. Хотя, мне кажется, лишь его знаниями я до сих пор жива.

– А за своей дочкой замечала что-либо необычное? – поняв, к чему клонит Максим, тихо спросил Шурик. Но Нина не успела ответить. Звонкий и требовательный голос девочки, появившейся на пороге, прервал беседу.

– Мама! Гости плохие. Им надо уходить.

Ребята обернулись на одиноко стоявшую в дверном проёме Альву.

– Даша! – крикнул Макс, и, оттолкнув в сторону девочку, выбежал на улицу.

– Даша, Даша! – оглядывая округу, звал девушку Макс, и, не дождавшись ответа, побежал вдоль домов. Сердце его бешено стучало, и адреналин обострил зрение и слух. Он бежал и бежал, пытаясь найти её.

– Даша, Даша! – снова и снова кричал он. Пробежав несколько дворов, он завернул за угол, и на тропинке, ведущей к реке увидел лежащую в неестественной позе девушку. Макс подбежал, перевернул её, положив на спину. Лицо девушки посинело, а глаза закатились. Макс начал прощупывать пульс, и не обнаружив, начал делать искусственное дыхание и непрямой массаж сердца, каждый раз надавливая на грудную клетку в надежде, что она вот-вот задышит. Ему не верилось, что именно вот так он лишится той, которую любит. Время тянулось, превращаясь в вечность, и все усилия были напрасны. Максим задыхался от бессилия, его руки тряслись. Он раз за разом нажимал ладонями на грудь и вдыхал воздух в безжизненное тело. Поняв, что уже всё, он обмяк и головой уткнулся в тело девушки, тяжело дыша. Смешивались чувства злости, ярости и вины. Он мог, мог защитить её, но – увы, она мертва.

– Гостю, надо уходить! – холодный голос прозвучал за спиной. Усков, не поднимая головы, открыл глаза.

– Это ты, ты её убила! – крикнул от гнева Макс, вскочил на ноги и, на ходу доставая пистолет из кобры, пошёл к маленькой девочке. Она стояла неподвижно у края забора и ледяным взглядом смотрела на парня. Нина же, за ней увидев тело своей сестры, упала на колени, и, уткнувшись лбом в сырую землю тихо выла и причитала.

Не успел Макс сделать и двух шагов, как какая-то сила сжала его грудь. Нет, больно не больно, он просто в один момент разучился дышать. Макс понимал, что надо сделать вдох, но мозг отказывался выполнять эту команду. Он открывал рот, пытаясь насытить кровь кислородом, но живительный воздух не поступал в лёгкие. Мышцы на руках и ногах перестали слушаться, он рухнул на землю и ощутил лицом прохладу влажной травы. Взгляд медленно уходил вдаль. Деревья постепенно расплывались, а тело в последний раз дёрнулось в спазме, пытаясь заставить мозг дать команду на вдох.

– Вот и всё, – подумал Максим, ощущая боль в груди и теряя сознание.

Громкий звук выстрела разорвал тишину вокруг и долгим эхом прокатился в голове у старшего лейтенанта перед тем, как темнота поглотила его…

Глава 6

Трупный запах резко ударил в нос, и Максим, прикрывая ладонью лицо, осмотрелся. У ворот храма лежал подстреленный Русланом парень. Видимо, жара и небольшая сырость ускорили процесс разложения мёртвого тела. Рядом стояли Шурик и Даша, сморщив носы.

– Ну и чего встали? Вам запах нравится? – спросил Саша.

– Откуда так пахнет? – ища глазами источник, спросила Даша.

– Серёга говорил, ребята тут подбили кого-то, – ответил Усков.

– Ну а чего не закопали, ну, или не оттащили куда-нибудь в сторону? – сплюнув, сказал Саша, и, увидев труп, пошёл его осматривать.

Максим ещё раз посмотрел на ребят. Вроде – вот они, но что-то было не так. Ощущение, что тут он уже был, и не единожды.

– Да, хотели. Денис не пустил, сказал – опасно. Вон, кстати, лежит – сказал Усков и хотел показать стволом автомата, но понял, что уже и без него Саша нашёл мертвеца и теперь с любопытством разглядывал.

"Так, стоп! Я точно помню, я уже говорил это" – мелькнула мысль у старшего лейтенанта.

– Ребята, подождите, я сейчас, – крикнул Макс и исчез, войдя в портал. Ребята этому не придали особого значения. Вернулся и вернулся, видимо, забыл что-то. Пока его не было, они вышли из ворот на свежий воздух. Через пять-десять минут вернулся Усков, держа в руках эРДэшку.

– Зачем тебе рюкзак? – спросил Саша, посмотрев на занятые руки своего товарища.

– Да вот, гранат чуть взял и несколько магазинов с патронами. Мало ли, вдруг зверьё какое. Не знаю, захотелось взять, – сам не особо понимая, почему он решил взять дополнительно ненужных на первый взгляд вещей, сказал Макс.

– Так у нас же есть, – показывая на пристёгнутый магазин, удивилась Даша.

– Боеприпасов мало не бывает. Пошли уже.

– Ну да, это правильно. Разделяться не предлагаю. Пошли, по тропинкам обойдём. Деревушка не бесконечная, в конце концов, хоть рассмотрим, что за место – сказал Шурик и пошёл в сторону.

Даша тут же двинулась следом, и Макс нехотя направился за ребятами. Он не мог объяснить, но что-то ему подсказывало, что не стоит отходить от храма, но с каждым шагом древнее строение отдалялось и в один момент полностью исчезло за кронами деревьев. Саша с Дашей не спеша шли впереди, заглядывая за каждый куст и холмик, оставшиеся от бывших домов.

– Стойте! – крикнул Максим. Ребята остановились, обернулись и молча стояли, ожидая продолжения.

– Ну?! – вопросительно отозвался Саша.

– Что – стойте, Макс? – более требовательно произнесла Даша.

– Нам нельзя туда ходить. Надо возвращаться!

– В смысле – нельзя? Нину же надо найти. Осмотрим деревню и вернёмся, – не понимая требований Ускова, сказала девушка.

– Мы тут были уже. Пойдёмте быстрее, – и Максим, не дожидаясь, пока спутники обдумают его слова, развернулся и быстрым шагом пошёл в сторону храма. Каждую секунду он надеялся, что ещё не поздно, и вот-вот за очередным кустом появится стена. Но каждый раз возникали новые зелёные растения, а храм не появлялся.

– Да ну, да ну! Да как так-то. Серьёзно! – восклицал он, почти бегом передвигаясь по тропинкам, пока не уткнулся в большую воронку, заполненную водой. Тихо выругавшись, он сел на землю и опустил голову, пытаясь вспомнить то, что, как ему казалось, он не должен был знать.

– Чего ты убежал? – догнав Макса, спросил Шурик, тут же подбежала отставшая Даша.

– Мне кажется, мы тут уже были. Нет, не то, что кажется. Это точно. Мы тут были! – со вздохом сказал Макс, и, встав, начал осматриваться. Ребята, не понимая, смотрели на своего товарища.

– Вот тут, должен быть храм. Но его нет. Нет его. Я помню, точно помню. Позавчера мы тут же были. Или поза-поза-вчера. Не суть – начал говорить Макс, постепенно переходя на крик. Саша же смотрел на него слушая, а после подошёл к яме с водой, осматривая.

– Ну да, точно, это место. А как так произошло? Вход же должен быть где-то тут! – ходя вокруг разрушенных стен, рассуждал Шурик.

– Вы сейчас серьёзно? Храм же в другой стороне. Тут обычная яма с водой.

– Даша, нет. Это не обычная яма, а то самое место. Так, всё, нам надо идти, и чем быстрее, тем лучше. Пока светло. Нельзя терять время.

– Макс, куда идти-то? Надо в портал возвращаться.

– Нет, входа в портал теперь нет. Надо идти, Саша. По дороге, а потом в лес, в сторону Спарты.

– Какой ещё Спарты? – спросила Даша.

– Деревня такая, Спарта называется.

– Макс, ты задолбал уже. Или у тебя, как у Дениса, тоже крыша поехала? Даш, может, Нина где-то рядом. Не пойду я никуда. Вот, делать ещё нефиг. Был же храм. Он тут столетиями стоял и не мог никуда деться.

– Делся он, Шурик. Взорвали его. Вот тут стоял. А теперь нету. А вход над воронкой, и хрен мы туда зайдём. Да и незачем туда заходить. Я вот это точно помню. Сейчас ты скажешь, что давай принесём бревно и попробуем сделать мост!

Саша, широко раскрыв глаза, посмотрел на Макса.

– Я, не то, чтобы хотел сказать, но мысль такая только что в голове промелькнула.

– Ну вот, видишь. Я же говорю, надо уходить отсюда. Через пару часов темнеть начнёт. А мы за это время большую часть пути пройдём – сказал Усков и, поправив автомат, уверенным шагом пошёл по дороге. Пройдя с десяток шагов, он обернулся и посмотрел на ребят.

– Идёте?

Даша с Шуриком ещё раз посмотрели на Макса и на яму с водой. Этот старший лейтенант, по их мнению, не мог всё сам придумать, но куда подевался храм, они не понимали. Хотя, возможно, он и прав был, что старый храм разрушился. Но – когда? И как? Они же не слышали ничего, и деревня не такая уж большая. Вопросов было очень много, но факты говорили об одном. Что следует идти за Максимом, потому как – он, явно, что-то знает.

Усков уверенным шагом шёл по лесу, осматривался, крутя головой, и резко поворачивал то влево, то вправо, периодически поглядывая на часы. Со стороны казалось, что он знает, куда идти, и если иногда теряет дорогу, то быстро её находит.

– Так, смотрите внимательно, где-то тут следы должны быть, и трос из земли торчать будет, – сказал он, двигаясь вперёд и оглядываясь.

– Какой ещё трос? – не понимая, о чём речь, переспросил Саша.

– Обычный буксировочный трос. Здоровый такой, для танков.

В лесу начало смеркаться, солнце приближалось к горизонту, готовясь уступить место ночи.

– А! – вдруг вскрикнула Даша. Ребята тут же, стаскивая с плеч автоматы, повернулись в сторону девушки.

– Это и есть ваш трос? Он железный, что ли? – ударившись о торчащую из земли часть элемента для буксировки, спросила Даша и потёрла колено.

– Он самый. Во, недолго осталось. Пошли, – сказал Максим и направился вдоль глубокой борозды, оставленной гусеничной техникой. Этот момент окончательно убедил ребят, что он действительно знает то, чего не знают они. И глупые вопросы перестали задавать. К Спарте вышли ближе к полуночи, и, пройдя несколько дворов, Максим уверенно подошёл к одной из калиток.

– Йован, Йован! Открывай! – под шипение соседской собаки крикнул Макс за забор.

Вдруг в соседском дворе загорелась лампочка, и старческий голос крикнул незнакомцам на улице:

– Хто это там бродит по ночам? Пошли вон! Сейчас собак спущу!

– Афанасич, иди спать уже! – крикнул на мужчину Макс, чем очень удивил Дашу с Сашей, и ещё несколько раз стукнул прикладом по калитке.

Мужчина молча выключил свет и ушёл.

– Кто там по ночам ходит? – вдруг послышался голос хозяина дома, куда стучался Макс.

– Йован, открывай. Пусти переночевать! – крикнул Усков через ворота.

Хозяин открыл посмотреть, кто его зовёт, но увидев незнакомые лица, спросил:

– Вы кто такие?

– Йован, пусти переночевать. У нас и золотишко есть. Ночь переночуем, и тачку ещё возьмём – сказал Макс, протянув Даше открытую ладонь. Девушка вопросительно посмотрела на него. Усков же пальцем показал на карман в брюках.

– Там у тебя пятак лежит. Достань, пожалуйста – сказал он Дарье. Девушка неуверенно полезла в карман, и, нащупав там небольшой плоский кусочек металла, вытащила, удивлённо глядя на Макса.

– Это уже было, да? – спросила она. Усков молча кивнул и, взяв золото, показал хозяину дома.

Тот сразу же протянул свои пальцы, взял у Макса драгоценный металл, повертел в руках и сказал:

– Договорились. А вы меня откуда знаете?

– Да, встречались как-то, – ответил ему Максим.

– Только машина не на ходу, не знаю, что с ней. А если сами почините, то забирайте – улыбнулся Йован и, сделав шаг назад, пригласил зайти во двор и проходить в дом.

– Ну что, комнат всего две, так что, кто с девкой будет, решайте сразу. Или она одна будет спать? – с хитрым прищуром улыбаясь, спросил хозяин.

– Йован, оставь свои шутки при себе. Иди, налей лучше чаю, – проходя в дом, сказал Макс. Знакомый запах дал очередную порцию воспоминаний, и, бросив увесистый рюкзак на лавку, Макс заглянул в большую комнату с кроватью. Да, всё сходится. Он тут уже был. Ребята в это время, неуверенно зайдя, снимали с себя верхнюю одежду и осматривали внутреннее убранство. Затем все прошли на кухню, где Йован уже ставил на стол чайник и несколько стаканов.

– А вы не чумные? – Йован поставил миску с хлебом и посмотрел на ребят. Даша с Шуриком переглянулись и уставились на Макса. Он же улыбнулся и ответил:

– Нет, видишь. Мы и не кашляем даже. А зараза-то, она как, лёгкие же поражает, да?

– Ну да, ну да. А то из-за этой заразы людей покосило неслабо у нас. Ладно, вы отдыхайте, и я отдыхать. Утром дел много – сказал хозяин, и, скрипя половицами, ушёл к себе в комнату. Ребята сидели за столом и молча смотрели на стаканы с горячем чаем. Шурик взял пистолет, повертел в руках и, достав магазин, убедился, что обойма полная.

– Макс, я так понимаю, всё это было, да? Мне кажется, слушай, а почему ты помнишь, а мы нет? – ещё раз взглянув на своё оружие, спросил он.

– Саш, убери ствол. Не за столом же, – сделал ему замечание Макс.

– Я этим пистолетом практически никогда не пользовался, и никого не убивал, но я помню ощущение от выстрела в руках. Как будто, вот, недавно это было, – вытянув руку с пистолетом в стену, сказал Шурик, а потом быстро убрал в кобуру, чтобы лишний раз не нервничать. Да и опасно внутри помещения размахивать огнестрелом. Раз в год и палка стреляет. Усков посмотрел на него внимательно. Он не особо понимал происходящее, и не мог ответить на единственный вопрос, почему то, что происходит, он уже знает.

– Не знаю, почему я помню. Это как будто во сне было. Вот, сесть и рассказать я не смогу, так как воспоминания эпизодические. Например, вот эта кухня. Вон в том шкафчике у Йована глиняный горшок стоит с огурцами. Не совсем огурцы, больше похоже на баклажаны, синеватого цвета, а на вкус – как огурцы маринованные. Потом помню, что ребята пять лет назад сюда за Шараем приходили – сказал Макс и замолчал. По лицу его было видно, что он забыл сделать что-то необходимое.

– Макс, что? Чего замолчал? Вспомнил что-то важное? – увидев мрачное лицо парня, спросила Даша.

– Они же погибнут, пацаны погибнут. Надо их предупредить, – и Усков встал, быстро надевая обувь.

– Стой, ты же сам говорил, что пять лет прошло. Куда ты собрался? – отхлебнув чая, сказал Шурик.

– Так ты же возвращался в портал за своим рюкзаком. Ничего им не сказал, что ли? Кого там видел-то? – спросила девушка.

Максим снял ботинки и медленно сел на пол.

– Да там, практически, никого. Ванька' только, Субботина. Он мне гранаты принёс.

– Макс, чего там дальше? Завтра что будет? – Шурик, допив чай, шумно поставил стакан на стол. Посмотрел на свои руки, и вновь подняв стакан, поставил на стол.

– Как, ты говоришь, воспоминания у тебя приходят? – обернувшись через плечо, Шурик вопросительно посмотрел на сидящего в прихожего Макса.

– Наплывами, вот, вроде ничего, а потом – бац, и как будто вчера только это было.

– Мы тут ни с кем не бухали?

– Фет! – встав с места, сказал Макс.

– Афанасий Афанасьевич! Сосед, что ли? – переспросил Саша.

– Да. С ним пили. Даша, вспомни, ты на нас ругалась ещё сильно, – подойдя к столу, сказал Макс и посмотрел на девушку. Она же не понимала, о чём он.

– Даша, напряги свои мозги. У тебя нет никаких ощущений? Ничего не помнишь? – встав со своего места, спросил Шурик, подошёл к чайнику, вновь налил себе чаю, а затем, открыв дверцу шкафчика, достал небольшую миску с жёлтыми шариками и, поставив на стол, положил три шарика в чай, размешал и сел обратно на своё место.

– Что? – обернулся на ребят, которые смотрели на него с удивлёнными лицами.

– Это что ты сейчас достал? – показав на шарики пальцем, спросил Максим.

– Сахар, из мёда делают, – и, поняв весь смысл происходящего, Шурик вскочил из-за стола.

– Вот о чём я и говорю. Мы с Шуриком отчасти помним, а ты, Даша?

– А я нет. Вот, вообще пусто. Я тут в первый раз. Смотрю на вас, и мне кажется, или вы оба головой двинулись, или разыгрываете меня.

Ребята ещё полчаса пытались что-либо вспомнить. Но ничего особенного не получилось, и, решив оставить на утро, они разошлись спать.

Утром Макс шагнул в отдельную комнату, где спал Шурик, чтобы разбудить его. Но неведомая сила остановила его, и он, постояв пару минут на месте, улыбнулся и пошёл на кухню, где Даша делала яичницу. Хозяин, как и говорил, рано утром уехал, оставив немного продуктов для своих гостей. Запах и звуки готовящегося завтрака всё-таки заставили Шурика проснуться самостоятельно, и к моменту, когда ребята сели за стол, он появился улыбающийся и выспавшийся.

– Всем доброе утро. Ну что, капитан. Какие у нас планы на сегодня?

– Я старлей пока ещё, – макая хлебом в желток, ответил Макс.

– Да я в курсе. Это я так. Но сути вопроса это не отменяет. Даша, ты просто золотце. Давно такого завтрака не было, – подсев к столу, сказал Шурик.

– Планы простые. Доехать до Дошпорта. Надо Нину найти. Думаю, Йогарх сможет нам помочь вернуться обратно. Поэтому надо тачку чинить.

– Ты умеешь? – в паузе между пережёвыванием еды спросил Саша.

– Я думал, ты умеешь.

– Ну, масло, свечи – да. А если что серьёзнее, то не-а. Ладно, доедим – посмотрим.

Беглый осмотр машины выявил ряд проблем, которые при должном умении можно было починить. Это два спущенных колеса. А вот то, что в салоне отсутствовала полностью приборная панель и руль – поставило ребят в тупик.

– Видимо, сегодня вечером бесплатно бухаем. Сколько мы тогда отдали-то? – пнув по колёсам, спросил Шурик.

– Два магазина к автомату. Не думаю, что стоит тратить время. Надеюсь, сегодня поедем. Время-то – только утро. Найдём на улице кого-нибудь. Ехать не особо далеко. О цене договоримся. Имущество ещё есть.

– Макс, думаю, нам не в Дошпорт надо.

– А куда? Ты что-то вспомнил? – подойдя поближе, спросил Макс.

– Я вспомнил, откуда у меня ощущение выстрела в руках, – сказал Шурик, и тяжело вздохнув, посмотрел на свои руки.

– Саша, хорош нагонять уже. Ты расскажешь, или нет? Как в театре, прямо, говоришь с паузами, – раздражённо сказал Макс.

– Даша не слышит, надеюсь. Короче, если всё, что происходит, было уже, то я какую-то девочку пристрелил. В тот момент и ты и Даша на земле лежали. Даша вообще не шевелилась, а ты ещё дёргался. И это не в Дошпорте было.

– Что за девочка?

– Да хрен её знает. Вот, девочка и девочка. Ребёнок.

