Крючков Георгий Корнеевич, Табачник Дмитрий Владимирович

Фашизм в Украине: Угроза или реальность?

Тоді вас люди називали псами,

Бо ви лизали німцям постоли,

Кричали "хайль" охриплими басами

І "Ще не вмерла…" голосно ревли.

Де ви ішли — там пустка і руїна,

І трупи не вміщалися до ям, —

Плювала кров'ю "ненька Україна"

У морди вам і вашим хазяям.

Ви пропили б уже її, небогу,

Розпродали б і нас по всій землі,

Коли б тоді Вкраїні на підмогу

Зі сходу не вернулись "москалі".

Тепер ви знов, позв'язувавши кості,

Торгуєте і оптом, і вроздріб,

Нових катів припрошуєте в гості

На українське сало і на хліб.

Василь Симоненко «Ні, не вмерла Україна!»

От авторов

Украина переживает тяжелые времена. Мировой финансовый кризис наложился на расшатанную «оранжевыми» экспериментаторами экономику страны, а перманентная политическая «война всех со всеми», особенно грызня президента с Кабинетом министров, парализует все государственные структуры, не дает им сосредоточиться на мерах по спасению от всемирного финансового «потопа». Заводы останавливаются, кампании готовятся к сокращению штатов, в банках заблокированы депозиты граждан, а народ с ужасом ждет повторения ситуации начала — средины 1990-х годов с галопирующей инфляцией, остановленным производством и массовой безработицей.

Но главная опасность заключается в том, что в такие смутные времена увеличивается тяга людей к «твердой руке», которая «наведет порядок» и обеспечит «справедливое распределение». Именно экономическая катастрофа, помноженная на взаимоуничтожение неадекватных ситуации политиков в двадцатые-тридцатые годы прошлого века, привела к падению Веймарской республики в Германии и установлению пояса диктатур в Восточной Европе от Балтики до Средиземного моря. В большинстве демократических в прошлом стран установились фашистские или полуфашистские диктатуры.

Сегодня такая опасность угрожает Украине.

Кризис, как уже было сказано, множит ряды люмпенов, мечтающих о «твердой руке», которая защитит их от экономических бурь и обеспечит минимальное благосостояние за счет экспроприации «нетитульных» инородцев. Партии крупного украинского капитала, демонстрируя полное непонимание своей роли и своего места в политике, явно не готовы взять власть и принять, вместе с ней, ответственность за страну. Украинский избиратель деморализован и дезориентирован десятилетиями массированной националистической и антикоммунистической пропаганды, левые силы не имеют достаточного представительства в органах власти.

В то же время украинские неофашисты — поклонники коллаборантов: военного преступника Шухевича, эсэсовцев из дивизии «Галичина», «самоотверженных» борцов с мирным населением из УПА — получают регулярную активную поддержку высшего должностного лица страны — Президента Украины и подконтрольных власти СМИ. Наследники лакействующих предателей, клявшихся в верности Гитлеру 30 июня 1941 года во Львове, еще залитом кровью поляков и евреев, убитых в ходе «чистки», устроенной оуновскими погромщиками, не первый год подряд в день 14 октября пытаются стать «хозяевами Киева», а их кумиры получают от президента звания Героев Украины (как Р. Шухевич), в их честь возводятся мемориальные музеи (указ Ющенко о почтении супружества Ярослава и Ярославы Стецько).

Быть фашистом в Украине становится модно и перспективно. Одновременно молодое поколение умышленно пичкается неким продуктом, который невозможно назвать даже извращенной версией истории. Это аляповатая, топорно склепанная «умельцами» из СБУ на потребу Ющенко легенда о «стасорокатысячелетней украинской нации», которая якобы обустроила весь мир и только на своих исконных землях подверглась «угнетению» и «геноциду» от рук невесть откуда взявшихся «москалей».

Эта смесь невежества, лжи и псевдопатриотической риторики создает питательный бульон, погружаясь в который, невежественные и неконкурентоспособные на мировом рынке труда, по причине полученного специфического «украинского» образования, но крайне амбициозные и озлобленные недоросли становятся законченными штурмовиками — пушечным мясом, расчищающим дорогу к власти фашиствующим национал-радикалам. Сегодня они еще кажутся малочисленными, опереточными, не пользующимися поддержкой в обществе. Но так было и с гитлеровскими коричневорубашечниками, которых никто не считал реальной угрозой, пока их фюрер не взял власть. Подчеркнем: украинские фашисты уже имеют поддержку власти — их «мессия» сидит в главном кресле страны, их поддерживают СМИ, спецслужбы, они не чувствуют недостатка в финансировании как из отечественных, так и из зарубежных источников. Они уверенно идут к власти. Останавливает их покалишь пассивное неприятие человеконенавистнической идеологии радикального национализма большинством населения страны.

Попросту говоря, фашисты боятся, что им могут банально дать физический отпор на улицах, несмотря на защиту спецслужб. Но с каждым днем они становятся все наглее и самоувереннее. Пассивное сопротивление уже не может остановить движение фашистов к власти. Украинское общество должно проснуться, прочувствовать, понять опасность и во весь голос заявить: «Фашизм не пройдет!».

Ни один голос ни на одних выборах не должен отдаваться партиям и политикам, запятнавшим себя хотя бы временными тактическими соглашениями и союзами с националистами, исповедующими фашистские идеологию и взгляды. Порядочный человек не может поддерживать отношения с идейными наследниками или поклонниками нацистов и с их избирателями. С ними не о чем дискутировать — с врагом не спорят, с ним сражаются, как сражались с фашизмом наши отцы и деды. Фашист должен чувствовать себя в обществе изгоем. Мода на фашизм, какую бы националистическую личину он ни принимал, должна быть искоренена.

Иначе через неполных шестьдесят пять лет после Великой Победы духовные наследники Гитлера украдут ее и будут из-за нашего попустительства править бал на земле, которую не смогли завоевать.

Правомерно ли говорить об угрозе фашизации в Украине?

Всеохватывающий, системный кризис, в котором длительное время пребывает Украина, сопровождается острой — явной и подковерной — борьбой за власть между представителями различных групп криминально-олигархического капитала и наступлением реакции по всему фронту. Эти процессы особенно усилились, приобрели новое качество после избрания Президентом Украины В. Ющенко. В обществе нарастает тревога в связи с установлением в стране откровенно националистической, тоталитарной диктатуры, угрозой фашизации правящего режима.

Правда, можно слышать и такое: «О каком фашизме идет речь? В стране нет концентрационных лагерей, «фабрик смерти», у Украины нет экспансионистских планов…» С этим, конечно же, надо разобраться. И прежде всего обратиться к тому, что представляют собой фашизм, его идейные истоки, реальная практика, то есть фашизм у власти.

I

Как социально-политическое течение, выражающее интересы наиболее реакционных, агрессивных сил империалистической буржуазии, фашизм возник с вступлением мирового капитализма в полосу общего кризиса после Первой мировой войны и победы социалистической революции в России. Основу фашистской идеологии составили реакционные учения и теории, сложившиеся до его появления, — концепции немецких философов Фр. Ницше и А. Шпенглера, итальянского философа Дж. Джентиле, расистские идеи, антисемитизм, пангерманизм и др. Они включают в себя идеи расового неравенства («превосходство высшей расы»), «классовой гармонии» (теории «народного сообщества», «корпоративности», «солидаризма»), вождизма («принцип фюрерства»), всевластия государственной машины (концепция тотального огосударствления), военной экспансии. В наиболее концентрированном виде эти идеи были изложены в книге Гитлера «Mein Kampf» («Моя борьба», 1925 г.).

Фашизм стал политической практикой в 20— 40-х годах XX столетия — с приходом к власти фашистов в Италии, нацистов в Германии, франкистского режима в Испании, военной диктатуры в Португалии, фашистских режимов в ряде стран Восточной и Центральной Европы (Румыния, Венгрия, Словакия и др.). В каждом из этих государств фашизм имел свои особенности. Но все утвердившиеся в них режимы характеризовались исключительной жестокостью, насилием, террористической диктатурой, воинствующим антикоммунизмом, агрессивной внешней политикой, стремлением насадить повсеместно «новый порядок». Что принес человечеству гитлеровский фашизм, развязавший Вторую мировую войну, хорошо известно.

Разгром фашистской Германии, ее сателлитов и империалистической Японии, в обеспечение которого самый крупный вклад внес советский народ, открыл путь к демократическому развитию стран Европы и других континентов, ускорил развал колониальной системы империализма. В 1974–1975 гг. пали фашистские режимы в Португалии, Греции, Испании.

Однако корни фашизма окончательно выкорчеваны не были. В некоторых странах они стали давать ядовитые побеги — в лице различного рода экстремистских организаций, фактически являющихся (а зачастую и открыто провозглашающих себя) преемниками — в политическом и идеологическом отношении — распущенных и запрещенных после Второй мировой войны фашистских структур, а также в возрождении диктаторских, фашистских по существу методов в политической практике отдельных государств. Разумеется, после потрясений, которые пережило человечество, прежде всего народы Европы, во времена фашистского господства, вряд ли какая-то, даже самая реакционная, сила фашистского толка рискнула бы возродить сегодня практику создания лагерей смерти, газовых камер и т. п. Но практика фашизма, его идеология к этим, крайним, формам террористической диктатуры не сводятся.

Говоря о сущностной характеристике фашизма, на первый план следует поставить агрессивный национализм — возвеличивание одной — «титульной» — нации, вплоть до объявления ее «богоизбранной», «исключительной» по всевозможным «достоинствам». Что касается других наций и народностей, то им отводится роль «низшей расы», «недочеловеков», обреченных обслуживать «расу господ» или быть истребленными, как поступали, скажем, гитлеровцы в отношении евреев, цыган, славянских народов. Возведение немцев в «Uber-menschen» — «сверхчеловеков», представителей «высшей расы» — было в фашистской Германии, по сути, «национальной идеей», которую бесноватый фюрер выразил известной формулой: «Один народ — один рейх — один фюрер».

В любых своих разновидностях фашистские режимы отличаются предельно жесткими средствами их утверждения: жестоким подавлением любых форм протеста, использованием в этих целях всевластной государственной машины, крайних форм насилия. Тотальный, в том числе идеологический, массовый террор, переходящая в геноцид ксенофобия, нетерпимость по отношению к «чуждым» национальным и социальным группам, тотальный (всеохватывающий) контроль над всеми проявлениями общественной жизни людей — непременные составляющие идеологии и политики фашизма.

Режимам фашистского толка присущи стремление к сосредоточению власти в руках одного лица (вождя, фюрера, дуче, «мессии»), выражающего интересы определенной группы (или групп) олигархического капитала, опирающегося на подчиненные ему репрессивный аппарат, партию, группу преданных единомышленников («любих друзів»), пренебрежение конституцией и законами страны либо циничное их использование в целях укрепления личной власти.

Репрессивная машина направляется против любых проявлений недовольства политикой правящих тоталитарных режимов и прежде всего против коммунистических партий, последовательно выступающих в авангарде антифашистской борьбы, за сохранение демократических институтов, прав и свобод человека и гражданина. Воинствующий антикоммунизм — важнейшая отличительная черта фашизма как идеологии и политической практики.

Фашистские (в том числе и неофашистские) режимы и движения проявили и проявляют себя как непревзойденные по части использования — в целях активизации больших масс населения — крикливой популистской, прежде всего националистической и социальной, демагогии, лозунгов имперской державности, апологетики войны как способа реализации эгоистических национальных интересов. На их вооружении — беспардонная, геббельсовских масштабов, ложь, безответственные обещания, циничный обман общества, бесцеремонное перехватывание у левых лозунгов, популярных идей социализма в сочетании с запугиванием всевозможными угрозами (прежде всего жупелом «коммунистической опасности»).

Что касается социальной базы, на которую опираются и ориентируются фашистские режимы, выражая интересы компрадорских кругов монополистического, криминально-олигархического капитала, то это прежде всего так называемые средние слои общества и деклассированные элементы, по своей природе неустойчивые в социально-политическом плане, легко поддающиеся популистской демагогии, уповающие на «твердую руку», наивно верящие в «мудрого царя» (вождя, «мессию»). Именно эти слои по преимуществу и составляют массовую базу фашизма.

Оживление в последнее время в ряде стран, в том числе входивших в состав Антигитлеровской коалиции, фашиствующих элементов, появление фашистских или полуфашистских по своему характеру организаций и движений, обращение к фашистским методам правления обусловлено различными факторами — обострением кризисных явлений в этих странах, экономическими и политическими потрясениями, нарастанием в массах недовольства политикой правящих режимов, драматическими поворотами в развитии международной обстановки и — не в последнюю очередь — стремлением к реваншу сил, сохранивших приверженность фашистской идеологии.

На словах неофашисты открещиваются от наиболее одиозных, скомпрометировавших себя фашистских режимов прошлого и применявшихся ими террористических методов, предпочитая выступать в новом обличье, главным образом в качестве «носителей порядка и стабильности». На деле же они сохраняют тоталитарную, агрессивную природу, широко применяя так называемую «стратегию напряженности», стремясь создать у политически неустойчивой части общества мнение о неспособности демократических властей обеспечить порядок в обществе. Тем самым подогревается ностальгия по «сильной руке», умеренно консервативные избиратели толкаются в объятия легальных неофашистов.

В некоторых странах (в частности, в прибалтийских государствах) фашиствующие силы, последыши недобитых гитлеровцев и их пособников настолько обнаглели, что стали оказывать все большее, можно сказать — определяющее влияние на политику официальных властей. Реабилитация фашистских пособников, оправдание их преступных деяний, махровый национализм и зоологический антикоммунизм, дискредитация представителей «некоренных» наций, попрание их прав и свобод, чудовищная практика объявления десятков тысяч людей «негражданами», русофобия стали в этих странах официальной политикой и повседневной практикой.

II

Как на этом фоне выглядит ситуация в Украине? Фактом является то, что «помаранчевая» власть, прежде всего в лице главы государства В. Ющенко, по существу, открыто демонстрирует духовное родство и историческую связь с пособниками фашистов — головорезами из банд ОУН — УПА, вояками дивизии СС «Галичина», возводит их в ранг героев, то есть фактически выступает в качестве их идейных и политических наследников. Этому подчиняются учебный процесс в школах и вузах, деятельность средств массовой информации и даже Службы безопасности Украины, руководство которой сделало в последнее время одним из главных своих занятий популяризацию тенденциозно подобранных документов, призванных обелить злодеяния так называемых «борців за незалежність» — оунов-цев, бросить тень на истинных патриотов, тех, кто в грозные годы Великой Отечественной войны освобождал нашу Родину от фашистов, а в послевоенные годы был вынужден вести нелегкую борьбу с их прихвостнями.

С этой целью переписывается отечественная история, принижается всемирно-исторический подвиг советского народа, сломавшего хребет злейшему врагу человечества — фашизму, искореняется само понятие «Великая Отечественная война», уничтожаются памятники — свидетельства побед защитников Родины и выдающихся достижений нашего народа в строительстве родной страны. По существу, предпринимается кощунственная попытка если не вычеркнуть вообще из истории 70 лет жизни нашего народа, наполненных героическими и трагическими страницами, то превратить их в «черную дыру» — сплошную полосу террора, репрессий, «голодоморов» и тем самым вызвать у наших людей неприятие и ненависть ко всему, что связано с Советской властью, социализмом, деятельностью Коммунистической партии.

Делается все, чтобы у зомбированных представителей нового поколения не возникал вопрос: как же мог «порабощенный» народ превратить Украину за годы Советской власти, несмотря на войны, разруху, голод, тяжелые испытания, в одну из самых развитых республик Советского Союза, передовое государство Европы с современной индустрией, высокомеханизированным коллективным сельскохозяйственным производством, мощной наукой, самобытной культурой? А такой вопрос невольно напрашивается, когда на общество обрушиваются мутные потоки антикоммунистической и антисоциалистической пропаганды. Только вот незадача: исходит все это от тех, кто довел страну до развала и до сих пор не смог вывести экономику Украины даже на уровень начала 90-х годов минувшего века.

Охаивание советского пошлого, принижение подвига героев Великой Отечественной войны происходит под лицемерные призывы к «примирению» между ветеранами Советской армии и вояками ОУН — УПА. Лицемерные потому, что речь идет на самом деле не о примирении, а о пересмотре итогов Великой Отечественной войны, фактически — о капитуляции победителей над фашизмом перед бандеровцами — теми, кто действовал, по их же словам, «в тесном союзе с Великой Германией Адольфа Гитлера». Как справедливо заметил директор Института философии Национальной академии наук Украины профессор Мирослав Попович, Организация украинских националистов, которую возглавлял Бандера, «была партией, которая сама себя считала фашистской и составляла единый блок политических сил с фашистскими партиями. И непонимание этого… для национальной культуры очень неприятно» (газета «Бульвар Гордона», № 26/166, июль 2008 года).

Национал-шовинистические подходы находят все большее проявление во внутренней политике «помаранчевых» властей. Речь идет прежде всего о дискриминации неукраинского населения, методичном вытеснении русского языка («языка оккупантов») из общественного обихода, средств массовой информации, кинематографа, общения с представителями властных структур, об ограничении мизерным количеством учебных часов, которые выделяются в школах для изучения русской литературы как «иностранной», о планах выведения из подчинения Московскому патриархату Русской православной церкви. В основу официальной политики в этих вопросах положены требование Ющенко: «думати по-українському», многократно повторяемый им девиз: «Єдина нація — єдина мова — єдина церква». Чем отличаются постулаты «українського месії» от расистской, человеконенавистнической позиции бесноватого фюрера?

Недавно на страницах одной из киевских газет обсуждался вопрос: «Как сделать Крым украинским?». Организаторы дискуссии, судя по опубликованным материалам, озабочены прежде всего тем, что большинство населения полуострова разговаривает на русском языке (крымско-татарская часть населения с их родным языком газету не беспокоит). Один из авторитетных участников дискуссии обоснованно заметил, что в Крыму «среда вся русскоязычная» и что «с этим надо считаться». Но если это так — а реальность такова, — то какие есть основания добиваться, чтобы весь Крым «заговорил по-украински»? Одно дело — изучать государственный язык, всячески содействовать этому, создавать для этого условия. И другое — устраивать истерику вокруг украинского языка — агрессивно настаивать на том, чтобы все заговорили на нем, или упрекать людей, в том числе и государственных служащих (как это демонстративно делает Ющенко), за то, что они пользуются русским языком. Помимо прочего, такая позиция лишь затрудняет утверждение государственного статуса украинского языка, и, к тому же, она неконституционна. Уместно напомнить, что в статье 10-й Основного закона страны, где речь идет о гарантиях свободного развития, использования и защиты языков, русский язык выделен особо.

Стоит задуматься и над таким обстоятельством. В Донбассе, в южных и некоторых других регионах среда была (так сложилось исторически в многонациональной Украине) и останется русскоязычной. И как бы ни изучался там украинский язык, выходцы из указанных регионов (а это десятки миллионов людей) будут владеть им хуже, чем в столице и других регионах Украины. Понятно, что при сохранении нынешних порядков возможностей для продолжения образования у них будет меньше. А это уже дискриминация, обусловленная национал-шовинистическим характером «помаранчевого» режима. Подготовленный в его недрах проект Концепции государственной языковой политики полностью это подтверждает.

Нельзя не отметить в связи с этим, что националистические силы в правительственных структурах, парламенте Украины на протяжении десяти лет не допускали ратификации Европейской хартии региональных языков и языков национальных меньшинств. А когда под давлением Парламентской ассамблеи Совета Европы Хартия была наконец ратифицирована, делают все, чтобы ее положения не реализовались. И это им удается.

Под такую политику «національно свідомими» подводится «теоретическая база». Академик Н. Жулинский, бывший одно время вице-премьер-министром по гуманитарным вопросам, выступая на общем собрании Национальной академии наук Украины, заявил: «Уже сейчас наблюдаем, как активизировались процессы суверенизации стран, втянутых в сети глобализации, как выразительно проявляются национальные чувства у современной молодежи, в частности такое явление, как этномагнетизм — стремление жить в этнически однородных регионах» (подчеркнуто мною. — Г. К.; см. «Урядовий кур’єр», 13 мая 2006 г.). В общем, «Украина только для украинцев». Но человечество уже испытало трагические последствия подобной расистской практики.

«Помаранчевый» режим все больше демонстрирует свой репрессивный характер, а его лидеры — стремление к сосредоточению в своих руках неограниченных властных полномочий, бесцеремонное обращение с Конституцией, законами страны. Десятки тысяч руководителей предприятий, учреждений, учителей, медицинских и других работников были лишены с грубыми нарушениями закона занимаемых должностей только за то, что… «не так голосовали» на выборах 2004 года. О конкретных шагах президента, направленных на то, чтобы прибрать к рукам, нарушая Конституцию, всю силовую сферу, о незаконном прекращении полномочий Верховной Рады в 2007 году, других системных нарушениях Основного закона хорошо известно — о них много говорилось в парламенте, средствах массовой информации. Аналитики и журналисты не без оснований связывают акценты в последних выступлениях В. Ющенко (в частности, в связи с годовщиной Конституции Украины) на «утверждение порядка и сильной власти» с его диктаторскими устремлениями.

К слову, то, что в Украине длительное время нет стабильности, неэффективно работает парламент, в котором ни правящая коалиция, ни оппозиция фактически не имеют большинства, угрожающие масштабы приобрели организованная преступность, коррупция во всех сферах государственного организма, вызывает у многих людей тоску по «сильной власти», объективно играет на руку тем, кто хотел бы установить в Украине жесткую диктатуру. К слову, так происходило во всех странах, где утверждались фашистские режимы.

Для авторитарных режимов, особенно неустойчивых, не пользующихся поддержкой большинства народа своих стран, характерно создание образа «внешнего врага», якобы угрожающего независимости государства. Роль такого «врага» украинскими властями отведена России. В стране нагнетается русофобия. В совместной многовековой истории народов Украины и России вы-испиваются и всячески выпячиваются так называемые «проблемные» страницы — события, акцентирование внимания на которых может лишь способствовать все большему отчуждению от России, углублению пропасти между нашими странами и братскими славянскими народами. Причем дело не ограничивается проникнутыми ненавистью к России, «москалям» материалами, ежедневно публикуемыми в газетах определенной ориентации, многочисленными передачами по телевидению и радио, мероприятиями, посвященными годовщинам «трагедии Крут», битвы под Конотопом, Полтавской битвы, обработкой в националистическом духе воинов Вооруженных сил. Все большее распространение получают практика подготовки молодых людей в так называемых «молодежных лагерях УПА», которые организуются в тех же местах, где в 1940-е годы находились лагеря подготовки бандеровских головорезов. В их программе — разучивание «антимоскальских» песен, просмотр фильмов о Шухевиче и других «героях» — фашистских пособниках, овладение мастерством рукопашного боя, разыгрывание сцен боев вояк УПА с «эн-каведистами» и т. п. Этими целями продиктовано и решение В. Ющенко создать военный лицей в «гетманской столице» — Батурине.

Ненависть ко всему российскому и советскому застилает глаза оголтелым национал-шовинистам — духовным и политическим наследникам гитлеровцев. Подтверждением тому может служить обращение Львовского областного совета к президенту В. Ющенко с призывом отменить празднование на государственном уровне Дня Победы — 9 мая, под тем предлогом, что к нему… «современная Украина не имеет отношения», а «война для украинцев не была Отечественной, поскольку они защищали не свою Родину, а воевали за Российскую империю…» В этом позорном документе утверждается, что «руководство СССР мобилизовало украинцев в имперскую армию и погнало на войну — до 1941 г. — на захват чужих стран и расширение границ империи, а с 1941 г. — на защиту «заграбастанных» территорий от другого захватчика». Возникает вопрос: а как быть со Львовом, западными областями, воссоединенными в едином украинском государстве именно благодаря политике руководства СССР? Их что, надо вернуть Польше, Румынии и другим государствам как «заграбастанные» территории?

Вот уж поистине: если Бог хочет покарать, он лишает тебя разума! И хотя речь в данном случае явно идет об угрозе территориальной целостности Украины, единству нашего общества, это, судя по всему, не беспокоит гаранта соблюдения Конституции и государственного суверенитета страны. Для него важнее всего как можно больше раздуть антикоммунистический психоз, антисоветскую и антироссийскую истерию.

Что касается популистской демагогии, то в использовании ее для оболванивания своего народа «помаранчевые» лидеры не уступают подручным Геббельса. Если и есть какое-то отличие, то разве что в том, что наряду с безудержными, циничными спекуляциями на социальной проблематике в угоду Западу упор делается на модную сегодня псевдодемократическую риторику. И это в то время, когда в стране грубо нарушаются Конституция и законы, на каждом шагу попираются права и свободы граждан.

Из сказанного следует, что порядки, присущие фашистским режимам, националистическая идеология — сердцевина фашизма — в Украине насаждаются настойчиво и последовательно — вопреки воле подавляющего большинства нашего народа. И это представляет огромную опасность для нашей страны, для ее будущего.

Ill

Особенностью развития политического процесса в Украине является то, что в стране нет признанного, харизматического лидера, который смог бы объединить, консолидировать общество. Облик «мессии с руками, которые никогда не воровали», быстро померк, кредит доверия, порожденный Майданом, был исчерпан. Всеми своими действиями, особенно реабилитацией фашистских пособников, насаждением национал-шовинистической идеологии он только углубляет раскол в обществе.

Нет единства в политических верхах. Борьба за лидерство между В. Ющенко и Ю. Тимошенко с их властными амбициями и устремлениями лихорадит страну. Сказывается и то, что в Украине нет мощных, влиятельных, с четкими идеологическими программами политических партий, на которые могли бы опираться претенденты на роль диктатора.

Но это не преуменьшает опасности фашизации режима при нынешнем состоянии украинского общества. Люди в массе доведены до такого состояния, когда они деморализованы, сбиты с толку циничной демагогией, их воля парализована (особенно на Востоке страны), что затрудняет борьбу с фашистской опасностью.

На серьезные размышления наводит то, что многие ветераны, проявлявшие беспримерный героизм в борьбе с фашизмом, не раз смотревшие смерти в глаза на фронтах Великой Отечественной войны и в борьбе с оуновским подпольем, сегодня спокойно воспринимают возведение в ранг героев фашистских пособников, оправдание их злодеяний.

Еще одной особенностью является то, что курс на фашизацию проводится при активном участии людей, которые являлись членами Компартии, даже занимали в ней высокие посты, в свое время сполна использовали преимущества, связанные с пребыванием в ее рядах, выдавали себя за интернационалистов, клялись в верности советскому строю. Среди них — нынешний глава государства, исполняющий обязанности главы СБУ, руководитель так называемого «института национальной памяти», другие воинствующие антикоммунисты, ныне специализирующиеся на обелении зверств фашистских прихвостней и очернении истории нашего народа.

Это также серьезный повод для размышлений. Предательство отдельных лиц может быть обусловлено различными мотивами. Но что касается агрессивного характера их поведения, то здесь невольно напрашивается аналогия. Известно, что самые активные антисемиты — обычно выкресты из иудеев. Что касается тех, кто предал вскормившую их партию, Советскую власть, то они, с одной стороны, стремятся выслужиться перед своими новыми хозяевами, с другой — найти какое-то оправдание своему предательскому поведению.

Развитие событий после декабря 2004 года дает основания точнее определить природу, характер, цели так называемой «помаранчевой революции». Никакой революцией она не была, так как целью организаторов и вдохновителей тех событий была не смена утвердившегося в стране после антисоциалистического переворота общественно-политического строя, а схватка криминально-олигархических кланов за доступ к рычагам власти, за возможность захватить лакомые куски собственности, которые еще оставались в руках государства, за обладание средствами массовой информации. При этом было цинично использовано нараставшее в обществе и умело подогревавшееся недовольство граждан своим бедственным положением, нарушениями их прав и свобод, участие в акциях протеста левых партий, за которыми шли большие массы народа. Более наглой, лучше организованной, нахрапистой группировке удалось совершить переворот, дорваться до власти. При этом она не считалась ни с Конституцией, ни с законами страны. Впрочем, так совершались перевороты фашистами и в других государствах, где им удавалось прийти к власти. Были навязаны неправовые политические решения Верховной Раде. Верховный суд под давлением, вопреки избирательному закону, разрешил проведение так называемого «третьего тура голосования», в результате которого В. Ющенко был объявлен избранным президентом.

Прошло не много времени, и участники тех драматических событий поняли, что лидеры «помаранчевых» — «мессия» В. Ющенко и его «любі друзі» — их подло обманули. Но дело было сделано — переворот совершен. Игра велась цинично, расчетливо, нагло.

Но все это — при всей трагичности ситуации — было скорее финалом тщательно разработанной операции, в ходе которой решалась задача — поставить во главе государства деятеля, который бы верой и правдой служил Западу, сделал все, чтобы проложить на века пропасть между Украиной и Россией, втянул Украину в НАТО. И то, что этот деятель открыл дорогу к утверждению в нашей стране фашистских порядков, вполне устраивает «поборников прав и свобод» на Западе, которые закрывают глаза на нарушения Конституции, прав и свобод граждан, проявляют на каждом шагу двойные подходы, безучастно наблюдают за беззаконием и произволом в Украине, лицемерно оправдывая их тем, что это, мол, «издержки установления в стране демократии».

Преградить путь фашизму — не только историческая миссия и интернациональный долг патриотических, подлинно демократических сил в Украине. Задача консолидации усилий в противодействии фашистской угрозе стоит перед всеми прогрессивными силами в Европе и во всем мире. Создать мощный антифашистский, демократический фронт — настоятельная необходимость, веление времени.

Как расчищалась почва для «помаранчевого» переворота

Угроза фашизации в нашей стране обусловлена опасным развитием политической ситуации, резонансными событиями, которые почти десять лет потрясали и продолжают потрясать нашу страну.

Обращение к этой проблематике представляется уместным и, если хотите, необходимым потрму, что и в Украине, и в России есть компрадорские силы, активно поддерживаемые из-за рубежа, которые ставят целью экспортировать опыт так называемых «цветных» революций («розовой» — в Грузии, «помаранчевой» («оранжевой») — в Украине, «тюльпановой» — в Киргизии) в другие постсоветские государства с тем, чтобы столкнуть их или закрепить (в зависимости от конкретной ситуации) на прозападных, проамериканских позициях.

I

Внешне события в Украине, названные «помаранчевой революцией», выглядели как спонтанное выступление возмущенных масс против «преступного кучмовского режима», в защиту «общепризнанных прав и свобод человека и гражданина», прежде всего свободы слова, свободы печати, за очищение властных структур от коррупционеров, за отделение бизнеса от власти. И в этом на какое-то время удалось убедить зарубежную общественность, что вызвало на Западе настоящую эйфорию, которая, впрочем, продолжалась сравнительно недолго.

На самом же деле в Украине реализовался тщательно разработанный в зарубежных разведцентрах проект, в который вложены огромные средства и для реализации которого были приложены колоссальные организационные и пропагандистские усилия. И хотя в сущности это был «сэконд-хэнд» — сценарий, уже опробованный ранее в Югославии, Грузии, некоторых других странах, он не стал от этого менее опасным.

Понять истинную природу того, что произошло в Украине, можно, только рассматривая развернувшиеся здесь события в контексте противостояния ведущих субъектов политических процессов на мировой арене — России, с одной стороны, США, Запада вообще — с другой, в связи с развитием общей геополитической обстановки.

Ход событий в мире в конце XX — начале XXI века показал, что поражение социализма в СССР, реставрация капитализма в бывших советских республиках, странах Восточной Европы, развал великого союзного государства, роспуск Организации Варшавского договора не устранили межимпериалистических противоречий. Могущественная, влиятельная, восстанавливающая статус великой державы Россия, какой бы социальный строй в ней ни утвердился, остается для Запада, прежде всего для Соединенных Штатов Америки, едва ли не самой большой головной болью.

Пока Россия была слабой, пока сохранялась угроза развала ее на удельные княжества, лидерам которых позволялось «брать суверенитета столько, сколько они могли его проглотить», западные партнеры относились к ней как к младшему партнеру, снисходительно похлопывая по плечу экстравагантного российского президента. Он был «другом Била», «другом Гельмута», других западных лидеров. Его всячески превозносили как «демократа», восхваляли как могильщика коммунизма.

Но как только Россия начала выходить из состояния хаоса, когда стала крепнуть ее экономика, нарастать оборонная мощь, стабилизироваться ситуация в обществе, когда усилилась роль России в мировых делах как «самостоятельного центра силы, обладающего реальными возможностями для эффективной проекции своей мягкой силы как минимум на постсоветском пространстве»[1], с чем США не могли примириться, — отношение к ней изменилось, американско-российские отношения начали переходить в фазу прогрессирующего обострения.

В Соединенных Штатах всерьез заговорили о «конце эпохи декларируемого до последнего времени стратегического партнерства» с Россией и даже о возможности «начала новой гонки ядерных вооружений». Пожалуй, правы те политики и аналитики, которые отмечают, что речь идет «не просто о стагнации в отношениях между двумя странами — началась их деградация», возвращение к отношениям, характерным для времен «холодной войны».

Для нашей страны это имеет особое значением силу геостратегического положения Украина оказалась, так сказать, в «прифронтовой полосе» — в опасной зоне конфронтации между основными геополитическими конкурентами. Россия — по вполне понятным причинам — рассматривает Украину как сферу своих стратегических интересов, а Соединенные Штаты Америки — «важным элементом», «центральным вопросом своей национальной безопасности».

Американцы стали обхаживать Украину с первых дней после провозглашения ее независимости, стремясь сделать ее проводником своих планов, направленных на недопущение интеграционных процессов на постсоветском пространстве. Делается это открыто, я бы даже сказал — с вызывающей циничностью.

Когда в июне 1996 года в Украине была принята Конституция, США сразу же откликнулись на это событие так называемой «Согласованной резолюцией № 120» обеих палат Конгресса под выразительным названием — «В поддержку независимости Украины». В документе четко, без обиняков, указано, точнее — предписано, что надлежит делать президенту, парламенту, правительству «незалежної» Украины в области внутренней и внешней политики. Среди 15 конкретных пунктов резолюции есть, в частности, такие:

«(5) Правительству Украины необходимо сделать своим приоритетом демонтаж еще остающихся социалистических секторов своей экономики, особенно путем приватизации средних и крупных предприятий, приватизации совхозов и колхозов, создания благоприятных условий для конкурентного энергетического сектора, основанного на рыночных механизмах.

(6) Правительству Украины следует осуществить необходимые институциональные и правовые реформы в целях создания стабильного режима, поощрения основанной на рыночных началах конкуренции, защиты права частной собственности, а также осуществить другие изменения, которые приводят к созданию позитивного климата для иностранных инвестиций…

(7) Правительству Украины необходимо продолжить действия в защиту своего суверенитета и суверенитета других независимых государств бывшего Советского Союза путем противодействия появлению какой-либо политической или военной организации, которая могла бы содействовать реинтеграции государств бывшего Советского Союза (подчеркнуто мною. — Г. К.)».

От этих требований американцы никогда не отступали, их давление на Украину не прекращалось, независимо от того, кто был ее президентом.

При Л. Кравчуке Украина под давлением США и России лишилась своего ядерного потенциала (третьего по мощности в мире). При нем были установлены первые контакты, а вскоре и партнерские отношения с НАТО, начался отход от дружественных отношений с Россией. Бывший министр иностранных дел Украины А. Зленко говорил по этому поводу, что Украина, которая «тогда воспринималась как непредсказуемый «монстр с ядерной дубинкой, который стоит на слабых куриных ножках», не выдержала бы международного давления и изоляции»[2]. Да ее тогдашние украинские лидеры, по сути, и не сопротивлялись…

Пришедший в 1994 году на смену Л. Кравчуку Л. Кучма проводил политику так называемой «многовекторности», лавируя между США и Россией. При нем отношениям с НАТО не только был придан характер «стратегического партнерства», но и объявлено конечной целью евроатлантической интеграции полноправное членство Украины в альянсе.

Сделано это было с нарушением украинской Конституции — путем принятия решения Совета национальной безопасности и обороны Украины, введенного в действие указом президента. Между тем определение основ внешней и внутренней политики государства (а вступление в НАТО относится именно к таким вопросам) является, согласно Конституции, исключительной компетенцией Верховной Рады.

К тому же, тогда еще сохраняла силу утвержденная парламентом в 1993 году Военная доктрина Украины, в которой было закреплено провозглашенное в Декларации о государственном суверенитете Украины, принятой в июне 1990 года, намерение Украины стать постоянно нейтральным государством, не входящим ни в какие военные блоки.

Осуществляя Декларацию, Верховная Рада Актом от 24 августа 1991 года провозгласила независимость Украины. Этот документ был одобрен на Всеукраинском референдуме 1 декабря 1991 года. Руководствуясь указанным Актом, одобренным всенародным голосованием, Верховная Рада приняла Конституцию Украины.

То есть воля подавляющего большинства народа Украины в этом судьбоносном вопросе, выраженная на референдуме, фактически закреплена в Основном законе страны. Но украинские власти ее игнорируют.

При Л. Кучме Украина — вопреки воле ее народа — была втянута в американо-британскую авантюру в Ираке, направила туда своих военнослужащих. Верховной Раде было навязано принятие Закона о ратификации так называемого «Меморандума о взаимопонимании» между правительством Украины и верховными главнокомандованиями НАТО «относительно обеспечения поддержки операций НАТО», в соответствии с которым Украина обязалась допускать на свою территорию неограниченное количество войск, боевой техники альянса для участия в натовских операциях. При непосредственном участии натовских «советников» был проведен так называемый «Оборонний огляд» — смотр Вооруженных сил Украины, осуществляется военная реформа, украинская армия адаптируется к стандартам НАТО. Сейчас с их участием организован «смотр сектора безопасности».

Но это американцев не удовлетворяло. У них вызывало озабоченность, их раздражало то, что Л. Кучма время от времени делал дружественные жесты в адрес России. Когда на Пражском саммите НАТО (ноябрь 2002 года) его унизили: при написании фамилий перешли на французский язык только ради того, чтобы Л. Кучма не сидел рядом за столом с американским президентом, он своим Указом исключил из Военной доктрины положение о том, что конечной целью курса на евроатлантическую интеграцию является вступление Украины в НАТО. К слову, В. Ющенко, став президентом, одним из первых своих указов восстановил это положение в Военной доктрине.

Такая логика событий привела к тому, что устранение Л. Кучмы с поста Президента Украины, замена его «более надежным», откровенно прозападным, антироссийски настроенным деятелем стало для американской администрации неотложной задачей, idee-fixe.

В этом — смысл драматических событий, целью которых было закрепить Украину на проамериканских, пронатовских позициях, придать ее политике, уже к тому времени объективно направленной на углубление пропасти между нашей страной и Россией, необратимый характер. Все остальное, что называется, «от лукавого».

II

Зарубежные вдохновители, их праволиберальная, национал-шовинистская креатура внутри страны весьма эффективно использовали для достижения этой цели сложившуюся в Украине ситуацию — затянувшийся глубокий, всеохватывающий кризис, недовольство огромных масс своим нищенским состоянием, нарушениями конституционных прав и свобод, углублением пропасти между кучкой богатеев и основной массой обездоленного народа, беспрецедентной коррумпированностью властных структур, бездарностью власти.

Падение в украинской экономике продолжалось дольше, чем в большинстве бывших союзных реснублик, — до 1999 года. В сравнении с советским периодом валовой внутренний продукт уменьшился на 59,2 %, производство промышленной продукции — на 48,9 %, продукции сельского хозяйства — на 51,5 %, размер средней заработной платы — в 3,8 раза, пенсии — в 4 раза.

По данным Европейского банка реконструкции и развития, Украина по объему ВВП к 2005 году достигла лишь 57 % от уровня 1989 года. Хуже были показатели только в Молдове — 44 %, Грузии — 45 %, Сербии — 56 %. В то же время в Российской Федерации объем ВВП составлял 82 % от уровня 1989 года, в Казахстане — 103 %, в Республике Беларусь — 111 %, по всем 27 постсоциалистическим государствам СНГ, Восточной и Центральной Европы — 91 %.

В рейтингах глобального индекса конкурентоспособности (GCI) Мирового экономического форума Украине отведено 78-е место — среди наиболее нестабильных, бедных, коррумпированных государств с теневой экономикой. По показателю коррумпированности наша страна находится в одном ряду с Зимбабве, Суданом, Боливией, Гондурасом, подоле населения, отброшенного за черту выживания, — рядом с Молдовой и Таджикистаном, Замбией и Чадом, Гаити и Либерией. Президент В. Ющенко отмечал, что и сейчас уровень бедности в Украине охватывает примерно четвертую часть населения.

В Послании главы государства парламенту о внутреннем и внешнем положении Украины в 2005 году отмечалось: «Усиленное расслоение населения не отвечает требованиям приближения Украины к европейским стандартам уровня жизни населения. В Украине формируется распределение населения по доходам, характерное не для стран Европейского Союза, а для латиноамериканских стран, где основная часть населения концентрируется в группе с низкими доходами, а разрыв между богатыми и бедными постоянно возрастает. Бедность остается тяжелой экономической и социальной проблемой».

При Советской власти численность населения Украины превышала 52 млн человек. С тех пор она уменьшилась почти на 6 млн человек. И это в условиях, когда в стране не было ни войн, ни эпидемий, ни неурожаев.

К слову, в 30-х годах прошлого века демографический кризис, вызванный страшным голодом 1933 года, репрессиями, привел к уменьшению численности населения за 10 лет на 4,6 млн человек. При этом показатель сверхвысокой смертности составил 2,6 млн человек[3].

Цифры, вызывающие боль. Но это не 7,5 млн и тем более не 12 млн или даже 25 млн человек, которые сегодня называют те, кто кощунственно стремится нажить политический капитал на величайшей трагедии нашего народа.

Об этом приходится говорить и потому, что влиятельные силы в украинском политикуме и властных структурах, включая президента В. Ющенко, всячески добиваются признания трагедии 1933 года «голодомором» — актом геноцида советского режима против украинского народа. При этом откровенно дают понять, что это обстоятельство намерены использовать для предъявления претензий к Российской Федерации как правопреемнику Советского Союза.

Пренебрежение нуждами собственного народа, многочисленные нарушения элементарных прав и свобод граждан, разгул организованной преступности, наглое разграбление «прихвати — заторами» созданной трудом нескольких поколений советского народа собственности привели к тому, что большинство населения Украины возненавидело правящий режим, который ассоциировался с личностью Л. Кучмы. В обществе накопилась критическая масса протестного потенциала.

На таком фоне развертывались в 2000–2004 годах протестные акции под лозунгами «Повстань, Україно!», «Кучму — геть!», «За Україну без Кучми!».

Левым силам, прежде всего организациям Компартии, которые на первых порах были организаторами протестных выступлений и основными поставщиками их участников, не удалось возглавить их и направить в русло борьбы за смену общественно-политического строя. Слабостью и разобщенностью левых воспользовались праволиберальные и национал-экстремистские силы, сгруппировавшиеся вокруг проющенковской «Нашей Украины» и Блока Юлии Тимошенко.

Через многочисленные «фонды», «центры», другие так называемые «неправительственные структуры», созданные на деньги американских, немецких и других западных «спонсоров», они получали огромную финансовую, материально-техническую и другую помощь. Созданная в парламенте специальная депутатская комиссия собрала большой фактический материал, подтверждавший активное вмешательство Запада во внутренние дела «незалежної» Украины, о чем Комиссия дважды докладывала Верховной Раде. Но самоуверенная кучмов-ская власть, которая к тому времени сдавала одну позицию за другой, органы, призванные защищать безопасность Украины, не реагировали на противоправные действия.

Ill

Противостояние, переросшее в жестокую, бескомпромиссную схватку между властью и оппозицией, завершилось победой «оранжевых», технология подготовки и обеспечения которой заслуживает детального рассмотрения.

К слову, вскоре после этих событий появилась «Аналитическая записка», авторство которой приписывалось лидеру Народной партии Украины Ю. Костенко (он, правда, авторство отрицал, но как-то неубедительно). Содержание документа не оставляет сомнений в его подлинности. В нем, а также в других материалах, ставших достоянием общественности, довольно откровенно раскрывались технология и факторы, обеспечившие приход к власти В. Ющенко и сгруппировавшейся вокруг него «оранжевой» команды.

Прежде всего подтверждается, что так называемая «помаранчевая» революция готовилась, по меньшей мере, два года. Действия ее организаторов были в деталях обеспечены материально, финансово, информационно. Заранее были подготовлены палатки (перекочевали с армейских складов), заготовлено продовольствие, подготовлены места для питания десятков тысяч участников, решены вопросы, связанные с доставкой тысяч людей с мест в столицу, их размещением, изготовлено огромное количество «оранжевой» символики, курток, шарфиков и т. п. (События разворачивались в зимнее время). Сделать это за короткое время, что называется, на ходу, конечно же, было бы невозможно.

Дэнис Вульф в статье «Мастерская революции», опубликованной 30 мая 2005 года в английской газете «Гардиан», писал: «Подлинная история «оранжевой революции» гораздо интереснее сказки, в которую многие поверили. В ноябре 2004 года, когда «сотни тысяч людей наводнили улицы, призывая покончить с диктатурой и коррупцией, требуя правды и демократии», миру показалось, что он видит стихийный протест, который вылился в противостояние к постсоветской структуре власти в стране… В действительности события на площади были результатом кропотливого тайного планирования, которым ближайшее окружение Ющенко занималось не один год… По словам Романа Бессмертного, менеджера кампании Ющенко, целью, по существу, являлся мирный государственный переворот (подчеркнуто мною. — Г. К.).

Успех «оранжевой» революции вызвал демократическое опьянение, под влиянием которого разнообразные демонстрации во всем мире выдают за новую зарю свободы в украинских традициях. Но то, чего добилась команда Ющенко, требует большего, чем недовольство и надежды на перемены. Нужны были большие деньги (в данном случае Госдепартамент США, по его словам, потратил на Украину 67 млн долларов за последние два года)…

Помимо денег, демократическая революция оранжевой модели требует кропотливого планирования, превосходной организации и харизматического лидера. И, конечно, она должна быть обращена к людям, готовым ее поддержать».

Все это у организаторов «помаранчевого» переворота было, что позволило, по их же словам, «провести революцию умело, организованно и мирными средствами». Их тактика поучительна.

Организаторы переворота исходили из того, что революции (как и контрреволюции), как правило, совершаются, по крайней мере, их успех решается, в столицах. Поэтому основные действия разворачивались в Киеве, который был избран главной сценой «революционной мистерии». Сюда свозились десятки тысяч участников со всех концов Украины. В то же время опорой «нашистов» были все уровни и все ветви власти в западных и ряде центральных областей, которые сполна использовали для обеспечения победы Ющенко так называемый «административный ресурс».

Направлением главного удара была определена компрометация президента Л. Кучмы, его ближайшего окружения, изоляция высшего политического руководства страны. В этих целях были использованы ситуация, связанная с убийством журналиста Г. Гонгадзе (которое до сих пор так и не раскрыто до конца), так называемые «пленки Мельниченко» — магнитофонные записи, якобы тайно сделанные майором из государственной охраны в кабинете президента. Содержащийся на этих пленках (подлинность их официально не признана) компромат порциями пускался в оборот, подогревая ситуацию.

Особое внимание уделялось международно-правовой изоляции Л. Кучмы. В этом был смысл обвинений в передаче Ираку суперсовременных комплексов «Кольчуга», обвинений, которые были использованы американцами, как говорится, «по полной программе». Они даже не извинились, когда беспочвенность обвинений стала очевидной для всех. Для распространения клеветнических утверждений о поставках «Кольчуг» Ираку американцы использовали бютовцев и других «оппозиционеров».

Для успеха разработанного проекта важно было подобрать лидера, которому бы поверили массы. На эту роль был назначен В. Ющенко — бывший премьер, которого в глазах народа представляли «незаслуженно обиженным» режимом. Наступательной пропагандой, сочетавшейся с мифотворчеством, удалось создать культ Ющенко — «спасителя нации», мудрого национального лидера, «мессии».

Населению, которое возненавидело коррумпированную власть, навязывалась мысль о том, что «эта власть добровольно не уйдет», что «ее надо свергнуть, а сделать это можно только под водительством В. Ющенко, который обречен на победу, но ее у него украдут, итоги выборов сфальсифицируют и объявят победителем ставленника власти, что только с приходом В. Ющенко на президентский пост в Украине воцарится «честная власть» с «чистыми руками»… Поэтому надо организовать в Киеве народное восстание, реализовать грузинский вариант, захватить власть». Все это падало на благодатную почву.

Массовая работа была нацелена на организацию многолюдных шествий, демонстраций, митингов, пикетов, других подобных мероприятий с участием все большего количества людей. При этом цинично использовалось участие в протестных акциях коммунистов, их сторонников, что придавало акциям массовость. Но из-за того, что инициатива, по сути, была отдана лидерам «Нашей Украины», Блока Ю. Тимошенко, в глазах общественности «революционерами» воспринимались именно они. Коммунистов, особо не церемонясь, а то и прибегая к силе, оттесняли на второй план. Как завоевание, обеспечившее победу, руховцами отмечалось то, что «БЮТ вошел с «Нашей Украиной» в коалицию, социалисты призвали свой электорат голосовать за Виктора Ющенко, а коммунисты объявили нейтралитет» (который объективно сработал на победу В. Ющенко).

«Нашистам» и бютовцам удалось поднять и привлечь на свою сторону большое количество молодежи, в особенности студенчества — наиболее мобильной силы, легко поддающейся организации (особенно если есть возможность заинтересовать ее материально, а у «оппозиции» такие возможности были).

