Сергей Шишкин

Вне штата 3/1. Киллер — это навсегда

Глава 1

Меня зовут Прохор, в узких кругах просто Порох, сейчас я нахожусь на точке, точке отсчета. На ней я отсчитываю оставшееся время жизни клиента. Да вы правы, моя специализация убирать лишних, то есть я киллер. Вот уже больше двадцати лет моё ремесло смерть, и в этом искусстве мной достигнуто совершенство. Очень и очень немногие в нашей профессии доживают до столь почтенного возраста, только лучшие, и я из их числа. С самого начала у меня были три принципа, не брать заказы на женщин, детей и бывших своих работодателей.

Итак я на месте, клиент должен прибыть с минуты на минуту, ещё раз осматриваю через оптику места возможной дислокации противника. В отличие от некоторых я не лезу на высокие точки, стараюсь выбирать самые обыкновенные, вот и сейчас лежу в подвале. Скажете глупо, нет обзора, но мне для выстрела хватит, а после уйти нет проблем. Конечно не везде получается как сегодня, но ведь и киллер это не только снайпер. Разные клиенты, разные способы устранения, кого убираешь с расстояния, кого взрываешь, а некоторых маскируешь под несчастный случай. Помню был один проблемный, пришлось банально отравить прямо в ресторане.

Так, что то блеснуло на чердаке, так и есть — снайпер, и явно по мою душу. Интересно кто? Медведь, Ганс или Штиф? Самый опасный Ганс, когда то мы с ним пересекались, профи высшей категории, хотя до меня ему далеко. Что ж, в других точках никого нет и я дождавшись появления клиента плавно нажимаю на спусковой крючок. Первая пуля уходит в чердачного, а вторая в клиента. Голова что у первого, что у второго в фарш, контроль не нужен и я не спеша поднимаюсь с пола. Уже сделав шаг слышу щелчок, переиграл меня Ганс, переиграл. Значит тоже здесь был, а минирование это его коронная фишка, вот только не учел, что я не шевелюсь до исполнения, поэтому успел его вместе с целю ликвидировать. Дальше закрыл глаза, вспышка, шума и боли я уже не почувствовал, прощай мир.

Сознание резко вернулось, я огляделся. Огромный зал с высоченным потолком и красивый хрустальный пол. Почему хрустальный? А черт его знает, просто показалось и всё.

— Осмотрелся? Идем, тебя ждут, — сказал мне человек внезапно появившийся передо мной.

Человеком я бы его назвал с натяжкой, но так спокойнее, по крайней мере для меня. Мы с ним быстро переместились в другой зал, раз и всё, тела то у меня как бы и нет, одна проекция.

— Куда? Зачем? И кто меня ждет? — успел спросить его.

— Тут не далеко, а ждет богиня Феменина. Сейчас от неё зависит, будешь ты жить дальше или в небытие, так что постарайся быть ей полезным.

Не успел я спросить про полезность, в небытие уходить что то не хотелось, как мы прибыли на место. Провожатый исчез, а я остался стоять перед очень красивой девушкой.

Берцы на высоком каблуке, шорты цвета хаки, черная майка обтягивающая потрясающую грудь и глаза! Увидев их мои ноги подкосились и я рухнул на колени. Столько ненависти и злобы мне не приходилось видеть никогда, хотя поверьте, видел я немало. Глаза просто пылали яростью, горя багровым светом.

— Приветствую богиню, — наконец смог вымолвить я.

— Отошел значит. Тогда сразу к делу. В своём мире ты мне очень помог, ликвидировав преграду, поэтому я тебе благодарна. Не скрою, твои услуги мне будут нужны в другом мире, вернее мирах. Согласен?

— Место, цель, условия, — тут же на автомате выдал я.

— Мир семидесятых годов твоего прошлого века, нужно не дать ему погибнуть. Сейчас он зациклен и живет по кругу, но вечно это продолжаться не может.

— Почему? — переспросил я.

— Каждый раз проживая одно и тоже, человек начинает вспоминать. Вот у тебя было такое? — спросила богиня.

— Конечно. Это называется дежавю, от него становится как-то не по себе.

— Вот поэтому и нужно предотвратить катастрофу, или хотя бы передвинуть её на будущее, иначе люди сойдут с ума. Мир зациклен примерно с 1971 по 2035, и так по кругу. Бонусом для тебя будет возможность перемещаться в последний год того мира. Сможешь оттуда таскать всякие ништяки, в семидесятых нет очень многого.

— Отлично! Объем перемещаемого? И где я окажусь? — обрадовался я.

— В пределах вагона, а появишься ты в самой лучшей стране — СССР и тебе будет семнадцать лет. Правда есть одно условие, не знаю согласишся ли ты на него. Вообщем появится ты можешь там только девушкой, это моя специфика. Подумай, — сказала поворачиваюсь ко мне спиной богиня.

В голове пронесся целый вихрь, в небытие уходить не хотелось, но и перерождаться в женский пол было как то не по себе.

— Хорошо. Я согласен. Какие бонусы? — наконец решил я.

— Стандарт для моих сотрудников, правда ты идешь вне штата, но всё тоже. Сила и скорость в два раза, небольшая регенерация, а также возможность видеть в темноте.

— Добавьте пожалуйста лечение, оно мне очень пригодится. Ещё я должен быть очень красивой блондинкой с пропиской в Москве.

— С лечением согласна, а зачем именно красивой блондинкой, замуж удачно выйти? — спросила улыбаясь Феменина.

— Какой ещё к чёрту муж! Просто при случае красивой девушке всегда помогут, а уж про подозрения вообще молчу. Меня могут запомнить, но связать с преступлением никому в голову не придет. Красивая девушка, априори быть убийцей быть не может, — просветил я моё божество.

— Молодец! Я рада что в тебе не ошиблась. Можешь и дальше на меня рассчитывать. Ах да, чуть не забыла, твоего этого Ганса пригрел мой братец, куда и в какой мир он его отправит мне пока не известно, но учитывая нашу недавнюю ссору скорее в этот же. Будь настороже, он может быть любым человеком мужского пола. Прощай!

После этих слов меня закрутила карусель, сознание стало уплывать и я наконец вырубился.

Очнулся лежа на полу, пахло чем то горелым. Приподнялся, всё стало понятно. Мой донор погиб от поражения электротоком, на столе дымится старый утюг. Скорее всего не выдержало сердце, в это время устройств защитного отключения, а также автоматических выключателей нет. Зуб даю, вместо вставки в предохранителе, который здесь все называют пробкой, стоит жучок толще проводки, чтоб не вышибало. Помню устраивал я нечто подобное, вот только тогда не учел, что у клиента к слабому сердцу прилагался кардиостимулятор, который при остановке его запускал. Вообщем намучился я с ним, пока батарейка не сдохла.

Выдернув утюг из розетки осмотрелся, что ж бывало и хуже. Коммуналка, тут и сказать нечего. А вот с координацией совсем беда, непривычно что грудь перевешивает, хоть вроде и небольшая, но с другой стороны и немаленькая. По мне бы проще совсем без неё, но тогда эффект на мужской пол будет минимален, а в моем деле любой бонус в плюс. С этим понятно, пора на себя любимого посмотреть. Подхожу к зеркалу встроенному в шкаф, нда, богиня не поскупилась. Ноги от ушей, потрясающая фигура и очень красивое лицо. Блондинка с голубыми глазами и ослепительной улыбкой, вообщем алиби в любом деле мне обеспечено, чтобы подозревать такую красотку нужно быть голубым или импотентом, впрочем по закону подлости можно нарваться именно на такого. Итак с фигурой закончил, пора посмотреть так скажем на приданое. В шкафу четыре платья, которые я бы сразу отнес на помойку, и пять юбок, из них только две более менее. Несколько блузок, пара бюстгальтеров и куча трусиков. Про носки, чулки и всё остальное молчу. Захотелось просто разревется от такого убожества, что и сделал. Минут через пять успокоился, теперь в будущем нужно учитывать женские гормоны, хоть сознание мужское, но тело то женское. Пора сесть и обдумать план первостепенных задач. Итак, зовут меня Ольга Викторовна Лёд, я сирота с двенадцати лет. Родители были геологи и разбились на вертолете, всё хотели денег заработать на квартиру, то есть на кооператив. Меня воспитывала тетя Настя, оформив опекунство. Была она вдова, её мужа убили при ограблении, всего за семьдесят рублей получки. Убийц нашли и осудили по максимуму, тетя работающая в милиции подсуетилась. Жить она мне не мешала, но контролировал постоянно. С мамой она перед её отъездом поругалась и сейчас мучилась этим. Папа был у неё младшим братом, которого она всегда опекала, а мама родом с прибалтики, где они и познакомились. Нужно попросить Феменину чтобы она позаботилась о девочке, всё же жизнь у неё была не сахар. Вроде с воспоминаниями разобрался, пора ставить цели. Первое это финансы, второе шмотки, ведь по одежке встречают, да и одевать такое убожество выше моих сил. Я вообще не представляю как это носить, рассчитывал на одежду в стиле унисекс, а тут это. На каблуках тоже ходить не умею, а придется, хоть и не часто. Ну и в третьих это квартира, нормальная в центре и конечно с дачей у реки или водохранилище. Воду я люблю, в прошлой жизни у меня был катер, и в этой я от него отказываться не намерен. Вроде пока всё, теперь на ближайший стадион, нужно понять что может моё тело и вообще разобраться с координацией. Одеваю спортивный костюм, то есть трико, на ноги кеды, удобно. Завязываю волосы в конский хвост, другого всё равно не умею и вперед. Выхожу из комнаты, прохожу по коридору и получаю шлепок по заднице.

На автомате разворачиваюсь и ногой в пах. Юный охальник с криком падает на колени, зажимая руками самое дорогое что есть у мужчины. Романтично, принц на коленях признается в любви своей принцессе. Вот только он не принц, а я не его принцесса, да и признания какие-то угрожающие. Нужно придурку вправить мозги.

— Что Коленька больно? А я тебя дурашку предупреждала. Ещё раз и твои яйца будут в смятку, это сейчас я добрая поэтому ударила нежно и любя. Ну а чтобы ты всё осознал, мне наверное надо рассказать всем пацанам во дворе, как ты спёр мои трусы и дрочил в туалете, думаешь я не знаю? Думай Коленька, думай, — с этими словами я вышел из нашей коммуналки.

На стадионе, вернее большой спортивной площадке, я пробежал километров шесть и даже не запыхался. После подтянулся на турнике двадцать раз, передохнув ещё по десять на каждой руке. Физическая форма как у космонавта, отправляющегося к далеким звездам, хотя в этот бред я давно не верю. Дальше прошел к стене, где выполнил разминочный комплекс, завершив его боем с тенью. Научил меня этому бывший морской котик из проклятой Америки. Познакомился я с ним во французском легионе, где оба пережидали трудные времена.

В армии попал на первую чеченскую, там после боя нам досталась в качестве трофея СВД, которую никто не хотел себе брать, ну а я попробовал. С первого выстрела понял, это моё. Через три месяца направили на спец курсы, вернее закрепили за штатным снайпером ГРУ, которые базировались в соседней части. Как с ним договорились я не знаю, но у него я научился многому. От автомата пришлось отказаться, потому как снайперка весит немало. Выручили ребята, презентовав АПС с бакелитовой кобурой, его потом увез с собой, после того как комисовали. Нам тогда крупно не повезло, сдала какая то крыса из штаба. Ночью нас окружили в одном пустом селении, а дальше гнали в горы. Мы скупо огрызались, слишком мал был боезопас, уходили на легке, кто в чем был и успел схватить. Нас всё же спасла десантура, правда к сожалению не всех. У меня была контузия и обморожение, в результате которого о детях можно было забыть. Нет, импотентом я не стал, но при удаленной простате…, вообщем сами всё понимаете. На гражданке оказалось моя профессия снайпера востребована, так я стал киллером. В середине девяностых пришлось срочно линять за границу, после выполненного заказа на меня началась охота. Всегда ищут крайнего, непонимая что исполнитель всего лишь инструмент, преступник тот, кто заказал ликвидацию. Вообщем смотался во Францию, а там поступил в Иностранный легион под именем Пьер Гроссо. Вот в нём то и свела меня судьба с Итоном Кларком, бывшем тюленем. Быстро сдружились на почве приверженцев теории заговора и плоской земли. От него узнал много спецефических знаний, которые мне в будущем очень пригодились. Кларк был фанатом моря, этим он заразил меня до конца жизни. Правда акваланг мне не понравился, но вот катер и волны за кормой — кайф! Так о чём это я? А, о бое с тенью, который мне поставил Итон.

Итак, растяжка как у гимнаста, сила судя по подтягиванию приличная, а скорость после комплекса Кларка запредельная. С координацией можно сказать порядок, пора идти домой, принять душ.

Дома меня ждала тетя, придирчиво осмотрев спросила о чуде стоящем на коленях, когда она сюда входила. Мол он так всех встречает или только избранных.

— Ах тётя, мальчик просто хотел объясниться в любви, а я как последняя стерва её не приняла, и он от горя потерял дар речи. Ты наверное слышала его невнятное бормотанье.

— Скорее шипение. Но почему влюбленный держался за свое…, ну пусть будет достоинство, — улыбаясь спросила тетя.

— Наверное потому, что к его любви прилагалось и это. Моя ранимая душа не перенесла такого, вот Коленька застеснявшись стал прикрывать своё достоинство. Черт с ним, давай пить чай, только я быстро в душ, а ты пока готовь тут, — хватая полотенце сказал я.

— Ох наглая, вся в мать. Иди уж, горе моё.

— Мама святая, а я не горе, скорее твоё счастье! Вот увидишь! — схватив из ящика трусики скрылся за дверью.

Проклятье! Нужно привыкать называть себя в женском роде, иначе рано или поздно засыплюсь. Как же мне жить дальше, скоро пойдет понимание реалий, это сейчас вроде как сон или игра, а вот потом будет хреново.

Быстро принял душ, было как то неприятно, ладно грудь, но вот то что между ног, вернее отсутствие этого, вызывало непонимание и страх. Я ещё в туалет не ходил, теперь придется сижа, про месячные даже думать страшно, хорошо что они недавно только закончились. Вот тоже проблема, здесь тампонов с прокладками, которые с крылышками нет, используют вату, марлю и просто тряпки. Мне это не подходит, нужно смотаться в будущее и закупится по полной, вот только чем там расплачиваться? Нужно что-то ликвидное, дорогое, с возможностью быстро продать. Да и прикид нормальный нужен, иначе там буду как бельмо на глазу, а это неприемлимо. Буду думать, иначе с ума сойду от всего этого. Хорошо, что на халатике пуговицы, иначе запахнул бы его на мужской манер, а там тетя. Она миллиционерша, поэтому замечает всё, мне распросы и проблемы не нужны, тем более она здесь мой единственный родной человек. В прошлой жизни я был как волк одиночка, а здесь всё же тетя, которая меня любит, ведь я тоже у неё единственная. Вот наконец о себе в женском роде сумел сказать, дальше пойдет легче. Если так ещё подумать, то и дети у меня могут быть, в отличие от прошлой жизни. Вот только ложится под кого-то ради этого не собираюсь, там в будущем что нибудь придумается. С такими невеселыми мыслями вернулся в комнату.

Тетя Настя всё приготовила, заварила чай и выложила печенье, которое купила в кулинарии по дороге сюда. Мы пили крепко заваренный сладкий чай, болтая обо всём что приходило в голову. Было приятно сидеть и разговаривать, не по делу, а просто так. Настасья Федоровна улыбалась, я знала что ей тоже нравятся эти наши посиделки. Два раза в неделю она стабильно посещает меня, и я по выходным её тоже. Тетя живет в милицейском общежитии уже лет пятнадцать и всё не может получить квартиру. Добрая она очень, поэтому отдавала свою подошедшую по очереди жилплощадь семьям с детьми, им по её словам нужнее. К ней в общежитие хожу как к себе домой, меня наверное знает половина Московской милиции, ну если не половина, то четверть точно. Я их не знаю, а они меня пожалуйста, сколько раз подвозили к тете и обратно домой.

Задумавшись чуть не пропустила вопрос заданный тетей.

— Оля, ты куда собираешься поступать? Школу ты закончила отлично, какие планы?

— Вы Настя Федоровна просто интересуетесь, или есть интерес? Говори уж первая, а я подумаю что ответить.

— Если пойдешь на геолога, так и знай прокляну! Хватит с меня брата и твоей матери, непущу! Даже не заикайся, — зло выговорила тетя.

Вся её злость показная, я то знаю. Она просто боится за меня, поэтому пугает.

— Успокойся. Ходить по болотам и кормить кровососов у меня нет никакого желания, да и крови лишней нет. Есть мысль поступить на филологический, но я пока неуверена. Хочу ещё раз всё хорошо обдумать. Клянусь, на геолога и в мыслях нет, ты без меня пропадешь, если я буду в камандировке, — торжественно отдав пионерский салют сказала я.

— Балаболка. Вся в мать. Та хоть и по русски говорила с большим акцентом, но рот у нее не закрывался.

Было видно, что тетя довольна, всё же добилась своего. Теперь ненадолго успокоится, будет добывать сведения о филологах.

— Оль, ты не забыла, что послезавтра у меня как штык. Я большой пирог с повидлом задумала, посидим до вечера или утра. Хорошо?

— Конечно. Потерей памяти как некоторые не страдаю, — улыбнулась я.

— Язва! Вся в мать! Царство ей небесное, — тут же нашлась тетя.

— Но, но. Мама святая, в отличие от некоторых. Вроде это я уже недавно говорила. Давай ещё по стаканчику, больно печенье вкусное.

— А давай. Надеюсь дотерплю до дома. Стаканчик и пойду пожалуй, завтра дежурство. Вообщем не забудь, послезавтра к пяти у меня.

Немного посидев Настасья Федоровна засобиралась домой, я её проводила, а дальше спать. Утро вечера мудренее.

Хорошо, что вставать рано не надо, иначе очередь в туалет, коммуналка она и есть коммуналка. Можно повалятся и обдумать первоочередные задачи более подробно. Первое — это бабло, второе — легальное бабло. Нужно идти в будущий мир, но там без документов делать нечего. Есть вариант с кладом, который нашли в моем мире, но есть он тут или нет надо смотреть. В будущем нужно распечатать все найденные клады, хоть один да выстрелит. С ксивой есть идея, в моем будущем этим занимался Глот, которого я хорошо знаю. Почему спросите у него погоняло Глот? От слова проглот, сколько его помню он всегда что-то жрал. Не ел, кушал и так далее, а жрал, притом всё подряд. Держал Глот комиссионный магазин, вернее лавку, в которой ни хрена путевого на витрине не бывало. Всё ценное и ликвидное уходило сразу через доверенных людей. Суммы там крутились солидные, а лавка так, для плезиру. Ксивы делал настоящие, был у него выход на них, правда цены касались. Я у него не раз отоваривался, да и несколько заказов через него пришло. Всё у него было по честному, без обмана, хотя общаясь с такими как я, это было в корне исключено. Вроде план начинает вырисовываться, клад, прикид и будущее. Всё понятно, кроме одного, как в будущее попадать? Богиня толком не объяснила, ладно по ходу дела разберусь. Теперь насчёт легальных денег, пойду в писатели или в моем положении писательницы, график свободный и платят хорошо. Вот вы спросите почему не в певицы? Голос, фигура, репертуар, инструменты и аппаратура из будущего могут обеспечить мне быстрый прыжок к звездам, но для меня это неприемлемо. Сразу отвечу из за чего — слишком буду заметна, мне на данном этапе светится не нужно.

Пора вставать, в туалет сходить, а то мочевой пузырь поджимает. Только встал и накинул халат, как стук в дверь, на пороге Колян с цветами.

— Ты Коленька на кладбище собрался или к мавзолею? — ехидно спрашиваю его.

Он в ступоре, ожидал всякого, но явно не такого. Наконец рожает.

— Это тебе. Прости. Осознал, исправлюсь, — выдавливает из себя.

— Гвоздики девушкам не дарят, тем более я в партии не состою, пока. А вот про исправлюсь поподробнее, мне это интересно, — продолжаю издеваться.

— Извини дурака. Оля, прошу не позорь перед парнями, мне же житья не будет. Сделаю что хочешь, только скажи, — чуть не ревя быстро произносит он.

— Добрая я. Вот сама не знаю в кого такая. Все этим пользуются, вот и ты тоже. На первый раз прощаю, но ты останешься моим должником. Согласен?

— Конечно. Только скажи. Спасибо, — засияв как начищенный самовар тут же ответил сосед.

Махнув рукой отпускаю Кольку, он тут же срывается, слышу как хлопнула входная дверь. Цветы торопыга не оставил, вот сейчас будет во дворе изгаляться с объяснениями перед парнями. Иду в туалет, унитаз общий, а писать нужно сидя, намучился с этим, всё так неудобно, но правда быстрее чем у мужика. Придется привыкать ещё и к этому. Срочно нужна своя квартира, тетя по доброте душевной вряд ли получит её до пенсии, значит нужно шевелится. С книгой пробиться трудно, но у меня на это есть идея.

Позавтракав вчерашним печеньем с чаем, хотелось молока, но холодильника тю тю, не было, вот ещё одна проблема. Хорошо, что плитка электрическая, а не печка или керогаз, вот бы намучился. Переодевшись в спортивный костюм выхожу на улицу, пора проверить захоронку.

Глава 2

Облом, клада не оказалось. Может в этом мире его не было изначально или ещё не заложили, нашли захоронку в середине девяностых, а сейчас всего то начало семидесятых. Печально, я так надеялся на него, других не знаю, этот случайно запомнил, когда по телеку репортерша рассказывала, всё же на соседней улице дело было. Я тогда завис на хате, просидел целый месяц, шмон был и шухер до небес. Депутатика, вернее кандидата отправил на встречу с создателем, точнее создательницей. Редкая была гнида, что было бы со страной, если такой кадр смог бы тогда пролезть в Думу. Хотя судя по новым законам, налогам, пенсионным и другими нужными и полезными начинаниями, туда всё же пробился самый цвет нации. Да что теперь вспоминать, мир другой, а в этом я уж постараюсь не допустить эти сливки общества во власть. Меченый и алкаш первые в списке, а там посмотрим. С этими невеселыми мыслями уселся на лавочку у большого дома.

— Девушка, с вами всё в хорошо? Может обидел кто? — услышал я от кого-то. Не сразу до меня дошло, что обращаются именно ко мне. К девушке я ещё не привык и привыкну явно не скоро, а это для меня опасно. Нужно как-то быстро вживаться в новые для меня реалии, может платья начать носить? Правда их нет, то есть те что имеются я надену только под наркозом, а вот на которые можно согласится в наличии отсутствуют.

— Сердешная, что с тобой? — снова услышал я. Пора выходить из нирваны, а то ещё в дурку заберут.

— Извините, задумалась. Я здесь на рынок сходила, хотела красивую заколку купить, так там такие цены! Вот расстроилась и сижу здесь, нервы успокаиваю, — быстро сымпровизировал я, вовремя вспомнив о ближайшей барахолке.

— Какие нервы в твоём возрасте, это у нас они растревожены. Вот с барыгами беда, твоя правда. Сколько участковому не говорим про Борьку Тараскина, так нет никакой реакции, мол он устроен натурщиком. А что это за ремесло? Голым перед всеми сидеть, стыд и совесть потеряв, хотя этого у него отродясь не было. Мать, теперь уже покойницу, отправил в деревню к бабке, мол ему с ней тесно. Акулина была моей лучшей подругой, светлая душа, а он в отца кровопийцу пошел. Спекулянт проклятый, за копейку удавится, чтоб сдох под лавкой проклятый, как его отец позапрошлой зимой, прости меня грешную господи, — разговорилась старушка, видимо допекло или просто не с кем.

— Так он что, тоже тут на рынке промышляет? — спросил я.

— По первости да, с утра торчал, а сейчас только сумки куда-то таскает. Я ж говорю, спекулянт! — начала злится бабуля.

— Ему что, с матерью тесно было? Жили в однокомнатной? — спросил я, пытаясь ненавязчиво узнать адрес барыги.

— Двушка у него, как у меня, живет буржуем один. Нам с Акулиной от завода в один год давали, уже потом она понесла этого христопродавца. Да вон он тащится ирод, стоит только помянуть беса, живет надо мной в двадцать первой квартире. Сейчас заведет свой патефон, опять до ночи не вздремнуть, — совсем расстроилась старушка.

— Вы не переживайте, не стоит он этого. Я пожалуй пойду, жила без этой заколки и дальше проживу, до свидания, — попрощалась я с словоохотливой старушкой.

Отвернулся, чтобы проходящий барыга меня не запомнил, а дальше в небольшом сквере сидел и ел вкуснейшее мороженое, без всякой пальмухи и прочей химии, которую неустанно заботясь о нашем здоровье пропускал в моем прошлом мире роспотребнадзор и прочие очень нужные и радеющие о благе народа организации. Запив эту вкуснятину газировкой из автомата, с настоящим натуральным сиропом, я помыл тут же стакан. За день из него выпьет не одна сотня, а может тысяча человек, если конечно жара, и никакой заразы и эпидемии. В прошлом мире одноразовая посуда, герметичные упаковки, новейшие медицинские препараты, а население вымирало как после чумы. Вот только не надо говорить что я вру, старые кладбища полностью заложены во времена стабильности, и вместо полей открываются новые упокоища. Про цену похорон и вовсе молчу, она стала просто космической. Вот опять меня потянуло на воспоминания, я же решил что этого не допущу, ну хотя бы попытаюсь.

Вечер настал незаметно, зажглись лампы а окнах, пора навестить барыгу. Вначале я не хотел начинать в этом мире всё жёстко, а теперь увидел знак. Клада нет, а вот старушка рассказавшая о спекулянте есть. Нужно быть полным кретином или пофигистом, чтобы не увидеть в этом провидение свыше. Не увидел раз, не понял два, а там богиня и обидится, мне вот это надо?

Подхожу к подъезду, до сих пор не верится что он без кодового замка и видеокамеры, вот жили же люди! Тихонько поднимаюсь на второй этаж, вот и двадцать первая квартира. Хорошо, что у соседей нет глазков, а вот у этой есть. Звоню в дверь, раздаются шаги, темнеет глазок и дверь гостеприимно распахивается.

— Какая краля. Что надо? Заходи договоримся, — облизываясь проговорил здоровый амбал.

— Конечно договоримся, — улыбнулся я, одновременно нанося два молниеносных удара.

Пройдя в прихожую быстро закрыл за собой дверь. В квартире как и предсказывала бабуля грохотала музыка. Взяв хозяина за волосы потащил в комнату, тот в позе эмбриона пытался что-то сказать, но новый удар по горлу отложил ненадолго его признания и откровения. Усадив к батарее, отправил очередным хуком натурщика в нирвану, чтобы не мешал. Быстро раздел тело и привязал проволокой к батарее. Голый человек чувствует себя не так уверенно, а алюминиевой проволокой я запасся заранее. Вот ведь время, алюминий и медь валяются под ногами, в будущем их снимали со столбов, притом прямо под напряжением.

Пока хозяин почивает, можно провести небольшой шмон в квартире. По этим временам она зажиточная — ковры, хрусталь и пара импортных магнитофонов. В столе нашелся дневничок, типа ежедневника, а там расписаны всякие Борискины мерзости. Я вычитал про два изнасилования, притом одно групповое. Что ж, клиент пойдет в утиль, притом жёстко. Продолжив свои изыскания нашел пару новеньких джинсов, подходящего для меня размера, правда классикой были одни, а вот вторые клеш. Такие носить не буду, я не морячка, значит обрежем в шорты. Далее несколько футболок и трам тарам — настоящее импортное черное платье. Рядом с ним было несколько упаковок женского нижнего белья превосходного качества. Всё как на меня, поэтому откладываю в сторону. Скорее всего чей то заказ, будем считать что мой. Пара бутылок Мартини и четыре Джека Дениелса отправляются к куче отложенных вещей. В книгах нашлось полторы тысячи рублей, а в сливном бачке сотня долларов мелкими купюрами, полторы сотни западногерманских марок и двести франков. Что и говорить, небогато. Валюта в таких мизерах мне не нужна, толку от неё, а статья ломовая, не посмотрят что сирота и малолетка, впаяют по максимуму, да и тетю подведу. Что ж, пойдем раскулачивать спекулянта валютчика. На кухне даже не стал проверять банки, всё равно скоро расскажет — что, где и сколько. Беру маленький топорик, длинный нож и полотенце. Пора побеседовать.

Покрутив ему уши и сунув под нос нашатырь, привел клиента в сознание. Запихав в пасть полотенце дружелюбно улыбнулся.

— Ещё раз здравствуй Боренька. Я вот хочу от тебя услышать многое, даже вот блокнотик приготовил, так сам всё расскажешь или как?

Увидев в его глазах понимание вынул кляп.

— Ты кто такая? Знаешь что с тобой будет? — начал он стращать беззащитную девушку.

— Твой кошмар! А что со мной будет не твоя печаль, думай лучше о себе. Я тебя тут очень хорошо привязал, так что не рыпнешься. Всосал петушара?

— Ты же сумасшедшая, с какой дурки сбежала?

Странно он себя ведет, почему-то не боится, да и психованой называет. То что не испугался понятно, я же на вид прелестная девочка, но вот почему сумасшедшая? Этот вопрос ему и задаю.

— Так ты о себе в мужском роде говоришь, раздвоение личности налицо, — просветил меня любезный хозяин.

Вот ведь чёрт! Пора как-то завязывать с прошлым миром, а то точно в психушку упекут.

— Тут Боренька всё просто. Я девушка ранимая, а работа предстоит грязная, мужская, вот так и спасаю свою неокрепшую психику. Но сегодня ради тебя останусь так и быть девушкой, цени. Вот ты передо мной голый, почему тебе не стыдно?

— Стыдливый натурщик это нонсенс, а я им уже как год работаю, — ухмыльнулся спекулянт.

Пора пожалуй приниматься за расспросы, он видимо после нашей любезной беседы думает что это игрушки, тем сильнее будет шок от дальнейшего. Человек быстрее ломается даже не от боли, а от всего на его взгляд невозможного. Так и тут — красивая и молодая девушка не может быть злодейкой, это для многих аксиома, но только стоит сломать такое утверждение, как человек полностью теряется, ему не за что больше цеплятся, веры как якоря больше нет.

— Итак Тараскин, пожалуй начнем. Сейчас отрубим тебе указательный палец на правой руке, потом на левой, и если ты гнида не заговоришь честно и правдиво как пионЭр, то приступим к ушам, а закончим твоим членом. Понял? Нет не понял, — огорчилась я.

Именно огорчилась! Пора привыкать к новым реалиям, но принципы прошлой жизни оставим при себе, их я менять не собираюсь. Мне всегда нравились красивые девушки, как в прошлой жизни, так и в этой. О чем это я? Пора приступать к допросу. Жесткий полевой допрос я умел проводить, но сейчас захотелось почему-то крови, поэтому потуже запихав полотенце в рот натурщику, который под конец станет натурщицей, отрубил сначала один, а потом и второй палец, предварительно перетянув их у основания проволокой. Клиент спекся, пришлось приводить его в сознание нашатырем.

— Итак Борис, хотя ты даже не представляешь как мне не нравится это имя, начнем?

Хозяин быстро закивал, я вынула полотенце и задала первый вопрос, — Где деньги?

Всё оказалось даже лучше чем я думала, львиную долю своих накоплений он вложил в выигрышный лотерейный билет. Новенькая двадцать четвертая Волга ждала меня, или денежки. Вот теперь мне для тёти нечего будет придумывать, вот билет, а вот и рублики. Билет лежащий в конверте бережно положила поверх моих трофеев. Далее клиент поплывший от боли раскололся по полной. Чеки Березка, да не синие, а жёлтые и бесцветные ждали меня в вентиляции. Несколько довольно крупных драгоценных камней были бережно засыпаны манкой, пришлось их срочно спасать, иначе задохнутся. Это шутка, кто не понял. Больше ничего для меня ценного не нашлось. Брать шмотье для толкания мог разве что идиот, я не такой, вернее такая. Блокнот пестрел записями обо всех кого знал мой радушный хозяин. Это очень мне в будущем пригодится, так как на каждого был небольшой, а на кое кого и огромный компромат.

— Вот Борис и подошла к концу наша нечаянная встреча. Именно к твоему толстому концу, если ты не понял. Больше всего на свете я ненавижу извращенцев и насильников. Эти уроды ломают жизнь человека и его семьи, а ты Борис насильник, поэтому пора тебе в натурщицы, — с этими словами я отрезала его конец вместе с яицами.

Крови было море, но вся мимо меня, я же подстраховалась и кастрировала под накрытой на причиндалы пленкой. Дальше достала из шкафа рюкзак и сложила в него мои трофеи. Джинсы, платье, новый спортивный костюм Адидас, бухло и нижнее бельё. Рюкзак еле вместил всё это богатство. В отдельную женскую кожаную сумочку сложила камешки, чеки в Березку, деньги и драгоценнейший лотерейный билет. Сейчас осталось подождать до утра, а там на метро к себе домой. Жалко что обуви не нашлось, но и так всё отлично. Выключаю магнитофон и иду проверить хозяина. Сдох собака, видимо сердце не выдержало, туда ему и дорога. Убила его я, поэтому душа попадет к Феменине, а та ему устроит за насилие нижний уровень. Пора вздремнуть, — решила я устраиваясь на диван. Утром уберу все следы, обработаю квартиру перцем и табаком, а отпечатков я не оставила, резиновые перчатки очень в этом помогли, их я выброшу очень далеко от этого дома. Так что теперь спать, устала всё же.

Во сне приснилась богиня, которая издали показала большой палец вверх, значит как сказал Ильич, я иду верной дорогой. Разбудил меня звонок в дверь и голос, — Откройте милиция!

Думаете я запаниковал, не угадали, это сосед идя на работу так будил спекулянта — фарцовщика. Встал, умылся, привел себя в порядок. Вот сейчас пора и сваливать, но вначале обработаю квартиру. Отпечатков я оставить не мог, всё в перчатках, поэтому сразу начинаю засыпать всё молотым перцем и нюхательным табаком. Жалко что здесь нет химии, к которой я так привык в своём прошлом мире, зато здесь есть мелкий нюхательным табак. Три пачки я вчера купил в нескольких магазинах, потом нашел проволоку, вообщем готовился.

Ещё раз всё проверил, в рюкзак добавил всю найденную мной новую женскую косметику, вчера мне это почему то в голову не пришло. Накинул на плечи свою поклажу, нацепил зеркальные авиаторы, была пара новеньких, и вот тихонько вышел из квартиры. Закрыл за собой дверь на замок и не спеша, прислушиваясь ко всему, спустился вниз. Там быстро покинул двор, вливаясь в толпу спешащую на работу. В метро быстро доехал до своей станции, поднялся и не спеша потопал к своему дому. Вдруг рядом скрипнув тормозами остановился милицейский козлик, открылась дверь и веселый старшина улыбаясь поздоровался.

— Привет Оля, откуда это тащишся по утру, да еще с такой обузой, — и он кивнул на мой рюкзак.

— Доброе утро дядя Валера, вот с утра пораньше сбегала за снаряжением. Школу мы закончили, решили в поход сходить, а у меня и нет ничего подходящего, — ответила я снимая с плеч свою поклажу.

Дядя Валера был мне хорошо знаком, как впрочем и почти все милиционеры нашего и близлежащих районов. Многие жили в ментовской общаге, где уже с десяток лет ждала своей очереди на квартиру моя тетя Настя.

— Давай залезай, мы тебя с Игорьком быстро домчим до дома.

Доехали мы быстро, болтая о всякой важной ерунде. Водитель Игорек был молодой, только что после армии, поэтому на меня довольно откровенно поглядывал, ему явно хотелось и моглось, вот только я тут причем? Ищи себе кобылку, да обьезживай, а на меня слюни не пускай, захлебнешся. Поблагодарив за помощь поднялась к себе в квартиру, вернее комнату. По коридору шнырял рабочий народ, в туалет была небольшая очередь. Это ещё хорошо, что ребятня на каникулах, иначе было не протолкнутся. Поздоровавшись со всеми проскользнула в свою комнату, нужно разбирать всё честно добытое непосильным трудом добро. Бухло ушло вниз шифоньера, косметику разложила по ящикам комода, туда же убрала деньги и чеки Внешпосылторга. Нижнее белье убрала на полку шкафа, двадцать трусиков и три бюстгальтера, один черного и два белого цвета. Платье повесила под другое, адидасовский костюм сложила на полку. Остались драгоценные камни — четыре бриллианта, два изумруда, пять рубинов и один сапфир. Все были не маленькие и огранены, так что статьи о незаконном обороте мне не впаяют. Впрочем я их заберу в мир будущего, там финансы мне понадобятся, хотя бы на первое время. Завернув в носовой платок убрала камни в карман пальто.

С зимней и демисезонной одеждой просто беда, такое убожество точно не надену. Мне нужно быть красивой и модной, от этого зависит многое для выполнения моего задания. Обувь тоже никуда не годится, поэтому придется идти в Березку, там что нибудь подберу. А сейчас разложив джинсы клеш на столе, отрезала лишнее. Теперь подогнуть и прошить. Швейная машинка Зингер осталась от бабки, правда не помню чьей. Не спеша прошила, а потом и одела. Шортики получились классные, с жакроном Levi's. Вдев офицерский ремень посмотрел на себя в зеркало — супер! Пора собираться в Березку, поэтому одеваю импортное белье, кружевные трусики и такой же белый бюстгальтер, поверх новая белая футболка с эмблемой кока-колы. Одежды вроде и немного, но вот с лифчиком промучилась, не разу не одевала до этого. С трусиками тоже до сих пор непонятно, гладко и ничего не торчит. Хорошо что туфли не ношу, на шпильках придется дома учится ходить, да ещё и грудь перевешивает, до сих пор не привыкну. Вот в метро сегодня девушку увидел симпатичную, так её захотелось, что испугался, вдруг член встанет, а потом опомнился, нет больше его у меня. Ладно, хватит, продолжаю собираться. Волосы собираю в высокий конский хвост, душусь Шанелью и вперед. Богиня, вот только с обувью накладка, одеваю свои полукеды. Сумка из отличной кожи выглядит дорого и богато, жаль что нет ни одного украшения. Почему у Тараскина, варится ему трижды в аду, не было украшений, для меня было непонятно, скорее всего всё продал для покупки лотерейного билета. Надев очки вышла из комнаты, и пока меня не заметили выскочила из квартиры. До улицы Горького доехала быстро, а вот и магазин. Человеку из моего времени наверное было бы смешно смотреть на это убожество, выбор был крайне невелик. Что ж иду примерять кроссовки и туфли. Спортивную подобрала сразу, Адидас и Пуму, а вот с туфлями вышел затык. Узнаваемых Serena, Luca Rossi, La ballerina и прочих не наблюдалось, пришлось выбирать по фасону, итого четыре пары. Оплатив обувь перешла к продуктам, взяла растворимый кофе и шпроты. Холодильника у меня нет, так что мясное побоку. Сложив все покупки в импортную спортивную сумку для тенниса, которую тоже пришлось купитьа вышла из магазина. Не успев пройти и сотни метров, как меня окликнули двое длинноволосых хиппарей. Может они и не хиппи, но были уж очень похожи. Надо быть полной дурой, а я её не была, чтобы не понять кто это такие — перекупщики и кидалы. Не иначе им моих чеков захотелось, посмотрим что они могут мне предложить, вернее подарить.

Нет бить я их не буду, много с этих шестёрок не возьмешь, а проблем огребу изрядно. Я же сюда регулярно наведываться буду, пока в двухсотую секцию ГУМа пропуск не сделаю. Местные шмотки этого времени меня не интересуют, надеюсь буду закупаться в будущем, но пока из-за тети придется побыть оборванкой, правда надеюсь не долго.

На второй настойчивый возглас поворачиваюсь и с ходу.

— Что надо волосатые? Моё время дорого, а любая информация стоит денег, поэтому если хотите что то узнать готовьте монеты, согласна на бартер. Что выбираете?

По рожам этих дебилов, а по другому я их назвать просто не могу, так одеваются в моем представлении только слабоумные, вообщем мелькнула у них мысль, которую они озвучили.

— Чеки есть? Мы видели как ты отоваривалась. Готовы выгодно для тебя купить, — сказал один, так и ничего не поняв.

— Вам надо знать есть ли у меня чеки? Это раз! Готова ли я вам их продать, это два. По червонцу за вопрос, — и я протянул к ошарашенным патлатым руку.

— Ты чего, совсем больная. Какие два червонца. Мы тебе дело предлагаем, — наконец родил второй.

Как же трудно с ними, а может это время такое. Здесь всё течет как-то медленно, не спеша. Нет такого огромного потока различной информации, мой мозг голодает, он уже через день устал отдыхать.

— Хорошо. Знаете какого нибудь агента по недвижимости? — посмотрев на их непонимающие лица продолжил, — Может с риэлтором знакомы? — снова непонимание. Вроде в это время их называли как то иначе, а вспомнил, — Маклер!

— Так сразу бы и сказала. Запоминай, Дмитрий Аронович Волков. Живет в Столешниковом. Там найдешь. Запомнила?

— Я то запомнила, а теперь запоминайте вы. Чеков у меня больше нет, все потратила. Если и будут, то продавать не собираюсь. Понятно? Чао! — с этими словами развернулась и ушла, а тормоза так и остались там стоять.

Адидасы одела в магазине, сложив остальную обувь в сумку. Больше всего удивила реакция продавщиц, они никак не могли понять почему я не беру фирменные коробки из под обуви, а оставляю их в магазине. Вот скажите, зачем они мне, я собираюсь кроссовки и туфли носить, а не держать в упаковках.

Вернулась домой, а там по справочнику быстро нашла номер Волкова. Это же элементарно, не может риэлтер, простите маклер, работать без телефона. Позвонила и договорилась о встрече через пару часов в кафе Пингвин. Можно конечно было в Лире, но там вечно очередь.

Ровно через два часа была там. Господин, пардон, товарищ Волков любезно заказал мороженое, так что когда я уселась напротив него, он с интересом стал меня разглядывать. Его понять можно, пришла малолетка, а дело которым он занимается довольно не дешевое удовольствие.

— Итак дорогой Дмитрий Аронович, давайте сразу обсудим то что мне хочется, и то что вы желаете за это получить. Нужна отдельная трех или четырехкомнатная квартира в центре, желательно на Тверской, — очаровательно улыбнулась я, полчаса до этого репетировала.

— А знает ли милая барышня сколько это может стоит? — так же ослепительно улыбнулся маклер.

Вот ведь гад, а я дурак, вернее дура, нашла с кем в улыбки играть, он же на этом собаку съел. Работа его такая, хотя официальная наверняка сторожем или лаборантом каким нибудь.

— Так вы мне об этом скажете, надеюсь я со стула не упаду. Не надо расстраивать беззащитную девушку.

— Надеюсь у вас крепкие нервы, — и он написал несколько цифр в своей записной книжке.

Сумма в двадцать пять тысяч была конечно по тем временам огромная, но ведь можно и поторговаться.

— Это с видом на Кремль? И она шестикомнатная? — переспросила я.

— Нет конечно. Десять минут и вы на площади. Четыре комнаты конечно не шесть, но всё же.

— Тогда и цена пониже, всё же десять минут. Думаю пять мы зачеркиваем, иначе ваши дети проклянут вас.

По его лицу прошла такая боль, что мне стало как-то не по себе. Сразу видно, это для него трагедия, притом незатухающая. Может кто из детей болен, нужно тактично расспросить.

— Извините Дмитрий Аронович, я не знала как вам больно про это напоминать, но может я вам смогу помочь. Не надо сбрасывать со счетов любую помощь, вдруг она окажется та самая, — закончила я, выжидательно вглядываясь в его лицо.

Самое удивительное, но он рассказал. Не знаю что послужило для него мотивом, только я всё узнала. Его жена была бесплодна, вернее стала такой. Они познакомились в институте, и через два года поженились. Родители не приняли его жену, она не была еврейкой, как им хотелось. Лиза Волкова была русской, но только на половину, мать с Молдовы. Дмитрий взял фамилию жены, что в принципе было тогда правильно. Кацевичем жить в СССР было гораздо труднее, чем скажем Волковым, тем более будущим детям. Беда пришла откуда не ждали, катаясь на коньках провалились в полынью, переохлаждение, воспаление и в итоге бесплодие. Врачи разводили руки, профессора были бессильны.

— Вы не представляете Оленька, сколько денег я отнес им. Вначале была надежда, а сейчас пусто. Лиза уже пыталась уйти на тот свет, только чудом этого не случилось. Она самый дорогой для меня человек, и жить без неё я не смогу. Вы наверное не поверите мне, ведь для многих евреи вруны и обманщики.

— У каждого нации есть свои герои и иуды, не нужно вешать ярлык из за нескольких негодяев на весь народ. Вот например Николай — кровавый, был жадным душегубом. Почти каждый день убивал из ружья птиц, кошек и собак, об этом кстати писали тогдашние газеты. Его семя в то время была самой богатой в мире, а вот народ голодал. Так из-за него что все русские такие? Впрочем русским он и не был. Давайте больше не будем об этом, а сейчас поедем к вам домой, я попытаюсь вам помочь. Моя бабушка потомственная целительница, так что шансы есть. Согласны?

Стоит ли говорить, что утопающий хватается за любую соломинку, поэтому мы быстро доехали на его москвиче. Встретила нас красивая ухоженная женщина, поцеловав своего Димочку тут же потащила кормить худышечку, то есть меня. Я сидела за столом, пила чай и разглядывала обстановку. Квартира была шикарна, отличный ремонт, хрусталь, антикварные вазы и старинные картины. Не удивлюсь если тут висят работы Васнецова, Шишкина, Рокотова и Шагала.

— Дмитрий Аронович, вы же хотели сходить в Союзпечать за газетами и журналами, — наконец сказала я.

При муже Елизавета Андреевна будет стесняться, а вот без него сразу ухватится за такую возможность. Все же Волков был умницей, понял.

— За газетами? Точно, как же я мог забыть. Лизанька, ты пока займи нашу гостью, я ещё в Елисеевский съезжу, так что не скачайте, — и Аронович быстро покинул квартиру.

Уверена на сто процентов, будет сидеть во дворе, ждать. Остальное оказалось просто, стоило только рассказать о мифической бабке и предложить попробовать, как она уже лежала раздетая на полу, вернее на расстеленном ковре. Положив одну руку на шею, а вторую прижав к копчику, стал пропускать целебную волну, от одной ладони к другой. Тело пациентки покраснело, из пор кожи стала сочится темная слизь. Всё продолжалось не меньше получаса, наконец я почувствовал что всё закончилось. Тяжело встал, ноги еле держали, а руки тряслись.

— Почему вы не сказали мне, что у вас был рак? Я чуть не померла от перенапряжения, готовилась к одному, а тут ещё и это, — еле произнесла я.

Мне было тяжело, вернее я просто сильно устала. Нужно плотно перекусить, иначе действительно стану худышечкой, а не фигуристой сексопильной девушкой. Вот именно что девушкой, а то я всё время думаю о себе в мужском роде, нужно начинать приспосабливаться.

— Оля извини, я просто…, - и она заплакала.

Тут открылась дверь и к нам вбежал Дмитрий Аронович. Накинув на жену покрывало отвел в ванную. Через полчаса мы снова сидели и пили чай, я съела все запасы колбасы с сыром, поэтому Лиза варила пельмени, все три пачки.

— Ваша жена абсолютно здорова, жаль конечно ковра и ваших ваз с хрусталем, — сказала я доедая последний кусок колбасы.

— С ковром понятно, а причем хрусталь и фарфор? — удивился хозяин.

— Так ведь дети всё разобьют. У вас будет двойня, скорее всего разнополая, — пояснила я непонятливому будущему отцу семейства.

— Двойня? — одновременно повторили супруги. — Да пусть хоть всё здесь разнесут, — засмеялся Аронович.

Через час я наконец покинула семейство Волковых, договорились встретится через два дня у них дома. Завтра отдыхают, послезавтра по докторам, а уже потом поговорим по существу. Такси быстро домчало домой, хорошо что поздно, душ свободен. Завтра иду после обеда к тете Насте, поэтому нужно подготовится. С этими мыслями и забитым под завязку желудком засыпаю, за ночь пельмени переварятся без остатка, все три килограмма.

Поднимаюсь в половине шестого, надеваю треники с футболкой и вперед на спортплощадку. Пробежав несколько кругов сразу на турник, потом отжимания и пресс, заканчиваю боем с тенью. Час пролетел незаметно, а вот дома в душ опять очередь, нужно срочно переезжать в свою квартиру. Наконец почти всё взрослое население ушло на работу, поэтому сразу в душевую. Вскипятил на электро плитке чайник, достал пряники. Нормальный завтрак, но всё же без колбасы и масла худо, нужен свой холодильник. После разложил на столе отрезанные штанины, буду кроить юбку. Почему то джинсовых в продаже Березки не было, поэтому буду шить сам. В своё время армия научила многому, в том числе работать с швейной машинкой. У нашего старшины были только два размера формы, большая и маленькая, так что хочешь не хочешь, а шить научишся. Юбочка была готова через три часа. Ничего сложного, она же без карманов. Широкий пояс с четырьмя прошитыми внутри гармошкой резинками. Вышло стильно и красиво. Примерив у зеркала, осталась довольна. Правда как носить такое не знаю, это же не шорты с брюками. Пока было время начала тренироваться, ходить и садится. Юбка выше колен на пару ладоней, значит мини, поэтому присаживаться нужно уметь. Часа через два я уже ловко садился закидывая ногу на ногу. Оставалось ещё немного времени и я достал туфли на высокой шпильке. Походив по комнате понял, за несколько часов мне это не осилить, пару дней не меньше. Так незаметно прошло время и я переобуваюсь в кроссовки, беру вчера купленную бутылку шампанского с компотом ассорти, направляюсь к тете Насте, на её вкуснейший пирог. Автобус довез до нужной остановки и немного пройдя я вошел в общежитие. На вахте сидела тетя Полина, придирчиво осмотрев меня снова завела разговор о своем внуке, который заканчивал мореходку. По её словам, о таком муже мечтает каждая, но у меня есть шанс, да и она похлопочет. Внука я неоднократно видела на фотографии, зрелище ещё то, здоровый боров с заячьей губой. Может для кого-то это предел мечтаний, но точно не мой вариант, и вообще, я очень девушек люблю, стройных и красивых.

Кое как отвязавшись от вахтерши, пошла к тете Насте, она жила на втором этаже. Пока поднималась к ней, то наверное поздоровались с десятком человек, как будто я здесь живу, что впрочем неоднократно случалось. Стоило мне хоть немного заболеть, как тетя без разговоров забирала меня к себе, где меня лечили наверное всей общагой. Вот и дверь в знакомую комнату, а там уже накрытый стол, а посредине изумительный пирог. Не слова говоря достаю шампанское и компот. Тетя Настя смотрит на это разинув рот, пьющей я никогда не была.

Медленно подойдя к ней, пальцами щелкнула перед носом, тетушка сразу ожила, сказав одно лишь слово, — Рассказывай!

Глава 3

Вместо рассказа я положил перед ней газету. Придвинув стул к столу, она села развернув советский "Труд". Внутри лежал билет, номер которого она хотела начать искать, что впрочем не понадобилось, я заранее подчеркнул его на странице.

— Этого не может быть, — наконец произнесла тетя.

— Как видишь может. У меня к тебе две просьбы, поклянись что выполнишь, — обнимая сзади сказала я.

— Ну и лиса! Вся в мать. Виктором, твоим отцом, она тоже крутила как хотела, похлопает своими голубыми глазищами, он и поплыл. Что могу я и так для тебя сделаю, говори.

— Первое о чём я хочу тебя попросить, это устроить мне сдачу на права, мотоцикла и автомобиля.

— Это запросто. Сергей Сергеич как ты помнишь был нашим соседом, сейчас он работает в ГАИ, так что завтра с ним договорюсь, — тут же решила тетя, — Что ещё?

— Тут такое дело, билет я меняю на квартиру, и хочу чтобы ты жила со мной, хватит мыкаться в общаге, живем врозь, мы что чужие? — быстро протараторила я, крепче прижимаясь к тете Насте.

Всякого ожидал, спора, отказа и даже крика, но только не слез единственного для меня родного в этом мире человека. Начал успокаивать как умею, в женских хитростях не силен, поэтому просто сильно обнимал и уговаривал. Наконец она успокоилась и уже меня сильно обняла, на лице появилась улыбка, а я тихонько выдохнул. Сегодня стресс за стрессом, чего только стоит мое решение одеть мини юбку и в ней пройтись по городу. Чувствовал себя абсолютно голым, а уж взгляды мужского населения заставляли сердце бится быстрее. Не подумайте чего такого, просто мне было неприятно и противно то, что они представляли себе, уж это я знал, сам такой. Конечно если бы я родился девочкой, то такое внимание мне бы льстило, но я то мужчина, поэтому всё наоборот. Хорошо ещё что ко мне никто не прижимался в автобусе, ехал полупустым, а вот в полном? Как представлю чей то член прижатый к моей попке, так плохо становится. Нужна машина, но восемнадцать мне исполнится ещё не скоро, поэтому пока мотоцикл, на нём можно с шестнадцати.

— О чем это ты так сильно задумалась Оля? Наверное о каком нибудь мальчике, правда? — улыбаясь спросила тётя Настя.

— Вот ещё! Нужны они мне, как собаке пятая нога. Сначала необходимо получить образование, а уже потом амурные дела, — оттарабанила я.

Дальше мы пили чай с вкуснейшим пирогом, шампанское было решено оставить на новоселье. Я рассказала о своем знакомстве с хорошим маклером и планах на квартиру. Тетя хоть и была милиционершей, но понимала что без риэлтера нам не обойтись. Хорошо она согласилась жить со мной, иначе я себя бы чувствовал полной скотиной, да и квартира всегда под присмотром, мало ли чего я там буду хранить. Воры домушники к милиции не лазят, слишком большие могут быть последствия для них. Смотреть будущую нашу квартиру решили вместе, пойдем как только появятся варианты. Тетя Настя цену новой Волги хорошо представляла, поэтому сразу назвала сумму в двадцать пять — тридцать тысяч рублей, так что жилплощадь должна быть адекватной такой цене. Вот что мне нравится в тете, так это её практичность, нет заламывания рук — как можно спекулировать, это незаконно. Вся страна так живёт, просто это здесь называется — с доплатой.

— Оля, а ты где такую юбочку взяла? — спросила тётя, задирая и щупая материю.

— Сама сшила. Сосед новые джинсы погладить решил, да его к телефону позвали, когда вернулся там уже была дыра, прям в самом видном месте. Починить нельзя, а мне для юбочки материи от новых штанин как раз хватило. Правда здорово получилось?

— Правда. Ты в ней такая красавица, поэтому ночуешь сегодня у меня, а то правда мы как чужие, — дипломатично оставила она меня у себя.

Идти по сумеркам я не боюсь, любого маньяка уложу, если что и убежать смогу, только белые трусики из под юбочки мелькать в ночи будут.

Проговорили с ней до позднего вечера, заходили соседки, они работают с несовершеннолетними, заглянула пара сослуживцев тети из оперов, или как их здесь называют — сыщиков. Легли поздно, правда до этого большой пирог общими усилиями прикончили.

Утром умывшись позавтракали, тете на работу ловить жуликов, а мне садится за сочинительство, раз решил стать писателем. У общаги меня посадили на дежурный уазик и быстро доставили домой. Там разложив тетрадку взялся за сочинительство. Правда настроился не сразу, в голове полный раздрай — кто я. Тело женское, разум мужской, вот и пойми кем являюсь на этом свете, постоянно путаюсь. Вчера даже юбка не помогла, только липких взглядов собрал целую кучу. Постепенно настроился и всё пошло как на конвейере, правда подстраиваясь под местные реалии. Секс под запретом, политики минимум, остальное сколько угодно. Самая финансово успешная на мой взгляд серия, это про Поттера. Мне нравились только первые две — три книги, остальное просто коммерция. Переделаем Гарри в Ирину, а Лондон в Ленинград, дальше по мелочи. Мой роман захватил меня, писала до самого вечера, лишь прервалась покушать. Пообедала в столовой всего на сорок копеек, а на ужин зажарила две большущие мясные котлеты, ну и к ним батон с чаем. Без холодильника просто труба, правда сейчас покупать перед переездом глупо, да и вообще нужен большой современный, а не эти местные. Чувствую что в новую квартиру придется тащить всё из будущего, от кафеля и унитаза, до стиралки с телеком, ну и холодильник, как без него.

Утром, когда почти всё взрослое население ушло на работу, пошла в туалет и ванную. Писять сидя неудобно, то есть это надо делать на весу, унитаз общий и садится задницей я как то брезгую. Правда маленькие дела можно и под душем, всё равно никто не видит, а мне удобно. Сегодня семья моего риэлтора идёт по врачам, мы договорились что обо мне ни слова. Как он там будет выкручиваться мне не интересно, у него фантазия пусть работает. Сейчас снова за свой роман, надеюсь через месяц закончу, вчера хорошо подалось, спасибо богине, память у меня стала просто идеальная, всё помню. Тренировку решила пропустить, пара дней на отдых, а там нагоним. Главное теперь для меня, это узнать про способ перемещения в будущее, товар с планом действия есть, дело за малым, прыгнуть на шестьдесят лет вперед.

Чай с печеньем, а хотелось бутера с колбаской, но что поделать, хранить негде. Тут еще проблема вылезла, туалетной бумаги в Березке не купила, а здесь по пролетарски нарезанные газеты. Для задницы ещё терпимо, а вот для своего, вернее своей…, ну вы поняли, это не подходит. Мне только вчера пришло в голову почему у меня трусы всегда влажные, раньше просто потрясешь или как сказал один герой фильма — подоишь свою ящерицу, и порядок, а теперь трясти нечего, нужно подтирать. Хорошо нашлись бумажные салфетки, ими пока буду пользоваться, пока бумагу не куплю. Вчера обувь в шкаф складывала, там от моли пачка нюхательного табака оказалась раздербанена, так чихнула, что трусы опять сырые. Всё это просто бесит, раньше таких проблем не было, теперь надо привыкать, не зря видимо ежедневные прокладки покупают, может ещё чего такого вылезет, я же пока не в курсе.

Сажусь за свой роман, время пролетело незаметно пора обедать. Снова иду в столовую, пельмени, борщ и компот — дёшево и сердито. Выхожу на улицу и дворами через гаражи домой. Завернув за угол слышу приглушенный крик доносящийся из гаража, тихонько подхожу и заглядываю в щель неплотно закрытых ворот.

Трое подростков, явно призывного возраста, держат девчонку. Двое за руки, зажимая ей ладонью рот, а третий задрав платье возится с трусиками, пытаясь развести сдвинутые ноги. На лицо сто семнадцатая, изнасилование группой лиц.

Врываюсь внутрь гаража, возящемуся с трусами сразу промеж ног, второму и третьему удар в горло. Чтобы окончательно вырубить стонущую шпану, бью ногами одному по печени, другому в солнечное сплетение, а держащегося за разбитые яйца отправляю в небытие пинком в челюсть. Бил не сильно, мне трупы не нужны, а хотелось. Всё заняло не больше пяти секунд, дольше было описывать.

Спасенная подтянув трусики и поправив платье добавила каждому промеж ног, не забыв плюнуть им в рожи. Видно что она на взводе, поэтому беру за руку и вывожу из гаража, прикрыв за собой ворота.

— Пошли отсюда, они в себя придут не скоро, да и мед помощь им понадобится. Не знаю как у остальных, но у самого нетерпеливого яйца всмятку, нужно удалять.

— Остальным я хорошо приложила, думаю тоже на орхиэктомию пойдут. Так им козлам и надо, таким моральным уродам потомство иметь запрещено. Спасибо тебе большое. Меня Катей зовут, а тебя? — беря меня под руку спросила спасенная.

— Оля. Кстати что это за слово такое орхитомия? Никогда не слышала.

— Орхиэктомия! Операция по удалению яичек у мужчин. Я учусь на хирурга, уже третий курс, так что приходилось наблюдать за кастрацией.

— Ты страшный человек Катерина, я тебя уже боюсь. Обидишь такую, а проснешься не только без яиц, но и с отрезанным членом, как потом жить?

— Тебе то что Оля бояться, для тебя я мягкая и пушистая, да и члена с яйцами у тебя нет! — засмеялась она.

Было заметно что у неё начинается отходняк, поэтому я привела её к себе в комнату. Там усадив жертву несостоявшегося насилия в единственное кресло, достала виски и пару консервов. Быстро порезали хлеб, вскрыли банки и выпили по первой рюмке, потом по второй. Часа через два пили вторую бутылку, сидели прижавшись в одном кресле. Дальше память отрезало, проснулась ночью раздетая на кровати, причем в обнимку с голой Катей.

Приложив пустую бутылку к голове начала вспоминать произошедшее. Слава богине ничего не было, просто вчера перевернули на себя банку с консервой. Катино платье и мою фирменную футболку застирали от масла, потом ходили в душ, а дальше силы нас покинули и мы скинув халаты улеглись спать. Хорошо что всё так оказалось, Катерина девушка конечно симпатичная, но не в моем вкусе, к тому же у неё есть жених, с которым она была не раз близка, вчера пьяная мне много чего рассказала. Тихонько встал с кровати достал из шкафа свои новые импортные трусики и одел на Катю, стараясь её не разбудить. Укрыл одеялом, а сам улегся калачиком на небольшой диванчик. Катюша из тех немногих девчонок, которые на протяжении всей своей жизни будут верными подругами, готовыми сделать всё о чем их попросят. Такая дружба это большая удача, не многим так везёт. С этой мыслью я уснул, во сне ко мне пришла Феменина, или я очутиться у неё, непонятно.

— Неплохо! Жаль несостоявшиеся насильнички остались живы, но ничего, я подожду. Твоя печать стоит на них, значит их души принадлежат мне! Я довольна твоей службой. Сейчас запоминай, переход в тупиковое будущее происходит в новолуние, у тебя на это три дня. Представь место где ты хочешь появится, но не более пяти километров от твоей дислокации этого мира. Там можешь пробыть по своему желанию до месяца, вернешься обратно в это же время, секунды не в счет. Теперь прощай, будет что важного вызову во сне, — с этими словами богиня исчезла, а я проснулся.

Было раннее утро, поэтому тихонько оделся и на спорт площадку, которую почему то называют малым стадионом. Несколько кругов, потом силовой блок и наконец бой с тенью. Вернулся рано, душ ещё не занят, поэтому успел постирать трико и трусы. Голова не болела совершенно, хотя две бутылки по ноль семь на двоих, это очень много. Тут мне в голову пришло, а если бы я пил с парнем, чем это для меня могло закончится?

Помню как после выполнения одного заказа решил так же оторваться, напился вдрабадан, пошел на дискотеку. Проснулся утром с двумя голыми чувихами, что было не помню, вот только от триппера потом долго пришлось лечится. Представив как я просыпаюсь в компании двух голых парней, которые всю ночь меня тра…, ну пусть любили где только можно, меня начало рвать, еле успел добежать до туалета. Соседка видела, что подумает не известно, но тете обязательно наябедничает, вот непруха то.

На часах семь утра, разливаю горячий чай и начинаю будить Катю. Ей плохо, голова болит, накинув на неё халат веду умываться. Кусок печенья как и глоток чая в неё не лезет, лицо земельного цвета. Пожалев подругу кладу одну ладонь ей на шею, а вторую на лоб. Начинаю гонять целебную энергию от одной руки к другой. Наконец чувствую что всё, хватит, убираю руки.

— Оль, ты настоящий экстрасенс! У меня перестала болеть голова. Постой, я же теперь всё вижу, у меня минус пять было, а сейчас уверена единица. Вон на настенном календаре все слова прочитала. Как же так у тебя получилось?

Ну вот, хотел как лучше, а получилось как всегда. Правда для Кати мне не жалко, она хорошая, я это чувствую.

— Поклянись что об этом никому не расскажешь? — попросила я у подруги.

— Клянусь! Но всё же как? Я вот будущий врач, у меня вся родня врачи. Папа хирург, мама в родильном, а тетка в Кащенко заместителем главного психиатра.

— У меня бабушка знахаркой была, мне немного её сил передалось. Лечить могу пару, тройку человек в год, на большее сил не хватает. Пожалуйста не говори никому, иначе мне жизни не будет, я просто сойду с ума, — попросила я Катерину.

— Сказала никому, значит никому. Ты меня вчера спасла, неизвестно чем бы это всё могло кончится, а сегодня зрение вернула. Я тебе так благодарна, — с этими словами она крепко меня обняла.

— А сейчас давай пить чай с печеньем, а по поводу психушки не переживай, если что устроим люкс, тетя Клава постарается, — продолжила Катя беря чашку с чаем.

Вот ведь язва какая, за словом в карман не лезет, у такой все пациенты будут по струнке ходить. Молодец она у меня, сильная.