– И она нас убила? – не понимая, уточнил Макс.

– Ну, вроде как, – пожав плечами, сказал Шурик.

– Значит, завалить её надо. Ладно, уходим. Ты помнишь это место?

Но в ответ Саша помотал головой. Через двадцать минут все втроём шли по улицам деревни Спарта, в надежде найти кого-то, готового довезти их. Макс предполагал, что и он и Шурик вспомнят то место, куда надо идти. Надо лишь увидеть дорогу. Но, как назло, улицы были пустынны. Даша же шла спокойно, разглядывая дома и пристройки к ним. То и дело, из окон кто-то через шторы смотрел на трёх неизвестных людей, проходящих мимо их дома. Когда шли через небольшую площадь, девушка увидела одинокого парня, шедшего в противоположную сторону. Она сразу показала его ребятам. Когда он приблизился, они заметили, что пустой левый рукав был засунут в карман.

– Инвалид, что ли, – тихо сказал Шурик.

– Ну, тачки у него, по-любому, нет, – ответил Макс, потеряв всякий интерес к случайному прохожему. Но, поравнявшись с ним, Усков резко остановился.

– Сева! – очень громко крикнул он, и улыбаясь, подошёл к парню. По выражению лица было видно, что тот испугался незнакомцев. Глаза его быстро бегали, ища пути отступления. Но Макс ещё раз повторил его имя.

– Привет. Не узнаёшь меня, что ли? – улыбаясь, спросил Макс.

Парень посмотрел ещё раз на троицу.

– Морпехи, вы что, живые? Вас же искали! – начал он говорить дрожащим голосом.

– Блин, да что с тобой. Какой-то ты зачуханный весь, – посмотрев на плохо одетого парня с каким-то мешочком в руке, спросил Усков.

– Рука где? Как жена, как дети? – задал Максим вопрос.

– Какая жена? Нету у меня никого. Пойдёмте, не будем тут стоять. Слишком много вопросов будет – сказал Сева и быстрыми шагами пошёл в сторону от площади. Ребята пошли за ним. На дальней улице вышли к протоптанной дорожке, ведущей вглубь небольшой рощи. Макс и Шурик, увидев вдалеке несколько гильз, побежали. Сева, не отставая, шёл за ними.

– Ну вот, пришли, – сказал он, показывая на заросший травой холмик с двумя гильзами и полустёртыми фамилиями, которые сложно было сходу прочитать. Усков подошёл поближе и наклонился, вчитываясь в буквы. Даша же, не понимая, стояла бледная и еле сдерживала слёзы.

"Старший матрос Читов.

Матрос Парамонов." – было написано когда-то чёрной краской на оцинкованном железе гильз.

– Что тут произошло? – сквозь слёзы спросила девушка. Сева косо на неё посмотрел, а после, подойдя к Максиму, начал рассказывать.

– На гранате они подорвались. Я с ними шёл, меня вот, тоже зацепило, – показывая на обрубок руки, рассказал он.

– А лейтенант, который тебя допрашивал в ту ночь, помнишь?

– Да чего лейтенант? Я откуда знаю, – пожал плечами Сева.

– А тебя почему отпустили-то? – спросил стоявший рядом Шурик.

– А меня и не отпускали. Бросили там, своих только забрали. Думали, что я сдох. А Сева живучий. Все передохнут, а я жив буду. Даже с культяпкой, – чуть осмелев и оскалив поредевший ряд зубов, сказал он.

– Ладно, где нам тачку с водителем раздобыть можно? – спросил Саша, пока Макс, обняв за плечи, успокаивал расстроенную девушку.

– Я почём знаю. У меня нету тачки.

– Бля, ты меня задолбал! – Шурик вынул пистолет и, направив в лицо парня, спросил.

– Сева, не дерзи, пожалуйста. Я спрашиваю, и прежде чем ответить – вспомни. Может, есть кто, кто таксует. Нам в Дошпорт надо.

Помолчав несколько секунд, парень всё-таки нашёлся, что ответить.

– Есть такой. Чем заплатите-то?

– Разберёмся. Проводишь нас? – убирая оружие в кобуру, уточнил Шурик.

Вместо ответа Сева просто кивнул головой и медленно пошёл по тропинке к дальней улице в деревне.

– Слышь, Макс, а в прошлый раз не помнишь, кто был? Мне кажется – больше. Так ты, всё-таки, Ванька предупредил, что ли, как-то? – подойдя к Максиму, полушёпотом спросил Шурик.

– Да не знаю, может, на автомате на прощание сказал что-то.

– То есть, мы можем изменить настоящее? – не понимая сказанного, проговорил Саша, остановившись на мгновение. И понимая, что Сева может сбежать, быстрым шагом догнал его. Следом шли Макс и Даша.

Старенькая Нива, стоявшая во дворе дома, мимо которого проходили ребята, тут же напомнила Максу и Шурику, что это та самая машина.

– Сева, стой. Вот, хозяин готов ехать. Предложишь мой автомат. Иди, договаривайся, – остановившись у калитки, сказал Макс.

Парень покосился на дом и нехотя вошёл во двор.

– Долго его нет, может, сбежал? – глядя на пустой дворик, куда десять минут назад зашёл Сева, сказал Шурик.

Не успел Макс ничего ответить, как появился парень с грузного вида мужчиной лет пятидесяти. Они молча подошли, Сева кивнул в сторону ребят и спросил:

– Всё, я могу идти?

– Да, спасибо, Сева. Удачи тебе. Нагрешил ты в прошлом, сейчас всё аукается.

– Вы, прям, святой, – сплюнув себе под ноги, парень повернулся и зашагал по улице.

– Это вам в Дошпорт надо?

– Максим, а это Саша и Даша, – протянув руку мужчине представил всех Усков.

– Вацлав, – назвался он, в ответ пожав руку Максиму.

– Да, только не прямо в Дошпорт, доедем?

– Чего не доехать-то, доедем. Когда выезжаем? – сказал мужчина Шурику.

– А вот прямо сейчас. Мы готовы! – сказал Макс, и, обойдя Вацлава, направился к стоящей во дворе Ниве. Мужчина слегка опешил от наглости незнакомцев, но, видя, что ребята вооружены и настроены серьёзно, спорить особо не стал.

– А платить есть чем?

– Выбирай, любое наше оружие – твоё! – ответил Шурик, и, пропустив вперёд Дашу, пошёл следом.

Из деревни выехали, когда до обеда оставалось ещё несколько часов. Узкая дорога, соединяющая Спарту с городом, пыльной лентой тянулась к горизонту, сменяя пейзажи. Вацлав начал рассказывать про засеянные гречкой и пшеницей поля. Услышав это, Шурик с Максом только переглянулись, слегка улыбаясь. Оба поняли, что данное событие тоже происходило, и они на правильном пути, осталось только не пропустить то самое место.

По дороге то и дело попадались встречные и попутные машины. Они спешили, или неторопливо ехали куда-то по своим человеческим делам.

Шурик сидел впереди, а Макс с Дашей на заднем сиденье, и каждый вглядывался в окно, стараясь найти какую-нибудь зацепку. Девушка пыталась ни о чём не думать, переложив заботы на парней. Она не особо верила в их рассказы, но факты постоянно подтверждали их слова.

Машина слегка дёрнулась, возвращая людей в салоне от своих мыслей к реальности. Движок начал задыхаться, теряя обороты. Водитель то и дело раскручивал его, нажимая на педаль газа, но по звуку стало понятно, что двигатель приказал долго жить.

– Цилиндр, что ли, сдох? – прислушиваясь к звукам, спросил Шурик.

Вацлав прижался к обочине неширокой дороги, и, выругавшись на непонятном языке, ответил:

– Надо избавляться от этой советской рухляди. Что ни выезд, то поломка. Не знаю я, что ему опять не хватает. Сжечь, и в труху. Приеду, продам обязательно. Хоть за мешок пшеницы, но продам.

Шурик, открыв дверь, вышел из машины и, откинув спинку сиденья, помог выйти своим друзьям. Остановились они не в самом лучшем месте. Дорога пересекала очередной лес, где людям рады лишь в одном случае, когда люди – это еда.

– Ну что там, надолго? – посмотрев на склонившегося над открытым капотом водителя, спросил Макс. Но в ответ он лишь что-то пробурчал на своём языке.

– Мне кажется, что так и было. Где-то там самоходка должна быть сгоревшая. Надо идти пешком, – подойдя к Саше, сказал Максим, и, взглянув на Дашу, подмигнул.

– Ладно, торчать тут смысла нет. Мы пойдём потихоньку, а ты, как починишься, нас догонишь, – громко сказал в адрес водителя Шурик.

– Это как же! А оплата? – немедленно отозвался он.

– Могу тебе приклад открутить, – начал говорить Саша и замолчал. Посмотрел на озадаченного водителя, который проклинал их, наверное. Потом взял свой автомат и, подойдя к мужчине, отдал ему в руки.

– Да, верно говоришь. Договорились. Вот, держи, – и, сунув в руки удивленному Вацлаву оружие, развернулся и пошёл к ребятам.

– Опять одни, опять в лесу. Ну что за напасть, – оглядываясь вокруг, комментировала девушка.

Пройдя несколько сотен метров по лесу, все остановились. Макс и Шурик долго оглядывались, а Даша просто ждала, когда парни решат, куда идти дальше.

– Я не помню это место. Мы точно сразу в лес зашли? – спросил Саша.

– Да хрен его знает. То, что Нива эта сломалась, я вспомнил. Ё-моё, мы же сперва по дороге пошли.

– А я гильзу нашёл, точно. Возвращаемся. Полчаса потеряли, – ответил Шурик.

– Эх, мне бы мой байк. Жаль, тогда оставила у профессора.

– Даша, нет твоего байка. Идём обратно, – ответил девушке Максим, и, развернувшись, пошёл, ориентируясь по примятой траве.

На дороге Вацлава с тачкой уже не было. Или хитрый мужик всех так дурит, или реально, причина пустяковая была, и, закончив ремонт, он уехал. Дальше ребята пошли в сторону города, сбивая ботинками пыль и вглядываясь в обочину. Периодически возникали мысли, что гильзу проглядели, и надо возвращаться искать дальше. Так как точного времени не было, а была единственная зацепка в виде памяти о гильзе.

– Нашёл, нашёл, – через пару часов ходьбы вскрикнул Шурик, шедший впереди. Ребята быстро его догнали. Гильза из оцинкованного метала наполовину торчала из-под травы над землёй. Убедившись ещё раз, что всё верно, и оглядев округу, ребята тут же свернули с дороги и углубились в лес. Солнце было высоко и хорошо прогревало местность, до заката было ещё далеко, зная это, ребята твёрдо решили – во что бы то ни стало, до вечера добраться в затерянную деревню.

– Саш, вспомнил. Тут где-то Черныш должен быть!

– В смысле? – Шурик остановился и повернулся к Максу.

– Да без смысла. Мы тогда шли, уже темно было. На нас какие-то звери вышли. Ну, потом появился Черныш и помог нам.

– А зверей пока нет! Он с ними придёт?

– Ты у меня спрашиваешь? Я-то откуда знаю, – рассмеялся Макс.

– Ладно, найдёт, надо будет. Не стоять же тут до вечера, дожидаясь его. Куда дальше идти-то? – спросила Даша, подойдя поближе.

– Ну, звери же были! Они же должны тут быть.

– Может, это мы сегодня не должны были быть тут. Тем более, я без оружия. Какие ещё звери. Нужно подняться повыше. Думаю, нам туда, – показав в сторону сказал Шурик и двинулся, то и дело обходя кусты и высокую траву.

– Точно, точно, тут один высокий холм должен быть. И судя по тому, что поверхность под уклоном, идём мы в правильном направлении. Всё время вверх – сказал Макс, догоняя Сашу.

– Макс, Макс, – шёпотом позвала девушка. Усков уже сам увидел, и тут же, скинув свой Калаш для стрельбы, стоя начал выцеливать волкоподобных зверей на непропорционально длинных ногах.

– Ну что, Шурик. Вот и дождались зверей. Видимо, это их территория, и они не особо парятся с календарём.

– Это импаны. Степные собаки. Их надо поближе подпустить. Шкура крепкая у них, – держа оружие наизготовку, сказала Даша и медленно подошла со спины к Максу. Саша, вытянув перед собой пистолет, встал между девушкой и парнем, понимая, что пистолетный патрон никакого вреда этим существам не сделает. Шестеро взрослых импан взяли людей в полукольцо и медленно приближались.

Макс, не выдержав напряжения, нажал на спусковой крючок, и автомат с грохотом отправил первую очередь в сторону зверей. Для них, видимо, это прозвучало как команда, и они ринулись вперёд. Девушка, тоже начала стрельбу, периодически выкрикивая парням, куда стрелять:

– Цельтесь в глаза или в живот. Грудь вы не пробьёте.

Шурик честно пытался в первое время целился в глаза импан, но степные собаки быстро двигались, кидаясь на людей и отскакивая, но всё-таки получая свою дозу выпущенных пуль.

– Крепкие, ублюдки. Я с такими сталкивался. Шкура пробьётся метров с десяти, не больше. И то, из автомата только, – комментировал Шурик, делая одиночные выстрелы.

Громкое шипение над головой заставило зверей прижать уши и поджать хвосты. Они, то и дело поглядывая наверх, пятились назад, пока две тени, шумно хлопая крыльями, не приземлились между людьми и импанами. Не обращая внимания на людей, они, опираясь на свои передние отростки лап на сгибе крыльев, делали маленькие шашки, шипя и показывая собакам ровный ряд острых зубов.

Макс, увидев это, показал Шурику жестом, типа, я же тебе говорил, что Черныш прилетит. Саша уже сам понял это. Импаны не стали испытывать судьбу и, периодически оглядываясь, отступили в гущу леса, зализывать свои раны.

– Черныш! Пришёл. Ты нас что, за деревом ждал, что ли! – крикнул Саша кхурогу. Тот развернулся и медленно пошёл к Шурику, разглядывая его. Второй зверь так же шёл, делая небольшой круг и обходя Шурика сбоку. Черныш через пару секунд развернулся и лапой сильно ударил второго, от чего тот повалился на землю и, тут же подскочив, начал громко шипеть, подпрыгивать и махать огромными крыльями, пытаясь ударить своего собрата. Но тот уже не обращал внимания, быстро перебирая своими короткими ножками, бежал к Шурику. Особых обнимашек не получилось, но Черныш полностью обнюхал своего человека, взмыл в воздух, сделал несколько крутых пикирующих разворотов, вновь приземлился и, мелко семеня ногами, подошёл к Шурику, показывая всем своим видом, что он очень рад встрече.

– Блин, точь-в-точь. В прошлый раз так же, вроде, делал, – почёсывая зверя за ушами, сказал Шурик.

– Ага, ладно. Закругляйтесь с телячьими нежностями, идти надо, – поторопил Максим.

Саша ещё пару минут гладил Черныша, а потом слегка подтолкнул его вперёд, показывая жестами руки, чтобы тот взлетел. Зверь сперва с непониманием смотрел на человека, но в конце концов немного отошёл, и, хлопая перепончатыми крыльями, взмыл в воздух, сделал несколько крутых пике над людьми и полетел в сторону, периодически останавливаясь и поглядывая, чтобы люди не отставали. А ребята и так не отставали, они этого ждали. Именно того момента, когда кхурог их позовёт. Двадцать минут практически лёгкого бега по пересечённой местности – и все втроём вышли на небольшую поляну перед холмом, где, как и вчера, стоял неподвижно остов сгоревшей самоходки.

– Дошли, – пытаясь восстановить дыхание, сказал Макс.

– Ага, давайте на холм, там, вроде, расщелина должна быть. Оттуда и видно деревню – сказал Шурик, упираясь руками о свои колени. Бег в лесу, это не по дорожке с музыкой бежать. Мышцы в ногах забиваются мгновенно, дыхание сбивается.

– А вот хрен вам! Это не то место. Мы ещё не дошли нифига, – поднявшись чуть на холм, сказал Макс.

– Да то это место!

– Мальчики, вы решите уже, то место или нет, – глядя на ребят, сказала Даша.

– Саш, вспомни, мы как самоходку нашли, ещё часа два вроде ходили.

– Ну так да, потому что попёрлись куда-то. А в итоге – мы сюда же и пришли, поднимись повыше. И надо на вершине весь холм обойти. Пойдём вместе искать. Даша, вставай. Пошли, – сплюнув загустевшую слюну, сказал Шурик и направился к Максу. Память Саши, как показала практика, не подвела, потому что именно на этом холме и находилась расщелина, только с противоположной стороны. Найдя то самое место, ребята присели у самого входа в пещеру отдыхать.

– и что, мы тут спали? – с лёгким ужасом посмотрев на чернеющий темнотой проём, спросила Даша.

– Ага, а ещё мясо жарили. Только на этот раз Черныш ничего не принёс. Кстати, где он?

– Может, как раз и ловит то самое мясо, – рассмеявшись, сказал Максим.

– Ладно, Макс, давай. Где ты там, говоришь, стоял?

– Да вон там, вроде бы как, – показал на край большого камня Усков. Шурик подошёл к тому месту и вглядывался в даль.

– Почему-то не вижу ни хрена.

Максим подошёл поближе, всматриваясь в детали расстилавшегося внизу леса, который с этой высоты выглядел как большой мягкий ковёр.

– Вон же, ты что, слепой, что ли? – недовольно сказал Макс, показывая немного в сторону. Настроение у всех было хорошее. Все были уверены, что скоро это закончится и они увидят своих друзей.

– Ну что, идём? До захода солнца ещё пара часов есть. Если они на месте, то успеем всё сделать, – достав пистолет, сказал Шурик и сменил почти пустой магазин на полный.

– Ага, я сейчас приду, – сказав, Макс прошёл в пещеру и исчез в темноте. Даша с Сашей переглянулись, и дождавшись, когда он вышел девушка спросила:

– И что там?

– Да ничего. Тот же камень, всё так же. Я эРДэшку оставил и пистолет. Мало ли, – показав пустую кобуру и свободные от лямок рюкзака плечи, ответил Усков.

– А если пистолет понадобится?

– Саш, если понадобится, у меня автомат есть.

– А что за камень?

– С надписью, которую, видимо, мы же в прошлый раз оставили, Даш.

– Так что, мы тут не в первый раз, что ли?

– Мы с Шуриком сколько раз про это говорим тебе. Только сами ещё не понимаем, в который раз мы тут. И что конкретно делать. В предыдущий раз девочка эта тебя успела убить. А нас с Шуриком, видимо, нет. Хотя, я помню, как умирал. Так себе ощущения, – и Макс замолчал, видимо, вспомнив и ещё раз пережив те секунды, когда человек осознаёт, что он умер.

Ребята аккуратно спустились с холма и через лес двинулись дальше в направлении деревни, пройдя расстояние, буквально, за час, они уткнулись в ограждение, сделанное из длинных жердей. Деревня так и пустовала, были проторены несколько тропинок, остальные же практически полностью заросли клевером. Пригнувшись, спрятавшись за высокой травой, ребята смотрели, есть ли кто поблизости, а именно – девочка или Нина.

– Даша, Нина должна быть тут. Если она появится, с ней сильно обниматься не бросайся. Смотри в оба за девочкой. И при первом же случае надо валить её – сказал шёпотом Макс.

– Может, Нину сперва найти и как-то расспросить, она-то в курсе, наверное.

– Саш, и о чём ты её спросишь? – на вопрос Ускова Саша пожал плечами, не зная, что ответить.

– Не знаю я, не знаю. Да и вообще, не знаю, что делать. Вообще, впервые в такой ситуации. Ладно, может, поглядим. Лучше Нину встретить первой, девку завалим, а Йогарх поможет, – вытащив пистолет, сказал Саша. Видно было, что он сильно нервничает, рука с оружием слегка дёргалась, глаза бегали. Максим же смотрел вдоль забора на тропинку в ожидании, что оттуда кто-то появится, Даша безучастно сидела на земле и смотрела на стены старого дома, которые уже почернели и покрылись каким-то мхом от времени.

– Здравствуйте, а я вас ждала, – вдруг послышался голос сзади, именно с той стороны, откуда его никто не ожидал услышать. Хлёсткий звук выстрела пролетел над деревней, Саша от неожиданности поднял руку с пистолетом в сторону голоса и не прицеливаясь сделал выстрел. Обернувшись, ребята увидели девочку не старше десяти лет. Она, моргнув несколько раз, смотрела своими детскими наивными глазами на взрослых. Её руки дёрнулись, она без эмоций наклонила голову и, увидев кровавое пятно на животе, прижала его руками. Кровь быстро окрасила сарафан, в который девочка была одета, и тонкими нитями по ногам стекала на землю. Подняв взгляд на людей, она улыбнулась и сделала шаг, но детское тело её уже не слушалось, и ноги, подкосившись, сложились под ней. Она попыталась ещё раз встать, но не смогла. Максим и Шурик наконец-то очнулись и пошли к лежащей на земле девочке, которая раз за разом пыталась подняться с земли.

– Альва, Альва, – послышался голос Нины вдалеке и быстрый топот босых ног по земле.

– Макс, заканчиваем, – сказал Шурик и, подняв пистолет, направил его в лицо девочки.

Она лишь улыбнулась и, посмотрев холодными глазами на Сашу, сказала:

– Вы меня не убьёте!

Выстрел. Даша убрала ладони от лица и увидела, как над телом маленькой девочки стоят Саша и Макс с пистолетом, а топот ног становился всё ближе.

– Я не смог, – оправдываясь, сказал Шурик, и забрал свой пистолет. Даша старалась не смотреть на девочку. Она встала и еле сдерживая слёзы пошла к тропинке. Макс посмотрел на изуродованное выстрелом лицо и увидел, как в один момент уголок не задетых выстрелом губ дёрнулся, изобразив лёгкую улыбку.

В этот момент уши резко заложило, как будто давление мгновенно возросло в сотни раз. Шум заглушил все звуки, Макс согнулся от боли и закрыл глаза. Мгновение – и всё прекратилось, он почувствовал, лёгкий тенёк и прохладу, над головой пели какие-то птицы под лёгкий шум ветра. Он открыл глаза и встал. Тут же трупный запах ударил в нос, и Макс, прикрывая нос ладонью, осмотрелся. У ворот храма всё ещё лежал подстреленный Русланом парень.

– Ну, и чего встали-то? Вам запах нравится? – сказал Саша.

– Откуда так пахнет? – ища глазами источник, спросила Даша.

– Бля! Что опять не так-то? – громко выругался Максим. Шурик с девушкой посмотрели на него. И в один момент их лица изменились, осознавая, что они в очередной раз совершили ошибку.

– Макс, может, ну её на хрен. Останемся тут!

Усков посмотрел на Сашу и Дашу, оба выглядели уставшими. Девушка посмотрела на Макса:

– Нам надо найти Яханту и Нину. Я так поняла, девочка эта и есть Яханта. И каждый раз, когда она погибает, мы возвращаемся в эту точку. Так? Сколько раз уже так-было-то?

– Даша, я не знаю сколько. Три, четыре раза. А может и пять.

– А если Денису расскажем всё, и вместе пойдём её искать? – морща нос от запаха сказал Саша.

– Тогда есть опасность, что мы все умрём. Ведь мы выходим отсюда через пять лет. К тому моменту Денис с батареей зачищает Спарту перед нашим приходом.

– Ну вот, пришли бы все вместе, а к тому моменту Яханта ещё не родилась. А мы знаем, где она живёт. Найдём её, и прикончим, – ответил Шурик на доводы Макса.

– Ну, во-первых, если мы сразу придём её искать, то она, возможно, уйдёт в другое место, где мы не сможем её найти. Во-вторых, расхаживая с батареей по этому миру, мы привлечём к себе столько внимания, что за нами вышлют целую армию. И неизвестно, как всё обернётся, измени мы прошлое, ну, или настоящее для нас в будущем – сказал Макс.

– Может, тогда в помощь возьмём кого-нибудь?

– Саш, и чем он тебе поможет? Мы и втроём неплохо справляемся, – улыбнувшись, ответила Даша.

– Ну хоть тачку-то можем взять? Я пешком устал уже ходить. И сказать Денису, чтобы не взрывал этот храм. Он-то не в курсе всего. Да! Точно! Макс, пошли, расскажем ему всё и дальше пойдём.

Макс, согласившись с этим доводом, кивнул и молча прошёл через портал, Даша с Шуриком последовали за ним, но вместо того, чтобы оказаться внутри портала, остались в храме. Они раз за разом пытались пройти привычный для них путь, пересечь невидимое поле, ограничивающее и скрывающее портал от внешнего мира, но каждый раз оказывались на том же месте, внутри храма.

– Я что-то фокуса не понял. Это почему он прошёл, а мы не можем?

Даша не нашлась, что ответить Шурику. И ребята просто сели на краю небольшого пьедестала и стали ждать Максима. Нос уже привык к неприятному запаху, который теперь не так сильно отвлекал. Но через пару минут Шурик не выдержал и, подойдя к трупу, оттащил его на улицу и спрятал за углом храма в кустах. Отломав несколько веток, он накрыл труп. Выйдя из-за угла, он увидел перед воротами квадроцикл, накрытый брезентом. Слегка удивившись находке, которую он не заметил, хотя, вроде недавно проходил тут же, он вошёл внутрь храма через настежь открытые ворота.

– Даша, слышь, я там квадрик нашёл. Кто-то его оставил.

Но слова были произнесены в пустоту, в храме никого не было. Внутренняя часть храма была частично разрушена какой-то тяжёлой техникой. Раскрошены бетонные полы. А ворота, как он сейчас заметил, были открыты настежь так аккуратно, что остались не сломанными. Он подбежал к пьедесталу, попытался пройти через портал и тут же оказался внутри поляны, которая теперь была пустой. Лишь обветшалые постройки напоминали о том, что тут когда-то были люди. Старые следы от техники давно заросли травой, а сделанные временные навесы обрушились под воздействием времени. До него медленно начало доходить, что он потерялся. И во времени и в пространстве.

– Бля! – единственное, что пришло ему на ум, и, обхватив руками голову, он ещё несколько минут бродил по пустой поляне. Не найдя ничего полезного, он для себя решил, что поедет в Спарту, а там видно будет. Выйдя из портала, он обнаружил тот же храм, тот же побитый пол и открытые ворота, у которых стоял квадроцикл. Подбежав к нему, он сдёрнул брезент. На сиденье лежал рюкзак и оторванный лист бумаги с тремя словами, написанными карандашом. «Ждём тебя в Спарте».

Чей это почерк был, неясно. Внутри рюкзака он нашёл несколько магазинов к автомату и пару золотых примятых пластин. Делать было нечего, надо ехать. Кто-то оставил же ему всё это и записку. Дорогу вроде как ещё не забыл.

– Вот бля, лежал себе и лежал, ну пах хреново. Так это же труп, он и должен так пахнуть, – плюнув в сторону кустов, выругался Шурик, и, помучавшись с двигателем квадрика, завёл его и поехал по основной улице в сторону леса. Квадроцикл ехал бодро, спрямляя своей подвеской все неровности. Намного удобней, чем пешком. Выехав через тридцать минут на небольшую колею, он свернул налево и дал газу. Вот и лес остался позади, а впереди показались заборы и первые крыши домов Спарты. Вспоминая, в какой же дом они дважды просились на ночь, Шурик остановился. Если вспомнить, то глубоко в деревню они не заходили.

– Форд, точно! – сказал про себя Шурик, сделал малый газ, привстал на квадроцикле и с высоты начал заглядывать во дворы, в надежде найти старый форд Эксплорер.

Проехав несколько дворов, увидел-таки старую машину, остановился и несколько раз посигналил. Эффекта никакого не произвело, на что он ещё раз нажал на кнопку с сигналом.

– Иду, иду, – вдруг внутри двора послышался голос Макса.

Саша выдохнул и улыбнулся.

– Ну, лёгкий испуг, как минимум, был, – сказал он про себя и возле калитки заглушил двигатель.

Подойдя тяжёлыми шагами, кто-то начал возиться с замком, тихо бормоча себе под нос. Калитка открылась, и появился старший лейтенант Усков, начисто выбритый и улыбающийся. Шурик, не говоря ни слова, подошёл и обнял своего товарища. Макс в ответ похлопал его по спине.

– Как же я рад тебя видеть. Ты не представляешь, как я очканул. Сколько меня не было? – отойдя чуть в сторонку, спросил Шурик.

– Да, считай, пару лет, точно, – не переставая улыбаться, ответил он.

– В смысле – пару лет?

– Да шучу я, три чёртовых месяца, Саша, три. Мы сами на измене были. Нафиг ты попёрся туда? Лежит себе и лежит, он тебе мешал, что ли? – убрав улыбку, заговорил Макс.

– Спасибо за квадрики. Без него пропал бы, наверное.

– Это Серёге спасибо. Он подсказал. Парни, оказывается, когда местных у портала брали, в кустах технику эту спрятали. У нас тоже такой есть. Ладно, завози машину, не стоит тут светиться. Тут ситуация напряжённая. Заезжай, – и Усков открыл большие ворота, чтобы Шурик загнал квадроцикл. Саша понял, что произошли какие-то изменения с их последнего пребывания в этой деревне, но какие? И о чём он говорил с Денисом? Да и поговорил ли вообще? Но, раз храм целый, а внутри портала никого нет, значит, всё-таки, поговорил.

Ворота с лёгким скрипом отворились, и Шурик заехал во двор, где рядом со старым фордом, укрытый брезентом, стоял такой же квадрик. Поставив рядом свой, он направился к Максу, который ждал его у двери. Дождавшись Шурика, он широким жестом пригласил его в дом. Внутри пахло не так, как помнил Саша, в предыдущие разы запах свежей древесины ощущался очень хорошо, сейчас же в доме чувствовался другой уют. Появились шторы, обстановка на кухне изменилась, то ли посуды стало больше, то ли шкафчиков. Не сразу понятно, но, явно, чувствовалась женская рука.

– Вы тут что, с Дашей вдвоём живёте, что ли? – рассматривая висящие на стене картинки, спросил Шурик.

– Ну, почти.

– А Йован где?

– К Фету переехал, дом мы полностью сняли, – ответил Макс.

В этот момент из другой комнаты выбежала Дарья, ничего не говоря, бросилась на шею Шурику и крепко обняла.

– Саша, живой! – чуть отойдя сказала она, улыбнувшись. Её глаза светились от радости.

– Чего ты встал, знаешь, мы долго тебя ждали. Верили, что придёшь. Иди, умойся, и за стол. Я сейчас, – сказала она и пошла на кухню, где, гремя посудой, накрывала на стол. Даша выглядела необычно для себя. Возможно, это из-за одежды, так как на ней не было плотных брюк и стёганой куртки, которые могли защитить от дождя, холода и даже колючих растений. Чёрный спортивный костюм с белой надписью на груди толстовки с капюшоном, короткая стрижка сделали её полностью домашней девушкой. Макс также был в гражданской одежде, джинсы и футболка. Напоминание о прошлом чувствовалось в кобуре с пистолетом, которая была на поясе.

– Неплохо, смотрю, устроились, дети где? – с улыбкой спросил Саша.

– Какие дети? – не понимая шутки, из кухни отозвалась девушка. Макс только ухмыльнулся и прошёл на кухню.

– Шутит он. Не успели, Саша, ни детей, ни кошку завести, – подвинув к себе поближе тарелку с овощным рагу сказал Макс и начал есть.

– Квадрик-то сразу нашёл? – Даша поставила перед Сашей тарелку с едой и села рядом с Максом. Шурик понюхал, дразнящий аромат и не менее заманчивый вид тушёных овощей с мясом разбудил дикий аппетит. Взяв ложку, он тут же принялся есть.

– Вкусно-то как! Это что, оленина? Или что? Хотя, какая разница. Сразу нашёл, я этого в кусты убрал, ветками прикрыл, подхожу к воротам, а там квадрик укрытый. Я сперва понять не мог, в чём дело, а когда заглянул внутрь, то сомнения ушли. Ну и записка. Кто её написал?

– Да я написал. Я Серёгу встретил, командир спал. Ну и рассказал ему всё, он не поверил. Ни сразу, ни потом. Но обещался что-нибудь придумать с Денисом. Я там недолго был. А когда вышел, Дашка одна сидит. Спросил, где ты, она говорит, типа, труп оттащить пошёл.

– Ма-а-акс, ну не за столом же о таких вещах говорить! – сделала замечание Даша. Максим лишь посмотрел на неё и продолжил.

– Ну так вот, выхожу, тебя нет. А Серёга говорил, что пацаны в кустах два квадрика спрятали, когда этот Сева приехал, – прожевывая очередную ложку еды, рассказывал Макс.

– Мы, короче, оба выгнали, ну я один и оставил возле ворот. Думал, ты недалеко ушёл и должен в любом случае выйти, – взяв кусок хлеба, Усков продолжил есть. Шурик же сидел не шевелясь, застыв с ложкой в руках.

– Ну и чего дальше? – спросил Шурик.

– Да чего, ничего. Тут нас уже ждали. Местную власть убрали, в прямом смысле этого слова. Только не Денис с ребятами это сделал. Подтянули Рашидова и Мансура. Помнишь его? Он нам тогда помог из плена освободиться. Представляешь, до того посёлка отсюда около трёх тысяч километров. Парни почти месяц сюда ехали. Сколько им, интересно, Рашидов денег отвалил? Одному чёрту, наверное, известно.

– Ну, Максим, какая нам разница-то, сколько. Он себе на уме, и свои же цели преследует. Вон какую деятельность развёл тут, – перебила парня Даша.

– Ага, бизнес.

– Что за бизнес? – не понимая спросил Саша.

– Агропромышленный, он сейчас не только металлом, но и зерно там, и ещё что-то выращивает.

– Ну, молодец, он тут где-то? Так с ребятами-то что? С девочкой этой?

– Рашидов тут обычно в пятницу появляется. Всё тебя ждёт. Все практически тебя ждут. Девочка, это, короче, Рашидов думает, что это Яханта. Типа, она таким образом отделилась от Нины. У неё иного выхода не было. Как она с этим временем крутит, он не в курсе, да и странно, что именно мы попали под это дело.

– Макс, про Дениса расскажи, – Даша доела свою порцию, убрала тарелку и начала наливать чай.

– Портал, что ли, нашли ещё один? – задумчиво спросил Шурик.

– Да не, какой ещё портал. Хотя, Рашидов рассказывал, они пытались по схемам найти. Он теперь в Спарте живёт, да и все, практически, ребята тут, кроме дежурных.

– А самоходки?

– Да дай ты рассказать-то, чего перебиваешь сразу! Они в лесу сделали большой ангар, где-то километрах в пяти отсюда. Техника вся там, обслуженная и готовая в любой момент. Там же и учёба постоянная. Хотя, многие потихоньку семьями обзавелись тут. Про всех не в курсе.

– Короче, Саша, у всех всё хорошо. Осталось Нину вытащить и разобраться с Яхантой. Ты чай будешь? – сказала Даша, поставив перед Сашей кружку. Шурик не мог поверить в то, что слышит. Неужели наспех рассказанная Серёге история привела к таким последствиям? За то время, что они тут, всё устаканилось, и, практически, все счастливы. Даже вечно ищущий на свою пятую точку Макс лоснился и, довольный, попивал чай.

– Ну, раз всё хорошо, то зачем нам Яханта? Лёня с Чернышом, кстати, где?

– Лёня в Дошпорт перебрался, говорит, скучно ему тут. Черныш улетел. Я его давно не видел, как и Лёню, – допив свой чай, сказал Макс и грустно посмотрел на Дашу.

– Да, кстати. Кронах с Хурхом где-то в лесах тут. Тоже ждут тебя. Короче, как Рашидов с Денисом вернутся, идём в ту деревню. Девочку эту убивать нельзя, в последний раз, помнишь, из-за того, что её убили, вернулись обратно. И в предыдущий раз ты её завалил. И мне она тогда сказала, что мы её, типа, не убьём. Взгляд у неё тогда был – жесть просто. До сих пор иногда вижу. Профессор предлагает усыпить её.

– Зашибись, план, так, а чего до нас-то не усыпили?

– Ну, теория такая, как на самом деле – не в курсе, что она именно нас и ждёт. Появись кто-то другой, она сразу поймёт. А если берсерки появятся, то, думаю, они у неё и останутся. Короче, мы – те самые герои, – ответил Макс.

– Ну усыпим, а дальше что? – не понимая, вновь спросил Шурик.

– Тогда спросим у Йогарха, что дальше делать. Хотя он, наверное, в курсе и так. Короче, вот такие планы, если поверхностно, а дальше – ждём Дениса и Рашидова. Сейчас Серёгу позову, шашлыки пожарим. А то они только послезавтра приедут.

– Макс, а там могилка до сих пор есть? Что с ребятами то?

– какая могилка?

– Ну, вчера там были, Читов, Парамонов – посмотрев в глаза Ускова спросил Шурик.

– а, да живы они. У Читова кстати дитё даже есть. Самый первый, так сказать.

Шурик облегчённо вздохнул, все живы, это хорошо.

– А сегодня какой день? – ища календарь или что-то подобное на стенах кухни, спросил Саша.

– Сегодня среда, двенадцатое марта 2025 года, Саша. Тут, кстати, душ есть, вода, правда, дождевой, с крыши, но помыться – можно. Даша одежду подберёт. Расслабься, нормально всё будет – сказал Максим и вышел на улицу. Даша же улыбнулась и, пальцем показав на дверь в душевую, взяла висевший всё это время на стене возле рукомойника автомат и вышла за Максом.

Шурик сидел неподвижно, уставившись в одну точку и думал о сказанном ребятами. Как-то слишком всё идеально, чтобы быть похожим на правду. Хотя, тот факт, что они до сих пор преследуют свою цель, говорит о том, что всё это не плод его воображения и ему не мерещится. Саша проверил свой пистолет и посмотрел на одиноко стоящий у стены в прихожей автомат.

– Ну хорошо. Пусть будет пока так – сказав вслух, он встал и пошёл в душ.

Прохладная дождевая вода, которая использовалась в душе, смыла с тела Шурика многодневную грязь. Всё хорошо, но вот – потеплее бы эту самую воду, так как климат не самый жаркий, и под солнцем не так хорошо прогревается.

– Интересно, а вот грязь, она исчезает, если в петлю временнУю попадаешь, или накапливается? – размышлял Саша, обтирая свежим полотенцем голову.

– Ну ты чего там, помылся, нет? Выходи уже. Ребята пришли, – заскочив в дом сказал Макс, и тут же исчез в дверном проёме.

– Готов, готов, – сказал вслед убегающему товарищу Шурик, рассматривая на вытянутых перед собой руках явно меньшего размера футболку. Надеть кое-как получилось, но выглядел в ней он, как ему казалось, нелепо. Такие майки обычно надевают молодые парни, которые, походив пару месяцев в качалку, думают, что у них эталонное тело. Сашино тело было далеко от эталона. А футболка была мала.

– Ну, зато чистая, – решил он и накинул сверху свою куртку. Штаны подошли, возможно, сыграл тот факт, что спортивные штаны были из эластичной ткани, в них втиснуться мог и поздоровее парень. Ремень, на котором висела кобура с пистолетом, он по привычке так же надел, хотя выглядело это нелепо, хотя, если прикрыть полами куртки, то сразу и не заметно.

Во дворе уже чувствовалась тусовка, музыка, играющая чуть громче, чем можно было. Какая-то певица на английском языке пела. Голоса, вроде и знакомые. Постояв у двери, Шурик осмелел и вышел во двор. Резкий аромат жареного мяса тут же ударил в нос, а сизый дым от мангала заполнил небольшой двор. Рядом с Максом смеялась Даша, видимо парни, стоящие рядом, смешное рассказывают.

– Кто все эти люди? – задал сам себе вопрос Саша. В этот момент к нему подошёл мужчина.

– Шурик, дружище. Ну как ты? – похлопал он по плечу Саши.

– Серёга я, не узнаёшь, что ли? Видимо, богатым буду. Смотри, вон Ванька и Паша. А вон Орлов со своей женой. – продолжил он радостно говорить. Парни, стоящие у мангала рядом с Максом, дружно помахали ему.

– Пойдём, выпьем за твоё возвращение, – предложил Серёга, и вручил стакан с какой-то светлой мутноватой жидкостью.

– Что это? – посмотрев на свет, спросил Шурик.

– Местная настойка. У нас же тут пшеница растёт, и спирт имеется. Альфа! – показал пальцем вверх, подчёркивая важность слова, Серёга.

– А чего такая мутная? – не отводя взгляда от странной жидкости, спросил Шурик.

– Да, толком делать ещё не научились.

– Но мы на верном пути, да Серёга, – крикнул стоявший у мангала Ваня и все дружно засмеялись.

– Ну, чего ты встал, как неродной. Парни, и дамы конечно. Предлагаю выпить за Александра, что жив-здоров вернулся к нам. Осталось дело за командиром. Ура! – Серёга поднял повыше свой стакан, и, развернувшись лицом к Саше, чокнулся с ним, залпом выпил и пошёл к нарытому у машины столу. К Шурику по очереди подошли ребята и каждый поздоровался лично, широко улыбаясь.

– Ну что, Саша. Ты рад?! Всё же хорошо, помнишь, я тебе говорил. Помнишь? – согнутыми костяшками пальцев Макс слегка потрепал по голове Шурика, еле дотянувшись.

Разговоры становились всё громче, как и музыка. Саше стало как-то неуютно и неудобно. Вроде бы, ребята и свои, а ощущение – что чужие. А соседи? Никто не жалуется, да и эти не боятся шум устраивать. Тут подбежала Даша, держа в руках кусочек какого-то фрукта.

– Как настроение, Саш? Чего грустишь?

– Да нормально всё, – сказал Шурик и посмотрел на свои руки, а вернее – на стакан, который был у него в руках. Мутная жидкость, имевшая слегка сероватый оттенок, как у хреновухи, маслянисто блестела.

– Да хрен бы с ним, – подумал Саша и, сделав глубокий резкий выдох, выпил. Должно было быть противно, но оказалось безвкусно. Абсолютно никакого вкуса. Даже вода имеет вкус, а это – просто жидкость, после которой остаётся лишь ощущение, что пил жидкость. Шурик вопросительно посмотрел на Дашу. Она моргнула и, улыбнувшись ему, ушла к ребятам. Саша ещё раз оглядел двор. Стоит, наверное, всё-таки подойти к мангалу и к столу, есть-то хочется. И в туалет хочется. Прям, сильно хочется. Голод всё-таки перевесил, и Шурик хотел пойти к столу, но ноги как будто прилипли к крыльцу. Он посмотрел вниз, они на месте, голова на месте и вроде соображает. В это время Макс и Даша повернулись к нему и призывно помахали, чтобы он подошёл к ним. Саша ещё раз попытался, но и на этот раз не получилось. В голове началась лёгкая паника. Рывок, ещё рывок и показалось, что он смог сделать шаг, но ноги остались на месте, а тело неминуемо приближалось к земле. Он всё ещё смотрел на лица ребят, которые начали расплываться, ему сложно было сконцентрироваться. Шурик сделал последнее усилие, рывком попытался оторвать от пола ноги и выставил руки перед собой.

Хлёсткие удары по лицу, раз за разом. Голова резко заболела. Не было сил открыть глаза.

– Тащ майор, тащ майор! – омерзительный голос кричал прямо в барабанную перепонку, создавая дикое давление в голове и порождая очередную волну боли.

Саша хотел сказать, чтобы кричащий человек заткнулся наконец, но вместо слов услышал только какое-то мычание. Он попытался в очередной раз встать, дав команду своим рукам и телу, но не чувствовал в ответ ничего. Ни боли, ни других ощущений. Как будто у него не было ни рук, ни ног.

– Все трое тут, тащ майор, – противный голос вновь создал очередную волну боли и дискомфорта в голове у Шурика.

"Что за пойло там такое, раз от него ужасное похмелье?" – думал он, мечтая открыть глаза. Они просто слиплись, Саша ощущал, что веки двигаются, но казалось, что ресницы сплелись между собой и не дают разомкнуться векам.

Яркая вспышка света – и дикая боль вонзилась в голову от правой ноги. Шурик попытался отдёрнуть ногу, но не смог, а боль постепенно угасала, превратившись в ощутимую и местами приятную. Приятную тем, что она чувствовалась. Нога одна есть. Значит и остальное должно быть на месте.

Вновь резкая боль, только теперь левой ноги, ощутилась, будто тысячи иголок вонзились в неё. Боль поступала волнообразно, с каждым разом угасая, до тех пор, пока Шурик не почувствовал тепло на кончиках пальцев. Он попробовал их сдвинуть и тут же шершавые носки внутри ботинка коснулись кончика пальцев.

Вдруг на лицо кто-то полил холодной водой и начал обрывать ресницы. Казалось, что этот кто-то пытается раскрыть их. Саша вновь попробовал открыть глаза, ресницы уже их не сдерживали, но предательский яркий свет вспышкой боли прокатился внутри черепа. Перетерпев боль, чуть разомкнув веки, Саша увидел вдалеке белое пятно света.

– Это сейчас что, я умираю, или оживаю? – сам себя спросил он.

– Шурик, живой! – прозвучал рядом до боли знакомый голос, на что Саша вновь пытался что-то ответить, но мычание, вырывшееся из его рта, дало ему понять, что пока лучше молчать. Он вновь закрыл глаза, пытаясь забыться, чтобы избежать боли. Яркий свет сменился на темноту, сознание вновь ушло во мглу.

– Семён Викторович, ну что, какие прогнозы? – чёткий голос прозвучал в тишине.

– Всё хорошо, Денис. Нога скоро заживёт. Надо дождаться, пока они сами очнутся, – ответил голос профессора.

– Так я же живой, – подумал Саша. Голова была чиста, как никогда. Он чувствовал себя как огурчик. Ничего не болело.

– Я в порядке, – приоткрыв глаза, хотел сказать Саша, но услышал что-то невнятное.

– Он очнулся, – произнёс голос Дениса.

Саша открыл глаза, в помещении, где он находился, было темно, по крайней мере, не было яркого болезненного света. Несколько секунд он пытался сконцентрировать взгляд, и в конце концов смог, над ним стоял с обеспокоенным лицом Денис, а рядом сидел улыбающийся Рашидов. Голову повернуть не смог, но, поняв его мысли, Денис тут же ответил:

– Тут они, рядом. Живые оба. Кому из вас, идиотов, пришла в голову идея – гулять по деревне? Я Дашу в счёт не беру. Вы – два взрослых мужика. Вы же чуть не померли там! – выругался Денис.

Саша смотрел на него стеклянным взглядом, пытаясь понять, где реальность, а где он сам. И Денис вместе с Рашидовым ему мерещатся, или они реальны? Если реальны, то что они делают тут? Альва, Нина, Йован, Фет, беспрестанно проносились у него в голове.

– С ногой что? – прозвучал вопрос Дениса.

– Да ничего, сломана. Он парень здоровый, через пару недель стянется косточка, а через месяц сам ходить начнёт, – спокойно ответил Рашидов.

– Ну ладно, Семён Викторович. Пусть отдыхает. Хорошо, хоть нашлись.

– Да, Денис. Ещё пару дней – и точно не выжили бы, – прозвучал голос Рашидова уже у дверного проёма.

– В конце деревни они в какую-то яму провалились. Вонища там. Кстати, какие-то ящики ещё в этой яме были. Но мы их не трогали.

– Ящики? А чем пахнет? – остановившись спросил Рашидов.

– Аммиаком и тухлыми яйцами, – голос Дениса вовсе пропал, и Шурик уже не слышал о чём они говорят.

Саша через силу и боль слегка повернул голову в сторону, рядом в избе стояли ещё две кровати, на которых, запрокинув головы, и укрытые по шею с закрытыми глазами лежали Максим и Даша.

Глава 7

Серёга сидел рядом с костром и лениво подбрасывал сухие увесистые ветки, огонь прожорливо поглощал их своим жаром. Денис, усевшись поудобней на лавку, отпил хороший глоток тёплого травяного отвара, который тут пили вместо чая. Рашидов просто молча смотрел на огонь и о чём-то думал. В полевом лагере внутри портала давно уже прозвучала команда «отбой», и практически все ребята, кто не был на вахте, спали, или же – делали вид, что спали, а сами тихо лежали на своих местах.

Тишину нарушил Сергей.

– Семён Викторович, Вы сами были в этой разрушенной деревне хоть раз?

– Да, как-то было дело. Архаму там очень не понравилось. У него панические страхи начинаются, ну и передаётся на меня тоже, – ответил Рашидов.

– Так он же тоже медведь, чего боится-то?

– Эта деревня не просто от времени разрушилась. Целенаправленно убили жителей-медведей, все дома сожгли или разрушили. А разум медведей устроен так, что после смерти они не теряют связи с теми, кто перешёл из физического состояния в другое. И я, каждый раз находясь там, слышу крики страдания.

– То есть, Вы чувствуете их боль?

– Да, только не физическую боль, а душевную. Горе, отчаяние, – опустив голову, сказал профессор и замолчал. Сергей же всё не унимался со своими вопросами:

– Я, когда спустился в яму эту… Или погреб? Больше похоже было на погреб. Там на каменных выступах стояли небольшие ящики, даже не ящики, а вроде, гробы. Там что, похоронен был кто-то?

– Если верить твоему описанию, то это Мордан. Как бы объяснить… Подвал погребального дома. На краю деревни раньше такие дома ставили, тело умершего медведя сжигали, а кости складывали. А если медведь при жизни был шаманом или вождём, то тело полностью мумифицировали. Но их обычно держат над землёй, то есть, в доме, а под землёй складывают обычных медведей. Кто был похоронен и сколько их в том погребе – мне не известно. Но ребята там провели немало времени.

– Ну да, сколько мы их искали-то. Почти четыре дня. Вроде, серьёзных травм у них нет, – допив отвар, сказал Денис, поставил кружку рядом, тоже закинул в костёр какую-то ветку и стал смотреть, как сгорает древесина.

– Ребята молодые, быстро поправятся. Только вопрос, почему они сами не вышли, и даже сигналов никаких не подавали? – посмотрев на Серёгу, спросил Рашидов.

– Хороший вопрос, мы же звали их, – не понимая сказал Серёга.

– Это что, они всё это время были без сознания?

– Денис, надо дождаться, пока они окрепнут и всё-таки начнут говорить. Дай им время. Нину так и не нашли, надо её найти обязательно. Без неё все наши старания будут напрасны, – задумчиво сказал Рашидов, не отрывая взгляда от завораживающего танца огня.

– Семён Викторович, а вот Вы много про медведей знаете? – пытаясь более правильно подобрать слова, спросил Качанов.

– Все мои знания – благодаря Архаму. Я-то сам по себе – обычный человек.

– Нет, не юлите, Вы – не обычный человек. Обычные, вон, в ямах сейчас сидят, пытаясь самым примитивным способом выживать. А Вы не просто пытаетесь выжить, но и в игры играете с другими. Если бы не мы, образно говоря, нашли бы других, кто помогал бы Вам. Так?

– Молодой человек, Вам никто не говорил, что Вы слишком бестактны? – улыбнулся Рашидов.

– Всё в жизни мимолётно и быстро. Нет времени на тактичность и этикет. Ну, так что? – спросил Серёга, краем глаза посмотрев на командира, Денис не вмешивался, но сам внимательно слушал.

– Так получилось, что я своей жизнью обязан Архаму, именно благодаря его знаниям этого мира, вкупе с моими, конечно, я получил возможность стать тем, кем сейчас являюсь. За это он много не просит. Нужно найти, по возможности, имеющиеся порталы. Я готов потратить всю оставшуюся жизнь на это, а Архам, найдя нового носителя, продолжит работу, но сейчас я буду этим заниматься. И для вас большая польза. Вас слишком много, чтобы незамеченными влиться в Иной мир. А со мной и со знаниями Архама мы поможем друг другу, и пройдёт немного времени, мы всё сделаем, и заживём, каждый своей жизнью. И вам всем хорошо и мне, – тихим спокойным голосом сказал Рашидов.

– Складно всё говорите, Семён Викторович. Отчасти, я с Вами соглашусь, но ребята погибли, их-то уже не вернуть. И зачем им прекрасное будущее, которое Вы описываете?

– Сергей, после встречи со мной ещё ни один ваш товарищ не погиб. Я за это переживаю больше, чем кто-либо другой.

Качанову на такой аргумент возразить было нечего, и он, закинув очередную ветку в костёр, замолчал. Огонь помогал думать, каждому – о своём.

– Тащ майор, – вдруг прозвучал над ухом голос. Денис обернулся и увидел сержанта Базарова.

– Что случилось, Бато?

– Тащ майор, там Усков очнулся, – доложил он.

Все трое, не сговариваясь, подскочили со своих мест и быстро направились к избе, где кроме дневального был ещё Моисеев, штатный медик батареи. Илья сидел у изголовья Макса, держа в руках котелок, наполненный крепким бульоном. Это Егор постарался. Слабый луч переносного фонарика еле освещал серое лицо старшего лейтенанта, который трясущимися руками пытался взять котелок у доктора, показывая, что помощь ему не нужна, и он вполне сам может справиться. Рашидов, Архипов и Качанов встали рядом и молча смотрели на это.

– Чего смотрите? – хриплым голосом спросил Максим, оглядев стоявших рядом людей.

– Ну, рассказывай, какого лешего попёрлись? – спросил Архипов.

– А Серёга что, не говорил? Нас подстрелили, что ли? – убрав от своего лица котелок, Макс приложил большие усилия, пытаясь сесть, но руки его не особо слушались. Илья, видя это, помог ему более-менее удобно сесть. Денис с Рашидовым посмотрели вопросительно на Качанова, тот округлил глаза и, глянув на Макса, спросил:

– Ты о чём? Что ты мне говорил-то?

– Мы где сейчас? Бля, её что, опять убили? – оглядевшись, он, увидев лежащих рядом Дашу и Шурика.

– Что с ними, они живы? – ещё раз посмотрев на ребят, спросил Усков.

– Ты в портале, кого убили, Макс? – на полном серьёзе спросил Рашидов.

– Да девочку эту. Стоп, а почему мы в портале, а не в храме? – Стоявшие рядом посмотрели на Макса, который, по их мнению, нёс какую-то ахинею.

– Живы они, вы упали в большую яму и надышались каких-то газов, – подойдя ближе, сказал Качанов.

– Ёлки палки, опять всё заново, – со вздохом сказал Макс, лёг на кровать и, расслабившись, закрыл глаза. Денис взглядом показал остальным, что надо уходить.

– Вообще не понял, что он сказал, – Качанов прямиком пошёл к костру. Денис же с Семёном Викторовичем шли молча, обдумывая сказанное Максом.

– Это бред, или что?

Рашидов поморщил лоб и, пройдя несколько шагов, сказал:

– Вероятность такая есть, но он был очень уверен в своих словах. Может ты прав, и он надышался чем-то, и ему то состояние казалось реальностью. Завтра надо собраться и дойти до того места.

– Семён Викторович, чего ходить-то, ребята фотки сделали. Так можно посмотреть.

– Нет, Денис, фотки мне ни к чему, мне надо почувствовать, кто там. Поселение древнее, и там могут быть кто угодно захоронены.

– М-да, медвежьих мумий нам только не хватало. Вроде, никаких пирамид, – разгребая палкой угли в костре, сказал Серёга.

– Командир, так что, мы Спарту, когда брать будем? Мне штурмовые группы готовить надо. Наверное, оставлю в самоходках наводчика, механика и заряжающего. Стрелять с боеукладки будет, если что, но не хотелось бы. Там гражданских много, а грех на душу брать не хочу, – начал говорить Качанов.

– Мэтл один надо подготовить к штурму, борта как-то усилить. Чтобы хоть пулемёт держали. Сева, вроде, схему прикинул, так что надо три группы, две с флангов пойдут, а один по центру. Надеюсь, сами повылазят и особо стрелять не придётся, – со вздохом сказал Денис.

– Молодые люди, а оно вам надо? Зачем вам этот бандит сдался? – спросил Рашидов.

– Да он-то нам сам по себе не нужен, просто то, чем занимается. Сколько он людей сгубил-то, – ударив по углям палкой, сказал Качанов.

– А что за Спарта? – заинтересовался Семён Викторович.

– Ну, вроде как деревня деревней. Там небольшая шайка во главе с каким-то Шараем, занимаются продажей людей. Ну а сам главарь – ещё и насильник. Людей продают в тот же Иерихон, – пересказал полученную от Севы информацию Качанов.

– Так может, я Мансуру скажу? Это по его части. Он к таким очень неровно дышит.

– Семён Викторович, вполне себе хорошая идея, – закивал Денис. И тут же продолжил:

– Где он сейчас есть?

– Пока не знаю, но дорога займёт не меньше недели, это точно, – ответил Рашидов.

– Да хоть две, ребята пока очухаются. Кстати, не знаете, куда могли Кронах с Хурхом свалить? Субботин рассказывал, что там у лагеря на побережье был вход в пещеру.

– Ой, Денис, не знаю я. Эти двое берсерков себе на уме. Их сложно просчитать или как-то проанализировать их действия. Они могут появиться в любой момент, когда нужна помощь и их не ждешь, а могут не прийти тогда, когда их ждёшь. Не подчиняются они никому. Хотя их реакцию перед Яхантой сложно описать. Я такое впервые видел, чтобы берсерк чего-то или кого-то боялся. Уф, опять эту старую вспомнили. Где же Нина-то? Её вот точно надо найти. Бандитов – чёрт с ними, а вот Яханта… Без контроля таких дел может натворить, потом жизни не хватит, чтобы разгрести.

– Семён Викторович, может, не будем перед сном? Ладно, я пойду к ребятам – сказал Денис и пошёл к избе, где находились Макс, Шурик и Даша. Сергей с Рашидовым ещё минут десять просидели у костра и разошлись отдыхать.

На следующий день после того, как нашли ребят, они все трое очнулись. Всё это время Рашидов оставался в портале, чтобы не пропустить что-либо. Дела на заводе и в посёлке были важны, но куда важнее информация, которую могли дать люди, пролежавшие три дня в мордане, в одном из почитаемых медведями мест. Ведь понятие, что после смерти души и разум некоторых медведей могут оставаться на земле, было не легендой, а самой настоящей реальностью. А возможное их влияние на разум человека никем и никогда не изучалось. У людей, живущих в Ином мире вопросов такого характера никогда даже не возникало, так как общаться с живым медведем удавалось не каждому, и не всегда это общение заканчивалось для одной из сторон хорошо.

Семён Викторович за эти дни так и не решился посетить погребальное место, возможно, он и хотел, так как был человеком науки в прошлом, но разум Архама, который владел его телом, не позволял ему сделать этот шаг. Так он и ходил, разрываемый любопытством и страхом, и вся надежда что-то прояснить возлагалась на ребят.

В себя они приходили долго, это как после наркоза люди возвращаются, только время в этой ситуации растянулось на многие часы.

Штабная изба, которая выполняла роль лазарета для Шурика, Макса и Даши, была залита мягким дневным светом. Импровизированные кровати, сделанные из ящиков, стояли вдоль стены, на них лежали ребята, укрытые принесёнными Рашидовым пледами. Меньше всего при падении пострадал Максим, отделался лишь ушибами, Даша сломала лучевую кость на левой руке. Благодаря компрессу из местных, необычных для Земли трав, воспаления удалось избежать. Шурик сломал ногу. Гипса не было, вместо этого наложили шины из досок и скрутили туго верёвкой.

– Илюха, иди отдохни, мы тут поговорим с ребятами, – обратился Денис к Моисееву, который большую часть времени проводил здесь. Санинструктор кивнул и молча вышел. У стола остался Качанов, да Рашидов за столом рассматривал схему порталов.

– Я уже понял, что вы настоящие, – откинув от себя плед, Макс сел на постели.

– Моисеев рассказал? – спросил Архипов.

– Ага, хотя, не то, чтобы рассказал. Не суть. Из портала выходил кто-нибудь после нас? – усевшись поудобнее, поинтересовался Усков.

– А как же, мы вас сколько искали, – отойдя от стола сказал Качанов.

– И что, когда приходили, нормально всё было? – подтянув к себе сломанную ногу, отозвался Саша.

– А что не так должно быть? Люди рядом не ходили. Никого не видели и не поймали, – ответил на вопрос Денис. В этот момент Даша заглянула под свой плед, растерянно посмотрела на Макса и на ребят.

– Кто меня раздел-то?

– Совсем? – тут же отреагировал Максим.

– Да нет, трусы и футболку оставили, – со смущённой улыбкой ответила девушка. И все дружно засмеялись, разрядив обстановку.

– Да ладно, он медик, и не такое видел, – махнув рукой, ответил девушке Серёга.

– Денис, сколько дней прошло, всего три?

– Да Шурик, три грёбаных дня, – ответил Архипов. Ребята вопросительно переглянулись и Макс спросил:

– Точно три дня, а не пять лет?

– Максим, Александр, Дарья, давайте лучше так сделаем, а то никогда не разберёмся. Первый вопрос: вы Нину видели? И второе, хочу услышать от каждого из вас, что произошло, – подняв голову негромко спросил Рашидов.

– Да и у меня такой же вопрос, что произошло? Я последнее, что помню, выпил какую-то бормотуху в Спарте. Максим, помнишь, я приехал, а вечером ребята пришли, и вы шашлыки замутили? – поставив ногу с шинами на пол, начал допытываться Саша.

– Выпил, и как в тумане, а потом вот, – в какой-то яме со сломанной ногой, как выяснилось. Нас что, кто-то столкнул? – продолжил он.

– Шурик прав, мы были втроём в Спарте в доме у Йована.

Даша посмотрела сначала на Макса, после – на Сашу, и, ничего не говоря, просто закивала.

– Вы там всё время были? – жестом показав Денису и Сергею помолчать спросил профессор.

– Ну, не всё время. Мы там ждали Шурика. Должны были поехать к староверам, найти Нину, – ответил на вопрос Максим.

– К каким ещё староверам?

– Да там деревня пустая, слишком древняя, и ощущение, что жили язычники какие-то.

– Ага, до этого сколько ни ходили, как-то не получалось с этой девочкой. Ну, в итоге выяснили, что попали во временную петлю, и если девочку убить, то возвращаемся назад. И если при этом остался жив, тебя эта девка сама не убила, то всё помнишь, а если она тебя убила, то память обнуляется. Вон с Дашей так было, – начал говорить Саша, искренне веря своим словам.

– Я очень рад, Денис, что вы в портале и все живы. А то пару раз было, что могилы ваши видели. В первый раз и Серёгину тоже, – посмотрев на стоящего рядом Качанова, добавил Макс.

– Вообще ничего не понимаю. Семён Викторович, разве это возможно? Они же втроём без сознания были, когда мы их нашли. Что они несут? Я понимаю, если бы кто-то один рассказывал, а второму, может, что-то другое приснилось бы. А тут? – спросил Денис, посмотрев на задумчивого Рашидова. Но в ответ тот лишь молчал. Ему и самому ответить было нечего. Было это видением, или же обычным сном, непонятно. И непонятен тот факт, который заметил Денис. Почему они втроём видели одно и то же.

– Так, Макс, давай по порядку, с самого начала. Саша, Даша, вы молчите. Если его рассказ совпадает с вашим, то просто кивайте. А потом дополните, хорошо?

Ребята на просьбу Архипова дружно кивнули и посмотрели на Ускова, ожидая, когда же он, подобрав слова, начнёт рассказывать.

– Если где-то стану врать, поправьте меня. Хорошо? – обратившись к Шурику и девушке сказал Максим, в ответ они так же молча кивнули.

– Короче, мы втроём вышли из портала, обошли деревню, а когда пришли, храма этого не было, внутри которого вход. Мы помучались-помучались, потому как на месте храма была здоровая воронка, плюнули и пошли. Пока бродили по лесу, наткнулись на старые следы от самоходок, – рассказывал Максим, периодически поглядывая на лица Саши и Даши, а также на реакцию Рашидова и Дениса.

Следы нас из леса вывели, пройдя по ним, мы дошли до деревни Спарта. Там переночевали у одного мужика, его, кстати, Йован зовут, и решили ехать дальше в Дошпорт.

– Максим, а почему вы приняли такое решение? – перебив Ускова, поинтересовался Рашидов. Максим посмотрел на ребят, пожал плечами и ответил:

– Да, в принципе, больше некуда было. Спарту мы облазили, кроме могил ребят ничего не видели, и о бородачах кроме легенд не слышали. Мы же искали и вас, и Нину.

Максим замолчал, глядя на профессора, тот молча несколько раз кивнул, подтверждая, что ответ логичен.

– Макс, скажи, чьи могилы там были, – прервав рассказ Ускова подсказала Даша.

– Серёга, Ванька Субботин, Читов и вроде ещё Парамонов. Не помню точно. Нам хозяин дома, хотя какой хозяин, Сева, тварь такая. Его там видели, в первый раз холёный такой был, ну вот он рассказал, что во время штурма погибли. Он нам замутил такси до города, ну мы и поехали. А это ведро сдохло по пути. Мы пошли пешком, срезали путь через лес, там нашли сгоревшую самоходку. Да и вообще, следов оставалось много, гильзы от выстрелов находили, троса. Ну вот, а там, не сразу, конечно, но нас Черныш нашёл, не знаю как. Он нас привёл в пещеру какую-то. Мы там ночь переночевали и дальше пошли. Вышли мы на деревню и там нашли Нину с какой-то девочкой. В итоге – малявка эта убила Дашу, и меня чуть в расход не пустила, Сашка ей мозги и вышиб тогда, – Максим сделал паузу. Рядом, слегка приоткрыв рты, смотрели на него Денис и Серёга, а Рашидов даже не изменился во взгляде, было ощущение, что он не особо удивлён.

– Макс, ты про рюкзак свой забыл, – припомнив, подсказал Саша.

– Ну да, когда в пещеру зашли, там моя эРДэшка лежала с гранатами, и пара магазинов от Калаша.

– А как он там оказался? – перебив Макса, спросил Качанов.

– Ну, мы сперва тоже удивились, короче, мы там не первый раз, оказывается, и я его сам принёс. Короче девочка эта умерла.

– Альва, – прервав Макса добавила Даша.

– Что – Альва? – не поняв, переспросил Рашидов.

– Девочку эту Альва зовут, – ответила она.

– Ну да, короче, как только Шурик её завалил, мы опять оказались внутри храма. Там, кстати, труп этот до сих пор лежит? – продолжая свой рассказ, спросил Усков.

– Да нет, пацаны его давно убрали. Похоронили, – ответил Серёга.

– Ну и правильно. Второй раз вышли туда же, я зашёл в портал, видел Ванька, взял свой рюкзак, и мы опять пошли. Храм так же оказался разрушен. В Спарте всё то же самое.

– Только Сева был уже без руки, – дополнил рассказ Саша.

– Ну да. Короче, могил стало меньше, видимо, моя встреча с Ваней как-то повлияла на это. Мы тогда не в курсе были, что девочку эту, Альву, убивать нельзя. Тогда мы твёрдо решили, что во всём она виновата, и надо её грохнуть.

– И?

– Что – и? Серёга, сказано-сделано. Мы её сразу, как пришли, убили. Кстати, мама этой девочки – Нина. Представляете?

Макс замолчал и посмотрел на Дениса, Шурик в это время тоже глянул, слегка осуждающе, на своего друга. Он же сидел невозмутимо, не понимая пронзительных взглядов. Просто смотрел на своих товарищей и слушал рассказ. Не дождавшись реакции, Усков продолжил рассказывать:

– Короче, она опять умерла, и мы опять оказались у храма. Я тогда зашёл и встретил Серёгу, рассказал ему про это всё и попросил довести информацию до командира, чтобы Спарту не штурмовали, и погибших меньше было.

– В итоге что, мы не штурмовали? – спросил Денис.

– Ну да, только Шурик там затупил. Пока я был в портале, он куда-то вышел из храма, а я, когда пришёл, его уже не было, а Серёга мне про квадроциклы рассказал. Ну, мы с Дашей на квадрике и доехали до Спарты. А там уже была вся батарея. Ну, в итоге вот, шашлыки, и мы тут, – хлопнув себе по бедру ладонью, закончил рассказ Макс.

– Пять лет. Каждый наш повтор происходил через пять лет после того, как мы вышли из портала. В будущем. Пяти лет же сейчас не прошло, да?

– Нет Саша, не прошло, – повернувшись к Рашидову, сказал Денис.

– Я должен. Должен сходить на то место! – хлопнув ладонью по столу, сказал Семён Викторович и решительно встал.

– Альва, Альва… – профессор уже минут пять под пристальным взглядом ребят ходил по избе вдоль стены и повторял это имя. Остальные же молча за этим наблюдали, понимая, что Рашидов пытается что-то вспомнить.

– Так, тут два варианта, я сейчас про вас, ребята, – посмотрев на Макса, начал Рашидов, вдруг резко остановившись.

– Первое, Яханта на вас как-то повлияла.

– Яд подсыпала куда-то, что ли? – непонимающе перебил профессора Шурик.

– Нет Александр, это не сказка, чтобы удалённо что-то сделать, а она не Баба Яга. Она вас видела и ждала. То есть, возможно, был прямой контакт. Так как вас было трое, внушила вам что-то одно, ей сложно в человеческом теле управляться с большим количеством людей. Внушила всем одно. И второй вариант: возможно, побеспокоили прах какого-то сильного в прошлом шамана. Вспомнил: Альва, так звали старшую мать Яханты, по-нашему – бабушка. Она научила Яханту большинству приёмов. Ох, как всё интересно! – Рашидов, как типичный исследователь, который близок к разгадке какой-то тайны, потёр руки.

– И что, она нас, типа, заколдовала, и рассказала про своё имя, и где она может быть? С чего Вы взяли, что Альва и есть Яханта? – спросил, не понимая хода мыслей профессора, Максим.

– А дело в том, молодой человек, что это её единственный шанс выйти из тела Нины. Её разум может выйти только в теле другого человека. Так, кто с ней спал? – Рашидов резко остановился и посмотрел каждому из мужчин, находящихся внутри избы, в глаза. Саша, Максим и Сергей посмотрели на Дениса.

– Видимо, я, ну, не то, что видимо, а я. Хотя, и не по своей воле. Не помню этого момента, – Архипов встал, налил из стоявшего на столе чайника в стакан воды и залпом выпил.

– Вот же хитрая, она и до этого как-то пробовала?

– Да, я отказался, а потом… вот. Когда Руслана Диденко ранили. Она хотела всех тут убить моими же руками.

– Ну вот, Денис, нашла достойного кандидата. Значит, она задумала стать самостоятельной, и заставила Нину уйти. Годам к двенадцати она уже сможет полностью сама себя защищать и выживать. Что тогда и значит, что не она сама это сделала. Значит, всё-таки, в деревне есть кто-то из ранее живущих, который вам сделал подсказку. Дела-а, – протянул Рашидов последнее слово и сел рядом с Денисом на табуретку.

– Так что, получается, эта маленькая девочка – моя дочь? – Денис непонимающе посмотрел на Рашидова.

– Нет ещё никакой дочери. Максим, насколько было реально то, что вы видели?

– В смысле – насколько, мне до сих пор кажется, что это всё было реальнее, чем я сейчас говорю, – ответил Макс.

– Слушай, Шурик. А ты знал, что есть деревня Спарта и город Дошпорт?

– Про Спарту я слышал, мне то ли Серёга, то ли ещё кто-то рассказывал, что пленный про это говорил. Про Дошпорт не слышал, – ответил он на вопрос Дениса.

– То есть, получается, то что вам приснилось, пусть будет так, отчасти переплелось с реальностью, и это больше – видение? Семён Викторович, насколько это может быть правдой?

– Не знаю, Денис. Кто со мной пойдёт?

– Я могу, – тут же отозвался Сергей.

– Прикрытие тоже возьмите, – порекомендовал Денис.

– Да, точно. Ваньку и Пашку, наверное. Нагорный засиделся уже, нога зажила, утром видел, как сайгак бегает – сказал Серёга, на что Денис одобрительно кивнул.

Примерно через полчаса четверо мужчин неторопливо шли по разрушенной деревне, оглядываясь по сторонам. Рашидов явно нервничал и волновался, выглядел он крайне неестественно. Постоянно вздрагивал и оглядывался на каждый шорох. Хоть территория деревни была небольшой, они бесконечно долго петляли вокруг разрушенных домов по дорожкам, бывшим когда-то улицами.

– Вот, тут их нашли, – шедший впереди Качанов указал на небольшую яму, по краям которой высотой в пару кладок сохранилась стена. К яме вела слегка притоптанная трава. Рашидов подошёл поближе и увидел, что дно ямы когда-то состояло из досок перекрытий, а недавно эти доски разобрали, чтобы расширить проём, откуда доставали людей. Семён Викторович трясущимися руками взял у Сергея фонарик и, подойдя к краю погреба, посветил внутрь. Глубина была не меньше четырёх метров.

– С Вами всё в порядке? – посмотрев на бледного, вздрагивающего Рашидова, спросил Качанов, держа его под руки, чтобы тот случайно не свалился.

– Да, Сергей, оставьте меня ненадолго тут, – убрав свою руку сказал профессор и сел на край ямы. Ребята переглянулись и пожав плечами отошли в сторону.

– Медитирует, что ли, – убрав автомат за спину, спросил Паша Нагорный, глядя на то, как профессор сидит неподвижно, закрыв глаза.

– Да кто ж его знает то. Он мужик мутный. Сколько с ним общаюсь, никогда его не мог понять однозначно, – пожав плечами ответил Ваня, не забывая смотреть по сторонам, чтобы не пропустить какого-нибудь местного зверя или людей.

– Ладно, тихо. От него сейчас много чего зависит, может, расскажет, что с ребятами было – шёпотом сказал Серёга, не отводя взгляд от Рашидова.

Ребята отошли к ближайшей кучке камней, и сев поудобнее, молча смотрели по сторонам. Смотреть за Рашидовым было не так интересно, как за окружающим миром. Вот где-то далеко над лесом взмыла в воздух большая чёрная птица, и, поднявшись на десятки метров над землёй, кружила на воздушных потоках, а где-то недалеко мычало какое-то животное. Ваня поймал насекомое, по виду похожее на жука-носорога, но меньше размером, и более подвижное и играл с ним, не давая ему убежать.

Вдруг игру Субботина прервал лёгкий удар в бок, Ваня посмотрел на Пашу, который смотрел на то место, где до этого был Рашидов и яма. Ни профессора, ни разрушенного фундамента с ямой не было, а стоял дом. Выбеленный, построенный из крупных камней. Сергей и Паша сидели неподвижно, боясь даже вздохнуть, Ванька одними глазами обвёл вокруг. Нигде не было разрушенных домов, которые из года в год поглощал лес, была улица с брусчаткой и несколько домов, стоящих вдоль неё. Несколько скамеек и какая-то утварь, оставленная на улице. Перед домом на лавке сидел медвежонок. С глазками-пуговками, с чёрным влажным носом и бурой шерстью. На нём был пояс и небольшой плащ, перекинутый через спину. Лавка для него была явно велика, и он, свесив лапы, раскачивал ими, держа деревянный игрушечный меч. В это время где-то в конце улицы послышался звук, который возникает, когда когти крупного зверя касаются камней. Этот звук привлёк внимание людей, и они, повернув головы, увидели, как вдоль улицы быстро, на четырёх лапах, к лавке приближается огромный медведь, одетый в доспехи. Шлема у него не было, одно ухо кровавой кашей висело на остатках шкуры, передний панцирь был залит кровью и зиял огромными дырами. Медведь подбежал к испуганному медвежонку и наклонился, тот подскочил и передними лапами обнял большую морду своего старшего сородича, при этом изрядно измазавшись кровью. Большой медведь лизнул медвежонка в нос и из-под панциря достал небольшую вещь продолговатой формы, издалека похожую на кусок камня. Что-то ласково прорычал медвежонку, и, ещё раз лизнув в мокрый нос, громко рыкнул. Медвежонок осторожно сделал шаг назад, взяв в лапы предмет, и стоял, неуверенно глядя на огромного медведя. Тот же лапой слегка толкнул медвежонка в спину, отчего детёныш встал на четыре лапы, и вновь прорычал. Медвежонок опустил голову и мелкими шажками побежал в противоположную сторону от улицы. Большой медведь постоял несколько секунд, глядя вслед медвежонку. В этот момент вспыхнуло яркое пламя и хлопком разорвало стоявший в начале улицы дом, выглядевшее крепким строение в одночасье, превратилось в пыль и груду камней. Ребята, наблюдавшие за этим, инстинктивно упали, прикрыв лицо руками, но ни ударной волны, ни осколков не проследовало. Подняв головы, они увидели, что большого медведя уже нет, а на это место вернулся медвежонок. Обнюхал дом, рядом с которым до этого сидел, и, поддев когтями камень в самом нижнем ряду кладки, вытащил его. Положил туда полученную вещь, вставил камень и, оглянувшись в сторону уходящей улицы, побежал в противоположную сторону, где исчез за очередным домом.

– Пацаны, вы же это тоже видите да? – тихо спросил Паша.

В ответ ребята только что-то промычали, и в этот же момент всё исчезло, а Рашидов по-прежнему сидел на том месте, где и был изначально, рядом с ямой.

Тут Серёга уже не выдержал и пошёл к Семёну Викторовичу, но не успел дойти, как профессор встал. Лицо и взгляд его были спокойными и холодными, не замечая Качанова, он прошёл мимо. Подойдя к остаткам разрушенной стены, начал что-то искать в траве.

– Семён Викторович, – позвал профессора Ваня. Профессор остановился и посмотрел на ребят.

– Мы тоже это видели, – сказал Паша.

– Что видели? – спросил он.

– Медвежонка, – сказал Серёга, и достав свой нож, размашисто начал срезать высокую траву, которая росла у основания стены. Остальные, не сговариваясь стали помогать. Через несколько минут энергичной работы трава вдоль стены на целый метр была полностью убрана. Рашидов же начал трогать каждый из камней, пытаясь поддеть за край. Тогда ребятам пришлось ещё минут десять убирать землю, которая скопилась за десятки лет, чтобы добраться до нижних кладок.

– Нашёл, – грубовато сказал Рашидов, и по его взгляду ребята поняли, что работа закончена и надо отойти, чтобы не мешать.

Пока Паша с Ваней и Серёгой в стороне тихонько обсуждали увиденное, Рашидов всё-таки нашёл то, что искал, и, не показывая никому, убрал себе за пазуху, видимо, в карман вещь не помещалась.

– Семён Викторович, всё? Обратно идём? – на вопрос Качанова профессор лишь кивнул.

– Архам, наверное, он грубоватый парень, – с улыбкой прокомментировал Ваня, и все четверо направились к храму, чтобы вернуться в портал.

Ребята шли друг за другом по тропе, и каждый молчал о своём, пытаясь как-то переварить то, что они увидели. Будто интерактивный фильм, в котором находишься в центре событий. Но тут, в разрушенном поселении древних медведей, в далёком лесу… Даже быть не могло цифровых технологий, которые бы обеспечили такой яркий, впечатляющий для человеческого разума фильм.

– Вань, – Паша пытался привлечь внимание своего товарища, который шёл перед ним.

– Что? – не оборачиваясь спросил Субботин.

– Да не, ничего. Хотя, как это можно объяснить?

– Да никак, Паша, вспомни, тут многие вещи не особо логически объясняются. Какой-то коллективный глюк. Ладно, гляди по сторонам, потом всё равно расскажут, – не поворачивая головы на ходу сказал Субботин, и, сосредоточившись на своём секторе наблюдения, пошёл дальше.

В портале у входа с нетерпением ребят ждал Архипов. Рашидов, не проронив ни слова, прошёл мимо них и направился в избу, Качанов остановился у командира:

– Тащ майор, там такое было. Прям кино. Вот, реально, как кино. Ребята не дадут соврать. Нашли мы это место, профессор сел рядом и медитировать начал, а мы в сторонке, и тут всё ожило. Дома стоят целые, дороги расчищенные. Где-то вдалеке грохот. А на лавке медвежонок сидит, тут приходит большой медведь, пару раз его облизал и ушёл, отдал мелкому что-то. А тот его спрятал и тоже убежал. Потом мы нашли то, что он спрятал, – не особо подбирая слова рассказал на одном дыхании Серёга.

Денис поморщил лоб и посмотрел на Ваню.

– Тащ майор, видимо, у нас коллективное видение было, ну, или Рашидов вошёл с кем-то в связь, а нас просто зацепило. Но было мощно. Семён Викторович там какой-то артефакт нашёл. Похоже, это принадлежало какому-то главному медведю.

– С чего ты взял?

– Да… доспехи у него выглядели более дорогими, чем у того же Кронаха, – ответил на вопрос командира Субботин.

– Мне добавить нечего, – разведя руками сказал Паша, перехватив взгляд Архипова.

Денис отправил ребят на обед, а сам направился к избе, где был Рашидов с ранеными Усковым, Шуриком и Дашей.

Не успел Денис зайти внутрь, как нос к носу столкнулся с выбегающим из избы Семёном Викторовичем; он тут же остановился и, отведя Дениса в сторону, сказал:

– Денис, мы, я… Мы нашли. Нашли то, что отец Архама дал ему. Он передать должен был Йогарху, но испугался и спрятал эту вещь. В чём её сила и для чего она, я не знаю. Но именно она заставила наших друзей видеть то, чего ещё не было. Вот держи её, охраняй пуще глаза. Нам надо найти Йогарха во что бы то ни стало.

– А Вы куда? – взяв в руки холодную каменную вещь спросил Денис.

– Я за Мансуром, и попробую Кронаха найти. Выходы охраняйте, и сами не выходите из портала. Слишком опасно сейчас – сказал Семён Викторович, быстрыми шагами удалился в сторону выхода и там же исчез. Денис стоял, глядя ему вслед. В руках держал увесистую, не меньше полутора килограммов, каменную фигурку. Чем-то похожую на керн горной породы, с идеально ровными сторонами и с замысловатой резьбой. Архипов покрутил в руках, разглядывая артефакт, и зайдя в избу, положил его на стол.

– Так, нет. Тут точно не место, – подумав, Архипов переложил его в крепкий ящик с документами.

– Что там прячешь, командир? – увидев Дениса, спросил Макс.

– Не знаю, кусок камня, вроде, Рашидов принёс с того места, где вы в яму провалились, ребята говорят, которые с ним ходили, что у них глюки были или видения. Серёга говорит – глюк, Ванька – что видение. Но мне кажется, один фиг. И ещё мне кажется, что именно из-за этой вещицы вы втроём и гуляли мыслями вокруг да около.

– Ну так, может, уберёшь его отсюда? Мне одного раза хватило, – привстав с кровати, сказал Шурик.

– Саша дело говорит, командир. Я тут подумал, ну не может быть такого, чтобы мы во временнУю петлю попали. Бред какой-то, фантастика. А вот то, что нам какая-то шляпа привиделась, в это я верю.

– Ну, если так, то это уже психиатрия, – слегка улыбнувшись, сказал Денис, и забрав из ящика артефакт, унёс его подальше от людей, к месту хранения техники, и спрятал в один из многочисленных ящиков для ЗИП, висящих на МТЛБу.

Семён Викторович вернулся через два дня, за это время в лагере морпехов ничего особого не произошло, если не считать того, что Макс уже самостоятельно ходил и прекрасно ориентировался, и помогал Денису в организации различных мероприятий, в том числе боевой подготовки. Все мысленно готовились к тому, что возможно, необходим будет выход из портала. Но ни Денис, никто-либо ещё точно этого не знали, ждали Рашидова.

– Что, Семён Викторович, Мансура нашли? – протянув руку Рашидову, спросил Денис, встретив его, как только тот прошёл в портал.

– Приветствую Вас. К сожалению – нет. Но, мой вверенный человек, с которым Вы знакомы, и который Вам обязан жизнью, заверил меня, что найдёт их обязательно.

– Так он что, поехал искать его?

– Да нет же, зачем ездить. Телефоны же есть. Ну, не забивайте себе голову. Где Эхмор?

– Кто? – не поняв вопроса переспросил Архипов.

– Ну, та штуковина, которую я принёс. Эхмор. По легенде – он сделан из берцовой кости одного из первых медведей и обладает колоссальной силой.

– Кость? Я думал каменная.

– Конечно, выглядит она так, да и лет ей уже сколько. Мой, то есть не мой, а отец Архама, поручил ему передать его Йогарху. Но, Архам будучи медвежонком, просто испугался, а когда встретил Йогарха – и вовсе про это забыл. Но, благодаря ребятам, да и вообще, встрече с вами, Эхмор попадёт в лапы достойного, – подняв палец вверх, закончил профессор.

– И что за сила скрывается в нём? – не унимался от любопытства Денис.

– Если честно, не знаю. Правильно им воспользоваться могут только шаманы и знающие медведи, Архам, к сожалению, в их число не входит. Я бы сказал даже – не входил. Сейчас он ему совершенно ни к чему. А сила Эхмора в том, что смог подсказать нам, как найти себя. И мне кажется, нет я абсолютно в этом уверен, всё, что видели ребята, совершенная правда, – Рашидов шёл и говорил то шёпотом, то на эмоциях, громко, до тех пор, пока не дошли до избы в центре портала.

– Спрятал хорошо? – посмотрев на Дениса, спросил он.

– Хорошо спрятал. Не найти, точно, даже при желании, – с улыбкой сказал Архипов.

– Ну и хорошо, как вернём Йогарха, отдашь ему.

– А Вам? – не понимая Рашидова, спросил Денис.

– Нет-нет, Эхмор мне ни к чему. Слишком тяжёлые воспоминания, да и пользоваться не умею.

– Идём за Ниной? – откликнулся Денис.

– Да, Денис, надо идти, – сказал Семён Викторович и вошёл внутрь избы, улыбаясь как можно шире. Зайдя, он поздоровался со всеми, и, сняв свой старенький рюкзак, вручил ребятам по яблоку и – настоящий шоколад. Прямо, как на Земле. Ароматные плитки Бабаевского горького. Макс с Шуриком, всегда считавшие шоколад дополнением к коньяку, обрадовались не меньше Даши. Но, тут же отдали стоявшему рядом Моисееву с наказом раздать на обеде ребятам. Илья, забыв обо всём, ушёл с богатством на камбуз.

– Откуда такое богатство, Семён Викторович? – спросил Денис, наблюдавший за этим со стороны.

Немалых трудов стоило достать, но это меньшее, что я могу сейчас им предложить. Ладно, Максим, скажи мне пожалуйста, как ты себя чувствуешь?

– Да, в принципе, хорошо, – ответил Усков, сидевший за столом.

– Замечательно. Ты дорогу в Спарту помнишь?

– Конечно, сколько раз я туда ходил-то уже, – улыбнувшись, ответил он.

– Еще раз пойдёшь? – спросил Денис.

– Так точно, тащ майор. Да и выбора-то у меня нет, – пожав плечами ответил он.

– Выбор всегда есть, Максим.

– Не, тащ майор, во-первых, Спарту надо подчистить. А во-вторых – не дать этой твари родиться на свет.

– И как ты себе это представляешь? Аборт ей сделаешь, что ли? – перебил Саша. Макс замолчал, перевёл взгляд с Дениса на Рашидова, и сказал:

– Ну, есть, наверное, какие-то способы…. Ждать, пока она родится, или что? – уже неуверенно добавил Максим.

– Гуманных способов нет, а негуманные мы использовать не будем, – ответил на повисший в воздухе вопрос Рашидов.

– Так, если Мансура не будет, то придётся нам малой группой выходить и прикинуться кем-то, чтобы в Спарте сильно не бросаться в глаза. Максим, далеко то место, где вы Нину с девочкой нашли? – спросил Архипов.

– Сейчас понимаю, что нет. Ехать в сторону Дошпорта, это город такой, на тачке около полутора часов, там ориентир – на обочине гильза лежит – сказал Максим и замолчал, поняв, что гильза оставлена морпехами, а в данный момент её там быть не может.

– Что за гильза?

– Денис, нет там никакой гильзы, – ответил Шурик.

– Точно, нет. Короче, в том месте есть холм, покрытый лесом, а макушка голая. На местности я сориентируюсь.

– Точно?

– Точно, Семён Викторович, – ответил Максим Рашидову.

– Сколько ребят пойдёт, Денис? – спросил Шурик.

– Макс, позови Качанова, пожалуйста – не ответив Саше, попросил Денис. Пока Максим шёл за Сергеем, в избе царила тишина. Даша периодически предлагала всем присутствующим шоколад и нахваливала его необычайный вкус, для неё это был незнакомый вкус, так как в этом мире она ни разу его не пробовала.

– Тащ майор, вызывали? – на пороге появился лейтенант Качанов.

– Да, Серёга, заходи. Утром группа выходит, на тебе лагерь. В храме оставь дежурного с радиостанцией. Лучше двоих. На всякий случай. Если что, используйте квадроциклы и Дашу, она дорогу знает. Мы идём пешком. В группе я, Усков, Рашидов, Субботин, Нагорный и Егор. Нам понадобятся его знания как наёмника. Форма без опознавательных знаков. Ваня и Паша знают, что с собой брать. Егору подбери оружие!

– Есть, тащ майор. Надолго?

– Семён Викторович, Максим, надолго мы? Управимся за неделю? – уточнил Денис у стоявших рядом Ускова и Рашидова.

– Если она там, то да, а если нет… Придётся ждать. Она что-то рассказывала про то, как она дошла. Я вот только не помню, по времени сколько у неё заняло всё это.

Утренний лес встретил ребят звонким пением птиц и обильной росой в траве, видимо, сказались высокие перепады дневной и ночной температуры. Макс шёл впереди, вглядываясь внимательно в каждое дерево, пытаясь вспомнить тот путь, который они с Шуриком и Дашей преодолевали не единожды. Но то было во сне или в бреду, Макс ещё не смог подобрать чёткого определения, а сейчас реальность. И не ощущается тот запах и ветер, которые были тогда. И деревья выглядят иначе.

– Да ёлки палки, – вслух выругался Максим, – тащ майор, вот честно, я как будто в первый раз тут. Понятия не имею, куда идти.

– Макс, мы уже прошли километров пять, о чём ты сейчас вообще. Давай, напряги свои мозги и вперёд – сказал Денис, идущий за ним следом. Хоть лес и был не особо густым, но высокая трава и периодически встречающиеся кусты с колючими шипами затрудняли движение и тормозили.

Усков же постоял, оглядываясь вокруг, и вспомнил, что они шли вдоль холма какое-то время, а после, когда увидели следы от гусениц, пошли вниз. А там и лес заканчивался, открываясь широкими просторами. Эти воспоминания придали ему уверенность, и, периодически всматриваясь в лесной горизонт, он продолжил путь, ведя ребят за собой.

Со стороны группа мужчин выглядела устрашающе. Практически все были с густой растительностью на лице, в камуфлированной одежде и максимально вооружённые. Даже Рашидова вооружили коротким АКСУ.

– Всё отлично, идём правильно. Вот сдвоенное дерево, тут, помнится, мы отдыхали, – показав на V-образное растение сказал Макс и пошёл дальше.

"Всё-таки, правда всё это, и точно были видения, или – я реально тут был, а в яму эту упали, когда очередной заход делали?" – рассуждал про себя Усков.

Ваня с Пашей и Егором шли молча в цепочке, и, имея опыт прогулок по местным лесам, старались особо не болтать и внимательно осматривать всё вокруг. Лес мог преподнести крайне неприятные сюрпризы людям, которые зачастую являлись тут лишь едой. Хоть и агрессивной, и не всегда уловимой, но едой. Это было делом времени.

– Егор, какая легенда для нас будет наиболее подходящая, если вдруг в Спарте начнут допытываться? – подойдя к бывшему наёмнику, спросил Денис.

– Если и спросят, то только из вежливости. Такую группу прессовать никто не будет, если только на месте сильно не накосячим. А так нет, – ответил он.

– Денис, не переживай сильно, мы ехали, ехали из пункта А, под названием, например, Вошта, в Пункт Б, под названием Дошпорт. Едем что-нибудь покупать. То есть, ехали, авто-то у нас сломалось, – сказал шедший сразу за Максом Рашидов.

– Рабочая версия мне нравится, – показав большой палец, отозвался Егор.

Денис вместо ответа лишь кивнул. Через два часа хождений по лесу ребята, таки, вышли из него в аккурат к узкой грунтовой дороге, которая тянулась вдоль опушки, уходя, казалось, за горизонт. Максим посмотрел влево и вправо, вздохнув, сказал:

– Видимо, слишком вправо взяли, и дороги, что-то, этой не помню. Ну ладно, раз дорога есть, то рано или поздно дойдём, – и поправив своё снаряжение, присвистывая навязчивую мелодию, пошёл вдоль дороги.

– Красота, Ванька! Эх, дом бы сюда, и хозяйство. Смотри, какие луга тут, зелени сколько! – с восторгом говорил Паша, любуясь первозданной природой, до которой ещё не дошли руки человека.

– Ну, поселишься тут и испортишь всё своими коровами да иным хозяйством. Тут красиво, пока нас тут нет, – прокомментировал своего друга Субботин. В ответ Паша лишь фыркнул и что-то сказал себе под нос, видимо, остался недоволен тем, что товарищ его не поддержал.

– Время хорошее, зверья нет. Ночники спят уже, а дневные только просыпаются. О, слышите, едет кто-то! – остановившись, сказал Егор. Ребята тут же встали, прислушиваясь, Денис рукой дал сигнал, чтобы все зашли в лес и замаскировались.

– Денис, не стоит. У нас легенда есть, узнаем хоть, далеко ли идти, – стоя на месте, сказал Семён Викторович, но ребята растворились уже среди деревьев. А звук работающего мотора и вовсе затих.

– Видимо, впереди развилка какая-то, идём дальше, – скомандовал Архипов, и группа продолжила движение.

Первые люди появились минут через сорок, они работали на небольших полях размером с футбольное, а сразу за этими полями, которые располагались вдоль единственной дороги, начинались дома с высокими заборами. За ними были видны лишь двускатные крыши. Люди, группами по три-четыре человека заняты были тем, что вручную собирали какие-то корнеплоды.

– Они там что, свеклу убирают, что ли? – предположил Паша.

– Возможно, сахарную, – сказал Рашидов, проходя мимо небольшой кучи с полными мешками. Работающие на какое-то время остановились, и разогнувшись, посмотрели на людей, идущих по дороге, но в этот момент раздался громкий окрик. Ребята заметили, что среди работающих на поле есть ещё один – вооружённый, после крика которого остальные тут же продолжили прерванную работу.

– Эээ, это что? Пленные, что ли? – не понимая, спросил Ваня.

– Помнишь, Сева этот говорил, что тут используют труд пленных, – тихо ответил на его вопрос Егор.

– Рабы, что ли? – чувствуя во взгляде любопытство и просьбу о помощи со стороны, уточнил Ваня.

– Чего ты разорался, они самые. Не привлекай к себе внимания. Мы тут пока бессильны. Варежку закрой и иди прямо, – ответил ему Денис, и, стараясь не смотреть на людей, догнал Максима. К тому времени ребята уже дошли до первой улицы, ведущей в поселение. Навстречу им шли два вооружённых парня, которые, увидев ребят, остановились, заметно нервничая, они о чём-то переговаривались, пока к ним в упор не подошли Денис и Максим. Остальные же, не доходя метров пять, остановились, делая вид, что расслабились.

На русское «Здорово, мужики» парни лишь переглянулись. Денис тут же поздоровался уже на английском, и те, показав дежурную улыбку, поздоровались в ответ.

– Ребята, у нас сломалась наша чёртова машина!

– Вы что, вшестером ехали на одной машине? – показав пальцем на остальных, спросил один из них.

– Этот придурок что, пальцем на меня показывает? – громко выругался Ваня, сделав злобную мину, на что парень тут же изменился в лице, и, опустив руку посмотрел на Дениса:

– Что сказал Ваш друг?

– Ему не нравится, что ты пальцем на него показываешь, – тихо, но слегка грубовато ответил Денис. Максим же, стоя рядом, просто смотрел в глаза второму парню, сделав каменное лицо.

– Друзья мои, – включился в разговор Рашидов, подойдя поближе.

– Мои братья очень устали, ведь у нас сперва сломалась одна машина, а потом и вторая. Они оказались не такими надёжными, как нас уверял продавец. Мы сильно устали, ведь шли, практически, всю ночь и несколько раз были атакованы импанами, мы еле унесли от них ноги, – на чистом английском продолжил говорить профессор.

– О, да, импаны – те ещё твари, – закивали оба парня в такт.

– У нас есть небольшой мотель для гостей, вы там сможете отдохнуть. А управляющий подскажет вам, где можно приобрести новую тачку, чтобы вы продолжили путь, – улыбнувшись в ответ, сказал второй.

– Спасибо за добрый совет, парни. А как можно туда пройти? – спросил Рашидов.

– Да вот, идите прямо, попадёте в центр деревни, а после свернёте направо и увидите голубой дом, – показывая руками вдоль улицы рассказывал второй парень.

– Спасибо, ребята, – сказал Денис, похлопав одного из них по плечу, позвал ребят лёгким кивком головы и пошёл вперёд. Остальные же, изобразив гримасу улыбки, молча прошли мимо парней за Архиповым.

– Это явные американцы, с ними надо играючи-дружелюбно общаться, – догнав Дениса, пояснил Рашидов.

– Да понятно. Мы же тоже заигрывали, – улыбнувшись, сказал Денис и оглянулся на Ваню.

– Что-то здесь так себе обстановка. Тут и без самоходок можно было бы всё вычистить, – осматриваясь по сторонам, сказал Макс.

– Они тут что, строем должны ходить всем гарнизоном, что ли? – Денис прокомментировал слова Ускова.

– Ну, нет ни укреплений, ни дотов, ночью зайти и занять все ключевые позиции, а после зачистить.

– Макс, успокойся, мы тебе что, спецназ какой-то, что ли? Мы артиллеристы, и тут не для этого, хотя, разведка не помешает. Так что, запоминайте тут всё, и сделайте лица более замученными, вы же устали, – отозвался Денис. К этому времени дошли уже до центра поселения, мотель, про который говорили парни, стоял, буквально, метрах в двадцати по улице, ведущей вправо от небольшой площади.

Обшитое досками и выкрашенное в небесно-голубой цвет здание было двухэтажным, и видимо, бревенчатым, потому как кирпичное здание никто бы не стал обшивать доской.

С противоположной стороны улицы послышался звук мотора и Денис остановил Макса, который, уже открыв дверь, хотел войти. Ребята повернулись на звук. По улице на достаточно большой скорости ехал серебристого цвета внедорожник. Подъехав ближе к зданию мотеля, он сбавил скорость и остановился прямо перед входом. Ребята насторожились, кто это – было неясно, но, похоже, вид шестерых вооружённых мужчин их тоже напрягал. Пассажирская дверь открылась и оттуда неспешно вышел одетый в синюю спортивную форму парень лет двадцати пяти, видимо страдающий небольшим ожирением. Оценивающе посмотрел на ребят, потом на водителя. Макс, стоявший ближе всех к машине, тоже присмотрелся к водителю.

– О, Афанасий Афанасьевич, – громко сказал он, и, обойдя машину, протянул руку в открытое окно.

– Привет, Фет, как успехи? – с нескрываемо дружелюбной улыбкой спросил Макс.

Пожилой водитель вгляделся в Ускова и в ответ молча протянул руку.

– Да нормально. Вот, работаем, – из чувства вежливости ответил он, так как лицо Максима он видел впервые, но та уверенность, с которой к нему подошёл он, заставила усомниться в своей памяти.

Парень в спортивке посмотрел на это и спросил:

– Слышь, Афонь, ты его знаешь?

Мужчина ещё раз посмотрел на улыбающееся лицо Макса и в ответ кивнул.

– Да, знаю!

– Ну, ок, тогда давай, вытаскивай и пошли, времени нет. Нам ещё в город их везти – сказал парень, не стесняясь никого, открыл заднюю дверь внедорожника и посмотрел внутрь салона.

– Ну, что расселись, вытаскивайте свои жопы быстрее, – крикнул он тому, кого не было видно из-за тонированных стёкол. В ответ оттуда послышался женский голос, который ответил что-то не на русском языке, и даже не на английском. К тому моменту водитель так же вышел, и, открыв со своей стороны дверь, молча засунул руку в салон и начал выволакивать за волосы молодую девушку с зарёванными глазами и потёкшим макияжем. Она что-то яростно кричала и пыталась бить Фета, но крепкие мужские руки бесцеремонно вытащили её из салона, не обращая внимания на сопротивление. Второй рукой он достал из-за ремня пистолет и, приставив его к голове девушки, рявкнул:

– Заткнись и иди вперёд!

По девушке видно было, что ничего из сказанного она не поняла, но чётко уяснила по интонации, что нужно делать, тем более, пистолет, приставленный к виску, являлся самым мотивирующим стимулом к послушанию. Вторая же девушка, видя эту картину, не стала особо сопротивляться и вышла из машины сама. Невысокая блондинка со светлым лицом, одетая в клетчатую рубашку и джинсы. Она презрительно посмотрела на парня в спортивке и пошла ко входу в здание. Водитель же, не отпуская своих рук с тёмных волос первой девушки, довёл её до двери и с силой толкнул внутрь.

– Думаю, блондинку заберут, а эту придётся в город везти, – обращаясь к водителю, сказал молодой парень. На что тот лишь промолчал, взглянул на Макса, который стоял у машины и зашёл внутрь мотеля, за ним проследовал его партнёр в спортивке.

– Вот урод, а говорил, ничего особенного не делал, – сплюнув на землю, сказал Макс, подойдя поближе к ребятам.

– Ты реально его знаешь? – посмотрев на Ускова, переспросил Денис.

– Виртуально, я же говорю, я тут был, а вот с этим уродом бухали даже.

– Ну что, господа, тачку забираем? – хитро глянув, спросил Рашидов.

В ответ на предложение профессора Денис лишь слегка отрицательно качнул головой. Ребята, ожидавшие решения от командира, выдохнули, и Макс направился к двери, которая тут же перед ним открылась, и появился водитель Афанасий Афанасьевич. Увидев удивлённое лицо Макса, он улыбнулся, встал рядом, достал сигарету и закурил.

– Дебильная работа. Слушай, а как тебя зовут? Я что-то запамятовал, – выдохнув сизый дым спросил он у Ускова.

– Афанасич, бухать тебе меньше надо, может и запомнил бы. Я Максим.

– Максим, Максим, ну да, помню тебя – смирившись со своей забывчивостью, сказал он.

– Вспоминай, как-то пили у твоего соседа, кстати, как он там? Давно его не видел. – продолжил беседу Максим.

– Валера, что ли? Да, хер его знает. Уехали они с парнями каких-то типов искать, да так и пропали. Сейчас там мужик какой-то живёт, не знаком ещё, – раз за разом затягиваясь сигаретой, отвечал на расспросы мужчина.

– Да, неплохой парень был, – закивал Макс, говоря о совершенно незнакомом ему Валере. Ребята же спокойно стояли рядом, следя за улицей и дверью.

– А вы что? – кивнув в сторону стоявшего рядом Дениса, спросил Афанасич.

– Так вот, ехали в Дошпорт из этого, как его, – щелкая пальцем, будто бы вспоминает название населённого пункта, изобразил задумчивое лицо Макс.

– С Ригера, что ли?! – помог мужчина.

– Точно, с Ригера. Да сперва одна тачка накрылась, катушка сгорела, а потом вторая. Сцепление. Пешком дошли, хотели тут авто нанять и доехать.

– До Ригера далеко, километров двести, наверное, отсюда. Долго шли-то?

– Пожалуй, километров тридцать. Устали очень, – посмотрев на парней сказал Макс. Ребята же внимательно слушали и всем своим видом старались соответствовать рассказу Макса.

– Это твоя тачка-то? Таких не видел ни разу, – рассматривая непонятный логотип на радиаторной решётке, спросил Усков.

– Да не, шефа. Китаец какой-то. Сам не особо в них шарю.

– Тёлок где поймали? – продолжил расспрашивать Максим с безразличной интонацией, делая вид, что интересуется чисто от вежливости. Афанасича этот вопрос слегка напряг, так как он замолчал и пару раз оглянувшись по сторонам уже негромко сказал:

– Тёмненькую вчера поймали, а блондинку у одного Ганса за долги отобрали. Вот привезли на показ. Может, заберут сегодня.

Максим в ответ молча кивнул головой, стоя неподвижно возле переднего бампера авто. Дверь мотеля открылась, и из него появился парень в спортивке. Увидев несколько пар глаз, которые на него смотрели, а Егор ещё и держал автомат стволом в его направлении, парень остановился. Взглядом разыскал своего напарника, и уже без наглого говора и пафоса спросил:

– Афонь, с корешами наговорился?

На что мужчина просто кивнул.

– Отлично, киты обеих забрали. Так что ехать никуда не нужно. Сегодня можем отдохнуть, – не договорив, он открыл переднюю дверь авто и усевшись, закрыл её.

– Ну что, мужики, давайте, счастливо оставаться. У меня работа, ехать надо, – махнул ребятам и пожал Максу руку.

– Так, что по тачкам-то, где найти можно? – не отпуская руку мужчины спросил Усков.

– Слышь, малой, мужикам тачки нужны, где можно найти? – повернув голову к сидящему в авто напарнику, спросил Афанасич.

– Тут – нереально. За тачкой в город ехать надо, – не поднимая глаз, ответил парень.

– Реально, тут не купить. Можно, типа, такси найти, спроси у Вики, она как раз сейчас работает в мотеле, она подскажет, – вытащив ладонь из рук Макса ответил мужчина, и сев в машину, уехал.

– Киты – китайцы, что ли? – не поняв сказанного, переспросил Ваня.

– Ага, мужик, по ходу, с дальняка (Дальний Восток), только там их так называют, – провожая взглядом уезжающую машину, ответил Денис.

Постояв ещё пару минут, Денис, Рашидов и Макс зашли внутрь, оставив ребят на улице. В небольшом холле мотеля за стойкой была молодая женщина, с дежурной улыбкой, с которой она встречала очередных гостей. Ребята подошли к ней, и Денис, улыбнувшись максимально искренне, поздоровался и спросил:

– Виктория, добрый день. Мы хотели бы у вас отдохнуть.

– Здравствуйте, вас трое? У нас есть две свободные комнаты по два человека, вас устроит?

– Нет, нам надо три комнаты.

– К сожалению, другие заняты.

– А подскажите, Виктория, нам сказали, что Вы можете помочь, нам необходимо доехать в город Дошпорт, как это можно организовать?

Она пару раз моргнула глазами, глядя Денису в лицо, и, пожав плечами, ответила:

– К сожалению, я не знаю.

В этот момент из располагающегося рядом дверного проёма, ведущего на лестничную площадку, послышалось шаги: кто-то спешно спускался. Звуки быстро приближались, и через несколько секунд появились источники, два невысоких парня азиатской внешности, оба одеты в светлые брюки и пиджак с рубашкой. Увидев ребят, они на секунду остановились, и перебросившись парой фраз, прошли мимо, пристально изучая глазами каждого, кто стоял у стойки. Денис, Макс и профессор взглядами проводили их до выхода, и повернувшись к девушке, продолжили разговор.

– Нам очень нужно, заплатим, сколько надо. Неужели, нет знакомых ребят на машине, кто хотел бы заработать? – пытаясь расшевелить к помощи девушку, говорил Денис.

– Я бы очень хотела вам помочь, но не могу. И вас необходимо ещё зарегистрировать перед заселением. Скажите, у вас приписки есть?

– Да, у нас есть, – ответил Рашидов и полез во внутренний карман куртки, делая вид, что достаёт документы.

– Регистрировать Вы будете? – спросил он тут же.

– Да, сейчас позвоню, и сюда придёт представитель администрации поселения. Он вас запишет, после этого я смогу вас заселить.

– То есть, всех регистрируете? – уточнил Макс.

В ответ девушка кивнула. Входная дверь вновь резко открылась, и появился один из тех азиатов, которые минут пять назад прошли мимо, он, так же внимательно глядя на ребят, прошёл к лестнице и исчез в пролёте. Сразу за ним вошёл Ванька:

– Командир, киты на тачках. Только что двое подъехали, это, видимо, водЯтлы. У входа стоят, – и вопросительно посмотрел на Дениса, ожидая от него каких-либо команд. Макс в это время обошёл стойку и, подойдя к девушке сбоку, забрал из её рук телефонную трубку, приложив свой указательный палец к её губам. Бросив трубку на место, он положил руку на её голову, и, слегка нажимая, заставил её согнуться и сесть на пол.

– Вика, ты только тихонечко сиди, и всё у тебя будет хорошо, – после этого он достал нож и перерезал провод телефона. Денис кивнул Ване. Субботин, улыбнувшись, исчез за входной дверью.

– Вы за девушками пришли? – тихонечко спросила Вика, сидя на полу.

– Типа того, – ответил ей Максим, и, достав пистолет, снял его с предохранителя. Денис же открыл дверь, которая была рядом с проходом к лестничной площадке, и, слегка прикрыв, встал за ней. Рашидов взял в правую руку нож, и, опершись на локти, остался стоять за стойкой и говорить не связанные между собой предложения. Между паузами Максим говорил ему в ответ, и чтобы не сбиваться, рассказывал вызубренные во время службы статьи из караульной службы, в ответ ему Рашидов рассказывал про сейсмологическую обстановку в районе вулкана Мутновский. Если не вникать в слова и предложения, казалось, что двое мужчин ведут интересную беседу.

Люди не заставили себя долго ждать, но, судя по шагам, спускался по лестнице один человек. Неужели Денис ошибся? Азиат вновь появился в проёме, отделяющем холл от лестничного пролёта, на этот раз в руках на уровне пояса он держал небольшой автомат с ручкой на ствольной коробке и рожковым магазином, находящимся за ней. Увидев Макса и Рашидова, он что-то громко крикнул на непонятном для ребят языке и направил автомат на Макса, не переставая громко что-то говорить.

Усков медленно поднял руки вверх, положив на стойку перед этим свой пистолет, Рашидов же, заложив нож за ладонь, также начал медленно поднимать руку, показывая тыльную сторону рук азиату. Увидев эффект от направленного автомата, тот замолчал, и, дёргая стволом в сторону начал показывать, чтобы Макс и Рашидов отошли к углу холла. Но холодная сталь пистолета, уткнувшаяся парню в затылок, заставила его окончательно замолчать и замереть на месте.

Макс в три шага преодолел расстояние между собой и парнем и сильным рывком выдернул из его рук автомат. Просунув руку под пиджак обыскал, не найдя ничего, ткнул стволом автомата ему в живот.

– Вика, а где у вас туалет? – тихо и спокойно спросил Макс у девушки.

– За дверью сразу налево, – из-под стойки сказала она.

Денис, стоявший сзади, взяв за шиворот парня, дёрнул его назад, оттаскивая в дверной проём. Макс же скалил зубы азиату и улыбался, всё сильнее и сильнее нажимая дулом ствола в живот парню. Найдя слева узкую дверь с табличкой, Архипов открыл её и запихал внутрь азиата, тот, потеряв равновесие, упал спиной на унитаз, а после что-то сказал и сел на него.

– Валим его? – направив автомат в голову парня, спросил Макс.

– Зачем, он же тебе ничего не сделал, закрывай дверь и пошли.

На лестничной площадке на верхнем этаже послышались громкие женские голоса и звуки ударов. Макс жестом показал парню сидеть тихо, и тут же показал на автомат, ткнув пальцем в лоб, давая понять, что с ним будет, если тот отроет рот. Азиат нахмурил брови, но кивнул в ответ. Денис уже был в холле, Макс закрыл туалет и встал у прикрытой двери, ведущей в холл. По лестнице медленно спускались несколько человек, через пару секунд они появились в холле, где стояли Рашидов и Архипов, улыбаясь друг другу и о чём-то переговариваясь. Двое низкорослых, но при этом тучных мужчин вели двух девушек, которых ребята видели, буквально, полчаса назад. Видимо, блондинка тоже пару раз по лицу получила, судить об этом можно было по небольшому синяку на скуле и заплаканным глазам. Тёмненькая была такая же, как и полчаса назад с растёкшимся макияжем. Мужчины улыбались и что-то говорили между собой, у девушек же, видимо, руки были связаны за спиной.

Главная дверь, ведущая в холл с улицы, вдруг резко отворилась, и появившийся за ней Паша громко крикнул:

– Командир, спалились, уезжать надо! – и тут же исчез за дверью. Мужчины остановились, и выпустив девушек руками полезли в карманы. Хлёсткий выстрел Максима заставил одного из азиатов раскинуть перед собой руки и упасть замертво с простреленной головой. Второй схватился за грудь, куда точным движением метнул свой нож Рашидов, упал на колени и завалился на бок, потеряв сознание. Девушки молчали, вытаращив глаза.

– Я чуть не так себе это представлял, конечно, Макс уходим, – крикнул Денис и быстрыми шагами направился к двери. Рашидов вытащил нож, вытер его о белую рубашку лежащего мужчины, разрезал верёвки на руках девушек и последовал за Архиповым. Макса остановили девушки, мимо которых он проходил.

– С собой возьмёте? – спросила по-русски блондинка. Усков посмотрел на брюнетку с заплаканным лицом.

– Она не понимает, но, видимо, её тоже. Новенькая, – уловив вопрос Максима, ответила она.

– Хорошо. Уходим! – сказал он и выбежал на улицу, блондинка же взяла за руку вторую девушку и пошла за Максимом. У входа стояли два седана, покрытые пылью, внешне чем-то напоминающие Тойоту Краун. Рядом с одной машиной у края дороги на коленях спиной к мотелю и машинам стоял один из азиатов. Все ребята уже сидели в машинах и ждали одного Макса, и на его появление с девушками особо никто не удивился, да и что-то обсуждать не было времени. В конце улицы метрах в ста остановился чёрный внедорожник, несколько человек вышли из машины, помахали рукой и показали автоматы.

– Ну, Макс, давай, показывай дорогу, – хлопнув по плечу, сказал Денис сидящему за рулём первой машины Ускову. Быстро маневрируя по небольшим улочкам Спарты, две машины выехали за поселение и набирая ход двинулись в сторону Дошпорта, по крайней мере так казалось Максиму.

Последние заборы поселения остались позади, Макс сжимал ладонями руль Тойоты, периодически оглядываясь в зеркала заднего вида. Машина то и дело выезжала на середину дороги, пугая водителей, проезжающих мимо машин. За месяцы нахождения в ином мире Усков отвык от праворульных машин, но обстоятельства заставили снова быстро привыкнуть. Почти пустая дорога прощала ошибки, и несколько раз зацепив обочину, Максим окончательно освоился. Проехали пару километров, сзади то и дело маячила машина, за рулём которой был Ванька, а с ним Егор и две случайно встретившиеся девушки. Преследователей пока видно не было, хотя Денис и остальные были уверены, что скоро появятся. Дорога проходила мимо полей со множеством работающих вручную на них людей. Денис наблюдал ответ на свой вопрос, почему улицы были так пустынны. Вот же они, все тут. Заняты охраной тех, кто работает.

Макс в это время включил правый поворотник, показав Ване, чтобы тот обогнал его. Ведь если появится хвост, то они не смогут никак от них отбиваться, девушки не бойцы, а одного Егора мало.

– Что мы все в эту машину забились-то? – держа крепко автомат и наблюдая, как их обгоняет вторая тойота, воскликнул Денис.

– Спешка. Всю жизнь куда-то спешим, вот как сейчас, – сидя на мягком заднем сиденье Крауна сказал Рашидов.

– Макс, далеко ехать-то?

– Не знаю, тащ майор. Кажется, часа два точно.

– Не знает он. Куда едем, не знаем. Далеко ли ехать, тоже не знаем. Два часа так два часа. Ориентиры помнишь какие, Макс?

– Так – не скажу, только на местности, возможно, смогу узнать, – посматривая по боковым зеркалам ответил Усков. Особой видимости не было сзади, так как машина, быстро двигаясь по грунтовой дороге, поднимала сухую пыль.

– Да нас, я уверен, хорошо видно издалека. И не съехать ведь никуда на этих селёдках. Потом не вытащим. Ладно, если что – будем отстреливаться. Других вариантов у нас нет. Ну, или оторвёмся. Если колёса на этих ямах не потеряем, – периодически запинаясь из-за ухабов на дороге, сказал Денис. В ответ ребята лишь промолчали.

– Догнали! – хмуро ответил Максим, наблюдая в зеркалах, как в клубах пыли начали проявляться очертания двух машин. Ребята обернулись не сговариваясь, чтобы лично увидеть ту опасность, которая их преследует. Логично, что пустились в погоню, так как никто не позволит настолько нахально средь бела угнать авто клиентов с товаром, при этом отправив заказчиков к праотцам. Кому-то очень сильно подмочили репутацию, и он пустит все силы, чтобы догнать и наказать. Ведь авторитет важнее всех ценностей. Но, видимо, авторитет слишком мелкий, если в погоню отправили лишь две машины.

– Маловато их, – с сомнением в голосе сказал Рашидов.

– Если бы мне так сделали, то я бы, наверное, всех отправил, чтобы догнали вас и вернули, – продолжил он, ещё раз посмотрев на две машины в хвосте, которые медленно, но верно сокращали дистанцию. Буквально, пара сотен метров разделяла их.

Проехав в пыли ещё несколько минут, машины выехали на хорошо укатанный чернозём, причём, укатан он был до состояния камня, а пыль возникала лишь тогда, когда колёса цепляли обочину. Преследователи, улучив этот момент, хорошо ускорились и приблизились настолько, что можно было рассмотреть лицо стрелка, который, высунувшись из окна, пытался прицелиться. Поняв, что прицельный огонь вести сложно, он начал стрелять навскидку, оглашая округу лёгкими хлопками выстрелов. От каждого звука ребята интуитивно вжимали головы в плечи, опасаясь поймать случайную пулю.

– Тащ майор, может, в ответ? – предложил Паша.

– Если только через заднее стекло, сбоку всё равно не попадёшь, а тебя могут зацепить.

Слова командира Нагорный воспринял как указания к действию. Развернувшись, он упёрся коленями в спинку заднего сиденья, а спиной – в сиденье, где был Денис. Попробовав прицелиться, понял, что так крайне неудобно. Тогда встал просто на колени, положил ствол автомата на подголовник и начал стрелять короткими очередями. Внутри салона стоял грохот от выстрелов и отстреленные гильзы летели во все стороны, норовя то и дело залететь за шиворот. После нескольких очередей в заднем стекле образовалось внушительное отверстие, через которое можно было даже вести прицельную стрельбу. На выстрелы Паши преследователи то и дело огрызались ответной стрельбой. Но в движении по мелким фигурам попасть было нереально, и понимая это, Нагорный пытался попасть в радиаторы машин. Вряд ли они чем-то защищены. Пара магазинов ушли в молоко, благо, сидевший рядом Семён Викторович, быстро подавал новые.

Преследователи несколько раз делали попытку сблизиться, но Максим и Ваня выжимали из двухлитрового двигателя все силы, заложенные конструкторами, и вырывались вперёд, не давая себя обогнать.

– Есть один! – воскликнул Паша, увидев сдуваемый встречным ветром пар, вырывающийся из-под капота внедорожника. Тот проехал ещё несколько сотен метров, двигатель авто заклинил, заблокировав ведущие колёса, отчего внедорожник юзом ушёл в кювет. Вторая машина преследователей пыталась продержаться в хвосте ещё секунд тридцать, и так же отстала.

– Всё! Ну Паша, долго что-то ты! Хорошо видимые цели же были, – сказал Денис перекрикивая гул сквозняка.

Паша же только кивнул и подул на раскалённый ствол своего автомата, через накладки на цевье которого начала каплями стекать набитая внутрь смазка.

Дальнейшая дорога проходила относительно спокойно, никаких перекрёстков. Редкие встречные машины ехали в основном по две, а реже по три в колонне. Макс обогнал машину, за рулём которой ехал Ваня, и постоянно вглядывался в окружающую местность, пытаясь вспомнить, где же та самая остановка. Они уже ехали порядка полутора часов, а вокруг не было ничего, что бы могло дать подсказку. Бесконечные леса сменяющиеся на небольшие поля, заросшие травой.

– Видимо, такая слабая погоня была из-за того, что навстречу к нам из Дошпорта выехали, – сказал Рашидов, глядя перед собой на тянущуюся вперёд ленту дороги.

– Сколько времени до города от Спарты ехать? – обернувшись на Рашидова спросил Денис.

Но на этот вопрос он лишь пожал плечами. Архипов прикоснулся к плечу Максима.

– Не знаю, хотя помню, Серёга говорил, когда они этого Севу допрашивали, около двухсот километров.

– По такой дороге часа три езды, точно. Значит, мы половину уже проехали. Они нас или на подъезде к городу ждут, или же где-то через полчаса появятся впереди. Макс, ничего знакомого вокруг не замечаешь?

Макс, не отрывая глаз от проплывающего мимо пейзажа лишь пожал плечами. В этот момент из-за очередного поворота выехала колонна разнокалиберных машин. В общей сложности было их штук семь, и колонну возглавлял внушительно вида внедорожник черного цвета, покрытый толстым слоем грязи. Расстояние быстро сокращалось, Максим, прижимаясь к обочине, начал притормаживать, ожидая команды Архипова.

– Вот и всё, приплыли, – сказал Денис, передёрнув затворную раму на своём автомате. Остальные ребята, включая Рашидова, представили себе все ужасы пыток и других неприятностей, через которые им придётся пройти. Ведь другого варианта просто не было.

– Это, видимо, за нами, – тихо произнёс Рашидов, доставая из внутреннего кармана небольшой пистолет.

– Что делаем, командир? – крепко ухватившись за руль как за спасательный круг спросил Макс.

– Если головная перекроет нам дорогу, резко разворачиваешься. Паша приготовься, попрактикуешься в стрельбе. Убежать от таких точно сможем, а вот перестрелку – вряд ли выдержим – сказал Денис, наблюдая, как стремительно колонна приближалась к их машинам. Вот ещё полсотни метров… Каждый из ребят, видя, как сокращается расстояние, обдумывал предстоящий шаг. Но колонна и не думала останавливаться. Поднимая пыль, машины, не сбавляя хода пронеслись мимо, на радость всем сидящим в тойотах.

Макс, не дожидаясь команды, поддал газу, увеличивая расстояние.

– Видимо, мы не так сильно накосячили, и судьба нам пока улыбается, – с иронией сказал Денис, расслабив руку, держащую автомат.

– Мне кажется, где-то тут, – проехав ещё минут двадцать, сказал Максим, притормаживая у обочины перед поворотом.

– Ну, у нас других вариантов нет. Тут так тут, – ответил Денис, осматривая лес вокруг.

Из второй машины вышли Егор и Ваня, и, подойдя поближе, начали с Пашей обсуждать погоню со стрельбой. Девушки сидели неподвижно внутри, и похоже, не планировали вообще выходить, думая, что остановились просто отдохнуть.

– Ну что, Сусанин! Макс, я должен был это сказать, – улыбнулся Денис, глядя на Ускова, в ответ тот лишь отпустил глаза на землю и пожал плечами.

– Ваня, помаши девушкам и пожелай им хорошей дороги. Дальше без них, – продолжил Денис, затем подошёл ко второй Тойоте, посмотрел на блондинку и сказал:

– Водить умеете? Хотя, если не умеете, то научитесь. Топлива ещё километров на двести хватит, так что – берите её и уезжайте. Наши дороги расходятся.

– А как же город? Мы с вами можем идти?

– Куда, в лес, что ли? Нет, уезжайте. Во-первых – с нами опасно, а во-вторых – разделившись, вероятность выжить у вас больше. И старайтесь не попадаться. У города тачку бросьте и добирайтесь дальше пешком. Всё девушки, удачи вам.

– Спасибо. Я даже имени твоего не знаю. И ребят тоже.

– И незачем. Может, увидимся когда-нибудь, – подмигнул, сказал Денис и пошёл к своим парням.

Рашидов стоя в стороне смотрел за этим, а после дождавшись, когда уйдёт Денис подошёл к девушке. Передав ей клочок бумаги и что-то ещё, он улыбнулся и не спеша направился к группе.

Ребята осмотрели машину на наличие полезных вещей и нашли лишь несколько бутылок алкоголя и воды. Всё остальное было бесполезным в лесу. Ещё раз оглянувшись на девушек, которые взглядом провожали ребят, они углубились в лес. Шедший впереди Максим помнил про холм и надеялся в ближайшее время сориентироваться и выйти на возвышенность. С дороги было видно, что земля в лесу находится под небольшим уклоном, значит найти холм было делом времени, главное – идти строго вверх по склону.

Серая дорога с девушками и двумя белыми приметными машинами осталась позади, постепенно растворяясь в зелени леса. Егор, шедший замыкающим, оглянулся в очередной раз, чтобы напоследок посмотреть на силуэт Валерии, именно так звали девушку-блондинку, попавшую в этот мир несколько месяцев назад, как и тысячи других людей, через случайно открывшийся портал. Но стволы деревьев уже сомкнули свои ряды, и что-то увидеть сквозь них не представлялось возможным. Егора и ребят от дороги отделяло не меньше трёхсот метров.

"Хорошая девчонка, могли бы их и с собой взять", – про себя подумал он и, сориентировавшись по спине Паши, ускорил шаг, чтобы догнать остальных.

Ветер раскачивал кроны деревьев, от чего листья шумели, создавая фоновые шуршащие звуки. Перекрикивались какие-то птицы, и лес жил своей жизнью, давая каждому живому существу и кров, и пищу, и защиту.

Несколько глухих звуков выстрелов лёгким эхом пронеслись сквозь лес. Шедший в конце группы Егор остановился, видимо, Паша тоже что-то услышал, он встал как вкопанный и посмотрел бывшему наёмнику в глаза.

– Ваня, командира позови, – тихим голосом сказал он своему товарищу, который не останавливаясь шёл впереди него. Но сержант даже не повёл ухом.

– Ваня! – чуть громче и требовательней крикнул Паша.

Тот, обернувшись, посмотрел на него.

– Командира позови! – повторил Нагорный.

Архипов, шедший в голове группы, вернулся назад, услышав переданную по цепочке просьбу.

– Денис, я выстрелы слышал, – сказал Егор.

– Я тоже, – подтвердил стоявший рядом Паша.

– Егор, стой тут для визуального контакта с нами, а ты, Паша, бери Ваню и быстро проверьте обстановку. Егор, следи за ними и из виду не теряй.

Субботин и Нагорный, молча кивнув, взяли свои автоматы наизготовку для стрельбы и мелкими перебежками, прикрываясь стволами деревьев, направились в сторону дороги. Ребята двигались максимально тихо и быстро, если Ваня не особо понимал причины беспокойства, то Паша хорошо себе представлял, что там могло произойти. Постепенно на горизонте зелень отступала, высвечивая вдалеке серую дорогу. Но пока видно было только её продолжение, а не то место, где ребята оставили машины с девушками. Пройдя ещё метров двадцать, Паша увидел белые тойоты, он тут же показал жестом Ване, чтобы тот остановился и спрятался.

На обочине стояли не только эти тойоты, но и четыре внедорожника неизвестных моделей, и один микроавтобус. Машину окружили, как минимум, человек двадцать, в экипировке и с автоматами в руках, они курили, что-то громко обсуждая, и смеялись. На траве у белой тойоты, раскинув руки в стороны и поджав под себя ноги в неестественной позе, лежала девушка со светлыми волосами. Второй не было видно. Вооружённые люди по окрику одного из них вдруг встали полукольцом, лицом к лесу, и слушали, что им говорит, похоже, старший среди них. Его противный голос доходил и до ребят, которые наблюдали за всем этим. Через минуту люди разошлись, разделяясь на три колонны, и не спеша пошли к лесу.

Ваня, округлив глаза посмотрел на Пашу, но что-либо говорить не нужно было, и оба попятились назад, не отводя взглядов от людей, пока те не скрылись из виду, и только после этого они развернулись и изо всех сил побежали к стоящему Егору, на бегу показывая жестом, чтобы тот тоже разворачивался и бежал.

– Тащ майор, тащ майор, – добежав до ребят, начал говорить Нагорный.

– Там около двадцати пяти бойцов, по наши души. Хорошо вооружены, – продолжил он. Денис взглянул на Макса, после на Рашидова.

– А что за выстрелы были? – спросил стоявший рядом Егор.

– Леру, по ходу, завалили, уроды! – тихонько выругавшись, сказал Ваня и посмотрел на побагровевшее лицо Егора.

– Усков, где твой холм-то? – не обращая внимания на переживания ребят, спросил Архипов. Он не особо был в курсе, что за пару часов дороги они успели и познакомиться, и тепло пообщаться.

– Думаю, недалеко, – оглядываясь по сторонам, сказал Максим, – земля идёт под уклон, значит, движемся верно, – показал он рукой в сторону.

– Может, гранату оставить? – спросил Ваня.

– Не надо пока, прибереги, подорвутся – будут уверены, что на правильном пути.

Субботин лишь кивнул в ответ.

Бег по пересечённой местности хоть и лёгкий, но отнимает очень много сил. Периодически останавливаясь, ребята прислушивались и понимали, что им на хвост сели капитально и просто так не отстанут. Возможно, среди них есть даже следопыт. Но не надо быть семи пядей во лбу, чтобы в лесу не заметить следы шестерых мужчин.

Через час бега лес начал расступаться, открывая взору ребят небольшую поляну, это была вершина холма, на которую так хотели попасть морпехи, но, к большому сожалению, не того. Но положительный момент имелся. Из-за того, что эта полянка находилась чуть выше над кронами деревьев, Макс сумел-таки увидеть вдалеке небольшую вершину, на которой оголилась скальная порода.

– Туда – показав рукой сказал он.

– А вот теперь, Ваня, поставь свою гранату вон у тех деревьев. Для нас сигналом будет, – распорядился Денис.

Субботин достал небольшой моток тонкой медной проволоки и пошёл к краю поляны на подступе к вершине, кто-то из преследователей по-любому тут будет проходить. Натянув проволоку между стволами деревьев, он аккуратно сдвинул со своего места кольцо, оставив буквально пару миллиметров, чтобы от малейшего движения предохранительная чека с кольцом смогла выпасть.

Улыбнувшись проделанной работе, он догнал ребят. Семён Викторович, хоть и был старше всех, но бежал куда лучше. Периодически вырывался вперёд. Возможно в данный момент им руководил Архам, но для людей сейчас это не имело какого-либо значения. Как и предвидел Архипов, через двадцать минут после того, как они покинули небольшую поляну, на вершине прозвучал гулкий хлопок, прокатившийся долгим эхом по лесу.

Пот заливал глаза, сердце бешено стучало, а лёгкие горели. По ощущениям, пробежали уже около двенадцати километров, и если верить глазомеру, то осталось до пещеры примерно километра три. Если не учитывать, что ребят преследовали, как минимум, человек двадцать, то всё остальное складывалось достаточно хорошо. Прекрасная тёплая погода, в лесу не было злой мошкары и лёгким бегом так можно было бы бежать ещё несколько часов, но вероятность того, что до конца оставшегося дня доживут все, была – пятьдесят на пятьдесят. Если они не добегут до вершины. Ведь там при наличии боеприпасов силами шестерых человек можно отразить атаку хоть целой роты, а в лесу шансы были слишком малы.

На радость, всем начался подъём, и ребята цепочкой, прилагая усилия, переставляли уставшие ноги, которые при каждом шаге норовили отказать.

– Наконец-то, – подставляя лицо ветру, сказал Максим, увидев пилообразную скалу на вершине холма, которую они с таким трудом нашли и осилили.

– Усков, потом будешь кайфовать, осмотрись и займи позицию на правом фланге, и Егора с собой. Ваня, Паша, вы – на левый фланг. Мы с Семёном Викторовичем по центру будем, – осматривая вершину, скомандовал Архипов. Ребята, не говоря ни слова разошлись по небольшому пятачку на вершине.

– Нашёл, нашёл, – вдруг чуть ли не крича сказал Усков. Денис на такую выходку посмотрел недовольно. Максим стоял у небольшого тёмного входа в расщелину.

– Я всё-таки не сошёл с ума, и всё это существует, – с улыбкой сказал он, показывая на вход.

– Там ещё Черныш должен быть.

– Ага и Шурик с Лёней. Егору сектор стрельбы лучше обозначь. До лесополосы, буквально, метров пятьдесят, так что надо их подпустить максимально близко, чтобы из леса все вышли, иначе они смогут, прикрываясь деревьями, нас окружить – сказал Денис, посмотрев в глубину леса. Солнце уже близилось к горизонту, и через пару часов начнёт темнеть.

Преследователи не дали себя долго ждать. Или они хорошо ускорились, или же были лучше подготовлены, но не прошло и часа, как послышались негромкие голоса. Ребята уже оборудовали себе позиции обложив небольшими камнями, каждый тихо лежал, вглядываясь в стволы деревьев стараясь различить среди них силуэты людей.

Вслед за голосами, минут через пять, появились первая группа людей, шли они достаточно быстро и что-то громко обсуждали, но слова сложно было разобрать. Сзади, пренебрегая всеми правилами, шла основная группа, около пятнадцати человек. Перед выходом на открытую местность первые остановились, дожидаясь остальных. Постояли пару минут, показывая на вершину холма, и, рассредоточившись по фронту на несколько десятков метров, медленно начали движение, выставив перед собой автоматы. С такого расстояния каждый из морпехов мог легко разглядеть лица людей, которые без особых эмоций шли, опасаясь того, что их тут могут ждать. Но с каждым шагом уверенность в том, что они понапрасну беспокоятся, усиливалась, и некоторые, уже откровенно не боясь за свою жизнь, шли выпрямившись и опустив своё оружие.

Хлёсткий и громкий одиночный выстрел автомата Калашникова разорвал тишину, и шедший позади всех мужчина схватился за горло и упал. Его тело тёмным пятном рухнуло в траву. Это Денис, пытаясь вычислить старшего в этой группе, выстрелил. Но, видимо, или рука дрогнула, или ещё по какой-то причине, вместо головы он попал в горло противнику. Вслед за его выстрелом шесть стволов, практически одновременно, короткими очередями открыли стрельбу. Несколько преследователей сразу упали и больше не двигались, остальные же, поняв, что попали в засаду, начали отстреливаться в ответ и отступать в лес. Вполне логически верное поведение. Их автоматы звучали более мягко, но в звуках, накрывших лес, преобладали звуки выстрелов из Калашникова. Сразу после начала стрельбы, позиции ребят легко считывались, и видимо преследователи были тоже далеко не дураки, те кто был ближе к лесу тут же заняли позиции за деревьями и начали простреливать вершину, для того, чтобы оставшиеся их товарищи смогли отступить в безопасное место. Ребята же пытались, рискуя, уравнять количественный состав, и к моменту, когда на полянке осталось больше десятка тел без признаков жизни, эту задачу можно было считать частично выполненной. Денис тут же провёл перекличку, все были живы и в строю, если не учитывать глубокого рассечения на лице Егора от осколка камня, за которым он прятался, то и без ранений.

Преследователи не давали поднять голову, и, судя по их передвижениям, пытались обойти с флангов. Макс с Егором и Ваня с Пашей старались это дело пресекать. Но ограниченный запас боеприпасов не позволял на полную использовать преимущество позиции, и тем всё-таки удалось полукольцом расположиться для решительной атаки. Но после получасового боя и двадцати минут ожидания, наёмники так и не решились. Хотя спокойно можно было закидать гранатами. Но, или гранат не было, или же – воли не хватило. Последующий час протекал относительно спокойно, несколько коротких очередей со стороны морпехов, которые пресекали желание штурмовать вершину.

– Видимо, ночи ждут, – сказал Денис, глядя на небо на своей позиции рядом с Рашидовым.

– Видимо, тебе лучше знать, – ответил ему Семён Викторович.

– А чего Вы делаете? – посмотрев на Рашидова спросил Денис. Профессор, держа в руках нож, что-то выцарапывал на плоском камне величиной с небольшую сковородку.

– Дошпорт, Спарта! Что там пишете-то? – пытаясь прочитать надпись сказал Архипов.

Но Рашидов ничего не ответил. Он лишь улыбнулся, и, сдув пыль, убрал камень в сторону.

– Тащ майор, там ещё кто-то есть, – шёпотом сказал Ваня, лежащий слева в нескольких метрах, и показал движением головы в сторону леса.

От места, где, предположительно, засели преследователи, левее шли несколько сильно пригнувшихся фигур. И по их движениям было видно, что идти они стараются незамеченными для людей. Архипов жестом показал своим ребятам, чтобы не стреляли и наблюдали. Такие же фигуры появились и на других участках леса. Рашидов насчитал около тридцати человек. В один момент вдруг в лесу открылась стрельба, и несколько человек что-то начали кричать. Стрельба стала усиливаться, ребята же, не понимая, что происходит, молча наблюдали, как фигуры людей с палками или копьями наперевес один за одним убивают их преследователей. А те в свою очередь таки умудрились подстрелить несколько фигур, возникших в лесу из ниоткуда. То, что это люди, было очевидным фактом. Через несколько минут стрельба стихла. Фигуры людей с палками перестали бегать среди деревьев и стояли практически неподвижно. От них отделился один человек и медленно пошёл в сторону морпехов.

– Не стрелять! – скомандовал Денис пытаясь разглядеть человека, одетого в какой-то тёмный плащ без рукавов и пуговиц, висящий на плечах с надетым на голову капюшоном. Дойдя до середины поляны, когда до ребят оставалось, буквально, метров пятнадцать, человек остановился, и подняв голову скинул капюшон.

– Яханта! – произнёс Рашидов.

– Нина! – сказал Денис.

Content

Айнур Галин
Иной мир
Морпехи
Книга вторая

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7