Организаторам переворота удалось овладеть информационным полем Украины и зарубежья, стать в нем доминирующей силой. Огромную роль в обеспечении победы В. Ющенко сыграли 5-й канал телевидения, радиоканал «Эра», выпускавшиеся неограниченными тиражами газеты «Без цензуры», «Так, Ющенко!», тимо-шенковские «Вечерние вести», подконтрольная социалистам самая тиражная в Украине газета «Сільські вісті», а также переход на сторону «нашистов» после второго тура президентских выборов подавляющего большинства телеканалов, радиопрограмм, печатных органов.

Сторонники В. Ющенко сумели создать благоприятное для них мнение в различных европейских и других структурах, заручиться поддержкой правительств США, европейских держав и западных СМИ, которые вместе с оппозицией, по сути, открыто работали на изоляцию украинских органов власти, делали пропаганду за В. Януковича как кандидата в президенты неэффективной, дискредитировали и обесценивали все начинания правительства и провласт-ного претендента.

В ход были пущены беспардонная ложь, популистская демагогия. Всяческие инсинуации сменялись с огромной быстротой. И люди верили им, распространяя мифы о власти, о Януковиче, который становился объектом ненависти. Нередко ему приписывались действия, инициаторами и организаторами которых были сами «нашисты». И конечно же, на все лады обыгрывались известные моменты в биографии В. Януковича.

Действия оппозиции развертывались во время кампании по подготовке и проведению выборов Президента Украины. Она сопровождалась многочисленными нарушениями действующего законодательства. Невиданных масштабов достигали подкуп избирателей, фальсификации. Допускались они обеими сторонами, и трудно сказать, какой больше. Но «нашисты» и бютовцы вели себя более активно и агрессивно, им удалось канализировать обвинения в нарушениях в адрес провластного кандидата.

В стране была создана такая атмосфера, что многие решения принимались, в том числе парламентом, Верховным судом, под давлением улицы. Измышления (мифологемы) «нашистов» воспринимались даже Верховным судом как общеизвестные факты, не требующие доказательств. Когда же в Верховный суд после повторного голосования обратился В. Янукович, представленные его командой многочисленные свидетельства нарушений избирательного закона фактически без рассмотрения были отвергнуты тем же судом.

Оппозицией были отработаны различные варианты действий — в зависимости от того, как могла развиваться ситуация. Особое внимание уделялось созданию боевых ячеек — специально подготовленных групп людей (в основном, из числа хорошо оплаченной молодежи), готовых действовать смело, решительно и нагло.

Задолго до выборов были созданы организации — «Пора», «Я знаю», «За чистую Украину» (наиболее перспективной из них оказалась «Пора», созданная по типу таких же организаций, сыгравших огромную роль в известных событиях в Югославии и Грузии). Это были военизированные отряды. Их практически открыто готовили милицейские и военные специалисты. Но особенно плотно с ними работали иностранные «инструкторы», обучая умению противостоять и противодействовать милиции, отрядам «Беркута», использовать взрывчатку, холодное и огнестрельное оружие. Модель их действий была отработана почти за полтора года до массовых выступлений конца 2004 года.

Национал-шовинистские силы, рвавшиеся к власти, использовали также вялость, импотент-ность кучмовского режима, отсутствие единства в его верхушке. Л. Кучма, поддерживаемый главой его Администрации В. Медведчуком, надеялся на то, что ему удастся еще сохранить за собой президентский пост (благо, Конституционный суд Украины, вопреки закону, логике и здравому смыслу, принял решение, позволявшее Л. Кучме баллотироваться для избрания президентом на третий срок). Он колебался, долго не мог ни решиться на выдвижение своей кандидатуры, ни остановиться на какой-то другой. Что касается В. Януковича, то многие его сторонники, часть его близкого окружения еще до завершения выборов перебежали на сторону В. Ющенко.

Могла ли устоять власть, если на сторону тех, кто почти открыто готовил переворот, перешли даже некоторые руководители спецслужб, назначение которых — защищать конституционный порядок в стране? Уже после переворота «нашисты» откровенничали: «Мы открыто призывали к насильственному свержению власти. Прогнившая, вялая власть никаких мер, предусмотренных Конституцией и законами, по прекращению нашей деятельности не предпринимала».

В нарушение Конституции Украины был создан так называемый «Комитет национального согласия», перебравший на себя функции органов государственной власти, издававший декреты, а также были назначены «полевые командиры» (среди них — бывший социалист, нынешний министр внутренних дел Украины), которые готовили вооруженные акции.

Когда я, как председатель парламентского Комитета по вопросам национальной безопасности и обороны, обратился по этому поводу с депутатским запросом к руководству Службы безопасности Украины, то в ответ получил отписку издевательского содержания: поскольку, мол, со стороны оппозиционеров не было призывов к насильственному свержению власти, СБУ делать нечего.

Работники спецслужб в частных беседах подтверждают: были заготовлены различные варианты провокаций, которые в случае неблагоприятного для «нашистов» поворота событий могли бы привести к кровавым столкновениям, чем воспользовались бы организаторы переворота. В частности, в случае проигрыша В. Ющенко на выборах планировалось собрать в Киеве более миллиона его сторонников и в течение суток горячими речами, радикальными призывами и лозунгами «разогреть», спровоцировать толпу, подготовить ее к решительным действиям. На вторые сутки предусматривалось совершить диверсионный акт (взорвать в толпе на Майдане гранату). В диверсии была бы обвинена власть, которая будто бы начала силовые действия против мирной демонстрации. Это переполнило бы чашу возмущения митингующих, и они пошли бы на штурм зданий Администрации Президента, Верховной Рады, Кабинета министров, Мариинского дворца, захватом которых «революция» должна была бы завершиться. Было бы объявлено о «свержении преступной власти», и «оранжевая» оппозиция получила бы всю полноту власти в стране.

Узнав об этом, Л. Кучма не прибегнул к силовым методам, не допустил кровопролития — применять силу было уже поздно.

Важно также отметить, что среди так называемой оппозиции накопилась критическая масса «бывших» — спикеров, премьеров, вице-премьеров, министров, военных и дипломатических чинов, работников спецслужб, других «обиженных» чиновников, которые жаждали реванша и приняли активнейшее участие в подготовке и осуществлении переворота.

На развитие событий большое воздействие оказало то, что избирательная кампания в Украине стала объектом пристального внимания со стороны зарубежных государств, широкомасштабного вмешательства извне. Такого количества зарубежных наблюдателей за выборами не знала ни одна страна мира.

Официальные государственные деятели, западные дипломаты в своих многочисленных заявлениях выражали «озабоченность» тем, «чтобы выборы в Украине были честными, прозрачными и справедливыми», публично не высказывая предпочтения какому-либо из фигурантов избирательного процесса. Но в частных беседах (а чиновники рангом пониже и в печати) не скрывали того, что «честными и справедливыми» украинские выборы будут считаться «только в том случае, когда на них победит В. Ющенко».

Выборы в Украине явились еще одним свидетельством того, как Запад, и прежде всего, правящие круги США, манипулируют безотбойными лозунгами «свободы», «демократии», «справедливых выборов», «прав человека», прибегая к двойным стандартам при оценке положения дел в тех или иных странах. У западных «ревнителей свободы», «верховенства права» не вызвало негативной реакции то, что решение Верховного суда Украины о проведении третьего тура голосования на выборах президента, принесшего победу В. Ющенко, не было основано на законе, а стало следствием так называемых политико-правовых подходов. Сегодня сомнения в законности принятых тогда решений высказывает и бывший Председатель Верховной Рады Украины В. Литвин.

Не оставалась безучастной и российская сторона. Но это было скорее поведение «слона в посудной лавке». Многочисленные московские имиджмейкеры своими бездарными советами большей частью работали во вред Януковичу, на руку «оранжевым». «Подставили» и российского президента с его приездами в Украину, не совсем взвешенными высказываниями по поводу выборов, поспешными поздравлениями В. Януковича.

Все это в итоге и предопределило победу В. Ющенко, приход к власти его неоднородной, но агрессивной команды, дорвавшейся к рычагам власти, до государственной кормушки.

В схватке победили силы, представлявшие интересы другой, однотипной по социально-классовой природе с находившейся при власти группы компрадорской, кланово-олигархической буржуазии. Поэтому называть то, что произошло в Украине, революцией нет никаких оснований. Это был верхушечный переворот в рамках одного и того же общественно-политического строя, совершенный в целях завоевания власти, передела собственности, захвата средств массовой информации. То обстоятельство, что переворот поддержали довольно широкие слои народа, сбитые с толку демагогией, популистскими лозунгами, сути дела не меняет.

Важно отметить и то, что во время третьего тура президентских выборов даже в обстановке невиданного националистического шабаша около 13 млн избирателей отдали свои голоса за В. Януковича. Тем самым они выразили протест против прихода к власти ставленника самых реакционных сил в Украине и их западных покровителей.

IV

Понятно, что такое развитие не привело и не могло привести к стабилизации в обществе. Надежды миллионов соотечественников на перемены к лучшему в связи с приходом В. Ющенко на высший государственный пост в стране не оправдались.

Его обещания утвердить «честную власть», «отделить бизнес от власти» оказались лживыми. Шумно объявленная кампания борьбы с коррупцией практических результатов не дала и по существу превратилась в преследование политических противников В. Ющенко. Массовая замена неугодных новому режиму кадров нанесла серьезный удар по профессионализму в управленческой деятельности на всех уровнях и во всех сферах. Волюнтаристские решения и популистские действия правительства, которое после избрания президентом В. Ющенко возглавила Ю. Тимошенко, отсутствие у него реалистической программы действий на перспективу вызывали один за другим острые кризисы (бензиновый, сахарный, мясной, хлебный), дезорганизовали работу экономики, отпугнули иностранных инвесторов, спровоцировали скачок цен, рост инфляции, привели к резкому (почти в пять раз) падению темпов роста валового внутреннего продукта, негативно сказались на жизненном уровне значительных слоев населения.

К тому же правящую верхушку, сложившуюся из разнородных, с различными интересами, представителей криминально-олигархических группировок, агрессивных национал-экстремистских слоев и сплотившуюся на общем стремлении во что бы то ни стало дорваться до власти, буквально с первых дней стали раздирать внутренние распри, борьба за влияние на президента, за престижные, «хлебные» посты во властных структурах, взаимные обвинения в подсиживании, коррупции и других «грехах».

Президент В. Ющенко вынужден был отправить в отставку Кабинет министров Ю. Тимошенко, который за несколько дней до того называл «лучшим правительством в Европе».

В широких кругах украинского общества все это с полным основанием было расценено как банкротство ющенковского режима. Впрочем, такое развитие событий объективные аналитики в стране и за рубежом предсказывали уже вскоре после декабрьских событий 2004 года. Так, в австрийской газете «Die Presse» еще 15 февраля 2005 года была опубликована статья Бурхарда Бишопа под выразительным заголовком «Оранжевая штукатурка начинает облетать раньше, чем ожидалось». В ней были подмечены практически все негативные процессы, которые в дальнейшем получили развитие.

Тем не менее нужно признать: главная задача, которая ставилась теми, кто продвигал В. Ющенко на президентский пост, решалась и решается, причем решается успешно. В чем преуспела «оранжевая» власть, так это в навязывании Украине прозападного, проамериканского курса, форсировании втягивания ее в НАТО, разжигании антироссийских страстей, насаждении националистической, родственной фашистской идеологии.

Претензии ющенковского режима на региональное лидерство сопровождались и сопровождаются попытками экспортировать «оранжевую революцию» в другие страны (прежде всего в Белоруссию, Азербайджан, государства Центральной Азии, а также на Кубу), недружественными выпадами в адрес руководителей Белоруссии, Кубы, сколачиванием — на антироссий-ской основе — различного рода объединений (ГУАМ, так называемое «Содружество демократий Балто-Черноморско-Каспийского региона — Сообщество демократического выбора»). В сущности реализуется план создания нового санитарного кордона вокруг России. В то же время Содружество Независимых Государств объявляется «структурой, не имеющей перспективы». Фактически торпедируется формирование Единого экономического пространства.

Уже первый год пребывания В. Ющенко на посту президента ознаменовался резким ухудшением украино-российских отношений, нагнетанием русофобии в средствах массовой информации. Для этого использовался любой повод.

Подыгрывали этому — по недомыслию или сознательно — и некоторые российские деятели, в частности те, кто спровоцировал конфликт вокруг острова Тузла, организовал высадку десанта с кораблей Черноморского флота Российской Федерации в районе Феодосии.

Обострение ситуации, возникшей в связи с вопросом о цене на поставляемый из России природный газ, нагнетание страстей вокруг пребывания российского Черноморского флота на территории Украины, станций слежения в Крыму и в районе Мукачево положили начало новому этапу в ухудшении отношений между нашими странами.

«Комиссия Ющенко — Путин», созданная якобы для того, чтобы поднять на качественно новую ступень отношения стратегического сотрудничества Украины и России, лишь через полтора с лишним года провела свое первое заседание.

Не стало ли создание Комиссии столь высокого уровня ширмой для прикрытия истинных намерений — под шумок разговоров о «вечном стратегическом партнерстве» (это слова В. Ющенко) — на века оторвать Украину от России, других бывших союзных республик?

Все это полностью согласуется с планами правящих кругов Соединенных Штатов Америки — ослабить влияние России на постсоветском пространстве, в целом в Европе, изолировать ее ввиду неизбежного противоборства США с Китайской Народной Республикой, что, как уже очевидно, будет определять основное содержание политических процессов на международной арене в XXI веке.

Исход президентских выборов привел к активизации агрессивных национал-экстремистских сил, которые все больше наглеют. Усилились попытки реабилитировать фашистских прихвостней-головорезов из банд ОУН — УПА. Под предлогом создания Единой поместной украинской церкви оказывается давление на православную церковь (Московского патриархата). Усиливается агрессия католицизма на Восток, свидетельством чему явилось перемещение штаб-квартиры униатов в Киев, строительство униатской (греко-католической) церкви на левом берегу Днепра, куда униаты никогда еще не добирались. В нарушение Конституции Украины фактически ведется линия на вытеснение русского языка, который объявляется «языком оккупантов», на принудительную укранизацию. Встречаются в штыки любые попытки предоставить статус второго государственного, или официального, русскому языку, который считается родным для более половины населения Украины, или они им постоянно пользуются. Фактически заблокирована реализация Европейской хартии региональных языков, или языков меньшинств. Подготовлен проект «Концепции государственной языковой политики» — расистский по своему содержанию документ.

Становится все более очевидным, какой трагедией для Украины, для нашего народа явилось то, что прогрессивные силы не смогли предотвратить приход к власти национал-шовинистских, прозападных, русофобских сил.

Разочарование подавляющего большинства граждан Украины в «помаранчевой» власти, которая потерпела очевидное банкротство, резкое снижение доверия к президенту В. Ющенко, падение его рейтинга и углубление раскола в обществе, который проходит по самым острым вопросам нашего бытия — об отношениях с Россией, формировании Единого экономического пространства и членстве в НАТО, о статусе русского языка и межконфессиональных отношениях, — это, пожалуй, главные итоги периода после президентских выборов 2004 года.

V

Все это не могло не сказаться на результатах парламентских выборов, которые состоялись в марте 2006 года. На них «партия власти» — «Народный Союз “Наша Украина”», в который вошли 6 политических партий, — потерпела поражение: за нее отдали свои голоса всего 13,94 % избирателей. На первое место вышла Партия регионов, на второе — Блок Ю. Тимошенко. За них проголосовали — соответственно — 32,14 % и 23,27 % избирателей.

После провала попыток «оранжевых» («Нашей Украины», БЮТ и примкнувшей к ним Соцпартии, получившей поддержку 5,6 % избирателей) сформировать коалицию депутатских фракций и перехода социалистов на сторону Партии регионов и коммунистов (последних поддержали 3,66 % избирателей) была сформирована Антикризисная коалиция, фактически оппозиционная к президенту. После длительных размышлений В. Ющенко, не рискнув распустить Верховную Раду (к чему его толкали «оранжевые», хотя правовых оснований для этого не было), вынужден был представить Верховной Раде предложенную коалицией кандидатуру лидера регионалов В. Януковича на пост премьер-министра.

В соответствии с изменениями, внесенными в Конституцию, правительство Украины состоит из двух частей: кандидатуры на пост вицепремьер-министров и министров по предложению коалиции представляет премьер-министр, кроме министров иностранных дел и обороны, которые назначаются по предложению президента. Конструкция явно нелогичная, можно даже сказать — противоестественная. Но так решил законодатель. Кроме того, по соглашению с членами коалиции на должности министров внутренних дел, юстиции, здравоохранения, молодежи и спорта также были назначены лица, представленные президентом.

Это привело к тому, что в правительстве образовалась «пятая колонна», «раковая опухоль», в лице пропрезидентской части его членов, большинство из которых (особенно министры обороны, иностранных и внутренних дел, юстиции, молодежи и спорта) находились, по сути, в оппозиции к позиции, которую занимали премьер-министр и возглавляемое им правительство.

В связи с тем, что премьер-министр и президент принадлежали к разным политическим силам и по ряду важных вопросов государственной политики (прежде всего в отношении направленности внешнеполитического курса) занимали различные позиции, правительству, которому «оранжевые» оставили очень тяжелое наследство в экономике и в социальной сфере, в такой обстановке действовать было непросто.

К тому же обновление состава Конституционного суда Украины привело к тому, что большинство судей в нем являются сторонниками президента. Председателем Верховного суда Украины стал бывший бютовец. В результате судебная ветвь власти — одна из самых коррумпированных систем в стране — оказалась фактически противостоящей парламентской коалиции и сформированному ею правительству.

Сказывается и то, что во фракции Партии регионов особенно велика прослойка представителей бизнесовых кланов, интересы части которых находятся в России, части — на Западе. Дальнейшее развитие событий лишний раз подтвердило справедливость ленинских слов о том, что «буржуазия предаст родину и пойдет на все преступления, лишь бы отстоять свою власть над народом и свои доходы»[4].

Коалиционное правительство пришло к власти, когда нужно было не только разгребать завалы, оставленные «оранжевыми», но и принимать непопулярные решения, связанные, в частности, с упорядочением платы, за жилье, тарифов на коммунальные услуги, электроэнергию, природный газ и другие, отбиваться от нападок оппозиции. Решения вынужденные, принятие их нельзя было оттягивать, но это наносило удары по авторитету правительства и сформировавшей его коалиции.

Оппозиционные силы вели дело к тому, чтобы развалить Антикризисную коалицию, создать основания для досрочного прекращения полномочий Верховной Рады и проведе-ния парламентских выборов, рассчитывая на победу, на реванш, который приведет к страшным последствиям[5].

VI

Многое в развитии ситуации в нашей стране зависит от того, как сложатся отношения между Украиной и Россией.

Первый этап, когда многие в России считали, что «никуда Украина не денется», — позади. В эти годы Запад, особенно американцы, активно внедрялись в украинское общество — они создали развернутую сеть так называемых «неправительственных организаций», проводят огромное количество круглых столов, симпозиумов, семинаров, других мероприятий, собирают и вербуют сторонников и через них влияют на настроения в обществе. В последнее время особенно активизировались их усилия по пропаганде «преимуществ» членства Украины в НАТО.

К сожалению, россияне в этом отношении длительное время проявляли беззаботность, не уделяя должного внимания соотечественникам и деятельности ориентированных на Россию общественных организаций. Системы в этой работе и сегодня не чувствуется.

На нынешнем, новом этапе отношения между нашими странами переводятся на прагматическую основу. При этом позиция россиян видится так: «Россия — самодостаточная страна. Хочет Украина в ЕС, в НАТО — пусть идет, без нее обойдемся. И хотя проблемы для России будут — они преодолимы».

Такую позицию можно понять, особенно если учесть, что одни украинские лидеры занимают откровенно антироссинекую, более того — русофобскую позицию, а в отношении других — трудно сказать, насколько им можно верить.

Но есть братские народы, которые веками жили в одной стране, вместе ее строили, защищали. Нас и сегодня объединяют общие интересы, живые связи в экономике, науке, духовной сфере, просто человеческие узы. И мы не имеем права все это утратить. Речь идет не о благотворительности, а о взаимовыгодных равноправных отношениях поистине стратегических партнеров.

Продолжительное время после развала Советского Союза в широких слоях нашего народа сохранялась вера в то, что великое союзное государство вскоре возродится. Сегодня все больше приходит понимание того, что этот процесс будет непростым и длительным, что предстоит пройти ряд этапов, прежде чем интеграционные процессы, которые сегодня идут сложно, приведут к какой-то форме союзнических отношений, отвечающих новым условиям.

Мы не питаем иллюзий, реально оцениваем ситуацию. Но от высокой цели — возродить на новой основе Союз братских народов — не отказываемся и не откажемся.

В заключение, зная, какие планы строит Запад в отношении России, извлекая уроки из событий последних лет и перефразируя известное выражение классика, хотел бы сказать: всякая власть, если она чего-нибудь стоит, должна уметь защищаться.

Дорого обошлось нашим народам забвение этой истины.

Чего ожидать стране от «помаранчевой» власти?

Важнейшим событием 2007 года, несомненно, стал реванш сил, которые правили Украиной после президентских выборов 2004 года — до развала «помаранчевой» коалиции в сентябре 2006 года. Этим завершился очередной (как показали последующие события, не последний) этап острого политического противостояния, ожесточенной борьбы за власть. По большому счету, речь идет о перевороте, хотя и совершенном в псевдолеги-тимном формате, в рамках одного и того же общественно-политического строя — буржуазного, реставрированного в Украине в начале 90-х годов прошлого столетия.

Особенностью победы «помаранчевых» явилось прежде всего то, что она была одержана в результате внеочередных парламентских выборов, проведенных на основании сомнительных с точки зрения конституционности, так и не получивших правовой оценки Конституционного суда, указов президента В. Ющенко о досрочном прекращении полномочий Верховной Рады Украины.

Выборы не дали убедительного преимущества в парламенте ни одной из противоборствующих политических сил. Сформированная парламентская коалиция в составе народных депутатов от пропрезидентского блока «Наша Украина — Народная самооборона» и Блока Ю. Тимошенко насчитывала всего 228 парламентариев — на два больше, чем минимально необходимо для принятия Верховной Радой законов (кроме тех, для принятия которых требуется квалифицированное конституционное большинство — не менее 300 депутатов). Если учесть, что в самой коалиции нет прочного единства, а для гарантированного принятия важнейших решений лидеры «помаранчевых» фракций вынуждены «поднимать» даже из реанимационных отделений депутатов, перенесших операции, и лично контролировать, как они голосуют, то рассчитывать на устойчивость такой коалиции не приходится.

Выборы не решили ни одной из острых проблем, раздирающих страну, не внесли успокоения в общество и не создали условий для этого.

Важным обстоятельством является и то, что впервые за последние годы в руках одной политической силы — «помаранчевых» — оказались все высшие государственные посты — президента, спикера, премьер-министра, председателя Центризбиркома, руководителей высших судебных органов. Как и после президентских выборов 2004 года, в стране началась массовая замена «не своих», фактическая «люстрация» кадров. Критерий для выдвижения был один — принадлежность или преданность «помаранчевим». Тогда, в 2005 году, «кадровым цунами», расстановкой на ключевых постах «любих друзів» на всех уровнях и во всех звеньях был нанесен серьезный удар по профессионализму. Первые кадровые решения новой власти свидетельствовали о том, что этого же можно ожидать и сейчас. К власти пришли силы, которые — в отличие от своих незадачливых предшественников — не останавливаются ни перед чем, лишь бы сохранить власть.

«Помаранчевые» умело воспользовались обстановкой, сложившейся в стране. Экономика после прихода к власти Антикризисной коалиции набрала позитивную динамику: наблюдались довольно высокие темпы роста валового внутреннего продукта, промышленного производства, денежных доходов населения. Но значение этих тенденций обесценивалось невиданной за последние семь лет инфляцией (16,6 % в 2007 году), стремительным ростом цен, прежде всего на продукты питания (на 24,7 %). В обществе нарастали разочарование и недовольство. В значительной мере это объяснялось также тем, что регионалы, возглавив правительство, практически ничего, или, скажем деликатнее, мало что, сделали для реализации предвыборных обязательств относительно корректировки внешнеполитического курса Украины, статуса русского языка, межконфессиональных отношений и др.

О своих обещаниях они вспомнили лишь на завершающем этапе избирательной кампании 2007 года, которую, к тому же, провели пассивно и невнятно, если не сказать — бездарно. Дорого обошлись регионалам их самонадеянность и самоуверенность, игнорирование советов и предостережений партнеров по коалиции — коммунистов.

«Помаранчевые» сумели направить возмущение масс беспрецедентной коррупцией, поразившей все сферы общественного организма, включая высшие управленческие структуры, правоохранительные органы, в том числе судебную систему, против правящей коалиции и Верховной Рады. Парламент был дискредитирован.

Некоторые действия лидеров «коалициантов» были просто необъяснимы. Непонятно, почему так и не была представлена парламенту программа деятельности правительства, чего требуют Конституция и Закон о Кабинете министров. Воспользовавшись массовым выходом из «по-маранчевых» фракций депутатов, недовольных утвердившимся в них режимом диктата, регионалы и социалисты стали принимать их в свои фракции. Все более реальной становилась возможность того, что численность Коалиции национального единства (так стала называться Антикризисная коалиция) превысит 300 депутатов. Потеряв голову, лидеры регионалов и социалистов стали пугать президента В. Ющенко тем, что изменят Конституцию и еще больше ограничат его полномочия. Был принят Закон о Кабинете министров, отдельные положения которого явно не соответствовали Конституции. Тем не менее вето президента было отклонено, причем за такое решение голосовали и бютовцы. В. Ющенко использовал это как предлог для обвинений коалиции в «государственном перевороте», «политической коррупции», «угрозе демократическому строю» и как основание для досрочного прекращения полномочий Верховной Рады, хотя это явно противоречило Конституции.

Настоящим подарком президенту В. Ющенко явилось подписание В. Януковичем и А. Морозом 27 мая 2007 года капитулянтского «Заявления трех», которое В. Ющенко представил как «результат политических договоренностей», «акт общественного согласия» относительно роспуска парламента и назначения внеочередных парламентских выборов.

Справедливости ради следует заметить, что руководители Компартии и ее фракции в Верховной Раде в этом фарсе не участвовали и о сепаративных переговорах лидеров регионалов и социалистов с В. Ющенко в известность поставлены не были.

Минувшая избирательная кампания проводилась «помаранчевими» с невиданным прежде использованием популистской демагогии. На избирателей вновь обрушились обещания «покончить с политической коррупцией», «навести порядок в стране и дать результат», «отделить бизнес от власти», за два года «вернуть утраченные сбережения в учреждениях бывшего Сбербанка Союза ССР», «отменить, начиная с 2008 года, призыв в армию» и другие, которые с доверием были восприняты миллионами сбитых с толку людей, доведенных до такого состояния, когда, как образно сказал российский писатель Александр Трапезников в романе «Область таинственного», «народ проголосует хоть за обезьяну, лишь бы была надежда».

Напомнить эти, в общем-то, известные факты представилось уместным, ибо в них кроются корни и причины того, что происходит в стране сейчас и чего следует ожидать от новой (точнее новой «старой») власти в дальнейшем.

Триумфального возвращения Ю. Тимошенко на премьерский пост не произошло: премьер-министром она была назначена только после внесения В. Ющенко повторного представления, причем голосами всего 226 депутатов. Сделанные при этом заявления лидера БЮТ не оставляют сомнений в том, что главную угрозу «по-маранчевым» она видит в своих рядах среди представителей олигархических кланов, способных и продаваться, и покупать, то есть идти на сговор с такими же олигархами в противоположном лагере. Не многие, видимо, обратили внимание на слова Ю. Тимошенко, сказанные в речи на пленарном заседании Верховной Рады 18 декабря 2007 года, о том, что «каждый раз олигархи, объединяясь около очередной власти, не давали возможности довести дело до конца». Она не исключала вероятности того, что и во время повторного (поименного) голосования «случится что-нибудь неординарное», «двух-трех голосов снова не хватит», что в условиях грязи и коррупции, «бушующих», по словам Ю. Тимошенко, «вокруг нас», некоторые политики «могут прийти (для участия в голосовании. — Г. К), а могут и нет». На этот раз пронесло. Но перспектива была нарисована не радужная. Украинская действительность времен независимости дала немало свидетельств того, что коалиции, лишенные общей идеологической основы, когда объединяются против кого-то, только ради того, чтобы дорваться до власти или удержать власть, не бывают и не могут быть прочными.

Заявления Ю. Тимошенко свидетельствуют также о том, что, как и при первом ее премьерстве, одной из первейших забот «помаранчевих» будет передел собственности и финансовых потоков, прикрываемый громкими словами о необходимости «покончить с нечистой, грязной, коррупционной приватизацией стратегических объектов за бесценок» и привлечь к ответственности коррупционеров. «…Рано или поздно вы ответите, вся банда ответит перед Украиной за то, что она сделала с ее сегодняшним днем и будущим!» — заявляла лидер БЮТ с парламентской трибуны. Стремление похвальное, но, как и в 2005 году, это уже вызвало озабоченность иностранных инвесторов: в памяти еще свежи воспоминания о том, как тогда «наводился порядок»…

К власти «помаранчевые» пришли с обещаниями осуществить грандиозную по замыслу программу, претензионно названную «Украинским прорывом». Ее выполнение, по словам Ю. Тимошенко, сделает Украину примером мощного экономического подъема, какого в свое время достигли Япония или «азиатские тигры», в короткие сроки выведет нашу страну на передовые рубежи мирового прогресса.

Замысел действительно масштабный, амбициозный, особенно если учесть, в каком состоянии находятся сейчас экономика Украины, ее социальная сфера, другие области жизни общества.

Украинская экономика по объему внутреннего валового продукта (ВВП) еще не вышла на уровень 1990 года. Если в конце 80-х годов прошлого века удельный вес экономики Украины (тогда — Украинской ССР) в мировой экономике составлял около 2 %, то сейчас — всего 0,5 % по паритету покупательной способности и 0,2 % — по валютному курсу.

Доля сырьевых отраслей в структуре реализованной продукции, составлявшая в 1990 году 33,2 %, возросла почти до 68 %. Удельный вес продукции машиностроения снизился с 30 % до 13 % (в развитых странах доля машиностроения увеличилась в 1950—2000-х годах с 22,4 % до 45,3 %).

Производство сельскохозяйственной продукции едва достигает 60 % от уровня 1990 года. Среднегодовые сборы зерна в 2003–2006 годах (33,6 млн тонн) были на треть меньше, чем в 1987–1990 годах (51 млн тонн). Производство мяса за это время уменьшилось на 43 % (с 4,4 млн тонн до 2,5 млн тонн), молока — на 44 % (с 24,2 млн тонн до 13,6 млн тонн), яиц — на 26 % (с 17,2 млрд штук до 12,7 млрд штук).

По данным Всемирного банка, Украина по показателю ВВП на душу населения с учетом паритета покупательной способности в 2004 году занимала 104-е место среди 208 государств мира. С тех пор положение существенно не улучшилось. И это при том, что природно-ресурсный потенциал нашей страны в расчете на душу населения превышает ресурсный потенциал США в 1,5–2 раза, Федеративной Республики Германии — в 4 раза, Японии — в 12–15 раз.

В структуре украинской экономики на потребительский сектор приходится 19,7 %, тогда как в ведущих странах мира — до 50 %, на энергосырьевой — 23,8 % (на Западе — до 7 %), на инфраструктурный — 19,7 % (в странах Запада — до 30 %), на инвестиционно-инновационный — 18,2 % (в развитых странах мира — до 20 % при явно несопоставимых реальных объемах инвестиций). Потребности в обновлении основных фондов, степень изношенности которых достигает 50 %, а в промышленности — 58 %, удовлетворяются менее чем на 40 %.

Если в экономике развитых государств мира ведущие позиции все больше занимают высокотехнологичные уклады — пятый и нарождающийся шестой, который развивается бурными темпами (от 20 % до 100 % в год) и формирует развитие на десятилетия вперед (биотехнологии, системы искусственного интеллекта, информационные сети, компьютерное образование, формирование сетевых сообществ), то в Украине примерно 60 % производимой продукции принадлежит к третьему укладу, около 35 % — к четвертому и лишь 4 % к пятому и 0,1 % — к шестому. Увеличение ВВП за счет внедрения новых технологий оценивается всего в 0,7 процентного пункта.

Расходы на науку в Украине составляли в 2005–2007 годах всего 0,38—0,41 % от ВВП, то есть не достигали и четверти предусмотренного законом показателя — 1,7 %, который не идет ни в какое сравнение с расходами на науку в ведущих странах мира (да и в Украине — в советское время). По мнению авторитетных украинских ученых, такое отношение к обеспечению условий инновационно-технологического развития — это фактически приговор для Украины.

Понятно, что осуществить в таких условиях прорыв Украины к качественно новому уровню экономического и социального развития, перевести отечественную экономику на стратегию интенсивного опережающего развития, включить ее на равных в мировую экономику, развивающуюся в условиях глобализации, непросто. По мнению академиков НАН Украины В. М. Гееца, В. П. Семиноженко, члена-корреспондента НАН Украины Б. Е. Кваснюка, чтобы добиться этого, необходимо, в частности, обеспечить в долгосрочной перспективе темпы роста ВВП в 2–3 раза более высокие, чем в странах с развитой рыночной экономикой, снизить в 2–3 раза энергоемкость ВВП, увеличить по крайней мере до 25 % долю инвестиций в основной капитал.

Для этого требуются политическая воля, сосредоточение всех ресурсов, индустриального и интеллектуального потенциала общества, что возможно только при мощной организующей роли государства. Но как согласовать это с курсом на максимальную либерализацию экономики, который составляет основу программы «помаранчевой» коалиции?

Премьер-министр Ю. Тимошенко разослала народным депутатам Украины проект Программы Кабинета министров «Украинский прорыв: для людей, а не политиков». В ней декларируется «достижение экономического роста и кардинальное улучшение качества жизни людей, обеспечение в исторически сжатый срок перехода от сырьевой к инновационной экономике». Но в документе не обозначены хотя бы важнейшие рубежи, достижения которых намерено добиваться правительство, не названы сроки. Документ представляет собой набор деклараций и лозунгов, а также разноплановых и разномасштабных мероприятий, в основном организационно-технологичного плана, органически не связанных с необходимостью выведения экономики на путь радикальной модернизации и кардинального усиления конкурентоспособности отечественной социально-экономической системы. А без этого претенциозный «Украинский прорыв», как и другие подобные проекты, окажется благим пожеланием.

При ознакомлении с некоторыми положениями «Программы» чувствуешь, что имеешь дело с циничной демагогией. Чего стоит, скажем, тезис об «отделении бизнеса от власти». Посягнуть на сверхприбыли олигархов правительство «демократической» коалиции не отважилось. В его Программе не найти положений о внедрении прогрессивной системы налогообложения, которая является нормой в большинстве европейских государств. К слову, правительственная Программа до сих пор не только не утверждена, но и не рассмотрена Верховной Радой.

Лицемерие «помаранчевых», граничащее с бессовестным обманом, особенно проявляется тогда, когда речь идет о жизненных интересах людей, их конституционных правах.

Взять хотя бы обещание вернуть в течение двух лет обесцененные трудовые сбережения граждан. На деле в текущем году вкладчики получат не более чем по тысяче гривен на одного человека. И обездоленные соотечественники радуются этому. Но ведь их в очередной раз обманули и ограбили: вклады возвращаются по курсу 1 гривна 5 копеек за 1 рубль. Но рубль 1990 года и гривна 2008 года — это, как говорят в Одессе, «две большие разницы». Положенные в сберкассу до 1991 года 1 тыс. рублей были равны 28 месячным прожиточным минимумам, сегодняшняя 1 тыс. гривен — менее двух. И это выдается за большое достижение, проявление заботы о людях!

Все украинские правительства, начиная с Кабинета министров, который возглавлял В. Ющенко, при принятии Государственного бюджета на очередной год протаскивали в Закон о Госбюджете нормы о приостановлении действия положений ряда законов, которыми устанавливались льготы, компенсации и гарантии определенным категориям граждан. Конституционный суд в 1999-м, 2002-м, дважды в 2004 году признавал эти положения неконституционными. Но практика вольного обращения с льготами и гарантиями продолжалась.

Рассмотрев 9 июля 2007 года очередное конституционное представление в связи с приостановлением Законом о Госбюджете на 2007 год действия положений ряда законодательных актов, Конституционный суд не только признал соответствующие положения Закона о Бюджете не соответствующими девяти статьям Конституции (в том числе статье 22, частью третьей которой установлено, что «при принятии новых законов или внесении изменений в действующие законы не допускается сужение содержания и объема существующих прав и свобод»), не только подчеркнул, что «Верховная Рада Украины не правомочна при принятии Закона о Государственном бюджете включать в него положения о внесении изменений в действующие законы, приостанавливать действие отдельных законов Украины и/или каким бы то ни было образом изменять определенное другими законами Украины правовое регулирование общественных отношений», но и признал практику систематической приостановки законами о Государственном бюджете Украины выполнения законодательных актов о предоставлении льгот, компенсаций и гарантий такой, что фактически отменяет их действие. Конституционный суд обратил внимание Верховной Рады Украины, Президента Украины, Кабинета министров Украины на «необходимость соблюдения положений статей 1,3, 6, 8, 19, 22, 95, 96 Конституции Украины, статей 4, 27 части второй статьи 38 Бюджетного кодекса Украины при подготовке, принятии и введении в действие Закона о Государственном бюджете Украины».

Конституционный суд придал своему решению преюдициальное значение для судов общей юрисдикции при рассмотрении ими исков в связи с правоотношениями, возникающими вследствие действия статей законов, признанных неконституционными. Стоит в связи с этим напомнить, что после обнародования решения Конституционного суда от 9 июля 2007 года Ю. Тимошенко, будучи в оппозиции, обратилась ко всем гражданам, чьи права были нарушены, с обещанием оказать им бесплатную юридическую помощь и содействие в восстановлении законных прав (в том числе в судебном порядке). Речь шла об огромных суммах (называлась цифра в 70 млрд гривен), которые бюджетом не были предусмотрены. Сколько острых стрел было выпущено тогда в адрес правительства В. Януковича!

Придя к власти, бютовцы предпочитают об этом не вспоминать. Более того, при принятии Госбюджета на 2008 год правительство Ю. Тимошенко, проигнорировав решение Конституционного суда, внесло в Закон о Госбюджете и продавило нормы о внесении изменений почти в 100 законодательных актов. В этот раз действие этих актов не просто приостанавливалось, а соответствующие положения были изменены или вообще признаны утратившими силу, чем нанесен ощутимый удар по социально-экономическим правам ветеранов войны и труда, инвалидов, чернобыльцев, жертв нацистских преследований, работников образования, военнослужащих, сотрудников правоохранительных органов, других категорий граждан. И сделано это под широковещательные декларации о приверженности «помаранчевых» Конституции и принципу верховенства права, защите законных интересов граждан!

К слову, тогда же попутно, «под шумок», были внесены изменения и в другие законы, регулирующие общественные отношения. Характерный пример. Известно, в каком тяжелом положении, прежде всего из-за недостаточного финансирования, находятся Вооруженные силы Украины. Как заявил В. Ющенко, представляя командному составу нового министра обороны, «точка падения боеготовности Вооруженных сил достигнута», то есть дальше падать некуда. Выступая 21 декабря 2007 года на телевизионном канале «Интер», президент заверил: «Армию мы сделаем профессиональной и могучей». Такие же обещания давала и Ю. Тимошенко. А при принятии Госбюджета на 2008 год в Закон «Об обороне Украины» была внесена существенная поправка: в части третьей статьи 2-й, гласившей: «Финансирование потребностей национальной обороны государства осуществляется исключительно за счет Государственного бюджета Украины, размер которых определяется ежегодно Законом «О Государственном бюджете Украины», которые обеспечивают надлежащее выполнение задач обороны, но не менее трех процентов от запланированного объема валового внутреннего продукта», подчеркнутые слова опущены, что радикально меняет подход к обеспечению обороны страны. Иначе как политическим шулерством это трудно назвать. Об истинном отношении правительства «помаранчевых» к проблемам обороны красноречиво говорит то, что ассигнования для Министерства обороны в бюджете на 2008 год предусмотрены в объеме всего 1,06 % от ВВП — это самый низкий показатель за все годы независимости Украины. В абсолютных цифрах это 9,4 млрд гривен — около 60 % от бюджетного запроса. Хотя только для перевода украинской армии на контрактную основу требуется, по словам министра обороны Ю. Еханурова, 49,6 млрд гривен.

К сказанному необходимо добавить, что обещанные прибавки к заработной плате, пенсиям, другим выплатам будут существенно обесценены инфляцией, которая запланирована на 2008 год в размере около 10 процентов, а фактически будет значительно выше. Неизбежный рост цен и тарифов (о повышении платы за природный газ, тарифов на услуги железнодорожного транспорта уже объявлено) нанесет новые удары по жизненному уровню прежде всего малообеспеченных семей и одиноких граждан. И не случайно «по-маранчевые» об одной из острейших социальных проблем — преодолении глубокого имущественного расслоения в украинском обществе — предпочитают помалкивать.

Пожалуй, еще более глубокие и далеко идущие последствия будет иметь радикальная смена политического курса в результате прихода к власти воинствующих национал-шовинистических сил, лозунгами которых являются тезисы, сформулированные президентом В. Ющенко: «одна нация — один язык — одна церковь», «думати по-українському» и ускорение вступления Украины в НАТО.

Уже сегодня очевидно, что это ведет к:

еще более активному насаждению — вопреки Конституции — в качестве государственной, то есть обязательной для всех, национал-шовинистической идеологии;

новому пересмотру, а по сути — к фальсификации отечественной истории, замалчиванию выдающихся достижений Украины в составе СССР, принижению подвига советского народа в Великой Отечественной войне, выпячиванию событий, связанных с известными трудностями и проблемами в украинско-российских отношениях;

вызывающей в обществе глубокое возмущение реабилитации пособников фашистов, которые поднимаются на щит как «борцы за независимость Украины».

Раздувание антикоммунистического психоза, требования запретить Компартию, лицемерные спекуляции на трагических страницах нашей истории, в особенности на голоде 1932–1933 годов, объявляемом «геноцидом украинского народа», внесение В. Ющенко в Верховную Раду законопроекта об установлении уголовной ответственности «за отрицание геноцида», указы о праздновании 65-летия УПА, о введении официального статуса «участника борьбы за независимость Украины» для боевиков ОУН — УПА, присвоении звания Героя Украины гауптштурм-фюреру СС Р. Шухевичу, предложения о присвоении такого же звания С. Бандере, переписывание — в угоду пособникам гитлеровцев и сегодняшним национал-шовинистам — школьных и вузовских учебников, переименование улиц, площадей, населенных пунктов, снос памятников, искоренение всего, что связано с советским прошлым, открытие в Киеве пресловутого «музея советской оккупации», создание т. наз. «института национальной памяти» с предоставлением ему статуса центрального органа исполнительной власти — все эти действия ющенковской, «помаранчевой» власти направлены на то, чтобы вытравить из украинского общества коллективистские начала, интернационалистские убеждения людей, чувства дружбы к русскому и другим братским народам, с которыми украинский народ связывает многовековая совместная судьба, извратить мировоззрение и мораль не только нынешних, но и будущих поколений нашего народа.

С этой целью усилены позиции воинствующих национал-шовинистов в правительстве Ю. Тимошенко, особенно в его гуманитарном, идеологическом блоке.

Все это происходит, с одной стороны — на фоне оголтелой русофобии, которая явно носит скоординированный характер и набирает все большие обороты, а с другой — под лицемерные призывы к консолидации общества. Хотя указанные действия только углубляют в нем раскол, сеют ненависть и озлобленность.

В своих предвыборных программах и «НУНС» и БЮТ обошли вопросы внешнеполитической ориентации. И понятно почему: борясь за голоса избирателей, они учитывали, что огромное большинство нашего народа выступает против втягивания Украины в НАТО, подчинения ее политики диктату Вашингтона, ухудшения отношений с Россией. Придя же к власти, «помаранчевые» сразу же обозначили прозападную, проамериканскую, пронатовскую направленность своей внешней политики. В средствах массовой информации, выступлениях официальных лиц снова поднимаются вопросы о пребывании Черноморского флота Российской Федерации на территории Украины, повышении арендной платы, использовании навигационного оборудования (как только В. Огрызко был назначен министром иностранных дел, молодчики из националистических организаций устроили блокирование Херсонесского маяка), о цене на российский газ, плате за его транзит в Европу и другие. Цель подобных акций — еще больше испортить отношения с Россией.

Явно антироссийскую направленность имеет и Указ В. Ющенко «Об ознаменовании 300-летия событий, связанных с военно-политическим выступлением гетмана Ивана Мазепы и заключением украинско-шведского союза», которым, помимо прочего, предусматривается соорудить памятники не только изменнику Мазепе и его «соратникам», но и шведскому королю Карлу XII, наголову разбитому российскими войсками под Полтавой.

Ю. Тимошенко в некоторых средствах массовой информации представляют как якобы занимающую «сдержанную» позицию в отношении членства в НАТО. Так это или нет — трудно сказать. Фактом является то, что в представленном ею проекте Программы Кабинета министров, по крайней мере, пять раз в различных вариантах говорится об обретении Украиной полноправного членства в альянсе и как первом этапе — подписании т. наз. ПДЧ — Плана действий в отношении членства в НАТО.

Особое внимание в проекте Программы уделено выполнению обязательств по меморандумам, подписанным от имени Украины с верховными главнокомандованиями вооруженными силами НАТО в Европе и на Атлантике — о взаимопонимании, об использовании украинской военно-транспортной авиации и др. Напомню, что по этим меморандумам Украина обязалась допускать на свою территорию (на началах экстерриториальности) неограниченное количество военнослужащих, боевой техники, а также предоставлять в распоряжение альянса свою военно-транспортную авиацию для участия в учениях и операциях НАТО.

В условиях, когда отношения между Западом и укрепляющей свое экономическое и военное могущество, влияние в мире Россией ухудшаются и между ними возникают конфликтные ситуации (из-за расширения НАТО на Восток, перемещения американских военных баз на территорию Румынии и Болгарии, планов размещения элементов американской системы противоракетной обороны в Польше и Чехии, нератификации странами — членами НАТО Договора об обычных вооружениях и др.), украинские власти отмалчиваются или занимают недружественную в отношении России, прозападную позицию. Не скрывается антироссий-ская направленность и планов «превращения ГУАМ в полноценную международную организацию», «продолжения сотрудничества в рамках Содружества демократического выбора».

Если к тому же учесть, что личные контакты глав Украины и России ограничиваются, как правило, встречами на международных мероприятиях, а «Комиссия Путин — Ющенко» фактически бездействует, то нельзя не сделать вывод, что от «вечного стратегического партнерства с Россией», о котором в свое время говорил В. Ющенко, остаются одни декларации.

Судя по всему, внешняя политика Украины будет и далее носить «одновекторный» — прозападный характер — в ущерб ее национальным интересам. Характерно, что в проекте Программы Кабинета министров ничего не говорится об отношениях Украины с Китайской Народной Рреспубликой, Индией, другими государствами — членами ШОС (Шанхайской организации сотрудничества), Японией, странами Ближнего и Среднего Востока, Латинской Америки и других регионов, где имеются неограниченные возможности для взаимовыгодного сотрудничества, реализация которых имела бы огромное значение для подъема экономики Украины и укрепления ее позиций в мире.

Развитие политической ситуации во многом определяется тем, что В. Ющенко, стремясь создать условия для повторного избрания на президентский пост, навязывает стране радикальный пересмотр Конституции. Речь идет о серьезном перераспределении полномочий в треугольнике «Президент — Парламент — Правительство», наделении главы государства фактически диктаторской властью, в сущности, о превращении Украины в президентскую республику. Этим целям подчинены внесенные президентом В. Ющенко в Верховную Раду предложения о новой редакции Закона о Кабинете министров Украины, содержащие не согласующиеся с Конституцией положения о возможности внесения кандидатуры премьер-министра без учета мнения парламентской коалиции, о порядке увольнения министров внутренних и иностранных дел, обороны, а также о выделении из структуры МВД Внутренних войск, создании на их основе подчиненной непосредственно президенту Национальной гвардии Украины, одной из задач которой будет «нейтрализация массовых волнений».

Вынужденный внести кандидатуру Ю. Тимошенко на должность премьер-министра, В. Ющенко предпринимает меры к тому, чтобы не допустить усиления ее позиций как вероятного конкурента на президентских выборах и одновременно ослабить позиции регионалов и их лидера В. Януковича. Многое ему удается. В случае с внеочередными парламентскими выборами он обыграл и В. Януковича, и А. Мороза. Общество «проглотило» нарушения Конституции, надругательство над парламентаризмом, по сути, смирилось с ползучей узурпацией власти. Назначив Р. Богатыреву, являвшуюся «вторым лицом» в партии и во фракции регионалов, секретарем Совета национальной безопасности и обороны Украины, президент стимулировал центробежные тенденции в Партии регионов. К тому же он получил возможность использовать пребывание Р. Богатыревой, которая явно не является самодостаточной фигурой на посту секретаря СНБОУ, в своей собственной игре против Ю. Тимошенко.

Продвинув на пост спикера А. Яценюка, В. Ющенко не допустил избрания на эту должность чрезмерно амбициозного лидера «Нашей Украины». А. Яценюк вряд ли будет тенью лидера БЮТ или послушным исполнителем воли «Нашей Украины — Народной самообороны». Не исключено, что на президентских выборах он может стать одной из ключевых фигур. В общем, ситуация складывается так, что в Украине может повториться «грузинский вариант» с президентскими выборами 2008 года. Так что сегодняшний критически низкий рейтинг В. Ющенко не должен успокаивать ан-ти «помаранчевые» силы.

Это должны учитывать патриотические силы, если они всерьез настроены преградить путь националистической диктатуре, не допустить фашизации, отстоять парламентаризм, демократию в Украине.

ЧЕМ ВЫЗВАН НЫНЕШНИЙ ВСПЛЕСК АНТИКОММУНИСТИЧЕСКОЙ ИСТЕРИИ?

Нашу страну, вот уже несколько лет находящуюся в состоянии хронического морально-психологического стресса, не оправившуюся еще от острых политических схваток, которыми характеризовались навязанные в нарушение украинской Конституции внеочередные парламентские выборы 2007 года, захлестнула новая волна антикоммунистического психоза. Редко какое выступление президента В. Ющенко обходится без нападок на Коммунистическую партию. Звучат требования запретить ее, провести люстрацию (то есть изгнать всех коммунистов из государственных структур), подвергнуть репрессиям, переименовать улицы и площади, населенные пункты, снести сохранившиеся еще памятники советской эпохи. В их число, по-видимому, должны попасть и обелиски в честь городов-героев Киева, Одессы, Севастополя, Керчи, памятник Герою Советского Союза Н. Ф. Ватутину, полководцу, активному участнику боев за освобождение Украины от немецко-фашистских захватчиков, другие символы, увековечивающие всемирно-исторический подвиг наших соотечественников, отстоявших честь, свободу и независимость Родины в единоборстве с фашизмом.

Сегодня есть основания говорить о том, что агрессивный, поистине зоологический антикоммунизм навязывается обществу — вопреки Конституции — в качестве государственной идеологии, фактически становится государственной политикой. С этой целью создаются государственные и общественные структуры (институт национальной памяти со статусом центрального органа исполнительной власти, то есть с правом издавать обязательные для исполнения другими ведомствами распоряжения, пресловутый «Музей советской оккупации» и др.). На разжигание антикоммунистических страстей нацелены средства массовой информации.

Фальсифицируется отечественная история. Семьдесят лет, отмеченные и героическими, и трагическими событиями, самоотверженным трудом советских людей по созданию мощной современной индустрии, высокомеханизированного, основанного на коллективистских началах сельскохозяйственного производства, выдающимися достижениями в покорении космоса, развитии отечественной науки и самобытной культуры, представляются эдакой «черной дырой», провалом в истории украинского народа или сплошной цепью репрессий, голодоморов и т. п. Принижается значение Победы советского народа в Великой Отечественной войне. В ранг героев возводятся предатели и перевертыши, пособники фашистов. И здесь тон задает В. Ющенко. Призывая к консолидации общества, он издает один за другим указы, которые еще больше раскалывают страну и вызывают возмущение миллионов наших сограждан (о праздновании 65-летия УПА, присвоении звания Героя Украины гауптштурмфюреру СС, кавалеру гитлеровских наград Р. Шу-хевичу и др.).

Все это сопровождается разжиганием анти-российских страстей, многочисленными, явно спланированными и скоординированными акциями, цель которых — противопоставить Украину России, как можно больше отдалить друг от друга братские народы, подыграть США и НАТО в их усиливающемся противостоянии с Российской Федерацией. В многовековой непростой общей истории двух народов выискиваются и всячески выпячиваются так называемые «проблемные» страницы и события, которые истолковываются как «доказательства» того, что Россия всегда была для Украины «источником зла», лишала ее государственной самостоятельности, угнетала и эксплуатировала. Явно антироссийскую направленность имеет, в частности, Указ В. Ющенко об «ознаменовании 300-летия событий, связанных с военнополитическим выступлением гетмана Ивана Мазепы и заключением украинско-шведского союза». Среди прочих мероприятий, проведение которых предусматривается Указом, — сооружение памятников не только изменнику Мазепе «и его соратникам», но даже… шведскому королю Карлу XII, разбитому наголову российской армией под Полтавой…

Для нагнетания антикоммунистического психоза и русофобии активно используется 75-летие голода 1932–1933 годов, который объявляется «геноцидом», то есть сознательным уничтожением украинской нации. Президент В. Ющенко даже подготовил для внесения в Верховную Раду проект Закона об установлении уголовной ответственности за «непризнание геноцида». На этой ниве подвизаются бывшие высокопоставленные партийные чиновники и другие «выкресты из КПСС», в том числе с учеными степенями и званиями, полученными ими в годы Советской власти, когда они выступали «пламенными борцами против антикоммунизма и буржуазного национализма».

Чем вызван этот шабаш?

Речь идет, прежде всего, о своего рода защитной реакции обанкротившегося антинародного режима, выразителя интересов самых реакционных национал-шовинистских сил и компрадорских олигархических кругов, 16-летнее господство которого завело Украину в состояние глубокого, всеохватывающего кризиса. По свидетельству академика Ю. Н. Пахомова, директора Института мировой экономики и международных отношений Национальной академии наук Украины, если «в конце 80-х — начале 90-х годов Украина по важнейшим параметрам развития уступала лишь странам «золотого миллиарда», а среди 15-ти республик СССР была наиболее развитой, то ныне ее опережают уже примерно три четверти населения планеты. В Европе же Украина отстала даже от еще недавно нищенской Румынии, по жизненно важным показателям она находится среди трех самых отсталых стран, — позади нее лишь Албания и Молдова». И далее: среди постсоциалистических стран Восточной Европы вряд ли есть хоть одна, которая бы не превзошла уровень начала 90-х годов, а в Украине экономика достигла лишь 68 % от этого уровня.

Особенно тяжелые удары нанесены по украинскому селу. Производство сельскохозяйственной продукции едва достигает 60 % от уровня 1990 года. Украинское село разорено, фактически уничтожена его социальная инфраструктура. В письменном докладе президента «О внутреннем и внешнем положении Украины в 2005 году» отмечалось: «Негативным следствием низкой производительности сельского хозяйства, а также несовершенства социальной, регуляторной, бюджетной и региональной политики, которые надлежащим образом не учитывают специфики жизнедеятельности людей в сельской местности, является социальный упадок села. Острейшие социально-экономические проблемы здесь — безработица и бедность, обуславливающие миграцию населения в поисках работы, углубление демографического кризиса и вымирание села. За последние 15 лет численность сельских жителей сократилась на 1,7 млн человек. Возрастная структура сельского населения деформировалась, доля лиц старше трудоспособного возраста уже составляет 27,8 %. С начала 1990-х годов наблюдается устойчивая тенденция депопуляции сельского населения. Почти половина сел не имеет школ и учреждений здравоохранения, две третьих — дошкольных учреждений, 40 % — клубов и домов культуры. Много нерешенных вопросов остается в коммунальном, бытовом и торговом обслуживании крестьян». Если к этому что-нибудь и можно добавить, то лишь то, что за последние два-три года экономическая и социальная обстановка на селе еще больше обострилась.

Политика реставраторов капитализма привела к колоссальному, прямо-таки запредельному разрыву между богатством и бедностью, который академик Ю. Н. Пахомов называет «квинтэссенцией происшедшей в стране (после антисоциалистического переворота 1991 г. — Г. К.) социальной и ментальной катастрофы». Масштабы нищеты в Украине поражают. Миллионы людей отброшены за черту выживания, обречены на вымирание. Количество бездомных достигает десятков тысяч человек. Сотни нищих в городах, в том числе в Киеве, занимаются попрошайничеством, роются в мусорных урнах и баках в поисках пропитания. И в это же время из года в год растет число миллиардеров и миллионеров. Как сообщалось в печати, состояние 50 самых богатых равно примерно 80 % национального богатства страны. Если в странах Европейского Союза соотношение доходов 10 % самых бедных и 10 % самых богатых людей колеблется в пропорции 1:5–1:7, а в Японии составляет 1:4,5, то в Украине несколько лет тому назад оно составляло 1:30, а сейчас достигло 1:40.

По уровню рождаемости Украина занимает последние, а по уровню смертности — первые места в Европе. Ужасающе растет количество умирающих от раковых, сердечных заболеваний, туберкулезных больных, лиц, зараженных ВИЧ/СПИДом. И надо ли удивляться тому, что численность населения Украины за годы ее независимости уменьшилась почти на 6 млн человек — больше, чем задоды минувшей войны. И это — в мирное время, когда не было ни засух, ни массовых эпидемий, ни масштабных природных катаклизмов!

Это ли не голодомор, за который надо отвечать? Не для того ли и развернута властями сейчас, спустя 75 лет, шумиха вокруг трагических событий 30-х годов минувшего столетия, чтобы отвлечь внимание от критического положения, в котором оказалась после провозглашения независимости наша страна, отвести от себя нарастающее недовольство народа, снять ответственность за плачевные результаты бездарной политики? При этом огонь направляют прежде всего против Компартии, не останавливаясь перед клеветой и угрозами.

В выступлениях В. Ющенко и других антикоммунистов особенно эксплуатируется тезис, будто бы Компартия Украины не дала оценки событиям 1932–1933 годов, не осудила допускавшихся тогда нарушений. Так, комментируя провокационное утверждение редактора газеты «День» о том, что «в стране еще до сих пор есть партия, ведущая свою историю от той, которая создала голодомор — геноцид, и за исключением некоторых моральных личностей… она ни в чем не раскаялась и при этом даже присутствует в нынешней правящей коалиции», В. Ющенко, в частности, заявил: «Печально, что сегодня те бойцы, которые приняли эстафету от этой политической силы, хотя, как я понимаю, не связанные своими поступками с 1932–1933 годами, — им не хватает, возможно, морали или мужества, или других человеческих качеств осудить это… Но если их лидеры, которых они и сегодня готовы «вставлять в иконы», совершили преступления, то они должны признать и осудить это… И очень печально, что эта партия так и не породила людей, которые с высоты долга морали, честности перед обществом должны были бы взять хотя бы часть этой вины».

Откровенно говоря, поражает, как может заявлять такое государственный деятель, занимающий высший пост в стране, к тому же еще недавно бывший членом партии, которую сегодня он так поносит. Ведь почти 18 лет тому назад, 26 января 1990 года Политбюро ЦК Компартии Украины приняло постановление «О голоде 1932–1933 годов на Украине и публикации связанных с этим архивных материалов». Политические оценки, содержащиеся в нем и подтвержденные партийным съездом, были четкими и однозначными. Политбюро признало, что голод 1932–1933 годов стал настоящей трагедией народа, следствием преступного курса руководства КПСС относительно крестьянства, и осудило беспринципную политику тогдашних руководителей республики в проведении хлебозаготовок. Компартия Украины решительно отмежевалась от насильственных, репрессивных методов решения проблем общественного развития.

Чем эти оценки, от которых наша партия никогда не отступала, отличаются, скажем, от тех, которые были даны 1 ноября 2007 г. Генеральной Конференцией ЮНЕСКО? Но ведь их дала наша партия, напомню — почти 18 лет тому назад, дала по своей инициативе — именно во имя очищения, для, как отмечалось в заявлении XXVIII съезда Компартии Украины (декабрь 1990 г.), «принципиальной, до конца правдивой оценки исторического прошлого народа, собственной истории». При этом были категорически отвергнуты «попытки переложить ответственность за преступления и просчеты, которые привели к деформациям социализма, на всю партию, на все поколения коммунистов». Тогда же по решению Политбюро ЦК Компартии Украины был издан тиражом в 25 тыс. экземпляров сборник научных статей и наиболее типичных архивных материалов о голоде 1932–1933 гг.

Не может также не вызывать возмущения циничное жонглирование цифрами о количестве умерших от голода. Называют от 3,5 до 7—10 и более миллионов людей. А встречаясь недавно с журналистами, В. Ющенко договорился до того, что «украинцы — это единственная нация в СССР, численность которой за 50 лет сократилась вдвое». Ссылаясь на «данные статистики — переписи населения 1929 и 1979 годов», он утверждал, что «численность украинской нации была 81 миллион, а стала 42 миллиона». Но это утверждение опровергается как официальными данными, так и свидетельствами отечественных и зарубежных исследователей.

В 2003 году в Париже была издана обширная (396 страниц) монография «Смертность и ее причины в Украине в XX столетии», в которой на огромной документальной базе, на основе изучения архивных и статистических материалов, которые до конца 80-х годов были засекречены, проанализирована динамика демографических процессов в Украине, показаны глобальные человеческие потери 30-х и 40-х годов XX столетия, вызванные голодом, войной и политическими потрясениями. Представляя монографию, ее авторы — французские ученые Франс Меле и Жак Валлен (монография подготовлена при участии украинских и российских ученых Владимира Школьникова, Сергея Ддамца и Сергея Пирожкова, возглавлявшего в то время Институт демографии Национальной академии наук Украины и являвшегося заместителем секретаря Совета национальной безопасности и обороны Украины) в своем резюме указали:

«Впервые, благодаря кропотливой работе авторов по восстановлению реальных показателей демографической ситуации в Украине в рассматриваемый период (акты гражданского состояния, данные переписей населения, количество депортированных и перемещенных лиц, статистика ГУЛАГа), читатель может ознакомиться с точными цифрами, которые иллюстрируют большое возрастание уровня смертности и уменьшение продолжительности жизни (выделено автором. — Г. К.).

Так, учитывая, что демографический кризис, вызванный голодом и сталинскими репрессиями 30-х гг., унес, в общем, жизни 4,6 млн лиц, показатели одной лишь сверхвысокой смертности (то есть превышающей естественную. — Г. К.) достигли 2,6 млн лиц, при этом существенно снизились показатели продолжительности жизни — на 7 лет для мужчин, на 11 — для женщин. (Речь идет не только о 1932–1933 гг., а о всех 30-х годах. — Г. К.).

Также общим потерям в 13,8 млн лиц в 40-х гг. отвечает показатель сверхвысокой смертности в 7,4 млн умерших за 7-летний период (с учетом потерь в годы войны. — Г. К.), одновременно снижение продолжительности жизни достигло 14 лет для мужчин и 20 лет — для женщин».

Эти выводы подтверждаются приведенными в книге данными официальной статистики о численности населения Украины начиная с 1927 года. Согласно этим данным, в 1927 году (на 1-е января в тогдашних границах Украинской ССР) проживало 29000081 человек (всех граждан, не только украинцев, которые преобладали в составе населения. О каких 81 млн украинцев, о чем твердит господин В. Ющенко, могла идти речь?);

в 1932-м — 31729462;

в 1933-м — 31784653;

в 1934-м — 28379918;

в 1935-м — 29056440;

в 1939-м (в прежних границах Украины) — 30946218;

(в современных границах) — 41298304;

в 1945-м — 31502027;

в 1946-м — 33501 591;

в 1979-м — 49609339;

в 1991-м — 51689707

К началу же 2007 года численность населения сократилась до 46646 тыс. человек, а в течение нынешнего года уменьшится еще не менее чем на 500 тысяч человек.

Действительно, в результате голода страна понесла страшные потери. Сохранить память о миллионах погибших соотечественников — наш человеческий, моральный долг. Но произвольно, в угоду политической конъюнктуре, увеличивать реальные потери в несколько и даже в десятки раз — нечестно и безнравственно. Это — циничное политиканство, кощунственная пляска на костях жертв трагедии.

О каком целенаправленном уничтожении украинского крестьянства можно говорить, если уже через несколько лет после трагедии 1932–1933 годов сельское хозяйство Украины, переведенное на коллективистскую основу, встало на ноги, а к моменту развала Советского Союза Украинская ССР по важнейшим показателям развития сельскохозяйственного производства занимала ведущие позиции в Европе?

Волна антикоммунизма вздымается и потому, что политику правящего в Украине режима отвергает большинство ее народа. Вот что показало исследование, проведенное в этом году Институтом социологии Национальной академии наук Украины. Почти половина участников опросов сообщили, что их жизнь ухудшается. В сравнении с положением их родителей в таком же возрасте отметили ухудшение социальной защиты 59,9 % опрошенных, состояния здоровья — 51,2 %, безопасности — 60,4 %, стабильности — 71,5 %. Почти треть, а по некоторым позициям около половины ответили, что они стали хуже питаться, ухудшились их материальное благосостояние, жилищные условия, возможность получать образование, реализовать свои способности.

Обобщающим показателем, характеризующим настроения в обществе, является то, что 89,1 % опрошенных граждан считают необходимым изменить социально-политический строй в стране, причем 41,6 % допускают его изменение радикальным путем. Людей беспокоят разгул коррупции, взяточничества, развал экономики, политическая нестабильность, неуверенность в будущем, безработица, бездуховность. Среди острейших проблем также названы низкая результативность борьбы с преступностью, крайне низкий уровень заработной платы, пенсий, высокие цены на продукты питания и товары первой необходимости. 88 % опрошенных озабочены непомерно большой разницей в доходах, все углубляющимся расслоением общества на богатых и бедных. Что касается общественного самочувствия, то 71,9 % респондентов выразили разочарование происходящим в стране, 50,9 % — неудовлетворенность своим положением, 38,8 % — растерянность, 27,7 % — страх, 20,8 % — пессимизм. Число тех, кто поддерживает сторонников социализма (21,8 %), в два с лишним раза превышает количество сторонников капитализма (10 %).

Руководство государства, если оно по-настоящему озабочено судьбами своей страны и народа, не может, не имеет права не учитывать таких настроений в обществе. Однако вместо того, чтобы внести радикальные изменения в политический курс, сосредоточить усилия на неотложных задачах подъема производства, укреплении экономической независимости, развитии социальной сферы, преодолении бедности и нищеты, беспрецедентного имущественного расслоения, вместо реального подавления коррупции, преступности В. Ющенко и его окружение не нашли ничего лучшего, как использовать годовщину трагедии 1932–1933 годов для нагнетания антикоммунистического психоза.

Поразительно, но травля коммунистов, требования запретить Компартию развертываются в то время, как со стороны воинствующих национал-шовинистов и обслуживающих криминально-олигархические кланы либералов можно слышать, что «коммунизм исчерпал себя», «Компартия обречена на исчезновение с политической карты Украины» и т. д. Одно с другим не вяжется. Но тщетно искать логику в высказываниях антикоммунистов. Ющен-ковская власть явно была напугана тем, что внеочередные парламентские выборы отразили рост (правда, небольшой, но важна тенденция) влияния Компартии в обществе, привели к увеличению ее представительства в Верховной Раде. Постепенно избавляясь от антикоммунистического дурмана, предубеждений против социализма, трудящиеся все больше осознают, что именно Компартия последовательно отстаивает их конституционные права и свободы, историческую правду, твердо противостоит планам правящих прозападных кругов еще больше подчинить политику Украины диктату США, втянуть ее в НАТО, окончательно рассорить с нашим великим соседом и стратегическим партнером — Российской Федерацией.

Приступ антикоммунизма отображает реакцию власти на эти объективные процессы. Во многом она обусловлена и тем, что внеочередные парламентские выборы не дали тех результатов, на которые рассчитывали В. Ющенко и его сторонники. Ни одна из противостоящих политических сил не добилась убедительного преимущества. В обществе не только не достигнуто консолидации и успокоения, но возникли новые трудности и проблемы. Коалиция «помаранчевых», имеющая в новоизбранной Верховной Раде перевес всего в три депутатских мандата, в любой момент может развалиться. Страну по-прежнему лихорадит, в обществе сохраняется опасность углубления раскола.

В этой обстановке реальной является опасность установления в стране националистиче-ской диктатуры фашиствующего толка, укрепления репрессивного режима, перекраивания Конституции, сосредоточения в руках президента В. Ющенко, фактически уже начавшего свою избирательную кампанию, еще больших полномочий, чем они были у Л. Кучмы.

Сорвать такое развитие событий — важнейшая задача коммунистов, всех патриотических сил страны. На первый план выдвигаются задачи возвращения деятельности всех государственных органов в конституционное, правовое поле, сохранения и упрочения демократических начал государственной и общественной жизни, защиты конституционных прав и свобод граждан, независимости и государственного суверенитета Украины.

Необходимо давать решительный отпор клевете, нападкам на Компартию, убедительно показывать ее последовательную и четкую позицию по коренным вопросам государственного строительства, экономического и социального развития, внешнеполитической деятельности. При этом следует учитывать, что праволиберальные и националистические силы цинично паразитируют на левой идее, бесцеремонно перехватывают лозунги Компартии, не собираясь их осуществлять на практике. Это особенно проявилось во время минувшей избирательной кампании, которая отличалась невиданным прежде использованием популистской демагогии, бессовестным обманом людей невыполнимыми обещаниями.

Жизнь настоятельно требует объединения усилий левых, патриотических сил. Задача непростая, особенно если учесть амбиции некоторых лидеров. Говорить о возможности создания единой левой партии сегодня вряд ли есть основания. Но согласовывать и координировать свои действия в борьбе с антинародным режимом левые обязаны.

Нельзя не задуматься и над таким обстоятельством. Воинствующее национал-шовинистское меньшинство нагло навязывает свою волю, идеологию, внешнеполитическую ориентацию огромному, но пассивному и слабо организованному большинству. Это серьезный упрек лидерам противостоящих «помаранчевым» политических сил, прежде всего Партии регионов, которая, находясь у власти после выборов 2006 года, мало что сделала для реализации своих лозунгов и обещаний, ради которых ее поддержали избиратели, особенно по вопросам внешнеполитической ориентации Украины, ее членства в НАТО, вхождения в Единое экономическое пространство, статуса русского языка, межконфессиональных отношений и др.

Необходимо значительно активизировать работу по восстановлению и доведению до широких масс, особенно до молодежи, исторической правды. В жизнь вступают поколения, которые не знают истинной правды о прошлом нашей Родины. Их формирование происходило и происходит в условиях оголтелой антикоммунистической пропаганды, фальсификации общественной истории, реабилитации коллаборационистов — пособников фашистов.

Здесь исключительно важна роль ветеранских организаций, объединяющих миллионы людей, которые знают, какой путь прошла наша страна, что утратил наш народ в результате капиталистической реставрации. Общество вправе ожидать мужественной гражданской позиции от ветеранов, вынесших на своих плечах все тяготы строительства нового общества и способных дать надлежащую оценку популизму и демагогии.

К сожалению, не все ветераны занимают такую позицию. Немалая часть их позволяет обмануть себя сладкоголосым сиренам, которые пользуются доверчивостью людей старшего поколения, чтобы заполучить их голоса. Вправе ли ветераны, не раз смотревшие смерти в глаза, защищая Родину, мириться, скажем, с тем, что звание Героя Украины, наряду с выдающимися соотечественниками, внесшими огромный вклад в развитие нашей страны, укрепление ее независимости, присвоено фашистскому пособнику Р. Шухевичу?

О прошлом, о деятелях прошлого надо говорить правду, не обходя острых вопросов и «проблемных» страниц. Тогда нам будут верить люди и наша пропаганда и агитация будет эффективной. «Народу надо говорить правду. Только тогда у него раскроются глаза и он научится бороться против неправды», — завещал нам В. И. Ленин[6].

Реалистически оценивать ситуацию, не обольщаясь достигнутым, не выдавая желаемое за действительное, — в этом еще один важнейший урок, который мы должны извлечь из анализа пройденного партией и страной пути. «Правде, как бы она горька ни была, надо смотреть прямо в лицо. Политика, не удовлетворяющая этому условию, есть гибельная политика» [7].

Газета «Киевский вестник» от 18.12.2007 г.

Грядет диктатура…

Если ее не остановить

Люди, будьте бдительны!

Юлиус Фучик

Наша страна переживает один из самых опасных периодов в своей новейшей истории. Появляется все больше свидетельств тому, что продолжающаяся вот уже несколько лет смута может привести, как это не раз бывало в истории, к установлению в Украине диктаторского режима, неограниченной президентской власти.

Диктатура, по выражению американского историка и политолога Луиса Фишера, — это государство, в котором «каприз диктатора служит законом. Государство — это сам диктатор и его ближайшее окружение». «Диктаторы и тираны, отрицая свободу для других, — говорил русский философ Николай Бердяев, — для себя очень любят свободу и всегда утверждают ее для тех, которые идут за ними и с ними связаны».

Если вдуматься в то, что происходит сейчас в Украине, нельзя не прийти к выводу, что именно такой режим стремятся утвердить В. Ющенко и его «любі друзі». Приход их к власти на рубеже 2004–2005 годов с первых дней был ознаменован пренебрежительным отношением к Конституции и законам страны, все большим сосредоточением в своих руках властных полномочий.

Начиналось с фальстарта — преждевременного (до официального признания и объявления результатов так называемого «третьего голосования», легитимность которого вызывает серьезные сомнения) принесения В Ющенко присяги в качестве Президента Украины. Уж очень не терпелось «демократу» В. Ющенко усесться в президентское кресло. Процедуру инаугурации пришлось повторить — случай беспрецедентный в мировой практике. Ничего, переморгали… «Демократическая» Европа закрыла на это глаза. Ведь ради того, чтобы привести к власти «своего», откровенного ставленника Запада, затевалась так называемая «помаранчевая» революция.

В тот же день В. Ющенко публично, перед камерами телевидения, подписал указы о назначении глав областных госадминистраций, не имея представления Кабинета министров, что требуется частью четвертой статьи 118 Конституции. Стало очевидным: ради утверждения власти и «возблагодарения» тех, кто сделал возможным его приход на высший государственный пост, В. Ющенко готов на все, в том числе действовать, не считаясь ни с Основным законом, ни с другими законодательными актами. Иначе трудно объяснить и то, что во многих случаях президент, игнорируя требования частей девятой и десятой статьи 118 Основного закона, не освобождает угодных ему глав местных госадминистраций, которым соответствующие советы выразили недоверие. Не считается он с мнением советов и при назначении глав госадминистраций. Хотя этого требует Закон.

С одобрения В. Ющенко в стране тогда началось настоящее «кадровое цунами»: массовые освобождения с занимаемых должностей работников на всех уровнях (в том числе учителей, врачей, руководителей предприятий, хозяйств, регионов, отраслей) только за то, что «не так голосовали» или «не обеспечили нужных результатов выборов». С нарушением действующих законов, конституционных прав и свобод граждан в 2005 году было уволено, как сообщалось, от 20 до 30 тысяч человек. Против «неугодных» возбуждались уголовные дела, кое-кого подвергли аресту при отсутствии, как выяснилось в ходе расследования, законных на то оснований.

Общество «проглотило» беззаконие и произвол. В. Ющенко пришел к выводу: пока повергнутый политический противник деморализован и не способен к организованному сопротивлению, он должен укрепить основы своего правления и подчинить диктату президента все ветви власти — законодательную, исполнительную, судебную.

Прежде всего с этой целью был использован Совет национальной безопасности и обороны Украины. С подачи назначенного В. Ющенко секретарем Совета его ближайшего сподвижника П. Порошенко в Положение о СНБОУ были внесены изменения, которыми значительно расширялись его полномочия, и Совет в нарушение статьи 107 Конституции, из координационного органа при президенте был превращен в структуру, призванную осуществлять контроль за деятельностью правительства, фактически управлять им. Это, как известно, вызвало трения в «помаранчевой» команде и привело к отставке и П. Порошенко, и Кабинета министров Ю. Тимошенко.

Круг лиц, которые по должности входят в состав Совета национальной безопасности и обороны, определен статьей 107 Конституции. Законом о СНБОУ от 5 марта 1998 года установлено, что членами Совета также могут быть руководители других центральных органов исполнительной власти. Однако В. Ющенко в нарушение этой нормы ввел в состав членов СНБОУ Генерального прокурора, Председателя Верховного суда (впоследствии Председатель суда В. Онопенко по его заявлению был выведен из состава членов Совета), председателя Национального банка, президента Национальной академии наук, директора Национального института стратегических исследований, некоторых других должностных лиц, которые не возглавляют центральные органы исполнительной власти. А в 2007 году перед внеочередными парламентскими выборами В. Ющенко утвердил членами СНБОУ всех назначаемых президентом и всецело зависимых от него глав областных, Киевской и Севастопольской городских госадминистраций. Этим были созданы предпосылки для проведения через Совет решений, нужных В. Ющенко. Ведь при желании любой вопрос, любую ситуацию можно объявить такими, что «представляют угрозу национальной безопасности» и оправдать их рассмотрение СНБОУ, решения которого вводятся в действие указами президента.

Правда, в январе 2008 года В. Ющенко утвердил новый состав Совета национальной безопасности и обороны Украины, в который главы облгосадминистраций и некоторые другие руководители не вошли. В. Ульянченко, глава Киевской облгосадминистрации, один из самых близких соратников В. Ющенко, в интервью газете «Киевский телеграф» объяснила это тем, что задачи, которые ставились перед Советом, выполнены. Однако внесенным В. Ющенко на рассмотрение Верховной Рады законопроектом о внесении изменений в Закон о местных госадминистрациях вновь предусматривается возможность включения в состав членов СНБОУ указами президента глав облгосадминистраций.

Этим преподнесен наглядный урок «вольного» обращения главы «правового, демократического» украинского государства с законом, конституционным принципом верховенства права: «хочу — решу так, хочу — иначе, и Конституция для меня не указ». Вспомним, как В. Ющенко незаконно, по несостоятельным мотивам прекратив полномочия Верховной Рады, «милостиво разрешил» ей собраться на два-три дня, чтобы проголосовать за нужные президенту законы. Немыслимое в любом нормальном государстве становится в Украине обычным делом. И никого это не возмутило, не оскорбило, в том числе и тех, кто, подписав вместе с президентом пресловутое «Заявление трех», теперь возмущается беззаконными действиями В. Ющенко.

Обострение политической ситуации в стране сопровождалось и сопровождается все большим подчинением президенту силовых структур, что многими политиками и аналитиками не без оснований рассматривается как свидетельство готовности В. Ющенко прибегнуть к применению силы для реализации своих планов и намерений.

В нарушение закона президент вывел Внутренние войска МВД из подчинения министру внутренних дел и переподчинил их непосредственно себе. Затем им был внесен в Верховную Раду законопроект о преобразовании Внутренних войск в Национальную гвардию, подчиненную президенту, то есть фактически в его «личную охрану» («лейб-гвардию»), какая когда-то была у российских и других императоров. К слову, речь идет о вооруженном формировании, имеющем в своем составе 40 тысяч военнослужащих, отряды «спецназа», а на вооружении — авиацию и бронетехнику. К чести парламентского Комитета по вопросам национальной безопасности и обороны, он не поддержал этот законопроект. Верховная Рада его отклонила.

Удалось пока не допустить передачи подчиненному непосредственно президенту Управлению государственной охраны так называемого «президентского полка» в составе 1800 военнослужащих с тяжелой бронетехникой (более 40 БТР).

Невольно возникает вопрос: от кого собирается защищаться «народный президент» и «мессия» В. Ющенко?

Крайне опасной является законодательная инициатива В. Ющенко об изменении статуса Национальной комиссии по регулированию естественных монополий, а также Государственной пограничной службы и Государственной службы специальной связи и защиты информации. Предусматривается вывести их из состава центральных органов исполнительной власти, предоставив им статус «органов государственной власти», подчиненных непосредственно президенту. Кабинет министров в таком случае будет отстранен от решения кадровых вопросов и контроля за деятельностью указанных органов. Все будет в руках президента, а скорее всего — в руках его окружения.

Очередным свидетельством неуважения В. Ющенко к Конституции, игнорирования ее требований стал Указ «О комплексной проверке деятельности Министерства обороны Украины и состояния мобилизационной готовности Вооруженных сил Украины», которым поручено главе президентского Секретариата «утвердить персональный состав» инспекционной комиссии по проверке готовности и боеспособности Вооруженных сил с «привлечением к ней работников аппарата СНБОУ». Этим В. Ющенко нарушил требования части второй статьи 106 Конституции, согласно которой «президент не может передавать свои полномочия другим лицам или органам», к тому же фактически поставив свою канцелярию над конституционным органом — Советом национальной безопасности и обороны.

В. Ющенко не ограничивается тем, что прибирает к своим рукам, игнорируя требования Конституции, решение кадровых вопросов. Не ограничивается прямыми нарушениями закона (примеры тому — повторное увольнение начальника Главного управления разведки Министерства обороны, освобождение от занимаемой должности руководителя Главной службы оборонной политики Секретариата президента). В практику кадровой работы им внесено «интересное» новшество: назначение работников на ответственные государственные посты исполняющими обязанности, к тому же без ограничения сроков пребывания их в должностях в таком статусе. Это, во-первых, позволяет обходить, то есть нарушать установленный Конституцией и действующими законами порядок решения кадровых вопросов, а во-вторых, ставит руководителей в «подвешенное» состояние, еще большую зависимость от главы государства. Ведь работник, который не знает, будет ли утвержден в должности или нет, особенно если это человек без твердых принципов и нравственных устоев, будет выполнять любые, в том числе и не согласующиеся с Конституцией и законами государства, требования и распоряжения президента и его амбициозного окружения.

Это особенно можно видеть на примере Службы безопасности Украины, которую вот уже почти два года (с 22 декабря 2006 года) возглавляет «временно исполняющий обязанности Председателя СБУ». К слову, эти обязанности возложены на него руководителем Службы, которого В. Ющенко впоследствии освободил от этой должности своим Указом), хотя Председатель Службы безопасности Украины, по Конституции, назначается и освобождается от должности Верховной Радой по представлению президента. Усилия Службы все больше сосредоточиваются на вопросах, которые законом не отнесены к ее полномочиям (достаточно сослаться хотя бы на ту роль, которая президентом была отведена СБУ во время прошедшей избирательной кампании).

За последнее время были заменены все заместители Председателя СБУ, многие руководители подразделений в центральном аппарате Службы, начальники областных управлений СБУ (на некоторых должностях работники сменились по нескольку раз). В соответствии с Законом работники этого уровня назначаются и освобождаются от занимаемых должностей президентом по представлению Председателя Службы. Но ведь в СБУ нет утвержденного Верховной Радой Председателя. В нарушение Закона на должность первого заместителя Председателя СБУ, которому поручены вопросы борьбы с коррупцией и организованной преступностью, назначен работник без согласования с соответствующим парламентским комитетом.

Все это привело к опасному снижению профессионализма в деятельности этого чрезвычайно важного государственного органа. Как выразился на страницах «Киевского телеграфа» народный депутат Украины Г. Москаль, который некоторое время также был заместителем Председателя СБУ, «от СБУ остались только вывеска и антенна».

Действующая Конституция Украины в статье 106 исчерпывающе определяет полномочия главы государства, а в части второй статьи 19 устанавливает, что «органы государственной власти, их должностные лица обязаны действовать только на основании, в пределах полномочий и способом, которые предусмотрены Конституцией и законами Украины». Не считаясь с этим, произвольно толкуя положения статьи 102 Основного закона, определяющей статус президента, В. Ющенко нередко превышает предоставленные ему полномочия, стремясь подмять под себя все ветви власти. В нарушение Конституции он присвоил право вносить на утверждение Верховной Рады кандидатуру министра внутренних дел.

В. Ющенко систематически вторгается в прерогативы и деятельность правительства, дает ему поручения и указания, в чем, к слову, нет практической необходимости. Скажем, в случаях, когда Кабинетом министров уже были приняты соответствующие меры (например, после аварий на угольных шахтах, в связи с природными катастрофами и т. п.). Стремлением расширить — в нарушение Конституции — свои полномочия проникнут ряд положений президентских законопроектов о Кабинете министров Украины, об Антикоррупционном бюро и другие.

Это касается и судебной власти. Демонстративно была заблокирована деятельность Конституционного суда Украины, по вине В. Ющенко не выполнялись судебные решения о восстановлении на работе незаконно уволенных с должностей (даже некоторых глав облгосадминистраций).

К слову, имея перед собой такой «пример», игнорируя положение статьи 124 Конституции, согласно которой присвоение функций правосудия другими органами или должностными лицами не допускается, премьер-министр Ю. Тимошенко открыто призвала налоговые, таможенные органы не выполнять судебные решения, единолично определяя, какие решения являются законными, а какие незаконными («коррупционными»). К сожалению, «гарант» на это не реагирует.

Представленные В. Ющенко в Верховную Раду законопроекты о внесении изменений в действующие законы о Конституционном суде, о Высшем совете юстиции также преследуют цель подчинить указанные органы (в нарушение Конституции) президенту. В то же время в ряде случаев В. Ющенко уклоняется от выполнения обязанностей, возложенных на президента Конституцией. Так, в нарушение статьи 72 Конституции он не провозглашает все-украинский референдум относительно членства Украины в НАТО, проведения которого требуют более 4,5 миллиона граждан Украины.

Своей позицией В. Ющенко фактически затормозил осуществление второго этапа конституционной реформы — реформирование системы власти на региональном уровне и местного самоуправления.

Отдельно следует сказать об отношении В. Ющенко к Верховной Раде Украины — единственному, согласно статье 75 Конституции, законодательному органу в стране. Прекратив досрочно в 2007 году полномочия Верховной Рады четырьмя указами, из которых каждый очередной, по существу, отменял предыдущий, президент не только нарушил Конституцию (в частности требования статьи 90, в соответствии с которой полномочия парламента прекращаются в день открытия первого заседания Верховной Рады нового созыва), но и фактически прекратил функционирование в государстве законодательной ветви власти.

Внеочередные выборы не дали ощутимого перевеса ни одной из противостоящих политических сил, не привели к разрешению острых проблем, стоящих перед обществом и государством. Более того. Украинское государство почти на год оставалось без парламента. В законодательном порядке не решалось множество вопросов, требовавших безотлагательного правового урегулирования. Такого прецедента, пожалуй, не было в мировой практике парламентаризма.

Опасным обострением ситуации в обществе угрожает стремление В. Ющенко навязать стране новую Конституцию (под видом ее новой редакции), причем сделать это с грубым нарушением порядка, установленного действующим Основным законом.

Конституция относит внесение в нее изменений к исключительным полномочиям Верховной Рады Украины. Причем, в соответствии с разделом XIII Конституции, чтобы изменить установленный порядок внесения изменений, необходимо, чтобы сначала Верховная Рада квалифицированным конституционным большинством (не менее 300 народных депутатов) приняла соответствующий закон, который должен быть утвержден всеукраинским референдумом.

Не считаясь с этим, президент своим Указом от 27 декабря 2007 года создал так называемый Национальный конституционный совет, которому поручено подготовить проект новой редакции Конституции Украины. В президентском Указе Верховной Раде не отведено места в конституционном процессе, не указывается, что изменения (новая редакция — это форма внесения изменений в законодательные акты, в том числе в Основной закон) должны быть внесены в порядке, установленном действующей Конституцией. Более того. В. Ющенко публично заявлял, что новая редакция Конституции не может приниматься парламентом, поскольку, мол, это не предусматривается Конституцией.

К слову, чиновники из президентской канцелярии («придворные юристы», озабоченные, похоже, одним — оправдывать любые незаконные действия В. Ющенко) ссылаются на то, что создание Конституционного совета не противоречит Конституции, поскольку, мол, она предоставляет президенту право создавать для осуществления своих полномочий консультативные, совещательные и другие вспомогатель-ные органы и службы. Однако Национальный конституционный совет создается, как следует из Указа, совсем с иными целями и статусом. Ему предоставлено право принимать решения, которые «при необходимости» могут вводиться в действие «актами президента». Все свидетельствует о том, что мы имеем дело с намерением создать новую, угодную В. Ющенко, Конституцию (под видом ее новой редакции) и, минуя Верховную Раду и Конституционный суд, вынести ее на всеукраинский референдум и тем самым обеспечить принятие.

Это, конечно же, будет сопровождаться шумной кампанией, призванной создать в обществе мнение, будто «Конституцию разрабатывают представители народа и принимает сам народ, так как Верховная Рада не способна это сделать». В свете этого становится понятным, почему и в чьих интересах блокируется работа парламента, кто заинтересован в том, чтобы создать в широких массах народа убеждение, что только сильная авторитарная диктаторская власть способна навести в стране порядок, вывести ее из затяжного экономического, политического, нравственного кризиса.

Из сообщений, появившихся в средствах массовой информации, стало известно, что в президентском окружении уже разработан проект новой Конституции, которым предусматривается наделить главу государства намного большими полномочиями, чем те, которые были предусмотрены Конституцией 1996 года и которыми располагал предшественник нынешнего президента.

Если это удастся, Украина из парламентско-президентской республики превратится в президентско-парламентскую (а точнее, в президентскую) с практически неограниченными полномочиями президента.

В связи со сказанным стоит напомнить, что В. Ющенко заблокировал, несколько раз накладывая вето, введение в действие принятого Верховной Радой Закона о временных специальных и следственных комиссиях. Даже после преодоления вето голосами более 300 народных депутатов он не опубликовал этот закон. И понятно почему: В. Ющенко как огня боится возбуждения процедуры импичмента, для которого имеются основания: нарушение им Конституции, законов государства приобрели системный, целенаправленный и циничный характер, что создает условия для узурпации власти, реальную угрозу национальной безопасности. Ибо, как говорил еще в XVIII веке английский государственный деятель Уильям Питт, «где кончаются законы, там начинается тирания». Предотвратить эту угрозу можно только введением деятельности президента, других государственных органов в правовое, конституционное поле. К слову, этого требует от Украины и Парламентская Ассамблея Совета Европы (Резолюция от 19 апреля 2007 года). Президент, Верховная Рада, правительство Украины, обязавшись выполнить рекомендации, изложенные в указанной Резолюции, ничего не сделали для этого.

Преградить путь диктатуре, защитить парламентаризм, конституционный порядок, права и свободы человека и гражданина — неотложная задача и первейший долг всех патриотических сил страны.

P.S. Статья была написана в марте 2008 года. Дальнейшее развитие событий в стране подтвердило ее положение. Противостояние в политических верхах привело к еще большему обострению ситуации, развалу созданной в парламенте коалиции и повторному досрочному прекращению президентом полномочий Верховной Рады Украины, к объявлению новых внеочередных выборов. Ко времени публикации этого издания В. Ющенко остановил действие указа о прекращении полномочий парламента.

Можно ли построить демократическое, правовое государство без честной, правдивой власти[8]

Подлинное значение событий, происходящих ныне в Украине (имеются в виду прежде всего внеочередные выборы народных депутатов Украины, состоявшиеся 30 сентября 2007 года), в полной мере раскроется значительно позже. Но некоторые выводы, по крайней мере, из того, что, как говорится, лежит на поверхности, можно сделать уже сегодня.

Прежде всего о том, о чем у нас не принято говорить, а именно — о социально-политическом характере того, что произошло вследствие выборов.

По большому счету, речь идет, в сущности, о перевороте, осуществленном в сомнительном, с точки зрения легитимности, формате. Конкретно — о радикальном изменении, как было сказано одним из лидеров «помаранчевых», политического курса Украины, изменении, происходящем в рамках одного и того же — буржуазного, капиталистического — строя, реставрированного в Украине в начале 90-х годов прошлого столетия.

Глубинная сущность переворота даже не в том, что власть в стране переходит от представителей одной группы компрадорских олигархических кланов к представителям другой, хотя это будет иметь следствием:

— прежде всего, передел (далеко не бесконфликтный) собственности, финансовых потоков, средств массовой информации и, конечно же, мест во властных структурах, если хотите — новое «кадровое цунами», намного масштабнее, нежели массовая замена кадров после президентских выборов 2004 года, когда десятки тысяч людей поснимали с работы только за то, что «не так голосовали», что привело к катастрофическому снижению профессионализма на всех уровнях управленческой деятельности;

— широкие и жестокие репресеии в отношении политических противников, чего, собственно, и не скрывают лидеры «помаран-чевых».

Более глубокие и далекоидущие последствия будет иметь, по моему мнению, навязывание стране политического курса, который не поддерживается, по крайней мере, половиной населения Украины. Этот курс навязывается пришедшими к власти радикальными национал-шовинистскими силами, лозунгами которых являются сформулированные нынешним президентом тезисы: «одна нация — один язык — одна церковь» и ускорение вступления Украины в НАТО.

Один из главарей этих сил — т. наз. «Свободы» — с нескрываемым удовлетворением заявил после выборов как о своей победе: «Мы перешли за Збруч» (то есть перешли восточную границу, отделявшую до сентября 1939 года Западную Украину от Украинской ССР).

Содержание этого курса проявляется уже сегодня. Это:

— внедрение, вопреки Конституции, в качестве государственной, то есть обязательной для всех, националистической идеологии;

— реабилитация пособников гитлеровцев. Указ президента о праздновании 65-летия Украинской повстанческой армии (УПА) и присвоении звания Героя Украины Р. Шухевичу — это плевок в душу ветеранам Великой Отечественной войны, вызов тем, кто в жестоких боях с фашизмом отстоял свободу и независимость нашей Родины;

— радикальный пересмотр, а по сути, новая фальсификация отечественной истории, что ведет к деформации мировоззрения и морали новых поколений нашего народа;

— закрепление одностороннего, прозападного, проамериканского, пронатовского и, по сути, ан-тироссийского внешнеполитического курса (хотя в предвыборных программах политических блоков, создавших парламентскую коалицию, — БЮТ и «Нашей Украины — Народной самообороны», о членстве в НАТО, реабилитации ОУН — УПА не говорилось ни слова. Это не что иное, как политическое шулерство: обойти эти острые вопросы во время выборов, а после них заявлять, что «народ поддерживает вступление Украины в НАТО и реабилитацию «бандеровщины»);

— дальнейшее серьезное ухудшение отношений с Россией с очень тяжелыми последствиями для национальных интересов Украины, для нашего народа, особенно в условиях обостряющегося противостояния между Россией и Западом (прежде всего США).

В конечном итоге все это приведет к углублению раскола в нашем обществе. Кому-то это, наверное, нужно. Только об этом не говорят открыто.

Наши соотечественники сделали свой выбор, и они должны знать, что их ожидает.

Далее. Нетрудно предвидеть, чем обернется то, что выборы проводились в условиях, когда их легитимность поставлена под сомнение, а работа Конституционного суда, который только и правомочен оценивать конституционность президентских указов, была заблокирована. Здесь, на заседании, была высказана мысль, что «вообще-то досрочные выборы были назначены в соответствии с Конституцией, но небольшое сомнение остается». Это напоминает невесту, которая «всем хороша, но у нее небольшой брачок: она немножко беременна».

В государстве сложилась ситуация, подобная той, о которой говорил, кажется, Бисмарк:

«Я всегда найду дюжину юристов, которые оправдают любые мои незаконные действия». Сегодня таких юристов можно видеть, прежде всего, в окружении президента.

Хотел бы в связи с этим сослаться на некоторые конкретные факты.

В чрезвычайный орган, который президент хотел бы поставить над правительством, превращается — вопреки Конституции — Совет национальной безопасности и обороны Украины. Причем после включения в него — в нарушение Закона о СНБОУ — всех глав облгосадминистраций, назначенных президентом (а это более половины состава Совета), этот орган, по сути, стал нелегитимным. Тем не менее он нередко используется главой государства в качестве дубинки при осуществлении его планов.

Президент потребовал, а госпожа Тимошенко «милостиво согласилась» передать ему — без внесения изменений в Конституцию — право назначать (предлагать кандидатуру) министра внутренних дел, руководителей некоторых других ведомств, что также отражает стремление В. Ющенко к узурпации власти.

Этому способствует и практика назначения исполняющими обязанности руководителей некоторых ведомств (в частности, Службы безопасности Украины, глав госадминистраций), приобретающая все большее распространение, а также несоблюдение установленного Конституцией и законами порядка назначения и освобождения с занимаемых должностей глав госадминистраций.

Я уже не говорю о прямом участии президента В. Ющенко в избирательной кампании в пользу блока «Наша Украина — Народная самооборона», о назначении главы Секретариата президента, глав облгосадминистраций руководителями избирательных штабов пропрезидентских блоков, что является прямым нарушением Закона о политических партиях, согласно статье 4-й которого — цитирую — «органам государственной власти (всем, а не только органам исполнительной власти. — Г. К.), органам местного самоуправления, их должностным лицам запрещается выделять в своем отношении определенные политические партии или предоставлять им привилегии, а также содействовать политическим партиям, если иное не предусмотрено законом, в проведении их деятельности».

Этого почему-то «не заметили» президентские юристы, всячески оправдывая призывы В. Ющенко голосовать за блок «Наша Украина — Народная самооборона».

А как понимать то, что Служба безопасности Украины была определена едва ли не главным контролером за тем, чтобы выборы были свободными? Как это согласуется с Конституцией, Законом об СБУ, которыми на Службу возложена защита конституционного строя и территориальной целостности Украины? Разве угрожали этому выборы?

Имеется реальная угроза того, что обществу будет навязано принятие новой редакции Конституции Украины через референдум — без соблюдения процедуры, установленной действующим Основным законом, на что, как известно, обращалось внимание в одном из решений Конституционного суда Украины.

Следует в связи с этим подчеркнуть: без возвращения деятельности всех государственных органов и должностных лиц, включая президента, в правовое, конституционное поле нечего и говорить о демократии, правах человека и тому подобных вещах.

Третье. Прошедшие выборы отличались беспрецедентным использованием популистской демагогии, которой, к сожалению, поверили миллионы людей. Похоже, после «майданный» период, когда стало ясно, что народ Украины обманули, ничему их не научил. Наверное, общество еще должно переболеть этой болезнью, последствия которой могут быть очень тяжелыми.

Но в связи с этим стоит сказать о другом. Многочисленные факты свидетельствуют о том, что заявления, заверения, обещания самых высоких должностных лиц по очень важным вопросам нередко, как оказывается, не стоят и ломаного гроша.

Это касается даже отношения к Рекомендациям Парламентской Ассамблеи Совета Европы относительно нормализации обстановки в Украине, ни один пункт которых, вопреки заверениям руководителей государства, не был реализован.

А как понимать такое? — Со стороны известных деятелей делаются не лишенные оснований заявления о нелегитимности состоявшихся выборов. Но в связи с этим закономерно возникает вопрос: почему же они подписали печально знаменитое «Заявление трех», в котором согласились на проведение внеочередных выборов?

Когда слышишь заявления президента В. Ющенко о необходимости проведения всеукраинского референдума по проекту новой редакции Конституции Украины, о его отношении к внесению в декабре 2004 года изменений в действующую Конституцию, то невольно вспоминаются заявления по этим вопросам, которые делались им ранее.

Относительно всеукраинского референдума по конституционным вопросам, инициированного Л. Кучмой в 2003 году, В. Ющенко говорил:

«Мы против референдумов прямого действия, когда, «обращаясь к народу», кое-кто собирается вносить прямые изменения в Конституцию» (февраль 2003 года);

«Предложения Кучмы о создании двухпалатного парламента и попытки внести изменения в Конституцию через референдум могут отбросить Украину в демократическом развитии… Это пародия на демократию» (апрель 2003 года);

«…чтобы повысить связь с регионами, надо не вторую палату формировать, а подумать, как через механизм распределения финансов передать самостоятельность на территории» (это говорилось в декабре 2005 года — почти через год после того, как В. Ющенко стал президентом).

А вот что говорил он о конституционной реформе 2004 года сразу же после голосования по соответствующему законопроекту:

«Я даю вам слово, что голосовал за политреформу, но не знаю, почему в распечатке показано, что я не голосовал… Это решение — в полной гармонии с позицией фракции…»

А в апреле 2005 года тот же В. Ющенко заявил:

«Я вам даю слово: пересмотра политреформы, референдума или еще чего-то там я инициировать не буду…»

Как верить такому деятелю? Как пояснить такие кульбиты? Есть ли логика в позиции главы государства? Логика есть, она обусловлена стремлением к неограниченной власти — любой ценой.

Но на этом справедливое, демократическое, правовое государство, в котором действует честная, правдивая власть, построить нельзя.

И последнее. Чего следует ожидать в развитии политической ситуации после завершения парламентских выборов и обнародования их результатов? «Помаранчевая» коалиция, судя по всему, будет сформирована. Другое дело, насколько прочной и жизнеспособной при 228 мандатах она будет. Ведь не секрет, как непросто складываются взаимоотношения внутри этой коалиции («као-лиции») и даже внутри отдельных ее частей[9].

Известны непомерные амбиции лидера БЮТ. Она не из тех, кто может «забыть» и тем более простить того, что по предложению нынешнего президента в сентябре 2005 года она уже была освобождена с должности премьер-министра, как и того, что В. Ющенко публично обвинял ее в том, что она не справилась со своими обязанностями, более того — попыталась использовать положение главы правительства для того, чтобы списать миллиардные долги ЕЭСУ. Поэтому декларированная ею готовность согласиться с любыми предложениями и требованиями В. Ющенко, поцелуи с президентом нисколько не убеждают в искренности ее намерений и публичных заявлений.

После принятия изменений в Конституцию в 2004 году некоторые члены фракции БЮТ в личных беседах говорили: «Сегодня мы проголосовали за этот документ — нам бы взять власть. Тогда мы все решим иначе — так, как нам будет нужно».

В. Ющенко не лишне учесть это, особенно потому, что он фактически уже начал свою президентскую кампанию, начал, имея всего 5–7 % народного доверия.

Многое в развитии ситуации будет зависеть от позиции Партии регионов и Блока Литвина.

От регионалов — смирятся они с поражением, или будут активно, не так, как до сих пор, отстаивать интересы своих избирателей. Иначе им явно угрожает перспектива разделить судьбу «партий власти» — НДП, СДПУ(о) и других.

От Блока Литвина — согласятся ли они с ролью статистов при коалиции «помаранчевих», которой так нужны 20 голосов — дополнительно к 228-ми.

Во всяком случае нельзя исключать, что уже вскоре страна будет втянута в новую избирательную кампанию.

Победят же в ней те политические силы, которые нельзя будет обвинить в том, что вновь избранный парламент окажется недееспособным по их вине.

В общем, до выхода из кризиса еще далеко.

Сентябрь 2007 года (не публиковались).

P.S. Страна действительно втянута в очередные «внеочередные» парламентские выборы.

Без уважения к конституции, к законам страны невозможно преодолеть политический кризис[10]

Поиск путей выхода из острого политического кризиса, который вот уже несколько лет лихорадит страну и фактически превратился в системное разрушение основ общественной и государственной жизни, возможен только на основе верной оценки причин, обусловивших такое состояние нашего общества.

Среди этих причин на первый план я бы поставил незавершенность процесса первичного накопления капитала, процесса, который уже на этом этапе переходит в фазу борьбы за передел захваченной собственности. Это находит выражение в ожесточенных схватках политико-бизнесовых групп за еще не приватизированные, очень важные объекты — Одесский припортовый завод, Укртелеком, энергосистемы, предприятия оборонно-промышленного комплекса, а в последнее время — за землю. В качестве условия достижения этих экономических целей рассматривается овладение ключевыми постами в структурах власти.

Что представляет собой в этих условиях так называемая «элита», которая правит страной? Трудно не согласиться с теми, кто считает, что у нас пока еще не появились (или не пробились?) личности, способные сплотить наше разобщенное и деморализованное общество, имеющие моральное право претендовать на роль признанных лидеров нации. «Хватательный рефлекс» и маниакальная — до клиники — жажда власти отличают многих из тех, кто сегодня при власти или рвется к ней.

Мы дожили до того, что публичное выяснение отношений между высшими должностными лицами едва ли не больше всего компрометирует Украину как государство. Чего стоит хотя бы немыслимая в любой другой стране ситуация, когда члены пропрезидентской фракции не дают возможности президенту выполнить конституционную обязанность — огласить Послание о внутреннем и международном положении в Украине?

На ситуации в стране негативно сказывается разрушение профессионализма на всех уровнях и во всех звеньях в ходе массовых чисток по политическим мотивам последних лет, а также поразительно низкий уровень политической, правовой и общей культуры тех, кто сегодня находится у руля государства. С ужасом и стыдом приходится слушать выступления некоторых парламентариев, дремучих в элементарных вопросах права, не знающих Регламента Верховной Рады. А правовой нигилизм, неуважение к закону, к Конституции, системные их нарушения на всех уровнях, начиная с первых лиц государства, стали, по сути, будничным явлением в Украине.

Я уже не говорю о позорных случаях, когда, скажем, министр может набить физиономию градоначальнику и не только оставаться на своем посту, но и бахвалиться совершенным.

А чем оборачивается неспособность власти укротить монстра — беспрецедентную коррумпированность всех звеньев государственного аппарата, в том числе высоких управленческих структур, депутатского корпуса, судебной системы, правоохранительной системы?

Отдельно стоит сказать о состоянии нашего общества, сознание и воля которого деформированы гипертрофированным патернализмом советских времен, тогдашней весьма примитивной и нынешней агрессивной пропагандой, драматическими перипетиями последних десятилетий.

Отсюда — очевидная неспособность граждан отстаивать и защищать свои права, невероятная, я бы сказал — иррациональная доверчивость к популистской демагогии, наивная вера в очередного «мессию» — будь-то с «руками, которые ничего не крали» или с косой и дорогостоящими нарядами, которые меняются по нескольку раз в день.

Об этом лишний раз напомнили выборы мэра и городского совета в Киеве, которые должны были бы стать отрезвляющим душем для многих претендентов на власть.

К сказанному следует добавить, что трудно ожидать мира, согласия и спокойствия в обществе, если в центр общественного внимания ставятся не коренные проблемы экономического, социального, духовного развития, а вопросы, которые еще более углубляют раскол. Причем исходит это зачастую от первого лица в государстве, призванного консолидировать общество.

Чрезвычайно затянулся процесс политической структуризации общества, формирования политических партий, которые имели бы четкие программы, стабильный состав, надежный электорат. Создаваемые для участия в выборах, «под конкретных лиц», партии во многих случаях оказываются «калифами на час». Не об этом ли свидетельствует судьба ряда таких структур-однодневок?

Поучителен и пример Партии регионов. Благодаря громким, привлекательным, отвечающим настроениям большинства членов нашего общества лозунгам она получила поддержку миллионов людей. Но из-за непоследовательности, невыполнения предвыборных обещаний, отсутствия внутреннего единства, подчинения своей деятельности интересам олигархических кланов, заигрывания с «помаранчевыми» партия катастрофически теряет поддержку' и завоеванные позиции в обществе.

А разочарование деятельностью таких партий оборачивается еще большей пассивностью, апатией, отвращением миллионов к политикам и политике.

Это — трагедия для нации.

Стоит задуматься над следующим. Десятилетиями прививались советским людям идеи справедливости, равенства, коллективизма, непримиримое отношение к стяжательству, незаконному обогащению. Но произошел переворот, и население в массе восприняло как нечто естественное разграбление общественного достояния в процессе преступной «при-хватизации», едва ли не самое глубокое в Европе имущественное расслоение в обществе, превращение «высокоидейных, бескомпромиссных ленинцев» в воинствующих антикоммунистов, миллионеров и миллиардеров.

Следовательно, причины политического кризиса очень глубокие. (Я оставлю за скобками внешнеполитические факторы, давление из-за рубежа, зависимость людей бизнеса, политиков, обусловленную тем, что часть их капиталов находится за пределами Украины.) Было бы, по моему мнению, наивностью ожидать, что уже завтра у нас появится новая, европейского образца, элита, честными станут хапуги и стяжатели у власти, а высокие должностные лица будут действовать и вести себя иначе.

Я в это не верю.

По моему убеждению, только принципиальная, решительная позиция и эффективное влияние институтов гражданского общества могут разбудить народные массы, будут способствовать обновлению состава руководящих и управляющих кадров, радикальному изменению ситуации в обществе к лучшему.

И первое, что необходимо для этого, — сделать все возможное для того, чтобы принудить властные структуры, высших должностных лиц действовать исключительно в правовом, конституционном поле, уважать закон и прежде всего Конституцию.

Стало едва ли не общим местом объяснять все неурядицы в обществе несовершенством Конституции. Конституция действительно требует усовершенствования. Особенно важно осуществить реформирование власти на региональном уровне и местного самоуправления, устранить дуалистический подход к формированию исполнительной власти и явно ненормальное положение, когда Украина на общегосударственном уровне после внесения изменений в Конституцию в декабре 2004 года стала парламентско-президентской республикой, а на региональном и местном уровне сохранились отношения, характерные для президентско-парламентской республики.

Но что мешает высшим руководителям государства проникнуться пониманием своей высокой ответственности перед обществом и, не выходя за пределы, установленные Основным законом, согласовывать в рабочем порядке спорные вопросы? — Борьба за власть.

Чем можно оправдать то, что необходимое реформирование важных сфер государственной жизни, в частности правоохранительных органов, спецслужб, судебной системы, сведено к бесконечным, длящимся годами, разговорам, разработке многочисленных концепций, программ, планов и не доводится до практических результатов?

Не действует ли здесь известный принцип, сформулированный еще в XIX веке российским сатириком М. Е. Салтыковым-Щедриным: «Порядка будет много — обилия не станет»?

Вызывает озабоченность то, как разворачивается конституционный процесс, за чем явно просматривается намерение провести измененную, устраивающую В. Ющенко, Конституцию, минуя парламент, через всеукраинский референдум. Конституционный суд своим решением фактически преградил путь этим намерениям.

По поручению Конституционной рады Рабочая группа подготовила проект Концепции обновления Основного закона страны. Однако он до сих пор не рассмотрен Конституционной радой — ее второе заседание, назначавшееся на 23 апреля 2008 г., так и не состоялось.

Поэтому вызывает удивление появление в СМИ сообщений о том, что уже якобы подготовлен президентский проект новой редакции Конституции и он в ближайшие дни будет направлен на рассмотрение Верховной Рады. Значит, кто-то вне рамок Конституционной рады и ее Рабочей группы готовит проект, а Конституционная рада может быть использована как прикрытие, чтобы придать видимость демократичности, участия представителей общественности в конституционном процессе.

Вызывает недоумение и другое. В представлении Рабочей группы в Конституционную раду о проекте Концепции обновления Конституции неизвестно как появилось утверждение, будто бы Рабочая группа не поддержала ряд предложений (о закреплении в Конституции внеблокового, нейтрального статуса Украины, о статусе русского языка, о возможности двойного гражданства). В действительности эти предложения Рабочей группой, по сути, не рассматривались — они были вычленены из общего контекста, их было решено вынести на обсуждение Конституционной рады.

И это понятно, если учесть, что в заседаниях Рабочей группы фактически не принимали участия представители Партии регионов, БЮТ, Блока Литвина, которые имеют свою позицию по указанным и другим вопросам. Как же можно навязывать Верховной Раде проект новой редакции Основного закона, не зная и не учитывая позицию фракций, располагающих более чем 300 депутатскими мандатами?

Не могут не вызывать озабоченности намерения использовать конституционный процесс для превращения Украины фактически в президентскую или премьерскую республику, то есть в государство с диктаторской формой правления. Стремление подготовить и навязать принятие Конституции не в интересах государства, а ради удовлетворения амбиций определенных лиц или парламентских сил либо под конкретную ситуацию ни в коей мере не будет способствовать преодолению политического кризиса, но еще более углубит его.

Август 2008 года (не публиковались).

Решительно противостоять попыткам извратить отечественную историю[11]

Уинстон Черчилль в свое время говорил: «Если настоящее попытается судить прошлое, оно утратит будущее».

Сегодня мы имеем дело именно с явной, причем агрессивной попыткой украинских властей осудить и извратить отечественную историю в угоду политическим, точнее политиканским, чуждым народам Украины и России целям, во вред нашим национальным интересам.

Хотел бы в связи с этим выделить такие моменты.

Первое. Речь идет не просто о субъективистской переоценке многих событий и деятелей нашей совместной истории, а о попытке пересмотреть итоги Великой Отечественной войны, если хотите — переиграть войну, отобрать, украсть у наших народов Победу, за которую они отдали миллионы жизней.

С циничной откровенностью говорится об этом в заключительном разделе текстовой части фотовыставки «Украинская повстанческая армия. История непокоренных», развернутой в… Службе безопасности Украины: «…Независимое украинское государство до сих пор не признало УПА. Прочная имперская пуповина мешает властной элите назвать оккупанта оккупантом, а борца за свободу — героем нации».

Не может не вызывать удивления и возмущения то, что организатором этой выставки, которую решено развернуть во всех областях, прежде всего на Востоке Украины, является руководство Службы, призванной обеспечивать безопасность страны. Ее возглавляет почти два года (в качестве «исполняющего обязанности Председателя СБУ») бывший член КПСС, предавший присягу, которую принимал при Советской власти. Впрочем, наиболее злобными хулителями всего советского, готовыми оплевать подвиг защитников Родины, назвать их «оккупантами», нередко выступают предатели из числа вчерашних носителей ком-партийных билетов.

Это они фактически развалили Службу безопасности Украины, очистили ее от подлинных патриотов — кадровых разведчиков и контрразведчиков, превратили в охранку, обслуживающую интересы и цели нынешнего президента и подконтрольную США. Дошло до того, что дипломы выпускникам учебного заведения СБУ вручались в этом году с участием… американского посла У. Тейлора. Приходится согласиться с премьер-министром Украины Ю. Тимошенко, которая заявила 3 сентября т. г., что Служба безопасности превратилась сегодня в репрессивный орган против политиков, которых президент В. Ющенко считает своими конкурентами. По ее же словам, «Служба безопасности… не выполняет своих главных функций — не защищает национальные интересы Украины и не делает всего для того, чтобы Украина была сильной». Надо ли после этого удивляться таким, к примеру, сообщениям, появившимся в печати: «В СБУ состоится финальный турнир по рукопашному бою памяти… главнокомандующего УПА Героя Украины Р. Шухевича»?

Что за этим всем стоит?

— Открытое провозглашение идейного родства с фашистскими прихвостнями — боевиками ОУН — УПА, героизация коллаборационистов, которые сегодня подняли голову и все больше наглеют.

— Реальная угроза фашизации страны, что проявляется в навязывании национал-шовинистской идеологии, стремлении утвердить диктаторский режим, в системных нарушениях Конституции и законов страны.

Уместно в связи с этим сопоставить два девиза: «Один народ — один рейх — один фюрер» и «Єдина нація — едина мова — едина церква». Комментарии, на мой взгляд, не требуются.

Звериный оскал неофашизма мне довелось увидеть воочию, побывав на днях с коллегами по «Украинскому форуму» В. П. Семиножен-ко и П. П. Толоч ко в Цхинвале, где грузинские «демократы», руководимые кумом и другом украинского президента, учинили геноцид в отношении народа Южной Осетии и вызвали гуманитарную катастрофу в регионе.

К сожалению, не всеми осознается опасность установления фашистского режима. И особенно это касается населения восточных областей Украины, в том числе Донбасса.

Второе. То, что нынешняя украинская власть творит с отечественной историей, свидетельствует о стремлении вычеркнуть из нее, превратить в «черную дыру» 70 лет советского периода, которые представляются только годами беззакония, сплошных репрессий, «голодоморов» и т. п.

Это еще одно преступление перед своим народом правящего режима — тех, кто ничего стоящего не создал, но никак не может доломать созданное самоотверженным трудом нескольких поколений советского народа.

Доходит до абсурда. Небезызвестный Ю. Шаповал, бывший комсорг столичного университета, специализировавшийся на критике буржуазного национализма, а после антисоциалистического переворота — на очернении советского прошлого нашей страны, договорился до того, что после 1933 года произошла, по его словам, «сталинизация украинского языка», а «настоящий украинский язык сохранила только заокеанская диаспора».

Национал-шовинисты объявляют «советской оккупацией» воссоединение исконных украинских земель в едином государстве в 1939, 1940, 1945 годах, обосновывая это тем, что воссоединение произошло в соответствии с «пактом Молотова-Риббентропа». Но как быть в таком случае с указанными землями — вернуть их Польше, Румынии, Словакии? Не к этому ли ведут дело «національно стурбовані»? Не потому ли они, украинские власти, прозападный МИД Украины, не реагируют публично на высказывания румынского президента Бэсэску, который открыто заявил о территориальных претензиях к Украине?

К слову, отмечая стремление украинских властей превратить в «черную дыру» 70 лет отечественной истории, трудно отделаться от мысли, что и в России все активнее идут по этому пути. По крайней мере, такое впечатление складывается от ознакомления со многими передачами российского телевидения.

Третье. Пересмотр истории осуществляется в целях обоснования политического курса нынешнего компрадорского, проамериканского режима в Украине, курса, полностью отвечающего требованиям, которые были выдвинуты еще в 1996 году, после принятия украинской Конституции, в Резолюции Конгресса США «В защиту независимости Украины».

Сердцевину этого глубоко антинационального курса, которого все эти годы неукоснительно придерживались и придерживаются украинские власти, составляют русофобия, стремление разъединить на века два братских народа, два дружественных государства, втянуть нашу страну в НАТО, превратить Украину в мощный ан-тироссийский натовский форпост.

Этот курс раскалывает наше общество, а углубляющийся кризис доверия в отношениях Украины и России угрожает непоправимыми последствиями, прежде всего для нашей страны.

Донести понимание этой опасности до самых широких слоев общественности — важнейшая задача. Ради этого ученым, прежде всего историкам, общественным и политическим деятелям надо встречаться, обсуждать дискуссионные проблемы, находить согласованные позиции, вести разговор прежде всего на научном уровне, чего так боятся украинские власти, свидетельством чему являются и отчаянные попытки не допустить проведения этой конференции.

Извлечь уроки из трагедии Цхинвала

В Южной Осетии побывала делегация Украинского форума в составе академиков НАН Украины В. П. Семиноженко, П. П. Толочко и председателя Комитета по вопросам национальной безопасности и обороны в Верховной Раде Украины III и IV созывов члена ЦК КПУ Г. К. Крючкова. Георгий Корнеевич поделился с читателями «Коммуниста» впечатлениями об этой поездке.

— Какова ваша общая оценка произошедшего в Южной Осетии?

— Тяжелейшая…. Город разрушен. Уничтожены целые жилые кварталы. В руины превращены важнейшие административные ‘здания (парламента, администрации президента, правительства), Национальный университет, театр, библиотеки, школы (мы побывали в школе № 5 — вернее, в том, что от нее осталось), больницы, поликлиники. Тысячи погибших. Называлась цифра в 2000 человек, но и сегодня из-под развалин достают тела мирных жителей, погибших в результате преступного и циничного нападения на Южную Осетию, организованного режимом, который нынче властвует в Грузии.

Иначе, чем неприкрытым геноцидом, назвать эти действия не могу.

Есть и еще один важный момент. То, что случилось в августе, отбросило на многие годы, даже десятилетия, саму возможность жизни грузин и осетин в рамках одного государства.

Я видел, как горело мое родное село в 43-м. Но его подожгли фашистские оккупанты. Будучи народным депутатом СССР, я видел в 1989 году жертвы конфликта в Оше. Но то была стычка на межнациональной почве. Сегодня же Саакашвили, которого по недоразумению некоторые считают демократом, напал на территорию, на людей, которых он считает находящимися под своей юрисдикцией. Это война власти против народа. Война преступная, повторяю — с явными признаками геноцида. И вдвойне цинично выглядит само название этой карательной акции — «Чистое поле».

— Можно ли говорить о спланированном характере нападения?

— Вне всякого сомнения. Ведь еще накануне трагических событий проходили переговоры представителей грузинских властей, ОБСЕ и российских миротворческих сил. Планировалось решить возникшие организационно-технические вопросы. Но грузинская сторона прервала консультации, ее представители и миротворцы ОБСЕ покинули Цхинвал, а живущим в Южной Осетии грузинам было рекомендовано уехать. И в ту же ночь на город обрушился страшный удар из установок залпового огня «Град», к слову, поставленных из Украины. Это явное вероломство.

Акция изначально была ориентирована на уничтожение местного населения, не желающего слепо подчиняться требованиям Тбилиси.

Как иначе расценить применение систем залпового огня по жилым кварталам, где изначально не могли находиться вооруженные формирования? Как иначе расценить убийства женщин и детей? Как расценить планы отравления системы водоснабжения Цхинвала?

Сегодня с полной уверенностью можно сказать: только героизм осетинского ополчения, российских миротворческих контингентов и подоспевших на помощь осетинам частей 58-й армии спасли республику от «зачистки», которую Саакашвили пытался осуществить. Думаю, с одобрения США и поддержки — увы, но это так — нынешней власти Украины.

— Однако режим Ющенко и Украина — это не одно и то же.

— Совершенно верно. И наш визит в Цхинвал, та небольшая помощь, которую мы можем оказать Южной Осетии, моральная поддержка ее народа значат очень много. Ибо, протягивая руку дружбы и помощи этому гордому народу, мы показываем: в Украине есть силы, способные противостоять проамериканскому курсу, который, уверен, противоречит коренным интересам нашей страны. Сегодня же, к сожалению, режим Ющенко полностью стал на сторону агрессора, поддерживая режим Саакашвили не только в политической, но и в военной сфере. Да, сотрудничество в военно-технической области, торговля оружием — объективная реальность сегодняшнего дня. Но обратите внимание: одним из крупных поставщиков вооружения в Грузию был Израиль. Однако, как только развернулся вооруженный конфликт, поставки вооружений из этой страны были заморожены. То есть бывают ситуации, когда нужно поступиться экономическим эффектом в интересах престижа своей страны, ради сохранения международной безопасности.

— Каковы, на ваш взгляд, уроки, которые должна извлечь Украина из этой трагичной ситуации?

— Во-первых, не был использован уникальный для Украины шанс проявить себя как государство, имевшее стратегические отношения и с Россией, и с Грузией. Односторонняя, безоговорочная поддержка Ющенко агрессии, преступных, по сути, действий грузинского президента создает серьезные внешнеполитические проблемы для нашей страны, грозит значительными потерями и в политической, и в экономической сфере.

Во-вторых, мы должны осознавать, что продолжение слепого следования проамериканским курсом, что является квинтэссенцией политики Ющенко, будет и дальше втягивать Украину в опасное противостояние с другими странами, в первую очередь, с Россией.

В-третьих, настораживают оголтелая русофобия, искажение истины, односторонняя информация большинства украинских СМИ. Народу Украины информация о тех трагических событиях преподносится в искаженном виде.

В-четвертых, Украине сегодня необходимо легализировать свой внеблоковый статус, проводить политику активного нейтралитета. Одновременно нужно работать над созданием Вооруженных сил, отвечающих требованиям современного момента. Думаю, что опыт ополченцев Южной Осетии вновь показал, что значит морально-политическое единство народа. Но вокруг антинародного режима оно не может быть достигнуто.

В-пятых, очевидно, что сегодня нужно активизировать усилия по созданию общеевропейской системы коллективной безопасности, включающей разнообразные военно-политические структуры, все государства континента, в том числе страны с внеблоковым статусом.

И в-шестых, нам сегодня необходима политика — и внешняя, и внутренняя, — которая бы не следовала каким-либо окрикам из-за океана, а отражала интересы народа Украины.

Газета «Коммунист» № 74 от 12.09.2008 г.

Уроки второй мировой по-прежнему актуальны

В последнее время в новых независимых государствах — бывших республиках СССР стало признаком хорошего тона, своего рода политической модой псевдоправых и не способных логически мыслить политиков именовать Великую Отечественную войну, 62-ю годовщину со дня окончания которой мы недавно отметили, Второй мировой.

Когда данную подмену названий производят известные всему миру кичливой необразованностью профессиональные «патриоты», это вряд ли кого-то может удивить. Люди, узурпировавшие право говорить от имени всей Украины, сами себя объявившие демократами, даже не знают, что 9 мая 1945 г. закончилась именно Великая Отечественная война советского народа. Тогда же закончилась война с Германией антигитлеровской коалиции, в которую как-то забыли вступить ОУН, УПА, СС «Галичина», прибалтийские, голландские, французские, норвежские и другие эсэсовцы, что и не позволяет сегодняшним корректировщикам истории отмыть от крови и позора еще живых коллаборационистов. А Вторая мировая длилась до сентября 1945 г. и завершилась безоговорочной капитуляцией Японии.

Однако Великую Отечественную не хотят знать не только политики и пропагандисты, для которых истинным давно стало лишь то, что в данный момент технологично или кажется таковым. «Выдающуюся роль» «украинских» полувоенных формирований во Второй мировой взялись доказывать профессиональные историки. Оставим открытым вопрос, может ли являться (а не считаться) ученым конъюнктурщик, готовый по первому требованию любой власти доказывать, «что люди ходят на руках и что люди ходят на боках». Извращение истории, перевирание фактов, оболванивание подрастающего поколения в угоду политической конъюнктуре опасно прежде всего для самого украинского государства, для его будущего. Ведь люди, не знающие собственной истории, обречены повторить чужие ошибки.

Много раз проанализированы учеными и публицистами ошибки, допущенные Центральной Радой, Директорией и правительством гетмана П. Скоропадского в 1917–1920 гг. Неоднократно подчеркивалось, что бездумная, слепая, псевдопатриотичная героизация (граничащая с канонизацией) этих весьма противоречивых личностей уже привела к повторению новыми украинскими руководителями тех же ошибок. На новом витке истории они, слава Богу, не привели к распаду страны или к уничтожению украинской государственности, но серьезнейшим образом ослабили Украину, сделали ее значительно менее жизнеспособной, полностью зависимой от внешних факторов, от доброй воли соседей и ситуативных союзников.

Однако не будем возвращаться к упомянутым событиям начала XX века, а попытаемся разобраться, какую же войну вела Украина в 1941–1945 гг., и определить, какие уроки следует вынести политической элите новой Украины из событий Второй мировой войны, продолжавшейся с 1939-го по 1945-й.

Уже сопоставление дат Второй мировой и Великой Отечественной войн показывает, что последняя была одним из этапов первой, даже важнейшим этапом. Все, что происходило в Европе с 1939-го по 1941 г., было лишь прелюдией, главные же события развернулись с 22 июня по конец 1941 г., когда в войну вступили СССР и США и была сформирована антигитлеровская коалиция, которая и зафиксировала свою победу в результате подписания в 1945 г.: в мае — Германией и лишь в сентябре — Японией актов о безоговорочной капитуляции.

Должен еще раз огорчить доморощенных «патриотов»: среди победителей во Второй мировой войне ни ОУН, ни УПА не упомянуты, а вот организация СС (в том числе ее войсковые формирования, т. н. ваффен-СС, в которые входила и СС «Галичина»), признана преступной.

На первом этапе Второй мировой (до начала Великой Отечественной) состоялась германопольская война, в ходе которой было ликвидировано польское государство. Весной 1940-го для обеспечения бесперебойных поставок железной руды из Швеции немцами были оккупированы нейтральные Дания и Норвегия. Причем вермахт и кригсмарине на считанные часы опередили английский десант, уже находившийся в море с аналогичной задачей.

Затем Гитлер провел кампанию 1940 года во Франции, которая закончилась фактическим военно-политическим крахом Третьей республики и формированием лояльного Германии марионеточного правительства Виши (во главе с коллаборационистом маршалом Петэном, закончившим жизнь в тюремной камере). Правительство Виши согласилось на оккупацию 2/3 территории метрополии германскими вооруженными силами.

С конца лета 1940-го до начала лета 1941 г. продолжалась «Битва за Англию», в ходе которой люфтваффе не смогли нанести поражение английской авиации. В свою очередь невозможность достичь господства в воздухе над проливом Ла-Манш и нейтрализовать английский флот заставила Гитлера пойти путем Наполеона и попытаться принудить Англию к миру, уничтожив единственное континентальное государство, чьи вооруженные силы еще могли конкурировать с вермахтом, — СССР.

Наконец, в рамках подготовки к вторжению в СССР, для обеспечения своего южного фланга от угрозы англичан и их балканских союзников, Гитлер в ходе краткосрочной кампании разгромил и оккупировал Югославию и Грецию.

Все это, если не учитывать малозначительные операции итальянской армии, были кампании Второй мировой войны, предшествующие Великой Отечественной. Мало сказать, что на этом этапе Украина не принимала никакого участия в боевых действиях. Находясь в составе СССР, который подписал с Германией в августе 1939 г. договоры «О ненападении», а также «О дружбе и границах» и секретные протоколы к ним, Украина на первом этапе войны оказалась невоюющей союзницей Германии. Более того, из всех республик Советского Союза именно Украина получила от данной ситуации наибольшие дивиденды.

17 сентября 1939 г., когда польская армия еще сопротивлялась вермахту, войска СССР перешли восточную границу Польши. Армия вторжения во главе с командармом второго ранга (будущим маршалом) С. Тимошенко была сформирована на базе Киевского и Белорусского военных округов. В результате раздела Польши между СССР и Германией к Украине были присоединены земли западнее Збруча, сегодняшняя электоральная база профессиональных «патриотов». Советские партийные вожди были достаточно опытными политиками, чтобы понять: участие СССР (и Украины в его составе) во Второй мировой — процесс довольно противоречивый. Чтобы не вызывать международно-правовых осложнений (вроде «просьбы» вернуться к довоенным — по состоянию на 1 сентября 1939 г. — границам), в СССР предпочитали говорить о Великой Отечественной войне.

Здесь все было ясно: война для Союза началась 22 июня 1941 г., когда его западная граница была уже «подправлена», и закончилась 9 мая 1945 г. Все территориальные приобретения являлись «справедливой компенсацией» победившей стороне за понесенные потери.

Точно так же на Дальнем Востоке СССР провел короткую кампанию против Японии с 8 августа по 3 сентября 1945 г. и получил — в результате победы — Курилы и Южный Сахалин. Отметим, что искусственное разделение результатов Второй мировой и советско-японской войн, произошедшее во многом по вине советского руководства, до сих пор позволяет Японии высказывать претензии на часть «Северных территорий».

Если же принять концепцию современных украинских «историков» от политики, то получится примерно следующее:

1. Украина во Второй мировой была представлена ОУН (в политическом отношении) и УПА (в военном).

2. УПА воевала и против Германии, и против СССР.

3. Украина войну проиграла (как Гитлеру, так и Сталину).

Может, для выпускника «украинизированной» школы это и выглядит героически, но с точки зрения политики, в том числе политики сегодняшнего дня, это означает, что Украина вела войну против антигитлеровской коалиции (воевала ли УПА также и против Гитлера, с этой точки зрения, не важно, важно, что признается факт войны с одной из держав коалиции).

Чтобы понять, как реагировали в то время на подобный факт страны-союзники, напомним, что СССР был связан с Японией договором о ненападении, причем японская сторона строго соблюдала его в течение всех лет Великой Отечественной. Тем не менее, Москва взяла на себя обязательство перед союзниками вступить в войну с Японией не позднее чем через три месяца после окончания войны с Германией и выполнила свое обещание. Кроме того, УПА воевала не только и не столько с советскими войсками, сколько с поляками, которых «бравые» украинцы перебили, по разным оценкам, две-три сотни тысяч. Между тем именно нападение Германии на Польшу стало поводом для начала Второй мировой войны.

В рамках осуждения «пакта Молотова — Риббентропа», а также окончательного урегулирования связанных со Второй мировой войной проблем Польша вполне может потребовать возвращения своих восточных территорий. Тем более что встречные претензии со стороны Германии ей не угрожают.

Все же Германия войну проиграла, как и УПА, а поляки, в отличие от украинцев, никогда не отказывались от статуса державы-победительницы. Причем сегодняшние теплые отношения с Варшавой не дают Киеву никаких гарантий.

Во-первых, Польша заинтересована в том, чтобы Украина стала буфером между нею и Россией. Но обстоятельства могут измениться, и буфер станет ненужным, тогда его логично будет разделить — как неоднократно делили саму Польшу.

Во-вторых, не надо считать, что только украинцы могут требовать компенсации за убийство Аскольда и Дира Олегом и за разорение Киева войсками Андрея Боголюбского. В 1945 г. поляки (при помощи Сталина) установили свою границу с Германией так далеко на западе, что даже король-воин XI века Болеслав Храбрый обзави-довался бы. Попросту говоря, германо-польская граница никогда за время существования обоих государств настолько на запад не продвигалась. Почему бы через лет семьдесят не «поправить» и восточную границу «Третьей Речи Посполитой»?

Кстати, именно польский опыт, связанный со Второй мировой войной, следовало бы досконально изучить современным украинским политикам, чтобы извлечь из него урок и не повторять ошибок, допущенных официальной Варшавой во второй половине 30-х годов. Эти ошибки стали роковыми для Польши и привели к ликвидации «Второй Речи Посполитой». К сожалению, пока что Украина с завидным упорством эти ошибки повторяет.

Лидеры предвоенной Польши тоже считали, что их страна крайне ценна, просто незаменима для Запада — как «санитарный кордон» на границе с Россией. Исходя из этого ошибочного тезиса, польское руководство проводило экспансионистскую политику, позволившую Черчиллю назвать эту страну «европейской гиеной». Поляки отторгли Виленскую область у Литвы. По Рижскому миру, заключенному с большевиками, Польша отодвинула свою границу далеко на восток по сравнению с «линией Керзона», рекомендованной версальскими соглашениями в качестве восточной границы Польши. В 1939 г., накануне войны, Польша ист ребовала для себя Тешинскую область Чехословакии. В 20-е — в начале 30-х годов поляки строили планы отторжения от Германии Восточной Пруссии и земель Силезии и Померании (их позднее присоединил к Польской Народной Республике Сталин). Даже катастрофа 1939 г. была вызвана откровенным желанием польского руководства ввязаться в войну, в которой Варшава необоснованно рассчитывала на быструю победу при помощи западных союзников и соответствующие территориальные приобретения.

После нарушения Гитлером Мюнхенских соглашений 1938 г. и уничтожения Чехословакии Англия предоставила Польше невиданные в мировой истории гарантии безопасности. В заявлении, которое Чемберлен сделал в палате общин, говорилось: «…в случае акции, которая явно будет угрожать независимости Польши и которой польское правительство сочтет жизненно важным оказать сопротивление своими национальными вооруженными силами, правительство Его Величества сочтет себя обязанным немедленно оказать польскому правительству всю поддержку, которая в его силах». Фактически это означало, что решение о вступлении Великобритании в войну должно было приниматься не в Лондоне, а в Варшаве. Это хорошо понимали современники. В частности, премьер-министр Великобритании в годы Первой мировой войны Д. Ллойд Джордж в тот же день обратил внимание Чемберлена на тот факт, что по букве и духу гарантий вопрос о вступлении Великобритании в войну должно решать польское правительство, и подчеркнул: «Я считаю ваше сегодняшнее заявление безответственной азартной игрой, которая может закончиться очень плохо».

Отметим, что даже взаимные обязательства членов НАТО не простираются столь далеко. В конечном итоге каждое государство — член альянса само, в рамках национальных процедур, решает: принять ли ему участие в войне в случае нападения на одного из союзников по НАТО. Далеко не факт, что в случае нападения ядерной сверхдержавы на Польшу или Эстонию США или Англия рискнут подставить свои города под ракетный удар.

Во всяком случае, важнейший урок 1939 г. заключается в том, что формальное вступление в войну Англии и Франции не спасло Польшу. Располагая в течение сентября 1939 г. подавляющим преимуществом на Западном фронте, англичане и французы ничего не сделали для спасения своего союзника. Почти год они вели на Рейне «странную войну». Немцы даже укрепления строили не скрываясь, на виду у союзных войск, в зоне досягаемости не то что артиллерийского огня, а даже легкого стрелкового оружия.

Гитлер оказался умнее польского диктатора — преемника Пилсудского, главнокомандующего польской армией маршала Эдварда Рыдз-Смиглы. Он не бросился на Сталина в 1939 г., как рассчитывали в Париже и Лондоне, а вначале обезопасил себя на Западе, разгромив французскую армию и британский экспедиционный корпус. О масштабе поражения говорит тот факт, что даже при поддержке США союзники посчитали себя готовыми к активным операциям на континенте только к лету 1944 года.

Страны-гаранты, союзники Варшавы, сдали антисоветскую Польшу в 1939 г. из соображений «большой политики». Точно так же они сдали и Прибалтику. Правительства Литвы, Латвии и Эстонии, как и польское, думали, что антисоветизм является достаточным залогом их безопасности, что англичане и французы придут умирать за амбиции маленьких, но гордых производителей шпротов. И просчитались. Даже Румыния, чьи нефтяные месторождения в то время (в отличие от сегодняшнего) имели стратегическую ценность на европейском театре военных действий, не получила из Парижа и Лондона никакой поддержки и вынуждена была в 1938 г., по результатам Венского арбитража, отдать Трансильванию союзнику Гитлера регенту и диктатору Венгрии адмиралу Миклошу Хорти, а Бессарабию в 1940 г. — Сталину.

Опыт Второй мировой войны свидетельствует о том, что никто никогда не стремится умирать за интересы восточноевропейских лимитрофов, даже если они формально являются союзниками. Только царский генерал Маннергейм сумел провести Финское государство через перипетии бурной первой половины XX века. Он полагался лишь на свои силы, иногда вынужденно подчинялся обстоятельствам, как в 1941 г., когда Финляндия выступила на стороне Гитлера против СССР, но никогда не сжигал за собой мосты.

Тот факт, что финны, даже потеряв в 1940-м Карельский перешеек, воевали с СССР более чем лояльно, не став штурмовать Ленинград и не дав немцам замкнуть второе кольцо блокады вокруг Ладожского озера, предоставил возможность Маннергейму в 1944 г. заключить со Сталиным вполне выгодный и почетный мир. Финляндия практически не потеряла новых территорий (были лишь подтверждены условия мира 1940 г.). Сталин даже не покусился на государственный и общественный строй этой страны, ограничившись тем, что Финляндия объявила постоянный нейтралитет, по факту став вассальным государством СССР. Кстати, Маннергейм и до войны был готов на разумные уступки соседу, понимая, что нельзя жить рядом с великой военной державой и не учитывать ее интересы, не говоря уже о том, чтобы на «заднем дворе» России проводить антирос-сийскую политику.

Если резюмировать уроки Второй мировой, то следует констатировать: войну проиграли националистические режимы (в каком бы лагере они ни находились). К краху их привело свойственное всем без исключения националистам преувеличение собственной значимости для мировой цивилизации в целом и для союзников в частности. Рухнули не только мелкие национализмы лимитрофов, но и претендовавшие на глобальность национализмы Германии, Италии и Японии. В то же время одержали победу наднациональные имперские режимы — Китай, США и СССР, независимо от господствующей идеологии проводившие политику «плавильного котла». И Вашингтон, и Москва интересовались не национальностью и не родным языком, а гражданством. Пекин же еще во времена Цинь Шихуанди принял концепцию, согласно которой «варвар, живущий как китаец, — китаец, а китаец, живущий как варвар, — варвар». Англия и Франция, совмещавшие национализм метрополий с претензией на универсализм колониальных империй, вышли из войны сильно ослабленными, перешедшими на вторые роли в мировой политике.

Что бы мы ни думали об исторической справедливости или несправедливости результатов и уроков Второй мировой, но они продолжают действовать и сейчас. По-прежнему мировые лидеры — Россия, Китай и США — страны, различные во всем, кроме одного: все они являются наднациональными территориальными империями, объединяющими сотни мелких наций и народностей. В принципе даже их неутихающее глобальное соперничество вызвано универсальностью этих государств, каждое из которых потенциально претендует на то, чтобы быть моделью и примером для всего человечества.

В этом отношении борьба с латиноамериканским, англосаксонским и «черным» нацио-нализмами в США, борьба путинского правительства с русским национализмом и чеченским сепаратизмом в России и борьба китайского правительства с уйгурским и тибетским сепаратизмами в Китае — явления одного порядка: универсальные империи сражаются с силами, пытающимися ограничить роль государства защитой интересов одной национальной группы (независимо от того, принадлежит эта группа к меньшинству или к «титульной» нации).

Остается добавить лишь одно: абстрактная «справедливость» для каждого человека и для каждой нации своя. Это не политическая категория. Государства строятся и развиваются, опираясь не на то, что «справедливо», а на то, что практично и целесообразно.

Если мы хотим, чтобы Украина пережила века и в четвертом тысячелетии государство с таким названием все еще присутствовало на политической карте, нам следует помнить, что неумеренные амбиции, враждебность по отношению к соседям, претензии на собственную исключительность, попытки «гордиться» только тем, что «родился украинцем», ведут к национальной катастрофе, подобной той, которую пережили Польша и Прибалтика в 1939–1940 гг. и которые они же неоднократно переживали ранее.

Можно быть «маленькими, но гордыми» и некоторое (непродолжительное) время дергать за усы соседних тигров, но в конце концов «маленькими, но гордыми» тигры обедают, а именно выигравший, выживший, уцелевший напишет историю, из которой «правду» узнают и наши потомки в том числе. Как пел Высоцкий: «И кто кого переживет, тот и расскажет, кто был прав…»

Газета «2000» № 21 от 25.05.2007 г.

«Утиный суп» по-украински

Наше общество находится на грани, перейдя которую, мы оставим позади точку возврата.

— Каменщик, каменщик, в фартуке белом, Что ты там строишь? Кому?

— Эй, не мешай нам, мы заняты делом, Строим мы, строим тюрьму.

Валерий Брюсов. «Каменщик»

Все украинские выборы начиная с 1994 года убедительно свидетельствуют о политическом расколе страны. Восток и Запад голосуют по-разному, за диаметрально противоположных политиков и несовместимые идеи. Пока у власти находились толерантные представители Юго-Востока во главе с Леонидом Кучмой, раскол этот, обозначаясь во время выборов, не носил все же критического характера. Дискуссии о «выборе пути» смолкали на следующий день после объявления результатов голосования, а сами выборы не воспринимались населением, как «последний и решительный» бой «добра со злом», где идеалом моральности и ответственности признавались лишь собственные і пиитические лидеры (даже неоднократно публично лгавшие), а абсолютным злом — лидеры оппонирующей политической силы. Даже курс на вступление в НАТО и ползучую украинизацию, проводившийся при Л. Кучме, поддерживала значительно большая и постоянно растущая часть населения, а не стреми-тельно маргинализирующиеся группы избирателей, как сейчас.

Именно этим первым двенадцати годам независимости мы должны быть признательны за то, что сегодня на политической арене Украины нет ни одной серьезной политической партии, которая бы ставила под сомнение суверенитет, территориальную целостность страны или курс на дальнейшее укрепление основ государственности. Мы по-разному видим будущее Украины, но никто из нас не сомневается, что это будущее именно Украины. Пока не сомневается.

Дело в том, что взгляды сегодняшних политиков, их методы работы с избирателем сформировались в те самые первые двенадцать лет независимости, когда политический радикализм был не в моде, а раскалывающие общество вопросы не становились объектом целенаправленной государственной политики и пропаганды. Никто не объявлял фашистского офицера Шу-хевича Героем Украины и никто не лазил на Говерлу ломать символы украинской государственности. Общая, объединявшая общество идея заключалась в том, что независимое украинское государство обязано, в первую очередь, заботиться о достойной жизни своих граждан, об удовлетворении их материальных и духовных запросов на основе самых высоких стандартов, стандартов, пригодных для наиболее цивилизованных и развитых стран Европы, — что, собственно, и ма-термализовалось в отсутствие в Украине дискуссий о верности именно европейского выбора.

Однако сегодня, в результате трех лет постоянной борьбы «оранжевых» с Партией регионов, избиратель предельно радикализирован. На последних выборах на Западе Украины уже призывали не допустить к власти не «бандитов», а просто «донецких». «Миссионеры», только вчера спустившиеся «з полонын», толпами едут в Донецк и Луганск, Крым и Одессу «обучать» местное население «украинству», как новой «руководящей и направляющей» общественной силе. Политики высшего ранга без тени сомнения утверждают, что если мы все переоденемся в «вышиванки», полюбим УПА и признаем предателя-Мазепу национальным героем, все реки в стране немедленно потекут медом и молоком. В ответ на Востоке приобретает популярность лозунг возвращения границы по Збручу, «денонсации» пакта Молотова — Риббентропа и «восстановления исторической справедливости» путем возвращения западных областей Польше.

Этими своими действиями и Восток, и Запад признают раскол Украины в качестве свершившегося факта и демонстрируют нежелание и неготовность жить в одной Украине с «не такими» украинцами и уж тем более передавать в «не такие» руки государственную власть. Опасного пика эти настроения достигли в 2004 году, когда на волне противостояния, поднятой президентскими выборами, вначале западные области отказались подчиняться законной власти в Киеве, фактически создав сепаратистское квазигосударство, управлявшееся с «майдана», а затем и на Востоке прошел Северодонецкий съезд депутатов всех уровней, который вполне мог перерасти в Учредительное собрание независимой Восточной Украины.

Тогда, в 2004 году, элиты, испуганные результатом собственной пропаганды, остановились на краю пропасти. Радикальные настроения избирателей не были легитимизированы политиками, и страна сохранила формальное единство. Однако настроения масс никуда не делись, наоборот, раз запущенный механизм противостояния набирает обороты. Даже последние выборы показали, что в обоих лагерях слабеют умеренные силы и набирают силу радикалы. У «оранжевых» потерял свыше миллиона избирателей блок НУНС, зато три миллиона приобрел социал-популистский БЮТ. Из партий бывшей широкой коалиции голоса потеряли склонная к компромиссу Партия регионов и СПУ, зато повысили свой процент взявшие на вооружение радикальную риторику коммунисты.

Под давлением данного тренда будет происходить дальнейшая радикализация украинского политикума. Уже на следующих выборах НУНС рискует прекратить существование в качестве серьезной политической силы, поскольку его переигрывают радикалы-популисты из БЮТ. ПР, потерявшая на этих выборах 300 тыс. голосов, на следующих рискует не досчитаться уже миллионов, а со временем повторить путь НУНС, если не прислушается к требованиям своих избирателей и не радикализирует позицию. На ее место придут коммунисты, или возрожденные объединенные эсдеки, или кто-то третий (не все ли равно кто, важно, что эта сила будет более радикальной).

Однако мы уже отметили, что путь дальнейшей радикализации ведет в никуда — к расколу страны с гражданской войной или без оной. Альтернативой безумному нагнетанию низменных страстей и раздуванию фобий избирателей Запада и Востока может и должна стать работа ответственных партий с электоратом. Мы должны понять, что если не лезть друг к другу со своим уставом, можно спокойно жить в одном государстве, не разделяя ценностей друг друга. В конце концов, жителю Донецка абсолютно все равно, какие памятники ставят во Львове и в честь кого называют улицы, точно так же и львовянину не должно быть дела до того, на каком языке говорят в Донецке и кому ставят памятники в Одессе.

На излете Средневековья, в то время как захвативший власть в Женеве воинствующий протестант Цвингли сжег на костре великого испанского ученого и гуманиста Мигеля Сервета, Папа Римский как раз начинал набирать в католических кантонах той же Швейцарии свою гвардию. Я сомневаюсь, что украинцы в начале XXI века идеологически разделены сильнее, чем католики и протестанты в веке XVI, положившем начало длинной полосе потрясших Европу религиозных войн. Но в Швейцарии умудрились мирно сожительствовать не только католики и протестанты, но также три разных нации: итальянцы, французы и немцы, которые, в это же время, рядом постоянно воевали друг с другом или вели гражданские войны.

Но для того, чтобы объединить электорат, мы должны вынести за скобки общественной дискуссии разъединяющие нас проблемы и предложить избирателям программу развития украинской государственности, которая бы не просто устроила Запад и Восток одновременно, но была бы привлекательнее БЮТовского популизма. Мы должны понять, где мы находимся, куда идем и каково наше место в мире.

Украина в своих проблемах не уникальна. Известный американский историк и политолог Самюэль Хантингтон в своей работе «Столкновение цивилизаций» констатировал, что Америка, сформировавшаяся как общество и государство на базе англо-протестантских ценностей «американского кредо» и до сих пор веками успешно ассимилировавшая эмигрантов, которые если не в первом, то уже во втором поколении воспринимали ценности «американского кредо», в конце XX века утратила эту свою способность. Огромная, постоянно нарастающая масса латиноамериканских испаноязычных эмигрантов, компактно расселяющаяся на бывших мексиканских территориях Юго-Запада США, не только сохраняет свой язык и образ жизни, но и навязывает его проживающим в регионе англоязычным американцам. В городах Юго-Запада США можно получить работу, не зная английского, но практически невозможно — не зная испанского.

Казалось бы, США способны административными мерами оградить англо-протестантскую культуру от посягательств испано-католической. Но не тут-то было. Американское кредо заключается не только и не столько в английском пресвитерианстве, сколько в приверженности ценностям демократического общества и либеральной экономики. Но и латинизация США имеет экономическую подоплеку. Бизнес в либеральной экономической модели гибко реагирует на запросы целевых групп, и если существует многомиллионная армия испаноязычных потребителей, то бизнес заговорит по-испански и примет католические ценности.

Неоконсерваторы в США, представленные, в частности, талантливым писателем и журналистом, но несколько менее успешным политиком Патриком Бьюкененом, внесшим раскол в республиканскую партию, из-за которого Дж. Буш-старший во многом проиграл выборы 1992 года, выступая с националистических позиций, требуют административных запретов на эмигрантскую культурно-языковую и полита — ческую экспансию и государственной под-держки англо-протестантской культуры. Их требования полностью идентичны требованиям украинских националистов «положить конец антиукраинству» и всеми силами (особенно бюджетным финансированием) поддерживать «державну мову», а то она, мол, вымирает. Оставшиеся жить в Средневековье, мыслящие его категориями, националисты не замечают логического противоречия в своих построениях. Ведь кому нужна «мова», если она «вымирает»? И может ли государство, считающее себя демократическим, навязывать большинству населения интересы меньшинства, пусть даже и «свидомого». «Мова» должна быть не «дэржав-на», а народная. В конце концов, мы отказались от коммунистической идеологии, звавшей нас в «светлое будущее», не потому, что пропагандируемые ею идеи и ценности нам не подходили («моральный кодекс строителя коммунизма» буквально с «десяти заповедей» списан), а в силу монополизации права на истину компартией. Не для того же мы разрушили великую державу, спасаясь от партийного единомыслия, чтобы через пятнадцать лет вернуться к такому же единомыслию, но уже на основе совершенно пещерной идеологии или парадигм средневековой инквизиции.

Впрочем, в тех же США работают и получили мировое признание мыслители, дающие на вопрос: «Что делать?» — другой, не националистический ответ. Например, Элвин Тоф-флер, развивая свою идею о трех последовательных цивилизационных волнах: аграрной, промышленной и информационной (постиндустриальной) цивилизациях, следующим образом характеризует современный национализм в книге «Война и антивойна»: «Такие бывшие советские республики, как Украина, Эстония или Грузия, яростно настаивают на самоопределении и требуют вчерашних признаков суверенности — флагов, армий и валюты, определявших национальное государство в эпоху Второй волны, или промышленную эпоху.

Для многих обитателей мира хай-тек трудно понять мотивы ультранационалистов. Их раздутый патриотизм кажется забавным. Вспоминается страна Свободия из фильма братьев Маркс «Утиный суп», где высмеивается понятие национального превосходства в войне двух вымышленных наций.

…«глобализация» бизнеса и финансов, которой требует развивающаяся экономика стран Третьей волны, проделывает дырку в пузыре национального «суверенитета», который так дорог националистам».

И еще одна цитата из этой же работы: «Бразилии приходится иметь дело с организованным сепаратистским движением в Рио-Гранде-до-Сул, изобильном регионе Юга, где грамотность достигает 89 % и в каждых четырех из пяти домов есть телефон.

Юг производит 76 % ВНП, и традиционно его залавливают в парламенте Север и Северо-Восток, экономический вклад которых составляет лишь 18 %…Ходит шутка, что Бразилия была бы богатой, если бы кончалась сразу к северу от Рио, но южане над этой шуткой уже не смеются».

Ничего не напоминает? Похоже, жителям Юго-Востока Украины эта бразильская шутка тоже не кажется слишком остроумной…

Очевидно, стране, претендующей на звание современного цивилизованного государства, стыдно ходить в клоунах и развлекать западных интеллектуалов «раздутым патриотизмом» и этнографическими мотивами в политической моде. Стыдно и небезопасно, поскольку в основе любого сепаратизма лежат экономические интересы. Несколько выше примера с Бразилией Тоффлер говорит о распаде СССР, отмечая, что Союз разваливали политические элиты более экономически развитых Украины и Прибалтики, мечтавшие пристегнуть экономики своих стран к франко-германскому локомотиву в ЕС, в то время как элиты преимущественно аграрных среднеазиатских республик желали бы сохранить СССР, ища в подчинении Москве «защиты и дармовщины». Не стоит ли задуматься и нам?

Лишь четко уяснив, что национализм — идеология вчерашнего дня (идеология индустриализации, как пишет Тоффлер), что он не может обеспечить потребностей информационного общества и постиндустриального государства, что в условиях открытых рынков и стремительно глобализирующегося на основе новых технологий информационного пространства любые национальные ограниченности обречены. Сложно поставить барьер на пути спутникового телевидения. Совершенно невозможно запретить Интернет или хотя бы контролировать его растущую в геометрической прогрессии армию пользователей. Коммерческие СМИ вынуждены следовать за интересами потребителей или умирать, проигрывая конкуренцию.

Самое же опасное в национализме то, что он вызывает ответную адекватную реакцию. Национализм не может существовать без врага. Для того чтобы мы объединились и осознали себя как «мы», всегда нужны «они» — не такие, «зомбированные», «нэ свидоми», пьющие по утрам кровь христианских младенцев. Но, сталкиваясь с «мы» образца Шухевича и Тягныбока, они тоже испытывают тягу к объединению, начинают осознавать «нас» не такими, не правильными и т. д. Поскольку же «мы», составляя меньшинство населения, монополизировали, тем не менее, право на украинство, «они» начинают осознавать себя не просто «не такими», но «не украинцами». Не случайно навязчивая пропаганда шароварного украинизма при президенте Ющенко привела к сокращению числа носителей украинского языка и приверженцев вступления не только в НАТО, но даже в ЕС. И то, и другое, и третье постепенно ассоциируется у избирателей не столько с политической программой, сколько с политической меткой: если ты хочешь в НАТО, ЕС и говоришь по-украински, то ты за Ющенко. Теперь начал срабатывать обратный принцип: «Если ты против «оранжевых», то ты не говоришь по-украински, не поддерживаешь вступление в НАТО и в ЕС».

Очевидно, общество находится на грани, перейдя которую, мы через несколько лет оставим позади точку возврата и свалимся в югославский сценарий. Поэтому первое, что должно нас объединить, — ограничение националистической риторики, раскалывающей страну, независимо от воли самих националистов, и обслуживающей идеологию вчерашнего дня.

Второе — это, безусловно, выбор будущего для страны. Тот факт, что на последних выборах резко улучшил свои позиции лишь БЮТ, работавший по «сетевому принципу», вравший одно на Западе, другое — на Востоке (подобную гибкость Тоффлер, кстати, считает признаком политики Третьей волны), не только заставит другие партии озаботиться пересмотром своей избирательной стратегии, но и свидетельствует о том, что общество уже созрело для преобразований, технологии Третьей волны им уже востребованы (в том числе и в политике). Об этом же свидетельствует и тотальное поражение националистов, которые, собравшись в «мегаблоке», при тотальном задействовании админресурса и самой беспардонной поддержке президента, выборы фактически провалили. Общество отказывается от идеологии вчерашнего дня, оно определило свое будущее не как «садок вышнэвый коло хаты», а как мир высоких технологий.

Третье — наше прошлое. Здесь, безусловно, единства достичь труднее всего, поскольку каждый пишет свою историю. Поэтому, очевидно, надо оставить на суд будущим поколениям вопросы, раскалывающие общество сегодня. Через сто лет историки смогут куда более беспристрастно судить о роли и месте УПА в Великой Отечественной войне, о факте создания в рамках СССР суверенного украинского государства, ставшего членом-основателем ООН благодаря Сталину, о количестве жертв, социальных и политических причинах голодомора и о других чувствительных сегодня вопросах.

Но ведь никто не ставит под сомнение историю Киевской Руси, как никто не сомневается в том, что именно в этот период уходит корнями украинская государственность (равно, как и великорусская, и белорусская), нет расхождений между историками разных лагерей и в трактовании периодов «Хмельнитчи-ны» и «Руины». В конце концов, никто не оспаривает того факта, что во Второй мировой войне Украина воевала на стороне антигитлеровской коалиции, почему, кстати, порвавшие с нацизмом, немцы назвали ошибкой награждение коллаборанта и гитлеровского офицера Шухевича.

Опираясь на осознание общности исторических корней и исторической судьбы, имея общую цель в виде ускоренного вхождения украинской экономики в мир хай-тек и резкого повышения, на этой основе, уровня жизни населения, вынеся за скобки общественной дискуссии сегодняшние разногласия, мы вполне можем сплотить общество и подготовить его к интенсивной конкуренции в мире завтрашнего дня.

Я рад отметить, что постепенно необходимость объединения на основе не разделяющих ценностей начинают понимать и в лагере наших оппонентов. По крайней мере, именно так я трактую недавнее заявление президента Виктора Ющенко, который впервые за свою каденцию признал, что с вопросом о вступлении в НАТО спешить не надо, что эту проблему должен решить народ Украины на референдуме, который целесообразно провести лет через десять, не раньше. Это важнейший шаг в правильном направлении, шаг к сближению двух Украин, к обузданию радикалов. И мы готовы пройти свою часть пути — пути создания единого гражданского общества.

Еще Гегель называл основополагающими принципами функционирования гражданского общества, помимо частной собственности и личной свободы, свободно формируемое общественное мнение, а также справедливые и строго соблюдаемые законы. Если Украина и дальше будет скатываться в пропасть политического противостояния, то государство станет узкоэлитарным, поскольку ему придется обслуживать интересы части общества. Ни о каком становлении истинного гражданского общества при таком подходе говорить не приходится, поскольку после каждых выборов будет сохраняться угроза передела власти и собственности, проведения репрессий. Мне кажется, особенно важно акцентировать внимание и политической элиты, принимающей решения, и аналитиков, формирующих ее мнение и стратегемы, на проблеме достижения согласия в стране именно теперь, когда запускается большой политический проект «Рада-2007». Если он начнется с конфронтации и противостояния, то мы можем оказаться на пороге реализации опасного сценария.

Геноцид как оружие политиков

«Я на костях врагов воздвиг свой мощный трон»

Валерий Брюсов. «Ассархаддон»

Историю человечества можно писать и осмысливать по-разному. Можно просто перечислять события в их хронологической последовательности. Можно сделать упор на техническую историю и рассматривать развитие технологий от грубо обработанного камня до ядерного реактора. Можно писать историю культуры: от неандертальских погребений до современных флэшмобов; историю медицины; военную историю и т. д.

Точно так же можно писать и историю геноцидов. С догосударственных (доисторических) времен и до наших дней люди не упускали случая «окончательно» решить вопрос с соседями, под корень вырезав их в борьбе за пищу, земли, залежи полезных ископаемых. Как правило, резня маскировалась религиозными, «цивилизационными» или идеологическими мотивами, но в основе всегда лежал экономический принцип.

Так, например, первые известные истории документально оформленные геноциды — уничтожение ассирийскими царями населения покоренных городов и стран, оказавших сопротивление агрессору. Датируются, как правило, они IX–VII веками до нашей эры. Сейчас трудно определить точное количество жертв, но можно не сомневаться, что в условиях относительно густой заселенности Ближнего Востока того времени и участия в резне армий численностью до 120 тысяч человек вырезаны за 200–300 лет также были сотни тысяч. Чтобы понять массовость этих геноцидов, следует помнить, что численность населения планеты тогда не превышала десяти миллионов человек.

На первый взгляд, ассирийские цари стремились подорвать базу возможного сопротивления своей власти на завоеванных территориях. Скорее всего, они и сами так считали и к тому же ничего не знали об общечеловеческих ценностях и были крайне обидчивы. Однако если мы копнем глубже и зададимся вопросом о причине растянувшихся на века войн, не прекратившихся, кстати, и с уничтожением ассирийского государства (при этом ассирийцы были также надежно вырезаны), то мы увидим, что владыки Ниневии боролись за контроль над торговыми путями и залежами стратегических полезных ископаемых (на то время — меди и железа). Как правило, ассирийские геноциды происходили именно в этих ключевых стратегических точках (Сидон, Миттани, Урарту). В Вавилонии и Элламе, постоянно восстававших против ассирийского владычества, репрессии (за редким исключением) затрагивали лишь верхние слои общества.

В первом — втором веках нашей эры в основном толерантно относившиеся к покоренным народам римляне после серии восстаний практически искоренили еврейское присутствие в Иудее. При этом потомков Ромула трудно заподозрить в антисемитизме, поскольку в крупнейших городах империи Риме и Александрии процветали крупные (по нескольку сотен тысяч человек) еврейские диаспоры, и даже на территориях Палестины, не охваченных восстаниями, еврейские общины сохранились в неприкосновенности. Наиболее существенно пострадал Иерусалим, на месте которого император Адриан создал новый эллинистический город Элия Капитолина.

В чем же проблема? Почему столь сурово были покараны иудейские повстанцы, хотя восстания периодически сотрясали практически все провинции империи? Палестина уже тогда была ключом к Ближнему Востоку. Без твердого контроля над ней римляне не могли рассчитывать на прочность своих позиций в Сирии и Египте, под угрозой оказывались провинции Малой Азии — Пергам, Вифиния, Каппадокия, Понт, а также имперская торговля во всем Восточном Средиземноморье. Со свойственной Риму практичностью был найден простой способ избавиться от проблемы вместе с непокорным населением — уничтожение проблемы вместе с народом есть классический пример геноцида.

В 1209–1229 годах в южной Франции происходила доселе невиданная в Европе и не характерная для христианской европейской культуры резня катаров (Альбигойские войны). Точное количество погибших неизвестно, но счет опять-таки шел на десятки и сотни тысяч. Формально Римско-католическая церковь боролась с сектантами-схизматиками. Мало кто, однако, знает, что на стороне альбигойцев воевал католический монарх Педро II Арагонский, погибший в сражении при Мюре. Между тем до этого Педро II успел спровоцировать и подавить восстание собственной знати, недовольной тем, что король объявил себя вассалом римской курии и ввел новый налог в пользу папства, так что его открыто католические симпатии не вызывают сомнений.

Характерен и другой эпизод: когда у аббата Арно Амори — одного из руководителей крестоносцев спросили, как в захваченном городе отличить еретика от доброго католика, он ответил: «Убивайте всех, Господь узнает своих».

Фактически эти два примера говорят нам о том, что северофранцузское рыцарство, развязавшее и продолжавшее геноцид на Юге Франции, во многом вопреки сопротивлению даже самих Римских Пап, боролось не с еретиками, а за новые плодородные земли и цветущие города значительно более развитого экономически Юга. То есть религиозными принципами прикрывался явный экономический интерес.

То же самое относится к геноциду XVII–XIX веков, которому подверглись индийские крестьяне под властью Ост-Индской компании. По самым скромным оценкам, от искусственно созданного голода погибло не менее 40 миллионов человек. Британцы просто, не считаясь с жертвами, перестраивали экономику Индии под свои потребности, которые резко расходились с потребностями и интересами местного крестьянства.

Аналогичны и причины геноцида индейцев в Северной Америке, где их численность в результате «цивилизаторской миссии» англосаксов за триста лет сократилась с шести миллионов до двухсот тысяч — колонистам требовались свободные земли. При этом применялось и прямое уничтожение в ходе военных действий, и провокация голода, и распространение зараженных чумой одеял. Южноамериканских индейцев, находившихся под властью Испании, спасло решение папской курии, признавшей их людьми, достойными крещения. Правда, население островов Карибского бассейна (Кубы, Гаити) было уничтожено практически полностью, но затем колонизаторам пришлось поумерить пыл, поскольку Рим не хотел терять миллионы потенциальных прихожан.

Продолжением этой трагедии стал вывоз черных рабов из Африки, начавшийся в XVI веке (герой Даниэля Дэфо Робинзон Крузо совершил несколько экспедиций за рабами для своих плантаций и нашел это занятие весьма выгодным) и продолжавшийся до середины XIX века. По самым скромным оценкам, работорговля обошлась Африке в 100 миллионов жизней. Рабы были необходимы как для южноамериканских, так и для североамериканских плантационных хозяйств, и ими торговали бы до сих пор, но в XIX веке Великобритания, имевшая альтернативные источники сырья в собственных колониях, решила удушить конкурентов, чья продукция была дешевле, благодаря рабскому труду, и королевский флот получил приказ досматривать все корабли, на которые падало подозрение в работорговле, и обходиться с капитанами и командами, как с пиратами (пиратов без суда вешали на рее, если же доставляли в суд, то затем все равно вешали уже на суше и по приговору суда).

Фактически же история человечества знает только два чисто политических геноцида — геноцид армян в 1894–1923 годах, апокалиптический пик которого пришелся на 1915–1917 годы, и холокост.

Армянский геноцид в Османской империи начался вскоре после того, как в 1878 году в ходе Сан-Стефанских мирных переговоров всерьез ставился вопрос о самоуправлении т. н. Западной Армении. Турки столкнулись с опасностью потерять большую часть населенной армянами Малой Азии. Первые неорганизованные попытки «окончательного решения» ар-мянского вопроса были предприняты в 1894–1896 годах, когда по стране прокатилась серия армянских погромов, погибло 300 тысяч человек. Затем ситуация на короткое время стабилизировалась. Однако с началом Первой мировой войны после катастрофических поражений турецкой армии на кавказском фронте младотурецкое правительство, понимая, что после поражения страны в войне армянский вопрос будет вновь поставлен в повестку дня, вновь вернулось к практике геноцида. Уничтожение армян проводилось такими ударными темпами, что даже граф Вольф-Меттерних, посол Германии — союзника Турции, столь активно протестовал против действий стамбульского правительства, что по требованию турецкого военного министра был отозван на родину. Счет погибших шел на миллионы.

О холокосте и шести миллионах погибших евреев написано достаточно для того, чтобы не повторяться. Спровоцированный детскими комплексами и маниакальной ненавистью Гитлера холокост стал самым немотивированным геноцидом в истории человечества. Несмотря на то что имущество евреев грабилось как государством, так и частными лицами, и экономически, и политически Германия от организации холокоста проиграла.

Благодаря своей особости — субъективнополитической мотивации организаторов резни, холокост и геноцид армян стоят особняком в истории человечества и продолжают активно влиять даже на современную политику.

Сейчас трудно сказать, где заканчивается память о невинных жертвах и начинаются политические спекуляции, но можно констатировать, что стремление некоторых политиков использовать две упомянутые трагедии в интересах своих народов (оставим за скобками тех, кто стремится использовать трагедию в интересах собственной карьеры) приводит к обратным результатам.

В частности, столетнее противостояние между Арменией и Турцией по поводу признания геноцида начала двадцатого века серьезно ослабляет политические позиции современной Армении. Находясь в окружении Турции, союзного ей Азербайджана и ориентирующейся на НАТО, членом которого является Турция, Грузии, Армения своей жесткой позицией в вопросе о геноциде лишила себя свободы политического маневра. Сегодня она является вынужденным союзником и даже сателлитом России в Закавказье.

В данном союзе, как и в любом другом, не было бы ничего плохого, если бы не его вынужденный характер. Армения просто не имеет выбора и, по существу, стала клиентским государством, существующим только благодаря российской поддержке и лишь до тех пор, пока Россия эту поддержку оказывает.

Можно не сомневаться, что если Москва бросит Ереван на произвол судьбы, то Анкара не только не станет огорчаться от того, что Азербайджан возобновит боевые действия в Карабахе, но и «не заметит», если азербайджанские войска войдут на собственно армянские территории и в очередной раз попытаются «окончательно решить» армянский вопрос.

В последнее десятилетие мы также стали свидетелями всплеска антисемитизма в Западной Европе и в частности в Германии. Новые поколения немцев не могут понять, почему они должны продолжать извиняться за холокост, к которому не имеют никакого отношения, и это их раздражает. Реминисценции евреев они рассматривают в лучшем случае как политическую спекуляцию, в худшем — как попытку получить конкурентное преимущество.

Действительно, память о миллионах невинных жертв не дает никакого преимущества сегодняшним поколениям, не являющимся ни жертвами, ни палачами. И доктрина атеистической либеральной демократии, и догматы мировых религий говорят о том, что каждый человек наделен свободой воли и лично несет ответственность за свои поступки, что личность, положение, достижения или преступления родителей не могут служить основанием для каких-либо преимуществ или репрессий в отношении их потомков. Даже Иосиф Сталин знал, что «сын за отца не отвечает», — хоть и далеко не всегда руководствовался этой максимой.

К сожалению, сегодня мы сталкиваемся с попыткой политизировать и украинскую историю. В частности, делаются попытки представить голодомор 1932–1933 годов геноцидом украинской нации и прекратить дискуссию на эту тему, введя в законодательство уголовную репрессию за несогласие с подобным взглядом на историю.

Представители украинской власти и немногие (к счастью) сервильные историки, готовые на потребу безграмотным политикам даже утверждать, что украинской государственности 140 000 лет (то есть Украина появилась раньше, чем homo sapiens), уже насчитали более чем десять миллионов жертв голодомора.

Абсурдность этой цифры говорит сама за себя. Если принять ее, приплюсовать к ней утверждения тех же историков «трипольско-голодоморской» школы о том, что в ходе репрессий 1937–1939 годов Украина потеряла еще не менее десяти миллионов человек, вспомнить, что в Великую Отечественную войну полегло около семи миллионов украинцев (уверен, что «трипольцы-голодоморцы» могут «насчитать» раза в три больше), то возникает вопрос: откуда взялись украинцы современные, если по состоянию на 17 декабря 1929 года в Украине проживало 29 миллионов 189 тыс. чел. По «трипольцам-голодоморцам» получается, что все население Украины (а это и русские, и белорусы, и греки, и евреи, и армяне) просто вымерло.

Впрочем, причину появления цифры в 10 миллионов доступно объяснил Виктор Ющенко, заявивший в одной из своих «голодоморских лекций», что нас погибло больше, чем евреев. Конечно, если на государственном уровне поставлена задача превзойти холокост, то историки-гол одоморцы могут и 20 миллионов погибших насчитать. Хорошо, что Виктор Андреевич за пределами трипольских черепков не силен в истории и не знает об упомянутой выше гибели (кстати, от голода) более чем 40 миллионов индусов, а то бы в Украине окончательно не хватило населения для производства голодомора в самые большие геноциды в истории человечества.

Поскольку Виктор Ющенко всех умеющих считать обвиняет в «советских стереотипах», отсылаю его к наиболее полному труду по данной теме — исследованию отнюдь не советского автора Сергея Максудова «Потери населения СССР» (объем статьи не позволяет прибегать к необходимому в данном случае обильному цитированию). По его данным, отличающимся от официальных советских и даже от подсчетов западных исследователей в большую сторону, Украина потеряла в голодомор 3,5–4 миллиона населения, СССР в целом — около восьми. Даже «забыв» о том, что те регионы Украины, которые лучше всего «запомнили» голодомор — области за Збручем, — в это время находились в составе Польши и что голодало в основном население центральных и восточных областей с преимущественным или значительным процентом русского населения, данные по СССР показывают, что острием своим голод не был направлен против какого-либо отдельного этноса.

Все объективные исследователи сходятся в одном — умышленно или случайно спровоцированный голод был логическим завершением политики Сталина, направленной на уничтожение крестьянина-единоличника — последнего класса раннесоветского общества, сохранившего экономическую независимость от государства. Великий голод 1932–1933 годов в СССР был инструментом колхозного строительства, установления партийно-государственной диктатуры и экономической монополии на продукцию сельского хозяйства, окончательного построения базы государственного капитализма, но никак не этноцидом украинцев как нации.

От голода погибли миллионы русских, казахов, калмыков, татар, жителей Северного Кавказа. Именно поэтому ООН и ЮНЕСКО отказались признавать голодомор геноцидом украинцев, а справедливо назвали голод 1932–1933 годов трагедией, квалифицировав его как преступление советского режима против собственного народа.

Упорное стремление «трипольцев-голодоморцев» педалировать тему именно геноцида, их стремление в разы завысить количество жертв является надругательством над памятью умерших. Тем большим надругательством является политическая подоплека данного вопроса, о которой предпочитают молчать президент и статусные политики «оранжевого» лагеря, но которую с удовольствием раскрывают пещерные националисты из маргинальных организаций вроде КУНа, «Свободы» или УНА-УНСО. Они не скрывают намерения потребовать от России как от правопреемницы СССР «компенсации за голодомор».

Собственно, только ради этого и «создаются» виртуальные миллионы новых жертв, а преступление против советского крестьянства объявляется преступлением против украинцев.

Однако, как я уже указывал выше, все попытки использовать в политических целях даже реальные факты геноцида рано или поздно начинают играть против своих инициаторов. Смешно предполагать, что «трипольцы-голодоморцы», клявшиеся в 2005 году, что они поставят Россию на колени и заставят продавать им газ по 50 долларов за тыс. куб. (или даже по 40), а цены на транзит поднимут до небес, смогут убедить Кремль в необходимости выплаты каких-либо компенсаций. Да и кому платить? Жертвы голодомора давно мертвы, а нынешние поколения имеют такие же основания претендовать на компенсации от России, как и от Монголии за монголо-татарское иго. С тем же успехом русские, узбеки, казахи и прочие народы СССР могут потребовать от Украины компенсации за каждого своего соотечественника, погибшего при ее освобождении. Раз уж Украина не правопреемница СССР и даже УПА воевала против Красной армии, то, очевидно, впору ставить вопрос о контрибуции и репарациях.

В общем, ни восстановить историческую справедливость, ни почтить память реальных миллионных жертв голода 1932–1933 годов «трипольско-голодоморская» доктрина геноцида нам не поможет. Эти националистические пляски на костях погибших страшной смертью сограждан лишь углубят раскол в нашем обществе и ухудшат отношения с Россией — нашим великим соседом и крупнейшим торговым партнером.

Мы этого хотим?

Аннигиляция национал-патриотизма

Здорово ли общество, которое всегда избирает в лидеры комплексующих политиков?

Украинская политика последних лет полна взаимных обвинений в предательстве и упреков в адрес политических оппонентов и географических соседей. В том, что фракции хилой «оранжевой» коалиции 11 декабря 2007 года не проголосовали за премьерство Тимошенко, оказалась виновата Партия регионов.

Партия, не сумевшая помешать Ющенко стать президентом и распустить парламент, в котором она имела убедительное большинство, вдруг оказалась в силах «загипнотизировать» систему «Рада». Чем не коллектив из 175-ти кио и Копперфилдов?

А еще национал-патриоты и сервильные историки любимого президентом Виктором Ющенко «трипольско-голодоморского» разлива пытаются вбивать в головы школьникам людоедские истины о том, что украинский народ живет хуже, чем хотел бы, потому что перед ним виноваты Екатерина II, Ленин, Сталин и Российская Федерация, отказывающая — ся субсидировать украинских пенсионеров за счет российских.

Когда же нас окончательно не примут в ЕС и в НАТО, политики и «ученые» из лагеря профессиональных патриотов будут столь же горячо обвинять в этом США и Евросоюз. В том, что с 2002 года страну разрывает перманентный политический кризис, виновны некие «ан-тиукраинские силы», отказывающиеся признавать, что 140 тысяч лет назад (до появления даже неандертальцев, не говоря уже о человеке современного вида) существовало «украинское государство» и «древние укры» готовились «нести культуру» по всему миру.

Многие украинские политики явно тяжело больны комплексом неполноценности. Вместо того, чтобы признать и проанализировать собственные ошибки, дабы не повторять их в будущем, они склонны даже в природной катастрофе, вроде шторма, приведшего к гибели кораблей и загрязнению мазутом Керченского пролива, видеть происки коварного врага.

Но здорово ли все общество, которое постоянно избирает в лидеры комплексующих политиков? Ведь, как правило, демократические выборы приводят к тому, что на высшую должность выдвигается наиболее серый, усредненный представитель данной группы избирателей.

С моей точки зрения, достаточно симптоматичной была реакция украинской обще ст — венности на присвоение Виктором Ющенко звания Героя Украины Роману Шухевичу. Уйдем от темы участия Шухевича в холокосте. Ющенко может искренне верить, что тот оказывал евреям гуманитарную помощь, а украинские националисты и вовсе считают, что холокост — не их проблема. Рассмотрим ситуацию с точки зрения интересов создающегося современного украинского государства.

Виктор Андреевич и его придворные «историки» не отрицают очевидного: Шухевич командовал батальоном «Нахтигаль» — подразделением армии фашистской Германии. То есть он воевал на стороне агрессора, напавшего на украинское государство (кроме тоталитарной республики — УССР, другого тогда у украинского народа не было). Пусть даже его воинская часть, как утверждает Ющенко, будучи разведывательно-диверсионным батальоном абвера, «всего лишь» охраняла мосты, дороги и склады.

Чему учит нынешних украинцев прецедент Шухевича? Если на вашу страну напали, то самый верный способ стать Героем Украины — пойти служить в армию агрессора и охранять его склады и тыловые коммуникации от соотечественников, не смирившихся с порабощением. В качестве примера подрастающему поколению предлагается коллаборационист, который, по мнению многих ученых, запятнал себя кровью мирного населения.

Пожалуй, трудно представить себе норвежцев, ставящих памятник полковнику Квислингу. Маршал Петэн — национальный герой времен Первой мировой войны — умер в тюрьме только за то, что подписал с Германией соглашение о перемирии. Правительство же Виши, возглавляемое Петэном, являлось законным правительством республики, армия была разгромлена, возможности сопротивления исчерпаны, союзники-англичане бежали на свой остров и с дрожью ждали вторжения. Петэн не позволил втянуть Францию в войну на стороне фашистской Германии. Он только возглавлял правительство своей оккупированной Родины. Тем не менее, он был приговорен французским судом к смертной казни, замененной впоследствии пожизненной одиночкой в самой суровой тюрьме Франции, а тысячи чиновников его правительства и лиц, сотрудничавших с ним, включая руководителей местного самоуправления, были казнены.

Для Украины же прославление предателей становится национальной традицией. Задолго до Шухевича пели и продолжают петь осанну гетману Мазепе. Проблема не только в том, что гетман изменил крестному целованию, четвертому по счету династии Романовых, предав тем самым царя Петра. Мазепа предал и свой народ, выторговав у Карла XII и Станислава Лещинского собственное княжество в пределах Витебского воеводства Речи Посполитой и обязавшись за это вернуть украинский народ под полную власть польской короны. Он предал Богдана Хмельницкого, украинский народ, кровью завоевавший независимость в Великой Освободительной войне семнадцатого века — в первую очередь, и уже потом русского царя. Опять же, можно спорить о том, под властью какого монарха — православного или католического — украинцам лучше жилось. Но совершенно очевидно, что когда Мазепа совершал предательство, его меньше всего волновала независимость Украины.

Роман Шухевич, что бы о нем ни писали сейчас, надевая мундир вермахта, так же, как и те украинцы, которые надели мундиры СС, принес присягу на верность лично Адольфу Гитлеру и обязался исполнять все его приказы. Эта присяга не позволила немецкому генералитету и офицерскому корпусу организованно выступить против нацистов, когда стала понятна человеконенавистническая суть их политики, которая привела высших руководителей вермахта (генерал-фельдмаршала Кейтеля и генерал-полковника Йодля) вначале на скамью подсудимых, а затем и на виселицу в Нюрнберге. А биография и дела Шухевича свидетельствуют о том, что он служил гитлеровскому рейху не за страх, а за совесть.

Украинские националисты, руководствуясь своими политическими вкусами, считают, что служить Гитлеру против Сталина — подвиг, извиняющий отдельные «мелкие накладки» вро-де Бабьего Яра, но в нашей стране живут десятки миллионов людей, имеющих абсолютно противоположные симпатии и взгляды. Шухе-вич не считал Советскую Украину своей страной. А все ли граждане Украины считают своей Украину Ющенко — Украину Шухевича и Мазепы? Насколько боеспособной окажется украинская армия, если ее личный состав будет с детства воспитан в убеждении, что несогласие с политикой действующего законного правительства своей страны оправдывает предательство и переход на службу к агрессору? Знают ли националисты, чьи войска перейдут границу Украины в будущем и как к ним отнесется население приграничных регионов? А вдруг как к освободителям? А если примеру Шухевича захотят последовать миллионы?

Повторю, дело не в Викторе Ющенко — полномочия позволяют ему вручать государственные награды всем, кому он посчитает нужным. Другое дело, что теперь порядочный человек вряд ли захочет быть Героем Украины. Я бы лично не захотел. Дело и не в украинских национал-патриотах, партии которых в последние годы стремительно маргинализировались, практически утратили поддержку избирателей и могут еще проводить своих представителей в Верховную Раду, только цепляясь за остатки президентского рейтинга (многие уже пытаются устроиться на службу к Юлии Тимошенко). Проблема в том, что промолчал народ.

Смешно спрашивать, почему Партия регионов не возмутилась и не осудила демарш с награждением Шухевича. А что, избиратели Партии регионов вышли на улицы, писали гневные письма протеста, объявляли политические забастовки, отказывали президенту в доверии, начинали кампанию гражданского неповиновения? Избиратели молчали. Им было все равно. Точно так же все равно было и избирателям «НУНС» и БЮТ, большинство из которых (хочется надеяться) явно не являются ни сторонниками нацистов и коллаборационистов, ни почитателями фашистов и изменников Родины. Они тоже промолчали — не одернули своего лидера.

Молчаливое согласие на любую подлость политиков, желание пересидеть и переждать, укрыться за спиной соседа привело к гибели почти созданную украинскую державу Богдана Хмельницкого. Страна, выводившая в поле стотысячные армии (для Европы того времени и тридцать тысяч было много), обращалась за защитой то к русским и туркам, то к татарам и полякам… И в результате была поделена между «защитниками». Бесплатный сыр, как известно, бывает только в мышеловке.

Затем таким же образом погибло государство Центральной Рады, гетмана и Директории. Два миллиона украинцев, сведенных в украинизированные части российской армии, отказались защищать Родину и разошлись по домам, предоставив право сражаться за Украину немцам, Антанте, полякам и большевикам. Результат — тот же. На большей части территории Украины большевики создали УССР, меньшая — отошла к Польше.

В 1991 году украинцы на втором референдуме голосовали за самостоятельность, мечтая о том, как начнут продавать «москалям» сало «по мировым ценам». До сих пор обижаются на то, что, как выяснилось, мировые цены на нефть и газ постоянно растут, а сало никому не надо — у всех своего девать некуда.

Желание мелко подгадить соседу, предать, выгадать что-то, обманув ближнего, согласие потерять глаз, чтобы сосед вовсе ослеп, — характерная особенность формирующейся украинской нации. Отсутствие или забвение героев толкает ее на героизацию подонков, отсутствие истории, уходящей в глубь веков, рождает спрос на национальную «родословную», восходящую к трилобитам.

Швейцарцы в XV веке не комплексовали оттого, что до них не было швейцарцев. Они даже не знали, что являются швейцарцами. Они стремились к независимости от Габсбургов и от Бургундского герцогского дома, поскольку это диктовали им экономические интересы. Захватившие Италию остготы не пытались вести свою историю от римлян — они гордились тем, что смогли осилить и покорить империю. Американцы времен Декларации независимости объявили себя отдельной от англичан новой нацией. Они также отделились по экономическим и политическим причинам, никогда не скрывали этого и не искали предков среди неандертальцев.

Эти народы не комплексовали от своей молодости и «неисторичности», поскольку у них были реальные достижения: они могли показать потомкам завоеванную или, наоборот, защищенную от завоевания землю. Вопрос о нации не возникал — народ сплачивался в невзгодах, в совместной борьбе. И если бы украинцам не навязывали маргинальные идеи, они, уверен, могли бы превзойти и швейцарцев, и американцев, ибо их гордость за то, что твоя нация и страна — самые молодые на континенте, что они могут обогатиться многовековым опытом (в том числе и печальным, и трагическим) «старых» наций, что они способны родить здоровую национальную идею, строилась бы не на стонах и неполноценности, а на желании конкурировать и побеждать.

Украинцы вечно получают независимость как дар судьбы, как Божий промысел. Она падает на них нежданная, негаданная и, в общем-то, как оказывается через некоторое время, ненужная, но расстаться с ней тоже жалко — может, когда-нибудь пригодится. Не зная, что делать с этим Божьим даром, понимая, что он не заслужен, формирующаяся нация и ее лидеры начинают придумывать себе внешних и внутренних врагов, с которыми они когда-то во тьме веков начинали и сейчас продолжают бороться. Рано или поздно они убеждают и обучают неплохо к ним относившихся соседей в том, что те враги, всю жизнь мечтавшие о покорении «свободолюбивого народа». Когда же соседи приходят покорять, то выясняется, что «свободолюбие» испаряется, и интервентов встречают с хлебом-солью уставшие от «руины» «посполитые», наивно мечтающие о том, что паны чужие будут к ним добрее собственных.

И так повторяется из века в век. И из века в век, получив на короткое время независимость и право самим выбирать власть, украинцы пытаются выбрать вождями худших (наверное, чтобы остальным было не так обидно). Затем, быстро устав от риторики вождей — наиболее ярких «носителей» комплекса неполноценности как национальной идеи, садятся на завалинку и начинают петь грустную и вечную песню о том, как «закотилось над Украйной ясне сонечко»…

Ампутация исторической памяти

Культурная агрессия «оранжевых» должна сформировать послушного националистам избирателя.

(Материалы к выступлению на Втором Северодонецком съезде депутатов всех уровней)

Сегодня, как и в критические дни 2004 года, когда проходил Первый Северодонецкий съезд, перед нами стоит одна задача — отстоять Конституцию и законы Украины от посягательств наших политических оппонентов. Практически все проблемы, стоящие сегодня перед украинским государством, в том числе и в гуманитарной сфере, вызваны выходом власти из конституционного пространства.

Неконституционный роспуск Верховной Рады привел к политическому кризису, продолжающемуся по сей день. Недееспособная коалиция, перманентное противостояние премьера и президента, Кабмина и секретариата — все это ясно указывает, что «оранжевые» не могут, не умеют, не способны управлять страной.

Политическая составляющая кризиса лежит на поверхности. Его гуманитарная составляющая не так заметна, хоть и ведет к более длительным и намного более опасным последствиям для страны и народа.

В нарушение международных обязательств Украины, в противоречии с требованиями Конституции и законодательства, наши оппоненты прикладывают огромные усилия по проведению насильственной украинизации Юго-Востока, по вытеснению русского языка не только из политики, административной сферы, судопроизводства, но и из области культуры и быта. Последние решения об обязательном дублировании всех фильмокопий на украинский язык — очередное доказательство тому.

Фактически идет наступление на народную память, на ценности, которые столетиями создавал украинский народ. Более того — центральным направлением, на котором сконцентрированы усилия наших оппонентов, является уничтожение поликультурной сущности Украины, превращение нашей Родины в убогую, лишенную исторической памяти страну, которая не знает ни о фельдмаршалах Паскевиче и Гу-довиче, ни о художниках Репине и Айвазовском, ни о государственных деятелях Безбородко и Разумовском, писателях Гоголе и Короленко, композиторе Прокофьеве, филологе Дале и многих других великих русскоязычных и русско-культурных украинцах, которые совместно с великороссами создавали общее великое прошлое нашего народа. Всего этого как бы не было. Как в антиутопии Оруэлла «1984».

Вместо этого — версия о том, что Иисус Христос говорил по-украински, что украин-ской нации 140 тысяч лет, что Мазепа боролся за независимость Украины, а Шухевич раздавал евреям в оккупированном Львове гуманитарную помощь.

Гуманитарная политика режима является центральным элементом в окончательном установлении националистической диктатуры. Но тоталитаризм любой окраски не может утвердиться, пока народ не лишен исторической памяти, пока многовековые базовые ценности являются неотъемлемой частью его существования. Ведь народ — это не только мы, ныне живущие, но и наши предки, которые создали великую культуру, и наши потомки, которым мы должны передать в неприкосновенности доставшееся бесценное духовное наследие.

Мы были бы неисправимо наивны, если бы отнесли данные действия только на счет граничащей с мракобесием непросвещенности и патологической русофобии пещерных националистов, задающих тон в окружении третьего президента Украины. На самом деле здесь просматривается железная последовательность, в которой культурно-исторические «новации», насаждение архаичного монолингвизма, отказ от признания очевидного факта полиэтнич-ности украинского государства имеют четкую актуальную политическую мотивацию.

Напомню известный оруэлловский афоризм: «Контролирующий настоящее контролирует прошлое, контролирующий прошлое контролирует будущее».

Попытки перекроить Конституцию в сторону увеличения президентских полномочий, втащить Украину в НАТО вопреки воле большинства населения есть не более чем желание установить полный контроль над настоящим моментом. Однако культурно-историческое наступление, ведущееся нашими оппонентами в гуманитарной сфере, направлено в будущее и призвано сделать их власть непоколебимой, независимо от формы государственного устройства, фамилии главы государства и названий представленных в парламенте партий. Истинные идеологи насильственной украинизации, переписывания истории и героизации преступников пытаются построить закрытую в информационном плане страну, насильственно переделать общество на свой лад.

Именно поэтому сегодня практически запрещено изучение украинской истории последних трехсот лет: ведь вся эта история есть история Украины в составе Российской империи и Советского Союза. В ней было много отрицательного, было и много позитивного. Но интегральным националистам требуется доказать, что в ней не было ничего доброго. А так как доказать это нельзя — значит, долой всю украинскую историю! И вот пишутся, с позволения сказать, учебники, в которых нет ни Суворова и Румянцева, ни Петровского и Примакова, ни Малиновского и Рыбалко, ни Ковпака и Щербицкого, ни Мечникова, Богомольца и Амосова.

В закрытом обществе можно и украинцев объявить древнейшей нацией — кто проверит? А для тех, кто все же проверит, ввести уголовную ответственность за «антиукраинскую пропаганду».

Культурная экспансия (даже культурная агрессия) наших оппонентов должна сформировать послушного националистам избирателя: необразованного, неинформированного, неконкурентного в современном мире, пораженного комплексом неполноценности, до смерти завидующего более успешным соседям и ненавидящего их за эту успешность.

Такие избиратели никогда не поймут, что, отказавшись от общего прошлого, мы отказались не только от природных богатств когда-то осваивавшейся совместными усилиями сибирской кладовой природных ресурсов. Мы отказываемся от победы в Великой Отечественной войне, от резолюций Ялты и Потсдама, закрепивших Украину в нынешних границах, от «прирезанного» позднее Крыма.

Зато эти избиратели проголосуют за националистов, не задумываясь о том, что, если героем современной Украины является гитлеровский офицер, несущий личную ответственность за гибель десятков тысяч мирных людей, уничтоженных формированиями, находящимися под его командованием, если Украина чествует коллаборациониста из дивизии СС «Галичина», то, очевидно, Украина должна в полной мере разделить с нацистами и позор Нюрнберга, компенсировать России и другим государствам СНГ — бывшим республикам СССР потери, понесенные в ходе войны. Если Украина так безоговорочно осуждает пакт Молотова-Риббентропа, то неизбежно встанет вопрос: почему такая Украина до сих пор не возвращает Польше земли за Збручем, а Румынии — Северную Буковину и Южную Бессарабию? Хотим ли мы такого поворота событий? Если мы не признаем «советской оккупации» и гневно осуждаем «нарушения переяславских статей царями», значит, должны вернуться к границам времен Хмельницкого — единственным безоговорочно международно признанным границам Украины до Ялты и Потсдама.

Под огнем национал-патриотов оказалась не только отечественная история, но и отечественная литература. Такие всемирно известные имена, как Гоголь, Короленко, Аверченко, Булгаков, Паустовский, Виктор Некрасов, считаются неукраинцами, не изучаются в школах только потому, что русский язык для них был родным. Блистательная проза Паустовского, кстати, потомка гетмана Конашевича-Сагайдачного, вычеркивается из истории. Ее заменяют убогие, но зато «идеологически выдержанные» сочинения националистов.

Я уже не говорю, что Булгаков в учебных заведениях является фактически запрещенным писателем только потому, что он дал объективную оценку петлюровцам как достойным предшественникам организаторов Бабьего Яра, где «поработали» и будущие вояки УПА. Именно это и вызывает ярость нынешних шароварных патриотов.

Отдельного упоминания достойно и то, как был нанесен смертельный удар будущей боеспособности армии. Уничтожившее подготовку офицерских кадров перенесение Института сухопутных войск в бывшее Львовское политучилище произошло только потому, что в Одессе невозможно было бы воспитывать командиров в духе поклонения и уважения к традициям во-яков дивизии СС «Галичина» и батальона абвера «Нахтигаль».

Ибо националисты нагло монополизировали слово «патриотизм». Они настаивают на том, что именно они — патриоты, а каждому, кто с ними не согласен, навешивают ярлык «врага Украины», «манкурта».

Друзья мои! Это мы — патриоты! Они кричат о своей любви к Украине только потому, что ничего не умеют, да и не хотят делать для Украины. Мы не говорим о своей любви к Украине. Мы делаем дело: строим заводы, даем стране уголь, металл, рабочие места. Мы вносим в украинскую казну деньги, которые националисты стремятся истратить на свои не нужные народу и опасные для государства затеи.

Таким образом, именно в гуманитарной сфере, в сфере науки, искусства, образования, языка, культуры сегодня определяется будущее Украины, создается долговременная матрица политического процесса.

Современные войны, как мы могли убедиться на примере Афганистана, Чечни, Югославии и Ирака, в значительной мере ведутся и выигрываются в информационной сфере. К сожалению, именно на этом направлении мы с 2004 года находимся в глухой обороне.

Все наши действия в правовом поле сводятся на нет наплевательским отношением «посторанжевых» к Конституции и законам Украины. Чтобы не возвращаться к абсурдному решению об обязательном дублировании фильмов, напомню не менее возмутительный случай, когда по прямому указанию президента государственные администрации и прокуратура боролись с местными советами, объявившими русский язык на своей территории региональным в полном соответствии с Европейской хартией региональных языков или языков меньшинств, ратифицированной Украиной.

Еще один факт грубого пренебрежения Конституцией — настойчивое требование президента организовать ему «единую поместную церковь», на выполнение которого брошены все силы государственного аппарата. Согласно Основному закону нашей страны, как и подавляющего большинства цивилизованных демократий, церковь отделена от государства, и административное, а тем более политическое вмешательство в дела культа недопустимо.

Украинцы имеют полное право молиться кому хотят, как хотят, где хотят и когда хотят или придерживаться атеистического мировоззрения. Единственное ограничение в данном случае заключается в том, что церковь, в своей общественной и хозяйственной деятельности, должна соблюдать законы.

Борьба против церкви, в первую очередь против традиционного православия, — также элемент информационной войны, ведущейся действующей властью против собственного народа. Наш долг — защитить веру предков, как это сумели сделать казаки и православные братства перед угрозой насильственного насаждения унии. Необходимо сделать невозможным любое вмешательство в дела церкви, в особенности неприкрытое давление на иерархов и священнослужителей для подготовки неканонической «автокефалии».

Хочу напомнить классическую полководческую максиму, которую в первую очередь преподают офицерам в военных академиях любой страны: в обороне войны не выигрываются.

Практика показала, что наши оппоненты любую уступку воспринимают как слабость. Продолжение политики уступок неэффективно и недальновидно. Такая политика приведет к тому, что Партия регионов потеряет свою идентичность, оттолкнет своих избирателей и просто растворится в оранжево-националистическом маргинезе, окружающем Ющенко.

Целью нынешней власти является не только уничтожение исторической памяти Украины, невозможной без полководцев Паскевича, Драгомирова, Ватутина, православных деятелей Феофана Прокоповича, Димитрия Ростовского, Гавриила Костельника, верных присяге патриотов полковников Искры и Кочубея, замученных оккупантами и их пособниками узников концлагеря Талергоф, молодогвардейцев и западноукраинских ястребков. Одновременно идет насаждение искусственно созданных мифов, призванных обосновать концепцию отечественной истории, написанную в духе интегрального национализма как антирусский проект.

Этот проект является насколько антирусским, настолько и антиукраинским. И дело не только в том, что националисты традиционно, с XVII века, выступают пособниками всех оккупантов, захватывающих украинские земли. Их историческая концепция подменяет подлинную историю Украины, полную блестящих побед и выдающихся свершений, унылым галичанско-оуновским краеведением, единственным содержанием которого является ненависть к России, Великой Украине и православию.

Чтобы создать единую, прочную Украину, мы должны вначале размежеваться. Мы должны четко сказать «оранжевым», что до определенной грани компромисс возможен. Но там, где начинаются интересы наших избирателей, начинается политическая борьба. Мы готовы вести эту борьбу в цивилизованных рамках. Но мы не имеем права позволить каждый раз, как только «оранжевым» не нравится результат волеизъявления граждан, проводить государственный переворот, переписывать Конституцию, разгонять парламент.

Мы обязаны сказать, что больше такого не допустим. Если местные органы власти в Галиции считают, что они имеют право избирательно признавать легитимность киевских властей, то, значит, аналогичное право имеют и региональные власти Юго-Востока. Нельзя дальше терпеть насилие над законом и Конституцией, делать вид, что ничего не происходит, и пытаться договариваться с мятежниками. Если вражеская армия перешла границу — надо не апеллировать к вечным ценностям, а воевать. На войне же — как на войне, и вы никогда не остановите танки врага, если выступите против них со сводом норм международного права. Силе можно противопоставить только силу.

Сегодня является аксиомой: многокультурная страна может существовать, только уважая всех своих граждан. Независимо от того, на каком языке они говорят. Если же в стране половину граждан объявляют «несвидомыми», а то и врагами отечества — результат мы хорошо видим сегодня в Косово, да и во всей бывшей Югославии. Мы не хотим такого будущего для Украины, и мы этого не допустим.

Входящие в партию бизнесмены, которые, усвоив поговорку «деньги любят тишину», постоянно пытаются выторговать у Ющенко гарантии бизнесу в обмен на политические уступки, должны понять, что никогда, ни одно «оранжевое» правительство не выполнит никаких гарантий юго-восточному бизнесу. Оно просто не может их выполнить, даже если очень захочет. Нас разделяют базисные экономические интересы.

На Юго-Востоке сконцентрирована украинская промышленность, соответственно, и в Партии регионов представлены не «олигархи» (как их любят называть «оранжевые» и нанятые ими журналисты), а сосредоточен промышленный капитал. Это те бизнесмены, которые заинтересованы в развитии отечественной экономики, которые создают рабочие места для украинцев, которые платят налоги в государственную казну Украины. В конечном итоге, это становой хребет Украины.

«Оранжевые» же, за редким исключением, сконцентрировали в своих рядах бизнесменов-воришек, способных «зарабатывать», только растаскивая бюджетные деньги, и компрадоров, которые еще опаснее, поскольку продают всю страну оптом и дешево. Потому-то «оранжевых» так любят за рубежом, что проводимая ими экономическая политика губительна для национального товаропроизводителя, для экономики, в конечном итоге, для украинской государственности, зато крайне выгодна иностранным промышленникам, чьих украинских конкурентов душит украинское же (по названию) «оранжевое» правительство, а также импортерам, получающим в свое распоряжение емкий неосвоенный рынок.

Я хочу, чтобы мы поняли: бизнесмен не может договариваться с пиратом — у них диаметрально противоположные интересы, хоть формально и один, и другой хотят получить больше денег. Наша задача состоит не в том, чтобы выпросить у «оранжевых» ярлык на право работать (они его тут же и отберут, как отбирали монголы ярлыки у русских князей тогда, когда считали нужным), наша задача — очистить страну от «оранжевых» пиратов.

В этом отношении интересы бизнес-крыла Партии регионов объективно совпадают с гуманитарными интересами наших избирателей. Избирателям «оранжевые» не дают читать книги, смотреть фильмы и получать образование на русском языке. А бизнесу «оранжевые» не дают нормально работать, из-за чего страдает тот же избиратель, поскольку для него не создаются рабочие места, его зарплаты не повышаются, социальная сфера его городов не развивается.

Только опершись на избирателей, мы можем навсегда сделать «оранжевую» политику уничтожения украинского промышленного капитала лишь досадным эпизодом в истории Украины — издержкой молодой демократии. Но для этого мы должны доказать свою способность решить реально волнующие избирателя вопросы: языка, НАТО и, в первую очередь, приближения к народу реальной власти и увеличения ее подконтрольности, путем передачи полномочий центра на места. Именно этот процесс в цивилизованной Европе называется федерализацией.

Именно федерализация является мощным экономическим рычагом, дающим возможность реально улучшить жизнь наших избирателей уже сегодня, используя рост благосостояния за счет оставления на местах (в областях и районах) большей части налогов и сборов, которые сегодня перераспределяются через Киев далеко не в пользу базовых для нашей партии регионов.

Предложил бы также рассмотреть инициативу создания на местах, начиная с районного уровня, Объединенных Правозащитных центров. Функции Правозащитных центров не должны ограничиваться только задачей защиты людей, преследуемых по политическим мотивам, хотя это и чрезвычайно важно. В их функции должна войти защита основополагающих конституционных прав в целом. Необходимы системное противодействие навязыванию в качестве государственной националистической идео-логии, защита права на свободное использование родного языка и свободу вероисповедания.

Приведу слова участника антифашистского Сопротивления, немецкого пастора Нимеллера: «Когда пришли за коммунистами, я молчал — я ведь не коммунист. Когда пришли за социал-демократами, я молчал — я ведь не социал-демократ. Когда пришли за евреями, я молчал — я ведь не еврей. Когда пришли за мной, за меня уже некому было заступиться».

* * *

В завершение хочу перечислить ключевые, с моей точки зрения, моменты нашей общей стратегии:

1. Жесткая, бескомпромиссная, единая позиция вокруг проблем, волнующих наших избирателей: националистическая культурно-языковая экспансия, антигосударственная внешняя политика, направленная на нарушение нейтрального статуса Украины, разрушение всей архитектуры национальной безопасности, создававшейся с начала 90-х годов.

2. Форсирование второго этапа конституционной реформы, необходимость которого подтверждена политическими договоренностями 2004 года, сделавшими возможным третий тур президентских выборов. Переход к федеративной модели государственного устройства.

3. Необходимо четко и недвусмысленно заявить о прекращении войны с историей, народной памятью, с собственными гражданами. Объявить вне закона идеологию национал-радикализма, расизма и неофашизма.

Хочу еще раз подчеркнуть, что оборона, конечно, самая надежная и наименее затратная форма ведения военных действий, но войны в обороне не выигрываются. Партии необходимо переходить в решительное наступление.

Северодонецк-2: преодоление страха

О результатах Северодонецкого съезда уже написано немало. Но, на мой взгляд, необходимо особо выделить один, возможно, главный (во всяком случае в нравственной плоскости) аспект — достигнутую победу над страхом.

Только при условии, что народ парализован страхом, не дающим защитить свои жизненные интересы, возможно построение тоталитаризма, полная замена системы ценностей, стирание исторической памяти и ее подмена псевдоисторией. Те репрессии, которые проходят сегодня против противников «оранжевого» самовластья, преследуют не только цель личной мести. Не менее важно для их инициаторов — запугать несогласных, лишить непокорных воли к сопротивлению.

То, что в Северодонецк съехались тысячи, продемонстрировало: репрессивный аппарат, несмотря на прилагаемые усилия, неэффективен. Делегаты съезда показали не только неоспоримое мужество, но и готовность в условиях паралича закона защитить попираемые права десятков миллионов сограждан. И готовность не только личную, но и представляемых ими органов местного самоуправления, территориальных общин, партий, общественных и правозащитных организаций.

На глазах у всего мира властями проводилась бесстыдная кампания запугивания, объявления «пятой колонной» будущих участников Северодонецка-2.

Руководство СБУ громогласно утверждает, что не является преемником советских органов безопасности. Никто и не сомневался, что специализирующиеся на контрабанде и обелении военных преступников «орлы» не имеют ничего общего с героями, гибнувшими при обороне Киева, пускавшими под откос немецкие эшелоны и разоблачавшими вражескую агентуру. Зато на удивление хорошо усвоены традиции Ежова и Берии, по указанию хозяина незамедлительно создаются «сепаратистские» заговоры, находится вездесущая «рука Москвы», без которой, оказывается, граждане Украины не хотят защищать право на родные язык и веру, фабрикуются дела на неугодных парламентариев и бизнесменов, «профилактируются» и запугиваются противники БЮТо-НУНСовского режима, в том числе и делегаты Северодонецкого съезда.

Не следует утешаться, что мировая общественность никогда не позволит повторения 37-го года. Запад вполне мирился и со сталинским, и с гитлеровским террором, пока считал, что это не затрагивает его собственные интересы. С тех пор ничего не изменилось — западные страны «не замечают» грубейших нарушений прав косовских и боснийских сербов, турецких курдов, славянского населения Эстонии и Латвии, уничтожения народа Ирака оккупационными войсками.

Еще один, не менее важный результат Северодонецка-2 — осознание ведущими оппозиционными силами того, что надо надеяться только на самих себя. Осознание того, что, кроме нас самих, никто не защитит наши права и жизненные ценности. Осознание необходимости действовать, а не только плодить заявления, обращения к «мировой общественности», ОБСЕ и ПАСЕ, прочим беспомощным аксессуарам Старой Европы.

Обязательное условие результативности наших действий — это четкая оценка сложившейся в Украине ситуации, базовой аксиомой которой является признание режима Ющенко националистическим и попирающим гражданские права украинцев, законы и Конституцию Украины.

Следующий важнейший результат съезда — мы перестали обманываться, что проходит обычный политический процесс, когда партии соревнуются в условиях демократии. В результате антиконституционного переворота, ставшего возможным благодаря нашей доверчивости и склонности к иллюзиям, к власти пришли по-литики, ведущие себя как гауляйтеры на оккупированной территории. Политики, с наслаждением унижающие соотечественников, уверенные, что единственным источником права является только их воля. Сделаем для себя надлежащий вывод — невозможно играть по правилам с противником, для которого они априори не существуют.

Эти маленькие фюреры и крошечные дуче хуторянского разлива ненавидят друг друга, но сходятся в презрении к правам народов Украины, искреннем непонимании того, что в основе существования государства должен быть Закон, а не нравы обитателей схронов или их внуков. Пора осознать, что не только аморально, но и бессмысленно принимать участие в их драке на чьей-то стороне, неважно — открыто или опосредованно. Не следует надеяться, что политическое взаимоуничтожение «оранжевых» может послужить освобождению Украины. Перманентная драка БЮТ и НУН С — это не более чем одурачивание избирателя, ибо цели и задачи обеих сил совпадают почти до запятой.

Когда в 1934 г. Гитлер убивал, как скот на бойне, штурмовиков Рема, делу ликвидации нацизма это не послужило. Намерение некоторых политиков кому-то подносить патроны свидетельствует лишь о нежелании предпринимать активные самостоятельные действия. Даже если предположить, что обе стаи загрызут друг друга, преступно давать им время для окончательного уничтожения государства. Более же вероятно, что они сговорятся, пусть и на короткий срок, именно за счет интересов «неоранжевой» Украины.

Именно так и произошло в Третьем рейхе. После захвата власти СС и СА отложили сведение счетов на полтора года — до того, пока все явные противники национал-социалистической диктатуры не оказались в лагерных бараках или эмиграции.

Оптимальный вариант поведения для подобных случаев я позаимствую у одного из наиболее тонко чувствующих историю наших писателей — Марка Алданова. Рассказывая о взаимоотношениях Сталина и Троцкого, он закончил мудрым советом: «Пожелаем же им всем того, чего они желают друг другу».

Не менее бессмысленно надеяться на какие-либо стратегические договоренности с «оранжевыми», считать, что они готовы соблюдать соглашения. Вполне достаточно сделанных в 2004 и 2007 гг. ошибок, в том числе не доведенный до практических решений по противодействию государственному перевороту первый Северодонецкий съезд. Для них, в подражание нацистским идейным предшественникам, договоры не стоят и клочка бумаги, на которой подписаны.

Увы, достаточно часто мы ведем себя по отношению к «оранжевым», как персонаж баллады Алексея Толстого:

Тут в левый бок ему кинжал ужасный злодей вогнал, А Деларю сказал: «Какой прекрасный у вас кинжал!» Тогда злодей, к нему зашедши справа, его пронзил. А Деларю с улыбкою лукавой лишь погрозил. Истыкал тут злодей ему, пронзая, все телеса, А Деларю: «Прошу на чашку чая к нам в три часа»…

Если кому-то хочется быть таким Деларю, это его личное горе, но отстаивать права избирателей и сограждан, которым негде больше найти защиту, продолжая политику умиротворения национал-радикалов и подставляя щеки для ударов, невозможно.

Хватит обманывать самих себя и бессмысленными заклинаниями о «единстве Украины», для разрушения которого сам националистический режим сделал все возможное и невозможное. Заклинаниями, которыми пытаются оправдать полную сдачу позиций. Под «единством» национал-патриоты понимают исключительно предательство интересов наших избирателей, всех жизненных ценностей и готовность принять как руководящую доктрину идеологемы националистической части Галиции, ценности Коновальца, Шухевича, Бандеры. Упаси нас Бог от единства на такой основе…

Гуманитарная политика режима является центральным элементом в окончательном установлении тоталитарной диктатуры. Но тоталитаризм любой окраски не может утвердиться, пока народ не лишен исторической памяти и многовековые духовные ценности являются неотъемлемой частью его существования. Ведь народ — это не только мы, ныне живущие, но и наши предки, которые создали великую цивилизацию, и наши потомки, которым мы должны передать в неприкосновенности доставше-еся бесценное наследие.

Без уничтожения в Украине глубинных основ православно-славянской цивилизации невозможно создание натовского плацдарма против братской России. Причем такого плацдарма, который не жалко было бы разменять или подставить под бомбы террористов или ракетный удар.

Майданные лидеры, имеющие профессиональных советников по ведению психологической войны, приставленных руководителями из заокеанской метрополии, прекрасно это понимают. Еще раз подчеркну: гуманитарная политика для них — вопрос не менее важный, чем воровство бюджетных средств или создание коррупционных газовых схем.

Понятно, почему она — инструмент не созидания, а тотального разрушения.

Можно ли всерьез верить, что Ющенко действительно заботит судьба украинского языка? Именно этим, наверное, объясняется то, что его дети учатся в самой дорогой в Киеве частной англоязычной школе, где украинский не преподается даже факультативно. Между прочим, в той самой школе, где деткам новой элиты рассказывают о достижениях Третьего рейха и в качестве домашнего задания дают рисовать плакаты со свастикой и сочинять образцы предвыборной программы Гитлера для развития самостоятельного мышления (СБУ, естественно, это пропагандой фашизма не считает).

Им крайне важно уничтожить даже память о русском языке как части единой двуязычной культуры Украины. Важно стереть само понимание того, что русский язык в Украине не иностранный, а государствообразующий наряду с украинским. Для этого с маниакальной настойчивостью все украинско-русские писатели и поэты, творившие на русском, объявляются иностранцами или зачисляются в предатели, изгоняются из учебных программ, а русская культура Украины загоняется в резервацию «национальных меньшинств». Если во всем мире идет соревнование за возможность представить своим того или иного выдающегося деятеля культуры, как спорили многие греческие города за Гомера или Испания и Греция за Эль Греко, то «свідомі» и тут не преминули оказаться общим посмешищем.

Такие всемирно известные имена, как Гоголь, Короленко, Аверченко, Паустовский, Бабель, Виктор Некрасов, считаются чужими и ненужными. Для майданных «интеллектуалов», например, блистательная проза Паустовского, кстати, потомка гетмана Конашевича-Сагайдачного, несравненно менее значима, чем убогие вирши бездарностей, ранее пробавлявшихся творениями про партию Ленина — Сталина, а теперь кормящихся восхвалением бандеровцев. А Булгаков в учебных заведениях является, как и в советское время, фактически запрещенным писателем только потому, что он дал объективную оценку петлюровцам — достойным предшественникам организаторов холокоста.

Аналогичная работа последовательно проводится и в отношении исторической памяти, без разрушения которой невозможно создать покорно идущее на убой, нерассуждающее стадо. Здесь тоже главной целью является уничтожение единой с Россией истории, правды о том, что и Российская империя, и Советский Союз были общим великим и успешным творением русского и украинского народов. Отнимая заслуженную гордость за подвиги предков, народу подсовывают подлую ложь про российско-советскую оккупацию и голодомор как геноцид русскими украинского этноса.

Целью ставится не только уничтожение исторической памяти Украины, невозможной без полководцев Паскевича, Гудовича, Драгомирова, Кондратенко, Ватутина, православных деятелей Феофана Прокоповича, святителя Димитрия Ростовского, священномученика митрополита Владимира, Гавриила Костельника, верных присяге патриотов — полковников Искры и Кочубея, замученных оккупантами и их пособниками узников концлагерей Талергоф и Терезин, молодогвардейцев и западноукраинских ястребков.

Одновременно идет насаждение искусственно созданных мифов, призванных обосновать концепцию отечественной истории, написанной в духе интегрального национализма, как антирусский проект. И этот проект является настолько антирусским, насколько и антиукраинским.

Дело не только в том, что националисты во все времена выступают пособниками оккупантов, захватывающих украинские земли. Их историческая концепция подменяет подлинную историю Украины, полную блестящих побед и выдающихся свершений, плаксивым галичанско-оуновским краеведением, единственным содержанием которого является зоологическая ненависть к России, Великой Украине и православию.

Современная Украина — это, к сожалению, государство победившей оруэлловской утопии, где в архивах регулярно перепечатывались подшивки газет. Достаточно напомнить о работе руководства СБУ в области исторических фальсификаций. Оно уже успело объяснить, за бюджетные, кстати, средства, что гауптман вермахта и гауптштурмфюрер СС Шухевич был лучшим другом еврейских и польских детей, а возглавляемый им 201-й полицейский батальон, вероятно, занимался в Белоруссии собиранием фольклора или заготовкой брусники для госпиталей.

Замечу, мы делаем ошибку, когда пытаемся не разоблачать, а только слегка корректировать мифы националистического агитпропа. Надо говорить всю правду, без оглядки на то, нравится она кому-то на печерских холмах или нет. Говорить, что никогда не было никаких 300 погибших под Кругами, как и говорить про страшный террор сечевиков и гайдамаков в период гражданской войны. Говорить, что не был великий голод 1932–1933 годов никаким геноцидом, а произошел благодаря стараниям местных активистов. Активистов из украинизаторской гвардии Косиора, Скрыпника, Чубаря и Люб-ченко, хотевших выслужиться перед начальством колхозным строительством и хлебозаготовками, как сейчас их наследники выслуживаются перед посольством Соединенных Штатов вступлением в НАТО и ликвидацией отечественного ВПК.

Также понятно, почему для власть предержащих нет большей проблемы, чем уничтожение канонического православия с заменой его на действующую по принципу «чего изволите» «поместную» псевдоцерковь. Наш долг — защитить веру предков, как это сумели сделать казаки и православные братства перед угрозой насильственного насаждения унии. Необходимо сделать невозможным любое вмешательство в дела церкви, в особенности неприкрытое давление на иерархов и священнослужителей.

«Оранжевая» власть четко разделяет украинцев на сорта, и сорта эти, как сословия в Древнем Риме, четко градуируются — чем больше ненависть к украинско-русскому единству и православию, тем сорт выше.

Оказывается, тысячи казаков и украинских партизан, сражавшихся со шведами, — «прислужники царизма», а кучка нарушивших крестную клятву мазепинских иуд — гордость нации. Оказалось, что несколько человек, погибших под Кругами из-за трусости собственного командования, — герои на все времена, а полторы тысячи киевских рабочих, женщин и детей, расстрелянных австро-венгерскими наемниками Коновальца, не стоят даже упоминания. Оказалось, что погибшие за освобождение Украины воины Советской армии не нужны юшенковской Украине, а проводившие этнические чистки и массовые казни убийцы из УПА достойны канонизации.

Вполне логично, что подобные «исторические изыскания» выливаются во вполне конкретные негласные указания органам власти комплектовать аппарат «идеологически выдержанными» кадрами из Галиции и не принимать на работу ненадежных выходцев с Юго-Востока.

Достаточно посмотреть хотя бы на кадры МИДа: такое впечатление, что это реинкарнированное министерство канувшей в лету Западноукраинской Народной Республики — количество выходцев из Галиции в несколько раз превышает их удельный вес по Украине.

Отдельного упоминания достойно и то, как был нанесен смертельный удар боеспособности армии. Уничтожившее подготовку профессиональных офицерских кадров перенесение Института сухопутных войск в бывшее Львовское политучилище произошло только потому, что в Одессе невозможно было бы воспитывать командиров на традициях поклонения воякам СС «Галичины» и батальона «Нахтигаль».

Если мы не остановим насаждаемый сверху процесс создания националистической идеологии государства, то проблематичным окажется существование Украины как независимого государства.

Если оппозиционные политики не выполнят своего долга по защите конституционных прав граждан, то вскоре центробежные силы приобретут радикальный характер, поднимутся целые регионы, и последствия подобного нарастания раскола предсказать и предотвратить будет уже невозможно. Эту работу по защите гражданского общества, свободы, инакомыслия, поликультурности и проводит Партия регионов в условиях жесткого прессинга власти, когда всем силовым структурам даны указания по травле крупнейшей политической силы, защищающей конституционные права граждан.

Мы отдаем себе отчет в том, что необходимо расширение этой работы, выведение ее с уровня партийного на общенациональный. Исходя из этого, мною в Северодонецке выдвигалась инициатива создания на местах, начиная с районного уровня, «Объединенных правозащитных центров», что было предложено сделать усилиями Партии регионов, ее союзников, местных советов, общественных организаций и правозащитных структур.

Функции ОПЦ не должны ограничиваться только задачей защиты людей, преследуемых по политическим мотивом, хотя это и чрезвычайно важно. Любой человек должен знать, что всегда сможет найти реальную защиту от преследующей его из-за убеждений власти, восстановить свои попранные права. Но их функции должны стать шире — защита не только конкретных людей, но и основополагающих конституционных прав в целом. Необходимо системное противодействие навязыванию в качестве государственной националистической идеологии, системная защита права на свободное использование родного языка и свободу вероисповедания. Да и чиновники станут поосторожней в нарушении закона, когда поймут, что безнаказанно это может не пройти и в скором времени придется отвечать по закону.

Безнаказанность дает захватившим власть силам уверенность, что дело создания «моєї нації» необходимо довести до конца любыми средствами. Можем ли мы быть уверены, что пример присвоения звания Героя Украины за «этнические чистки» и массовые убийства мирного населения в прошлом не станет соблазном вновь применить насилие для установления тоталитарной диктатуры?

Те беззакония, которые мы сейчас наблюдаем, к сожалению, — далеко не завершение процесса моральной и правовой деградации власти. Намерение ввести уголовную ответственность даже за выражение собственной позиции в научной дискуссии весьма показательно.

Защита прав человека ОГЩ должна быть сугубо практической, а не декларативной, что нашло полное понимание у приехавших в Северодонецк. Да, пока у нас нет возможности провести через парламент государственный статус русского языка. Нет возможности перейти немедленно к федеративно-земельному устройству, чтобы дотационные «пьемонты» занимались популяризацией «нахтигалей» за собственные деньги, а не «несвідомих» бюджетообразующих областей, и чтобы каждый регион сам решал, как преподавать историю в школах. Нет еще возможности до реформы Конституции Украины ликвидировать как институт госадминистрации, нарушающие самим своим существованием права местного самоуправления и занятые в основном сбором откатов и контролем за политической благонадежностью.

Однако это не значит, что надо сидеть сложа руки до новых выборов. Правозащитные центры должны отстаивать попираемые конституционные права в соответствии с обязательными для всех государств международными нормами. Надо подавать иски в суд, устраивать массовые акции протеста и гражданского неповиновения, обращаться в международные организации. Надо делать все возможное, чтобы родители сами могли выбирать язык обучения детей, чтобы в школах не навязывались идеи Донцова, чтобы не преследовались приходы Украинской православной церкви, чтобы в массовом порядке за отсутствие преданности майданным «идеалам» не увольнялись бюджетники и не уничтожался бизнес непослушных предпринимателей.

Что нам мешает создать при ОПЦ сильные юридические службы? Что нам мешает обжаловать, вплоть до Европейского суда, каждое незаконное решение властей, начиная с отказа образовать в школе класс с русским языком обучения или увольнение по политическим мотивам? Что нам мешает создать воскресные школы, в которых бы преподавались подлинные история и культура Украины? Больше, чем противодействие власти, мешает собственная инертность, без преодоления которой ничего сделать не удастся.

Консолидирующим началом, которое сведет воедино в правозащитных центрах все подлинно демократические силы, будет не политика. Базовый объединяющий элемент, наша общая идеология — это защита прав человека, огромной угрозой которым является наступающий тоталитаризм. Проведение Северодонецка-2, принятие съездом конкретных решений подтверждает, что создание правозащитных центров на всех уровнях — реальность, до которой осталось сделать только шаг навстречу друг другу.

Не менее важным станет и создание центра, координирующего работу региональных ОПЦ, что положит начало будущей правящей коалиции, спаянной идеей защиты Конституции и прав человека.

История знает подобные примеры, когда совместно боролись с фашизмом самые разные политические силы и общественные организации, как это было с движением Сопротивления в оккупированной Европе.

Дальнейшее отступление уже невозможно. Любое соглашательство в вопросах языкового равноправия, свободы вероисповедания, противодействия извращению истории и насильственному насаждению национализма недопустимо, какими бы красивыми фразами про «компромисс» и «национальное согласие» оно не прикрывалось.

Унификация духа

Эволюция тоталитаризма: от «Аненэрбе» до Триполья

Любой националистический режим всегда тоталитарен по своей сути. Он неизменно стремится перейти от простого авторитаризма, требующего лишь внешнего подчинения, к получению глубинного контроля над человеком, полному управлению его внутренним миром и лишению возможности свободного выбора системы основополагающих жизненных ценностей. Конечно, далеко не каждый националистический режим проходит путь до конца. Возможны объективные причины, как правило, реакция международного сообщества, недостаточное время существования или внутренняя слабость, не позволяющие тоталитаризму принять законченную форму. Тоталитарные диктатуры в законченной форме скорее исключение, даже Третий рейх не сумел выполнить все поставленные задачи за 12 лет своей мистическо-сатанинской государственности.

Обязательным условием установления долговременного тоталитарного порядка является уничтожение традиционного религиозного сознания как независимой от государственного контроля сферы, в значительной мере определяющей систему общественных морально-этических координат. Его место режим стремится заполнить собственными базисными установками манипулятивно-псевдосакрального характера.

Именно в данном направлении действует двуединый националистический режим Украины, вся сила государственного аппарата которого направлена на разрушение канонического православия как основы православно-славянской цивилизации и фундамента украинско-русского единства. Сегодня государство пытается подменить православие духовными фальсификатами, полностью уничтожающими иммунитет против навязываемых извне чуждых ценностей.

Было бы ошибкой считать, что действия правящего режима являются импровизацией. Напротив, они совершаются по схемам, апробированным предшествующими тоталитарными диктатурами, и действия тандема Ющенко — Тимошенко (а точнее — их заокеанских кураторов) лишь минимально адаптируются к современным реалиям Украины.

Пролог Третьего рейха

Попытки националистических властей Украины периода Гражданской войны уничтожить путем жесткого государственного давления традиционную религию большинства были первыми в новейшей истории континента. Они стали, к сожалению, образцом для подражания будущих фашистских режимов, как стал объектом изучения гитлеровских специалистов по «окончательному решению еврейского вопро-са» и погромный опыт Директории.

Мало кто знает, что петлюровские попытки ликвидации православия и десакрализации его святынь тщательно исследовались нацистскими идеологами, в том числе будущим создателем рейхсминистерства по делам занятых восточных территорий (РМО) Альфредом Розенбергом. Основные моменты политики лидеров Центральной Рады и особенно Директории были развиты и задействованы как в религиозной политике на территории собственно рейха, так и на оккупированных украинских землях. Неслучайно одним из ведущих специалистов рейха по церковным вопросам был уроженец Галиции — кадровый сотрудник абвера Ганс Кох, который ранее служил в Главном штабе армии УНР и снова был направлен в Украину в 1941 году.

Националисты осознавали, что при существовании канонической православной церкви невозможно внедрить в сознание народа идеологию национальной ненависти и полного отторжения украинского общества от России. Поэтому даже в январе 1918 г., когда Центральная Рада находилась в шаге от гибели, в первоочередном порядке был решен вопрос о создании департамента исповеданий, главной задачей которого была «украинизация» церкви и создание антиканонической автокефалии.

Теми же задачами спустя 90 лет озабочен и действующий Президент Украины, вызываю-ще попирающий положения Основного закона страны о праве на свободу вероисповедания и отделении церкви от государства.

Показательно, что департамент был создан в составе не просто силового, а полицейского ведомства — МВД, действия руководителей которого по похищению политических противников режима УНР заставили немецкое командование в апреле вмешаться, что едва не привело к введению прямого оккупационного управления.

Именно тогда была заложена традиция тоталитарных государств руководить религиозной сферой через спецслужбы. В гитлеровской Германии этим занимался «Церковный реферат» РСХА, в ющенковской Украине — «защитники национальной государственности» из СБУ. Для последней создание «поместной церкви» стало не меньшим приоритетом, чем популяризация нахтигалевских фашистских карате-лей и преследование политиков, защищающих конституционные права сограждан.

Создание департамента исповеданий отмечено еще двумя знаковыми моментами. Его руководителем назначили известного личной аморальностью епископа-расстригу Николая Бессонова — бывшего члена черносотенного «Союза русского народа». После Февральской революции Бессонов в одночасье стал украинским националистом.

Подобное демонстративное унижение должно было изначально деморализовать священноначалие и способствовать навязыванию анти-церковных мер. Но никто не мог так ненавидеть церковь, как изгнанные из нее. А свою работу ренегаты выполняли особенно ревностно.

Опыт был усвоен, и церковный реферат РСХА (наряду с офицерами СС) комплектовался священниками и монахами, отлученными от церкви, а возглавлял его бывший секретарь кардинала Фаульхабера.

Закономерно, что и Ющенко награждает высшими государственными наградами преданного анафеме агента 5-го управления КГБ «Антонова».

Размещение департамента исповеданий — государственной структуры, призванной уничтожить каноническое православие, — в митрополичьем доме Святой Софии выглядело как откровенное кощунство. Это было не только сознательным оскорблением чувств верующих. Таким образом, через десакрализацию святыни, наносился удар по глубинному православному архетипу украинского народа.

Подобным же кощунством выглядит и введенная Ющенко традиция проводить в День независимости на территории Святой Софии торжественные приемы. Видимо, постоянно подчеркиваемая ханжеская набожность не препятствует пить коньяк и шампанское, расставлять столы со снедью и любоваться фейерверками на земле национальной святыни, в которой находятся кости тысяч погребенных предков.

Именно на этом месте, рядом с митрополичьим подворьем возведенного Ярославом Мудрым кафедрального храма, с XI века по конец XVIII действовал монастырь, считавшийся образцом подвижничества, смирения и аскетизма. Именно здесь, в келье, трудился над великим памятником древнерусской литературы — «Словом о законе и благодати» первый киевский митрополит-славянин Иларион (получивший прозвище Русин). Тот самый Иларион, по согласованию с которым Ярослав Мудрый составил первый на Руси Церковный устав.

Жуткие празднования, напоминающие одновременно и люциферианские черные мессы на кладбищах, и богоборческие «комсомольские пасхи», президент ввел в 2005 г. Когда я в 2006–2007 гг. был председателем оргкомитета по празднованию годовщины независимости, я неоднократно пытался объяснить Виктору Андреевичу недопустимость такого антихристианского церемониала, но столкнулся с абсолютным непониманием и раздражением.

Мы предлагали перенести застолья на площадь перед Мариинским дворцом или территорию Музея народной архитектуры и быта Украины «Пирогово». Но тщетно. Мое предложение в 2007 г. поддержали близкие к президенту люди — Балога и Ульянченко. Но и их доводы не возымели никакого действия. Хотя не исключено, что мотивы действий главы государства тоже более глубокие, чем просто присущее ему невежество и непонимание этических норм.

Самый сильный удар был нанесен националистами по монастырям, которые всегда были главными оплотами веры. В Киеве от царской армии осталось много оборудованных казарм, но специально обработанных во время пребывания в плену в духе ненависти к каноническому православию «синежупанников» разместили в Киево-Печерской лавре и Михайловском Златоверхом монастыре, где они начали терроризировать монашествующих и осквернять святыни.

В более широких масштабах этот первый в Европе опыт был позднее использован только нацистами. Только в Австрии после аншлюса гестаповцы ликвидировали более 1000 монастырей. В январе 1941 г. шеф партийной канцелярии НСДАП Мартин Борман разрешил гауляйтерам без согласования с Берлином закрывать монастыри и конфисковывать их собственность, а попытки сопротивления насельников жестко подавлять.

В контексте этого курса следует рассматривать и незаконное решение Ющенко о передаче комплекса Киево-Печерской лавры в госсобственность. Таким образом, монастырь становится полностью зависимым от благосклонности власть предержащих, и появляется дополнительный рычаг давления на УПЦ с целью склонения к неканонической автокефалии. В духе тоталитарной традиции не возвращается верующим и Святая София, как и Лавра, унизительно именующаяся «заповедником».

В 1941 г. Ганс Кох также специально указывал, что, учитывая статус Святой Софии как национальной святыни, большевистская конфискация отменена быть не может. Уже после оккупации Украины результатом намерений нацистов уничтожить сакральные центры традиционных религий стал взрыв лаврского Успенского собора, безосновательно приписываемый подпольщикам.

Немецкие историки Хейер и Вейзе в фундаментальном исследовании религиозной политики в оккупированной Украине приводят (в том числе со ссылкой на руководителей киевского отделения абвера) данные, что взрыв был организован начальником полиции и войск СС на Юге России обергруппенфюрером СС Прютц-маном. Приказ Прютцману отдали Борман и рейхскомиссар Украины Эрих Кох, преследуя цель разрушения сакрального центра Украины. Особенно показательно мнение руководящих сотрудников рейхскомиссариата, что партийной канцелярией НСДАП вместо него планировалось создать новый — сакральный оплот арийского духа на завоеванной земле.

Националисты первыми ввели в практику, когда еще даже большевики придерживались внешней законности в отношениях с церковью, террор против высших церковных иерархов. В январе 1918 г. убийство митрополита Киевского Владимира совершили уголовники или полууголовники. Но ответственность за него, что и было подтверждено в том же году решением собора, должны разделить националисты, сделавшие темных, «не ведавших, что творят», людей орудием своих замыслов.

При пользовавшемся огромным авторитетом владыке было бы невозможно превратить церковь в придаток аппарата националистической пропаганды, чего добивалась созданная властями Всеукраинская православная церковная рада. Руководитель ВПЦР, изгнанный паствой Владимирской епархии за угодничество перед Распутиным, архиепископ Алексий сколотил в Лавре группу церковных карьеристов, готовых на все ради устранения митрополита. Именно они рассказали пришедшим грабителям про «несметные сокровища» и «контрреволюционность» владыки, что и предопределило страшную смерть первого новомученика XX века.

Следствие, начатое еще при Центральной Раде, явно не хотело найти убийц, которые сразу бы рассказали, кто направил их в митрополичью резиденцию. Между тем, не представляло трудности раскрыть злодеяние — один из преступников в разговоре с монахами сообщил более чем достаточно своих установочных данных. Значительно легче все было списывать на анонимных муравьевских матросов. Только передача дела гетманским следователям позволила его найти и арестовать еще в 1918-м. И оказался задержанный вовсе не суровым балтийским «братишкой», а крестьянином из Полтавской губернии. Однако привлечь виновных к суду не удалось — в результате мятежа власть захватила Директория, благополучно закрывшая следственное производство.

В дальнейшем уже гестапо воспользовалось опытом устранения высших иерархов чужими руками. По его заданию в 1943 г. бандеровскими террористами были убиты глава канонической Украинской автономной церкви митрополит Алексий и епископ Владимир-Волынский Мануил, антифашистская позиция которых не являлась секретом.

Не менее дико для цивилизованного мира выглядел и арест в декабре 1918 г. австрийскими наемниками Коновальца, игравшими при Центральной Раде и Директории роль янычарской гвардии, преемника замученного владыки Владимира — митрополита Антония и архиепископа Житомирского Евлогия. От расстрела иерархов спасло только вмешательство французского военного командования, пригрозившего Директории полным разрывом отношений.

Апофеозом церковной политики Директории стало провозглашение 1 января 1919 г. «Закона про Верховную Власть в Украинской Автокефальной Православной Миротворческой Церкви», взявшего на себя функции определения канонического статуса церкви. Впервые в XX веке в Европе государство так неприкрыто вмешалось в конфессиональные вопросы, и впервые так открыто были нарушены права миллионов верующих.

Действия Директории повторил Гитлер, по распоряжению которого в 1933 г. рейхстаг провозгласил создание «Имперской церкви», получившей вскоре название «Евангелической церкви германской нации».

Вряд ли вызывает сомнение, что и руководители националистического режима современной Украины делают все возможное, чтобы решить подобным образом вопрос уничтожения канонического православия. Пока только незавершенный процесс построения тоталитарной модели государства не позволяет реализовать подготовленный сценарий хотя бы в объеме произвола Директории.

Церковь крови и церковь для покоренных

Если петлюровская политика уничтожения традиционной церкви и подмены ее инструментом националистической идеологии в силу чрезвычайных обстоятельств и недостатка времени носила черты дилетантизма, то в Третьем рейхе религиозная политика тоталитаризма проводилась неуклонно, жестоко и последовательно. И только поражение в войне не дало реализоваться планам тотальной дехристианизации. С самого начала национал-социалистической диктатуры в 1933 г. было провозглашено то, о чем Ющенко не устает повторять — церковь должна быть «национальной». Борман, Розенберг и Гейдрих — просто договаривали тезис до конца.

Новая немецкая церковь, созданная в рамках политики религиозной «унификации», должна была отбросить христианские заповеди и положить в свою основу культ крови и национального превосходства. Выдающийся православный богослов о. Сергий Булгаков определил эту политику как не просто преследование верующих, а «соперничающее антихристианство» и «лже-церковь».

Репрессивные же меры по созданию «лже-церкви» по своему содержанию ничем не отличались от петлюровских и последующих ющенковских. Наряду с провозглашением «Имперской церкви», считавшейся официально лютеранской, РСХА создало «автокефальное движение» в Католической церкви Германии, добивавшееся полной независимости немецких католиков от Ватикана.

Несмотря на огромную силу репрессивного гиммлеровского аппарата, когда в концлагеря попали десятки тысяч священнослужителей и активных верующих, полностью достичь поставленных целей не удалось.

Сразу же после создания «Евангелической церкви германской нации» образовалась «Ис-поведническая церковь», открыто выступившая против расовой доктрины и за сохранение чистоты христианства. Ничего не вышло (несмотря на проведенные аресты) и с католиче-ской «автокефалией» — все епископы высказались категорически против создания «национального немецкого католицизма».

Это особенно следовало бы учесть наушникам украинского президента, докладывающим ему, как легко будет «додавить» УГЩ методами, которые даже РСХА не принесли результатов.

Но создание «лжецерквей» было только первым этапом гитлеровской программы. Ее конечной целью ставилось окончательное уничтожение христианства. Его место в «тысячелетнем» рейхе должны были занять мистические учения, обосновывающие господство нации «германских сверхлюдей» со своими вождями-полубогами. Реализовать цель создания нацистской религии должны были СС. Им, по указанию Гитлера, кроме сугубо карательных задач, были переданы функции создания новой языческой «веры крови» и ее сакральной символики. Важнейшим направлением при этом считалась мистическая преемственность от великих правителей прошлого. Гиммлер постоянно заявлял, что он является реинкарнацией короля Генриха Птицелова подобно тому, как сейчас штатные пропагандисты рисуют генеалогическое древо лидера «моєї нації» от гетмана Калнишевского.

Сакральным центром новой религии избрали замок Вевельсбург. В будущую «мекку» СС планировалось собрать «арийские реликвии» и высшие достижения «нордического искусства» со всей Европы. На перестройку Вевельс-бурга, которая почти полностью уничтожала древнюю планировку замка, были выделены огромные средства.

Это до чрезвычайности напоминает происходящее ныне фактическое уничтожение исторического и архитектурного памятника — киевского «Арсенала» и строительство на его месте малопонятного «всеохватывающего» музея. Средств, выделяемых на «Мистецький Арсенал», который не имеет ни коллекции, ни даже экспозиционного плана, достаточно для возрождения всех погибающих отечественных музеев. Но задача ставится явно иная. Создается впечатление, что планируется сделать «мегамузей» подобием святилища новой государственной эрзац-религии, основанной на национализме, русофобии и антиправославии.

Явная аналогия с настоящим просматривается и в деятельности входившего в структуру СС «Немецкого общества по изучению древней германской культуры и наследия предков» (общество «Аненэрбе»). Перед «Аненэрбе» ставились задачи проведения археологических раскопок и научных изысканий в области дохристианского периода. Ученые труды эсэсовских профессоров должны были подтвердить нацистские теории о сотнях тысяч лет существования немецкой нации и изначальном превосходстве германской культуры. Насколько большое значение придавалось археолого-историческому обоснованию фашистской мифологии, свидетельствует то, что финансирование «Аненэрбе» сравнимо с финансированием американского Манхэттенского проекта. Впрочем, нельзя упрекнуть в скупости и «оранжевую» власть, не жалеющую наших, т. е. бюджетных, денег на аналогичные цели.

Нынешняя, насаждаемая с самого верха властной пирамиды, антиисторическая истерия о «величайшей трипольской культуре», о существующих 140 тысяч лет тому назад древних ук-рах, возня с созданием «институтов национальной памяти», при всей смехотворности, преследуют те же цели. Трипольский фарс должен дать идущее из древности обоснование деятельности националистического режима. Должен подменить языческими мифами крови традиционное православие, основой которого является догма, что во Христе «нет ни эллина, ни иудея». А славянское единство — заменить плохо придуманной фантазией на темы «украинской працивилизации».

Традиционное православие Украины всегда расценивалось как серьезная угроза оккупантами и местными коллаборационистами. Цинично-расчетливый Карл XII размещал свою кавалерию в православных храмах отнюдь не из-за недостатка места для лошадей и иконы использовал как мишени для стрельбы не потому, что испытывал дефицит в древесине. Не случайно и Гиммлер отдавал распоряжения РСХА, что на оккупированной территории его первоочередной задачей является уничтожение традиционного православия.

Политика гитлеровцев на оккупированной территории Украины основывалась на апробированном в самой Германии курсе дехристианизации, но имела и ряд важных особенностей, направленных на деморализацию населения и лишение его воли к сопротивлению.

Характерно, что «оранжевые» «евроатлантические интеграторы» повторяют политику Розенберга — Коха — Гиммлера с маниакальной точностью до мелочей. Их задачи практически идентичны — нашим атлантистам любой ценой необходимо втаскивание страны в НАТО, где украинцы будут играть роль пушечного мяса для строителей следующей за рейхом империи, претендующей на глобальное господство, а украинская земля станет плацдармом против православной России.

Министерство Розенберга считало основой религиозной политики на востоке образование автокефальной церкви в каждом из рейхс-комиссариатов, что должно было лишить традиционное православие возможности влиять на население в патриотическом духе, причем предусматривалось создать всем этническим группам отдельную «национальную» церковь. Эти положения рассматривались и были утверждены в качестве государственной политики на совещании в ставке фюрера 8 мая 1942 г., но вряд ли даже Гитлер предполагал, что их столь ревностно будут выполнять спустя десятилетия в суверенной Украине.

После совещания в ставке были детально разработаны инструкции, где акцентировалась необходимость действий против Московского патриархата, а «национальная церковь» называлась «инструментом управления» оккупационных властей.

Даже терминология гитлеровских радетелей украинской «единой церкви» полностью перенята ющенковскими «евроатлантистами».

Достаточно процитировать документы, найденные российским церковным историком Шкаровским в архивных фондах РМО. Например, в обзоре РМО от 20 октября 1942 г. «Положение на Украине» отмечалось, что «оккупационные власти имеют достаточно оснований требовать абсолютной самостоятельности украинской церковной иерархии от Московского патриархата и осуществления объединения всего православного церковного управления на Украине».

А в докладной Розенбергу руководителя церковной политики РМО Розенфельдера от 20 апреля 1943 г. указывалось: «ослабление православной церкви московского направления являлось исходным пунктом и руководящей идеей министерства. В связи с этим, со стороны министерства было оказано покровительство всем автокефальным направлениям и устремлениям внутри православной церкви».

Уже тогда проявлялась (преемственно переданная Секретариату и МИДу) забота о «европейском векторе» развития Украины. Розен-фельдер, прямо как на саммит НАТО, писал, что «единая православная церковь на Украине под руководством антибольшевистски настроенного, надежно европейски ориентированного митрополита или патриарха совместима с германскими целями».

Не знаю, жив ли статс-советник Розенфель-дер, но, изъяви он желание, уверен: высокая должность в сегодняшнем МИДе или аппарате Ющенко была бы ему гарантирована.

Другим направлением уничтожения традиционного православия стало для оккупантов всемерное поощрение сектантства. Сам Гитлер считал тоталитарные секты чрезвычайно перспективным методом лишения славян духовных корней и исторической памяти. По его убеждению, «нашим интересам соответствовало бы такое положение, при котором каждая деревня имела бы свою секту с собственным учением о боге. Если при этом в некоторых деревнях образуются шаманские культы, наподобие негритянских или американо-индейских, то это следовало бы приветствовать, так как это только увеличило бы количество факторов, дробящих русское пространство». Позиция фюрера была конкретизирована в оперативном приказе РСХА от 16 августа 1941 г. за подписью Рейнгарда Гейдриха, где насаждение сектантства на оккупированной советской территории определялось одной из основных задач.

Сейчас эту же задачу выполняет тимошенков-ский Кабмин, в котором ключевые позиции занимают руководители тоталитарных евангелических и неохаризматических сект. Они делают все возможное для беспрепятственного развития в Украине сектантского тоталитаризма и утверждения американской модели религиозной политики.

Если в большинстве стран ЕС деятельность деструктивных культов, наносящая огромный вред психическому и физическому здоровью прихожан, не допускается, то в Украине им обеспечена поддержка на правительственном уровне — политической силой, которая сама построена на классических принципах тоталитарной неохаризматической секты.

Расширение влияния неохаризматов и максимальное количественное увеличение их паствы — составная часть уже начатой президентской избирательной кампании. Так готовятся сотни тысяч профессионально психологически обработанных избирателей и агитаторов, которые не только послушно и бездумно проголосуют за любую названную «пастором» кандидатуру, но и в случае необходимости сами выйдут на массовые акции и даже приведут детей.

Опыты по использованию деструктивных культов проводились спецслужбами неоднократно. Так, ЦРУ исследовало методы воздействия на психику фокусных групп с помощью своего агента Джима Джонса, создавшего секту «Храм солнца». Результатом экспериментов стало тогда массовое самоубийство сектантов. Известно и о привлечении Лэнгли тоталитарных сект для проведения государственных переворотов и поддержки «банановых» диктаторов в странах Латинской Америки, где были сильны позиции католической «теологии освобождения».

Кроме того, неохаризматические секты являются и чрезвычайно удобным, практически неконтролируемым каналом проведения операций с наличным финансированием, что в определенных политических ситуациях трудно переоценить. Трудно переоценить для лидера БЮТ и то, что неохаризматы имеют влиятельное лобби в США, включая высший политический и финансовый истэблишмент, а в ряде случаев в Америке находятся и их тесно связанные с ЦРУ центры.

Возможно, небезосновательна информация, что каналы неохаризматов активно используются Тимошенко для конфиденциальной связи с Вашингтоном и проталкивания себя в качестве альтернативы Ющенко как гаранта соблюдения американских интересов, включающих усиление антироссийского внешнеполитического курса.

От Церкви без церкви к Украине без Украины

По мнению владыки Агафангела, политика националистического режима по разрушению канонического православия — это попытка создать «Церковь без церкви». В более же широком аспекте курс Ющенко — Тимошенко — это построение Украины без Украины.

Очевидно, что навязываемое сверху тоталитарное государственное устройство с националистической идеологией абсолютно неприемлемо для большей части жителей страны. Не менее очевидно, что невозможно десяткам миллионов навязать искусственный монолингвизм и лишить возможности использовать русский язык во всех сферах жизни.

Невозможно сделать историческими героями всей Украины палачей из УПА и СС «Галичины», как и невозможно убедить большинство украинцев, что членство в агрессивном военном блоке может лучше защитить национальную безопасность, чем мирный нейтральный статус.

Понимают это и майданные поводыри. Поэтому им нужна другая Украина и другой народ. Нужна Украина без Украины — народ с выкорчеванной исторической памятью, лишенный традиций и с разорванной цепочкой духовной преемственности поколений. Значит, необходимо провести его массовое зомбирование, как в практике культа Вуду — лишить души и памяти, сделать нерассуждающим и послушным приказам верховных жрецов.

С этой целью режимом ведется тотальная обработка через СМИ, систему образования, неустанно трудятся спецслужбы. Но прошедшее после путча 2004 г. время показало, что ожидавшийся эффект отсутствует.

Составляющие национального менталитета базируются на едином фундаменте православной традиции, и только уничтожение фундамента сделает возможным разрушение возведенных на нем зданий.

Понявшие эту аксиому наследники Петлюры и Эриха Коха все более концентрируют удары по религии большинства, сочетая навязывание «национальной церкви» с внедрением тоталитарных сект. Учитывая, что американские хозяева проявляют недовольство малорезультативной деятельностью назначенных гауляйтеров, кампания нарушения прав верующих становится все более агрессивной.

Долг всех ответственных перед будущим Украины политических сил — поставить преграду нарушению прав человека, составной частью чего является нарушение прав верующих. Поставить преграду преступной политике, проводимой потерявшим представление о реальности компрадорским националистическим режимом.

Уничтожение канонического православия будет означать национальную катастрофу — вместо независимого государства реинкарнируется сброшенный в адскую бездну советскими воинами-освободителями «Рейхскомиссариат Украина», единственным отличием которого от коховского будет только служба новой сверхдержаве, претендующей на всемирную гегемонию — как некогда поверженный нашими дедами гитлеровский рейх.

Галицкий шлях от великой победы

У каждого народа есть святыни, на которых основывается все его существование. Лишенный их, он уходит из истории, растворяется во тьме веков или становится легкой добычей захватчиков. Уничтожение исторической памяти является одновременно ударом по дню сегодняшнему и дню грядущему. Недаром теоретическая физика рассматривает время как единое, неразрывное, одновременно существующее целое.

Для нас такая святыня, сердцевина исторической памяти — память о Великой Победе, не позволяющая (несмотря на задействование всей мощи госаппарата) превратить страну в заповедник националистического тоталитаризма. А именно этого упорно добивается господин Ющенко, может, и хотевший стать лидером нации, но превращающийся в лидера местных наци.

Вполне логично, что главный удар направляется на Киев не только как на столицу, но на город-герой, центр исторического украинско-русского единства, православный Иерусалим Восточной Европы. Без завоевания его невозможно окончательно завоевать Украину, сделать ее протекторатом нового заокеанского рейха. Как ранее Гитлер, ломая все планы блицкрига, перебрасывал на киевское направление танковые дивизии, так и ныне главный удар режима направляется на Киев. Поэтому развязанная в столице война против нашей памяти — это дело не мелких пористских подхалимов, пытающихся выслужиться перед Банковой, а часть глобального плана уничтожения Украины.

Кампания проходит одновременно в двух направлениях: во-первых, стирание памяти о героях обороны Киева, всех, сопротивлявшихся врагу в оккупации, солдат-освободителей; во-вторых — обеление националистических пособников оккупантов. Ведь дело не только в том, что идейные предшественники «оранжевых» находились в услужении у гитлеровцев и, следуя идеологической преемственности, ющенко-тимошенковцам следует принять и ответственность за неисчислимые преступления против собственного народа. Вся майданная политика — это калька оккупационной не только по содержанию, но и по форме. Только слабость режима пока не дает поклонникам «Нахтигаля» и этнических чисток вновь во всю силу показать, что «наша власть должна быть страшной».

Советская политкорректность, не менее жесткая и бессмысленная, чем американская, не позволила историкам рассказать всю правду об оккупации. А состоит она в том, что немцы, оставившие в глубоком тылу незначительные силы, фактически выполняли роль надзирателей, а непосредственными исполнителями всех злодеяний были националисты, возводимые ныне на пьедестал национальных героев.

Из почти миллионного довоенного Киева в живых после освобождения осталось 183 тысячи человек, каждый третий киевлянин во время оккупации был убит. А с учетом умерших от голода и на рабских работах в Германии, то погиб практически каждый второй. Подавляющее большинство жертв приходится на долю националистических коллаборационистов, не только рьяно выполнявших приказы гитлеровских хозяев, но и проявлявших незаурядную энергию и инициативу.

Это было тогда ясно всем киевлянам, относившимся к коллаборационистам (в подавляющем большинстве своем приехавших в обозах вермахта из Галиции) с ненавистью и презрением. Даже бывший петлюровский министр, известный маниакальными попытками раскола православия, Иван Огиенко (он же — митрополит УАПЦ Иларион), был вынужден констатировать: «Люди злые, враждебно смотрят на нас, как когда-то, очевидно, смотрели киевляне на татар-завоевателей. Никакого уважения к нам. Всех приезжающих украинцев, то есть нас, называют фашистами, сообщниками Гитлера, хотя это, в известной мере, правда… Немцы действительно поручают нам, честно говоря, самые мерзкие дела».

Эти «мерзкие дела» начались немедленно после вступления немецкой 6-й армии в Киев, командующий которой генерал-фельдмаршал Вальтер фон Рейхенау долгие годы покровительствовал оуновским террористам. Еще в 1934 г. он, в преддверии их задействования в будущей войне с Польшей и СССР, добился целевого финансирования ОУН из фондов сначала ЗИПО (Главного управления полиции безопасности), а с 1939 г. РСХА, и включения ее берлинской центральной организации в состав гестапо на правах отдела.

Будучи автором приказа «О поведении войск на Востоке», запрещавшем соблюдение любых норм международного права на оккупированной территории, фельдмаршал как профессиональный военный все-таки понимал: непосредственное участие в массовых экзекуциях и расстрелах разлагает войска. Исходя из этого, в карательных акциях были задействованы националисты, так же верно служившие Гитлеру, как их предки Карлу XII, а потомки — Джорджу Бушу.

Первые расстрелы в Бабьем Яру начались еще до 29 сентября, и их первыми жертвами стали плененные офицеры и политработники Юго-Западного фронта, которых фон Рейхенау, разъяренный неожиданно большими потерями под Киевом, приказал ликвидировать как носителей антигерманской идеологии. Расстрелы осуществлял состоявший из националистов-оуновцев Буковинский курень под командованием Петра Войновского. А ющенковский режим считает этих убийц, позднее составивших элиту командных кадров УПА, гордостью нации.

Начавшееся спустя несколько дней уничтожение еврейского населения проводилось одетыми в униформу СС буковинцами, которым был в помощь придан сформированный из таких же «идейно надежных» кадров Киевский курень под началом Петра Захвалынского, ставшего вскоре комендантом киевской полиции. Показательно, что участие в экзекуции над мирным населением было добровольным, от участия в ней отказался даже командир одной из прибывших в Киев немецких эйнзатц-групп.

И позднее, когда Бабий Яр все годы оккупации оставался основным местом казней, расстрелы в нем производили шуцманы-националисты. За образцовую работу Буковинский и Киевский курени были преобразованы в 115-й и 118-й шуцманшафтбатальоны СС, которые и осуществляли казни. 118-й шуцманшафтбаталь-он особенно прославился впоследствии, когда спалил вместе со всеми жителями белорусскую Хатынь, ставшую трагическим символом нацистских преступлений во Второй мировой войне.

Так как работы было очень много, то из националистов были сформированы и 45-й, 308-й, 23-й шуцманшафтбатальоны СС и зондеркоманда 4а. Особенно руководством киевского КдС (объединенного органа гестапо и СД) ценился 23-й батальон, несший охрану Сырецкого концлагеря, в котором содержались военнопленные, партизаны и подпольщики. Изощренные пытки и убийства, практиковавшиеся там «борцами за независимую Украину», удивляли даже ко всему привыкших гестаповцев.

В дальнейшем оккупационный репрессивный аппарат в Киеве в основном состоял из националистов, руководящие кадры которых прибыли с «походными группами» ОУН. После Захвалынского полицию Киева возглавлял клинический садист Анатолий Кабайда — один из наиболее влиятельных националистических вождей, позднее воевавший в дивизии СС «Галичина». Основные отделы гестапо, СД, КдС, полиции по уничтожению подполья, евреев, идеологически чуждых элементов возглавляли коллаборационисты. Такая же ситуация была и в районных отделах полиции, в которых немцев вообще не было. Все карательные акции, расстрелы, угон молодежи на каторжные работы в Германию осуществлялись украинской полицией, «безупречная работа» которой специально отмечалась в докладной начальника СД Киева.

Националисты из киевской полиции и в дальнейшем демонстрировали верность Третьему рейху. Те из них, кто не был направлен в УПА и СС «Галичину», работали в охране самых страшных концлагерей, агентами-провокаторами среди военнопленных и остарбайтеров. Некоторые из подчиненных Захвалынского и Ка-байды были пленены во время уличных боев в Берлине, где ожесточенно дрались, зная, что на прощение рассчитывать не придется, квислинговские эсэсовские формирования всей Европы.

Немцы отмечали такую преданность не только хорошим кофе, но и высшими наградами ведомства Гиммлера, по количеству которых киевская полиция лидировала на оккупированной территории. К сожалению, тогда тоже находились люди, готовые, предав всю свою прежнюю жизнь, былые убеждения, пламенные слова и ближайших товарищей, служить оккупантам и националистам — в обмен на рейхсмарки и обещание высоких должностей после уничтожения большевизма.

Особенно ценным приобретением для СД стал один из видных представителей высшей партноменклатуры КП(б)У, секретарь Ленинского райкома партии Романченко. Оставленный для работы в подполье, он, уверовав в победу оккупантов, добровольно перешел на сторону врага, выдал десятки коммунистов и комсомольцев. Сопровождаемый агентами полиции бывший партфункционер ходил по городу, и каждый, кому он «сердечно» пожимал руку, немедленно арестовывался.

В значительной мере успеху работы оккупационных органов террора способствовало и то, что киевское партийное подполье не сумело достичь максимальной эффективности в сопротивлении оккупантам из-за личных амбиций руководителей. Оставленные Хрущевым кадровые партаппаратчики Хохлов и Ивкин, претендуя на единоличное руководство, занялись выяснением отношений. Дошло до того, что некоторые подпольщики обвиняли Хохлова в отравлении Ивкина.

В массовом порядке набирались националисты и в киевское отделение абвера, называвшееся абвергруппой «Орион». Агентура «Ориона» забрасывалась в тыл Красной армии для проведения диверсий, и коллаборационисты заслуженно считались наиболее надежными выпускниками абверовских курсов. Националисты настолько рвались к работе в репрессивных органах, что для них не хватало вакансий. Чтобы трудоустроить массу «свідомих», «европейски ориентированных» энтузиастов, при СД был создан специальный орган — «Аргус», названный именем персонажа греческой мифологии, имевшего глаза по всему телу. Десятки агентов «Аргуса» ежедневно присутствовали во всех людных местах и при малейшем подозрении арестовывали киевлян.

Но участие националистов в реализации фашистской оккупационной политики по уничтожению киевлян не ограничивалось занятием должностей в репрессивных органах. Германским командованием и гебитскомиссариатом им была доверена вся полнота власти в оккупированном городе, для чего была создана городская управа, полностью укомплектованная националистическими кадрами. Очевидцы описывают колоритную картину деятельности новых хозяев города, сидевших в вышиванках и вызывавших полицию при звуках русской речи.

Киевские бургомистры — Оглоблин, Багазий, Форостовский — были видными националистическими деятелями, считавшими главной своей задачей (как и их майданные последователи) насильственную украинизацию, уничтожение русского языка и культуры, канонического православия. Это была основная тема выпускавшихся коллаборационистских изданий — «Українського слова» и «Нового українського слова».

Вся задействованная «оранжевым» режимом идеология нагнетания в обществе атмосферы русофобии и антироссийской истерии позаимствована у геббельсовских пропагандистов. Статьи из «УС» и «НУС», посвященные рассказам об «исконной агрессивности Москвы», «многовековом угнетении русскими свободолюбивых украинцев, рассказы о «героическом» Мазепе — все это хоть сейчас можно перепечатывать в придворных изданиях хоружевского двора.

Разве что тогдашние «оранжевые» были более откровенны и могли, не прибегая к эвфемизмам, прямо заявлять о необходимости «избавления от жидов, москалей и несвидомых украинцев». Как, например, небезызвестный Ярослав Стецько, входящий теперь в ющенковский синодик «великих украинцев», писал: «Москва и жидовство — это самые большие враги Украины… Поэтому стою на позиции уничтожения жидов и целесообразности перенесения на Украину немецких методов истребления жидовство».

Когда узнаешь о новых деяниях «оранжевокрасносердечных» политиков во власти, становится совершенно ясно: нового они ничего придумать не в состоянии — пробавляются пожелтевшими инструкциями времен оккупации. Достаточно почитать указания городской управы относительно запрета употреблять русский язык в официальных учреждениях и школах, об уничтожении советской символики, переименовании улиц, а также приказы, на каком языке совершать богослужения и за кого возносить молитвы.

Любимая ющенковская идея с «Музеем советской оккупации» — неприкрытый плагиат с созданного горуправой «Музея переходного периода». Вероятно, даже экспозиционный план можно оставлять без изменений. А уж аналогов «институтов национальной памяти» было создано множество — благо, это позволяло получать оуновским псевдоученым усиленные немецкие пайки.

Особенно почетной считалась служба на бирже труда, занимавшейся принудительной отправкой молодежи в рейх. На биржу отправлялись наиболее опытные националистические агитаторы, пытавшиеся внушить будущим рабам, какое счастье работать в интересах «новой Европы и ее великого фюрера Адольфа Гитлера».

Немалый вклад в укрепление боеспособности вермахта вносили и педагогические кадры, организовавшие не только уроки «любви к великому фюреру» и ненависти к москалям, но и регулярное выкачивание крови малышей-детдомовцев для раненых немецких солдат.

Бургомистры не ограничивались сугубо «гуманитарной» деятельностью. Например, Бага-зий с удовольствием неоднократно лично ездил наслаждаться расстрелами в Бабьем Яру, что сильно нервировало полицию, старавшуюся продемонстрировать приобретенное мастерство. Также прямой обязанностью всех чиновников, а не только полицейских было выявление нелояльных режиму, включая даже детей, после чего жертвы отдавались в полицию на расправу.

Впрочем, над управой тоже было свое негласное начальство — подобно тому, как секретариат пытается стать центром кадровой политики. Принципиальные решения принимались руководством «Походных групп» ОУН. Все кадровые назначения управы и полицейских органов в обязательном порядке согласовывались там, что показывало степень доверия немцев к своим верным слугам. Им даже позволили создать так называемую «Украинскую Национальную Раду» под руководством Николая Величковского, претендовавшую на роль некоего марионеточного парламента при рейхс-комиссаре Украины Эрихе Кохе.

Сейчас сервильными президентскими историками коллаборационисты провозглашены «борцами за независимость», в подтверждение чего приводится факт расстрела гестапо Бага-зия и нескольких оуновцев. На самом деле никаких противоречий с гитлеровцами у националистов никогда не было, просто советской разведке удалось провести удачную оперативную комбинацию.

После ряда крупных диверсий на городских предприятиях в начале 1942 г. в гестапо была подброшена дезинформация о связи Багазия с резидентурой НКВД, во что немцы поверили. Казнь других известных националистов обьяс-няется конкуренцией различных группировок тогдашней «демократической коалиции», вожди которых писали друг на друга бесконечные доносы в Ровно и Берлин, как сейчас они бегают в американское посольство для принесения ганнибаловых клятв верности Вашингтону и очернения конкурентов.

После ликвидации Багазия ничего не изменилось, националисты несли службу так же ревностно, уничтожая каждый день сотни людей. Так же коллаборационистские газеты, радио и пропагандистские брошюры вдалбливали, что необходимо быть вместе с Великой Германией «против москалей», что это и есть «европейский выбор» украинцев. Продолжалась эта служба до последнего дня оккупации, когда полиция сделала все возможное, чтобы как можно больше киевлян депортировать из родного города, оставив советским войскам только развалины.

И все же, несмотря на тотальный террор, голод, неимоверные страдания, Киев не покорился захватчикам и их националистическим прислужникам. Несколько раз уничтожалось киевское подполье, но каждый раз находились люди разных национальностей, веры, убеждений, готовые пожертвовать жизнью в борьбе за освобождение. Киевляне знали, кто враг, а кто свой, их не могла обмануть пропаганда коллаборационистов.

Четкая система координат и жизненных ценностей, неприятие националистической лжи давали возможность выстоять даже в самых нечеловеческих условиях, сохранить истинное достоинство. Сейчас, по инструкциям специалистов ведения психологической войны, делается все, чтобы лишить сердце страны такой ориентации. Если националистические изуверы и гитлеровские прислужники будут находиться в Киеве в одном пантеоне с подлинными героями, как об этом традиционно кощунственно заявил Ющенко 9 мая, то Украина дальше вряд ли сможет существовать как единое государство.

Не менее символично и предложение переименовать проспект Победы в Галицкий шлях.

От общей Великой Победы Украину хотят увести в смрадный фашистский мирок изменников и палачей.

Великая Победа — это сегодня наш последний цивилизационный рубеж обороны, и, отстаивая его, надо понимать, что дальнейшее отступление станет изменой предкам, самим себе, уничтожением Украины, за которую в Великую Отечественную отдали жизнь миллионы.

Газета «2000» № 20 от 16.05.2008 г.

Фюрер Украины?

…Кукла из желтого воска,

С крепом на верхней губе,

Шла и вела их навстречу

Страшной и странной судьбе.

Дон Аминадо (Аминад Петрович Шполянский).«Паноптикум»

Проведенное Виктором Ющенко «празднование» Дня Победы 9 мая в Киеве и Украине дало повод очередной раз задуматься над тем, кто является героем для главы нашего государства, кого он навязывает, цинично издеваясь над убеленными сединами ветеранами, в качестве примера для подражания новым поколениям граждан Украины.

Действия президента и его идеологической обслуги убеждают меня в том, что «национальный проект» Виктора Андреевича не является по своему содержанию ни патриотическим, ни государственническим. Его трудно назвать даже националистическим, если иметь в виду прогрессивный буржуазный национализм XIX века, структурировавший современные европейские национальные государства, а не многочисленные пещерные разновидности национализма.

Этот проект не является по сути и антисоветским. Ритуально критикуя коммунизм и сове-скую власть, Ющенко не отказывается ни от своего личного коммунистического прошлого, ни от своей успешной советской карьеры, ни от территориальных приобретений украинского государства, советской властью обеспеченных.

Внимательно всмотревшись в смысловой историко-героический ряд, выстраиваемый Ющенко, можно определить этот проект как в первую очередь антирусский, во вторую — как антиев-ропейский и ксенофобский, а в третью — как антиукраинский, если под Украиной понимать всю страну, а не ее отдельные, но близкие сердцу президента регионы или группы населения.

Судите сами. С трипольских времен от «великих укров» Виктору Андреевичу не осталось ничего, кроме черепков, как-то не сподобились «отцы мировой цивилизации» изобрести письменность и записать (на чистом украинском языке, разумеется) имена своих героев. Зато уже в Средние века определяются президентские герои и антигерои. При этом «герои» (действительно или только в горячечном воображении сервильных президентских «историков») всегда являются русофобами.

Так, из двух великих Мономашичей-современников: Данилы Галицкого и Александра Невского — первый считается в современной Украине второстепенным героем, а второй едва не извергом. Это при том, что у обоих были практически одни и те же противники, но проводивший более гибкую политику Невский сумел сохранить полусуверенное (ограниченное лишь выплатой дани Орде) государство на северо-востоке Русской земли, а внешняя политика князя Данилы была менее успешной, и его домен оказался разорванным на куски, а затем инкорпорированным в состав Литовского Великого княжества, а позднее Королевства Польского в составе Речи Посполитой.

Но о Даниле говорят мало — он герой «вспомогательный», поскольку не успел повоевать с Москвой, которая в тот момент еще не поднялась даже до уровня удельного центра. Скорее всего, его место в современной украинской истории было бы еще более скромным, если бы не факт его политической конкуренции с Александром Ярославичем Невским, чьи прямые потомки правили государством Российским до Василия Шуйского включительно (с коротким перерывом на Бориса Годунова и Лжедмитрия I).

Куда больше внимания уделяется гетманам XVII–XVIII веков. И здесь неудачливый предатель, растранжиривший наследие Богдана, Вы-говский (казненный своими же хозяевами поляками) оказывается героем только потому, что при нем крымские татары (при незначительном участии части украинских казаков) поймали в засаду передовой конный отряд князя Пожарского. Поскольку это было единственное сражение, которое с натяжкой можно трактовать как победу украинцев над русскими, этой не имевшей даже тактического значения битве приписывается значение, равное Бородину, Вердену или Саратоге. Зато опиравшийся на московскую помощь Богдан Хмельницкий, реально создав-ший первое полусуверенное Украинское государство, равно как и действительно боровшийся за независимость Украины, но колебавшийся между русскими, поляками и турками (в зависимости от ситуации) Дорошенко, не в чести.

Клевреты Ющенко поют осанну инициатору закрепощения украинского крестьянства, организатору постоянного присутствия российских гарнизонов в украинских городах, кавалеру единственного на тот момент российского ордена Андрея Первозванного, жаловавшегося только высшим сановникам государства российского и ближайшим соратникам царя Петра, гетману Ивану Мазепе только потому, что именно Мазепа предал своего повелителя и покровителя, предал свой народ, совершил клятвопреступление и в обмен на обещание создать для него личное княжество в размере полутора воеводств перешел на сторону Карла XII. Украинские казаки и мещане, которые вместе с крохотным российским гарнизоном героически защищали от двадцатикратно превосходившей их лучшей в Европе шведской армии город Полтаву, по европейским меркам и крепостью-то не являвшийся, для Виктора Андреевича не герои.

Из многих противоречивых личностей, подвизавшихся у руля украинского государства в послереволюционные годы, в качестве героя выбраны не претендовавшие на интеллектуализм и либеральные взгляды Владимир Винниченко и Михаил Грушевский (о них упоминают вскользь и памятников им не ставят), не твердый государственник и потомок гетманов прошлого генерал Павел Скоропадский, а лидер полубандитской вольницы, весьма прозрачно величавшей себя «гайдамаками», Симон Петлюра. Тоже не удивительно, поскольку именно Петлюра согласился заключить позорный Варшавский договор, отдававший Польше половину Украины и делавший вассальным государством вторую половину — только бы польские дивизии помогли ему воевать с большевиками (читай — с русскими).

Именно от Петлюры выпуклой становится вторая, скрытая до поры линия ющенковского «национального проекта» — антиевропейская. Ведь украинский президент пытается героизировать политика, чей убийца был оправдан в Париже французским судом присяжных. Тогда не было юридически сформулировано понятие преступления против человечности. Поэтому Петлюру не судили во Франции за учиненные его войсками погромы, этнические чистки, массовые убийства гражданского населения. Однако европейская общественность уже тогда четко определила свое отношение к только зарождавшемуся течению украинского национализма, признанным руководителем которого в тот момент был Петлюра, и апологетом которого сегодня является Ющенко. Присяжные, выслушав свидетелей защиты, рассказавших о злодеяниях петлюровцев в украинских городах и селах, полностью оправдали его убийцу, приняв решение не юридическое, но политическое — исходя из высших принципов общечеловеческой морали и справедливости, а не узких процессуальных норм уголовного права.

Вернемся, однако, ко Дню Победы. Именно в трактовке событий Великой Отечественной войны, которая для Виктора Ющенко является Второй мировой, наиболее четко, рельефно выступает не только русофобская, но и антиевропейская сущность пещерно-националистического проекта, продвигаемого действующим президентом.

Попытки примирить ветеранов Советской армии с коллаборантами из ОУН — УПА, представить батальон «Нахтигаль» в качестве едва не гуманитарной организации, его командира — гауптмана гитлеровской армии, в дальнейшем гауптштурмфюрера СС Романа Шухевича — как рефлексирующего интеллигента и философа-государственника, добровольцев дивизии СС «Галичина» — как равноправных комбатантов, не только осуждаются большей (и лучшей) частью украинского общества, но и квалифицируются законодательством большинства европейских государств как уголовное преступление: пропаганда фашизма и оправдание его преступлений.

Мне уже доводилось писать, что патриот своей страны, победитель и герой в Первой мировой войне маршал Франции Анри Петэн закончил жизнь в тюрьме, получив в качестве милости и в знак признания своих бывших заслуг замену смертной казни пожизненным заключением. Между тем, его вина заключалась лишь в том, что, возглавив правительство в момент, когда французская армия была разгромлена, а государство на две трети оккупировано, он подписал перемирие с Германией (на что имел полное право) и затем пытался сохранить французскую государственность в рамках режима Виши. Его поведение было вполне объяснимо и разумно — война была проиграна, и не было никакой гарантии, что еще через два-три месяца вермахт не добьет Британию. По единодушному мнению военных историков, в том числе британских, высадка германских войск на Британских островах летом-осенью 1940 года однозначно вела эту страну к военному поражению.

Найдите сегодня француза или бельгийца, возводящего Петэна в герои или возвеличивающего «подвиг» эсесовцев легиона «Валлония». А ведь если на стороне Советской армии воевала лишь одна эскадрилья «Нормандия-Неман», то только военнопленных французов, носивших форму частей СС, было захвачено на советско-германском фронте около 25 тысяч — две полноценные дивизии. Однако они не лезут нагло в победители 9 мая каждого года, и ни один французский политик не смеет объявить их равными французам, сражавшимся в армии или в отрядах Сопротивления. И примирять их силой тоже никому не приходит в голову: первые — коллаборанты, вторые — герои всей Франции.

Точно так же нет норвежца, публично гордящегося полковником Квислингом. А Квислинг тоже считал себя патриотом своей страны и был уверен, что, поскольку захват Норвегии одной из воюющих сторон неизбежен из-за ее стратегического положения (британцы готовились к соответствующей операции), то более предпочтительной является германская оккупация. По состоянию на 1940 год ошибочность его точки зрения не была столь уж очевидна, и норвежцев в частях СС воевало куда больше, чем украинцев, они даже рейхсканцелярию и бункер Гитлера защищали до последней минуты боев в Берлине. Тем не менее, ни один норвежский политик, думающий о своем будущем, не посмеет героизировать этих искренне заблуждавшихся коллаборационистов, независимо от того, какая «великая идея» вела их в бой. Даже неприятие советского коммунизма как идеологии и желание принять участие в «крестовом походе» против него не является оправданием измены родине.

Но это — нормы поведения политиков в современной Европе.

Ющенко же пытается оправдать не просто изменников-коллаборантов, надевших мундир чужой армии и присягнувших на верность чужому государству и лично Адольфу Гитлеру, но садистов-убийц мирных жителей. Чтобы не дать Виктору Андреевичу и его идеологической камарилье приклеить мне ярлык «понівеченого комуністичною пропагандою», приведу слова заведомо симпатизировавшего Шухевичу и его нахтигалевцам министра иностранных дел марионеточного правительства созданного Гитлером «Государства Словакия», посетившего Львов сразу после взятия города в 1941 году немцами, как раз когда там хозяйничали «гуманисты» «философа» Шухевича. Вот как он описывает «работу» «Нахтигаля»: «Город стонал в агонии, кровоточил в муках, содрогался в грозных нероновских сценах и геродотовских убийствах невинных детей. Выделенные группы самых отъявленных убийц, как бешеные собаки, врывались в дома, с наслаждением выбивали двери квартир и как сумасшедшие, вспотевшие и запыхавшиеся, вытаскивали свои жертвы за волосы и многократно убивали их прямо на месте. Кто попал им в руки — тот лишался жизни. Взятых в плен политруков Красной армии расстреливали, коммунистов и евреев вешали. Не было улицы, на которой не лежали бы трупы. На главной улице не было фонаря, на котором не висел бы повешенный. Трамваи были переполнены перепуганными людьми, которых везли на зрелище убийств. Город был отдан на растерзание подонкам, бился в страшных судорогах. Только в их штабе на улице Лацкего было убито более пятисот евреев. На площади Стрельцов днем расстреляли тридцать заложников. На балконе оперногб театра повесили двадцать мучеников… Одичавшие убийцы, возбужденные выстрелами салютов, криками умирающих, гипнотизируемые кровавыми оргиями, как будто сошли с ума: местному фотографу носили проявлять фотопленки, на которых было запечатлено позирование возле убитых, застреленных, повешенных и замученных. Ничего подобного история не видела и не знала со времен Чингисхана. Мир словно перевернулся вверх ногами. Колесо истории человечества вернулось к своему началу… По списку, составленному в Краковском филиале абвера, группы украинских националистов врывались в квартиры 36 ученых с мировым именем: педагогов, ректоров, геологов, хирургов, между ними профессора математики, бывшего председателя польского правительства Казимира Бартеля, писателя и академика Тадеуша Бой-Желенского. Их привели в свой штаб, где зверски мучили, а ночью вывезли за город в Вулецкий парк, заставили выкопать себе общую могилу, а затем их расстреляли» (Годьмаш П, Годьмаш С. Подкарпатская Русь и Украина. — Ужгород, 2003. — С. 158–159).

Такая вот зарисовка с натуры, сделанная союзником господина Шухевича.

А чтобы Виктор Андреевич не сомневался в том, что и сообщения о зверствах его любимой УПА в провинциях не «фальшивки НКВД», приведем еще одну цитату из того же автора, но уже о действиях оуновских бандитов в галицийской. провинции: «Особенно запомнился мне один из самых отъявленных громил по кличке «Хрин», по имени Степан Стебельский. Родился возле Самбора… При нападении люди его группировки появлялись в польской или советской униформе. Этот вандал хвастался тем, что раненых добивал как собак, полумертвым вспарывал животы и вешал их внутренности на ветках деревьев, отрывал им половые органы, заживо вырезал сердца и сжигал их».

Еще раз подчеркну: это — не документы НКВД, которым Виктор Андреевич «верит» только в одном случае — когда они прикрывают клеймо сомнительного прошлого его отца. Это зарисовки с натуры, сделанные таким же коллаборантом, как и сам Шухевич, только более цивилизованным.

И вот с такими «героями» Ющенко хочет вступать в ЕС. С ними он призывает примириться ветеранов Великой Отечественной, спасших мир от сотен тысяч «эксцессов», подобных львовскому погрому, их он предлагает в качестве примера подрастающему поколению.

Это хуже чем преступление, это государственный кретинизм, провоцирующий гражданскую войну в ее наиболее жестоком этническом варианте. Ведь если новое поколение украинцев согласится с Ющенко в том, что методы Шухевича могут быть оправданы, это еще не значит, что они согласятся и с остальными его идеями. Виктор Андреевич рискует тем, что, если он не успеет сбежать из страны, кто-нибудь решит применить опыт Шухевича или Хри-на к нему самому или его окружению. Ведь если идеи националистов настолько «святы», что позволяют предавать Родину, садистски убивать невинных детей или взрослых представителей «не той» национальности, если можно было вырезать польскую интеллигенцию во Львове, чтобы некому было возглавить сопротивление фашистам и их оуновским лакеям, то почему в иных условиях борцы за иные идеи не могут той же мерой измерить Ющенко, Тарасюка, Кириленко или Драча, Павлычко, Жулинского? Только потому, что они украинцы, и значит: «Тю, куме, а нас за що?»

Не случайно Ющенко и ющенковцы ищут предков едва не в доисторические времена. Их пещерный национализм, осложненный комплексом национальной неполноценности, создает им виртуальных врагов и в Москве, и в Париже, и в Берлине, и в Риме. Одни не хотят снабжать «халявным» газом; другие не желают «на халяву» принимать в НАТО и за свой счет обеспечивать безопасность поклонников фашистской идеологии, предвкушающих, как они будут из-за чужой спины лаять на сильного соседа; третьи не уберегли Петлюру; четвертые еще в чем-то провинились перед украинскими националистами, даже не зная об этом. Медленно, но уверенно националисты превращают виртуальных (выдуманных) врагов, порой даже не представлявших о существовании Украины, в реальных неприятелей, которым просто надоедает слушать скулеж, стоны и постоянные претензии. В лучшем случае их прекращают приглашать в приличное общество, в худшем — не пускают даже на порог.

В таких условиях остается только замкнуться в своей националистической (не путать с национальной) ограниченности, строить пустые «Мистецькі арсенали», объявлять их Лув-рами, собирать псевдотрипольские «раритеты», заходиться в экстазе от «древних укров» и обсуждать со столь же малообразованными недорослями истоки украинской цивилизации, «подарившей» человечеству плуг, колесо, огонь, Иисуса Христа и Богородицу.

Гитлер, кстати, тоже любил порассуждать о «земле и крови», о древности и о всемирной цивилизаторской миссии германской нации. Правда, от украинского вождя фюрер германский отличался тем, что вместо сбора горшков строил автобаны, поднял из руин промышленность, ликвидировал безработицу, заставив богатых поделиться с бедными на деле, а не на словах. Наверное, поэтому у Гитлера в прихлебателях состояло практически все сегодняшнее НАТО, а Ющенко сам никак не может набиться в натовские прихлебатели.

Националисты, диктаторы, вожди или фюреры тоже ведь бывают разного масштаба — бывают мирового, а бывают местечкового, наши — и вовсе хуторянские.

Мировая с медведем

Основополагающие жизненные ценности не могут являться предметом торга

Двести миллионов истина стоит,

а она такова:

Лошадь быстрей пешехода, а четыре

есть два плюс два.

Четыре копыта и две ноги —

вместе выходит шесть.

Обучиться такому счету нужно

почесть за честь.

Редьярд Киплинг. «Урок» («Англо-бурская война»)

Богословы разных конфессий и веков сходились во мнении, что любой торг с дьяволом недопустим. Не только потому, что для верующего во Христа как абсолютное Добро невозможно соглашение с олицетворением абсолютного Зла. Дьявол заведомо выигрывает в любом торге, никогда не выполняет обещанного, и начать торговаться с ним — значит уже проиграть, причем проиграть все. Дьявол не удовлетворяется мелкими приобретениями, ему нужна только душа, что сразу отдает человека в полную власть князя Тьмы. Единственный способ выиграть у дьявола — это не играть с ним, надежды обмануть повелителя ада всегда тщетны.

Теологическая истина имеет и вполне практическое применение, что многократно доказывалось историей. Возможна договоренность политических деятелей разных взглядов, даже диаметрально противоположных, государств с различным общественным устройством, но при этом у них должна быть единая базовая основа ценностей. Пусть взаимопонимания между партнерами достичь непросто, но оно эффективно и действует во благо обеих сторон. Наиболее яркий пример подобного союза — антигитлеровская коалиция.

СССР и капиталистические государства (при всех противоречиях и враждебности, иногда доходившей до открытых столкновений) имели единую цивилизационную основу. Глубинно их идеология базировалась на ценностях эпохи Просвещения, теоретическом признании человека и его свободы высшей ценностью. Представители социалистического и капиталистического лагерей вынужденно объединились перед лицом общего врага, готовившего тотальное уничтожение гуманистической цивилизации. Для этого не надо было отходить от принципов: Черчилль прямо сказал, что не отказывается ни от одного своего слова, сказанного о коммунизме, но и Сталин не стал сторонником парламентарной демократии.

Во внутриполитическом аспекте показательно явление европейского движения Сопротивления. Во всех странах оккупированной Европы, отложив на время старые разногласия, а иногда и застарелую ненависть, политические силы самого широкого спектра — от монархистов и клерикалов до коммунистов и анархистов — совместно противостояли оккупантам.

Но если одна сторона стоит на фундаменте полного отрицания гуманизма, его подмены псевдоценностями расового превосходства, то любые договоренности изначально обречены. Так, попытки долговременных соглашений между государствами с глубинной гуманистической основой и государствами «коричневого Интернационала» заканчивались плачевно. Западные страны с начала прихода Гитлера к власти, проводя политику «умиротворения», закономерно пришли ко Второй мировой войне, поражению 40-го, оккупации Франции и малых европейских государств. Советский Союз заплатил катастрофой лета 41-го и миллионными жертвами за иллюзии Договора о ненападении.

Алгоритм был один — нацисты использовали соглашения для выигрыша времени и увеличения военного потенциала, после чего договоренности растаптывались.

Аналогично складывалась и внутриполитическая ситуация в Веймарской республике. Из попытки консервативного «Стального шлема» и правых партий использовать НСДАП для противодействия «красной опасности» гитлеровцы взяли все, получили в итоге полноту власти, но после 1933 г. большая часть изощренных веймарских политиков, опиравшихся на принцип «меньшего зла», оказалась в концлагерях.

Главной ошибкой надеявшихся на пользу соглашений с нацистами было то, что ментально их считали партнером, с которым можно договариваться. Нацистами изначально брезговали, но представлялось, что «коричневые» разделяют хотя бы самые основные ценности европейской цивилизации и будут соблюдать договоренности. Даже столь циничный политик, как Невилл Чемберлен, характеризовал Гитлера как «человека, слову которого можно верить».

Только очень немногочисленные государственные деятели помнили старое правило про «игру с дьяволом». Безрезультатно Уинстон Черчилль доказывал и убеждал, что нацисты неминуемо обратят соглашения в свою пользу, что подписавший договор с ними подписывает приговор себе, своей стране, своей партии. Будущего спасителя Англии снисходительно называли человеком прошлого, не понимающего реалий XX века.

Идентичная ситуация складывается с отечественными «оранжевыми». К ним относятся примерно так, как в довоенной Европе к национал-социалистам. Может, противно общаться, но почему бы не попытаться использовать и договориться — к взаимной выгоде! Бизнес есть бизнес.

Даже реально противостоящие «оранжизму» политики воспринимают происходящее в рамках традиционной политической борьбы. Оппозиционеры зачастую играют в тори и виги, не жалеющих друг для друга во время парламентских прений самых резких выражений, но одинаково болеющих за государственные интересы и ведущих себя как подлинные джентльмены.

На самом деле майданная идеология исходит из националистического тоталитаризма, корни которого, как и других видов национализма — Павелича, Тисо, Салаши, Квислинга, Дегреля, берут свое начало в гитлеровской теории «крови и почвы». Ее характеризуют презрение к праву и воле народа как таковым, культ вождей и насилия, пропаганда национальной исключительности и межнациональной ненависти, желание «унифицировать» страну, сделать ее идеологически, лингвистически и религиозно однородной, разрушить церковь как независимый институт, а также тяга к язычеству, априори несоблюдение любых договоренностей. Гитлер кратко выразил это в формуле «один народ, один рейх, один фюрер», и все, что в нее не входило, подлежало «перевоспитанию» в гестапо или уничтожению.

Отход от директивно навязываемой серокоричневой одноцветности и тогда, в 30-е, и сегодня, в постмайданной Украине, воспринимается как проявление «антинационального поведения». Поправка на изменившиеся мировые реалии внесла лишь незначительные коррективы в «оранжевую» разновидность национал-тоталитаризма.

Нельзя говорить о борьбе партий в Украине в классическом виде. Противостояние националистическому «оранжизму» должно исходить не из влечения к власти и ресурсам, а из системного и последовательного недопущения становящейся все более явной фашизации государства. Проводящееся режимом планомерное разрушение исторической памяти и выдвижение в качестве национальных героев гитлеровских пособников, палачей УПА, «Нахтигаля», СС «Галичины» — обязательный фундамент для проведения дальнейшего пересмотра итогов Второй мировой войны и окончательного превращения Украины в сателлитное образование заокеанского геополитического преемника рейха.

Противостояние наследникам «Нахтигаля» — не политика, это защита нашей Великой Победы. Защита страны от сползания в националистическую трясину, обязательно заканчивающуюся концлагерями, этническими чистками и воцарением атмосферы тотального страха.

Только совместные усилия всех антифашистских сил могут остановить наступление националистических реваншистов. Вопрос создания аналога объединенного движения Сопротивления, способного противостоять наступлению национал-тоталитаризма и превращению Украины в антироссийский плацдарм НАТО, должен в кратчайшее время перейти в практическую плоскость.

Относиться к «оранжевым» как к обычному, готовому к сотрудничеству, политическому партнеру недопустимо не только с моральной точки зрения. Это деморализует миллионы наших соотечественников, надеющихся, что оппозиционные силы защитят их основополагающие жизненные ценности, прекратят вакханалию кощунств и целенаправленных издевательств марионеточного проамериканского режима.

Невозможно вести переговоры о соглашении с людьми, нескрываемо желающими публично растоптать наши святыни, заставив нас же этому аплодировать.

«Оранжевых» следует только предупредить, что в случае дальнейших антиконституционных действий и провоцирования путчей им придется ответить в соответствии с нормами Уголовного кодекса.

Пусть это произойдет не сегодня и, возможно, не завтра. Божьи мельницы мелют медленно, но верно. За подобные преступления отвечают не только через годы, но и через десятилетия. Кстати — при полном равнодушии бывших хозяев, которых не интересует отработанный человеческий материал. Так, равнодушно, был сдан генерал Аугусто Пиночет, когда-то столь необходимый Вашингтону для свержения левого правительства Сальвадора Альенде, не говоря уже об исполнителях указаний диктатора.

Нынешнему главе СБУ и его «орлам», выводящим историческую преемственность Службы из СБ ОУН — УПА, уверен, следовало бы задуматься о судьбе бывшего руководителя чилийской спецслужбы ДИНА Мануэля Контрераса, в ходе операции «Коломбо» арестованного вместе с десятками подчиненных за репрессии против оппозиции.

Обладавший огромным литературным дарованием Редьярд Киплинг был и прозорливым политиком, одним из апологетов величия Британской империи, он неоднократно выполнял секретные задания «Интеллидженс сервис».

Стихотворение Киплинга «Мировая с медведем» полезно прочитать сторонникам «компромиссов», какими бы красивыми словами они ни обосновывались. Какой бы тщательно выписанной ни была аналитика, что момент максимального ослабления «оранжевых», «с поникшей головой» ищущих временных союзников, следует использовать для возвращения власти.

Рассказ в стихотворении ведется от имени калеки-нищего, потерявшего зрение в результате удара одряхлевшего медведя, которого он пожалел на охоте:

Беззубый, безгубый, безносый, с разбитой речью, без глаз,

Прося у ворот подаянье, бормочет он свой рассказ —

Снова и снова все то же, с утра до глубокой тьмы:

«Не заключайте мировой с медведем, что ходит, как мы»…

Когда на дыбы он встанет, человек и зверь зараз,

Когда он прикроет ярость и злобу свинячьих глаз,

Когда он сложит лапы, с поникшей головой.

Вот это минута смерти, минута Мировой….

Снова и снова все то же, твердит он до поздней тьмы:

«Не заключайте мировой с медведем, что ходит, как мы».

Лицемерная «политкорректность» бессмысленна — все прекрасно понимают, с чем и с кем мы боремся, и надо иметь смелость назвать вещи своими именами.

Нельзя обманываться и надуманной внешней отстраненностью от идеологии и пропаганды нацизма некоторых «оранжевых» лидеров, «что ходят, как мы». Договоренность с ними, «минута Мировой», неминуемо превратится в «минуту Смерти», о чем свидетельствует все происходящее — начиная с переворота 2004 г. Политических деятелей, которые мировую инициируют, ждет горькая судьба киплинговского калеки. Но еще более тревожит судьба народов Украины, недостойных предательства.

Не имеет значения, каковы подлинные мотивы у сторонников «мировой» с майданными «медведями», истекающими кровью от нанесенных друг другу ударов и неадекватных в своем предсмертном бешенстве. Неважно, имеем ли мы дело с подлинной изменой, оплаченной в той или иной форме, искренней маниловщиной или надеждой, что можно использовать взаимо-уничтожение оранжевого скорпиона, вцепившегося смертельной хваткой в собственный хвост. Результат будет один — разочарование и деморализация всей антинационалистической Украины.

Бессмысленно надеяться, что можно не предпринимать никаких реальных действий, а «оранжевые» лишатся власти в результате происходящего между ними «боя без правил». Не учитывается то, что оба майданных лагеря несамостоятельны в своих действиях и находятся под абсолютным контролем Вашингтона, управляющего ими с помощью прокуратора из посольства.

Определенная самостоятельность в конкурентной борьбе не только разрешается, но и поощряется. Ожесточенная схватка между собой заставляет «помаранчевых» марионеток больше выслуживаться перед кукловодом, позволяет контролировать их без малейших усилий. Совместными усилиями заклятые друзья по «демократической коалиции» сделают все, чтобы Украина превратилась в американский «непотопляемый авианосец» в центре Европы с послушным и нетребовательным экипажем. Именно поэтому США никогда не дадут окончательного преимущества одной из сторон, допуская лишь некоторое нарушение регулируемого равновесия.

Подобная схема была апробирована рейхом в странах-сателлитах, где всегда сохранялось несколько центров силы, верховным арбитром между которыми выступал германский посол.

В усташеской Хорватии (НХГ) немцы одновременно поддерживали две группировки: по-главника Анте Павелича и семейства Кватер-ников, Славко — министра национальной обороны и его сына Эугена — руководителя управления общественного порядка и безопасности, в состав которого входила тайная политическая полиция. Павелич и Кватерники были готовы на все, чтобы уничтожить друг друга, бегали с доносами в германское посольство, но Гитлер долго не мог решить, на кого сделать основную ставку. Посол рейха Зигфрид Каше в своих донесениях совершенно точно писал, что и Паве-лич, и Кватерники преданны интересам Германии и беспощадно расправляются с врагами нацизма. В конечном итоге, благодаря вмешательству Гиммлера, поглавник был признан более перспективным, и ему позволили удалить из власти группировку Кватерников.

Воспользовавшись разрешением, Павелич успел расстрелять несколько их сторонников в домобранстве (регулярной армии) НХГ и репрессивном аппарате, но Каше сразу одернул загребского мини-фюрера. Гитлеровцы предоставили гарантии безопасности семейству Кватерников, и поглавник ничего не смог сделать со своими смертельными врагами.

Гитлеровский прокуратор регулярно посещал руководителей антипавеличской группы и писал на Вильгельмштрассе, что он готов при необходимости немедленно заменить ими Паве-лича, чей безудержный национализм стал в конце концов немцами считаться деструктивным.

Ющенко как будто специально повторяет политику поглавника, рассуждения которого о многотысячелетней истории великой хорватской нации, працивилизации хорватских ариев, решающей роли хорватов в создании европейской культуры передавались в немецких дипломатических донесениях и отчетах СД в качестве доказательства невменяемости вождя местных национал-фашистов.

Еще более бессмысленно, подобно правым догитлеровской Германии, разделять «оранжевых» на «большее» и «меньшее» зло, на откровенных наци и лишь использующих настроения своего националистического электората.

Подобную ошибку совершили английские и французские правительства, серьезно рассчитывавшие направить Муссолини против Гитлера и сделать из фашистской Италии антигерманскую опору в регионе Средиземноморья.

Формально оснований для таких надежд было достаточно. Основатель движения «фаши» считался непревзойденным демагогом, но не верящим серьезно в мифы расовой теории. Дуче слыл реалистом, исходил только из личных интересов, и не представляло труда его перекупить, предложив более выгодные условия.

Особенно способствовало таким убеждениям Лондона и Парижа то, что не была секретом взаимная ненависть Муссолини и Гитлера. Римский диктатор называл фюрера «глупым маленьким клоуном», «опасным дураком», а национал-социализм характеризовал как «революцию германского первобытного леса против романо-латинской цивилизации». В свою очередь, и Гитлер не стеснялся в выражениях по поводу «жирной пародии на цезарей».

Политика использования фашиста против нациста закончилась полным провалом. Их личные чувства и конкуренция никуда не исчезли, но значительно сильнее оказалась йена-висть к идеалам свободы и желание, отбросив все сдерживающие принципы международного права, получить долю от общего грабежа.

Следует избавиться и от мифа, что прагматизм (понимаемый как эвфемизм цинизма) — неотъемлемая часть политики. Что только прагматизм, а не идеалистические представления, приводит к успеху.

Подлинно великие государственные деятели четко осознавали и действовали исходя из того, что высший прагматизм заключается в верности основополагающим принципам. Мелкотравчатый утилитаризм может дать иллюзию успеха, но в будущем он неминуемо приведет к сокрушительному поражению. Как бы ни обосновывалась «временность» забвения идеалов, это неминуемо приводит к прямой измене.

Маршал Петэн, Пьер Лаваль, адмирал Дарлан совершенно прагматично пошли после разгрома армии на соглашение с немцами. Правительство Виши своим огромным достижением выставляло то, что удалось сохранить часть страны неоккупированной, а слова про честь Франции, национальную гордость, борьбу против захватчиков и верность союзникам объявляло демагогией и непониманием неизбежности компромиссов во имя «спасения Франции».

Де Голль, выступивший за продолжение борьбы, считался опасным идеалистом, готовым на все ради громких слов. Основанное им движение «Свободная Франция» первые месяцы считалось маргинальным, заявления генерала о грядущем возрождении великой Франции и неминуемом поражении нацистов воспринимались как бред.

Но очень быстро все встало на свои места. «Прагматизм» вишистов, их политика «достижения компромисса» и «политической гибкости» с гитлеровцами ради «сохранения единой Франции» оказались блефом. Ни о какой самостоятельности правительства Виши не было и речи, оно стало простым аппаратом исполнения приказов оккупационных властей. Немцы доверяли коллаборационистам самую грязную работу — депортацию в гитлеровские концлагеря евреев, испанских политэмигрантов, пытки и расстрелы участников движения Сопротивления.

Кончился петэновский «реализм» печально и для самих «реалистов» — престарелый маршал умер, отбывая пожизненное заключение в островной крепости Пор-Жуэнвиль, премьер-министра Лаваля расстреляли по приговору суда, главнокомандующий Дарлан погиб от пули молодого патриота-монархиста Боньеде ля Шапеля.

А генерал-романтик, «не понимавший необходимость лавирования», считавший, что никакие тактические выгоды не могут оправдать предательства принципов и забвение чести, начинав-ший борьбу практически в одиночку, возглавил освобожденную Францию, навеки войдя в пантеон ее истории.

Более чем показательный урок для украинских политиков, тяжело отравленных плохо понятыми цитатами из Макиавелли и «консенсусом» времен перестройки, считающих, что верх мудрости заключается в забвении интересов избирателей, игнорировании их основополагающих жизненных ценностей и заключении противоестественных союзов.

Настоящая политика, а не мелкое политиканство, может быть только моральной. Только моральная политика может приносить результат. И это несовместимо с предательством, чем бы оно ни оправдывалось. Забвение данного положения может на определенном этапе принести дивиденды, но они неминуемо превращаются в 30 сребреников, а их получателей постигает судьба Иуды.

Стоит вновь вспомнить Киплинга, на творчестве которого целенаправленно воспитывалась не отличавшаяся простодушием и альтруизмом государственная элита «Владычицы морей». Классик английской литературы писал о необходимых для власти «простых истинах» — истинах обычной морали, порядочности и чести. Их забвение, подмена ложной мудростью приводят к государственной, общественной и человеческой деградации, становятся дорогой в никуда.

На «простых истинах» должна строиться деятельность по недопущению создания в Украине национал-тоталитарного государства, а также на последовательной, жесткой защите основополагающих жизненных ценностей большей части граждан нашей страны — антинационализма и антифашизма, государственного статуса русского языка, свободе вероисповедания, внеблокового нейтрального статуса, стратегического партнерства с Россией.

Путь борьбы и чести тяжел, недоступен для слабых духом и волей, но только он ведет к победе, а не к поражению и позору.

Галичанские «крестоносцы» против Украины

В государстве не должно быть «правящих регионов».

И люди, стрелявшие в наших отцов,

Строят планы на наших детей.

Борис Гребенщиков

Роль Галичины, вошедшей в состав Украинской ССР только в 1939 г., а до этого — с конца XIV века оторванной от этногенеза, исторического и культурного развития украинского народа, в современной Украине совершенно абсурдна. С одной стороны — это самый депрессивный регион, который не смог бы выжить без постоянных дотаций из госбюджета, состоящего в основном из отчислений промышленно развитых юго-восточных областей. Большинство населения Галичины успешно трудится за границей, не платит налогов, но в полной мере пользуется бюджетной социальной защитой.

Именно данной причиной, а не провозглашаемой заботой о «территориальной целостности», объясняется категорическое неприятие галичанской верхушкой федерально-земельного устройства, по которому живет сегодня цивилизованный мир. Тогда не только памятники гитлеровским коллаборационистам придется ставить на собственные деньги, но самим содержать социальную инфраструктуру, образование, дороги и выплачивать пенсии. При этом на всех выборах паспорта галичан, трудящихся в это время в поте лица на благо ЕС, мистическим образом без хозяев голосуют только за национал-радикальные силы.

С другой стороны, правящая галичанская элита, позиционирующая себя элитой общеукраинской, ведет себя так, будто содержит Украину и потому имеет право ею руководить. Именно она отдает обязательные к исполнению приказы — какой язык родной, в какую церковь ходить, кого считать национальными героями и как пламенно любить НАТО.

У всех на памяти 2004 г., когда с помощью завезенных галичанских «ландскнехтов» были растоптаны результаты президентских выборов, а в стране проведен срежиссированный американскими спецслужбами и реализованный их агентурой влияния государственный переворот. Не вызывает сомнения, что при небходимости «оранжевые» не преминут вновь прибегнуть к помощи свезенных в столицу погромщиков. Об этом свидетельствуют и открывшиеся при поддержке государственных органов лагеря по «изучению традиций УПА», где наряду с «повстанческими песнями» про героическое вырезание москалей изучается и обращение с оружием.

Севастопольцам или одесситам и в голову не придет устраивать десанты во Львов для сокрушения памятников Бандере, захвата храмов или требований обучать детей только на русском. В Галичине же подобный политический туризм, зачастую оплачиваемый из спец-фондов госструктур, стал постоянным доходным, хотя и омерзительным промыслом.

Многовековой человеконенавистнический эксперимент, проводимый Польшей, Австро-Венгрией, Третьим рейхом по превращению Галичины в антирусский, антиправославный и в конечном счете антиукраинский плацдарм, удался. Антирусскость и антиукраинскость идеологии, навязанной Галичине извне, с помощью выращенной «пятой колонны», составляет основу для дальнейшего наступления и ее перенесения на Великую Украину, население которой никогда не отказывалось от исторического украинско-русского единства.

Расширить плацдарм до границ России невозможно без разрушения глубинного народного менталитета и стирания, даже ампутации исторической памяти, в чем зомбированная Галичина призвана сыграть ключевую роль.

Галичина всегда интересовала иностранных кукловодов не сама по себе — галичане иначе, чем «пушечным мясом», ни Варшавой, ни Веной, ни Берлином не воспринимались, что показал путь «сечевых стрельцов», СС «Галичины», прочих наемников оккупантов.

Исключение составляла лишь националистическая верхушка, готовившаяся в качестве доверенных надсмотрщиков оккупационных властей или марионеточного «национального правительства». Недаром и ныне современные прокураторы из натовских посольств способствуют продвижению галичанских кадров на ключевые должности аппарата госуправления как наиболее преданных слуг заокеанской империи.

Насколько рьяно «рекомендация» выполняется, можно понять при взгляде на большинство органов центральной власти, ставших филиалами землячеств западных областей. Преданные марионетки нужны новым хозяевам в качестве «крестоносцев», готовых, ни перед чем не останавливаясь, «перекрестить» Украину в эрзацрели-гию атлантического глобализма и направить ее против одноверной единокровной славянской России. Конечно, «крестоносцев» — сэконд-хэнд, подобно эсэсманам-«унтерменшам» из СС «Галичины», но необходимых и стоящих несравнимо дешевле крестоносцев настоящих — с гражданством западных государств.

Показательна настойчивость, с которой лично президент Ющенко добивался перевода Института сухопутных войск из Одессы во Львов, чему я, работая в правительстве Коалиции национального единства, сопротивлялся до последней возможности.

Ющенко понимал: пусть это лишит Вооруженные силы подготовленных командиров, но офицерский корпус будет воспитан не на традициях победоносных Российской и Советской армий, история которых невозможна без блестящих военачальников-украинцев Гудовича, Паскевича, Кондратенко, Драгомирова, Малиновского, Черняховского, Рыбалко, а на военных преступлениях «Нахтигаля», СС «Галичины» и УПА. Такие «офицеры» ничего не будут представлять собой как профессионалы, но, не раздумывая, выполнят любое задание по подавлению протестов общественности, народных выступлений или проведению очередного путча.

Ранее и нацистам крайне необходимыми были галичанские каратели, с энтузиазмом бравшие на себя самую грязную работу, которая вызывала отвращение даже у немецких эйнзатц-групп. Предатели из Великой Украины редко могли рассчитывать на большие посты в оккупационной администрации. Обычно дальше рядового полицая, лагерного охранника или агента-осведомителя, вознаграждавшихся пайком, хорошим кофе, вещами расстрелянных или нашивкой старшего шуцмана, продвижение не шло. Зато привезенные в 1941-м из Галичины кадры стали основой аппарата оккупационного управления и карательных органов рейхскомиссариата «Украина», как, например, все руководители «украинской вспомогательной полиции» Киева — Буткевич, Захвалынский, Ка-байда, Орлик. Показательно, что первые, самые массовые, расстрелы в Бабьем Яру после отказа командира немецкой эйнзатц-группы были специально поручены будущей элите УПА — Буковинскому куреню под командой Петра Войновского.

Однако изуверы «украинской вспомогательной полиции» не были первопроходцами. Они лишь продолжили историческую традицию, ко-торую у них приняла УПА. Аналогично вели себя в гражданскую войну «сечевые стрельцы», подготовленные оккупантами как ударная сила против Великой Украины.

Сегодня на высшем уровне культивируется миф о 300 расстрелянных под Кругами, но замалчивается правда о том, что в том же январе 1918 г. галичанские «сечевики» только в восставшем «Арсенале» убили более полутора тысяч (!) пленных рабочих, женщин и детей. А расстрелы Муравьева бледнеют перед бойней, учиненной в Киеве частями Евгена Ко-новальца в декабре того же года, после свержения гетмана Скоропадского.

Из большого массива воспоминаний приведу лишь беспристрастное свидетельство сестры милосердия Марии Нестерович, с ужасом наблюдавшей процесс «огаличивания» столицы Украины в 1918 г.: «На второй же день после вторжения Петлюры мне сообщили, что анатомический театр на Фундуклеевской улице завален трупами… Господи, что я увидела! На столах в пяти залах были сложены трупы жестоко, зверски, злодейски, изуверски замученных! Ни одного расстрелянного или просто убитого, все — со следами чудовищных пыток. На полах были лужи крови, пройти нельзя, и почти у всех головы отрублены, у многих оставалась только шея с частью подбородка, у некоторых распороты животы. Всю ночь возили эти трупы. Такого ужаса я не видела даже у большевиков. Видела больше, много больше трупов, но таких умученных не было!..

— Некоторые еще были живы, — докладывал сторож, — еще корчились тут.

— Как же их доставили сюда?

— На грузовиках. У них просто. Хуже нет галичан. Кровожадные… Бесы, а не люди, — даже перекрестился сторож».

Судьба Галицкой Руси, некогда неотъемлемой составляющей православно-славянской цивилизации, поучительна тем, что древняя земля Даниила Галицкого виделась сменяющимся хозяевам как экспериментальная площадка по отработке методов разрушения Великой Украины. Когда-то, как сейчас две Украины, существовали две Галичины — Галичина православная, живущая единством с Великой Украиной, и Галичина коллаборационистов, питающаяся ненавистью ко всему православному и славянскому. Сейчас можно не задавать вопрос, какая из них необратимо осталась в прошлом.

Если мы далее будем безропотно сдавать основополагающие жизненные ценности — язык, веру, историческую память, неразрывную связь с Россией, то не заметим, как Великая Украина станет увеличенной копией Галичины, и памятник очередному эсэсовцу, награжденному звездой Героя Украины, где-нибудь в Харькове или Днепропетровске станет обычным явлением.

Только бескомпромиссное отстаивание принципиальных позиций, отказ от дурно пахнущих соглашений с майданными марионетками спасет от позорного и необратимого поражения цивилизационного значения.

Бездействие и соглашательство приведет к тому, что, как ни трудно это представить, Великая Украина может, подобно библейскому Исаву, поменять свое первородство на миску импортной чечевичной похлебки. Ведь и члены православных братств Галичины не могли представить, что их Родина станет плацдармом для наступления на Великую Украину.

Расчет захватчиков основывался на том, что если используемые методы окажутся эффективными в отношении Галичины, то их следует применить и к Великой Украине. Галичина долго и упорно, даже героически, сопротивлялась уничтожению своей православно-славянской идентичности. Сопротивлялась, истекая кровью, даже после насаждения унии, призванной сыграть ключевую роль в распаде общеправославной славянской Ойкумены.

За веру предков самоотверженно боролись галичане, объединенные в Львовское успенское братство. Прославлены в истории как подвижники православия выходцы из Галичины святой Иов Почаевский и Киевский митрополит Иов Борецкий.

Движение в защиту православия приобрело такой размах, что противостоять ему местные изменники могли только при помощи репрессий захватчиков. Однако за время польского владычества православное сопротивление так и не удалось подавить.

Аналогичная ситуация сохранилась и в период австро-венгерского правления. Несмотря на усердие жандармерии и постоянные судебные процессы, в Галичине образовалось влиятельное течение «москвофилов», боровшееся с навязываемой Габсбургами ненавистью к братьям на Великой Украине и в России. С целью противодействия «москвофилам» властями Габсбургской империи было создано «мазепинское» движение, базирующееся на идеях клинической русофобии и ненависти к традициям православной Великой Украины.

Тех самых идеях — русофобии, ксенофобии, зоологического национализма, которые «оранжевым» руководством страны признаны государственной идеологией и навязываются всеми возможностями государственной машины.

Средством «идеологической» борьбы с «мос-квофилами» было написание подлых доносов австрийской администрации. Как и сейчас, иное мнение немедленно подвигает сторонников «евроатлантической» демократии доложить в СБУ об «антигосударственной деятельности» и «сепаратизме». Сказывается старая сноровка, когда многие ведущие «оранжисты» состояли в агентурном аппарате 5-го управления КГБ и готовили «информации» о «проявлениях украинского буржуазного национализма».

Небольшой экскурс в историю «демократии» в Галичине поможет многое понять в современной ментальности национал-демократов. Пытаясь модернизировать многонациональную Австро-Венгерскую монархию, император Франц Иосиф в 1903 г. назначил либерала и славянина графа Анджея Потоцкого, отвергавшего тупую германизацию и русофобию, наместником Галиции и Лодомерии.

Либерализм императорского наместника привел к тому, что он пал от пули «мазепинца». Что послужило причиной убийства? Репрессии против национальных обществ или запрет украинского языка? Отнюдь… Просто граф Потоцкий не захотел фальсифицировать с помощью репрессивного аппарата выборы в местный сейм в пользу «мазепинцев». Лишенные поддержки краевой власти (хотя получавшие напрямую из Вены немалое негласное финансирование) ненавистники Великой Украины и православия потерпели поражение, получив 11 мест, в то время как Русско-народная партия, известная симпатиями к украинско-российскому сотрудничеству, — всего на один мандат меньше.

Достаточно было польскому аристократу побрезговать заниматься подтасовками, как стало ясно, что самостоятельно победы «мазе-пинцы» достичь не могут.

В отместку против графа развязали кампанию травли в русофобских газетах, а Францу Иосифу пошли многочисленные доносы на «изменника». Однако престарелый император им не внял, отставку наместника не принял, что и заставило национал-экстремистов прибегнуть к прямому террору. 12 апреля 1908 г. граф Потоцкий был застрелен студентом Мирославом Сичинским, сыном униатского священника, известного публичными призывами уничтожить в Галичине все инакомыслие.

Символично, что ранее Сичинский смог поступить во Львовский университет только благодаря помощи наместника, разрешившего исключенному гимназисту сдать экстерном выпускные экзамены. Хороший урок для тех, кто искренне считает, что галичанских антиукраинцев следует привлекать на свою сторону уступками и благодеяниями. Рано или поздно они получат в ответ такую же благодарность, как и Потоцкий.

Но репрессивный аппарат «лоскутной» монархии и гиперактивность находившихся на его финансировании майданных предтеч не могли справиться с «москвофилами», становившимися все более популярными. Как писал видный галичанский общественный деятель Василий Вав-рик в своей книге о крепости Терезин и концлагере Талергоф, вышедшей во Львове в 1928 г.: «Для народных масс непонятной была проповедь звериной ненависти к «москалям». Верной интуицией, непосредственным восприятием угадывали и чувствовали родство с ними, как и с белорусами, считая их самыми близкими племенами».

Помогла Первая мировая война, когда подавляющее большинство «москвофильской» интеллигенции, учителей, священнослужителей, симпатизирующих им крестьян было «по законам военного времени» расстреляно, повешено, замучено.

Неуслышанным Европой предупреждением о грядущем Освенциме стали австрийские концлагеря, отличавшиеся от гиммлеровских только отсутствием газовых камер и крематориев.

Особым зверством в уничтожении земляков отличались «патриоты», в том числе «сечевые стрельцы», которых Ющенко считает национальными героями.

Вот что писал о происходившем Ваврик: «жандармы… делали каинову работу в силу своих обязанностей. Поэтому можно до некоторой степени простить им провинение, но каинова работа галицко-украинской интеллигенции достойна самого острого публичного осуждения… «сечевики» набросились в Лавочном в Карпатах с прикладами и штыками на арестованных, чтобы переколотить ненавистных им «кацапов», хотя там не было ни одного великоросса, а все были галичане… эти стрелки, прославленные украинскими газетами, как народные герои, избивали родной народ до крови, отдавали его на истребление немцам, сами делали самосуд родных».

Стоит коротко рассказать о Василии Вав-рике (1889–1970) — ученом, поэте, писателе, чье имя в современной Галичине считается табу. Во время Первой мировой войны он, будучи студентом юридического факультета Львовского университета, был арестован по доносу за проповедь общеславянского единства. Все круги австро-венгерского ада — Терезин, Та-лергоф — не сломали узника, писавшего стихи в страшных условиях. Более того, Ваврик руководил подпольным Сопротивлением, выпускал листовки с протестом против зверств тюремной и лагерной администраций, собирал свидетельства об издевательствах над галичанами.

После войны Василий Романович закончил философский факультет Карлова университета в Праге и Львовский университет. Собранные в заключении показания очевидцев стали основой книги «Терезин и Талергоф», переведенной на многие языки мира. В советское время бывший «москвофил» работал преподавателем Львовского университета и сотрудником Исторического музея во Львове.

Дело уничтожения подлинной галичанской элиты, оставшейся верной собственному народу, продолжили «Нахтигаль», шуцманшафтбатальоны, УПА. «Упари» не оставили палаческую работу и после изгнания немецких руководителей. От их рук в Галичине погибло больше местных жителей, чем было выслано или арестовано. Это дает ясный ответ, кто терроризировал Галичину — советские органы госбезопасности, боровшиеся с гитлеровской агентурой и бандитами, или созданная и вооруженная абвером (считай — фашизмом) УПА.

Можно только склонить голову перед героизмом бойцов истребительных отрядов («ястребков»), выступивших против банд УПА, которые вырезали целые семьи за малейшее подозрение в нелояльности. Почти никто из добровольцев не остался в живых, для УПА было вопросом первостепенной важности уничтожить именно земляков — галичан, посмевших выступить против бандеровского террора. Целенаправленно, почти ритуально убивались бандеровской. СБ представители интеллигенции и православные священнослужители. Так, показательно зарубили ненавидевшего националистический фашизм писателя Ярослава Галана и застрелили на ступенях храма прото-пресвитера Гавриила Кос-тельника, выступившего за возрождение Галицкого православия.

УПА в целом завершила идущую от Талергофа «селекцию» населения Галичины с помощью уничтожения и запугивания всех не приемлющих ненависти к украинско-русскому единству. Высочайшего уважения достойны те немногие галичане, которых не удалось сломать несмотря ни на что.

«Оранжевые», захватив власть, без колебаний воспользовались достигнутыми результатами. В западных областях давно выработалось устойчивое представление — поддержка бандеровцев угрожала в худшем случае Сибирью, неподдержка — лютой смертью всей семьи. Это к вопросу о «всенародной поддержке повстанцев», о чем любят разглагольствовать «майданные» лидеры.

Урожай посеянных «зубов дракона» взошел в 2004 г., когда, после подсчета голосов на сельских избирательных участках, развернулся поиск непокорных, посмевших проголосовать за Виктора Януковича.

Победившую часть Галичины, строго говоря, нельзя назвать националистической. Национализм все-таки должен предполагать хотя бы отстаивание интересов собственной нации, а у галичанских «националистов» есть только ненависть к православию, украинско-русскому единству и лакейская исполнительность указаний оккупантов.

Мотивацию получаемых ими указаний прозорливо раскрыл еще гетман Павел Скоропадский, лишенный власти именно за излишнюю прозорливость и желание отстаивать интересы Украины: «При существовании у нас и свободном развитии русской и украинской культуры мы можем расцвести, если же мы теперь откажемся от первой культуры, мы будем лишь подстилкой для других наций и никогда ничего великого создать не сумеем».

Свергнутый в результате «цветной революции» 1918 г. гетман не хотел видеть государство «подстилкой для других наций», но такая независимая Украина не была нужна ни Германии, ни Антанте, и последовал приказ на начало мятежа, в котором ключевую роль сыграли галичанские части.

Для Скоропадского, предок которого гетман Иван Скоропадский вместе с русскими войсками бил под Полтавой Карла XII, была очевидна роль, отводимая галичанским антиукраинеким «янычарам», о чем он писал прямо: «Узкое украинство, исключительно продукт, привезенный нам из Галиции, культуру каковой целиком пересаживать нам не имеет никакого смысла: никаких данных на успех нет и является просто преступлением, так как там, собственно, и культуры нет… Великороссы и наши украинцы создали общими усилиями русскую науку, русскую литературу, музыку и художество, и отказываться от этого своего высокого и хорошего для того, чтобы взять то убожество, которое нам, украинцам, так наивно любезно предлагают галичане, просто смешно и немыслимо. Нельзя упрекнуть Шевченко, что он не любил Украины, но пусть мне галичане или кто-нибудь из наших украинских шовинистов скажет по совести, что, если бы он был теперь жив, отказался бы от Пушкина, Гоголя и тому подобных и признал бы лишь галицийскую культуру; несомненно, что он, ни минуты не задумываясь, сказал бы, что он никогда от русской культуры отказаться не может и не желает, чтобы украинцы от нее отказались».

Бывший первый в XX веке глава украинской державы утверждал, что галичане «живут объедками от немецкого и польского стола», а в их языке «на пять слов 4 польского и немецкого происхождения».

«Украинизацию» — то есть уничтожение не только русского, но и украинского языков с заменой их галичанским «волапюком» — Украина переживала не раз. Ющенко со своими карикатурными «учеными-языковедами», как всегда, живет заимствованиями.

Первая подобная попытка красочно описана Константином Паустовским, который, хоть и является прямым потомком гетмана Сагайдачного, считается «оранжевыми» украинофобом и вычеркнут из школьных программ. Великий представитель русской культуры Украины следующим образом писал о тщетных попытках оккупантов из Галичины уничтожить украинский язык: «Петлюра привез с собой так назыа-емый галицийский язык — довольно тяжеловесный и полный заимствований из чужих языков. И блестящий, действительно жемчужный, как зубы задорных молодиц, острый, поющий, народный язык Украины отступил перед новым пришельцем в далекие шевченковские хаты… Там он и прожил «тишком» все тяжелые годы, но сохранил свою поэтичность и не позволил сломать себе хребет».

Сейчас не стоит рассчитывать на то, что культуру Украины удастся спасти простым отступлением. Мы уже отступили слишком далеко и стоим на краю пропасти, в которой окажемся после следующего шага назад. Никогда еще у компрадоров не было таких системно работающих хозяев, настолько далеко зашедших в планах достижения мирового господства. Атлантические неоконсерваторы привыкли доводить до конца дело разрушения суверенных государств и создания вместо них марионеточных режимов — будь-то на Балканах, Среднем Востоке, в Центральной Америке или в любой другой точке планеты.

У «внешних управляющих» периода гражданской войны не хватало времени, чтобы в условиях быстрого развития кризисов полностью использовать исполнительность наемников. За рубежом не могли просчитать развитие менявшейся ситуации и вынуждены были постоянно изменять приказы или оставлять подопечным свободу действий.

А действия «ландскнехтов» показывали истинное, без флера красивых фраз отношение к Украине. Достаточно вспомнить «верность» Украинской Галицкой армии (УГА), объявленной сервильными придворными псевдоисториками эталоном патриотизма и рыцарской чести. Потерпев в Галичине сокрушительное поражение от польских войск, галичане переместились на территорию Великой Украины, где за «Единую Соборную Украину» не столько воевали, сколько убивали мирных жителей и грабили. Одновременно ее командование начало конфликтовать с Петлюрой, которого раздражали галичанские амбиции на верховное руководство.

После того как отношения с «головным отаманом» достигли градуса кипения, галичанское войско в полном составе перешло на сторону Вооруженных сил на Юге России (ВСЮР), сражавшихся под триколором за «Единую и Неделимую Россию». В Лондоне и Париже считали, что Деникин скоро въедет в Кремль, к У HP потеряли всякий интерес, потому и одобрили политический кульбит галичан. Просчитались: добровольцы-деникинцы вместо триумфального вхождения в Москву начали отступать под ударами Красной армии.

Тогда «рыцари Украины» перешли на сторону большевиков, боровшихся против Польши и УНР за «мировую пролетарскую революцию», и стали «Червонной» УГА (ЧУГА).

Самоуверенные большевики посчитали, что на них-то цепочка переходов закончится. И тоже ошиблись. Из трех бригад ЧУГА две после щедрых посулов эмиссаров Пилсудского ушли к полякам, считавших Галичину исконной территорией Польши и заливших кровью Львов в 1918 году.

Оставшаяся бригада стала впоследствии сокровищницей украинизаторских кадров Скрипника, Любченко, Хвыли и Кагановича, беспощадно, при помощи ГПУ, разрушавших двуединую культуру Украины и несущих ответственность за голод 1932–1933 гг. Бравые три-иудины «патриоты» и здесь пытались перещеголять хозяев.

Василий Шульгин в книге «1920» съехидничал насчет «в энный раз кого-то предавших» галичан. Экс-редактор «Киевлянина» был неправ — они занимались политическим «заробітчанством». Как ныне значительная часть трудоспособных жителей «украинского Пьемонта» выносит утки за европейскими пенсионерами или моет полы в тавернах, а его «откомандированная» в столицу верхушка присосалась к «откатам» от бюджетного финансирования.

Кстати, на мой взгляд, вполне закономерно, что бедность региона и коррумпированность местной администрации прямо пропорциональны его «оранжевости».

Когда же галичанская правящая элита говорит о «единстве» Украины, следует отдавать себе отчет, что имеется в виду безоговорочная капитуляция перед идеями Бандеры, СС «Галичины», русофобии, откровенного националистического тоталитаризма. Ее жгучая, животная ненависть к великоукраинской полиэтничной и полиязыч-ной культуре чрезвычайно напоминает поведение режима Пол Пота, уничтожавшего древнюю культуру Кампучии и ее носителей, превратившего страну в большой концлагерь, в котором красные кхмеры убивали мотыгами за подозрение в «симпатии к чуждой культуре».

Пора наконец отбросить маскирующую боязнь назвать вещи своими именами, ложную политкорректность и расставить все точки над «і». Ничего общего с идеологией украиноненавистнической части Галичины у Украины и ее народа нет и быть не может. Ее слегка закамуфлированное принятие под флагом мнимого «единства» или «консолидации» станет предательством исторического выбора народа Великой Украины и жизненных интересов миллионов соотечественников.

Вместо бессмысленных, демонстрирующих слабость заигрываний со страстно ненавидящими нас и наши святыни политическими силами необходимо прагматично договориться о принципах дальнейших взаимоотношений. Сохранение ситуации с «правящим регионом» галичанских «крестоносцев», почувствовавших сладкий вкус власти над всей Украиной, не может продолжаться долго и станет концом государства в существующих границах.

Единство Украины может быть только в одном — верховенстве прав человека, неукоснительном соблюдении законов, невмешательстве в дела друг друга, прекращении практики содержания одних регионов за счет других. Для этого необходимо введение федерально-земельного устройства и децентрализация власти. В прошлое должен уйти такой рудимент тоталитаризма, как назначаемые из Киева областные и районные администрации, больше напоминающие комендатуры оккупационной армии.

Центральная власть должна ограничиться узким кругом вопросов общегосударственного значения, прекратить заниматься идеологической обработкой граждан за их же налоги и реквизицией средств у регионов-доноров. Только цивилизованная, правовая Украина, страна «цветущей сложности» культур, традиций, языков, взаимного уважения и терпимости, имеет будущее. Именно об этом, о такой Украине мечтали и Шевченко, и Костомаров, и Павел Скоропадский, и Вернадский…

Газета «2000» № 28–29 от 11.07.2008 г.

Черное солнце ненависти

Националистическая мифология уничтожает Украину

Всю кровь с парижских площадей,

С камней и рук легенда стерла,

И сын убогий предал ей

Отца раздробленное горло.

Иван Савин

История знает государства, построенные на тотальной мифологизации, абсолютной подмене разума и морали мифологией зла. Наиболее известным из них стал созданный на фундаменте сатанинской мистики Третий рейх. Одной из основ нацистской мифологии был культ «черного солнца», придуманный идеологом СС бригадефюрером Карлом Марией Виллигутом, которого называли «Распутиным Гиммлера». Верхушка гитлеровской империи считала, что «черное солнце», представляемое символически в виде трех наложенных одна на другую свастик, является основой арийского духа, определяет историческое развитие Германии, питает своими лучами «расу господ» и обеспечивает ее превосходство. Руководители рейха мнили себя «великими посвященными» черного светила; самые страшные преступления против человечества виделись им исполнением верховной воли идола зла и освящались тщательно выписанными мифологемами и «исторической традицией».

Человеконенавистнические мифологемы не ограничивались СС: сквозь их призму в рейхе рассматривалось — и делалось — все. В первую очередь это коснулось истории, полностью переписанной в Германии с древнейших времен, что, к сожалению, пытаются в виде фарса повторить в «оранжевой» Украине.

Большинство кадровых вопросов решались в рейхе исключительно с позиций эрзац-религии «черного солнца». И майданные властители также назначают кадры отнюдь не с позиций профессиональной пригодности. Главное — принадлежать к «оранжевому» культу: принести клятву верности идеям УПА, НАТО, засвидетельствовать ненависть к России и русской культуре Украины.

При внешней абсурдности языческого «ренессанса» в одной из наиболее научно развитых стран — на родине Лютера, Канта, Гете — цель ставилась вполне утилитарная. Всепроникающая мифологизация лишила немецкий народ нравственной системы координат, сделала бессловесным исполнителем манипулятивной воли вождей.

Было бы неправильно считать, что немцы, по ницшевскому выражению, оказались «по ту сторону добра и зла». «Той стороны» не существует. Человек или целый народ, отказывающийся от традиционной морали и исторической памяти, автоматически начинает служить злу. Если для отдельного человека это может сойти в материальном аспекте безнаказанно, то народ неизбежно придет к катастрофе.

Нацисты вели обработку масс методично, не оставляя ни одного немца неохваченным пропагандой черной мифологии. К 1939 г. подавляющее большинство населения Германии было не только уверено в необходимости отправлять в концлагеря и ликвидировать всех противников режима, но и готово, исполняя волю жрецов «черного солнца», уничтожать «расово неполноценных» и не желающих отречься от традиционной морали. В результате за мистические бредни — казалось бы, невозможные в XX веке — немецкий народ заплатил миллионами жизней, брошенных на алтарь возведенной в абсолют ненависти.

Нельзя не видеть, что и над Украиной зажигают такое же — только с некоторой примесью «оранжевых» лучей — «черное солнце». За внешней глупостью усердно насаждаемых ющенков-ским госаппаратом мифологем таится огромная опасность для народа. Как утверждал выдающийся австрийский писатель Роберт Музиль, говоря о психологической атмосфере в обществе, которая сделала возможным приход фашизма, «достаточно принять всерьез какую-либо из идей, оказывающих влияние на нашу жизнь, причем так, чтобы исключить все, что ей противоречит, — и наша цивилизация уже не будет нашей».

«Оранжевые», уподобляясь предшественникам из НСДАП, внедряют — под административным и репрессивным давлением — множество таких идей-мифов, одновременно «исключая все, что им противоречит». Любая из идей-мифов подобна раковой клетке. Если не произойдет отторжения, то разросшаяся злокачественная опухоль пустит метастазы — и организм погибнет. Принятие идеи-мифа, как и писал Музиль, ведет к тому, что «наша цивилизация уже не будет нашей». Еще более конкретно — народ Украины тогда неминуемо потеряет цивилизационную идентичность, основанную на поликультурности, билингвизме, православной традиции, многовековом украинско-русском единстве.

Именно такую цель, похоже, и преследует нынешний режим.

Националисты действуют строго по коричневым лекалам — их мифология ненависти тотальна, внедряется во все сферы государственной и общественной жизни. Если взять стержень мифологизации — отечественную историю, то ее фальсификация начинается не с «Нахтигаля», Петлюры или даже Мазепы. Мифологизация проводится из глубины тысячелетий, подобно тому как Гитлер обосновывал доктрину расового превосходства никогда не существовавшей «многотысячелетней арийской цивилизацией». Невежественная истерия вокруг трипольской культуры (на которую — на тех же «основаниях» — претендуют и румынские националисты, грезящие о «Великой Румынии») должна «исторически» обосновать разрыв с единым восточнославянским этносом и, следовательно, с русским народом. То, что трипольская культура не является протославянской, служит для фальсификаторов дополнительным стимулом назвать ее «праукраинской».

Вся дальнейшая история Украины подвергается антирусской, антиукраинской и антиправославной мифологизации в еще большей мере. Раздоры между древнерусскими князьями преподносятся как проявление «агрессии русских против Украины», патентованный предатель и конъюнктурщик Мазепа представляется спасителем Украины, изуверы из СС «Галичина» и УПА — героями-освободителями… Список можно продолжать достаточно долго.

Аналогичные антиукраинские мифы культивируются в отношении «ущербности» канонического православия, «чуждости» для Украины русского языка, необходимости отторжения от единоверной России и присоединения к «евроатлантической» цивилизации.

Как и в национал-социалистской Германии, административным мифотворчеством занимаются не только идеологически-пропагандистские ведомства, но и вся без исключения государственная машина под руководством галичанских и «огали-чаненных» политкомиссаров. Особая роль отводится карательным органам, совмещающим функции дубинки для оппозиции и флагмана мифологизации.

На Владимирской знают, что вопросы борьбы с коррупцией и защиты национальной безопасности Ющенко не волнуют (или волнуют весьма специфически), а вот за отсутствие должной активности в канонизации гауптштурмфю-рера СС Шухевича можно лишиться должности.

Известно, что в СС созданием исторических мифов занималось не только общество «Аненэрбе» («Наследие предков»), получившее в 1942 г. статус Главного управления «А». Аналогичные задачи ставились перед службой безопасности — СД, по пути которой в части исторических «изысканий», публикации документов и т. п. сейчас уверенно идет СБУ.

В разгар войны гиммлеровская служба безопасности работала с архивными документами по средневековым процессам ведьм с целью доказать проведение «спланированного геноцида» немецкой нации. Ценный опыт не пропал — не менее увлеченно, зарабатывая новые звезды на погоны, наследники кровавой бандеровской СБ занялись «геноцидными» подтасовками.

Разумеется, гиперактивность эсбэушников нисколько не снижает сервильную прыть многочисленных «институтов национальной памяти» и тому подобных поглотителей огромных средств из кармана налогоплательщиков. Надо отдать должное лейб-историкам — в изобретательности они ничем не уступают признанному классику дезинформации и мифотворчества доктору Геббельсу. Например, областным архивам отдано указание подсчитать по книгам регистрации количество ВСЕХ умерших в 1932–1933 гг., которые будут суммированы уже как погибшие от голодомора. Что уж говорить о такой трафаретной мере, как планомерное изъятие из библиотек книг на русском языке. Списываются также «идеологически неправильные» книги на украинском языке — достаточно одного негативного упоминания о Мазепе или доброго слова о России. Освободившиеся полки загромождаются историческими фальсификациями и откровенным графоманским бредом. Пусть это не так эффектно, как ночные костры из книг с криками «Хайль!», но не менее результативно с точки зрения дебилизации населения.

Нельзя не отметить, что «оранжевая» мифологизация имеет, по сравнению с гитлеровской, несомненную новизну. Нацисты, придя к власти, только готовились к будущим Освенцимам, «Хрустальным ночам», Бабьим Ярам и Орадурам. У их майданных преемников уже есть богатейшая историческая традиция. Традиция массовых убийств мирного населения, этнических чисток, службы оккупантам, международного терроризма. Весь этот зловонный букет хотят не просто оправдать, а героизировать, сделать примером для подражания. До подобного масштабного эксперимента по массовому зомбированию с целью предательства памяти предков не доходили даже активно работавшие с психологией масс оккультные экспериментаторы из «Аненэрбе».

Убежден: нельзя легкомысленно относиться к происходящему процессу стирания исторической памяти и подмены ее националистическими мифами только как к фарсу. Это опасная ошибка, сколько бы ни ходило правдивых анекдотов об интеллектуальном уровне правящих национал-радикалов и о размерах разворовывания средств, выделенных на мифологическое культуртрегерство. Еще Геббельс утверждал, что тотальная ложь обязательно принесет результат — главное, чтобы она внедрялась непрерывно и охватывала максимальное количество людей.

Прозорливый американский писатель Роберт Шекли правильно писал, что «правда слишком хрупка и легко крошится в железных руках наших правителей». Пусть даже руки не железные, а «ничего не кравшие» и вдребезги разбивающие все, что в них окажется. За «оранжевыми» клоунами стоит величайшая в мировой истории империя, не останавливающаяся ни перед чем в достижении поставленных геополитических целей. Украина ей необходима как надежный антирос-сийский плацдарм, для чего следует русофобскую идеологию сделать доминирующей.

Даже такие меры, как изъятие русских книг из библиотек, русской литературы — из школьной программы и преподавание в учебных заведениях всех уровней националистической русофобской мифологии вместо истории, уже достаточно действенны.

Подобную ситуацию Шекли описал в рассказе «Мнемон» (откуда взята приведенная выше цитата), герои которого — последние хранители культуры (мнемоны) — распространяли заученные наизусть отрывки из запрещенных книг. Закономерен и конец мнемонов, уничтоженных тайной полицией.

Отпор агрессивной «оранжевой» мифологизации должен стать системным, а не реализовываться лишь на уровне отдельных энтузиастов-«мнемонов». Иначе поражение неминуемо.

Растет поколение, которому вдалбливается, что Украина была колонией России, что предательство похвально, что никакой Великой Отечественной войны не было, а подлинные украинские патриоты служили в абвере и СС. Апатия оппозиции и недооценка силы сжигающих лучей «черного солнца» ведут к тому, что Украина получает потерянное поколение.

Позорно, когда задачу общенародного сопротивления националистическому тоталитаризму в одиночку выполняют школьники, отказывающиеся писать рефераты про коллаборационистов и повторять написанную в учебниках ложь.

Принципиально неправильно, когда анти-националистические силы вместо полного отрицания «оранжевых» мифов лишь пытаются их корректировать, вступая тем самым в заведомо проигрышную игру с дьяволом. Корректировать кощунственную ложь — такое же кощунство, ибо при этом ставятся в один ряд убийцы и жертвы, предатели и герои.

Нельзя полуоправдывать службу Мазепы шведам «идеалистическими мотивами», садизм УПА — мнимой «борьбой со сталинизмом», майданный путч — «тягой к демократии» (почему-то немедленно превратившей страну в за-поведник пещерного национализма).

Еще более отвратительно подыгрывать «оранжевым» мифотворцам, не имея смелости защитить историческую правду о героях, символах украинско-русского единства, сделавших для Украины больше, чем все вместе взятые националистические витии. Защитить историческую правду о Петре I, вместе с которым сражались с интервентами казаки гетмана Ивана Скоропадского, о Екатерине II, присоединившей и обустроившей Новороссию и Крым, об органах госбезопасности, боровшихся с террористами ОУН — УПА. Защитить в целом Российскую империю и СССР — величайшие совместные творения русского и украинского народов.

Зря любители «политкорректности» и «консолидации» считают, что их «объективность» по отношению к мифотворчеству должным образом оценят «оранжевые» вожди, открыв путь к чаемому соглашению о допуске к кормушке. Нацисты охотно пользовались помощью респектабельных политиков Веймарской республики, считавших, что в позиции коричневых «есть определенное здравое зерно», и призывавших к «справедливому отношению к ошибающимся патриотам». Почти никого из них после января 1933 г. это не спасло от лагерного крематория или эмиграции.

Корректировка националистической мифологии, ее полупризнание напоминают путь западных государств к Второй мировой войне. Их политика в отношении Гитлера зиждилась на корректировке внешнеполитического курса рейха, надежде на достижение «делового соглашения» о разделе сфер влияния в Европе. Осуждая отдельные действия нацистов, Запад до начала войны не посмел сказать об изначальной тотальной преступности фашистской идеологии, делающей невозможной договоренность с гитлеровцами.

Не менее ошибочно считать, что гуманитарное мифотворчество властей не слишком серьезно и ситуацию в стране определяет экономика. Если Украина отравится трупным ядом майданных мифов, то пусть даже экономикой потом займутся лучшие специалисты — крах государства все равно неизбежен.

Понимая, что без самого жесткого — по образцу Третьего рейха — принуждения процесс мифологизации пробуксовывает, компрадорская верхушка основную ставку сделала на прямое насилие, запугивание, демонстративную десакрализацию народных святынь. Без малейшего стеснения, на полную силу задействуется весь репрессивный аппарат, который лучше всего характеризуют слова из бессмертного романа Ярослава Гашека: «Военно-юридический аппарат был великолепен. Такой судебный аппарат есть у каждого государства, стоящего перед общим политическим, экономическим и моральным крахом».

Не может удержаться от участия в ремейке «Аненэрбе», одной из основных задач которого была подготовка «вечных символов Тысячелетнего рейха», и лично президент. Его распоряжения по уничтожению символики Великой Победы и установлению монументов нацистским прислужникам — рассчитанное оскорбление народных чувств, попытка сломать моральный стержень «антиоранжевой» Украины, внушить мысль о бесполезности борьбы.

Крайне вызывающе выглядит установка в сакральном центре страны — на Софиевской площади, у подножия памятника гетману Богдану Хмельницкому, «персональной» ющен-ковской глыбы. На камне, оскверняющем ми-кешинское изваяние великому отцу Переяславской рады, написано, что здесь президента майдана избрали «гетманом» каких-то шутовских «оранжевых» псевдоказаков. Не стоит обманываться анекдотичностью «увековечения». Наоборот — здесь чувствуется рука опытных специалистов нейролингвистического программирования. Символ «оранжевого» компрадор-ства ставится на одну доску с национальным героем, что должно на уровне подсознания стереть различие между изменой и беззаветным служением Родине.

Немцы, помнится, тоже любили ставить свои березовые кресты с касками возле наших исторических памятников и святынь, показывая, что пришли навсегда.

Понятно, что Минкультуры «не замечает» открытого нарушения законов по защите исторического и культурного наследия — как «не замечало» и попытки незаконного установления пресловутой памятной доски на Графской пристани в Севастополе.

События в Севастополе показали, что коллаборационисты, стремясь добиться скорейшего утверждения националистических мифов, не остановились перед последней чертой — использованием Вооруженных сил во внутриполитическом противостоянии. Происходившее представляется почти ритуальной попыткой утвердить националистические исторические мифологемы в городе-герое. Городе, который никогда не смирится с превращением в базу НАТО и с уходом ЧФ, защищающего безопасность России и Украины.

Массированная обработка Севастополя спец-пропагандистами ВМС и гауляйтерами горадминистрации не то что окончилась неудачей, а напоминала гашение огня бензином. Стойкость севастопольцев не уходила в пустоту — вся ан-тинационалистическая Украина видела их каждодневный подвиг, равнялась на них, осознавая, чего можно достичь всенародным организованным сопротивлением необандеровцам.

В свое время эсэсовцы в концлагерях прилагали особые усилия, чтобы сломить самых духовно сильных узников. Если это не удавалось, то проводились публичные казни, призванные показать остальным заключенным, к чему приводит неподчинение.

Публичной казнью несломленного духа Севастополя должна была стать незаконная установка памятной доски в честь выполнения негласного приказа кайзеровского командования, стремившегося завладеть кораблями ЧФ.

Затея провалилась — натовские марионетки, трусливо прятавшиеся за спинами моряков, увидели размах всенародного Сопротивления. Сопротивления с большой буквы. И навсегда покрыли позором свои погоны офицеры ВМС, отдававшие приказы применить силу против мирного населения и опустившиеся до личного участия в избиении женщин.

В 2004 г. майданные «полевые командиры» вопили, что «преступный режим» собирается применить «армию против народа». Тогда у власти не хватило решимости выполнить свой долг по прекращению организованного иностранными спецслужбами мятежа. Хотя учитывая «смелость» завезенных из Галичины «повстанцев» и кукловодов-олигархов, можно не сомневаться, что для приведения их в чувство хватило бы небольшого милицейского подразделения.

У самих наследников «солнечного чуда майдана» (определение из школьного учебника, заставляющее вспомнить «черное солнце») никаких сантиментов относительно применения военной силы нет. Если они сочтут это необходимым, то без малейшей дрожи в голосе отдадут приказ открыть огонь по женщинам и детям.

Придет время — и не только офицеры-опричники, но и командование ВМС, превратившее военнослужащих в карателей, ответят перед законом. От ответственности не спасут и ссылки на чей бы то ни было личный приказ «локализовать» любыми способами народные протесты в Севастополе. Достаточно вспомнить Нюрнбергский трибунал, решения которого стали составной частью действующей системы международного права: за преступные приказы караются не только государственные лидеры, их отдавшие, но и все исполнители по вертикали.

Ответят и «правоохранители» всех рангов, столь послушно, по приказу Банковой, конструирующие дело чуть ли не о государственной измене севастопольцев, в результате чего в Украине вновь появились узники совести. Дело чести оппозиции — защитить этих мужественных людей, не дать обнаглевшей от безнаказанности власти превратить севастопольские события в «поджог рейхстага».

Беспрецедентным, нарушающим Конституцию задействованием Вооруженных сил против собственных граждан «оранжевый» режим лишил себя последней видимости легитимности. Конечно, говорить о «легитимности» режима, совершившего два государственных переворота, нельзя по определению. Но события в Севастополе показали, что агонизирующая марионеточная власть в попытке насадить безумную мифологию не остановится ни перед чем. Лучше, не питая иллюзий, сказать это прямо, чем, предавая интересы миллионов соотечественников, жить легендами о «нормальном политическом процессе». Есть все основания предполагать: в Севастополе происходила генеральная репетиция по окончательному уничтожению демократии в Украине, что невозможно без прямого и массового насилия. Неслучайно уже озвучены планы завезти в Крым подразделения спецназа из Галичины для «борьбы с сепаратистами».

451 градус по Ющенко

«Праздник оранжевого костра» — от книг до людей

На берлинской Бебельплац (бывшая Операплац) находится «Мемориал сожженным книгам» работы талантливого скульптора Михи Ульмана. Под стеклом уходят вниз пустые белые стеллажи для книг и написаны пророческие слова Генриха Гейне: «Это лишь начало. Там, где жгут книги, там и людей побросают в огонь».

Мемориал расположен здесь не случайно: именно на Операплац 10 мая 1933 года прошел первый «Праздник костра» — под руководством рейхсминистра народного просвещения и пропаганды Йозефа Геббельса сожгли 20 тысяч книг, «выражающих неарийский дух». В огне погибли произведения лучших немецких писателей и поэтов — Гейне, Ремарка, Фейхтвангера, Брехта, русская классическая литература, советские авторы, коммунистические издания. Потом костры из книг запылали по всей Германии. Немецкая интеллигенция отнеслась к происшедшему достаточно спокойно, посчитав не стоящим особого внимания обычным нацистским спектаклем. Но прошло совсем немного времени, и в концлагерных печах оказались люди.

Дорогой Цинь Ши Хуана

Национал-социалисты были совсем неоригинальны в желании покончить с любыми проявлениями свободной мысли. Психологию общественного строя, считающего крайне опасным существование книг как носителей независимого сознания, прекрасно изобразил Рэй Брэдбери в романе «451 градус по Фаренгейту». Название глубоко символично: 451 градус по Фаренгейту — температура самовоспламенения бумаги. В описываемом американским фантастом мире оглупляющей массовой культуры книги запрещены и подлежат аутодафе.

Антиутопию Брэдбери вполне можно использовать в качестве учебника психологии тоталитаризма. Всегда и везде тоталитарные правители не довольствовались внешним подчинением, им хотелось установить контроль над умами и душами, без чего невозможна абсолютная власть. Главным условием для этого было недопущение неподконтрольного слова, нарушающего монополию власти на истину.

Первое известное в истории сожжение книг прошло в 221 г. до н. э. Китайский император Цинь Ши Хуан устроил публичную церемонию бросания в огонь «вредных» книг, после чего их авторов живьем закопали в землю. А с любовью срежиссированный рейхсминистром «Праздник костра» — неприкрытый плагиат организованного Джироламо Савонаролой в 1497 г. во Флоренции «Костра тщеславия», хотя фанатичный монах не мог и мечтать о геббельсовских масштабах.

Психологическая преемственность книгоборцев прошла через тысячелетия и не ограничивалась разовыми театральными акциями. Священная инквизиция не только сжигала «еретические» книги и их авторов. С 1529-го по 1966 г. силу закона в католической церкви имел «Индекс запрещенных книг», в последнее издание которого вошло 4 тысячи наименований. Подобных примеров можно привести немало. Достаточно вспомнить, что в полпо-товской Кампучии за нахождение запрещенной книги (были запрещены все книги, кроме трудов Пол Пота) «красные кхмеры» немедленно забивали мотыгами. Но в наиболее завершенном виде система работала в фашистской Германии, где список «неарийских книг» на немецком языке насчитывал 5500 наименований. Костры зажигались для экзальтации толпы и киносъемок, основная работа проводилась специально созданной Имперской палатой культуры в библиотеках. После тщательнейших чисток основу их книжных фондов составила издававшаяся огромными тиражами пропагандистская литература. Уничтожение несовместимых с нацизмом книг и навязывание человеконенавистнической макулатуры стало чрезвычайно весомым фактором всеохватывающей нацификации немецкого народа и его подготовки к войне.

Украина тоже прошла через позор сожжения книг. Начало было положено в двадцатые годы, когда «национал-коммунистическая» гвардия Скрипника, Любченко и Хвыли уничтожала русскую культуру Украины. Ведущая роль в этом принадлежала наркому просвещения (привет пану Вакарчуку из прошлого) Николаю Скрипнику. В гражданскую войну, возглавляя в ВЧК Отдел по борьбе с контрреволюцией, проводивший красный террор, он увлеченно, с наслаждением садиста, занимался массовыми расстрелами и казнями заложников. Потом, не менее увлеченно, насильственной украинизацией и гонениями на русскокультурную интеллигенцию. По распоряжению Скрипника прошла чистка библиотечных фондов, из которых изымались и уничтожались книги неугодных авторов на русском языке. Причем русский язык для наркома уже сам по себе был отягчающим обстоятельством. «Идеологически чуждыми» и «контрреволюционными» считались даже самые невинные произведения, например, чрезвычайно популярные в дореволюционной России Алексей Константинович Толстой и безобидная детская писательница Лидия Чарская. Особо ревностно в кампании гонений на все русское участвовали галичанские ландскнехты из бывшей Червоной УГА, умело прикрывавшие патологическую русофобию коммунистической фразеологией.

Превзошли чекиста-просветителя только назначенные немецкими оккупантами в городские районные управы националистиче-ские коллаборационисты (также в основном из галичанских «культуртрегеров»). Они уничтожали библиотеки и распространяли русофобские и антисемитские писания.

Казалось бы, костры из книг, списки «антигосударственных» произведений для цивилизованного мира давно остались в прошлом. Но урожай посеянных ядовитых зубов дракона взошел в современной Украине, президент которой не упускает случая поведать о своем стремлении «стать частью единой Европы» и о «приверженности демократии».

Президентские книгоборцы

То, что из библиотек по всей стране по указанию Минкульта изымаются неугодные властям книги, — секрет Полишинеля. Минобразования сделало это еще раньше, превратив подавляющее большинство школьных библиотек в пепелища и хранилища нечитаемой националистической графомании. Не много нашлось директоров школ, которые, несмотря на угрозу увольнения, сохранили книжный фонд. Пан Вакарчук может смело отчитаться на Банковой — все возможное для разрушения системы образования он сделал.

Минкульт, занятый больше добиванием музеев и театров, а также гигантоманией бессмысленного «Мистецького Арсенала», отстал в библиотечном варварстве. Нет, само собой, процесс шел, но все-таки с некоторым налетом стыдливости. Русская литература списывалась, но под предлогом «невостребованности» и «ветхости». Однако, в конце концов, пан Бовкун решил, что стесняться нечего. