Кирилл Теслёнок (Архимаг)

Бог-Император, к доске!

Том III

Глава 1. То самое неловкое чувство

— Пока Аманда в плену, Клент не посмеет сделать ничего такого, что бы имело отношение к нарушению школьной дисциплины, — сказал я, — Понимаешь, женщина?

— Хо… — леди Мираэль вздохнула и как бы с неохотой выдавила из себя улыбку, — Что ж, это верно. Преподать Зинцерам урок следовало давно.

Она вновь бросила на бессознательную Аманду взгляд — ещё более неприязненный, чем ранее. Кажется, Мираэль и впрямь недолюбливала Зинцериху и весь её род в частности. Мне это только на руку!

— И поверь, у меня есть идеи, что у тебя попросить, — я улыбнулся и подмигнул Мираэль.

— Ох, Вадим, Вадим, — та закатила глаза, но от меня не укрылось легкое волнение эльфийки. Которое она старалась скрыть всеми возможными способами, — Так уж и быть… чего ты хочешь?

— Квартиру, — без тени сомнений произнёс я, — Трёхкомнатную.

— Хм… — тень набежала на лицо Мираэль, — Квартиру в школьном общежитии?

— Ага, — я кивнул, — Но не в простом общежитии, а в элитном. Я знаю, что их два в Притяжении звезд, простое и элитное, для самых выпуклых шишек. Мне квартиру в последнем.

— Вадим… — укоризненно произнесла Мираэль, — Я всё понимаю, но… это невозможно. Нет свободных квартир в элитном общежитии.

Но я лишь усмехнулся. Замдиректора в этом плане предсказуема. Примерно такого ответа я и ожидал.

— Я знаю, что некоторые из них пустуют, записанные на чьи-то там сынков и дочерей, которые поступят на первый курс только через полгода. Или вовсе через несколько лет. А может быть и вовсе не приедут, — произнес я, — Так что пусть подвинут свои благородные зады. Пойми, женщина, квартира — это не прихоть. Это насущная необходимость. После всего произошедшего моя семья должна переехать. Мы не можем оставаться на старом месте. Неизвестно, что захотят выкинуть Акане и Зинцеры. В Притяжении Звезд — достаточно безопасно. Здесь нет никого страшнее учеников. И отличная охрана.

Мираэль задумалась. Даже провела ладонью по подбородку. Но по ее взгляду я понял, что она явно хотела как-то выкрутиться и уломать меня на квартиру в обычной общаге. Которая скорей всего не слишком отличается от нашего обычного жилья. И охрана там пожиже.

Поэтому…

— Также мне нужна ещё одна дополнительная квартира. Тоже минимум трёхкомнатная, — как ни в чем ни бывало произнес я.

— Ещ-щё од-дна? — от волнения Мираэль начала заикаться, — З-зачем?

— Для встреч с моей группировкой, — сказал я, — Дети Императора называется, ты не могла не слышать. Мы вступаем в борьбу за власть над школой. И нам нужно место для встречи, где мы бы смогли пообщаться в безопасности. Там должна регулярно быть свежая еда и напитки, доступ в интернет. И тренажёры для упражнений. Целый спортивный зал не прошу, но какой-то минимум, чтобы руки-ноги занять, организуй.

— Н-но…

— Ты же понимаешь, что я не могу проводить встречи со сторонниками в том же помещении, где живёт моя семья? — я развел руками, — Мария не оценит.

— Вадим… — Мираэль смотрела на меня с очень жалобными глазами. Дескать, пощади…

Но Бог-Император не знал пощады.

— И ещё мне нужно пристроить мою мачеху на новую работу, — сказал я, — На старой я не хочу ее оставлять. По соображениям безопасности. Есть у вас местечко в школьной бухгалтерии?

— Ну вообще да, я подумывала о том, чтобы взять одного-двух новых сотрудников, — призналась Мираэль, — Работы в последний год очень много, больше обычного. Старый штат не справляется. Но дело не в этом… Вадим…

— Да-да? — я смотрел на нее чистыми лучащимися глазами.

— Я не могу принять твои условия. Может быть ты попросишь о чём-нибудь другом? Ну там, может быть, послабления на экзаменах… автомат у всех преподавателей и автозачёт…

Мираэль немного неловко улыбалась мне, словно сама понимала, что предлагает полную фигню.

— Спасибо, не надо, — отказался я и перевёл взгляд на Аманду. Та, кажется, стала сопеть немного тише. Только не говорите, что она просыпается.

Мираэль тоже глянула в ту сторону. Я отметил, что эльфийка со странным выражением на лице смотрела на Аманду. Как будто очень хотела что-то сказать или сделать, но никак не решалась.

— Я выполнил свои обещания, женщина, — произнёс я, с улыбкой глядя на Мираэль, — Сдержал слово аристократа, которое тебе и давал. Это было непросто, я сцепился с могущественными главами кланов Акане и Зинцер. Рисковал своей жизнью и здоровьем. А теперь ты говоришь: «Ой, прастити, я не могу принять ваши условия, у меня лапки…», — я развел руки в стороны, укоризненно глядя на Мираэль, — Женщина, это вот ни разу не серьезно.

— Кхм… кхм… Вадим, я ни в коем случае не хочу тебя обидеть или разочаровать, — сдержанно произнесла эльфийка, вновь переведя на меня взгляд, — Ты добился весьма впечатляющих результатов. Приструнил могущественный дом Зинцеров. Думаю, многие ученики будут тебе за это благодарны. Твоя репутация внутри школы взлетит ещё сильнее…

— Спасибо на хлеб не намажешь, — скучающе произнёс я, — Что насчет твоего обещания? Я хочу достойную награду за свою помощь школе. Или слово Мираэль, мудрой видящей эльфийского народа, уже ничего не стоит?

— Нет, почему же, я не отступаюсь от своих слов! — Мираэль испуганно замахал ручками, — Но… Вадим, твоя просьба невыполнима. Мест свободных нет. Может быть остановимся на одной квартирке в обычном общежитии?

Нет, нет, Мираэль. Я знаю, что в элитном общежитии куча пустующих квартир, целые этажи. Просто кое-кому лень возиться с переоформлением документов.

— Что ж, — я демонстративно развёл руками, — Очевидно, что на данный момент своими силами удержать в плену Аманду у меня шансов нет. Не могу я при ней сидеть сиднем двадцать четыре на семь. Поэтому мне не остаётся ничего иного, кроме как отпустить её…

Я подошёл к Аманде и протянул руку к ошейнику, как будто собирался набрать код и расстегнуть его.

Мираэль резко изменилась в лице.

— Не-не-не! — она схватила меня за руку и отвела её назад, подальше от Аманды, — Подожди, Вадим, давай не будем совершать резких необдуманных телодвижений…

— Давай попробуем, женщина, — я кивнул, с интересом глядя на собеседницу.

Неловкая пауза длилась пару минут. Я спокойно смотрел в прекрасные миндалевидные глаза Мираэль, оказавшиеся близко-близко, и ждал ответа. Эльфийка тяжело дышала, ее щёчки слегка окрасились румянцем. Жилка пульсировала на ее виске. Кажется, я даже разобрал отдельные удары ее сердца…

Наконец, Мираэль вздохнула и отстранилась.

— Ох, Вадим, ты меня просто без ножа режешь, — произнесла она, — Ладно, так уж и быть. Я удовлетворю все твои требования.

Победное «Ха-ха!». Три раза.

— Думаю, под предлогом твоей Уникальности и особых потребностей, можно будет выбить для тебя две квартиры, — сказала она, — По крайней мере я попробую.

— Не попробуешь, а сделаешь, — уточнил я.

— Да-да, сделаю, — покорно произнесла Мираэль, — Все сделаю, Вадим, хорошо. Твоя взяла. Но…

Я насторожился. Ох уж это финальное «но». Что за ним кроется?

— Я выполню все твои требования в наилучшем виде… — мягко произнесла Мираэль, — Но ты начнёшь посещать назначенные дополнительные задания для Уникумов! И заниматься с теми преподавателями, которых я назначу!

Я скривился, не скрывая своего разочарования. Эльфийка мне мило улыбнулась, сверкая большими красивыми глазами. Сложила руки на груди в молитвенном жесте.

Я вздохнул. Ладно. Так уж и быть. Мираэль пошла навстречу, дала аж две элитные квартиры. Мачеху на работу согласилась взять, проигнорировав плохую репутацию клана Вышнегорских. Думаю, мне тоже стоит сделать ей шаг навстречу. Как говорится, за добро добром.

— Хорошо, я посещу эти самые дополнительные занятия, — неохотно произнес я, — Но честно, женщина, считаю, что это напрасная трата времени. Твои преподы вряд ли способны меня чему-либо научить. Просто дай мне немного времени и не вставляй палки в колеса. И я покажу результаты, которыми Притяжение звёзд будет гордиться.

«Прежде, чем станет полностью моим», — добавил я мысленно.

— Не недооценивай Притяжение звёзд, Вадим, — сказала Мираэль, — Уверена, ты будешь приятно удивлен.

— Ну-ну. К слову, а кто тот препод, которого вы хотите мне назначить? — спросил я, — Случаем не лорд Мортис?

— Почему ты думаешь, что это именно он? — насторожилась эльфийка.

— Из всего преподавательского состава он показался мне самым опытным и знающим, — честно сказал я, — Очень виртуозно использовал духовку. Даже смог с ее помощью предмет починить. Такого больше никто не демонстрировал. У него, возможно, я бы и согласился поучиться…

Мираэль с недовольным видом поджала губы и зачем-то отвернулся.

— Лорд Мортис уволен, — сухо произнесла она, — Он больше не работает в Притяжении звезд.

Это стало для меня неожиданностью.

— Уволен? За что? — уточнил я, — Это случаем никак не связано с его появлением на Арене?

Генка и Эйка рассказали мне, что именно лорд Мортис внезапно появился на поле боя и спас нас, выведя через технический ход под Ареной. Может быть он сделал ещё что-то, что вызвало гнев высокого начальства?

Что если именно он добил Аномалию? Если это так, то респект мужику. Мне всё больше хочется с ним повидаться лично.

— Это приказ директора, он обычно не отчитывается о своих решениях. Даже мне, — Мираэль пожала плечами, — Скорей всего присмотрел на его место новую кандидатуру.

— Жаль, жаль, — искренне произнес я, — Мортис показался мне знающим и толковым специалистом.

— Не волнуйся, Я подберу ему достойную замену, — заверила меня Мираэль, — Останешься доволен. Не переживай.

Я лишь махнул рукой. Делай что хочешь, Мираэль. Схожу я на эти твои занятия… парочку раз. Все же с квартирами ты мне помогла и с трудоустройством тоже. Но если толка не будет, то извиняй. Понапрасну я своё время тратить не буду. Час-другой — слишком много времени, чтобы тратить его на пустяки.

— Мне нужно пару месяцев, и буду готов, — задумчиво произнес я, — Освоюсь с духовкой, выучу парочку новых трюков. И смогу достойно представить Притяжение звёзд на турнирах против других школ. И отобью все вложения в меня. Да ещё с прибылью.

Турниры между школами были очень важны. Победы на них повышали престиж школы и её рейтинг. А высокий рейтинг и победы — это много новых и талантливых учеников из знатных семей.

— Да-да, — немного рассеянно произнесла Мираэль. Она слушала словно немного рассеяно. Как будто мои потенциальные победы на межшкольных турнирах волновали её уже чуть меньше, чем… чем что?

Что с моей эльфиечкой?

Она зачем-то приоткрыла дверь в помещение и выглянула наружу, убеждаясь, что рядом никого нет.

— На этаже врачей нет, — сказал я, — Все на первом этаже возятся с новыми пациентами. В столовке вроде как драка произошла между 4-В и 3-A. Чего-то там не поделили.

Мираэль вернулась назад к моей койке. На меня она смотрела нерешительно, покусывая нижнюю губу. Как будто что-то хотела сказать, но никак не решалась.

— Вадим, — произнесла Мираэль, напряжённо глядя на Аманду, — Могу ли я кое-что сделать? Прямо сейчас. Это просьба личного характера…

Я насторожился.

— Ну… смотря что, — осторожно произнёс я.

Мираэль подошла вплотную, нагнулась ко мне и зашептала на ухо.

Мои брови взлетели высоко на лоб. Вот это просьба какая интересная. Хотя… почему бы и нет?

— Ну… думаю, можешь, — произнёс я, слегка удивлённый подобной просьбой, — Ток без последствий, ок?

— Конечно, Вадим, я буду очень аккуратна…

Я увидел странное выражение на лице Мираэль, ей не свойственное. Выражение предвкушения и… садизма.

Мираэль развернулась в сторону койки Аманды и приблизилась к бессознательной главе Зинцер, чеканя шаг каблуками. Использовав духовную силу, эльфийка окутала своим покровом Аманду с ног до головы. И развернула её прямо в постели, поставив на колени. Грудь и голова Аманды лежали при этом на подушке, а попка оказалась конкретно так оттопырена.

Резким движением Мираэль спустила с Аманды трусики, полностью оголив ее попку! Я смотрел на это дело, слегка шокированный. Уж от кого, от кого, а от заносчивой и высокомерной Мираэль я подобного не ожидал…

— Получай, сучка! — выкрикнула Мираэль и от всей души шлепнула Аманду по ягодице! — Заслужила, стерва!

Зинцер, накачанная успокоительными, никак не отреагировала. Как и ранее, она оставалась без сознания. Неужели она в прошлом как-то перебежала эльфийке дорогу? Причём конкретно так перебежала. Как только представилась удобная возможность, Мираэль ей сразу и воспользовалась, чтобы свершить возмездие.

Эльфийка нанесла ещё ударов десять. Ягодицы Аманды сильно покраснели, словно бочки у спелых красных яблок. Я почти уверился в мысли, что Мираэль Аманде за что-то мстит… А чем ещё происходящее может быть, как не местью? Такой, очень глубоко личной местью.

— Может, хватит? — произнес я, желая прекратить экзекуцию, — Думаю, ей достаточно.

Эльфийка с уже занесённой рукой, остановилась. Её лицо приняло более спокойной выражение, пламя в глазах слегка поутихло.

— Кхм, кхм… — Мираэль прокашлялась, словно в чем не бывало, — Да… и правда… Хватит… Не подумай, что я какая-то маньячка, Вадим. Не так уж оно мне на самом деле было и нужно.

Однако лёгкий румянец на щеках выдавал ее истинные чувства.

— Ага, как скажешь, — я кивнул, чувствуя надвигающуюся сонливость, — Если ты не против, я бы прилёг и вздремнул слегонца.

— Да, да, конечно, — покладисто произнесла замдиректора. При помощи своей силы она привела Аманду в порядок и уложила в койку, как было, — Я пока пойду, подготовлю все необходимые документы на тебя и твоих родных. Тебе и леди Вышнегорской потом надо будет подойти в бухгалтерию с паспортами и подписать несколько документов.

— Без проблем.

Едва Мираэль покинула палату, как я сразу же растянулся на подушках и накрылся одеялом. Эх, как же чертовски я устал! Только сейчас ощутил. Просто как раб на плантации. Надо восстановить силы… Все прочие дела — завтра. Голова совсем ничего не соображает.

Почти мгновенно я провалился в спасительные объятия сна.

* * *

Выйдя из палаты, Мираэль зашла за поворот и тут же прижалась спиной к стене, запрокинув голову. Эльфийка тяжело дышала, чуть прикрыв глаза. Её руки и ноги едва заметно дрожали.

Что на неё вдруг нашло? Стоило ей войти в комнату и увидеть Вадима… Всё, она резко стала сама не своя. При виде мальчишки она просто потеряла голову. Он, разумеется, тут же этим воспользовался, выбив себе кучу преференций в виде квартир… ну да чёрт с этим, не велика потеря.

Хуже другое… что с ней происходит? Почему при виде этого мальчишки на неё накатывает, словно волна, глубокое чувство, от которого путаются мысли. Противиться которому решительно невозможно.

Впервые это произошло при первой встрече в кабинете. Но тогда эффект был достаточно слаб. А тут…Как волной накрыло. Ей пришлось приложить немало сил, чтобы сохранить самообладание и не выдать себя. Лишь эльфийское хладнокровие, укреплённое за тысячелетия жизни, помогли ей сохранить лицо.

И даже Аманду пришлось отшлепать, хотя никакой серьёзной личной неприязни Мираэль к женщине не испытывала. Но ей потребовалось так поступить, чтобы немного выпустить пар. А то не дай бог она бы набросилась на Вадима прямо там.

Похожее чувство она испытывала много лет назад. Когда впервые увидела Его… Императора человечества. Как же так вышло? Какое отношение простой мальчишка имеет к столь выдающейся личности?

Она достала из сумочки колоду карт Таро. Быстро нашла нужную — конечно же, это был старший Аркан Император.

— Аркан Император… мой Аркан Император… — беззвучно шептала Мираэль, закусив нижнюю губу.

Неосознанно поднеся карту совсем близко к лицу, эльфийка неожиданно для себя… провела по ней языком! Лизнула! А потом ещё! И ещё! И ещё раз!

Попки Аманды оказалось недостаточно, чтобы снять стресс. Замдиректора, прикрыв веки, начала исступленно вылизывать карту, словно хотела языком отполировать её до блеска.

Внутренне Мираэль пребывала в глубоком шоке. Она не ожидала от себя такого! Что на неё нашло? Почему она вдруг ведёт себя как похотливая сучка?

Это он… Вадим Сабуров. Его присутствие и раньше как-то действовало на неё. Странным образом. А теперь это влияние почему-то усилилось. Резко усилилось! Без объяснимой причины. Как будто что-то в этом пареньке изменилось. Оно и раньше было в нём… но теперь почему-то усилилось!

Решено. Нельзя встречаться с Вадимом с глазу на глаз. Лучше использовать посредников. Либо общаться через видео связь. Иначе при виде мальчишки она просто рискует сойти с ума. Надо понять, что с ней происходит. Найти первопричины.

Мираэль остановилась и опустила глаза на карту. В ходе размышлений она продолжала полировать её до блеска. Между блестящей поверхностью карты и кончиком язычка протянулась дрожащая ниточка слюны.

Эльфийка достала платок и протёрла карту. Ох, ну как же так можно… Мираэль, ты реально свихнулась. Разве можно так терять голову?

Хорошо что никто не проходил мимо и ничего не видел…

И в этот момент она отчётливо ощутила на себе чей-то взгляд.

Глава 2. Сон

Подняв глаза, леди Мираэль Озерная увидела от себя в паре метров девушку, застывшую на месте. Судя по форме — школьницу Притяжения. Лицо было знакомое у нее… да, это та самая девочка с Даром невидимости, которая голышом прокралась в ее кабинет и рассказала, что Вадима увезли Акане. Кажется, ее зовут Даша. Она одноклассница Вадима из проблемного C-2.

Мираэль так увлеклась, что перестала замечать всё происходящее вокруг неё.

Судя по сильно шокированному взгляду девушки, Даша видела если не всё, то очень многое. Ученица смотрела на замдиректора с крайне испуганным видом, ее нижняя губа подрагивала. Вид Мираэль, с хлюпаньем остервенело вылизывающей карту Таро, привел девушку в пограничное состояние. Ещё чуть-чуть и расплачется.

— Кхм… — Мираэль, сохраняя полностью невозмутимый вид, твёрдой рукой вложила карту в колоду, а колоду убрала в сумочку. Сухом спокойным голосом произнесла, — Что вы здесь забыли, юная леди?

Даша от неожиданности широко распахнула глаза, полные испуга и смущения.

— В-вадика пришла проведать… — тихонечко пропищала она.

— Вадим Сабуров спит и отдыхает после тяжёлых травм, — произнесла Мираэль, — Ему нужно время, чтобы восстановиться. И полное спокойствие.

Чеканя шаг в полной тишине, она приблизилась к девушке вплотную, не спуская с неё пристального взгляда холодных глаз. Даша вся съёжилась, испуганно глядя на властную замдиректора. Словно кролик при виде удава.

— Как тебя зовут, ученица, — произнесла Мираэль, словно собиралась зачитать приговор.

— Д… Д… Даша… — шёпотом, на грани слышимости выдала из себя девушка.

— Хорошо, — мягким, успокаивающим тоном произнесла эльфийка, — А фамилия твоя?

— С-совушкина…

— Отлично… у тебя сейчас есть урок?

Говорила Мираэль спокойно, по-деловому, привычным для себя властным голосом. Как будто только что вовсе не она остервенело вылизывала карту, думая, что никто её не видел.

— Да-да… урок химии сейчас идёт… — Даша немного успокоилась, убаюканная мягким и дружелюбным тоном замдиректора.

Мираэль глубоко вздохнула, набирая в лёгкие воздух. А потом ка-а-ак…

— Ну и какого Шерро ты делаешь здесь вместо того, чтобы грызть гранит науки и стремиться к звёздам?!! — рявкнула она прямо в лицо девушки, — Это Вадим тебя так распустил?

Даша аж подпрыгнула от неожиданности, в ужасе глядя на властную замдиректора.

— Немедленно в класс и вернуться к урокам! — Мираэль со страшным лицом указала направление, — Иначе ждёт тебя, юная леди, телесное наказание! А может быть и даже отчисление!

— Да, мем! — выдала перепуганная Даша, зачем-то отдала честь, как солдат перед генералом. Девушка на первой космической устремилась в сторону лестничного пролета, ведущего на первый этаж.

Мираэль смотрела ей вслед и тяжело дышала. Ее ноздри раздувались, как у быка на родео.

Ладно. По крайней мере она немного выпустила пар. Остаётся надеяться, что девчонка будет держать язык за зубами. Не хватало ещё, чтобы про нее, Мираэль, распускали порочащие слухи. Впрочем, девчонка, похоже, не из тех, кто обладает сильным характером. Её не так трудно запугать.

Я спал, спал очень крепко. Сам не заметил, как причудливая паутина сновидений вынесла меня на недавние события прошлых дней. По иронии судьбы это оказались именно те воспоминания, о которых я благополучно забыл из-за водки и сакэ.

В моём сне мы с Эйкой, оба пьяные в сосиску, в обнимку шли по парку. «Ой мороз, мороз, не морозь меня, маего-о-о коня-я-я-я…» — распевали песню, которой научила меня Эйка. Ещё мы подрубили духовки и сверкали в ночи, словно новогодние елки. Редкие гопники испуганно шарахались от нас в стороны, опасаясь за свои кошельки, смартфоны и жизни.

Разумеется, как это часто происходит во сне, я не знал, что все происходящее мне лишь снится. Воспринимал всё взаправду. Моё сознание как бы раздвоилось. Часть была простым наблюдателем, а вторая действовала самостоятельно, по уже проложенному сценарию, копируя мои действия из реальности.

Интересно, это всё было взаправду? Или просто моё воображение разыгралось?

— Кажется, это русский язык, — задумчиво произнёс я, когда мы допели песню про мороз.

— Агась, он самый, — Эйка закивала. Её щёки покрывал румянец, а пьяненькие глазки лихо блестели. В таком состоянии наследница Акане была способна на любые подвиги, — Папа научил. Он очень много песен своего народа знает. И не только своего.

Извилистой походкой по не менее извилистой тропе мы вышли к озеру, расположенному под скалой с небольшим водопадом. Шумел поток воды, разбиваясь о поверхность озера пенными брызгами. Над головой шумели кроны деревьев в такт дуновению ветра. Обстановка располагала к романтике…

— Эх… сейчас бы разбежаться, да шлепнуться голым задом прямо в озеро, — мечтательно произнесла Эйка, опираясь о моё плечо, — Чтоб брызги до верхушек деревьев долетели…

— Замерзнем… ик… — напомнил я красноволоске.

— Ой, точно… Кстати… А куда… ик… мы идём? — нахмурилась Эйка, мучительно напрягая извилины.

— К тебе… в гости, — самые главные вещи я помнил прочно.

— А-а-а… — Эйка хлопнула себя ладонью по голове, — А зачем?

Тут уж настала моя очередь морщить лоб. И действительно… зачем?

— Догоняться, — выдал я единственное, что пришло на ум, — Ик…

— Ну не самый плохой вариант… ик…

Из глубины разума долетел скорбный глас о том, что не стоило напиваться до такого состояния… Пить надо умеренно, и только по праздникам. Но кто ж его, этот голос разума-то слушал.

С горем пополам усилив покров, чтобы не промокнуть, мы прошли сквозь водопад и попали в настоящий лабиринт из запутанных подземных ходов. У трезвого здравомыслящего человека не было никаких шансов разобраться в хитросплетениях развилок. Но так как мы оба были пьяны в сосиску, то прошли лабиринт без проблем. Как говорится, минус на минус даёт плюс.

А может быть Эйка просто так часто ходила этими тропами, что запомнила их на подсознательном уровне? И могла пройти по нужному маршруту без участия мозга. На одних рефлексах и моторной памяти.

Мы долго двигались на четвереньках по узкому извилистому тоннелю, похожему на шахту. Эйка ползла впереди, я, соответственно, сзади. Пару раз я случайно тыкался макушкой в мягкую попку девушки, упакованную в джинсы. Но я нисколько не возражал. Отнюдь, ни капли. Напротив, сразу мотивация появлялась идти вперед, к цели, до конца, несмотря ни на что.

Наконец Эйка отодвинула в бок широкую стенку, оказавшуюся картиной моря с пенными волнами. Через потайной ход мы попали в комнату девушки.

Посреди комнаты наследницы Акане стояла широкая кровать с мягкими перинами, на которой можно было бы без проблем разместиться впятером при желании. На стенах висели плакаты с популярными персонажами в стиле аниме. Рядом с плакатами висели перекрещенные катаны — интересно, умеет ли хозяйка ими пользоваться? Или чисто для декораций висят.

А ещё я заметил сейф с кодовым замком, стоящий сбоку от письменного стола с компьютером. Сам комп был здоровый, системный блок напоминал светящуюся голову огромного робота. А экран у монитора был настолько широкий, что даже у рыбака не хватило бы длины рук, чтобы показать его размеры.

Никакого сравнения с мои раздолбанным ноутбуком, скрипящем при включении, словно старый ржавый трактор. Даже завидно немного стало.

В комнате царил жуткий бардак. Рюкзак, учебники, школьные принадлежности, боксерские перчатки, заколки для волос, расческа, носки, кроссовки — все находилось в случайных, совершенно непредсказуемых местах.

Не разуваясь, Эйка с разбегу устремилась к кроватке, прыгнула прямо в мягкие объятия кроватки… и с грохотом рухнула рядом на пол, промахнувшись мимо постели. Спьяну не рассчитала траекторию.

Я действовал более аккуратно — у меня как-никак был куда больший опыт в употреблении спиртных напитков. Я даже парцеяд Парацельса пью с удовольствием. Хотя однажды старый хрыч на меня по пьяни такое Проклятие Вечного Похмелья кастанул, что даже мне, Богу-Императору, поплохело…

Впрочем, это дела давно минувших дней, не стоит о них.

Я поднял на руки печально сопящую Эйку, снял с неё кроссовки и уложил на кровать. Сам тоже разулся и лёг рядом, покрепче прижал девушку к себе, вдыхая терпкий аромат её красных волос. Эйка уткнулась мне носом в грудь и затихла.

Так мы и лежали какое-то время, слушая биение наших сердец. И параллельно вдыхая аромат алкоголя… Водка и сакэ, м-м-м…

Наконец, Эйка подняла голову и посмотрела мне в глаза. На дне ее зрачков туман алкоголя постепенно рассеивался, уступая место глубокому сильному чувству… Я положил ей руку на щёку и несколько раз погладил. Наши лица оказались очень-очень близко…

Мы многое пережили вместе. Оба спасли жизни друг друга. И это не могло не сблизить нас. Несмотря на то, что раньше мы враждовали. Как говорится, от любви до ненависти…

— Я люблю тебя… Вадим… — прошептала она.

— И я тебя… Эйка…

Наклонившись к девушке, я крепко поцеловал её. Эйка охотно ответила, наши языки встретились, сплетаясь в тесном и влажном танго…

Наш первый поцелуй с Эйкой… хотя нет, мы уже успели поцеловаться в коридоре, когда Генку защищали от третьекурсников. Ладно, первый романтический поцелуй наедине.

Мы наслаждались друг другом и никак не могли насытится. Подобно уставшему путнику, который после дневного перехода по пустыне нашёл оазис. Приник губами к живительному источнику в бесплодных попытках напиться. Мы крепко обнимали друг друга руками и даже ногами, просовывали пальцы под одежду и гладили кожу… Я слышал её дыхание и биение сердца, как будто они были мои собственные…

Давно я уже не испытывал подобных чувств. Словно простой человек, живущий лишь раз. Он умеет ценить эти прекрасные мгновения. А я, Бог-Император, совсем забыл, каково это — быть простым смертным…

После поцелуя, когда мы насытились друг другом и немного успокоились, мне пришла в голову забавная мысль, однозначно навеянная алкоголем.

Хотя по факту была она скорее глупая.

— Ты думала, что это был Вадим Сабуров? — произнес я и ткнул в себя большим пальцем, — Но нет, это был я, Бог-Император!

Эйка хихикнула и прижалась ко мне еще крепче.

— О мой Бог-Император, — благоговейно произнесла она, едва сдерживая смех, — Для меня большая честь стать вашей избранницей… Возьмите же меня, я берегла все эти годы невинность для вас… Я так рада, что вы перестали притворяться грушей и показали на Арене себя истинного…

Ее сверкающие глаза явно намекали, что она это всерьез. Эйка хотела меня. Хотела, как женщина хочет мужчину. Хотела, чтобы я, ее спаситель, стал у нее первым.

Этот взгляд помог мне немного собраться с мыслями и чутка выгнать из головы алкогольный дурман.

— Прости, Эйка… — честно произнёс я, — Но мы пока не можем быть вместе… как мужчина и женщина…

— Почему… ик… прости… почему не можем? — удивлённо произнесла красноволоска, удивлённо глядя на меня снизу вверх.

— Именно потому что я — Бог-Император, — честно признался я. Мой разум, подкреплённый алкоголем, счёл, что это самый уместный ответ в данной ситуации.

— О-о-о… — Эйка округлила глаза, — Так ты это серьёзно что ли?

— Базара ноль… Я максимально серьёзен. Я — верховный лидер человечества и типа ваша последняя надежда… ик… сорян.

Эх, водка и саке зашли прямо хорошо. Прямо по назначению прямой наводкой вдарили.

— Я обречен на одиночество, — печально произнес я, стараясь бороться с алкогольным туманом, — Я не могу ни к кому привязываться… Ведь все сметные люди рано или поздно умрут… А я останусь, как вечный хранитель человечества…

— Бли-и-ин… — Эйка обронила слезинку, та растеклась по одеялу тёмным пятнышком, — Звучит совсем не круто…

— Не то слово… Но что поделать… — я вздохнул, — И это ещё не все.

— Что? — напряглась красноволоска, — Только не говори… ик!.. прости… Только не говори, что нам и сексом нельзя сейчас заняться… Или я… ик… тебя сама соблазню… ик…

— Нет, — произнёс я, покачав головой, — Секс не вариант. Если я лишу тебя девственности и это всплывёт на поверхность, нас обоих ждут серьёзные неприятности. Я не могу нас так подставить. И в особенности тебя… Чикэку Акане будет в ярости, если старшую наследницу лишат девственности до официального брака.

— И что же делать? — разочарованно протянула Эйка.

— Не бойся, родная, — я ласково потёрся своим носом о её носик, — У нас есть прекрасная альтернатива и не одна.

— Какая? — Эйка обняла меня руками. А потом и ногами, крепко-крепко прижимая к себе. В её глазах зажглось пламя предвкушения.

— Ласки, — шепнул я её на ухо, — Доставим друг другу удовольствие при помощи наших пальцев… и губ…

Я осторожно прихватил её губами за мочку уха и слегонца потерзал. Эйка захихикала и прищурилась от удовольствия.

— Ну это совсем не то-о-о… — протянула она.

— Думаешь? — я начал ласкать языком её шейку, изредка отвлекаясь, чтобы слегка прихватить кожу на шее губами, — Это может быть очень даже приятным… Особенно если это делает Бог-Император, обладающий тысячелетним опытом…

Красноволоска едва оторвалась от меня. Упершись руками мне в грудь, она загадочно блестела глазами в полумраке комнаты. Словно скрывала какую-то тайну.

— Хм… думаю, нам доступны далеко не только лишь ласки, — с загадочной улыбкой произнесла Эйка.

— А что ещё? — полюбопытствовал я.

— О… сейчас покажу. У меня тут есть сейф с личными вещами, — с заговорщическим видом произнесла девушка и подмигнула мне, — Никто не знает о них, даже мама… это мой личный маленький секретик…

Она проскользнула у меня подмышкой и встала с кровати. Приблизилась к сейфу, стоявшему рядом с компьютером.

— Мама многое мне запрещает, — сказала Эйка, — Держит в ежовых рукавицах традиций. Поэтому я завела себе сейф с кодовым замком. В который никому, кроме меня, доступа нет. Так сказать, немного личного пространства. В нашем огромном, красивом, но иногда таком холодном доме…

Она вздохнула каким-то своим мыслям и принялась возиться сейфом, набирая шифр. Я, приподнявшись на локте, молча наблюдал за её действиями.

Она выпрямилась и повернулась ко мне, держа в обеих руках два продолговатых предмета. Приглядевшись, я понял, что это без сомнения — секс-игрушки. Вибраторы с кучей кнопок. Эйка, значит, балуется в тайне чем-то подобным?

А она точно девственница?

Один вибратор напоминал по форме обычный мужской половой орган. Второй больше походил на булаву с пупырышками и предназначался скорей всего для внешней стимуляции чувствительных зон. Кожи, сосков и интимной зоны.

Обе вибратора имели подсветку, кучу кнопок и были сделаны из блестящего гладкого материала. Силикона, скорей всего.

Она нажала кнопки на игрушках, и те ярко засветились всеми цветами радуги.

— В левой руке — Сникерс! В правой руке — Марс! — начала напевать Эйка, покачивая бёдрами из стороны в сторону. Пританцовывая и помахивая светящимися секс-игрушками, она начала приближаться ко мне, в ритм песни двигая бровями вверх вниз, — Мой пиар-менеджер — Карл Маркс!

При виде приближающейся Эйки с вибраторами я почему-то почувствовал себя немного неуютно. Даже не знаю как это объяснить. Наверное, что-то на подсознательном уровне.

Куча слов в этой песне были мне незнакомы. Сникерсы какие-то… Хотя Карл Маркс — это же вроде философ из параллельного мира? А может быть и не философ… Судя по действиям Эйки — скорее автор фильмов для взрослых.

— Этой песне тебя тоже папа научил? — спросил я.

— Ага! — Эйка энергично закивала, — Понятия не имею, что такое Сникерс, что такое Марс и кто такой Карл Маркс. Но это штуки… — она посмотрела на секс-игрушки в своих руках, — Я именно так их про себя и называю — Сникерс и Марс. Не спрашивай, почему. Сама не знаю, как так получилось.

Эйка бросила Сникерс и Марс на одеяло ближе к подушкам. Я отметил, что обе вундервафли находились в хорошем состоянии, их явно регулярно мыли. Также из сейфа девушка достала пачку с презервативами. Эйка молодец, за гигиеной следит.

— Понятно, — хмыкнул я, — А ты, пока развлекалась с этими штуками, себя случайно… ну… не лишила девственности? А то мы тут, может быть, зря волнуемся…

— Не, я ж не дура… — Эйка покачала головой, — Старшая наследница должна вступить в брак девственницей. Таковы законы клана, черт бы их побрал…

— Вот как, — я кивнул. Зная клан Акане, нет ничего удивительного в подобных правилах.

— Но я нашла выход, — Эйка хитро улыбнулась и прильнула ко мне, — Как получить удовольствие и законы клана не нарушить…

Красноволосая бунтарка засмущалась и замолчала. Алкоголь развязывает язык, но, видимо, смущение оказалось сильнее.

Я бросил взгляд на Сникерс и Марс и быстро все понял.

— Через попку что ли? — спросил я. Эйка покраснела, как помидор и прижалась ко мне ещё крепче, избегая смотреть в глаза, — Если так, то Бог-Император одобряет, отличное решение. Ты и удовольствие получаешь, поскольку женские органы там совсем рядом, через стенку расположены. И девственность в неприкосновенности остаётся.

Скорей всего вибратор в форме мужского «сникерса» Эйка использует по назначению. А тот, который в форме булавы, девушка применяет для стимуляции чувствительных участков кожи, сосков и так далее.

Эйка покраснела ещё сильнее.

— Как ты можешь так откровенно говорить о подобных вещах? — пробурчала она. Кажется, разговоры на интимную тему являлись ее слабым местом.

Необычно видеть безбашенную Эйку в таком смущённо состоянии. Видимо, секс для нее — очень чувствительная тема. Либо просто начала трезветь, как и я.

— То есть если перед тобой поставить два стула, один с пиками точеными, другой с… Со сникерсами, то ты однозначно выберешь… — мне захотелось немного подразнить ее.

— Ой, да ну тебя… — покрасневшая Эйка попыталась отстраниться, но я удержал ее и покрепче прижал к себе.

Мы прервали разговоры ещё минут на пять, полностью погрузившись в целовашки и обнимашки.

Раз попка у Эйки подготовленная, и девушка умеет через нее получать удовольствие, то выбор очевиден. Воспользуюсь именно этим вариантом.

— Ну что, Вадик… — сказала Эйка, томно потягиваясь на постели подо мной. Глядя на меня, она покусывала нижнюю губку, — Провибрируешь меня как следует?

Я бросил взгляд на светящиеся вундервафли, валявшиеся на краю постели. Не думаю, что они мне нужны. Я сам себе вундервафля, без проблем женщину удовлетворю. Благо свой родной «сникерс» в джинсах уже готов обзавестись приставкой «Super».

— Угостишь Сникерсом? Или может быть даже Марсом… — Эйка тоже бросила взгляд на свои игрушки. Но я покачал головой.

— У меня есть свой, натуральный Сникерс. И он намного лучше.

Пора вырывать Эйку из плена силиконовых «шоколадных батончиков».

— Ну-ну… — Эйка хихикнула, — С натуральным, честно говоря, я никогда дел не имела. Так что это будет для меня очень интересный опыт. И тем лучше… — глядя мне в глаза, она положила руку мне на бердо, — Что это будешь именно ты…

Снова долгий-долгий поцелуй. И очень влажный…

— К слову… — как бы невзначай произнесла красноволоска, отстранившись, — Говоришь, натуральный Сникерс намного лучше искусственного?

— Разумеется. Даже не обсуждается.

— О, это здорово. А сколько у натурального Сникерса режимов вибрации? Тоже больше сотни, как у искусственных? — спросила Эйка, сверкая наивно-чистыми детскими глазами, — А? А? А?

Кажется, она решила мне отомстить за подкол с двумя стульями.

— Хах! — улыбнулся я, — Не, режимов вибрации нету вообще.

— Ну-у-у… так неинтересно, — Эйка демонстративно расстроилась, — А в чём тогда его преимущество?

— В том, что к другой его стороне прикреплён я.

Притянув к себе Эйку, я накрыл её губы своими.

Глава 3. Поднять бабла

— Я хочу тебя… хочу прямо сейчас… хочу больше всего на свете… м-м-м… — шептала Эйка.

— Тогда иди ко мне, чупа-чупсик…

Вся наша одежда разлетелась по углам. Красные трусики Эйки с сердечком взлетели под самый потолок и повисли, зацепившись уголком за люстру. Мы стояли на кровати на коленях напротив друг друга. Эйка была… прекрасна. Мой взгляд скользил по плавным линиям её тела, подпрыгивая на выпуклостях и соскальзывая во… гм… во впуклости.

— Ого! — с восхищением воскликнула Красноволоска, опустив глаза, — Какой большой…

Кажется, я ей тоже пришёлся по нраву.

— Ага! — подтвердил я, с не меньшим восхищением глядя на груди Эйки — большие, идеальной формы, с ярко-алыми ареолами сосков. Протянув руки, я крепко сжал их, глубоко погружая пальцы в упругую плоть. Старшая наследница чуть прикрыла глаза и задышала чуть быстрее. Протянув руку, она коснулась меня прохладными пальцами там, внизу, от чего мой мозг едва не взорвался. Обеими руками она начала гладить и ласкать меня, я же приник ртом к её грудям, полируя и вылизывая её соски. Эйка тихонько постанывала в такт движений моего языка.

Постепенно она наклонилась к моему члену, открыв мне обзор сверху на свою попку. Обхватив губами головку, девушка начала неторопливо посасывать её, постепенно ускоряясь. Я чувствовал, как язычком она иногда дразнит самый кончик члена, слегка касаясь его. Рукой в такт движениям губ она подрачивала основание моего достоинства.

Тем не менее в её движениях чувствовалась некая неловкость. У Эйки совершенно точно не было опыта в таких делах, хотя она очень и очень старалась. Явно что-то посмотрела или почитала в интернете. Может быть какие-то приёмы ей подсказала Юмеко. Но опыта явно не была…

Впрочем, Эйка с лихвой компенсировала его старанием и энтузиазмом.

Кончил я на удивление быстро, даже сам не понял как. Молодое тело, накачанное гормонами, в очередной раз удивило меня. Эйка издала сдавленный горловой звук — она не ожидала, что её горло в один момент внезапно наполнится жидкостью неизвестного происхождения. А я предупредить не успел.

Но гордая дочь Акане достойно вытерпела превратности судьбы. И проглотила все до последней капли. Даже вылизала мой член, чтобы ничего не пропустить.

— И как? — с легким удивлением спросил я. Никак не ожидал от Эйки, что ей понравится.

— Вкусня-я-я… — Эйка хихикнула, вытерев рот тыльной стороной ладони, — Солёненькое…

— Добавки?

Вместо ответа красноволоска рывком приникла ко мне и присосалась так плотно, словно её не кормили минимум неделю…

Спустя минуту я понял, что такими темпами очень даже быстро дам повторный залп. Поэтому я остановил Эйку и отстранил её от себя. Она выпустила мой член изо рта с громким чпокающим звуком и глубоким разочарованием в глазах. Кажется, ей очень понравился процесс, и она от него реально завелась.

Я покрыл член золотой духовкой. Итак, световой клинок готов сеять вечное, доброе и разумное во славу Императора.

— Встань на четвереньки, — шепнул я ей.

— Хорошо, — неожиданно покладисто произнесла красноволоска.

Она развернулась ко мне тылом и опустилась на колени, грудью легла на одеяло. Таким образом её попка отлично оттопырилась, представ передо мной во всем великолепии.

Я провёл пальцем по плотно сжатой девственной киски девушки, влажной и розоватой. Палец не мог пройти слишком далеко, ему мешала золотая сверкающая полоса. Эйка заблочила свою киску духовной энергией.

— А я смотрю, ты уже освоила технику точечной духовки лорда Мортиса, — с одобрением произнёс я, — Достойно отметки Отлично на экзамене.

— А то, — сказала Эйка, повернув ко мне голову, — Герою доступ только в попку. То, что ниже, только для официального мужа после свадьбы.

— Как всё строго…

Она протянула мне тюбик со смазкой. Я воспользовался им, после чего аккуратно ввел в анус девушки первую фалангу указательного пальца, покрытого духовкой. А потом вторую. А после загнал палец по самое основание!

— Ох… — вырвался сдавленный стон из груди Эйки.

— Всё хорошо?

— Да… продолжай…

Немного размяв её сфинктер и расслабив его, я перешёл к тяжёлой артиллерии. Мой член, покрытый защитным покровом вместо презерватива, медленно вошёл в попку Эйки и начал неторопливое погружение в самые глубины. Я чувствовал, как его сжимает плотное кольцо. Очень быстро я вогнал член до упора…

Красноволоска напряженно дышала, но в общем и целом дискомфорта не выказывала. Она должна была привыкнуть к подобным вещам.

— Всё ок? — спросил я.

— Да… — ответила она немного охрипшим голосом.

— Тогда я двигаюсь…

Я шлёпнул её по попке, отчего Эйка тихонечко взвизгнула — мелодия для моих ушей. После чего начал медленно двигать бёдрами, постепенно ускоряясь. Мой член с хлюпаньем входил и выходил из попки девушки, смазка обеспечила просто великолепное скольжение.

Эйка постанывала, упершись лицом в перины. В какой-то момент она протянула вниз руку и начала гладить мои яйца, пока те остервенело бились о её киску, очень влажную. Я чувствовал, как после каждого удара разлетаются брызги.

Марафон продолжался довольно долго. Кончили мы одновременно — я насадил Эйку на свой член до упора, чувствуя, как моё семя щедрыми порциями вливается в неё. Красноволоска громко застонала, пальчиками неистово потирая свою киску…

Но на этом мы не закончили — я намеревался довести девушку до оргазма еще минимум пять раз…

Разгоряченные, покрытые блестящими капельками пота, мы лежали в кровати, крепко обнявшись. Эйка уткнулась носом в мою грудь и иногда полизывала мой сосок, словно ей всего было мало. Я гладил её рукой, то сосредотачиваясь на бедрах и попке, то возвращаясь к груди. Хотелось гладить девушку во всех местах одновременно.

— Ох-х-х… — простонала Эйка, глядя на меня крайне счастливым взглядом, — Моя попка уничтожена…

— И ей это нравится…

— Да-а-а…

Некоторое время мы просто лежали и миловались, покрывая лица друг друга поцелуями. И это, наверное, были самые счастливые мои моменты за последние несколько недель.

— Давай, кое-что покажу… — произнесла девушка, приподнявшись на локтях.

Покачивая бедрами, она вновь подошла к сейфу и достала из него небольшой прямоугольный белый предмет — резную шкатулку из белой кости.

Я сел в кровати, разглядывая вещицу. Сразу ощутил в ней мощную духовку, причём она принадлежала не одному человеку. Часть силы предмет получил точно от Чикэку, а вторую — ещё от кого-то. Но тоже довольно сильного персонажа.

А ещё на шкатулке красовался кодовый замок из девяти ячеек.

— Это мамин подарок, — сказала Эйка, — Но я до сих пор не могу заглянуть внутрь.

— Почему же?

— Он запаролен, — сказала девушка, — Мама сказала, что там хранится очень важная для нашего клана вещь. Связанная со мной лично. И попросила меня оберегать шкатулку как зеницу ока.

— О как… — заинтересованно произнёс я.

— Мама сказала, что если вдруг на нас нападут и уничтожат клана Акане, я должна буду в первую очередь спасать две вещи — себя и эту шкатулку, — сказала девушка, — Вадик…

— Да?

— Так как мы теперь вместе, — она положила мне голову на плечо. Я погладил её по алым вьющимся волосам, — Я хочу, чтобы ты знал об этом. Шкатулка очень важна для меня и всего клана Акане.

— Чикэку дала тебе важную вещь… — повторил я, — Важную для всего клана. Но не сказала к ней пароль?

— Мама сказала, что я непутёвая и лучше пока мне пароля не знать, — Эйка вздохнула, — Пообещала сообщить пароль позже, когда я “поумнею”, либо выйду замуж за толкового молодого человека. Но я подумала, что может быть ты придумаешь, как открыть шкатулку?

Странная у Чикэку логика… Ну да ладно. Я глубоко задумался. Взяв шкатулку в руки, начал крутить и изучать её. Может быть получится найти некую подсказку.

— Шкатулка сделана из очень прочного материала и защищена смешанной духовной энергией моей мамы и папы, — сказала Эйка, — Она невероятно прочная. Её сломать или пробить практически невозможно.

— Мама точно не говорила тебе, какой пароль? Может быть намекнула.

— Неа… Она только один раз обмолвилась, что это что-то очень важное для её исследований. И что я ни за что не догадаюсь, что именно.

Я внимательно посмотрел на ячейки для символов. Девять букв. И все на арсамонском не на японском. Фазное для исследований Чикэку…

Я немного покрутил буквы на первом сегменты, с которого начиналось слово. Мне показалось, что буква “М” имеет цвет, отличный от остальных. Само по себе, это, конечно, ещё ничего не значило, но меня натолкнуло на мысль.

Иногда сон и реальность причудливым образом переплетаются. На момент событий из сна я ещё не встречался лично с Чикэку Акане и не разговаривал с ней. Но я точно знал, что майндоцин очень даже важен для исследований Чикэку.

«Майндоцин» — набрал я код. С щелчком крышка шкатулки открылась. Эйка тихонько ахнула.

На самом дне шкатулки, покрытом алым бархатом, лежала белая флешка. Самая обычная. Полагаю, все секреты записаны на неё?

— Можно мне её взять? — попросил я.

— Ну нет! — Эйка забрала флешку и положила ее обратно в шкатулку. Со стуком захлопнула крышку.

— Мне любопытно…

— Давай попозже, ладненько? Мне лень идти включать комп…

Ладно. Как бы мне не хотелось посмотреть на содержимое флешки, вряд ли там будет что-то про Дмитрия Вышнегорского и его разработки. Там очевидно инфа про Эйку, клан Акане и какие-то их внутренние дела. Мне и впрямь нет особого резона в это лезть. Да и в сон уже если честно, клонит… Секс, алкоголь меня изрядно разморили. Разум требовал отдыха.

Пусть Эйка сама посмотрит свою флешку. И потом расскажет, было ли там что-то интересное. Она всё же не Мария Вышнегорская. Красноволоска по характеру правдоруб, скрывать и таиться не будет.

— Ладно, — я зевнул прикрыв рот ладонью, — Давай спать, что ли…

Глядя на меня Эйка тоже зевнула. Заразилась.

Девушка убрала все вещи в сейф, и вернулась ко мне. Крепко обнявшись под одеялом, мы под дружный сап очень быстро заснули…

Я проснулся от того, что меня кто-то энергично тормошил за плечо. Спросонья я сразу не сообразил, где нахожусь — в поместье у Акане или же в больничке Притяжения звезд. В помещении царила почти полная тьма — из-за приоткрытой занавески вылетал лишь слабый лунный свет, но его не доставало, чтобы разогнать наступившую темень. Видимо, на небе много облаков, закрывших звёзды. Лишь сияние луны кое-как пробивается сквозь них.

Я открыл глаза. В палате все оставалось также, как и на тот момент, когда я заснул. Белые стены, кушетки, запах лекарств, сопящая Аманда Зинцер на соседней койке — всё честь по чести. Только ко всему этому добавилась одна ма-а-аленькая деталь, которая и тормошила меня за плечо.

Красноволосая, с красной радужкой, очень энергичная, с блеском в глазах.

— Приветик, — видя, что я проснулся, она чмокнула меня в щеку, — Ты как?

Эйка? И тут она. Вездесущая. У меня перед глазами во всех подробностях встала наша встреча в доме Акане. Со всем вытекающим развратом.

Я положил себе руку на лоб и поморщился. Ну ничего себе мне сны снятся… Просто невероятно реалистичный, да ещё и такой подробный. Больше реально похоже на воспоминания.

Вообще, с учётом того, что мне снятся сны, подозрительно похожие на реальность… Вон, случай с тем же Парацельсом… Вполне может быть, что сон, не сон, а реальные события, всплывшие из моего подсознания!

— Да бодрячком, — сказал я, — Вроде пришел в себя.

— Слава Богу-Императору! — она села рядом в постели, крепко обняла меня. Потерялась щекой о мою щеку, — Я так перепугались, когда увидела, что мама с Амандой с тобой сотворили…

Ага, слава мне… Я легонько куснул ее за ушко, одними губами, отчего девушка засмущалась и захихикала. Черт, я тоже очень рад, что с Эйкой все хорошо. Она полностью обессилела из-за духовки Чикэку.

— А когда у меня в глазах фары зажглись и рога над головой срослись… в смысле, нимб прорезался, ты ещё сильней испугалась?

— Ты что? — Эйка легонько стукнула меня кулаком по плечу, — Это было офигеть как круто! Ты такой стоишь, и у тебя лазеры из глаз — пиу-пиу-пиу! И волна силы в стороны — вжух-х-х! Мощнее, чем аромат духов от моей мамы на званном вечере.

Хех, Эйка в любой ситуации остаётся Эйкой. Безбашенной и лихой.

Надо спросить у нее про шкатулки и Сникерсы с Марсами… хотя нет, пока что лучше просто про шкатулку. Эйка скорей всего ничего не помнит о той ночи. Неизвестно, как она отреагирует, если я с ходу выложу ей всю правду матку. Особенно, гм… про Сникерсы и Марсы.

Чёрт, до ужаса просто обидно — у нас была такая романтическая ночь, но Эйка в итоге всё забыла.

Стоп… или на самом деле не забыла? Может быть, она, как и я, всё вспомнила? Но просто стесняется первой разговор начать. Может быть ей как-то деликатно намекнуть?

К слову, это прямо-таки становится хорошей традицией — встречаться с красноволоской в больничке поздно ночью. И обсуждать дела насущные.

— Иди ко мне…

Я заключил ее в объятия, крепко прижимая к себе. Терпкий запах волос… М-м-м… Эйка охотно прижалась ко мне, слегка щекоча мои спину длинными ногтями.

Немного подумав, я пока решил не рассказывать Эйке про свой сон — успею ещё, нечего её лишний раз нагружать. Надо сейчас расспросить её о чуть более насущных вещах.

— Геныч отнес тебя в безопасное место? — спросил я, — Все прошло хорошо?

— Ага, к себе домой, — сказала Эйка, — Ты не представляешь в каком шоке были его родители? Они, кажется, уже давно потеряли надежду, что сын приведет домой девушку… — красноволоска хихикнула.

— А он взял и не просто привел, а принес на руках…

— Ага… только вот досада, чужую, а не свою, — Эйка хихикнула и прижалась ко мне покрепче, — Его батя ещё так забавно отреагировал, когда узнал, что я не его девушка…

— Как?

— Сказал: "Ну это мой Генка, типичный. Чужих девушек спасает, как самый верный друг, без шанса на знакомство. А я-то уж волноваться начал".

— Хех… надо бы и вправду Генке помочь, — я задумался, — У него есть потенциал и характер. Но способен на поступки. Но все это закопано очень глубоко под грудой комплексов и неуверенности.

— Он, кстати, странно себя вел немного, — вспомнила Эйка, — Жаловался, что у него в груди странные ощущения… как будто в груди кусок металла застрял… и что дышать трудно…

— Может, перенервничал? — предположил я, — Такое бывает. Когда из-за сильной паники потом становится трудно дышать. Вроде дышишь, дышишь, хватаешь горстями воздух, но никак не можешь надышаться.

— Может быть… — Задумчиво произнесла Эйка, — К слову, Вадик… Я ж зачем пришла именно сейчас, глубоко ночью. Наши планы-то в силе на сегодня?

По правде говоря, я не сразу понял, о каких-таких планах вещает красноволоска. У нас разве что-то планировалось на сегодня? Ну помимо отдыха и лечения.