Попили чай, стали собираться, её платье высохло, как и моя футболка. Оделись и пошли, доведу её до дома, а там поймаю такси и к Волковым. Жила Катя в соседнем квартале, в хорошей двухкомнатной квартире с родителями. Клещами вытянула из меня слово, прийти к ней завтра на тортик, с родителями познакомит и вообще. Пришлось обещать, всё равно наши дорожки с ней пересеклись, значит так и надо.

Поймала тачку и к чете Волковых, они уже ждали. Дмитрий Аронович целовал руки, а Елизавета Андреевна обнимала, было очень неудобно, я же не святая. Задержаться на кофе с пирожными отказалась, времени мало, попросила только разрешения позвонить тете. Та обещала быть скоро, как скоро не уточнила, наверное минут двадцать пока сюда доберется.

Риэлтер приготовил к осмотру две квартиры, обе на интересующей меня улице. Одна трехкомнатная за пятнадцать, вторая четырехкомнатная за тридцать. Цена конечно слишком большая, но нужно смотреть, вдруг она того стоит.

— Дмитрий Аронович, в оплату идет новая двадцать четвертая Волга, — решила я открыть карты.

— Двадцать пять тысяч, деньги получу через два дня, — тут же ответил маклер.

— Волга лотерейным билетом, протянула газету с ним.

— Тридцать. Знаю кому предложить, но деньги только после проверки, значит немного подольше.

Тут прозвучал клаксон, тетя приехала на служебной машине.

Первая трехкомнатная квартира мне не понравилась, тесная и вид из окна на двор. Ещё ремонт большой нужен, а это время и нервы. Вот вторая была значительно лучше, с огромной кухней, кладовкой и всеми четырьмя изолированными комнатами. Высокие потолки, большой балкон и потрясный вид из окон, правда не всех. Вся квартира обставлена старинной мебелью начала века. Мне такая не нравится, для меня неудобная, но вот тетя… Только глянув на лицо Анастасии Федоровны любому станет понятно, это её голубая мечта, я же не скотина, пусть будет. Себе потом другую присмотрю, или вообще буду жить на даче, которую кстати тоже нужно будет покупать. Кивнула Волкову что мы согласны, пусть начинает процесс оформления, чем скорее тем лучше, надоела коммуналка с проходным двором. С ним договорились встретится через пару дней, посидим у него дома, ему столько хочется мне рассказать.

На улице глянула на блаженно — мечтательное состояние тети, усадила на пассажирское сиденье, сама за водителя. Переключение передач на рулевом валу двадцать первой Волги тот ещё геморрой, во всяком случае для меня. Доехали без происшествий, загруженность дорог небольшая и нет наглых неадекватных водителей считающих себя хозяевами жизни. Только у Петровки тетя пришла в себя, удивленно на меня посмотрела, я же за рулем. Попрощались до вечера, сегодня она ночует у меня, хочет выговорится, это и ежу понятно. Значит иду в кулинарию, готовить я не умею, ну кроме яичницы, омлета и варки пельменей. Ещё могу зажарить покупные котлеты, на этом мои кулинарные таланты заканчиваются. Отстояв небольшую очередь беру котлеты, разные пирожки и тортик, думаю нам хватит. На улице ловлю такси и домой, нужно книгу продолжать писать, новолуние через десять дней, хотя бы половину успеть сочинить. Не забыть подготовить список, что мне нужно в первую очередь из будущего. На первом месте пистолет с глушителем, на втором рация оборудованная системой прослушки и глушения. Только села у себя в комнате за стол поработать над книгой, как раздался стук в дверь.

Пришла соседка, чтобы расспросить меня о моей беременности. По её словам срок уже не меньше месяца, поэтому и тошнит. Тете обо всём она сегодня сообщила, конечно это всё для моей пользы, скоро та приедет, будет думать и решать что делать. Еле — еле отвязалась от соседки, объяснив мою тошноту отравлением испорченным салатом с майонезом. Доброжелательная ябеда ушла, а я села думать — что делать, тетка теперь всю душу из меня вынет: когда, почему и с кем. Не успела продумать линию защиты, как чуть не вынеся дверь ворвалась тетя Настя.

— Кто этот негодяй? — были первые её слова.

Что либо говорить в ответ бесполезно, нужно дать ей выговорится, иначе все мои оправдания будут истолкованы совсем в другом ключе. Я сделав лицо полное раскаяния приготовилась слушать, и упреки с обвинениями не заставили себя ждать. Что там только не было сказано: безответственная эгоистка, обманщица и врунья, девица без всяких моральных принципов.

Слезы как то сами образовались на глазах, что заставили тетю тут же переключиться на новую версию — меня жестоко изнасиловали, притом группой и неоднократно.

— Вчера из больницы забрали трех извращенцев, хотели скрыть да не вышло. Посадили в КПЗ, там начальником Пётр Сергеевич Климов, ну ты ведь хорошо знаешь дядю Петю. У него год назад над дочкой сестры надругались, он после этого извращенцев люто ненавидит, своих детишек нет, а тут единственная любимая племянница. Вот и посадил он этих не в отдельную камеру, а к блатным.

— И что? Они их побили? — спросила я, догадываясь об участи несостоявшихся насильников.

— Да нет, просто сегодня утром там появились Танька, Манька и Ленка. Вот так то, — вздохнула тетушка.

Немного помолчали, каждая думая о своём, ну а потом мне всё же удалось убедить тетю в моей невиновности, вернее невинности. Главный мой аргумент — если не веришь, тогда немедленно идем к гинекологу! похоронил на корню все её подозрения. Потом сидели и пили чай с тортиком, котлеты зажарили на ужин, а пирожки остались на завтрак. Вечер удался, мы много говорили, вернее больше моя капитанша, которой очень сильно не нравилось это слово и она всегда меня поправляла — она капитан милиции, а не его жена. Было много планов на новоселье, кого зовем и что готовим на угощение. Ждать примерно дней десять, но если всё будет нормально, то можно заселятся и раньше, скоро узнаю точнее.

Утром тетушка умчалась на работу, а я провалявшись в постели до десяти утра, продолжил писать свою книгу. Обедать сегодня не пойду, буду беречь желудок для разносолов Катерины, которыми она обещала меня закормить. Время незаметно подошло к шести вечера и я быстро собрался. Одел джинсы и футболку, волосы в хвост, всё равно другое ничего не умею, на ноги кроссовки. Была мысль одеть платье и туфли, но я их мужественно отложил на когда нибудь потом. Ходить на шпильках вроде бы и научился, но всё равно нужна практика, а платье не захотелось, юбки за глаза хватило: неудобно, снизу всё открыто и трусики видно, если сильно наклонится.

С родителями Кати быстро нашли общий язык, она им оказывается всё рассказала. Неудачных насильников вспомнили и там, врачи были в курсе, яиц лишились все, а один так и вовсе потерял оба. Я добавила рассказ тети о их теперешнем статусе, удивительно но Катя поняла в чем дело, одно слово — медик! Посидели хорошо, наелась до отвала, подруга не обманула. Жареный поросенок и различные к нему соления и копчения. Всё было обалденно вкусно, значит буду сюда почаще наведываться, праздник живота — радость всему организму.

Домой меня конечно так поздно не отпустили, хорошо что у Кати кровать большая, места хватило. Проспали до девяти, позавтракав разбежались, у меня дела, а ей на практику к отцу.

Глава 4

Приехал к Волковым, сразу обсудили наши дела. Билет проверен и уже получен талон на машину, документы на недвижимость практически оформлены. Квартира будет на тетушке, раз ей понравилась пусть владеет. У меня в мечтах другая, но это будет наверное не скоро, хотя загадывать не буду, в жизни может случиться всё что угодно. Заселятся можно уже через пару дней, а там и бумаги будут готовы, главное она мною оплачена, значит уже наша. Между делом за чаем попросил Дмитрия Ароновича подыскать дачу, чтобы в нормальном охраняемом поселке, и обязательно у воды. Думаю через пару, тройку месяцев я смогу официально это себе позволить. Распрощавшись с Волковым, и не забыв взять ключи от новой квартиры, отправился домой, книга не ждет да и о будущем нужно подумать. Меченый не один Союз разваливал, а с подельниками. Историю я конечно знаю плохо, но парочку деятелей припоминаю, это Шеварднадзе и Яковлев. Первый сейчас министром МВД Грузии, а второй трется в отделе пропаганды ЦК КПСС, убрать их будет сложно, но возможно. Андропову тоже на мой взгляд крайне вредно дышать воздухом этого мира, и он пожалуй будет самым проблемным клиентом из всех вышеперечисленных, всё же руководитель КГБ.

Вот так пишу книгу, параллельно обдумывая будущую работу по клиентуре. Поел у Волковых, поэтому сегодня в столовую не пойду, а на ужин чего нибудь придумаю. Завтра надеюсь последний день в этой коммуналке, хочу свою ванную и туалет, а ещё кухню с холодильником.

Вечером приехала тетя, я тут же вывалила все новости про квартиру. Завтра складываю всё своё нужное и ценное, а послезавтра на служебной машине перевезем. Вещей вряд ли будет много, мне эти убогие шмотки и даром не нужны, да и комната остается за мной, новая же квартира оформляется на тетю Настю. Понятно что она осталась ночевать у меня, на ужин жарили яйца, правда опять без колбаски, печалька.

Утром Анастасия свет Федоровна умчалась на работу, наверное ловить очередного бандюгана, правда про мои водительские права не забыла. Сегодня сдаю правила и всё, права на мотоцикл мои, а на машину получу когда мне стукнет восемнадцать. На вождение меня не ждут, тетя убедила нашего гаишника, я же её на работу доставила живой и невредимой.

Сдача как я и думал прошла без сучка и задоринки, там мне и вручили корки категории "А" на мотоцикл, заранее приготовили. Теперь осталось найти мотоцикл. Отечественный с ногодрыгалкой даже не рассматриваю, нужен хороший импортный типа Харлея или БМВ. Я бы если честно взял какой нибудь Кавасаки или Ямаху, но в теперешнем времени это будет явный перебор, хотя посмотрим, может что и придумается.

Вещи сложены, их беру немного, всё то что досталось мне тяжелым разбойным путем и более менее приличные. Чтобы тетя не приставала по поводу моих обновок, договорился с Дмитрием Ароновичем, если что он скажет — это куплено на сдачу с Волги. День пролетел быстро, завтра наконец то переезд, дождался.

Тетя заехала ближе к обеду, с утра отвезла свои вещи, мои тоже моментально закинули. Через пару дней будут готовы документы и можно будет идти прописываться, а сейчас я аки пчелка пишу книгу, получается быстро. Уже через пару недель состоится мой переход в будущее, там постараюсь получить новые документы, купить оружие и спецсредства. Вернувшись из будущего сразу отправляются в путешествие на Ставрополье, там с первым секретарем нужно встретится, обменятся так сказать мнением по поводу гласности и перестройки. Боюсь правда что он мою критику не переживет, значит помянем в лучшем виде.

Как то раз судьба столкнула с бывшим агентом МИ 6, с которым меня познакомил мой американский друг. Начинал тот ещё с УСО, а после продолжил в военной разведке. Вот он и рассказывал страшные вещи о подготовке агентов. Их в прямом смысле ломали как физически, так и психологически. Проваленому или захваченному нужно продержатся на допросах определенное время, чтобы другие успели перебазироваться. Для этого в ходе подготовки его избивают, насилуют и пытают. Женщин готовят более изощренно, через них пропускают не по одной сотне, а для азиатского сектора практикуют ещё и собак. Не представляю что они чувствуют при этом, когда тебя сразу во все щели, да еще и животные. После такого человек ломается и переходит на другой уровень, для него уже не существует никаких моральных и нравственных препонов. Всё это фиксируется, обеспечивая лояльность государству по гроб жизни. Правда это или нет трудно судить, но вот например наши шпионки запросто ложились под старых сморщенных американских сенаторов и бизнесменов, для них переспать с кем либо — как сходить поссать. После провала моментально оказывались ведущими ТВ или какими нибудь депутатками, там совесть и честь противопоказана. Вот и делайте выводы после этого сами, вранье или нет.

Опять отвлекся, а надо работать над своим шедевром, время идёт, часы тикают. Всё же хорошо в нашей новой квартире, очереди в туалет и ванную нет, конечно кто не жил в общаге и коммуналке тому не понять, какое это великое благо. Кабинет я реквизировала себе, мне он нужнее, я пишу книгу и вообще скоро пойду учится. Тетя смеясь махнула рукой — пользуйся, если что, то и в гостинной посидит со своими милицейскими делами. Кстати, чуть не забыл, сегодня иду с ней в ведомственный спортзал, хочу попробовать себя в борьбе, проверить свои старые навыки и новые возможности.

Вечером надев адидасовский костюм пришла в небольшой но уютный спортзал. У шведской стенки сделала разминку и растяжку, а потом села наблюдать за тренировками оперативников. Выбивание ножа, самбо и прочее, было скучно. Тетя в это время выкручиваться кому то руку, тоже тренировалась, звала меня к себе в пару, но я отказалась.

— Почему девушка не занимается? Здравствуйте, — раздалось сзади.

— Неинтересно. Ерунда какая то. Милиционер не должен отбирать руками нож, это же глупо, да и самбо не всегда поможет, — ответила я.

— Вы эксперт? Не слишком ли молоды чтобы рассуждать об этом? — немного зло спросил он.

— Давайте так, вы с ножом нападаете, потом я, вот и посмотрим, — предложила я.

Почему-то захотелось поставить этого наглеца на место. Мы вышли на площадку, знакомые милиционеры во главе с тетушкой окружили нас, сформировав таким образом арену. Соперник взял резиновый нож и быстро пошел на меня играя им. Сразу видно, что с холодным оружием он на ты, значит жалеть не буду. Резкий удар ногой по печени, он валится куклой на пол. Скорость для него слишком большая, он физически не успевает поставить блок или увернутся. Сильно ногой не била, иначе бы просто изувечила, так что минут через пять он снова в строю. Теперь нож у меня и я сближаясь молниеносно провожу им по горлу сопернику, он кашляет, клинок хоть и резиновый но всё равно больно. Финита ля комедия, под аплодисменты я раскланиваюсь, кто-то из молодых кричит — Браво!

Дома любезная Настасья Федоровна целый вечер, который кстати закончился далеко за полночь, никак не могла успокоится. Из её бессвязных воплей я понял лишь одно, это был инструктор КГБ, который ходит по всем спортзалам выискивая таланты. Наверное Альфу или Вымпел хотят создать, правда вроде бы ещё рано. Зарисоваться там было величайшей глупостью, от меня же теперь не отстанут.

— Успокойся, ни в какой комитет я идти не собираюсь. Завербуют, а потом только успевай по приказу ноги задирай. Нет уж, пусть в другом месте ищут, — отрезала я.

Вообщем спать легли поздно, на душе было погано, вместо сна кошмары, где под гимн Советского Союза, на флаге с огромным серпом и молотом, меня по приказу заставляли задирать ноги перед всякими старыми козлами. Проснулся утром весь в поту с чугунной головой. Душ и яичница с колбасой немного подняли настроение. Тетя Настя час как умчалась ловить преступный элемент, а я засел за свою книгу. Мысли вертелись вокруг вчерашнего, нет не боя, а одежды. Нужны спортивные шорты, майки, носки, плавки и прочее, прочее. Список крайне необходимых вещей из будущего рос как снежный ком. Нужно будет посмотреть что необходимо для занятия спортом девушкам, у них ассортимент явно на порядок больше мужского. В это время зазвонил телефон, нехорошее предчувствие сжало сердце, но я мужественно поднял трубку.

— Алло. Это Ольга Викторовна Лёд? Вам звонят из Комитета Государственной безопасности. Мы бы хотели с вами встретится, что если завтра? — прозвучал приятный мужской голос.

— Хорошо. Присылайте машину, думаю в десять часов мне будет удобно, — ответила я ангельским голоском.

В трубке молчали, потом хмыкнув, — Машина в десять у подъезда. До свидания, — в трубке раздались гудки.

С гебешниками ссорится сейчас нельзя, иначе не видать мне заграницы как своих ушей. Нет, уйти за кордон я конечно смогу, не такая уж это невыполнимая задача, но на мне висит задание. Кстати, за него очень щедро заплатили и расстраивать такую заказчицу смерти подобно. Комитетчиков неплохо бы сделать друзьями, нужно с ними найти контакт и похоже я знаю какой. Вроде с этим решено, но вот чувство неприятности меня не покидало. Снова зазвонил телефон, в этот раз на линии был Дмитрий Аронович. По голосу было заметно как он сильно нервничает. Всё дело в том, что со мной пожелал встретится один очень уважаемый человек. Отказать такому можно, но вот нужно ли. На Волкова он вышел вчера вечером, а уже сегодня перепуганный маклер звонит мне. Переносить встречу на потом нельзя, кто его знает как у меня выйдет с чекистами, значит сегодня.

— Передайте уважаемому человеку Дмитрий Аронович, что встретится с ним я могу только сегодня, желательно прямо сейчас, — озвучила я своё решение.

Через двадцать минут за мной заехала двадцать первая Волга, а ещё через полчаса я изучала меню в Славянском базаре. Здесь конечно не так пафосно как в Метрополе, Праге и Национале, зато можно спокойно поговорить.

Напротив меня сидел пожилой мужчина с наколотыми перстнями на пальцах. Представился дядей Гришей, но на мой скептический хмык поправился, назвавшись Гришей Князем.

— Итак. Что вам от меня нужно? Вы по перстням законник, правда не знаю какой масти, черной или красной, — сделав заказ спросила я.

— Законником не могут быть эти ссуче…, извините предатели. Я долго думал как поступить, в итоге решил встретится с вами. Мне многое известно, например Ваш выигрышный билет был продан этому, которого вчера случайно обнаружили. Его долго пытали, а потом жестоко убили, билет как и все остальные ценности пропали. Бог с ним, не тот он человек был о котором можно горевать, но дорожка привела к известному нам маклеру, а от него и к вам. Волкову пришлось мне всё рассказать, Вы уж простите его великодушно.

— Выигрыш уверяю вас мне достался случайно, про остальное не скажу, не знаю. Про законных у нас разные мнения, пусть это так и остается между нами. Волков конечно не причем, надавить на больное место зная его, много ума не надо. У меня вопрос — Что вам нужно? а более главный — Зачем это нужно мне! Вы на данном этапе для меня проблема, сейчас от вашего ответа зависит как она будет решена, — запивая холодной минералкой бутерброд с черной икрой спросила я.

Мой собеседник был столь любезен, что стол от различных закусок просто ломился. Было всё что только можно представить, включая и различные пирожные. Сработал стереотип — раз девушка, то она непременно любит сладкое. Я конечно не девушка, вернее девушка, но…. Правда вот последнее время тяга к сладкому действительно появилась, может организму нужна глюкоза или это что-то женское? Непонятно. Раньше я любил что нибудь солененькое под водочку, сладкое в рот не брал, а вот теперь потянуло.

— Как вы умеете решать я представляю, вот только не надо меня пугать. Я пережил оккупацию, а потом и сучьи войны. Никогда не сотрудничал ни с немцами, ни с администрацией лагерей и тюрем. Восемь ножевых с парой огнестрелов, про переломы и прочее говорить даже не буду, — начал мой собеседник, но был перебит мной.

— У вас платок есть? а то сейчас расплачусь, тушь потечет. Давайте ближе к делу, что вы можете предложить мне такого, отчего я не смогу отказаться.

— Вот вы такая молодая и красивая, прямо ангел из рая, только крыльев не хватает, а я вот вижу совсем другое. Мне кажется что рядом со мной королевская кобра, Вы надеюсь видели её в нашем серпентарии? — спросил законник.

— Когда из рая выгоняли, крылья отобрали, а змею я видела, правда милашка? Давайте же к делу, у меня мало времени, например завтра меня ждут в КГБ, поэтому встреча с вами сегодня, — и я с ожиданием посмотрела на собеседника.

Всё оказывалось так как я и думала. Гриша Князь, в миру Григорий Пахомович Шорников, был стар и болен, притом болен смертельно. Узнал о возможности вылечиться случайно, просто его врач вёл и Елизавету Волкову. О чудесном исцелении своей пациентки он немедленно сообщил Шорникову. Теперь мне предстояло решить, что дальше делать с этим авторитетом. Князь уловил моё состояние, всё же чуйка у него была звериная, иначе не дожил бы до таких лет.

— Ольга Викторовна я могу быть очень благодарным и полезным, вы не пожалеете. Вот вам нужна дача, она у вас будет. Вы получили права, Ява завтра же будет стоять под вашим окном, а потом и новенький автомобиль.

Предложение авторитета интересное, но это я и так всё буду иметь без его любезной помощи. Странно что такой тертый калач, прошедший огонь и воду, униженно просит малолетнюю девчонку, при этом называя её по имени отчеству.

— Ответьте на один вопрос — Зачем это вам? Вы же сильный мужчина!

Из объяснений Князя стал понятен его мотив: На старости лет появилась дочь и внучка. Коронованный вор семью иметь не может, но на это давно смотрят сквозь пальцы, официально же он её не признал, а то что помогает, так это его дело. Вообщем я согласилась, но чтобы больше никому, иначе смертельно обижусь. Григорий Пахомович обещал всё устроить в лучшем виде, завтра же отправляется по известным святым местам, зная его набожность поверят все, ну а там один святой отшельник его излечит, правда сам при этом умрет. Алиби мне обеспечено.

После ресторана заехали к нему на квартиру, полчаса лечения и он здоров в отличие от меня. Голова трещала как от недельного запоя, руки тряслись, сосуды на глазах полопались, а из носа бежала кровь. После того как меня вырвало до желчи, стало лучше. Полежав на диване с час, захотелось есть, вернее жрать. Подчистив холодильник от всего съестного, Князь лично жарил колбасу и яйца, смотря на меня виноватым взглядом. После того как мне полегчало, я распрощались с авторитетом. Встретится решили через месяц, его номер телефона я запомнила. Машина доставила меня домой, там придя окончательно в себя решила развеяться. Тетя сегодня на дежурстве, поэтому схожу на дискотеку, хотя её ещё нет, значит на танцы. Надела джинсы, футболку и кроссовки, взяла десятку и в местный дом культуры.

Заплатив тридцать копеек прошла на танцплощадку, правда какая то молодая бабища не хотела пускать меня в джинсах, но потом все же махнула рукой. На небольшой сцене что-то играли, вроде про какой-то синий иней. Парни в брюках клеш, водолазках или ярких рубахах, приплясывали у девчонок одетых в мини юбки. Зрелище было ещё то, никакого драйва не чувствовалось, сплошное разочарование. Тут ещё затянули что-то из Битлов, которые к слову мне никогда не нравились, вокалист коверкал слова, за что его было мало убить. Танцевать как-то сразу расхотелось, не та музыка. Тут ещё какой то патлатый в розовой рубахе, дыша в лицо перегаром пристал, пришлось незаметно приложить коленом по яйцам. Приставала тихонько сполз на пол, где его моментально подхватили парни с красными повязками, а я отошла к стенке. Плохо быть девчонкой, хорошо ещё не одел джинсовую мини юбку, кавалеров тогда бы слетелось как мух но гов…, как пчёл на мёд. Я уже собралась покинуть этот "танцпол", но тут заиграли "Шизгара". Песня была знакомая и заводная, под такую можно попрыгать. Только вошла во вкус, как рядом вспыхнула драка, засвистел свисток, музон затих. Дружинники, БКДешники и милиция моментально скрутила всех, в том числе и меня. Дальше милицейская машина и я в обезьяннике. Менты на танцах были молодые и незнакомые, а вот в отделении меня моментально узнали. Уже через пять минут я сидела в дежурке размазывая слезы, не забывая прихлебывать чай хрустя сушками. Ещё через полчаса примчалась злющая Анастасия Федоровна, и молодые получили на орехи. Как потом рассказывали, они до утра писали рапорта, переписывая их снова и снова. А меня на патрульной машине отправили домой, пора уже видеть десятые сны.

Григорий Пахомович, для своих Князь, был на подъеме. Сбылась мечта и даже более того, он познакомился с Ольгой, Ольгой Викторовной. Вначале он хотел просто запугать малолетнюю девчонку, ну может ещё немного заплатить, так скажем дать на конфеты, конечно если она его вылечит. Вот только когда появилась эта белокурая красавица с яркими голубыми глазами, чувство опасности просто взревело, ноги сами подскочили подняв его с удобного стула. Смотрела же она так…, вообщем точно такой взгляд был у расстрельной команды в немецком концлагере. Обливаясь холодным потом пытался вначале заинтересовать, а потом и просто быть ей полезным. На кону, это он почувствовал спинным мозгом, стояла не только его жизнь, но и послесмертие. Девушка оказалась ангелом, падшим ангелом! Это она проговорилась или наоборот гордилась этим, кто их высших разберет. Наконец после долгого размышления, в это время он перестал дышать молясь всем известным богам, она решила ему помочь. Такого облегчения он не испытывал даже во время оправдательного приговора, правда ей было выдвинуто одно требование — Секретность!

Тут было давно все продумано, паломничество по святым местам! Закончится оно должно у небольшого храма, где отмаливал на старости лет свои грехи его кореш. Дурачок совсем свихнулся на почве веры, хотя любому мало мальски грамотному понятно, что двенадцать судимостей невозможно замолить. Вот он и будет святым врачевателем, который сразу умрет после чудесного исцеления своего друга.

Лечение прошло хорошо, к тому же как сказала Ольга Викторовна он помолодеет лет на двадцать — тридцать. Старость это тоже болезнь, которая лечится вместе с другими недугами. Шрамы исчезли, во всем теле чувствовалась какая то легкость, вот только его врачевательница выглядела как восставшее из гроба умертвие. Впрочем он волновался напрасно за свою жизнь, девушка быстро восстановилась, правда для этого она уничтожила все съестные припасы. Теперь стало понятно для чего падшая убила того спекулянта, притом таким жестоким способом, ей по-видимому для восполнения сил нужна чья то жизнь.

На алиби выздоровления ему давался месяц, после которого они должны встретится. С него пока хорошая дача у водохранилища, от мото и авто она отказалась, значит будем думать что ей ещё предложить. Сознание того, что он прикоснулся к тайне, переполняло его. Теперь он станет не простым коронованным вором, а легендой преступного мира.

Утром пробежка, правда теперь нет стадиончика, но в целом всё неплохо. В будущем на даче поставлю спортгородок и беговую дорожку по всему участку. После занятия спортом душ, притом свой и без очереди. В нем простояла наверное полчаса, тело отдыхало, было приятно. Дальше завтрак, чай с сыром и колбасой. С продуктами надо что-то делать, здесь нет буженины, корейки, бекона и прочего. Вернее это есть, но всё нужно доставать по блату из под прилавка. Наверное пока на рынок и кооп торговлю, цены там правда кусаются, но на первое время сойдет. Вот почти десять часов, выхожу во двор, а там уже ждет черная Волжанка. Долетели быстро, там выписав пропуск провожатвй долго вел по коридорам. Может хотели этим вызвать трепет и почтение к этому учреждению, но у меня вызывало лишь разочарование и брезгливость. Развал СССР прошляпили, предателей в руководстве страны проглядели. Дальше хуже: взрывы домов и "сахар" в мешках, НОРД-ОСТ и Беслан. Дошло уже до того, что выпускники академии ФСБ гоняли по Москве на десятках Гелендвагенов, каждый стоимостью более десятка миллионов рублей, традиция у них видете ли такая.

В кабинете ждал довольно не старый мужчина, представившись майором Суховым Леонидом Николаевичем. Я сидела напротив него, хлопала ресницами и слушала открыв рот. Полчаса он мне парил мозги политикой партии, а после предложил поработать внештатником. Работа заключалась в начальной оценке тренировки бойцов, дальше так сказать будем смотреть. На мой продуманный вопрос — Я же ничего не умею, только школу закончила.

Мне в ответ — За вас поручились там, — и майор показал пальцем вверх. Дальше опять целых полчаса накрутки о доверии партии, народа и бла, бла, бла. В ответ пришлось тоже двинуть про оправдаю, жизни не пощажу за счастье народное и прочее, прочее. А знаете что для меня было самое трудное? Не поверите — держать ноги вместе, а не как раньше раздвинув. Мозг до сих пор не может адаптироваться в новом теле, вернее не мозг, а разум. Сейчас на мне мини юбка, значит ноги вместе, вот только душа этого не понимает, во всяком случае пока. Помню как в прошлой жизни ехал в метро. Сижу никого не трогаю, раз, и между ног сыро. Поднимаю глаза, стоит передо мной страхопиздища и улыбаясь говорит — Нечего здесь мэнспрендинг разводить. Я про эту дутую проблему раздвинутых ног в переполненном транспорте слышал, но ни разу не видел чтобы один мужик сидел на двух местах, а сейчас вообще был вечер и в вагоне было с пяток пассажиров. Закончилось всё закономерно, я вышел на следующей станции, а девица поехала дальше, правда уже без зубов.

Так, о чем это я. Пора прощаться, пропуск подписан и меня так же проводят к выходу, правда только до него, машины нет! Добираюсь домой на такси, там уже меня дожидается тетя. По её виду можно понять как она волновалась за меня, быстро успокаиваю рассказом как все было. Анастасия Федоровна в ответ рассказывает о постигшей каре молодых мильтонов. За проявленное усердие их отправляют поработать на месяцок в вытрезвитель, там с запахом рвоты и мочи они обретут недосягаемый опыт в задержании. Мы вместе посмеялись, парням не повезло, хотя сами виноваты, зачем было меня тащить в обезьянник, ведь я в драке не участвовала.

Следующие дни занималась своей книгой, ходила несколько раз в гости к своей медицинской подруге, она тоже пару раз ночевала у нас. На танцы больше ни ногой, одного раза хватило, может потом и схожу, но пока не хочется. В КГБ пока не приглашали, наверное ещё отбор идёт, вот только меня мучает вопрос — Кто же был тем чекистом, которого я побила в спортзале.

Время незаметно пролетело, сегодня переход в будущее. План вроде продуман, правда как там будет на самом деле неизвестно. Одеваю джинсы, кроссы и футболку, буду косить под ретро стиль, это дорого и модно. Аккуратно распределяю драгоценные камни по карманам, на всякий случай беру небольшой нож, а то мало ли чего. Всё, сегодня новолуние, значит пора. Представляю место недалеко от дома, постепенно перед глазами появляется воронка, которая вращаясь охватывает меня. В ушах звон, перед глазами сужающийся тоннель. Хлопок и я стою на тротуаре, интересно это уже будущее или нет, со двора не видно. Оглядываюсь, — Ни хрена себе…

Глава 5

Всё же это будущее. Сразу понятно по смятым банкам от пива и энергетика лежащими в урне. Появилась я в углу двора, прямо за кустом сирени, так что никто не видел, а даже и видел, решит — померещилось. Итак, что у меня по плану: нужно найти источник информации, вернее того кто её мне сможет предоставить. План ясен, поэтому выхожу на улицу и не спеша направляюсь в ближайший сквер. Мне нужен подросток, в его возрасте мысли только об одном, с кем бы познакомится поближе, а тут такая классная девчонка, разве можно такой отказать. Жертва находится быстро, ботан в очках казалось никого не замечает, что-то пишет в своем смартфоне. Подхожу к нему, трогаю за плечо и улыбаясь прошу его телефон буквально на минуточку, ведь свой вместе с сумочкой в метро забыла, а там деньги и студенческий, маме или подругам нужно сообщить где я нахожусь. Паренек моментально поплыл под моими голубыми глазами, так что усевшись рядом выхожу в сеть с его аккаунта. Отмазка — свой пароль забыла, проходит на ура, ну что с блондинки взять, они все такие. На его смартфоне быстро нахожу искомое, комиссионка Глота на месте, информация о его дочери точно такая же, как и была в моём мире, я даже успела с ней немного пообщаться в Контакте. Поблагодарив паренька пошла на встречу с хозяином магазинчика, в кармане лежали денежки на проезд и пару гамбургеров, мальчик оказался благородным, еле отвязалась от сопровождения. Аккаунт рыцаря запомнила, мальчуган показался мне правильным, без гнильцы, вдруг ещё пригодится.

Примерно через сорок минут, жуя здоровенный бургер, хотелось хот дог, но представив себя со стороны отказалась, зрелище уж слишком двусмысленное, захожу в комиссионку. Как и в моем бывшем мире товара здесь на копейки, одно старье. Хозяин делает деньги на другом, а это так сказать офис, виртуально он не работает, ему нужно видеть клиента вживую.

В магазинчике окидываю взглядом витрины, один хлам: старые телефоны, двд проигрыватели и прочий неликвид. Не спеша подхожу к зевающему хозяину этого паноптикума.

— Здравствуйте. Не буду говорить от кого, это ваш старый приятель, но мне нужен полный комплект и некоторое оборудование. Оплата драгоценными камнями, — глядя в глаза продавцу сказала я.

Глот хоть и выглядел удивленным, но быстро сориентировался.

— Комплект стоит восемьдесят, остальное нужно уточнять, — улыбаясь ответил он.

Если не знать Глота, то можно повестись на такое разводилово. Он был большим любителем поторговаться, этим он убивал сразу двух зайцев: судя по реакции отсеивал подозрительных — раз, проверял платежеспособность клиента — два, ну и от скуки любил позабавится.

— Зачем же так обирать беззащитную девушку, я прекрасно знаю цены. За полный легальный пятьдесят, а вот по оборудованию и прочему только примерно.

— Хорошо. Давай конкретно что ты хочешь, но вначале плату на стол, — и он похлопал по прилавку.

Понятно что он успел просканировать меня на предмет всякого разного записывающего, ближайшие окрестности тоже. Его аппаратура была лучше чем у всяких спецслужб, уж это я знаю не понаслышке. Был в своё время заказ от него на ликвидацию курьера, тот слишком много знал и начал по пьяни распускать язык.

Выложив камни на прилавок приглашающе махнула рукой, пусть проверяет. Глот вооружившись портативным спектрометром со встроенным компьютерным диагностом быстро определил натуральность и чистоту драгоценных камней. Взгляд его

потеплел почувствовав наживу.

— Полный комплект легальных документов включая загранпаспорт и диплом о высшем образовании факультета иностранных языков. Из спецоборудования мне нужна диверсионная армейская рация и спецблок к ней. Бинокль с функциями ночного видения и тепловизора. Ещё нужны два пистолета ПБ и если можно то патроны к нему конца шестидесятых годов, может где на мобскладах завалялись. Пока это всё, — перечислила я свои хотелки.

Глот надолго задумался, постукивая пальцами по прилавку. Наконец огласил свой вердикт.

— За камешки даю сотню, больше никто не даст. Документы с дипломом — пятьдесят пять, рация с спец блоком — тридцать пять, бинокль и стволы ещё десять. Патроны бонусом за большой заказ. Итак согласна? — и он протянул руку.

Всё подсчитал чтобы выйти в ноль, но цена честная, хотя мог бы и сделать скидку бедной девушке. Если соглашусь то останусь без копейки, а мне тут целый месяц жить на что-то надо, да и на покупки шмоток и всего прочего бабла нужно немерено, хочу брендовые вещи, а не реплики и подделки китайские. Бумаги будут готовы не раньше чем через неделю, плюс пока доставят всё остальное, а переход только в новолуние, так что на тридцать дней я здесь точно зависла, времени на всё должно хватить, но вот как быть с финансами. Конечно достать деньги не такая уж большая проблема, особенно для меня, гоп стоп никто ещё не отменял, вот только наличных мало, всё по картам. Можно конечно и драгоценности брать, но это такое палево, да и скупщики платят копейки. Нет, вывернуться конечно смогу, вот только нужно ли мне это. Я не зря сидела в соцсетях, там многое узнала, вернее подтвердилась информация моего старого мира. Теперь ход за мной, а это шах и мат Глоту, от такого невозможно отказаться находясь в здравом уме и рассудке.

— Я согласна, по рукам, — протянула для скрепления договора ладонь, — Правда у меня есть и встречное предложение, но тогда вы мне будете должны по гроб жизни.

Уже практически пожавший мне руку, продавец эксклюзивного товара с ожиданием уставился на меня, его лицо не выражало никаких эмоций, только скучающая вежливость. Вот ведь гад непробиваемый, но ничего, сейчас я предложу такое, что ты у меня запляшешь.

— Речь пойдёт о вашей дочери, я смогу поставить её на ноги, если конечно вам это интересно, — предложила я.

По правде говоря мне было страшно, прошлое лечение далось очень тяжело, но тут выбирать не приходится, в моем положении это лучший вариант. Глот с его связями и умением достать любой товар будет очень полезен, я же буду здесь бывать регулярно, ну в будущем.

— Мне… это… очень интересно, — чуть не по слогам ответил Глот.

— Тогда едем к вашей дочери, через пару часов она будет здорова, ну а после договоримся. Идёт?

— Едем! Надеюсь это не разводилово, иначе…, - проговорил хозяин быстро собираясь.

Закрыв магазин сели в машину, через десять минут были у него дома. Сразу прошли в комнату дочери, где на медицинской кровати лежала она.

Я не зря была в сети, информация этого мира была похожа на мой старый. В шестнадцать лет Лана, а так звали дочку Глота, выпросила у него на день рождения мотоцикл. Через два месяца страшная авария, в результате которой она повредила позвоночник. Врачи чудом спасли ей жизнь, вот только Лана осталась парализованной. Работала лишь левая рука, еле — еле, но и то хлеб.

Когда мы вошли к ней, она с удивлением на меня посмотрела, понятно что гости у неё бывают не часто, если вообще бывают.

Сейчас ей почти двадцать, три года в таком состоянии, с ума можно сойти. Девушка приятная, с такими редкими пепельными волосами и серыми глазами. Был бы парнем то непременно бы влюбился, такая красивая.

— Привет Лана, я Ольга. Сейчас будем тебя ставит на ноги, — увидев её испуганное выражение поправилась, — Вначале лечить, а всё остальное потом. Согласна?

Пока она соображала что к чему и как ответить, я с её отцом осторожно переместили парализованную на пол, уложив животом на застеленный медицинской клеенкой пушистый ковер. Всё приготовил её родитель, заранее проинструктированный мной.

— Лана, будет больно и неприятно когда ты начнешь чувствовать своё тело, это примерно как мурашки по коже. Вот зажми зубами, — и я вставила меж зубов туго свернутый журнал.

Положив руки на шею и копчик начала вливать целебную энергию. Вначале она упиралась, но потом восстановив позвонки и нервный канал, начала разливаться по всему телу. Моя пациентка начала корчится от боли, хоть и самую большую часть я взяла на себя. Быстро кивнула Глоту, он навалился удерживая её неподвижной на полу. Через пару минут всё закончилось, я вытерла пот, всё оказалось не так страшно. Видимо всё дело в том, что мне нужно было восстановить всего несколько позвонков с нервными окончаниями, а не как раньше: чистить весь организм от миазмов раковой опухоли, плюс лечение от старости. Устало привалилась к кровати, а отец Ланы завернув дочь в простынь понес её в ванную, смывать выступившую на коже слизь. Я встала и поплелась за ними следом, мне тоже горячий душ не помешает. Там отправила хозяина на кухню готовить перекус, Лану усадила на скамейку душевой и включила тропический душ. Наверное мы были под ним не меньше часа, слышно как отец Ланы неоднократно заходил тяжело вздыхая. Потом все-таки не выдержав в приказном порядке попросил выйти из кабинки, нервы то не железные. Обмотались большими мягкими полотенцами, сменки то у нас нет, Лане была до этого ни к чему, а про свою я не подумала. Взяв пациентку под руку повела не спеша на кухню. Ноги у неё медленно передвигались, вспоминая моторику, так мы добрались до кухни, где дочке помог сесть на стул отец. Дальше мы кушали, вернее они, а я просто ела и ела. Шесть больших пицц моментально оказались в моем животике, дальше под пораженными глазами хозяев я с головой залезла в большой холодильник. Всё до чего могли дотянуться руки бралось и тащилось на стол, я же просила Глота позаботится о еде.

— Оля успокойся, сейчас доставят суши с десяток пицц и дюжину шашлыков. Извини, но я не знал что нужно заказать побольше, — говорил хозяин, пытаясь отобрать здоровую замороженную рыбину.

Сёмгу пришлось отдать, а вот колбасу нет. Впрочем заказ прибыл вовремя и я наелась. Живот из под полотенца выглядел как у беременной на последнем девятом месяце, причем собирающейся рожать не меньше чем тройню. На меня обеспокоенно смотрели оба, даже хотели вызвать врача, но я отказалась. Радушный хозяин проводил в гостевую спальню, где я сразу вырубилась как убитая.

На кухне сидела семья Кречетовых, дочь и отец. Сам глава семьи о чём то думал, одновременно щупая ожившие ноги.

— Пап, больно же. Ты мне синяки так поставишь. Скажи кто эта Ольга? Как ты её нашёл? И как она смогла поставить меня на ноги? — спросила Лана.

Отец наконец пришел в себя, всё ещё неверяще посмотрел на совершенно здоровую дочь, которая сидя у стола болтала ногами, пыталась руками оторвать кусок пиццы. В начале получалось плохо, руки были как чужие, но уже через час — полтора действовали почти идеально. Ещё раз потрогал ноги и правую руку дочери.

— Как она это смогла не знаю. Пришла сегодня по делу, мы с ней обо всём уже договорились, и вдруг она предлагает тебя вылечить. Я вначале не поверил, но в нашем положении хватаешься за любую соломинку, да и смысла ей врать не было, там большие деньги на кону стояли, теперь их нужно вернуть, да с процентами, я же не сволочь последняя. Чувствую что Ольга нам ещё не раз поможет, она для нас теперь как член семьи, из такой пропасти вытянула. И ещё Лана, про мотоцикл даже не заикайся, теперь только на машине будешь ездить. Договорились?

— Пап, ты меня за блондинку не держи, хотя Оля блонди натуральная, тогда можно, держи. Накаталась, хватит на всю оставшуюся жизнь. Теперь только на авто, которое пусть будет побольше. И ты не ответил кто она, зачем к тебе приходила.

— Известно зачем. От тебя у меня последнее время секретов нет, киллер она. Притом киллер экстра класса. Посмотришь на такую, прослезишься от умиления, а я глаза её видел, такие только у матерых убийц бывают. Непонятно когда она успела так заматереть, но если нас признает за своих, вернее человека не найти.

После этого оба надолго задумались, а в соседней комнате, на огромной кровати спала раскинув руки натуральная блондинка, с ярко синими глазами, которые так напугали Романа Григорьевича Кречетова.

Проснувшись к обеду, сладко потянулась, в животе заурчало, нужно покушать. Как вчера сюда пришла помню с трудом, вроде и не пила, а в памяти провал. На кресле рядом с кроватью лежала моя одежда, причем нижнее постирано, я оказывается спала голая. Только собралась встать, как открылась дверь и вошла Лана. Видно было, что ходит она пока неумело, вроде минера на минном поле, но ничего, через пару дней бегать начнет.

— Оля, я тебе тут домашнее принесла, одевайся и пошли обедать. После прошвырнемся по магазинам, у меня всё старое, вернее трехгодичной давности, мода же поменялась кардинально. Уже не думала что снова пойду на шопинг, у меня из обновок только памперсы были, остальное ни к чему, — и она разревелась.

Пришлось успокаивать, прижимать и гладить, шептать разные глупости. Постепенно Лана пришла в себя и заулыбалась.

— Меня ещё ни разу не прижимала к себе абсолютно голая девушка, да ещё и такая красивая. Давай одевайся и пошли. Папа просил передать что твои документы будут готовы через неделю, раньше никак. Оля, я очень тебя прошу пожить у нас это время, хорошо? Ещё вот пара банковских карт, на одной сто тысяч евро, а на второй десять миллионов рублей, это тоже от папы. Сейчас устроим чёс по магазинам, поменяем весь гардероб, — жизнерадостно сказала Лана.

Ну наконец успокоилась. Одеться действительно надо, голая же вся, только выпускать её из рук не хочется, такая хорошенькая, так бы и засадила по самые…, эх жалко что в моем положении нечем. Тяжело вздохнув быстро накинула принесенный халат и в душевую, кушать действительно очень хотелось.

— Оль, я смотрю на тебя и офигеваю, ты вчера с таким пузом ушла спать, еле из-за стола вылезла, папа встать помогал, а сегодня ты снова худенькая. Вот у меня море друзей, а такого чуда как ты нет.

— Это каких друзей? — немного ревниво переспросила я.

— Так в сети. У меня больше двух тысяч! — гордо ответила подруга.

— Это не друзья! Если не веришь, то давай проверим. Напиши всем, что появилось чудо лекарство, которое поставит тебя на ноги, только стоит оно очень дорого. Попроси друзей помочь собрать определенную сумму, пусть будет с десяток миллионов, а там посмотрим, — предложила я.

Вообщем из почти двух с половиной тысяч помогли лишь четверо, остальные мимо. Многие тут же вышли из друзей, остальные отписались своим бедственным финансовым положением. Вот и друзья называются, на телефон и интернет есть, а помочь нет, даже хотя бы копейкой. Подругу пришлось успокаивать по новой, розовые очки спали и разбились о суровую реальность мира.

— Лана, у тебя остались четверо верных друзей, а это поверь немало, и наконец появилась я, такая вся красивая, добрая и любящая. Цени! А теперь пошли по магазинам, мне как и тебе нужен приличный гардероб, у меня из сменки только запасные трусики с носовым платком в сумочке, — с этими словами подхватила под руку подругу.

Папа Ланы всё понял вчера правильно, подтверждение тому две банковские карты на очень немалые суммы. Сегодня затарюсь по полной, мне в моем мире всё сгодится, от затычек до норковой шубки. Мой основной стиль, это унисекс, ну и на всякий случай кое что на выход.

Протаскались до самого вечера, обошли наверное не один десяток магазинов и модных бутиков. Я даже не представляла что нужно столько вещей для нормальной жизни девушки, притом как сказала Лана — Это только самое необходимое. Наши покупки относили в машину, которую мы заказали на целый день. Шофер, молодой стеснительный парень, под нашими взглядами краснел, мы тут же воспользовались этим, попросив помочь слабым девушкам. Он отнесется к нашей просьбе ответственно, присутствовал на всех примерках, снаружи конечно, а потом относил наши покупки в машину. Для меня такое было впервые, немного необычно, как будто уступают место в трамвае. Сейчас заканчиваем уже пятую ходку, загрузив багажник и заднее сидение фирменными пакетами и коробками с обувью, возвращаемся домой, и так по кругу. Примеряя уже четвертый брючный костюмчик, с удивлением поняла что мне это начинает нравится, не костюм, вернее он тоже, а именно весь процесс: выбор, примерка и покупка, даже стало как то стыдно. Купив последние два брючника мы наконец отправились домой, нужно отдохнуть, завтра набег на спа салоны. Что это такое я представляю довольно неопределенно, завтра узнаю конкретней. Попрощались с нашим водителем, дали щедрые чаевые, он их точно заслужил, так старался.

Вся прихожая была заставлена разными фирменными пакетами и коробками, я даже не ожидала что мы столько всего напокупали.

— Что девочки, оторвались сегодня по полной? — спросил улыбаясь отец Ланы.

— Да что ты пап, это мы по мелочи быстро пробежались, остальное потом. Нужно срочно приводить себя в порядок, посмотри какие страшные ногти, про волосы вообще молчу. Оля так вообще катастрофа, даже не знаю хватит ли ей дня на всё про всё, — быстро затараторила подруга.

Мне было вначале страшно, Лана столько спустила на шмотки, и это только за один день! Но взглянув в улыбающиеся радостные глаза Романа Григорьевича на сердце отлегло, он был рад за дочку.

— Лана, ты же раньше была равнодушна к шопингу, а теперь в первые модницы лезешь, да ещё и Ольгу за собой тащишь, — спросил смеясь Кречетов.

— Ну не могу же я перед подругой быть пугалом, а то что было раньше ушло в прошлое. Я же теперь не крутая байкерша! — быстро нашлась Лана.

— И слава всем богам за это! Пойдёмте ужинать, там обо всем поговорим. Есть новости касающиеся нашей гостьи.

Ужин был праздничный, стол ломился от всевозможных деликатесов и напитков. Сам хозяин потреблял водочку из хрустальной бутылки, что это за марка не знаю, в первый раз такую вижу. Мы с Ланой не спеша пили Мартини в широких бокалах. Вино я не особо любил в прошлой жизни, предпочитал виски и бурбон. Многие скажут, что ничего хорошего в кукурузном самогоне нет, но мне нравилось, как и шотландский скотч. Сейчас в соответствии с положением приходится, во всяком случае на людях, пить только вино.

— Ольга, вот временная справка, паспорт как и всё остальное будет готово через неделю. По легенде вы из Прибалтики, блондинки в основном у нас родом оттуда. Заказанное вами оборудование доставят через десять дней, а хлысты уже завтра. С маслятами пока задержка, релоад на тысячу быстро не проведешь, если нужны современные для пристрелки, только скажи, с ними проблем нет. Может что нибудь ещё нужно? Например есть отличная плётка, с тишиной, — закончил Роман Григорьевич.

Ох и хитрющий господин Кречетов, всё приплел, от Прибалтики, до блатного и армейского жаргона. Может пытается собрать информацию обо мне, раз с фото и отпечатками не вышло, или это у него на автомате.

— Шпалеры с глушаками особо не пристреляешь, но я согласна, давайте постреляем, думаю и Лане это будет интересно, руки нужно разрабатывать. Насчет весла скажу сразу — пока не нужен. У меня огромная просьба, никому не рассказывать как встала на ноги Лана. Говорите что лечилась по системе Дикуля, сразу отстанут. У меня вроде всё. Да, главное — я здесь работать не собираюсь, и тем более втягивать в это вашу дочь. Слово! — и я откинулась на спинку стула.

Отец с дочерью переглянулись, за три года научились понимать друг друга без слов. Сразу заметила как они внутренне расслабились, значит мне поверили.

— Оля, ну что такое ты говоришь, мы тебе полностью доверяем. Просто я переживаю за тебя, может ты выйдешь из своего бизнеса, или хотя бы возьмешь отпуск. Пожалуйста, — сложив ангельски ладошки попросила Лана.

— Давайте не будем об этом. Я дала слово, здесь я не работаю! Завтра у нас с Ла трудный день, нужно привести себя в порядок, особенно меня, давайте спать, — с этими словами я встала, и пожелав спокойной ночи ушла к себе в комнату. Там быстро приняв душ завалилась спать, за этот день устала очень.

Семья Кречетовых спать пока не собиралась. Лана будучи прикованной к постели получила два высших образования, учеба немного отвлекала, можно было на время забыться. Первое получила юриста, а вот второе — психолога. Про мнимых сетевых друзей конечно знала, только не хотела в это верить, так было проще, но сейчас всё изменилось.

— Она не сказала ни одного лишнего слова, не дала и грамм инфы. Кто она и на кого работает, а главное кто клиент и где будет акция. Всё что мы слышали от неё, это простая болтовня, её можно вертеть в любую сторону. Ещё я заметила, что она явно родом из третьих стран, в современной моде и прочих женских мелочах не разбирается. В её слово можно верить, такая не предаст, есть в ней что-то такое. Про её дар ничего не скажу, это за гранью понимания, нам туда лучше не соваться, чувствую бездну. То что она опасна ты уже понял, но вот насколько, вряд ли. Она перережет глотку любому и не поморщится, вот только я её почему то не боюсь. Парадокс. Давай спать, сегодня целый день на ногах, представляешь целый день! Мышцы за три года должны были атрофироваться, а они как у спортсменки, как такое может быть? — и зевнув Лана поцеловав отца пошла спать.

Роман Григорьевич выпив стопку, быстро убрал со стола, в голове крутился анализ его дочери. Со всем был согласен, кроме одного, не из третьих стран она, скорее жила на военной базе, там с модой и прочим не заморачиваются. Ольга оказалась опаснее чем он думал, так сказала Лана, а ей он верил как себе и даже больше. Сегодня был небольшой семейный праздник, а на выходные уже заказан ресторан, там соберутся самые близкие и самые нужные. Ольгу представит своей дальней и единственной родственницей, чтобы запомнили и глупости на её счет не позволяли.

Утро началось неожиданно, рядом со мной кто-то лег, вернее грохнулся. Спросонья не разобравшись быстро подмяла под себя, а там улыбающаяся Лана. Ситуация опять двусмысленная, я сижу голая на полураздетой подруге. Почему полураздетой, так у нее из под короткой ночнушки голая попка торчит, и такая аппетитная, что не удержавшись слегка её укусила. Ланка взвизгнула, а я засмеялась, на сердце было легко и приятно.

— В следующий раз не только попу укушу, так Ланочка и знай, — слезая с неё сказала я.

— Ну ты Оль и садистка. Я же сейчас на неё сесть не смогу, и что подумают в СПА салоне, увидев этот отпечаток чьих то зубов, — разглядывая чуть чуть покрасневшую ягодицу спросила подруга.

Вот кто тут садистка ещё большой вопрос. Я же не железная, она тут крутится передо мной с задраной сорочкой, а мне остаётся пускать слюни. Была бы парнем, она бы уже давно получила по самые помидоры, впрочем мужик остается мужиком имея пальцы и язык, так что можно смело причислить себя к сильному полу.

В салон идти отказалась, купила ноутбук и засела за свою книгу. Писать не нужно, только диктуй, красота. Такими темпами за пару недель книга будет готова, а там переведу на английский и распечатаю на матричном принтере, будет похоже на печатную машинку. Лана целый день крутилась под носом, пытаясь узнать что же я такое пишу. Обещала вечером представить своё творение, читала с самого начала и конечно обоим Кречетовым. Постепенно это стало нашей традицией, днем если есть время пишу, а вечером читаю своим первым фанатам. Книга им зашла, что было неудивительно, я же старалась.

Неделя пролетела незаметно, в СПА салон мы всё таки сходили, понравилось, особенно массаж, а вот эпиляция нет. На стрельбище тоже побывали, там я уже оторвалась по полной, старые навыки не только вспомнились, но и появились новые. То что оружие мне не подходит и его надо менять, было понятно сразу, оно не успевало за моей реакцией, нужно что-то более скорострельное. Роман Григорьевич предложил Глок 18 или наш ОЦ 23. Австриец конечно меньше и удобнее, вот только калибр и ствол на замену, "Дротик" больше и тяжелее, правда и менять ничего не нужно. Решила брать ОЦ, с Глоком возни много, а мне нужно быть во всеоружии. Понятно что на дело с Дротиком не пойдешь, он и так большой, а с глушителем и вовсе как автомат. Вот для нападения на большое количество противников самое то, скорость стрельбы тысяча двести в минуту, у врагов нет шансов, они просто не успеют, все за пару — тройку секунд лягут.

В заказанном Кречетовым ресторане собрались лишь самые близкие и нужные, человек двести. За вечер со всеми перезнакомилась, кто рангом пониже заискивающе смотрел в глаза, царящих на вершине сразу видно, вокруг них кружил хоровод всякой мелкой шушары. Вечер удался, еда выше всяких похвал, а небольшой оркестр с пышной певицей был совсем неплох, хотя джаз мне никогда и не нравится. Через пару дней с Ланой сходили на дискотеку, вернее в какой-то клуб. Всё кончилось предсказуемо, меня какой то хрен похлопал по заднице, я его тут же приласкала коленом по яйцам, ещё один обкуренный полез к Лане, пришлось свернуть убогому нос. Дальше началась массовая драка, мы еле успели смыться до приезда полиции. На пару недель ход туда нам заказан, ничего, не больно и хотелось.

Документы были готовы, осталось только получить визы, папа Ланы обещал помочь. Ещё через три дня прибыло моё оборудование — радиостанция с спецблоком. В моем старом мире такого чуда ещё не появилось, оно могло практически всё. Сканирование практически всех частот, взлом любого кодированного сигнала, возможность дистанционного подключения к стационарной точке, глушилка, модулятор голоса, радар и многое другое. Всё компактное, рация как рация, плюс спецблок размером не больше пачки дамских сигарет. Про бинокль с ПНВ и встроенным тепловизором говорить особо нечего, это Вещь! Электроника автоматически вела до двадцати обнаруженных целей, всё можно было записать и в подробностях рассмотреть позже. Армейский защищенный планшет с возможностью удаленного подключения к рации, детекторам, электронному биноклю и прочим девайсам. Патроны прошедшие релоад в количестве тысячи штук были наконец доставлены, год на коробке стоял 1965.

Вот вроде бы и всё, можно съезжать от Кречетовых, но так не хочется. Наши вечерние посиделки, когда я читала свою книгу, а потом обсуждения за чаем, дорогого стоят. Очень быстро мне эти люди стали не чужими, да и тоскливый взгляд Ланы я время от времени замечала. Прошло уже три недели, осталось немного до новолуния, а там переход в прошлое.

Стою у окна задумавшись, что говорить подруге не знаю, врать не хочется, а правду не скажешь.

— Оля, не уходи, мне будет так без тебя одиноко, — услышала я за спиной.

Поворачиваюсь, там теребя юбку стоит Лана, по щекам текут слёзы. Не знаю что на меня нашло, прижала к груди и нежно поцеловала её в губы. Она не отпрянула, а немного задрожав уже сама ответила на поцелуй. Мы стояли и целовались целую вечность, наши языки вначале стыдливо встречались, а потом уже яростно боролись. Мои руки уже давно мяли её булочки, пробираясь всё дальше и дальше к заветному, она тоже не отставала. Вот моя рука уже была в её трусиках, проникая всё глубже и глубже. Лана вскрикнула и прошептала.

— Оля, я люблю тебя. С самой первой минуты, как только тебя увидела. Давно хотела тебе признаться но боялась, а сейчас вот решилась.

Я моментально отстранилась, внимательно всматриваясь в глаза подруге. Она испугалась моей реакции, на глазах появились слёзы, хотела убежать, но я её не отпустила, крепко обняла, поцелуями осушая лицо.

— Оленька, я ещё никогда и не с кем, наверное для тебя береглась. Мы же будем вместе? Правда?

— Правда, — улыбнулась я.

Внизу хлопнула дверь, пришел Роман Григорьевич, мы быстро расселись по креслам. Сегодня облом, зато завтра чувствую оторвемся по полной.

После ужина прочитала вновь сочиненное, до конца произведения осталась последняя глава, всем понравилось. Немного обсудив свеженаписанное, пошла спать, завтра решила встать пораньше, пора заканчивать книгу.

Глава 6

В столовой остались отец и дочь, та немного нервничала, наконец решилась, — Пап, мы с Олей будем жить вместе. Она меня любит.

— Когда же вы успели? Как это у вас так вышло? Ты сама её любишь? — спросил немного шокированный отец.

— Причем тут это. Ты представь какие открываются перспективы, от них просто захватывает дух. Неужели ты это не понимаешь?

Господин Кречетов задумался, перспективы действительно огромны, вот только будет ли счастлива дочь, одними деньгами, пусть даже и огромными, любовь не купишь. Что-то ещё не давало покоя, наконец он догадался.

— Лана, кажется Ольга нас слушает, тренируется со своим новым оборудованием.

— Не может быть, это же катастрофа, — с этими словами Кречетова выскочила из столовой. Вбежав в комнату подруги увидела как та застегивает свою сумку, а дальше Ольга презрительно взглянув отвесила пощечину. Подхватив свои вещи, стремительно покинула дом, на улице её уже ждало такси и она умчалась в ночь.

Зашедший в комнату отец увидел рыдающую дочь, та захлебываясь слезами могла только повторять, — Я люблю её, люблю, — дальше началась истерика. Пришлось вызывать врачей, которые накачали успокоительным по самое не могу, его единственное сокровище. Что делать дальше он не представлял, просчитать реакцию Ольги было невозможно, слишком непредсказуемой и опасной она была.

Вначале я не хотела подслушивать, но знать что на самом деле думают о моей книге было для меня интересно, да и с техникой так быстрее освоиться можно, всё же практика. Думали хорошо и вот на тебе, получите. Как она могла так нагло меня использовать, а я как малолетняя дурочка уши развесила. Быстро собрала свои вещи в две большие сумки, тут и бывшая подруга нарисовалась, влепила обманщице пощечину. Вышла из дома, села в заказанное такси, а дальше вокзал. Там Красная стрела унесла в Питер, подальше от этих Кречетовых. На душе было тяжело, Лана мне нравилась, да что себя обманывать — любила её сильно.

В городе трех революций заселилась в Дельте, недалеко от центра, всё под рукой. Пару дней просто бродила по городу, посетила несколько выставок и музеев, до новолуния осталось подождать трое суток. Всё что хотела забрать с собой было упаковано в две огромные сумищи, остальное в следующий раз, иначе как объясню тёте откуда появилось это добро. Вечером снова достала сканер, случайно нажала кнопку прослушки архива и из динамика послышался голос Ланы, это было последняя запись того рокового вечера. Сначала я злилась, но признание подруги в любви и последующая истерика заставили задуматься, что же это было. По телевизору шла дежурная часть, только взглянув на экран я сразу вскочила. В Москве, как передавал репортер, молодая девушка направила свой мотоцикл навстречу Камазу, водитель пытался отвернуть, только по этому байкерша до сих пор жива, но шансов как сказал врач у неё нет.

Вот ведь дура малолетняя, — бормотала я себе под нос в такси, а потом и в чартерном рейсе самолета. Через два часа была в столице, там за две тысячи баксов договорилась с гаишниками, которые включив гирлянду с крякалкой, быстро доставили меня в больницу.

В палате сгорбившись сидел отец Ланы, его руки дрожали, как мне сказал дежурный врач — сегодня ночью его дочь отойдет, до утра не дотянет. Я быстро подошла к подруге, голова в бинтах, да и всё остальное тоже.

— Роман Григорьевич, мне не должен никто мешать. Вы поняли? — обратилась я к отцу Ланы.

Только тут он заметил меня, на лице промелькнуло облегчение. Вскочив со стула и подхватил медсестру быстро скрылся за дверью.

Лана вся переломана, переворачивать на живот нельзя ни в коем случае, что же делать. Решение пришло само, и я немедленно начала действовать. Осторожно вынула изо рта трубку подающую кислород и сама прижалась губами к её губам. Правой рукой залезла под простынь, пальцами разрывая девственную плеву уперлась в матку. Она как губка моментально начнет впитывать в себя лечебную энергию. Языком уперлась в её язык и начала гонять по её телу свою целительную силу. Во рту и промежности подруги стало жарко, её тело немного потрясывало от переизбытка энергии. Минут через десять, как показали электронные часы висящие в палате, всё закончилось, я села на стул, ноги от усталости не держали. Лана открыла глаза и прошептала, — Я знала что ты не бросишь меня.

— Дура малолетняя! Не могла объяснить? Драть тебя надо как Сидорову козу! — устало ответила ей.

— Когда было говорить? Ты же мне сразу пощечину влепила. Я боялась папе сказать, вот и придумала про перспективу, неужели это было неясно? А насчет драть я согласна, только чем будешь, а?

— Что нибудь придумаю, уж мне поверь. Там я тебе уже порвала, видишь? — показала окровавленные пальцы, а потом под восхищенный взгляд Ланы их лизнула.

Кровь подруги ударила мне в голову, я почувствовала любовь, горе, отчаянье и надежду. Это лучший детектор лжи, не знала что так умею.

— Сейчас спать, поговорим завтра, — провела рукой по лицу Ланы, она тут же уснула.

На подгибающихся ногах вышла из палаты, там меня подхватил Кречетов, дальше не помню.

Пришла в себя лежа на знакомой кровати, сам хозяин сидел рядом, увидев что я очнулась сразу спросил что мне нужно. Прислушавшись к себе решила: шоколад и молоко, вернее много шоколада и сливок. Кивнув Роман Григорьевич вышел, а я стала размышлять о дальнейших своих шагах. Засветилась по полной, так у меня и выбора особо не было, или или. Не могла я оставить умирать Лану, она же меня любила, как впрочем и я её. Вот что сейчас делать ума не приложу, взять с собой в прошлое невозможно, живых перемещать запрещено, только предметы. Мне то всё равно, я ушла и поминай как звали, появится могу в другом месте, а вот что будет с Кречетовыми, их же на кусочки из-за меня порежут. Может пока не поздно надо бежать, например в Южную Америку или Африку. За такими невеселыми мыслями меня застал Глот. Глянув на меня всё понял, у меня же на лице это написано огромными буквами.

— Ольга, я очень благодарен за дочь. Прямо скажу — Не ожидал. Сейчас понятно почему она так к тебе относится. Про больницу можешь не волноваться, там всё улажено. Когда ты потеряла сознание, все решили что от горя и волнения, тем более такая молодая. На госпитализацию Ланы я написал отказ, врач был очень рад, больница частная и труп молодой девушки им совсем не к месту. Она вся в бинтах, так что никто ничего не понял. Медсестра только удивилась что пациентка дышит без кислорода, врач на ушко ей объяснил, будто я совсем глухой и ничего не слышал, мол перед смертью у многих на время улучшается самочувствие, вот и тут тоже самое. Она сейчас у себя спит, тело в порядке, уж прости не удержался проверил. Думаю через денек нам стоит поехать отдохнуть заграницу, куда захотите, хоть в Париж. Можем и в Нидерланды, там однополые браки разрешены, пожалуйста, я не против, живите, — закончил Кречетов ставя передо мной коробку с шоколадом.

— Ну зачем так спешить с Амстердамом, ничего ещё не решено, да и с перспективами неясно, — уколола я его.

Вроде мне стало всё понятно, но вот не смогла удержаться, нечего было за моей спиной так себя вести.

— Ну какая перспектива? Я что свою дочь не знаю, сразу всё понял. Она всю жизнь пацанкой была, отсюда и мотоцикл этот проклятый. Её платье одеть не заставишь, даже на выпускной заявилась в брючном костюме. Ты представляешь мой шок, когда вы устроили чес по магазинам, а потом она ещё про СПА салон заявила. Для тебя старалась, поняла что круче чем ты не станет, вот и поменяла тактику на противоположную. Любит она тебя! Что сейчас скажешь, только пожалуйста правду, — тяжело вздохнул Кречетов.

Пока он говорил я расправилась уже с третьей шоколадкой, теперь распечатывала одной рукой четвертую, а другой держала кружку с молоком. Роман Григорьевич снова тяжело вздохнул и отобрал у меня шоколад, стал сам снимать обертку.

— С вами сейчас поехать немногу, у меня работа. Послезавтра мне нужно будет исчезнуть на месяц или два, может три. Сами понимаете, загадывать наперед мне довольно трудно, карты могут лечь по-разному, но я вернусь, обещаю. Мои вещи остались в камере хранения аэропорта, прошу их привести, карта доступа к ячейке в кармане, там две сумки и рюкзак, — попросила я поедая уже шестую шоколадку.

— Всё будет доставлено сладкоежка, пей молоко, иначе попа слипнется, что тогда делать будете? — улыбаясь спросил он.

— Нам попы в отличие от гомо не нужны, так что пусть слипнутся, переживем, — рассмеялась я.

Через пару часов вещи были доставлены, шоколад съеден, молоко выпито. Сытно рыгнув повернулась на бок, на живот не ляжешь, он стал как шар, вообщем я уснула. Приснилась богиня, которая была очень мной недовольна, ей пришлось у многих стирать воспоминания, всё оказалось не так радужно как говорил Кречетов. Информация в ФСБ ушла, притом не от бдительной санитарки, а от самого доктора. Всё что случилось за последние сутки он забыл, как и все причастные к этому делу. Мне пришлось долго извиняться вымаливая прощение, с богами очень трудно, неизвестно что им придет в голову. После моих искренних сожалений была великодушно прощена и даже удостоилась похвалы, что не бросила свою любимую. Вот и пойми этих небожителей, вначале ругают, потом наоборот хвалят.

Про моего конкурента ничего выяснить не удалось, в этом мире или нет пока неизвестно, но лучше не расслабляться. По вопросу лечения и омоложения посоветовала не усердствовать, лимит организма десять человек в год, но всё зависит от глубины и силы воздействия. Например сломанный позвоночник тяжелой болезнью не считается, целебной энергии нужно минимально, а вот если рак или омоложение на двадцать лет, такой лимит за один сеанс, тогда сил отдать нужно очень много.

Потрепав на прощание меня по голове Феменина исчезла, а я проснулась. Часы показывали семь утра, все наверное ещё дрыхнут, особенно Лана, она у меня совунья. Самочувствие было отличное, настроение тоже, значит душ и завтрак.

На кухне никого не было, я была права, спят лежебоки. Кофе и яичница с беконом, потом разбирать и укладывать свои вещи, которые я возьму с собой. Сумки с рюкзаком лежали в моей комнате, не иначе Роман Григорьевич притащил ночью, когда я уже спала. Перебирать начала с рюкзака, там самое ценное: оружие, рация с спец блоком, армейский планшет, бинокль, немного драгоценностей и отпечатанная рукопись на двух языках. Ещё раз всё переложила, а пистолеты снова почистила, оружие должно чувствовать заботу хозяина, тогда оно не подведет в нужный момент. Два ПБ, Два Дротика с глушаками и один Бердыш. Последний мне понравился быстрой сменой стволов, поэтому к нему положила запасные, по три под калибр 9х18 и 7.62х25. Патронов взяла немного, по сотне на каждый ствол, зачем жадничать. Для Дротика подойдут от Марголина, а от боеприпасов ТТ в советское время все склады ломились. Теперь начала перекладывать одежду в первой сумке. Женские джинсы трех цветов: синие, черные, белые. Такие же сарафанчики, юбки, комбинезоны с шортами и джинсовки. Всё еле еле запихала в сумку. Во второй спортивный костюм, футболки, майки, шорты, нижнее белье, носки, прокладки и обувь. Сумка получилась такая же большая как и первая, набита под завязку. Вот вроде и всё, можно завтра отправляться домой, по тетушке соскучилась, целый месяц не видела, как она бедная там без меня. Хотя чего это я туплю, там и дня не прошло, вернусь в то же время, ну почти.

Закрыв последнюю сумку повернулась к двери, там стояла Лана и по-видимому уже давно. На её глазах были видны слёзы, опять себя накрутила, вот за что мне всё это.

— Оля, ты уезжаешь? А как же я? Ты меня до сих пор не простила? Останься пожалуйста, — чуть не плача попросила подруга.

Пришлось обнимать и успокаивать, заодно объяснять и обещать. Через месяц, край три я вернусь, но работу за меня никто делать не собирается, придется время от времени пропадать. Контракт отменить нельзя, по моей профессии увольняются только раз, вперед ногами. Кречетова дурой не была, поняла всё правильно, впрочем при бизнесе её папани это понятно, у него тоже есть обязательства до гробовой доски.

День решили провести вне дома, отправились на арендованной яхте кататься по реке. Вода успокаивала, мы сидели обнявшись на диванчике с бокалами вина и строили планы на будущее. Было приятно окунуться в эту спокойную атмосферу, да ещё в обнимку с красивейшей девушкой. Катались до утра, от вина рухнули последние барьеры и мы под конец уже никого не стесняясь вовсю целовались. Что при этом думала команда лучше наверное не знать, я лишь заметила одно, у капитана весь день и всю ночь топорщились брюки на одном месте. Ох и худо ему придется утром, яйца так сильно болеть будут, впрочем теперь это уже не мои проблемы, да таких у меня и не будет больше.

В шесть утра были дома, усталые завалились спать, поднялись только к ужину. Через пару часов мне уходить, Лана плакала да и у Роман Григорьевича подозрительно блестели глаза. Обнялась на прощание с обоими Кречетовыми, потом села в такси, назвала адрес и уехала в ночь.

Двор за месяц совсем не изменился, надев рюкзак и подхватив сумки скрылась в кустах, там быстро впала в транс представив место изначального перехода. Перед глазами появилась воронка, которая моментально меня втянула, а может и наоборот, затем хлопок и я на месте.

Тетя сегодня на ночном дежурстве, так что разложить вещи и спрятать оружие с патронами времени хватит. Подхватив сумки быстро к себе домой, хорошо что темно, лампу в фонаре я вчера из рогатки разбила, ещё не успели заменить.

Дома не спеша разложила вещи, шкаф и комод скрыли все мои обновки. Оружие скрылось под подоконником, там была небольшая ниша, хватило впритык. Завтра пару стволов отнесу к себе в коммуналку, там спрячу в диване. Вообще-то не дело держать такое у себя дома, но пока некуда, впрочем есть одно место, там никто не догадается искать. Завтра разберусь с волынами, а послезавтра театр одного актера, пора мне становится известной писательницей, и новейшее оборудование в этом очень поможет. Еще через неделю нужно как-то встретится с господином Гетти. Это пожалуй один из первых долларовых миллиардеров и он мне очень нужен, вернее это я ему нужна, но он пока об этом не знает. Про него мне рассказал мой знакомый из МИ-6, он занимался расследованием похищения его внука. По его рассказам Гетти был очень скупым, даже своё бельё сам стирал, экономил. На жён и любовниц денег не жалел, тем более на себя любимого. Сколько он на пластические операции и косметические салоны спустил, одним богам известно, очень хотел выглядеть помоложе. В моем старом мире он умер в 1976, но вот в этом небольшой сдвиг назад, а может наоборот вперед. Сейчас ему семьдесят семь, умрет через пару месяцев, у него рак простаты. Зачем к нам в Союз прилетел непонятно, наверное какой то выгодный контракт по нефтянке. Человек уже практически в могиле, но побороть свою жадность он так и не смог до самой смерти. За жизнь такие цепляются обеими руками, ногами и зубами, так что придется раскошеливаться, потому как — в гробу карманов нет!

Вот вроде бы и все планы на ближайшую неделю, а там если всё хорошо пойдёт, нужно будет съездить на Ставрополье, чете Горби передать свинцовые гостинцы, а может чего другое придумаю. Пора спать, завтра трудный день.

День оказался действительно трудным, но не таким как я его себе представляла. Тянущая боль внизу живота и кровавое пятно на простыни, поставили крест на моих планах. Начались месячные, про которые я и вовсе забыла, думала обойдется, я же особенная, но вот фигушки. Белье в стирку, самой на подмывку, хорошо ещё прокладок разных набрала, теперь пригодятся. Состояние было никакое, ничего не хотелось, разве кого-то убить, причем быстро и жестоко. Пришедшая утром с суточного дежурства тетя сразу всё поняла, не зря она следователем работает. Предложила марлю и вату, от них я сразу отказалась, как это всё применять и крепить к трусикам не представляла, извращение какое-то. Было стыдно, вроде как узнали про мужика носящего лифчик. Простынь нужно застирывать, нижнее тоже, а нормальной стиралкой не озаботилась, её в первую очередь нужно было сюда тащить, а не всё остальное. Вятка-автомат появится не раньше начала восьмидесятых, то что сейчас в продаже просто ужас, бочка с моторчиком, всё нужно делать в ручную. Трусы вначале хотела выбросить, но потом передумала, сколько это у меня продлится неизвестно, запасы нижнего белья небезграничны. С собой из будущего притащила много всяких разных, по этому поводу Лана целый ликбез устроила: стринги четырех видов, различные слипы, шортики, бразилианы, бикини, деван-дерьер, кюлот, танги, тонги, хипстеры, брифы и даже боксеры. В голове не укладывается, столько всего навыдумывали для соблазнения мужского пола. Впрочем если ты жирная корова, то вряд ли стринги помогут захомутать самца, он скорее сбежит увидев такое чудо, причем очень быстро. Хотя есть любители и таких девах, я даже знал одного такого. Баба у него была просто огромной, за сотню кило точно, а он и рад. Говорил что с такой не замерзнешь, жара от неё как от буржуйки, вся мягкая и нежная, а какие у ней буфера, подушки не нужно! Частенько тащила своего благоверного из кабака взяв подмышку или закинув на плечо. Готовила она конечно классно, пальчики оближешь, да и характер был мягкий и добрый, так что про женщин в теле ничего плохого не скажу, каждому своё. Черт, опять потерялась вспоминая прошлое, я же про нижнее белье, вернее про стиралку, нет о прокладках думала. Чего о них думать, есть пока, а там снова куплю.

— Оля! Ты о чем мечтаешь? Я тебя на стрельбу записала, ты же просила. Если покажешь хороший результат, то будешь представлять наш отдел на предстоящих соревнованиях. Оформим тебя как практикантку, прокатит влегкую. У криминалистов так половина оформлена, грамоты и премии гребут под себя, совесть совсем потеряли. Хотели вначале на борьбу, я сразу сказала нет, пусть сами пытаются, а то ишь чего придумали, чтобы девчонка за них отдувалась, — разошлась под конец тетушка.

То что на стрельбу записала это здорово, всего не предусмотришь, всякое может случится, а у меня железная отмазка почему пороховые на руках и одежде. Патронами тоже можно будет разжится для Дротика, спортивная стрельба ведется из Марголина. Этот пистолет стал иконой для понимающих, такой удобный и красивый. Если хорошо себя покажу, а в этом я не сомневаюсь, то МЦ разрешат иметь дома. Практика мне нужна, иначе можно все навыки растерять, хотя я же в будущем могу настреляться до отрыжки из всего что хочется, можно даже из пулемета, только плати.

— Ольга! Ты невозможна! Сколько можно летать в облаках? Может ты влюбилась? Давай отвечал на чистоту, — грозно сощурив глаза спросила тетя.

— Да нет у меня никого, и не будет! Я книгу закончила, хотела в издательство идти, а тут на тебе, — печально ответила я.

— И в чем проблема? Бери и иди, ты же не больная, а здоровая красивая девчонка.

Так то оно так, но мне пока такое состояние непривычно, денек посижу дома, пообвыкну немного. Может сегодня или завтра большое пробежит, да и низ тянуть не будет. Вот чувствую опять потекло, нужно снова менять прокладку и подмываться, или наоборот? Подумав решила наоборот, и чмокнув дорогую Настасью Федоровну, убежала в ванную.

Глава 7

Сейчас я сижу на скамье недалеко от издательства, сканер быстро нашел нужную телефонную линию, а спец блок к ней уже подключился. Нажимаю на кнопку, программа пошла, сейчас будет два звонка с небольшим интервалом, а завтра меня здесь примут как самую дорогую и долгожданную гостью. Я к этому долго шла, вернее сидела дома, готовилась. Месячные продлились два дня, на третий немного помазало и всё закончилось. За это время составила и записала свой монолог с помощью модулятора голоса, вставив его в скремблер, на всякий случай. Вот сейчас нажимаю кнопку, вызов пошёл.

Аркадий Эдуардович Мальчин был с самого утра в приподнятом настроении, выходил его сборник "Ленин в печати". Хотя страниц было немного, набралось чуть больше двух сотен, но всё равно, гонорар был совсем неплохим, это же Ленин. Вот уже три года он возглавлял издательство "Книга", хорошая должность, приличная зарплата и возможность получение разного дефицита. Через месяц с семьей по бесплатной путевке на юг, там можно будет отдохнуть и развеяться, благо деньги за книгу были уже получены. От приятных мыслей отвлек телефон, вообще-то все звонки шли через секретаршу, этот номер знали лишь очень немногие, самые близкие и нужные. Поднял трубку, женский голос предупредил что сейчас с ним будут разговаривать из ЦК ВЛКСМ. После минуты молчания, за которые главный редактор успел передумать многое, бодрый мужской голос поздоровался и не представившись, только уже это говорило о многом, начал бодро говорить. Было ощущение что ты сидишь в зале, а тебе с трибуны рапортуют о победах социализма. Ответственный товарищ напомнил о прошедшем последнем пленуме партии, решении правительства и многом другом. Вообщем минут десять вещал без остановки, Мальчину лишь оставалось вовремя поддакивать и соглашаться со всем принятым в центральном комитете партии. Под конец неизвестный поинтересовался о внедрении в жизнь последнего тезиса Леонида Ильича — Повышение благосостояния советских людей и организация их досуга. Пришлось выкручиваться, благо большой опыт имелся.

— Вот старшие товарищи решили выпустить в преддверии осеннего съезда приключенческую книгу, с глубоким политическим смыслом. Молодой талантливый автор и его произведение утвержден Самим! Комсомол тоже решил не оставаться в стороне, поддержать не только словом, но и делом своего лучшего члена! Вы понимаете всю серьезность этого момента? Мы на вас надеемся, знаем не подведете. Запомните — Лёд Ольга Викторовна, — закончил неизвестный.

В трубке раздались гудки, разговор был закончен. То что книгу нужно будет выпускать без всяких препонов понятно, но что за книга и кто этот неизвестный автор? Звонили из ЦК комсомола явно не случайно, не иначе примазаться хотят или кто-то очень сильно надавил, а может… Уж кто как не эти, кожей чувствуют любые перемены идущие сверху. От размышлений прервал новый телефонный звонок, не ожидая ничего плохого редактор поднял трубку.

— Здравствуйте, это из секретариата Центрального Комитета Коммунистической партии. Будьте на связи, с вами хотят поговорить из центральной партийной комиссии.

Ждать пришлось не меньше пяти минут, наконец что-то щелкнуло и голос с небольшим прибалтийским акцентом поздоровался. В этот раз политинформацию не проводили, сразу поставили задачу: выпустить в короткий срок молодежную приключенческую книгу. Планы на неё огромны, произведение было прочитано лично Самим. Издаваться будет по всему миру, так что соответствуйте историческому моменту. Аркадию Эдуардовичу запомнились последние слова — Нам в стране всякие Толкины не нужны, свои на порядок лучше. Главреду оставалось только поддакивать и выражать полное согласие. Под конец пожелали удачи, связь прервалась. Только сейчас Мальчин заметил, что не сидит в кресле, а стоит на ногах согнувшись в поклоне. В голове была одна мысль — кто же это с ним говорил. Прибалтийский акцент ни с чем не спутаешь, значит сам Пельше. Этот динозавр в партии с пятнадцатого года, пережил революцию, гражданскую, Сталинские чистки, Великую отечественную и наконец изгнание Хрущева. Мастер политических интриг, он спинным мозгом чувствовал любой ветерок, тут же подстраиваясь под него. То что звонок был из партконтроля, а не из отдела пропаганды говорил о многом, началась борьба за пост, Яковлева не утверждают уже который год, значит есть претендент продвигаемый лично Арвидом Яновичем. Становится у такого на дороге опасно, Яковлева списали, ему повезет если в какое нибудь Зимбабве послом отправят. Мысли летели, мозг просчитывал варианты, выход был один, и Мальчин моментально успокоившись вызвал Эду Борисовну Кузьмичеву. Все вопросы по Ольге Лёд будет решать она.

— Нужно как можно быстрее запустить в печать, думаю первый тираж в сто тысяч. Если брать не станут, то по библиотекам и школам разойдется, — прикидывал главный редактор.

— Мы не знаем в каком состоянии произведение. Редактированием займут лично, за неделю постараюсь управиться. Если книга стоящая, то тираж можно будет и увеличить, скажем до трехсот тысяч. Приключения и фантастика всегда в дефиците, спрос постоянный. Что будет по финансам, ей и мне? — спросила Эда Борисовна.

— Платим по высшему, пятьсот за лист, ну и умножим на тираж. Себе сама посчитай, там решим. Вроде всё, быстрее бы пришла эта доморощенная писательница, может всё заново у неё придётся переписывать, а это время. Там, — он показал на потолок, — это не поймут, оргвыводы сделают моментально, не такие там люди сидят чтобы прощать. Меня моё теперешнее положение устраивает, не хочу в какой нибудь Мухосранск переводом, — закончил Аркадий Эдуардович.

Занимательно, даже не ожидала такого эффекта. Главреда понять можно, терять такую работу не захочет никто, только идиот. В издательство приду завтра утром, пусть сегодня поволнуются, глядишь и посговорчивее будут. Моя спец рация с наворотами показала себя выше всяких похвал: запись передала, я слушала всё через микрофон телефона, даже сейчас при положенной трубке всё слышно. Товарищ Мальчин оказался ещё тем проказником, в данный момент он судя по вздохам натягивал секретаршу Дусеньку, не иначе снимал стресс. Вот сейчас под её — Может туда не надо, — он запыхтел сильнее. Значит перебазировался, да и партнерша вскрикнув застонала совсем по-другому, вроде как болезненнее, не то что раньше.

Отключила рацию, сняла наушник и пошла домой, вернее поехала, такси ждало за углом. Четвертак улетел, зато я была дома без всяких мучений и задержек. Нужна своя машина, день совершеннолетия не за горами, а пока обойдусь мотоциклом, лето на дворе. Через три дня встречаюсь с миллиардером, предложу свою книгу, ну это так для разных топтунов, а вот в номере я с него получу всё остальное. Мелочится не буду, он не один, все хотят жить долго и без болезней.

Дома сложив ПБ с глушаками в хозяйственную сумку отправилась на кладбище, да-да, именно туда. Сегодня день рабочий, народу мало, так что никто не увидит как я проникаю в один старинный склеп. Он конечно заперт на большой висячий замок, открыть который для меня раз плюнуть. Там в одной из ниш с прахом останутся мои тихие подружки, надеюсь скоро пригодятся.

Вечером мы сидели с Катериной и объедался пирожными, которые я купила заранее. Днем созвонились, а сейчас секретничали на кухне. Тетя понимающе покачала головой и свалила к друзьям в общагу, делится впечатлениями от новой квартиры.

— Вчера тех насильников привозили из тюрьмы к нам на операцию. Зашивали всем троим прямую кишку, порвали её у них, — рассказывала Катя.

— Значит лишились девственности, или у них это мужественности. Ты же медик, как это по научному? — спросила я.

— Нет такого термина, а тут просто: половой акт, повлекший повреждение анального сфинктера и прямой кишки при насильственном введении напряженного полового члена. Мне если честно трудно представить что за агрегат там был, он должен быть огромным, — округлив глаза сказала подруга.

Да уж, мальчикам не повезло нарваться на такого полового гиганта, а может их сразу по двое приходовали. Вот сейчас они поняли на своей заднице, что сами творили и как ломали жизнь другим. Издеваться над более слабыми, тем более девушками, могут только полные подонки. Жизни теперь у этих петушков не будет, лучше сразу вскрытся самим.

Подруга кстати очень высоко оценила нашу квартиру, ходила и охала, говорила как в музее. Жалко тети Насти не было дома, это был бы просто елей для её души. Устроились спать вместе, я ей по секрету показала несколько своих обновок, и даже подарила пару комплектов нижнего, плюс колготки.

Утром опять все разбежались, тетя на службу, хоть у неё и выходной, Катерина на практику, я в издательство. После обеда нужно заехать в тир, там хотят посмотреть и оценить мою стрельбу, что ж не будем разочаровывать людей, покажем класс.

Оделась в джинсы стрейч и короткую до пояса джинсовку, черную майку с надписью KISS на груди. Группы такой ещё нет, ну и наплевать, мне эти размалеванные никогда не нравилось, одно слово шуты гороховые. Из драгоценностей решила брать золотой сапфировый гарнитур: небольшие серьги, кольцо, кулон и массивный золотой браслет. Небольшие камни под цвет моих глаз, вроде просто, но вы бы знали сколько стоили мне натуральные сапфиры! На левую руку массивные Ролексы, привычка ещё из прошлой жизни. На ноги красно-синие кроссовки, в руки кожаный дипломат. Всё стильно, дорого и богато, думаю оценят. В издательстве должны сразу понять, что пришла не простушка, а девушка со связями. Ладно с этим, вот вчера произошел интересный случай, вернее находка, ещё хорошо что её первой обнаружила я. Сумку с обувью по прибытию сразу засунула под кровать, а вот накануне достала, чтобы кроссы выбрать, я же их три пары притаранила, не считая прочих разных босоножек. И вот на дне под всеми шузами обнаружилась кобура с АПС, причем под патрон от ТТ. Глушак, четыре обоймы и три запасных ствола. Машинка претерпела полную модернизацию, ручная работа, корпус титановый, облегченный. Сделала дело, ствол поменяла, боек подправила и пистолет снова как новый, чистый. Была в кобуре благодарственная записка от Кречетова. От Ланы тоже был презент — LHR Combat Knife, один из самых лучших боевых ножей. У меня уже был один, не удержалась купила керамбит. Его форма меня всегда завораживала, это просто произведение искусства, так удобно лежит в руке, не клинок — песня.

Ножевым боем я владел не хуже мастеров, спасибо моему американскому другу, кстати от него я узнал про керамбит. Вот чёрт, опять в воспоминание ударилась, нужно поменьше старое ворошить, пройдет несколько лет и прошла жизнь будет восприниматься как сон. Для меня сейчас важно в себе разобраться, кто же я на самом деле, что перевесит — женское тело или мужской разум, душа как известно бесполая, ей всё равно.

Приехала, вылезли из такси на соседней улице, решила перестраховаться, послушать что происходит в кабинете. Честно сказать такого я не ожидала, тем более утром. Товарищ Мальчин у себя в кабинете пользовал секретаршу, вернее только пытался. Дусенька судя по причмокиванию пыталась поднять бойца, но тщетно. Главред был раздражен, видимо ночь была бессонная или снились кошмары. Я кстати один такой знаю: его пнув под зад коленкой отправляют в славный город Мухосранск, где он с утра до позднего вечера набирает шрифт для сельской газеты — "Агроном и поле".

Пора идти выручать секретаршу, иначе язык смозолит, как тогда на звонки будет отвечать? Вообще-то с выводами я поспешила, он же там как шланг болтается, таким мозоль не натрешь.

На входе кивнула сонной вахтерше, та только зевнула. Что она такого ночью делала, немолодая уже, впрочем это её дело. Помню была у меня соседка-пенсионерка, так она…, опять не туда мысли убежали. Впрочем зачем себя обманывать, секса хочется до невозможности, пока сюда шла на задницу одной девицы в коротком платье засмотрелась. Засмотрелась, пока она не повернулась, всё желание тут же пропало, такая страхолюдина, как же она бедная себе кавалера найдет, он же ночью спросонья заикой станет или вовсе помрет от инфаркта.

Вот и дверь в приемную главного редактора, захожу там никого. Я то знаю над чем сейчас пуская слюни трудится секретарша, поэтому стучу в дверь Мальчина. Через пару минут щелкнул замок и оттуда вышла злая офис-менеджер, это если по английски. Не дав ей сказать, представляюсь, и чудо, сразу разительная метаморфоза — мне улыбаясь просят подождать секунду, сейчас она быстро узнает у своего начальника, не занят ли он срочным и неотложным делом. Как оказалось — важные дела конечно есть, притом очень значительные, но для меня найдется минутка.

Никогда не любила такого очковтирательства, поэтому на входе не удержалась.

— Вам милочка нужна стойкая несмываемая помада, разводов не будет, да и губки так не опухнут, — сказав закрыла у ошарашенной Дуськи дверь перед самым носом.

Товарищ Мальчин был вначале растерян, но надо отдать ему должное быстро взял себя в руки, вышел из за стола и поздоровался за руку. Было немного противно, буквально минуту назад он этой ладошкой тряс свой писюн, но как говорится — бизнес прежде всего! придётся потерпеть.

Усевшись на стул, довольно кстати неудобный, решила сразу перейти к делу, но меня попросили подождать редактора, которая будет непосредственно заниматься моей книгой. Пока её не было, Мальчин начал меня расспрашивать, пытаясь понять кто я, вернее кого и какую силу представляю. Пришлось отшучиваться, делать удивленные глаза, но понемногу делится информацией, якобы оттуда. Своих покровителей я не сдала, но и так было понятно что за это за сила — Партконтроль!. Главред сам всё за меня придумал, зачем переубеждать и расстраивать человека, пусть так и будет. Наконец пришла редакторша, только взглянув на неё сразу поняла, цену она себе знает, представилась Эдей Борисовной Кузьмичевой.

Не стала долго разглагольствовать, открыв дипломат достала из него две стопки. Одна отпечатанная рукопись, вторая макет книги, отдельно рисунки.

— Итак Аркадий Эдуардович и Эда Борисовна, здесь всё что вам нужно, макет подготовлен, можно сразу утверждать и выпускать книгу. Вместе с рисунками ровно двадцать авторских листов, первый тираж думаю, вернее там, — я ткнула пальцем в потолок, — тысяч триста, можно пятьсот, это на ваше усмотрение, правда и отвечать тоже вам. По финансам так: если триста тысяч, то мне сорок, если пятьсот, тогда шестьдесят. Сами понимаете, расходы велики, а боги велели делится. Это всё я вам оставляю, проверяйте. Послезавтра подпишем договор, вообщем удачи товарищи, — и я встав пожала им руки.

У самых дверей повернулась.

— Кстати, у вас очень большой кабинет, а зоны привата нет. Неплохо бы диван и пару удобных кресел вокруг столика, как например в ЦК. Стулья убогие, такие только в Совмине остались, да и то не везде. До свидания, — наконец я вышла из кабинета.

В приемной секретарша наводила марафет, от служебного рвения смазалась не только помада, но и потекла тушь с ресниц.

— Тушь тоже советую влагостойкую, — сказала на прощание, закрыв дверь в приемную.

Вот теперь всё, осталось поймать такси и домой переодеваться, потом в тир.

Главный редактор долго смотрел на закрывшуюся дверь, наконец очнулся.

— Что будем делать Эда? Девушка очень непростая, опасная. Пытался расспросить, отшучивается, но кое что мне узнать удалось. От партконтроля ЦК она, а уж чья дочь или внучка может узнаем позже. Одно скажу точно, не любовница, слишком независимая, смелая и наглая. Нас ни о чем не просила и не спрашивала, сразу перед фактом поставила, да ещё тонко намекнула с кого спрос будет, — тяжело вздохнул главред.

— А ты заметил какие на ней драгоценности, это не бижутерия, у меня глаз наметанный. Часы на руке Ролекс, сколько стоит боюсь подумать. Про одежду даже говорить не буду, дорого, уверена у неё и нижнее сплошной импорт. И ещё, сидела она по хозяйски, ноги не сжимала, а наоборот! Дуське твоей сразу место указала, да и тебе получается тоже, я у дверей была, всё слышала. Книга уже в макете, значит всё решено, бери и печатай. Я конечно проверю, но уверена — там всё чисто. Завтра подробно расскажу, может узнаю по стилю кто правил. Если написано отлично, а я в этом не сомневаюсь, то давай полумиллионный тираж, наверху думаю оценят. Ну и наконец она из прибалтийки, блондинки у нас все оттуда, кстати — глава Центральной контрольной комиссии латыш. — закончила Эда Борисовна.

— Вчера связался с Госкомиздатом, так там даже говорить со мной не стали, сразу — решай сам. Никому не хочется брать ответственность, случись что так все сразу не при делах, на меня всех собак спустят и поеду я в Мухосранск, если вообще поеду. Вот ты назвала Ольгу прибалткой, только у неё фамилия и отчество не похожие, — вытирая пот сказал Главред.

— И что? У тебя тоже фамилия Мальчин, да и отчество не Израилевич! Хватит плакаться, ты знал куда шел, в простых редакторах как я сидеть не захотел, вот и получай. Да и чем ты рискуешь, выпустим эту фантастику, её моментально с полок сгребут, издательству прибыль, а нам премии. Дальше зарубежные контракты, а значит чеки в Внешторгбанке. Успокойся, — с этими словами Эда Борисовна прихватив со стола печатную рукопись и макет книги покинула кабинет своего начальника.

Дома переоделась в простые джинсы и футболку, отправилась в тир. Пропуск был выписан, хотя у меня сложилось впечатление что прошла бы и так, на пропускном были знакомые. Объяснили где находится вход в подвал, там сразу за поворотом тир, вообщем услышишь. На месте мне прочитали длинную, нудную инструкцию по технике безопасности и хмуро глядевший майор вручил МЦ-1.

Отстрелялась хорошо, даже отлично. После замены четвертой мишени сзади стояла толпа, негромко комментируя мои весьма нескромные достижения. Пистолет был не новый и хотя на вид ухоженный, но всё равно не то. Оружие не для разовой акции выбирается довольно тщательно, тем более для постоянной стрельбы на соревнованиях, этот образец был чужим, с таким рекордов не поставишь. Пистолет Марголина вообще произведение искусства, красивый и удобный, он до сих пор ценится всеми признанными стрелками и имеется в коллекции у многих, как в прошлой жизни и у меня тоже.

— Недурно, совсем недурно. Я поначалу был против девушки в команде, но сейчас всеми руками за, — забирая оружие сказал хмурый.

Чистить мне его не доверили, сказали после. Сегодня просто были смотрины, которые я легко прошла. Сейчас осталось закрепить результат и заставить уважать себя.

— По вашим мишеням могу сказать только одно — неплохо, конечно не фонтан с цветами, но пусть будет хотя бы так. Соревнования выиграть вам будет трудновато, но я готова помочь. У меня условие: разрешение на свой личный пистолет, чужими пользоваться не собираюсь, это на мой взгляд дилетантство. Ладно я пошла, если что звоните.

Все завороженно смотрели как закрывается дверь за белокурой красавицей.

— Лев Кирилыч, мы же её не отпустим, вернее возьмём в команду, — раздались голоса молодых милиционеров.

— Я бы на такой хоть сегодня женился, как подумаю, так мороз по коже, до чего же хороша, — мечтательно произнес младший лейтенант.

— Смотри как бы женилки не лишился. Тетка у неё ещё та, яйца оторвет и не поморщится, скажет так и было, а все вокруг подтвердят. У неё весь МУР в друзьях, приятелях и знакомых, — предупредил его друг.

— А ей и тетка не нужна, видел как она комитетчика отметелила, раз и он лежит ртом воздух глотает, два и за горло держится. Боевая девица, такая сама будет решать кто её мужем станет, когда и насколько, — вставил второй.

— Уговорили черти. Сегодня пойду к руководству за разрешением на оружие. Дадут без проблем, я тоже жил в общаге и прекрасно знаю Анастасию Федоровну. Убийц её мужа брал лично, подонки были ещё те. Начальство нашу капитаншу ценит, многие под её началом служить начинали, так что всё будет в порядке. Заместителя начальника кадров лично от пули собой прикрыла, он тогда ещё курсантом был. Сколько раз на повышение предлагали, отказывается, поэтому и в капитанах до сих пор, а так бы уже давно в папахе ходила. Мотайте на ус, что будет с тем кто её единственную кровиночку обидит. Для информации — Ольга сирота, у неё только тетя осталась, так что относитесь к ней с вниманием, — закончил майор, по совместительству тренер стрелковой команды.

Глава 8

Вот так, пусть сейчас думают, хотя уверена что всё будет отлично. Разрешение на огнестрел принесет тетя Настя, ей передаст тот хмурый. Его лично не знаю, но сто пудов где то видела, и не раз. После вспомню. Сейчас покушать и в коммуналку, ПБ там припрятать, а АПС вместо тихонь под подоконник.

В кафе было немного народу, так что покушала быстро. Дома в сумку ПБ с патронами и на свою старую квартиру, я же там до сих пор прописана, это новая оформлена на Настасью Федоровну вместо общаги. На коммуналку у меня свои планы, дальние конечно, но есть.

Дома пистолеты пристроила в старый диван, пришлось повозиться, он же неразборный, сколочен на совесть. Немного посидела вспоминая старое, было немного грустно. Не живу здесь всего ничего, а запах и чувство жилого пропало. Тихонько выхожу из комнаты, закрываю и иду к выходу из квартиры. Прохожу мимо чуть приоткрытой соседской комнаты, случайно глянув в щель останавливаюсь, зрелище ещё то. Колька и дунька кулакова, плюс мои пропавшие трусики. Открываю дверь и пинком под зад отправляю мелкого извращенца в полёт.

— Ах ты гаденыш, я же тебя предупреждала! Как ты пробрался в мою комнату? Она же закрыта! — начала я заводится.

Парень вскочив с пола судорожно пытался натянуть штаны, но у него ничего не получалось. Во первых семейники скрутились, а во вторых мешали мои плавочки, которые он держал левой рукой. Картина была ещё та, красный как рак Колька со своим стоячим карандашом и я смотрящая на всё это непотребство.

— Как спрячешь свой писюн, приходи на кухню, там поговорим, — сказала и вышла из комнаты.

Может я бы и прошла мимо, дело житейское, молодое, но то что он шарился в моей комнате было плохо, там же у меня теперь лежит оружие и патроны. Замок менять однозначно, а вот что делать с мелким пакостником, не убивать же его в самом деле.

— Оля прости меня пожалуйста, я не был в твоей комнате. Стыдно сказать, но эти трусы не твои, они твоей подруги Кати. Она их утром постирала и повесила сушиться, а я случайно увидел. Проси что хочешь, только не позорь.

— Не трусы, а трусики, понятно? Мы с тобой договаривались, а ты опять за старое. Будешь должен ещё одну услугу, и даже не спрашивай какую. Катюша у меня врач, расскажу ей и она тебя вмиг кастрирует, таких как ты каждый день привозят, у неё рука не дрогнет. Уснешь на хирургическом столе целым, а проснешься в палате с дыркой между ног. Если ты не веришь, то могу при тебе ей позвонить, сам всё услышишь, — начала пугать я его.

В это время люди были доверчивые, верили всему, не все конечно, но многие. Главное говорить спокойно и серьёзно, предложить проверку, от которой сто пудов откажутся. Вот например Колька, он уже представил как я во всех подробностях буду рассказывать подруге, что он делал с её трусиками, так о каком недоверии может идти речь, сплошная паника.

Вообщем мы договорились, я молчу обо всем увиденном, а он становится на год моим рабом, фигурально конечно. Что ни попрошу должен исполнить, начнет с приборки вместо меня, когда подойдет моя очередь. Чтобы совсем не убивать парня морально, обещала червонец в месяц. Про так и не отданные трусики дипломатично промолчала, черт с ними, они же не мои. Вернее были моими, но я их на Катю одела, думала она забрала себе, а оно вон как получилось.

На улице стояла жара, лето всё же началось, пока шла не спеша домой съела три мороженых, вкуснотища! Не забыла про газировку, выпила целых четыре стакана, теперь здорово поджимало мочевой, в туалет хотелось очень сильно. На последних резервах терпелки добежала до квартиры, там под удивленный взгляд тети сразу на унитаз. Плохо быть девчонкой, долго терпеть невозможно, физиология такая. Вот ещё буквально минута и я бы описалась. В будущем это нужно учитывать, раньше берешь с собой бутылку, если ждешь цель несколько часов, а теперь как в горлышко попадать, воронку что ли с собой таскать. Представив как я на корточках сняв плавки пристраиваю к своей гладенькой воронку, меня разобрал смех. Вот сижу на унитазе и смеюсь, зрелище наверное ещё то..

— Ты чего это так радуешься, боялась до дома не успеть, на лестнице обмочится? Что у тебя сегодня с книгой получилось, взяли? — сквозь смех услышала я.

— Так ведь успела, почти сухая. А с моим величайшим произведением всё отлично, завтра договор с издательством подпишу и деньги получу. Вечером отметим, давай в хороший ресторан сходим.

— Дома отпразднуем, мала ещё по ресторанам таскаться. Много ли заплатят за твоё художество, вон Макар Ефремыч постоянно свои стихи в нашей газете печатает, а окромя грамоты и нет ничего. Позови Катюшу, посидим втроем, чай с тортиком или пирожными, можно с шоколадкой.

— Хорошо, Катерине позвоню, продукты сама куплю, одного тортика будет мало. Ты завтра на работе, после бери пару отгулов, в зоопарк сходим и на лодке покатаемся, такая погода замечательная. Договорились? Я же тебя люблю!

— Ох и лиса ты Оля. Как теперь отказать. Беру отгулы, может больше получится. Если выйдет неделя, давай в Ленинград махнем, там фонтаны в Петергофе красивые. Я была в командировке год назад, мельком видела, это просто чудо. Я тебя тоже люблю, — обнимая меня ответила тетушка.

На следующий день была в гостях у Волковых, сидели с хозяйкой на кухне, пили кофе, вернее я одна, Елизавета на диете. Муж трясется над ней, как будто она ваза хрустальная или тяжелобольная, боится за беременность. То что она в положении стало заметно, вроде и времени прошло всего ничего, а уже видно, во всяком случае мне. Через неделю она перебирается из города на дачу, там воздух чистый и вообще спокойно.

— Давай тебя проверю, узнаю как там маленькие, ложись на спину, — предложила я.

Та с радостью согласилась, наверно сама хотела об этом попросить, да стеснялась, вдруг я буду против. Легла на ковер, распахнула халат, я осторожно положила на её живот свои руки. Ни разу такое не делала, что получится неизвестно, но попробовать стоит. Закрыла глаза и стала по чуть-чуть вливать энергию. Жизнь почувствовала сразу, вернее две, мать не в счет, она по другому ощущалась, как носитель что ли, трудно выразить такое словами.

— Ну Лиза, я тебя поздравляю, двойня, мальчик и девочка. Сейчас главное для них тело не перепутать, иначе трудно им потом придется: мальчик в девочке и наоборот. Вы на них не давите, а наоборот поддержите если что не так. Они у тебя совершенно здоровые, так что не кури и не пей вина.

— Да ты что Оля! Я же никогда не курила, а вино теперь не пью совсем. Ты знаешь как я об этом мечтала, ночью представлю и реву в подушку, утром она вся сырая. Дима как мог меня поддерживал, он хороший, не бросил. Мне бывает иногда так стыдно, вроде и не виновата, а всё равно противно. Вот когда родятся детки, может и отпустит старое, страшное.

— Конечно! Новая жизнь начнется: пеленки, распашонки и подгузники, спать некогда будет, у тебя же двойня!

— Скорее бы, — и она мечтательно улыбнулась.

Вот так прошел мой день, до вечера у Волковых, сам хозяин примчался с огромным букетом роз, мне досталась половина. Цветы никогда ни от кого не получала, гвоздики Колюни не в счёт, а тут красные розы. Было как то не по себе, но не скрою приятно. Сегодня будет трудный день, еду в издательство, надеюсь всё будет хорошо. Мою капитаншу отпустят на целую неделю, уж не знаю как она этого добилась, но мы едем в Питер, вернее Ленинград. Со службы придет часиков в семь вечера, у меня будет уже всё готово. Катерина примчится сразу после практики, значит на рынок идем вместе. Одеваю джинсовый сарафанчик, на ноги итальянские босоножки, из украшений серьги с небольшими бриллиантами и такое же кольцо. Вначале хотела джинсы, но потом передумала, пора привыкать не только к нижнему белью, но и к остальной женской одежде. В юбке была, пора и остальное пробовать, иначе засыплюсь. В такси села на заднее сидение, сарафанчик у меня коротенький, зачем водителя отвлекать красивыми ногами, так и до аварии недалеко. На той же самой скамейке послушала что происходит в кабинете главного редактора, всё вроде нормально, решали простые технические вопросы. Взяла дипломат и не спеша направилась в здание издательства. Вахтерша только рукой махнула, и вот я у двери в приемную. Дуся заискивающе улыбается, бежит передо мной, открывает двери.

Надо же, кабинет преобразился, исчезли допотопные стулья, в углу у окна появился диванчик и пара низких кресел, стоящих у небольшого журнального столика. Туда пока рано, тем более в мини, лучше за нормальный стол. Поздоровалась с обоими за руку и села на удобный стул

— Ваша работа проверена, всё сделано отлично, придраться не к чему. Даже ни одной орфографической ошибки, просто чудо. Макет книги утвержден, тираж решено в полмиллиона экземпляров, если будет спрос, то можно сделать повторный. Итак вот договор, — открывая и протягивая папку сказал Мальчин.

— Если что неясно, то вы Оленька не стесняйтесь, спрашивайте, — дополнила главреда Кузьмичева.

— Мне пока рано, спрашивают более ответственные и компетентные старшие товарищи, — решила нагнать туману я.

Судя по обмену взглядами и помрачневшим испуганным лицам, мне это удалось. Договор прочитала несколько раз, от начала и до конца, всё было понятно, кроме одного.

— Здесь не указано, что я лично подписываю с зарубежными партнерами контракты, и не указан мой процент за них. Есть авторитетное мнение делить поровну, издательство получает пятьдесят процентов, остальное я. Давайте будем исправлять, — закончила я, отодвигая папку.

Через пятнадцать минут мы подписали договор, пожали друг другу руки и я спустилась в кассу. Там мило улыбнулась стоящим в очереди за гонорарами труженикам пера, прошла сразу к окошку. Небрежно отодвинув очкарика с трясущимися руками, может с похмелья или от предвкушения получения денег, пожала плечами, каких только кадров не встретишь на нашей грешной земле. Сунула в окошко платежку, потом расписавшись стала быстро складывать пачки в дипломат. Две сотенные, четыре пятидесяти рублевые, ещё четыре по двадцать пять, остальные червонцами. Выдали деньги быстро, понятно что кассирша была предупреждена и всё заранее подготовлено, тем более такая большая сумма. Покидала кассу под звенящую тишину, казалось все перестали дышать. Магию тишины прервал голос кассирши, — Козелков, получите свои двенадцать рублей и двадцать семь копеек.

У издательства стояла Волга с дядей Мишей, тетушкиным начальником.

— Вот Анастасия прислала, всё утро стонала, — Как там Оленька. Вдруг какой хулиган первые заработанные денежки отберет у беззащитной девочки, это же душевная травма на всю жизнь. Мы как только её не успокаивали: что племянница сама кого хочешь в больничку определит, и получит там пару пятерок, на такое только идиот позарится. Всё бестолку, поэтому я здесь, пусть спокойно работает, да и мне было по пути. Сама приехать не смогла, важный допрос. Давай садись, поработаю для такой красавицы личным водителем, — смеялся дядя Миша.

Его семью знала с самого детства, не раз бывала вместе с тетей у них дома. Пекли вкуснейшие пироги, а после Михаил Антонович со своей супругой тетей Верой пели под гитару старинные романсы, которые очень любили. Мне очень нравился — Не уходи, побудь со мной. Под него у тети Насти появлялись слезы, наверное вспоминала мужа, брата и мою маму. Я тогда сидела и держала на коленях дочку дяди Миши и тети Веры, маленькую Олесю. Ей в жизни не повезло, симпатичная девчонка, только ходить сама не может — ДЦП. Не знаю как, но попытаться помочь надо, иначе сама себе это никогда не прощу.

Доехали быстро, пробок же нет, там тетин начальник взяв шутливо под козырек умчался обратно, клятвенно обещав тетю сегодня не задерживать. Дома взяла пару тысяч, дипломат в шифоньер, там постоит пока. Одежду теперь можно носить любую, скрывать незачем, если что — купила, деньги же имеются. Дача сейчас тоже не проблема, доходы налицо. Звонок в дверь, пришла Катя, сразу засмотрелась на мой сарафанчик, видно что понравился. Пришлось подарить, мне не жалко, у меня ещё белый и розовый имеется, плюс два с шортами. Хорошо бы тетю приодеть, хотя будет упираться, вредная очень. Ничего, пущу слезу и тетушка сразу шелковая станет, не сможет отказать.

— Кать, давай на рынок, потом в кулинарию и магазин. Сегодня гуляем, мой первый гонорар обмываем!

У окна издательства стояли двое, им было интересно на чем уедет отсюда Ольга Лёд. Ожидания не подвели, приехала черная Волга с антенной радиотелефона и номерами МВД.

— Вчера Аркаша я позвонила одному старому знакомому, так вот — эту Лёд видели на Лубянке, приезжала так же на служебной Волге, догадываешься куда. Прошла через служебный вход, пропуск был уже заказан.

— А почему пропуск, я думал есть служебное удостоверение или какая нибудь другая ксива, — спросил главред.

— Столько лет, ума нет. Ольга несовершеннолетняя, таких запрещено официально принимать на службу. Через несколько месяцев Лёд исполнится восемнадцать, там и появится "вездеход".

— Я тоже узнавал про неё. Сирота, живет в коммуналке, из семьи только тетка, — не сдавался Мальчин.

— Сам то веришь что сказал. Сирота с бриллиантами и в фирменной одежде. У неё одни босоножки стоят больше твоей зарплаты, а их ещё нужно где то достать. Операция прикрытия, что тут может непонятно. Забыл как она отказалась под своей фамилией издаваться, выбрала псевдоним Снежная. Вот ты скажи, какая девчонка откажется от поклонников и славы? Вот то то и оно. Опасная!

Собирались за покупками долго, вернее не я а Катерина. Сарафанчик был как на неё, попа побольше моей, немного в обтяжку, но до того классно. К джинсе пришлось доставать пару белых кроссовок, не в туфлях же в самом деле, тем более таких стремных. Размерчик подошел, ей повезло, на ноги фирменные адидасовские носки, от щедрости сунула ей в сумку всю упаковку, плюсом шёл комплект нижнего "Неделька". Катя стояла у зеркала и не могла наглядеться на себя любимую, так ей всё шло. Дальше притворно тяжело вздохнув, дарю импортную косметику, от спекулянта много осталось, я всё забрала. Подруга была в ступоре, долго отнекивалась от подарков, вообщем собирались долго, это я надела джинсовый комбинезон-шорты и готова, а вот с Катей пришлось повозиться, в основном заставить принять подарки. После часа примерки, уговоров, благодарности и макияжа мы наконец сели в такси, пора на базар. На заднем сидении составили список всего необходимого, выходило немало, пусть будет, такое событие не каждый день случается, нужно хорошо отметить, иначе госпожа Удача назавет меня жмотярой и отвернется.

На рынке взяли тушку упитанной утки, гуся к сожалению не было, Катерина обещала приготовить. Далее колбасу, сыр и лимоны с апельсинами. Из овощей дорогие тепличные огурцы, помидоры и зеленый лук. Заехали в кулинарию, там взяли торт и пирожные. Конфеты только шоколадные, других не признаю, разве только леденчики. С большими сумками, ненавижу авоськи в них всё как на витрине, приехали домой. Конфеты в большую хрустальную вазу, Кате сразу по рукам, чтоб к сладкому не тянула, нечего аппетит заранее портить. Утка в духовку, шампанское в холодильник, торт и пирожные тоже. Пока подруга возилась с птицей, порезала колбаску и сыр. Виноградный сок из трехлитровой банки разлила в шикарный графин с широким горлышком. Вот вроде и всё, для фруктов ещё рано, на рынке их не было, только цитрусовые.

Запахи из кухни были просто божественные, как Катя смогла сотворить такое чудо? Тут от аромата можно слюной захлебнуться, про саму утку вообще молчу. Сейчас бы музыку хорошую, да где её здесь взять, один Кобзон и симфонии по радио, а магнитофоном я не озаботилась. На будущее нужно учесть, притащить импортный катушечник, пусть крутит взад-вперед для фона и хорошего настроения. Видик тоже необходим, насколько я помню Сони выпустила первый кассетник в прошлом году, формат конечно не тот, нужный VHC появится чуть позже, но мне ждать не обязательно, годом раньше, годом позже, ерунда.

Вот наконец и тетя Настя, сразу потащили её за стол, ждать дольше не было никакой возможности, слюни уже начали капать на паркетный пол. Выпили по бакалу шампанского, после Анастасия Федоровна поздравила с первым моим заработком, сумму я так и не назвала, а потом вручила деревянный чемоданчик. Сердце сразу учащенно забилось, это был мой первый официально разрешенный Марголин. Бумага на хранение и ношение имелась, так что я уже совсем непростая комсомолка, а вооруженная. Кейс с зеленой бархаткой, сам красавец лежал со всеми приблудами, вплоть до масленки. Разрешение было получено ещё вчера, а сегодня тетя по своим милицейским связям достала эту красоту. Сколько стоит спрашивать не стала, скорее так списали, ну бутылка коньяка конечно приложилась, это дело святое.

Посидели просто отлично, утка моментально исчезла, а за ней постепенно всё остальное. Торт правда осилить не смогли, зато пирожные не задержались. Шампанского выпили всего бутылку, мизер по сравнению с двумя пузырями виски по ноль семь, которые мы приговорили на двоих с Катей. Хвастаться этим конечно не стали, здоровье дороже, тетушка за такое быстро открутит уши, или стыдно сказать — ремнем по попе, за ней я знаю не заржавеет. Катя утомившись легла спать, а я наконец показала тете свой гонорар. Весь вечер отшучивалась и вот сейчас открыла дипломат. Анастасия Федоровна была в шоке, это ещё мягко сказано, она впала в какой то мистический транс. Еле еле смогла её растормошить, взглянув на меня пустила слезу. Пришлось отпаивать валерьянкой и корвалолом, боялась инфаркта или инсульта, мало ли чего.

— Совсем ты у меня взрослой стала, последнее время только о тебе и думаю. Сначала эта шикарная квартира, потом езда на автомобиле и права, далее пистолет с разрешением, наконец чемодан с деньгами. Я за свою жизнь столько не заработала, и это не говоря о нашей обставленной антикварной мебелью квартире. Вон на хрустальную вазу с конфетами мне месяц нужно трудится, преступников ловить, а она пожалуйста на столе, стоит сияет. Что дальше? Боюсь представить, — наконец она высказалась.

— Ну что ты выдумываешь, должно было и нам когда нибудь повезти. Скоро появятся зарубежные издатели, вот тогда пойдут настоящие деньги, валюта и чеки Внешторгбанка. Ты пожалуйста не ругайся, я попросила Дмитрия Ароновича насчет дачи узнать. Вот представь, сидим на берегу загораем, вокруг никого, а потом садимся в свой катер и волны вперед! Правда здорово? — спросила я обнимаю тетю.

— Ну и лиса ты Оля, вся в мать!

— Но но, мама святая! Давай спать, завтра собираемся, а послезавтра в Ленинград, — зевнула я.

Утром поедем за билетами, а там в аэропорту мне нужно встретить одного человека, вернее тварь. Заманить, поднять крик и изувечить, расстреляют его и без меня. Вот память дырявая, про этого Внуковского маньяка вспомнила только недавно, а ведь я это дело изучала, вернее изучал в прошлой жизни. Хотел выучится на психолога, интересно было разобраться в себе, как же я стал наемным убийцей, почему нажимая спусковой крючок нет сожаления с чувством вины, один голый прагматизм. Вообщем дело с учебой прошлое, а маньяк к сожалению сегодняшний. Про убийства девушек и женщин мне рассказала тетя, особенно про синюю розу, вот тут у меня и что-то щелкнуло в мозгах, всё что читала про него вспомнила.

Утром на завтраке доели торт, Катя убежала вприпрыжку домой, хвастаться своими обновками, а мы поехали в аэропорт. Насколько я помнила, маньяк в этот день заманит и убьет молодую беременную женщину, так что нужно не проворонить.

Билеты пошла покупать тетя, у кассы была небольшая очередь, а я не спеша направилась в туалет, выискивая взглядом то доброжелательное лицо, которое врезались в память. До туалета маньяка не встретила, пошла в сторону буфета и бинго, стоит тварь, улыбается.

Остановилась, стала рыться в сумочке, тут и он пожаловал, не смог пропустить такую красоту. Улыбаясь попросил показать остановку в город, он мол не местный. С удовольствием согласилась помочь, вышли из здания аэропорта, там он меня забалтывая повел в сторону стройки. Идти туда не было никакого желания, поэтому как только скрылись за кустами от людей, врезала болтуну промеж ног. В его кармане оказался нож, а в сумке синяя роза. Вывернула гаду руку, которая тут же оглушительно треснула, маньяк завыл, я закричала, к нам быстро подбежали люди во главе с милиционером. Дальше всё по сценарию: заманил, напал с ножом, чудом спаслась. Вокруг собралась большая толпа, всем было интересно, поэтому преступника вместе со мной быстро препроводили в линейную комнату милиции. По пути к нам присоединилась купившая билеты тетя, ей я быстро всё рассказала.

Пока убийце накладывали шину и мазали разбитые яйца зеленкой, написала заявление и дала свои показания. Синяя роза не оставляла никаких сомнений кто стонал перед нами. Не та роза из сумки что меняла под действием чернил свой цвет на синий, а татуировка на заднице. У него первая ходка была за изнасилование, в колонии сразу определили к параше, наколов цветок петушары, вот по ней и определили этого Раевского. Отпечатки и фото подтвердили личность задержанного и нас наконец отпустили. Анастасия Федоровна уже отчиталась перед своим начальством, так что задержание маньяка оформят на её отдел, а там глядишь поощрение какое нибудь с премией.

— Знаешь Оля, я уже ничему не удивляюсь, удивлялка кончилась. Хорошо что всё обошлось, иначе как мне дальше прикажешь жить? На том свете Виктор с Илгой спросят, что я им отвечу?

— Всё же хорошо вышло. За меня не беспокойся, ты же знаешь что я смогу за себя постоять, ну или быстро с криком убежать, — начала я подлизываться к расстроенной тетушке.

Домой мы ехали на служебной машине, которую нам любезно выделили в аэропорту. Время подходило к шестнадцати, долго с маньяком разбирались, а мы не евши, пара булочек не в счет.

— Давай в кафе посидим, потом сходим куда-нибудь, например в парк, — предложила я.

Предложение было принято, но только кафе, парк был отклонен с формулировкой — Хватит на сегодня.

Посидели хорошо, завтра улетаем в Ленинград, жаль не на неделю, а только на пять дней. Так распорядилось руководство, следствие по этому Раевскому продолжалось, нужны будут дополнительные показания и прочие следственные действия. Лучше бы я его там убила, меньше проблем, а так мучайся теперь.

Глава 9

Дома весь вечер укладывали вещи в чемоданы, едем на пять дней, собираемся как на месяц. Я вообще хотела взять только шорты, комбез, футболки и комплект нижнего, так тетушка пришла просто в ужас. Вот сейчас добавляю к своей поклаже розовый сарафанчик, джинсы, юбку, платье и четыре! лифчика. Две пары босоножек, сандалии и кроссовки. Зачем мне всё это там непонятно, но перечить не стала, тетя и так на взводе. На новые вещи смотрела удивленно, пришлось изворачиваться — я девушка молодая, мне нужна модная одежда, тем более финансы позволяют. Не знаю поверила или нет, но отстала с расспросами, поздно. Легли спать ближе полуночи, пришлось устраивать показ мод, все мои покупки были одобрены. На хорошей фигуре, а у меня она идеальная! все вещи сидят просто отлично, смотрятся красиво, тем более с моим ангельским лицом.

— Красивая ты Оля, вся в мать. Брат любил её больше жизни, да и она его не меньше. Тебя вообще были рады на руках носить, так были счастливы когда ты родилась. У Илги были с этим проблемы, в детстве простыла, потом долго лечилась, всё же интернатовская, не такой там пригляд как дома. Мы с мужем тоже радовались, своих нет так с племяшкой повозимся, а потом беда за бедой. Если бы не ты, так и жить мне незачем, всё опротивело тогда, — всплакнула тётя.

— Всё у нас будет хорошо. Купим дачу, там шашлыки и свежий воздух. Зимой, если ты не против, поплывем на круизном судне, посмотрим разные страны. Правда я отлично придумала? — стала отвлекать от страшных воспоминаний моего единственного родного человека в этом мире.

А утром подхватив чемоданы вышли из квартиры, у подъезда ждал патрульный уазик, на котором мы довольно быстро доехали до аэропорта. Там без всяких задержек сели в самолет и через несколько часов приземлились в колыбели революции.

Встретили нас местные коллеги Анастасии Федоровны, с которыми она была хорошо знакома по командировкам. Тетю здесь уважали, это сразу чувствовалась.

— Вчера вечером позвонил Свешников, просил устроить, мы со всей душой, всё что в наших силах. Сейчас едем в Асторию, там у вас забронированный номер. Решили прикрепить к вам экскурсовода, покажет наш город в лучшем свете, может после этого решите остаться здесь. Слышали ваша племянница отличилась, Внуковского убийцу задержала, да ещё руку тому сломала. Правда? — спросил наш встречающий.

— Правда Володенька, вон наша героиня рядом сидит улыбается, — кивнула на меня.

Наш шофер, он же встречающий, был как шепнула тетя лейтенантом милиции. Они недавно вместе работали по делу об ограблении инкасаторов, началось у нас, ниточка привела в Ленинград, а оттуда уже в Вильнюс. Грабителей тогда взяли прямо у дверей ювелирного, ждали инкасаторов с выручкой. Тетю вроде как представили к награде, но уже год ни слуху ни духу, тишина. Может затерялась, а может до сих пор решают что дать — орден или медаль.

Пять дней пролетело незаметно, побывали везде: в Петергофе провели целый день, смотрели на фонтаны и дворцы, потом конечно Эрмитаж, Кунсткамера и Кронштадт. Были у Медного всадника, моста с грифонами, посетили Зимний дворец с атлантами и многое другое. Приезжать сюда нужно на месяц, а мы к сожалению смогли только на пять дней. Сегодня последний вечер в этом прекрасном городе, поэтому решили посидеть в ресторане подольше. Кстати, одежда взятая мной почти вся пригодилась, кроме платья, его я так и не смогла одеть, вот сарафан и юбку из джинсы пожалуйста, вроде как спецодежда — такое не стыдно, а платье — нет.

Спускаемся из номера в ресторан, там замечаю сидящего за столиком Джона Пола Гетти, о нём я думала всё последнее время, вернее о поводе познакомится и предложить свои эксклюзивные услуги. Встретиться планировала у нас в Москве, а он оказывается тут, видимо тоже на искусство потянуло, впрочем он известный коллекционер, даже свой музей имеет. Подхватываю тетушку под руку подходим к его столику. Мило улыбнувшись прошу разрешения сесть вместе с ним. Напрасно переводчица с недовольным лицом пыталась от нас отмазаться, я сделала вид что не поняла, блондинка что с меня взять. Бизнесмен поднялся, пригласил за стол, отдавая распоряжение официанту через переводчицу. Тут я блеснула знанием английского, и у нас с ним моментально завязался разговор. Мне было интересно за ним наблюдать, человек можно сказать одной ногой в могиле, а за хорошенькой девушкой готов приударить, одно слово — ловелас.

Вначале тётя сидела в напряжении, потом поняв что это моя очередная выходка успокоилась, маньяка же с ножом нет. Ну а я как могла развлекала господина бизнесмена, даже рассказала пару английских анекдотов, потом предложила пройти в бар, оставив наших сопровождающих, мы же без них друг друга понимаем. В баре, где громко играет музыка мы сможем поговорить спокойно, без лишних ушей.

— Итак господин Гетти, как вы могли догадаться наша встреча не случайна, у меня появилось немного свободного времени и я здесь, — решила сразу напустить тумана, главное начать остальное сам додумает.

— И в чем такая красавица может мне помочь? — переспросил Джон.

— Спасти вашу жизнь, что же ещё, — взяв в руки чашку с кофе ответила я.

— И как вы это собираетесь делать? Страшное КГБ даст волшебную таблетку, а за это с меня подписка о сотрудничестве, — криво улыбаясь спросил он.

— К безопасности не имею никакого отношения. Я вас избавляю от болезни и бонусом омолаживаю на двадцать лет, а вы мне небольшую финансовую помощь и так по мелочи. Операция безболезненная и продлится примерно полчаса, результат почувствуете сразу, омоложение в течении месяца. Вам интересно или я пошла?

— Я деловой человек, поэтому давайте сразу к делу, мне нужны гарантии, а также знать стоимость операции? — пошел на попятную Гетти.

— Оплата в течении квартала, этого времени вам будет достаточно чтобы убедится в результате, вам же осталось по прогнозам врачей не больше пары месяцев. Так как лечение эксклюзивное то и стоимость адекватна предложению. С вас возьму минимум, — и я на салфетке написала цифру.

Судя по округлившимся глазам он не ожидал такого, думал я за спасибо буду работать или в крайнем случае за еду.

— В гробу карманов нет господин Гетти, лечить могу к сожалению не больше двух человек в год, мне такое трудно дается, не моя специфика поэтому и такая цена.

Вообщем мы договорились, перед смертью человек хватается за любую возможность, за малейшие шанс остаться жить. Решили через три дня встретимся в ресторане гостиницы Россия, я принесу свою книгу, после поднимемся в номер якобы для обсуждения контракта, там и проведем процедуру лечения и омоложения.

— Вы такая красивая, прямо ангел, зачем вам столько? — под конец не выдержал он.

Вот гад иноземный, сам имеет пару миллиардов, а меня попрекает сущей мелочью. Ну я ему мозги накручу, пусть думает.

— Видите ли господин Гетти, дело в том что коммунизм в этой стране к сожалению не наступил, а из рая меня выгнали, нужно как то приспосабливаться.

Судя по задумчивому лицу Джона он был в глубоких размышлениям, наконец очнувшись спросил.

— Скажите если не секрет, почему вы не захотели ТАМ остаться, а примкнули к НЕМУ.

Что он имеет ввиду, где это я не осталась и к кому примкнула? Нужно срочно прокачать ситуацию, что мы имеем? Рай! А он сто процентов масон или иллюминат какой нибудь. В высшем свете все состоят в каких нибудь тайных обществах: Бильдербергский клуб, Череп и кости, тамплиеры и прочее. Значит нужно дать ему то в чего он верит.

— Там, — я показала рукой вверх, — обожглась крапивой, вера в чистоту пошатнулась, дальше присоединилась к Несущему свет. Битва была проиграна, но не война! Мать Люцида не даст сторонникам сына прозябать вечно, Венера снова засияет!

Судя по глазам он готов поверить во всё сказанное, осталось нанести coup de grâce. Беру кофейную ложечку и завязываю её узлом, сил слава богине хватило.

— Вы же понимаете что молчание золото, зачем гневить сущность там, где её может не быть, — завернула я.

Судя по кивку он понял, значит пора прощатся. Все эти дни он будет думать обо мне, под конец решит что я аферистка, но на лечение пойдет, даже побежит. После процедуру уверится раз и навсегда, предан будет до гробовой доски. Кстати, ложечку он взял, не иначе святой артефакт в последствии будет.

Возвращаемся к столику, посидели ещё с полчаса, дальше с тетей поднимаемся в номер. Не успела закрыть дверь как на меня налетела злющая тетушка, видимо пока сидела одна накрутила себя до невозможности.

— Это что такое было? Ты хоть понимаешь что о тебе подумают? Вешаешься на иностранца, как последняя потаскушка, — зашипела она.

— Да что такого. Я просто переговорила с западным бизнесменом о моей книге, в Москве передам рукопись, вдруг ему понравится. Нашей стране валюта не помешает, может станок какой нибудь купят и назовут моим именем. Под лежачий камень вода не течет, поэтому приходится делать всё самой, не волнуйся, всё будет хорошо, вот увидишь, — начала уговаривать тётю.

На удивление она быстро успокоилась, села в кресло и немного подумав ответила.

— То что контракт с зарубежным издательством будет подписан, я зная тебя нисколько не сомневаюсь, только зачем он тебе? И откуда ты знаешь английский, в школе же был немецкий?

— Ну сколько можно объяснять, денег много не бывает, нам нужна машина, лучше две. Будет валюта, значит чеки Берёзки, а там импортная техника и одежда. И пожалуйста не говори что наше лучше, я хоть и патриотка но как видишь в джинсе. Английский изучала дома, у меня с десяток книг имеется, я же в университет хочу поступить на факультет иностранных языков.

Легли опять поздно, долго обсуждали, решали и прикидывали. С покупкой дачи моя капитанша была согласна, насчет автомобиля тоже не против, вот за шмотки пришлось немного поспорить, но обошлось, победил голый прагматизм.

Утром сдали номер и в аэропорт, было немного грустно покидать этот чудесный город, но мы обязательно вернемся, надеюсь уже скоро.

Дома первым делом созвонилась с Катей, хотелось рассказать о своей поездке. У той тоже были новости, она благодаря моим подаркам стала очень популярна. Было несколько предложений дружбы и любви, джинсовый комбез творил чудеса не хуже маленьких амурчиков. Её близкого друга трясло от ревности, пришлось доказывать свою верность по нескольку раз за день, благо практику проходили в одной больнице. Встретится решили через несколько дней, любимый человек не оставлял её ни на минуту, лично провожал домой, может хоть немного успокоится за эту неделю.

Время до встречи с Гетти прошло незаметно, пришлось подготовится, его номер без сомнений прослушивают, значит комитетчикам нужно дать то что они ожидают услышать. Нет не вздохи и ахи под скрип кровати, а небольшое чтение моей книги, думаю минут сорок хватит.

Такси подвозит к гостинице, я в белом джинсовом сарафанчике с кожаным дипломатом и зеркальных очках. Со стороны сразу всем понятно — иностранка! Без всяких препонов в виде швейцаров, портье и прочей челяди прохожу в ресторан, там у окна замечаю своего будущего мецената. На его лице целая буря эмоций: недоверие, презрение, надежда и страх. Как я и предполагала он почти убедил себя в афере, от этого и страх, но в глубине души была надежда на чудо.

Увидев меня встал, облегченно вздохнул, нервы ни к черту, переживал что не приду, обману. Похлопала по дипломату: время — деньги! Оставили секретаря и переводчицу в ресторане, сами прошли в номер. Там включила свой чудо прибор, который моментально отсканировал микрофоны и через десяток секунд подключился к ним, запись пошла.

Гетти провела в санузел, там он разделся и улегся в огромную чугунную ванну. Включила теплую воду, будет постоянно смывать выделения из кожи, иначе моментально засрет канализацию.

— Итак Джон, начинаем. Будет немного неприятно, но боль я беру на себя.

Было заметно как он нервничал, до сих пор боялся поверить в чудо. Прикладываю руки на затылок и копчик, начинаю гонять целительную энергию, сквозь поры кожи стала выделятся чёрная жидкость, которую смывала вода унося в канализацию.

Лечение далось тяжело, хотя и не так как с Князем. Устало опускаю руки, сейчас бы конечно в душ, взбодриться, но нельзя, сразу будет вопрос: Почему волосы сырые? Чем это вы там занимались?

— Вставайте Джон, я закончила. Примите по быстрому душ и выходите, обсудим наши дальнейшие действия.

Помыла руки и вышла в зал, там сразу достала из дипломата десять больших шоколадок. В прошлый раз он здорово помог, места занимает немного, а силы восстанавливает отлично. У меня темные круги под глазами от перенапряжения, надеюсь после четырёх-пяти плиток пройдут, или придется одеть свои зеркалки. Шоколад помог утолить зверский голод, самочувствие как и настроение поползло вверх. Вот и миллиардер вышел из ванной комнаты, можно поговорить.

— Итак господин Гетти, свои обязательства я выполнила, теперь дело за вами. Вот та книга о которой мы говорили, — достала из дипломата макет и отпечатанную рукопись, — Всё переведено на английский. Дня через три — четыре присылайте в издательство "Книга" своего агента, там заключим с вами официальный контракт… Жадничать не буду, первый скажем в полмиллиона долларов, а там посмотрим. Мне нужны два новых автомобиля, пусть пройдут как премия от вашего издательства. Меня интересует Ford Mustang Boss 429 и пятидверный Land Rover Defender. Теперь решим с финансами, деньги в таком количестве не нужны, вот список компаний акции которых меня интересуют. Через три месяца вызывайте под любым предлогом к себе в Штаты или Европу, там оформим всё на трастовый фонд. Запомните главное — я как дала вам жизнь, так могу и забрать в любой момент. Не далее чем через квартал мне нужно поставить финальную точку на вашем теле, иначе наступит откат и вы умрете в течение недели. Наше время истекает, сопровождающим передам что вы остались дальше читать мою книгу, которая могу уверить отличная. До скорой встречи, и я покинула номер. Очки не понадобились, синяки под глазами прошли и я улыбаясь прошла в ресторан. Секретарю с переводчицей сказала о занятости господина Гетти как минимум на пару часов, за это время он придет в себя окончательно. Переводчица зло смотрела на меня, чему их только в КГБ учат, палево сплошное, сейчас с доносом к руководству побежит. Старший доклад внимательно выслушает, а после раком поставит и оттарабанит во все дырки, чтобы бдительность не теряла, потому как враг не дремлет. Представив это я засмеялась, девица сразу покраснела, поняла о чем я подумала, догадливая зараза.

— На меня милочка волком не смотрите, лучше побегайте в аптеку, там вазелин говорят кончается, как вы без него обойдетесь даже не представляю.

Девица вскочила, но быстро взяла себя в руки, криво улыбнулась и гордо подняв голову ушла, даже не попрощалась с секретарем Гетти. Я же спешить не стала, раз в ресторане значит покушаю от души, шоколад конечно хорошо, только мясо лучше.

Посидела примерно с час, а там отправилась домой, хоть и храбрилась но нервы не железные, сейчас бы виски стакан, но тетя дома.

А вот дома Анастасия свет Федоровна только глянув на меня сама накапала рюмку Вардзии. Этот коньяк нам подарил на новоселье Волков, теперь пригодился. Выпила как лекарство, немного отпустило.

— Давай не томи, рассказывай. Я сегодня целый день на нервах, всё думала как у тебя с этим американцем получится, — сказала тетя выпивая налитый мной коньяк.

— Посуда не та под этот напиток, нужен снифтер. По книге думаю отлично, почитала начало, ему вроде как понравилось, скоро узнаем. Давай спать, вымоталась с этим импортным, — чмокнув тетю направилась в душ, а потом в кровать.

Утром разбудил звонок телефона, зевая и почёсываясь подняла трубку. Вот кого не ожидала услышать — Князь собственной персоной! Просил о срочной встрече, ждет в том же ресторане, что и раньше. Пришлось быстро собираться и ехать к нему, благо прислания им машина уже ждала у подъезда.

— Что случилось Григорий Пахомович? Выглядите отлично! — усаживаясь на заботливо придвинутый им стул спросила я.

Дальше узнала массу нового про кухню преступного мира. Князь был из старых, правильных, а теперь лезут молодые, им воровские законы поперек горла. Конечно помолодевший коронованный законник со старыми понятиями им поперек горла, на него как на икону будет равняться молодежь. Вообщем объявили сход, где его хотят развенчать. Молодых большинство, старые кореша на зоне, пока от них малява дойдет, дело будет сделано, пощечину даже кровью не смыть. Завтра недруги Князя и старых понятий собираются на даче, всего их будет девять, плюс разная шелупень.

— Мне нужен цинк патронов ТТ, — перебила я его.

— Будет, то есть хоть прямо сейчас. В своё время ума хватило прибарахлится. Куда нужно доставить? Человек проверенный, ему можно верить, — тут же встал в стойку Князь.

— Оставьте в машине, лучше в Москвиче. Машину заберу завтра, поставьте недалеко от дома, там же и заберете. Вам с корешами гулять в ресторане до утра. Обо мне пока забудьте, связь через Волкова, — поднялась я из-за стола.

Вот не было печали, получи и распишись. Шорников мне нужен, во всяком случае пока, а там посмотрим на его поведение. Сейчас надо позаботиться об алиби, значит звоню Катерине, а потом в тир.

Подруга тут же согласилась помочь, пригласив меня к себе с ночевкой. Дома взяла Марголин и в тир, там отстреляла пару сотен патронов. Городские соревнования через месяц, пора готовится, хотя и так всё отлично, призовое место будет за мной, серебряное уж точно.

Вечером поставила тетю в известность о ночевке у Кати, та по телефону подтвердила. Утром вышла на улицу, в квартале на стоянке стоял Москвич, ключи ещё вчера взяла из почтового ящика. Надела очки и не торопясь поехала к кладбищу. Где стоят патрули я знала, только один пришлось объехать по дворам. В склепе вскрыла цинк, набила два штурмовых на тридцать патронов и четыре простых на двадцать. Больше к сожалению магазинов у меня не было, в следующий раз нужно будет озаботится. Сложила оружие в сумку, туда же бросила ещё сотню патронов, на всякий пожарный. Всё в багажник и к дому Кати, вернее за квартал от её места жительства. Оставила машину и на рынок, нужна спецодежда и экипировка. Из будущего не догадалась взять какой нибудь прыжковый комбез, значит буду искать что-то подобное здесь. Черная роба состоящая из комбинезона и куртки была найдена мной довольно быстро, жалко нет черной шапочки с прорезями для глаз, придется делать самой. Портупея тоже была куплена, а к ней стропорез в форме кинжала.

Все приобретенное сложила в машине, можно покупать тортик и идти к Катерине. Повезло что её мама на ночном дежурстве, а папа пришел домой уставший и сразу завалился спать. Была сложная операция, восемь часов на ногах, проснется только утром от звона будильника и то не факт.

То что мне нужно ночью куда то уйти, причем незаметно и тайно Катя восприняла нормально. Зная мою тетушку это было нетрудно представить, воображение подруги рисовало тайное свидание, как у Ромео и Джульетты.

В одиннадцать вечера я вышла от Кати, стараясь никому не попадаться на глаза дошла до автомобиля. За час доехала, там переоделась в робу, на ноги новые кеды, подошвы которых хорошо обработала ацетоном. Руки в хирургических перчатках, поверх беспалые тактические. На лицо натянула черную спортивную шапочку с прорезями для глаз, застегнула ремень со стропорезом и подсумками для Стечкина. Пистолет с огромным глушителем и длинным штурмовым магазином смотрелся футуристически. Из чехла достала цифровой бинокль, залезла на дерево и начала осматривать дачу, считая будущие цели.

Тепловизор насчитал двадцать одно тело, очко! Четверо паслись у машин во дворе, пятеро на кухне, двое в гараже и десять в центральной комнате. Боялась что будут женщины, но обошлось, пора работать.

Двое корректирующих что-то под капотом Волги там и остались, ещё двое уснули мертвым сном в кабине соседнего автомобиля. В гараже тоже всё чисто, оба свалились в смотровую яму. Сделав контроль переснарядила магазин, пора на кухню к обжорам. Во дворе из машины раздавалась музыка, поэтому хлопки АПСа были не слышны. Ставлю на автомат, валить нужно сразу всех, поэтому очередь. Крадусь по коридору, кухня практически рядом, всего с десяток шагов от входа. Дверь открыта, четверо за столом, один у шкафа. Валить нужно ювелирно, вокруг посуда, может загрохотать, особенно у стоящего. Вскидываю пистолет, ускоряясь нажимаю на спусковой. Как в замедленной съемке вижу медленно летящие пули, затем они с противным чмоканье входят в головы, по три в каждую. Стоящий ловит первую в сердце, следующую в голову, опасно начинает заваливаться, но я успеваю его подхватить и медленно опускаю на пол. С кухней закончила, контроль не нужен, стоит только взглянуть на разбитые черепа и лужу черной крови. Пора навестить хозяина с гостями, хоть и не приглашали они меня, но я не гордая, зайду сама.

Быстро влетаю в просторный зал с камином, все сидят вокруг стола, а на нем чего только нет: импортные коньяки, красивые бутылки с вином, виски и водка "Старка". Различные закуски и заедки, в центре жареный поросенок и осетр на большой тарелке. Невольно сглатываю слюну, я тут практически с голода умираю, а они жрут как не знаю кто, одно слово — гады. С утра ничего не ела, готовилась, да и сильно волновалась что скрывать, это моё первое дело в этом мире, страшно.

Двоих вскочивших успокаиваю парой выстрелов, потом контроль. Остальные испуганно замерли, брызги крови и разлетевшиеся мозги любого успокоят. Сейчас уже не нужно соблюдать тишину, оставшиеся в живых все здесь,

— Итак граждане воры, — начала я, но была перебита одним уркаганом.

— Да знаешь ли ты сучка на кого наех…, - сухо прокашлял Стечкин и перебивший завалился на стуле.

— Не думала что среди коронованных есть такие тупицы. Раз я здесь, значит знаю. Давайте ближе к делу, вот ты, — и я показала на самого молодого, — собирай у всех лопатники и рыжье.

У одного заметила перстень с большим бриллиантом, у другого золотые Ролексы, а третий с массивным золотым браслетом. Что у остальных не знаю, но думаю не беднее этих.

Молодой начал собирать ценности, брезгливо обшмонал убитых, на столе росла груда золота и портмоне.

— У меня перстень врос, не снимается, — услышала от ухмыляющегося вора.

Короткая очередь на три патрона и тело, вернее труп падает на пол.

— Ничего страшного, бери нож и действуй, — махнула пистолетом молодому.

Тот скривившись отрезал палец, после по моему совету прополоскал перстень в водке.

— Продолжим. Сегодня я добрая, поэтому предлагаю выкупить на время свою жизнь. Итак начнем с вас, — направила я пистолет на крайнего.

К сожалению у троих ничего не оказалось заныканного на черный день, а может просто пожалели дурачки. Вообщем еще минус три, остальные были более благоразумными или не такими жадными. Два схрона и один общаг, совсем не плохо для одной ночи. Сколько там всего посчитаю позже, план с захоронкой каждый старательно нарисовал, как появится время заберу. Первый как и у меня на кладбище, второй в лесу, а общаг хранила старушка божий одуванчик, в прошлом наводчица и скупщица краденого.

Пистолет издал последний на сегодня длинный кашель, оставшиеся присоединились к своим корешам. Слово я сдержала, они действительно задержались на этом свете, в отличие от остальных. Лопатники и рыжье сгребла в сумку, после разберусь, пора рвать когти.

На кладбище разобрала и почистила пистолет, сменила ствол, подправила надфилем боек, он стал снова "чистым". Золото завернула в газету, буду переходить в будущее заберу. Деньги сложила в карманы джинсовки, вышло порядка десяти тысяч, там же переоделась. По пути домой завернула к реке, в ней упокоились улики: роба, кеды, ствол от АПС и лопатники мертвых королей преступного мира.

Машину оставила на старом месте, сама незаметно проскользнула в квартиру Катерины, там быстро приняв душ к ней под бочок, время почти четыре утра, хорошо бы хоть немного выспаться.

Разбудил телефон, Катя зевая передала мне трубку.

— Оля ты ещё спишь? — спросила тетушка.

— Спала, пока ты не разбудила. Вчера засиделись допоздна, вот и дрыхнем сегодня. Катерине на практику с обеда, спешить некуда. А ты что звонишь, что-то случилось? — заволновалась я.

— Да что-то перепугалась, ты же у меня в любой бочке затычка. Так всё нормально, правда работы привалило, задержусь сегодня допоздна.

— У нас сегодня в стрелковом собрание, насчет городских соревнований, после к тебе загляну. Толку от меня конечно мало, ну хоть чай буду заваривать. Давай до встречи, — и я зевая положила трубку.

Глава 10

От Катерины отправилась домой только после обеда, просто не смогла уйти не откушав вкуснейший борщ с пампушками и пельмени с грибами в сливочном соусе.

— Вот только разбогатею, сразу выкуплю тебя у медицины, такой кулинарный талант должен служить народу, то есть мне! — отдуваясь после такого перекуса сказала Кате.

Пельменей как и борща хотелось ещё, но в желудке к сожалению не было свободного места. Подруга от такой похвалы расцвела и просто летала, даже посуду мыть не заставила, пожалела. Пожалела конечно не меня, а Поповский фарфоровый сервиз, который им достался от бабушки. Ему место в музее, но папа был против, поэтому кушали из него.

Дома одела джинсовку, вечером будет прохладно, а у меня только она, толстовкой или чем то ещё не озаботилась, нужно наведаться в Березку, вдруг там чего подберу подходящее. Снова такси и в стрелковый на собрание. С транспортом надо что-то решать, такси конечно хорошо, но нужен свой личный автомобиль. Как представлю что ко мне кто-то в автобусе или трамвае прижимается своим концом, тем более если я в мини буду, так плохо становится. Это девчонкам хорошо, у них на этот счет голова по другому работает, а мне как быть. Поэтому мне нужна машина, восемнадцать стукнет осенью, значит пока мотоцикл, права же есть. Через пару недель откроется проход в будущее, там себе что-то подберу, на местные драндулеты что-то не тянет, стремно. Вот представьте: стою я такая молодая и красивая, начинаю заводить своей прекрасной ножкой байк, да на это зрелище сбегутся все озабоченные с соседних улиц! Мне это надо?

Последнее время снится Лана, хочется прижать к себе это сокровище, соскучилась по ней очень, да что себя обманывать — люблю её сильно. Что получится у нас в будущем боюсь загадывать, только плохо мне без неё, вредины такой. Вот почему парни любят плохих девчонок, не мягких домашних, а вот таких дерзких и колючих? Потому что с такими интересно, они с нами на одной волне: сегодня гоняем на мотоциклах, завтра пьем пиво, а послезавтра мчимся в Питер на дискотеку. Не знаю как, но слезы побежали просто ручьем, хочу Ланку. Еле успокоилась, женские гормоны берут своё, как дальше жить не представляю, мне нужна ясная голова, а не бабские истерики. Впрочем зря наговариваю, ночью ничего подобного не было, сплошной голый расчет. Кстати нужен сейф, сегодня же поговорю об этом с тетей.

На собрании нового ничего не узнала, кроме накачки победить и не осрамить как в прошлый раз. Там же мне выдали временный пропуск, где я значилась заштатным сотрудником проходящим итоговую практику в отделе ОБХСС. Как такое возможно и что это значит мне не объяснили, а я не спрашивала, им виднее, но корки внушали. В отделе работали в основном с бумагами, выявляя расхитителей социалистической собственности, поэтому ждать от них подвигов в стрельбе бесполезно. Через неделю отборочные стрельбы, прошедшие выходят бороться за призовые места. За первое мне обещали любой номер на мотоцикл, талон на покупку Явы прилагался, за второе и третье грамоты за подписью министра и ценный приз. По секрету рассказали как приходил полковник ОБХСС, хотел лично увидеть кто будет представлять его отдел на соревнованиях, вначале был настроен скептически, но потом ушел повеселевший, насвистывая песенку о медведях из Кавказской пленницы.

После собрания отстреляла пару сотен на отлично, затем к тете в отдел, но вначале конечно буфет. Набрала всего и много, раз у них аврал — значит голодные, работают как всегда без обеда. Мой приход не заметили, давно привыкли, я здесь не первый год под ногами путаюсь, что-то обсуждали вокруг стола и даже громко спорили. Вскипятила воду, разлила по стакан чай, в единственную большую тарелку разложила котлеты с хлебом и пирожки с рисом и яйцом. Этой тарелкой бухнула по столу, воцарилась тишина, а затем все быстро похватали стаканы с чаем. Тарелка опустела в пять минут, кроме завтрака никто ничего за весь день не ел, вначале место преступления, там кстати до сих пор работают криминалисты, затем отработка круга подозреваемых, затем оперативная работа.

— Представляешь Оля, убиты двадцать человек, все бывшие преступники, двое из них были в розыске. Прошла информация о намечающейся сходке воров, теперь вот не знаем что и думать. Главный подозреваемый с дружками кутил всю ночь, теперь мертвецки пьяный лежит дома. По следам работал вроде один, но там так наследили всякие начальники, гебешники, прокурорские и прочие, что вообще ничего не разберешь. Собака след не взяла, никто по соседству выстрелов и криков не слышал, прямо мистика какая-то, — прихлебывая чай делился информацией Юра Слимов.

Был он лейтенантом, служил под началом тети уже третий год, набирайся опыта.

— Ну что ты заладил про мистику. По моему мнению они сами друг друга перестреляли, вот собака след и не взяла, — не соглашался его давний оппонент, Денис Щербак.

— Помолчите оба. Убиты все из одного оружия, эксперты это установили в первую очередь. Применялся глушитель, поэтому никто ничего не слышал. Работал профессионал, скорее с прикрытием, одному там делать нечего, слишком много было народу. На криминальные разборки не похоже, у них не тот метод решать дела. Мне больше кажется что это работа старшего брата, операция по ликвидации уголовных авторитетов, не зря они от дела сразу отказались, — озвучила свою версию Анастасия Федоровна.

Воцарилась тишина, все переваривали такую трактовку произошедшего.

— Согласен с тобой Настя. Мне это тоже показалось сразу подозрительно, то лезут везде, а здесь: Криминал нас не интересует, это дело милиции. Им висяк не нужен, они что сами себя раскрывать будут? Дело тухлое, бесперспективное, никто нам не даст выйти на фигурантов. Так и доложу наверх, там тоже с понятием, так что скорее всего закроем с формулировкой: За смертью подозреваемых, — сказал дядя Миша.

Все сразу как то успокоились, на меня наконец то обратили внимание, виновато отводили глаза: со мной никто не поздоровался, а съели и выпили всё. Такое отношение мне не в диковинку, если аврал то они никого не видят и не слышат, вместе решают проблему, предлагая самые разнообразные версии, какая то из них обязательно выстрелит, или возьмется на заметку.

Вообщем домой мы попали ближе к одиннадцати вечера, офомлялось дело, подшивались данные экспертизы, которые были весьма туманны и противоречивы. Никто не хотел брать ответственность на себя, как оно там повернется в будущем неизвестно, поэтому в отчетах постоянно проскальзывали слова: предположительно, вероятно, по видимости и прочее. С показаниями было ещё хуже: никто ничего не видел и не слышал. Вообщем бумаг набралась полная папка, только толку с неё, одна макулатура. Я еще три раза заваривала чай и ходила в буфет, за это время кроме найденной в соседнем дворе дохлой курицы и пропавшей лопаты ничего не добавилось, но это тоже старательно подшили в дело. По словам тети Насти, начальство в первую очередь смотрит на толщину дела, чем оно толще, тем лучше, значит работали качественно. Глядя на уже вторую толстенную папку можно было рассчитывать на снисходительность начальства, оно тоже понимало что не все дела раскрываются, а некоторые лучше и не тревожить. Там же меня поздравили с первым удостоверением стажера отдела ОБХСС. Хотя в нем и не работали такие орлы как в отделе Михаила Антоновича, но бумажных трудяг уважали, бывало помощь от них приходила неоценимая.

Неделя пролетела незаметно, отстрелялась хорошо, вернее отлично, через два дня заключительный этап. Пока предавалась размышлениям валясь в постели, тетушка заварила чай и пожарила колбаску, выманивая меня запахом на кухню. Только собралась встать, как зазвонил телефон, на проводе секретарша Дусенька, просит срочно приехать в издательство. Сонно отнекиваюсь занятостью, трубку берет Мальчин, умоляет прибыть как можно скорее, у него западный издатель с полумиллионным контрактом, свою машину он уже выслал за мной. Быстро решаю что одеть, шорты не подходят, юбка тоже, значит розовый джинсовый сарафан с белой футболкой. На ноги кроссовки, бейсболка, зеркальные очки и любимый золотой ролекс. Из украшений кольцо с небольшим бриллиантом, серьги капельки, цепочка.

— Ты куда это собралась в такую рань, да ещё так приодетая, уж не на свидание ли? — разглядывая меня как на витрине спросила тетушка.

То что в голове у неё щелкает калькулятор понятно, импортным шмоткам цену знает, как и моим часам. Всё в сумме выходило очень прилично, можно квартиру купить, притом не самую плохую. Нужно её огорошить, выбить почву из под ног, тогда это всё уйдёт на второй малозначительный план.

— Звонили из издательства, нужно срочно подписать контракт с западниками на мою книгу. На кону полмиллиона долларов, половина наши! Давай собирайся, увидишь какая я у тебя талантливая и уважаемая. Хорошо?

Вот и всё, забыла она про мои золотые ролексы и бриллианты, у неё сейчас в голове буря, я же по лицу вижу.

— Едем! Такое я не пропущу, это же эпохальное событие! Сейчас моментом вызову нашу оперативку, нет лучше служебную Михаила, пусть захватит нашего фотографа, — скороговоркой произнесла тетя набирая номер.

Выехали только через полчаса, дядя Миша приехал быстро, но до этого долго выцеплял нашего штатного фотографа. В кабинет зашли вчетвером, впрочем там такому не удивились, как будто ждали что-то подобное. Контракт я прочитала, всё было предельно четко: во Внешторгбанк переводятся финансы, притом сегодня, там на мой счет падает половина за вычетом налога.

Контракт подписан, фото сделаны, шампанское разлито, можно продолжить претворять мой план.

— Аркадий Эдуардович, пора уже мне быть в союзе писателей, иначе там не поймут, ну вы же понимаете, — отпивая глоток из бокала сказала я.

Книгу я написала пока одну, но поделила на две части, так что с натяжкой можно сказать о выпуске сразу двух, только под одной обложкой. Так что условие соблюдено, а троих прикормленных членов Мальчин найдет.

— Вот кстати рецензия, её нужно подписать Стругацкими или Булычевым. Нашим западным партнерам я передала тоже, её подпишет Саймак или Бредбери, — ставя почти полный бокал на стол продолжила я.

— Я согласна с Оленькой, такая одаренная девушка украсит наш писательский состав. Поручители найдутся, тут и думать нечего, правда Аркадий? — спросила Эда Борисовна.

— Конечно. Пиши Оля заявление, Дуся продиктует, завтра соберем нужных людей, послезавтра приезжай за удостоверением, — быстро решил Мальчин.

Заявление я написала за минуту, там и было то пара предложений, потом последнее фото на память и мы распрощались. Финансы поступят сегодня, так что завтра нужно в банк, всё оформить и получить своё. Выдадут конечно не баксы, а чеки посылторга, что тоже неплохо, пора приодеть Настасью Федоровну, хватит ей оборванкой ходить, это я конечно сужу по себе. Живую валюту получу когда поеду за границу, она же есть у меня, так что позвольте получить. У нас в государстве разрешается иметь законную валюту, продавать только запрещено, это расстрельная статья.

— Ну Оля, такого я не ожидал. Сказать кому не поверят, девчонка сотни тысяч имеет, да ещё в валюте. Ты Анастасия что молчишь, язык проглотила от неожиданности? — спросил дядя Миша.

— Кончилась моя неожиданность, на днях она чемодан с деньгами отсюда притащила, ты кстати её тогда подвозил, так там столько, что мне за всю жизнь не заработать, как впрочем и тебе. Пока она спала, я бутылку зубровки приговорила, после вроде отлегло, так что привыкаю помаленьку.

Надо было видеть лицо начальника тети Насти, водка сейчас ему бы точно не помешала. Фотограф в это время щелкал какие-то стенды, так что финансовый вопрос он пропустил. При подписании сумма не называлась, дяде Мише тетя на ухо шепнула, тот вначале думал шутка, потом я показала сумму контракта, он на минуту завис. Мне кажется он до сих пор до конца не верит, впрочем я его не виню, сама бы точно не поверила.

— Дядя Миша, давайте сегодня посидим вечером все вместе, как раньше. Я что нибудь вкусненькое куплю, Олеся пирожные любит. Договорились? — спросила я.

— Конечно. Мы с Анастасией заедем после работы, постараемся пораньше. Верочку я предупрежу, приготовит что нибудь вкусненькое, да и дочка обрадуется, уже больше месяца у нас не была, зазналась валютная писательница. Вот для домашних будет сюрприз, хотя не поверят. Я например сам лично присутствовал, а до сих пор не верю, как во сне. Сейчас тебя подбросим к дому, сами на работу, будем закрывать дело по убийству авторитетов, будь оно неладно, — сплюнул дядя Миша.

Тут и фотограф объявился, счастливый до невозможности, встретил какого-то стихоплета известного, правда мне увы безызвестного. Взял автограф, глядя на каракулю было понятно — поэт пьян, притом сильно.

Дома хлопнула рюмку виски, ну хорошо — две, нервы и у меня не железные. Договаривались с Гетти через три дня, а прошла уже целая неделя, так дела не делаются! Тут зазвонил телефон, женский голос предупредил что со мной будут говорить из славного города Парижа, интересно кто, французов в этом мире у меня знакомых нет.

— Госпожа Ольга Викторовна? Минутку, — раздался женский голос с небольшим акцентом, а за ним сразу быстро зачастил по английски Гетти.

— Ольга, прошу простить за эту задержку, просто обстоятельства так сложились. Поверьте, я очень сожалею о произошедшем, впредь такого не повторится. Просто сейчас было слишком мало времени, я потом всё вам подробно объясню. В знак своей глубочайшей признательности, прошу вас принять несколько презентов. Мои советники рассказали о русском обычае трех подарков, один у вас под окном, это Aston Martin DBS V8, остальные два вручат завтра в нашем посольстве, приглашение сейчас доставят. Надеюсь я прощен? — волнуясь спросил Гетти.

Ну ни хрена себе, я тут о машине совсем недавно думала, а она оказывается под окном стоит. Легендарная машина агента 007, о такой можно только мечтать, впрочем зачем, вот же она!

— Надеюсь Джон, что и остальные безделушки такого же высокого класса, если да, то вы прощены, — стараясь не выдать свою радость ответила я.

— О, не беспокойтесь, на друзьях из Советской России я не экономлю. Сейчас вам занесут документы на автомобиль и приглашение в посольство. Таможенный налог уплачен, она ваша. Надеюсь скоро увидимся на презентации вашей книги, ждите официального приглашения к нам в Штаты. Если что-то будет нужно звоните в посольство, номер вам передадут. Надеюсь на дальнейшее сотрудничество госпожа Ольга. До встречи.

— До встречи господин Гетти, — я положила трубку.

В прихожей раздался звонок, открыла дверь, там молодой человек передал дипломат с огромным букетом алых роз. Цветы для меня были до сих пор неприятны, ни как к этому не привыкну. Духи пожалуйста, джинсовые юбки и сарафаны тоже, нижнее без проблем, но вот цветы, платья, помада с прочим — табу.

Открыв дипломат взяла в руки пакет, там документ о дарении, таможенная, квитанция об уплате налога. Сами бумаги на авто лежали в красивой папке, рядом в кармашке приглашение и визитка с номерами посольства. Под пакетом коробка дорогого швейцарского шоколада, бутылка Мартини, духи Yves Saint Laurent Rive Gauche. Открыла флакон, запах чудесный, не хуже

Chanel No. 5. Насколько помню, заветной мечтой любой советской девушки было достать Climat от Lancome, духи французских проституток, но об этом здесь мало кто знал, хотя может я и ошибаюсь. Черт с этим парфюмом, нужно осмотреть машину, ключи от неё лежали в пакете, целых четыре комплекта. Беру один, быстро надеваю кроссовки и тут снова звонок в дверь. Открываю, там двое высоких парней в светлых плащах, даже не сомневаюсь кто это.

— Мы из Комитета государственной безопасности, вам нужно проехать с нами. Собираетесь. — перед глазами мелькнуло раскрытое удостоверение.

Вот гадство, а так всё хорошо начиналось.

У окна стояли двое, только что был подписан контракт, значит премия в кармане, да не простая, а валютная, вернее чеками внешпосылторга.

— До сих пор не верится, сумма впечатляющая. Как думаешь, нам по сколько светит? — спросила Кузьмичева.

— Сотни по четыре, или все пять. За такое мелочится не будут. Ещё несколько похожих и звание заслуженно в кармане, — потер руки Мальчин.

— Вот ты Аркаша всё о своем, не думаешь о будущем. Ты хоть знаешь кто был с Ольгой Лёд? Небезызвестная Львица из МУРа и начальник уголовки с Петровки. Его по слухам пророчат в руководство всей Московской милиции. Заметь, фотографа взяли своего и на присланной тобой машине не поехали, вызвали свою. Мало того, я тут к племяшу на стрельбы ходила, он участковый как ты помнишь так там Ольга за ОБХСС выступала, сам полковник Марчин за неё болел, говорят в его отделе практикуется. Теперь понял куда мы ввязались?

— ОБХСС! Ни хрена себе! Там же любого могут закрыть как расхитителя. Теперь понятно как Арвид Янович всех неугодных убирать начнет, остальные сами притихнут от страха. То что Лёд там от его имени понятно, такое без глаз и ушей не оставишь, но зачем эта комбинация с книгой? И каким боком тут завязано КГБ, они же с милицией в контрах, — спросил главред.

— Дальняя многоходовая комбинация. Пельше всегда планирует на три — четыре хода вперед. Кого-то скоро снимут, поверь моему чутью. — ответила Кузьмичева.

Прикрепленная к нише стола маленькая серая коробочка, рассчитанная на несколько месяцев автономной работы, беззвучно записывала разговор.

Комитетчиков я ждала несколько позже, немного просчиталась, засуетились они гораздо раньше. Ничего страшного, проведут беседу — Враги не дремлют. Конечно попугают, как без этого, потом подписка о сотрудничестве, всё стандартно. К сожалению старого пса новым трюкам не обучишь.

— Проходите, я сейчас соберусь. Чай? — предложила я.

— Нет, спасибо, — ответил первый вошедший.

— Тогда кофе, идите за мной. У нас растворимый, так что быстро, да и чайник горячий, — сказала направляясь на кухню.

Двое из ларца шли за мной, это было предсказуемо. Человеческая психология не меняется: вначале отказ — это служба, потом снова предложение, правда немного другое — вместо чая кофе, несколько убеждающих слов и они идут. Служебный долг выполнен, они же отказались, затем просто небольшая вежливость, пока хозяйка собирается, она же сказала быстро. Чему интересно их учат, простейшее НЛП и они спеклись.

Пока парни пили халявный кофе с печеньем я переоделась в адидасовский белый костюм. Американской джинсой комитетчиков лучше не дразнить, а тут спорт, хотя и импортный. Золотая цепь и серьги с небольшими сапфирами, чтобы не считали простушкой, сумочка с мелочами через плечо, я готова.

Вышли друзьями, парни улыбались и пытались шутить, кофе с красивой девушкой победило всякую бдительность. Простая медовая ловушка и они поплыли, КГБ явно начал деградировать, впрочем чему удивляться, агентов влияния проворонили, допустили развал союза, а дальше вообще полный беспредел.

Волга вроде двадцать первая, но довольно резвая, значит всё таки двадцать третья, поэтому домчались быстро. Отметились на входе, дальше проводили к кабинету, тепло попрощались.

В кабинете за массивным столом, под портретом железного Феликса, сидел плешивый мужчина. Формы на нем не наблюдалось, гражданский костюм с галстуком и очки, по виду импортные. Недовольно взглянул на меня.

— Ольга Лёд? Вас вызвали для прояснения ситуации с американским бизнесменом, от чистосердечных показаний будет зависеть ваша дальнейшая судьба. Итак я слушаю.

Психологический прессинг, купился на образ красивой блондинки малолетки, начал не с уговоров, а сразу с запугивания, даже присесть не предложил. Информации толком по мне не собрал, использует то что есть, поэтому его действия шаблонные, да и по другому вряд ли умеет. Дадим плешивому то, что он хочет — наивную, глуповатую блонди.

— Ах товарищ генерал, всё что угодно, — присаживаясь на стул начала я, — Просто эта встреча такая неожиданная, вы представляете, я даже не привела себя в порядок, смотрите как ужасно выглядят мои ногти, — протянула ему под нос руку.

Под его шокированный взгляд, достала из сумочки стеклянный флакон с розовым лаком и стала не спеша красить ногти. Хватило его ненадолго, через пару минут он вскочил.

— Здесь не салон, забыла где находишься, напомнить?

— Но я же не виновата что не успела, правда?

— Правда. Какая правда? Давай начнем с начала, — быстро успокоился он, — Для чего ты встречалась с Джоном Гетти, кто тебе про него рассказал?

— Я читала Джону книгу, она ему очень понравилась, что тут неясно, — похлопала своими длинными ресницами, целый час репетировала, вот и пригодилось.

— Понятно что ему понравилась не книга, а …. Значит Джон? И откуда повторяю про него узнала?

— Ну он просил так называть себя, я согласилась, а что разве было нельзя? Узнала про него в Ленинграде, то ли от девочек в гостинице, то ли на экскурсии, точно не помню, да и зачем мне этим голову забивать.

Вообщем целый час из пустого в порожнее, было видно что он уже сам не рад этой встрече. Спасло его, да и меня тоже от нервного расстройства появление полковника, того самого, что просил помочь с оценкой подготовки будущих сотрудников. Плешивый вскочил, дальше я подписала протокол беседы, допросом это вряд ли можно было назвать.

С полковником Итоном, наконец то познакомились, проехали на Новослободскую, там зашли в борцовский зал, как он мне объяснил, тут была временная база. Сели на скамейку, стали смотреть на тренировку молодых, спортивных парней.

— Ну как? Что скажешь? — где-то через полчаса спросил Роберт Павлович.

— Они в спортивных костюмах будут на операции? Вы слишком зациклены на дзюдо и самбо, а это в боевых условиях ерунда. Во первых всегда есть автомат, который даже без патронов довольно опасное оружие, самбиста им снести как нечего делать. Во вторых, нож или саперная лопатка не оставят шанса безоружному борцу. Ну и в третьих, если боец это всё профукал, то нужен он вам такой красивый?

— Это пока лишь слова, как прикажешь брать террориста? Только удушающим! Поверь, я в этом хорошо разбираюсь, — сказал полковник, а в глазах веселые искорки.

Ни слова не говоря взяла автомат, подошла к парням.

— Руки за голову, встать на колени! — направила автомат на двоих тренирующихся.

Противники замерли, один дернулся, я нажала на курок, — Ты убит, следующий, — направила дуло на второго.

Тот оглянулся на полковника, после встал на колени, сцепив руки на затылке.

— Глупо! — прикладном в лоб, не сильно, но тот ненадолго вырубился, этого мне хватило чтобы связать ему руки.

— Человека выдают глаза. Если задумали что-то, смотрите расфокусированным взглядом, иначе становятся понятными ваши дальнейшие действия. Он собирался одной рукой отвести автомат, а второй с перекатом зацепить меня.

Скорость реакции у меня больше, если не на порядок, то немногим меньше. Вот вы поняли мою мысль? Я сама не поняла, но всё равно права. Парням за мной не угнаться, а я и от пули могу уклонится, правда потом всё тело будет болеть, даже мои прокаченные мышцы не смогут компенсировать такую нагрузку, правда и травм вроде вывихов и разрывов не будет.

— Роберт Павлович, у меня к вам небольшая просьба, мне нужны права на автомобиль, вернее разрешение их получить. Водить я умею, на мотоцикл имеются, они с шестнадцати, а восемнадцать только осенью, целых полгода ждать! Вы же можете, я знаю, — снова захлопала ресницами.

Минут десять мы торговались как два еврея на привозе, по другому это не назовешь, но договорились. Мне права, ему неоценимая помощь в моем лице. Ребята бросив тренировку стояли вокруг нас, явно болея за меня. Попрощавшись вышла, доберусь сама, благо такси вызвано. Сначала домой, потом беру документы на авто и к тете, нужно регистрировать в ГАИ.

В отдел, куда я завалилась с ворохом пирожков и чебуреков с буфета была принята со всем почтением и уважением, потому как опять голодные. Все уже знали о моем коммерческом успехе, хотя как мне кажется не верили до конца, впрочем я их в этом не виню. Анастасия свет Федоровна только удивилась, вроде договорились заехать за мной вечером, а я сама притащилась. Отвела её в уголок, там ей в руки документы мне машину. Тетя зависла, пришлось даже ущипнуть. Решилось всё просто, завтра она сама на ней приедет и всё оформит без всякой очереди. Рассказала про обещанные права, дальше домой, нужно купить что-то вкусненькое, плюс подарки Олесе и её маме.

Уже подходя к магазину в голове стучала мысль: с Андроповым нужно срочно кончать, пока он не набрал вес, собирая компромат на окружение дорогого Леонида Ильича.

Брежнева в той жизни я ценил, последний нормальный руководитель Советской империи, которую боялся и уважал весь мир. Настоящий фронтовик, в штабах не отсиживался, неоднократно с десантом высаживался на плацдарме Малая земля, был ранен. Под его руководством в шестидесятых — семидесятых годах, промышленная продукция выросла почти на пятьсот процентов, сельское хозяйство на двести и так далее. Он лично отменил трудодни, заменив денежной ежемесячной оплатой. Брежнев последний из титанов, который думал о стране, а не продавал и растаскивал как последующие.

До полнолуния осталась неделя, значит после нужно заняться главой госбезопасности, как это провернуть мысль имеется, осталось прояснить некоторые детали, подготовить проникновение и отход, а также алиби, так на всякий случай. Катерину в этот раз впутывать не буду, слишком большие ставки.

В магазине решила купить пару литров коньяка, пусть тетя Настя и дядя Миша с женой расслабятся, сегодня у них стресс, у родственницы вообще двойной. Сейчас наверное со своим начальником изучают документы на машину, скорее всего даже с лупой в руках. Вечером можно будет напроситься укладывать спать Олесю, там немного её полечу.

— Девушка, а вам есть восемнадцать? Документ покажите, — услышала я от здоровой продавщицы, пальцы которой были сплошь унизаны золотыми кольцами. Как сорока, честно слово, купила бы одно с драгоценным камнем, а не этот кич. В ушах тоже блямбы, а на шее аж целых три цепочки, и все с кулонами. Богатство напоказ, наверное лимитчица из деревни Задрыгаево, вкуса нет, да ей и не надо, одни понты.

— Смотри, — и я под нос сунула своё удостоверение стажера милиции.

Дурища ничего не поняла, кроме слова ОБХСС, ойкнула и выбежала в подсобку. Может совесть у неё наружу просится, хотя о чем это я, она и слово такое забыла как пишется. Буквально через минуту выскочил колобок, представился директором Фельдманом, умолял пройти в кабинет. Я всё же не железная, да и он так трясся, словно у него припадок. В кабинете всё было приготовлено: французский коньяк, большой кусок буженины, блок верблюжьих сигарет, коробка птичьего молока и две банки икры.

— Сигарет нужно добавить, у нас почти весь отдел курит, а начальник предпочитает черную икру в большой банке. Женский коллектив любит мартини или чинзано, сигареты мальборо, — я посмотрела на директора, а он на мое зажатое в руке удостоверение.

Через десять минут всё затребованное складывалось в две большие коробки, я расплатилась и вышла из кабинета. На улице ждало такси, грузчик бережно уложил мои покупки на заднее сидение. По пути остановились у ювелирного, там приобрела небольшие золотые сережки.

Дома разложила все покупки на столе, то что беру с собой в коробку, остальное по полкам и шкафчикам. Четыре наших грузинских коньяка плюс один французский, литровую мартини, буженину, конфеты и два блока сигарет, это беру с собой, остальное дома. Сейчас нужно подумать о подарках. Вере Свешниковой духи Yves Saint Laurent, а Олесе сережки, которые сегодня купила в ювелирном. Дяде Мише сигареты и бутылку французского коньяка, вот вроде бы и всё, теперь можно и самой готовится. Что одеть не представляю, спортивный не подойдет, юбку и сарафаны не хочется, в шортах вечером как то не то, значит джинсы. Только собралась, как заскочила тетя, быстро шагнула в ванну, потом переодеваться и вот наконец мы едем, но вначале…. Охи и ахи вокруг машины, хорошо ещё что она во дворе, иначе от зевак прохода бы не было, нужно срочно озаботится гаражом, иначе разберут ночью на сувениры. Завтра звоню Дмитрию Ароновича, пусть срочно ищет подходящий, а сейчас мы едем, но не к дяде Мише, а в гараж Петровки, там постоит до завтра, потом решим. За рулем сидела Анастасия Федоровна, глаза просто горели, она с первого взгляда влюбилась в эту машину, а я не разлучница, пусть будет ей подарок, мне же скоро ещё пару подгонят, зачем жадничать.

Коробку в квартиру Свешниковых внесла лично, дальше как дед Мороз, вернее Снегурочка, начала одаривать всех подарками. Первой футлярчик с сережками получила Олеся, вы бы видели её глаза, сколько там было счастья. Затем духи в шикарной коробке тете Вере, и наконец сигареты с коньяком дяде Мише. Буженину и конфеты на кухню, вернее одну буженину, птичье молоко маленькой хозяйке. По поводу дороговизны никто не сказал и слова, зачем обижать дарительницу, тем более это мне по карману.

Вечером, когда все пели по пятому разу "Только раз бывает в жизни", я укладывала Олесю на животик в ванной, потом приложила руки и лечение началось. В этот раз оно далось совсем не тяжело, наверное из-за того что она ребенок, черноты вышло чуть-чуть, болезней детский организм ещё не успел нацеплять. Было слышно несколько щелчков, как будто суставы вставали на место, но скорее всего это что-то другое. Маленькая подружка перенесла не издав ни звука, хотя ей было страшно и немного больно. Ополоснулись вместе под душем, она уже могла сама стоять, дальше я унесла её в кровать, там пригодился шоколад из моей сумочки, который мы моментально съели, а потом я уснула вместе с ней, всё же силы мои не беспредельны, да и сегодня был такой нервный день.

Утром раздался крик, переходящий в всхлип, затем послышался второй мужской и тишина. Через пару минут слышался только плач, что же там произошло? Рукой по постели, Олеси рядом не было, — Вот блин попала.

Глава 11

Обошлось, Олеся как мы и договаривались ничего не сказала, глупо конечно надеяться на дальнейшее молчание, дядя Миша всё равно докопается, опер он опытный. Сейчас пока в шоке от произошедшего, но вот потом…. Менять что либо уже поздно, но поступить по другому я просто не могла. Семья Свешниковых для нас близкие люди, честные и порядочные, таких к сожалению не так много. Понятно что Олеся страдала за что-то содеянное в прошлой жизни, но на нижние планы её не опустили, значит не такая у неё сильная вина, а может всё наоборот — готовят при следующем перерождении наверх, игры богов не понять простым смертным.

Когда я вышла из комнаты, все уже собрались вокруг Олеси, родители стоя на коленках гладили прямые ножки дочки, не веря в произошедшее. На глазах у обоих стояли слезы, дочка начала ходить, правда пока держась за стенку, но пройдет пара дней и она побежит вприпрыжку.

— Сегодня я не работник, у меня руки трясутся. Праздник! У нас праздник! Анастасия, Оля вы останитесь с нами? — поднимаясь с колен спросил Свешников.

— Конечно! Давайте вечером соберемся. Сейчас вам необходимо побыть одним, на службе без тебя сегодня обойдемся, не переживай, — ответила тетя.

— Я к сожалению сегодня не смогу, прием в Американском посольстве, будь он неладен. Зато завтра с утра беру Олесю в парк, там карусели, качели и прочее, — предложила я.

Предложение было принято на ура, в первую очередь конечно моей маленькой подружкой. Тетю Настю великодушно отпускаю до утра, но вначале мы с ней зарегистрируем автомобиль, съездим в банк, потом "Берёзка". На службе тоже нужно появится, подменить начальника, выдать ценные указания, она всё же его официальный заместитель.

Перед уходом положила две сотни на кухонный стол, сегодня праздник, а значит предстоят траты. Семья полковника жила небогато, хоть у него и неплохой оклад, но жена не работала, ребенка инвалида одного оставить нельзя, а в садик таких не берут. Раньше она работала в доме моды, даже был показ её моделей, на котором она и познакомилась со своим будущим мужем, но после рождения дочери пришлось оттуда уйти. Брала работу на дом, швея она просто отличная, прям как фея, но всё равно это было не то. Сейчас она сможет вернутся на прежнее место, так что блат мне там обеспечен, сошьют что не попрошу без всякой очереди.

В ГАИ оформили всё быстро, десяти минут не прошло, как машина была зарегистрирована. Другим бы за иномарку все мозги вынесли, а нас Сергей Сергеич только поздравил. У меня сложилось такое ощущение что всем было всё известно, прямо как в деревне, и наверно даже больше чем мне самой. Вот например одна половина была уверена, что я выхожу замуж за английского посланника, а вторая наоборот: он сбил меня на пешеходном переходе и так извиняется чтобы его не выперли из нашей страны. Переубеждать я никого не стала, пусть думают как хотят, к тому же это бесполезно и бесперспективно: наши люди если вобьют себе что-то в голову, то это надолго, если не навсегда. Гаишников нужно будет отблагодарить парой бутылок вискаря, впереди предстоит ещё не одна регистрация.

Внешторгбанк напоминал крепость, если бы не наши удостоверения, промариновали наверное с час, а так козырнули — проходите. За стеклянной стойкой сидела здоровая бабища с золотыми кольцами на пальцах и аляповатой брошью на груди, косящая под блондинку. Мне она сразу не понравилась, но дело своё знала на отлично. поэтому буквально через полчаса всё было оформлено, у меня появился свой личный инвалютный счет, на котором лежало сто семьдесят пять тысяч долларов. Налог в тридцать процентов сожрал семьдесят пять тысяч баксов, жалко было до слёз, это же целый капитал. Попросила выдать двадцать пять тысяч сертификатами, и пока та отсчитывала начала объяснять удивленной тетушке зачем мне такая сумма.

— Дачу нам покупать нужно? Нужно! Цены на хорошую ты представляешь не хуже меня, это порядка сорока тысяч. Я отдаю десять тысяч сертификатами и все довольны. Их конечно продавать запрещено, но я же просто поменяюсь. Вот сама смотри: если я возьму рублями, то получу по курсу обмена девять тысяч вместо десяти, у нас же доллар стоит девяносто копеек, а за сертификат можно купить товаров один к пяти, притом импортных.

— Но Оля, необоснованные хранение сертификатов Внешпосылторга запрещено, — напомнила тётя.

— Ну хорошо, заплачу товаром. Сейчас ты успокоилась? Твоя совесть чиста перед государством, которое кстати содрало с несовершеннолетней тридцать процентов! А я даже ещё в профсоюзе не состою, и больничный мне никто не оплатит! — начала заводится я.

Наш спор разрешился появившимся пачками сертификатов, вроде всё нормально, но…. Они были с синей полосой!

— Нас хотят обмануть. Синие идут один к одному, а наши должны один к четыре и шесть, это же мошенничество, — прошептала я.

Тетя моментально просекла ситуацию, положила руки на стопку сертификатов и громко позвала дежурного милиционера. Наши удостоверения он видел на входе, поэтому подбежал моментально. Кассирша пыталась вырвать из рук синеполосые, но тщетно, у тетушке хватка железная. Дальше всё завертелось: директор, заведующий, старший кассир, наряд милиции и прибывшие сотрудники КГБ. Валютная статья жадной жирдяйке обеспечена, была бы поумнее совала бы нам желтополосые, они по номиналу такие же как бесполосые, но вот товар на них разный, зато и со статьи могла соскочить. Хотела бабла по максимуму срубить, купилась на то что мы здесь в первый раз и про сертификаты мало что могли знать, а теперь обнаглевшей дурехе десятка как минимум светит.

Часа два потеряли: вначале истерика кассирши, затем ждали комитетчиков, потом пересчитали синеполосые и вновь выданные свои бесполосые, после писали заявление и наконец протоколы показаний. Анастасия Федоровна и здесь не растерялась, представив это как одну из операций милиции, конечно же по жалобам трудящихся, то есть меня. Всё притянуто за уши, но подкопаться трудно: я где то услышала про такое мошенничество, попросила помощь милиции в лице тетушки, руководство пошло навстречу, и вот результат. Свое заявление вчерашним числом я написала под диктовку тети, пока ждали гебешников.

О проведенной операции моя капитанша отчиталась начальнику следственного, тот моментально въехав обещал направить своих сотрудников — не только комитетчикам нужна раскрываемость, но и милиции тоже. С Львовой подробный рапорт и отчет, который она тут же подготовила пока считали деньги, то есть сертификаты.

Вышли из банка, я с полным дипломатом, а тётя с папкой заведенного уголовного дела подмышкой. Синюю папку дали безопасники, сейчас в ней копии допроса, свидетельские показания, характеристика на обвиняемую, мое заявление и прочие нужные бумажки.

— С тобой Оля, я уже второе дело раскрываю. Это мошенничество в особо крупном размере, плюс валютная статья, значит премия в кармане, — потерла руки Львова.

— Да хватит тебе копейки считать, у меня в дипломате по черному курсу минимум сто семьдесят тысяч лежит, а ты о десятке мечтаешь. Сейчас сядешь в Астин-Мартин, который кстати на тебя записан, и мы помчимся в "Берёзку", хватит уже подолом подворотни подметать, на трусах всякую гадость домой тащить. Купим тебе джинсы, в них удобно и трусы чистые. Кстати их тоже купим, иначе своими панталонами всех потенциальных женихов распугаешь, — усаживаясь в машину сказала я.

Анастасия Федоровна ещё была мысленно в банке, поэтому не сразу поняла о чем я говорила, зато потом на меня обрушился целый ворох всяческих обвинений и подозрений. Я пыталась огрызаться, но разве опера этим проймешь, она и не к такому привыкла.

Наконец доехали, там чуть не силом затащила в магазин, и понеслось. Всё таки женщины отличаются от мужчин не только телом, это легко проверить в любом бутике. Здесь конечно не модный магазин двадцать первого века, но всё же. Купили тете полный гардероб, от нижнего белья до шубы и дубленки. Вначале она вяло отнекивалась, зато потом сама выбирала и примеряла. Фигура у неё идеальная, сама очень красивая, только морщинки у глаз выдают возраст, но это я со временем исправлю, а сейчас на ней итальянский брючный костюм, ну просто загляденье.

В этот раз про туалетную бумагу и прокладки я не забыла, как впрочем и про косметику для моей капитанши. Она уже устала меня поправлять по этому поводу: она капитан, а не жена капитана — капитанша. Но мне было как-то фиолетово на её поправлялки, хотя иногда получала за это подзатыльники. Вот вроде бы и всё, можно ехать домой, но тетя ехидно улыбаясь спросила: В чем я пойду на прием, там джинсы и шорты не прокатят. Прием официальный, иначе остальное вручили бы вместе с ключами, значит нужно платье, которое она уже для меня присмотрела. Купить пришлось аж целых три: черное, белое и красное.

Из Березки вышла вся красная, примерка вроде как за ширмой, но всё равно не удобно. Дальше к знакомому тетушкиному парикмахеру, она у него каждую неделю прическу поправляет. В своё время доказала его невиновность в убийстве, нашла настоящего преступника, получила от того ножом в грудь, хорошо что рана легкая, удар прошел по касательной, ну и медаль за раскрытие и задержание от руководства.

За пару часов у меня появилась потрясающая прическа, первая в этом мире, я же кроме хвоста ничего не умею.

Домой таскали пакеты с покупками, это в магазине нам всё погрузили в багажник, а здесь сами, своими ножками. Быстро перекусили пельменями, начали собираться: я в посольство, а Анастасия к дяде Мише. После того как она надела джинсовый костюм с удобными кроссовками, вместо своего бесформенного наряда, сразу помолодела лет на десять, поэтому звать её по отчеству отказалась. Та в зеркало смотрела на себя не без удовольствия, а уж после небольшого макияжа так вообще стала супер. Ну а я совершила своё окончательное психологическое падение: платье, колготки, помада и туфли на шпильке. Хорошо что на этих ходулях научилась передвигаться заранее, иначе даже не представляю чтобы подумала тетя. Кстати, ей купили Волгу 24, за две тысячи сертификатных рублей, двадцать первая стоила тысячу двести, но я уперлась: раз Анастасии видите ли неудобно приезжать на иномарке к своей работе, тогда новейшая Волжанка, и чтобы взяла со склада черного цвета с красным салоном, иначе в машину к ней не сяду, точка! Я вот в отличие от неё не гордая, как появятся права, буду на Астине рассекать, пока заказанные мной авто не появятся. Бондовская машина конечно хороша, но не моя, она для тех кто постарше, вот как тетя. Надеюсь её блажь рано или поздно пройдет, и она пересядет в нормальное авто, а Волгу продадим, да еще и с наваром.

Гаража поблизости к сожалению не оказалось, но есть радостная новость — дача. Всё как я заказывала: недалеко от города, рядом водохранилище, большой лесной участок. Мой знакомый авторитет шлёт привет, хочет встретится, у него всё отлично. Благодарю Волкова, осмотр дачи решаю провести через день, Анастасии Федоровне нужно дать денек отойти, да и я с Олесей развеюсь в парке, сколько можно свои нервы жечь. Вот чувствую что этот прием в посольстве выжмет все соки, ну а раз тетушки дома не будет, успокою нервы бутылочкой виски, надеюсь одного пузыря хватит.

Тетя собралась, с ней целая сумка подарков для Свешниковых. В основном купленная сегодня одежда для малышки, но и тете Вере джинсы с косметикой, а дяде Мише кожаный пиджак с фирменной зажигалкой Zippo. От себя добавляю нижнее и прокладки, убедилась что это пожалуй для женского пола самое необходимое. Как она уговорит это принять неизвестно, они люди гордые, но это же от чистого сердца.

Зазвонил телефон, за мной приехала посольская машина, беру сумочку с приглашением и документами, тетя провожает и машет рукой, пока мы не выехали со двора.

Добрались быстро, тут ехать всего ничего, пешком можно дойти, но на авто быстрее и солиднее. Мои акции в КГБ сегодня подрастут, или наоборот упадут до минимума, в это время мыслили совсем по другому.

Вообщем вечер прошел в целом неплохо, если бы не платье, липкие раздевающие взгляды и наша замминистра по культуре. Целовали руки, разливали шампанское, затем небольшая речь о новом друге американского народа, то есть обо мне. Я раскланивалась направо и налево как китайский болванчик, зато после настало время подарков и они не обманули моих ожиданий. Первым было бриллиантовое колье от Cartier, невероятной красоты и цены. Как сказал помощник посла — Красота для самой красивой девушки.

Вторым даром шла картина Ван Гога — Ирисы. Я вскользь упомянула эту картину Гетти, и о чудо, он выкупил её у одного коллекционера и теперь она моя. Сколько она будет стоить в конце восьмидесятых мне известно, почти пятьдесят четыре миллиона баксов, а куплена в свое время за триста несчастных франков. И вот тут вывезла эта дебелая заместительница министра, долго и витиевато благодарила посла, жадно поглядывая на МОЮ картину. Она видимо думает что я как примерная комсомолка передам её в музей…, сейчас, только трусы поменяю. Хера ей лысого во всю глотку, не отдам! После выступления чиновницы, беру слово уже я. Благодарю такого замечательного человека как Джон Гетти, обещаю повесить картину у себя дома на самом видном месте, а при следующем его приезде пригласить домой на чашку чая, конечно со всеми прибывшими с ним. По скривившейся роже заместительницы стало понятно, как были верны мои предположения, вот только дура выкуси. Я похлопала своими длинными ресницами — девушка просто ничего не поняла, она же блондинка. Спрос будет с чиновницы, по головке её за это не погладят, впрочем может она сама погладит министерскую, тогда простят, но это уже не мое дело.

Домой также на посольской машине, картину занесли, я её сразу повесила вместо какой то другой, явно не такой ценной. После душа со стаканом виски в постель, голова разрывается от мыслей и планов. Времени катастрофически не хватает, ладно дача, а с ней будущих хлопот по переустройству намеренно, так ещё нужно общаг у старухи наводчицы изымать, да и её гасить пока не сбежала. Тварь оказалась ещё та, по её наводке вырезали несколько семей, даже ребенка мокрушники не пощадили, так что бабку в утиль. Скоро полнолуние, значит наконец увижусь с Ланой, что будет боюсь загадывать. Она мне сразу всё порвёт, не утерпит, я же ей порвала. Что потом тете говорить — На сук напоролась, когда накланялась? Вряд ли она мне поверит, как жить после этого непонятно, разговорами о половой распущенности доконает. Их я с трудом переживу, а вот если начнет плакать? Женские слезы хуже ножа, чувствую себя полной скотиной, поэтому никогда заказы на женщин и детей не брал. Скоро Свешников докопается, опять придется изворачиваться, вот непруха. Потом ещё письмо от Гетти переданное в посольстве. В нём он просит оказать небольшую помощь одному человеку, такую же как и ему в своё время. Конечно если это будет возможно, ну и разумеется не бесплатно. Подумав я согласилась, но с двумя условиями: первое — это моя заинтересованность, как её добьется мне не важно. Второе — цена. У Гетти льготная, поэтому второму в два раза дороже. Всё это я написала и передала в запечатанном конверте человеку со шрамом, за него Джон в письме ручался, теперь дело за ними, пусть думают. Доверенный человек мне показался очень опасным, что то неуловимо в нем было знакомо, вот только что?

Утром разбудил дверной звонок, кто-то настойчиво жал кнопку. Зевая пошла открывать такому нетерпеливому, глянув в глазок узнала одного из рекрутов полковника Итона. Это ему зарядила прикладом в лоб, звали его вроде Петром. Открыла дверь, он сразу представился лейтенантом Данилкиным, здесь по поручению Роберта Павловича.

— Раздевайся, проходи на кухню. Я пока быстро в ванную, а ты организуй чайку или кофейку, вообщем действуй, — ещё раз зевнув сказала ему.

Вчера уснула поздно, в голове хороводом кружились мысли. В этом мире я недавно, и уже такой впечатляющий результат: мне нет и восемнадцати, а уже имею солидный инвалютный счет, полсотни тысяч налом, драгоценности, одну из самых дорогих картин Ван Гога, иномарку и престижную квартиру. Скоро появится дача, заказанные автомобили и свой трастовый фонд. Как говорили в одной старой комедии: жить хорошо, а хорошо жить ещё лучше! Вот и пытаюсь устроиться в этом мире как можно лучше. Бросаться сразу на ликвидацию объектов глупо, нужно всё делать постепенно. После акции надо присмотреться, что-то или кто-то вылезет из тени, я же не всех уродов разваливших страну знаю. Хочу стать одной из самых богатых и влиятельных людей мира, деньги способны сделать многое, в том числе придержать ястребов из Пентагона. Не будет гонки вооружений, Союзу станет легче, да и Афган постараюсь не допустить. Вот мой план на ближайшее время, может кто-то скажет он неправильный, но я не стратег, всего лишь тактик, поэтому делаю как считаю нужным.

В ванной привожу себя в порядок, затем быстро переодеваюсь. Пижаму меняю на джинсовый комбез с шортами, сегодня качели, карусели с Олесей, там сарафан или юбка не катят, трусиками светить не хочу.

На кухне всё уже готово, чай разлит по чашкам, бутеры порезаны и разложены на тарелке.

— Повезет твоей будущей жене, такой заботливый муж. Наверное и завтрак в постель ей носить будешь? — не удержалась от шпильки.

Слишком влюбленными глазами он на меня смотрел, впрочем я его не виню, сам бы в такую влюбился.

— Такой красивой как ты, готов хоть каждый день, — покраснел он, но взгляда не отвел.

Этого мне ещё не хватало, наверное вчера крепко приложила автоматом, а может наоборот не добила. Пора Ромео выпроваживать, иначе тут скоро будет признание в любви и предложение выйти за него замуж.

— Что просил передать Роберт Павлович? — вернула в реальный мир Данилкина.

Тот с сожаление вздохнул, достал из внутреннего кармана мои права на машину. Полковник сдержал своё слово, уж не знаю как он это провернул, но вот результат, прямо в моих руках. Сейчас можно не беспокоится за свои нервы в общественном транспорте, личное авто это чудо, правда пока недоступное многим.

— Петенька, мне к сожалению пора по делам, спасибо за то что уделил для меня своё время, я этого не забуду. Встретимся ещё не раз на тренировке, — начала собираться я.

В сумочке уже было всё самое необходимое, сейчас туда добавились права и ключи от автомобиля. Вышли вместе, ему на метро, а мне к Свешниковым. Под его ошарашенный взгляд открыла свой Астон Мартин, предложила подбросить до метро, но он отказался. Послала на прощанье воздушный поцелуй и выехала со двора.

Пётр Данилкин был немного возбужден подходя к дому где проживала его любовь, правда пока она об этом не догадывалась, но придет время узнает. Себя он считал очень достойным кандидатом в мужья, любая согласится выйти за такого замуж. Красивый и высокий, кандидат в мастера по дзюдо, лейтенант госбезопасности с неплохим окладом, что ещё надо потенциальной невесте? Есть отцовский Запорожец, через несколько лет будет получена квартира, это ли не мечта многих девушек.

Вчера после тренировки, когда уже все расходились по домам, к нему подошел полковник Итон и попросил завтра с утра съездить к Ольге Лёд, отвезти права на вождение автомобиля. Вот и представился случай для объяснений, а там и свадьба не за горами, уж такого перспективного жениха ни одна нормальная девушка не выпустит из рук. Он тут же представил как после предложения руки и сердца она бросается ему в объятия, дальше поцелуи и прочее. От таких мыслей пришлось сесть на лавочку у её подъезда, чтобы успокоиться, хорошо никого поблизости не было, иначе конфуз обеспечен. Напротив дверей стояла иномарка, красивая и хищная на вид, сколько она стоит было страшно представить, это не батин горбатый запорожец. Наверное какой нибудь иностранный дипломат здесь проживает, вот и ездит на такой красоте. Наконец член успокоился и Пётр быстро поднялся к квартире Лёд. Встал у массивной двери и начал звонить в квартиру. Слышно ничего не было, работает звонок или нет было непонятно, только он собрался постучать как открылась дверь. Сонная Ольга зевала, значит он её разбудил, поэтому быстро представился, вдруг она спросонья его не узнает. Всё обошлось, его пригласили в квартиру, а дальше больше, попросили похозяйничать на кухне. Девушка ушла в ванную, а он отправился готовить завтрак. Такое отношение заставило сердце бится сильнее, ему доверяют как своему. То что квартира не бедная было понятно, но насколько богатая он оценил лишь заглянув в гостиную. Старинная антикварная мебель и прочие музейные экспонаты, а уж кухня это вообще нечто. Поставил кипятиться воду для чая, на завтрак решил приготовить несколько бутербродов. Холодильник показал невиданное изобилие: буженина, черная и красная икра, импортные сыры и различные колбасы, которые не купишь в простом магазине. В шкафчиках стояло различное растворимое кофе, лежали конфеты и плитки шоколада. Несколько блоков иностранных сигарет и ещё что-то в красивых коробках. Вино сплошь заграничное, наш только коньяк, притом не самый дешевый. В голове щелкал калькулятор, здесь только одних продуктов на пару тройку его зарплат. Отвлекала от подсчетов появившаяся Ольга, он даже не удивился её сплошь импортной одежде. В этом доме пахло деньгами, нет не так — большими деньгами! Признание в любви решил на время отложить, нужно получше узнать невесту. Та пошутила насчет будущей жены, он осторожно ответил. Права та небрежно кинула в сумочку и засобиралась по делам. Было интересно узнать какая у неё машина: Москвич или новый ушастый Запорожец. Вот только реальность оказалась фантастикой, она села в ту самую иномарку, даже предложила подвезти, но он отказался. Она уехала, а он сел на ту самую скамейку, самомнение рухнуло на самый низ, и даже ниже. Что он может предложить этой красивой девушке, которая живет в роскошной квартире, ездит на машине мечты любого советского автоводителя и имеет наверное всё, что только захочет. Тут нужно подумать и подготовится, поэтому следует побольше о ней узнать у полковника Итона, уж он то всё про неё знает, раз лично привел её к ним.

Глава 12

Самолет приземлился точно по расписанию, в Лондоне с утра было прохладно, впрочем здесь и летом температура редко поднималась выше двадцати градусов. Человек со шрамом быстро прошел таможенный контроль, из вещей только кожаный полупустой дипломат. У выхода его уже ждал автомобиль, кивнув знакомому водителю сел в салон. Что бы он сделал увидев встречающего незнакомого шофера: сразу вернулся обратно в аэропорт, а там на ближайшем рейсе в Нью-Йорк, решения босса не обсуждались, слишком чревато.

Из Хитроу в район Ричмонда доехали быстро, всего за каких то пятнадцать минут, там завернули в один из старых особняков. Человек со шрамом вышел из автомобиля крепко сжимая ручку дипломата, которую он ни разу не выпустил из рук, добираясь из Американского посольства в Москве сюда в Лондон.

В доме его уже ждали двое: помолодевший работодатель и почтенный джентльмен с тростью, который пытался скрыть свое волнение, но у него не особенно это получалось. Кивнув встречающим, шрамолицый протянул дипломат Гетти, тот приняв кейс набрал известный ему шифр на замке, открыл, достал конверт. Не спеша распечатал, прочитал и задумался.

— Что там? — вскричал не выдержав человек с тростью.

Джон протянул лист компаньону, тот быстро схватил и прочитал.

— Слава незримому! Свершилось! — прошептал почтенный джентельмен массируя рукой левую сторону груди.

— Что, переволновались? — улыбаясь спросил Гетти.

— Это тебе сейчас хорошо! Вдруг бы она отказалась, что у такой в голове не нам простым смертным судить, а мне знаешь сколько осталось? — усаживаясь в кресло спросил человек с тростью.

— Знаю! Не больше пары лет, и это в самом лучшем случае. Давай сейчас послушаем моего человека, он с ней общался, да и штатный психоаналитик посольства ему рассказал о своих наблюдениях, правильно Франц? — спросил он шрамолицего.

— Всё точно как вы и предсказывали босс. На приеме ей было некомфортно, держала со всеми дистанцию. Советская чиновница не обманула наших ожиданий, хотела оттяпать ваш подарок, но Ольга быстро поставила её на место. Оргвыводы руководства последуют в ближайшее время и явно не в пользу министерской подстилки, такой провал в нашем посольстве ей не простят. Здесь ещё некоторые материалы от нашего русского друга, думаю вам они будут интересны, — закончил Франц.

— А теперь скажи своё личное мнение, ты же с ней общался, — попросил босс.

— От неё несёт смертью за километр. Мне было страшно с ней находится в одной комнате. Её глаза буквально светились ненавистью и презрением. Такое чувство, что рядом черная мамба, ужалит или скроется в джунглях до последнего не ясно, а жить хочется. И последнее: она не оставляет отпечатков, как будто их нет, — закончил человек со шрамом.

— Благодарю Франц, ты всё сделал отлично. Премия у секретаря, можешь быть свободен, — отпустил своего доверенного сотрудника Гетти.

Когда за шрамолицым закрылась дверь, хозяин сел в кресло, налил бурбона в хрустальный стакан.

— Как ты можешь пить этот самогон, до сих пор удивляюсь. Что ты обо всём этом думаешь? — спросил человек с тростью.

— Да что тут думать! Падшей было противно находится с этими посольскими выскочками, они же возомнили себя небожителями. Человеческий истеблиш для неё ничто не значит, отсюда и жесткий ответ той дуре из Советского министерства. Ответ на мою просьбу насчет вас был вполне предсказуем: зачем ей это! Так что теперь всё зависит от ваших действий мой дорогой друг, я выполнил свои обязательства. Вы понимаете как я рисковал? Такие ничего не забывают и не прощают! — прошипел Гетти.

Только ложечка завязанная узлом, вынутая им из золотого футляра, успокоила его, ну и стакан бурбона.

— Кстати, не продадите ли вы мне её. Даю миллион! — спросил пожилой собеседник.

— Не святотатствуйте! — подскочил Джон, — Эта реликвия бесценна! Все эксперты однозначно пришли к выводу: такое невозможно, тем более девушке. Вот кстати её снимки сделанные в посольстве, — достал из дипломата пачку фотографий хозяин особняка.

Пожилой джентльмен долго рассматривал фото, затем произнес.

— Отличный камуфляж! Действительно ангел во плоти, такую застанешь с окровавленным ножом у трупа, тут же отпустишь как не причастную, — замахал руками на вскочившего собеседника, — Успокойся Джон, я же шучу. Давай теперь решим, кто войдет в круг посвященных, их не должно быть больше двенадцати, двое уже есть.

— Без барона не обойтись. Ну и остальные по списку, сам знаешь. Через месяц встречаюсь с Ольгой, там уже поговорим более предметно. У тебя мой старый друг не так много времени, чтобы заинтересовать Падшую, — закончил Гетти.

— Не волнуйся, мои аналитики это предусмотрели, так что есть кое какие планы. Выпускай книгу Ольги побыстрее, пиар будет обеспечен, хотя вроде бы она и так неплоха. Сейчас пожалуй пойду, совещание в кабинете министров, черт бы его побрал, такой день! — сказал поднимаясь почтенный джентельмен.

И уже у выхода, — Если всё пройдет отлично, то твои эмиссары могут получить разрешение на добычу алмазов в одной из наших бывших колоний. До встречи Джон.

Если бы спросили Ольгу — Почему она так вела себя на приеме? То её ответ бы удивил старых приятелей. Во первых одетое в первый раз платье, отсюда и дискомфорт, а во вторых — масляные раздевающие взгляды, от них не просто тошнило, хотелось убивать, притом жестоко.

Люди верят в то что хотят поверить. Каждый с рождения ожидает чуда, вначале это дед мороз приносящий подарки, следом школьные приметы, потом вера, не важно какая, в кого или чего. Верят в бога, добрых инопланетных пришельцев, бабло и коммунизм. Как говорится — каждому своё. Атеистов в глубоком понимании нет вообще, даже они в чего-то верят, да хотя бы в свой атеизм. Стоит вначале своего пути повернуть хотя бы на сантиметр в сторону от дороги, как с каждым шагом это расстояние от направления будет только увеличиваться, такое правило в любых домыслах, утверждениях и заблуждениях. Как говорится — Чем дальше в лес, тем больше дров.

Астон-Мартин был просто чудо, автомобиль моментально разгонялся, всего пять секунд и ты летишь за сотню. Двигатель чуть слышно урчал, прямо как сытая кошка. Не понимаю тетю, как можно отказаться от такого великолепия в пользу отечественного металлолома, патриотизм конечно дело правильное и нужное, вот только попа на такое не согласна, ей нужно мягкое, удобное и теплое место. Впрочем через недельку она передумает, почему то есть такая уверенность, правда зная её характер не уверена на все сто, может встать в позу, вредная очень.

Завтра дел запланировано куча, весь день расписан чуть не по минутам. С утра в издательство за писательским, затем посмотреть дачу и участок, а потом в тир. Послезавтра заключительные стрельбы, хотели сегодня, но кто-то из руководства в командировке, поэтому перенесли на пару дней. Сейчас стою у пешеходного, проходящие смотрят на меня, думают наверное иностранка, а на самом деле простая советская школьница, ну не совсем простая и тем более не школьница, но всё равно советская.

У подъезда меня ждали, перед выездом позвонила, но не сказала что за руль сяду сама, так что было приятно выйти из авто под их изумленные взгляды. Сразу показала своё водительское удостоверение, а то тетя уже начала от возмущения краснеть. Они на службу, а мы с Олесей и её мамой в парк развлекаться. От предложения подвезти дядя Миша с Анастасией отказались, тоже мне, нашлись гордецы, вот и топайте теперь ножками сами. Днем они, а скорее всего к ним присоединится весь их отдел, поедут на склад выбирать Волжанку. Машина куплена за валюту, поэтому выбор там должен быть большой. Напомнила про чёрный цвет и красный салон, Свешников обещал проконтролировать.

Тетя Вера надела сегодня подаренные джинсы, с её стройной фигурой манекенщицы, а начинала она работать именно как модель, выглядела просто ошеломляюще и сногсшибательно. Дядя Миша бросал на неё собственнические влюбленные взгляды, вот что значит джинса импортная с человеком делает! Здесь она возведена в какой то нереальный фетиш, мне такое если честно непонятно, это же просто удобная одежда, ничего больше.

Сели в авто, а дальше Горьковский парк. В этом году здесь выставка аттракционов, поэтому народа здесь просто немерено. В моем прошлом мире она была вроде на год позже, но я не уверена, меня тогда ещё не было на свете, поэтому точно не скажу, да и какая теперь разница. Подъехали с шиком, ну а дальше пройдя через помпезный вход сразу в парк. Целый день развлечений, на одном только чертовом колесе поднялись три раза, да и другие нас кружили не меньше. В комнате смеха мне было почему то не смешно, зато Олеся чуть ли не каталась по полу от смеха, да и тетя Вера как будто впала в детство, хотя это может последствия стресса, только сейчас она начала по настоящему понимать что всё то страшное и беспросветное осталось позади. Катались на лодке, затем ездили обедать в ближайшее кафе, потом снова кружится. Вы бы видели как сияли глаза у Олеси, она же в парке никогда не была, да и её мама с рождения дочери тоже, какое может быть веселье если твой ребенок страдает. Всё было просто отлично, за исключением очередей за билетами, мороженым и газировкой. Устали отшивать представителей мужского пола, которые настойчиво желали с нами познакомится, не только со мной, что было неудивительно, но и с тетей Верой тоже. Она кстати попросила не называть её тетей, не такая она старая, раз пользуется таким вниманием у противоположного пола.

Олеся устала, по пути домой она уже спала в машине, столько ярких впечатлений у неё никогда не было. Тетя Вера всю дорогу благодарила, даже всплакнула, еле смогла её успокоить, хотя сидя за рулем это было совсем не просто. Дяди Миши дома не оказалось, я предположила что он немного задержится, потому как новая тетина машина требует обмывки, гуляет наверное весь отдел. Вера только кивнула, она тоже устала, столько впечатлений и внимания она не получала много лет. Сонной Олесе пообещала через недельку зоопарк или цирк, родители тоже наверное захотят куда нибудь с ней сходить.

Дома пара бутеров и кофе, делать вроде нечего, фильм не посмотришь, видиком ещё не обзавелась, музыку тоже неначем слушать, один антикварный граммофон с пластинкой Вертинского. С музоном нужно что-то срочно решать, в машине слушать нечего, магнитола Philips есть, а музыки нет. Была пара кассет в бардачке, но Битлы мне никогда не нравились, а Эдит Пиаф с её ррр просто терпеть не могла. Лучше Элвиса бы положили или Роя Орбисона. В будущем нужно озаботится записью нескольких заводных кассет, ну и снять фанеру с моей любимой тяжелятины и дискотеки восьмидесятых. Свой голос наложу в нормальной западной студии, в командировке по приглашению Гетти обязательно на это выделяют время. Для записи будет нужна только качественная фонограмма музона на катушке, а голос запишем мой, как караоке. Примерный репертуар я уже представляю, осталось составить список.

Музыкальные профессиональные кассетные центры уже появились года два назад, так что нужно будет прикупить в Берёзке, если они конечно там есть. От покорения музыкального олимпа, да и нафиг он мне нужен, так для себя немного, меня отвлек звонок телефона. Заплетающимся языком тетушка попросила забрать её из ресторана, потому как за руль она — Ни-ни. Пришлось ехать, там под перешептывания зевак — Во как гуляют иностранцы херовы! вытаскивать чуть не на руках Анастасию Федоровну из ресторана. Уже в машине она завернула такой трехэтажный, ну скажем спич, что стоящий у входа народ призадумался, иностранцы ли мы на самом деле.

Дома в туалете тетя проторчала наверное с час, видимо обмывка колес и всего прочего удалась на славу. Уложила страдалицу в постель, после легла сама, день если честно вымотал хуже некуда, поэтому вырубилась моментально.

Утром Анастасия Федоровна пыталась извиняться, я махнула рукой, в её отделе не простили бы такое жлобство, ездили они за Волжанкой аж на двух машинах, брали своего механика, он две при осмотре сразу забраковал. Персонал базы был моментально зашуган, держался почтительно и желал помочь в решении любого вопроса.

— Представляешь, нам даже кофе сварили, — делилась своими впечатлениями тетя.

В это время раздался звонок, на пороге секретарь из посольства с пакетом. Поблагодарила, и под нетерпеливый взгляд Анастасии Федоровны распечатала посылку. Там лежали заказанные мной две кобуры скрытого ношения. Первая мне для Маргоши, вторая тёте под Макар. Сделанные из высококачественной кожи, с тисненым узором, кнопками и прочим, вообщем красота. Анастасия сразу надела под свою джинсовку, было практически незаметно и удобно: слева кобура, справа кармашки под запасные магазины. Выглядела она в ней воинственно, прямо как амазонка. Поблагодарила с обнимашками и поцелуями, мне было очень приятно. Вроде пустяк, а может и жизнь спасти. Нужно будет бронежилет легкий прикупить, хоть немного будет спокойней за неё, потому как уходить из органов она отказалась наотрез. Есть надежда что её повысят и переведут в более спокойное место, например в кадры, там кстати начальником её ученик, может позвонить ему, нет лучше встретится.

Заварила крепкого чая, моей капитанше это самое необходимое, после вчерашнего то загула. На работу её подброшу сама, там заодно и на Волжанку посмотрю, оценю так сказать в натуральном виде. Цепляю свою кобуру, туда Маргошу, запасные магазины под правую подмышку, я готова. В зеркале настоящая фурия, красивая, опасная и вооруженная. Пистолет в чемоданчике надоело таскать, так удобнее, да и чистящие есть в тире, так что теперь только в кобуре. Сунула документы на оружие в сумочку, джинсовку в руки и вперед, меня сегодня ждут великие дела.

Черная Волга, вокруг которой я уже минут пять ходила, мне понравилась, было в ней что-то такое, советское. Посидела за рулем, заглянула с умным видом под капот, попинала колеса. Рядом с гордым видом стояла тетя, улыбаясь смотрела на мои манипуляции, наконец не выдержав спросила.

— Что скажет ревизор? Правда отличная машина?

— Правда. Только нужно кое что поменять. В первую очередь сиденья, они неудобные, подвеску и тормоза на замену, ну и двигатель на выброс, — перечислила я.

— Меня лично всё устраивает, а тебе хватит привередничать, тоже мне, возомнила себя великим экспертом, — отчитала тетушка.

— Хорошо, твоя взяла. У меня вопрос: где нам взять сейф, большой и надежный. В квартире деньги, сертификаты, оружие и драгоценности. Мне кстати вчера бриллиантовое колье подарили, стоимостью не меньше миллиона франков.

— Миллиона? — ошарашено переспросила тетя.

— Так ведь французских франков, это не такая дорогая валюта, — начала её успокаивать.

Анастасия сразу как-то притихла, а потом чуть не шепотом спросила, сколько это в долларах. Я в уме примерно разделила по курсу: один к пяти с половиной.

— Примерно сто семьдесят тысяч, в рублях поменьше будет, — выдала я.

Надо было видеть лицо Анастасии, сначала шок, потом удивление, затем страх. Выдохнула.

— Я уже начинаю привыкать, дома всё подробно расскажешь. Сейчас встречусь с нашим завхозом, что нибудь придумаем.

На это я и рассчитывала, поэтому ещё вчера приготовила две бутылки импортного коньяка, передала моей капитанше жидкую валюту, с ней договорятся быстрее. Вечером предстоит сложный разговор, вытянет все подробности, профессия у неё такая. Сейчас еле еле устояла, а дома точно скандал устроит, лишь бы только слезы не пустила, она же еще про картину ничего не знает, да и то что я из ВЛКСМ на днях вышла. Анастасия Федоровна коммунистка с почти двадцатилетним стажем, а я с комсомолом распрощалась, заведется наверное не на шутку. Здесь для меня это минус, не раз наверное аукнется, но вот на западе пойдет жирным плюсом. После можно будет и в партию вступить, на руках занесут, но вот сейчас надо набить себе цену. Вот вы спросите как? Да очень просто, я свою родину люблю, поэтому подоходный налог заплачу не только с гонораров, но и за так называемые консультации, то есть лечение. Вот смотрите: работающий член комсомольской организации должен заплатить 1 %, коммунисты целых 3 %, а теперь считаем с миллиона, с десяти или вообще с сотни, это же капитал, не стран соцлагеря, а настоящей полноценной валюты. От такого никто в здравом уме не откажется, плюс пропаганда — Какие в нашей партии люди, лучшие в стране.

Вышла из комсомола очень быстро, тихо и даже без скандала. Пришла в школьную ячейку, пока там числюсь, и заявила: членских взносов платить больше не буду, потому как члена не имею, пусть платят членоносцы. Офигевшая председательша так и не нашлась что ответить, ведь в уставе четко написано: ЧЛЕНЫ Всесоюзной Ленинской и так далее. Молча подписала заявление, впрочем скорее всего ей было пофиг, школу то я уже окончила, а дальше уже не её дело.

Помахала рукой тете Насте, пора в издательство за удостоверением союза писателей, а вечером действую по обстановке, нужно только в аптеку по пути заехать, купить валерьянки с корвалолом, вдруг пригодится.

Прошла через сонную вахтершу, которая почему-то в этот раз вскочила как ужаленная, дальше в знакомый кабинет. Дусенька при виде меня испуганно сжалась, я показала рукой на кабинет, та судорожно закивала.

За столом сидел Мальчин, взглянув на меня побледнел. Интересно, что это с ними такое, я вроде выгляжу как всегда супер, в зеркало утром смотрелась, а тут как чудовище увидели.

— Утро доброе Аркадий Эдуардович, я вот нашла минутку за писательским заехать, надеюсь он готов? — присаживаясь в кресло спросила его.

То что он готов мне было известно, секретарша звонила, а он пусть сейчас оправдывается.

— Здравствуйте Ольга Викторовна, — вставая ответил он, — Давно уже всё готово, вам разве не сообщили?

Смотри какой нашелся, вместо оправданий ещё и меня обвиняет, что-то быстро в себя пришел, но ничего, сейчас я его на землю матушку опущу.

— Слишком много дел по служ…, вообщем готовлюсь, вы же понимаете. При моей загруженности могли бы и на квартиру завести, зачем мое время тратить. Разве я не права?

Надо отдать главреду должное, он моментально принял все установки.

— Мы сегодня собирались, вернее я лично, но вот не успел. Секретарша не успела поставить вас в известность, замоталась, тут наша вина, вы уж великодушно простите.

— Ничего страшного, у каждого бывают ошибки, главное чтобы они не стали фатальными. Давайте удостоверение, — протянула руку, так и не встав с кресла.

Мальчину пришлось обойти стол, выдать документ и положить передо мной журнал для моей росписи в получении.

— Что-то номер какой то некрасивый, — вгляделась в удостоверение, — Впрочем так и быть, пойдет, — через минуту милостиво решила я.

Краем глаза заметила как Аркашка облегченно выдохнул. В это время в кабинет ворвались двое милиционеров. Одного я сразу узнала, это патрульный Игорек, который меня подвозил с дядей Валерой, когда я тащилась от дохлого спекулянта с тяжелым рюкзаком.

— Оля, вот так встреча. Ты что тут делаешь? — удивленно спросил он, пряча пистолет в кобуру.

— По делу заехала, а вы здесь зачем, да еще с пушками?

— Был сигнал, вернее вахтерша позвонила — мол ворвалась какая то уголовщина, да ещё чуть ли не с ружьем. Вот теперь вижу тебя с пистолетом и всё становится на свои места, — заулыбался он.

Вот черт, кобуру нацепила с Маргошей, а джинсовку надеть забыла, она в машине лежит.

— Да ладно, я уже здесь закончила, пойдем отсюда, у меня сейчас важная встреча, затем собрание в стрелковом, его пропустить никак нельзя, сам начальник ОБХСС будет.

— Я слышал, что награждать будет лично Щелоков, — поделился слухами Игорек.

— Николай Анисимович обещал быть, но сам понимаешь сколько у него дел, так что может и не приехать. Пошли давай, у меня дела, — взяла под руку счастливого сержанта.

В приемной столкнулась с Кузьмичевой, поздоровалась, дальше на воздух, здешние стены давили. От предложения влюбленного Игорька подвезти отказалась, села под его офигевший взгляд в свой Астон, помахала рукой и вперед, к Волковым.

В кабинете у окна стояли двое, смотрели на отьезжающюю иномарку, а вслед за ней милицейским уазиком.

— Пронесло, я уже думал всё, конец пришел, — ложа под язык валидол сказал Мальчин.

— Не надо было лезть наверх со своими…, ещё неизвестно как оно там повернется. Если из за тебя у Пельше что-то сорвется, то можешь сразу собираться в тундру, или на землю Франца-Иосифа, брать интервью у белых медведей.

— Чёрт. Авось пронесет. Ты видела, Ольга даже не скрывает оружие, не иначе предстоит какая то заварушка. Она же знает лично Щелокова, сам только что слышал, вот попали, — высыпая из баночки вторую таблетку проговорил главред.

— Ты меня Аркашка в свои дела не впутывай, я тебя предупреждала, но ты меня не послушал. Какого тебя понесло в отдел пропаганды ЦК, карта Яковлева бита, неужели тебе это ещё непонятно? — начала злился Кузьмичева.

— Свои дела? Не ты ли мне все уши прожужжала про Суслова? Ладно успокойся, раз Яковлева до сих пор не утвердили, значит Михаил Андреевич не уверен в нем, а я не идиот ставить на политический труп.

— Так бы сразу сказал, зачем было нервы мотать. Что теперь делать будем? Ты видел на какой машине разъезжает Лёд, это же целое состояние.

— Не слепой ещё пока. Балует свою внучку Арвид Янович, впрочем она явно в теме, так сказать смотрящая от его имени, — успокоившись ответил Мальчин.

— Откуда про внучку знаешь?

— А кто же ещё. Головой своей подумай, такое только самым близким доверяют, да еще эта машина.

По дороге на красивой иномарке мчалась Ольга Лёд, она ещё не знала, что с легкой руки главреда "Книги" стала внучкой всесильного Пельше.

У Волковых пришлось задержаться на полчаса, без чашки чая с пирожными меня не отпустили. Дмитрий Аронович показал на карте куда ехать, там меня уже ждут, он подъедет через час. Выехала из Москвы, дорога хорошая, так что попробую выжать из авто обещанные двести пятьдесят пять. Чувство было сравнимо наркотику: молодость — ничего не болит, отличная машина — несбыточная мечта миллионов и пистолет под мышкой. Я даже в этот момент перестала думать о своем теле, так было хорошо. На ста семидесяти пришлось сбросить, пора сворачивать.

На въезде в дачный поселок стояла сторожка с открытыми воротами, у которой я притормозила. Из неё вышел Шорников, сел ко мне в машину.

— Здравствуйте Ольга Викторовна, я смотрю у вас новые колеса, поздравляю. Сразу хочу поблагодарить за всё сделанное, буду должен по гроб жизни, впрочем и так должен.

— Здравствуйте Григорий Пахомович. Благодарить не стоит, мы же друзья. Куда едем? И что это за место.

— Здесь недалеко, доедем минут за пять, от силы десять. Это дачи ученых, вроде атомщиков или физиков-химиков, я в этом не разбираюсь, интеллигенция одним словом. Двойной участок на берегу реки, почти пятьдесят соток. Дом небольшой, но из лиственницы на каменном фундаменте. Продает вдова академика, может профессора, мне без разницы. Старушка привыкла роскошно жить, а деньги кончаются, к тому же детей нет. Всяким разным набежавшим родственникам оставлять ничего не желает, хочет сама всё потратить пока живая. Мне лично участок приглянулся, отличный песчаный пляж и сосновый лес, — сами всё увидите.

— Ей не откажешь в прагматизме. Зачем кормить всяких кровососов, которые и на могилу никогда не придут. А вот личный пляж это хорошо, не люблю общественные, слишком много желающих познакомится, да и эти взгляды… брр, — поморщилась я.

В целом мне всё понравилось, особенно пляж и лес. Расположение тоже отличное, недалеко от города, охраняемый дачный поселок и река, можно купить яхту или катер. К сожалению дом был для меня слишком мал, да и стоял он у самой дороги, впрочем как гостевой сойдет. Свой хочу у воды, большой в виде шалаша, с огромными панорамными окнами с видом на реку. Ещё под замену забор, подгнивший и не такой высокий, толку от него никого. Бригада хороших строителей, как заверил меня Шорников, есть на примете у Волкова, работают качественно, а самое главное могут достать практически любые стройматериалы. Берут правда дорого, но на качестве не экономят.

— Я довольна Григорий Пахомович, вы выполнили свою часть договора. Хочу попросить вас пристроить десять тысяч сертификатов, мне нужны драгоценные камни.

Посмотрела на глубоко задумавшегося Князя, тот ушел в себя. Через пару минут ответил.

— Есть на продажу ордена: Андрея Первозванного, святой Екатерины, святого Александра Невского и Белого орла. За все просят сто двадцать тысяч.

— Лихо. Это кто же такой жадный? Наверное мне нужно встретится с этим коллекционером, объяснить как он не прав в своей непомерной алчности, — задумавшись сказала я.

— Ольга Викторовна, этот человек нужен, во всяком случае пока. Он занимается финансами, нашими финансами. Без него людям будет трудно, всё завязано на нём.

— Почему же он выставил их на продажу, раз такой ценный?

— На него повесили часть общака, который недавно пропал. Сейчас из-за этого пришлось отложить много разных дел, вы даже не можете представить сколько. На зоне ждут грев, а мы не в состоянии обеспечить доставку, нет денег на оплату транзита. Нужно начинать вкладываться на паях в добычу золотого шлихта, но опять же нет бабок, и так во всём. Мы скинули в котел что у кого было, к сожалению это мизер, капусту конечно можно собрать с цеховиков и прочих, но это время, да и нет у них сейчас столько, всё в деле. Может вы знаете что нибудь об этом, это очень бы помогло, в первую очередь мне.

Теперь понятно про какой общак говорил тот коронованный перед смертью. Наверное стоит отдать, всех денег не заработать, да и хватает их у меня. Решено, отдаю. Пишу на вырванном листке из записной книжки адрес и пару фраз.

— Вот смотрите, запоминайте, — протянула я ему листок, на котором был указан адрес и две фразы под ним: первая — драгоценности моя добыча, и вторая — старуха должна умереть.

— Не беспокойтесь Ольга Викторовна, всё будет так как вы хотите, — сказал повеселевший Князь, поджигая спичкой лист, — может ещё чем могу помочь?

Вот тут я вспомнила об одном ненужном человеке. Когда сидела в кабинете у сыщиков, то не только их чаем с котлетами кормила, но и внимательно слушала о чем те говорят, вдруг пригодится. Случайно узнала что они вышли на того, кто выигрышный лотерейный билет барыге продал, его бы допросили, но тут обилие трупов авторитетов, так что пока он на свободе, не до него было.

— Вексель может окрасится, его нужно…, ну вы понимаете. Мне некогда этим сейчас заниматься, вы уж сами организуйте, — я внимательно посмотрела на помолодевшего авторитета.

Тот дураком не был, сразу понял о каком Векселе я говорила, это было погоняло продавшего билет.

— Даже не думайте о таком пустяке, сегодня, край завтра, будет всё решено.

— Вы уж пожалуйста не затягивайте с этим, зачем нам потом лишние хлопоты, они не нужны ни мне ни вам.

Передала ему пакет с десятью тысячами сертификатов, это за ордена, пусть бухгалтер подавится. Попрощались, связь как и раньше через Волкова, он уже приехал, ждал у ворот дома.

Шорников уехал на своей двадцать первой, а мы с маклером зашли в дом, нужно обсудить всякие мелочи. Дачу решила оформить на себя, официальная цена пусть будет в двадцать пять тысяч, это не вызовет подозрений, дом ведь не большой, квадратов шестьдесят. Договорились насчет забора, ставят бетонный, трехметровый. Был он предназначен для воинской части, но остались излишки, которые тут же перекупили с прицелом на будущее шабашники, всё официально, не подкопаешься. За такую ограду с меня двадцатка, плюс две тысячи за ворота, всё установят за неделю. Насчет строительства поговорим позже, когда у меня на руках будет проект дома, они как раз закончат с забором и воротами. На пляж пару машин свежего песка, это идет бонусом за большой заказ. Вот вроде бы и всё, отдаю деньги. Бумаги на дачу будут готовы через пару дней, благодарю Дмитрия Ароновича, передаю конверт с тысячей сертификатов, чтобы не отказался — это для его жены. Долго благодарил, ну а мне не жалко, да и за строительством теперь лично присмотрит.

Прощаемся, садимся в авто и разъезжаемся каждый по своим делам. Мне для начала завернуть куда нибудь покушать, потом в стрелковый на собрание, а Волкову к строителям, затем оформлять сделку. Вечером предстоит тяжелый разговор с тетей, что будет даже боюсь представить, тут ещё как назло эта дача вылезла, точно прибьет, может сковородку подложить, тогда не так больно будет, иначе как я за рулем ездить буду, лежа на животе?

Глава 13

Со встречи Шорников уезжал задумавшись, что же теперь будет дальше? Намерения и действия Ольги, которая так резко ворвалась в этот мир, настораживали, просчитать её последующие шаги невозможно, любые вопросы она решала кардинально. То что для неё человеческая жизнь ничего не значила было как раз понятно, раздавив таракана или муравья вы тоже вряд ли почувствуете сожаление или раскаяние, так что с этим всё ясно. Непонятно было другое, зачем Светлая помогла ему, деньги для неё не проблема, стоило только посмотреть на её автомобиль и пачку сертификатов в кармане. Сегодня она тоже пошла ему навстречу, отдала общак, в котором была очень крупная сумма. Теперь его репутация станет незыблемой, сидящие такое не забудут, без грева положение воров могло откатится назад, а это недопустимо. За помощь попросила две жертвы, мизер по сравнению с той резней которая могла начаться между смотрящими и активистами.

Волга уверенно съедала километры, Князь снова задумался. Светлой понадобились драгоценные камни, интересно зачем? Может для ритуала, а может просто привыкла к такой жизни, что мы знаем об ангелах. Дачу приняла, хотя и не всё ей пришлось по вкусу, ну ещё бы, здесь грешная земля с хибарами, а не райские кущи к которым она привыкла. Роскошный образ жизни был для нее обыденным, стоило только взглянуть на одежду, предметы туалета и прочее. Стало немного стыдно, он ей Волгу с Явой предлагал, теперь понятно почему она отказалась, это для неё слишком убого.

Машина уже ехала по городу, сейчас нужно встретится с Косым, пусть начинает действовать, первым убрать Векселя, а уже потом общак и старуха. Всё же ему повезло как никому другому, встретить на смертном одре Светлую, это ли не чудо. Теперь во что бы то ни стало, нужно стать для неё незаменимым, тогда за свою жизнь можно в будущем не беспокоится, излечила и омолодила раз, сделает и второй, если он конечно будет ей необходим, а вот это уже зависит только от него. Сейчас нужно предупредить своих, чтобы стороной обходили её хату, да и на машину не зарились, иначе спрос будет как с гадов.

Собрание перед финальными стрельбами прошло быстро, полковник Марчин на речи был не горазд, попросил лишь очень постараться. Я обещала не посрамить наш родной ОБХСС, приложить все силы для победы. В качестве подтверждения поразила точно в яблочко все мишени, выбив максимально возможное число очков. Под уважительный взгляд полковника почистила пистолет, снарядила опустевшие магазины, благо патронов тут никто не считал, все свои.

— Оля, не хотела бы ты пройти к нам, познакомится со своими почитателями. На те заключительные отборочные пришли все наши, наверное со всего города. Впервые ОБХСС в лидерах оказался, а если ты победишь, так мы вообще всем отделам нос утрем.

— Николай Николаевич, даже не сомневайтесь, наше место первое, заслуженное, — заварила я полковника.

Поднялись из подвала, попетляли немного по коридорам, наконец заходим в просторный кабинет. Там собрался весь отдел, четверо мужчин и пятеро женщин, две из них были довольно молодыми. Со всеми поздоровалась, девчонки устроили обнимашки, сразу понятно что они мои фанатки. Жизнь здесь течет довольно скучно, не то что в будущем, с его потоком различной информации, поэтому для них это большое событие.

— Нам же премию на весь отдел выпишут, ты только пожалуйста выиграй. Надоело видеть довольные лица из НТО, они из года в год получают, мы что хуже? — негодовали сотрудники.

Понятно, что обидно, да и премия совсем не маленькая по их зарплате, целая сотня. После знакомства все вместе пили чай, я рассказывала о своей книге, приеме в посольстве и неожиданном подарке миллиардера. На меня неверяще смотрели, думали что я фантазерка, но полковник Марчин подтвердил мои слова, ему обо всём известно, я же представляю ОБХСС, так что всё должно быть кристально чисто.

— Можно я в каком нибудь вашем деле поучаствую, чтобы всегда могла сказать всяким завистникам, что участвовала в раскрытии преступления, а не числилась здесь на бумажке — попросила я.

Все задумались, я вроде как у них числюсь на практике, правда доверять документы уголовных дел чужому человеку запрещено, дилемма.

— А это было бы интересно. Давайте предоставим ей главного фигуранта по делу Енисея. Он молчит, на контакт не идет, так что мы ничего не

теряем, — предложил майор Смолокуров.

— Согласен. Оля, я разрешаю тебе провести допрос некоего гражданина Кудрявцева, бывшего заместителя директора ресторана Енисей. Он там наладил выпуск левых тортов и пирожных, вообщем масса нарушений, — разрешил Марчин.

Что-то знакомое. Точно, это же дело из сериала "Следствие ведут знатоки". Лавровы по реальным делам писали сценарии для этого фильма, там он вроде назывался "Повинную голову".

— Здорово! Я согласна, только давайте сделаем всё немного по другому, есть идея, — предложила следователям.

То что я придумала вызвало вначале шок, но потом поспорив они согласились, и действие началось.

Я сидела одна в кабинете, на столе две стопки дел, передо мной куча бумаг, на которых я что-то быстро пишу. В кабинет конвойный заводит Кудрявцева, отдает мне честь, рапортует. Я махнув рукой его отпускаю, продолжая что-то сосредоточенно писать. Подследственный ничего не понимает, за столом сидит молодая девушка с пистолетом под мышкой, не обращая на него внимания быстро пишет.

Наконец я поднимаю взгляд, пристально смотрю на бывшего зам директора.

— Гражданин Кудрявцев? Проходите. Я старший дознаватель по особо важным делам из главного управления ОБХСС. Меня попросили закончить ваше дело, с которым я вчера ознакомилась. Через пару минут займемся вами, ждите, — снова начала писать.

В это время полковник Марчин приоткрыв дверь просит разрешения войти. Я махнув рукой разрешаю. Он подходит и ждет когда я закончу свою писанину.

— Что у вас Николай Николаевич? — спрашиваю стоящего по стойке смирно полковника.

— Здесь всё что вы просили, — ложит на стол внушительную стопку бумаг.

— По делу хищения алмазов прошу более конкретно, а не как до этого. Справку о недостаче с золотого прииска заверьте в минфине.

— Слушаюсь Ольга Викторовна. Разрешите идти? — тянется полковник.

— Свободны, — снова машу рукой.

Уже у самой двери окликаю Марчина.

— Николай Николаевич, попрошу к завтрашнем утру всё подготовить, у меня доклад в министерстве.

— Слушаюсь, — он отдает честь и выходит из кабинета.

Выйдя в коридор полковник согнулся от приступа смеха, справился с собой и держась рукой за стенку отправился к остальным. Там он уже не сдержался, хохотал до слез. Подчиненные смотрели на него с опаской, не повредился ли рассудком, пришлось всё подробно рассказывать. Поверили все, кроме майора, который налил чай в стакан, поставил на блюдце и пошел чтобы убедится в словах Марчина. Вернулся Смолокуров через несколько минут, рухнул в кресло трясясь от смеха.

— Я,я …, лично прослежу за под….,подследственным, у меня же при…, приказ важняка из главка, — еле проговорил он, взрываясь новым приступом хохота.

Я ещё минут пять с умным видом разглядываю принесенные бумажки, что-то пишу у себя. Наконец откладываю документы, потягиваюсь.

— Теперь давайте займемся вашим делом, для меня, как я уже говорила ранее, всё ясно. Теперь проясним несколько вопросов, подходите, садитесь.

Расхититель подходит к столу, но вот стула нет, всё убрано.

— Здесь сесть некуда, — произносит он.

— Так вы уже сидите, неправда ли? — удивляюсь я, — Давайте уточним некоторые вопросы. Вы занимались незаконным приобретением золотовалютных ценностей, у так называемого ювелира. Вы это признали, да и при обыске они были изъяты. Вот список обнаруженных ценностей, сумма довольно внушительная. На лицо статья 88. Учитывая что действия по незаконной скупке золота и драгоценных камней вы производили систематически, причем в особо крупном размере, вам кстати известна общая сумма изъятых у вас незаконно приобретенных ценностей? К тому же, со следствием сотрудничать вы отказались, раскаяния я не наблюдаю. Из всего вышеперечисленного делаю вывод: перевоспитание в колонии не для вас, поэтому пишу заключение на высшую меру пресечения. Завтра дело в прокуратуре, через пару в суде, через месяц приведение приговора. Вот здесь распишитесь об окончании следствия и озвученного для вас решения по делу, для вышаков это обязательная процедура, — протянула ему бумагу, на которой внизу выделялось фраза — Исключительная мера пресечения.

В дверь постучались, попросив разрешения вошел майор Смолокуров.

— Ваш чай Ольга Викторовна, — поставил передо мной стакан на блюдце.

— Благодарю вас. Проследите пожалуйста чтобы гражданина Кудрявцева перевели в одиночку, смертникам как вы знаете, в общей камере запрещено, — попросила его.

— Значит все-таки туда. Не беспокойтесь, проконтролирую лично. Разрешите идти?

Я махнула рукой, майор вышел. Взглянув на подсудимого поразилась произошедшей с ним перемене. Вместо наглого и уверенного в своей безнаказанности ворюги, стояло нечто трясущееся.

— Может дать ему последний шанс на честную жизнь, или всё же не стоит? — задумавшись проговорила я.

— Дайте. Умоляю, — плакал зам директора стоя на коленях перед столом.

— Хорошо. Последний шанс. Вот десять листов, утром на них должно быть всё четко написано: кто, где, когда и сколько. С точными цифрами и датами. Признание проверю завтра утром, от его содержимого зависит ваше будущее. Если вас снова доставят ко мне, значит я не впечатлилась вашими откровениями, пойдете до суда в одиночку, а там сами понимаете. Берите бумагу, идите, — я нажала кнопку.

Дверь открылась, в кабинет зашел конвойный.

— Сержант, подследственного пока в отдельную, ему нужно многое вспомнить, — распорядилась я.

Конвойный отдав честь вывел еле стоящего на ногах подсудимого. Через пару минут в кабинете были все, смеялись обсуждая мою новую методу, как я её назвала — Развод кроликов. Почему кроликов? Так они тоже трясутся от страха.

— Как же он так быстро у тебя раскололся? — спросила Лена, она только недавно пришла сюда по комсомольской путевке, её специальность была бухгалтер, здесь это очень востребованный специалист.

— Всё просто. Была спровоцирована неправильная, а в его глазах вообще дикая ситуация: молодая девчонка с пистолетом что-то постоянно пишет, перед ней тянутся полковники и майоры, звучат страшные слова — алмазы, золотой шлихт, главк и наконец старший дознаватель. Пока он стоял перед столом, а сесть ему было некуда, сидя человек расслабляется, чувствует себя гораздо увереннее, вообщем он всё для себя решил и за нас додумал, поэтому сразу поверил в весь этот бред. Мозг в такой ситуации как бы подтормаживает, единственный выход для него, это принять созданную нами установку — Всё что видишь правда, смирись и бойся. Конечно не для всех это подойдёт, например у пофигистов, сильных личностей и фанатиков такое не прокатит, но Кудрявцев к ним не относится, он просто обнаглевший до невозможности ворюга.

Распрощались до завтра, встретимся на стрельбище. Сейчас уже шестой час, пора домой, а там предстоит совсем не простой разговор с Анастасией Федоровной.

Дома всё обошлось, вернее было перенесено на ближайшее будущее, стоило только Анастасии посмотреть на мой измученный вид.

— Садись кушать, голодная наверно? Поговорим после, завтра у тебя трудный день, ребята из ОБХСС на тебя очень надеются, даже поспорили на ящик коньяка с НТО, так в тебя верят.

— Там не только ребята, девчат не меньше! — уже сижа за столом, и уплетая очередную сосиску, просветила тетю.

— А я проработав столько лет и не знала про девчонок, так по твоему? — с сарказмом тут же ответила она.

Спорить совсем не хотелось, ещё неизвестно чем бы это кончилось, поэтому я мудро промолчала, уткнувшись в тарелку.

— Вот то то же! — победно произнесла тетушка и царственно удалилась к себе в спальню.

Что это было? Женская логика для меня тайна за семью печатями, будет ли она понятна в будущем, неясно. Как дальше жить в юбках и платьях, имея совсем иное от женщин мировоззрение?

До новолуния оставалось меньше недели.

Утром разбудил настойчивый звонок в дверь, натянув шорты и футболку пошла открывать дверь. Из своей спальни выглянула Анастасия, зевая завязывала пояс на новом шелковом халате. В нем она выглядела просто супер: черный мини с золотым драконом на спине. Мы в Берёзке закупились по полной, у меня их три, как впрочем и у неё, но я предпочитаю шорты с футболками, хотя против халатов тоже ничего не имею.

Посмотрела в глазок, открыла дверь, на пороге шестеро курсантов с Юрой Слимовым во главе. Это оказывается привезли сейф, который Анастасия Федоровна выцыганила вчера у завхоза. Добрые молодцы поднатужились и с трудом занесли его к нам. Дальше под встревоженный голос тетушки, — Осторожно, паркет! — его установили в кабинете. Пока тетя Настя осматривала пол вокруг стального монстра, нет ли царапин на её гордости — дубовом паркете, я пошла на кухню, из шкафчика достала три блока американских верблюжьих сигарет и вручила грузчикам. Каждому пожала руку, на вопрос о поцелуе скривилась, — Пусть вас невесты целуют, разрушать будущие семьи не в моих принципах, даже если они только в планах. Парням явно хотелось поговорить с красивой девушкой, то есть со мной, от этого счастья спас Слимов, отправив их к машине, которая уже собиралась отъезжать. Юру отправили на кухню готовить завтрак, пока мы принимаем водные процедуры.

Минут через двадцать сидели за столом, кушали. Лейтенант пожарил колбасу с яйцами, нарезал хлеб и сыр. Мы добавили к этому копченую грудинку с ароматной буженинкой.

— Как же хорошо у вас, прямо настоящий музей, — лил елей в уши своей начальницы Слимов.

От таких слов тетушка просто расцвела, наша квартира это её гордость, о чем она всю жизнь тайно мечтала сбылось.

— Юрочка, ты просто не представляешь чего мне только стоило вытрясти из нашего завхоза этот ящик с замком. Он списан ещё наверное при Николашке, а кладовщик считает что новее и быть не может. Мы вчера с ним весь подвал обошли, пылищи с паутиной как в склепе, а этот красавец в самом темном углу приткнулся, наверное поэтому в металлолом не угодил. Сейчас так не делают, этот с душой, да и замок старинный, к нему ключей не подберешь.

— Как же вы умудрились такое сокровище у нашего Кощея забрать, он же наверное всю ночь после этого не спал?

— Уговорила! Ну и коньяк конечно помог. Я же сразу заметила как у него заблестели глаза при виде импортных коробок, — заулыбалась тетя.

— Это же взятка должностному лицу, при исполнении служебных обязанностей, статья сто семьдесят четыре, — показушно ужаснулся лейтенант.

— Вот тут ты Юрочка не прав. Мне за то что я вывожу этот металлолом и освобождаю от него помещение пришлось не только дорогой коньяк отдать, но и пятьдесят рублей с зарплаты. Это же мошенничество в чистом виде, статья сто сорок семь, — не согласилась Анастасия.

— Я посмотрела, этот сейф конца прошлого века. Как парни его затащили не представляю, он же весит наверное целую тонну! — удивилась я.

— Ну не тонну, а половину или чуть больше. Самое сложное было вытащить его из подвала, хорошо там народу было побольше. Сюда затаскивали восьмером, шестеро курсантов и я с водителем, он потом ушел к машине, — делился Слимов.

— Спасибо Юрочка, мы это не забудем, правда Оля?

— Конечно! Вот только как его отблагодарить? Поцелуи отпадают, у него девушка есть, я знаю, — погрозила ему пальцем.

— И откуда это вы всё знаете? Раз с Олиными поцелуями пролетел, тогда если можно кобуру, как у Федоровны. Это произведение кожаного искусства обсуждает наверное вся Петровка, всех интересует где Львица умудрилась такое достать. Ходит слух что она собралась замуж за дипломата, вот он и расстарался.

— Какой ещё дипломат? Какой к черту муж? Да я тому…, кто такое…, язык вырву. Опять Васька Ряхин из НТО ахинею несёт, понимает что премии за стрельбу им не видать как своих ушей, вот и городит. Кобуру Оля в американском посольстве попросила, себе и мне, так что когда ещё там побывать получится неизвестно. На мою не поглядывай и слюни не распускай, не дам и точка! Самой такая нужна, красивая и удобная, — отрезала тетя.

— А что там Ольга делала, туда же просто так не попадешь, — начал допытываться опер.

— Дарили украшение и картину от американского миллиардера. Он её книгу выпускает, вот и отблагодарил, это же бизнес, — просветила его тетя, — Кстати, покажи нам подарки, я же их ещё не видела.

Мы прошли в кабинет, там я из стола достала бархатную коробку с колье, открыла.

— Нихрена себе, это же бриллианты! Сколько такое может стоить даже боюсь спрашивать, а где картина? — спросил Слимов.

— Так вот она, — показала рукой, — Я повесила её на стене у окна, чтобы солнце на неё не попадало, говорят это вредно для картин.

— Красивая. Мне цветы нравятся. А кто художник? — разглядывая полотно поинтересовалась тетя.

— Это Ирисы Ван-Гога. Подлинник. У меня даже сертификат имеется, — похвасталась я.

Воцарилась тишина. Не думала что они знают такого художника, но ошиблась, милиционеры у нас люди просвещенные, начитанные.

— Ван-Гог! Мы наверное единственные в Союзе, кто имеет картину такого известного мастера в своей коллекции. Оля хватит глаза таращить, мы не дремучие деревенщины, а офицеры! Знаем что это за художник. Сколько же она стоит?

От необходимости отвечать отвлек звонок телефона, на проводе был Волков, просил заехать. Договорились на завтра, а сейчас пора собираться, через пару часов начнутся соревнования по стрельбе, там мне необходимо победить, от этого зависело многое.

Стрельбы прошли предсказуемо, в финал вышла я и подтянутый парень с научно-технического отдела. Стрелял он хорошо, но до моего уровня не дотягивал, так что победа была за мной. Витя Селезенкин, так звали моего конкурента в призеры, брезгливо щурился, а когда мы на минуту остались одни прошептал, — Вали на хер сучка, там тебе самое место.

Отвечать не стала, о чем с мертвяком можно говорить? Сдохнет в самое ближайшее время, хотя нет, это слишком гуманно. Себя, судя по напомаженной роже, он считает чуть ли не ангелом во плоти, но вот ошибочка вышла, ангел здесь только я! Пока пусть живет, дня три не больше, а потом…, потом жизни не будет, останется лишь жалкое существование.

После объявления победителя, то есть меня, налетела куча народу. Все наперебой поздравляли, а после началось награждение. Вручал кубок с грамотой лично Щелоков, видимо ему доложили о соперничестве ОБХСС и НТО, вот он и приехал. После вручения кубка, медалька к сожалению не предусматривалась, министр задвинул десятиминутную речь о защите трудового народа советской милицией. Далее его сопровождающий полковник раскрыл папку и зачитал указ: За мужество и отвагу, проявленные при задержании особо опасного преступника, в условиях, сопряженных с риском для жизни, наградить Ольгу Викторовну Лёд орденом Красной звезды.

Щелоков пожал мне руку и передал папку с указом, а за тем красную коробочку с орденом. Все вокруг захлопали в ладоши, а у меня из глаз катились слезы. Если быть честной, такого я не ожидала, думала сунут грамоту с ценным подарком, например часами, или в лучшем случае медаль «За отличную службу по охране общественного порядка», а тут целый боевой орден. Если так разобраться, то по статуту награды я подхожу полностью: являюсь сотрудником внутренних дел,(пусть и временным, но всё равно), мужество и отвагу в условиях сопряженных с риском для жизни показала. Опасного вооруженного преступника задержала, а он был не мелким жуликом, а настоящим серийным убийцей.

Папку с коробочкой передала гордой Львовой, а сама взяв под руку Щелокова отошла с ним немного в сторону. Дальше рассказала ему о своей тете, которая при задержании бандита и убийцы была ранена ножом, а награды до сих пор не получила. В капитанах сидит безвылазно, столько кадров воспитала, одного вообще грудью от пули прикрыла, а где благодарность? Министр вначале был растерян, не ожидал такого от девушки, но затем моментально вникнув обещал во всем внимательно разобраться. Щелоков всегда был горой за своих сотрудников, а реформа МВД, проведённая им оказалась самой эффективной за всю историю ведомства. Вообщем мужик непростой, как вначале могло показаться, он даже пытался сотрудничать с Интерполом, но ему не дали, наверное Суслов. Беседовали с ним наверное не меньше получаса, пока его сопровождающий не напомнил о предстоящем совещании. Извинившись Николай Анисимович уехал, ещё раз пообещав лично во всем разобраться в самое ближайшее время.

— О чём это ты так долго говорила с министром? — услышала я за спиной голос тети.

— Ни о чём, а о ком! После расскажу, пошли к нашим, нужно это отметить, а орден вообще полагается обмыть, чтобы был не последний.

Мое предложение — завалится сегодня в ресторан, было с энтузиазмом принято, к сожалению только после работы, часиков в семь вечера. Анастасии Федоровне поручили доставить меня домой, затем заказать небольшой зал в ресторане, ну и выбрать подходящее меню. Приехали сюда на Волге Анастасии, свой Астон-Мартин оставила у дома, зачем дразнить высокое начальство и давать повод для сплетен, впрочем после моей продолжительной беседы с министром они появятся в неограниченном количестве..

Только вошли в квартиру как тетя потащила меня в кабинет.

— Итак я слушаю! Внимательно! — усаживаясь напротив меня сказала она.

— Представляешь, вчера мы стали обладателями чудесной дачи на берегу реки. Всё как мы хотели, — начала я.

— Ты мне зубы не заговаривай, о чём говорили с министром? Дача! Какая ещё дача? — не поняла она.

— Хорошая. Только дом слишком мал, но ничего страшного, построим новый, на самом берегу. Будем сидеть на террасе и пить чай с видом на реку, там даже свой пляж имеется, наш личный. От города совсем недалеко, охраняемый дачный поселок ученых, у нас целых два участка на берегу. Правда здорово?

— И во сколько нам обошлась такая радость? Только не ври! — сузила глаза Анастасия.

— Официально двадцать пять тысяч, а так конечно больше. За один только забор с воротами пришлось выложить двадцать две тысячи, новый дом выйдет не меньше пятидесяти-восьмидесяти тысяч, — озвучила цифры.

— Сколько? Ты что там дворец культуры собралась строить? — округлила глаза тетя.

Дальше я поведала о нашем разговоре с Щелоковым, этим я окончательно её добила. Пришлось отпаивать валерьянкой, пустырником и корвалолом. Только почувствовав валидол под языком, тетя Настя окончательно пришла в себя.

— Когда нибудь ты меня загонишь в гроб. Мне казалось что я уже готова ко всему, а тут снова как обухом по голове.

После мы убирали в сейф наши ценности: деньги, сертификаты и драгоценности. У Анастасии, к моему великому стыду их почти не было, только обручальное кольцо и небольшие золотые серёжки. Мои украшения ей не подойдут, они все подобраны под меня, поэтому мы немедленно отправляемся в Березку. Сегодня мой праздник, поэтому возражения не принимаются, она на нем должна выглядеть моделью, как впрочем и я.

Взяли пачку сертификатов и на моей англичанке в валютный рай. Ей выбрали небольшие серьги с бриллиантами, кольцо и цепочку с кулоном, а мне красное платье под орден, это было её непримиримое условие, иначе ехать отказывалась напрочь, слишком гордая. Пришлось смириться с таким вымогательством, к сожалению на платье всё не закончилось, к нему оказывается нужно красное белье и черные босоножки. Из больших покупок, это автоматическая стиральную машинка, за рубежом она уже давно появилась, а у нас только планируется. Доставят её к нам завтра утром, нужно кому то быть дома, да и сантехника потом вызывать, чтобы подсоединил к водопроводу и канализации. Музыкальный центр решила брать в будущем, ретро конечно, Technics я думаю подойдет. Фирма появилась лет пять-шесть назад, почти сразу стала легендой, так что самое то.

В ресторане заказали зал, вернее это за нас сделал полковник Марчин. ОБХСС боялись и уважали, поэтому всё прошло довольно быстро. По нашим прикидкам здесь будет десятка три, не меньше. Заплатили полторы тысячи, дорого конечно, но и ордена знаете ли дают не каждый день.

По приезду домой сразу позвонила Катерине, та примчалась буквально через двадцать минут. Жалко её родители на дежурстве, но ничего, потом наверстаем. Пошли переодеваться, я обещала Кате дать на вечер одно из своих новых платьев, его конечно потом ей подарю, я же не злыдня какая, да и если честно не жалко, всё равно носить их не собиралась. Моё красное, довольно короткое платье та восхищенно рассматривала, если бы не этот вечер, отдала бы его даже не задумываясь. Черные колготки с рисунком, туфли и небольшие бриллиантовые украшения. Черная кожаная сумочка, в нее сразу кладу орден в коробочке. Катя о нём пока не знает, одевает новое кружевное белье, которое тоже потом придется подарить, как и туфли, колготки и белую сумочку. Посмотрели на себя в зеркало, просто отпад, особенно я.

— Оля, ты такая красивая, никого прекрасней тебя никогда не видела. Тебя хоть сейчас можно в манекенщицы, даже заграницу! Вот не поверишь, а меня уже с десяток парней просили познакомить с тобой, я пока отказываюсь, но так долго продолжатся не может.

— Скажи, что моё сердце уже занято, пускай ищут другую, которая ответит на знаки внимания и выберет из них самого достойного. Хватит мной восхищаться, пойдем тетю поторопим, может она ещё не собралась.

Напрасно тревожилась, тетушка стояла в прихожей у зеркала, рассматривая себя в полный рост.

— Ну ничего себе! Тебя Анастасия хоть сейчас на обложку "Огонька", почти всё мужское население в тебя влюбиться, останутся только импотенты, — восхищенно сказала я.

Черное платье выше колен, черные босоножки и тонкие колготки. Забранные в высокий хвост волосы не скрывали дорогие серьги, а кулон на цепочке пытался спрятаться в соблазнительной щелке между грудей.

— Тетя Настя, вас срочно нужно на обложку "Советской милиции", — тоже не сдержалась Катерина.

— Так "Огонек" или "Советская милиция"? — переспросила тетя.

Мы с Катей посмотрели друг на дружку и вместе, — Оба!

Глава 14

Во дворе надо было видеть лицо подруги, когда я открыла дверцу Астона-Мартина.

— Ущипните меня я сплю, — не поверила она своим глазам.

Во дворе раздался визг, я с радостью выполнила её просьбу, ущипнула за упругую попку. За руль села Анастасия и мы рыкнув мощным двигателем выехали со двора. На заднем сидении Катя гладила пострадавшую от меня попу.

— Вот теперь точно синяк будет. Ты Ольга в душе садистка, надо же так было сильно щипаться. Я наверное подпрыгнула на метр, а если бы каблуки сломались, вон какие они тоненькие, — высказала подруга.

— Успокойся, босоножки итальянские, можешь и дальше прыгать как коза, они выдержат. Синяка никакого нет, не выдумывай, я же тихонько, любя, — начала успокаивать подругу.

Та ещё минут пять пыхтела, скорее для приличия, а потом наконец стала интересоваться, что же за праздник такой, куда мы все такие нарядные едем. Тут уже мы с тетей Настей не сдержались, это же надо так было крутится у зеркала, разглядывая себя любимую, что о цели предстоящего торжества не спросить. Пришлось подробно, под насмешливый взгляд Анастасии, рассказывать о произошедшем.

— Ничего себе! Как же ты такого бандита скрутила? — удивлялась Катя, рассматривая орден.

— Ногой по яйцам!

— Это ты умеешь. Я же говорю — садистка! — возвращая награду сказала подруга.

Припарковались почти у самого входа, вроде и нельзя, но постовой махнул рукой, так что можно. У дверей стояла небольшая очередь, угадайте на кого все смотрели — правильно, на нас. Когда мы только парковались, из ресторана вышли целых два полковника: Марчин и Свешников, за ними выскочил Юра Слимов, как же такое могло обойтись без него. Помогли выйти из машины, каждой досталось по кавалеру. швейцар согнувшись чуть не на девяносто градусов стоял у двери, мы царственно прошли.

Меня усадили во главе стола, Марчин ещё раз поздравил, вручил конверт с талоном на обещанную Яву, а дальше я налила в фужер шампанского и опустила туда орден. Конечно обмывать положено водкой, но девушке такое простительно. Подняла бокал, затем выпила, а награду поцеловала вместо закуски. Все захлопали, раздалось Ура, а дальше пошли поздравления и небольшие подарки. Пить больше не стала, мне ещё за руль садится, отвозить домой моих дам. Тетушка уже приложилась к коньяку, а Катерина прав не имеет, надеюсь пока, в моих будущих планах это могло бы очень пригодится.

Майор Смолокуров со смехом рассказал как Кудрявцев ещё два раза просил бумагу, десяти листов ему оказалось мало. Сдал всех и вся, даже тех про кого слышал лишь краем уха. Утром, когда его привели к нему, расплакался от облегчения, видимо так боялся снова увидеть страшную дознавательницу из главка. Мы посмеялись над незадачливым расхитителем, который возомнил себя чуть ли не Аль Капоне.

Заиграл оркестр, пела крашенная под блондинку девица, наверное с килограммом косметики на лице, впрочем исполняла совсем не плохо, это всё же ресторан, а не сцена Альберт-холла. Почему-то вспомнилась своя прошлая жизнь, там певшие по кабакам за границей у нас становились почему то звездами, типа Успенской, Токарева и прочих. Конечно многим они нравились, но и поющие в переходах тоже имеют своих слушателей. Вот опять заглянула в прошлое, там я уверенный в себе мужчина, в самом расцвете сил, а здесь? Впрочем оставим старое, нужно жить сегодняшним с прицелом на будущее, да благодарить богиню за такой великолепный предоставленный шанс, не каждому такое дано.

— Оля, о чем задумалась? Пошли танцевать, — растормошила меня подруга.

В это время заиграли Черного кота, и мы пошли изображать твист, во всяком случае я. Дальше не успела опомнится как уже была с кавалером, играл какой-то медляк. Было непривычно когда тебя обнимают, но решила потерпеть. Где-то на середине партнер начал наглеть, опустил свою руку мне на попу, начал к себе прижимать, ногой я почувствовала твердеющий под брюками конец. Резко оттолкнула нахала, ушла в туалет. Там стоя у зеркала пыталась прийти в себя, но представив его кончающий на мою ногу член начало тошнить, потом вырвало ещё раз. Умылась, вернулась за стол, передо мной начали извинятся: сам протрезвевший фигурант, его непосредственный начальник Смолокуров, глава отдела Марчин. Он кстати весь вечер крутился вокруг тети, оказывая ей всяческие знаки внимания. Впрочем полковник не женат, значит имеет право.

Сейчас сидя за столом я задумалась, вначале этого вечера всё было отлично, настроение на высоте. Мне представлялось это неким карнавалом с преподаванием, костюмами и масками. Я в образе красивой, модно и со вкусом одетой девушки, на которую все с восхищением смотрят, только после танца с этим нахалом появилось чувство некой продажности, как будто я завернутая в красивую упаковку кукла, желающая себя продать подороже. Всё-таки сознанием я не принадлежу к женскому полу, мозг работает совсем по другому, поэтому мне так трудно вживаться в роль девушки.

Чтобы не портить всем настроение пару раз танцевала с Михаилом Антоновичем, с ним было спокойно, как за каменной стеной. Вот Катерина отрывалась по полной, за столом почти не сидела, проводила всё время в танцульках, я даже со счета сбилась сколько у неё было партнеров. Наконец вечер закончился, мы едем домой, правда Катерину пришлось чуть не с боем отбирать у кавалеров. Дома приняв душ отправились спать, завтра довольно насыщенный день: тете на службу, у Кати практика, а мне по своим делам. Чёрт, ещё стиралку не забыть дождаться, обещали вроде утром. Сейчас пожалуй пора поступать в университет, государственная награда даст мне преимущество, впрочем всегда можно сделать пару нужных звонков ректору и меня без всякого мозгоебства зачислят куда мне нужно.

А мир здесь все-таки другой, такой же, но другой, зеркальный. Мне это пришло в голову совсем недавно, просто кое что вспомнилось из прошлого. Был у нас старшина, в звании прапорщика, старшего дали уже в Чечне, так вот он родился семнадцатого июня семидесятого года. Спросите причём тут это, а дело в том, что семнадцатого здесь новолуние, а родился он наоборот в полнолуние. Всегда говорил: убить его может только серебряная пуля, как оборотня. К сожалению жизнь не фильм, погиб от простой пули, выпущенной из СВД одной прибалтийской сукой. Сукой в прямом и переносном смысле — бывшей спортсменкой-биатлонисткой. Где то читал что их называли "белые колготки", вранье, обыкновенный грязный камуфляж. Я, как неофициальный снайпер отряда, целый месяц выслеживал эту сучку, наконец дождался, вернее мы предложили такую цель, от которой она не смогла отказаться, слишком большой был куш. Двоих прикрывающих положил сразу, а её только ранил. Наши парни приволокли снайпершу к нам, а дальше…, дальше хотели пустить по кругу, только от неё так смердело, что желающих не нашлось. На войне гигиену трудно соблюдать, особенно женщинам, но не до такой же степени, вонь стояла просто несусветная, хотя может она так отпугивала от своего тела боевиков, они бы её точно у себя затрахали. С ней решили просто: прострелили руки, а в штаны сунули гранату. Удивительно, но после взрыва она была ещё жива, выла от боли, ноги и низ живота разворочены, а она в сознании. Хотели добить, только потом передумали: не хотят боги для неё легкой смерти, а кто мы такие чтобы перечить им. Умирала она долго, в сознании была до последнего, потом от потери крови сдохла.

Вот опять накатили воспоминания, не отпускает меня моё прошлое, да и не надо, иначе просто сойду с ума, а так вроде как на задании. С гаденышем нужно разобраться в самое ближайшее время, перескочила мысль на Селезёнкина, раз стерпела, второй, а потом об тебя ноги будут вытирать или ещё чего похуже. Жизнь жестокая штука, здесь нет места для соплей, иначе твое место у параши. Девушке трудно вдвойне, вместо помощи наоборот хотят унизить, как например этот Селезёнкин. Он трус и подлец, побоялся сказать открыто, прошептал без свидетелей, хотел перед финалом вывести меня из себя, но обломался. Глаза закрылись, и я прижавшись к посапывающей Катерине уснула.

Разбудил звонок из прихожей, накинула халат как у Анастасии, только вместо дракона был тигр, пошла открывать дверь. Привезли стиралку, не ожидала что так рано, но это даже хорошо, не нужно ждать всё утро. Двое молодых парней, одетых в фирменные комбинезоны, внесли большую коробку. Попросила открыть, после внимательно осмотрела на наличие какого либо видимого брака. Всё было нормально, сунула десятку за быструю доставку и проводила до дверей. Когда обернулась увидела тетушку с Катей, рассматривающих это чудо инженерной мысли.

— Всё, про стирку можно забыть, она всё сделает сама. Выстирает, выполаскивает и отожмет, нам останется только достать бельё и развесить сушится, — просветила я их.

— Фантастика! Как же она это сможет? — трогая ручку программного переключателя спросила Катя.

Объяснения отложили на потом, есть же инструкция, а сейчас в ванную, потом завтракать. Дежурная сегодня у нас Катерина, значит будет что-то вкусненькое. Ожидания нас не обманули, подруга приготовила что-то непонятное, но обалденно аппетитное.

Собрались, счастливая Катя тащила целых два бумажных пакета, там платье с бельем, босоножки, колготки, прокладки и сумочка. Выходим из подъезда, дальше немая сцена — тетиной Волги нет, угнали.

Не буду рассказывать что было дальше, это что-то с чем-то. В нашем дворе побывала наверное вся Московская милиция, даже районный прокурор засветился, это оказывается был её однокурсник. Все клятвенно обещали найти и покарать лиходеев, Анастасия злющая умчалась на работу, а я отвезла подругу домой, потом доставила на практику. Теперь можно заняться и своими делами.

У Волковых просидела часа два, пили чай с домашним пирогом, Дмитрий Аронович рассказывал о своих семейных проблемах. Первая — телефон на дачу, дорого конечно, но за неделю установят, тогда и Лизу можно будет туда отправить. Вторая, это родня, которая узнав о беременности его жены окончательно с ним разругалась, он в отместку послал их подальше и сменил отчество на Анатольевич.

— На порог не пущу, рожи жидовские! — завелся Волков.

Мы еле еле его с Елизаветой успокоили, такой он был злой на свою родню.

Уходила я от них с тяжелым дипломатом в руках, там документы на дачу в папке и несколько тяжелых свертков от Шорникова. Дмитрия, теперь уже Анатольевича, попросила связаться с Князем, узнать всё про угон нашей Волжанки, скинуть мне адресок злодеев.

Сегодня Анастасия задержится на работе, ей нужно успокоиться ловлей и допросом преступников, значит у меня будет время решить свои дела. Адрес Селезёнкина на соревнованиях я узнала, как впрочем и о нем самом. Его мамаша работала в Московском хозяйственном управлении МВД, а папаша подъедался в районном профсоюзе строителей. Связи у них были обширные, несколько раз отмазывали кровиночку от уголовки, да и сами были не без греха, так что пора восстанавливать справедливость. Это всё вечером, а сейчас я раскладываю на столе свою добычу. Вначале относительно честно купленные ордена, красота неописуемая, нужно будет с ними сфоткаться. Надену черное платье, а на него красную ленту с орденами, бриллиантовое колье на шею, будет круто, жаль короны нет, надеюсь пока. Далее меня порадовали трофеи авторитета: кольца, серьги, подвески и прочее, всё с драгоценными камнями. Ценных немного, но мне хватит на подарки своим женщинам. Золото в двух слитках заберу на продажу в будущее, деньги там понадобятся. В отдельном футляре лежали легендарные часы Rolex Daytona 6241 Paul Newman, как они оказались у криминального авторитета загадка, их я решила подарить отцу Ланы, он много для меня сделал, да и не чужой человек всё таки. Вот как мне его интересно называть — папой? Ну не тестем или свекром в самом деле.

Если честно, то я надеялась на большее, алмаз какой нибудь или изумруд из уникальных, но имеем то что имеем. Украшения тоже неплохи, особенно пара вещей: серьги и кольцо с большим бриллиантом. Сапфиров к сожалению не было вообще, зато подвеска с изумрудом на толстой цепочке. Деревянный футляр с царскими червонцами, всего полсотни, интересно сколько они сейчас стоят? На этом мои трофеи закончились, Сложила червонцы и украшения в сейф, криминала тут точно нет, всё слишком старинное. Часы, золотые слитки и бриллиантовые серьги с кольцом убрала в другое место, это я заберу с собой в будущее.

Завтра, если всё будет нормально, съездим с тетей на дачу, у неё выходной. Пора показать наше будущее место отдыха, да и позагорать наверное будет можно. Песок как уверял Волков привезли ещё вчера, целых две машины, если этого мало, то можно ещё заказать, платно конечно, но не так и дорого. Купальники у нас импортные, в таких не стыдно показаться на людях, значит позагораем.

От радужных мыслей отвлек телефон, звонила Катя, у неё истерика — на практике украли джинсовый сарафан. Еле уговорила не нервничать, буду через полчаса, там всё решим. День сегодня какой-то неправильный, у близких мне людей неприятности, для меня мелкие, а вот для них ….

Ванька Тормоз, не в том смысле что туповат, а в том что автомеханик и по совместительству угонщик, снимал номера с пригнанной ночью Волги. Машина была просто конфетка, новая как со склада, черная с красным салоном. За такую на Кавказе можно смело просить тридцать или даже сорок тысяч, оторвут с руками, очередь выстроится. Осталось перебить номера на двигателе и кузове, а потом перегнать в Грузию. Паспорт сделает один прикормленный гаишник, дорого конечно берет мусорок, но зато у него всё по высшему разряду, не подкопаешься. После продажи можно зависнуть в Сухуми или податься в Минводы, с таким количеством капусты ты везде король. От радужных мыслей отвлек появившийся Бугор, смотрящий в этом районе.

— Ты где эту лайбу угнал? Не на Тверской случайно? — спросил вместо приветствия местный авторитет.

— Ну на Тверской. Видишь какая красавица, через неделю уйдет, даже не сомневайся, — заулыбался Ванька.

— Куда уйдет? Тормоз ты охренел? Такая подстава! — взревел Бугор.

— Да что случилось? Какая нахрен подстава? Новая лайба, без базара, — всё еще не понимал Ванька.

— Это машина Львицы из МУРа! Слышал про такую? Она всю ментовку на уши подняла, шмон идет по всему городу. Знаешь Тормоз сколько людей из-за твоей жадности пострадало? Ты забыл гнида что Князь просил? В стахановцы падаль метишь? Слова святого человека в мусор спустил. Он же что ни скажет, то всё для блага воровского. Пропал общак, так Князю видение пришло и он нашелся. Про то что обходить стороной эту хату с колёсами тоже было сказано, ты один фраернулся, теперь столько людей из-за тебя повязали, шмон по всему району. На тебе уже крест поставлен, тобой сама смерть интересуется, — закончил местный авторитет.

— Не знал я, падлой буду. Что же делать? — заныл угонщик.

— Лайбу на место, как ты это провернешь не моя забота. Племянница Львицы, это она ей купила Волжанку, любит картины и камни, так что попытайся, может и простит. Князь дает время до утра, потом сам понимаешь. Бежать не советую, уйдешь за черту петушарой, так что думай. Паленое даже не думай всучить, всё должно быть по красному, законно. Прощай Тормоз, — и Бугор вышел из гаража.

То что круто попал, Ванька понял моментально, тормозом он в таких делах не был. Машину на место вернет, трудно конечно, но решаемо, а вот насчет подгона надо думать, причем в темпе.

В больницу, где проходила практику Катя, приехала как и договаривались через полчаса. Заявление о краже она уже написала, обещали найти, круг подозреваемых не такой уж и большой. Я привезла пакет со своим джинсовым белым сарафаном, она размазывая слезы стала переодеваться.

— Кать, хватит расстраиваться из-за всякой ерунды. Подумаешь какое сокровище украли, пусть подавятся. Мы сейчас подберем тебе ещё лучше, только не плачь.

— Ну как ты не понимаешь, это был мой самый самый! Я о таком может только во сне мечтала, а тут ты его мне подарила. Знаешь сколько он стоит? Мне пару месяцев работать, а его украли, — снова залилась слезами подруга.

Под удивленный взгляд прохожих и бормотание старух, усадила ревущую подругу в свою иномарку, дала по газам.

— Кать, а правда говорят что ты залетела от негра? — ошарашила её.

— Кто говорит? Да я эфиопов на дух не переношу, даже не представляю как с такими можно? — начала вместо слез, злится подруга.

— Когда садились в авто, две старушенции обсуждали — Мол ты аборт хочешь, а твой негр не разрешает, поэтому и ревешь.

— Петровна, гадина, языком метет как помелом. Ничего, я ей клизму пропишу и осмотр проктолога, будет знать как небылицы про меня рассказывать, — решила Катерина.

Разговор отвлек её, она успокоилась.

— Куда едем? — начала интересоваться она.

— Увидишь, — сворачивая на проспект ответила ей.

Опять в Берёзку, там на этот раз одеваем подругу, ну и продукты дома кончаются.

Часа через два вышли, Катерина впервые побывавшая в западном раю была счастлива, от слез не осталось и следа. Джинсового сарафана к сожалению не было, но и другого хватило выше крыши. Сегодня она вряд ли уснет до утра, столько впечатлений, а завтра все вместе едем на дачу.

Дома беру свой гаджет, на машине подъезжаю к дому Селезёнкина, там делаю всего один звонок и всё, можно готовится. На рынке покупаю рабочий комбез и ботинки, хирургические перчатки позаимствовала в больнице, пока Катерина переодевалась. Сегодня займусь перевоспитанием обнаглевшего мажорчика, до конца жизни будет помнить этот день, вернее вечер.

Наконец то он дождался, позвонила Перевозчикова, притом сама. Целый год из себя недотрогу строила, но стоило ему показать справку из вендиспансера, что она как переболевшая сифилисом стоит там на учете, сразу стала как шелковая. Поняла дура — светит исключение, сначала из комсомола, потом и из института. На юридическом не место запятнанным, тем более в половой распущенности, наши правоохранительные органы должны быть кристально чистыми. Справка обошлась не дешево, но это того стоило, девчонка слишком хороша, такая из себя вся правильная и честная, да и фигурка что надо. Представив как он сегодня засадит ей, его солдатик встал по стойке смирно. Сучка конечно хороша, но до Лёд не дотягивает, вот бы кому он с радостью вдул, а потом заставил глотать. От таких сексуально-похабных мыслей кончил, причем прямо в свои трусы, стало сыро и противно. Всё из-за этой Ольги, к которой было никак не подобраться, слишком заметна, да и связи у неё оказались на таком уровне, что лучше обойти стороной, целее будешь. Мать сумела узнать про неё многое, и это заставляло задуматься. То что в угрозыске как своя, это понятно, там её тетка работает, в ОБХССе от неё без ума, тоже предсказуемо, но вот близкое знакомство с Щёлоковым, сам видел как она его под ручку взяла, а потом они полчаса о чём то разговаривали. С него от страха семь потов сошло, всё ждал что она пожалуется, но обошлось, видимо забыла дура. Про вечер в ресторане наверное только подвальные крысы не слышали, а так весь МУР в курсе, завидуют приглашенным. Ольгу с тёткой тогда снимал не только свой штатный фотограф, был ещё какой-то корреспондент, так что может статься их в какой нибудь газетенке напечатают, она же все-таки орден получила. Черт с ней, пора оторваться на Перевозчиковой, а там посмотрим. Витька Селезёнкин накинув куртку выскочил на улицу, а там до парка рукой подать.

Ждал на скамейке, из за деревьев стояла кромешная темень, ближайший фонарь был разбит, оно может и к лучшему, девчонка будет меньше стесняться. Это последнее что он запомнил, очнулся уже в больнице от криков матери, та что-то требовала от врача, тот в ответ лишь разводил руками. Попытался встать, но …, ниже пояса ничего не чувствовалось. Как потом объяснил хирург, сломан позвоночник, да к тому же со смещением, поэтому до конца жизни инвалидное кресло и группа инвалидности. Хотелось выть от бессилия, как же такое могло произойти, да ещё с ним. Следствие по его делу закончилось ничем, Перевозчикова оказывается давно была на родине, в своем сибирской поселке, звонить ему даже не думала. Уголовка вообще склонялась к несчастному случаю, а на жалобы четы Селезёнкиных развила такую бурную деятельность, что всё окончилось увольнением матери из МВД, дальше больше, папаше пришлось покинуть теплое местечко в профсоюзе. Через год семья влачила жалкое существование: мать работала уборщицей, со статьей на приличное место не устроишся, отца с трудом приняли в кочегары, больше для него вакансий не было, бывшие приятели сразу куда-то испарились, а вот недруги наоборот…. Из дома как-то незаметно исчезло всё самое ценное, да и отличную трехкомнатную квартиру полученную в профсоюзе отобрали, как незаконно полученную вне очереди, пришлось перебраться на окраину в коммуналку. Витька Селезёнкин сидел в старом инвалидном кресле, слезы катились по щекам, губы повторяли только два слова — За что? за что?

Для меня самое сложное было незаметно прибыть к месту проведения акции, здесь моя внешность сыграла злую шутку, слишком была приметна. Парик, уродливые очки и бесформенный плащ сделали своё дело, добралась без происшествий, я стала одна из многих. В будущем нужно приобрести профессиональный актерский реквизит, это очень мне поможет при проведении следующих операций.

На месте первым делом разбила лампу фонаря, дальше затаилась в ближайших кустах. Гаденыш пришел вовремя, даже немного раньше, видимо так ему не терпелось. Вначале хотела как и в прошлый раз изувечить его детородный орган, но потом передумала, зачем повторяется, это же след. Дождалась когда он встал ко мне спиной, подкравшись нанесла один сильный удар, раздался хруст и щенок рухнул как подкошенный. Проверила его ноги на реакцию, она полностью отсутствовала, уложила поперек скамейки, травмированным местом на спинку, пусть будет похоже на несчастный случай. Дальше не спеша удалилась, переоделась рядом с выходом. Комбез еще пригодится, он чистый, а вот ботинки на выброс.

Вернулась домой к полуночи, не успела раздеться как звонок в дверь. Посмотрела в глазок, там какой-то мелкий хрен с цветами. Пока думала открыть или послать названного гостя подальше, ожил телефон, Волков от имени Шорникова просил принять, а после решить судьбу этого ночного визитера.

Открыла, впустила, ничего особенного, мелкий хмырь лет тридцати. Сразу попытался вручить мне розы, я же цветы терпеть не могу, поэтому он так и остался стоять с протянутым букетом.

— Веник оставь себе. За тебя попросил уважаемый человек, поэтому слушаю, у тебя пять минут, — поторопила застывшего истукана.

— Прошу простить за вашу машину, она в целости и сохранности стоит на прежнем месте. В качестве компенсации принес вот это, — положив на столик в прихожей цветы, быстро выскочил на площадку, а затем внес две картины. Это как мне сказали очень ценные полотна, одна Рокотова, вторая Айвазовского. Вот кстати чеки из комиссионки, всё как видите законно.

Я молча рассматривала эти произведения искусства, художники известные и довольно дорогие, если это конечно не подделки. Нужно будет отдать их на экспертизу в музей, так называемую атрибуцию. Айвазовского оставлю себе, море мне всегда нравилось, а вот Рокотова на продажу, портреты незнакомых мне людей в доме держать не буду.

— И это всё? Цена этому не больше десяти тысяч, максимум пятнадцать, а за сколько ты хотел продать нашу машину? Думаешь я цены не знаю? — зашипела на него.

Мужик побледнел, видимо надеялся откупится мизером от малолетки, а тут облом.

— С тебя Кандинский или Шагал, лучше оба. Драгоценности тоже не забудь, потому что лучшие друзья девушки — это бриллианты, — пропела я, — у тебя неделя, понял?

Угонщик испуганно кивнул и моментально скрылся за дверью, веник кстати так и не забрал, пришлось ставить в вазу, пусть тетя завтра порадуется, в отличие от меня она цветы любит, кстати нужно ей позвонить. Сейчас половина первого, они в это время пьют чай, если конечно нет никакого аврала. Звонок прошел, Анастасия была на месте, вначале забеспокоилась, не случилось ли чего, я её тут же успокоила, сказала что Волга нашлась, стоит под окном. Наверное малолетки взяли покататься, а может угонщики поняли у кого взяли машину и испугавшись вернули, вообщем Волжанка на месте, можно снимать с розыска. Тетя обрадовалась, сейчас позвонит в ГАИ, с ними приедет сюда для подтверждения, а потом, если конечно будет время, немного побудет дома.

Ночь выдалась ещё та, уснула только под утро, разбудил звонок в дверь, явилась сонная Катерина, а следом за ней приехала на своей Волжанке тетя. Позавтракали и на дачу, после стольких потрясений нужно немного отдохнуть, набраться сил. По пути заехали в гастроном, купили по две трехлитровых банки березового и виноградного сока, с десяток бутылок лимонада и пару буханок черного, ещё горячего хлеба. Колбаса с сыром и прочие вкусности были вчера мной приготовлены, вернее этой ночью, значит уже сегодня.

Дача моим дамам понравилась, особенно место у реки и сосновый бор. Забор ставился просто стахановскими темпами, ещё пара дней и всё. Пока тетя с Катей проводили осмотр дома, договорилась со строителями насчёт тротуарной плитки, ей выложат беговую дорожку по нашему участку и мою будущую спортивную площадку. Пришлось добавить ещё десять тысяч, дорожка метровой ширины, плитка в два ряда, тяжелая. Ворота поставят послезавтра, так что через неделю можно принимать работу и заказывать новую, это строительство нормального, в моем понимании, дома. Денег уйдет немерено, уже сейчас рубли кончаются, придется менять чеки, если официально, тогда это просто грабеж, а неофициально статья, надо будет думать как выкрутится с минимальным нарушением закона.

Пляж был превосходен, песок уже начал нагреваться, день обещал быть жарким. Лимонад поставили в воду, сами улеглись на купленные вчера огромные махровые полотенца. Провалялись до обеда, затем в дом, иначе сгорим, солнце жарило немилосердно, прямо как на юге. В доме две спальни, кабинет с пустыми полками и гостиная с настоящим дровяным камином. Вроде бы всё есть: канализация, вода и отопление, но как-то неудобно, мало простора.

После обеда, кухня тоже к сожалению оказалась маленькой, решили прилечь отдохнуть. Проспали до ужина, а там быстро перекусив бутерами отправились домой, поездка на дачу удалась. В следующий раз не забыть постельное с одеялами и подушками, а не как сегодня, спали на своих полотенцах. Мелочи тоже не нужны, типа туалетной бумаги и прочего, наверное лучше список составить всего необходимого, иначе точно что-то забудем, плюс продукты.

Завтра пожалуй проверю два оставшихся тайника почивших авторитетов, может что для продажи в будущем найдется. Закупаться решила по полной, теперь есть куда и на чем везти, не то что раньше, пара сумок и всё.

До новолуния оставалось два дня.

Глава 15

Утром доставила Катюшу домой, сама на кладбище, проверять первый схрон. Подошла к нужной могиле, осмотрела металлический памятник на наличие разного опасного, только потом открыла заднюю стенку. Два пакета быстро убрала в сумку, дома посмотрю. Сейчас в Тропарёвский заказник, вернее парк XXII съезда КПСС, там меня дожидается закопанная канистра.

Дома начала именно с неё, высыпала на стол около сотни золотых червонцев, сразу видно что новодел, и десятка два крупных самородков. Видимо почивший авторитет сидел на нелегальной золотодобыче или воровстве с приисков. Золотой шлихт переплавлялся в царские червонцы, эти скорее всего из последней партии, слишком новые, блестящие. Не густо конечно, но всё равно неплохо. Грамм стоит около шестидесяти долларов, монета чуть больше восьми грамм, значит получается примерно четыреста пятьдесят баксов за штуку, а у меня их целых сто. Сколько стоят самородки трудно сказать, но по весу не меньше полутора, а то и двух килограммов. Весов к сожалению нет, нужно будет этим в дальнейшем озаботится. Содержимое канистры беру с собой в будущее, там золото быстро пристрою через отца Ланы.

Кладбищенский схрон порадовал больше, хотя о стоимости судить пока рано. В первом свертке оказались деньги, ровно пятьдесят тысяч, а во втором жестяная коробка из под печенья, в ней лежали драгоценности явно криминального характера, потому как на серьгах заметила засохшую кровь. Пришлось тщательно мыть, потом долго сушить каким-то допотопным феном, вообщем намучилась. Трофеи отвезу в свой схрон, кроме денег конечно, к этому добавляю рыжьё с трупов, получится довольно солидно, а послезавтра перехожу в будущее. Стволы пожалуй уберу на всякий случай в склеп, что-то тревожно на душе, а предчувствию надо доверять. Решено — оружие забираю с обеих квартир, одну пару в склеп, вторую на кладбище в памятник, пока новое место не подготовлю. Сложила трофеи в дипломат, еле с пистолетами влезли, снова в авто, на свою старую квартиру. Из дивана достала свои смертоносные игрушки, на их место пачку сотенных, пусть тут будут, так на всякий случай. У дверей встретила Кольку, отдала обещанный червонец, всё таки мальчик за меня отдежурил. Дальше развезла по схронам оружие, хорошо что будний день, народу по кладбищам меньше шатается. В склепе достала слитки и остальные драгоценности, всё поместилось в дипломате, его заберу перед самым переходом. Нужно ещё картину Рокотова упаковать, а Айвазовского повесить на стену. Конечно с Ван-Гогом не сочетается, но пока другого места нет. День выдался какой-то суматошный, но довольно продуктивный, теперь не с пустыми руками буду переходить в будущее. Скорее бы, хочу увидеть Лану, она снова мне снилась, звала к себе. От этой мысли стало как-то тепло на душе, нет ничего лучше на свете, чем чувство что тебя ждут, думают о тебе, наконец любят. В прошлой жизни я был лишен всего этого, жил как волк одиночка, а теперь здесь всё по другому. Интересно, как бы отнеслась любезная Анастасия Федоровна на мою любовь к Лане, здесь такое под запретом, хотя после войны женщины как-то жили без мужчин. Впрочем статьи за лесбиянство нет, есть только за мужеложество, значит это нормально или я чего-то не понимаю?

Вечером ужинали вместе с тетей, она рассказывала всякие страсти. Нашли повешенного на чердаке Векселя, это который проходил свидетелем по делу о жестоком убийстве спекулянта-фарцовщика. Сгорел дом, а с ним старушка божий одуванчик, в прошлом она была наводчицей и скупщицей краденого.

— Да чёрт с ними, меньше криминала, чище воздух. Повесился этот ваш Вексель, значит совесть проснулась, ну сгорела наводчица, наверное уснула с папиросой. Что тут такого, всякое бывает, — помахала я вилкой с пельмешкой.

— Ты точь в точь процитировала нашего начальника. Дела закрыты и отправлены в архив, самоубийство и несчастный случай. Пойдем телевизор посмотрим, может что интересное покажут, — предложила Анастасия.

Да, у нас появился телевизор, его купила тетя, специально заезжала за ним. Цветной Philips, это наверное круто, только я привыкла к большим панелям, да и смотреть здесь если честно нечего. Забралась с ногами на диван, прижалась к тете Насте, через сутки ухожу в будущее, месяц её не увижу. Она конечно ничего не заметит, здесь секунда, а там целых тридцать дней.

Посмотрели по четвертой программе "Три плюс два", с Жариковым, Менакером и Фатеевой, затем пошли спать. Анастасия не могла нарадоваться телеком, была довольна как удав проглотивший антилопу, импортный, цветной, такой есть не у многих.

Спать не хотелось, наверное пересидела, поэтому решила послушать западные станции. У меня в спальне стоял огромный комбайн с радиоприемником и проигрывателем пластинок, уселась около него, стала вращать ручку настройки. То что я услышала стало для меня шоком, практически везде шло обсуждение моей книги. Восторженные комментарии метров фантастики: Азимова, Саймака, Брэдбери и прочих. Меня называли открытием десятилетия, девушкой совершившей переворот в современной фантастике. На книгу сейчас бешеный спрос, несмотря на довольно высокую цену. Была даже предпринята попытка ограбления типографии, к счастью неудачная, теперь там дежурит полиция. Старт продаж уже завтра, люди со вчерашнего дня занимают очередь у книжных магазинов. Интересно сколько потратил Джон на такую агрессивную рекламу, впрочем это окупится, скорее всего вдвойне, бизнесмен он от бога, своего не упустит. Теперь можно не сомневаться что заграничные издательства станут в очередь, контрактов ожидается море. С такими радужными мыслями уснула, во сне увидела Лану, мы с ней бежали по песчаному пляжу, почему-то абсолютно голые. Что там было дальше, досмотреть не удалось, в дверь кто-то настойчиво звонил. Такой сон обломали, злодея просто захотелось убить, притом медленно и жестоко.

Накинула халатик с тигром, пошла открывать дверь. Анастасия в ванной, поэтому ничего не слышала, пришлось предупредить об утреннем визитере. Им оказался Мальчин, который прямо с порога попросил срочно проехать с ним в издательство. Вчера он дозвониться не смог, была оказывается поломка на линии, а дома меня не оказалось, поэтому сегодня с утра он здесь. Представители трех крупнейших издательских домов изъявили желание подписать с нами контракт. Суммы там стоят приличные, сверху звонят чуть не каждый час, боятся потерять валюту.

— Что за это получу я? Давайте говорить откровенно — Зачем вы мне нужны? Издатели минуя вас скоро выйдут на меня, подпишу с ними контракт и половину гонорара вашей "Книге" отдавать не придется. Я права?

От такого ответа он потерял дар речи, ему и в голову не могли прийти такие ужасы, а всё моя наглость.

— Что же вы хотите Ольга Викторовна? Я готов сделать всё, что только в моих силах, — побледнел главный редактор.

Ещё бы ты не был готов. За срыв контрактов и потерю валюты тебя отправят в какое нибудь Гадюково, будешь до конца жизни бегать по полям, делать репортажи о битве за урожай.

— Мне нужна государственная или Ленинская премия, орден Трудового Красного знамени. Разумеется после выхода моей книги здесь, я же хоть и пишу фантастику, но фантазеркой не являюсь, — улыбнулась я.

Рядом стояла Анастасия, удивленно слушала наш разговор, но слава богам не вмешивалась.

— К полудню постараюсь решить в министерстве, уверен что нам пойдут навстречу. Я не прощаюсь, — повернулся он к выходу.

— Вы же понимаете Аркадий Эдуардович, мне нужна стопроцентная гарантия, иначе сами понимаете…, - сказала закрывая за ним дверь.

Вот тут тетушку прорвало, мне было высказано всё, что она обо мне думает. Больше всего её потряс мой торг за орден, как такое возможно она не представляла, пришлось объяснять.

— Давай считать: три контракта, это минимум полтора миллиона, из них половина сразу государству, остается семьсот пятьдесят. Так?

— Ну так, — согласилась тетя.

— Из них тридцать процентов заберет Внешторгбанк, останется пятьсот двадцать пять. Так? — снова спросила я.

— Так, — опять согласилась она.

— Вычтем налог с профсоюзом, это ещё четырнадцать процентов, остается четыреста пятьдесят тысяч. От полутора миллиона я получу меньше трети, а государство не прилагая никаких затрат поимеет с меня целый миллион инвалютных рублей, к этому ещё добавь триста тысяч с первого контракта. Да за такое мне нужно героя соцтруда давать, а не орден! Вот скажи мне, какая почетная доярка или знатный комбайнер смогли столько для страны заработать, они герои, а я нет?

— В таком ключе я не думала, может ты и права, мне трудно судить. Для меня до сих пор не доходит, как ты стала такой…, даже не знаю как сказать, — задумалась тетя.

— Нормальная я. Просто хочу, чтобы мы с тобой жили хорошо, имели всё что нам нужно. Почему Симонов, Михалков и Шолохов могут быть легальными миллионерами, а мы нет? Государство их ценит, бесплатно выделяет дачи, квартиры, награждает орденами и премиями, а мы что хуже? Ты столько преступников поймала, была даже ранена, но тебе в отличие от них ничего не перепало. Если я сейчас промолчу, тогда и дальше с меня будут драть не давая ничего взамен. Всё что у нас есть, куплено на наши деньги, страна мне ничего кроме образования не дала, с ней я расплатилась сполна, отдала больше трехсот тысяч долларов. Моя ближайшая цель — получить Героя Соцтруда, чтобы налоги не платить. Вот увидишь, я этого добьюсь, даже раньше чем ты можешь себе представить, — закончила я.

— Пошли завтракать будущая героиня. В следующие выходные собираемся на даче, с тебя мясо на шашлык, купи лучше на рынке, остальное мы сами, — разливая чай предупредила тетя.

— Здорово! А кто будет? — размешивая сахар спросила я.

— Ребята с отдела, Свешниковы, Сергей Сергеич и полковник Марчин, — на последнем Анастасия немного покраснела.

— Катерину с родителями тоже нужно пригласить, она моя лучшая подруга. Скажи мне пожалуйста, что у тебя с Николай Николаевичем, роман? Я же видела как он увивался вокруг тебя в ресторане.

— Ну…, я пока ещё не решила, посмотрим, — неохотно ответила Анастасия.

После чмокнув меня в щеку, умчалась на службу, такая стала деловая и очень привлекательная. Я потихоньку вливаю в неё целебную энергию, по чуть чуть, но результат уже налицо. Анастасия помолодела, сейчас ей не дашь больше тридцати, хотя она старшая папина сестра. В июле у мамы день рождения, нужно будет сходить на кладбище, я же там до сих пор не была. На другие пожалуйста, а к своим ни разу. Стыдно.

Села подсчитывать свои финансы, выходило совсем не плохо, но и не так хорошо как хотелось. Дача уже высосала тридцать две тысячи, а сколько ещё трат впереди, просто страшно подумать. Дом, к нему гараж и большой ангар для катера, выйдет никак не меньше ста пятидесяти тысяч. Теперь посчитаем сколько у меня в наличии: гонорар за книгу шестьдесят, с мертвых авторитетов десятка, схрон еще полсотни. Теперь минусуем расходы: забор с воротами двадцать две, дорожка червонец и на всякие булавки примерно четыре. В остатке всего восемьдесят четыре. На первое время хватит, а после нужно будет озаботится. На валютном сейчас полторы сотни тысяч долларов, по черному это больше миллиона, если официально, то чуть больше сотни тысяч рублей, просто грабеж средь бела дня. Нужно подумать как относительно честно получить реальные деньги, а не эти копейки. Подошла к сейфу, надо убрать чек из комиссионки на картину Айвазовского, стоимостью в семь тысяч. Потихоньку хранилище заполняется, а наше благосостояние растет. Есть дорогие украшения, царские ордена, золотые червонцы, стопка валютных сертификатов и несколько пачек рублей. Мой Маргоша лежит на отдельной полке, вместе с патронами и кобурой. С верхней полки, которая под отдельным замком, достаю папку, там документы на квартиру, дачу, дарственная на иномарку и полотно Ван Гога. Добавляю к ним чек Айвазовского, у меня всё честно, во всяком случае дома. Криминал здесь держать не собираюсь, всё таки тётя у меня милиционерша, сразу поймет что к чему. Уже закрывая сейф вспомнила про свой орден, папку с коробочкой тоже на полку, там сохранней будет.

Завтра наконец увижу Лану, по пляжу голыми бегать конечно не будем, но вот всё остальное пожалуйста. Закрыла глаза, представила это всё остальное, в трусиках сразу стало сыро, дыхание сбилось. Я уже несколько месяцев без секса, это вредно, тем более в таком возрасте, гормоны просто зашкаливают. Ну ничего, осталось совсем немного, уже завтра я обниму свою любимую.

Я тогда еще не знала, что так жестоко обломаюсь, но это будет только завтра, а сегодня хотелось петь и танцевать. Долбаные женские гормоны!

Закрыв сейф позвонила Свешниковым, раз обещала Олесе зоопарк, значит сегодня туда идём. Тетя Вера даже обрадовалась, у неё какая-то запарка на работе, в Дом моды она успешно восстановилась, снова стала ведущим модельером. После звонок Катерине, чтобы на денек бросала свою практику, мы сегодня отдыхаем.

Повезло, что тетя быстро остыла после моего объяснения по поводу премий, наград и прочих финансов, всё же дурой она никогда не была, профессия обязывает. Уходит на суточное дежурство по городу, так что мне опять повезло, как будет в следующий раз неизвестно, придется что-то выдумывать. Обещала ей сразу отзвониться, как только Мальчин вернется, Анастасии жутко интересно, права я или нет насчет наград и премий.

Первой прибежала Катерина, мне кажется что ходить она не умеет, только бегать. У неё новости, нашелся джинсовый сарафан, его сегодня рано утром принесла молоденькая медсестра. Со слезами на глазах просила забрать заявление, испугалась судимости. Говорила что взяла на время, перед подругами похвастаться и на кавалера произвести впечатление.

— Врет зараза, просто тебя увидела, ты тогда на своей иномарке прикатила, вся в фирме, а после я ещё про вечер в ресторане рассказала, так она поняла — искать будут до последнего, а

когда найдут, то влепят по максимуму.

— Я же тебе неоднократно говорила, что всё будет хорошо. Давай пока пить чай, у меня там пирожные в холодильнике. Подождем пару часиков одного нужного человека, потом заедем за моей маленькой подружкой, ты же помнишь Свешниковых, она их дочка. Вначале будет зоопарк, потом обедаем в Арагви, что-то шашлыка захотелось, ты не против? — спросила подругу.

Конечно она была не против, а только за! В этом ресторане не была ни разу, дорого, да и родители больше украинские блюда предпочитали.

— Завтра у нас кролик в пиве, вы с тетей приглашены, отговорки не принимаются, — торжественно произнесла Катерина.

— Как в пиве? Ничего себе. Это блюдо просто необходимо попробовать, так что мы будем, — потирая от предвкушения руки, ответила подруге.

Примерно через час позвонил Мальчин, всё решено положительно на самом высоком уровне, можно спокойно подписывать контракты. Отговорилась делами, попросила перенести на завтра, часиков на десять. Главреду ничего не оставалось как согласится, тяжело вздохнув он положил трубку. Что ж, на сегодня моя совесть чиста, теперь можно ехать за Олесей. На улице солнечно, погода отличная, одеваю комбез с шортами, футболку с рисунком Харлея и босоножки. На глаза зеркальные очки, Катерине подарила такие же, она от них просто без ума, говорит теперь и зеркало не нужно, в них смотреться будет.

Забрали Олесю и в зоопарк, там проторчали до часу дня, смотрели на бегемота и обезьян, после в Арагви, пора подкрепиться. Мы с Катей взяли шашлык и садж, а Олесе чыхыртму и хинкали, слишком острое ей вредно, мала ещё.

Только принесли заказанное, как нарисовался какой-то плешивый абрек, что-то хотел сказать, пришлось попросить, три раза попросить! перенести разговор на окончание трапезы, зачем нам портить аппетит. Вряд ли этот носатый скажет что-то хорошее, скорее всего предложит какую нибудь гадость, например переспать с ним за деньги или ещё чего подобное.

Поле обеда он с приятелем поджидал нас у выхода, у него оказывается было ко мне предложение — продать машину, мою машину, предлагал аж целых сорок тысяч. Прямо смешно, она стоит больше тридцати тысяч фунтов, а он мне сорок тыр предлагает, почти по курсу рассчитал недоносок. Послала его подальше, он в крик, даже пытался ударить. Хорошо народу не было, приложила усача по яйцам, второй стоял не вмешиваясь, видимо гораздо умнее первого. Вообщем предложила адекватному, когда Катя с Олесей вышли, встречу за городом, недалеко от свалки, в большом полуразвалившемся сарае. Пусть пока собирают своих абреков, а послезавтра вечером там всё вопросы перетрутся. Адекватный согласился, я вышла, а он потащил своего соплеменника в туалет, видимо для оказания тому посильной помощи.

После ресторана поехали снова в зоопарк, смотреть на этот раз львов и тигров. Гуляли почти до вечера, ели мороженое, пили газировку, скучно не было, это точно. Удивительно, но к нам на этот раз почти никто не приставал, было пару раз, но мы их сразу отшили. По пути домой заехали в магазин, купили Олесе железную дорогу, немецкую конечно, от куклы она отказалась, наверное не хотела вспоминать своё прошлое, сама была как кукла.

Дома сдали счастливого ребенка в руки отца, мама до сих пор на работе, он немного попенял на наши непредвиденные траты, но так, чисто для проформы. Я уверена на сто процентов, что как только за нами закроется дверь, они с дочкой начнут собирать железную дорогу, а потом со станции отправлять локомотив с вагонами. Игрушка чудо как хороша, всё точь в точь как настоящее, не зря столько стоит.

Катерину доставила домой, она силой утащила пить чай, а дома снова-здорова. Родители Катерины начали пилить за дорогие подарки, но тоже без души, так для порядка. Они прекрасно знали про нашу дружбу, может даже догадывались от чего она появилась, но вида не подавали. Других близких подруг у нас нет, школьные не в счет, а новые когда ещё появятся, да и нужны ли они нам, вот в чем вопрос. Пока сидели за столом, я решила кое что узнать.

— Павел Витальевич, вы случайно не знаете о каком нибудь пансионате для бывших военнослужащих. У нас дача появилась, нужен сторож, дом там для него хороший, вот Катя подтвердит, воздух чистейшей и вообще тишина и покой, пусть живет на природе.

— Так, так. Сейчас подумаю, что-то вертится в голове, — задумался Катин отец.

— Паша, хватит думать, тебе нужно позвонить Игорю, он же как раз заведующий в пансионе ветеранов и инвалидов, — напомнила Тамара Григорьевна.

— Точно, как же я мог забыть. Сейчас позвоню Краевскому, мы с ним вместе грызли гранит науки в медицинском, потом в аспирантуре. Мировой парень, теперь конечно уже мужик с животиком, но всё равно тот ещё оболтус. Помнишь Тамарочка, как ты его спасала в своей гинекологии, это же прямо анекдот.

Мы только поженились, Катя была ещё на стадии планирования, жили в коммуналке, и вот тут к нам в гости заглянул Игорек. Нашу свадьбу он пропустил, лежал с переломом бедра, та ещё была история, вот и решил наверстать упущенное. Тамара в тот вечер дежурила в гинекологии, хотя пациенток не было, у них травили тараканов, но мало ли что, порядок есть порядок. Вот мы и решили не ждать утра, а самим нагрянуть в отделение, благо там нет никого. Взяли пару бутылок и закусить, хотя я и говорил что не хватит, но разве его переспоришь, паразита мелкого. За пару часов выпивку приговорили, я отправился за добавкой, а Игорек взялся выметать тараканов, тогда их много передохло, они ему видите ли аппетит портили. Сбегал я быстро, магазин за углом, а когда вернулся то не поверил своим глазам: голый Краевский лежит в гинекологическом кресле, материться сквозь стон, а Тамара готовит инструменты. Резкий приступ аппендицита, вызывать неотложку некогда, когда она приедет ещё большой вопрос, первомай все-таки за окном. Вот и решили резать сами, а под рукой только кресло это, с распорками для ног. Нет были и нормальные столы, но там тараканы дохлые, прибираться долго, а он говорит что всё, ещё немного и лопнет, аппендикс хренов. Уложили на кресло, ноги кверху и давай кесарить, Тамарочка же гинеколог. Кстати его прогноз подтвердился, разорвался аппендикс прямо в моих руках, так что Игорь чудом остался жив. При встрече всегда подкалываю, пора мол на кесарево, у Тамары рука легкая, раз приняла, так и второй сможет. Он отшучивается, говорит хватит и одного, — закончил отец Кати.

Так что через пару дней можно будет съездить в этот пансионат, примут как родную. Ехать туда, судя по карте, не так уж и далеко, он находится в ближайшем Подмосковье. Попрощалась, время уже почти девять, пора на кладбище, а после домой за картиной. На всё про всё ушло часа два, я переодевшись в джинсы и кроссовки, с дипломатом и завернутой картиной прибыла на место, тихонько залезла в знакомые кусты и сосредоточившись представила конечное место перехода.

В государственный комитет СССР по делам издательств, полиграфии и книжной торговли Мальчин прибыл сразу после встречи с Ольгой Лёд. Практически без очереди был допущен в святая святых, кабинет председателя Госкомпечати.

Новый начальник, старого вчера сняли и отправили на пенсию, начал с разноса.

— Как так вышло, что там, — показал он в сторону окна, — книга этой Лёд вышла быстрее чем у нас. Там, — в этот раз он показал на потолок, — выразили озабоченность и непонимание. Мой предшественник слишком лояльно относился ко всей этой писательской братии, и вот результат — книги молодых, талантливых у нас не печатаются, а там, — снова показал на окно, — злорадствуют. Вы понимаете какой вышел политический резонанс, все буржуазные радиостанции поют оду восхищения, а наш советский читатель даже не знает кто она такая, что это за книга. Как вы объясните такой прокол в вашей работе, — показал пальцем уже на Мальчина.

— Борис Иванович, моей вины здесь нет. Я неоднократно просил вашего предшественника ускорить выпуск книги Ольги Лёд, но он был против. По его словам она была коммерческой, а в первую очередь нужно выпускать идеологически правильную литературу. "Записки парторга", "Рассказы старого большевика" и "Комсомольское дело" стояли в прерогативе, — начал оправдываться главред.

— Всё это так, но бывают исключения, нельзя работать шаблонно. Вы знаете общий тираж тех книг? Всего пять тысяч! Пять, а не полмиллиона! Разойдутся по библиотекам, в продажу такое пускать бесполезно, торговая сеть вернет обратно через пару месяцев, им залежалый товар не нужен, полок не хватит. Госкомпечать сейчас должна выйти на рекордные четыреста миллионов оборота в год, это наше обязательство перед партией, а тут такая нездоровая ситуация. И наконец самое главное — Почему её называют русской писательницей, а не советской? Это что за демарш?

— Но Борис Иванович, что в этом такого. У нас есть великий украинский писатель Шевченко, казахский Ауэзов, таджикский Ниязи, пусть будет и одна русская. Почему у нас советскими числятся только русские и евреи, это же неправильно, — пытался сказать Мальчин, но был сразу перебит всочившим Стукачиным.

— Вы в своем уме! Нет, все-таки правильно сняли Махайлова, распустил он вас. Что у вас ещё? — снова уселся в кресло председатель.

Николай Александрович был душевнее и скромнее, а у этого с первого дня стоит импортный телевизор, одно только кожаное кресло чего стоит, сразу видно размах и непомерные амбиции, — думал Мальчин.

— Представители западных издательств прибыли на заключение контракта, пока на полтора миллиона долларов, но скорее всего их будет больше. В Америке полумиллионный тираж практически распродан, уже есть предложение на переиздание, а это снова валюта.

— Так это же хорошо, мы столько не зарабатывали прежде, давайте срочно оформляйте, — перебил его Стукачин.

— Ольга Лёд отказывается, говорит без нас подпишет, напрямую, — выдохнул Мальчин.

— Что? Да за такое из партии вылетишь как пробка! Ты у меня будешь со всеми своими подхалимами брать интервью у белых медведей или верблюдов! — вскочив заорал Стукачин.

— Я уговорил её, но она выдвинула встречное условие, — еле слышно проговорил главред "Книги".

Удивительно, но он был услышан, председатель снова сел в кресло, а побледневший Мальчин продолжил.

— Она согласна подписать через нас контракт, но хочет за это Ленинскую или Государственную премию, и ещё орден в придачу.

— С премией проблем не будет, "Знак почета" дадим, это не сложно, — выдохнул Стукачин.

— Ей нужен "Трудовик", на другой не согласна, — уточнил главред.

— Хорошо, что не "Ленина", с этим были бы проблемы. "Красное знамя" получит, есть у нас лимит на награды, так что иди договаривайся, завтра придешь на доклад лично, лучше сразу с контрактами. Свободен, — закончил председатель Госкомпечати.

Мальчин вышел из кабинета, секретарша участливо покивала головой. На улице положил под язык валидол, после сел в машину, а через полчаса, уже будучи у себя в кабинете, позвонил Ольге. Та перенесла подписание контракта на завтра, чему он был несказанно рад, сегодня как выжатый лимон, нужно прийти в себя и немного расслабиться, Дусенька в этом поможет. Облегченно вздохнув положил трубку, выпил залпом полстакана водки, позвал секретаршу. Дуся к сожалению помочь не смогла, как только не старалась, его член висел спущенным флагом, подняться даже не пытался. Посадив большую мозоль на языке, секретарша с распухшими губами вышла. Мальчин посмотрел на закрывшуюся за Дусей дверь, налил себе полный стакан и крякнув выпил, затем повторил, потом ещё раз. Водка осечек не дает, — это последнее что он подумал, проваливаясь в спасительный сон.

Глава 16

Перешла в мир Ланы, так решила называть будущее, незаметно, раз и всё, я на месте. Вы спросите как поняла? Всё просто — воздух здесь совсем другой и чем то неуловимо давит на сознание, скорее всего это от Wi-Fi, 5G и прочих излучений.

Выбралась из кустов, во дворе никого, время позднее, а мне нужно как-то добраться к Кречетовым. Денег и документов нет, мобильника тоже, в прошлом это будет большой компромат, поэтому решила с собой не брать, всё оставила дома у Ланы. Вышла из двора, тормознула первую попавшуюся машину, попросила подбросить домой, потому как сумочку с деньгами и телефоном потеряла или может украли, сейчас трудно сказать. Водила, молодой парень, сразу поплыл, всю дорогу пытался познакомится, даже обещал сводить в ресторан, но судя по авто это будет пельменная или блинная, в лучшем случае Макдональдс. Попрощалась с водилой, обещала позвонить как только, так сразу, еле отвязалась, такой навязчивой и приставучий, что хотелось дать по морде, но сдержалась, мир тесен, зачем плодить врагов на пустом месте.

Замок принял мои отпечатки, дверь открылась и я вошла в дом к Кречетовым. Странно, но он был пуст, хозяева отсутствовали, у меня начало появляться нехорошее предчувствие. В это время включилась большая лазерная панель висящая на стене, а в ней Лана.

— Оля? Оля! Ты где? Хотя что я туплю, ты же у нас дома. Когда приехала? Почему не позвонила? Я так рада тебя видеть. Представляешь, у меня с утра было какое-то приятное чувство, думала из-за чего, а оказалось это ты появилась. Сижу понимаешь на пляже, загораю и тут на смарт приходит предупреждение от охранной сигнализации, я сразу камеры наблюдения, а там стоит моя Оленька. Хотела сразу позвонить, только у тебя телефона нет, вот догадалась с видеопанели, у неё камера и микрофон, так что говори, я тебя услышу, — быстро, как из пулемета, произнесла подруга.

— Лана, ты вообще где находишься?

— На Гавайях. У папки здесь дела были, яхту какую-то продавал, взятую за долги у одного придурка. Представляешь, он проиграл её в карты, это надо же быть таким дебилом, чтобы играть с незнакомыми людьми, понятно что его раздели по полной. Ты Оля не беспокойся, сейчас свяжусь с папой и мы первым же рейсом вылетает. Возьми телефон, позвоню через пять минут, скажу когда нас можешь встречать, мне тебе столько нужно сказать, — зачастила Лана.

Послав воздушный поцелуй отключилась, а я пошла за своим телефоном, документами и карточками с деньгами. Пока складывала в сумочку, думала о Лане, какая же она у меня замечательная.

Через десять минут она позвонила, только глянув на её заплаканное лицо сразу поняла, случилось что-то неприятное.

— Оля, мы не сможем вылететь в ближайшие дни, идет ураган Иники, он объявлен четвертой категорией, так что аэропорт закрыт. Даже чартер не заказать, почти все самолеты улетели на материк, остался один хлам, — слезы катились по её щекам.

Нужно чем нибудь её отвлечь, загрузить работой, иначе сорвется в истерику, это она может, — пронеслось у меня в голове.

— Котенок, хватит плакать, ты же у меня сильная. Подумаешь неделька, она пролетит незаметно, к тому же мы будем с тобой всегда на связи. Лучше помоги мне немного, позови Романа Григорьевича, надо кое что пристроить в надежные руки, — попросила подругу.

— А что именно? Можешь сказать мне, всё равно этим занимаюсь в основном я. И ещё, папа попросил называть его папой. Ой, что-то я запапкалась, вообщем ты нам не чужая, а член семьи, поняла? Давай рассказывай.

Вместо рассказа я открыла перед камерой дипломат и стала из него выкладывать на стол содержимое. Вначале два золотых слитка, затем самородки, монеты и наконец ювелирка.

— Лана, вам с папой подарки отдельно, увидите как прилетите, а это всё на продажу.

— Ни хрена себе, вот так у тебя командировка! Сейчас позвоню кое кому, приедет человек, скажет от меня, он всё взвесит и оценит. За него ручаюсь, не обманет, всё будет честно.

— Подожди, у меня есть ещё и это, — я начала разворачивать картину, — Это Рокотов.

— Умеешь ты подруга удивить. Русские мастера сейчас в тренде, так что если это не подделка, тогда продать не проблема, оторвут с руками, не так много в наше время выставляется подлинников. Сейчас подумаю кто из коллекционеров сможет приобрести за максимальную цену, — задумалась Лана.

— Не беспокойся, это не копия. Вряд ли меня станут обманывать, это чревато летальным исходом.

Подруга кивнула, потом отключилась, а я стала собирать золото и ювелирку обратно в дипломат, ни к чему разбрасывать золото на столе. Подарки для моих близких лежали в кабинете, для Ланы приготовила подвеску с крупным изумрудом, серьги и кольцо с большим бриллиантом, а для Романа Евгеньевича футляр с легендарными Rolex Daytona 6241 и перстень. Всё дорого и богато, как я люблю, для своих мне ничего не жалко, пусть порадуются.

Где-то через полчаса позвонила подруга, глядя на мой сонный вид сразу извинилась, — Прости, совсем забыла, у вас же ещё ночь, не то что у нас здесь. Покупатели приедут утром, так что давай отдыхай, я им позвоню чтобы не спешили. Картину заберет один милейший старичок, он лично проверит её на подлинность и авторство. Деньги после атрибуции сразу перечислят тебе на счёт, можешь не волноваться. За остальным приедет одна серьезная дама, расчет сразу на месте, всё переведет на твою карту. Скажи, — улыбнулась она, — а подарки, они такие же ценные?

— Ну ты Ланка и наглая! Всё тебе надо знать раньше времени. Сказала же, что после того как прилетите. Можешь успокоиться, родные для меня на первом месте! Жалко что Роман Евгеньевич не присоединился к нам, мне нужно ещё кое какое оборудование.

— Оля, мы же насчет папы договорились, ты что забыла? Завтра, вернее сегодня утром, когда ты выспишься, мы тебе позвоним, а сейчас отдыхай. Целую!

Экран погас и я пошла спать, уже второй час ночи, а завтра нужно иметь ясную голову для заключения сделок.

Утро началось с визита седого, довольно крепкого старика. Поздоровавшись и отпустив мне пару комплиментов перешел к делу. Достал из кармана лупу с подсветкой, начал изучать полотно.

— Этого не может быть. Неизвестное полотно князя Орлова. Видно что это поздний Рокотов, мазки более уверенные чем на первой картине. Жаль, что это не портрет императрицы Екатерины, но всё равно холст востребован. Я могу с уверенностью подтвердить что это оригинал, но для полной гарантии нужны некоторые анализы, так что полная стоимость будет выплачена через неделю, а сейчас только небольшой аванс.

На какой хрен он мне нужен, лучше всё и сразу, вернее через неделю, так ему и сказала. Старик согласился, тепло попрощался и ушел, не забыв прихватить картину. Следом за ним пришла дама неопределенного возраста, достала электронные весы и мы начали взвешивать и подсчитывать золото. Два слитка по килограмму и самородки на кило восемьсот. К этому сто монет на восемьсот пятьдесят грамм, итого четыре килограмма, шестьсот пятьдесят грамм. Вышло на двести семьдесят девять тысяч долларов, что совсем не плохо. Дальше считали ювелирку, камни не такие большие, но все равно чистые и натуральные, золота почти килограмм, одна золотая цепь чего весила, так что сумма в полторы сотни тысяч баксов мне показалась достойной. Мы ударили по рукам, телефон брякнул пополнением счета на четыреста двадцать девять тысяч долларов. Карта у меня одна валютная, так что всё прошло быстро и без всяких задержек. Проводила даму до двери, там её ждали сопровождающие, в количестве трёх здоровенных рыл. Всё правильно, такое богатство без охраны быть не может, уверена что и старичка ждали похожие мордовороты. Набрала Лане, она заспанная и от этого такая вся домашняя, появилась на экране моего смартфона.

— Котенок, у меня всё прошло отлично, нам хватит на очередной набег по бутикам. Целую, спи и набирайся сил, они тебе ещё понадобятся.

— Я тебя тоже люблю, — зевнула она.

Отключилась, пусть пока дрыхнет, а у меня дела. Вызвала такси и в салон BMW, мне нужен хороший мотоцикл, а не всякое убожество из прошлого. Может для кого-то и Ява предмет несбыточных мечтаний, но точно не для меня.

В салоне долго ходила рассматривая разные модели, в итоге выбрала две, это круизер R18, созданный по образцу модели R5 BMW 1930-х годов и гоночный BMW S1000RR+. Стоили они недешево, но деньги имелись, так зачем себе отказывать в такой приятной мелочи. Пока я покупала фирменную одежду и защиту, мне подготовили байки для поездки, вернее бешеной езды. Круизер заберу попозже, а пока на гоночном отправляюсь в одну небольшую мастерскую.

Скорость и ветер, что ещё надо для поднятия настроения, Ланы к сожалению нет, но это я надеюсь не надолго. Сбавляю скорость, заворачиваю в гаражи, там судя по навигатору находиться интересующая меня мастерская. Медленно заезжаю в открытые ворота, останавливаюсь и снимаю шлем. Четверо молодых парней во все глаза смотрят на меня, впрочем я их понимаю, сам бы на их месте слюной изошел.

— Привет мальчики! — помахала рукой.

Парни наконец ожили, тоже заулыбались, начали наперебой здороваться.

— Не иначе ангелы сбросили крылья и пересели на байки? Что нужно от нас небесному созданию, наверное перекрасить мотоцикл в розовый цвет? — спросил один из них, судя по серьезному лицу он здесь старший.

— А вот и не угадал. Мне нужна модернизация под старину, то есть байк должен быть из семидесятых, без всяких экранов и прочего, вообщем вам виднее. Через месяц у нас тематическая выставка, затем гонка, так что пожалуйста постарайтесь.

— Странное желание, но у богатых свои причуды. Первым делом снимем карбон, в то время его ещё не было, заменим на стекловолокно. Затем дисплей модифицируем под аналоговые приборы, та ещё работенка. Светодиодные фары поменяем на простые, и так по мелочи. Вообщем всё будет стоить прилично, стоит оно того? — спросил главный.

— Стоит. Вам нужен аванс и деньги на материалы, пятьсот тысяч хватит? — спросила их, открывая поясную сумку. Вся моя одежда была в рюкзаке, а документы, денежные карты, снятые наличные и мобильник положила в эту сумочку.

— Думаю хватит, а там если что позвоним, ты надеюсь будешь в городе или хотя бы на связи.

Вообщем с парнями договорилась, даже на счет второго байка, там в отличие от этого, работы на порядок меньше. На такси отправилась в салон, оттуда обратно уже на R18. Круизер не такой скоростной как S1000RR+, езда на нем совершенно другая, более спокойная и размеренная. Прикид под него нужен другой, как и каску, но это так мелочи, потом куплю. Оставила свою свеже купленную технику парням на растерзание, сама отправилась домой, Лана уже несколько раз звонила, а я ей всё перезвоню и перезвоню, даже стыдно стало, она обо мне беспокоится, а я такая бесчувственная.

Дома сразу набрала Лану, проговорили наверное целый час, могли и больше, но время у них уже далеко за полночь, так что пора отдыхать. Под конец разговора появился отец подруги, он тоже хотел пообщаться.

— Привет Оленька, как твои дела? Мы с Ланой волновались, — улыбаясь начал он.

Вот как с ним мне говорить, если по имени отчеству, тогда подруга обидится, если нейтрально, то выйдет ещё хуже. Я уже их за семью считаю, так что вариант один.

— Привет пап, у меня всё отлично, привезла вам подарки, надеюсь понравятся, — тоже улыбнулась я.

— А как тебе мой прежний презент, пригодился? — внимательно посмотрел на меня.

— Очень! Ты даже не представляешь как. Теперь жалею что от первого варианта отказалась, скорость играет очень важную роль в моем деле.

— Я так и думал, поэтому тебе стоит заглянуть под свою кровать, там тебя ожидает сюрприз. Может ещё чем смогу помочь?

— Сюрпризы я люблю, если они конечно хорошие. Мне ещё нужен компактный сканер или что-то подобное, пока сама точно не знаю. Техника не стоит на месте, может имеется каталог такой аппаратуры с описанием? — спросила я.

— Есть конечно. Ссылку и пароль я тебе сброшу, там есть из чего выбрать. Мне вот интересно, что за подарки ты нам приготовила, я целый день об этом думал, даже обед пропустил, — снова заулыбался он.

— Да, да, я тоже спать и есть не могу, — послышался голос подруги.

— Ничего, оздоровительное голодание полезно, особенно Лане. У неё попка большая, растет не по дням, а по часам, — начала я, но тут же была перебита Котенком.

На меня обрушился целый шквал упреков и обвинений, даже попку показала, нет там ни грамма лишнего. Я только кивала и улыбалась, наконец до Ланки дошло, что я так её троллю.

— Ну Олька держись, ты у меня получишь по этой самой много раз. Давай до утра, вернее твоего вечера, там созвонимся. Целую.

Изображение пропало, стало как-то грустно, но одновременно тепло на душе. Пора подкрепиться, сегодня я ещё не ела, только утром чай с печеньем и всё. Заказала две больших пиццы, которые доставили через полчаса. Пока ждала свой припозднившийся обед, достала из под кровати чемоданчик, а в нём…. Это настоящее произведение искусства — модернизированный Глок 18. Выполнен на заказ из титана со сменным стволом под калибр 9×18 миллиметров. Стреляет одиночно и очередью, есть планки под разный обвес, хоть лазерный целеуказатель, хоть фонарь ставь. В чемоданчике лежали два пистолета, к ним кобура скрытого ношения, десять сменных стволов с запасными бойками, четыре глушителя и десять магазинов. Это просто какое-то чудо, Глок так удобно лежит в руке, даже с глушителем не кажется такими большим. Примерила кобуру, сначала под один, потом под оба пистолета, прямо как агент 47 из Хитмана, клинков только на спине не хватает. Кстати о холодном оружие, скоро встреча с абреками, значит нужны два хороших ножа. Зачищать наглецов решила клинками, так след уведет к ним на родину, там любят поножовщину. От дальнейших планов отвлек звонок в дверь, доставили пиццу. Сегодня больше никуда не пойду, буду отдыхать, а завтра по обстоятельствам. Нужно изучить каталог спецоборудования, выбрать и заказать через Романа Григо…, тьфу ты, пора уже привыкнуть — папу! всё что мне может пригодится в прошлом. После этого озаботиться качественной фанерой интересующих меня песен, причем записанных на катушках. Кстати, нужен хороший катушечник с ламповым усилком, кассетный музыкальный центр и видик с фильмами, а это всё время.

Пока решала что и как, незаметно наступил вечер, заказала роллы, готовить всё равно ничего не умею, да и если честно, то совсем и не хотелось. Только их доставили, как позвонила Лана, мы с ней начали обсуждать нашу дальнейшую жизнь. У неё оказывается всё было уже давно распланировано, от свадьбы в Нидерландах, до рождения нашего ребенка.

— Какого ребенка? Лана, от кого это ты хочешь залететь? Мне рога не нужны, узнаю — убью! — зашипела я.

— Сначала дослушай! Рожать будешь ты! Мне нельзя. Понятно тебе?

— Ты что, кокаина обнюхалась, или водки на жаре перепила? — снова начала я

злиться.

— Да выслушай ты меня до конца, не перебивай. Нам нужен ребенок, так? — посмотрела она на меня, дождавшись моего кивка продолжила, — Он должен быть родным тебе и мне, так? — снова посмотрела на меня, и дождавшись моего согласия продолжила, — Поэтому остается только одно — Тебе рожать от папы. Он будет нам родным, как тебе так и мне. Процедура Эко безболезненна, она даст нам шанс стать родителями, без всяких измен и чужих мужиков, так? — она посмотрела на меня.

— Ну так, — пришлось согласится мне, — А папа будет не против? Только смотри, я ещё ничего не решила и согласия не дала.

— Да куда он денется. Мы тоже спешить не будем, лет через пять подумаем, хорошо? — спросила она.

Ну где пять, там и двадцать пять, рожать не собираюсь, это пусть Лана беременеет, вот только от кого? Тут действительно призадумаешься, что делать. Ребенок нужен, иначе какая мы нахрен семья, вот только как на такое пойти, это же что-то запредельное.

— Хорошо, потом решим и этот вопрос, — ответила подруге.

После моего ответа Лана устроила дикий танец папуасов, на который смотреть было одно удовольствие, полуголая подруга в купальнике, это нечто. Глядела бы и дальше, но пришел папа и полуголые пляски закончились. Поздоровавшись, начала благодарить за чудесный подарок, о таком даже не мечтала, он в свою очередь махал руками — Мол, это пустяки. Проговорили наверное с час, дальше пошла спать, была уже полночь, а завтра столько дел.

Ночью мне приснился кошмар, я лежу на огромной кровати, а вокруг летающие члены, стреляющие в меня спермой. Я пытаюсь уворачиваться от них, но один всё же попадает, кожу разъедает как от кислоты, сознание покидает меня. Дальше я прихожу в себя на блестящем хирургическом столе, у меня огромный живот, который начинает шевелится. Из него кто-то пытается вылезти, я руками стараюсь удержать это, но брызгает фонтаном кровь, плоть разрывается и… С криком проснулась, вся сырая от пота. Ну его нахрен такую беременность, придумаем что нибудь другое, например найдем суррогатную мать или что-то подобное. Совершенно разбитая потащилась в ванную, только после контрастного душа стало легче.

За столом вяло ковыряла вилкой жареную колбасу, есть совсем не хотелось, чашка кофе и всё. После завтрака зашла на нужный сайт, ввела пароль и окунулась в мир высоких технологий. Чего только там не было, только плати. После обеда, сбегала по быстренькому в близлежащее кафе, выбрала интересующую меня аппаратуру. Первым в списке был сканер с глушилкой в виде браслета с часами, одна стрелка показывала направление, вторая количество, а секундная расстояние до скрытых жучков и камер. Если резко нажать кнопку дата, то начинала работать глушилка, а при нажатии дня недели посылался импульс, который выводил из строя записывающую аппаратуру, сжигая её электронику. Вторым в моем списке был подслушивающий прибор, считывающий лазером малейшие колебания, воспроизводя после обработки слова. Стоило его направить на окно или стену, как появлялся звук, который можно было сразу записать. Третьим в списке были микро прослушки, информация с которых сбрасывалась пакетным импульсом, отследить такой сигнал нереально, тем более в семидесятые годы.

С аппаратурой всё, перехожу в раздел спецсредств. Выбираю армейскую аптечку для спецподразделений, парализующие иглы, яды и препараты развязывающие язык. Отдельно средство от собак, вдохнув они теряют нюх на сутки, а там уже запах исчезнет.

Вечером отправлю список отцу, дальше его забота, лишь бы денег у меня хватило, цен там нет и сколько что стоит можно только догадываться, но явно не дешево. Вот ещё один день пролетел, завтра еду в студию, там закажу качественную фанеру, да и насчет аппаратуры что нибудь узнаю, я же в ней мало что смыслю, а они профессионалы.

Вечером еле дозвонилась, к ним приближался ураган, связь несколько раз обрывалась, поговорить толком не удалось, может утром наладится.

Утром связи не было вообще, по новостям показывали тропический шторм, который обрушился на Гавайи, больше к сожалению никакой информации не было. Всё валилось из рук, воображение рисовало страшные картины: смерчи, цунами и прочее. Додумалась даже о белых акулах, которые стаями кружат над затопленными островами и разрывают всех спасшихся на части. От таких мыслей хотелось плакать или кого-то убить, лучше не одного, а с десяток. Чтобы успокоиться решила занять себя делом, поэтому отправилась в студию, там моментально обо всем договорилась, как сказал директор студии — Любой каприз за ваши деньги. Впрочем они повидали всякого, певуны и певуньи, а по другому я современных отечественных назвать не могу, капризны и испорчены, всё им ни так и ни эдак. Отсутствие какого либо таланта, да даже слуха и образования, они возмещают гнилыми понтами, скандалами и прочими истериками. Впрочем пипл это хавает, жалеет обвешанных золотом и бриллиантами эстрадных проституток, рыдает над ихней тяжелой жизнью.

По записям фанеры проблем не было, современная аппаратура рулит, убирает всё лишнее, оставляет потребное. Запись на катушку вызвало полное понимание, сейчас модно слушать на старых, но отлично восстановленных магнитофонах. Мне кстати предложили парочку таких интернет магазинов, даже указали на нужные для меня модели, так что с этим вопрос был решен. Стоить это мне будет прилично, но раз монеты на карточке имеются, можно себя побаловать и заказать нужную аппаратуру. Первым шел Revox PR99 Mark III с ценой в астрономические семьсот восемьдесят тысяч рублей. Этот бобинник выпускался в семидесятых годах ХХ века для маленьких студий звукозаписи и мобильной записи. Вторым шел классический двухблочный магнитофон TEAC A-7400RX. Он воспроизводил четырехдорожечные записи, имел три двигателя, систему шумопонижения DBX, проводной пульт дистанционного управления и отменное качество звука. И наконец третьим решила взять Mara Machines JH-110, с ценой в пятьсот тысяч рублей. Это был классический двухдорожечный мастодонт способный вызывать мурашки по коже, так во всяком случае меня уверяли. Акустику к ним приобрету дома, так будет меньше вопросов и подозрений.

В студии проторчала почти до вечера, зато вышла оттуда с кейсом, а в нем катушки с профессиональной фонограммой, ну и флешка для караоке в придачу. Пока решила ограничится тремя альбомами: немного тяжелой, диско восьмидесятых и что-то для души и расслабона. На первое время хватит, а дальше посмотрим, нужно ли это ещё мне будет в последствии. Заказанная аппаратура прибудет через неделю, так что подожду, а пока кассетный музыкальный центр и видик с фильмами. Через интернет нашла отличный Mara Machines JH-110 в идеальном состоянии, видиков решила брать парочку: JVC HR-3300 и Panasonic NV-2000. Вот вроде с аппаратурой всё решено, можно заняться распевкой, купить музыкальный центр, микшер с микрофоном и вперед.

Вечером сидела на кухне, кусок в горло не лез, связи с Гавайями до сих пор не было. Уснула далеко за полночь, а во сне меня призвала Феменина.

— Приветствую божественную, — начал я, — Что-то случилось?

— Да, есть новости касающиеся тебя. В этот мир направлен ещё один эмиссар с заданием найти и убрать тебя.

— Вам что-то известно? — напрягся я.

— Себя он называет Змеем, знаешь такого?

— Приходилось сталкиваться, он не киллер, наемник, тварь ещё та, хитрый и изворотливый как змея, — вспомнил я его.

— У тебя сейчас два сильных противника, поэтому используй самое сильное чувство, оно поможет тебе. Кстати, ты знаешь какое?

— Любовь!

— Страх! Только страх мобилизует все внутренние резервы, а любовь и ненависть гораздо слабее. Научись использовать его и твои возможности возрастут. Действуй!

Появившиеся смерч подхватил меня и я открыл, вернее открыла глаза. Странно, но перед богиней я предстаю мужчиной, или мне это только кажется? В следующий раз спрошу её об этом, да и про будущее тоже непонятно, оно не меняется, а вроде бы должно.

От размышлений отвлек телефон, звонил Роман Григорьевич.

— Оля, дочка, с нами всё в порядке, ураган стихает, — быстро проговорил он.

— Да, да, шторм заканчивается, тут такое было, просто армагеддон какой-то, потом расскажу, — услышала я голос подруги.

— Звоним по спутниковой, тут целая очередь за нами, сами ждали целый час, поэтому говорить долго не можем, как восстановят связь сразу свяжемся, — услышала я снова голос отца.

— Я буду ждать, звоните в любое время и берегите себя, — успела сказать, после чего связь прервалась.

Вот словно камень с плеч, стало как то сразу легко. После завтрака отправилась к парням механикам, посмотреть как там идет модернизация моих железных коней. Увиденное меня поразило, байков не было, одни разложенные по всему гаражу детали.

— Пришлось полностью разобрать, иначе качественно работу не выполнить. Карбон уже заменен на стеклопластик, фары заказаны, теперь колдуем над приборами. Замена дисплея на аналоговые приборы оказалась гораздо заковыристее чем мы предполагали вначале, но схема уже подготовлена, так что всё будет сделано в срок. Движок тоже будем апгрейдить, бензин у нас к сожалению не везде качественный, и чтобы мотоцикл не заглох в самое неподходящее время, его нужно модифицировать, — объяснял мне старший из парней.

— Вы ещё электронику спрячьте, которую нельзя убрать. Всю маркировку с неё долой, как впрочем и везде. Если где можно, то поставьте начало 1970 года, чтобы максимально было похоже на байк прошлого века, — на прощание сказала механикам.

Приехала вовремя, они собирались мне сегодня звонить, нужны были деньги на новые запчасти для двигателя, их обещали выточить из титана, так что пришлось выложить ещё двести тысяч.

Микшером и караоке не обошлось, пришлось купить мини студию, отдала шестьсот тысяч, хотя можно было купить в разы дешевле, мне же супер профи не нужна, так, для распевки. Её доставили на следующий день, ещё парочку изучала как с ней работать, а на третий….

Глава 17

По инициативе профессора Клауса Шваба из Швейцарии, был проведен первый симпозиум, собравший около четырехсот руководители ведущих европейских компаний. Официально: чтобы обсудить перспективы мировой экономики и выработать общую стратегию, а на деле спрятать в стоге сена иголку. Если ни с того, ни с чего начнет собираться с десяток крупных мировых бизнесменов, это заинтересует очень многих, а так симпозиум и симпозиум.

Десять машин представительского класса подъезжали к одному из коттеджей, или как здесь говорили — шале. Встречал каждого прибывшего хозяин, сам Джон Гетти. В небольшом каминном зале собрались приглашенные, все прекрасно друг друга знали, Олимп бизнеса не так велик и обширен как думают многие, он давно и четко поделен между своими, попасть туда со стороны трудно, если вообще возможно.

— Итак господа, озвучу цель нашего собрания, — начал Гетти, — То, чего мы так ждали произошло, нас услышали.

— Да говори яснее, мы не на собрании акционеров, здесь все свои. Я бросил все дела, прилетел на этот чертов симпозиум, надеюсь это того стоило, — перебил под одобрительный ропот остальных, один из приглашенных.

— Хорошо. Трудно такое сказать, но…, в нашем мире появился падший! Я с ним договорился, мне вернули молодость и здоровье. На очереди наш друг из теневого кабинета министров, скоро и он забудет о своей верной трости.

— Почему он? У меня знаете ли тоже здоровья не осталось, пару лет и всё — финита ля комедия, — подскочил один очень пожилой джентльмен.

— Давайте сначала выслушаем нашего гостеприимного хозяина, что-то мне не верится в явлении на нашу грешную землю представителя высших сил, пусть даже и инфернальных. Самый главный вопрос — чем с ним придется расплачиваться, душой? — произнес ещё не старый мужчина.

Хоть и выглядел он крепким и ещё не старым мужчиной, благодаря многочисленным пластическим операциям, только организм был давно изношен как старое пальто, и как не наводи на него лоск: старье остается старьем.

— Падшему нужны только финансы, сразу хочу сказать — очень немалые, и это только пока. Мы как заключившие договор ничем не рискуем, он нужен нам, мы нужны ему. Насчет процедуры: она практически безболезненная, у меня длилась не больше нескольких минут. Организм после неё омолаживается на двадцать лет, болезни исчезают сразу, тело приводится в надлежащий возраст в течении пары месяцев. Если этого недостаточно, то процедура может быть проведена повторно, а это уже минус сорок лет, — объяснил Гетти.

Началось бурное обсуждение, большинство в падшего не верило, но чуда для себя страстно желали. Жить хотели все, причем молодой полноценной жизнью. Постепенно спор утих, воцарилась тягостное молчание, каждый думал и решал что ему дальше делать, упускать такой шанс никто не хотел.

— Что же он хочет? — выразил свою мысль один бывший сенатор.

— Глупый вопрос. Власти! Что же ещё. У нас появился уникальный шанс стать во главе мира, конечно под руководством нашего покровителя. Жизнь, молодость и власть, что же ещё нужно? Власть, как вы все прекрасно понимаете, должна принадлежать узкому кругу, то есть нам. Что скажите на это господа? — закончил Джон.

Снова воцарилось молчание, то о чем каждый когда-то тайно мечтал, сейчас во всеуслышание объявил Гетти. Это было неприятно, будто тебя застукали за чем то постыдным, признаться в таком…, нет не совестно, такое чувство у всех отсутствовало с самого рождения, скорее это можно назвать страхом. Всем присутствующим было страшно, если о твоих мечтах и планах узнают посторонние, сделают правильные выводы, то уберут на всякий случай, чтобы уже самим не бояться. Во всяком случае, каждый из них поступил бы точно также.

— Мы согласны, но нужны гарантии. Давайте подождем следующего чуда, тогда и конкретно решим, — подвел итог пожилой джентльмен, который так расстраивался о своем здоровье.

— Пожалуйста передайте ему, что мы к сожалению смертны, у нас в отличие от него вечности впереди нет, поэтому пусть будет чудо, а за нами дело не станет, будем вернее верного, — добавил бывший сенатор.

С его мнением согласились все присутствующие. Дальше рассматривали завязанную узлом ложку, артефакт произвел впечатление на всех. Кто падший не спрашивали, всему своё время, но настроение поднялось у всех. Коньяк, виски и русская водка шла на ура, пили даже те, кому было строго противопоказано, из чего можно было сделать вывод — поверили все приглашенные, а что ещё им оставалось делать в столь преклонном возрасте.

За пару дней разобралась с аппаратурой, больше конечно просидела над изучением специальной программы, крайне муторной и неудобной. Заказала хромакей, решила записать видеоклип, не знаю зачем, просто захотелось и всё. С утра думала начать репетировать, но начались кровавые праздники. В этот раз обошлось без боли, только как-то тянуло, вообщем неприятно, поэтому решила отдыхать лежа у видеопанели, там шёл какой-то интересный фильм об обитателях моря. Была надежда что позвонит Лана, но к сожалению связь отсутствовала, я набирала каждый час, но все бестолку.

Вечером, когда села ужинать, заиграл вызов, это была подруга. Связь восстановили, периодически она пропадала, приходилось набирать по новой, но всё равно, это был для нас праздник. Ланка рассказывала об урагане и последовавшем за ним шторме.

— Представляешь, мы были словно под водопадом, а вокруг огромные молнии и страшный ветер, — с круглыми от возбуждения глазами рассказывала она.

— Котёнок, всё уже позади. Кстати, как скоро сможете оттуда убраться, я успокоюсь только тогда, когда вы будете дома, — спросила я подругу.

— Пока неизвестно, шторм ещё не утих, а потом ещё нужно восстанавливать аэропорт, несколько полос просто смыло. Знаешь Оля, я наверное трусиха, так сильно боялась больше тебя никогда не увидеть. Хорошо, что всё закончилось, я в эти чертовы Гавайи ни ногой, пусть даже не уговаривают, — поклялась она.

— А если вместе со мной? Тогда согласна? — спросила её.

— Конечно! Это совсем другое, с тобой мне ничего не страшно. Ой…, тут папка уже целых полчаса ждет, пока мы наговоримся, — с этими словами передала ему телефон.

— Мой, вернее бывший Ланкин утонул, сейчас телефон у нас один на двоих, магазины закрыты, да и вряд ли там осталось что-то рабочее. Сразу к делу, а то вдруг связь опять заглючит, твоему Котенку намекал, она только рукой махнула, мол подожди.

— Нашему Котенку! — перебита его.

— Точно! Вообщем всё что ты выбрала, уже мной заказано, прибудет с курьером через пару дней. Оплата по факту, нужны будут наличные баксы. Общая сумма — полторы сотни тысяч зелени. От меня, вернее нас с Ланкой, тебе подарок, он будет лежать отдельно. Первый ставь сразу, такое точно пригодится. Насчет второго не уверен, ты сама посмотри что к чему, может тебе он и подойдет, ты же у нас особенная, — не успел отец закончить, как его перебила подруга, — Ты даже не можешь представить как папка торговался, они же заломили чуть не в три раза больше, рожи продажные. Давай до вечера. Целуем.

Связь прервалась, а на душе стало как-то тепло. Появился аппетит, поэтому моментально проглотила всё, а потом спать, завтра второй день месячных, бежать у меня будет со страшной силой, зато послезавтра чуть-чуть, только немного помажет. Интересно, если перевязать трубы, менструальный цикл сохранится или нет? Забеременеть после такого уже никогда не получится, операция безвозвратная, так я вроде и не собираюсь рожать, только вот как на это посмотрит Лана? Пожалуй обойдусь без этого радикального метода, что нибудь придумаю, например…, тут мои мысли прервал звонок в дверь, привезли мой заказ.

Только глянув на этих катушечных монстров, поняла, что возвращаться в свой мир придется как-то иначе. Если я потащусь через кусты с этими бандурами, треск будет слышен и в соседнем дворе. Нужно было купить гараж, который тут и там стоит на одном месте. Здесь не спеша в него заноси, а в прошлом не торопясь выноси. Пока нахожусь дома поищу в интернете, что продается и какого года, мне нужно всё построенное не позднее семидесятого.

Утром покопавшись в интернете, нашла четыре подходящих варианта, три на окраине, один практически в центре. За него просили слишком много, не то что у меня денег не было, а то что он находится на территории высотки на Котельнической набережной, в советское время мне там ничего не светит, если конечно я там жить не буду. Остальные я решила приобрести, цена смешная, а так вдруг что-то и получится. Волков постарается их для меня купить, хоть один вариант да выгорит. Гаражи приобрела через риэлторскую фирму, так возни меньше, за ключами и документами заеду завтра, но это всё на будущее, а сейчас будем думать о настоящем. Что если мне перейти у нашей дачи, там сразу можно всё отнести в дом, а после перевезти на квартиру. Осталось посмотреть что там сдается на лето, или купить, если конечно не так дорого. Спросите зачем мне такой геморрой, так дачи охраняются, и ночью обязательно возникнут вопросы: Кто? Зачем? И к кому?

На мое счастье дача там продавалась, находилась совсем рядом, просили всего, или целых, сто тысяч бакинских рублей. Деньги имелись, поэтому через тех же риелторов её приобрела. Нет, не сразу, а только после виртуального просмотра, там вроде всё нормально. Стояла она к сожалению не у реки, а ближе к центру, но всё равно неплохо, мне понравилась. Имелся там гараж на пару машин, значит можно взять для перевозки вещей джип Ланы, а после она его заберет. Документы на дачу будут оформлены на неё, так что пусть приводит её в порядок. Летом будем лежать в гамаке или просто на покрывале, вечером жарить шашлыки и пить ледяное шампанское, а зимой наоборот, сидеть обнявшись у камина и пить горячий глинтвейн. Вышло всё отлично, даже сама не ожидала что с проблемой можно разобраться с такой для нас пользой. К сожалению мои финансы запели романсы, осталось только на заказанные гаджеты и спецсредства, ну и на жизнь немножко. Кстати, пора обналичить бабло, Роман Григорьевич сказал нужен нал, значит иду в банк. Странно, но карточки остались в ходу, хотя с каждого смартфона здесь можно расплатиться, наверное я чего-то не понимаю или просто не знаю.

В первом банке нашлось только тридцать тысяч, зато во втором сняла остальное. По пути домой меня хотели ограбить, а может и убить, теперь трудно сказать, я же не некромантка, с мертвецами говорить не умею. Этих двоих я срисовала сразу у входа, не иначе кассирша настучала, поэтому приготовилась к нападению. Такси вызывать не стала, душа жаждала крови и она её получила, образно конечно. Всё произошло в проходном дворе, решила немного срезать путь, да и гоп-стопникам облегчить задачу. Идиоты бросились ко мне, один даже пытался ударить ножом, поэтому действовала жестко. Когда я уходила, то в кустах оставались лежать два остывающих тела, один насаженный на свой собственный нож, другой со сломанной шеей. Настроение резко прыгнуло вверх, я спустилась в метро, нужно замести следы, там две пересадки и я у своего дома.

— Девушка, у вас сзади пятно, наверное пробежало. Может вам прокладка нужна? — услышала сзади женский голос.

Вот черт, про свои критические дни совсем забыла, словила кайф от убийств, вот и результат.

— Спасибо. Я даже и не заметила, а этого добра у меня хватает, просто не успела поменять, ехала в метро, не в вагоне же лезть туда. Я уже почти пришла, ещё раз спасибо, — ответила ей.

Джинсы на выброс, хотя может отстираются, надо попробовать. Только включила стиралку, как позвонила Лана. Шторм ещё бушует, так что восстановительные работы отложены. Придется подруге с отцом задержаться, пока всё наладится. Телефон у них до сих пор один, магазины закрыты, а купить с рук нереально, сейчас это большой дефицит.

— У папки он влагозащищенный и противоударный, а у меня был самый мощный, только толку от этого, одни понты, — тяжело вздохнула Лана.

— Не расстраивайся из-за пустяков, а то детей не будет. Я дачу купила, документы на тебя оформлены, так что приводи её в нормальное состояние, нам там жить, хотя бы первое время. Хорошо?

Проговорили с час, меньше никак не получается, столько всего сказать хочется. Дальше спать, день снова пролетел незаметно.

Утром кто-то настойчиво трезвонил в дверь, это оказался знакомый антиквар. Рассыпался в комплиментах, затем перевел деньги за картину. Смарт брякнул СМСкой, на счет упало четыреста пятьдесят тысяч долларов. Если честно, то такой суммы я не ожидала, думала двести пятьдесят, от силы триста, а тут почти полмиллиона.

— За неё разгорелась целая битва, князь Орлов на втором месте после императрицы Екатерины. Если что появится нового, то будьте любезны, сразу ко мне. У меня репутация делового человека, так что надеюсь ещё увидимся, — поклонившись он протянул мне визитку, затем попрощавшись вышел.

Про картину я совсем забыла, столько дел, да ещё и эта нервотрепка с ураганом и штормом. Хорошо, что там всё закончилось, пока не было связи смотрела новости, телевизионщики показывали одни ужасы: смытые дома, затопленные отели и прочую разруху. Счет погибших и пропавших перевалил за сотню, так что волновалась я за своих очень сильно. Похожий ураган, но с меньшими разрушениями, был в 1992 году, там ущерба на два миллиарда с хвостиком, теперешний выйдет на порядок, а то и два больше. Пора идти в душ, а после займусь фанерой, пора опробовать свой голос, послушать его со стороны.

Всё оказалось гораздо лучше чем я ожидала, могла выдать рычащие низы и высокое визжание, даже без всякой распевки. Начала с тяжелого альбома, прогнала его не меньше двадцати раз, удивительно, но горло не охрипло, всё также выдавало чистый звук. Последние два прогона вышли просто замечательно, прямо как у профессиональной певицы. Богиня наделила меня не только красотой, но и прекрасным слухом и голосом. Завтра моё горлышко будет отдыхать, а я займусь другими делами, нужно найти и приобрести подходящий проект дома для моей дачи на берегу, это которая осталась в прошлом. Неплохо бы устроить чес по магазинам, нужно прикупить шмоток, для себя и своих близких, пусть порадуются. Ещё надо разобраться с подарком от Ланы и отца, что-то он там говорил насчет посмотреть и решить. Заказ прибудет завтра утром, так что весь день у меня впереди. Связь с Гавайями по прежнему отсутствовала, видимо авария, но ничего, я знаю что они живы и находятся в безопасности. С это мыслью уснула. Во сне увидела богиню, та протягивала мне продолговатую блестящую коробочку. Только взяла её в руки, как проснулась. Странный сон.

Утром, это уже начинает бесить, звонок в дверь, прибыл мой заказ, всё упаковано в водонепроницаемый армейский контейнер, расплатилась баксами. Проводила курьера, а дальше душ и завтрак. Сегодня практически не бежит, так слегка помазало, поэтому настроение отличное. После чая с бутерами села разбирать мою дорогостоящую покупку. Начала с аптечки, она титановая, точь в точь как советская АИ-2, только в ней нет таблеток, одни шприц тюбики. Каждый пронумерован, расшифровка на внутренней стороне крышки. Первое — сильное обезболивающие, второе — ускоряющее реакцию, третий — радиационный иммунитет, четвертый — увеличивающий выносливость, пятый — кровоостанавливающий, шестой — яд. Каждой по четыре штучки, только смертельной отравы два. Почему два непонятно, видимо чтобы наверняка, без шансов откачать.

Далее лежали упаковки сыворотки правды, лекарства стирающего память и парализующие иглы с миниатюрным пневмопистолетом. Два небольших баллона для обработки следов, после которого собаки теряют на сутки нюх. Всё что заказала пришло, даже немного больше, мне положили две игольчатые обоймы с ядом, так сказать бонус за дорогой заказ.

В отдельном футляре лежали четыре тонкие продолговатые капсулы, похожие на стеклянные, но я не уверена. В инструкции сказано, что это средство последнего шанса, его следует вживить под кожу, и в случае экстренной ситуации раздавить. Субстанция вызовет на короткий период прилив сил, так сказать раскупорит резервный источник организма, ну и соответственно обезболит его. Оболочка оказалась не стеклом как я предполагала, а каким то саморазлагающимся био веществом, притом очень полезным. Сейчас оно инертно, но только стоит его раздавить, как начнется реакция. Средство действительно нужное, так что сразу займусь его внедрением в свое тело. Поставлю по одной капсуле в подмышки, остальные две в резерв. Скальпелем надрезала кожу, затем пропихнула под нее капсулы. Думала будет неприятно, но нет, вошли практически безболезненно, видимо обработаны снаружи каким нибудь анальгетиком. Визуально и на ощупь не определялись, так что с обнаружением проблем не будет. Осталось подождать пока зарастут раны, в моем случае это пара минут. Так с этим разобралась, осталась продолговатая коробочка из нержавейки, там в пазах лежал большой автоматический инъектор с каким-то красно-бордовым веществом. Прочитала инструкцию, это какой-то сюрреализм, в моем бывшем мире про это снимают фантастику. Активное нано вещество, которое в случае угрозы должно защитить сердце. В теории получив сигнал из мозга, оно становилось щитом, но в реальности разрывало мышцы груди, вызывая сильную кровопотерю. От него пришлось отказаться, вместо спасения, боты убивали своего носителя. Интересно, мой организм сможет справится с этими нано работами? Стоит ли мне рискнуть или убрать с глаз подальше. Любая возможность выжить дорогого стоит, а тут есть шанс заиметь нечто особенное. В моей прошлой жизни все уши прожужжали про некие нанотехнологии, денег был выделено море, а в итоге ни технологий, ни денег.

Что же мне с этим делать, разум говорил — убери, но вот сон, там была точно такая же блестящая коробочка, которую протягивала мне богиня. Значит это был знак свыше, и надо быть полной дурой чтобы это не понять. Беру в руки шприц, выглядит он конечно футуристически, прижимаю к показанной в инструкции точке на груди, нажимаю на кнопку. Игла пробивает кожу и глубоко входит в тело, затем содержимое инъектора медленно закачивается в меня. Вначале было неприятно, словно что-то инородное попало под кожу, затем наниты распределились по всему телу и чувство отвращения исчезло. Ничего плохого со мной не случилось, сейчас организм начинает адаптироваться, вернее перестраивать ботов под себя. Спешить в таком деле не стоит, процесс медленный, но результат должен получиться потрясающий. Не знаю почему, но я чувствовала, эти микроскопические роботы мне вреда не принесут, только пользу, правда пока не знаю какую.

После медицинских препаратов занялась изучением электронных гаджетов, чувствую что на полное освоение уйдет не один день, слишком уж там всё наворочено. Одно только описание браслета на четырех листах, а инструкция вообще с небольшую книгу. Девайсы решила отложить на потом, денька на три. Разберусь с фонограммой, запишу клип, вот тогда и засяду за изучение шпионского оборудования.

Спецсредства и электронные гаджеты убрала обратно в кейс, его положила в сумку, пусть пока полежит. Сейчас самое время поискать проект моего будущего дома. Каким он будет я прекрасно представляла, найти что-то похожее не составило особого труда, осталось только разобраться с материалами. В Советском Союзе нет многих современных комплектующих, поэтому нужен ретро проект, состоящий из кирпичей, дерева и бетона. Вот подобный искала долго, но всё же нашла, за него пришлось отдать две тысячи долларов, взамен получила три толстых папки: дом, коммуникации, отделка.

Время уже час, пора обедать, собираюсь и еду на джипе Ланы в хороший ресторан. Финансы позволяют, почему бы и не гульнуть, благо настроение хорошее.

После обеда заехала в риэлторскую фирму, предъявила доверенность и от имени Ланы подписала документы на гаражи и дачу. Ключи и бумаги на недвижимость в сумку, а сама в бутик, нужно пополнить запас своей одежды, я же здесь появилась в одних джинсах, запасные трусы не в счет. Пока выручает гардероб подруги, в нем тоже джинсы, шорты и спортивные брюки, всё как я люблю. Не знаю почему, но Котенок отдает предпочтение стилю унисекс, чисто женское терпеть не может. В прошлый раз она одевала платье, но мне же было видно, что это через не хочу.

Выбранный мною дорогой магазин, мог удовлетворить любую модницу своим богатым ассортиментом, мне лично пришлись по душе платья-шорты, или по новомодному — ромпер и джампсьют. Купила сразу с десяток, такое носить комфортно, на вид платье, а если присмотреться, то юбка сшита шортами, как комбинезон. Не забыла и про шикарное черное открытое платье, это для фото с царскими орденами. Сделаю с неё картину и повешу в кабинет, чем я хуже императрицы, пожалуй лучше во сто раз.

Для своих обновки куплю завтра, на сегодня пожалуй хватит, сейчас уже почти вечер. Долго провозилась с примерками, особенно с платьем под награды, перемерила целую кучу, пока не выбрала самое на мой взгляд удачное. Удивительно, но в прошлой жизни мне походы в магазин не нравились, все эти примерки терпеть не мог, а теперь наоборот, рада из бутиков не вылазить. Странно всё это.

Пора домой, может связь появится и я увижу на экране Лану. Днем связаться никак не удалось, аварию видимо всё ещё ликвидируют, но может к вечеру закончат и у меня получиться поговорить.

Глава 18

Связь появилась почти в полночь, всего на несколько минут, но мы успели сказать многое, конечно не всё, но главное они живы и у них всё хорошо. Отличные новости на сон грядущий, поэтому я засыпаю быстро и легко.

Утром, сегодня никто в дверь не звонил и не ломился, просто чудо какое то, поэтому встала поздно. После завтрака набрала Лане, она опять недоступна, когда же там всё наконец починят, уже прошла наверное целая неделя, а толку никакого. По магазинам идти сразу расхотелось, значит буду репетировать второй альбом. Включила фанеру и …, выпала до вечера, даже на обед не пошла. Что ж, этот дался легче, связки практически не напрягались, попса она и в Африке попса.

После плотного ужина набрала Лане, и чудо, связь появилась. На этот раз общались без всяких перебоев, всё окончательно восстановили. По словам подруги, строители сейчас работают в аэропорту и на аэродроме, так что есть шанс вылететь через несколько дней. Роман Григорьевич ушел выяснять насчет билетов, там целая толпа митингует, все хотят убраться отсюда поскорее.

— Почему? Есть повод задержаться, ураган и шторм ушли в океан, можно продолжить отдых, — спросила подругу.

— Нет нормальных условий. Пляж сейчас похож на помойку, мы сидим на консервах, вернее американских сухпайках, гадость ещё та. Свет дается на пару часов, хватает чтобы зарядить телефоны, пресная вода в дефиците, её привозят в канистрах. Вот и кто здесь по твоему хочет задержаться? Вокруг одна разруха, зомби только не хватает, — с раздражением ответила подруга.

— Бедный мой Котенок, я так за тебя переживаю, скорее бы это всё закончилось. Время идет, дни летят, а мне к сожалению снова придется уехать. Я теперь как на вахте: месяц там, месяц здесь. Главное знай — ты мне нужна, рано или поздно, но я вернусь, ты только жди.

В это время вернулся Роман Григорьевич, Лана передала ему телефон. Мы поговорили про заказ, купленную мной дачу и многое другое. Ремонт нашего нового недвижимого имущества он брал под свой контроль, его не проведешь.

Утром кто-то настойчиво тарабанил в дверь, звонка видимо ему не хватало. Накинув пушистый халатик пошла открывать дверь, иначе этот нетерпеливый точно её сломает. Монитор на двери показал крепкого мужчину, про таких ещё говорят — в самом расцвете сил. На мой вопрос — Кто там? Показал ксиву со значком. В этом мире слизали у американов всё, будто бляха заставит народ их любить и уважать. Нет, простые опера и участковые заслуживают всяческого уважения, на них по сути держится хоть какой-то мало-мальский порядок, а вот про остальных сказать такое не могу. Лично для меня отношение к блюстителям закона изменилось после переименования, этим власть дала понять народу, что народной, какой была раньше милиция, она уже не будет, а будет полицией, охраняющей власть имущих. Конечно милиция под конец тоже вызывала вопросы, но это совсем другое, её сделали такой. Изначально в органы шли по комсомольским и партийным путевкам, страна посылала лучших, это только потом всё изменилось, хотя еще в начале восьмидесятых отбор был жестким.

Вот опять нахлынули воспоминания, а человек за дверью ждет. Открываю, он поздоровавшись заходит. Приглашаю на кухню, там кофемашина быстро готовит две чашки, мне капучино, ему эспрессо.

Пока пили бодрящий напиток познакомились, ко мне пришел капитан убойного Иванцов.

— Понимаете Оленька, несколько дней назад было совершено двойное убийство. Вы в тот день обналичивали валюту, если не секрет, зачем вам столько наличных?

— Папа, то есть Роман Евгеньевич попросил. Ему нужно было за что-то расплатиться или дать в долг, я в этом мало что понимаю и в его дела не лезу, зачем это мне.

Понятно, что его такой ответ не удовлетворил, но что он мог поделать — блондинка есть блондинка.

— Хорошо, только эти двое убитых пошли за вами, именно за вами, — начал он, но тут же был мною перебит.

— Какой ужас! Ходячие мертвецы, а ещё говорят что это сказки, — взмахнула я руками.

На лице капитана проступила досада, видимо он представил как будет дальше тяжело со мной.

— Оленька, вы не так поняли, убиты они были уже потом, за вами они пошли ещё живые, — тяжело вздохнув попытался объяснять он.

— Как живые? Вы же обещали мертвых! Может я что-то не так поняла господин полковник, — удивилась я.

— Ну во первых я ничего не обещал, а во вторых я не полковник.

— Жаль. Папа говорит, что замуж нужно выходить только за полковника. А знаете почему?

— Почему? — переспросил капитан.

— Потому что он скоро станет генералом! Разве это непонятно?

— Теперь конечно мне всё стало понятно, ваш отец совершенно прав. Но почему сразу не за генерала? — с сарказмом спросил Иванцов.

— Так они же старые! — нравоучительно ответила ему.

Дальше весь расспрос-допрос шел в том же ключе. Он что-то пытался выяснить, я хлопала длинными ресницами, он тяжело вздыхал и всё шло по новой. Наконец он не выдержал.

— Скажите Оленька, а зачем вы зашли во двор, а не отправились сразу домой?

— Мне право неловко, но вам я доверюсь, вы же настоящий полковник. Только пожалуйста никому, особенно моему папе, — я огляделась и шепотом продолжила, — Ходила покурить. Если папа узнает, то не видать мне новой машины. Сестра конечно знает, но она меня не выдаст, мы же с ней друзья.

Закатив глаза капитан тяжело вздохнул, после начал заполнять протокол. Хоть и в паспорте у меня была другая фамилия и отчество, но это не вызвало никаких вопросов. В свое время Кречетов представил меня как свою ближайшую родственницу, все поняли правильно, я незаконнорожденная дочь.

Под конец он показал фотографии тех гоп стопников, я их конечно не опознала.

— А почему у них глаза закрытые, они что спят? — спросила его.

— Вечным сном, — ответил опер, протягивая мне протокол для подписи.

Я подписала и он попрощавшись вышел, во дворе у него пропиликал телефон, он ответил.

— Да я сразу говорил, что идти сюда бесполезно. Если бы они могли, то её обязательно ограбили, или чего хуже изнасиловали. Она даже и не поняла, что была на волосок от неприятностей. Черт бы с этими отморозками, грохнули, туда им и дорога, но их опознала жена подполковника Борового. Помнишь, её пару недель назад грабанули у банка, двести штук евро как с куста. Крику до небес, только почемуто никто не спросил, откуда у нее такие деньги. Давай до связи.

Значит трупы нашли, и если бы не эта Боровая, то дело даже не стояли бы открывать, оформили как убийство друг друга. Что ж, предусмотреть всё невозможно, такова жизнь. Впрочем следов я нигде не оставила, так что пусть ищут, а мне можно заняться своими делами.

В начале недели изучала инструкции шпионских гаджетов, оставшиеся дни посвятила искусству, несколько раз перепела все три альбома, а затем сняла свой первый клип. Несколько камер с разных сторон, хромакей и вуаля, можно монтировать. Для клипа выбрала "War" "Emigrate", он мне кажется в тему. У себя крупным планом снимала только нижнюю часть лица, остальное только издали. Изобразила все новомодные движения, медленно танцевала, поднимала руки вверх. Для большего эффекта пришлось одеть облегающие лосины и майку. Долго промучилась с анимацией крыльев, сначала они у меня белые, затем краснеют, а под конец становятся черными. Получилось всё супер, даже сама не ожидала, такое не стыдно показать даже сейчас, а про семидесятые вообще молчу, там это бомба.

На Гавайях закончили восстановление аэропорта, самолеты начали садиться, так что скоро мы с Ланой и её отцом увидимся. У меня осталась неделя, через пару дней прилетят, так что надо подготовиться. Все покупки уже на даче, получилась целая куча: аппаратура, чемоданчик с оружием, кейс с гаджетами и медикаментами, четыре сумки с одеждой, одна с обувью. Я прямо как челнок из Турции, везу товар на барахолку. Все приобретенное сложила в прицеп для легковушки, её укачу без труда, там надо то метров двести. Парни закончили с

BMW R18, он уже здесь в гараже, а второй обещают через пару дней, там в отличие от первого работы на порядок больше.

Для разборок с криминалом купила пару LHR Combat Knife, жалко конечно их будет после дела выбрасывать, но это необходимость. Надеюсь мои вложения в эти ножи окупятся, абреки очень любят золото и камни, да и монеты наверное будут в приличных количествах, так что всё окупится. Там же приобрела кобуру для ПМ, три дорогущих ручной работы и пять попроще, но тоже не из дешевых. Кобура находится слева, а справа три чехла под магазины, такого в Советском Союзе не найдешь, одно слово — эксклюзив. Дорогие отдам Анастасии, пусть сама решает кому подарить, а остальные операм её отдела, пусть порадуются.

В дорогом ювелирном купила кольцо, отдала двести пятьдесят тысяч бакинских, но оно того стоило. Крупный бриллиант в платиновой ажурной оправе, стильно и красиво. Мне для Котенка ничего не жалко, пусть это будет обручальным кольцом. Там же за шестьдесят тысяч приобрела золотые Rolex GMT-Master III, выглядели они брутально, думаю Лане понравятся. Для себя выбрала массивный золотой браслет, бриллиантовые серьги крыльями и колье с рубинами. Все вышло но восемьдесят тысяч баксов. Сложила покупки и отправилась на джипе домой, сегодня приключения отменяются, нет настроения.

Последнее время очень хочется секса, неудивительно, тело же молодое. Как вспомню голенькую Лану, так соски на груди становятся каменными, а внизу сыро, просто потоп. Один раз не выдержала, отправилась в секс шоп, уж не знаю чего я там хотела, но вот пришла. В задумчивости уставилась на реалистики, когда-то у меня был такой же, только настоящий, живой. Продавец понял мою задумчивость по своему, давай нахваливать товар, я еле отнекалась, тогда он начал предлагать разное непотребство: анальные пробки, вагинальные шарики, электростимуляторы клитора, члены на присоске и прочие радости, вплоть до красного кляпа. Рассказывал вдохновенно, как будто сам всё опробовал, хотя глядя на него такая мысль крутилась в голове. Вышла оттуда расстроенная, почему одним всё можно, а мне противно.

Кречетовы наконец вылетели, через восемнадцать часов будут в Лондоне, а оттуда до Москвы лететь всего четыре часа. Сейчас уже вечер, значит послезавтра ночью я обниму Котенка. На все мои дела сутки, мотоцикл у парней заберу завтра, они уже звонили. Остальное всё уже подготовлено, пленки уложены в кейс, видеокассеты с фильмами тоже. С ними пришлось повозиться, сначала найти и скачать старое кино на компьютер, затем записать на видеомагнитофон. Это заняло очень много времени, раз фильм идет полтора часа, то и запись тоже полтора.

Утром забрала свой S1000RR+, после модернизации он преобразился до неузнаваемости. Во всем виноваты в первую очередь фары, вытянутые светодиодные заменили на круглые, вид сразу стал другим. Приборная панель, двигатель, зажигание и даже аккумулятор были подвергнуты глубокой модернизации. Парни наперебой рассказывали о своей работе, сразу видно фанатиков своего дела. Работа проведена на высочайшем уровне, так что премии не жалко, пусть мальчишки порадуются.

Мотоцикл перегнала на дачу, теперь всё готово для перехода, все запланированные дела закончены. Вернулась домой на такси, настроение просто супер, скоро увижу Лану. Решила заказать праздничный обед из ресторана, посидим немного, поговорим обо всем. Там же вручу подарки, уложенные в две стильные шкатулки. В первой перстень, массивный браслет и Rolex Daytona 6241. Во второй старинные бриллиантовые серьги, кольцо с изумрудом и Rolex GMT-Master III.

Вечером позвонил Роман Григорьевич, у них непредвиденная задержка — забастовка работников аэропорта, требующих поднятия зарплаты. Профсоюз и администрация начали переговоры, сколько это продлиться известно только богам. Он думает над вариантами, скорее всего возьмут билет на поезд или морской паром, чтобы уехать на материк во Францию. Вылететь из другого города здесь не получиться, там тоже из солидарности бастуют. У Котенка сейчас истерика, поэтому она не может говорить, но он что нибудь придумает.

Вот же черт, осталось четыре дня, может хотя бы пару суток побудем вместе.

Надеждам было не суждено сбыться, служащие железной дороги тоже объявили забастовку, в Великобритании сейчас политический кризис, так что выбраться с острова теперь большая проблема.

Незаметно пролетели и эти дни, связь с Кречетовыми опять пропала, поэтому ухожу с тяжелым сердцем. Тележку с добром перевезла в прошлое, в этот раз переход был необычным, тело вначале сильно нагрелось, даже пар пошел, а потом резко вернулось в нормальное состояние. Может так из-за нанитов, они же чужие в моем теле, а сейчас наверное адаптировались и прижились. Прицеп закатила в гараж, сейчас можно и за мотоциклами, снова перехожу в мир Ланы и сразу звонок телефона. На связи подруга, они уже над Шереметьево. У меня осталось примерно полтора часа, так что выбор очевиден, я мчусь на своем скоростном BMW в аэропорт. На трассе скорость за триста, но в основном еле еле тащусь через пробки. Наконец вижу терминал, а у входа стоящего Котенка. Торможу около неё, снимаю шлем и ….

Мы стоим обнявшись, слова не нужны, всё ястно без них. Потом немного отстранившись, достаю из сумочки то самое кольцо и надеваю на безымянный палец Ланы. Она неверяще смотрит, потом целует, затем улыбаясь окольцовывает уже своим меня. Вот хитрюга, про кольцо мне ничего не говорила, впрочем и я ей тоже. Мы снова целуемся, затем я с сожалением отпускаю Котенка, моё время на исходе, нужно убраться отсюда подальше, чтобы перейти без свидетелей.

— А где папа? — спрашиваю её.

— Папка застрял на таможне, там с ними ругается. Я успела проскочить, вот теперь на нем отыгрываются. Оля, Солнышко, я буду тебя ждать, столько сколько нужно, только возвращайся.

Я кивнула, одела шлем и перчатки, рыкнув на прощание мощным двигателем умчалась в ночь.

Самолет прибыл вовремя, но к сожалению мы опоздали. Всё началось с этой чертовой поездкой на Гавайи, отцу загорелось продать яхту одного знакомого, выигранную им не так давно в карты, конечно же не за просто так, а за процент от стоимости. Долго уговаривал лететь с ним, одну меня оставлять не решался.

— Вот случись что с тобой, как мне потом оправдываться перед Ольгой? Ты же её знаешь, она такое не поймет, а так позагораешь там недельку и делов то. Мы сможем оттуда вернуться в течении суток, — уговаривал он меня.

Так-то он так, но вот не лежала у меня душа к этой поездке, не лежала и всё тут.

— Уговорил! Но если что, тогда сразу возвращаемся, или я одна полечу домой. Меня здесь встретит Ольга, можешь не волноваться. Договорились? — поставила я условие.

— Договорились! Но встречать тебя будет в Лондоне. Да она сама туда прилетит, вот увидишь.

На Гавайях мне понравилось, раньше я тут никогда не была, всё с папой собирались, а потом та страшная авария. Яхту папка быстро продал, комиссионные составили сто восемьдесят тысяч, решили отметить в ресторане и тут на мой смарт приходит уведомление от охранной системы. Судя по всему это Ольга, только у неё есть доступ в наш дом, значит звоню ей. Вызов не проходит, вот же я тупая, у неё с собой нет телефона, что делать? Эврика! Смарт панель, там камера с микрофоном, поэтому через всемирную сеть подключаюсь к ней. Это Оля, она что-то спрашивает, а я как дура смотрю и улыбаюсь, наконец то дождалась свою любимую. Немножко поговорили и я срываюсь к отцу, нам нужно срочно возвращаться.

Облом! Чертов ураган, ну почему именно сегодня, ведь ещё вчера самолёты летали, вернее улетели на материк. Обидно просто до слез, которые незаметно начали капать, подруга вначале пытается уговаривает, а потом просит ей немного помочь. Это я уже потом поняла, что она так меня смогла успокоить, вот хитрюшка.

Золото и драгоценности возьмет Софья, с ней мы не первый год ведем дела, человек кремень, хоть и баба. Картину предложу Никанорычу, он в этом антиквариате варится чуть не с рождения, мать с отцом работали в Третьяковке. Остальное уже через папу, там его армейские связи, к ним он никого не подпускает, кроме меня конечно. Правда я туда не суюсь, хватает всего остального, да и папку не хочется обижать, пусть дольше важничает — там мол не для нежной женской души игрушки. Интересно, а с Олей как? Смог бы он ей такое сказать? Что-то я сильно в этом сомневаюсь.

Ураган притащил за собой шторм, мы просидели в отеле неделю, связи не было. Представляю как волновалась за нас Ольга, тут же просто Армагеддон какой-то. Вода с неба шла нескончаемый потоком, гигантские молнии и ураганный ветер, это было просто каким то ужасом. Потом шторм начал стихать, постепенно уходя в океан, мы наконец то смогли позвонить домой. Спутниковый телефон был на весь отель один, так что ждать своей очереди пришлось целый час. Зато как обрадовалась моя Оленька, даже по голосу было понятно, какая тяжесть с неё свалилась. Поговорить толком не удалось, но всё равно, настроение подскочило выше крыши.

Дальше мы просто ждали, а что ещё оставалось делать. Вначале исправили связь, с ней долго возились, затем начали восстанавливать аэропорт и взлетные полосы, там они почти все были размыты. Ждали очень долго, хорошо еще связь была, иначе просто кошмар. С папой каждый вечер гадали, даже несколько раз поругались из-за этого, какие нам подарки приготовила Оля. Делать всё равно было нечего, а так хоть какое-то развлечение. Подруга показать их наотрез отказалась, вреднючая она у меня, но всё равно очень хорошая.

Наконец мы вылетели с этого проклятого райского острова, осталось нам с подругой всего ничего, через несколько дней она уедет. Я не спрашиваю куда и зачем, это закрытая для всех информация, но вот то, что прошлый папин подарок ей пригодился, наводит на мрачные размышления. Очень за нее переживаю, я дома сижу в безопасности, а она с пушками где-то ходит. Аппаратуру и спецсредства Ольга заказала очень характерные, такие подходят для определенного вида операций. Папа предложил добавить пару препаратов, такие используют для выживания в экстремальных ситуациях. С первым было всё понятно, но вот со вторым неуверена, слишком уж он неординарный, впрочем Ольга та ещё штучка, может такой ей в самый раз.

В Великобритании творилось черт знает что, мало нам пережитого урагана и шторма, так еще и эта забастовка. Вылететь в ближайшие дни не удастся, а до отъезда Солнышка осталось пять! всего пять дней. Такого удара я выдержать не могла, начались слезы и истерика. Привел меня в чувство папка, он как ни в чем не бывало предложил купить мне для Оли помолвочное кольцо. Про такое я даже не думала, а тут сразу загорелась, мы же в Лондоне, столице ювелирных украшений. Идем в Moussaieff, там на мой взгляд самое лучшее. Синий сапфир в платине, под цвет глаз моего Солнышка, беру не задумываясь. Сто семьдесят тысяч, почти все папины комиссионные, но нам для Оли ничего не жалко.

Забастовка перекинулась и на железнодорожников, уехать с этого проклятого острова не получается, но папа нашел выход. Мы на пароме переправляемся через Ла-Манш, а там уже Франция.

Вылетели из аэропорта Шарль де Голля, время полета до Москвы меньше четырех часов. В Шереметьево набрала подругу, она не отвечала, я испугалась что опоздали, набирала снова и чудо Оля ответила.

На таможне всё шло слишком медленно, то ли служащие что-то искали, то ли получив пендель от начальства удвоили рвение. Подошла наша очередь, отдала свой багаж папе, что не понравилось одному усатому таможеннику. Когда я выходила, за спиной начиналась ругань, усач чего-то требовал, папа наоборот наезжал на него. Пусть разбираются, незаконного у нас ничего нет, а вот связи наоборот имеются, так что зря усатый это затеял, вылетит со службы как пробка.

Выскочила на улицу, жду, и тут резко передо мной тормозит байк, это Оля, она всё же приехала. Обнимаю, целую моё Солнышко, так многое хочется сказать, только времени почти нет. Так не хочется отпускать, и тут она достает и надевает мне кольцо, я в ответ тоже. Мы снова крепко обнимаемся и долго целуемся, я обещаю её ждать, столько, сколько нужно, она кивает, затем на прощание улыбается, надевает шлем и резко набрав скорость уносится в ночь. Проводив взглядом мотоцикл, поворачиваюсь, у входа стоят два каких то накрашенных парня, тычут в меня пальцами.

— Вы уроды что тут застыли, лесбиянок никогда не видели? Гомосятина хренова, — сплюнула я.

— Да ты знаешь шалава на кого наехала? — начинает один, но тут же замолкают под взглядом появившегося папы.

Садимся в такси, и через час уже дома. Пока ехали, всё рассказала, похвасталась кольцом. Папа был расстроен, он тоже хотел увидеть Олю, но вот не получилось.

Дома сразу идем смотреть подарки, на столе в кабинете две небольших шкатулки, а вот в них….

— Лана, ты представляешь сколько стоят эти часы? Да что стоят, их просто не достать. На последнем аукционе за них давали полмиллиона! Перстень с чистейшим рубином, это тоже на сотню тянет. Браслет грамм на двести пятьдесят — триста, тоже прилично.

— Да что ты на деньги всё меряешь, нам же не для продажи, это от души, — не выдержала я.

— Извини, привычка. Давай теперь твой посмотрим.

Открыла свою шкатулку, а там серьги, перстень с большим изумрудом и массивный золотой Rolex.

— Так, старинные серьги с чистейшими бриллиантами, не меньше восьмидесяти тысяч, большой изумруд в золотой оправе, ещё девяносто, если он конечно настоящий, а не искусственный. Сейчас проверю, — начал он, но был снова мною перебит.

— Пап, ты что думаешь, Оля мне фигню подарит? Сам то себя слышишь?

Посмотрела на застывшего отца, не может он по другому, всё ему нужно проверить. Ладно, пусть проверяет, заодно посмотрит на мое помолвочное кольцо.

— Лучше посмотри на мой безымянный палец, — протянула я руку.

— Ты им в такси меня чуть зрения не лишила, так что нашел я твое кольцо, стоит четверть миллиона, а твой Rolex шестьдесят.

— Пап, ты опять за своё. Это же подарки! Хватит любовь переводить на деньги, в нашем доме проституткам не место. И ещё пап, мне нужен хороший инструктор по рукопашному бою, — я внимательно посмотрела на отца.

— Зачем? Ты наверное хочешь быть похожей на Ольгу?

— Не в том дело. Просто я хочу быть такой же сильной и независимой как она. Мы с ней собираемся жить вместе, и мне небезразлично кем я буду в нашей семье. Роль пассивной домохозяйки не для меня, да и она такую скорее всего будет презирать. Мы с ней должны быть на равных, тогда у нас будет не только любовь, но и уважение, — закончила я.

— Эх Котенок, неужели ты не поняла, что любви без уважения не бывает, это нонсенс. Пусть ты слабее в одном, но значит сильнее в чем то другом. Вы должны дополнять друг друга, а не мериться члена…, черт, это не про вас, вообщем чем то другим. Подумай об этом, хорошо? Завтра съездим на дачу, посмотрим фронт работ, а сегодня отдыхаем. Идет?

Конечно идет. Оля просила заняться нашим загородным домом, значит доведем его до ума или вообще перестроим. Уже в постели я смотрела на кольцо, бриллиант завораживал своей красотой, как и моё Солнышко. Оля просто ангел, прекрасный ангел смерти!

Глава 19

Всё же я успела, перешла в каких то гаражах, а дальше не спеша поехала к своему дому. Мотоцикл без номеров, регистрации нет, поэтому добиралась к нашему двору окольными путями. Дома оставила шлем и переоделась, теперь нужно забрать свою машину, на ней в дачный поселок. Мне надо до утра отвезти в склеп кейс с шпионской аппаратурой, спецпрепаратами и оружием, такое оставлять на даче нельзя, мало ли чего.

Сюда перешла с телефоном, вернее армейский смартфоном, защищенным и запароленным. При несанкционированной попытке включить или тупо разобрать, в аппарате сработает ликвидатор, от устройства останется лишь пепел. Спросите зачем мне такое палево, да просто не хочу при следующем переходе в мир Ланы появиться там без связи и финансов, ну будет у меня здесь одним гаджетом больше, какая к черту разница. Вот с местом где я прячу своё добро нужно что-то решать, хранить в склепе можно лишь часть, для остального надо искать подходящий тайник. Я всегда был сторонником старой английской поговорки: Don't put all your eggs in one basket — не класть яйца в одну корзину, иначе можно лишиться всех. Мысли по этому поводу имеются, на днях проверю, а сейчас пусть пока полежат в склепе.

До машины добралась быстро, могла ещё быстрее, но по пути встретила компанию подростков. Парни оказались адекватные, хотели познакомиться, поэтому трепались всю дорогу, прямо детский сад штаны на лямке. Проводили до самой машины, а дальше под их пораженный взгляд села в авто, помахала на прощание рукой, дала по газам.

Ночная дорога практически пустая, жаль не было на ней фонарей, так что особо не разгонишься. Приехала на дачу около двух часов ночи, сразу начала загружать машину. В первую очередь затащила неподъемные катушечники, слишком они дорогие, чтобы здесь оставлять. Следом видаки с кассетами в коробке, я промучилась несколько дней с перезаписью, поэтому для меня они очень ценные. Сумища со шмотками влезла только одна, остальное пришлось оставить, ненадолго конечно. Днем здесь строители, укладывают плитку, поэтому чужие здесь не появляются. Забор установлен, ворота тоже, можно через пару дней обсудить план строительства моего загородного дома. Подробный план коттеджа у меня имеется, осталось обсудить детали и смету. Деньги…, деньги найду, скоро их у меня будет предостаточно, как только в Союзе выйдет моя книга, придут издатели соцлагеря, а с ними и финансы. Синеполосные сертификаты мне особо не нужны, ликвидность у них низкая, поэтому получу рублями, на дачу точно хватит.

Время уже скоро три, пора отправляться на кладбище, там спрячу оружие и спецсредства с аппаратурой. Оставлю себе только гаджет в виде браслета с часами, вещь не такая приметная, пусть будет всегда под рукой, вернее на руке. В склепе убрала всё в стену, то есть в закрытую плитой нишу, со стоящим там старым гробом. Я конечно не брезгливая, покойников не боюсь, но если честно, то это уже начинает напрягать. Ладно если консервация снаряжения на долгое хранение, а тут чуть не каждую неделю бываю, палево сплошное.

Подняла домой аппаратуру, хорошо сил у меня на троих, иначе даже не представляю, как бы я всё это затащила одна. Каждый аппарат весит под тридцатку, таких у меня три, плюс большой баул со шмотьем. Видики с кассетами за тяжесть не считаю, мелочь она и есть мелочь.

Развесила одежду, а платье под ордена даже погладила, оно немного помялось. Украшения в сейф, кроме кольца подаренного Ланой, его с меня снимут только с мертвой. Вот вроде и всё, можно вздремнуть пару часиков, потом снова дела.

Уснула быстро, раз и всё, проснулась вся сырая, меня колотил озноб, тело ломило и хотелось сильно кушать, вернее жрать. Съела весь свой запас шоколада, холодильник лишился буженины и масла, стало немного полегче, озноб прекратился. Что происходит со мной непонятно, может заразу какую подхватила в будущем, хотя это исключено, через портал прохожу только я, чужеродные вирусы и микробы с бактериями остаются, иначе прошлое вымрет от неизвестных болезней. Скорее всего это наниты, у меня при переходе тогда резко поднялась температура, сейчас я тоже была горячая и сырая как губка. Наверное так они адаптируются в организме или может что-то в нем улучшают, сейчас трудно об этом судить, время покажет.

На часах восемь утра, пора звонить Волкову.

— Здравствуйте Дмитрий Анатольевич. У меня к вам просьба, нужен чек на куплю-продажу мотоцикла.

— Здравствуй Оленька. Это не проблема, приезжай к нам с документами, всё быстро оформим, есть связи в паре комиссионных магазинов.

— Спасибо. Ещё одна просьба, передайте пожалуйста Григорию Пахомовичу, что я интересовалась чебуреками в Арагви и его Москвичом.

Пора отправляться к Волковым, в дипломат к документам на мотоцикл положила флакон мужского одеколона Hermes Equipage. Паспорт на байк был лично мной напечатан, проставлены номера рамы и двигателя, год выпуска прошлогодний, правда всё на немецком, так ведь он же у меня импортный.

Пока мы с Лизой пили чай с пирожками, Дмитрий Анатольевич всё устроил. Некий Петров Иван Ильич, продал мне за пять тысяч рублей мотоцикл марки BMW, чек комиссионки прилагался, теперь можно заняться оформлением в ГАИ.

Шорникову моё послание было передано, тот всё правильно понял, так что колеса у меня завтра будут. Мужик он умный, так что уверена, он с этих абреков поимеет нехило, тут главное вовремя подсуетиться. Уже уходя от Волковых вспомнила про гаражи, показала на карте их местонахождение, теперь дело за ним.

Отправляюсь домой, там быстро переодеваюсь в кожаный мотокомбинезон, сажусь в свой BMW и еду к Сергей Сергеичу в автоинспекцию. Он долго рассматривал мой байк, такого ему ещё не приходилось видеть, больше всего его поразила заявленная скорость в двести пятьдесят километров. Я дала честное комсомольское ездить не больше ста пятидесяти, только после этого мой байк был поставлен на учет, и мне был выдан регистрационный знак.

— Сергей Сергеич, а как к нам в страну попадают такие мотоциклы, — притворившись дурочкой спросила его.

— Да все просто Оленька. Привозят моряки или другие работающие за границей. Там техника не такая дорогая, как у нас. Бывает везут частями, покупают вскладчину, потом разбирают. Таможня на это смотрит сквозь пальцы, техники же нет, одни комплектующие. У одного двигатель, у второго рама, а третий руль с колесами везет. Мороки с оформлением меньше, а выгоды больше. Здесь мотоцикл снова собирают и продают, вот и всё, — объяснил он мне.

Поблагодарила его за познавательный рассказ, надела шлем и отправилась домой, время десять, значит тетя уже дома. Сегодня нужно будет подписать контракты с западными издательствами, может уговорю Анастасию составить мне компанию, одной как-то стремно.

Тетушка была дома, проехаться со мной в издательство согласилась, очень ей было интересно, дадут мне орден с премией или нет. Честно сказать, я по ней очень сильно соскучилась, шутка ли — целый месяц не видела. Про байк ничего не сказала, впрочем напрасно, Сергей Сергеевич уже наябедничал, так что снова пришлось клясться ездить не больше ста пятидесяти, прямо как на ИЖе. У него кстати в этом году юбилей — выпустили аж три миллиона.

В издательстве "Книга" нас приняли как родных, Мальчин суетился и кланялся чуть не до пояса. Контракты подписала только после того, как мной были получены гарантии на получение Государственной премии и ордена Трудового красного знамени. Гарантии к сожалению только устные, впрочем обманывать меня чревато, это впоследствии выйдет ему только боком, следующие контракты пролетят мимо "Книги" как фанера над Парижем, не одно у нас такое издательство, найду других, более сговорчивых и адекватных. По контрактам вышло так: первый на два с половиной миллионов франков подписала с издательством Albin Michel, второй — семьсот пятьдесят тысяч марок с Piper Verlag, третий в четыреста тысяч фунтов стерлингов с Bloomsbury Publishing. Через пару дней можно наведаться во Внешторгбанк, оформить приход на счет валюты и получить немного сертификатов.

Жалко премию вручат только осенью, зато орден получу в конце этого месяца, будут награждать сталеваров, доярок, учителей и прочих. Почему именно сейчас, так ведь выборы в Верховный Совет СССР только что прошли, вот к такому событию и приурочили.

После подписания был организован небольшой фуршет, Мальчин из кожи лез, чтобы показать своё радушие. Икра черная и красная, различная мясная нарезка, фрукты и довольно приличный выбор вин и крепких напитков. Мы с тетей выпили по бакалу шампанского и со всеми распрощались, пора домой.

Вечером решили отметить такое значимое для нас событие, я имею ввиду контракты, сейчас тётя немного отдохнет, сутки дежурства всё же не шутка, а вечером позовем Катю.

Завтра разборка с чебуреками, поэтому нужно отпроситься на ночевку к подруге, а сейчас пока тетя спит после суточного, сгоняю к тому самому сараю, осмотрюсь на местности. Поехала на Волге Анастасии, Астон-Мартин слишком приметен, мотоцикл тоже будет бросаться в глаза. Машину оставила примерно за полтора километра, рядом с небольшим мостом, дальше шла пешком, стараясь никому не попадаться на глаза. Волновалась зря, никого не встретила, осмотрела все досконально, особенно сарай. Даже не представляю для чего здесь такой построили, в него запросто можно загнать четыре К-700. Толстые балки под дырявой крышей были крепкие и широкие, так что на одной из них можно с комфортом устроиться, пока дожидаюсь гостей с солнечного юга. После отправилась на дачу, посмотреть как идет укладка плитки, да и баулы забрать домой.

Дорожку почти закончили, осталось выложить площадку для занятия спортом и набережную. Всё постараются закончить завтра, поэтому договариваюсь с бригадиром насчёт строительства коттеджа. План и проектная документация остались дома, привезу их сюда завтра, здесь на месте не спеша с ним всё обсудим. Люди они деловые, так что по любому договоримся.

Баулы сложила в машину, а дальше в Березку, нужен один усилитель и две пары колонок. Выбрала Phase Linear 700, он по отзывам был самым лучшим, ну и конечно очень дорогим. Цена в семьсот пятьдесят баксов там, а у нас умопомрачительные тысячу сто сертификатов. Колонки выбрала двух видов, первые KLH Model Nine, а вторые Tannoy Monitor Gold, эта радость стоила мне еще полторы тысячи. Столько у меня с собой не оказалось, думала выйдет намного дешевле, но качественный звук стоил к очень дорого, впрочем это не удивительно. Пришлось снова садиться за руль и ехать в банк, там взяла сразу десятку, дома валюта кончается, да и за акустику нужно заплатить чуть не три тысячи. Технику обещали доставить сегодня вечером, мне осталось закупить продукты, что я тут же и сделала. Шоколад, различные мясные деликатесы, и на пробу консервы из краба. Набрала два здоровых пакета, можно отправляться домой, но сначала заехать за хлебушком.

Фима Жук проводил глазами скрывшуюся за углом иномарку, а после развернувшись засадил в нос стоящему рядом Сопелю.

— За что Жук? — только и смог выговорить он.

— Ты урод нас чуть не подставил. За неё бы нас живыми закопали, понял бажбан, — зло прошипел он.

Девушку сегодня ночью встретили случайно, собирались идти вскрывать по наводке один гараж, там барыга держал две Явы, которые они легко могли загнать перекупам.

Сопель только увидев девушку, предложил отыметь её хором, а после забрать прикид и рыжье. "Ворона" все равно ничего не докажет, свидетелей нет, — говорил он. Многие готовы были согласиться, но вот Фиму что-то остановило, как будто ангел хранитель удержал его от этой фатальной ошибки.

Вначале удивило то, что девушка совсем не испугалась такой неожиданной встречи, а потом он увидел её глаза.

Точно такие же он видел у одного опущенного по беспределу, за минуту до того, как тот начал действовать. Тогда он мотал свой первый срок на малолетке, Витька Большой со своей гопотой ни за что опустили пацана, тот сошел с ума или резко перешел на иной уровень. Он смотрел на них как на покойников, потом медленно взял зубную щетку, обломил её и резко прыгнул. Фиму в тот раз спасло только чудо, он успел забится под шконку, повсюду раздавались крики и стоны, на пол падали обезображенные тела. Только вломившиеся вертухаи остановили того пацана, в итоге пять трупов, четверо тяжелораненых, из них потом один умер. Сумасшедшего отправили в дурку, а его по УДО отпустили домой, с условием — не болтать лишнего.

Так вот, глаза у девушки были матерой мокрушницы, такое он не забудет до самой смерти, она смотрела на них как на мясо, ждала малейшего повода начать действовать. То, что она уработает всю их кодлу у него невызывало никакого сомнения, стоило лишь присмотреться к её обманчиво расслабленному состоянию. Их кентовку спасло чудо, чудо что Фима успел понять кто перед ними.

— А ведь верно Жук, такая лайба только у одной на весь город алюры. Князь велел стороной обходить их хату и агрегаты пальцем не трогать. Тормоз с верхних не послушал, думал проканает, теперь счетчик тикает. Дали ему неделю всё порешать, иначе ляжет в землю, так он теперь шуршит, занимает у кого может, чтобы за свой косяк расплатиться. Стахановец хренов, столько братвы похватали из-за него, — вписался Жила.

У него отец и брат чалились на зоне, он же пока мог похвастаться лишь спецшколой для трудных подростков, это конечно не тюрьма, но всё же и не пионерлагерь. Семейство его уважали, поэтому он постоянно терся у центровых, там узнавал все последние блатные новости.

— Вообщем так, с тебя Сопель всем нехилый подгон, иначе после нашего хора будешь кукарекать. Сроку неделя, понял? — выдал вердикт Жук.

Братва такое "правило" поддержала, пацаны поняли что стояли у черты, за такой косяк спрос у Князя мог быть последним.

А Фима думал о той девушке, она была красива, даже слишком, с такой он был готов на всё, даже завязать. Она как ангел, а тут Сопель — отымеем хором. От такой дикой на его взгляд мысли он даже остановился, потом посмотрел на идущего впереди Сопеля. Ну уж нет, не будет у него нормального подгона, — решил Жук, а вот про девушку стоит узнать поподробнее, с этим отлично справиться завтра Жила.

Из телефонного автомата позвонила в свою коммуналку, вызвала своего "раба" Коленьку, пока покупаю хлеб и молоко он должен добраться до нашего дома и там меня ждать. Хлебом всё не ограничилось, заехала в кулинарию, там купила тортик и пирожные, а в винном шампанское. Сегодня праздник, я подписала сразу три контракта, в общей сложности на полтора миллиона долларов. Жалко конечно что больше половины заберет государство, но это в последний раз, надоело кормить дармоедов.

У подъезда на лавочке сидел Николай, круглыми глазами смотрел как я выхожу из машины. Жалко фотика не было, такой бы кадр получился, просто супер.

— Давай хватай сумки и рысью на третий этаж, там на площадке оставишь и снова сюда, — приказала ему.

Баулы здоровые, поэтому поднимал по одному, лифт сегодня почему-то не работал. Остались два увесистых пакета с продуктами, я показала на них Колюне, а сама с тортом первой вошла в подъезд. "Раб" шел сзади и тяжело дышал, таскать увесистые сумки дело не легкое

— Оль, а что в тех огромных сумищах? — не выдержал он.

— Одеяла и матрасы, подушки и покрывала. Ставь пакеты у этой двери и жди меня у подъезда, минут через десять я спущусь, подвезу тебя домой, а сейчас держи четвертной, это тебе за помощь, ну и приборку. Всё валяй давай, — сунула ему купюру.

Он радостный убежал вниз, а я быстро затащила всё в квартиру, потом отнесла к себе в комнату. Там переоделась в черный с красными вставками мотокомбинезон, позвонила Кате, чтобы та ждала меня у своего подъезда через полчаса, и чтобы непременно в джинсах. Взяла два шлема и тихонько вышла, тетя всё ещё спала, по-видимому ночь на Петровке была сегодня неспокойной.

Вышла из подъезда и подошла к своему байку, одела шлем, второй протянула Коляну. Всё-таки фотоаппарат нужен, такое выражение лица я видела только в комиксах, пришлось даже щелкнуть по носу, чтобы привести парнишку в чувство.

Села на сидение, завела байк, хлопнула ладонью в перчатке по заднему сидению. Колян опасливо сел, я не спеша тронулась с места, он инстинктивно схватился за меня, а так как сидел выше, то это была моя грудь. Пришлось останавливаться, сбрасывать наглые руки со своих доек, а потом объяснять что нужно немного наклониться и держаться за мою талию. Вообщем зря я его решила прокатить, уж не знаю чего он там надумал, вернее догадываюсь, только я спиной почувствовала его вставший орган. До моей коммуналки домчались быстро, там он неловко слез, стараясь стоять боком. Одной рукой пытался снять шлем, второй прикрывал пах, но у него ничего не получалось.

— Застежку двумя руками надо, — посоветовала я.

Он отвернулся и быстро снял шлем, а когда отдавал, то штаны у него здорово спереди топорщились.

— Коленька, в что это у тебя там такое спрятано? Может ты бутылку у меня из пакета туда засунул, ну ка покажи, — я улыбаясь протянула руки.

Тот испуганно отскочил, от страха член упал, а я лишь укоризненно покачала головой. Коля красный как рак, стыдливо опустил голову.

Газанула на прощание, пора отправляться за Катей, она наверное уже давно торчит у подъезда. Всю дорогу смеялась над Колькой, случайно схватившись за мои дойки, он так сильно перевозбудиться, что теперь наверное наяривает по второму кругу "Дуньку Кулакову", стресс и напряжение снимает.

У подъезда стояла подруга, смотрела по сторонам, дожидалась меня. Тут я резко торможу перед ней, она отскакивает, я глушу двигатель и слышу отборный мат. Ни хрена их там в медицинском обучают, я половину слов даже и не поняла если честно. Сняла шлем и повернулась к подруге.

— Кать, это ты кого сейчас кастрировать собралась? У меня как знаешь нечего, — рассмеялась я.

— Фу, напугала. Да и я хороша, надо было сразу догадаться, кто у нас может на таком драндулете приехать.

— Драндулеты у всех остальных, а это спортивный байк! Понятно! Давай одевай шлем и быстро садись, у нас сегодня праздник, а я шампанское забыла поставить в холодильник.

Катерина боязливо залезла на сидение и крепко меня обняла, мне осталось только завести и медленно выехать со двора. Дорога в этот раз была не в пример лучше чем с Колькой, в спину не упирался чей то писюн, а наоборот, прижимались два тугих холмика. Меня обнимала красивая девушка, пусть не моя, но всё равно приятно.

Дома пошли на кухню, пока тетя спит решили порезать и разложить закуску по тарелкам. Время было уже около шести вечера, когда привезли акустику. Две здоровые колонки установили в зале, усилитель и вторые я забрала к себе в комнату. Из-за сумок там мало места, но ничего, сегодня вечером мы их разберем.

Из-за шума проснулась Анастасия, зевая ушла умываться, а я в это время подключила колонки к усилку, поставила катушку с записью и включила магнитофон. На бобине был сборник лучших зарубежных исполнителей на тот период, его я записала в будущем. Песни были до того заводные и веселые, что мы с Катей не выдержали и начали танцевать, чуть позже к нам присоединилась Анастасия.

С кухни притащили закуски, открыли шампанское, и…., стали смотреть "Как украсть миллион" с Одри Хепберн в главной роли. Фильм у нас в прокате будет ещё нескоро, поэтому пришлось поколдовать с озвучкой, сейчас чувствовался иностранный акцент, так что палева нет никакого. И да, я подключила к телевизору видеомагнитофон, на котором мы и смотрим этот фильм.

Кино очень понравилось, они вначале даже и не поняли что это запись, зато потом…. Обещала научить пользоваться этой техникой, благо это совсем не трудно, а пока решила их немного отвлечь. Чем можно отвлечь девушку от созерцания интересного фильма, правильно — шопингом! Вытащила в зал две сумки, махнула рукой — действуйте. Две фурии, по другому не скажешь, моментально все разложили, рассмотрели и примерили.

— Оля, тебе не кажется что это платье для меня слишком коротко, да и та юбочка тоже, — спросила Анастасия.

— Нет, не кажется. Такие ноги должны видеть все, прятать их преступление. Вот сама посмотри, — я подтащила её к зеркалу.

Смотрелась она супер, хоть сейчас на обложку "Vogue" или "Cosmopolitan", впрочем всё в моих руках, раз мне это пришло в голову, то значит так и будет.

— Знаешь Оля, мне кажется что я помолодела, я смотрю на себя в зеркало и не узнаю. Морщины куда-то подевались, появились силы, ноги перестали болеть, — сказала повернувшись ко мне тетя.

— Ну какие морщины, их и не было у тебя, любого спроси. Просто у нас жизнь наладилась, мы стали больше находиться вместе, скоро вон строительство дачи начнется, а пока старым домом будем пользоваться. И вообще, ты очень красивая молодая женщина, поэтому должна выглядеть всегда модно и сексуально. Правильно Катя?

Та тоже крутилась перед зеркалом в пушистом легком халатике. Здесь почему-то таких не было, только тяжелые махровые или нечто подобное. Выглядели они по старушечьи, такое одевать, всех женихов разогнать. Мне они не нужны, у меня вообще невеста есть, но вот Катерине нужно думать о будущем.

— Точно! Вы тётя Настя самая красивая кого я знаю, и это платье вам очень подходит. Честное слово, — поддержала меня подруга.

Дальше примеряли обувь, у нас с Катей размер один, а у тети чуть больше, так что всё подошло.

— Меня наверное домой не пустят, столько дорогих вещей, я даже боюсь спросить про их цену, — почему-то шепотом сказала Катя.

— Так и не спрашивай, здесь не рынок. Это подарок! И вообще, скоро вы у меня наденете эти обновки и мы поедем на моё награждение. Ордена дают не каждый месяц!

— Так у тебя и месяца не прошло, как второй вручат, а осенью ещё Государственная премия! — напомнила тетя.

Дальше мы снова уселись около телевизора, на этот раз смотрели "Фантомаса" с Луи де Фюнесом и Жаном Маре. Трилогия у нас шла в прокате, но в этом году была запрещена личным указом Щелокова. По стране прокатился вал подростковой преступности, мальчишки пытались подражать королю преступного мира. Немного позже был снят по этому поводу двухсерийный фильм "Анискин и Фантомас", который крутили во время летних каникул, с целью оградить подростков от дурного влияния. Лично мне фильм очень нравился, то есть оба, было в них что-то такое…, даже не знаю как сказать.

Спать легли поздно, у девушек была масса впечатлений. Вначале танцы под магнитофон, затем фильмы на видике, и под конец целая гора модной одежды. Там для каждой было платье, юбка, толстовка. Из джинсы: куртка, брюки, пара сарафанов и юбок. Куча спортивных маек, топов и шорт. Скоро у Кати закончится практика, заберу её к себе на дачу, а там займемся спортом. Анастасия тоже не отделается, будет как миленькая бегать с нами по утрам,

По обуви скажу так: здесь кроме кед носить нечего, полный отстой, ну ещё пожалуй резиновые сапоги надеть можно, поэтому пришлось сюда целую сумку импортной притащить.

На завтра отпросилась с ночевкой к Кате, у неё все на дежурстве, так что мне повезло, а может это такой знак свыше, мол там одобряют. Про то, что мне будет нужно отлучиться на несколько часиков шепнула подруге, та отнеслась с пониманием.

— Оль, я сразу заметила это кольцо на твоем безымянном пальце, значит у тебя есть любимый человек, правда? — начала допытываться подруга.

Пришлось сознаться, Катю обманывать не хочется, просто кое что ей знать не нужно. Например то, что мой любимый человек это девушка, и пойду я завтра не на свидание, а на разборку с абреками. Зачем ей про это знать, ибо многие знания — многие печали, ни к чему расстраивать мою единственную подругу. То что она меня поймет и поддержит я не сомневаюсь, рано или поздно о моей сексуальной ориентации догадается, всё же она хороший медик.

Завтра если будет время, то можно будет проверить одно место под схрон, там насколько я помню имелось электричество и не было людей. Правда это было в том, моем старом мире, а в этом совсем не факт. Клады же я так здесь и не обнаружил. Вот опять как начну вспоминать, так о себе только в мужском роде. Может это не дает мне съехать с катушек, все эти юбки, лифчики и месячные сводят с ума, порой я уже сам не знаю, кто я такой или такая. Всё это слишком сложно, оставим на потом, может как нибудь всё рассосется. А пока вернемся в реальность, столько дел впереди.

После проверки схрона еду сразу на кладбище, там в склепе надо взять бинокль, аптечку, ножи и пистолет с глушителем. Впрочем у меня всё оружие с ПБС, так что можно не заморачиваться. Возьму один АПС, хотя надеюсь он не понадобиться. Нужно будет через Князя заказать цинк 9х18, а то Глоки есть, а патронов почти нет. Калибр если честно дрянь, но старый оставлять резона нет, где я здесь импортные патроны буду доставать. Нет, их я конечно найду, только надо ли нашей доблестной милиции оставлять такой след.

Вот вроде и всё, днем Москвич должен стоять на том же самом месте, где я его забирала раньше. Князь мужик умный, уверена что он всё понял и выводы сделал правильные.

А сейчас спать, завтрашний сутки будут трудными и кровавыми. Хочется ли мне крови и смерти? Да, хочется! Зачем себя обманывать, я киллер, и от убийства просто кайфую. Это чувство появилось у меня не сразу, а постепенно. Вначале я пытался как-то прятать и давить его, но потом махнул рукой, это бесполезно. Не подумайте, что я какой-то маньяк, только от своей отлично проделанной работы меня накрывает экстаз. Киллер моё призвание, от него никуда не деться, может по этому я ещё живой или вернее живая.

Интересно, когда же я отдохну, хотя бы недельку? Черт, ещё нужно на дачу заехать, насчет дома порешать. Жаль что в сутках только двадцать четыре часа, а не тридцать.

Глава 20

Князь положил трубку и глубоко задумался. Звонил Волков, передавал привет от Ольги, она спрашивала про Арагви и Москвич. Видимо в том ресторане произошло что-то серьезное, раз ей понадобился катафалк, после ликвидации авторитетов свой Москвич он называл только так.

— Фургон! — позвал своего доверенного помощника.

В комнату заскочил молодой парень, за его плечами была уже третья ходка, на зоне держался старых воровских традиций, поэтому быстро попал под опеку Князя.

— Прошвырнись в Арагви, понюхай воздух, узнай что к чему, похоже Батуми кому-то здорово перешел дорогу. Как что узнаешь, мигом сюда, и не светись, расклад там мокрый.

Фургон молча кивнул и исчез за дверью, уже через три часа докладывал что успел узнать.

— Там работает Глыба, мы с ним вместе чалились на малолетке, так что расклад полный. Батуми пристал к каким то волчицам, не иначе принял их за батончики, те послали его подальше, назначили стрелку. Кто стоит за алюрами неизвестно, но апельсины здорово засуетились. Толковище сегодня в одиннадцать вечера, в том большом сарае, где им в прошлом году две угнанные телеги толкнули. Собираются все, кто ходит под Батоном, вроде как четырнадцать их будет, но это пока неточно, — отчитался Фургон.

— Бери тот Москвич, ну ты понял какой, и ставь в то же самое место, откуда его последний раз забирал. Затем рысью собирай всех наших, а опосля к Никодиму, пусть ждет, у нас сегодня всенощная, будем молиться за братьев наших погибших, скоро уже сороковой день. Вообщем передай, чтобы он все организовал, держи бабки, пяти штук на помин должно хватить, — отдал распоряжение Князь, вручая Фургону два пакована четвертых.

После того, как за Фургоном закрылась дверь, на улицу вышел и сам Шорников.

Проехал пару остановок на трамвае, затем позвонил по одному ему известному номеру, а через час в Жигулях к нему подсел один пожилой, но достаточно крепкий старик с незапоминающимся лицом. О чем они говорили никто не слышал, только через несколько минут Князь допив пиво вышел, следом за ним покинул заведение и старик.

Сегодня утром мы с Анастасией чинно и благородно сидим за столом, никуда не торопясь пьем свежесваренный кофе, решили сделать это нашей семейной традицией. На улице уже с утра стоит жара, в джинсах сегодня будет некомфортно, поэтому решила надеть что-то легкое, свободное. Хотела на дачу съездить одна, но тете тоже загорелось на месте посмотреть план строительства, да и по свежеуложенным дорожкам из плитки пройтись. Катерину в шесть! утра отвезла домой, сегодня у неё какая-то у зачетная практика, или срочная операция, вообщем толком ничего не поняла. Баул с вещами закинули к подруге домой, потом её подбросила до больницы, затем вернулась обратно. Дальше спать расхотелось, да и Анастасия уже встала, поэтому пошли завтракать.

Попили кофеёк, затем стали собираться в дорогу. Сегодня мы едем в автомобиле, поэтому набрали целую кучу вещей, на даче же нет нихрена, почти голые стены. Не знаю почему, но ехать со мной на мотоцикле тетушка решительно отказалась, ничего, в следующий раз не отвертится.

Раз на улице жара, а мы едем в машине, то выбираю платье-шорты, оно легкое, летнее и свободное. Анастасия решила надеть спортивные шорты и майку, в них она выглядит просто супер.

— Знаешь Оль, я себя в последнее время не узнаю. Скажи мне кто нибудь месяц назад, что я буду щеголять в мини и шортах, то ни за что бы не поверила. Что я теперь одеваю, сама удивляюсь, может на старости лет с ума сошла? — спросила она, рассматривая себя в зеркало.

— Ты у меня самая самая! — обнимая сказала ей.

— Ох и лиса ты Олька, вся в мать!

— Но, но, мама святая, — целуя ответила ей.

Зазвонил телефон, я взяла трубку, — На линии был Нью-Йорк. Джон Гетти просил найти время для поездки в Лондон, для обсуждения дополнительных соглашений, стоимостью в один миллион долларов. Есть ещё деловое предложение о снятии полнометражного мультфильма, за мной утверждение образов героев и декораций. Дальше разговор свернул на предстоящий вечер в посольстве Великобритании, его устраивает сэр Роберт Гаскон, мой истинный и ярый поклонник. Ему хотелось бы преподнести мне небольшой презент, в знак дружбы и дальнейшего плодотворного сотрудничества.

Что ж, "Ирисы" Ван Гога у меня есть, теперь можно и "Кувшинки" Клода Моне, а насчет драгоценностей пусть не заморачивается, достаточно алмазной диадемы, я же не привередливая, всё приму, если конечно камни будут приличными.

Поговорили по деловому, сказано всё без скрытого подтекста, потому что я уверена на сто процентов — наш разговор слушали компетентные товарищи из комитета, и даже скорее всего записали, для дальнейшего более детального разбора. Если подумать, то так даже лучше, не будут чинить лишних препонов для выезда за границу. Гетти хитро поманил их миллионом и возможным контрактом на мультфильм. Деньги для государства халявные, вкладывать ничего не надо, так что от такого никто в здравом уме не откажется, будет у меня поездка в Туманный Альбион.

Не успели мы выйти, как снова телефон, звонили в этот раз Анастасии, её срочно требовали на работу, приедет корреспондент брать у неё интервью, разумеется с фотографией. Пока она думала что, как и в чем, я взяла всё в свои руки.

— Ты мне доверяешь? — дождавшись её утвердительного кивка я продолжила, — форма не нужна, надевай джинсовый костюм, черную футболку, волосы в хвост.

Пока она переодевалась, я достала из шкафа кобуру, ей дорогую ручной работы, парням её отдела попроще. Хотела отдать потом, но вот сейчас самое то. Сложила в сумку, пошла к Анастасии, она уже переоделась.

Едем на её Волжанке, она сильно волнуется, поэтому я за рулем. По дороге Анастасия поминутно высказывает мне разные надуманые претензии, я терплю. После дошло до того, что она оказывается зря поддалась на уговоры малолетки, то есть меня, нужно было сразу нодеть форму. Дальше я молчать уже не смогла, надоело.

— Да хватит ныть! Раз ты мне доверилась, то я не подведу, всё будет креативненько, — начала её успокаивать.

— Вот этого я и боюсь. Особенно твоего креа… идиотизма, — еле выговорила она.

— Креатива! Не изображай из себя необразованную дурочку, — не выдержала я.

Хорошо, что мы уже доехали, словесная перепалка начинала уже напрягать. Вышли из машины и сразу, чуть не бегом в кабинет. Там уже все в сборе, кроме Свешникова и корреспондентов "Советской милиции".

— Давайте разбирайте и надевайте, тебя Анастасия Федоровна тоже касается, — сразу после приветствия вывалила я на стол из сумки сбрую.

Раздались восхищенные вскрики, расхватали всё моментально, начали сразу примерять. Тете я помогла отрегулировать ремни, из сейфа она достала запасные магазины и свой пистолет. В это время к нам зашли корреспонденты во главе с Михаилом Антоновичем. Надо было видеть их удивленные лица, такого они ещё не видели.

— Сейчас делаем снимок, интервью после. Все садимся вокруг стола, Львова во главе, — начала я командовать.

Улыбаясь оперативники расселись, а я продолжила.

— Положите перед собой листки бумаги, возьмите в руки ручки. Теперь изобразите внимание, повернитесь лицом к начальству, — все посмотрели на стоящего у двери Свешникова.

— Да не на него, — простонала я, — смотрите на Львову. А вы что стоите, фотографируйте быстрее, у ребят на сегодня много дел, преступления ещё ни кто не отменял, — высказала ошарашенному корреспонденту.

Они зашевелились, фотограф начал щелкать своим аппаратом выбирая разные ракурсы.

— Давайте свои вопросы, не будем терять время, — протянула руку к его блокноту.

Он молча мне отдал, я быстро просмотрела, всё стандартно.

— Давайте записывайте, — и начала диктовать.

Он быстро сориентировался, а может ему было просто интересно что я такое могу сказать. Корреспондент достал из своей сумки блокнот и стал записывать мой монолог. Я начала с тяжелой трудовой вахты, на которой стоит наша доблестная милиция, охраняя в зной и стужу социалистическую законность. Потом плавно перешла на благодарность всего Советского народа дорогому Леониду Ильичу, упомянула Николая Анисимовича Щелокова, который денно и нощно на боевом посту. Из моего дальнейшего повествования все с удивлением узнали, что Анастасия Федоровна с детства зачитывалась Дядей Степой, и мечтала стать милиционером. В трудное, очень тяжелое для страны послевоенные время, она по комсомольской путевке отправилась на борьбу с преступностью. Вообщем всё в духе развитого социализма и Ленинизма.

Вначале корреспондент воспринял мои слова как шутку или игру, но потом только успевал шуршать ручкой, записывая мои слова.

— Насчет фотографии не беспокойтесь, она нужна именно такая — Советские милиционеры решают сложные задачи, а наличие оружия должно показать постоянную готовность защитить дело Коммунизма, или вы не согласны? — спросила прищурив глаза я.

В кабинете сразу стало тихо, все с подозрением посмотрели на корреспондента, даже фотограф. Кто-то из ребят потянулся к кобуре, как потом оказалось, он просто хотел её поправить, непривычна она ему.

— Да, да. Я полностью согласен, — быстро закивал он.

Дальше мы попрощались, у тети выходной, мы собрались на дачу, там у нас важное дело. Жалко, что мой поход для осмотра будущего схрона отменяется, но ничего страшного, завтра или послезавтра осмотрю.

Сели в машину и на дачу, по дороге мне было не раз высказано, про моё наглое поведение.

— Это по какой ещё путевке я пошла в органы? Ты что там за хрень несла про голодное детство и трудную юность, — кипела она.

— Помолчи пожалуйста! Лучше скажи спасибо, такой классный репортаж получился, а твое интервью просто блеск.

— Так в том то и дело, я и рот не успела открыть, как ты всё насочиняла. И где только научилась так складно говорить, как будто под трибуной родилась, — всё удивлялась тетя.

— Ты наверное забыла, что я известная в мире писательница, и уж пару слов сумею связать в отличие от тебя. Вместо благодарности выслушиваю одни упреки и оскорбления, — не выдержала я.

Зря такое сказала, крику было до самого конца пути, Анастасия угомонилась только у ворот дачного поселка, и то наверное только потому, что я молча кивала головой соглашались с каждым её словом.

В нашем доме она переоделась в спортивные шорты и майку, я же как была в своем легком платье-комбинезона, так в нем и осталась. Из багажника притащили взятые дома вещи, разложили по полкам. Не хватает ещё постельного и дежурного набора продуктов, а то мало ли чего, вдруг решим задержаться, а у нас и нет ничего. В поселке есть небольшой магазинчик, только вот ассортимент у него не велик: хлеб, консервы и макароны.

После того как разложили вещи и Анастасия переоделась, мы позвали бригадира. На кухонном столе я развернула план нашего будущего коттеджа, тетя тоже с интересом слушала и смотрела, до этого проект я ей не показывала, хотела сделать сюрприз. Главный строитель задал массу вопросов, вместо ответов отдала ему на изучение всю документацию, а пока он её просматривал, мы с Настей прошлись по выложенной дорожке. Не знаю почему, но в последнее время язык не поворачивался её называть тетушкой. Может я немного перестаралась с её омоложением, сейчас Анастасия выглядит не старше двадцати семи — тридцати лет. Такая она мне больше нравится, здоровая и помолодевшая. Характер у неё тоже изменился, стал более нетерпеливым и немного агрессивным. Наверное всё дело в том, что организму нужен регулярный секс, она же молодая здоровая женщина, а не убеленная сединой дама. Не знаю как она без него обходится, наверное ещё не может привыкнуть к своему новому состоянию.

Набережную уже выложили плиткой, сейчас заканчивают со спортивной площадкой, ещё пару часов и всё. Мы прошли на наш личный пляж, там расстелили большие махровые полотенца, скинули одежду и стали загорать. Солнышко жарило, вода была теплая, так что мы с удовольствием искупались. Жалко что катера у нас нет, а то бы на нем покатались, или поплавали? Не знаю как точно, я же не морячка.

Часа через два к нам подошел бригадир, мы продолжили обсуждение и выбор места под строительство. Я показала где по моему мнению должен стоять наш дом, он ушел измерять и подсчитывать. Через полчаса вернулся с немного подкоректированным планом.

— Уже завтра мы можем приступить к котловану и фундаменту, тут нет ничего сложного. Все материалы сможем достать быстро, выйдет это конечно дороговато, но раз вы не желаете ждать, то как говориться — Любой каприз за ваши деньги. Самое трудное и дорогое, это заказать окно, оно у вас большое, панорамное. Рама к нему нужна будет алюминиевая или стальная, как в аэропорту. Отделка тоже не из дешевых: ясень, дуб, орех и карельская береза. Если финансы позволяют, то мы готовы взять ваш заказ и приступить к строительству. Готовьте аванс, тысяч двадцать думаю пока будет достаточно. Весь ваш домик выйдет в сто-сто тридцать тысяч, точно пока трудно судить. Так что, мы начинаем? — спросил он.

— Конечно. Аванс у нас с собой, пойдемте в дом, там получите и пересчитаете. Настя, ты идешь с нами? — спросила тетю.

Я в первый раз так назвала её, без всякой тети. Зачем старить молодую женщину перед чужими людьми, и вообще пусть привыкает чувствовать себя снова молодой.

— Нет, вы идите, я ещё позагораю, — махнула рукой.

Мы с бригадиром строителей пошли в дом, там я выдала приготовленный сегодня утром аванс.

— Легко с вами, не то что с некоторыми. Вот недавно строили беседку у одного академика, так приходилось каждую копейку отвоевывать, скупердяй херов, — не выдержал он, видимо это были особенно болезненные для него воспоминания.

— Да послали бы его к черту!

— Не могли. Мы тогда сидели без нормальных заказов, одна мелочевка типа поклейки обоев, на них много не заработаешь, да и конкуренция велика. А вот ваша сестра, она не против таких трат? Судя по виду, она девушка серьезная, — спросил он, немного нервничая.

— Она не против, можете не переживать. Сестра служит в милиции, поэтому такая серьезная. Вообщем начинайте, надеюсь строительство не займет много времени, не люблю ждать.

Попрощалась с бригадиром, он ушел порадовать своих, потом решать насчет экскаватора и специального бетона на фундамент марки ВБЦ.

Я пошла обратно на пляж, там легла рядом с Анастасией.

— Знаешь, он принял тебя за мою старшую, очень серьезную сестру. Я его не стала поправлять, так что ты уж меня не выдавай сестричка, — улыбаясь сказала ей.

— Ну ты и наглая. Да как ты могла такое сказать? Тоже мне сестренка нашлась. Жалко драть тебя ремнем уже поздно, но я что нибудь придумаю. Раз я твоя старшая сестра, то ты у меня будешь по струнке ходить, вспомнишь ещё не раз про добрую тетю, — подмигнула мне.

Почему она так спокойно это приняла я узнала чуть позже, Анастасия попала в такую же ситуацию. Соседи оказывается уже неоднократно жаловались на меня, просили её повлиять на свою младшую сестру, то есть меня. Этим жлобам мой мотоцикл видите ли мешает, слишком он громкий для их чувствительных ушей. Настя хотела поговорить со мной насчет сестры и тети, но стеснялась, боялась что я это приму в штыки.

Время уже почти четыре дня, можно собираться домой, завтра Анастасии на службу, отгул на воскресенье зарабатывать, мы же приглашены на утку в пиве, такое пропустить просто невозможно, это же кощунство по отношению к своему желудку.

Дома Настя отправилась по магазинам, покупать всё необходимое для дачи, список был составлен, но всё некогда, а мне такое ответственное дело она не доверила, может оно и к лучшему. Я в это время быстро смоталась за всем необходимым в склеп, сложила в небольшую сумку и домой. К семи я уже была у Кати, она готовила какой-то мясной салат, на ночь есть тяжелое нельзя, но если это называется салат, то можно. Для меня до сих пор женская логика, это тайна за семью печатями. Вот у меня щелка с дойками вместо члена, и уже пару раз месячные были, а все равно понять не могу. Наверное нужно немного больше времени, иначе рано или поздно спалюсь, любая баба меня расшифрует.

Покушали с подругой салатик, в следующий раз обещала приготовить настоящий крабовый, благо за сертификаты в Берёзке можно купить многое. В половине десятого вышла от Кати, из машины забрала сумку и быстро прошла на соседнюю улицу, там стоял знакомый Москвич. Ключ спрятан на заднем колесе, сажусь и не спеша еду по направлению к свалке. В начале одиннадцатого подъехала к мосту, загнала автомобиль в лесок, быстро переоделась в черный комбинезон, затем не спеша осмотрелась. Тепловизор показал везде холодный фон, значит никого. Раз всё в округе тихо, то я направилась в сарай, там залезла на балку у входа, где была небольшая дыра на крыше. Стараясь невысовываться посмотрела в бинокль, вокруг ни души, только километрах в шести горел костер, видимо какой-то турист или охотник. Из-за полыхающего огня рассмотреть толком находящегося там человека не смогла, но то что он был один, это я установила точно.

Ближе к одиннадцати вечера услышала звук двигателей, к сараю приближались три машины. Две Волги и один Москвич, почти такой же как у меня, только без багажника на крыше. Волжанки были обе двадцать четвертые, по-видимому чебуреки были не стеснены в средствах, понты прежде всего. В тепловизоре насчитала пятнадцать противников, это было больше чем хотелось, но всё равно меньше чем предполагалось. Отложила бинокль, а то еще сломается, проверила пистолет и приготовила клинки.

Абреки вошли толпой, уставились на горящий фонарь, который я оставила посередине. Главарь стоял сзади всех, почти у выхода, рядом с ним парочка верных и особо доверенных. Своего обидчика и одного из нукеров решила оставить живыми, надо же мне с кого-то получить моральную компенсацию и плату за мое бесценное время. Сейчас бы сидела с Настей, смотрели бы какой нибудь интересный фильм, например Семь самураев или Великолепную семерку, а тут с этими разбираться. Страха не было, но вот лютая злоба появилась, так что все тут лягут, никого не пощажу.

Фонарь уже еле светил, всё же здесь нет алкалиновых батареек, а местные сдыхали очень быстро. Вот помню что для магнитофона нужно было шесть больших батареек, а хватало их на прослушку одной кассеты, и это еще в лучшем случае.

Света уже практически не было, а вот недовольных криков прибавилось, значит мне пора. Тихо спускаясь с балки, а потом резко ускорившийся вырубаю главаря и стоящего с ним рядом. Надеюсь приложила им по голове не фатально, иначе будет потом обидно. Затем левого насаживаю на кинжал, а стоящему чуть дальше и правее бью в печень. Быстро достаю из тел ножи и пробиваю двоим впереди стоящим сердца. Следующему режу сонную артерия, а другому снова в печень. Вот уже шесть выведено, осталось девять. Они еще не поняли, так же стоят ко мне спиной, стоят даже те, которые уже мертвы, но ещё не знают об этом, прошло меньше секунды. Впереди группа из четырех, поэтому двоим в сердце, а двоим пробиваю клинками под череп. Осталось пятеро, они начинают медленно поворачиваться ко мне. Для них конечно быстро, это просто я ускорилась, прошла наверное всего секунда, может полторы. Ближнему режу горло, следующему удар ножом в глаз, я сближаюсь с остальными, их уже только трое. Удар правым кинжалом в ухо, а левым вспарываю у следующего живот и сразу режу горло, чтобы не кричал. Вот и остался один, он вытаскивает револьвер, а я пробиваю снизу, его голова оказывается насаженной на кинжал. Вот и всё, я отхожу к стене и замираю, с шумом стали падать тела, появилась кровь, просто море крови.

С перерезанной сонной артерий был еще жив, старался её зажать, но это было безуспешно, а вот с распоротым горлом и животом уже не шевелился.

У стенки, чтобы не измазаться в крови, подошла к двум живым, оттащила подальше и связана проволокой руки. Пока они приходили в себя, слазила за биноклем, заодно ещё раз осмотрела окрестности. Никого в округе не было, за исключением туриста у костра, но он был очень далеко, так что ничего слышать и видеть не мог. Спустилась вниз, пора поговорить по душам, зачем они так со мной, мне же было обидно, да и мою подругу напугали. Я то ладно кремень, а вот она девушка ранимая и беззащитная.

Абреки пришли в себя, я поменяла батарейки и посмотрела на них. Спереди лежали тела, а вокруг тяжелый запах крови, её было очень много. Один только с перерезанной сонной артерией выплеснул не один литр, да и с пробитыми сердцами тоже немало добавили, обстановка как на скотобойне.

— Кто ты такой чучел? — спросила главного.

— Тебя сука я буду резать, — начал он, но мой удар в ногой и трех зубов как не бывало.

— Я была слишком добра, хотела поговорить, но раз так, то смотрите что я вам приготовила, — и я показала длинную оглоблю, оторванную мной от стены.

Затесала ножом до остроты пики, затем пнула по голове второго, чтобы не дергался и не мешал. Ножом срезала с него брюки, из них скатала два кляпа, запихнула обоим. Затем, перекинула вырубленного через перила и вставила острие в зад. Казнь довольно старая, но болезненная, долгая и мучительная. Говорят князь Дракула очень такое любил, а я что хуже его?

Когда поднимала оглоблю с насаженным на неё апельсином, тот пришел в себя. Воткнула в небольшой колодец, и отошла в сторону. Бедолага дергался, и поэтому пика всё глубже и глубже входила в него. Страшное зрелище, которое меня возбудило. Стыдно сказать, но когда убивала последних, то меня потряс самый настоящий оргазм, а потом я даже застонала от возбуждения, когда доставала клинок из черепа. Наверное я стала настоящей некро маньячкой, раньше я такого за собой не замечала, видимо дело в женском мозге, сейчас об этом трудно судить, думаю время покажет.

— Продолжим. Кто ты такой, обсос? — выдергивая кляп спросила у главаря.

— Батуми! Меня зовут Батуми. Всё что ты хочешь, только не надо, ладно да, — быстро про шепелявил он.

Выбитые ногой зубы не мешали ему говорить, к тому же я вставляя кляп лишила его ещё парочки, нужно было шире хавальник открывать.

Беседа длилась минут двадцать, я много раз переспрашивала, всё же по русский он говорил плохо, да и здорово шепелявил. Выяснила многое меня интересующее, дальше размахнувшись отрубила ему голову. Почему так, да просто захотелось проверить свою силу, смогу или нет. Голова покатилась, я резко отпрыгнула, чтобы не перемазаться в крови, а дальше пошла заниматься мародеркой. Оружие брать не стала, неизвестно где они его взяли и сколько на каждом висяков, а так у них было два ТТ, один ПМ и обшарпанный револьвер. Ножи у каждого, от выкидух до здоровых хлеборезов, у главаря обнаружила старинный кинжал, в красивых ножнах отделанных золотом. Вот этот клинок я забрала, продам в будущем, там такое в цене. Денег было не так много, я же окровавленные не брала, зато насчет золотишка чебуреки порадовали, не обманули моих ожиданий, у каждого массивная золотая цепь, браслет, часы и перстни. Набрался целый пакет, сейчас в речке прополоскаю, чтобы кровью не так пахло, а дома по хорошему отмою, да и посмотрю более внимательно, что же мне досталось. Это так, трофеи после битвы, главный приз лежал в автоматической камере хранения вокзала. Завтра нужно забрать, не зачем добру пропадать, вроде про него никто не знает, но всё равно дома, вернее в склепе, надежнее.

Вышла из сарая, ускорившись сразу к мосту, там у меня сумка со сменной одеждой, той в которой приехала. Обувь обработана, так что след ни одна собака не возьмет. Спустилась у моста к реке, прополоскала рыжье, помыла руки, затем переоделась и вышла. Ещё раз огляделась и прислушалась, вокруг только кузнечики стрекочут, а вдали виден яркий свет костра. Чем-то он мне не нравился, уж не знаю почему, но не нравился. Пыталась всмотреться, но ничего толком не было видно, наверное турист уже спит. Черт с ним, мне пора домой, но сначала в склеп, оставить бинокль, аптечку и пистолет. Золотишко отмою дома у Кати, там и решу что с ним делать. Быстрым шагом иду к машине, затем в город. Ножи, ботинки и рабочий комбинезон отправляются в реку, затем отправлюсь на кладбище.

Только в три часа ночи я была дома у подруги, она сладко спала. Приняла душ, хорошо промыла рыжье и улеглась к ней под теплый бочок. Катя что-то пролепетала во сне, закинула на меня ногу, и я успокоившись моментально уснула.

Звонок от Князя застал Степана Васильевича за чтением книги. По пустякам он своего старого товарища никогда не беспокоил, поэтому Рощин быстро собрался и вышел. У них было несколько мест встречи, стоило только назвать цифру. Сегодня встречались в Жигулях, правда пиво он не любил, но место там было отличное.

Шорникова он знал давно, тот можно сказать спас ему жизнь, когда на него наехали блатари. Они бы его забили до смерти, он бы тоже забрал с собой парочку, но это было лишь слабое утешение. Остановил разборку Князь, а потом они как-то незаметно сдружились, хотя и были из разных слоев общества. Первый авторитетный вор, а второй, второй офицер СМЕРШа, правда разжалованый и лишенный наград. Рощин был убежденным Сталинистом, как сейчас сказали бы — фанат. Работал под командованием Абакумова, был секретарем в звании майора МГБ. После прихода к власти Хруща начались чистки, начальника расстреляли, а его лишив орденов и звания отправили в лагеря. Вот там и свела его судьба с Князем.

После выхода на свободу устроился сторожем, вернее только числился, а так работал на Шорникова. Убийствами никогда не занимался, он скорее был личной разведкой Князя, если за кем то нужно проследить или что-то выяснить, то это к нему. Вот и сейчас он выполняет поручение авторитета, надо посмотреть за одним сараем, потом заглянуть в него и по возможности замести следы. Главным действующим лицом будет девушка, а противниками несколько завсегдатаев с Арагви. Ему запрещалось вмешиваться, чтобы там не происходило, только смотреть.

Место он выбрал заранее, на холме, километрах в шести-семи от сарая. Всё было прекрасно видно, как на ладони, даже дорогу от моста. Для алиби поставил палатку, разжег костер и устроился ждать, предварительно сунув валенки в муравейник.

Девушка появилась чуть после десятого, быстро осмотрелась и направилась к сараю. Минут через пять появилось чувство что его рассматривают как насекомое, решают что с ним делать. Быстро положил свой морской бинокль и замер, боясь дышать и шевелиться. Через пару минут это чувство пропало и Рощин облегченно выдохнул.

В одиннадцать подъехали три машины, из них вышли люди, сколько точно подсчитать не удалось, уже было темно, но то что больше десяти, это точно.

Дальше они вошли…, и всё. Свет в строении исчез, вокруг как он не прислушивался стояла тишина.

Девушку он заметил только у моста, как она там очутилась было непонятно, затем она вышла уже в платье, и снова чувство опасности накрыло его. Быстро лег на землю, молясь всем богам о сохранении своей души и жизни. Видимо его молитвы были услышаны, страх пропал, а вдалеке раздался звук отъезжающего автомобиля.

Выждал еще час, потом прихватив валенки спустился к реке, по воде дошел до моста, там надел валенки и поминутно прислушиваясь подошел к сараю. Оттуда несло смертью и кровью, вокруг стояла мертвая тишина. Крадучись вошел, включил фонарик, то что он там увидел повергло его в шок. Он конечно предполагал что здесь произошла какая то разборка, но такого представить не мог. Еле удалось сдержать рвотный рефлекс, всё же давно не видел столько крови. Быстро осмотрел весь сарай, насчитал пятнадцать тел, зарезанных и заколотых. У них обнаружил четыре ствола и кучу перьев, которые им не помогли. Больше всего его поразила отрезанная голова и тело насаженное на кол. Это сколько же нужно иметь силы и нервов, чтобы сотворить такое, — думал он, переходя от одного трупа к другому. Князь просил по возможности уничтожить следы, хотя уверен что девица их не оставила, во всяком случае он не заметил ни одного отпечатка её ног, как будто она летала. Немного подумав сходил к оставленным автомобилям, там в багажнике Москвича нашел канистру с бензином.

Когда он отъезжал на своем горбатом Запорожце, то сарай уже вовсю полыхал. При въезде в столицу позвонил из автомата заправки в нужную церковь, попросил поставить свечку на помин души, затем в гараж, менять покрышки. Вроде следов нигде не оставил, всё же оперативником он был матерым, но как говорится: Береженого бог бережет, а небереженого конвой стережет.

Глава 21

Утром нас разбудил звонок в дверь, кто-то настойчиво добивался нашей высочайшей аудиенции. Пришлось идти открывать, вернее открывала Катерина, а я просто стояла рядом. Это оказалась злющая Анастасия, хотела что-то сказать, но глянув на наши заспанные лица махнула рукой, толку сейчас от нас никакого. Ткнула в меня пальцем, — Вечером серьезно поговорим, чтобы была дома, — и скрылись за дверью. Интересно, что это было, и с чем это едят? Пожала плечами, — Напугали ежа голой задницей. В моем случае ежиху, а это так обидно, просто слов нет.

— Оль, что то случилось? — спросила потягиваясь подруга.

— Да кто же её знает, может сон какой приснился? Вечером узнаю. Пошли умываться и завтракать, всё равно уже не заснуть, разбудила вредина, — и я показала в сторону двери язык.

Покушали, потом подвезла Катю до больницы, у неё осталась неделя практики.

— Катюш, а как ты смотришь на то, чтобы смотаться на юг, отдохнуть в Крыму или Гаграх. Хочешь возьмем путевку на теплоход по Волге? Представляешь, мы три недели будем на воде, пока доберемся до Астрахани. Там наверное уже арбузы будут, и рыба всякая. Что скажешь?

Подруга задумалась, понятно что сидеть дома она не хочет, а тут такая возможность увидеть что то новое.

— Давай сначала на теплоходе, а потом в Крым, — решила она.

— Заметано. Вот только Анастасию Федоровну нужно будет уговорить, она же от вредности может нас одних не отпустить. Ничего, я смогу её убедить в нашей самостоятельности, не сидеть же всю жизнь у её юбки. А вот как твои родители, против не будут? — спросила подругу.

— Мои мне доверяют, к тому же я еду не одна, а с тобой, так что проблем не будет, — заверила меня Катерина.

Помахала ручкой и поехала на вокзал, там забрала дипломат, затем домой, надо переодеться и с трофеями разобраться, решить что с ними делать.

Золото вытянуло на кило двести, камней почему то было мало, я надеялась на большее. Всего три кольца с драгоценными минералами, правда с большими и чистыми камнями. Самым на мой взгляд дорогим был перстень с рубином, который я сняла с трупа Батуми. Вторым по стоимости являлось массивное кольцо с прекрасно ограненным алмазом, а третье с изумрудом. Моих любимых сапфиров к сожалению не было, но вот рубин и алмаз выше всяких похвал, нужно только поменять оправу, массивная мне не подойдет, да и в изящной ажурной камни будут смотреться более выигрышно. Кольцо с изумрудом на продажу, камень не такой большой и чистый, с ним возиться пожалуй не буду.

Насчет ювелира позвонила Волкову, тот дал адрес, поэтому осторожно вынимаю камни, золотая оправа в лом. Тянуть с украшениями не буду, сегодня же поеду к мастеру, надеюсь договоримся. Насчет гаражей Дмитрий Анатольевич тоже отчитался, первый после пожара, когда его восстановят неизвестно, второй ещё на этапе строительства, только третий вариант оказался рабочим. Хозяин заломил за него неслыханную цену в четыре тысячи рублей, это же стоимость квартиры, ну если конечно немного добавить. Для меня четыре штуки не такая уж большая сумма, но всё равно пусть торгуется, цена действительно сильно завышена.

Итак, золото в пакет, его на продажу, а вот насчет изумруда передумала, пусть он не так хорош как остальные, но всё равно драгоценный камень, так что ему тоже делаем новую оправу. Насчет часов непонятно, моих любимых ролексов нет, есть какие-то немецкие, наверняка ерунда, остальные наши. Пять золотых, из них четыре Кировских и одни какие-то древние "Павел Буре", я про такие ни разу не слышала, ни в той ни в этой жизни. Остальные простые, поэтому на выброс, мараться из-за копеек не собираюсь, ведь всем известно что скупой платит дважды. Золотые добавляю к остальному рыжью, железяки на выброс, поеду у Чистых прудов, там выброшу. С золотом всё, перехожу к дипломату. Открываю ключом Батуми, в нем пачки денег и два кисета. Пересчитываю наличность, ровно сто двадцать пять тысяч, я думала будет больше. Абрек не назвал сумму, вернее назвал, но из за того что страшно шепелявил и говорил с акцентом, ничего толком не разобрала, поняла только — Дэнги, много дэнег. Черт с ним, дареному коню в зубы не смотрят. С дЭнгами надо что-то срочно делать, как-то их незаметно пристроить, светить нельзя, моя спокойная жизнь заканчивается. Ещё немного и я буду под колпаком компетентных органов, все мои покупки и траты будут проверяться, а жизнь изучаться. Уверена на сто процентов, как только засвечусь на западе, мне комитетчики обязательно подсунут кого-то из своих. Даже интересно, как чекисты такое провернут и кто же это будет. Старую собаку новым трюкам не обучить, так что буду с нетерпением ждать.

С деньгами решу завтра, надо снова позвонить Волкову, надеюсь он знает каких нибудь крупных коллекционеров. С финансами вроде решила, пора заглянуть в эти два небольших бархатных кисета. Высыпала на стол содержимое одного, рядом второго, стол сразу засверкал. Драгоценные камни! Много камней! В одном необработанные алмазы, а во втором ограненные бриллианты. В каждом бархатном кошельке по двадцать пять штучек, крупных к сожалению не было, все средненькие. По цене даже не представляю сколько это будет стоить, но наверное немало. Собираю драгоценные камни обратно, их к золоту, продам в будущем, здесь такое светить ни к чему. Остался кинжал, его рассматриваю с восхищением, такая искусная работа, просто слов нет. В рукоятке два рубина, так что стоить он должен прилично, хотя можно и не продавать, а подарить Ланке. Она у меня настоящая пацанка, так что такой сувенир ей очень понравится. Интересно, как мы с ней будем жить, кто у нас будет в семье главным. Сомневаюсь что Лана будет хорошей домохозяйкой, это ей неинтересно, она же вылитый парень в юбке. Хотя вру, юбок Котенок не носит, предпочитает джинсы и шорты. Вот с нижним полная противоположность, она как и я любит красивое белье, белое с кружавчиками. Я то понятно, мне такое у девушек всегда нравилось, они в нем такие красивые и сексуальные, а я что хуже? Пусть Ланка мною любуется, а я буду ей. Пройдет месяц, мы снова встретимся и …, что будем делать? Понятно любовь и секс, вот только как? В порно фильмах лесбиянки трахают друг друга всякими реалистиками и фалоимитаторами, а в настоящей жизни как это будет? Также или нет? Неужели нам с Ланой придется этими штуками пользоваться, или мы что нибудь другое придумаем. Хотя зачем себя обманывать, в нашем положении либо так, либо никак. Правда когда я убивала, кончила без всяких резиновых членов, но это же совсем не то.

От таких мыслей внизу стало сыро, запахло возбужденной самкой. Мне так захотелось трахнуть Лану, что я застонала, рука сама залезла в трусики и нащупала заветную горошинку…, дальше не помню.

Очнулась на кровати совершенно голая и вся сырая, вокруг витал запах секса. Быстро побежала в ванную смывать с себя грех рукоблудства, там стыдливо улыбнулась своему зеркальному отражению — Вот что недотрах с человеком делает.

Князь стоя на коленях молился, вокруг истово крестились кореша, подельники и прочий блатной народ. Вряд ли кто из присутствующих по настоящему верил, здесь скорее верили в воровской фарт, а не в спасителя.

Наконец панихида закончилась, все потянулись в трапезную. Там уселись за столами, отец Никодим прочитал молитву, после неё начался помин погибших уркаганов.

— Слушай, а почему собрались сегодня, — спросил Козырь у своего подельника Фиксы. Тот был вхож к самым авторитетным ворам, лично знал многих, поэтому владел самой свежей информацией.

— Князь позвал, а у него знаешь какая чуйка. Все здесь, кроме апельсинов, они отказались помянуть. Чувствую кожей, что-то будет, не зря нас сюда всех собрали, — прошептал Фикса.

Время было уже далеко за полночь, когда Князю передали о звонке с просьбой о свечке. Он перекрестился, затем подозвал Фургона. Что он ему говорил никто не слышал, только после того когда все узнали об убийстве чебуреков и кинулись прибрать бесхозное добро, выяснилось что все цеховики, проститутки и прочие ходившие под Батуми уже перешли под надежных корешей Князя. Обвинить его в устранении апельсинов было нельзя, он и все его люди были на тризне. Мир организованного криминала не такой уж и большой как все думают, там все друг про друга знают. Например угнали автомобиль, так уже на следующий день многим известно: где, кто, кому и за сколько загнал. Поэтому Князь был перед своими не только чист, но ещё больше укрепил свою святость, впрочем как и финансы.

Следующим днём он встретился с Чекистом, такое было погоняло у Рощина. Тот в подробностях рассказал что произошло с Батуми.

— Куда мы влезли Григорий? Ты бы видел что она сделала там, в сарае. У меня волосы стали дыбом, когда увидел насаженного на кол. Это какую же надо иметь силу, чтобы поднять здорового мужика? Батуми отрезали голову, остальных как баранов зарезали и закололи. Представь, я не услышал ни одного крика, ни одного выстрела, стволы и перья им не помогли. И ещё…, мне кажется она меня видела, было пару раз такое чувство, почему не убила до сих пор не пойму, ей это не составило бы никакого труда. Так кто это был? Скажи, ты же меня знаешь раз послал туда, — спросил бледный Рощин.

— Ангел, — прошептал Князь.

В комнате повисла тишина, каждый думал о своем. Наконец Чекист не выдержал.

— Значит это она тебя омолодила и убрала тех уродов. Но что она взяла у тебя взамен…, душу?

— Ты как всегда прав, это она. Душа моя ей не нужна, как впрочем и твоя. Я стараюсь быть полезным и очень ей нужным, вот и всё. Насчет тебя могу попросить, но результат предсказать не берусь, она же не человек, что у неё в голове неизвестно.

Снова наступила тишина, затем Чекист поднялся и поклонился Шорникову.

— Спасибо Григорий. Я знаю как ты рискуешь, представляю на что она способна. Если получится, то я душой и телом…, вообщем так и передай.

Булькнула разливающаяся водяра, звякнули стаканы, затем Князь продолжил.

— Готовься Степа, правда не знаю к чему. Либо она нас с тобой зачистит, либо…. Вообщем сообщу, — с этими словами Князь встал и вышел, а Чекист ещё долго сидел и о чем-то напряженно думал.

За окном уже наступили сумерки, только тогда Рощин поднялся, поправил занавеску и покинул эту конспиративную квартиру. Он был хорошим оперативником, во время войны неоднократно бывал за линией фронта, участвовал во многих операциях, поэтому обучил Князя многому. Были схроны с деньгами, оружием и документами. Были явки с паролями во многих крупных городах, так что случись что-то непредвиденное, можно было исчезнуть, раствориться в огромной стране.

После душа как заново родилась, было так хорошо на душе, что хотелось петь и танцевать. Посмотрела на себя в зеркало, стало как то неловко, не то что танцевать захотела, а то что сама себя до такого состояния довела, а если с Ланой?. Интересно, наябедничают соседи или нет, ведь наверняка слышали мои стоны, ну не могла я без них обойтись. Вот же проблема, у нас в Союзе секса нет, и детей наверное аист приносит или их находят в капусте. Черт с ними, там что нибудь по ходу дела придумаю, не буду сейчас этим забивать себе голову.

Сегодня стоит жара под тридцать, значит еду на мотоцикле, одеваю джинсовые шорты и футболку. Деньги, кинжал и золото с камнями прячу в сумку, надеваю кроссовки, беру перчатки и шлем. Вначале заскочу к ювелиру, затем проверю схрон, потом если останется время немного покатаюсь по городу. Настя придет со службы а шесть вечера, мне нужно быть дома к половине, иначе скандал неминуем.

Выхожу во двор, три старые грымзы смотрят как на прокаженную, рожи как лимона надеялись.

— Здравствуйте бабушки, а я в церковь, к отцу Ферапонту на покаяние, может за вас свечку поставить матери заступнице, — елейным голоском пропела я.

Уж я к такой то матери бы вас отправила, и свечу пудовую за упокой поставила, сплетницы проклятые, — думала я глядя на них.

— Поставь матушка, поставь. А отцу Ферапонту земной поклон, пусть нас в молитве помянет, — истово перекрестились они.

Что за Ферапонт такой, я же его сейчас придумала, впрочем божественного люда полно, всё может быть. Надела шлем, застегнула перчатки и завела мотоцикл. Вот тут услышала как эти грымзы начали меня обсуждать.

— Нагрешила сегодня с прелюбодеем своим, он её так ублажал, так ублажал, что даже мне пришлось три раза "отче наш" прочесть, — начала тощая.

— Блудница, а по роже и не скажешь. Не иначе Антихристово семя, свят, свят, свят, — закрестилась вторая.

— Дуры вы обе. Девица в церковь поехала, а вы блудница. Это Зинка бесстыжая из сороковой, точно говорю. Третьего дня услыхала за стенкой крики её богопротивные, вначале не поверила, вышла на балкон, там перегнулась через загородку и смотрю…,- замолчал она.

— Да что увидела то, не тяни, — не выдержала тощая.

— Ась? А…, там её бугай пузатый из семьдесят четвертой так наяривал, что кровать прости господи ходуном ходила. Я тогда чуть с балкона не свалилась, спасибо богородице, уберегла. Так что истинно говорю вам, она это бесовка. В церковь не ходит, здоровается через плечо и газеты наверное ворует, — закончила коренастая.

— А ведь верно Прасковея, у меня уже две "Правды" пропало, и журнал "Мурзилка", — тут же подхватила вторая.

Что сказала третья я уже не расслышала, выехала со двора.

Погода замечательная, так что на байке самое то, ветерок приятно обдувает тело и хочется выжать до отказа, но в городе приходится держать скорость. Один раз прибавила, так меня остановили, хорошо гаишник знакомый попался, поругал немного и отпустил. Вообще ехать на мотоцикле не то что на автомобиле, здесь как-то всё по другому, ближе, ярче и агрессивнее. На светофорах останавливалась, пешеходы смотрели на меня с удивлением. Шлем-колокол, иностранный байк и девушка в шортах, это многих поражало, но всё равно, не одна же я катаюсь на мотоцикле. Вначале было прикольно, затем начало бесить, я не манекен и не афиша, так какого хрена на меня так пялится.

Вот и приехала, не успела заглушить байк как подъехала какая-то банда. Самый главный гордо восседал на Яве, двое на Восходах, а последний на мотороллере Вятка. Остановились рядом со мной, дождались когда я слезла с мотоцикла и сняла шлем.

— Здравствуйте таинственная незнакомка. Позвольте нам представится, мы из мото клуба "Звезда", — начал владелец Явы, но был мною перебит.

— У меня важная встреча, так что если хотите то ждите, — и я вошла в подъезд.

На втором этаже позвонила в дверь, на вопрос — Кто там? — прямо как в Простоквашино, назвала пароль, — Я от Волкова Дмитрия Анатольевича.

Дверь открылась, меня пригласили войти.

— Вы Ольга? Приятно познакомиться. Дима меня предупредил, так что проходите, — поприветствовал меня хозяин.

В небольшой комнате стояла старинная мебель, а посередине круглый столик покрытый чёрным материалом. На него я выложила три камня: рубин, бриллиант и изумруд.

— Мне нужна оправа для этих камней. Бриллиант и изумруд а золоте, первый на безымянный, второй на средний палец. Рубин нужен в платине, он должен быть похож на перстень с моим сапфиром. Вот посмотрите, оправа у него мощная, но в то же время легкая, ажурная. Два первых на ваше усмотрение, для меня главное красота.

Ювелир долго рассматривал камни, затем мое кольцо. Наконец выдал вердикт, — Две тысячи. Я согласилась, но с условием выполнить работу за неделю, вернее шесть дней. Наверняка у него есть помощник, так что успеет. Повздыхав он согласился, а я продолжила.

— Борис Моисеевич, мне нужны серьги с небольшие изумрудами под будущее кольцо, уверена вы сможете помочь.

Он задумался, затем вышел из комнаты. Не успела я присесть на диванчик, как он вернулся с парочкой футляров. В первом была подвеска и миленькие сережки с изумрудиками. Камни были маленькими, поэтому цена за комплект восемь тысяч. Я попросила добавить к этому золотую цепочку и мы ударили по рукам. Достала из сумки четыре пачки четвертных, передала ювелиру. Тот их быстро проверил, убрал в шкатулку.

— У меня есть вот это, думаю вас заинтересует, — с этими словами открыл второй футляр.

Там лежали серьги с крупными бриллиантами. Я посмотрела, даже примерила у зеркала, мне понравились. За них пришлось выложить двадцать восемь тысяч рублей, сумма просто катастрофически невозможная для простого советского человека. После расчета, в этот раз он проверял и пересчитывал значительно дольше, я спросила, — Может есть ещё что-то интересное?

Оказалось есть, это была серебряный орел покрытый золотом, работы самого Карла Фаберже. Понятно что её я тоже купила, это будет подарок отцу Ланы. Скажу — Кречет для Кречетова, наверняка оценит мой юмор. За него отдала двадцатку, всё же работа знаменитого на весь мир ювелира.

Вот и всё, покупки сделаны и за работу заплачено, пора перейти к главному.

— А теперь слушай. Мне всё равно кому ты стучишь, гебешникам или ментам, если я узнаю, а в этом можешь не сомневаться, то тебя не будет. Ты меня понял, — и я посмотрела ему в глаза.

Похоже переборщила, он весь затрясся, побледнел и в воздухе запахло мочой. Как бы дуба не дал, кто мне тогда оправу для камней сделает, нового что ли искать. Повернулась и вышла, не забыв оставить жучок, послушаем завтра кому он звонил.

На улице ждали рокеры, вроде так они тогда себя называли, впрочем могу ошибаться.

— Итак, я вас слушаю звездочеты, — усаживаясь на свой байк сказала им.

Всё оказалось просто, они приглашали меня к себе в клуб, в любое время, лишь бы я приехала. Вначале хотела послать этих самокатчиков, но потом передумала, вдруг пригодятся. Пообещала как только появится свободное время к ним заглянуть. Было заметно, что ребята хотят о многом спросить, но я быстро попрощалась, одела шлем и перчатки, повернул ключ, затем газанув на прощание выехала со двора. Мой путь лежал в один сквер, там стоял неприметный вентиляционный киоск. Таких много раскидано по всей Москве, метро нужен воздух, вот через них идет принудительная циркуляция. Вроде ничего интересного, будка с дверью и жалюзями, только вот у этого была одна особенность, если в него спуститься, то на глубине шести метров за листом фанеры была металлическая дверь. Это был запасной выход бомбоубежища, отделенного от него полуметровой стеной бетона. В случае необходимости перегородку ломали, так появлялся ещё один выход. Дверь была закрыта на внутренний замок, тройной ключ проводника железной дороги отлично к ней подошел. Повернула, и приложив усилие открыла дверь. Включила фонарик, притворила за собой первую, передо мной стояла внушительная гермодверь. Она была закрыта на два механизма задраивания, то есть два рычага, которые я быстро повернула. За ней слева ниша с душем, видимо для обеззараживания и смыва радиации. Дальше ещё одна такая же дверь, открываю и вижу коридорчик с шестью шкафами, в которых лежали старые ОЗК и противогазы. Коридор упирался в бетонную стену, которую в случае чего должны были сломать. Зачем так мудрить непонятно, проще поставить еще одну дверь, впрочем я не эксперт в бункеростроении. Около двери электрошкаф, в нем я поднимаю рубильник и на стенах загораются светильники. Электричество есть, осталось проверить воду. Напротив стоящих справа металлических шкафов есть дверь, за ней помещение с двумя кушетками, тремя медицинскими шкафчиками со стеклянными стенками и большим блестящим столом. Напротив вход в санблок, там душевая и унитаз с раковиной как в поездах. Трубы блестят, сделаны из нержавейки, такие сотню лет простоял как новенькие, так что вода должна быть. Так и оказалось, стоило повернуть вентиль, а за ним и барашек крана, как побежала вода. Вначале коричневая, затем всё светлее и светлее. Горячей почему то не было, может отключена, а может просто до конца не подвели, но я была и этому рада. Пыли здесь порядочно, нужно будет сделать уборку, но первым делом поменять замок. Потом обязательно притащить постельное, медикаменты и провизию. Это будет мое личное убежище, про него мало кто знает, здесь можно в случае чего отсидеться. Поднимаю стальной лист пола, там ниша под кабели, туда складываю золото апельсинов, кинжал, орла Фаберже и оставшиеся деньги. У меня недавно было сто двадцать пять тысяч, ювелиру отдала пятьдесят восемь, стало быть осталось шестьдесят семь. Неплохо меня раздел Моисеич, впрочем это того стоило, брюлики и статуэтка известного мастера будут неплохим вложением в будущее.

Пора домой, время уже пятый час, сегодня покататься не вышло, но может быть завтра получится.

Борис Моисеевич ещё не скоро пришел в себя, у него до сих пор тряслись руки. Больше всего его напугали глаза, такие равнодушные и мертвые. На него смотрели как на насекомое, решали раздавить или пусть ползет дальше. Чувство было премерзкое, такого он никогда не испытывал. Что было делать дальше он пока не решил, вроде надо позвонить своему куратору, но страх, липкий страх держал за горло. То что она его в случае чего уберет, он не сомневался ни секунды, тут ему никто не поможет. Рука потянулась к телефону, он набрал номер Волкова. Дальше он узнал о своей визитерше много чего интересного. Нет, не по телефону, а в одном летнем кафе, где он встретился со своим родственником, Волков приходился ему троюродным племянником. Он наверное единственный кто поддержал Дмитрия когда тот женился на Вере. Так ему тогда и сказал, — Пошли их всех на обрезанный конец, это твоя жизнь, поэтому живи как хочешь. Я вот женился на украинке и никогда об этом не жалел. Мне не повезло только в одном, моя Ангелина умерла при родах, оставила одного с новорожденной дочкой. Я до конца ей буду благодарен за нашу Аннушку, другой жены мне не надо, — говорил старый еврей вытирая слезы.

Теперь он внимательно слушал Волкова, и чем дальше, тем больше уверится в мысли, что про девушку нужно молчать. Ольга оказывается работала в ОБХСС у полковника Марчина, в это же время её неоднократно видели на Лубянке. Лично знакома с Щелоковым, он ей кстати недавно вручил орден Красной звезды. Имеет шикарную квартиру, дачу и иномарку с мотоциклом. Финансово независима, связи везде, даже за границей. Криминал её обходит стороной, сам Князь благоволит ей.

Вообщем много ещё чего такого, о чем можно задуматься. Уже прощаясь он услышал то, чего заставило его опять занервничать.

— Боря, ты же не забыл Львицу, которая тогда не отправила тебя за решетку?

— Конечно! У меня на руках была трехлетняя Аннушка, вот и пожалела Львова, я ей благодарен по гроб жизни, — закивал Смоктунович.

— Так вот, Ольга единственная и любимая её родственница. Я пошел, Верочка одна дома, я за нее постоянно волнуюсь, — и Волков скрылся за углом.

Борис Моисеевич заспешили домой, нужно срочно приниматься за работу, заказ Ольги будет выполнен в срок. То что она родственница Львовой он принял с облегчением, такой можно верить, такая не сдаст если что. Руки сразу перестали трястись, настроение скакнуло вверх.

А в это время Ольга ехала домой, она еще не знала что в КГБ на неё заведено персональное дело и начата проверка. Она не подозревала о звонке Шорникова, который хотел с ней встретится и поговорить про одного человека. А самое главное — не догадывалась о разносе и последующем унижении, которое устроит Анастасия. Но это всё будет потом, а сейчас Оля ехала на своем байке, ветер приятно обдувал голые ноги, забирался под футболку и холодил разгоряченное тело.

Где-то далеко в будущем Лане приснился удивительный сон: позвонила Оля, она сегодня прилетает из Лондона, прилетает навсегда, её контракт закончился. Они с папой поехали её встречать, только аэропорт был почему-то закрыт, вокруг частная охрана, в небе звено боевых вертолетов. Удивительно, но их пропустили, даже проводили до нужного терминала. Наконец приземлился новейший аэробус, подрулил к терминалу. Его тут же взяли в коробочку броневики, появились хорошо вооруженные люди. Наконец люк открылся, из него вышла вооруженная автоматами охрана, а за ними показалась её Солнышко.

— Оля, — крикнула Лана и побежала на встречу.

Охрана быстро расступилась, и они встретились. Солнышко крепко её обняла, и она услышала, — Как же я по тебе Котенок соскучилась.

Content

Сергей Шишкин
Вне штата 3/1. Киллер — это навсегда

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21