— Вадик, — расстроенно произнесла Эйка, прочитав все по моему удивленному взгляду, — Ты совсем забыл? Мы же собирались на дерзкую вылазку… Помнишь, ты Стива Лэрда допрашивал, чтобы узнать у него кодовое слово для доступа на турнир без правил?

И тут я все вспомнил. Точно, сегодня же тот самый день, точнее, ночь, когда пора воплощать наши плану по заработку бабла. Я совсем забыл! Аманда и Чикэку очень не вовремя устроили эту свою дурацкую дуэль…

Как известно, всем нелегальным бизнесом в нашем и соседних районах заправляли Зинцеры. Проституция, наркотики, крышевание мелкого бизнеса, попрошаек и воров — все эти отрасли теневого бизнеса Аманда держала в своих наманикюренных коготках, получая со всего этого нехилый профит. Монополистка. Полулегальные бои без правил тоже входили в ее зону влияния. Их проводили с большой помпой, устраивая высококачественное шоу. Несмотря на полулегальный статус бои Зинцеров даже по ТВ крутили, по некоторым каналам.

Уже давно я решил принять в этих боях участие и немного поправить свое финансовое положение. Денег для воплощения моих грядущих планов требовалось много.

Кого попало на турнир не пускали. Нужно было знать специальное кодовое слово, полученное от организаторов. Из воспоминаний Вадима Сабурова я знал, что Клент и его друганы сами любили поучаствовать в подобных турнирах, чтобы размяться и поднять немного призового бабла. Чем я неделю назад и воспользовался, выбив из Стива нужные мне сведения.

Но теперь передо мной во весь рост встала проблема — а смогу ли я вообще сражаться? Я ведь ещё не полностью пришел в себя после стычки с Амандой и Чикэку. Моих духовным потокам по хорошему надо некоторое время, чтобы прийти в себя.

В моем текущем состоянии драться будет весьма проблемно.

— Кажется, у нас проблемы, — Эйка вздохнула, — Может быть перенесем поход? Правда, следующий турнир не скоро, через пару месяцев.

Я стиснул зубы. Что ж, Эйка права, у нас проблемы. Мне бы ещё денечек полежать, полечиться. Но времени нет. Дерзкую вылазку нужно делать прямо сейчас. Иначе упустим время.

Но тут у меня перед внутренним взором встала мерзкая жирная рожа Клима.

«Мария будет принадлежать мне-е-е», — проплюмкал он лоснящимися губами.

Я помотал головой, отгоняя наваждение. Нет, надо идти завтра. Нужно заполучить деньги. Много денег. Иначе начнутся жилищные проблемы. На Мираэль надейся, а сам не плошай. А после дерзкой вылазки надо озаботиться поисками новой более подходящей квартиры для себя и девочек. Благо накануне я уже успел зайти на несколько сайтов, специализирующихся на покупке и аренде квартир. И присмотрел несколько вариантов.

Не зря я Стива Лэрда неделю назад прессовал, его глазу скальпелем угрожал. Пора реализовать полученные знания на все сто процентов.

— Планы в силе, — сказал я, — Прямо сейчас начинаем. Улизнем из поликлиники. Ты ведь уже отнесла всю атрибутику в условное место?

— Да, все готово, — Эйка обеспокоенно смотрела на меня, — Вадик… ты уверен, что в таком состоянии…

— Все нормально, — Я улыбнулся и подмигнул ей. Дескать, все ништяк, подруга, — Ты же знаешь, я восстанавливаюсь ненормально быстро. Не зря же меня уникумом называют.

— Даже для тебя это будет чересчур быстро, — Эйку одолевали сомнения.

Я вздохнул, притянул ее к себе поближе и снова крепко обнял.

— Все хорошо, Эйка, — произнес я, — Тем более на боях без правил в этот раз не будет Аманды. Потому что она у нас в плену. Это нам только упростит задачу.

— Ох, Вадик, Вадик…

— Все нормально. На ходу зарегенюсь.

В теории можно попросить помощи с жилплощадью у той же Эйки… точнее, у ее клана… но это будет недостойно лидера. И уронит мой авторитет в ее глазах. Надо постараться решить все вопросы самостоятельно. Своими силами.

Просить фактически придется у госпожи Чикэку Акане. А как она относится ко мне — дело известное. Да и я сам с ней связываться не хочу. Слухи о благородстве оказались несколько преувеличенными. Просто красивая репутационная ширма. А так Чикэку мало чем отличается от той же Аманды. Точно такая же циничная сучка, думающая строго о своих интересах. Только Аманда более честная, с порога признается, что она — мразь. А Чикэку до последнего щеголяет в белом пальто.

Псевдодуэль — идея главы Акане. Она особо не сопротивлялась, когда Аманда, недовольная результатами, превратила дуэль в обычное избиение.

Отбросив одеяло, я поднялся на ноги. Тело, хоть немного и устало, слушалось отлично.

— Пойдем, Эйка. Пора пополнить нашу клановую казну.

Глава 4. Бои без правил

— Вадик, — задумчиво произнесла Эйка, — У тебя есть версии, что с тобой произошло? Ну когда у тебя фары из глаз лупанули? Ты раскрыл новую силу?

— Да просто парцеяду хлебнул…

— Парце… чего?

— Э-э-э… да так, не обращай внимания. Давай потом об этом поговорим.

— Ну ладно… — Эйка окинула меня слегка подозревающим взглядом. Ну да, было бы удивительно, если бы у нее не появились вопросы о моих новых умениях, которые я продемонстрировал во время битвы с Амандой и Чикэку. Хорошо, что она весь бой не видела. А то бы точно впала в шок.

Мы благополучно покинули больничку и двигались по улице в сторону соседнего района. Из камеры хранения в ближайшем магазе мы забрали кое-какие вещи, которые в ближайшее время нам пригодятся.

Выходные — это всегда чудесно. Если, конечно, речь не о вечере воскресенья, когда уже в полной мере осознаешь неизбежное приближение понедельника, щёлкающего клыками, аки дикий тигр… к счастью, сегодня была суббота.

Я находился в приподнятом настроении. Всей моей сутью овладело возбуждение — наконец-то я начал действовать! Первый серьезный шаг по пути развития своего клана. Планы — это хорошо, но куда приятнее претворять их в жизнь.

Сегодня ночью должен состояться турнир, где я хочу принять участие… нет, не просто принять участие, я хочу выиграть его. Или хотя бы занять Топ-3. И забрать себе призовой фонд, который станет отправной точкой моего капитала.

Несмотря на моё преимущество над местными, расслабляться не стоит. На турнире, даже на таком относительно мелком, вполне могут найтись и сильные бойцы, способные доставить проблемы. Против реально сильных противников, типа Аманды, я со своим текущим уровнем могу и не устоять. Так что мне как минимум надо хотя бы бегло посмотреть на своих будущих противников, чтобы увидеть расклады.

Эйка, как и я, выглядела очень бодрой. В ее глазах светилось предвкушение. Красноволоска никогда не участвовала в подобных мероприятиях, а тут представилась реальная возможность. Набить кому-то морду, да ещё и совершенно легально — это же мечта!

Ночью наш Черноугольный район преобразился и далеко не в лучшую сторону. Если центральные районы города были всегда ярко освещены неоновыми огнями, то в нашем захолустье источники света были крайне редки. Большая часть уличных фонарей не работала, многие были разбиты. Магазинчики и кафешки превратились в жутких монстров с чёрными провалами глазниц. Под ногами похрустывал выщербленный асфальт, иногда я случайно пинал его куски и те с шорохом и стуком отлетали в сторону. Издалека долетали громкие звуки, чьи-то пьяные крики и шум драки. В общем, лучшего места для нахождения неприятностей придумать сложно.

Интересно, почему де Биль решили построить школу в таком неблагополучном районе? Решили сэкономить на налогах? Или это была просто часть их стратегии по обучению учеников? Не удивлюсь, если и то, и другое.

По мере нашего с Эйкой движения район преображался. Появлялось все больше источников света, появились яркие светящиеся вывески. Вскоре мы вышли на широкий проспект, по которой несся оживлённый поток сверкающих машин. Людей на улице стало больше, и они уже как правило двигались спокойно по своим делам, а не передвигались перебежками от одного освещённого участка улицы к другому.

Я попал в соседний район, именуемый Златогорье. И хотя ему было очень далеко до центра города по всем параметрам, здесь уже немного ощущался флёр цивилизации.

Гудки автомобилей, громкая музыка, свет от ярких вывесок, шум голосов — я словно попал в другой мир, яркий и насыщенный.

Но от того не менее опасный. Просто опасность эта была не так очевидна. И носила несколько иной характер.

— Ой, смотри какой лапочка, — произнесла женщина в откровенном наряде из длинных сетчатых чулок и чёрного кожаного купальница. Она призывно провела языком по губам, — Ты когда в последний раз видела такого симпатяжку?

— Может быть он хочет отдохнуть? — произнесла её подруга, одетая похожим образом. Только её соски были заклеены чёрными пластырями крест накрест, — У нас есть отличное местечко, здесь, недалеко… Можно расслабиться, закинуться гирзой… И подружку свою красноволоску возьми… мы вчетвером отлично проведем время.

Я проигнорировал их, пройдя мимо. Эйка так и вовсе повернулась в их сторону и натурально зашипела по-змеиному. Волосы на ее голове зашевелились, словно языки огня… Ночные феи поспешили скрыться в подворотне с глаз долой.

Эйка взяла меня за плечо сразу двумя руками, как бы намекая, что я принадлежу только ей. И даже нежно потерлась о меня щекой.

Впрочем, она зря волновалась. Качество дамочек оставляло желать лучшего, пропитые распухшие лица красноречиво намекали на их образ жизни. Гирза, если воспоминания моего носителя не подводят — некий местный дешёвый наркотик. Он считается лёгким и якобы не вызывает привыкание… однако большинство, кто подсаживается на него, уже не слезают до конца жизни.

Вообще многие встречные женщины бросали на меня заинтересованные взгляды. Мордашка, как ни крути, мне досталась довольно привлекательная с точки зрения прекрасного пола. Это, к слову, может создать определённые проблемы при выходе в свет — я более заметен, чем среднестатистический житель города. С приобретением популярности обязательно появятся новые проблемы.

Хорошо, что я предусмотрел этот расклад и позаботился о том, чтобы сохранить свою анонимность. В портфеле за моей спиной лежала маска, тугая и плотная — именно ее мы с Эйкой и забрали из камеры хранения. Она поможет скрыть мою личность на турнире, благо это его правилами не запрещено. Правда, правила всегда могут на ходу поменяться, но тут уж ничего не поделаешь. Всегда есть определенный риск.

Когда до места проведения турнира оставалось всего ничего, мы с Эйкой свернули в переулок. Сюда не долетал свет от ярких огней ночного города. Раскрыв рюкзак, я быстро надел купленный недавно спортивный костюм и надел на лицо особую маску, заряженную духовной энергией.

Маска плотно прилегала к коже, словно прилипла к ней. Более того, она даже отчасти повторяла мою мимику. Словно реально стала моим вторым лицом. Занятная однако вещица. В городе многие носили такие маски, это была своего рода мода. Члены разнообразных банд очень любили их, предпочитая маски монстров и демонов.

Также маска была сделана из дышащего материала, что позволяло коже дышать и не потеть во время битвы.

Эйка проделала тоже самое — с той лишь разницей, что она уже была в спортивном костюме.

Моя маска напоминала обычное человеческое лицо цвета металла. У Эйки маска напоминала оскалившуюся морду дракона.

Состязание проходило на крытой спортивной арене, арендованной организаторами специально для проведения турнира. Выйдя из переулка, мы двинулись прямо к ней. Изнутри доносился шум голосов. Зрители уже предвкушали начало кровавых поединков.

У входа на арену стояло несколько девушек в довольно откровенных нарядах в стиле БДСМ. В руках они держали кнуты и кастеты. Перед ними стояла довольно таки длинная очередь, чей хвост терялся на противоположном конце улицы.

Многим зрителям не терпелось попасть внутрь, но большинство терпеливо ждали своей очереди. На асфальте под ногами у девушек красовалось несколько подсохших луж крови — красотки точно не постесняются пустить свое оружие в дело, если понадобится! Особенно, если кто-нибудь решит пролезть вне очереди.

Уверен, девушки-охранницы принадлежали к одному из вассальных кланов Зинцеров. Все они являлись пользователями духовной силы. А ещё все как одна выглядели довольно привлекательно.

Не случайно именно их отобрали на роль вышибал в данном мероприятии. Своего рода это был показатель статусности. Дескать, у нас так много сильных бойцов, что мы можем набрать из них привлекательных девушек и сделать их частью шоу ещё на входе.

Я бросил взгляд на смартфон. До начала турнира осталось минут двадцать. Времени стоять в очереди нет.

Мы с Эйкой, минуя очередь, направились прямо к входу. К боевым БДСМ-дамам.

Очередь, глядя на нас, начала роптать. Все громче и громче. Раздались крики, в нашу сторону полетели резкие и грубые словечки.

Почти все в очереди были зрителями. Бойцов обычно пропускали сразу, тех кто знал кодовое слово. По крайней мере раньше именно такие правила действовали.

— Эй, парниша! — вперёд выступила одна из дев, преградив мне дорогу. Взмахнула рукой, громко щёлкнув хлыстом. Большие груди, упакованные в латекс, плавно колыхнулись, — Здесь очередь!

— Мы бойцы, — коротко произнес я, — Пришли на турнир.

— Знаешь, пупсик, надеть масочки — недостаточно, чтобы организаторы турнира, благородные Зинцеры, признали тебя как достойного кандидата, — с усмешкой произнесла охранница. Ее глаза презрительно блестели в прорезях черной маски, — Нужно нечто большее, чтобы я пропустила тебя… А не отхлестал до полусмерти, как плохого мальчика.

Эйка за моей спиной недовольно заворчала. Она сегодня прямо в режиме ревности…

— У меня есть кодовое слово, — я поманил ее к себе.

Охранница покрыла себя слоем защитной духовки и приблизилась ко мне, подставив ухо, проколотое аж в пяти местах. Я прошептал пароль, который узнал от Стива Лэрда. Кодовое слово давало доступ на турнир тому, кто его произнес.

— Хм… — услышав пароль, девушка отстранилась и посмотрела на меня уже по-иному — задумчиво так и оценивающе, — Пароль верный, да… Однако есть одна маленькая проблемка…

За ее спиной встали ещё две девушки с активированным духом. Они внимательно следили за мной и Эйкой. Прямо-таки не отрывая глаз. Атмосфера сразу же стала заметно более напряжённой.

Мы с Эйкой, не сговариваясь, тоже подрубили духовку. В толпе заулюлюкали, предвкушая развлечение. Так сказать, само состязание ещё не началось, а зрелище уже подвезли!

— Этот пароль — для низкоранговых бойцов, — произнесла первая охранница, — И он имеет ограниченный лимит. И к сожалению для тебя дорогуша, твое волшебное слово уже не является действительным. Им для права прохода уже воспользовались более двадцати человек… Так что все.

От дерьмо… слишком поздно мы пришли на турнир. Надо было хотя бы за час прийти. Но кто ж знал, что я сегодня снова окажусь в больничке.

— Так что придется тебе, душечка, встать в очередь и довольствоваться ролью зрителя, — глумливо произнесла девушка и, поднеся кнут к своему лицу, неторопливо провела по его рукояти языком, — Либо ты будешь наказан. Очень жестоко наказан.

Полагаю, это должно было нас напугать? Я усмехнулся.

— Послушай, женщина. Мы не низкоранговые бойцы, — произнес я, — Те, кого вы пропустили, вылетят скорей всего после первого же боя. А мы собираемся добраться до верхней части сетки. Покажем красивое шоу. Понравится всем — и вам, и зрителям, и организаторам.

— О-о-о… какие амбиции, — охранница злобно улыбнулась. Ей, кажется, нравилось направление, в котором развивался наш разговор, — Но правила, есть правила. Они едины для всех.

— Значит, правилам придется подвинуться, — произнес я, глядя ей прямо в глаза, — И вам вместе с ними.

На всей улице воцарилась тишина. Зрители в очереди внимательно смотрели на нас. Сила нашей с Эйкой духовной силы была чуть ли не физически ощутима. И охранницы тоже должны были ее почувствовать.

Только вот гордость помешала им отступить.

— А ну пошел вон! — она замахнулась на меня хлыстом.

…спустя примерно минуту все было кончено. Три побитые охранницы в виде кучи-малы лежали у наших ног. Их кнуты, кастеты и прочее оружие бесполезным поломанных хламом валялись рядом.

Неплохая разминка перед грядущим боем.

Эйка с гордым видом поставила ногу на кучку, аккурат на ягодицу одной из поверженных охранниц. И скрестила руки на груди.

Я бы не сказал, что наши противники оказались слабыми. Они обладали очень даже достойным уровнем силы, да и боевыми искусствами владели отменно. Просто… я снова стал сильнее. Та дуэль с Амандой и Чикэку, пробуждение части моей истинной силы — все это оказало влияние на мои духовные потоки. Разработало их и укрепило. Теперь я мог перекачивать по ним ещё больше духовки. С повышенной эффективностью!

Лишь бы только не надорваться в процессе.

По ощущениям, пока все хорошо. Тело не сбоит, работает как надо. Только ощущаю чуть большее напряжение, чем обычно. Но в целом все терпимо.

Из охранников остались только две девушки, дежурившие у самого входа. Они растерянно смотрели на нас и не знали, что им предпринять. То ли бежать, то ли бить тревогу, то ли звать начальство.

Несколько человек из очереди, воспользовавшись заминкой, постарались проскочить мимо растерянных охранниц и попасть внутрь. Им это даже удалось, они просочились через прикрытые дверные створки и скрылись в глубине коридора.

Но ненадолго. Послышались глухие звуки ударов, и пара битых тушек, распахнув двери настежь, вылетели на улицу.

Из проема, пригнувшись, вышел широкоплечий здоровяк в косухе и темных очках. Все его лицо покрывали татуировки в виде "козы" — характерного жеста крутости с оттопыренными мизинцем, указательным и загнутыми средним и безымянными пальцами. А ещё на его гладко выбритой макушке красовался руль — да, настоящий руль от машины, имплантированный в череп наподобие ирокеза.

Точно из Зинцеров или их вассалов. Они любят себя разукрасить как следует. Мода что ли такая? Или просто в аварию очень опасную попал? Типа руль проник в череп, вытащить без повреждения мозга не получится, ходи теперь так…

Модник сезона, одним словом.

Это, как понимаю, высокое начальство вышло посмотреть, что происходит при входе?

— Что тут, значит, происходит? — пробасил он, вертя головой. На бычьей шее напряглись узлы мышц, толстые, как корабельные канаты.

Две БДСМ-красотки бросились к нему, испуганно глядя в нашу сторону.

— Нарушители! — пискнула она, испуганно показывая пальчиком в нашу сторону.

— Нарушители, значит? — качок остановил взгляд на мне.

— Мы участники, — произнес я, подойдя к нему вплотную, — У нас есть кодовое слово.

— Все места с кодовых слов, значит… э-э-э… уже все, — процедил здоровяк, — Лимит кончился.

— Оргам же нужны сильные бойцы? — спросил я, — Нужно шоу?

— Ну, значит, нужно, — рулеголовый кивнул.

— Мы можем это устроить, — я указал на трёх битых охранниц. Эйка как раз в пафосной позе делала на их фоне селфи.

— Хм, значит…

Вот и решение проблемы. Турнир полулегальный, однако все в курсе о его существовании. На нём крутятся большие деньги, а потому власти закрывают на проведение подобных мероприятий глаза… Ведь мероприятие приносит кучу денег! А чтобы денег было больше, нужно больше шоу! Знакомая картина, в моём родном мире ситуация была чем-то похожа.

— Надо вызвать полицию, пусть повяжут их!! — обе охранницы злобно сверкали на нас глазищами, прижимаясь к качку с двух сторон.

Глава 5. Рост напряжения

— Да ладно, пусть идут, значит, — здоровяк махнул рукой, — Девок наших раскидали, значит, драться умеют. А раз умеют — значит, не отлетят как говно после первого же удара. Пусть проходят и покажут хорошее шоу. Значит.

Мы с Эйкой обменялись быстрыми взглядами — получилось! Качок, хоть и выглядит туповатым, но в самом главном сечет — в бабках. Возможно, он получает свой процент от доходов каждого состязания, а значит кровно заинтересован в повышении дохода с сего мероприятия.

— Но учтите, — качок тыкнул в нас двумя пальцами, — Я за вами слежу. Чтоб без нарушений порядка! Беспредельщиков у нас не любят!

— Само собой, — я ухмыльнулся, — Я их сам не люблю.

Турнир проводился по следующей схеме. Он делился на два этапа — отборочные и финальная сетка. На отборочных бойцы дрались друг с другом за право попасть в финальную сетку. На данном этапе как правило было довольно много слабых бойцов, и эти сражения проводились достаточно быстро, чтобы побыстрее перейти к основному блюду. Если же бойцы попадались примерно равные, и драка начинала затягиваться, то организаторы могли и ускорить сражение — у них были для этого свои методы. Ну а если и они не помогли, сражение могли просто автоматически завершить после определенного времени. И тут уже судьи решали, кому присудить победу. В этом случае как правило прислушивались к зрительским симпатиям. Фанаты боёв без правил, как правило, не стеснялись выражать поддержку тому бойцу, который проявил себя лучше.

Впрочем, я и не собирался ничего затягивать. Моя цель — попасть в финальную сетку и забраться как можно выше. Минимальные призовые выплачиваются даже тем, кто просто попал в финальную сетку и проиграл там в первом бою. Но мои амбиции, понятное дело, лежат намного выше. Если не первое место, то, как минимум второе или третье.

Кольцо Чикэку у меня в кармане, в нем ещё полно мощной высококачественной духовки. Хватит не то что на один, на целых два турнира. В крайнем случае всегда можно сдаться, подняв скрещенные руки над головой — судья автоматически засчитает поражение и остановит бой.

Что я точно использовать не буду — так это Скукоживание. Слишком палевно. По моему Дару меня легко опознают. А так как весь турнир организован Зинцерами и ими контролируется — анонимность становится обязательным условием.

— Скорей бы уже начало, — шепнула мне Эйка, когда до начала турнира оставалось всего ничего, — Я аж пылаю.

В подтверждение слов девушки ее капюшон зашевелился. Словно волосы из-под него стремились выбраться наружу.

— Ага, те же чувства, — согласился я.

Мы находились вместе с другими бойцами в широком помещении, отделенном от ринга и зрительских рядов. Здесь царил мужской дух — мощно пахло потом, воздух сгустился из-за концентрации матюгов. Публика подобралась не самая приятная.

— Детишки, — процедил здоровяк в звериной шкуре, косящий под викинга своим обликом. Даже рогатый шлем со стальной маской надел, — У мамочки отпросились? Хотят тут прославиться?

— Прославиться всегда можно… — произнес худой, но жилистый азиат со светящимися окулярами-имплантами вместо глаз. Все его десять пальцев оканчивались острыми серпообразными зазубренными когтями из нержавеющей стали, — Особенно как жертвы несчастного случая на ринге… такие, к сожалению, тоже бывают, хе-хе…

Я был уверен, что конкуренты не шутили. Не пытались нас просто запугать и повеселиться, а говорили всерьез. Публика тут подобралась и впрямь… специфическая.

— Ита-а-ак! Дамы и господа! Пацаны и пацанки! Мужики и бабы! — донёсся голос ведущего, усиленный колонками во много раз. Зрители приветствовали его восторженными воплями, — Я с гордостью объявляю о начале очередного турнира без правил, под патронажем дома Зинцеров! Нам предстоит самый первый его этап, но от того не менее интересный — отборочные!

Народ в зале буйствовал, аж пол под ногами трясся. Бойцы вокруг притихли, все внимательно слушали, что скажет ведущий. Я же параллельно продолжал размышлять, чтобы ничего не упустить…

Отборочные сами по себе особой опасности не представляли — половина соискателей в нашем зале даже духовки не имела! Не говоря уж о Даре. Только родные сила и ловкость, да усиливающие импланты. Тем не менее расслабляться все равно не стоило. Даже здесь вполне можно было натолкнуться на опасного противника.

— Если мы вдруг встретимся на отборочных… — шепнула мне Эйка и игриво толкнула меня бедром, — Учти, я не буду тебе поддаваться только потому, что ты моя груша…

Натолкнуться на ту же Эйку, например. Или кого-то вроде нее. Такого же лихого и безбашенного, прячущего лицо под маской.

Эйка скрыла лицо маской, а свои приметные волосы спрятала под капюшон. Почти идеальная маскировка. Под защитой духовного покрова стянуть его с головы будет проблематично.

Не только мы, но и очень многие участники решили скрыть лица. Полагаю, некоторые находятся в розыске. Уж слишком криминогенная вокруг маскировка. Не все, но большинство участников принадлежат к ярко выраженным асоциальным личностям.

— И сразу переходим к вкусному, не затягивая! К самому свежему мяску! — продолжал ведущий, — Номера сто четыре и шестьсот семнадцать сделают друг из друга отличную отбивную для нашего с нами удовольствия! Участники с названными номерами — прошу на ринг!

Стены аж загудели — настолько восторженным ревом отозвался зал.

— О, эт я, — произнес один из наших соседей — крепкого телосложения широкий, но невысокий мужик, — мой номерок, сто четыре.

Подскочив, он вразвалочку направился к выходу. Его уже поджидали охранники, чтобы сопроводить на ринг.

К сожалению, саму битву нам, участникам, не показывали. В помещении не было телеэкранов, а смартфоны и прочие устройства связи у нас изъяли. Видимо, это было сделано для того, чтобы оставить нас в неведении о возможностях потенциальных противников и их стиле боя.

Крепыш активировал духовные потоки, всё его тело окутало пульсирующее сияние, формой похожее на острые иглы.

— Я покажу им силу моей техники колючей духовки, — с усмешкой произнес он.

Бой продлился недолго. Лишь пару минут. Зрители сначала восторженно ревели, но потом начал доноситься лишь презрительный свист — кажется, бойцы особо ничего интересного не показывали. Ведущий начал откровенно издеваться над бойцами, высмеивая их посредственные навыки и скучные оборонительные техники боя.

Внезапно раздался мощный звук, похожий на взрыв, послышались испуганные вопли. Но все они спустя пару секунд потонули в мощном многоголосом крике восторга!

— Ого, вы видели, видели?! — воскликнул ведущий, — Похоже, боец под номером шестьсот семнадцать, он же Саламандра, использовал Дар огненного типа и закончил бой одной атакой! Похвальная стратегия! У нас есть первый победитель! Хотя бой мог бы быть и поинтереснее.

Крепыша нам так и не вернули. Осталось неизвестным, выжил ли он вообще после столкновения с огненным Даром?

Ведущий назвал новые номера и прозвища следующих участников. Томительное ожидание продолжилось.

Бои сменяли друг друга очень быстро. Длились не более пяти минут. А чаще и минуты не проходило. Очень уж отличались уровни бойцов. Да и правила турнира были так устроены, чтобы не затягивать отборочный этап, и принуждали бойцов действовать быстро и агрессивно.

Очевидно, все хотели как можно быстрее перейти к финальной сетке, где сойдутся сильнейшие.

— Ита-а-ак! — произнес ведущий, намеренно растягивая слова, — А следующие номера у нас — тринадцатый и пятьсот сорок первый… И один из этих номеров особенный, скажу я вам… знаете кто под ним скрывается?

Я немного напрягся. Тринадцатый. Это мой номер. Счастливый. Получил при жеребьевке. Пора выходить на битву.

— Не подведи! Врежь как следует! — шепнула мне на ухо Эйка. На прощание мы стукнулись лбами, наши маски издали негромкий звон.

Первая стычка, да ещё и с кем-то особенным! «Повезло», называется. Вряд ли ведущий меня имеет в виду, я ж никому не известный новичок.

— Пора состояться по настоящему крутому заме-е-есу! Ну же, бойцы, мы ждём! Выходите на свет!

В сопровождении охранников я вышел в главный зал, где находились трибуны и ринг. В глаза ударил яркий свет, а по ушам — крики зрителей!

— Мочи!

— Порви его!

— Ставлю десять тысяч на пятьсот сорок первого!

— А я двадцать!

— А я тридцать!

— В этом оре никто не услышит, что я гей!

— Четыре сотни ставлю! Брокер, где ты, сука?

— Машину ставлю!

— Квартиру!

— Жён принимаете? У меня есть лишняя.

— А мужей?

Какой этот пятьсот сорок первый популярный. Только не говорите, что я столкнулся с завсегдатаем турнира? Одним из кандидатов на попадание в финальную сетку? Везучий, везучий номер тринадцать…

В помещении было довольно жарко — после мужика с огненным Даром воздух не успел остыть. У многих женщин в первом ряду даже тушь потекла. Видимо, жахнуло от души. У кого-то из зрителей и вовсе обгорели брови и волосы. Но энтузиазма и азарта в их глазах плескалось целое море!

Ведущий, словно прочитал мои мысли.

— Ох, я совсем забыл сказать. Касательно взрыва на ринге. Администрация приносит извинения за доставленные неудобства, — произнес ведущий, — Но не более того! В конце концов, она ни за что ответственности не несёт, ведь это бои без правил! А значит, правила не действуют не только для бойцов, но и для зрителей!

Зрители встретили заявление ведущего громким хохотом. Но я в отличие от большинства не был уверен, шутит он или говорит серьезно.

— Ита-а-ак… Чуете этот запах маскулинности и брутальности? Пятьсот сорок первый уже близко… и я даже готов назвать его прозвище… а вы готовы, парни?

— Да-а-а, чува-а-ак!

— Я не слышу!

— Жги-и-и, чува-а-ак!!!

В зале заиграла бодрая музыка, с каждой секундой все громче и громче. Тяжелые гитарные рифы соседствовали с приятной незамысловатой мелодией, намертво вцепляющейся в мозг. Кажется, это некий гимн? Кажется, мой противник очень популярен, раз его так приветствуют.

А, значит, скорей всего очень силен.

— Ктооо… — затянул ведущий, — Кто донырнет до дна океана???

— Человек-Мужи-и-ик!!! Человек-Мужи-и-ик!!! — начал неистово скандировать зал.

— Руки-базуки, рельеф без изъяна!

— Человек-Мужи-и-ик!!! Человек-Мужи-и-ик!!!

— Кто нагибает всегда и везде???

— Человек-Мужи-и-ик!!! Человек-Мужи-и-ик!!!

— Кто чует кровь, как акула в воде???

— Человек-Мужи-и-ик!!! Человек-Мужи-и-ик!!!

Толпа лютовала, выкрикивая имя своего кумира. А музыка меж тем пошла на второй круг.

— Кто напугает ежа жопой голой???

— Человек-Мужи-и-ик!!! Человек-Мужи-и-ик!!!

— Кто каждый день тусит с девкой новой???

— Человек-Мужи-и-ик!!! Человек-Мужи-и-ик!!!

— Бутылка снаружи, а водка внутри???

— Человек-Мужи-и-ик!!! Человек-Мужи-и-ик!!!

— Кто с ноги входит в любые двери???

— Человек-Мужи-и-ик!!! Человек-Мужи-и-ик!!!

— Челове-е-ек… Мужи-и-ик… Аха-ха-ха…

Концентрация кринжа достигла таких невиданных высот, что в окнах начали трескаться стекла. Хотя, возможно, дело просто было в многоголосом оре. В конце концов он полностью заглушил музыку. Казалось, сейчас толпа хлынет на ринг, снося все и вся. И даже многочисленная охрана ее не сдержит.

Я хрустнул костяшками пальцев. Давайте сюда уже этого вашего человека-мужика. Хоть посмотрю на него. Его яйца в самом деле так круты, как в песне поется, или это просто понты?

— А против легендарного Человека-Мужика у нас новичок! Свежее мясо, представившееся как… — ведущий некоторое время что-то разглядывал в грязной рваной бумажке, потом пожал плечами и бросил её за спину, — Встречайте — Сукажеватель!

Чего??? Я же «Скукоживатель» написал. Да, знаю, что не ахти, но что-то фантазия в тот момент совсем отказала. А называть себя банальными Тиграми-Львами-Зверями не хотелось.

Зал оглушительно заржал. Ну ещё бы, наверное самое дурацкое прозвище за всю историю турнира.

Ладно, ладно… Хотите, чтобы победителя турнира звали Сукажеватель? Будь по вашему.

Я усмехнулся. Сила бурлила в духовных потоках, требуя выхода. Палец левой руки, на который я надел перстень Чикэку, пульсировал, его словно покалывали невидимые иглы. Кажется, даже духовка Акане жаждала битвы.

Сейчас посмотрим на этого вашего человека-мужика. Настолько ли он крут, как его воспевает гимн?

— Бойцы-ы-ы! — заголосил ведущий, — Прошу на ринг!

Мне показалось, что в противоположном конце помещения в сторону ринга шагнула настоящая гора. Просто невероятно здоровый мужик, возвышающийся над окружающими людьми, как горилла над мартышками. Голый по пояс, в черных кожаных трусах в облипку, он обладал мощным накачанным телом, как у культуриста. И явно желал его всем продемонстрировать.

Девочки в первых рядах завизжали ещё громче. Такое ощущение, что от жара у них потекла далеко не только тушь…

Мой противник тоже был в маске. Это был оскалившийся дикий зверь — то ли волк, то ли медведь. Скорее даже медведь. Вполне логичный выбор для того, кто прозвал себя Человек-Мужик.

Глава 6. Человек-Мужик

Клент пребывал в неопределенном расположении духа. Звучит странно, но именно эта фраза описывала его состояние лучше всего.

Глаз уже почти прошел, но парень по-прежнему скрывал его под «пиратской» повязкой. Врачи говорили, что ещё минимум недельку стоит подождать прежде чем снимать ее.

В принципе, Клент уже вполне мог бы снова начать ходить в школу. Но… ему банально не хотелось. Не хотелось встречаться с одноклассниками, ловить их взгляды. Слышать перешептывания за спиной.

А после последних событий — в десять раз сильнее не хотелось.

Мать… эта тупая сука… как она могла так облажаться? Взяла и попала в плен. Теперь по правилам аристократической дуэли она принадлежит победителю. И придется потратить кругленькую сумму, чтобы ее выкупить.

Хотя во всем этом есть и плюс — мамка не появится дома ещё очень долгое время. Аманда обладала всей полнотой власти и не привыкла распределять ее между всякими советниками и помощниками. Многое в их империи Зинцеров держится строго на ее волевой личности. Месяцок без мамаши Империя вполне простоит без проблем. В отсутствие хозяйки вся реальная власть находится у старшего наследника — то есть, у него, у Клента.

В общем-то, единственный положительный повод для хорошего настроения. Все остальные внушали что угодно, но только не оптимизм.

Парень потёр подбородок — то место, куда его ударил Вадим Ублюдок Сабуров. Боли не было, доктора и духовка уже поработали над ним. Но боль душевная осталась.

— Какой же позор… — старший наследник Зинцер откинулся в кресле, задрав голову и глядя в потолок, — Как же я отлетел… просто как говно… с одного удара…

И даже материнская черная духовка не помогла. Клент был переполнен силой, был готов ее применить… и облажался. Сабуров… провел его. Чисто на актерском мастерстве. Притворился, что ему больно, что не может двигаться из-за боли в желудке. Но в самый неожиданный момент, когда Клент уже праздновал победу, ударил исподтишка.

Подлец. Это бесчестно так поступать. Недостойно дворянина. Недостойно благородного. Как мерзкий простолюдин.

Ладно. Хоть на турнир можно глянуть. То, как смерды избивают друг друга ради денег и славы — на это всегда забавно посмотреть. Хотя под масками анонимности вполне могут прятаться и благородные рожи.

Старший наследник находился в Вип-ложе, расположенной почти под самым потолком. Отсюда открывался отличный вид на ринг и зрительские ряды. А также на большие экраны под потолком, что должны были транслировать самые зрелищные моменты состязаний. Затемненное бронестекло надежно защищало ложу.

По щелчку пальцев одна из служанок наполнила бокал вина. Наследник Зинцер полюбовался игрой бриллиантов на поверхности красной жидкости и усмехнулся. А вообще, отсутствие мамаши открывало интересные перспективы. Например, можно ввести какие-нибудь весёлые нововведения на турнире, которых раньше не было. Надо только придумать какие.

— Ита-а-ак! — раздался голос ведущего — бодрого мужика в солнцезащитных очках, чье лоснящееся лицо в подробностях демонстрировали экраны. Он также обладал модными узенькими усами, носил чёрный пиджак с золотыми блестками. На голове у него красовалась причёска-башня из волос, высотой в полметра. Сколько же лака на это дело ушло… — А следующие номера у нас — тринадцатый и пятьсот сорок первый… И один из этих номеров особенный, скажу я вам… знаете кто под ним скрывается?

— О, Человек-Мужик, — ухмыльнулся Клент. Все номера серьезных участников он знал, хотя это и воспрещалось правилами, — Сейчас пойдет потеха… Надеюсь, этот тринадцатый не окажется совсем уж говном и чуть-чуть поживет. Закинуть что ли на длительность боя пару тысяч империалов? Одну минуту или может быть две?

В вип-ложу с тихим шуршащим звуком открылась дверь. Советник Феоль Аримос, тайный советник дома Зинцеров, он же четвероюродный дядя Аманды. Он вошёл в вип-ложу, маленький и неприметный, с вечной вежливой улыбкой на устах. И сразу же направился к племяннику.

— Юный господин, как ваше самочувствие? — мягко произнёс он, остановившись рядом.

— О, это вы, дядя, Фео, — тон Клента сразу потеплел, словно парень позабыл о невзгодах. Со своим многоюродным дядей он находился в самых теплых отношениях, — Присаживайтесь.

Он указал на кресло рядом с собой. Феоль сразу же воспользовался приглашением.

— Я поражён тому, что случилось с госпожой Амандой, — со скорбной миной произнес Феоль, — Такой неожиданный поворот…

— Ай, бросьте скорбеть, дядя, — Клент поморщился и махнул рукой, — Она ещё к нам вернётся и довольно скоро.

Выражение лица советника со скорбного довольно быстро сменилось на хитрое.

— Знаете, юный господин, — вкрадчиво произнес советник, — Я думаю, вам нужно воспользоваться моментом с максимальной для вас выгодой.

— О чём вы, дядя? — Клент рассеянно хлебнул из бокала.

— Я просто очень люблю наш род Зинцеров, — сказал Фи, — И от всей души желаю ему процветания. К сожалению, госпожа Аманда крайне импульсивная особа, особенно в последнее время. Ее острый ум уже не тот, что раньше. По большей части она принимает решения сообразно своим чувствам, а не разуму. Лично я нахожу это крайне тревожащим симптомом.

— Да она вся из симптомов состоит, — проворчал Клент, — По этой суке психушка плачет.

— Прошу вас, не говорите о вашей матушке в подобном роде, — опечалился Феоль.

— Да брось… — Клент лишь рассмеялся, — Ты сам так думаешь. Как и большинство наших. Просто вслух не озвучиваешь. Как бы мамка не была безумна, она по-прежнему самая сильная в клане. И влиятельная.

— Вот об этом я бы и хотел поговорить, — Феоль поёрзал, устраиваясь в кресле поудобнее. Служанка также подлила ему в бокал вина, — О том, как воспользоваться ситуацией и увеличить ваше личное влияние в клане, юный господин… Пока госпожа Зинцер никак не может нам помешать.

Клент пожал плечами.

— Звучит интересно, — произнёс он и подманил пальцем одну из служанок-рабынь, выстроившихся вдоль стены.

Госпожа Аманда славилась среди мафиози города любовью к экзотическим интерьерам. Например, вместо стола она иногда использовала девушку расы полувеликанов. Ставила на широкую спину рабыни поднос с алкоголем и фруктами. А иногда и свои ноги, если те устали.

Также Аманда любила восседать на спине ещё одной рабыни, обязательно обнажённой, уже обычной человеческой девушки. Третьей рабыньке, строго с большой мягкой грудью, полагалось стоять за спиной госпожи и играла роль спинки кресла, на которую очень приятно положить голову. Она же делала госпоже массаж, разминая плечи.

Унижение других людей и доминация над ними, проявления своей абсолютной власти доставляло Аманде удовольствие.

Все девушки являлись личными рабынями госпожи Зинцер, её имуществом. И она любила им об этом напоминать. Например, она иногда хранила свою живую «мебель» в шкафу, положив штабелями друг на друга.

Клент подобных увлечений матери не разделял. Ему вполне было достаточно удовольствий попроще, не таких изысканных. Например, сам факт того, что за ним ухаживают красивые девушки в сексуальных нарядах — чулочки, подвязки, трусики и прочие кружева, м-м-м… А одна из рабынек ещё и великанша под три метра, с десятым размером груди.

Но почему бы ради разнообразия самому не развлечься с мамкиными игрушками? Особенно пока её нет.

— Помните мне спинку, девочки, — приказал он. Можно начать с малого.

Те даже не шелохнулось.

— Не понял, — Клент приподнял бровь, — Не вижу рвения.

— Госпожа запрещает нам оказывать услуги личного характера, кроме как ей самой, — произнесла одна из них.

— Госпожи сейчас с нами нет, — лениво произнес Клент, — Вы, сучки, будете делать то, что я вам говорю. А иначе я самолично выпорю вас, да так, что сидеть не сможете. А если продолжите артачиться — отдам гопоте на потеху. Уяснили?

Девушки рассеянно переглядывались. Попали между друг огней.

— Ты, — Клент ткнул пальцем в одну, — Массажик. Я жду. Или прямо сейчас прикажу бросить тебя к гладиаторам. Вот мужики обрадуются!

— Вы… вы же не сделаете этого, господин… — испуганно произнесла девушка, прижав руки к груди.

— Не сделаю, если будешь послушной девочкой.

Рабынька с блестящими от слез глазами приблизилась к нему и положила дрожащие руки на плечи. Совсем другое дело. Ментальная боль в разбитой Сабуровым морде немного утихла. Клент снова почувствовал себя человеком.

Тем не менее, несмотря на маленькую победу, червячок сомнения грыз Клента изнутри. Аманды тут вроде бы и нет, но ее присутствие все равно ощущается ясно, как никогда. И ничем это не объяснить.

Может быть дело в черной материнской духовке, которой она наделила сына?

Словно прочитав его мысли, призрак матери вырос прямо перед ним. Полупрозрачная Аманда во всём чёрном и красном смотрела на сына, кривя ярко накрашенные губы в усмешке.

— А? А? Мама? — Клент аж сжался от испуга.

— Поцелуй мамочку, — приказала Аманда, приблизившись, и подставила щёку. Клент, трясясь от страха, подчинился, быстро клюнув родительницу. Он ощутил запах духов матери и тепло её кожи.

— Хороший мальчик… Не шали… — произнесла Аманда и… развеялась. Её контуры потеряли чёткость и быстро исчезли.

Клент помотал головой… какого черта? У него что, галлюцинации? Почему вдруг в такой момент ему померещилась мамка?

Дядя Феоль и рабыньки смотрели на него с удивлением на лицах. Они, очевидно, Аманду не увидели. Для них поведение Клента выглядело странно.

* * *

Мы с Человеком-Мужиком стояли на ринге друг напротив друга. Между нами стоял судья, готовый дать старт бою. Трибуны неистовствовали, выкрикивая кличку своего кумира.

— Ограничений нет никаких, — бубнил судья, объясняя правила, которые и так все знали, — Можно бить по яйцам, тыкать пальцами в глаза… Нельзя использовать оружие, которое у вас отобрали при входе… а то, которое вы смогли спрятать и пронести, можно… Таковы правила боёв без правил.

Здоровяк улыбался белозубой улыбкой и часто вставал в различные позы, демонстрируя свои мышцы под тем или иным ракурсом. Все его тело блестело, кажется, намазанное каким-то специальным лосьоном.

С трибун на ринг иногда долетали женские трусики и прочие предметы женского белья.

— Давайте сразу, ребята, расставим точки, — произнес Ведущий, — Бой будет коротким. Вопрос в том, закончит ли Человек-Мужик его одним ударом? Или достаточно будет лишь взгляда?

Оскаленная морда волка… не, скорее это все же был медведь, глядела на меня сверху вниз. Здоровый он, зараза. Голубые глаза в прорезях маски внимательно блестели, разглядывая меня. Оценивает. Хочет понять, что я из себя представляю. Непрост этот мужик, серьёзен даже на первом отборочном этапе. Хотя и тот ещё позер.

На самом деле, может быть это даже хорошо, что Человек-Мужик попался мне так рано? Легче будет в финальной сетке, раз уж он один из кандидатов на победу. Сразу вынесу его, пока свежий относительно.

По крайней мере, попытаюсь. Все же пока я не знаю истинной силы своего врага. Он любит понтануться, но явно что-то из себя представляет. Раз уж пользуется такой любовью и популярностью у зрителей. Слабака здесь не стали бы возвеличивать.

— Мой Дар — сила Настоящего Мужика! — сообщил мне противник. Его подвижная маска оскалилась в усмешке, повторяя движения лица, — И это — Редкий Дар! Сдавайся, задохлик! Тогда буду бить не очень больно! Настоящий Мужик слабаков не бьет, это ниже его достоинства!

Трибуны заорали и засвистели. В мою сторону посыпались насмешки и оскорбления. Я молчал, без отрыва глядел на Мужика и довольно улыбался. Чёрт, надеюсь, он реально окажется сильным! И бой будет интересным.

Скорей всего так оно и будет. Редкий Дар в первом же бою… Только мне могло так повезти. Ну что поделать. И что значит — сила Настоящего мужика? Как этот Дар работает?

Черт, зря я подробно не изучил список прошлых финалистов турнира. А ведь хотел. Но времени не хватило.

— Это слабачок, — заявил Настоящий Мужик, не дождавшись ответа, — Я побью его без духовки!

То есть он Настоящий Мужик не только по стилю боя, но и по поведению? Это реальный характер или побочное явление Дара?

Зрителям в зале, похоже, логика была до лампочки. Они видели своего кумира и хотели, чтобы он показал себя. Многие трясли плакатами с его фотками, где Человек-Мужик красовался в разных позах а ля культурист.

Нас развели в разные углы ринга, и судья начал обратный отчёт перед битвой. Мужик небрежно облокотился спиной на канаты ринга, те аж скрипели под его надутой мускулистой тушей. Мышцы лоснились и некоторые из них подергивались — словно застоялись без дела.

— Бой! — рявкнул судья и, взмахнув рукой, соскочил с ринга на пол.

— Погнали! — завопил ведущий, — Мужик, сожри его!!!

Я тут же принял боевую стойку, слегка ускорив бег духовкой по потокам.

— Давай, — противник шагнул ко мне, пол ринга под его широкой ступней хрустнул, — Нападай. Дарю тебе первый удар.

Он постучал себя по волосатой груди, как бы приглашая к нападению.

Недооценивает меня? Ладно. Заставлю его пожалеть об этом.

Я врубил свою духовку на полоборота. Яркое сияние моей силы озарило ринг, затмив свет прожекторов. Многие зрители отреагировали воплями одобрения — похоже, бой будет не так уж и быстр!

— О-о-о… а Сукажеватель непрост! — отметил Ведущий, в его очках сверкали огни, — По крайней мере у него есть духовка! Но поможет ли она ему?! Ставлю половину зарплаты, что нет! Мяско из духовки — отличная закусь для Мужика!

Я устремился вперёд и пробил ему прямо в центр грудных пластин!

Мне показалось, что мой кулак врезался в прочную бетонную стену. Вся рука загудела от напряжения. Словно сила моего удара не ушла в цель, а вернулась обратно и вибрацией добралась аж до моего плеча.

Мужик даже не пошатнулся, словно железобетонный столб. В месте удара даже кожа не покраснела, только волосня немного примялась.

В смысле? Чтобы человек без покрова выдержал удар пользователя с духовкой? Да быть того не может… Нонсенс! Я по-хорошему должен был переломать ему все кости.

— Волосатая броня! — Мужик с хрустом поскрёб волосяной покров на груди, — Защищает лучше любого бронежилета!

Я отступил на пару шагов, внимательно глядя на противника. Что-то тут не так… Не верю, что противник так силён без активированной духовки. А в том, что он ее не активировал, я уверен на все сто. Дело в Даре?

— Позволь сделать ответный ход, — с усмешкой произнес мой противник и резко поднял руки, — Запах настоящего мужика!

Из подмышек Человека-Мужика забили струйки зеленоватого газа. За короткий срок смог распространился по всему рингу. А потом и за его пределы…

Первые ряды не сразу поняли, что именно происходит. Некоторые с наслаждением вдохнули полной грудью — и рухнули на пол без сознания. На их лицах застыло выражение пограничного счастья.

— Надо было надевать масочки! — прокомментировал Ведущий, — Помянем тех, кто не соблюдает социальную дистанцию в общественных местах.

Я усилил бег духовки по мне, воздушные потоки разлетелась от меня в стороны, унося мерзкий запах. Мужик вскинул руки над головой и принялся крутиться на месте, демонстрируя себя во все стороны. Все его тело блестело, отражая яркие лучи.

Ладно, попробуем проверить «волосяную» защиту немного иным способом. Резко повысив скорость до максимума, я резко сократил дистанцию. Мужик продолжал позировать, полностью игнорируя мои попытки напасть.

Замахнувшись ногой, я… изо всех сил вломил ему прямо по яйцам!

Приём, конечно, крайне бесчестный, но давайте будем честны — мы не на турнире. В боях без правил никто рыцарский кодекс соблюдать не будет. Газ применять — точно так же бесчестно.

Но эффект был совсем не тот, на который я рассчитывал.

— Стальные яйца! — заорал мужик.

Могучий колокольный звон разнесся по всей арене, моя нога сильно заболела. Я отскочил назад, чертыхаясь. Человек-мужик лишь широко улыбнулся. Даже не поморщился, гад.

Я отскочил назад, потирая ногу. На что я вообще рассчитывал, когда бил туда? Против этого парня грязные трюки не работают. Чуть ногу не сломал, блин…

Так дело не пойдёт. Надо понять, как же он выдерживает мои удары без духовки. Понять принцип работы его Дара… Не верю, что он просто даёт настолько сильное усиление, превосходящее духовку!

Глава 7. Тайна силы

Машина с четырьмя агентами ехала по городу. Руль крутил младший агент, чьё имя было никому не интересно. Кинг сидел на пассажирском сидении, Крайтон и Кунц на заднем. Последний держал в руках свой датчик-лупу, внимательно следя за его показателями. В этот раз на высокотехнологичном сканере отражались не духовные потоки, а некое подобие карты, похожее на схему городских кварталов. В центре лупы выделялась небольшая пульсирующая красная точка. Она перемещалась примерно со скоростью десять километров в час. А ещё, судя по карте, проходила прямо сквозь здания.

Или же — под ними?

Машина ехала очень медленно, тоже примерно десять километров в час, вызывая раздражённые гудки у прочих участников движения. Агенты решили не включать проблесковые маячки, чтобы лишний раз не афишировать своё присутствие. Машина двигалась строго за красным огоньком, стараясь не отставать. Лупа была подключена к дисплею на приборной панели автомобиля и транслировала туда изображение. Водитель мог ориентироваться и быстро подбирать оптимальный маршрут, если точка вдруг двигалась по сложному и непреодолимому для машины пути.

— Ты его чувствуешь? — спросил Кинг у Кунца, повернувшись к тому.

— Да, моя метка по-прежнему на Аномалии и функционирует, — отозвался тот после небольшой паузы. Словно к чему-то присматривался, — Он не сможет её сбросить. И даже не подозревает о ее наличии.

— А это точно? — покосился на него Крайтон.

— Конечно, — уверенно сказал тот, — Ведь она живая. И отныне часть его организма. Нельзя же так просто взять и избавиться от своей руки. Или селезенки. Или кожи.

— Есть признаки эволюции? — продолжал Кинг.

— По-моему, он трансформировался в подобие человека, — ответил Кунц, — Типа того, каким сражался со школьниками Притяжения. Раны все зарастил.

— Ну не зря же он перед этим заполз на один из складов Семерочки, — заметил Крайтон, — Наверняка там подзарядился… или что эта штука там делает… Всосал йогурт по акции.

— Самое главное, оно ведет себя смирно и на людей не кидаются, — сказал Кинг, — По крайней мере пока.

— Ну вот, а ты боялся, — Крайтон повернулся к Кунцу.

— Ещё не вечер, — сухо произнёс агент Кунц, — Нам протокол Эволюция ещё аукнется, попомните мои слова.

— Это всё чудесно, — Кинг кивнул, — Но меня смущает одна вещь… Мы предполагали, что Аномалия сразу направится к Вадиму Сабурову… но объект судя по всему движется в совершенно противоположном направлении, — он кивнул на дисплей, где мерцала красная точка, — Не в сторону квартиры этого парня.

— Может быть к Притяжению ползет? — предположил Крайтон, — Сабуров должен сейчас в больничке лежать.

— Нет, Притяжение тоже в другой стороне, — произнёс Кунц и покачал головой.

— А почему Сабуров вдруг должен лежать в больнице? — Кинг перевел взгляд на Крайтона.

— А этот неугомонный шкет после допроса у нас, оказывается, влез в перестрелку между Акане и Зинцерами, — сказал Крайтон, — Непонятно на чьей стороне. Скорей всего получил по щам за свой дурной характер и теперь зализывает раны.

— Известна причина столкновения этих кланов? — спросил Кинг.

— Нет, информации крайне мало. Как и выживших, — сказал Крайтон, — Там был сильный всплеск духовки, уничтожившей почти всю электронку. Записей события тоже не сохранилось.

— Аманда, — сказал Кунц, — Зинцер. Почти уверен, что это она. Мало у кого столько энергии, чтобы гасить электронику во всем районе.

— Хм… — Кинг поскреб гладко выбритый подбородок и повернулся обратно в сторону лобового стекла, — Я так думаю, что Вадим Сабуров где-то там впереди.

— Почему? — Крайтон и Кунц удивленно взглянули на начальника.

— Предчувствие, — кратко ответил тот, — Я всё ещё уверен, что именно Вадим Сабуров — тот, кто дал толчок к эволюции Аномалии. И он захватил в плен Аманду Зинцер. Клан последних сейчас проводит большой турнир без правил на крупную сумму денег… По моему, Аномалия движется как раз в сторону стадиона, где он происходит. Как думаете, нет ли здесь связи?

Кунц и Крайтон глубоко задумались. Несколько минут в салоне царило молчание. Агенты переваривали новую информацию.

— На турнире как раз большое скопление людей, — добавил Кинг, — Может быть Аномалия движется туда по этой причине. Может быть там сегодня находится Вадим Сабуров, и Аномалия жаждет завершить свою эволюцию. А может быть верны оба предположения. В любом случае — предлагаю нам всем проверить наше оружие и убедиться, полностью ли оно заряжено духовкой.

* * *

Глядя на нового бойца, сцепившегося аж с самим Человеком-Мужиком, Клент аж забыл о фантоме своей мамки. А когда на экране показали номера тринадцатого вблизи, он смог взглянуть на его глаза через прорези в маске. Этот взгляд… одновременно хищный, но в то же время собранный и сосредоточенный. Такой же взгляд был у его матери, безжалостной госпожи Аманды, сколотившей с нуля их нынешнюю преступную империю. Что-то в этих глазах было такое, заставившее сердце покрыться корочкой льда. Это был взгляд человека, способного на всё ради цели.

А ещё взгляд был подозрительно знакомым…

Дядя Феоль обеспокоено смотрел на племянника. Он больше не пытался вести разговоры о серьезных вещах, видя, в каком пограничном состоянии пребывает юноша.

— Сумирэ, — обратился Клент слегка охрипшим голосом к секретарю, которая совсем недавно явилась в их ложу, — Кто этот человек в маске?

Секретарь, молодая японочка модельной внешности, верная подручная госпожи Аманды, быстро сверилась с данными в планшете.

— Это участник под псевдонимом «Сукажеватель», — произнесла секретарь Сумирэ, просмотрев несколько записей, — Участвует впервые, анонимно. Сделал на себя ставку в размере трёх тысяч империалов. Больше никакой информации на него у нас нет.

— Сукажеватель… — пробормотал Клент. В голове опять закрутились ассоциации. Он пытался поймать хоть одну, но они быстро удалялись, проскальзывая сквозь пальцы разума.

Он недовольно фыркнул. Жизнь, как обычно, не хочет идти лёгкими путями и постоянно подбрасывает сложности. Может быть на будущее отменить это дурацкое правило, разрешающее маски и анонимность? Проблем, как сейчас, иногда доставляет, а польза весьма сомнительна.

— Передай ребятам из службы безопасности, пусть следят за ним попристальнее, — распорядился он, — Сдаётся мне паренёк непрост, очень непрост.

— Будет исполнено, юный господин, — Сумирэ склонилась в глубоком поклоне, продемонстрировав во всех подробностях выдающееся декольте.

Усмехнувшись, Клент притянул к себе японочку поближе за лацкан пиджака. Провел ладонью по её округлой попке, туго обтянутой чёрной юбкой. Сумирэ робко улыбнулась. Однако при этом охотно изогнулась так, чтобы её тело приняло максимально соблазнительную позу. В отличии от личных рабынек мамаши она особо не артачилась. Аманда хорошенько выдрессировала её и не баловала так, как своих игрушек.

К слову, мамаша Аманда любила девочек так же сильно как и мальчиков. Клент усмехнулся. Может быть, ему стоит побаловать секретаря мужским вниманием? Не всю же жизнь ей отлизывать? Пусть для разнообразия и…

Он положил ладонь на макушку девушки и надавил, опустив ее голову прямо к своей ширинке. Японочка всё поняла без лишних слов. Расстегнув молнию и высвободив господскую плоть, Сумирэ принялась работать язычком, стараясь не пропустить ни сантиметра…

Феоль пригубил вино и повернулся к рингу, где до сих пор продолжался бой. Рабыни ни звуком, ни движением никак не отреагировали на происходящее. Вышколили их отменно.

* * *

Я перепробовал всё. Снова бил по яйцам, прописывал Настоящему Мужику двоечку в печень, даже выкручивал соски — всё бесполезно. Эта сволочь игнорировала всё. Он лишь широко улыбался, скаля зубы медвежьей маски, и требовал от зала, чтобы они громче орали его гимн. Ну а те и старались, драли глотки.

— Кто нагибает всегда и везде???

— Человек-Мужи-и-ик!!! Человек-Мужи-и-ик!!!

— Кто чует кровь, как акула в воде???

— Человек-Мужи-и-ик!!! Человек-Мужи-и-ик!!!

Подобная прочность просто не имела смысла. Не должно её быть в природе, это же абсурд! И тем не менее она существовала, чихая на законы логики и здравого смысла.

— Ора-ора-ора! — подражая боевому кличу Эйки, я в очередной раз осыпал Человека-Мужика градом ударов. Мои руки ускорились до такого уровня, что начали оставлять за собой остаточные изображения. Десяток размытых полупрозрачных призрачных рук вокруг меня неистово лупили Человека-Мужика, стремясь стереть самодовольный звериный оскал с его подвижной медвежьей маски. Но безрезультатно. Дар Настоящего мужика, судя по всему, распространялся и на его маску. У меня не было ни шанса её пробить.

Человек-Мужик небрежно отмахнулся на меня, незаметно заряжая воздух касанием своих пальцев. Я едва успел пригнуться, нарастающая воздушная волна прошла над моей головой. Она пролетела сквозь тросы ринга, заставив их дрожать и трепетать, влетела в зрительские ряды. Большую часть своей силы она уже растеряла в полёте, но несколько человек упали на пол без сознания.

Настоящий Мужик вскинул руки над головой, вызвав новый приступ восторга у зала. Я тут же контратаковал, зарядив ему ногой с разворота в висок. Но Человек-Мужик даже не почесался. У него лишь слегка сдвинулась голова вбок, на пару сантиметров.

— Мужи-и-ик, я тебя люблю! — сквозь кольцо охраны прорвалась девушка в коротком топике и бросилась к рингу.

— Любишь? Тогда покажи сиськи! — приказал Мужик, указав на нарушительницу указательным пальцем. Та без единого слова схватилась за топик и рванула вверх, высвобождая упругую безудержную мощь…

Все камеры скрестились на них, передавая на большие экраны, как упруго на бегу пружинят груди в разные стороны. Даже я невольно засмотрелся. Красиво, надо признать. Девушка теперь микро-знаменитость, её показали в прямом эфире. Да, пусть в ночное время по каналу для взрослых, но всё же, всё же…

— Отличные сиськи, детка! — мохнатая бровь медвежьей маски «подмигнула» девушке, — После турнира с меня автограф! Прямо на них, родимых, распишусь!

— Ах… я после этого сиськи не буду мыть до конца жизни… — пролепетала девица, закатывая глаза. Она рухнула прямо на руки подбежавшей охраны. Те, деликатно прикрыв ей грудь, потащили нарушительницу прочь от ринга.

Я вновь налетел на Человека-Мужика и мы схлестнулись в очередном по счёту напряжённом противостоянии… Ну, для меня напряжённом. Этот гад, судя по всему, с самого начала боя и не начинал напрягаться.

Осыпая Человека-Мужика градом ударов, я мучительно думал. Всё происходящее — неправильное. Я что-то упускаю. Какую-то деталь. Маленькую, незаметную, но она тем не менее критически важна.

И тут у меня появилась мысль. Если предположить, что Дар Настоящего Мужика — не прямое увеличение силы и прочности, а некое… хитрое воздействие на реальность, то в чём его суть?

Удар… ещё удар… уворот от ленивой контратаки… этот гад до сих под не сражается серьёзно… Серия ударов в грудные пластины. Но волосатая броня держит. Она сильнее и прочнее духовки. Понял, принял…

И так раз за разом. Куда бы не бил, чтобы не делал, всё заканчивалось одинаково. Моим поражением, и его полным триумфом. Возможно, существовал некий уровень силы, способный напрямую пробить эту волосатую защиту. Но мне он пока что был недоступен. Ну разве что проскукожить свои духовные потоки, как в тот раз, во время дуэли с Чикэку и Амандой. Призвать истинную силу Бога-Императора. Но это точно не вариант. Практически гарантированы человеческие жертвы. Не надо мне бессмысленных смертей.

Может хоть побрить этого парня наголо, только вот где бы мне заполучить машинку для бритья?

И тут эта простая и глупая мысль неожиданно натолкнула меня на решения. Я понял. Понял в яркой вспышке озарения. Понял, в чём соль его Дара. Всё оказалось очень просто, на поверхности. Даже слишком просто, как я не сообразил. Суть в типе Дара. Это не Простой Дар, то есть не прямое усиления. Это Редкий Дар, здесь имеет место причудливое жонглирование законами логики и реальности. Ну как у Клента с его тупым созданием булок из ничего.

Здесь нельзя использовать обычную человеческую логику. Это удел логики, вывернутой наизнанку. Но в данном случае она будет работать!

Что ж, Человек-Мужик… посмотрим, как ты отреагируешь на это…

Внимательно глядя на понтующегося Мужика, я поднял руку, направив её прямо в зрительские ряды. По моим пальцам пробежали яркие искры, сливаясь в яркий сгусток духовки на моей ладони.

— Эй, ты что задумал? — голос Человека-Мужика звучал удивлённо, — Я вообще-то в другой стороне стою…

Я не отвечал. Данную технику я впервые применял с настолько большим зарядом. До этого я тренировался лишь с безобидными молниями и искрами. В этот же раз жахну полным калибром. Всей разрушительной мощью духовки, переведенной в электрический разряд.

Незаметно я применил Скукоживание, чутка сжимая заряженные частицы воздуха и превращая их в плазму. Взрыв будет, конечно, не такой мощный, как в подворотне, когда я убил гопоту, но всё равно, жахнет более чем достаточно, чтобы…

Сверкающий сноп света сорвался с моей ладони и на огромной скорости устремился прямо в зрительские ряды. Он ещё не успел долететь, а на моей ладони стремительно зрел дополнительный заряд…

Воспоминания носителя Вадима Сабурова:

Человек-Мужик — пятикратный чемпион турнира без правил клана Зинцеров. Является своего рода легендой мира боёв без правил, не проиграл ни одного сражения. Все битвы проводил по следующей тактике — давал себя избивать оппоненту, как тот того желал, никак практически не мешая. Когда же противник выбивался из сил в попытке хоть что-то сделать, Человек-Мужик наносил всего один удар и заканчивал бой — нокаутом. Без исключений.

На всех прошлый турнирах Человек-Мужик участвовал, скрывая лицо под маской медведя. Настоящее его имя, равно как и личность — неизвестны. Многие пытались раскрыть его тайну, но стабильно терпели неудачи. Последние пять лет Человек-Мужик не принимал участия ни в каких соревнованиях, полностью исчезнув из поля зрения.

И лишь на текущем турнире он внезапно ни с того ни с сего снова объявился, к вящей радости фанатов.

Причины своего внезапного возвращения Человек-Мужик не раскрыл. Но многие считают, что он соскучился по старым добрым битвам. А, возможно, у него просто закончились призовые деньги, полученные после прошлых побед. И теперь просто хочет поправить своё финансовое положение.

Так или иначе Человек-Мужик по-прежнему звезда боев без правил. И он крайне-крайне опасный противник, который никогда не знал поражения. А также никогда не показывал свою настоящую силу. Никогда не выпускал когти до конца.

Глава 8. А не петушок ли ты часом?

Первый этап турнира находился в самом разгаре. Все желающие уже давно попали на шоу, у кого был билет. Очередь на улице рассосалась, и девушки-охранницы откровенно скучали. Трое из них команды смотрели видео-трансляцию турнира по смартфонам, приглушив звук. Высокое начальство за отлынивание от непосредственных обязанностей в рабочее время по голове не погладит. Да и находится оно, высокое начальство, недалеко, в каморке рядом со входом.

Только вот девчонки были совершенно точно уверены, что руководство само залипает на батл между Человеком-Мужиком и дерзким новичком под номером тринадцать. Как его там… Скукажеватель?

— Чё творит чертяга… — донесся восхищённый голос из каморки за входом, — Как же он лупит… хех… ток это не поможет… Я на победу Мужика десять тысяч империалов залил…

Девчонки иронично переглянулись. Ситуация обстояла именно так, как они предполагали. Руководство тоже наслаждается шоу, наплевав на правила. Впрочем, подобное не первый раз происходило.

Улица выглядела на удивление пустынной. Даже поток машин поредел. Словно люди изо всех сил спешили добраться до своих квартир как можно быстрее, чтобы приникнуть к экранам и насладится незабываемым зрелищем — возвращением на ринг самого Человека-Мужика, живой легенды. Пять лет молчания — и вот внезапный камбек на ринг. Как он проявит себя? По прежнему торт? Или уже не торт? А может быть просто сладкий пирожок?

Девушки так увлеклись просмотром трансляции, что не заметили, как на одной из сторон улиц начали гаснуть фонари. Один за другим. Тьма постепенно приближалась к спорткомплексу, поглощая улицу кусок за куском.

Когда погас ближайший к охранницам фонарь, канализационный люк около проезжей части вздрогнул от сильно удара и аж подскочил на полметра в воздух. Девицы похватались за свои кнуты и кастеты. С удивленным видом они заозирались по сторонам. Что же происходит? Где опасность?

Они даже предположить не могли, с чем они сейчас столкнутся…

Из канализационного люка выбрался странного вида человек с растрепанными волосами, в маске и перчатках. Из одежды он носил красно-зеленую форму сотрудника торговой сети «Семёрочка». Безумным взглядом он осмотрелся по сторонам, в его глазах сверкали стилизованные цифры семь, напоминая логотип небезызвестной «Семёрочки». Какие необычные на вид линзы…

— Вадим Сабуров? — спросил он у ближайшей охранницы.

— Полегче, канализационный мачо! — она ткнула ему в лоб туго скрученным кнутом, — Если вдруг захочу отрастить член, то, возможно, именно такое имя и выберу… А пока отвечай — ты кто есть и чего тут забыл?

Человек-семерочка выбрался из канализации. От него сильно пахло разными фруктовым ароматами — словно он щедро обрызгался респираторами, отбившими неприятный запах трубопровода.

Его ноздри расширились, вбирая в себя ароматы, витающие в воздухе.

— Вадим Сабуров… — с улыбкой произнёс он и шагнул в сторону входа в спорткомплекс. Пятеро девиц-охранниц, воружённых БДСМ-атрибутикой, тут же преградили ему дорогу.

— А ну стой, ковбой! Шоу уже началось. Без билетов никого не пускаем.

Впрочем, даже если у этого фрика нашелся бы билетик, никто бы его не пустил. Уж слишком стремно он выглядел. Пускай публика на турнире по боям без правил собралась и весьма специфическая, но даже для неё этот чудик выглядел слишком уж… чересчур, да.

Человек-Семерочка остановился и посмотрел на девушек с таким видом, словно только что их увидел.

— А вы почему четверо без масочек? — укоризненно произнёс он. После чего перевёл взгляд на пятую, которая носила что-то вроде стилизованного противогаза, — А ты молодец, хорошая масочка, одобряю…

— Пошёл вот отсюда, фрик, — процедила та, — Быстро!

Она хлестнула его кнутом, тот разрезал ткань на рукаве, оставил на коже полосу. Та начала стремительно набухать, проступившая кровь окрасила кожу в… нежно розовый?

Все девушки почувствовали сильный запах… запах йогурта по акции.

— Наденьте масочки… — с улыбкой произнес Человека-Семерочка и, сунув руку в карман, швырнул в девушек одноразовые маски. Маски оскалились, демонстрируя острые зубы в розовых пастях, отрастили длинные паучьи лапки. Острые коготки вцепились в одежду жертв. Тварюшки, быстро перебирая конечностями, устремились к головам девиц. Охранницы громко завизжали от испуга, но монстры громких звуков не боялись.

Нападение оказалось настолько стремительным, что у жертв не было ни шанса защититься. Маски плотно присосались к ртам девиц, крепко обхватив их головы лапками. Девушки, мыча и выпучив глаза от страха, пытались содрать нападающих, но безрезультатно. Твари оказались очень сильными и очень прочными. Их словно специально создали, чтобы эффективно противостоять людям.

— Для надежности надо защитить все отверстия, через которые зараза может проникнуть в организм, — вкрадчиво произнес Человек-Семерочка, швыряя в охранниц новую пачку масок. Мелкие монстры вскрыли зубами кожу на штанах своих жертв в попытках добраться до самых сокровенных мест…

Одна за другой жертвы без сознания падали на асфальт. К каждой присосались как минимум по три твари. Одна ко рту, другая — к паху, третья облюбовала попку. Мостро-маски начали совершать странные движения — то раздувались, словно клопы, то также быстро сдувались. Выглядело это так, словно они что-то закачивали в свою добычу…

Единственная, кто избежал жуткой участи, оказалась девушка в противогазе. Она в ужасе глядела на своих подруг, кнут выпал из её дрожащей руки.

— У тебя есть ещё два местечка без масочек, — заметил Человек-Семерочка, протягивая ей две маски. Те злобно пищали, шевелили лапками и щелкали зубами, — Хочешь, их тоже защитим?

С диким визгом девица бросилась ко входу в спорткомплекс и скрылась в переплетении коридоров. Её крика никто не услышал — он утонул в диком рёве зрителей, впечатленных очередным красивым действием бойцов.

Человек-Семерочка на несколько секунд остановился около бессознательных жертв. Их животы с каждым движением монстромасок по чуть-чуть увеличивались в размерах…

— Вы станете моими инкубаторами и выносите чудесные товары на продажу… — с нежностью произнёс Человек-Семерочка, в порыве восторга приложив ладони к щекам, — Булочки, средства для мытья посуды, шоколадные батончики, чипсы, сигареты, шампунь, квас, замороженные пельмешки и ещё много-много чего прекрасного… Вместе с вами мы сделаем этот мир немного лучше, наполнив его важными для людей товарами. Я не забуду своего предназначения… Если вам понравится, можете найти меня по этому телефону.

Он вложил свою визитку в карман каждой девушке.

— Возможно, одна из вас окажется даже достаточно сильна, чтобы выносить для меня мою личную маленькую Семёрочку… которая со временем вырастет в огромный торговый центр…

Он вошёл в спорткомплекс, бормоча под нос «Вадим Сабуров… Вадим Сабуров…». Спустя пять минут около входа в спорткомплекс остановилась служебная машина ТСБ. Три Старший агента поочередно вышли наружу, хлопнув дверьми.

— Дерьмо… — процедил Крайтон, взглянув на тела на асфальте.

— Словами «Я же говорил», — сухо произнес Кунц, — Моих чувств не передать.

— Только без самодеятельности, — сухо произнёс Кинг, — Действуем по протоколу. Кунц, используй сканер.

Подчинённый старший агент взглянул на тела через своё сканирующее устройство.

— В них через маски что-то закачивают, — произнес он после короткой паузы, — Биоматериал непонятного происхождения, зарождающийся в самой маске. Раньше Аномалия такого не умела. Это результат эволюции.

— Не трогать их, — приказал Кинг и, повернувшись в сторону машины, обратился к младшему агенту, — Вызови спецов из центрального офиса. Пусть разберутся тут и помогут бедолагам, если это возможно…

— Слушаюсь… — тот достал рацию из кармана.

Агенты, вытащив пистолеты, направились в сторону входа в спорткомплекс. Крайтон немного задержался, склонившись над одной из девушек. Живот у неё раздулся, словно та находилась уже на седьмом-восьмом месяце беременности.

— Пахнет пельмешками из Семерочки, — удивлённо произнес Крайтон, — Всегда их любил… особенно по акции…

— Не отставай… — позвал его Кунц.

— Ага, ага… Вот, значит, через какое место их делают… думаю, к пельмешкам в Семерочке я больше не прикоснусь… — Крайтон, вытащив пистолет, поспешил последовать за коллегами, — Психическая травма на всю жизнь.

* * *

— Пресвятые яйца Бога-Императора… — изумлённо произнёс Ведущий, когда сверкающий заряд пролетел над его головой, разбрызгивая в стороны капли светящегося вещества.

Плазменный заряд, выпущенный мной, врезался… аккурат прямо в плакат с изображением Человека-Мужика. Пробил ему рот насквозь, превратив белозубую улыбку в… улыбку бомжа с чёрными пеньками вместо зубов.

Сосредоточившись и уловив остатки духовки в заряде, я потянулся к своему духовному импульсу, меняя траекторию полёта. Со скоростью мухи сверкающий разряд начал носиться над трибунами по замысловатой непредсказуемой траектории. Я управлял им на расстоянии, держа в ежовых рукавицах своей воли. Хотя это было и не просто, пришлось полностью сосредоточиться на управлении. В серьёзном бою так вряд ли получится.

Один за другим я уничтожал все плакаты с Человеком-Мужиком — всё, что носило на себе его изображения! Любой мерч!

— Вы все неудачники! Раз топите за этого позера! — громко, на весь зал, крикнул я, усилив духовкой свои голосовые связки, — Настоящий мужик не кичиться своими возможностями напоказ!

Меня неожиданно услышали сквозь всякий фоновый шум. И ожидаемо в мою сторону полились волны ненависти.

— У-у-у!

— Лошок развыступался!

— Чё он о себе возомнил?

— Где этот Сукажеватель, а где Человек-Мужик!

— Сравнил жопу с пальцем!

— Клянусь Пресвятыми Яйцами Бога-Императора, я щас встану!

Отлично. Я всех их разозлил. Конкретно так! Они уже совсем позабыли славить своего кумира. Гимн не поют. Даже не смотрят на него. Всё их внимание сосредоточено на мне. На ненависти к моей персоне.

Это именно то, чего я добивался.

— Эй! — возмущённо закричал Человек-Мужик, — Пойте гимн! Кто-о-о…

Но его никто не услышал. Голос бойца терялся в многоголосом гомоне недовольства. Зрители бранили меня и обещали всевозможные кары в самое ближайшее время. Ни одного плаката в зале не осталось. Мой бласт уничтожил почти весь мерч с изображение Человека-Мужика. Потратив большую часть заряда, бласт с негромким хлопком взорвался, осыпав зрителей ворохом искр.

Второй заряд полностью сформировался в моей руке. Я швырнул его в Человека-Мужика — очень топорно, без хитростей. Увернуться от такой атаки было очень легко. Но Мужик полностью отвлекся на своих возмущённых фанатов — уговаривал их и пытался успокоить. Снаряд ударил ему прямо в висок и взорвался ослепительными искрами, испустив клубы густого чёрного дыма. Человек-Мужик закашлялся, едкий дым проникал ему прямо в маску, затрудняя дыхание.

Я тут же оказался рядом с ним. Духовка на моих пальцах заострилась, приобретая бритвенную остроту. Вжик-вжик-вжик — заработал я руками, с огромной скоростью срезая с Человека-Мужика волосяной покров! В стороны полетели чёрные курчавые волосы, долетая аж до первых рядов. Люди вскакивали с мест, пытаясь поймать волоски, как трофеи на память. Иные делали это ртами, словно снежинки пытались ловить. Ох уж эти чрезмерно преданные фанаты…

— Ты… ах ты… — Мужик взмахнул рукой, пытаясь отмахнуться от меня. Но я уже сделал своё чёрное дело, полностью обрив противника. Белый пол ринга полностью покрывали черные курчавые волосы. Словно ковёр.

Взревев, Человек-Мужик пошёл в атаку, бомбардируя меня ударами пудовых кулаков. В этот раз он, наконец, стал полностью серьёзен. Злость и обида кипели в каждом его движении!

Мне показалось, или он стал медленнее? Я устремился вперёд, уклоняясь от его ударов!

— Сукажеватель идет в решительную атаку, он нисколько не боится нашего Человека-Мужика! — гремел надо мной голос Ведущего из динамиков. С каждым сказанным словом его голос ускорялся, он говорил всё быстрее, пытаясь поспеть за темпом событий. Из-за этого его речь постепенно сливалась в единый неразборчивый поток, — Обожепресвятыеяйцабогаимператораостановитеземлюясойду…

Да вы достали, хватит трогать мои яйца! В каждой фразе затычка!

Кулак Мужика чиркнул по моему виску, оставив кровоточащую ссадину. Но меня было уже не остановить. Я изо всех сил прописал ему с развороту в челюсть!

Человек-Мужик крутанулся вокруг своей оси, как балерина, разбрызгивая по рингу кровь из разбитого рта. Описав пару па, он рухнул плашмя на пол. Брызги крови окрасили белоснежный пол ринга в красный. Пол под ногами качнулся от мощного удара, зрители в первых рядах, ближайших к рингу, подпрыгнули на своих сиденьях от толчка.

Гробовая тишина воцарилась во всем зале. Челюсти от удивления упали на пол не только у зрителей, но и у охранников и ведущего. И лишь я стоял неподвижно, потирая пальцы правой руки. Больно, чёрт возьми! Крепкий же Мужик попался.

Понты — вот в чём суть Дара этого чувака. Он не просто так это шоу вокруг своей личности устроил. Чем больше вокруг плакатов, чем громче поют гимн, чем гуще волосы на груди — тем сильнее этот фрик. Вплоть до непобедимости. Но стоит иллюзию крутости развеять, как вместе с ней растворяется и сила.

Ради этого я обрил его, поломал плакаты, сфокусировал на себе ненависть зрителей, чтобы перестали горланить гимн.

— Пресвятые яйца Бога-Императора… — раздалось в полной тишине разочарованное со стороны зрительских рядов, — Не, Человек-Мужик уже не торт… Вот раньше — да-а-а… а сейчас… ну такое. На любителя.

— Ты не понимаешь, бой ещё не закончился, — ответил ему другой голос, — Человек-Мужик ещё торт, просто ты дебил и не способен осознать всю глубину мужиковской стратегии… Щас встанет и наведет порядок.

Один за другим вспыхивали локальные срачи, грозя перерасти в массовую потасовку.

Одним из первых в себя пришёл Ведущий. Как-никак он был профессионалом и комментированием зарабатывал себе на хлеб.

— Это… просто невероятный поворот, которого никто из нас не ожидал, парни! — произнёс он, вытирая платком вспотевший лоб. — Вот это да! Впервые на моей памяти Человек-Мужик понес подобный урон! Сможет ли он прийти в себя?! Неужели пять лет перерыва сказались на его форме самым печальным образом? И перед нами нет уже той легенды, что мы знаем, а лишь её блеклая тень? Нет, парни, я не хочу в это верить! Человек-Мужик, вставай! Вставай! Кто-о-о…

— Кто донырнёт до дна океана? — начал петь зал, — Руки-базуки, рельеф без изъяна!

Но всё было бесполезно. Человек-Мужик не шевелился.

— Ну это самое, — я подошёл к судье и мягко подтолкнул его под локоть, — Отчет бы начать обратный.

Судья, только-только опомнившись, подскочил к Мужику и начал считать:

— Десять… Девять… Восемь…

— Мужи-и-ик… — в зале начали рыдать. Суровые накаченные мужики в пирсинге и тату, не сдерживая чувств, ревели как маленькие дети, не в силах вытерпеть поражение своего кумира. Того, кто был живым примером для подражания. Слишком сильная боль…

На восьмой секунде Человек-Мужик пошевелился. На девятой — приподнялся на локтях. Прежде чем судья произнёс «десять» Человек-Мужик, пошатываясь, распрямился и встал на ноги. Его взгляд был слегка мутный, но к движениям постепенно возвращалась прежняя уверенность.

Зал взорвался криками восторга. Я скривился. Чёрт… похоже операцию придется повторить. Возможно, даже не один раз.

Человек-Мужик повернулся ко мне. На его лице… появилась улыбка.

— А ты хорош! — сказал он и показал большой оттопыренный палец, направленный вверх, — Сообразил-таки… Похоже, впервые за долгое время мне придется биться в полную силу!

Он широко расставил согнутые в коленях ноги, словно борец сумо. Руки положил на колени. По периметру его тела вспыхнула золотистая духовка.

— Абсолютная Сила: Режим Чака Норриса!

Кого-кого? Впервые слышу это имя… Видимо, учитель или наставник Мужика?

Из-под медвежьей маски вылезла… борода. По необъяснимой причине она резко удлинилась. На глазах брода разделилась на две половинки, они загнулись в стороны. Их контуры образовали нечто вроде накачанных бицепсов, придав раздвоенной бороде сходство с руками культуриста, когда тот поднимает руки, напрягая мышцы, чтобы покрасоваться. На бороде с хрустом проступили шесть выпуклых кубиков пресса… Что происходит? Мышечная борода?

Бог-Император против Чака Норриса… это будет битва тысячелетия. Сильнейшие разрешат свой спор здесь и сейчас.

Однако нам не суждено было продолжить бой. Над рингом прозвучал громкий звук гонга, возвещая о досрочном завершении боя. Все отпущенное время вышло.

По зрительским рядам пронёсся вздох разочарования.

— Ну-у-у… продолжайте бой!

— Самое интересное только началось!

— Мочи-и-и!

Человек-Мужик поскреб бороду… после чего подозвал к себе судью. Тот подпрыгнул к нему быстро, словно дрессированный кролик. Человек-Мужик начал что-то шептать ему прямо в оттопыренное ухо.

Я насторожился. Не люблю, когда так шепчутся прилюдно. Аманда с Чикэку вон тоже активно шептались и вон чем оно в итоге обернулось. Дуэлью с нарушением всех мыслимых и немыслимых правил.

Но я беспокоился зря.

— Оба участника проходят в финальную сетку! — громко объявил свой вердикт судья, — Человек-Мужик и Сукажеватель признанны достойными, чтобы сражаться за главный приз!

Глава 9. Всё не по плану

— Су-Ка-Же-Ва-Тель! Су-Ка-Же-Ва-Тель! Су-Ка-Же-Ва-Тель! — скандировали в восторге трибуны.

— Скукоживатель вообще-то… — проворчал я.

— Су-Ка-Же-Ва-Тель! Су-Ка-Же-Ва-Тель!

— Да пошли вы, — обиделся я. Впервые в жизни мне сильно захотелось использовать Скукоживание не по назначению.

Сегодня у любителей подпольных турниров появился ещё один кумир. Кумир, сумевший дать по морде самому Человеку-Мужику. Не каждый день подобное происходит.

Так как моё попадание в финальную сетку никем не оспаривалось, как вопрос решенный, мне разрешили остаться прямо в зале. И понаблюдать за оставшимися боями. Те грозили закончиться очень быстро. Организаторы вознамерились ускорить их течение всеми способами, чтобы не отставать от стандартного графика.

— Ты чертовски хорош, Жеватель, — сообщил мне Человек-Мужик, протянув руку для рукопожатия, — Ты первый, кто раскусил мой Дар, и смог дать мне такой отпор. Хвалю! Наконец-то достойный противник!

— Благодарю, — мы пожали друг другу руки. Рукопожатие у Мужика оказалось ожидаемо крепким, словно мою ладонь сжали стальными тисками. Я усмехнулся и ответил так мощно, что мохнатые брови у маски Мужика взлетели высоко на лоб.

— Пройдём со мной, — произнес Человек-Мужик, — Надо поговорить.

— Без проблем, — я кивнул.

Мы сели в отдельную премиум-ложу, расположенную на возвышенности над зрительскими рядами. Здесь было всего двадцать сидячих мест — для элитных персон. В этот раз они все пустовали. Сама зона была огорожена от основного зала звуконепроницаемыми стенками. Можно спокойно пообщаться, не отвлекаясь на шум и гам.

— Что предпочитаешь? — Человек-Мужик открыл бар с дорогими и элитными напитками. Он до сих пор не снял свою маску. Переживает за тайну своей личности. Кто же он такой, интересно? Какая-то важная шишка из аристократов? Не хочет, чтобы правда о его развлечениях всплыла наружу?

— Спасибо, ничего не хочу, — я покачал головой, — Мне ещё сражаться. Дело ответственное.

— А я выпью бутылочку, — Мужик зубами вытащил пробку из бутылки и моментально заткнул горлышко пальцем, не дав содержимому под давлением вырваться наружу. Через маленькую щелочку начал неторопливо выпускать газы из бутылки.

Я бросил взгляд на арену. Там уже дрались очередные соучастники, жаждущие попасть в финальную сетку. Оба противника крепко обнялись, пытаясь повалить друг друга, кряхтели и сопели. Разве что газы не пускали от напряжения. Кажется, дело снова грозило затянуться.

Интересно, когда там битва Эйки? Думаю, красноволоска должна показать себя. По моим ощущениям, подавляющее большинство бойцов турнира не способны дать ей достойный отпор. Вот финалисты да, это будут ребята опасные, подстать Человеку-Мужику. Но всех остальных Акане должна снести с полпинка.

Мужик хлебнул прямо из горла и довольно улыбнулся. На его лице было большими красными буквами написано: «Жизнь удалась!»

На самом деле, на смотря на всю чудаковатость этого парня, поступил он весьма благородно. Именно он сказал судье, чтобы меня автоматом пропустили в финальную сетку. Очевидно, Мужику не нужна победа. Хорошая драка с достойным противником — вот чего он хочет. Не такой уж он и клоун, если разобраться.

Интересно, кто там под маской медведя? Хоть убей, этот вопрос не даёт мне покоя.

— Я хочу увидеть твоё лицо, — прямо произнес я, не лукавя.

— Э-э-э… какой хитрый, — Человек-Мужик хмыкнул и отхлебнул прямо из горла, — Всему своё время.

Он плюхнулся на сидение рядом со мной, обдав мощным винным ароматом. Я бросил взгляд на этикетку — вино этой марки стоит минимум двести тысяч империалов. Дорогое. А он его прямо так, из горла хлещет. Вот это расточительство.

— Знаешь, я и не думал, что кто-то догадается, — произнёс Человек-Мужик, задумчиво глядя на своё отражение в бутылке, — Сколько ни выхожу на ринг… всегда одно и тоже. Противники прут напрямую, очень уверенные в себе. Пытаются сломить грубой силой. А потом удивляются, почему не выходит. К моему Дару нужен особенный подход.

Он развернулся корпусом ко мне. Несколько секунд помолчал, словно собираясь с мыслями.

— Спасибо, — произнес Человек-Мужик, внимательно глядя на меня через прорези медвежьей маски, — Вот просто большое человеческое спасибо.

— За что? — спросил я.

— За то, что снова дал мне возможность почувствовать настоящую битву, — произнес он, — Дал ощутить горечь поражение, этот азарт, когда не знаешь, чем же закончится битва…

— Чел, да я просто разок тебе по морде дал…

— Мне и этого хватило. Меня столько лет даже поцарапать не могут! А ты из меня целый фонтан кровищи выбил! Это ж круто!

Глаза Человека-Мужика сверкали восторгом и вкусом к жизни. Как же мало некоторым для счастья надо, просто по морде получить разок. И больше ничего ненужно.

— Ладно. Как скажешь, — я пожал плечами, — Ещё не вечер, так что с удовольствием порадую тебя ещё раз.

Человек-Мужик усмехнулся.

— Да, только в этот раз я буду полностью серьёзен.

Я усмехнулся в ответ. Нисколько в этом не сомневаюсь. Интересно, насколько силен этот режим Чака Норриса? Не уверен, что смогу выдержать столкновение с ним в прямом бою. Надо что-то придумать, если хочу занять первое место.

— К слову, а где хранится призовой фонд? — спросил я как бы невзначай.

— Фонд-то? А вон там, — мужик указал на вип-ложу, расположенную под потолком, — У Аманды Зинцер, под её личным досмотром. Правда, Аманда, как я слышал, угодила в плен. Так что скорей всего там сейчас её сын Клент. Бдит за деньгами.

Я с задумчивым видом поскреб подбородок. Это получается фонд по традиции хранят наличкой? Не в электронном виде. Возможно, не хотят палить свои операции перед банками и таким образом уходят от налогов. Турнир-то полулегальный. Может быть есть ещё неизвестные мне причины.

Тут я обратил внимание на одну странную вещь. На этикетке бутылки, которую держал в руке Человек-Мужик, появилась наклейка. Красно-зеленая. «Скидка пятнадцать процентов. Ваша Семерочка», — было написано там.

Чего? Семерочка? О'кей, допустим, я эту наклейку просто проморгал. Но разве в Семерочки продают настолько дорогие напитки? Она всё-таки не винный магазин. Вроде бы Семерочка всегда считалась магазином для простолюдинов. Там настолько дорогое вино не продают…

Мои мысли прервал громкий голос Ведущего:

— Двести пятый и триста шестьдесят второй… прошу на ринг!

Двести пятый. Это номер красноволосой Акане. Эйка… Пришла её очередь участвовать в бою. Наконец-то. Я крепко сжал кулаки. Ну вот и оно. Чувствую мандраж… Чёрт, я переживаю за эту девчонку! Даже не верится, что так сильно к ней привязался. К простой смертной…

— Знаю триста шестьдесят второго, — задумчиво произнёс Человек-мужик, снова отпив прямо из горла, — Сильный боец. Кандидат на попадание в финальную сетку. Не думаю, что у него возникнут проблемы.

Вот блин… Эйка, держу за тебя кулаки. Может быть у меня получится как-то помочь ей? Как-никак, сейчас я не Бог-Император, а Вадим Сабуров. Да и не на рыцарском турнире я нахожусь, а на боях без правил.

Мои размышления прервал оглушительный звериный рев, пронесшийся по всему залу. Зрители испуганно заозирались, пытаясь вычислить источник звука. Рев принадлежал, вне всякого сомнения, очень крупному животному. У меня аж что-то в ушах заложило, а в груди поселилось неприятное сосущее чувство. Невольно я вспомнил о древних временах, когда был ещё простым мальчишкой, никак не Богом-Императором. В те времена моё племя вело полудикое существование. Мы уже успели выбраться из пещер, научились разводить огонь и строить крепкие жилища из дерева. Но мы все равно очень и очень боялись крупных хищников, ежегодно уносящих множество жизней. Этот страх сохранился на подсознательном уровне у всех моих потомков, въелся в спинной мозг. Страх был спасительным, ведь те, кто его испытывал, выживали. А те, кто нет — погибали.

— Че за… — нахмурился Человек-Мужик, — Что за писк? Какая-то дамочка свою чихуахуа забыла покормить?

Впрочем, Человек-Мужик на эволюцию явно ложил с пробором.

Раздался оглушительный грохот, словно где-то проломили стену насквозь. Переведя голову в сторону звуков, я наконец увидел… Нечто огромное, переваливаясь с боку на бок, бежало по проходу между рядами прямо в сторону ринга… Блестящая чешуя, острые зубы в пасти, каждый длиной в пятнадцать сантиметров. Большие красные сверкающие глаза с вертикальным зрачком… От каждого шага существа пол вздрагивал, а ближайшие сидения с зрителями подпрыгивали.

Ну ни хрена себе! Откуда оно взялось в современном мире? Это же…

Эйка бросила взгляд через зарешеченное окно на улицу. Там на небе щедро делилась серебром полная луна. Девушка немного зачарованно смотрела на неё. Ночное светило манило, словно гипнотизировало, не оставляя ни шанса на сопротивление.

В эти дни, когда на небе стояла полная луна, агрессия Эйки всегда возрастала. У девушки страшно чесались кулаки, и она лезла в драку по любому поводу. Мама очень осуждала всё это дело и говорила, что Эйка должна сдерживать свою ярость. Ибо подобное поведение неприемлемо и позорно для наследницы двух влиятельных кланов.

Отец с мамой никогда не спорил. Однако тайком всегда показывал дочери оттопыренный большой палец, направленный вверх и подмигивал. Скрытое одобрение. И Эйку это вдохновляло, как ничто другое. Внешне она пошла в маму, но характером куда сильнее напоминала отца.

— Вадим Сабуров? — раздался неподалёку подозрительно знакомый голос. Именно он и вывел девушку из подобия транса.

Эйка подскочила, словно ужаленная. Знакомый голос! Очень знакомый голос. Обернувшись, она увидела его… Человек-Семерочка с глупым видом блаженного стоял среди участников турнира, с глупым видом оглядываясь по сторонам.

— Вадим Сабуров? — повторил он.

— Кто его сюда пустил? — раздался голос одного из бойцов, — Опять какой-то дебил нарядился и приперся за автографом. Куда охрана смотрит, едрить их в колено…

— Ещё и размалевал себя, как клоун…

Бойцы смотрели на щуплого человека-Семерочку с осуждением и пренебрежением.

— Слушайте, он же похож на этого… — произнес кто-то, — На Аномалию, которую благородная школота из Притяжения раскатала на прошлой неделе.

— Ещё один дебил решил сделать себе костюм и засветиться на крупном мероприятии ради славы.

— Какой-то уж очень реалистичный костюм и грим…

— А ну пошёл вон отсюда, клоун! — крикнул один из бойцов, ожидавший своей очереди, — Это турнир боевых искусств, а не цирк! Или сейчас сами тебя вышвырнем!

Человек-Семёрочка обернулся, на его лице застыла маниакальная улыбка. На его виске одна из морщин раскрылась, словно глаз, на бойцов взглянуло полупрозрачное блюдце дополнительного глаза, со стилизованной Семерочкой вместо зрачка.

— Арена? Боевые искусства? — он резко нагнулся, вонзив пальцы в пол, в стороны брызнула паутина трещин, — Теперь это Семерочка!

Бетон под ногами участников забурлил. Вспучились огромные комья, переправляясь и превращаясь в прилавки с едой и напитками… точно такими же, как в продуктовых магазинах! С грозным пощёлкиванием из пола рядом с Человеком-Семёрочкой вылез кассовый аппарат, грозно загудел, готовый подтягивать к себе на ленте новые жертвы…

— Где появляюсь я… туда приходит и Семерочка! — Аномалия истерично расхохотался и начал разбрасывать в стороны защитные одноразовые маски. Те выпускали ножки, скалили зубы, бросались на людей.

Бойцы в зале однако оказались парнями и девчатами не робкого десятка. Так просто сожрать себя они не дали. Закипела ожесточенная схватка. Маски получали по зубам, кассовый аппарат затрещал под градом кулаков, заряженных духовкой. Однако и «Семерочка» не оставалась в долгу. Один за другим бойцы падали, помеченные сканерами штрих-кода, превращаясь в безобидные товары. Посреди этого безумия стоял Человек-Семерочка и с маниакальным видом улыбался.

Внезапно его взгляд остановился точно на Эйке.

— О-о-о… я тебя помню… чупа-чупсик, — заулыбался Человек-Семерочка, шагнул к Эйке, — Покажи, где находится Вадим Сабуров… Проведи меня к нему… пожалуйста… мне это очень надо… будь хорошей девочкой, войди в положение…

— А ну отвали от меня! — прорычала Эйка, раздавая тумаки и зуботычины налево и направо. Зубастые маски отлетали от неё одна за другой, их кости трещали.

— Взять её… И узнать, где находился Вадим Сабуров… — приказал Человек-Семерочка, вытянув в сторону Эйки рукава. С шелестом из них полезли маски одна за другой. Целая стая тварей устремилась к девушке, готовая накрыть её с головой.

Как не сопротивлялась девушка, ее повалили на пол. Острые клыки царапали её одежду и кожу, стремясь добраться до уязвимых мест. Духовка почти не помогала — твари прикосновением стремительно выпивали её, усиливая себя. Противостоять такому количеству не было ни одного шанса. На место одной уничтоженной маски вставали две новые.

В отчаянии Эйка закричала. Из её глотки вырвался совсем уж нечеловеческий вопль — низкий, трубный. Словно ревел жуткий крупный зверь. Хищник.

Лунный свет, пройдя сквозь оконные стекла, упал девушке на лицо. Эйка почувствовала, как её тело наливается силой — звериной и неудержимой. Кажется, это тот самый день, когда сдерживаться не надо. Надо выпустить наружу свой Дар, который она обычно сдерживала, не считаясь с последствиями…

Звериная ярость затмила разум девушки. Все люди вокруг стали маленькими и никчёмными. Словно букашки. А одноразовые маски так и вовсе деградировали до уровня паразитов.

Одежда на Эйке затрещала, расходясь по швам. Все зубы во рту удлинились и заострились. С хрустом кроссовки изнутри вспороли длинные когти и вонзились в пол, оставляя за собой длинные царапины. Кожа сильно зазудела — на ней образовывалась чешуя, толстая и прочная. Способная выдержать любой укус.

В этом и заключалась суть Дара Эйки… Оборотничество. Превращение одного живого организма в другой. Сейчас, когда на небе царила полная луна, данный Дар становился силён, как никакой другой, готовясь реализовать весь свой потенциал.

Только превращалась Эйка не в волка. И даже не в медведя с пантерой. Её избранным зверем являлся древний хищный ящер огромных размеров, обладатель большой массивной головы с огромной челюстью, уравновешенной длинным мощным хвостом с другой стороны. Мощные задние лапы несли многотонное тело вперёд, способные разогнаться до впечатляющих сорока километров в час.

Ящер был известен в современном мире под именем тиранозавр.

Эйка не очень любила применять свой Дар, ограничиваясь использованием духовки. Превращение в такую большую тушу как правило сопровождалось порванной одеждой и масштабными разрушениями. Но в этот раз другого способа спастись не было.

Стряхнув маски и разогнавшись, она устремилась куда глаза глядят, снося любые преграды, в том числе и прилавки, созданные Семерочкой. Люди едва успевали отпрыгивать из-под её огромных лап. С каждым шагом в полу оставался глубокий отпечаток в форме лапы.

Пробив стену таранным ударом головы, Эйказавр оказалась в главном зале, где на ринге проходили бои. Следом за ней через пролом устремились и зверомаски, в поисках добычи для Семерочки. Эйка рванула прочь от них, прямо к рингу — её затуманившийся звериный разум подсказал ей, что именно там находится спасение.

Взобравшись на ринг, Эйка широко распахнула зубастую пасть. «Ва-а-адик!» — хотела закричать она, но из пасти вырвался лишь могучий трубный рёв, заглушив все прочие звуки.

— Эйка? — в шоке произнёс Человек-Мужик. Бутылка выпала из его руки, — Что ты тут делаешь?

Глава 10. Помоги мне

Я особо долго не рассусоливал — похоже, этот динозавр, внезапно нагрянувший на огонек — на самом деле Эйка. Я понял это даже не по словам Человека-Мужика, хотя они меня и удивили. Во-первых, к чешуе динозавра на некоторых местах его туши прилипли ошмётки одежды моей девушки. На одном из когтей болтался разодранный кроссовок.

Ну и самое главное — на голове тиранозавр имел модную длинную шевелюру, очень сильно напоминающую о красных волосах Эйки. Шелковистые, вьющиеся и красиво развевающиеся при беге, словно их намыли десятком целебных укрепляющих шампуней разом.

Я более чем уверен, что это моя красноволоска! Пусть и внезапно отрастившая острые зубы и мощные чешуйчатые ляхи.

Если подумать, я до сих пор не знал, какой у Эйки Дар. Не было времени спросить. Каждый раз находились более важные дела, требующие моего внимания.

Присутствовал, конечно, и печальный вариант, в котором Эйку съели. Но я почти сразу отмел его — на одежде не было крови. Так что вариант с оборотничеством выглядел самым реалистичным. Дар Эйки — превращение в тиранозавра. Понятно, почему она никогда не использовала его ранее. После превращения девушка сразу становится крайне опасной для окружающих.

Понятно, почему в ходе дуэли Чикэку так быстро нейтрализовала дочь — знала, чем может закончиться дело. Тиранозавр с подрубленной духовкой вполне способен доставить проблем даже такому монстру как Аманда.

Я неоднократно имел дело с людьми, превращающимися во всякое лохматое и не только. Как правило, их сила резко возрастала, но при этом начинались проблемы с мышлением. Звериная сущность начинала перетягивать одеяло на себя. Также такая здоровая туша представляет из себя просто великолепную мишень.

Я должен не просто спасти Эйку — я должен не дать ей натворить ничего такого, чтобы девушка потом всю жизнь не винила себя. Челюсть тиранозавра, усиленная духовкой, способна сделать такой Кусь, что мало не покажется никому.

Разбив стекло вип-ложи, я выскочил наружу. Но не успел сделать и шага в сторону Эйки, как подвалила новая напасть.

Следом за Эйка-завром в помещение через пролом в стене полезли…одноразовые маски с зубами, похожие на пауков. Минуточку… Это же миньоны Человека-Семерочки! Откуда они тут? Их же хозяин благополучно издох! Мы с Эйкой самолично его прикончили!

Невдалеке послышались звуки выстрелов. Зрители в панике бежали к окнам и дверям, расталкивая друг друга. Ещё чуть-чуть, и в спорткомплексе воцарится самый настоящий ад! Если уже не…

Эйка резко подняла голову, случайно мордой задев вип-ложу, где находился предположительно Клент Зинцер с призовым фондом. Вся конструкция с треском и грохотом рухнула на пол, лишь чудом никого не придавив. Одна из стенок отвалилась, и через неё наружу высыпалась группа людей, состоящая из преимущественно полуголых девиц. Среди них я углядел старину Клента с пиратской повязкой на глазу. И почему-то со спущенными штанами. Хотя… чему я удивляюсь?

Клент в шоке оглядывался по сторонам и прижимал к груди спортивную сумку, из которой выпадали стопки зелёных купюр… Империалы, и так много! Кажется, это ни много ни мало — призовой фонд!

Хочу, хочу, хочу… но сперва надо спасти Эйку!

Несколько охранников подняли свои пушки, направив их прямо на ревущего тиранозавра. Ещё чуть-чуть и откроют огонь! Чешуя у древнего ящера, конечно, должна быть прочная, но на практике это проверять не хочу.

Сосредоточившись, я выстрелили в мужиков зарядом плазмы из духовки. Высокотемпературная субстанция срезала у пистолетов стволы и обожгла охранникам пальцы. Те с проклятиями отбросили раскалившееся оружие в сторону.

Я бросился в сторону Эйки, расшвыривая всех, кто попадался на пути.

Одним из таких неудачников оказался Клент. Парень имел вид крайне ошарашенный, от него сильно несло алкоголем. С него постоянно спадали штаны. Все, на что хватало парня — это прижимать к себе спортивную сумку, из которой сыпались стопки с деньгами.

Подобное расточительство я никак не мог стерпеть. Зарядив Кленту по роже для порядка (а что, хорошая традиция уже вырисовывается, вместо рукопожатия удар по морде), я перехватил сумку, застегнул её и закинул за спину.

Как говорится, катастрофа катастрофой… а денежки с собой прихватить надо. Лишними никогда не будут.

Я бросился к Эйке, стремясь привести её в чувство. Тиранозавричка… тиранозавра… короче, моя милая красноволосая тушка Эйказавра топталась по рингу, испуганно ревела и, кажется, совершенно утратила связь с реальностью.

В принципе, мы с Эйкой своего добились. Пользуясь неразберихой, я успешно спер призовой фонд — то, ради чего все и начиналось. Теперь осталось благополучно смыться! Но с последним пунктом были проблемы…

— Эйка, душа моя! — крикнул я, пытаясь привлечь внимание тиранозаврочки, — Я здесь!

Ящер резко повернулся в мою сторону. Кусь! Огромные челюсти с пятнадцатиметровыми зубами сомкнулись в паре сантиметров от моего лица. Меня обдало мощным запашком из недр доисторического ящера. Мда… полагаю, в своём Меловом периоде тиранозавры зубы не чистили даже мелом…

— Хорошая девочка, — растерянно произнёс я, пытаясь мысленно с нуля придумать новый план действий.

В глазах Эйки не осталось почти ничего человеческого. Звериная половина полностью завладела её сознанием. Она шагнула ко мне, распахивая пасть для второго куся.

Я сдвинулся в сторону, пропуская её голову мимо себя. После чего, врубив духовку на максимум, обхватил руками её челюсти сверху и снизу! Пасть со звонким щелчком сомкнулась!

Эйка, дёрнулась назад, пытаясь освободиться. Мои кроссовки заскользили по рингу, но я не отпускал. Вцепился, словно чихуахуа в медведя!

— Давай-давай, Эйказавр, приходи в себя, — скомандовал я, похлопывая тиранозавра по шее. Чувствую, что если она рванётся изо всех сил, я её не удержу! Даже при всей силе духовки!

Эйказавр свою духовку в звериной форме пока не врубала. Боюсь представить, что произойдёт, если она научится контролировать свой Дар и использовать духовные потоки на максимум.

— Эйка! — крикнул я, глядя в огромный звериный глаз с алой радужкой и вертикальным зрачком, — Приди в себя! Очнись!

Тиранозавр снова попытался разжать челюсти. От напряжения моя рожа покраснела, почти сравнявшись по цвету с шевелюрой Эйказавра. Я отчётливо видел это в отражении её глаза. Но в этот раз тиранозавр действовал уже не так уверенно как раньше. В его глазу, обращённом на меня, я увидел осмысленное выражение и даже… узнавание!

— А-а-ар… Ик? — прорычал тиранозавр. Он прекратил сопротивляться и смотрел на меня со странным выражением на морде. Я бы даже сказал, оно было растерянным и виноватым, — Вар… дик?

Вадик? Она это пытается сказать?

— Ты тут, Эйка? — спросил я. Тиранозавр в ответ неуверенно кивнул, и я разжал руки, — Отлично, тогда пора сматываться отсюда!

Я шустро забрался по ноге Эйказавра, цепляясь за шершавую чешую. Усевшись на её спине, широко расставив ноги, я быстренько оценил обстановку. Вокруг происходило фирменное безумие — монстры, прилавки Семерочки, охрана, бойцы, зрители — все лупили друг друга почём зря. Нам в этом мордобое делать точно было нечего.

— Н-н-но-о-о, лошадка! Впере-е-ед! — приказал я и, усилив пятки духовкой, пришпорил Эйку. Та, трубно заревев, как танк поперла вперед, переставляя могучие колоннообразные ноги.

Народ с криками разбегался, отпрыгивая из-под Эйкиных ног. Мы проломили несколько стен. Перекрытия падали на нас сверху, я отбивался от них при помощи духовки.

В конце концов мы оказались в неком складском помещении, полном металлических контейнеров. Здесь же я увидел выход — большие раздвижные ворота. Они должны были открываться с пульта, но зачем нам пульт, когда есть голова тиранозавра?

Тем не менее я приказал Эйке остановиться. Что-то удерживало меня от варианта пойти на пролом. И как оказалось не зря!

Осторожно выглянув наружу через щель, я увидел ряды машин и фургонов — на всех красовался логотип ТСБ и меч с тремя гардами. Тут как тут ребята, явились не запылились. Как они так быстро узнали, что здесь лютует Аномалия? Экстрасенсы, блин.

Я оглянулся на Эйкозавра — моя большая девочка топталась у меня за спиной, ожидая команд. Как бы ей так намекнуть, что в текущем виде она слишком заметная? А также представляет собой большую и легкую цель. Попасть легче, чем в слона!

— Эйка, ты можешь превратиться назад? — спросил я громким шёпотом.

Та помотала головой.

— Эт… та… слож… на-а-а… — прохрипела она очень невнятно. Всё же глотка тиранозавра совершенно не была приспособлена под человеческую речь.

— Ты уж постарайся, — попросил я, — Иначе нам тебя отсюда не вытащить.

Впрочем, даже если Эйка превратится назад, наша ситуация сильно легче не станет. Спорткомплекс, похоже, оцеплен со всех сторон. Агенты будут шкурить всех и каждого, кто попытается выйти. Никаких исключений.

— Эй, вы! — раздался знакомый голос позади нас, — Дуйте сюда!

Обернувшись, мы с Эйкой увидели его — легендарного Человека-Мужика. Он стоял у широкого открытого люка, ведущего куда-то под землю, и манил нас к себе.

— Я выведу вас в безопасное место через технический, — сказал он, — Пока агенты не успели перекрыть его.

— А мы точно можем тебе доверять? — спросил я, приблизившись, — Человеку, который носит маску.

Вместо ответа Человек-Мужик взялся за свою медвежью маску и стянул с головы. После чего бросил на пол.

У нас с Эйкой челюсти чуть не упали на пол. Мы оба сразу же узнали его. Я видел этого человека на фотографиях, а красноволоска — много-много раз вживую. Ведь это был её отец — Анатолий Краснов, глава рода Красновых.

Вне всякого сомнения. Человек-Мужик, легендарный пятикратный чемпион боёв без правил и Анатолий Краснов, глава клана Красновых — один и тот же человек. Одна личность, скрывавшаяся под медвежьей маской анонимности.

Уж не для того ли участвовал, чтобы немного развеяться и отдохнуть душей? Сделать то, чего он не мог себе позволить, как глава клана? Ну и жена бы, как минимум, точно не одобрила подобного поведения. Не солидно ведь.

— Батя! Что ты тут делаешь? — в шоке проревела Эйка практически чётким человеческим голосом.

— Доча! Что ты тут делаешь? — одновременно с ней воскликнул Антон Краснов.

Несколько секунд длилось очень неловкое молчание.

— Всё маме расскажу! — воскликнули одновременно и отец, и дочь, укоризненно указав друг на друга пальцами.

Мда-а-а… Семейное сходство налицо.

— Дочка, позже поговорим! Быстро превращайся назад! — приказал строгий батя, — Иначе произойдет худшее!

— Нас поймают агенты ТСБ? — испуганно произнесла Эйка.

— Хуже, наша мама нам вынесет мозги на тему возмутительности нашего поведения, — сказал Краснов.

Откровенный мужик. Говорит то, что думает.

— Дочка, быстрее превращайся в человека!! — крикнул Человек-Мужик, стараясь перекричать шум приближающейся толпы.

— Я не могу-у-у! — жалобно проревела Эйка. Она взмахнула хвостом, случайно опрокинув припаркованный внедорожник, — И кроме того, я же буду голой! Одежда в клочья! Такой позор!

Я так и представил толстую задницу тиранозавра, пытающуюся влезть в узкий проход. Как ящер скребет по полу лапами, оставляя длинные неровные порезы когтями в полу.

Я едва удержался от того, чтобы пошутить на тему того, что кто-то слишком много ест и накушал себе мощные ляхи.

— У тебя есть промежуточная форма? — спросил я у Эйки, — В которой ты похожа на человека, и на ящера одновременно?

Приоткрыв рот, Эйка с хлюпаньем лизнула меня длинным слюнявым языком. И кивнула.

— Тогда давай, не тяни, — распорядился я, вспоминая, где у меня лежит платок. Эйка от избытка чувств свои слюни совершенно не контролировала, — В промежуточной форме, как бывает у оборотней, ты будешь покрыта чешуёй. Так что никто тебя голой не увидит. Позора не будет.

— Давай дадим ей немного своей духовки, — сказал Человек-мужик и положил руку на коготь тиранозавра, — Так она успокоится, и ей будет немного легче превратиться.

Я положил руку на другой коготь и сосредоточился, делясь с девушкой своей силой. Эйка зажмурилась и… начала медленно, но верно уменьшаться в размерах!

Через десять секунд перед нами стоял… рептилоид с длинным хвостом. Черты его морды немного напоминали лицо Эйки. И, конечно же, не обошлось без шикарной красной шевелюры. В промежуточной форме Эйка всё равно оказалась довольно-таки здоровой — метра три в высоту. Так что идти по тоннелю ей придётся, сильно пригибаясь.

Чешуйчатые сиськи… в промежуточной форме они оказались раза в два больше обычного. Интересно, а на ощупь у Эйки они какие? Вообще, каково это — заниматься любовью с Эйкой-рептилоидом, прямо под её гибкий чешуйчатый хвостик… хм… так, не о том думаешь, Бог-Император! Сейчас есть куда более актуальные задачи!

У меня в прошлом имелся опыт секса с женщинами разных рас. Императором быть — ксенофилии не бояться. Но, должен признать, с представительницами расы рептилоидов почти ничего не было. Меня ждет интересный опыт.

Только Бог-Император способен трахнуть тиранозавра и остаться при этом невредимым!

Ладно, ладно, хорош думать про разврат, моё молодое тело. Я все понимаю, тебе хочется отлюбить все, что движется, но для начала надо хотя бы выбраться наружу.

Тоннель, по которому мы двигались, кажется, являлся частью неких служебных помещений. Здесь было освещение, по бетонным стенам тянулись провода. Зинцеры явно не просто так все это построили.

— Что это за тоннель? — спросил я у Анатолия, двигавшегося впереди.

— Это секретный ход, выкопанный Зинцерами для элитных бойцов, — сказал Человек-Мужик, не оборачиваясь, — Его проложили специально для эвакуации в случае чрезвычайной ситуации. Собственно, что сейчас происходит, если не она?

— Логично, — признал я.

Полагаю, Зинцеры также использовали этот тоннель для перевозки чего-то не слишком законного. С них станется.

Эйка продолжала держать сумку с деньгами в руках, прижимая её к груди, как самое дорогое. Я решил доверить деньги девушке на тот случай, если мне вдруг придется драться.

Никогда нельзя расслабляться. Опасность может выйти из-за ближайшего поворота. Что, собственно, и произошло…

Сначала мы уловили странный прокисший запах. Как будто на продажу выставили йогурт ну по очень выгодной скидке. А затем из-за ближайшего поворота вышел он… красно-зеленая форма, семёрки в глазах, вросшая в лицо маска.

Человек-Семерочка… он последовал за нами даже сюда. Остановился, и смотрит прямо на меня, не мигая.

Честно, не знаю, на что эта Аномалия рассчитывает, преследуя меня. Я стал намного сильнее, у меня перстень с мощной духовкой Чикэку. Со мной Человек-Мужик и Эйка. Втроём мы вломим ему по первое число.

Эйка оскалилась, демонстрируя ряды острейших тиранозаврьих зубов в миниатюре. Её батя вытащил откуда-то бутылку с вином и отхлебнул прямо из горла. После этого у него с громким хрустом на груди снова отрос густой волосяной покров взамен сбритого мной. Выглядело это раз в десять страшнее, чем все Эйкины зубы вместе взятые.

Но события внезапно пошли по совершенно по иному сценарию.

— Вадим… Вадим Сабуров… — прохрипел Аномалия и… рухнул на колени, глядя на меня умоляющим взглядом. Руки сцепил на груди в молитвенном жесте, — Пожалуйста, помоги мне… Я не знаю, что со мной происходит… спаси меня, прошу… ты же обещал… Помнишь, там, на Арене… Я готов присягнуть тебе на верность… только спаси…

Я молчал, слегка озадаченный подобным поворотом…

Глава 11. Новые аппартаменты

Крайтон, Кунц и Кинг двигались по подземному тоннелю. Над ними остался обезумевший спорткомплекс, который наводнили спятившие маски-твари. Младшие агенты и спецназ ТСБ вместе с примкнувшим к ним гражданскими сейчас пытались навести там порядок. Большую часть тварей успешно ликвидировали, всем пострадавшим оказали необходимую помощь.

Однако Кинг сотоварищи не добились главного — не увидели эволюции Аномалии. Она успешно ускользнула от них по техническим подземным ходам. Впрочем, это были лишь временные неудобства. Метка старшего агента Кунца обнаружит Аномалию везде, где бы та не находилась.

Агентов смущало лишь одно обстоятельство — метка уже минут пятнадцать как не двигалась. Красная точка на сканере пульсировала, оставаясь при этом на прежней локации. Агенты не могли этого знать, но именно в этом месте, где сейчас мерцала метка, ранее встретились Аномалия и Вадим Сабуров.

Агентов ждало глубокое разочарование — когда они добрались до места назначения, они никого не нашли. Коридор был полностью пуст. Лишь на полу вспучивалось какая-то жутковатого вида небольшая тварь, похожая на морскую звезду, слепленную из сырого мяса. Она выбрасывала в сторону ложноножки, сокращалась и пыталась двигаться. Но сил ей не хватало. У нее получалось лишь судорожно подергиваться.

— Немыслимо, — удивлённо произнес Кунц, взглянув на тварь, — Мою метку невозможно снять!

Он подбежал к звезде и склонился над ней, внимательно осматривая.

— Вся моя метка перекручена и как будто… скукожена, — удивлённо произнес Кунц, — Впервые вижу что-то подобное.

— Я думал, твою метку снять невозможно, — сказал Крайтон, — Очень уж въедливая дрянь.

— Я тоже так думал… — Кунц кивнул, — И вот результат.

Он осторожно коснулся звёзды пальцем. Та с хлюпаньем заползла к нему в рукав пиджака, словно к себе домой.

— Отдыхай, — ласково произнес Кунц, словно баюкал ребенка.

— Что ж, полагаю, Аномалия нашла способ обойти твой Дар, — произнёс Кинг, внимательно осматривая пол под ногами. Наклонившись, он подобрал с земли небольшой курчавый волосок и внимательно осмотрел его. После чего спрятал в карман.

— Либо ей кто-то помог, — добавил Крайтон, — Тиранозавр, который бегал по рингу… его волосы мне напомнили шевелюру наследницы Акане. А где Эйка Акане — там и Вадим Сабуров, — Крайтон повернулся к Кингу, — Шеф, я думаю, вы были правы. Тут не обошлось без нашего дерзкого школьца. Я практически уверен в этом.

— Что ж, действуем следующим образом, — произнёс Кинг, — Мы все трое разделимся, и каждый займется своим расследованием. Крайтон — ты займешься Притяжением звезд и всем, что там происходит. В частности — собери полную информацию на Вадима Сабурова. Хочу знать о нём все — вплоть до того, что он ест и чем срет. В том числе химический состав.

— Будет сделано, — Крайтон с кислым видом отдал честь.

— Кунц, ты займешься поиском Аномалии, — сказал Кинг, — Понимаю, после всего, что произошло, верх цинизма просить о поиске именно тебя, но… только у тебя есть шанс её найти. Понимаешь?

— Вполне, — Кунц с равнодушным лицом кивнул, — Приступаю к работе.

— Шеф, а если не секрет… — поинтересовался Крайтон, — Чем займетесь конкретно вы?

— Думаю мне стоит поднять старые архивы одного дела, вроде бы давно закрытого, — с задумчивым видом произнес Кинг, — Дела Дмитрия Вышнегорского и всего с ним связанного… Есть у меня подозрение, что в прошлый раз коллеги, занимавшиеся этим делом, чего-то недоглядели.

* * *

Утром ещё до начала уроков я прислал Эйке и Генке сообщения с приказом явиться в нашу общажную элитную квартиру. Надо будет решить, где будем хранить деньги. Ну и вообще распланировать все дальнейшие действия.

После того, как мы выбрались из спорткомплекса, Эйка отправилась с батей в его поместье. Я же, закинув сумку с призовыми фондом за плечо, отправился в школу. Светало, скоро начнутся занятия. Надо бахнуть кофейку и взбодриться. А то буду спать на ходу.

Пока шёл, в голове крутились все недавние события — турнир, украденный призовой фонд, дружба с Человеком-Мужиком, разговор с Аномалией в технических тоннелях… Столько всего произошло, что голова просто распухает в попытках расставить все по своим местам.

Сложно… но я постараюсь взять себя в руки и заставить мозг работать на полную.

Спокойно, Бог-Император, спокойно… Вадим Сабуров, ты тоже успокойся… Самое главное, что все события развиваются в рамках плана. Местами петляют, но общее генеральное направление сохраняется!

Из головы не шёл финальный разговор с Анатолием Красновым и Эйкой. Уже после того, как выбрались на поверхность, мы на прощание перебросились лишь парой фраз. Но черт возьми, как же меня они воодушевили!

— Спасибо, что помог спасти дочь, — сказал мне Анатолий Краснов на прощание, — Я у тебя в долгу.

— Эйка моя девушка, — с улыбкой произнёс я и снял свою маску с лица, — Я за ней в огонь и воду.

Анатолий Краснов раскрыл свою личность. Думаю, мне надлежит сделать тоже самое. Да и в любом случае он догадается. Все в округе уже давно знают, с кем встречается Эйка.

— Вадим Сабуров, — Анатолий Краснов кивнул, — Стоило догадаться. Я знал твоего отца, Дмитрия Вышнегорского. Хотя и не так хорошо, как хотелось бы. Достойный был человек.

— Не все считают его хорошим, — заметил я, — Для большинства он остаётся заговорщиком и еретиком.

— Я не верю в эти сказки, — Анатолий отмахнулся, словно от назойливой мухи, — Еретик, заговорщик, чернокнижник… Скорее я уж поверю в то, что Дмитрий знатно так перешел кому-то дорогу там наверху…

В подтверждение своих слов он ткнул пальцем в небо. Однако… Человек-Мужик неожиданно оказался вполне неплохим мужиком. Особенно на фоне жены.

Вот ведь как оно в жизни бывает. Чикэку Акане изначально предстала самим воплощением аристократического благородства, но под маской скрывалась настоящая беспринципная хищница. Анатолий Краснов был её полной противоположностью — под маской клоуна оказался человек слова. По своему благородный. Пусть и со странностями.

Как они только ухитрились сойтись? Воистину правду говорят, что противоположности притягиваются.

— Приятно слышать, — сказал я, — К сожалению, я не доверяю вашему родовому союзу Акане-Красновых. Я уже пересекался с Чикэку, твоей женой, и знакомство это было… не из тёплых.

— Да я в курсе об этом… инциденте. Поговорю с Чикэку, — Краснов улыбнулся и неожиданно подмигнул мне, — Она отстанет от тебя. Ты дважды спас нашу дочь. Со стороны наших благородных семей не может быть никакой вражды к тебе. Даже Чикэку при всей её расчетливости должна понять это.

Я был приятно удивлён. Уж чего-чего, а такого поворота я не ожидал.

На этой весьма оптимистичной ноте мы и распрощались, крепко пожав друг другу руки. Впечатления об Анатолии Краснове у меня остались самые положительные. Пусть наше знакомство началось с взаимного мордобоя (и односторонней эпиляции), в конечном итоге все закончилось хорошо. Мы разошлись вполне довольные друг другом.

Думаю, мне стоит подумать над тем, чтобы уничтожить ню-фотографии, компрометирующие Чикэку. Полагаю, они теперь без надобности. Напротив, даже вред могут принести в случае, если вдруг всплывут.

Честно, в глубине души я был рад, что не придется идти по такому пути — пути подленького компромата. Понятное дело, что я должен вернуть себе власть любой ценой и восстановить мир в его исходном виде, но… Но не хочется слишком уж глубоко нырять в дерьмо. Если другого варианта не будет — нырну. Но по возможность хотелось бы этого избежать.

Не менее интересная беседа состоялась чуть ранее — с Аномалией. Когда это чудо-юдо вырулило из-за поворота, я уж было приготовился к очередной драке. Но вдруг он встал на колени и выдал… то, что выдал. Попросил помощи и пообещал присягнуть.

— Надо мной ставили опыты… — прошептал Аномалия, ткнувшись лбом в каменный пол, — Жуткие бесчеловечные опыты, словно с вещью, а не человеком… Мое сознание находилось словно в тумане, я не понимал, что творю… Пожалуйста, помоги мне… Я клянусь верно служить тебе…

Я молчал. В белость и пушистость этого парня верилось слабо. Но в его голосе звучал неподдельный страх. И раскаяние. А ужас, как известно, очищает человеческую душу. За тысячелетия жизни я подобное наблюдал неоднократно.

— Агенты ТСБ что-то вживили в меня, — проскулил Аномалия, боясь поднять на меня глаза, — Чувствую, как оно шевелится во мне… Касается меня изнутри своими щупальцами… Я не могу вытащить его… Пожалуйста, помоги…

— Вадик, не слушай его! — воскликнула рептилоид-Эйка за спиной, — Он нам просто голову морочит. Это ловушка!

— К-клянусь, я говорю правду… — скулил Аномалия. И начал биться головой о бетон. Серая структура под ударами начала трескаться. Лоб у этого парня весьма крепкий. Кальция много, наверное, в костях, — Господин, верьте мне!

Я колебался. Очень уж непростое решение предстояло принять. Однако что-то внутри меня заставило меня сделать шаг к Аномалии и…

Закрыв глаза, я внимательно осмотрел его духовные потоки. Среди них шевелилось нечто чужеродное, посторонние духовные потоки в форме пятиконечной морской звезды. Это то вживлённое нечто, о котором он говорит? Могу попробовать аккуратно отцепить мерзкую штуку, благо у меня наработан хороший опыт.

Использовав Скукоживание, я скрутил невидимую тварь, отцепляя её духовные потоки от Аномалии. Тот скулил, как будто бы от боли, но послушно терпел.

Когда я закончил, Аномалия блеванул себе прямо под ноги, заполнив тоннель мерзким тошнотворным запахом. Из его рта, кто бы подумал, вывалилась и растеклась по полу мерзкая тварь, похожая на морскую звезду. Я наступил на неё ногой, заряженой духовкой. Тварь зашипела, немного подергалась и затихла, от неё повалил дым.

— Спасибо… спасибо, господин… — прокряхтел Аномалия, подняв на меня мутные глаза, — Дайте мне немного времени прийти в себя… И я буду служить вам верно!

Ну уж не знаю, насколько этому фрику можно доверять. Заедут у него в очередной раз шарики за ролики, и начнет творить дичь.

Звуки погони за спиной усилились, заставив меня думать быстро.

— Спрячься где-нибудь и залижи раны, — сказал я Аномалии. Приблизившись, негромко шепнул ему на ухо, — Через неделю в это же время встретимся около ближайшей к Притяжению Семерочки. Там обсудим твой вассалитет подробнее.

— Да, да… господин… как прикажете… — покорно пролепетал… кажется, его раньше звали Андрей?

— Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, — негромко произнёс Анатолий Краснов, когда Аномалия скрылась за поворотом.

— Не знаю, — я покачал головой, — Я просто хотел, отправить этого парня подальше, чтобы мы смогли пройти спокойно.

Человек-Мужик кивнул и больше вопросов не задавал.

Вот из-за этих событий у меня и пухла голова не по детски. Анатолий Краснов, Аномалия… Мне предстояло многое обдумать, как строить с ними союзнические отношения… и строить ли вообще?

С Красновым однозначно надо дружить. Через него я получу рычаги влияния на Чикэку. И верну личные вещи Дмитрия Вышнегорского. Так что союз Человеком-Мужиком даже не обсуждается. Мне остро нужны влиятельные союзники. Акане, Зинцеры… с этими ребятами я успел посраться. Из союзников только де Биль в лице леди Мираэль Озёрной, да и то, союзники зыбкие и ненадёжные. Они тесно связаны с нынешней властью, которая очень не любит Дмитрия Вышнегорского. Запахнет жаренным — в момент от меня открестятся.

Если с Человеком-Мужиком всё было более менее ясно, то как быть с Аномалией? Он… оно же долбанутое на всю голову! Мало того, меня могут спалить на дружбе с ним, и тогда никакое заступничество де Биль не поможет. Кроме того, Аномалия вполне способен нанести удар в спину в самый неподходящий момент.

По-хорошему я должен сдать его властям. Тем же агентам ТСБ. Пусть забирают и ставят над ним опыты.

Кроме того, есть еще нюансы…

Начнём с того, что воскрешение и побег Аномалии от ТСБ выглядят ну очень странно. Я не верю, что в спецслужбах работают дебилы, способные проморгать побег Человека-Семерочки. Что если это не Аномалия сбежала… а её специально натравили на нас? Может быть это всё — часть большого эксперимента правительства? Можно сказать продолжение Арены с Аномалией. Только в этот раз подопытными кроликами стали не школьники, а участники боев без правил. Тестируют важные шишки свои теории в условиях, максимально приближенных к реальности. А мнение простого народа, как обычно, не спросили.

В общем, как поступить с Аномалией, я пока не знал. Торопиться с решением точно не стоило. Благо время подумать ещё целая неделя. Но потом надо будет что-то решать. Заполучить союзника с подобными способностями очень заманчиво, но это грозит серьёзными проблемами. Риск слишком велик.

Возможно, Эйка и Генка смогут подсказать что-нибудь толковое? Никогда не бывает вредным послушать верных соратников.

Главное, чтобы батька отпустил сегодня дочурку в Притяжение из своего поместья. Шансы на это были достаточно высокими. Эйка не получила серьёзных ран во время турнира. Максимум пару царапин. Даже шишек не набила, ломая головой стены и перекрытия — у Эйки… у Чупазавра оказался очень крепкий череп. Да и не тот у девицы характер, чтобы отсиживаться в четырех стенах.

«Я скоро буду. Люблю, целую. Кусь!» — пришло сообщение от Эйки. Да, глупо было думать, что батя сможет её удержать. У Чикэку может быть это и получилось. Но у отца к дочери было явно более трепетное отношение.

«Окай… иду(((» — Генка сегодня был лаконичен. Эйка говорила, что у него после последней нашей встречи было плохое самочувствие? Что-то в груди кололо. С сердцем проблемы? Надеюсь, что обойдется. Может быть просто переволновался?

Бухгалтерия в Притяжении Звёзд начинала работать рано. Ещё до занятий. Я получил ключи от секретаря Мираэль для обеих квартир и подписал все необходимые бумажки. После чего сразу же направился в свои новые апартаменты. Точнее, наши.

Не стоит забывать, что Мираэль вполне способна разместить подслушивающие устройства в квартирах. Как минимум Крысич, ее начальник службы безопасности, вполне способен это сделать. Поэтому, пока не найдем способ убедиться в безопасности помещения, разговоры лучше всего фильтровать.

Повернув ключ, я вошёл в новую квартиру. Ну что могу сказать… Никакого сравнения с нашей съемной шарагой. Новая квартира была прекрасна, просторная и светлая, с паркетным полом из натурального дерева. Мебель, обои, шторы, кухня — опытные дизайнеры подобрали все в едином стиле с преобладанием белых, оранжевых и желтых цветов. Из техники — холодильник, плита с духовкой, микроволновка, кондиционер и два широкоэкранных телевизора. Один в спальне, другой на кухне. В ванне я обнаружил джакузи. Рядом с ванной находилась ещё одна небольшая комнатка — это была баня с гладкими деревянными стенами и длинными деревянными скамьями, от стены до стены. Здесь же стояла электрическая банная печь для нагрева, каменка.

Неплохо так. Квартирка явно предназначалась для очень важной благородной шишки. Стоило всё это дело явно очень дорого.

На всякий случай я сделал несколько фото на телефон каждой комнаты. Пусть только Мария откажется сюда переезжать, покусаю. И Иру, и Марию надо как следует отджакузить, и отбанить, чтобы подобрели и не задавали глупых вопросов. А то их разговоры про обязательное самопожертвование ради восстановления честного имени рода начинают напрягать.

Жаль, что наши с девушками отношения пока что не находятся на том уровне, на каком мужчина и женщина вместе принимают ванну с джакузи и парятся в баньке. Но я над этим работаю. Медленно, но верно. Просто пока что есть куда более насущные вопросы.

Быстренько заглянул во вторую квартиру — там было все тоже самое, один в один. Так что пристально осматривать жилплощадь я не стал. И вернулся в первую. Уселся на мягкий диванчик на кухне, и закинул ногу на ногу. Сумку с призовым фондом поставил рядом с собой. Я так и не успел посчитать, сколько же там денег… Клент очень много просыпал стопок, так что оставшаяся сумма может оказаться не такой уж и большой.

Думаю, стоит перевести в эту квартиру и Аманду. Общежитие находится под более серьёзной охраной, чем поликлиника. Так что чертовка точно не сбежит. Ошейник сильно ослабил её, отключив и Дар, и духовку. Так что с Амандой при необходимости легко справится даже Ира. Последняя пробудила духовку и серьёзно превосходит по силе среднего человека.

Мои размышления прервал дверной звонок… ага, кажется, мои соратники прибыли на совещание. Интересно, кто первый, Эйка или Генка?

Стоило мне подойти к двери и взяться за ручку, как с лестничной клетки до меня донёсся весьма странный и мерзкий звук. Как будто кто-то от души так блеванул прямо на пол, разом высвобождая всё содержимое желудка…

Глава 12. Сейф

Быстро глянув в глазок, я увидел Геннадия, скорчившегося на лестничном пролёте. Парень блевал прямо на пол, выдавая такую тугую струю, словно собирался заняться гидрорезьбой по камню.

— Геныч! — я распахнул дверь настежь и бросился к другу, — Ты что, секретаря леди Мираэль голой увидел?

— Ы-ы-ы… — тот закончил с «гидрорезьбой», исчерпав запасы, и перевёл на меня мутный взгляд, — Дарова, Фафик… Было бы неплохо, но нет…

Я проводил Геныча на кухню, вооружил его тазиком и ворохом салфеток. Также, пошуровав по полкам, обнаружил аптечку с лекарствами. Понять бы ещё только, что именно с Генычем происходит. Он съел что-то не то и благополучно траванулся? Или в чём-то другом причина? Я переводил взгляд с одной упаковки с таблетками на другую, и никак не мог определиться.

— Оставь, — Геныч, тяжело дыша, махнул рукой. Его лицо было очень бледным, — Я не траванулся. Дело совсем в другом…

— В чем? — допытывался я.

— Дай пять минуток, братан… — попросил он, — Всё расскажу…

Пока Генка приходил в себя, я, прихватив мусорное ведро, вернулся на лестничную площадку. При помощи Скукоживания скукожил всю блевотину в один маленький плотный шарик и при помощи салфеток переправил его в мусорку, а потом и в унитаз. Пол после моих манипуляций вернул первозданную чистоту, хотя мерзкий запашок частично сохранился. Ничего, само со временем выветрится.

В этот момент я услышал звуки приближающегося лифта. Он остановился на нашем этаже. Неужели Эйка?

Возможное появление красноволоски придало мне моральных сил. Я вновь двинулся в сторону входной двери. В неё уже забарабанили с той стороны, послышался голос Эйки:

— Вади-и-ик!

Словно она снова на ринге в режиме тиранозавра и на весь зал выкрикивает мое имя.

Я открыл дверь, и мы крепко стиснули друг дружку в объятиях, словно в последний раз. Уткнувшись в её густые красные волосы, я вдыхал их терпкий запах, словно лучшее произведение парфюмерного искусства. Эйка положила мне голову на плечо, обняв меня за талию.

Странно… она простая смертная, пусть и одаренная. Я много раз видел похожих на неё девушек. Почему же тогда меня, пережившего тысячелетия, так к ней тянет, словно простого мальчишку? Только ли дело в моем молодом теле с бушующими гормонами?

Но если не в нем, тогда в чем?

— Я скучал… — отстранившись, я заглянул в её прекрасные глаза с красной радужкой, — Мой чупазаврик…

— Р-р-р… — Эйка попыталась укусить меня за нос, я едва успел отдернуться, — За чупазаврика ответишь…

Мы оба засмеялись и обнялись ещё крепче. Только лишь через пару минут я вспомнил, что у меня там, в гостинной, вообще-то друган на последнем издыхании…

— Блин…

Стоило нам с Эйкой войти в гостиную, как Геныч закатил глаза и обмяк. Из его рта вывалился посиневший язык. Я прикрыл глаза и быстро глянул его духовные потоки — все о'кей, работают без перебоя. Значит, Генка просто в глубоком обмороке.

— Генка! — воскликнула Акане, — Не умирай! А то кого я буду лупить, когда мне скучно… Вадика уже нельзя… он мне целым нужен…

— Он в порядке, — успокоил я девушку.

— Ты уверен? — спросила Эйка довольно громко. Словно хотела убедиться, что я её услышал, — По-моему он того… умер немножко.

Красноволосая девица встала коленями на диван и решительно проверила пульс у парня. Затем подёргала его за ухо и за нос, словно хотела убедиться, что больной не симулирует. Однако Геннадий оставался неподвижным.

— Да, ты прав, — Эйка кивнула и снова повернулась ко мне, — Пульс на месте. Давай что ли нашатырь ему дадим? Ну или просто по шее, чтобы быстрее в себя пришел.

Я пожал плечами и повернулся к аптечке, которая лежала рядом на столе. К нашим услугам так сказать.

— Я не сказала, но запашок в коридоре весьма впечатляет, — сказала Эйка, выглядывая из-за моего плеча, — Генкина работа? Его тошнило?

— Ага, и очень сильно, — сказал я, шуруя в аптечке. Нашатырь не находился, хоть убей. Походу его в аптечке и не было. Забыли что ли положить? Важная же штука. Особенно для учеников Пробуждения звезд, регулярно отхватывающих эти самые звезды себе на лоб, — Я никогда не видел ничего подобного. А повидал я немало…

— Это называется трындец, как иногда говорит папа, — сказала Эйка, стараясь говорить достаточно громко, — Подобное происходит с людьми, если они выпьют слишком много алкоголя. Такое не редкость там, откуда папа родом.

— А как там, откуда папа родом, лечат подобные заболевания? — уточнил я, повернувшись к Эйке.

— Надо заставить больного блевануть ещё сильнее! — с видом опытного врача заявила красноволоска, ткнув пальцем в потолок, — Чтобы все токсины вышли вон!

— Это кажется эффективным, — вслух подумал я, — Но это чертовски опасно. Геныч и без этого чуть было душу мне… Богу-Императору не отдал.

— Без риска нет успеха, — Эйка развела руками в стороны, — Геныча надо спасать. Любой ценой.

Её правда.

Я кивнул и подумал о том, что потребуется, чтобы заставить друга блевануть ещё сильнее. Сделать это было довольно таки сложно. Наклонить его над тазиком и сунуть два пальца в рот? Не факт, что сработает. С учётом того, что он уже без сознания.

— Или может накормить его чем? Марганцовкой или мылом, например.

— Давай мылом, — решила Эйка, — Оно вкуснее.

И тут Генка очнулся. Резко открыл глаза

— Вы знаете, мне уже намного лучше, — произнёс он, испуганно глядя на меня и Эйку, — Только не надо меня, пожалуйста, лечить.

Кажется, он пару десятков секунд назад уже пришел в себя. И слышал часть нашего разговора, в котором мы обсуждали его спасение. И ему, похоже, наши планы не вполне понравились.

— Ну ладно… — Эйка с разочарованием вздохнула. Ей так и не удалось попробовать себя в качестве доктора.

— Ребят, — печально произнес Геннадий, — У меня проблемы… Капец какие проблемы!

— Что случилось? — спросил я, — Ты знаешь, что с тобой произошло?

— Я чувствую себя… как-то очень странно… Это началось после нападения Зинцеров и Акане на тебя, Вадик. Боль в груди… дышать тяжело… И такое чувство, будто мне в тело встроили что-то железное… прямо вдоль рёбер. И… и самое… главное… у меня появился сейф… — печально произнес он.

— Какой ещё сейф? — мы с Эйкой совершенно ничего не понимали.

— Короче, вот, сами посмотрите.

С этими словами он… начал расстегивать рубашку.

— Это сейчас мужской стриптиз будет? — удивлённо произнесла Эйка и быстро взглянула на меня, — Ну не то, чтобы я была против, но… не при Вадике же.

Я молчал, напряженно глядя на Генку. У меня появилась мысль, что же именно с ним произошло. И судя по тому, что я увидел через пару секунд, я был полностью прав.

Болотин скинул рубашку. Эйка ахнула. У Генки в груди находилась… широкая металлическая дверца, похожая на дверцу от сейфа. На ней даже имелся электронный кодовый замок с цифрами. Она занимала почти всю его грудную клетку и даже частично заходила в живот. Края плоти, граничащие с железом, выглядели немного покрасневшими. В некоторых местах кожа собралась небольшими узлами и морщинами. Но в целом, на первый взгляд ничего такого критического для здоровья. Ну, насколько вообще можно считать огромный кусок металла, выросший в теле человека, чем-то нормальным.

— Оно за ночь появилось, — добавил Генка, — Я проснулся и чувствую — что-то со мной не так. Поднял майку и увидел это…

Эйка с зачарованным видом постучала пальцем по дверце — звук вышел вполне характерным, металлическим. Геннадий открыл дверцу у себя на груди, показав тем самым нам содержимое сейфа — пустое прямоугольное пространство с металлическими стенками. Впрочем, задняя стенка отсутствовала — вместо неё находилась чернота, сквозь которую не проникал свет. Очень странно. Словно некая чёрная дыра.

— У меня как будто весь организм перестроился и часть органов сместилась, — печально сообщил Геннадий, — Подстроился под этот странный сейф. Вы как хотите, а я сегодня вместо уроков в больничку… Пусть мне таблеток, что ли, пропишут. Или укольчик. Может быть само рассосется, без операции, как думаете?

— Тебе дышать не тяжело с этой штукой в груди? — спросила Эйка, — Там как будто места для легких не осталось.

— Неа, не тяжело, — сказал Геныч, — Тошнило несколько раз, но сейчас я чувствую себя на удивление хорошо. Почти здоровым.

Внешний вид Геннадия тоже улучшился, лицо чуток порозовело, в глазах исчез нездоровый блеск. Парень как будто бы быстро шел на поправку.

Я быстро понял, что тут к чему. Может быть лишь одно логическое объяснение.

— Генка, так у тебя, оказывается, Дар появился! — воскликнул я, — Ты теперь чертов человек-сейф!

— Угу, Дар, — печально произнес Генка, разглядывая себя, — А соски пропали. Они ж были моей самой эрогенной зоной… Я не хочу обрести силу ценной потери самого главного — человечности!

И правда, вместо важной части тела у Генки теперь сверкал металл. Мне оставалось лишь развести руками. Силу нельзя обрести просто так, ни с того ни с сего. Чтоб что-то получить, надо обязательно чем-то пожертвовать. Ради силы люди жертвуют здоровьем, временем, деньгами и иными ресурсами. А Генка просто соски потерял. Если подумать, ещё легко отделался.

Всё это я и сообщил Генычу. Но того мои слова, кажется, не особо утешили.

— Мои внутренние органы, походу, как-то перестроились, — повторил Геннадий, словно некую мантру, — Вчера вечером и сегодня утром мне было очень плохо… Но теперь, после того, как проблевался, стало значительно лучше.

Зря он это сказал. Эйка, поняв, что с Генка помирать не собирается, резко активизировалась.

— Ух ты, прикольно! — воскликнула Эйка, коснувшись Генкиной дверцы от сейфа, — Твёрдое и холодное, как настоящее!

— Я его почему-то даже не чувствую, — пожаловался Геныч, — Даже холода. Как будто этот металл чем-то от моего тела отделен. И существует вне меня.

— А что там внутри? — полюбопытствовала девушка, — Хочу увидеть!

— Вот это самое интересное, — тоскливо произнёс Геннадий, — Я в глубоком шоке от того, что там внутри. Я в эту дыру бросил несколько вещей, она их поглотила. Они до сих пор там и я не знаю, как их достать.

Я задумался, разглядывая чёрный прямоугольник внутри сейфа. Словно чёрная дыра. Сейф. Хм… не случайно все это. У всех Даров есть своя определенная логика. Это не просто какая-то случайная мутация, которая может оказать, как полезной, так и бесполезной. А также нейтральной или вовсе вредной. Дар как правило всегда функционален и чётко следует своему предназначению.

Эйка придвинулась к Геннадию с таким неудержимым любопытством в глазах, словно собиралась реально сунуть в его сейф голову.

И ведь сунула на самом деле! Прежде чем я или Генка успели что-то предпринять, Эйка пролезла Генке в грудь аж по пояс!

— У-у-у! — раздался её приглушенный голос из груди и почему-то изо рта Генки. — Ау-у-у! Есть кто живой?

Геннадий замахал руками, пытаясь сохранить равновесие, и от неожиданности шлепнулся на диван на задницу. Из-за этого Эйка проскользнула глубже в сейф. К счастью, её попка, туго обтянутая джинсами, оказалась шире проёма сейфа. Её бёдра уперлись в стенки, не давая ей проскользнуть дальше.

— Ой… — донёсся до нас ещё более приглушенный голос девушки, — Меня засасывает!

— Эйка! — я поспешил на помощь. Схватив девушки за ноги, начал вытягивать её из сейфа, упершись ногами в сиденье дивана. Геныч, который побледнел ещё сильнее, в свою очередь впился в спинку дивана руками, помогая мне вытягивать Эйку. Похоже, в его сейфе образовался некий вакуумный эффект, который и пытался засосать девушку.

— Вадик, тяни изо всех сил! — жалобно крикнул Генка, — Я не хочу, чтобы внутри меня завелась Эйка!

— Это всё, что тебя волнует? — донесся возмущённый голос Эйки.

— На этот момент — да!

С громким чпокающим звуком мне удалось извлечь Эйку из сейфа. Волосы девушки сильно взлохматились, но глаза горели неугасающим огнем.

— Круто! — сообщила она нам, подняв большой палец.

— Не делай так больше, — сухо произнес я. Ох, Эйка, Эйка… Всем ты хороша, но детство в попе иногда играет просто со страшной силой.

Девчонка нагло показала мне язык.

Заглянув внутрь сейфа, я увидел на потолке приклеенную бумажку. Это оказалась инструкция по эксплуатации сейфа.

Инструкция по эксплуатации пространственного сейфа.

Описание: сейф представляет собой вход в безграничное пространство, созданное для хранения вещей. Можно загрузить туда любые вещи, способные протиснуться в дверцу сейфа. Можно помещать в хранилище в том числе живые объекты. Суммарный вес хранимых вещей никак не сказывается на пользователе Дара-сейфа, он его не ощущает.

Пароль для сейфа устанавливается стандартным образом через нажатие кнопки на задней стороне дверцы. Введенный после нажатия шифр из пяти цифр сейф запомнит как пароль.

Объем хранимых вещей никак не ограничен и равен бесконечности. Чтобы извлечь нужную вещь, откройте сейф и произнесите её название, либо номер, под которым она была помещена в хранилище.

Вот оно что. Ну теперь все более менее понятно! Удобный Дар, с приложенной инструкцией.

— Надо бы кошку найти, запихнуть внутрь Геннадия, а потом извлечь, — с задумчивым видом произнес я, — И убедиться, что биологические объекты не повреждаются при хранении. А потом на людях протестировать. Это открывает очень интересные возможности.

— Не надо! — испугался Генка.

— Мы тогда сможем внутри тебя проносить разные полезные штуки через металлодетекторы, — продолжал я рассуждать вслух, — Надо только заднюю пространственную стенку закрыть обычным листом металла, чтобы портал не обнаружили. Пусть обыщут твой сейф и на этом успокоятся.

— Вадик, твои преступные замыслы меня пугают… — нервничал Генка.

— Полагаю, твои внутренние органы, сердце и легкие в частности, тоже находятся где-то в этом дополнительном измерении и по прежнему связаны с твоим основным телом, — сказал я, разглядывая чёрную бездну у Генки в груди, — Я уже видел подобные трюки. Опытные маги делали так, что их жизненно важные органы продолжали жить отдельно от тела, даже если их насильно отделяли.

— Маги? Это где ты такое подобное видел? — с подозрением посмотрела на меня Эйка.

Я прикусил язык. Слишком уж расслабился в дружеской компании. Не надо забывать, пока что я им рассказал не все про себя настоящего.

— Да читал про одного человека с необычным Даром, — уклончиво произнес я, — Полагаю у нашего Геныча тоже что-то вроде того. Только на более продвинутом уровне. Давай-ка как следует протестируем твой Дар, Геныч, и выясним весь его потенциал.

Воспоминания из разума носителя Вадима Сабурова

«Семерочка» — иномировая сеть продовольственных магазинов, чей родиной является параллельный мир, известный как «Земля». Объединяет более нескольких сотен тысяч магазинов, разбросанных по разным измерениях. Ходят слухи, что существует некий единый центр, откуда управляются все Семерочки. Находится он в особом закрытом измерении, где все подчиняется законам Семёрочки. Якобы туда можно попасть из любого обычного магазина Семёрочки, если знать как. Однако на практике никому ещё не удавалось выяснить это.

Первый магазин торговой сети «Семерочка» открылся спустя пятьсот лет после смерти Бога-Императора году в пресветлом Арсамонире, столице Империи. Всего через несколько десятков лет она вышла на общемировой рынок, открыв свои магазины и представительства во всех мало-мальски крупных городах.

Ещё через сотню лет торговая сеть добилась того, что одним из её торговых менеджеров стал один из Верховных лордов, правивших на тот момент от имени Бога-Императора. Злые языки утверждали, что Семерочка напрямую полезла в политику, лоббируя принятие выгодных для себя законов.

Вскоре происходит слияние торговой сети «Семерочка» и ряда государственных структур Империи Арсамон, при этом название торговой сети сохранено. Семерочка становится официальным поставщиком всех мало-мальски значимых продуктовых товаров в Империи Арсамон.

Ещё через десяток лет Семерочка приобрела последнюю независимую торговую сеть «Чародейка» — многие тысячи магазинов по всему миру. Все приобретённые магазины были ребрендированы в «Семерочки». На следующий же год была запущена первая программа обновления магазинов сети, в ассортименте появилось больше магической продукции.

По сей день Семерочка продолжает радовать своих покупателей, превратившись в полновластного государственного монополиста. Она добра, щедра, заботится о покупателях, и не терпит конкурентов. Один из нынешних Верховных лордов параллельно возглавляет совет директоров «Семерочки».

«Семерочка» выручает!

Глава 13. Транспортировка тушки

Некоторое время мы с Эйкой тестировали Генкин Дар, закидывая в него всякие вещи и извлекая их. Болотин первое время протестовал, но потом, кажется, смирился. Он просто молча сидел на диване с недовольным видом и ждал, пока мы закончим.

Пространственный сейф работал точно так, как было сказано в инструкции. Мы закидывали в него вещи, а потом произносили их название или номер, после чего вещи сами по себе вылетали из сейфа прямо нам в руки.

— Надо реально на человеке протестировать, — задумчиво произнесла Эйка, — Тогда можем пленных брать и транспортировать. Правда, сейф не особо широкий, слишком крупный человек в него не влезет, — она немного подумала, после чего с кровожадным видом добавила, — Впрочем, если по частям, то протиснется идеально…

— С чего ты такая вдруг кровожадная? — покосился на неё Генка.

— Просто хорошо покушала с утра, — красноволоска пожала плечами.

После того, как мы разобрались с Даром Генки и всем, что он умеет, настало время решить вопрос с главным — с деньгами. Я начал трясти сумку, вытряхивая пачки с деньгами на ковёр. Те падали и падали, все не желая заканчиваться.

С каждой секундой глаза Генки становились все шире и шире. Он, кажется, за всю свою жизнь ни разу не видел столько денег в одном месте. Эйка смотрела на стопки лишь с легким любопытством. Дочь богатых аристократов, она не знала цену деньгам. Насколько это важная вещь в современном мире, и как за них рвут друг друга люди. Обычно, если Эйка что-то просила, то ей это сразу предоставляли.

Денег в сумке оказалось много. Очень много. Очень, очень много денег. Черт, просто до хрена денег! Пачки с зелёными бумажками громоздились друг на друга, формируя настоящую крепостную стену из бабла. По моим предварительным оценкам здесь было не менее ста миллионов империалов.

Очень даже солидная сумма. Конечно, по сравнению с призовыми фондами серьезных крупных турниров это было ничто. Но на моем текущем уровне деньги были воистину космическими. Можно было штук десять квартир на них купить, причём не в самых бедных районах.

Вылазка удалась. Общак группировки Дети Императора пополнен по полной программе. Теперь денег хватит практически на любые начинания.

— Черт, я никогда не видел столько бабла в одном месте, — в шоке произнес Геннадий.

— Я тоже, — согласилась с ним Эйка.

— Но ты же старшая наследница Акане, — Генка удивлённо посмотрел на нее, — У вас же денег куры не клюют…

— Мне даже на карманные расходы выделяют очень мало, — Эйка вздохнула, — Мама считает, что я не умею тратить деньги. И потрачу все на ерунду, сколько бы мне не дали.

Я подумал, что, возможно, Чикэку была не так уж и не права. Иногда Эйка вела себя довольно легкомысленно.

— Держи, Геныч, — я протянул одну стопку братану, — Тебе причитается.

— Но… но тут же больше, чем мои папа и мама за месяц зарабатывают, — в шоке произнёс он, — Вместе взятые…

— Ты мне и Эйке жизнь спас, — напомнил я ему, — Шутки шутками, а это меньшее, что я могу для тебя сделать.

— Блин… спасибо, Вадик… — он с благодарностью принял стопку, — Вот реально, большущее спасибо.

— Потрать с умом, Геныч, — я повернулся к красноволоске и протянул стопку уже ей, — Эйка. Твоя доля.

— Агась! — красноволоска сцапала пачку, нисколько не сомневаясь. И с видом успешной хищницы, высунув кончик языка, начала пересчитывать купюры, — Ух, сколько здесь… Мама мне никогда карманных денег не давала…

Кажется, Эйку воодушевлял сам факт получения денег, а не они сами. Чисто как некое достижение. Ачивка.

Блин, реально ведь на фигню потратит. Впрочем, её право. Может быть набьет шишек и после этого познает цену денег. Так сказать методом проб и ошибок.

Пересчитал деньги. Вышло почти ровно сто пять миллионов империалов с копейками. Отлично. Теперь надо их спрятать в надежное место. Чтобы никто не достал. Квартиры все же недостаточно надежны. Поэтому…

— Генка, открывай варежку пошире, — деловито произнёс я, беря в руки сумку с баблом. Все деньги я снова сложил в сумку, — Будем в тебя запихивать клановый общак.

— А может не надо? — взмолился Геннадий.

— Надо, Гена, надо. Твой Дар словно для того и создан, ни много, ни мало.

Закинув в Генку сумку, я установил пароль и закрыл сейф. Раздался громкий щелчок.

— Пароль буду знать только я, — объявил я напарникам свое решение, — Это для твоей же безопасности, Геныч. Если ты не знаешь пароль — то и спрос с тебя нулевой.

— Угу, — вздохнул Болотин.

— Главное, чтобы возможные похитители тебе поверили, — «утешила» его Эйка, — А то будут тебя лупить до упора, выпытывая пароль, которого ты не знаешь…

— Эйка… — я бросил укоризненный взгляд на красноволоску.

— Что? — та с невинным видом похлопала ресницами, длинными и красивыми.

Я лишь вздохнул и ничего не ответил, полностью осознавая бесполезность попыток наставить Акане на путь истинный.

— Кроме того, Геныч, ты переедешь в соседнюю квартиру, — сказал я ему, — Она такая же как и эта. В ней тебе будет безопаснее. Не нужно будет из дома выходить.

— В смысле? — поразился Геныч, — Ты смог аж две квартиры выбить у леди Мираэль?

— Именно. Одну для своей семьи, вторая для сходок нашей группировки, — сказал я, — Думаю, ты будешь отличным хранителем для этой квартиры. Ну и как я уже сказал, общага под охраной, тебе больше не надо будет шарахаться от каждой тени по дороге домой. Мы с Эйкой тебя в обиду не дадим.

— Блин… — Геныч не верил своим ушам, — Это было бы капец как круто… Но я должен поговорить с родителями.

— Да, объясни им ситуацию, — я кивнул, — Думаю, они поймут. Как-никак мы по-серьезному включаемся в борьбу за власть над школой. Так что дополнительные меры безопасности будут очень даже кстати.

— Надо также будет провести первое собрание нашей группировки на квартире, — добавила Эйка, — Чтобы ребята друг с другом хотя бы познакомились.

— Да, верно, — согласился я.

Приближалось время занятий, и мы все трое отправились на уроки. Геныч в итоге решил даже в медпункт не заходить. Ему заметно полегчало. Видимо, сумел полностью адаптироваться к своему Дару.

Мысленно я сделал заметку — после занятий надо будет обязательно перевести Аманду из больнички в квартиру. И про Юмеко тоже не стоит забывать. Пока у меня нет работы для секретаря, но уже очень скоро появится — с появлением у группировки денег, появится и куча расходов и иных финансовых операций.

Хм… походу надо будет выбивать у Мираэль и третью квартиру в элитной общаге. Но делать это надо не с бухты барахты. К эльфийке если и приходить с просьбами, то надо обязательно и «подарок» притащить. В прошлый раз подарком стала Аманда, а теперь что? Хм… надо подумать…

Ничего по сути не изменилось со времен первобытно-общинного общества. Хочешь чего-то от женщины — не забудь принести ей бедро мамонта. Просто в современном мире это стало выглядеть куда более изящно и завуалированно. Добавился налет цивилизованности. А по сути своей все как было, так и осталось.

Кроме того надо Ире обязательно показать наше новое жилище, желательно первой, до Марии. Чтобы посмотрела, прониклась и оценила. Особенно как наша новая квартира выглядит на фоне старой шараги, арендованной у Клима.

Слово Иры точно не будет лишним в разговоре со своенравной леди Вышнегорской. Надеюсь, она отключит свой режим жертвы и прекратит вешать на нашу семью стигмы мучеников. Мы более чем заслужили пожить немного хорошей жизнью.

Также по телефону я связался с одной из транспортных компаний, специализирующихся на грузоперевозках, и заказал газель на адрес нашей старой съемной квартиры. Не вижу смысла откладывать переезд. Надо только все вещи успеть собрать. На балконе осталось много ящиков после прошлого переезда. Осталось только упаковать.

Самое сложное — это разговор с Марией. Что-то мне подсказывает, что леди Вышнегорская будет очень удивлена тому факту, что мы внезапно переезжаем. Очень хорошо, что уроков сегодня немного. Успею задолго до прихода домой Марии. Она, безусловно, будет очень удивлена такому внезапному переезду… но что поделать, все происходит очень быстро. Я сам в шоке от таких скоростей… а как иначе? Жизнь заставляет играть по своим правилам. И никак иначе.

Как Мария вообще отнесется к новости, что я принял участие в турнире по боям без правил? И спер… то есть выиграл, да, конечно, выиграл значительную сумму денег? Снова начнутся охи и ахи, и рассуждения о скромной незаметной жизни. Мария по-прежнему считает, что она глава семейства и за все отвечает. Я должен убедить её, что в семье уже появился мужик, способные решать насущные вопросы. И лучшее, что Мария может сделать — это не совать мне палки в колёса.

После окончания уроков, я дождался Иру. Взяв младшую сестренку под локоток, я повел её в сторону элитного общежития — на презентацию. Пока мы шли, Ира внимательно смотрела на меня, в её голубых глазенках блестело любопытство.

Я в очередной раз отметил, как красиво на моей сводной сестренке сидит школьная форма. Блузка плотно обтягивала её крупную грудь, коей Ира пошла в маму. Вдобавок девушка расстегнула аж три верхних пуговицы, из-за этого я даже мог рассмотреть её ключицы.

— Братик, а мы разве не идём домой? — Ира смотрела на меня с вопросом в глазах.

— Идём, — я кивнул, — Идем в наш новый дом. Я договорился с леди Мираэль, и она предоставила нам трехкомнатную квартиру в элитном общежитии.

— Братик, ты что, думаешь, я совсем глупая? — Ира наморщила носик, с подозрением глядя на меня, — Хватит шутки шутить! Кто же нам предоставит квартиру, да еще и в элитном общежитии… Наша семья не того сорта, к сожалению…

Она даже остановилась и скрестила руки на груди, глядя на меня с ярко выраженным осуждением.

— Теперь все поменялось, — терпеливо сообщил я, — Меня признали уникумом, очень важным для школы. И выделили отдельную квартиру в элитном общежитии.

— Се… серьёзно? — Ира округлила глаза.

— Я сама серьёзность, — я кивнул, подчеркивая вес своих слов. То, что мне выделили не одну, а две квартиры, я пока решил не сообщать. Пусть Ира для начала хотя бы одну переварит, — Нам больше не нужна та старая вонючая квартира. Теперь у нас начинается новая жизнь.

Я привёл Иру в квартиру и провёл экскурсию, показывая все основные «достопримечательности». К счастью, мерзкий запашок, ранее витавший на лестничной клетке, благополучно выветрился. И не подпортил Ире общее впечатление.

— Боже-Император… — прошептала Ира, оглядывая обстановку, — Как красиво… братик, так ты не шутил?

Я молча продемонстрировал ей официальную бумагу с печатью и подписями — моей и леди Мираэль.

— Все официально оформлено, — сказал я, — Род де Биль оказывает мне свое покровительство. При этом без всяких ответных обязательств с моей стороны.

— Это как будто сон… — сказала девушка, — Сказка…

— Сказка, ставшая явью, — я подмигнул ей, — Я хочу переехать сюда сегодня же. Согласна?

— Да! Да! Да! — Ира энергично закивала головой, — Тысячу раз да!

— Тогда помоги мне уговорить маму, — сказал я, — И тогда уже сегодня ночевать будем здесь.

Оставив Иру в квартире осматриваться и обживаться, я отправился в больничку — за Амандой. Юмеко пока что не пришла в себя, врачи прописали ей постельный режим. А вот глава клана Зинцер отличалась богатырским здоровьем. Врачи утверждали, что она вот-вот придет в себя. Так что мне стоит поспешить. Скорей всего уже завтра Аманда будет вовсю рваться на волю.

Код от ошейника Аманды никому говорить не буду. Как и код от сейфа, знать его буду только я, и более никто. Ни Ира, ни тем более Мария. Леди Вышнегорской вообще доверия нет после того, что она вытворила. Предательница. Не стоит забывать об этом. Пускай даже она руководствовалась самыми благими намерениями. Благими со своей точки зрения. Но ими, как известно, выложена дорожка в Ад.

Аманда так и не пришла в себя. Тем не менее врачи сказали, что она уже полностью оправилась и по сути просто спит. Можно будить и забирать.

Стоя у кровати главы клана, я задумчиво глядел на неё. Лицо Аманды приняло спокойное и умиротворенное выражение. Сейчас она уже не казалась той безжалостной леди Смерть, какой предстала во время дуэли. Обычная, весьма привлекательная женщина. Занятие спортом и здоровый образ жизни таки дают о себе знать. Аманда выглядела на порядок младше своего реального возраста.

А она довольно-таки милая. Когда спит. Когда Аманда бодрствует, все хрупкое очарование женственности моментально испаряется под напором её хищных глаз.

Медсестры по моему приказу уже надели на Аманду её повседневную одежду, выстиранную и выглаженную. Так что можно смело забирать и транспортировать. Чем я, собственно, и занялся. Прожал несколько точек на её теле, чтобы вогнать в максимально крепкий сон. После чего покрыл Аманду своей духовной энергией и мягко переместил женщину себе на плечо. Она не должна проснуться, пока я буду тащить её в квартиру.

На всякий случай накрыл её простынкой. Чтобы привлекать поменьше внимания. Хотя я так или иначе его привлеку. Ну серьёзно, все обратят внимание на парня, который на плече тащит нечто, накрытое простынкой, с ярко выраженными женскими очертаниями. Хорошо хоть служба безопасности школы предупреждена и не будет чинить мне препятствия, случись что.

Мне повезло. Транспортировка тушки прошла без проблем. Препятствий мне никто не чинил. Несколько встретившихся школьников лишь проводили меня удивленными взглядами. Только лишь один бросил в спину: «Крадут людей средь бела дня…»

Я проигнорировал. Лишь поправил тушку на плече, чтобы её пятая точка точнее смотрела в зенит.

— Братик? — Ира, вооружившаяся влажной тряпкой, встретила меня удивленным взглядом. Она занималась тем, что вытирала пыль с мебели. Умница.

— Это Аманда Зинцер, глава рода Зинцеров, — произнес я, бережно сгрузив тушку на диван и отбросив простыню в сторону. Аманда сопела в две дырочки, даже не думая просыпаться, — Была побеждена мною на дуэли. И теперь моя официальная пленница.

В глазах Иры плескалось безграничное уважение.

— Какой же ты крутой! — с восхищением произнесла она, — Прямо как папа!

Полагаю, для Иры, обожавшей отчима, это был самый сильный и искренний комплимент.

— Для любого мужчины рано или поздно наступает момент, когда он должен принести домой тётю… так или иначе, — сказал я.

Она подошла поближе, с любопытством рассматривая Аманду.

— Какая она красивая-я-я… — вынесла вердикт Ира, — Почти как мама.

— Мама красивее, — сказал я, практически не кривя душой, — Ну что, будить будем?

— Ой… а тетя ругаться не будет? — Ира указала на ошейник на шее Аманды.

— Я почти уверен, что будет, — сказал я, — Тётя нехорошая и ругаться будет почти наверняка.

— Ой… — Ира от испуга закрыла рот обеими руками.

— Поэтому на всякий случай заткни уши, — приказал я, — Пока я буду проводить с тётей разъяснительную работу.

Ира послушно заткнула уши пальцами и отошла в дальний угол комнаты.

Глава 14. Непокорная Аманда

Я нажал несколько точек на теле главы клана, провоцируя у неё быстрое пробуждение. Аманда поморщилась и так сладко зевнула, что мне захотелось сунуть ей палец в рот. Пришлось даже приложить некоторое усилие, чтобы сдержаться.

Аманда потянулась, выгибаясь всем телом. Её налитые груди потянулись ко мне, натягивая материю футболки. Я даже различил очертания сосков под тканью. Похоже, лифчик глава клана не носит. Либо кто-то из медперсонала оставил себе на память.

Кажется, Аманда решила, что она у себя дома, в поместье Зинцеров. Сейчас придет слуга, плеснет ей винца в бокал, сообщит последние новости, развлечёт светской беседой…

— Добрый вечер, женщина, — дружелюбно произнес я, — Рад, что ты выспалась. Не найдется ли у тебя минутки, чтобы поговорить со мной?

Аманда закрыла рот и резко распахнула глаза. Рывком села и заозиралась по сторонам. Затем остановила свой взгляд на мне. Я, продолжая улыбаться, помахал в ответ рукой.

Глава клана самыми кончиками пальцев коснулась металлического ошейника на шее. Лицо Аманды помрачнело. Кажется, она всё поняла. Женщина мрачно смотрела на меня, на её переносице собрались морщинки, придав её лицо недовольное и даже немного свирепое выражение.

Она не паниковала, не пыталась истерить, не била посуду… Напротив, вела себя очень спокойно. Я бы даже сказал достойно.

— Где я? — спросила Аманда.

— В безопасном месте, — любезно сообщил я.

Пока что я не спешил сразу выкладывать все карты. Зачем давать пленнице лишнюю информацию? Неизвестность и неопределенность делает людей более покладистым.

— Ты взял меня в плен, — резюмировала старшая Зинцер. Она села на диване и повела плечами, словно разминала их, — Сохранил жизнь.

— Ты очень наблюдательна, женщина, — сказал я.

А глазах Аманды я видел настороженность. Она и Чикэку пока не знали о природе моей настоящей силы. И самое главное — не знали, могу ли я применять ее в любой момент по своему желанию.

Я должен поддерживать у них иллюзию, что да, могу жахнуть когда захочу. Совсем без последствий в виде безумных расщепленных сущностей, желающих зохавать мой мозг и душу.

Ира тем временем проявила инициативу и принесла нам чай. На Аманду сестрёнка поглядывала с опаской — а вдруг нехорошая тетя начнет строчить нехорошими словами как из пулемета?

Но Зинцер вела себя на удивление прилично. Я бы даже сказал достойно. Может ведь, когда захочет! Разве что только кидает на меня периодически испепеляющие взгляды.

— И какой же выкуп ты хочешь за меня, мальчишка? — Аманда, продемонстрировав деловую хватку, сразу же взяла быка за рога. Сразу чувствуется быстрый и цепкий ум у человека.

Она отхлебнула из кружки дымящийся чай, очень горячий, обжигающий. Походу, именно такой она и любила. Иру за угощение она даже не поблагодарила. Даже не смотрела в её сторону.

Я времени даром не терял, и уже успел накануне немного изучить вопросы выкупов. Проштудировав новостные сводки в интернете, я ознакомился со всеми громкими новостями, связанными с пленением знатных и богатых аристократов. Так что примерные суммы выкупа для дворян уровня Аманды я знал. Ну и ещё немного сверху накину, ведь Зинцеры довольно богатые. Эффективно выдаивают весь чёрный рынок в нескольких районах.

— Пятьсот миллионов империалов, — ничтоже сумняшеся произнёс я. Эта сумма, совместно с той, которую мы спёрли с турнира, даст начало нескольким крупным, задуманным мною проектам.

Аманда чуть не подавилась чаем. Где-то за моей спиной ойкнула Ира. Напряжение в комнате после моих слов ощутимо выросло.

— Сколько-сколько? — Зинцер окинула меня возмущенным взглядом.

— Я не могу оценить уважаемую и могущественную госпожу на меньшую сумму, — сказал я, — Иначе это будет оскорблением.

Я тоже отхлебнул горячего чайку, почти кипяток. Пусть Аманда видит, что я не лыком шит и умею пить правильно, не обжигаясь, даже очень горячий чай.

— Но это же… в два раза больше, чем годовой финансовый оборот всего рода Зинцеров! — с возмущением произнесла Аманда. Ее пальцы, сжимающие ручку кружки, напряглись и побелели.

— Так я не тороплю, — я пожал плечами, — Собирайте сумму спокойно, постепенно. Можете частями отдавать.

Аманда заскрипела зубами, гневно глядя на меня. Словно хотела наброситься и начать душить. Однако стальной ошейник, блокирующий духовку и Дар, сдерживал ее порывы.

Я не чувствовал к ней ни капли жалости. Я все ещё прекрасно помнил, что они с Чикэку мне устроили, наплевав на все благородные законы аристократической дуэли. Насколько высокомерно и с презрением отзывались о моем роде и обо мне.

Да, пускай я и не Вадим Сабуров, но было все равно весьма обидно.

— Бесчестно требовать такую сумму от одинокой женщины. Вдовы, — сухо произнесла Зинцер. И снова отхлебнула из кружки.

Но я лишь ухмыльнулся. Бессмысленно со мной играть в такие примитивные игры.

— Не надо прибедняться. Все знают, насколько богат клан Зинцеров. Сумма, конечно, большая, но для вас отнюдь не неподъемная. В крайнем случае займете у банков в долг. Могучему клану Зинцеров они с радостью выделят кредит под хороший процент.

Аманда скривилась, словно от зубной боли. Ничего, ничего. Любишь играть не по правилам и подло себя вести — получай ответочку.

— Бесчестно… — упрямо прошептала она.

Тут уж я не выдержал.

— Бесчестно? Женщина, ты будешь мне про бесчестие рассказывать? Вы с Чикэку попрали все благородные аристократические законы и провели позорную дуэль с нарушением всех мыслимых и немыслимых правил, — напомнил я ей, — Вы просто планировали меня, школьника, избить до полусмерти и накормить наркотиками. Достойное поведение для благородных дам, ничего не скажешь. После такого я вообще не обязан к тебе относиться как к особе благородных кровей.

— Хо? А с чего ты решил, что мы с Чикэку обязаны были относиться к тебе как-то по-другому? — Аманда изогнула бровь, глядя на меня с откровенным презрением, — Не думай о себе невесть что, мальчишка. Ты из рода Вышнегорских, пусть и поменял фамилию на Сабурова. А Вышнегорских лишили почти всех привилегий. Вы лишь самую малость лучше простолюдинов. Да и то… — лицо Аманды скривилось в гримасе презрения, — На мой взгляд разницы нет вообще. Что ты, что твоя безмозглая сестра… — она бросила презрительный взгляд на Иру. Та стояла в уголке, испуганно глядя на нас, — Вы, Вышнегорские, просто мусор. И вы не достойны какого-то иного отношения.

Девушка под взглядом Аманды съежилась и отвела глаза в сторону.

— Простите, тётя… — прошептала она, — Я не хотела…

Ира даже толком не понимала, что она натворила и почему на неё сердятся. Я ощутил как всю мою грудь разом заполнило сильное чувство. Это был чистейший гнев.

— Я говорю так не потому, что испытываю к вам, Вышнегорским, особую ненависть или что-то вроде того, — с усмешкой произнесла Аманда, — Мне на самом деле всё равно. Просто ваша второсортность — объективная реальность. После того, что натворил твой отец, все благородные семьи думают о Вышнегорских именно в таком ключе. Без исключений. Вини во всем Дмитрия, проклявшего ваш род, а не меня.

В глазах у Иры заблестели слёзы.

— Мы… мы исправимся, тётя… — пролепетала она, — Мама говорила… мы теперь начали новую жизнь и сделаем все, чтобы восстановить наше доброе имя…

Аманда даже не смотрела в её сторону. Её внимание всё сосредоточилось на мне. Она меня специально что ли провоцирует? Проверяет границы дозволенного? О'кей… я их с удовольствием очерчу.

— Можешь меня даже избить, — процедила она, — Мне всё равно. Я не боюсь боли. Мой покойный муж и не такое со мной проделывал…

Мое терпение лопнуло. Я резко встал и приблизился к Аманде.

— Закрой. Свой. Рот, — раздельно по слогам произнес я, нависая над ней, — Не заставляй меня делать вещей, о которых я потом буду жалеть.

Аманда замолчала, прикусив свое ядовитое жало. Но взгляд не отвела, продолжая сканировать меня своими жгучими глазами.

— Так уж и быть, я выплачу Вышнегорским все эти деньги за своё освобождение, — произнесла она, — Благо вы в своём праве. Но знай, всё это время я буду смотреть на вашу семейку, как на мусор. Коим вы по сути и являетесь.

Я молчал, не отводя взгляда от своей обнаглевшей пленницы.

— Кроме того, мне, как пленнице благородных кровей, положенно трехразовое высококалорийное питание и уважительное обращение, — начала перечислять Аманда, задумчиво уставившись в потолок. Даже пальцы начала загибать, — И, конечно же, отдельное спальное место. Я также хочу себе отдельную комнату, а лучше квартиру, с телевизором, планшетом, кухней и всеми прочими благами цивилизации. Также мне нужна минимум одна служанка для обслуживания моих насущных потребностей.

Я по-прежнему молчал.

— И массажист тоже не помешает. Что ты так смотришь недовольно? — с усмешкой произнесла Аманда. Она демонстративно закинула ногу на ногу. Допила чай и отставила кружку в сторону, — Учти, мальчишка, если мне не понравятся условия содержания, я подам на всю вашу семейку в аристократический суд. Мои адвокаты слупят с тебя весь выкуп, что тебе выплатит мой клан. И ещё судебные издержки заставят возместить. Пущу тебя и всю твою семейку по миру.

Что ж, Аманда… Хочешь проверить границы дозволенного? Я тебе их с удовольствием очерчу. Хочешь судиться? Вперед. Только я сразу выдвину встречный иск. Иск о нарушении правил благородной аристократической дуэли. У меня есть свидетели, как минимум Геннадий и Эйка. Кроме того, к тому времени, как тебя выкупят, я обзаведусь своими адвокатами. Ничуть не хуже твоих.

Аманда, по идее, должна всё это понимать. Но опять же, явно хочет проверить меня на прочность. Понять, насколько далеко я смогу зайти.

— М-м-м… вот как… — я кивнул. — Что ж, раз для тебя разницы нет никакой… тогда я тоже не вижу смысла относится к тебе как к аристократке…

Аманда тут же вскинулась.

— Что ты имеешь…

Я использовал силу, заткнув ей рот кляпом из духовки. Чтобы больше не говорила всяких гадостей в отношении моей младшей сестры. И нашего рода.

— Раз я для тебя простолюдин, значит, ты не будешь против, если я буду обращаться с тобой, как простолюдин?

Пора преподать ей небольшой урок. Аманда уж слишком сильно распустила язык. Ладно бы мне гадости говорила, я переживу. Но Ира… нет, не прощу. Пока слегка укоротить этот змеиный язык.

Я пошевелил пальцем. Аманда, полностью взятая под контроль моей духовкой, свалилась с дивана. Стоя перед столом на четвереньках, она скрипела зубами от злости, мышцы на её руках дрожали от напряжения. Но одной физической силы человека не доставало, чтобы преодолеть могущество духовной энергии.

«Как ты смеешь?» — пылал вопрос в её широко распахнутых от гнева глазах. Но озвучить вслух она его не могла. Мой духовный кляп не давал.

— Молчание — знак согласия, — произнес я.

Я демонстративно уселся Аманде на спину, закинув ногу на ногу. Та без проблем выдержала мой вес, даже не пошатнулась. Пожалуй, физическая форма Аманды позволит ей выдержать ещё двух таких как я. Как минимум.

Но я и не собирался подвергать Амаду телесным наказаниям. Фишка была в моральном унижении.

— Ира, подходи, присаживайся, — я похлопал Аманду сверху по «крупу», — Это теперь наша табуретка.

— Серьёзно? — удивилась Ира, — Но ведь тетя — тоже человек. С людьми так поступать нельзя…

— С плохими людьми — можно. Эта тётя — очень плохой человек, — сказал я сестре, — Мы посидим на ней ради её же блага — ради воспитания. Чтобы осознала, что вела себя в прошлом очень плохо. Как только осознает — сразу прекратим.

— А что она сделала? — спросила Ира, наивно хлопая глазами. Тем не менее, она подошла вплотную, глядя на Аманду с некоторой неуверенностью.

— Меня обманула во время нашей дуэли. Плохие слова говорила о нашей семье. Так что садись, не стесняйся, — сказал я и похлопал Аманду по попке сверху, — Тебе самое мягкое место оставил.

Аманда дернулась подо мной, но моя духовка держала её крепко. Не вижу смысла особо миндальничать с этой особой. Она и без того была настроена ко мне крайне враждебно. Вот изменит свое поведение — тогда и относиться к ней буду по человечески.

— Ну раз ты так говоришь… — неуверенно произнесла Ира, — Тогда ладно…

Сестренка присела на Аманду рядышком со мной. Я взял пульт от телевизора и включил первый попавшийся канал. Показывали новости. Отлично. Вот и посмотрим.

Ира первое время чувствовала себя неловко и ерзала, пытаясь устроиться на попке Аманды поудобнее.

Глаза Зинцер сверкали от гнева. Всё ее тело дрожало от гнева. Я понял, что подчинить её себе будет непросто. И скорей всего с помощью силы и физических унижений сделать это будет невозможно. Нужно использовать куда более тонкий подход.

Но пока что сделаем из неё скамеечку.

— Может мультики посмотрим? — любезно поинтересовался я, видя, что Ира заскучала, глядя на новости.

— Братик, может пожалеем тетю? — спросила младшая сестренка, с сочувствием глядя на Аманду, — Ей тяжело приходится…

Я тоже бросил на Аманду быстрый взгляд.

— Не, ничуть, — вынес я вердикт, — Тётя накачанная и натренированная. Ей даже полезны будут физические нагрузки.

— Прости, братик, но я так не могу… — Ира с виноватым видом слезла с Аманды и отошла в сторону, — Какая бы тётя ни была плохая, я не буду с ней так поступать.

А Ира молодец, как не крути. У неё есть воля и моральный стержень. Имеет свое мнение и может отстоять его. Хотя, казалось бы, леди Вышнегорская должна была полностью подчинить себе волю дочери.

Я уж молчу о том, что Аманда только что наговорила Ире кучу гадостей. Но девушка простила её за это. Я наклонился к голове Зинцерихи так, что мои губы почти коснулись её уха:

— Вам бы стоило немного поучиться у «второсортной» дворянки благородству, госпожа Зинцер.

Та обожгла меня пылающим взглядом. В отличие от Иры я вставать не собирался. Экзекуция только началась.

Аманду я связал и уложил на диван. Пусть отдохнет и подумает о своем поведении. Благо я оставил ей включенный телевизор. Конечно, я бы предпочел поиграться с ней немного подольше, но время поджимало.

Вместе с Ирой мы отправились на старую квартиру и занялись сбором вещей. Коробки, мешки — все это мы вытащили с балкона и принялись постепенно наполнять. Вещей у нас было не так уж много, в основном одежда. Вся бытовая техника принадлежала хозяину квартиры. С собой из проданного поместья Вышнегорских мы практически ничего не забрали. Все имущество нашего рода ушло с молотка на аукционе.

Когда мы закончили со сборами, я сделал звонок в транспортную компанию. Те извинились за опоздание, сославшись на форс-мажор, и заверили, что через час машина точно будет на месте.

Что ж, так даже лучше. Мария должна уже очень скоро прийти. За час мне нужно успеть сообщить ей новость, что у нас начинается новая жизнь. Ну и убедить, что я настроен максимально серьёзно.

Впрочем, куча собранных вещей у порога как бы намекает, что я тут не шутки шучу… Эх… по хорошему надо было бы предупредить Марию заранее. Но из-за турнира у меня просто не было времени нормально перемолвиться с ней.

— Мама вот-вот должна прийти, — сказала Ира, взглянув на часы.

— Ага… — я кивнул, — Готова уговаривать?

— Всегда готова! — Ира заулыбалась.

И в этот момент в коридоре за входной дверью послышались шаги. Повернулся ключ в замке, опустилась ручка. Открыв дверь, в прихожую вошла леди Вышнегорская с как обычно усталым лицом. В руках она держала пакеты с логотипом Семёрочки.

Мне даже стало её немного жалко. Пришла с работы уставшая, а тут мы с Ирой с собранными вещами, огнем в глазах и потрясающими новостями на устах.

Увидев нас, Мария застыла. На лице аристократки застыло выражение непонимания и шока. Пакеты выпали из её рук, из одного выпала апельсинка и покатилась…

Немая сцена.

Глава 15. Кто в доме хозяин?

— А… что тут происходит? — слабым голосом произнесла леди Вышнегорская.

— Мам, у меня потрясающие новости, — я с улыбкой приблизился к Марии, намеренно назвав её «мамой», как она любит, — Мне руководство Притяжения звезд выделило отдельную квартиру в элитном общежитии. Знаю, это выглядит немного внезапно, но мы с Ирой решили не тянуть и уже начали собираться.

Мария нахмурилась, переводя неодобрительный взгляд с меня на кучу собранных вещей в прихожей. И обратно.

— Квартиру? Да ещё и в элитном общежитии? — в её голосе звучало недоверие, — Вадим, родной, если это какая-то глупая шутка…

Я молча показал ей договор со школой. Подписи, печати, дата — всё как надо. Даже комар носа не подточит.

Мария озадаченно уставилась на бумажку и пару секунд втыкала в её содержимое. Постепенно её лицо меняло выражение. Раздражение исчезло, уступив место растерянности и удивлению.

— Руководство школы не против, если я перееду туда со всей своей семьей, — сказал я, — Там огромный пустой этаж с кучей аналогичных квартир, в которые ещё никто не заселился. Там очень тихо и уютно, никто нам мешать не будет. Никакие Климы со своими претензиями.

— Мама, я в квартире была! — добавила Ира, поддерживая меня, — Там очень круто! Совсем как у нас в нашем старом доме! Когда еще папа был с нами! Давай переедем туда прямо сейчас!

Я также достал телефон и показал Марии фото квартиры, сделанные сегодня. Та смотрела на них с таким растерянным видом, словно и вовсе не понимала, что именно ей показывают.

— Клим хочет нас выселить, — напомнил я ей, — Если не будем платить повышенную арендную плату. Это ещё не говоря о том, что он к тебе домогается. Поэтому быстрый переезд — оптимальный вариант. Нельзя его упускать.

— Вадим… — сухо произнесла Мария, — Это очень плохо…

Вот тут настала моя очередь охреневать. В смысле плохо? Женщина, да что ты вообще такое несешь?

Ладно. Попробуем еще раз. С тактом и расстановкой. Может быть Мария устала сильно, и у неё… не знаю, временные потери пакетов между мозгом и речевым аппаратом?

— Я, конечно, понимаю, что это все очень резко и внезапно, — осторожно произнес я, с подозрением глядя на Марию, — Но я из-за… дополнительных занятий в школе не успел тебе обо всем этом рассказать. Кроме того, я поговорил с леди Мираэль, она сказала, что у них в школьной бухгалтерии требуется новый сотрудник. Замдиректора согласна взять тебя на должность. А в школьной бухгалтерии Притяжения звезд зарплаты, как ты понимаешь, куда более солидные, чем в том месте, где ты работаешь. Тебе бы сегодня туда подойти и поговорить об этом.

Я бил по самому уязвимому месту — деньгам. Так или иначе, к ним сводится всё. Все важные решения в человеческой жизни. Или почти все.

Но Мария мои слова про новую работу и высокую зарплату проигнорировала. Словно её это нисколько не волновало.

— Не пойми превратно, но твой взрывной рост не является благом для нашей семьи, — произнесла она, — Ты привлекаешь слишком много внимания. Бедность — единственное спасение для нас, как искупление грехов отца…

Тут уж даже Ира, всегда слушавшаяся маму, посмотрела с подозрением на леди Вышнегорскую.

— Мама… — с удивлением произнесла она, — Что ты такое говоришь?

— Чтобы восстановить честное имя нашего рода, мы должны пройти через страдания… — прошептала Мария, — Чтобы искупить грехи отца и очиститься…

Я открыл рот… и закрыл. Что за ересь у Марии в голове? Почему мы, блин, должны страдать? Как это поможет вернуть честное имя нашего рода? Да всем окружающим до лампочки, кто в нашем семье страдает, а кто кайфует.

— Леди Вышнегорская, — сухо произнес я, — Каким образом страдания помогут вернуть нам славное имя? Мы должны найти доказательства невиновности отца, а не заниматься самобичеванием.

— Бог-Император смотрит на нас со своего престола… — прошептала Мария. Её пустой взгляд устремился словно куда-то в пустое пространство, незримое для нас, — Он все видит. Он говорил ещё много тысячелетий назад, что только через страдания сможем мы обрести прощение и благо.

— Не говорил я такого, — раздраженно произнес я. Я не узнавал Марию. Она говорила, словно какая-то религиозная фанатичка. Совсем на неё не похоже, — У меня нет привычки нести всякую чушь.

Мария словно вынырнула из своего воображения и снова посмотрела на меня. С крайним осуждением во взгляде.

— Мы никуда не поедем, — сказала она, — Мы останемся жить здесь, в этой квартире, как тихие и скромные люди. Ты можешь ехать в общежитие, но мы с Ирой никуда не поедем. Наше место здесь.

— Мама! — Ира глядела на родительницу удивленно, словно не верила своим ушам.

— Помолчите, юная леди, — сухо произнесла леди Вышнегорская, — С вами я ещё отдельно поговорю… Вы лекарство приняли?

— Да… — с нотками обиды произнесла Ира, — Я всегда его пью вовремя. Никогда не забываю.

Что есть, то есть. У Иры прямо привычка выработалась за долгие годы употребления майндоцина.

— Леди Вышнегорская, — произнес я, примечательно глядя на Марию, — Я сейчас слышу не слова заботливой матери и мудрой женщины. А вредителя, который хочет разрушить семью изнутри.

— Что за чушь ты несёшь? Ты понимаешь, что этими скандалами и спорами можешь спровоцировать у Иры очередной приступ? — Мария резко повысила тон, глядя на меня с крайним неодобрением. Её лицо как будто постарело лет на десять, а то и на все пятнадцать. Передо мной как будто стоял совсем другой человек. Совершенно чужой.

— Мама, со мной все хорошо, — неожиданно вмешалась Ира, — После того, как я пробудила духовную силу, я стала намного выносливее. Я в порядке, не переживай.

Я невольно ощутил гордость за сестренку. Ну и за себя. Хорошо, что укрепил её тело и дух. В прошлый раз именно появление Иры привело к тому, что я проиграл Марии. Теперь Ира стала достаточно сильной, чтобы не вырубаться, если при ней кто-то начинается скандалить.

Девочка выросла.

— Знаешь, мама, Вадик прав, — неожиданно произнесла Ира, — Он очень много делает для нашей семьи и за короткий срок добился небывалых успехов! Победил Аномалию на Арене! Выбил у леди Мираэль квартиру для нас! Помог мне пробудить духовную силу! Сплотил вокруг себя много одноклассников, которые раньше враждовали друг с другом! А ты так себя ведешь, словно это ничего не значит!

Мария отшатнулась, словно после удара. Она смотрела на дочь неверящим взглядом, словно та предала её. Так сказать удар оттуда, откуда его совсем не ожидаешь.

— Дочка, я вовсе не сопротивляюсь… — с виноватым видом произнесла Мария, — Просто Вадим… уж очень сильно рванул вперед. Это выглядит странно… с точки зрения окружающих. Я считаю, что это неправильно. Мы должны вести более скромный и незаметный образ жизни. Чтобы показать всем, что род Вышнегорских потерял свои богатства, но отнюдь не честь и благородство!

Я озадаченно моргнул. Чем больше я слушаю Марию, тем больше мне кажется, что в голове у неё какой-то хлебушек. Мокренький. Куда подевалась та усталая, но умная женщина, какой я первый раз её увидел?

— Я недостаточно времени уделяла твоему воспитанию, — печально произнесла леди Вышнегорская, — Это полностью моя вина, что ты вырос таким… Мне вообще кажется, что о твоих невероятных успехах надо бы сообщить государству… Жаль, я так и не смогла передать им ту часть письма… Не выполнила свой гражданский долг…

Я вспомнил, каким был Вадим Сабуров до того, как я вселился в него. Добрый, но запуганный парнишка, которого в школе шпыняли все, даже девчонки. Она об этом что ли?

И о каком письме она говорит? О письме отца, о той части, что Мария не успела сжечь?

— Извини, Мария, — я покачал головой, — Но женщине очень трудно воспитать мужчину без помощи отца. Сколько раз я такое наблюдал. Маменькиного сынка — легко. А вот мужчину… Только единицы на такое способны. Не потому, что женщины хуже мужчин. А потому, что мы слишком разные. Мальчикам нужно кое-что совсем иное, нежели девочкам.

Мария озадаченно моргала, глядя на меня. Мои рассуждения поставили её в тупик.

— Никуда мы переезжать не будем! — наконец строго произнесла леди Вышнегорская, — Разбирайте вещи назад. Немедленно!

— Мама! — возмутилась Ира. Даже ей поведение Марии уже казалось странным, — Что ты такое говоришь? Мы же только что тебе все объяснили! Ты разве не слушала?! Нас же могут выселить в любой момент отсюда!

— Разговор окончен, — жестко отрезала леди Вышнегорская, — Юная леди, отправляйтесь в свою комнату! Вадим, тебя это тоже касается! Слышишь меня? Вы оба наказаны, несносные дети!

Вместо ответа я закрыл глаза. Мягкая тьма оплела меня своими щупальцами со всех сторон, и я увидел радужное переливание духовной силы Марии и Иры. Мои навыки работы с духовной энергией заметно возросли. Я мог даже замечать скрытые нюансы, которые не видел раньше.

Внимательно вглядываясь в Марию, я заметил в районе её мозга странного вида микроскопический сгусток, похожий на медузу. Он крепко вцепился своими щупальцами в духовные потоки женщины, опутав их словно грибницей. Сгусток пульсировал — он прямо сейчас оказывал на женщину некое воздействие!

— А я пока разберу все вещи и верну их на свои места… — услышал я приглушенный голос Марии, словно сквозь толщу воды.

У леди Вышнегорской в голове какая-то чужая духовка! Уж не из-за неё ли моя мачеха периодически ведет себя странно? Воздействие на её разум… Внушение определенных мыслей… Уж не по этой ли причине она сожгла письмо?

Чужеродная духовка показалась мне знакомой. Я уже видел что-то похожее. Да, вне всяких сомнений — нечто подобное я извлек совсем недавно из Аномалии. Только в случае с Человеком-Семерочкой я имел дело с более крупной особью. Эта же мелкая и совсем незаметная. Шухерится по темным углам разума, словно крыса.

Я должен извлечь эту штуку из Марии. Но не думаю, что мне стоит начинать операцию по извлечению чужеродной хрени из женщины прямо сейчас. Это нужно сделать в более спокойной обстановке, где никто не будет мешать. С Аномалией все прошло успешно, но в том случае я действовал в спешке и чисто на импровизации. С Марией я так рисковать не могу. Она в конце концов человек и не имеет той живучести, как у мутанта.

Я открыл глаза. Мария тем временем подошла к горе вещей и склонилась над ней. Прикидывала порядок, в каком будет относить вещи на места. Ира с беспомощным видом переводила взгляд то на меня, то на мать.

— А проблему с жильем я решу… — отстраненным голосом произнесла Мария, — Поговорю с арендодателем и что-нибудь придумаем…

Я молча подошел к ней сзади вплотную.

— Мария.

— Что? — она распрямилась и обернулась ко мне.

Я быстро провел серию коротких уколов щепотью пальцев, поражая уязвимые точки на теле женщины. Она даже не успела среагировать, не смотря на свой немаленький боевой опыт. Как не крути, я с каждым днём становился сильнее и быстрее, благодаря постоянным битвам и тренировкам.

— Ох-х-х… что ты делаешь… — Мария осеклась, её глаза словно заволокло дымкой, — Как же спать охота… я так устала…

Она закрыла глаза и обмякла, я быстро подхватил её на руки до того, как она упала.

— Братик… — Ира смотрела на меня крайне удивленно, — Что происходит?

— Маме нездоровится, — сказал я, подошел к сестре и передал ей мирно сопящую леди Вышнегорскую с рук на руки. Ира, используя силу духовки, без проблем удерживала мать на весу, — У неё что-то сильно не так с духовными потоками в голове.

— Поэтому она так странно себя ведет? — Ира обеспокоенно взглянула в лицо матери. Спящей леди Вышнегорская выглядела очень спокойной и умиротворенной. Словно исчез тяжкий груз, лежащий на её плечах. Её лицо разгладилось и как будто бы снова помолодело.

— Именно, — сказал я, — Пусть пока спит, чтобы нам не мешать. Спокойнее будет. Ты охраняй маму, а я перенесу все вещи в машину, когда она подъедет.

— Хорошо, как скажешь, — Ира послушно кивнула.

— Если мама вдруг проснется и начнет брыкаться — не пускай её. Она не в себе. Сразу зови меня.

— Хорошо… Ты знаешь, как вылечить маму, братик?

— Конечно, — я кивнул. Полной уверенности у меня на самом деле не было — детали операции ещё требовалось тщательно продумать. Займусь этим сразу же после переезда. Но для Иры, ради её спокойствия я буду вести себя так, словно ситуация под контролем на все сто, — Приедем на новую квартиру, осмотрю её более внимательно. И что-нибудь придумаю. Если понадобится, обращусь за помощью в больницу.

— Хорошо, — сестренка послушно кивнула.

Наш разговор прервали звуки шагов в коридоре. К квартире приближались несколько человек. Суд по тяжести шагов, это были крупные мужчины с порядочным весом. И я так полагаю, изрядную часть этого веса составляли мышцы, а не жир…

— Ира, отнеси маму на кухню, — громким шепотом произнес я, разворачиваясь к двери, — И не выходи оттуда.

— Что? Почему? — растерялась сестренка.

— Не спорь!

Кто-то с той стороны вставил ключ в замок и попытался повернуть. Но дверь была уже открыта. Поняв это, незнакомец повернул ручку и открыл дверь.

В прихожую, словно к себе домой, по-хозяйски вошли четверо мужчин. Первого я узнал сразу — это был незабвенный Клим собственной персоной. На пальце он вертел связку ключей и по-хозяйски оглядывался по сторонам. Мужик, казалось, стал ещё жирнее со времен нашей последней встречи. Пузо, торчащее из-под засаленной майки, колыхалось из стороны в сторону.

За его спиной стояли трое. Два из них, крепкие накаченные мужики в косухах, шипах и цепях выглядели так, словно пришли из клуба любителей БДСМ и тяжелого рока. Третий, самый здоровый, держался в тени за их спинами.

— Это что за дела? — поинтересовался я, преградив им дорогу, — Вы кто?

— Что, решили слинять, не заплатив? — процедил Клим, направляясь ко мне, — Так не получится. Я хочу увидеть свои деньги.

— Мы все заплатили на месяц вперед, — напомнил я ему.

— Не, вы заплатили недостаточно, — усмехнулся Клим, — Я по своей доброте душевной аренду назначил вам ниже рыночной, но вы отплатили за мою доброту черной неблагодарностью. Поэтому условия аренды для вас несколько изменились… Платите рыночную стоимость аренды за прошлые месяцы! Немедленно!

— Не пори чушь, — оборвал я его, — Никто не меняет договор задним числом.

Клим злорадно оскалился, словно очень ждал от меня подобной реакции. Два мужика в шипах за его спиной подсобрались, глядя на меня крайне недоброжелательно. Не знаю, где Клим раздобыл подобных «друзей», но мне они напомнили людей из банд, подчинённых Зинцерам. Маргиналы, способные ради денег на все, что угодно.

— Мы сейчас полицию вызовем! — пискнула Ира за моей спиной. Она так и не ушла на кухню, продолжала удерживать бессознательную Марию на весу.

Громилы за спиной Клима весело оскалились, словно услышали нечто очень смешное.

— Послушай дядю Клима, мальчик, — жирдяй со снисходительным видом положил мне пухлую руку-окорочок на плечо, — Я готов даже простить тебе и твоей семейке побирушек вашу наглость. Но твоя сестренка и неблагодарная мамаша пойдут с этими крепкими ребятами, — он бросил в сторону Иры и Марии масляный взгляд, — И отработают все деньги, которые мне должны. Ну и чуть-чуть сверху, хе-хе… А ты посиди тут в квартире, отдохни, в игры что ли поиграй, я не возражаю…

Я молча взял его за кисть и крепко сжал. Под моими пальцами захрустели хрупкие косточки. У Клима на лице промелькнула целая гамма непередаваемых эмоций — от удивления до боли и гнева. Я сжал ещё сильнее, заставив его заскулить от боли. Глаза Клима расширились, он стукнул меня вторым окорочком, но с тем же успехом жирдяй мог бы бить в бетонную стену.

Вывернув ему руку до упора, я заставил арендодателя встать передо мной на колени.

Глава 16. Встреча старых подруг

Ира испуганно пискнула за моей спиной. Будь сильной, сестренка. Дай мне время, и я разберусь с этим отребьем.

Клим скулил извивался подо мной, пытаясь вырваться из хватки. Его штаны в районе паха начали как-то подозрительно быстро темнеть. Я брезгливо выпустил это существо, не желая больше иметь с ним никакого дела. А то ещё замараюсь.

Подвывая Клим пополз в сторону своих друзей, волоча пузо по полу. Те переводили озадаченные взгляды с него на меня.

Здоровяки, кажется, никак не ожидали от щуплого паренька, вроде меня, такой силы. Пусть Клим и не отличался силой, но он все-таки был взрослым мужиком… По крайней мере выглядел как таковой.

— Выбейте из щенка всё дерьмо, — приказал лидер, державшийся всё это время в тени.

Качки рванули в мою сторону, словно спущенные с поводка гончие. Я молча закрыл глаза. И увидел, как в полной темноте ко мне приближаются два сгустка духовных потоков. Они быстро достигли меня, и окружающая тьма взорвалась фейерверком красок и взрывов духовной энергии…

Я открыл глаза. Мои руки оказались забрызганы кровью — к счастью, не моей. Качки лежали на полу в крайне плачевном состоянии. Я избил их настолько, что в ближайший час они вряд ли смогут двигаться самостоятельно.

Мелкие сошки. Очень слабая духовка. Не чета тем врагам, с которыми я сталкивался раньше.

Глядя на своих избитых людей и Клима, жавшегося в уголок, лидер, скрывавшийся в темноте… расхохотался. Я внимательно смотрел на него. Ну хочет человек посмеяться, пусть смеется. У меня время есть, грузовая машина ещё не приехала.

— Хорошо, пацан, — произнес он, отсмеявшись, — Я чувствую в тебе дух настоящего бойца. Знаешь, возможно, тебя даже стоит пригласить в нашу команду. Нам нужны толковые парни. Особенно в это непростое время, когда госпожа Аманда в плену.

Он шагнул вперед, поигрывая мускулами на руках. На правой бицухе у него у него была тату в виде оскаленной собаки с крыльями за спиной. Вокруг качка вспыхнуло золотое сияние духовной энергии. Мужик был несравнимо сильнее двух своих подчиненных.

— Но с Климом вопрос надо решить, — сказал он, — А то нехорошо так получается… Обманули на деньги человека. О'кей, девок твоих трогать не будем. Но должок вернуть надо.

— А что… — отрешенно произнес я, — Ты разве не в курсе?

— В курсе чего? — нахмурился мужик.

— В курсе нашей фамилии, — пояснил я, — Ты, наверное, думал, что вы просто случайную семью пресуете? Я Вадим Сабуров. Ранее известный как Вадим Вышнегорский.

Улыбка сползла с лица лидера. Он внимательно взглянул на меня, несколько секунд пристально рассматривал. А потом аж отшатнулся от неожиданности.

— Ты… — воскликнул он, — Ты же…

— Ага, я Вадим Сабуров, — я кивнул, — Тот самый, который победил Аномалию на Арене. И тот, кто одолел вашего сюзерена — Великую и ужасную Аманду Зинцер.

Выдержка отказала лидеру. Глядя на меня он побледнел, растеряв всю былую уверенность. Он осознал, что раскрыл пасть на кусок, который не в состоянии проглотить.

— Вы вторглись в нашу квартиру, напугали моих близких, грозили нам расправой, — произнес я, глядя ему прямо в глаза, — Вам придется постараться, чтобы искупить этот грех.

— Мы… мы готовы выплатить компенсацию… — хрипло произнес мужик.

— Отлично, — я кивнул. Уже знаю, что потребую взамен, — Мне известно, что ваша банда «Крылатые псы» промышляет в этой районе, сдавая квартиры в аренду для постояльцев. В том числе и людям, которые занимаются не совсем легальной деятельностью.

— Да, так и есть, — лидер кивнул.

— Я готов забыть об этом инциденте, — сухо произнес я, — Но при нескольких условиях.

— Каких? — охрипшим голосом произнес лидер.

— Во-первых, все вы, «Крылатые псы» переходите под моё начало, — сказал я, — И становитесь второстепенным ответвлением моих Детей Императора.

— Это невозможно, — лидер покачал головой, — Даже если бы мы захотели… Аманда Зинцер не простит предательства.

— Аманда Зинцер в плену очень надолго, — сказал я, — Сейчас после пропажи призового фонда Турнира по боям без правил, вся её империя начнет трещать по швам. Начнется борьба за власть между отдельными группировками. Уж поверьте, им будет не до отдельной мелкой банды.

Лидер хмуро молчал, ничего не отвечая.

— Во-вторых, так как вы теперь часть моей организации, бюджет у нас становится общим, — сказал я, — Доход с квартир в этом здании теперь переходит в моё распоряжение.

Лицо лидера едва заметно дернулось. Однако он снова кивнул, не осмелившись перечить человеку, сумевшему одолеть саму неудержимую Аманду Зинцер.

— Не переживай, я не собираюсь пускать вас по ветру, — произнес я, — Работы предстоит много, и мне нужны верные соратники. Те, кто примут мою сторону и будут верно служить — возвысятся так, как и в самых смелых мечтах не могли представить.

Клим наблюдал за происходящим с выражением глубокого шока на лице. Он как будто не верил в происходящее. На глазах верные «друзья» отобрали у него все квартиры, с которых он кормился. И благодаря которым мог не работать и позволить себе безбедное существование.

— Советую начать искать работу, — сказал я ему, — Труд облагораживает, знаешь ли. А если он ещё и физический, то способствует похудению и укреплению здоровья.

Затем я снова обратился к лидеру банды:

— Я вижу по твоим духовным потокам, что у тебя неплохо развит навык лечения. Поставь на ноги своих парней. У нас в разгаре переезд, и как раз не помешает пара другая рабочих рук — переносить вещи.

Благодаря помощи группировки «Крылатые псы» переезд прошел без сучка без задоринки. Все вещи занесли в квартиру и служили в горку у входа. Чуть позже разберем их все, когда появится немного свободного времени.

Сейчас самое главное — решить вопрос с Марией. С её здоровьем и той штукой, что прицепилась к её духовным потокам.

В спальне я положил Марию на кровать и сам сел рядом с ней. Дверь в комнату закрыл, предварительно отправив Иру присмотреть за Амандой.

Леди Вышнегорская лежала на кровати с безмятежным видом. Её грудь плавно вздымалась в такт дыханию. Даже и не скажешь, что к ней прицепился духовный паразит. Возможно, он сидел в ней уже довольно долгое время. Например, со времен суда над Дмитрием Вышнегорским. Из воспоминаний Вадима Сабурова я помнил, что правительственные агенты всерьез решали, стоит ли ликвидировать всю семью предполагаемого еретика.

В конце концов решили пощадить, но, как мне кажется, предусмотрели страховочный вариант, и внедрили паразита. Тварь крепко накрепко засела в голове у леди Вышнегорской, и, похоже, периодически внушала ей определенные мысли. Вот эту вот чушь про обязательные страдания и нищенский образ жизни. Ну и повышенную законопослушность, куда же без этого. На тот случай, если вдруг всплывет интересная информация, как в случае с письмом.

Не знаю, кто именно это сделал, но это однозначно тот же человек, который внедрил паразита в Аномалию. Тот же самый почерк, тот же самый Дар. Уверен почти на все сто процентов, что это человек из ТСБ. Может быть даже тот же Крайтон.

Иру и даже себя я уже проверил на наличие паразитов — все было чисто. Нам в этом плане повезло. Осталось лишь спасти Марию.

Я склонился над спящей женщиной, наши лица оказались очень и очень близко. Настолько, что я даже ощутил её дыхание на своем лице. Я глубоко вздохнул и закрыл глаза, погружаясь во тьму с редкими островками духовной энергии.

Одну за другой я начал создавать вокруг спящего паразита точки Скукоживания, постепенно отрезая ему пути к бегству. Работали они пока что на минимальном обороте, чтобы не спугнуть тварь. Но их число быстро росло. Перекрыв все свободное пространство, я врубил свою духовку на полную, разом актививровав все точки Скукоживания!

Тварь зашевелила щупальцами, когда её резко потянуло с насиженного места. Не давая ей опомниться, я одно за другим отцепил её псевдоподия, державшиеся за духовные потоки Марии. После чего покатил тварь по естественному духовному течению Марии, намереваясь вышвырнуть её из тела.

Мария, не просыпаясь, сильно закашлялась. Из её рта вылетел кровавый сгусток, похожий на маленькую морскую медузу. Я схватил её прямо голой рукой, защищенной духовной оболочкой и крепко сжал! В стороны между пальцев брызнул липкий сок.

— Фух… — с облегчением выдохнул я и бросил быстрый взгляд на Марию. Операцию я провел успешно, женщина почти не пострадала. Небольшое кровотечение само заживет за пару дней. Или даже быстрее, если учесть целебный эффект духовной силы.

Внезапно мерзкий паразит зашевелился, его щупальца вонзились прямо в мою руку! Проникли под кожу и устремились вдоль вены, словно собирались поруке добрать до самого сердца!

Тварь пыталась внедриться уже в меня, ей требовался носитель, чтобы жить!

Я врубил Скукоживание на максимум, сдавливая существо в могучих тисках своей силы. Несколько точек создал внутри прямо своей руки, чтобы заблокировать ей путь, хотя для меня из-за спешки это вышло и довольно болезненно.

С хлюпаньем и парой капель крови щупальца выскользнули из-под моей кожи. Довольно быстро я собрал тварь в одну кучку и активировал Скукоживание по полной программе, решив превратить её в ничто! Уж слишком она была опасна.

С жалобным шипением существо сжалось в одну микроскопическую точку. От него повалил пар. Из-за мощного давления жидкость в его теле начала испаряться. Я усилил нажим, окончательно обращая тварь в твердый комочек пепла…

Когда все кончилось, я сидел подле Марии и тяжело дышал. Меня словно только что вывернуло наизнанку, настолько сильную нагрузку я испытал. Должен признать, паранормальный Дар агентуры ТСБ заслуживает уважения. Одолеть эту мелкую козявку оказалось непросто, даже сложнее, чем здоровую тварь со щупальцами, которую они запихнули в Аномалию.

Возможно, дело было в том, что мелкая уже довольно долгое время сидела в Марии и вдосталь напиталась её жизненной силой. В то время как более крупная попала в Аномалию относительно недавно и не успела в ней освоиться. Поэтому такая разница в уровне силы.

— Эх… — я глубоко вздохнул, приходя в себя, — Наша служба и опасна, и трудна… Узнать бы, кто хозяин этой мерзкой твари. Я бы с ним перемолвился парой ласковых на тему, как совать свои немытые тентакли в чужих мамок…

Мария продолжала спать, словно младенец. Я каким-то образом ухитрился даже не разбудить её. Или она просто настолько вымоталась на работе, что всякие мозговые паразиты были ей глубоко до лампочки? Равно как и битвы с ними.

Я положил руку ей на плечо, вливая в женщину немного своей духовной силы, питая и укрепляя её тело. У меня энергии даже после стычки с паразитом оставалось много. Так что не жалко. Особенно для такой красивой леди.

Надеюсь, характер Марии поменяется в лучшую сторону.

Леди Вышнегорская зашевелилась. Её веки задрожали. Пальцы правой руки собрали одеяло в комок. Через пару секунд она открыла глаза и резко села.

— А? Что? — растерянно произнесла Мария, удивленно оглядываясь по сторонам. Наконец, её взгляд остановился на мне, — Вадим, сынок? Где мы?

— На новой квартире, — любезно сообщил я, с осторожностью глядя на Марию. Как-то теперь она себя поведет, без влияния духовного паразита? — Ты разве не помнишь? Мы об этом разговаривали на старой квартире.

— Что-то припоминаю…

Она с хмурым видом потерла лоб, словно изо всех сил старалась сосредоточится и вспомнить недавние события.

— Ты видимо очень переутомилась на работе, — сказал я, — И потеряла сознание.

— И вы с Ирой, воспользовавшись моим состоянием, перевезли меня на новую квартиру? — с подозрением произнесла Мария.

— М-м-м… мы оказали тебе первую помощь, — сказал я с улыбкой, — Но знаешь… Там непростая ситуация сложилась.

Я рассказал ей про визит Клима и его друганов. Умолчав о том, что они теперь работают на меня. Лицо Марии приняло совсем удивленное выражение. Даже не знаю, чему она больше удивилось — подлому поступку Клима или тем, что всё… завершилось именно так.

— В общем, я с ними поговорил, и они осознали свою ошибку, — сказал я, — Осознали настолько, что помогли нам перевезти вещи.

— Вот оно как… Только мне почему-то кажется, сынок, что сознание я потеряла не просто так, — произнесла Мария, с подозрением глядя на меня, — Кажется, это ты что-то со мной сделал. И если это так, то у вас большие неприятности, молодой человек, — Она помолчала и сухо добавила, — Очень большие.

— Тихо-тихо, — произнес я, мягко поднеся указательный палец к губам Марии. Та замолчала глядя на меня с выражение легкого шока, — Давай так поступим. Я тебе всё покажу. Всю квартиру, как есть, и кто в ней сейчас находится. Ты посмотришь и прикинешь, что да как. А там уже будем делать выводы, что к чему. О'кей?

— Ладно, — сдалась Мария. Она даже подняла руки перед собой, словно полностью сдавалась на милость победителя, — Ты не оставил мне выбора, Вадим… Но я всё равно считаю, что переезд — это плохая идея! Это противоречит новым правилам и принципам, по которым теперь живёт наша семья, честная и благородная!

— Каким ещё правилам и принципам… — устало произнёс я. Опять она свою старую шарманку запустила. Неужели какие-то остаточные эффекты сохранились?

— Ладно, ладно, я уже поняла, что тебя не переубедить, — Мария вздохнула, — Если жилье и впрямь окажется хорошим, то мы останемся здесь. Ради вашего с Ирой и Алисой будущего.

Я лишь вздохнул. Мария всё ещё помешана на том, чтобы восстановить честное имя нашего рода. Да ещё и считает себя главной в семье, глупышка… Однако она уже не столь категорична, как раньше. Кажется, операция на мозге очень благоприятно сказалась на её рассудке. Мария воспринимает мои слова намного адекватнее, чем раньше.

Ладно. Не хочу с ней ссориться и ругаться. Посмотрит квартиру и успокоится — будет чудненько. А так пусть говорит, что хочет, и считает себя кем угодно. Хоть Творцом всего сущего.

— Я посмотрю на квартиру, Вадим, — повторила Мария, — Но пока что обещать ничего не буду. Надо сначала убедиться, что здесь на самом деле все так хорошо, как ты описываешь.

— Да, пожалуйста, убеждайся сколько хочешь. Кстати, я тебе работу новую нашел, — сказал я, как ни в чем ни бывало, — Ты об этом, надеюсь, не забыла?

— Работу? — Мария навострила уши, — Какую?

Угу, всё-таки забыла.

— В школьной бухгалтерии. Мираэль сказала, что возьмёт тебя на должность.

— А какая зарплата? — заинтересованно произнесла леди.

— Пятьдесят тысяч империалов, если не ошибаюсь, — припомнил я.

— Сколько? — Мария широко распахнула глаза.

— Пятьдесят тысяч, — повторил я, — Ну и на работу ходить ближе. Она в соседнем здании находится. Ты на старую работу сколько добираешься?

— Полтора часа туда… полтора часа обратно, — растерянно произнесла Мария, — Боже, Вадим… это какая-то сказка?

Она смотрела на меня уже немного другими глазами. Кажется, в ее просветлевшую голову таки закралась мысль, что сынишка-то не совсем выдумщик.

— Ты сейчас в спальне находишься, — сказал я, обводя вокруг себя рукой, — Можешь пощупать сказку, так сказать, за это самое… за вымя.

Мария только сейчас по-настоящему осознала, что она уже находится в новой квартире. И уже может начинать осмотр.

— О… Боже… Император… милостивый… — прошептала она, оглядываясь по сторонам. Провела рукой по одеялу, мягкому и шелковистому, — Какая роскошь…

— На долю нашей семьи выпало много невзгод…

Я бережно взял Марию под локоток и повел на кухню, на ходу показывая и объясняя, как всё на новом месте устроенно.

На кухне я увидел идеалистическую картину. Ира и Аманда вместе… готовили борщ. На плите стояла кастрюля с водой, а девушки нарезали овощи. Ира с очень веселым и оптимистичным выражением лица. Аманда — с кислым.

Хм… кажется, Ира таки нарушила мой приказ и развязала Аманду. Ну что за непослушная сестрёнка… Отшлепать её надо за это, но ведь рука-то не поднимется…

Леди Вышнегорская смотрела на Аманду с лёгким шоком.

— А-а-а… Аманда? — едва вымолвила она.

— Мам, совсем забыл тебе сказать. Я тут тётю на дуэли выиграл, — как ни в чём ни бывало произнёс я, скрывая улыбку. Мягко приобнял Марию за талию, как бы между прочим, — Ты же не против, если она у нас останется?

Глава 17. Мир и покой

Я намеренно использовал обращение «Мам», чтобы вызвать у Марии приятные ассоциации и чутка уменьшить шоковый эффект. Любила она это дело, когда я называл ее мамой.

— Привет, Мария, — сухо произнесла Аманда, продолжая резать морковь. До меня донёсся вкусный запах, — Рада тебя видеть.

— Привет, Аманда, — по инерции произнесла Мария, глядя на Аманду с крайне офигевшим видом, — А-а-а… Почему ты готовишь борщ у нас?

— Проиграла в дуэли твоему сыну, — сухо произнесла могущественная глава клана Зинцер, — И стала его пленницей согласно правилам благородной аристократической дуэли. И теперь варю вам борщ. Чтобы вновь не стать табуреткой.

— Т-табуреткой? — растерянно переспросила Мария. Она категорически не понимала, при чём тут табуретка.

— Я поговорила с тетей, и мы договорились, что в обмен на борщ мы больше не будем использовать ее как табуретку, — с гордым видом произнесла Ира, — Во как я сообразила!

Ну не знаю… Аманда в роли табуретки мне вполне себе понравилась. Правда, в обычном кресле сидеть как ни крути куда удобнее. Зато на Аманде — морально приятнее.

— Ладно, будь по-твоему, — уступил я Ире. В конце концов она сегодня молодчина, проявила себя на десять из десяти. Надо бы дать ей поощрение. Пусть примет решение самостоятельно, — Но тогда прими за Аманду ответственность. Объясни ей, по каким правилам живёт наша семья. И выдай ей обязанности. Раз уж она все равно теперь будет жить с нами.

Ира закивала, ее глаза блестели с энтузиазмом. Кажется, сестренка была очень рада полученному ответственному поручению. И горела желанием оправдать моё доверие.

Мария глубоко вздохнула. Ещё раз осмотрелась по сторонам, как будто не верила в реальность происходящего.

— Хорошо, сынок, — неуверенно произнесла она, — Пусть всё будет так, как ты скажешь.

Я усмехнулся. Мария сдалась. Чудесно. Надеюсь, больше подлянок с её стороны не будет. Тем не менее я пока продолжу относиться к ней с некоторым подозрением. Ну мало ли что? Долгое соседство с духовным паразитом бесследно не проходит. Пусть пройдет некоторое время, а там видно будет.

— Ты прямо как твой отец… Не оставляешь мне выбора, — улыбнулась она, глядя на меня немного смущенно, — Но… я тобой все равно горжусь.

О, это что-то новенькое. Раньше укоряла за чрезмерное развитие, а теперь загордилась. Тем не менее мне было неожиданно приятно услышать такое. Или не мне, а Вадиму Сабурову. Пусть Мария не была его биологической матерью, но все равно, они были очень близки.

Я с улыбкой приблизился к Марии и поцеловал её в щеку, мягкую и румяную. Леди Вышнегорская смутилась, однако не отстранилась. В глубине её глаз я увидел искорки, которых раньше там не было. Или не было очень давно. Мы крепко обнялись, она положила мне голову на плечо.

Думаю, в глубине души Мария уже понимает, что её разрешение — чисто номинальное. Ответственность за судьбу семьи давно принял в свои руки я. Сейчас, когда разум женщины очистился от влияния духовного паразита, она должна осознать это чётко, как никогда.

Это большая ответственность. Я беру в свои руки судьбы этих двух прекрасных добрых женщин. Ну и ещё одной, тоже прекрасной, но совсем не доброй… Вон до сих пор зырит искоса… В общем, беру их судьбы в руки и должен обеспечить им достойную жизнь.

Ира, скрестив руки на груди, с умилением смотрела в нашу сторону. Девушка искренне радовалась, что в семье у нас, наконец, настал мир и взаимопонимание.

— Ох, Вадим… — Мария подняла голову и посмотрела на меня с виноватым видом, — Кажется, я упустила тот момент, когда ты вырос… Прости меня. Я теперь понимаю, какой была обузой…

— Всё нормально, — я подмигнул ей, — Не кори себя, ты сделала очень много для семьи. Просто в какой-то момент… пошла по неправильному курсу. Главное, что ты это осознала. Устраивайся, осваивайся на новом месте. Вещи я сегодня разберу.

Эх… все-таки Мария ну очень красивая женщина. И очень фигуристая. И выглядит моложе своего возраста. Кажется, мы прижались друг к другу немного сильнее, чем того требовали обычные обнимашки…

— Было бы ещё неплохо, если бы ты рассказала, что там было, в батькином письме, — напомнил ей я, отстранившись, пока ситуация не стала слишком неловкой… — Возможно, отец хотел сообщить мне что-то очень важное. Ты скрываешь, а я до сих пор не в курсе.

Мария отвела взгляд. Некоторое время молчала, словно о чём-то напряженно раздумывала.

Аманда, нарезавшая морковку, тоже как будто бы немного замедлилась. Прислушивается? Блин, косякнул… не нужно было про письмо при ней спрашивать. Ну ладно, не критично. Все равно она пленница. Никто её выпускать не будет. Все контакты с внешним миром будут проходить только через меня.

Мария снова посмотрела на меня. Уже немного увереннее. Словно приняла решение.

— Не пойми меня превратно сынок… — наконец, немного скованно произнесла она, — Это все… происходит очень быстро.

Я лишь разочарованно вздохнул. Что ж с тобой поделать, Мария.

— Сколько тебе нужно времени, чтобы прийти в себя? — спросил я.

— Пару дней, — сказала Мария, закусывая губы, словно от волнения, — И я обещаю, что всё тебе расскажу. Честно. Все, что попросишь.

— Так и быть, — я кивнул. Надеюсь, в этот раз обойдется без подстав.

Спустя некоторое время Мария и Иру упорхали в ванную — изучать джакузи и баньку. Я лично был только за. Мне хотелось переговорить с Амандой с глазу на глаз.

Та по большей части помалкивала, но взгляды на меня бросала очень красноречивые. Госпожа Зинцер уже поняла, что личного массажиста ей в плену не предоставят. Тем не менее по её глазам я видел, что она далеко не смирилась.

Тот факт, что она согласилась на борщ, как минимум, говорило о желании сотрудничать. Уж не знаю, кого за это надо благодарить — добродушный нрав Иры, которая смогла подобрать ключик к стальной Аманде? Или же мою профилактику и использование Аманды в качестве мебели?

— Если ты будешь помогать нам по домашнему хозяйству, то я готов немного скостить сумму выкупа, — произнес я, — Ну, скажем, миллионов на десять.

Аманда глубоко задумалась. На её лице смели друг друга странные выражения — словно в её душе жадность и гордыня вели страшный бой насмерть.

— Скости шестьдесят миллионов, и я разрешу использовать себя в качестве табуретки, — неожиданно произнесла она.

Походу, жадность победила.

— Почему именно шестьдесят?

— Долго объяснять. Если коротко, четыреста сорок миллионов я смогу набрать относительно быстро, — сказала она, — Но вот получение большей суммы по ряду причин может серьезно затянуться.

— О'кей, предложение интересное, — я кивнул, — Подумаю.

— Но это должно остаться строго между нами, — быстро добавила Аманда, — Никаких фото и никакой огласки.

— Без проблем, — я кивнул, — Твой авторитет перед вассалами не пострадает. Главное, веди себя прилично и не пытайся интриговать.

— Какие тут интриги в моём положении, — Аманда вздохнула.

В принципе, для моих планов и четырехсот миллионов империалов вполне хватит. Лишние пару десятков роли не сыграют. Я собирался вложить их в дело с целью приумножить капитал. Куплю несколько прибыльных бизнесов — например, ресторанных. И заработаю намного больше.

А как иначе? Если хочу вернуть себе власть, то без денег — никуда. Они всегда нужны — на покупку снаряжения и оборудования, на выплату вознаграждения соратникам, на взятки и прочая, прочая, прочая… Надеюсь, Юмеко скоро придет в себя и поправится. Для моего секретаря есть работенка. Например, надо юридически переоформить на меня все те квартиры, которые я отжал у Крылатых псов. Доход с аренды теперь пойдет в общий бюджет Детей Императора.

А ещё надо закупить оружие и снаряжение для моей группировки.

— Все это мы должны зафиксировать на бумаге и подписать в присутствии юристов, — добавила Аманда, — Пусть это будет официальный договор между кланами Зинцер и Вышнегорскими.

— Сабуровыми, — поправил я её.

— Как скажешь, — Аманда покорно наклонила голову. Такое поведение мне нравится намного больше. Кажется, ей удалось немного усмирить свой дурной характер.

Потом мы с девочками разбирали вещи и занимались прочими бытовыми делами, которые носили чисто рутинный характер. Время уже было позднее, так что довольно быстро все улеглись спать. Завтра предстоял новый день, новые хлопоты.

И новые проблемы…

Первая половина дня пролетела на удивление беззаботно. Большую часть этого время мы посвятили тренировкам на практических уроках. Мы с Генкой и Эйкой в основном держались вместе, а около нас крутились ребята из Детей Императора.

Вторая группировка, ярко выраженная в нашем классе — это были ребята из тусовки Клента. Они на данный момент являлись самой малочисленной бандой в классе и старались не отсвечивать. Дожидались, когда их лидер вылечит глаз и наконец вернется.

Ну и третья группировка, это был союз Батиковых, Накамура и Душепийц. Группировка, равная нам по численности. Они тоже тренировались вместе и держались кучно.

Генка и его осведомители уже доложили мне, что по слухам эти трое фамилий объединились для противодействия мне. Наш с Эйкой союз считают одним из самых опасных на втором курсе.

Не стоит их недооценивать. То, что они неожиданно объединились, означает, что меня воспринимают максимально серьёзно. Надо только понять, этот союз скорее оборонительный или наступательный? Батиковы, Накамура и Душепийцы хотят сохранить независимость от Детей Императора или же собираются вступить в острую борьбу?

Возможно, мне стоит позвать их на переговоры. И разложить все по полочкам. Потому что, если удастся договориться хотя бы о нейтралитете — это уже будет большой успех.

После первых уроков мы шли в столовку. Казалось бы, ничего не предвещало неприятностей. Вокруг сновали ученики по своим делам, многие слушали музыку и обменивались свежими новостями. В небе не было ни облака, ярко светило солнце, слепя глаза. Обычный, казалось бы день.

— Кстати, сегодня рождество Бога-Императора, — задумчиво произнесла Эйка, неторопливо облизывая мороженку, купленную в ближайшем торговом автомате.

— Да ну? — мои мысли были немного далеко отсюда, поэтому я не сразу обратил внимание на смысл слов красноволоски.

— Ага, сегодня многие организации не работают, — добавил Геннадий, идя с другой стороны, — Работягам отгулы дали. Я вот думаю, сходить или не сходить после уроков на праздничные шествия… Восславить Бога нашего Солцеликого Императора… Вдруг он услышит мои молитвы.

— Бог-Император ближе, чем ты думаешь, — сказал я, — И всегда слышит молитвы верных ему людей.

— Эх, если бы… — вздохнул слабый в вере Генка.

— В местах скопления народа надо маски надевать, — Эйка поморщилась, — А у меня после стычки с Аномалией на масочки аллергия…

Недалеко в небольшой кафешке, работающей на территории школы, сидели сёстры Батиковы. Одна из мирмеций, глядя на сестру, распаковала упаковку с шоколадными хлопьями и… неторопливо засыпала щедрую пригоршню прямо себе в рот. Вторая близняшка с сосредоточенным видом налила себе в рот молока.

Сестры несколько секунд внимательно смотрели друг дружке в глаза… после чего прильнули друг к другу, их губы соединились в интенсивном… трафалаксисе. Ох уж этот муравьиный народ… Хотя, должен признать, интересный способ употребления шоколадно-молочных хлопьев в пищу. Надо бы нам с Эйкой тоже так попробовать.

Мы молча прошли мимо. Батиковы продолжали нежно обниматься и «трафалаксировать», опустив веки с длинными красивыми ресницами. Но кое-что мне показалось подозрительным. Я сначала даже не понял, что именно. Но потом догадался.

Муравьиные антенны обеих сестер были чётко направлены в мою сторону, словно усы металлодетекторов. Их верхние сегменты смещались одновременно со мной, по мере того как я удалялся от девушек.

Странно. Чего им надо?

Мы были уже недалеко от столовки, когда вдруг началось…

В учебном корпусе через дорогу внезапно слетела с петель дверь. Толстый парень с очень свирепым лицом и не менее свирепым огромным животом вышел наружу. За собой он волочил за волосы миловидную девушку. У той покраснело лицо, она изо всех сопротивлялась, хватаясь то за его руку, то за свои волосы. Но силы были слишком неравны. Парень, злобно отдуваясь, швырнул ее в центр небольшой тренировочной площадки с воротами для футбола. Таких площадок было много на всей территории Притяжения звезд.

Я смотрел на это дело, слегка шокированный. У меня подобное просто не укладывалось в голове. Я сделал шаг по направлению к говнюку, чтобы пояснить за нормы поведения в обществе. Ну и в частности, за отношение к женщинам. Но Эйка неожиданно придержала меня, положив руки на плечи. Обернувшись, я увидел её обеспокоенное лицо. Она покачала головой, всем своим видом отговаривая меня от поспешных решений.

Чего? Безбашенная Эйка? Просит проявить осторожность? Может быть я что-то пропустил важное из воспоминаний носителя?

Музыка и болтовня прекратились, окружающие нас школьники с любопытством наблюдали за происходящем. Но никто не собирался вмешиваться. На лавочке неподалёку сидел один из преподавателей, мужчина в пиджаке и с гладенько прилизанными волосами. С беспроводными наушниками в ушах он смотрел по планшету какое-то видео и довольно улыбался. Возможно, некое юмористическое шоу. Он бросил в сторону ученицы и её мучителя лишь беглый взгляд, после чего снова вернулся к своему планшету. Словно происходящее его ничуть не интересовало.

А ну да. Типичный подход к учебе и образованию в Притяжении звёзд. Называется «Ещё рано». Ну или «Уже поздно», в зависимости от ситуации.

Я, убрав с плеч руки Эйки, последовал за собравшейся толпой, чтобы увидеть, что происходит. За спиной я услышал жалобный голос Генки:

— Вадик, ну давай хоть в этот раз не влезать, а?

Но я просьбу проигнорировал. Мне было любопытно.

Очень быстро я оказался прямо перед кольцом зрителей, внутри которого происходило нечто…

Глава 18. Непростой выбор

Бедная девчушка снова попыталась встать. Но жирдяй, пихнув её ногой, снова опрокинул беднягу на землю. Она упала на колени, но затем изящно кувыркнулась через голову и застыла в оборонительной позе. Её волосы растрепались, а испуганно-разгневанное лицо придало ей сходство с фурией, легендарным мстительным духом. Она элегантно держалась в полуприсяде, отставив одну ножку далеко в сторону — неплохая такая растяжка. Кожа ее высоких черных сапог контрастировала с ее молочно-белым ногами. Мой взгляд невольно проследовал по изгибу её бедра прямо к узкой талии. Девушка носила черное кожаное бикини с топом на бретельках, идеально подчеркивающее её крупную приподнятую грудь. Её подтянутый живот оставался голым, давая возможность разглядеть проколотый пупок с блестящим камушком. Из-под юбки у девушки торчал черный пушистый хвост, похожий на кошачий — очевидно, просто модный аксессуар. На шее она носила кожаный ошейник с металлическими вставками. На голове девушка носила ободок с заостренными кошачьими ушками. Мне даже показалось, что они в какой-то момент дернулись, словно живые. Как будто пытались что-то распознать в звуковых волнах вокруг.

Видимо, воображение разыгралось.

Но наряд у девушки конечно интересный. Красивый, но… странный. Подобранный, так сказать, с полным «уважением» к школьному дресс-коду. Девица без всякого сомнения человек, но при этом большая фанатка кошкодевочек и отчаянно косит под них?

— И это вся твоя благодарность, стерва? — процедил жирдяй, нависая над девушкой. Та оскалилась, демонстрируя зубы, и зашипела, словно всамделишная кошка. Но жирнич лишь процедил сквозь зубы, — Тупая долбанутая на голову дура. Так ты благодаришь людей за их доброту? Унижением?

— Цк… — процедила Эйка, застыв от меня по правое плечо. Её лицо выглядело крайне недовольным, — Похоже, Юцер Мориль собирается преподать своей жене урок.

— Мориль? — Я повернул к ней голову, — Жене?

Я не верил своим ушам. Это что, перед нами разборки мужа и жены? Ещё школу закончить не успели, а уже заключили брак? Во дают.

— Да, он двоюродный старший брат Ибира и Уйцеля, наших братьев-дегенератьев, — подтвердила Акане, — Учится на третьем курсе. Сразу скажу, он один из самых опасных учеников Притяжения. И не только в своем классе.

— Ты ещё жену упомянула, — уточнил я, — Они реально женаты?

— Кажется, эта девушка не так давно переехала в наш район, — добавил Геннадий, как будто все это имело смысл, — Вроде бы её зовут Юстина. Она из малоизвестного рода. О, я забыл, ты же не в курсе. У Юцера Мориль еще есть два дня, прежде чем он решит, хочет ли он покончить со своей женой.

— Покончить? — я не верил своим ушам, — Что это значит?

— По слухам, она отказалась возлечь с ним на брачное ложе, — сказал Геннадий, — Воспользовалась, так сказать, влиянием и возможностями клана Мориль, чтобы перевестись в Притяжение и жить в более благополучном районе. Но пухлые парни, походу, не в её вкусе, так что Юцера с сексом она обломала.

— И?

— И теперь Юцер, похоже, жаждет получить своё, — сказал Геннадий, — Как муж, он имеет право делать со своей женой почти что угодно… например, очень сильно избить. Не знаю, на что рассчитывала эта деваха, когда решилась на подобную авантюру с обманом.

— А родня разве за неё не вступится? — удивился я.

— Не знаю, из какого она рода, но скорей всего там что-то очень мелкое и незначительное, — сказал Геныч, — Мориль вытрут их претензии прямо об их лица.

— Тогда на что эта девица рассчитывала?

Геныч лишь развел руками и покачал головой.

— Юцер Мориль один из опаснейших учеников третьего курса, — добавила Эйка, — Настоящий монстр. Даже я не стала бы с ним связываться без лишней нужды.

— А разве на третьем курсе рулит не Гётц Альтхаус? — припомнил я некоронованного короля третьего курса.

— Гётц Альтхаус силен, спору нет, но он берет своё в большей степени умом и… силой дружбы, — сказал Геннадий, — Он собрал вокруг себя большую группировку одаренных ребят, благодаря чему и подчинил весь третий курс. Даже такие монстры как Юцер Мориль вынуждены учитывать его интересы. Реальность так устроена, что любой титан спасует против командной работы. Однако гнев Юцера Мориля намного опаснее гнева Гётца Альтхауса. Юцер как носорог, он прет, не разбирая дороги, подминая под себя всех. Лучше отойти.

— Вот оно что… — я медленно кивнул.

— Вот и сам подумай, нужно ли нам вообще встревать в эти разборки, — сказал Геныч, как всегда проявив смекалку и предусмотрительность, — Эта парочка стоит друг друга. Что Мориль, что его новоявленная жена. Один тупой качок, другая обманщица и мошенница. Пусть сами разбираются друг с другом.

Эйка молчала, но, судя по её серьёзному взгляду, в кои-то веки была согласна с моим другом.

— А ну отвечай, стерва! — взревел тем временем Юцер Мориль. Затем он шагнул вперед и наотмашь ударил девушку по лицу. Из её рта вылетела струйка крови и упала на асфальт, окрасив его в красный.

Жесткий тип этот Юцер. И очень быстрый. Не смотря на то, что жирный. Девушка даже не успела на него среагировать.

— Слышь, урод! — крикнул я, но мой голос затерялся среди коллективного вздоха публики. Кое-кто из учеников даже подзуживали Юцера, побуждая бить сильнее и быстрее.

— Покажи этой сучке, Юцер!

— Поставь её на место!

— У-у-у… тварь!

Препод бросил лишь мимолетный взгляд в их сторону, после чего снова вернулся к своему планшету. Абсолютно по барабану.

Я попытался двигаться вперед, но красноволоска Акане остановила меня, снова вцепившись в плечи.

— Что ты делаешь? — выдохнула Эйка, с возмущением глядя на меня, — Не слышал, что мы с Генкой только что тебе сказали? Вадик, ты мне живой нужен! Рано нам ещё на третьекурсников лезть!

Но я с улыбкой покачал головой.

— Эйка, помнишь, что я тебе говорил? — произнес я, — Я дал обещание леди Мираэль, что разберусь со всеми школьными хулиганами. И наведу порядок в Притяжении звёзд. Преподы не могут и не хотят следить за дисциплиной среди одаренных аристократов. Кроме того… — я сделал короткую паузу.

— Что?

— Кроме того, эта школа в будущем будет принадлежать мне, — я подмигнул ей, — Поэтому негоже позволять всякому отребью, мнящему себя аристократами, распускать руки. Если эта девушка обманула его — пусть решает с ней вопросы законными методами, без рукоприкладства. Я лично буду только за, мошенников сам не жалую.

— Вадик… — едва вымолвила Эйка, растерянно глядя на меня.

— Да и с третьим курсом все равно придется столкнуться. Почему бы и не сейчас?

— Ну? Че молчишь? — тем временем сказал Юцер Мориль, злобно сопя и раздувая ноздри.

Девушка тем временем стерла рукой со рта кровь и небрежным движением поправила ободок на голове. Как будто не её прямо сейчас избивали.

— Ты же сам сказал мне заткнуться, — ответила псевдоженщина-кошка. Ее голос звучал стоически, злобно, но при этом… знойно, как бы странно это не звучало. Она прямо-таки излучала соблазн и сексуальность. Даже находясь в таком плачевном положении.

Выражение ее лица не было вызывающим, но в то же время там полностью отсутствовала покорность. В ее ярко-синих глазах сверкали огоньки, отдающие презрением.

Юцер Мориль, похоже, тоже так подумал. Он схватил ее за волосы и намотал на кулак. Девушка вскрикнула, из её глаз брызнули слёзы.

Всё. Я не мог просто стоять и смотреть на это. Никто так и не вмешался, даже препод? Прикрывается своими школьными правилами о невмешательстве. Что ж… Я стряхнул хватку Эйки и вышел из круга.

— Эй, полудурок! — ровно произнёс я, — Отпусти ее.

Тишина повисла на площади. Юцер Мориль обернулся на мой голос. Его дикий взгляд встретился с моим, выбив сноп искр. Он бросил девушку и с проворством, нехарактерным для такой туши, приблизился ко мне.

— Слышь, тля, — тихо произнёс он, глядя на меня безумными глазами, — Ты чей будешь? Какого рода?

Если бы он рычал и ревел, это бы произвело не такой жуткий эффект, как тихий и спокойный голос. Он навис надо мной всей своей необъятной тушей. Юцер был выше меня аж на три головы, и шире тоже раза в три. Его тень накрыла меня с головой…

На площади царила мертвая тишина, и я чувствовал, как в меня впиваются сотни глаз. Раздался чей-то слабый стон. Краем глаза я заметил, как Геныч обмяк, закатил глаза и осел на руках у озадаченной Эйки. Обморок. Переволновался бедняга. Ничего, ему не впервой, так что быстро в себя придет.

— Я спросил, ты кто? — повторил Юцер. Его зубы были желтыми и неровными, а изо рта воняло.

— Вышнегорский я, — с кривой ухмылкой ответил я и взглянул мимо него на красивую женщину-кошку, которая все еще лежала на земле. Она с легким удивлением смотрела на меня.

Любительница косплея, значит.

Охи и ахи прокатились по толпе. Вадим Сабуров назвался проклятой фамилией своего рода! Ужас какой…

— Некоторые также знают меня как Сабурова, — небрежно произнес я, — Уникума Притяжения звезд.

Юцер, услышав «Вышнегорский», тоже дернулся как и все. Но тут же зарычал, словно дикий зверь, разозлившись на себя за эту мимолётную слабость.

— И че? — злобно произнес он, — И чё дальше?

— И то. Отцепись от девушки, — процедил я, — Хочешь решить с ней вопросы — решай цивилизованно. А не как дикий бабуин, которого отшила самка.

В толпе послышались смешки. Но большинство учеников молчали. Псевдокошка удивленно смотрела на меня своими огромными голубыми глазами. Кровь стекала по её губам, но она словно забыла об этом.

Юцер наклонил голову набок, словно в замешательстве. Но тут его толстые губы скривились в усмешке.

— Ты хочешь драки, тля? Хочешь вызвать меня на дуэль?

— Дуэль? Это возможно, — я кивнул и уже тише произнес, — Но ты уверен, что этого хочешь?

— Гордые Мориль ни перед кем не склоняют головы, — заявил Юцер, — Мы берем то, что захотим, по праву сильного!

— Тогда давай определимся.

— С чем?

— Хочешь дуэли — сделай нормальную ставку. Пусть победитель получит хороший приз.

Мне просто так драться не хотелось. Если уж сражаться, то не просто так, верно?

Толпа разразилась удивленными криками. Несколько человек назвали меня самоубийцей и посоветовали прямо сейчас бежать из страны. Желательно за океан на южный континент и затеряться в его джунглях.

Юцер выглядел немного озадаченным моим предложением, но длилось это не более секунды. Он быстро взял себя в руки.

— Ставку, говоришь… дело хорошее. Но я не считаю, что благороднорожденные, подобно простолюдинам, должны драться за деньги. Мы, Мориль, лишены подобных низменных стремлений. Мы признаем только силу.

— А кто-то говорит о деньгах? — я приподнял бровь, — Есть вещи, куда ценнее денег. Предложи что-нибудь, достойное наследника Мориль. Например… Вассалитет? Проигравший присягнут роду победителя на верность.

Кривая улыбка скользнула по толстым губам Юцера. Он выглядел довольным, словно я сказал именно то, что он хотел услышать.

— Вассалитет? Что ж, это возможно. Но я не считаю, нас с тобой ровней. Ты должен заплатить чем-то большим…

— И чем же?

— Своей жизнью, — оскалился третьекурсник, демонстрируя желтую кривую улыбку.

Чего? Он это всерьёз?

— Я Юцер из благородного рода Мориль, принимаю твой вызов, — заявил мой оппонент, — Я не вижу твоего секунданта, но это неважно. Все здесь видели, как ты оскорбил меня, тля. Ты ответишь за этой своей кровью.

Я отметил, как кровожадно блестят глаза у некоторых учеников в толпе. Они жаждали крови и зрелища! Хотели увидеть, как Юцер прилюдно втопчет меня в грязь. И максимально унизит.

По ходу, даже моя слава победителя Аномалии меркла на фоне силы этого одаренного парня, страдающего (наслаждающегося?) лишним весом. Не удивлюсь, если его тоже считают уникумом, как и меня.

Так уж совпало, что толпа по большей части состояла из третьекурсников. Все они или состояли в банде Гётца, либо находились с его группировкой в близких союзнических отношениях. И поэтому ко мне отношение было куда более враждебным, чем можно было ожидать.

— Юцер, ты серьёзно хочешь его убить? — крикнул кто-то из толпы, — Ты же знаешь, как к этому относится руководство школы. Они такое не потерпят. Помнишь, как отлупили твоего кузена?

Юцер Мориль ухмыльнулся дико, совсем по-звериному.

— Ибир, хоть и наследник, но он всё ещё слабак. Ему очень многому предстоит научиться. А священный закон дуэли нерушим, — сказал он, — Предлагаю в честь Рождества Бога-Императора провести особый формат дуэли, освященный предками — будем сражаться насмерть!

Получается, одна ставка — моя жизнь, а вторая — вассалитет Юцера?

Толпа взорвалась аплодисментами, начали скандировать имя моего противника. Ю-цер! Ю-цер! Ю-цер! Я в замешательстве огляделся. Что-то перебор, не? Эти третьекурсники что, совсем упоролись?

Он сказал насмерть? Такого я не ожидал. Нет, я вовсе не боюсь этого жирнича, даже в условиях смертельной схватки, но… какой-то слишком неожиданный поворот. Очень уж быстро и уверенно парень предложил смертельную дуэль. Прямо с ходу. Как будто и без моего предложения хотел что-то эдакое устроить.

Крики восторга и свист прокатились по толпе с такой громкостью, что воздушным потоком мне чуть не растрепало волосы. Они все выкрикивали одно слово снова и снова, их голоса сливались в один. Я, полностью сосредоточенный на противнике, никак не мог понять, что это было за слово. У меня что, проблемы со слухом? Это из-за того, что они так громко орут? Я снова покачал головой и, немного сосредоточившись, наконец смог разобрать:

— Дуэль! Дуэль! Дуэль! — кричали восхищенные школьники. Неужели им так хочется посмотреть на схватку двух монстров — победителя Аномалии Владимира Сабурова и несокрушимого титана Юцера Мориля?

Похоже, очень хочется.

Юцер широко раскинул руки и, казалось, упивался всеобщим вниманием.

Я внимательно вглядывался в окружающие лица, но по большей части на меня смотрели либо враждебно, либо нейтрально. Здесь в основном собрались третьекурсники. Подчиненные Гётца Альтхауса, ко мне они явно относились с прохладцей после того, как я закусился с их лидером. Правда, на Юцера Мориля они смотрели лишь немногим лучше. Из-за своего скверного характера он заслужил весьма дурную репутацию.

В общем, народ хотя и орёт «Дуэль!», но они явно не будут против, если мы оба, и я, и Юцер, окажемся размазаны по асфальту тонким слоем. Лица, многие из которые приняли практически первобытное животное выражение, глядели на нас злобно, с усмешками. В глазах плескалась жестокость. Лишь Эйка смотрела на меня обеспокоенно и с сочувствием. При этом она параллельно обмахивала Генку платком. А тот глядел в небо пустыми глазами. Кажется, приготовился отдать Богу-Императору душу. В очередной раз.

Я оказался опять сам по себе. Снова. Ну ничего, прорвёмся. У меня в кармане по прежнему перстень Чикэку, заряженный духовкой главы клана. Юцеру придется солоно. Хотя я бы предпочел разобраться с ним своими силами, без чужой духовки.

— Уступить дорогу лорду Дейчи Накамуре! — внезапно раздался голос позади толпы. Послышались чьи-то недовольные крики, как будто кого-то очень бесцеремонно отпихивали в сторону.

Накамуре? Это родственник нашего Акихито?

Глава 19. Дейчи Накамура

Толпа позади меня разошлась, образовав проход. Через живой коридор на импровизированную арену вышел высокий азиат с породистым лицом аристократа. Его волосы были выкрашены в синий цвет и переливались на солнце. У него также были длинные, два сантиметра, ногти, подстриженные в форме пятиконечных звезд. Они также были покрыты синим лаком и посыпаны блестками, сверкающими на солнце.

На правой руке у него повисла красивая девушка с мягкими зелеными перьями на голове, зачесанными назад, как хохолок у птиц. Ее пышные изгибы образовывали идеальную миниатюрную фигуру в виде песочных часов. Школьную форму девушка словно специально надела на размер поменьше, отчего выглядела не как школьница, а скорее как порнозвезда в костюме школьницы. Она была очень хороша собой, но отнюдь не являлась единственной для Дейчи — множество очень красивых девушек находилось в его свите, следовавшей за своим господином.

Свита у Дейчи Накамуры собралась большая — множество парней и девушек, очень вычурно разодетых. Как будто собрались сниматься в качестве массовки в высокобюджетном аниме с необычным дизайном персонажей. На школьный дресс-код они практически забили. И парни и девушки периодически принимали причудливые неестественные позы, словно персонажи из аниме. Как будто позировали на камеры.

— У-у-у… четвертый курс пожаловал, — раздался недовольный голос в толпе, — Явились не запылились.

Четвертый курс? Так вот они какие… Модные наряды, прически, подстриженные в форме звезд ногти и сексуальные одноклассницы в сопровождении. Сразу видно серьёзное отличие от второго и третьего курсов. Видимо, у каждого есть личный дизайнер и визажист.

Накамура… уже не родственник ли он нашего Акихито? Почти в этом уверен. Может быть даже старший брат? Воспоминания носителя, как назло, не спешили давать мне ответ в этот раз.

Дейчи Накамура остановился в паре шагов от нас с Юцером. Положил растопыренные пальцы правой руки на лицо в манерном жесте. Один глаз его был закрыт ладонью, а второй оценивающе глядел на нас в прорезь между средним и безымянными пальцами. Ногти ярко сверкнули на солнце.

Он, похоже, пользовался серьёзным влиянием в школе. В тот момент, когда он поднёс руку к лицу, толпа замолчала. Словно её выключили.

Я поскреб подбородок, глядя на него. Даже не знаю, радоваться или огорчаться, что этот типчик решил вмешаться в происходящее? Моя удача повернулась ко мне лицом или противоположным местом?

— Вы знаете, я тут случайно мимо проходил, — с ленцой заявил синеволосый Дейчи, не сводя с меня глаз. Я тоже внимательно глядел на него. Лицом он и впрямь походил немного на Акихито, — Этот человек, кажется, оскорбил малыша Юцера?

— Да, он публично оскорбил меня, — прорычал Юцер. Мне показалось, или при виде Дейчи он сбавил тон на полоборота? — Поэтому я вправе бросить ему вызов. Мы будем сражаться насмерть!

— Звучит неплохо, — синеволосый кивнул Юцеру, словно старому знакомому, — Сегодня как раз праздник, рождество Бога-Императора. Думаю, почтить нашего Бога хорошей дуэлью — это отличная идея! Особенно если она и впрямь будет со смертельным исходом.

Я приподнял бровь. Что за чушь? По старым арсамонским законам мой день рождения празднуется в середине второго весеннего месяца. Это сделано по той причине, что дата моего настоящего дня рождения утеряна. Поскольку я родился в то время, когда календарь ещё не был изобретен.

Видимо, некие современные нововведения. Мне они не нравятся. Взяли и без меня решили, когда мой день рождения.

А ещё очень подозрительно, что этот Дейчи объявился именно сейчас. Случайно проходил мимо? Как-то слабо я в это верю.

— Я тоже об этом думал, — проворчал Юцер, — Ты всё схватываешь на лету, Дейчи.

Толпа снова зашевелилась, зашепталась. Кажется, они боялись, что явившийся Дейчи обломает им все веселье. Но нет, он, похоже, собирался стать диджеем на этой вечеринке.

— Дуэль? — взревел Дейчи, повернувшись к толпе, чем снова довел народ до очередного безумия.

Похоже, все соскучились по зрелищам без новой Арены. Иначе я не могу объяснить такую бурную реакцию.

— Эй, моднявый, погодь! — начал было я, но мой голос затерялся в этом шуме. Я хотел сказать, что дуэли до смерти вообще-то запрещены законодательно. Это я прочитал в дуэльном благородном кодексе.

Толпа приблизилась, сужая круг. Некоторые третьекурсники что-то издевательски выкрикивали в мой адрес, пытаясь заставить меня отреагировать. Но мелкие сошки меня не интересовали. Я внимательно смотрел на Дейчи. Такое ощущение, что он оказался тут далеко не случайно.

— Напоминаю, молодые люди, что дуэли до смерти запрещены, — сказал препод. Для этого он даже вытащил один наушник из уха. Словно таким образом хотел подчеркнуть важность вопроса.

— Все в порядке, сэр, — мягко произнёс Дейчи Накамура, — Мы воспользуемся поправкой в законодательстве, согласно которой в честь рождества Бога-Императора разрешены любые дуэли, прославляющие его. В том числе и дуэли насмерть на территории школы. Единственное исключение, так сказать.

— А, ну тогда ладно, — препод снова воткнул наушник в ухо и вернулся к планшету.

Вот и разъяснили вопросец.

Я уже говорил, что просто обожаю правила, принятые на территории Притяжения звезд?

Дейчи Накамура снова поднял руку, и люди снова замолчали, дожидаясь его слов. Кажется, его клан пользовался большим уважением. Ничуть не меньшим, чем Зинцеры или Акане.

— Мои друзья! — сказал Дейчи, повернувшись к парням и девушкам из своей свиты, — Давайте насладимся этой дуэлью! Юцер прольет на песок кровь победителя Аномалии. Эта жертва напомнит всем нам о силе и славе Бога-Императора!

Я лишь скривился. Хоронят заранее… Дуэль насмерть — это одно, но происходящее начинает напоминать уже натуральное жертвоприношение. Особенно странно это выглядит с учётом того, что меня собираются принести в жертву самому себе.

Итак, у меня был выбор: либо соблюсти этот странный новомодный обычай и сражаться, либо послать всех нахрен и настаивать на проведении обычной дуэли, по стандартным лекалам. Есть ещё вариант добровольно стать жертвой, но я по такому пути не пойду.

Вообще, очень уж много совпадений. Юцер сцепился со своей косплейщицей, откуда ни возьмись появился этот Дейчи, и денек сегодня тоже не простой. Выглядит всё это, как нечто спланированное.

— Мне не интересны битвы насмерть, — сказал я, усмехнувшись, — Так дела не делаются. Дуэль дуэлью, но я за бесплатно не дерусь. Каковы ставки?

— Боишься? — ухмыльнулся Дейчи. Он, кажется, наслаждался происходящим, словно увлекательным телевизионным шоу, — Ставки — ваши жизни.

— Не смеши, — я хмыкнул, — Просто так дерутся только идиоты. А жизнь идиота мне не нужна. Юцер, — я перевел взгляд на здоровяка, — Если я выиграю, ты поклянешься мне в вассальной верности. И перейдешь в группировку Дети Императора.

Мориль усмехнулся.

— Этому не бывать никогда, тля, — произнес он, — Но как хочешь, я принимаю условия. Ну а мой приз — твоя жизнь. Я убью тебя и сделаю пару красивых фоток с твоим трупом для социальных сетей, — он осклабился, — Хотя их скорей всего снова удалят модераторы, а меня забанят на пару месяцев. Ну и пусть!

— Идет, — я кивнул, уже ничему не удивляясь. Почему бы в Притяжении звезд не учиться откровенному маньяку, по которому тюрьма строгого режима плачет? Действительно, — Я принимаю условия.

— Клянусь честью рода Мориль! — провозгласил Юцер, вскинув кулаки вверх, — Я выиграю эту дуэль!

Толпа приветствовала его восторженными криками.

Дейчи Накамура сделал жест рукой, и один из сопровождавших его приближенных принес ему удобное на вид кресло. Усевшись и закинув ногу на ногу, Дейчи небрежно кивнул Юцеру.

— Дуэль с оружием или без? — поинтересовался Накамура.

Мориль, казалось, светился от гордости. Он вытащил длинный шнур из петли на поясе джинс. Юцер злобно посмотрел на меня и ударил шнуром, как хлыстом, по ладони.

— Выбирай свое оружие, — сказал Юцер. И добавил, словно плюнул, — Тля.

Воевать с оружием? Сейчас это определенно не в моем нынешнем стиле. Эх… был бы у меня мой старый добрый молот, которым я крушил титанов и Воплощения Хаоса… Но чего нет, того нет.

Юцер выглядит довольно уверенным. Он как будто думает, что может убить меня даже ножом для масла. Стоит ли мне тоже вооружиться или довериться своим кулакам и духовке?

— Без оружия, — сказал я, — Старый добрый рукопашный бой — наше всё.

Накамура приподнял бровь. Толпа ахнула, люди зашепталась между собой

— Без оружия, говоришь… — сказал Дейчи, — Против Юцера… Неслыханно. Оружие, заряженное духовкой, намного сильнее кулака. Ты хочешь умереть в первую же секунду дуэли?

— Я собираюсь выиграть её, — Я щелчком сбил с плеча невидимую пылинку, как будто речь шла о незначительной мелочи.

Накамура посмотрел на меня уже немножечко иначе. В его глазах я увидел нечто похожее на уважение.

— Что ж, Вадим Сабуров выбрал рукопашную, — произнес Дейчи, впервые назвав меня по имени, — Поаплодируем бойцу за его смелый выбор!

— Я тоже буду драться в рукопашную, — прорычал Юцер, — Нет ничего лучше старых добрых кулаков!

Девушка с ободком с кошачьими ушками все еще стояла на коленях, на том месте, где ее оставил Мориль. Она переводила взгляд то на меня, то на мужа. Юцер, разочарованно хмыкнув, подошел к ней, наклонился и протянул конец шнура к ее шее. Теперь я понял, что шнур, который он держал, на самом деле был чем-то вроде поводка. Жирдяй прикрепил его к металлическому кольцу, свисающему с кожаного ошейника девушки. Натянув поводок, он поднял ее с земли и потащил туда, где на импровизированном троне сидел Дейчи Накамура, закинув ногу на ногу. Девушка, опустив голову, прямо на четвереньках следовала за своим «женихом». В толпе заулюлюкали, комментируя отличный вид сзади.

Это была дикость в чистом виде. Дикость, невозможная в цивилизованном обществе. Но никто не сказал ни слова против. Мориль пользовались известностью, как… клан с несколько дикими нормами поведения. Очень религиозные, они уважали только силу. И являлись крайне влиятельным родом, который ни в чем себе не отказывал, плевал на нормы и правила поведения. Чего стоил только Ибир, открыто напавший на преподавателя.

— Дейчи, будь другом, пригляди за моей сучкой.

Юцер передал поводок одному из многочисленных прихлебателей Накамуры. Передал, словно домашнее животное. Причем даже не особо ценное. Что-то на уровне дворовой кошки, подобранной на улице.

Увидев, как красотку дергает за ошейник этот высокомерный мудак, раза в три шире ее, я ощутил приступ гнева. Я вспомнил, почему ввязался в эту передрягу изначально.

Может быть эта девушка и сама не очень хороший человек… но я не могу допустить, чтобы в моей школе люди вели себя подобным образом. Эти земли — моя собственность. Будущая собственность. И именно я буду решать, какие законы здесь будут работать. А для этого надо поставить на место всех охреневших мудаков. Для начала.

Только так куется авторитет и уважение. Юцер многим насолил в школе, и многие его ненавидели. Но никто не решался сказать и слова против. Я решу эту проблему.

— Я присмотрю за твоей женушкой, не переживай, — сказал Дейчи. Он снова манерно положил руку себе на лицо, глядя на нас сквозь растопыренные пальцы. Ярко накрашенные ногти в форме звезд сверкали на солнце.

Подручный Дейчи дернул за поводок, вынуждая девушку встать на колени подле «трона». Другие девушки из гарема Дейчи смотрели на неё высокомерно, с пренебрежением. Одна из них положила руку на грудь своему боссу и принялась неторопливо поглаживать. Иногда как бы случайно проникая пальчиками под рубашку между пуговиц.

Дейчи Накамура взял чашу с одного из подносов, которые рядом с ним удерживали слуги. Туда тут же подлили саке из бутылки.

— Род Накамура выступит гарантом того, что благородная аристократическая дуэль пройдет честно! — он обвёл чашей толпу, — Все собравшиеся здесь — свидетели моим словам! Пусть Бог-Император поможет тому, на чьей стороне правда!

На самом деле звучит весьма обнадеживающе. Большое количество свидетелей — гарант того, что дуэль пройдет честно, без подлянок. Юцер не посмеет жульничать при таком большом скоплении благородных одноклассников. Иначе его авторитет моментально рухнет.

Совсем другая ситуация сложилась во время дуэли с Амандой. Там было много свидетелей, но все они принадлежали к кланам Зинцер и Акане. Они не стали бы свидетельствовать против своих влиятельных хозяек.

Накамура высоко поднял чашу с сакэ над головой и провозгласил:

— Да начнётся Дуэль!

— Вадик, вломи ему! — завизжала Эйка на весь школьный двор.

— Я передам твои останки семье, Вадик… — скорбным голосом произнес Геныч, белый как мел. Он, как обычно, был готов начать похороны раньше срока.

Толпа вновь заголосила, когда Юцер, передав жену, вернулся на импровизированный «ринг». Их неудержимая жажда насилия напомнила мне о боях без правил, в которых я участвовал совсем недавно. Там зрители бесновались точно так же. Как же быстро с людей слетает лоск благородства и цивилизованности. А также аристократического воспитания.

Эти люди жаждали зрелища, чтобы немного развлечься. Они были готовы на все ради этого. Увидеть, кайфануть от экшена — а потом всю неделю мусолить эту тему, сплетничая в соцсетях.

Юцер мрачно усмехнулся, вытащив из-за пояса длинный нож с обоюдоострым лезвием. Он отшвырнул его в сторону и, глядя на меня, насмешливо усмехнулся, демонстрируя желтоватые зубы. Нож зазвенел по асфальту. Его подхватил кто-то из одноклассников Мориль.

Учитывая огромные размеры Юцера и его силу, о которой ходят легенды, мне стоит делать ставку на скорость. Мне нужно как следует нагрузить ноги, поэтому я сосредоточился, формируя в икрах коленях и бедрах сгустки Скукоживания. Ну или по-простому — Куриные задницы.

Конечно, Юцеру было далеко в плане мощи до той же Аманды. Но я хотел одолеть его своей собственной силой. Без пробуждения сути Бога-Императора и без духовки Чикэку.

Глава 20. Напряжение

Юцер ещё не использовал духовку. Но у меня было ощущение, что покров парня передо мной отличается высокой прочностью. Ударю ему в челюсть — все равно что стукну кулаком по бетонной стене. Хрусть — и прощайте кости. А подобная травма в условиях дуэли равносильна поражению.

Сжав кулаки, я принял боевую стойку. Успокоил дыхание, контролируя свой центр тяжести, перенося вес с одной ноги на другую. Я постоянно двигался, держа противника в неопределенности.

Юцер же держался небрежно, оставаясь полностью открытым. Он полностью полагался на свой невероятно прочный покров

— О, вот это уже интересно! Тля владеет боевыми искусствами! — с усмешкой произнес он, — Знай, ты будешь не первым убитым мной низкородным отбросом, посягнувшим на мои права и мою собственность. И ты точно не будешь последним!

Юцер демонстративно расхохотался, уперев руки в бока. Почти вся толпа, состоящая преимущественно из третьекурсников, загоготала вместе с ним.

— И долго ещё? — поинтересовался я.

— Что долго? — переспросил он.

— Долго ты ещё будешь трепаться? — я поманил его, — Или ты боишься начинать бой?

Врубив золотистый покров, Юцер бросился ко мне. Я, активировав духовку, тут же отпрыгнул с его пути. Он развернулся и попытался достать меня пинком, но я опять-таки отскочил на пару шагов, снова оказавшись вне его досягаемости. Скукоживание работало исправно, перекачивая по моим ногам концентрированную духовную силу.

С неудержимостью танка Юцер с рычанием снова бросился вперед, стремительно чередуя удары огромных кулаков. Мне пришлось пригнуться и нырнуть в сторону и вперёд. Я ловко проскользнул у него прямо подмышкой, выйдя за спину.

Я провел ему по почкам серию ударов и ткнул щепотью пальцев подмышку, атакуя уязвимые узлы нервной системы.

Юцер медленно развернулся и с задумчивым видом почесал пузо. После чего рассмеялся. Мои удары не оказали на него никакого видимого эффекта.

Сила третьего курса впечатляла. Одаренный парень, с детства тренировавший свою силу, он мог дать фору даже многом взрослым. Пожалуй, тех двух бандитов из клана «Крылатых Псов» он вынес бы так же легко, как и я. Надо отнестись к нему максимально серьёзно.

Я держался на расстоянии, оценивая противника. Пока что не стоит торопиться форсировать события. Надо сначала понять, есть ли у Юцера Дар? И будет ли он его использовать? А потом уже пытаться пробить его броню.

Если верить воспоминаниям Вадима Сабурова, про Дар Юцера не было известно достоверно. Но большинство школьников считали, что у парня он есть и довольно сильный. Тем не менее, Юцер принародно им никогда не пользовался. Или пользовался, но делал это незаметно. Возможно, Дар даёт ему некий пассивный бонус. Типа повышает прочность или что-то типа того.

Здоровяк, возможно, был медленнее меня, но бойцом без всякого сомнения являлся опытным. Он пожертвовал ловкостью в пользу невероятной силы и прочности. Всего один пропущенный удар, и мне придется солоно. Нет права на ошибку.

Лучшая стратегия заключалась в том, что враг скоро устанет, или очень серьезно подставится, создав брешь в своем покрове. Тогда я тут же использую на нем Скукоживание, превращу его лицо в куриную задницу. Это будет означать безоговорочную победу.

Перед глазами у меня внезапно помутнело на мгновение. Словно некая серая пелена опустилась перед моим взором, как будто пыль попала в глаза. Я моргнул и тут же всё стало как прежде.

Что это было?

Ещё один огромный кулак со свистом пролетел совсем рядом с моим лицом. Я тут же ушел влево, уклоняясь от еще одного удара. На мгновение левый бок Юцера оказался открытым. Воспользовавшись шансом, я от души пнул его ногой прямо в пузо. Но с тем же успехом я мог бы лупить по железобетонной стене. Живот Юцера заколыхался, словно огромное желе, по нему в стороны разошлись волны.

Он попытался схватить меня обеими руками и прижать к себе, но я снова быстро разорвал дистанцию.

— Хватит убегать, тля! — зарычал Юцер, — Я тебя просто обниму, прижму к груди и приласкаю! Все сразу закончится!

Он еще даже не вспотел. Сколько же выносливости в этой огромной туше? Точно ли здесь поможет моя стратегия измора? Такое ощущение, что я запросто могу утомиться быстрее, чем Мориль. Я все ещё не в полной мере освоил это тело, делаю слишком много лишних движений. Нужно больше тренироваться.

Надо повалить его на землю. Чем раньше, тем лучше. И попытаться ударить в слабое место, пробив его покров.

Юцер в своем носорожьем стиле снова попер на меня в лоб. Но я проскользнул сквозь град его кулаков и с правой пробил ему в солнечное сплетение. Прежде чем он успел среагировать, я пнул его в колено, желая уже повалить эту тушу на землю. Но вместо того, чтобы упасть, как мешок с навоз… с картошкой, Юцер лишь легонько пошатнулся. И просто оскалил зубы.

Ногу и руку била мелкая дрожь, словно я два раза подряд ударил ногой по бетонной стене.

Мой противник выглядел так, будто только что слегонца разогрелся. Его дыхание оставалось ровным, признаков усталости не наблюдалось.

Нужен новый план.

— Отлично, тля! — взревел Юцер, — Тебе лучше как следует развеселить меня. Иначе сегодня вечером я как следует займусь твоей подружкой Акане!

Он снова засмеялся, чувствуя свое полное превосходство.

— Иди прими таблетки, — посоветовал ему я.

— Либо что?

— Либо я сейчас тебя сам ими накормлю.

Юцер ухмыльнулся и снова ринулся на меня, вытянув руки с растопыренными пальцами перед собой.

Ну ладно. Перстнем Чикэку я по прежнему пользоваться не хочу. Противника надо одолеть своими силами. Поэтому…

Я создал ещё несколько точек Скукоживания внутри своего тела. Они заработали, начав усиленно прогонять духовку по моему телу. Это немного походило на тот процесс, который я запустил, чтобы излечиться от наркозависимости черной духовки Аманды. Помнится, тогда это привело к тому, что я пробудил часть своей силы и легко победил. Но в этот раз внёс в него кое-какие изменения.

Я не собираюсь снова прибегать к… пробуждению истинной силы. Иначе от всей школы просто не оставлю камня на камне. Нет, в этот раз я решил действовать немного иначе…

В этот момент в толпе появились новые действующие лица. За пределами толпы послышались громкие крики, люди разошлись, создавая проход. К нам бежал Акихито Накамура, а за ним двигались немного отставшие сестры Батиковы. Близняшки выглядели довольно запыхавшимися, словно куда-то бегали. А лицо Акахито выглядело очень взволнованным.

Он бросился к Дейчи Накамуре, который скорей всего являлся его старшим братом, либо кузеном. Дейчи допил саке из блюдца, бросил на младшего быстрый взгляд, но практически тут же отвёл. Одна из девушек положила ему руки на плечи и начала массировать. Вторая приблизила свою грудь, натягивающую материю футболки, к его лицу, как бы предлагая рассмотреть получше. А может быть и пощупать, если благородный наследник захочет.

Но Дейчи сиськи игнорировал, всем видом намекая, что подобные низменные вещи ему, стильному и модному, не особо интересны. Он даже на Акихито не смотрел, хотя без всякого сомнения заметил его приближение.

— Дейчи… — вскинулся Накамура, приблизившись к брату, — Какая ещё дуэль до смерти? Это уже перебор! Мы так не договаривали…

Удар!

Дейчи, не меняя расслабленной позы, атаковал Акихито, стремительно ударив его ногой сбоку по голове. Парень от неожиданности рухнул на землю. Крови не было

— Глупый младший братец, — сокрушенно произнес Дейчи, — Ну вот чего ты лезешь, куда тебя не просят? Ты попросил меня о помощи — и я со всем уважением оказал её тебе. Так будь добр, не вмешивайся, и дай старшому закончить.

Акихито, упёршись ладонями в землю, начал медленно подниматься. Удар, хоть и не нанес ему серьёзных повреждений, всё же дезорганизовал его на длительное время.

— Ты что творишь! — близняшки Батиковы в унисон зашипели на Дейчи, — Совсем с катушек слетел?

— Леди Батиковы, ваш род весьма древний и уважаемый, — с ленцой произнес старший Накамура, — Но род Накамура не менее древний и уважаемый. Прошу вас, не лезьте не в своё дело. Либо я могу расценить это как вмешательство во внутренние дела рода.

— Ты творишь беспредел, Дейчи, и не оправдывай это делами рода! — шикнула на него Юля. Или Лена?

— Знай, что тебе это с рук не сойдет! — добавила Лена. Или Юля?

— Цк… — Дейчи с раздраженным видом повернулся к Акихито, — С кем ты связался, глупый младший братец?

И тут произошло нечто. Акихито, резко распрямился, изо всех сил вмазал Дейчи прямо в челюсть! Старший Накамура успел заметить удар и среагировал, немного сместившись в сторону. Но полностью заблокировать атаку у него не вышло, челюсти Дейчи громко щелкнули. Он пошатнулся вместе со своим «троном», едва не упав на землю.

Акихито тяжело дышал, до хруста сжав кулаки. На старшего брата он глядел с плохо скрываемой ненавистью.

— Не смей мне указывать… братец, — произнес он, — Для меня честь рода не пустой звук. Я добьюсь своего… но без подлых приемов.

Свита Дейчи с возмущением загомонила, угрожающе придвинувшись к юному Накамуре. На него посыпались проклятия. Ещё чуть-чуть — и бросятся.

Но Дейчи жестом остановил их. Одна из девушек с оханьем и аханьем принялась вытирать кровь с его подбородка. Сильно же Акихито ему вломил. Кажется, там полноценное рассечение. Похоже, отношения между братьями оставляют желать лучшего.

— Лупить Акихито имею право только я, — произнес Дейчи, не спуская взгляда с Акихито, — Маленький глупый брат… Ты даже не представляешь, что я с тобой сделаю чуть позже… И пусть маменька с папенькой меня потом накажут…

— Заткнись, идиот, — прохрипел Акихито.

— Что ты сказал? — Дейчи угрожающе прищурился.

Девушка из свиты, отбросив окровавленный платок, принялась быстро вылизывать рану своего господина ловким язычком. Видимо, она была наслышана об анестезирующих свойствах слюны. Деваха аж урчала от удовольствия и даже опустила веки с удлиненными ресницами. Видимо, радовалась вкусу благородной хозяйской крови.

— Для меня честь клана не пустой звук, — повторил Акихито, сплюнув кровавый сгусток.

— Я тебе щас морду разобью, — Дейчи угрожающе привстал.

— Попробуй, кретин, — Накамура поманил брата, приглашая к сражению.

За спиной младшего Акихито тут же выстроились парни из его банды, готовые лечь за своего «сегуна». К ним же присоединились Юля и Лена Батиковы. Судя по лицам мирмеций, они тоже были настроены крайне серьёзно.

Ещё чуть-чуть и дуэль превратится в массовый мордобой.

Всё это время мы с Юцером продолжали бой. Он пер напрямик, пользуясь преимуществом в силе и прочности. Я танцевал вокруг него, находя уязвимые места в защите и награждая чувствительными точечными ударами. Только вот толку от них было немного. Я как будто бил в бетонную стену. Ноль эффекта. Вода камень точит, но я не был уверен, что у меня есть так много времени.

— Ты просто завидуешь, что у меня такая жена-красотка, — с ухмылкой заявил Юцер и искоса посмотрел на косплейщицу, — А у тебя, тли, бесноватая Акане…

Косплейщица Юстина молча смотрела на нас большими голубыми глазами. Ее лицо оставалось безразличным. Мне показалось, или у неё легонько дернулся хвостик?

Затем, всего на секунду, выражение ее лица изменилось. Теперь девушка выглядела испуганной. Кажется, это было вполне искреннее чувство. Я словно почувствовал это неким шестым чувством. Но уже спустя секунду косплейщица снова надела маску равнодушия.

А ублюдок Юцер, грозно топая, снова попер на меня в атаку.

У парня, по-видимому, была слишком толстая мускулатура и мощная духовка, чтобы чтобы пробить её с моим текущим уровнем силы. Мне надо придумать, как повалить его на землю другим способом. Он был не только жирным, но и довольно высоким. Чтобы сбить его с ног, надо разозлить его и вывести из себя. И тогда можно попробовать застать здоровяка врасплох.

— После того, как тебя побью, — сказал я, — Я, пожалуй, заберу себе твою жену. В качестве выкупа.

— Что-о-о? — вытаращился он на меня.

— Ага, — сказал я и подпрыгнул на ступнях, — И я в отличие от тебя её наказывать не буду. А только доставлять удовольствие. Полагаю, ты своими плетками, поводками и наказаниями что-то компенсируешь?

— Компенсирую? — прорычал он.

— Например то, что не способен сделать девушке приятно, — я развел руками, — Пузо мешает.

Хихиканье и смех прорвались через толпу. Лицо Юцера окрасилось в насыщенный ярко-красный цвет. Его ухмылка исчезла. Он оскалил зубы, в его глазах плескалась чистая ярость. Чего я, собственно, и добивался своей провокацией.

Он бросился на меня, как разъяренный бык, да так быстро, что я практически не успел среагировать!

Поймав мощный толчок в плечо, я пошатнулся, едва сохранив равновесие. Удар, другой, третий! Юцер разогнался, словно машина, тесня меня к границе толпы. Все, что я мог, это уворачиваться и парировать его удары. Свободного пространства у меня оставалось всё меньше и меньше…

Разумеется, так не могло продолжаться вечно. Я совершил ошибку и пропустил сильный удар в грудь. У меня перехватило дыхание. Духовка и ребра, к счастью, выдержали. Юцер тут же ударил справа, целя мне в висок. Я едва успел поставить блок.

Удар оказался столь силен, что меня швырнуло на землю. Но спустя мгновение я тут же вскочил на ноги, как ни в чем ни бывало. Юцер расслабился, уже поверив в свою победу, и я жестко наказал его — прописал двойку прямо в жирную харю.

Щеки толстяка затряслись, как у бульдога на бегу, в сторону полетели слюни. Пока противник приходил в себя, я шагнул в сторону и ударил его под сгиб колена правой ноги, на которую он перенес основной вес.

Юцер пошатнулся и начал крениться набок, словно подрубленное дерево. Однако в последний момент он каким-то образом восстановил контроль и вернул равновесие. Тем не менее его духовка в районе груди на микромомент моргнула. Эх… слишком быстро, я не успел применить Скукоживание. Но тем не менее, это был успех! Надо продолжать в том же духе, выбить у этой туши землю из-под ног, и я смогу скукожить его свиное рыло!

— Это все, что ты можешь? — Я подстрекал его, кружа вокруг, как надоедливая муха, — Все, чего стоит твоя ярость?

— Я тебя порву! — взревел он и снова набросился на меня.

Вместо того, чтобы убегать, как раньше, я наклонился и отвёл руку, как будто готовился нанести ему левый хук по ребрам.

Юцер тут же прочитал мои весьма очевидные движения. Как я и надеялся. Когда он наклонился, чтобы блокировать, я обманным движением нанес правой удар ему в ухо, заставив парня заорать от боли. Уклонившись от его ответного тычка, я бросился Юцеру в ноги всей массой. Этого уж точно хватит, чтобы свалить эту тушу. После падения я просто не дам ему подняться.

К сожалению, я ошибся.

Созданный мной импульс просто умер, когда я столкнулся с твердой массой из жира и мускул. Словно чертов дуб, Юцер не шевелился, как будто врос в землю. Как бы я ни старался, что бы не делал — мне не удавалось сдвинуть его. Никак.

Юцер гортанно рассмеялся, схватил меня за плечи и изо всех сил швырнул на землю. Затем он нанес мне мощный удар в живот, а затем еще три быстрых. От каждой подачи мое тело сотрясалось, словно боксерская груша.

Глава 21. Тот, кто не может упасть

Кое-как я выскользнул и разорвал дистанцию. Щедро кашлянул кровью, вызвав аплодисменты у зрителей. Сильный привкус крови поселился во рту, мои ребра сильно болели, как будто меня снова побил в столовке Клент. От боли у меня закружилась голова, но терять сознание ни в коем случае было нельзя.

Юцер выглядел довольным. Но при этом он о чём-то задумался. Словно что-то хотел сказать, но никак не решался.

— Я. Не. Могу. Упасть, — в итоге отчётливо произнес Юцер, чеканя каждое слово, — Это мой Дар. И моё проклятие. Моя спина ни разу в жизни не касалась горизонтальной поверхности. Я никогда не упаду, даже если потеряю сознание. Я даже сплю стоя. Врачи и акушерки говорят, что в момент моего рождения я вышел из мамки своим ходом. И пеленали меня в какой угодно позиции, но только не лежа!

Снова пространство перед глазами помутнело. Как и в прошлый раз. Что такое? В этот раз эффект заметно сильнее. Это что, чей-то Дар?

Повертев головой, я поймал взгляд Дейчи. Парень пристально глядел на меня, не мигая. Словно удав, пытающийся загипнотизировать жертву. Около его ног лежал неподвижный Акихито. Вокруг головы младшего Накамуры расползалось пятно крови. Рядом люди из свиты Дейчи сцепились со сторонниками Акихито и сестрами Батиковыми. Толпа вокруг не торопилась присоединяться. Они лишь подзуживали дерущихся, распаляя в них ещё большую злость.

Дейчи не обращал внимания на творящееся вокруг безумие. Его взгляд был сосредоточен строго на мне. Кажется, у кое-кого, как и у Клента, Дар проходит сквозь духовный покров. От него почти невозможно защититься.

Юцер рванулся ко мне и нанес очередной удар в грудь. Я попытался уклониться, но скорость и реакция были уже не те. Если бы не чужеродное воздействие, я бы справился. А так гипнотический Дар и раны сделали своё дело. Удар пудового кулака отбросил меня назад.

Тело подводило меня. Я рухнул на спину, больно ударившись затылком об асфальт. Сгусток крови вылетел из моего рта, я ощутил солоноватый привкус.

Огромная тень накрыла меня.

— Вставай, тля, — сказал Юцер и, вцепившись мне в горло жирными пальцами, рукой поднял меня высоко над землей. Показав меня толпе, он снова швырнул меня на землю. Мои зубы громко клацнули, когда моя челюсть встретилась с асфальтом…

Толстые пальцы вцепились в мои волосы. Юцер запрокинул мою голову назад. Я почувствовал на своём ухе его гнилостное дыхание.

— Посмотри на свою Акане, тля, — прошипел он, — Это будет последний раз, когда ты её видишь. Я заберу её себе, как победитель! И уж поверь, я научу её послушанию и выбью всю дурь из головы!

Я поднял глаза на Эйку, когда рука Юцера сжала мою шею сзади. Неужели я проиграю? Вот так позорно… против далеко не самого сильного противника… Черт, я даже до кольца Чикэку не могу дотянуться, чтобы использовать его силу… Я просчитался. Я переоценил себя. Всего одна ошибка… и она оказалась критической.

Красные глаза Эйки мерцали, когда мы смотрели друг на друга. Она выглядела одновременно разгневанной и испуганной, словно сама была готова выскочить на ринг. Но я помотал головой. Не надо, Эйка…

Я проиграл. Из-за своей самоуверенности. Но не Юцеру. А самому себе. Мне словно передалась самоуверенность мальчишки, которого звали Вадим Сабуров, и я начал действовать более опрометчиво.

Это строго моя вина. Ошибка. И мне придется её исправить. Прямо сейчас. Но так, чтобы не пострадали невиновные.

Время, казалось, замедлилось вместе с биением моего сердца. Стук этой мышцы напомнил мне тиканье часов. Часов, которые отмеряют срок жизни каждого человека. Мои как будто близились к полуночи… Я захрипел и забился, когда Юцер сжал руку ещё сильнее.

Затем он потащил меня куда-то прочь от нашего импровизированного ринга. Я бесполезно стучал пятками по земле, мои пальцы вцепились в его локоть. Сил практически не осталось. Моя духовная сила погасла, золотое сияние исчезло.

— Приветствуй свою смерть, тля, — усмехнулся Юцер, — Я тебя убью на глазах у всех, и ничего мне за это не будет! Сегодня особый день, помнишь? Рождество Бога-Императора. Сегодня можно убивать на дуэлях, как в старые добрые времена!

В этот раз тьма сама окутала мой разум, хотя я и не планировал входить в это состояние. Биение моего сердца раскалывало мой разум на части…

Тук… тук… тук…

Лишь пара секунд. Именно столько у меня, вероятно, осталось, прежде чем я потеряю сознание. И скорей всего умру. Оставшееся время тянулось неестественно долго, секунды пролетали словно вечность.

Кажется, именно на это похожа смерть: целая вечность в нескольких мгновениях. Мне что, снова придется перерождаться? После всего, что я уже сделала? После всех битв и трудов?

Даже во время битвы с Амандой я не был так близко… Обидно умирать из-за такой нелепой глупости. Разве я сдамся так легко?

Перед моим внутренним взором появился образ Эйки. Кажется, она что-то громко кричала… Ей преграждали дорогу, не давая добраться до меня. Кажется, завязалась потасовка. Юцер продолжал тащить меня прочь. Эйка что-то крикнула мне, но я не мог разобрать. Затем она повторила это слово снова и снова. Ее губы постепенно замедлялись, пока я, наконец, не смог разобрать…

Это было одно простое слово. Очень простое слово. Но оно изменило все. Дерись. Дерись! Она говорила мне драться.

И она была права. Я не мог сдаться. Это была моя жизнь. И я не собираюсь отдавать её!

Дейчи Накамура! Пошел вон из моего разума!

Недалеко раздался сдавленный крики. Послышался звук упавшего тела. Раздался чей-то громкий визг: «Де-е-ейчик!». Что там произошло?

Да, это именно Накамура пытался воздействовать на меня, бесчестно вмешался в нашу дуэль. Полагаю, он все это спланировал заранее.

Кажется, этот парень обладает психокинетическим типом Дара. И способен воздействовать на разум людей.

Он сам не понял, что косвенно помог мне. Своими манипуляциями Дейчи разозлил меня.

Сгустки Скукоживания в моем теле заработали сильнее прежнего, с огромной скоростью прокачивая духовную силу по моему телу. Процесс очень напоминал тот, при помощи которого я пробудил истинную силу в ходе дуэли с Амандой. Но были и некоторые отличия… в частности, я больше не был зависим от черной духовки Аманды. И перекачка потоков была не настолько жёсткой.

Огромный выброс адреналина разлился по моим венам. Я распахнул глаза, мой взгляд резко сфокусировался. Крики толпы вокруг ворвались в мои уши, время возобновило свой бег, словно кто-то нажал кнопку «воспроизвести».

Может быть, это все произошло из-за того, что я был так близок к смерти. В любом случае мой разум снова обострился, мозги выдавали полный оборот на максималках.

Я позволил звериному инстинкту внутри меня взять верх над моим существом. Мои чувства обострились до невиданных ранее первобытных высот. Я как будто вернулся в прошлое, когда человечество было ещё совсем диким… И я, его Бог-Император, тоже был дикарем. Практически зверем.

По-своему прекрасное было время. Тогда все было просто и понятно.

«Тук» — мое сердце продолжало биться.

Я чувствовал каждый шаг Юцера. Его широкая подошва наступала на землю, отчего та едва заметно вздрагивала.

«Тук» — одним плавным движением я выскользнул из его хватки.

Юцер споткнулся, удивленно посмотрел на свои опустевшие руки, а затем повернулся ко мне. Зрители вокруг пару секунд молчали, а потом взорвались восхищенными криками. Даже те, кто раньше поддерживал Юцера. Как-никак, а человек, демонстрирующий силу воли, всегда располагает к себе. Даже если он был твоим врагом.

«Тук» — лёгкая вибрация распространилась по всему моему телу. Меня как будто бы зарядило электричеством. Ощущение напоминало то, что захватило в прошлый раз, когда я пробудил истинную силу. Но в этот раз оно было заметно слабее.

— Ты…

— Недостойный…

— Мы не признаем тебя…

— Ты не Бог-Император…

В голове снова зазвучали голоса. Но уже заметно тише, чем в прошлый раз. Их говор утих и напоминал лишь слабое бормотание. Уже совсем не тот трубный глас, лишающий воли.

«Тук» — я выдохнул, сбрасывая излишки духовной силы. В этот раз в моем дыхании сверкали лишь отдельные золотистые искры. Совсем не так много, как во время дуэли с Амандой. Но больше и не требовалось.

Именно так и надо пользоваться моей истинной силой. Постепенно, полегоньку, без резких рывков подчинить ее себе, привыкнуть к ней, каждый раз слегонца повышая нагрузку.

Я с ухмылкой помахал рукой Юцеру. В его глазах вспыхнула уже знакомая мне дурная злоба.

— Тля! Да сдохни уже! — завопил он и бросился ко мне.

— Пора заканчивать это все, — сказал я.

Я понял, как работал Дар Юцера. Это было что-то типа неваляшки. У парня был плавающий центр тяжести, который смещался за пределы его тела. И таким образом Юцер всегда оставался в вертикальном положении.

Он в очередной раз рванул на меня. А я… я двинулся на него прямо в лоб. Больше не собираясь прятаться и уклоняться.

Тяжёлый кулак прошел насквозь через мою голову. Точнее… через то место, где она находилась долю мгновения назад.

— А? — Юцер моргнул, не понимая, куда это я вдруг делся.

Я стоял у него за спиной и оглядывал свои раны. Все мое тело покрывали синяки и царапины. Из рассечений текла кровь. Но кости были вроде бы как целы. Мой духовный покров стал заметно прочнее. И легко выдерживал более серьезные нагрузки.

Юцер развернулся ко мне и открыл рот. Видимо, чтобы снова назвать тлей. С хрустом его челюсти захлопнулись, словно кто-то вломил ему мощный удар снизу. Вся его необъятная туша затряслась под градом невидимых ударов… а если точнее, просто отложенных. Из-за Скукоживания причинности эффект от удара настигал цель немного позднее, чем был нанесен сам удар.

Юцера сильно дергало из стороны в сторону, аж на шестьдесят градусов. Его пузо и щеки мощно колыхались, по всему телу расходились ударные волны. Но он все ещё не падал…

В его глазах я увидел ужас. Парень не понимал, что происходит.

— Аргх… — сгусток крови вылетел из его рта. — Что это за… что происх-х-х….

С громким треском его покров разлетелся на осколки. И я тут же применил Скукоживания, стянув губы Юцера в трубочку.

— Помолчи, — произнес я, — Ты уже сказал достаточно.

Лицо Юцера приняло жалобное выражение. Без покрова удары стали для него на порядок чувствительнее. Но удары не прекращались, пока парень стоял на ногах.

— Падай, — приказал я, — Отключи свой Дар. Иначе тебя будет колбасить до самого вечера. А может быть и дальше.

Гнев и злость в глазах Юцера на мгновение ярко вспыхнули… чтобы тут же погаснуть. Очередной невидимый тычок — и вся необъятная туша моего противника рухнула на землю, вызвав небольшое землетрясение.

Да мне удалось это. Я смог частично пробудить истинную силу, на самом минимальном уровне… и при этом сохранил контроль над разумом. Голоса что-то недовольно шептали мне, но уже неразборчиво.

Вот так и надо действовать. Рано или поздно, я пробужу силу в полном объеме.

Не оглядываясь на поверженного Юцера я двинулся к импровизированному трону Дейчи. Старший Накамура лежал рядом со своим братом, прижимая руку к лицу и тяжело дышал. Но в этот раз он уже не позировал в красивой позе — по его лицу щедро бежала кровь.

Несколько девушек хлопотали над ним. Они не понимали, что именно произошло с их господином. Он просто сидел, смотрел на дуэль… а тут вдруг ни с того, ни с сего упал!

— Тот кто не может упасть… — прохрипел я, глядя Дейчи в глаза, — Это не тот, кто не падает. А тот, кто каждый раз поднимается после падения!

Тот зло усмехнулся и убрал руку от лица. Кровь сочилась из его глаз, ушей и рта. Кажется, у парня были серьезные внутренние повреждения. Возможно, даже сотрясение.

Сам виноват. Он пытался воздействовать на мой разум при помощи своего Дара. Надеюсь, он ведь не способен читать мысли? А то как знать, в будущем это может обернуться проблемами.

— Я говорил своим одноклассникам, что ты опасен, — с усмешкой произнес Дейчи, — И что твои слова о захвате власти в школе надо воспринимать всерьез. А мне никто не верил…

— И поэтому ты затеял это все, чтобы расправиться со мной? — я бросил взгляд на бессознательного Акихито. Тот все ещё не шевелился, — Весьма подлым способом, Дейчи.

— Я тут решаю, что подло, а что нет, — высокомерно произнес старший Накамура.

Сзади послышался глубокий вздох. Я обернулся и увидел Юцера, скорчившегося на земле в позе эмбриона. Кровь сочилась у него из носа, весь он выглядел сильно помятым и избитым. Уже совсем не та несокрушимая скала, какой он казался всего минуту назад.

— Я лежу… — прошептал он сквозь слезы и сопли, которые щедро смешивались с кровью, текущей из носа, — Я впервые в жизни могу полежать… Просто полежать.

Трансформа оказалась очень внезапной и неожиданной. Юцер, который вел себя как дикий зверь… теперь хныкал как маленький ребенок.

— Ну так отключил бы свой Дар, — сказал я, — И полежал бы. В любой момент.

— Я… я не мог… — прохрипел Юцер, — Мой Дар до сего момента… работал перманентно. Я не умел его отключать.

Оу… получается я сам того не желая, сделал для человека доброе дело… Ну, как говорится, обращайтесь. Зуботычины у меня болючие, зато бесплатные.

— Так вот почему ты такой злой был, — произнес я, кивнув, — Тебе просто надо было полежать.

Драка, кипевшая вокруг нас, сама собой остановилась. Только сестры Батиковы ничего не замечали и продолжали с боевыми визгами пинать какого-то здоровяка, сжавшегося на земле в калачик. Видимо, он им чем-то серьезно не угодил.

— Вадик! — ко мне подбежала Эйка. Ее глаза испуганно сверкали, — Ты в порядке?

— Ну… в относительном, — сказал я и взглянул на свои руки. Их покрывали кровоточащие ссадины. Хотя частично кровь принадлежала скорее Юцеру.

Эйка приоткрыл рот и высунула свой язык, длинный и липкий, покрытый набухшими пульсирующими бородавками. Ласково глядя на меня тремя глазами на стебельках, она ласково слизнула кровь с моего второго надбровного жгута…

Чего? Что происходит?

Преобразовались и люди вокруг нас. Их глаза изменились, стали выпуклыми и белесым, словно у рыб. У кое кого из-под одежды закапала зеленоватая жидкость, а под одеждой зашевелились невидимые отростки, стремясь выбраться наружу. Один парень открыл рот и засмеялся, а во рту у него вместо зубов зашевелились червеобразные наросты.

Изменился и весь мир вокруг меня. Асфальт под ногами превратился во влажную шкуру, похожую на кожу подводного обитателя. Она бугрилась и вспучивались под ногами, словно под ней шли невидимые и непонятные мне процессы. Дома превратились в огромных неподвижных тварей с множеством глаз и зубастых ртов. Они моргали и молча смотрели на меня…

Но хуже всего было с небом. Оно изменилось безвозвратно. Стало белесым и покрылось красными капиллярными нитями. В его центре, занимая добрую треть небосвода, находился исполинский глаз с горизонтальным зрачком, покрытый пленкой третьего века. И он как будто смотрел точно на меня…

Неба не существовало. Все оно было огромным глазом исполинского существа, находящегося где-то далеко в космосе… столь огромного, что мы с планеты видели лишь его огромный глаз с горизонтальным зрачком…

А над головой, над крышами домов я увидел переплетающиеся нити, обвивающие весь мир и уводящие куда-то за небосвод… там они сплетались в толстые жгуты, напоминающие нервные волокна… Что-то похожее я уже видел в прошлый раз, когда пробудил истинную силу. Только теперь образы стали куда насыщеннее и реалистичнее. Уже не отличить от реальности.

— Пробуждение… станет концом всего… — услышал я жуткий голос, пробирающим до самых костей. Как будто со мной разговаривал весь мир.

Я схожу с ума? Или… наоборот?

Я опустил взгляд и посмотрел на жуткое существо, стоящее передо мной.

— Вадик? — произнесло оно голосом Эйки, — Что ты так смотришь странно? Ты меня слышишь?

Я моргнул… жуткое видение исчезло. Мир пришел в норму. Эйка снова стала Эйкой, а не рептилоидом, оставшиеся одноклассники тоже выглядели как люди. Дома, почва под ногами и небо тоже вернули свой облик, даже глаз в небе исчез.

Что это было, черт возьми? Оно выглядело на удивление реалистично. Обычный человек от такого зрелища уже бы сошел с ума.

— Вадик? Вадик? — произнесла Эйка, глядя на меня обеспокоенным взглядом, — Что с тобой? Ты весь вдруг так побледнел, словно увидел…

— Все ок, не беспокойся, — я жестом показал, что со мной все в порядке.

Каждый раз, когда я пробуждаю свою силу, то вижу все это. Всю эту жуть, способную свести с ума неподготовленного человека. Это какой-то побочный эффект? Мой разум таким образом справляется со стрессом, переводя нагрузку в жуткие видения?

Может ли быть так, что весь мир изменился безвозвратно? Или же я увидел кошмарное будущее, что нас всех ожидает, если ничего не сделать?

У меня мелькнула мысль, что весь привычный мир — иллюзия, скрывающая жуткую реальность. Нельзя исключать такой сценарий, но мне казалось, что истина куда сложнее.

Ладно. В любом случае я — Бог-Император. Кто как не я должен разобраться во всем этом? И вернуть мир таким, каким он был. Но для начала надо вернуть прежнюю силу. И связаться с Парацельсом, а также другими союзниками. Скорей бы уж старикан снова явился в мой сон.

Глава 22. Страсть

Невольно я вспомнил письмо Дмитрия Вышнегорского. Там же ведь тоже что-то было по этому поводу. Что-то про наш мир, с которым что-то нехорошее сделали…

Отрывок из письма:

Я узнал правду о нашем мире, обо всей той чудовищной лжи, которой нас пичкают с самого рождения. То, что нам говорят, о духовной энергии, Даре, Боге-Императоре, совете Верховных лодров — всё ложь! На самом деле с нашим миром приключилась чудовищная катастрофа, которая перевернула весь наш мир с ног на голову. Те, кто устроил эту катастрофу, до сих пор держат власть в своих руках. И они сделают всё, пойдут на любое гнусное преступление, чтобы правда не вышла наружу.

Да, вот, вспомнил. Сказанное в письме удивительным образом сочетается с тем, что я увидел в своем видении.

Уверен, что это не бред воспалённого разума. Но и не иллюзия, натянутая поверх реального мира. Разгадка не так проста…

До нас наконец добрались медики Притяжения и занялись ранеными. В первую очередь оказали помощь Акихито и нескольким другим серьезно пострадавшим ребятам. А заодно оттащили озверевших Батиковых от их жертвы. Сестры до сих пор продолжали пинать парня, так и не успокоившись. Видимо, очень уж серьезно он их обидел.

А ко мне и Эйке внезапно подошла Юстина — та самая косплеерша, из-за которой начался весь сыр-бор.

— Приветик, — произнесла Юстина, дружелюбно улыбаясь мне, — Спасибо, что вмешался, Вадим. Ты настолько же храбрый, насколько же и милый…

Она приблизилась ко мне вплотную, проникновенно глядя мне в глаза. Даже нижнюю губу слегка закусила.

— Скажи, Вадим, — мягко продолжала Юстина, — А твои слова о том, что ты собираешься взять меня в жёны, это было ведь всерьёз?

Эйка приподняла верхнюю губу, показывая зубы, и зарычала, словно львица. При этом она схватила меня под локоть, как бы намекая: «Это — моё!».

Псевдокошкодевочка тут же отпрянула, отпустив мою руку. На Эйку она взглянула с опаской.

Честно, фразу про жену я сказал чисто для того, чтобы разозлить Юцера. Так-то всерьёз я жениться не собирался. Да и мутная эта Юстина какая-то. Согласилась на брак ради преференций для себя, а потом решила расторгнуть. Зачем мне такие проблемы? У меня на Эйку планы, с Анастасией Андреевной надо вопросец решить.

Кстати, она же вернулась в больницу? Где моя Анастасия Андреевна, почему от неё так давно не было вестей? Сколько времени она уже не появляется на работе?

Юстина продолжала с ожиданием смотреть на меня.

— Прости, я сказал это чисто для того, чтобы спровоцировать Юцера, — я развел руками, — Заводить отношения с первой встречной, это не в моих правилах.

— Ох, очень жа… кхм… — она бросила быстрый взгляд на Эйку. Красноволоска очень выразительно смотрела на нее, всем видом показывая, что Юстине тут не рады, — В общем я хотела сказать спасибо. А также сообщить, что вся эта дуэль была подстроена Дейчи Накамурой с самого начала.

— Да это я уже понял, — сказал я, настороженно глядя на нее, — А зачем ты мне это рассказываешь?

— Ну-у-у… — задумалась Юстина, приложив пальчик ко лбу, — Мне очень польстило, как самоотверженно ты за меня вступился…

На самом деле я вступился больше для того, чтобы приструнить Юцера и повысить свое влияние в школе. Ну да не суть.

— Поэтому я хочу признаться, — сказала Юстина, — По просьбе Дейчи я специально спровоцировала Юцера на ссору у тебя на глазах.

— Хм… — я кивнул, задумчиво глядя на девушку, — Вот как.

— Задачей было спровоцировать тебя на дуэль и в дальнейшем убить, — произнесла Юстина, небрежно крутя в руке свой пушистый хвостик, — Дейчи относится к тебе очень серьезно, и считает прямым конкурентом в борьбе за власть в школе. Правда, другие четверокурсники его мнения не разделяют. Они слишком самоуверенны и не воспринимают второклашек всерьез.

— Понятно, — я кивнул, — Спасибо за информацию, Юстина, но после твоего признания доверять твоим словам немного трудно.

— И не надо, — Юстина улыбнулась и пожала плечами, — Я всегда была сама по себе. Делаю только то, что мне выгодно. И выгоды никогда не упускаю… Но ты Вадим… Мне кажется, тебя ждёт большое будущее. И мне было бы интересно в нем активно поучаствовать… — она бросила опасливый взгляд на Эйку. Та смотрела на кошкодевочку, как на врага, — В качестве союзника, понятное дело. Или хотя бы временного партнёра. Если что, я учусь в третьем В классе. Обращайся, если вдруг тебе понадобится… хитрая кошечка, гуляющая сама по себе. Я не буду вступать к Детям Императора, я за нейтралитет. Но с удовольствием поработаю на вас.

— Хорошо, Юстина, — я кивнул, не обещая ничего конкретного, — Я запомню твое предложение.

С ней надо быть поосторожнее. Юстина вполне может оказаться шпионкой, несмотря на все ее слова о нейтралитете. Будет сливать инфу… да тому же Дейчи Накамура. Сомневаюсь, что я буду пользоваться ее услугами.

Юстина помахала нам напоследок и отправилась по своим делам. При этом она крайне ловко покачивала бедрами, заставляя свой хвостик вилять, словно он был настоящим.

— Она мне не нравится, — хмуро произнесла Эйка, глядя Юстине вслед, — Руки так и чешутся вломить ей да покрепче. Чтобы больше на тебя не смотрела.

— Ревнуешь? — улыбнулся я.

— Я тебя сейчас укушу.

Эйка ещё что-то говорила, но я на пару секунд отвлекся. В моей голове снова зазвучали слабые голоса, отголоски моей расщепленной личности. Я нахмурился, стараясь привести себя в чувство.

Похоже, даже использование истинной силы на минималке способно вызвать серьезные побочные эффекты. Но тут уж ничего не поделать. Я должен идти по этому пути, чтобы вернуть самого себя.

— Голоса ушли из моей головы, — задумчиво произнес я, — И больше не тревожат.

— Голоса? — подал голос Генка. Болотин тоже пришел в себя и подковылял к нам с Эйкой, — Вадик, ты слышал голоса?

— Не важно, — уклончиво произнес я, отведя взгляд, — Забей.

— Вадик, — настойчиво произнесла Эйка, — Ты сильно ранен. Пойдем, я отведу тебя в больницу.

Я бросил взгляд на свои окровавленные руки… Нормально так, аж по локоть. И не понять, сколько здесь моей крови, а сколько Юцера. Вот же засада.

Эйка внезапно рванула на себе рубашку, обнажив плоский животик и пупок. Второй рывок — и в руках красоволоски остался большой кусок материи. В то же время нижняя часть её груди оказалась открыта… Эдакий вырез снизу. Большой такой вырез. М-м-м…

Похоже, сегодня красноволоска решила не надевать лифчик. Должен признать, выглядело это потрясающе!

Рядом раздался звук упавшего тела — Генка снова хлопнулся в обморок при виде слегка обнажившейся Эйки. Видимо, от головы резко отлила кровь, и мозг понял, что пора идти на отдых.

Медики не торопились нам помогать, занятые более пострадавшими школьниками. Эйка с деловым видом обернула ткань вокруг моих рук. Я был слишком отвлечен видом ее груди, когда та то поднималась, то опускалась. Кровь в моих венах снова начала потихоньку закипать, как и пару минут назад во время боя. Только в этот раз уже не резко, а скорее плавно, вызывая приятное головокружение.

Помотав головой, я сосредоточился на том, чтобы помочь Эйке завязать узлы на повязках. Но чёрт возьми, как же сильно я хотел коснуться пальцами ее обнаженного живота! А может быть и не только его. Пусть даже и один раз.

Драка разбудила во мне прямо-таки первобытные чувства.

— Господин Сабуров! Примите ли вы меня в вашу группировку? — прозвучал голос за моей спиной. Ему вторили десятки других голосов.

Кажется, после моей сегодняшней победы, количество желающих вступить в группировку резко вырастет.

— Обратитесь к моему секретарю, — сказал я, кивком головы указывая на Геннадия.

— А? Что? — тот сразу очнулся и резко сел.

Его тут же обступили многочисленные желающие, с шумом и гамом подняли на руки и понесли куда-то прочь. Причём среди них были и некоторые третьекурсники. Кажется, по авторитету Гетца Альтхауса был нанесен неплохой такой удар.

Надо иметь в виду, что вполне способна прилететь ответочка.

Эйка повернула голову в мою сторону, внимательно взглянула мне прямо в глаза. На ее лице появилось блаженное выражение.

— Тебе чуть легче?

Я улыбнулся

— Невероятно, но да. Видимо, у тебя рубашка целебная. Плюс пять к регенерации ран.

Эйка ухмыльнулась. В её глазах плясали бесенята.

— Я в какой-то момент отчаялась. Когда он схватил тебя и потащил, — прошептала девушка, — Я уже почти готова была броситься с кулаками… а может быть даже превратиться в динозавра… думала, будь, что будет. Но тебя никому не отдам…

Я покрепче прижал её к себе, игнорируя цепкие взгляды со всех сторон.

— А теперь мне переполняет такое сильное чувство… — прошептала Эйка.

— Меня тоже… Это эйфорическое чувство свободы, — согласился я.

Немного постояв и послушав сердцебиение друг друга, мы отстранились. Я затянул последний узел на своей повязке, закрепив его потуже. Кровь остановилась, и этого пока вполне хватало. А там в больничке уже наложат нормальные стерильные бинты.

— Как хорошо, что всё это уже далеко позади, — сказала Эйка, глядя на меня неотрывно. Её красивые длинные ресницы едва заметно подрагивали. Ее красные глаза встретились с моими. Невероятное желание снова прикоснуться к ней быстро охватило всю мою сущность. И Эйка, кажется, ощущала тоже самое.

Затем я почувствовал легкое прикосновение ее руки, когда она нежно провела ладонью по моему предплечью. Я делал все, что мог, чтобы её пальцы оставались на ткани повязки, но это было невозможно. Её острые ноготки слегка царапнули мою кожу, оставляя невидимые дорожки за собой.

Каким образом мы оказались в больнице — мой разум не уловил. Эти моменты просто выпали из него, как будто их и не существовало.

Мы вместе с Эйкой лежали в палате на одной койке. Дверь была плотно закрыта и подперта стулом с нашей стороны.

— Вадик… Ты прямо какой-то сильно напряженный, — хихикнула Эйка, опустив глаза, — Ой, я сейчас бояться начну тебя…

— Тогда почему ты все еще прикасаешься ко мне? — усмехнувшись, произнес я. Руки девушки гуляли по моему телу, норовя забраться под рубашку. А то и под ремень джинс… — Хочешь усугубить ситуацию?

Эйка не ответила. Она молча смотрела на меня, и её глаза сверкали. Это уже не было ни кокетством, ни очередной женской игрой. Я чувствовал ее желание так же отчетливо, как и своё.

Я отшвырнул одеяло к краю стены и подоткнул щель между койкой и стеной. Последнее, что я хотел сделать, это коснуться металлической части койки

— Но здесь же персонал больницы, — с улыбкой произнес я. Моя рука плавно прошлась по ее бедру, крутому и упругому. Материя джинсов разделяла мою ладонь и кожу девушки, но это была проблема поправимая, — Тебя это не смущает?

— Плевать…

Моя Эйка… Такого ответа я и ожидал.

— Если они войдут и будут мешаться, я их побью! — пригрозила красноволоска, причем довольно таки громко. Кажется, она надеялась, чтобы её услышали.

Я видел желание и страсть в ее сияющих красных глазах и застенчивую улыбку на ее губах. Я чувствовал ее руки, когда они двигались вверх по моим бокам, а затем вниз к ремню, но она остановилась чуть выше пряжки. Одно это прикосновение окончательно распалило меня всего. Дрожь пробежала по моей спине, и низкое рычание сорвалось с моих губ. Я едва сдерживался, чтобы не наброситься на неё..

— Да-а-а, — прошептала Эйка. — Я хочу этого… очень сильно…

— Я тоже, — обжег я её ушко горячим дыханием. Притянул девушку рывком к себе, прижал покрепче и ощутил упругий рельеф всего ее тела…

— Вадик…

— Да?

— Сделай меня женщиной, — попросила она, закусив губу, — Я не хотела признаваться… Но я страшно хочу тебя с тех пор, как мы подрались в коридоре… Когда ты случайно увидел мои… — смутившись, она замолчала.

— Но я могу причинить тебе боль, — прорычал я, и мой голос прокатился по полутемной комнате. Мне показалось или мой голос срочно звучит странно? Словно одновременно говорит не один, а несколько человек?

— Боль ничто… я люблю тебя в разы сильнее…

— Эйка…

Я поцеловал девушку, страстно сминая ее губы. Она ответила, наши языки сплелись в причудливом влажном танго.

Чёрт, я чувствовал, что поступаю неправильно с точки зрения логики и здравого смысла. Но горячее чувство, разлившееся по всему моему телу, просто не знало удержу… И не признавало никаких рамок и границ.

Я стану первым мужчиной Эйки. По-настоящему. Без всякой водки и саке, без всяких уловок в виде сникерсов, марсов и анального секса. Я заберу ее девственность.

Я рывком разорвал на ней рубашку, обнажая огромные груди с набухшими сосками. Эйка вскрикнула, глядя на меня немного испуганно. Ее щёчки мило пунцовели. В моих руках тигрица и гроза школы вела себя как ласковая кошечка[1].

Я стянул с девушки влажные трусики и бросил их на пол. Снизу у Эйки все было уже очень мокренько. Я провел пальцами по ее лобку, раздвигая ярко-красные волоски интимной зоны. Опустился ниже, лаская ее внешние половые губы…

Эйка тяжело задышала. Ее бедра едва заметно дрожали. Микроскопические капельки пота проступили на поверхности её кожи.

Поднеся руку ко рту, я слизнул влагу с кончика пальца. М-м-м… вкусно. У Акане очень сладкий привкус. Я бы даже сказал, немного похоже на леденец. Эйка по-настоящему сладкая девочка.

— Я тоже хочу… — произнесла она и нервно проведя язычком по набухшим губам. Ее взгляд был направлен на мой пах. В этом месте мои джинсы уже стояли колом. В любой момент я рисковал порвать их.

Она села и расстегнула мою ширинку. Обнажив мой член, Эйка с ходу, без всяких предварительных ласк, заглотила его по самое основание. Ее губы коснулись моего тела, словно хотели поцеловать. Верхняя губа касалась паха, а нижняя — яиц.

Эйка впилась пальцами в мои ягодицы и принялась энергично двигать головой, полируя мой ствол ртом и горлом. Я запрокинув голову и стиснул зубы, стараясь сдержать громкий стон удовольствия.

Но мне было слишком хорошо, чтобы сопротивляться…

В тот момент, когда я кончил, Эйка прижалась ко мне максимально плотно, чтобы член вошёл как можно глубже. Я вбрасывал в нее порции питательного белка одну за другой, напрямую в желудок. Как бы аппетит ей не перебить на ночь глядя.

Когда мои судорожные движения прекратились, девушка отстранилась и облизала губы, глядя мне прямо в глаза. После чего при помощи язычка очистила мое естество, не пропустив ни капли.

Но мне было мало. Мой член оставался тверд, как скала, словно и не было этого мощнейшего отсоса. В молодом теле кипела кровь, толкая меня на новые подвиги. И я не мог сопротивляться этому первобытному зову. Да и не хотел. Особенно, когда передом мной находилась самая красивая женщина мира.

Я опрокинул девушку на спину и положил руки на ее колени, намереваясь раздвинуть ноги в стороны. Эйка, хихикая, начала сопротивляться, изо всех сил сжимая бедра. Даже кинула в меня подушку. Та стукнулась о мою грудь и упала рядом у стены. Зарычав, я по-хозяйски раздвинул ноги Эйки, открывая доступ к самому сладкому…

Розовая и аккуратная киска Эйки блестела в полумраке, вся влажная, покрытая любовными соками. Я придвинулся поближе и, помогая себе рукой, потерся головкой члена о её половые губы, вверх-вниз. Красноволоска тихонько застонала, запрокинув голову. Я полюбовался на идеально ровные линии её шеи и подбородка.

— Я вхожу, — предупредил я девушку.

— Да… — прошептала она. Не выдержав, Эйка опустила себе на голову подушку и крепко сжала ее пальцами. Подозреваю, что и зубами тоже.

Усмехнувшись, я, двинув бедрами, резко вошёл в нее…

У нас с Эйкой оказалось идеальное совпадение — мой член полностью проник во влагалище, упёршись головкой в шейку матки. Даже, пожалуй, немного протолкнул ее вверх.

Наследница Акане громко всхлипнула. Я ощутил как по стволу члена и мошонке что-то потекло — небольшое количество крови вытекло из Эйки после потери девственности.

Некоторое время я оставался неподвижен, разглядывая белую наволочку подушки перед собой. После чего начал плавно и очень осторожно двигаться, постепенно ускоряясь. Мой член буквально утопал в женской смазке — Эйка текла очень обильно. Дело, в самом прямом смысле, шло как по маслу.

Наследница Акане и в искусстве любви оказалась одной из лучших.

Подушка упала на пол. Мы встретились с Эйкой взглядами и прильнули друг к другу ещё крепче. Наши губы снова слились в страстном поцелуе.

В дверь кто-то постучал. Ручка задергалась, упираясь в спинку стула, блокирующего дверь. Мы, не сговариваясь, вытянули в ту сторону руки и с грохотом шарахнули по стене духовными разрядами. Стук прекратился, нас больше не беспокоили.

Эйка, тяжело дыша, оторвалась от меня. Наши глаза встретились. На дне зрачков девушки пылали настоящие костры преисподней.

— Боже… Вадик… Боже-Император! Продолжай! Не останавливайся! Глубже! Сильнее! ДА-А-А! — стонала она подо мной. Я ощутил, как мощные судороги пробегают по бедрам девушки, постепенно распространяясь на все тело. Она обхватила мою поясницу ногами, а спину — руками, прижалась так плотно, словно хотела объединиться со мной в одно целое на атомарном уровне.

Одновременно я ощутил сильное напряжение в промежности. Оно быстро нарастало, и в кульминационный момент мой член выбросил поток семени, наполняя матку Эйки до краев. Жидкости оказалось так много, что она просочилась вдоль моего ствола и начала вытекать из влагалища девушки.

Я совсем забыл использовать духовку для защиты… а презиков у нас не было. Безопасного секса не получилось.

Глава 23. После секса

Мы совсем потеряли голову во время страстного секса и не замечали ничего, что происходит вокруг. Лишь задним числом я осознал, что совсем забыл использовать духовку для защиты… а презиков у нас не было. Безопасного секса не получилось. Вполне может случиться так, что Эйка забеременеет от меня…

Не знаю даже что и думать.

Мы лежали на койке, крепко обнявшись. Эйка положила мне голову на грудь и мило сопела в две дырочки. Крылья её носа едва заметно трепетали. Как будто бы заснула.

Я чувствовал себя максимально бодро. Все мои раны уже успели зажить благодаря целебному воздействию медицинской духовной силы. А может быть благодаря моей развившейся духовной силе. Я ведь после каждой битвы становлюсь немножко сильнее.

Хотя что-то внутри меня подсказывало, что дело просто в качественном сексе. В качественном сексе с Эйкой. У меня было много женщин за долгие тысячелетия жизни. И великие волшебницы, и могучие воительницы, и кого только у меня не было. Но ни с одной из них я не испытывал ничего подобного… Просто какой-то невероятный взрыв, словно я обезумел.

Да нет, скорей всего дело в молодом юном теле и переизбытке гормонов. Чувства просто играют с моим восприятием, не более того.

Эйка заворочалась и, приоткрыв глаза, зевнула. Когда она увидела меня, её глаза заблестели. Она прижалась ко мне, глядя снизу вверх. И такая любовь и преданность наполняли её глаза, что моё сердце растаяло.

— Эйка, — произнес я проникновенно, — Ты… станешь моей женой?

Тишина наполнила комнату. Но длилась она не долго.

— Да! Да! Тысячу раз да! — воскликнула Эйка, в ее глазах сверкали звёзды, — Я стану твоей женой! И рожу тебе много прекрасных здоровых детей, которые будут править этим миром!

— Эйка… любовь моя… — я прижал её к себе так крепко, насколько мог.

Странное чувство… словно магма кипит в венах и наполняет сердце. При этом на душе ощущение уюта и спокойствие. Кажется, я не испытывал его много тысяч лет. Если вообще когда-либо испытывал по-настоящему.

Счастье. В этот момент я был счастлив. Словно простой смертный.

А потом мы ещё раз отлюбили друг друга. И ещё пару раз. В конце концов койка под нами не выдержала, все четыре её ножки отломились, и постель рухнула на пол. Но мы этого даже не заметили, продолжая любить друг друга во всевозможных позах.

И лишь когда мы оба полностью обессилели, у нас появилось желание поговорить о будущем.

— Я — наследница двух очень влиятельных кланов, Акане и Красновых, — произнесла задумчиво красноволоска, — Вышнегорские тоже должны вернуть себе прежнее влияние и уважение. Ты уникум, Вадик, и я уверена, что ты приведешь клан к величию. Я лично считаю, что у нашего брака просто невероятные перспективы!

— Я тоже так думаю, любовь моя. Главное, понять, как твои родители отнесутся к нашему браку, — добавил я и поскреб подбородок.

— Батя в тебе души не чает, — сказал Эйка и хихикнула, — Дома только про тебя и говорит. Говорит, что ты достойный противник и настоящий мужик.

— Хех… весьма польщён. А что обо мне говорит леди Чикэку?

— Ой, не спрашивай, — Эйка хихикнула, — Мама даже слышать о тебе не хочет.

— Надеюсь, что её мнение обо мне изменится, — задумчиво произнес я, — Всё же это она вместе с Амандой начала интриговать против меня.

— Она очень упрямая, — печально произнесла Эйка, — Если мама что-то для себя решила, её практически невозможно переубедить. Разве что у папы это иногда получается, да и то не всегда.

— Да уж, я заметил, — я вздохнул, вспомнив первую встречу с Чикэку и Амандой. Такое сложно забыть.

— Родителям скажем? — спросила она, — О нашем браке? Или пока умолчим?

— Пока не стоит, — произнес я, — Сначала Дети Императора должны обрести силу и власть. Доказать, что наши намерения максимально серьёзны. Тогда твоя мама не будет иметь формальных поводов для отказа. Ну, кроме своего вредного характера…

Эйка хмыкнула.

— Поверь, характер у неё очень вредный…

— Ну, пока это не горит. Думаю, втроем с твоим батей мы сумеем её уломать.

— Надеюсь…

Некоторое время мы просто молча лежали, прижавшись друг к другу. Снаружи была тишина. Надеюсь, что мы не весь персонал больницы распугали своими яростными криками.

— Вадик… — тихо спросила Эйка, — А ты… будешь заводить себе других жён?

Вопрос застал меня врасплох. Я сперва было подумал отшутиться, но Эйка смотрела на меня ну очень серьёзно. Юмор, очевидно, в данной ситуации был неуместен. Надо было или говорить правду, или как-то выкручиваться.

После того, что между мной и Эйкой было, я не хотел ей врать. Да и выкручиваться тоже не было ни малейшего желания.

— Если это поможет укрепить власть и влияние нашего клана — то да, я считаю, что это будет правильным решением. Как ты сама знаешь, некоторые влиятельные аристократы нашего века иногда берут себе нескольких жен. В договорах тщательно при этом прописывают, что получают они и их дети. Какая жена — главная, а какие на вторых ролях.

Эйка на некоторое время задумалась. Я же напрягся — фиг знает, как она отреагирует. По голосу логики мне бы следовало соврать ей… но я не мог. В последнее время я слишком часто игнорировал голос логики… Поступал не по разуму, а по зову сердца.

Нехарактерное для меня поведение.

— Знаешь, наверное, ты прав, — произнесла Эйка. Лицо её выглядело максимально серьёзным, — Мы должны сконцентрировать вокруг тебя как можно больше важных связей. Кроме того многие девушки — сильные бойцы. Они существенно повысят боевой потенциал нашей группировки.

Я мысленно с облегчением выдохнул. Я уж было думал, что красноволоска сейчас поднимет бунт и устроит мне полный атас.

— Но у меня есть важное условие! — заявила старшая наследница Акане, подняв пальчик вверх, — Без которого я ни на что согласия не дам!

— Слушаю, Эйка, — я кивнул, — Что ты хочешь?

— Я буду главной женой, — заявила красноволоска, — И наш с тобой ребенок будет главным наследником!

— Согласен, — я кивнул. Думаю, из Эйки в будущем получится отличная Императрица. Особенно, когда она немного остынет и выпустит избыток пара. А то будет немного неловко, если на званном приеме она решит кого-нибудь поколотить просто потому, что он ляпнул что-то не то. Или оделся как-то не так.

Ничего, повзрослеет Эйка и немного успокоится. Ну, я на это надеюсь по крайней мере.

— А всех остальных жен я буду угнетать! И жестоко над ними доминировать!

А может быть и не успокоится…

— Скажут слово против — выкину в окно сразу! — распалилась красноволоска.

— Эйка, я пока не планирую никаких лишних жен брать, — с улыбкой произнес я, стараясь её успокоить, — У меня сейчас в приоритете совсем другие задачи. Зачем ты себя накручиваешь раньше времени?

— Можешь даже наложниц набрать, я не против, — Эйка меня как будто не слышала, полностью погруженная в свои мысли. Её щеки покраснели, а дыхание участилось, — В конце концов сильный мужчина имеет на это полное право. Он должен продолжить свой род с как можно большим количеством женщин. Мама даже как-то предложила папе взять ещё нескольких жен, но он почему-то отказался…

— Эйка, я ещё никого в жены не собрался брать, — повторил я, надеясь достучаться до неё, — А ты уже планы строишь…

— Я буду главным угнетателем в нашей семье! — сказала она с суровым видом, — Они у меня все будут по струнке ходить! Я их всех заставлю признать мою власть! Я возьму тапок и отшлепаю их всех прямо по…

Я молча притянул её к себе и крепко поцеловал в губы. Эйка что-то протестующе запищала, уперлась мне ладонями в грудь. Но её сопротивление таяло на глазах…

В общем, у нас случился ещё один секс, закрепляющий.

После того, как мы с Эйкой привели себя в порядок, я решил проведать ещё двух важных для меня женщин. Важных по разным причинам. О них я в последнее время успел подзабыть, поскольку график моих дел был ну очень уж плотный. Пришло время исправляться.

К сожалению, первой из них, Анастасии Андреевны на месте не оказалось. Как мне сообщили другие врачи, она взяла отпуск и на работу так и не вышла. Очень странно… с учётом того, как мы с ней распрощались в последний раз

К Анастасии Андреевне у меня были самые тёплые чувства. Надо бы что ли поинтересоваться, как у неё там дела. Может быть в ближайшие дни просто забить на всё и сходить к ней на квартиру? Поговорить по душам и объяснится.

Есть у меня подозрение, что Анастасия Андреевна может оказаться очень ревнивой.

В конечном итоге я отправился в палату, где восстанавливалась Юмеко.

Моя честно выигранная секретарь лежала на койке в отдельной палате. Её лицо выглядело спокойным и умиротворенным. Судя по ровно циркулирующим духовным потокам Юмеко полностью пришла в себя. И сейчас просто спит.

Я задумался о том, как лучше поступить. Оставить её в покое или лучше разбудить? В принципе, она провела в бессознанке большую часть времени. Думаю, она более чем выспалась. Да и состояние её организма более чем удовлетворительное.

Я потеребил Юмеко за плечо.

— Доброе утро, — ласково прошептала я девушке на ухо.

Юмеко распахнула глаза и с ошарашенным видом уставилась на меня. У неё был такой взгляд, как будто я прямо сейчас расстегну ремень на джинсах и потребую провести срочный сеанс повышения настроения.

Юмеко села на койке, прижавшись спиной к стенке и прижав к груди одеяло. Правда, смысла в этом было немного, я бы все равно ничего не увидел. Сейчас девушка носила что-то вроде пижамы, которую выдавали всем в больнице, кто оставался в ней на долгое время.

— Д-доброе… — неуверенно произнесла роскошная японочка, ставшая моим трофеем в дуэли, — Где я?

— В больнице, — честно произнес я, не желая скрывать очевидное, — Тебе прилетело по касательной, пока твоя госпожа и Аманда пытались меня прикончить…

— Господи милостивый Император… — прошептала в ужасе Юмеко, в её глазах отразилось осознание, — Я даже представить не могла, что до такого дойдет…

— Ну тем не менее дошло, — я пожал плечами, — Госпожа Чикэку и Аманда проиграли мне в дуэли. И теперь ты принадлежишь мне. Как победителю.

Юмеко широко распахнула глаза и приоткрыла рот, словно что-то хотела сказать. Кажется, она не поверила мне. Но, видимо, что-то в моих глазах подсказало ей, что я не вру. Девушка покорно опустила глаза, словно принимала свою судьбу такой, какая она есть.

— Я готова служить вам, господин, — произнесла она робко, — Я вся ваша… Располагайте мной, моими навыками и моей честью…

Я мягко взял её за подбородок и приподнял голову так, чтобы японочка взглянула мне в глаза.

— Юмэко, — произнес я, проникновенно глядя ей в глаза, — Я не такой, как твоя госпожа Чикэку. Я не буду заставлять тебя делать то, что тебе не нравится или то, к чему ты испытываешь отвращение.

— Господин, видимо, шутит… — печально произнесла Чикэку, — Так как вы победитель в дуэли, теперь мой контракт переоформлен автоматически на вас. Теперь я ваша верная слуга. И я обязана сделать всё ради вас и вашего клана. Даже пожертвовать жизнью…

Ну-у-у, начинается. Юмеко какой была с момента нашей первой встречи, такой и осталась. Саму себя готова угробить ради блага клана. Так уж ей велит честь самурая — даже у первого встречного отсосёт, если это во имя благой цели и процветания рода Акане… Хотя теперь уже скорее рода Сабуровых-Вышнегорских.

— Даже если вы прикажете отдаться мне прямо здесь и сейчас, я обязана буду подчиниться… — Юмеко, чьи щечки горели от стыда, отбросила одеяло к стенке. Взявшись за верхние пуговицы пижамы, она принялась расстегивать её, как будто я уже отдал соответствующий приказ…

Ой, как же кое-кто маниакально жаждет пожертвовать собой ради блага клана, ну ё-моё…

Я же подумал, что ещё одного секса точно не выдержу. И отдам коньки в расцвете лет на ложе любви. Не самая плохая смерть, скажем откровенно. Но мне пока что на тот свет рановато.

Жестом я остановил Юмеко, уже готовую обнажиться и пуститься во все тяжкие. Этой девушке знатно так промыли мозги в клане Акане. Когда-нибудь я помогу ей.

— Я очень тронут твоей решимостью, Юмеко, — сказал я мягко, — Но у меня есть для тебя другое задание.

— Какое, господин? — японочка глядела с максимальной серьёзностью в глазах. Пуговки расстегивать прекратила.

— Так вышло, что я получил в своё распоряжение некоторое количество жилых квартир, которые буду сдавать в аренду, — сказал я, — Мне нужно оформить для этого все необходимые юридические документы. Также я планирую приобрести ещё некоторое количество доходной собственности. И мне лучше зарегистрироваться как индивидуальный предприниматель. Понимаешь? Мне нужен человек, который сможет утрясти все нюансы с законом, пока я решаю… иные важные для клана задачи.

— Я готова, господин, — кивнула Юмеко. В её глазах сверкала решимость, — Положитесь на меня!

Я удовлетворенно кивнул. События развиваются именно так, как я и рассчитывал. Юмеко теперь официально согласилась работать на меня и стала частью группировки Дети Императора.

Сегодня Мария, сиречь леди Вышнегорская, закончила работу пораньше. Да и не мудрено. На новом рабочем месте она пока что осваивалась. Руководство бухгалтерии ставило новые задачи и разъясняло текущий рабочий процесс. Ничего экстраординарного, обычная рутина.

К удивлению леди Вышнегорской работать ей в конечном итоге, судя по всему, придется даже меньше, чем на старом рабочем месте. Мелкая контора, из которой она ушла, эксплуатировала работников по полной, экономя на всем, чём можно. И они могли это себе позволить, ведь с работой в последние годы был серьёзный напряг. У людей не было выбора.

Но в Притяжении Звёзд всё было иначе. Да, работы хватало, и работы сложной. Но это не была работа на измор. Мария, привыкшая долгое время трудиться в режиме вечного аврала, чувствовала себя максимально уверенно и спокойно.

Ни Вадима, ни Иры пока не было дома. Только Аманда, наряженная в сексуальный костюм горничной, с мрачным видом пылесосила гостиную. Форму эту ей купила Ира, заказав по почте с доставкой. С полудня, надев черные чулочки и платье с короткой удочкой, Аманда наводила чистоту и порядок.

Откуда дочь взяла деньги на покупку целого костюма, Мария даже представить не могла. Впрочем, скорей всего ей дал деньги Вадим…

Мария покачала головой. С ее точки зрения существовало много куда более важных вещей, куда стоило бы вложить финансы. Дети всё-таки слишком расточительны.

— Аманда… — произнесла Мария, замерев в дверном проёме. Она уже успела переодеться в домашнюю одежду — платье с подолом до колен.

— Да? — повернулась в её сторону хмурая глава клана Зинцер. Несмотря на мрачное лицо, в своём сексуальном наряде она смотрелась скорее мило.

— Можно с тобой поговорить?

Глава 24. Битва двух противоположностей

— Хо? — Аманда изогнула бровь, внимательно глядя на Марию, — Госпожа снизошла до своей бесправной рабыни?

Она отключила пылесос и издевательски поклонилась. При этом она как будто бы случайно продемонстрировала леди Вышнегорской свой огромный вырез. Костюм горничной скорее подчеркивал достоинства Аманды, нежели скрывал их.

— Прекрати, Аманда, — поморщилась Мария, — Ты прекрасно знаешь, что я так не считаю.

В руки глава клана Зинцер взяла пипидастр, раскрашенный во все цвета радуги. Им она принялась неторопливо смахивать пыль с полок, постепенно приближаясь к Марии все ближе и ближе.

— Ты всегда изображала хорошую девочку, Маша, — задумчиво произнесла Аманда, — А на самом деле… Ты можешь быть очень коварной.

— Не изображала, — сухо произнесла леди Вышнегорская.

— Да неужели? — хмыкнула Аманда, делая к Марии ещё один шаг, — И о чём же хорошая девочка хочет поговорить с плохой?

— Расскажи, что произошло во время вашей дуэли с Вадимом, — попросила Мария, — Как так вышло, что мой сын одолел и тебя, и Чикэку? Я раньше думала, что выстоять против вашего дуэта практически нереально. Ну по крайней мере на нашем уровне.

Аманда, виляя бёдрами, приближалась к Марии всё ближе и ближе. В какой-то момент она остановилась и повернулась к леди Вышнегорской боком. Сильно наклонившись, она начала протирать пипидастром пыль на столешнице. При этом её юбочка приподнялась сзади, открыв кусочек черных кружевных трусиков.

Щечки Марии едва заметно запунцовели, когда она случайно скользнула глазами по чёрному бархату нижнего белья. Леди тут же перевела смущенный взгляд в другую сторону.

— Что-что произошло… — задумчиво произнесла Аманда, — Твой приемный сын показал невероятную силу. Я бы даже сказала аномально высокую силу. Притяжение звезд может гордиться тем, что у них учится такой уникум.

— Ни один уникум не сможет вынести сразу вас двоих, — произнесла Мария, — Каким бы одаренным он не был.

— Ну что ж… может быть тебе стоит поговорить об этом с самим Вадимом? — Аманда распрямилась и приблизилась к Марии на расстояние пары шагов. После чего уперла руки в бока и наклонила голову чуть в бок. Пипидастр торчал сбоку, словно хвостик, — А то ведь я что-то не то могу сказать, что Вадиму не понравится. Он разозлится и снова сделает меня предметом мебели. Табуреткой ещё куда ни шло, но есть и более… веселые варианты. Главное, фантазию подключить. Торшер, например. Лампочку в рот вставит и воткнет вилку с проводом в интересные места, с него станется. Буду я весь вечер стоять у вашей постели связанная и светить…

— Серьёзно? — удивленно произнесла Мария, — Табуреткой? Он так с тобой поступил?

— Ну да, — Аманда кивнула и слегка подвигала бедрами из стороны в сторону, — Заставил встать меня на четвереньки, сел сверху и смотрел телевизор, закинув ногу на ногу. А я скромно поскрипывала спинкой и терпела — ошейник не позволяет сопротивляться.

Она щёлкнула пальцем по металлической поверхности ошейника, звон прокатился по комнате. Мария в глубоком шоке похлопала ресницами, отказываясь верить в услышанное.

— Н-но… Мой Вадим не такой! Он тихий и скромный мальчик! — запротестовала леди Вышнегорская, — Очень приличный и воспитанный! Он бы никогда так не поступил!

Аманда с задумчивым видом начала крутить пипидастр в руках, пальцами плавно провела вдоль его радужного «оперения».

— Ох, видела бы ты, что творил твой твой скромный и приличный мальчик, когда мамочка была далеко, — хмыкнула глава клана Зинцер, — Они, мальчишки, все такие. Рядом с родителями тихие и скромные, а как останутся одни… Эх-х-х! — она взмахнула пипидастром прямо перед лицом у Марии. Та от неожиданности отдернулась назад, — Только ветер за ушами свистит.

— Не может быть… — растерянно пролепетала Мария.

— Мой Клент точно такой же, — вздохнула Аманда, — Воспитываешь его, воспитываешь, а ему что в лоб, что по лбу. Только у него потенциала Вадима нет. И характера тоже. Мне иногда даже приходят в голову мысли… Что я хочу твоего Вадима себе в сыновья.

— Кхм… — леди Вышнегорская собралась с мыслями, её лицо снова стало спокойным и сосредоточенным, — Да ты моего Вадима выставляешь прямо сыном маминой подруги[2]…

— Поверь, я не преувеличиваю, — хмыкнула Аманда.

На некоторое время в комнате воцарилось молчание. Мария внимательно смотрела на Аманду, желая получить от неё ответы на свои вопросы. Но госпожа Зинцер молчала и лишь загадочно улыбалась.

— Кто бы мог подумать, что так оно всё выйдет… — Мария вздохнула, — В школе мы ведь были хорошими подругами. А теперь ты пленница моего клана.

— Да, но прошлого не вернуть, — задумчиво произнесла Аманда, продолжая крутить в руках пипидастр. С задумчивым видом она положила его в ложбинку между грудей и начала неторопливо двигать вверх-вниз. Мария смотрела за его перемещениями, как загипнотизированная.

— Ты, я и Чикэку, — Аманда предавалась воспоминания, продолжая рассеянно «пипидастрить» свою грудь, — Мы крепко дружили и в какой-то момент держали в кулаке целый курс. Три безбашенные оторвы, которые плевали на школьные правила, делали всегда, что хотели. Посмотри на дочь Чикэку, посмотри на Вадима… они пошли по нашим стопам… Я уверена, скоро они захватят власть в Притяжении и превзойдут нас.

— Может быть ты перестанешь это делать? — попросила Мария, с неодобрением глядя на пипидастр.

Аманда опустила глаза и, казалось, только сейчас поняла, как выглядят со стороны её движения.

— Ох, прости… я случайно, чисто на рефлексах… — Аманда подмигнула Марии и отложила пипидастр в сторону, — В любом случае, время нашей юности было прекрасно…

— Да… — Мария отстраненно кивнула. Кажется, она тоже на мгновение погрузилась в воспоминания.

— Родителей постоянно в школу вызывали, чтобы усмирить трех хулиганок, — Аманда хихикнула, прикрыв рот тыльной стороной ладони, — А нам было на всех плевать. И ты, Мария, из нас троих была самая отмороженная… Даже я терялась на твоем фоне.

— Неправда! — вскинулась леди Вышнегорская.

— Ну а потом у тебя случился брак, смерть первого мужа, потом второй брак с Димой, — со скучающим тоном произнесла Аманда, — Ты прекратила тренироваться, освоила боевой стиль домохозяйки, родила дочек, стала скучной и обычной…

— Аманда… — леди Вышнегорская укоризненно посмотрела на бывшую подругу.

— Если подумать, ты и раньше от нас с Чикэку держалась немного отдаленно. Хотя мы и дружили. Я, кстати, приглашала тебя присоединиться к нам, с Чикэку, — задумчиво произнесла Аманда, — Мне всегда было интересно, что же смогут сотворить в постельке сразу три девочки…

Мария от таких откровений слегка запунцовела. Она сохранила самообладание, но далось это ей с большим трудом.

— Я не такая, как вы, — сказала она, — Я люблю мужчин.

— Мужчин, говоришь, — Аманда хихикнула, — Да ладно, я видела, какими глазами ты смотрела нам вслед, когда мы с Чикэку запирались в душевой. Тебе явно хотелось поэкспериментировать, но вбитые в голову ложные модели поведения сдерживали тебя.

— Ты выдаешь желаемое за действительное, — сухо произнесла Мария, — Извини, но я не могу разделить твоих желаний.

— Ну-ну, — Аманда хмыкнула, — Все женщины — бисексуальны по своей природе. И если вдруг тебя начинает тянуть к девочке — в этом нет ничего предосудительного.

— У меня другое мнение на этот счет.

— Ладно… А скажи, Маша, а ты скучаешь по Дмитрию? — спросила Аманда, хитро улыбаясь.

— Очень… — очень тихо произнесла леди Вышнегорская.

— Думаешь о нем, когда ласкаешь себя в одиночестве?

— Что… Я не… я не занимаюсь подобными вещами! — Мария вспыхнула всеми оттенками красного.

— Серьёзно? — Аманда приподняла бровь, — Ты в отсутствии мужчины не удовлетворяешь сама себя?

— Я не буду разговаривать с тобой о таких вещах! — возмущению Марии не было предела, — К чему вообще ты ведешь подобные разговоры?

— Мне просто интересно, насколько сильная связь сохранилась между мной и тобой, — произнесла Аманда, — Хочу узнать это прежде, чем сделаю тебе предложение.

— Предложение? — Мария скрестила руки на груди, холодно глядя на Аманду, — Какое предложение?

— Я знаю, что ты можешь меня освободить, Мария, — произнесла госпожа Зинцер, — Просто выведи меня за пределы Притяжения Звёзд, проведи мимо охраны. Я знаю, что ты можешь это сделать. Обещаю, что взамен я отблагодарю тебя так, как тебе и не снилось.

Мария, не открывая взгляда от Аманды, молча покачала головой.

— Освободи меня, Мария, — настаивала та, — И я обещаю, что откажусь от мести вашей семье, — вкрадчиво произнесла Аманда, — Забуду обо всех своих претензиях к вам. Даю слово благороднорожденной из семьи Зинцер.

— Правда? — взгляд Марии изменился. В нем появилось ярко выраженное сомнение.

— Ну разумеется, — с ласковой улыбкой произнесла Аманда, — Я даже готова ходатайствовать в Верховный суд Империи Арсамон ради возвращения вашей семье доброго имени. Поверь, род Зинцеров достаточно влиятелен и имеет хорошие связи, чтобы к нам прислушались.

Мария, словно загипнотизированная, слушала вкрадчивые речи бывшей подруги.

— Ну так что? — Аманда, виляя бедрами из стороны в сторону, обошла неподвижную Марию кругом несколько раз, — Я также расскажу тебе всё, что произошло во время нашей дуэли с Вадимом. Опишу все жуткие метаморфозы, что с ним происходили. И ты, как мать, сможешь принять все необходимые меры, чтобы спасти своего сына от смертельно опасных глупостей, которые он обязательно натворит.

Зайдя к леди Вышнегорской за спину, Аманда приблизила свои губы к её ушку и осторожно подышала на него.

— Чего ещё ожидать от глупого мальчишки? — продолжала нашептывать она, — Твой материнский долг — разъяснить сыну, что в этой жизни правильно, а что нет. Сами по себе мужчины глупы и без женской указки ни на что не способны.

— Нет, Аманда, — твёрдо произнесла Мария и покачала головой, словно сбрасывая наваждение. Она отстранилась от Аманды и повернулась к ней лицом, — Я никогда не поступлю подобным образом. Я уже… один раз подвела своего сына, когда сожгла письмо Дмитрия… Второй раз я не допущу этой ошибки.

— Подвела? — Аманда приподняла брови, тонкие и черные, — Сожгла письмо Дмитрия? О чем речь?

Но Мария старую подругу как будто бы не слышала.

— Вадим… он изменился… — произнесла она, глядя просветлевшими глазами куда-то далеко-далеко, в недоступные дали, — Мой мальчик вырос. Может быть он и прав… пора ему самому взять ответственность за судьбу клана Вышнегорских в свои руки. А я… я буду разве что помогать советами. Он за короткий срок добился впечатляющих успехов. А я… что я? Все, на что меня хватает, это продление агонии нашей семьи. Вадим доказал, что давно состоялся как мужчина. Лучшее, что я могу сделать — это поддерживать его. Стать ему достойным тылом и опорой.

Мария улыбнулась, глядя куда-то вдаль просветленным взором.

— Не говори ерунды, — фыркнула Аманда, — Что за примитивное патриархальное мышление? Ты женщина, ты ничем не хуже этих тупых мужиков. Ты точно лучше них знаешь, как правильно поступать. Они — наши слуги, временами очень строптивые, которых надо приручать и ставить на место. Методом кнута и пряника. И точно также ты должна поступить с Вадимом. Ради его же блага.

— Хватит, Аманда, — Мария покачала головой, — Зря я вообще начала этот разговор. Я должна верить Вадиму. Если захочет — сам мне всё расскажет, когда я верну его доверие.

— Ну как знаешь, — разочарованно произнесла Аманда, — А что там за сожженное письмо?

— Э-э-э… забудь. Ничего особенного…

— Ну же, Мария, расскажи, — настаивала Аманда, приобняв Марию за плечи, словно старую подругу, — Расскажи всё как есть. Облегчи свою ношу. Я все равно отсюда не сбегу и никому ничего не расскажу. Вадим об этом позаботился.

Вздохнув, леди Вышнегорская неохотно поведала Аманде о событиях недельной давности. Когда она нашла письмо Дмитрия и сожгла его, не дав Вадиму прочитать текст полностью. Тем не менее про содержимое самого письма она умолчала. Хотя Аманда старательно упрашивала.

— Пресветлый Боже-Император… какая же я была дура, — Мария закрыла лицо руками и заплакала, — Зачем я уничтожила письмо… не нужно было этого делать…

— Почему это вдруг? — Аманда приподняла бровь, — Маша, ты со школы известна своей выдающейся фотографической памятью. Я уверена, ты до сих пор помнишь содержимое письма до последнего слова… до последней буквы! При необходимости ты легко воспроизведешь все, что там было.

— Дело не в этом… помнить-то я помню…

— А в чем тогда?

— В том, что я потеряла доверия Вадима… и теперь трудно будет его восстановить.

— Доверие мужчины? Пф-ф-ф… — Аманда пренебрежительно фыркнула, — Невелика потеря.

— Я решила! — твердо произнесла Мария, — Я всё расскажу Вадиму. Сегодня же вечером. Всё без утайки.

— Ну и дура, — снова фыркнула Аманда, глядя на Марию крайне осуждающе, — У тебя есть такой отличный рычаг влияния на него, а ты отказываешься им пользоваться. Как непредусмотрительно.

— Мне все равно! — на лице Марии застыла решимость.

— Ну, твое право, Маша, — Аманда выглядела разочарованной, — Ты ведёшь себя совсем не как та леди Вышнегорская, которую я когда-то знала. Скорее как послушная курочка без личных интересов.

— Мне все равно, что ты думаешь, — сухо повторила Мария, — Для меня семья — это самое главное, что есть и что только может быть. Ради семьи я готова сделать все.

— Может быть ты расскажешь Вадиму не совсем все? — предложила Аманда, — А, допустим, немного подтасуешь факты. Незначительно. Чтобы уберечь сына от ужасных последствий…

— Нет… Расскажу все как есть!

— Тогда может быть расскажешь мне, что там было написано? — мягко предложила Аманда, — Я все равно ваша пленница. В любом случае никуда не убегу. Но пару полезных советов тебе смогу дать.

— Всё, Аманда, хватит, — отрезала Мария, — Разговор закончен. Спасибо за твое мнение, но… я поступлю по-своему.

— А ты не боишься, что Вадим закончит как Дмитрий? — сухо произнесла Аманда. Она, кажется, потеряла всякую надежду убедить Марию. И говорила больше по инерции. Чтобы очистить совесть, — Тот тоже был сильным уверенным мужчиной, Вадим пошел по его стопам. И как твой муж, Вышнегорский, закончил? Подвела мужская глупость, которая не терпит компромиссов.

Леди Вышнегорская ощутимо вздрогнула. В её глазах промелькнуло давно забытое чувство — страх. От Аманды это не укрылось, и она тут же перешла в последнее наступление.

— Расскажи мне текст письма, — вкрадчиво произнесла Аманда. Она положила руки на бедра Марии и начала ласково поглаживать. Подбородок положила подруге на плечо и начала ласково нашептывать ей на ухо, — И мы вместе придумаем, как обезопасить Вадима…

Мария больше не сопротивлялась и не пыталась отстраниться. В её глазах отражалась нешуточная борьба двух противоположных чувств. И пока было неясно, какое из них одержит верх.

Глава 25. Далекое прошлое, часть 1

После дуэли с Юцером и всех секс-приключений в больнице, я изрядно вымотался. Остатки сил ушли на разговор с Юмеко, после чего я реально закончился. Придя домой, сразу проглотил ужин, даже не заметив, что там приготовила Аманда. Я перемолвился парой фраз с Ирой и отправился к себе в комнату. Завалившись в постель, отрубился практически моментально, едва голова коснулась подушки.

Густой туман сгустился перед моим внутренним взором, образуя причудливые очертания, перетекающее одно в другое. Очередное вещее сновидение? Давненько их не было. Может быть снова Парацельса увижу?

В моей голове зазвучал голос… смутно знакомый голос:

— Иные говорят, что человек — существо слабое и без веры в некую высшую справедливость теряет смысл жизни, — вещал он медленно и размеренно. Легкая хрипотца в голосе создавала ощущение, словно некий сказитель повествует о давно забытой истории, — Возможно, именно эта вера и родила легенду о великом человеке, о Мудреце, познавшем все сокровенные тайны мира и обратившем их во благо людям. День за днём странствовал он по миру, щедро делясь своими знаниями и силой с нуждающимися. Кто был слеп — прозревал, кто был болен — исцелялся, кто был глуп — осознавал ошибки.

Что? Чей это голос? Мне он был незнаком. Однако историю, которую он рассказывал, я знал. Скажу более, я слышал её многократно. На протяжении тысячелетий она передавалась в Империи Арсамон из уст в уста. Её знали все, от мала, до велика. Даже в этом новом, безумном мире она должна была сохраниться.

Туман вокруг меня начал меняться, превращаясь в густую метель. Ледяные хлопья, подгоняемые пронизывающим ветром, неслись мимо меня, практически полностью закрывая обзор. А голос рассказчика тем временем продолжал:

— Однако была у доброты старца и обратная сторона. Многие люди, поражённые его мудростью, переставали думать своей головой и бежали к нему по любому, даже незначительному вопросу. В конце концов, устав от этого, Мудрец ушёл в горы, где и находится до сих пор, коротая время разговорами с духами и богами. Однажды он вновь вернётся на землю, но день этот наступит не скоро. Так гласила легенда. Разумеется, никто из здравомыслящих людей в неё не верил. Но всегда находились безумцы, которые, презрев здравый смысл, отправлялись в горы на поиски. Обычно, больше их никто не видел. Но иногда кое-кому улыбалась удача.

Буран чутка ослабил свой бег, расширив мое поле зрения. Передо мной на большом валуне, присыпанном снегом, сидел, презрев холод, седовласый старик в одной набедренной повязке. Он сидел прямо на льду и снеге, скрестив под собой ноги. Глаза его были закрыты, а на лице застыла холодная равнодушная маска. Ветер трепал его длинную белую бороду, снежинки застревали в ней.

На его блестящей, отполированной вьюгой лысине я видел своё отражение. Высокий, широкоплечий, с грубыми чертами лица, с чёрной гривой волос, выбивающейся из-под меховой шапки. Мои глаза — большие, тёмные, жестокие — принадлежали воину, который не ждал милости от судьбы, а брал желаемое в бою. Ветер, несущий мириады острых снежинок, немилосердно трепал мой меховой плащ и волосы. Но мне, казалось, не было до этого дела. Всё, что интересовало меня, меня-из-прошлого — старец, неподвижно сидевший перед ним.

Так я выглядел много-много тысячелетий назад. Когда ещё был простым человеком. Воином и дикарём, привыкшим с боем вырывать у жизни своё. Я силой объединил несколько разрозненных племен в одно большое племя и заслужил право называться царем. Очень громкий, конечно, титул для варварских времен, но тогда мне это показалось хорошей идеей. Идеей, способной возвысить нас над соседями и продемонстрировать им силу арсамонцев.

— Привет тебе, о Мудрейший! — почтительно произнёс я-из прошлого. Я-настоящий, как и в прошлом сне с Эйкой, оставался лишь молчаливым наблюдателем, — Я — царь Арсамон!

Я вздрогнул, хотя по сути и оставался бестелесной сущностью в этом сне. Арсамон… Это было мое первое имя. То имя, под которым я начинал своё возвышение. То имя, от которого давно отказался, став Богом-Императором. То имя, которое дало название моей империи и всему моему народу.

— Моё племя — самое могучее и богатое в окрестностях этих гор! — продолжал царь, — Наши кони — самые быстрые, наши овцы и коровы — самые тучные, наши воины — самые смелые и искусные, а красоту наших женщин превосходит только красота богинь! Но мы, как и наши соседи, обычные смертные, лишенные божественного просвещения! Нас всех мучает вопрос, на который ещё никто не дал ответа!

Эх, Бог-Император по молодости любил закатить пафосную речь… Да и сейчас не против, чего уж там.

Царь Арсамон умолк, но Мудрец даже не открыл глаза, чтобы посмотреть на него.

— Прежде чем, я задам тебе этот вопрос, — сказал царь, — Прими скромные дары от нашего племени!

Из снежной круговерти вышли два человека в плащах и поставили перед отшельником сундук, полный золотых монет и дорогого оружия.

— Всё это останется твоим в любом случае. Не важно, снизойдёшь ли ты до ответа или нет, — сказал царь.

Мудрец молчал.

— Возможно, золото и оружие неинтересны тебе, — сказал Арсамон и положил на крышку сундука блестящий камень размером с кулак, — Тогда что ты скажешь о Звёздном железе? Куски этого чудесного металла иногда падают с неба, оставляя на земле огромные воронки. Они отличаются невероятной прочностью — ещё ни один не поддался жаркому пламени наших кузниц!

Я-настоящий мысленно вздохнул. Да, припоминаю этот момент. Как же я был в ту пору наивен. Даже не подозревал, с какими силами связываюсь, и что меня ждет…

Арсамон с вопросом в глазах посмотрел на старца. Но тот по-прежнему молчал. У меня-из-прошлого чуть дёрнулась верхняя губа, но тон, с которым царь продолжил свою речь, оставался по-прежнему почтительным.

— Мы и прочие племена часто воюем друг с другом за плодородные земли, рудники, а иногда просто от скуки. В битвах погибает много людей — мужчин, женщин, стариков и детей. Мы — один народ с общим языком и богами! Но ненавидим друг друга сильнее, чем чужеземцев. Я решил положить этому конец! — Арсамон заговорил громче, в его глазах вспыхнул огонь, — У меня достаточно сил, чтобы привести к покорности все соседние племена. Мы вновь станем едины как в древние времена! На наших землях воцариться мир и порядок. Но меня волнует цена, которую придётся заплатить! Если я начну войну, она затмит все прочие, что были до неё! Мы можем просто истребить друг друга! Поэтому, Мудрейший, мне нужен твой совет! Стоят ли мир и процветание сотен или даже тысяч смертей невинных людей? И если стоят, как избежать лишних жертв?

Снова заговорил незримый рассказчик, о котором я успел подзабыть:

— Долго ждал ответа царь Арсамон. Ледяной горный ветер царапал его щёки и пытался добраться до глаз. Но Мудрец молчал, словно не слышал вопроса или просто не хотел отвечать.

Где он прячется? Или это просто некий сновиденческий глюк?

Наконец, я-из-прошлого снова заговорил:

— Мудрейший, я понимаю, что тебе уже безразличны наши людские заботы, но, прошу тебя, снизойди до ответа! Народ, к которому ты когда-то принадлежал, как никогда близок к погибели! Если мы не объединимся, то либо перебьём друг друга, либо падём под натиском соседей! Прошу, скажи, что нам делать!

Молчание.

В гневе Арсамон сжал кулаки.

— Неужели в этом заключается великая мудрость? Забыть о родных и близких, уйти в горы и стать отшельником? И пусть мир рушится, пусть гибнут невинные, пусть смерть косит жизни! Главное — это вечный поиск мнимой Истины, которая никому, кроме тебя, не принесёт пользы? Какой же ты Мудрец после этого?

«Люди…» — внезапно прозвучал в моей… нашей голове чей-то холодный, равнодушный голос, — «Всё такие же… надоедливые… шумные… суетливые…»

Его слышали и я-из-прошлого, и я-настоящий. В принципе, всё, что было доступно моей молодой версии, воспринимал и я-настоящий. Этот голос… подозрительно напоминал голос рассказчика!

Царь вздрогнул, но не потерял самообладания. Мысленно он спросил:

«Кто ты?»

«Я тот, кого ты и тебе подобные называете Великим Мудрецом», — равнодушно произнёс голос старца, — «Хотя это и весьма примитивное определение и не отражает всей сути вещей. Но не суть. Я общаюсь с тобой мысленно, чтобы излишне не тревожить своё тело. Видишь ли, очень давно я получил рану, от которой полностью так и не исцелился».

Я-настоящий слышал оба голоса, и царя Арсамона, и Великого Мудреца. Это было довольно странно — как будто мой разум стал мессенджером для связи двух других людей.

«Я понял, Мудрейший», — ответил Арсамон, — «Значит, ты слышал всё, что я сказал?»

«Да».

«Снизойдёшь ли ты до ответа?»

«Для начала я сам задам тебе вопрос… Что движет тобой?»

«Что ты имеешь в виду, Мудрейший?»

«Ты действительно хочешь благо своему народу… или просто желаешь славы и богатой добычи для себя?»

«Мудрейший!» — удивился царь, — «Ты же можешь прочитать всё в моей душе как в раскрытой книге!»

«И всё же скажи это сам».

«Хорошо», — согласился царь, — «Превыше всего для меня — это благо народа. Как и любой правитель, я хочу добыть себе Славы, но зачем мне она, если мои люди будут несчастливы?»

«А если твои люди обретут счастье, но будут проклинать и ненавидеть тебя?»

— Мудрейший! — вслух воскликнул царь, — Это невозможно!

«Ха-ха…» — рассмеялся отшельник, — «Если не боишься, я покажу тебе кое-что из того, что открыто мне. Но, поверь, это очень неприятное знание».

«Я готов».

«Тогда смотри внимательно».

Мудрец резко распахнул глаза — синие, холодные как лёд. Едва взглянув в них, мы оба, и я-настоящий, и царь Арсамон почувствовали, как проваливаемся в бездну…

* * *

— Трескались под напором зелёных ростков камни, вверх устремлялись молодые деревца и превращались в могучих исполинов, — вещал голос невидимого рассказчика (или же Великого Мудреца?), — Те ссыхались от старости и отдавали своё тело земле, передавая силу новым поколениям. Под неумолимым течением времени менялось всё — даже горы и моря. Только Великого Мудреца оно словно обходило стороной. В очередной раз спокойствие отшельника нарушили спустя пятьсот лет после визита царя Арсамона.

Новый проситель значительно отличался от своего предшественника — тучный, обрюзгший, с длинными, собранными в хвост волосами. Его подведённые тушью глаза масляно блестели, а свисающие под тяжестью жира щёки колыхались при каждом движении.

— Привет, о Мудрейший! — обратился он к старцу, кутаясь в шубу, придающую ему сходство с толстым котом, — Я — Великий и Справедливый Император Нуаглот! Щедрость моя не знает границ, равно как и проницательный ум! — он рыгнул, утёр рот рукавом и, шлёпая жирными губами, продолжил, — Прошу прощения, Мудрейший, только что окончил третий обед. Мои повара сегодня приготовили такого вкусного поросёнка с приправами… м-м-м… Хорошо, что мне служат могучие колдуны, которые способны мгновенно перенести меня туда, куда я пожелаю. А то после такой трапезы я бы добирался до тебя очень долго, Мудрейший, ха-ха!

Свита императора, состоявшая из дюжины воинов с оружием в руках и четырёх колдунов, закутанных в тёмные одежды, угодливо захохотала.

Нуаглот резко выбросил в сторону руку — и его люди все как один умолкли.

Мудрец даже не пошевелился.

— Вижу, жизнь твоя оставляет желать лучшего, — продолжил император, — Холодно, голодно, крыши над головой нет… Ужас! Почему бы тебе не перебраться в мой дворец? Роскошь, вкусная еда, наложницы, готовые исполнить любой твой каприз… Что скажешь?!

Молчание.

— Твой отказ обижает меня, Мудрейший, — поджав губы, произнёс Император, — Но как знаешь. Я пришёл к тебе по важному делу! Даже крайне важному! Пятьсот лет назад вокруг этих гор жили многочисленные племена, каждое со своей культурой, языком и обычаями! Долгое время они вели мирную жизнь и процветали! Но однажды подлый царь Арсамон, жаждущий власти, решил подчинить всех себе! Огнём и мечом прошёлся он по некогда мирным землям, убивая даже женщин и детей! Когда все племена были покорены, Арсамон объявил себя Императором и основал династию, к которой принадлежу и я, Нуаглот! Однако! Хотя я и далёкий потомок тирана и убийцы, я мудрый и просвещённый правитель! Справедливость для меня — превыше всего! Я восстановлю культуру и обычаи покорённых народов! Дам им больше власти и возможность самим вести свои дела — в конце концов, чиновники, которые приезжают из столицы, не всегда понимают местные сложности и проблемы. Я разрешу каждой провинции держать своё ополчение, которое и будет следить за порядком! К сожалению, невежд, которые не разделяют моих замечательных идей, пока больше! Палач трудится, не покладая рук, но всё без толку… Я хочу спросить тебя — как лучше воплотить мою идею в жизнь?! Как переубедить всех недовольных?

Молчание.

— Если у меня всё получится, я войду в историю как самый мудрый и просвещённый правитель! — воскликнул Нуаглот, — Мне нужно твоё одобрение! Если ты поддержишь меня, число недовольных сильно уменьшится! Проси, что хочешь, я дам тебе всё!

В ответ Император услышал лишь завывание ледяного ветра.

— Если не хочешь отвечать сейчас, давай отправимся в мой дворец! — широко улыбнувшись, предложил Нуаглот, — Я устрою в честь тебя праздник! Изысканная еда, мягкие ковры и подушки, роскошные наложницы — всё это ждёт тебя!

Мудрец молчал.

Нуаглот начал медленно краснеть.

— Любого другого я бы уже казнил за такое неуважение! — прошипел он, — Ты понимаешь, с кем разговарива… с кем молчи… тьфу! Отвечай мне немедленно, старик!

И в очередной раз Мудрец не проронил ни слова.

Нуаглот заскрипел зубами. Маленькие свинячьи глазки налились кровью.

— Мориль! — рявкнул он.

— Да, повелитель? — вперёд вышел один из колдунов.

— Этот человек оскорбил твоего Императора! — Нуаглот указал на отшельника, — Убей его! Немедленно!

— Но повелитель! — воскликнул чародей, — Это же сам Великий Мудрец!

— А я Великий Император! — брызгая слюной, прокричал Нуаглот, — Я ПРИКАЗЫВАЮ тебе! Или ты хочешь пойти на корм собакам?

— Нет-нет, повелитель, я всё сделаю! — Мориль резко выбросил в сторону Мудреца руку. С кончиков его пальцев сорвалась искрящаяся молния, ударила отшельника в грудь… и бессильно рассыпалась мириадами искр. У Мудреца даже не потемнела кожа. Только снег вокруг него испарился, обнажив кусочек каменного плато.

— Жалкий червяк! — Нуаглот ударил Ильсуфа по лицу, — Бесполезный кусок собачьего дерьма! Пятьдесят… нет, сто плетей по возвращении! Вавир, давай ты!

Вперёд выступил второй колдун. Он поднял руки, и из его рукавов вырвались жаркие потоки огня.

Мудрец снова не сделал попыток защититься. Пламя накрыло его с головой, скрыв от глаз Нуаглота и его свиты.

— Вот теперь этому глупцу точно конец! — потёр руки император.

Но его радость оказалась преждевременной. Едва огонь спал, Нуаглот вместо горки пепла вновь увидел целого и невредимого отшельника!

Третий колдун не стал дожидаться приказа. Он прокричал заклинание, и в небо взлетела огромная ледяная глыба. Поднявшись высоко в воздух, она всем весом рухнула на Мудреца и… раскололась на множество мелких обломков.

Отшельник даже не изменил позы.

Вперёд выступил чётвёртый колдун, но Император неожиданно остановил его движением руки.

«Почему Мудрец не защищается?» — подумал Нуаглот, — «Неужели он настолько силен, что даже не замечает наших попыток убить его? Не может быть… или может? О Боги… он же подобен толстокожему слону, а мы — мошкаре, настолько жалкой, что она даже не достойна внимания! Впрочем, раз мы ещё живы, он не собирается нас убивать. Мы ему просто безразличны… Но лучше не испытывать судьбу!»

— Слушайте меня! — сказал Император, — Хотя отшельник повёл себя и непочтительно со мной, я, Нуаглот Великий и Справедливый, дарю ему жизнь! На первый раз! Колдуны! Переносите меня обратно во дворец! Быстро!

Волшебники в четыре голоса прочитали заклинание, и Император вместе со свитой исчезли.

* * *

Вздрогнув, Арсамон открыл глаза и ошалело завертел головой. Мы с ним снова находились в своём времени!

Меня-настоящего захлестнули воспоминания. Великий Мудрец тогда, тысячелетия назад преподал мне, молодому и наивному, воистину бесценный урок. Урок, который оказал на меня сильнейшее влияние. И сделал из меня, молодого идеалиста, желающего блага своему народу, совсем другого человека. Циничного и расчетливого политика, для которого существует лишь цель.

«И так по моим наблюдениям происходит постоянно», — равнодушно произнёс отшельник, — «С самого первомомента, когда я пришёл в ваш мир, когда ещё не родился первый человек. История искажается, героев выставляют негодяями, негодяев — героями. Свет выдают за Тьму, на добро примеряют одежды зла. Хотя ты и спасёшь свой народ, история запомнит тебя, первого Императора, как тирана и убийцу. Многие будут проклинать тебя, и пугать твоим именем маленьких детей».

У меня-настоящего был лишь один вопрос — а зачем Мудрец это сделал? Зачем ему понадобилось беседовать с вождем дикого отсталого племени и показывать ему картины будущего?

— Нет… — вслух произнёс царь. Огонь в его глазах погас, словно задутый сильным порывом ветра.

«Как я уже упоминал, люди и им подобные расы — жалкие, суетливые существа, не видящие дальше своего носа. Легко верят всему, что им говорят, воспевают подлецов, а героев втаптывают в грязь», — в равнодушном голосе Мудреца на секунду послышалась печаль, — «Они даже не увидят той жуткой угрозы, которая уже нависает над всем нашим мирозданием. Именно поэтому я, разочаровавшись в смертных, когда-то ушёл сюда, в горы».

— Нет… — повторил Арсамон.

«Хорошо понимаю, тебя, царь. Я сам прошёл через подобное. Мой тебе совет — забудь о своей мечте. Твой неблагодарный народ не достоин того, чтобы его спасали. Не забивай себе голову тяжёлыми мыслями. Жизнь одна и она очень коротка. Помни это и…»

«Мудрейший!» — неожиданно перебил его царь. Огонь в его глазах вспыхнул с новой яростью, — «Я никогда не откажусь от своей цели! Ведь кроме славы есть ещё и Честь! Пусть меня оклевещут, но я не сверну с пути!»

Эх… каким же я был идеалистом. Как же сильно меня поменяли прошедшие тысячелетия. Слушаю себя из прошлого и не верю, что эти слова принадлежали мне.

«Хм… Похвально», — в голосе Мудреца отчётливо прозвучало удивление, — «Хотя и глупо. Узнаю себя в молодости, когда я, как и ты, горел желанием изменить свой костный и порочный мир, хотел свергнуть его ужасающих хозяев. Но, потерпев неудачу, бежал в ваш… Знаешь что… а не хотел бы ты пойти ко мне в ученики? Я передам тебе все свои знания и умения».

«Нет, Мудрейший», — покачал царь головой, — «Это не мой путь. Мой путь — спасти свой народ».

Некоторое время Мудрец молча буравил Арсамона своим жутким ледяным взглядом.

«Что ж…» — произнёс он, — «Благородно. Благородно и глупо. Впрочем, мне не досуг отговаривать молодежь от их безумств. Прощай царь. Желаю удачи».

«Мудрейший, позволь ещё кое-что сказать тебе».

«Ну?»

«Если всё же передумаешь, направь все силы на защиту будущей Империи от глупости моего неразумного потомка. Если для этого понадобиться оболгать меня — пусть будет так. Ведь я и мой народ — едины. Если люди будут счастливы, буду счастлив и я, что бы обо мне не говорили».

«А какая тебе разница, царь? Ты же все равно будешь мертв к тому моменту».

«Наверное, никакой…» — царь улыбнулся, — «Но если бы все так думали, люди бы давно превратились в животных».

Мудрец ничего не ответил на это.

Арсамон поклонился ему в пояс, развернулся и направился к своим людям. Я-настоящий в виде бестелесного духа остался висеть в воздухе, отделившись от своей молодой версии.

Оставшись один, Мудрец долго буравил взглядом пустоту. Интересно, разговор с моей молодой версией что-то изменил глубоко в его равнодушной душе? Сдвинул незримые рычажки? Потому что на меня пробудившиеся воспоминания оказали сильное впечатление.

Мы оба, умудренные опытом люди, получили неожиданный урок от юнца.

— Сопляк, — вслух произнёс отшельник и ухмыльнулся, — Похоже, всё-таки придётся тряхнуть стариной…

«Сам ты сопляк», — подумал я, — «Вот значит, что ты говорил за моей спиной».

Царь Арсамон вместе со своими воинами ушли по тропинке назад. А я-настоящий остался в бестелесной форме висеть неподалеку от Великого Мудреца и наблюдал за ним.

— Я знаю, что ты здесь, — неожиданно произнёс Великий Мудрец и повернул голову в мою сторону. Ледяные глаза смотрели прямо на меня, — Бог-Император.

Происходящее уже никак не могло быть всего лишь моими воспоминаниями…

Глава 26. Далекое прошлое, часть 2

— Что и ожидалось от того, кого называют Великим Мудрецом, — усмехнулся бестелесный я, — Ничто от его взора не укроется.

— Мой разум существует вне времени, — отрешенно произнес отшельник. Порывы ледяного ветра колыхали его усы и бороду, — Прошлое, настоящее и будущее для меня единое целое, Бог-Император, за исключением редких моментов. Зачем ты явился сюда? Ты снова хочешь задать мне вопросы или что-то попросить, как и тысячелетия назад?

Я задумался. Великий Мудрец даже для меня все эти годы оставался загадкой, о которой я знал не так много. Я был практически уверен в том, что он не является ни человеком, ни духом, и не божеством. Это было совершенно иное существо, прибывшее из таких далей, которые даже представить трудно. Пришелец лишь принял облик человека для более удобного общения с нами, с туземцами.

В течении многих тысячелетий я искал ответы, но они уходили от меня, просачиваясь в пустоту, как песок сквозь пальцы. Некоторое время я предполагал, что Мудрец может быть одним из Древних — ужасающих существ, обитающих за пределами известной нам мультивселенной. Или не Древним, а кем-то из их слуг, сбежавших в наш мир от своих зловещих хозяев. До сих пор я не знаю, верно моё предположение или же нет.

Вторжение Древних в наш мир, когда я ещё оставался живым, было если не отражено, то как минимум отложено на длительный срок. Много лет назад я с союзниками одолели их, и их прислужников. Страшные битвы гремели на всех планах бытия, от реальности до мира Духов. Участие приняли даже Тёмные боги. Некоторые из них поддержали Древних, другие сражались с нами против пришельцев[3]. Немалую роль в противостоянии сыграли Парацельс и Шерро. Правда, архимаг ближе к финальной битве опять где-то забухал… Но в любом случае мы справились. Главный плюс заключался в том, что у Древних не осталось в нашем мире союзников, способных помочь им.

Таким образом вход для Древних в наш мир был накрепко закрыт. А потом я окончательно умер от полученных ран и переродился уже спустя множество веков в нынешнем времени. Может ли быть так, что произошедшее с моей родиной — их рук дело? Хм… если честно, очень в этом сомневаюсь. Но ничего нельзя исключать. Аномалии, духовная энергия и Дар — что если это все проявление противоестественной силы Древних, постепенно просачивающейся в наш мир? Оплетают, ублюдки, нас своими склизкими щупальцами.

Учту этот вариант как один из возможных.

Я молча смотрел на Великого Мудреца. Много лет я искал его, чтобы поговорить и задать волнующие меня вопросы. Но Великий Мудрец спрятался ещё надежнее, и даже я, Бог-Император, не смог второй раз найти его убежище в горах. Он помогал нам в нашей борьбе, да… но при этом никогда не раскрывал своих истинных намерений.

И вот теперь внезапная встреча во сне. Воистину подарок судьбы.

Что-то мне подсказывало, что Мудрец, возможно, ведет собственную игру. Интересно, знает ли он о том, что произошло в настоящем? Что случилось с нашим миром? И что с ним самим, Великим Мудрецом, произошло в будущем?

— Ну и долго ты будешь молчать? — спросил Великий Мудрец с раздражением, — Вы с твоим молодым альтер эго прервали мою тысячелетнюю медитацию просто ради шутки? М-м-м… молодой человек? Вам, благородным, не стыдно издеваться над простым человеком?

— Ты не простой человек. Даже вообще не человек.

— Хах… — Великий Мудрец усмехнулся, — Верно. Ты разве этого до сих пор не понял?

— Знаешь, то, что ты не человек, я понял уже давным давно, — произнес я, — И логика у тебя может быть иногда не совсем человеческая. Хотя нашу человеческую логику ты вполне понимаешь.

— Конечно понимаю, — Мудрец фыркнул, — Вполне обычная логика для существ вашего уровня развития. Она весьма слабая в глобальном и стратегическом планировании. Но на короткой дистанции в сиюминутном проявлении может давать хорошие результаты.

— Твои истинные мотивы от меня ускользают, — сказал я, — И это тревожит.

— Бог-Император… Ты даже не представляешь, насколько из далеких краев я пришел, — произнес Великий Мудрец, — Там нет таких понятий, как «Тревога», «Страх» или «Радость». Там все совсем иное. Это ужасающее место, где я никому бы не пожелал очутиться. Твоя суета — ничто по сравнению с ужасом Древних.

— Как всегда говоришь загадками и уходишь от прямого ответа, — фыркнул я.

— Правильно задавай вопросы, — сказал Мудрец, — В правильно заданном вопросе находится половина ответа. Никто не ответит на них лучше, чем ты сам. Даже я.

— Но ведь именно ты, Великий Мудрец, и сотворил меня, Бога-Императора, возвысив благородного вождя Арсамона из простых людей, — произнес я, — Скажи, для чего? Ведь не нужно было создавать такую могучую сущность как я, лишь для того, чтобы наладить жизнь горстки племен. Была ведь ещё какая-то цель, верно?

— А скажи мне, Бог-Император, — произнес Великий Мудрец, прищурившись. Мой вопрос он проигнорировал, — Из какого временного промежутка ты пришел сюда?

— А это имеет значение? — вопросом на вопрос ответил я. Хоть Великий Мудрец и обладал невероятными возможностями, которых не было даже у меня, он все же был не всеведущ. Некоторые вещи оставались закрыты от его взора, — Ты же Великий Мудрец, ты знаешь все.

— Мои знания имеют свои ограничения, — сухо произнес отшельник, — Тем более при переходе в ваш мир я получил серьёзную травму, от которой до сих пор не оправился.

— Вот как… У меня на самом деле довольно много вопросов.

— Бог-Император, я отвечу только на три твоих вопроса, — произнес великий Мудрец, — Постарайся выбрать мудро. Таковы правила этого причудливого места, где я нахожусь. Даже я обязан им подчиняться.

— Какого места? — уточнил я.

— Места, где я могу существовать, — он обвел рукой вокруг себя, — Это не совсем горы… и не совсем снег… Впрочем, не важно. Они лишь кажутся такими. Но это просто образы в твоей голове. Задавай свои вопросы, раз уж ты здесь. А я вернусь к медитации.

Я задумался. Что-то меня настораживало в поведении Мудреца. Что-то тревожило. Мне хотелось спросить у него, что же произошло с моим миром, почему он так изменился. Что произошло с людьми? Что, черт возьми, за жуткие образы я видел?

И все же, в конечном итоге, я спросил совсем другое. Фраза Мудреца о том, что он видит одновременно прошлое, настоящее и будущее, очень важна. То, что я скажу ему сейчас, в прошлом, Мудрец будет знать и в будущем. Могу ли я в связи с этим вообще доверять ему?

Поэтому мой вопрос стал совсем иным.

— Чего ты хочешь? — спросил я, — Какова твоя цель?

— Как и у всех живых существ, — ответил Великий Мудрец, — Я хочу свободы. Те силы, кто хочет явиться к нам извне, хотят отнять её у нас всех. Перестроить само наше бытие. Надо сделать все, чтобы воспрепятствовать им.

— Ты говоришь о Древних? — прямо спросил я, — Могут ли они снова угрожать нам?

— Верно, о них, — сказал Мудрец, — Я и иные представители моей расы сбежали от них, а ваша вселенная стала для нас домом. Со временем многие мои сородичи выродились, смешались кровью с местными жителями. Таких как я, сохранивших свою самость, уже наверное практически не осталось. Я всегда говорил сородичам, что Древние могут последовать за нами… а мне никто не верил…

Он тяжко вздохнул, словно переживал мучительные воспоминания из прошлого.

— И да, я считаю, что угроза от них постоянна, — добавил он, — Даже если тебе кажется, что ты с союзниками их одолел. Любым способом мы должны защититься от них, как бы высока ни была цена.

— Существует ли простой способ добраться до Изнанки мироздания? — спросил я.

На Изнанке как раз находился Парацельс. Свяжусь с архимагом — моя задача многократно упростится.

— Чтобы попасть на Изнанку, — произнес Мудрец, — Нужно самому вывернуться наизнанку. Это самый быстрый и простой путь.

— Что это значит? — удивился я, — Никогда не слышал о таком… странном методе.

— Подумай немного, — сказал Мудрец, — Ответ лежит на поверхности. И это уже четвертый вопрос.

— Но…

— Твоё время вышло. Я снова погружаюсь в медитацию, — произнес великий Мудрец, закрыв свои колючие голубые глаза, — Не знаю, из какого времени ты пришёл, но пусть тебе будет сопутствовать удача в любых твоих начинаниях.

Буран усилился, густые снежные хлопья скрыли от меня Великого Мудреца. Постепенно снег превратился в густой туман. Тот обволок меня с головы до ног и погрузил в беспробудный сон…

Когда Бог-Император окончательно пропал, Великий Мудрец снова открыл глаза и внимательно посмотрел на то место, где висел бестелесный призрак. Словно хотел убедиться, что там больше никого нет.

— Бог-Император… я думал, что ты есть мое лучшее творение, предназначенное остановить Древних. И ничего лучше мне не создать, — произнес Великий Мудрец и покачал головой, — Но к счастью я ошибался… Лучше бы тебе не читать то письмо…

* * *

Утро. Я крепко проспал всю ночь, словно убитый. В лицо мне что-то светило… солнечные лучи из окна?

Я приоткрыл один глаз и увидел Иру, стоявшую рядом с моей постелью. Хитро улыбаясь, она пускала мне в глаза солнечных зайчиков с экрана телефона.

От хулиганка.

— Доброе утро, братик.

— Доброе… Пощади брата, злодейка, — я накрыл голову подушкой и лег на живот, — Меня вчера на дуэли побили… а потом в больнице вместе с Эйкой… пришлось усердно тренироваться…

Ира хитренько хихикнула и запрыгнула мне на спину, усевшись попкой мне на поясницу.

— А братик в курсе, который сейчас час? — поинтересовалась она.

Я замер. Блин, а точно… Сколько сейчас времени? Только не говорите, что я так крепко дал храпака, что отрубился максимально конкретно!

— Двенадцать часов дня! — торжественно возвестила младшая сестренка.

Блин. Такого поворота я никак предсказать не мог… Это что же, я получается, так устал, что проспал всё на свете? В том числе и школу?

— Братик! — Ира игриво толкнула меня бедрами в бока, — А давай-ка баньку примем!

— А как же в школу? — рассеянно произнес я. Вытащив голову из-под подушки, я начал усиленно искать взглядом свой телефон. Там у меня было приложение с будильником. Может оно меня просто подвело?

— У-у-у… так сегодня выходной, — напомнила мне Ира, — Какая ещё школа? Ты что-то совсем уже… с головой в учебу.

Блин… А ведь точно. Я взял телефон и открыл приложение. Будильник был у меня поставлен строго на будние дни. По выходным он не работал. Ну вот и разгадка.

— Братик, что думаешь о баньке? — продолжала канючить Ира, — Это так здорово! Неужели мы её так и не испробуем? А то она как бы есть у нас, а как бы и нет…

— Ну можно, конечно, — задумчиво произнес я и, повернув голову, посмотрел на Иру. Сестренка глядела на меня, блестя внимательными голубыми глазенками, — Но нам тогда придется париться по очереди.

— Почему? — нахмурилась она.

— Ну я ж мальчик, а вы с Марией девочки…

— А что такого? Мы же раньше, когда были детьми, купались вместе, — Ира как ни в чём не бывало пожала плечами, — Тем более мы же не голыми будем. А полотенцами обмотаемся.

Я поскреб подбородок. Хм… а ведь сестренка дело говорит. Для чего нам банька в квартире дана, просто для того, чтобы быть? Для галочки? Нет уж, все добро, что у нас есть, надо использовать по назначению. Нечего пылиться и простаивать.

— Включишь? — спросила Ира и начала ерзать на мне ещё активнее, — Включишь? Включишь?

Как хорошо, что я лежу на животе. А то иначе ёрзанья Иры могли бы привести к весьма интересным последствиям.

— Слезай, — я двинул корпусом, сбрасывая с себя надоедливую девицу, — Выйди из комнаты и дай мне одеться.

Ира, игриво хихикая, выпорхнула из комнаты, прикрыв за собой дверь. Правда, осталась небольшая щелочка между створкой и косяком. В этой щели я увидел любопытный блеск голубого глаза…

Что-то младшая сестренка не на шутку разошлась сегодня. Я послал в дверь легкий силовой толчок духовной силы, и та захлопнулась с щелчком Из-за двери послышалось ойканье и звук, как будто кто-то потер ушибленный лоб.

— Глупый братик! — донесся из-за двери обиженный голос Иры. Раздался звук удаляющихся шагов.

Усмехнувшись, я начал одеваться.

Ладно. Если сестренка хочет, чтобы я принял с ней баньку… почему бы и нет? Если к нам присоединится и Мария… это будет ещё лучше. Она расслабится, и я смогу зайти к ней с тыла… в смысле, расспросить все про письмо Дмитрия. Благо она обещала рассказать. Ни одного повода тянуть дальше у нее нет.

Я быстро оделся. Зайдя в ванну, я активировал датчик нагрева, приготовил веники. Набрал воду в бадью — буду поливать каменку в процессе, чтобы повысить влажность воздуха. При высокой температуре вся влага в нем быстро испаряется.

Каменку лучше поливать небольшими порциями и сразу все камни, а не только одно место. В шкафчике рядом с дверью в баню я обнаружил несколько настоев с ароматическими травами. Судя по надписям, они ещё и с целебным эффектом. Ингаляция по полной программе.

В теории ещё можно пивом поливать… но дамы, думаю, не особо оценят. Разве что Аманда. Но я не был уверен, что хочу вообще приглашать её в баньку. Не заслужила. Пусть лучше завтрак готовит и уборкой занимается.

Ира стояла в двери и внимательно наблюдала за мной, словно запоминала все мои действиями. В руках она уже держала белое махровое полотенце.

— Ну как? — спросила она, — Работает?

Я бросил взгляд на датчик — там температура поднялась уже до сорока градусов. Скоро повысится до восьмидесяти или восьмидесяти пяти. И можно будет стартовать.

— Как поднимется до восьмидесяти, будем заходить, — сказал я, — Пойду пока Марию разбужу. И раздам команды Аманде.

— Хорошо, — Ира энергично закивала.

Мария с Амандой, как и я, спали сегодня очень крепко. Обе лежали в своих постелях и выдавали замысловатые рулады носами.

Я также заглянул на кухню и обнаружил там уже готовый завтрак. Также в квартире было очень чисто. Кажется, Аманда вчера выполнила всю свою работу на совесть. Пусть тогда и правда спит спокойно, не буду ее трогать.

Из бара на кухне я вытащил бутылку полусладкого вина. Думаю, сегодня стоит отпраздновать наш переезд на новую квартиру. Выходные — идеальное время. Даже Ире немного дам, на донышке, так сказать. Закажу в ресторане еду с доставкой. Пусть это и выйдет дороже. Один раз — можно! Благо есть хороший повод. Да и с деньгами на текущий момент особых проблем нет.

Самое главное — банька, алкоголь и еда способствуют развязыванию языка. Мария расслабится и станет куда охотнее до разговоров. В прошлый раз я не стал давить на неё, а в этот раз пойду до конца. Мария полностью здорова, и избавлена от духовного паразита. Нет ни одной причины, чтобы тянуть.

Я узнаю правду о содержимом письма. Сегодня же. Марии не отвертеться.

— Мам, — я легонько потряс Марию за плечо, — Вставай. Уже полдень.

— М-м-м… — леди Вышнегорская потянулась и сладко зевнула.

Примечания

1

П.А.: далее идет "расширенная" версия главы из «Справочника по Вселенной Архимага».

2

Сын маминой подруги — это чаще всего воображаемая личность, которая по одному — или нескольким, а то и сразу всем — характеристикам считается круче объекта сравнения. Это представляет собой отсылку к детско-родительским отношениям, в которых часто фигурирует ребенок знакомых, который учится лучше, бегает быстрее, не дерзит папе с мамой и вообще представляет собой образец для подражания.

3

Подробнее история о противостоянии с Древними описано в цикле «Тёмный лорд ONLINE».

Content

Кирилл Теслёнок (Архимаг)
Бог-Император, к доске!

Том III

Глава 1. То самое неловкое чувство

Глава 2. Сон

Глава 3. Поднять бабла

Глава 4. Бои без правил

Глава 5. Рост напряжения

Глава 6. Человек-Мужик

Глава 7. Тайна силы

Глава 8. А не петушок ли ты часом?

Глава 9. Всё не по плану

Глава 10. Помоги мне

Глава 11. Новые аппартаменты

Глава 12. Сейф

Глава 13. Транспортировка тушки

Глава 14. Непокорная Аманда

Глава 15. Кто в доме хозяин?

Глава 16. Встреча старых подруг

Глава 17. Мир и покой

Глава 18. Непростой выбор

Глава 19. Дейчи Накамура

Глава 20. Напряжение

Глава 21. Тот, кто не может упасть

Глава 22. Страсть

Глава 23. После секса

Глава 24. Битва двух противоположностей

Глава 25. Далекое прошлое, часть 1

Глава 26. Далекое прошлое, часть 2

Примечания

1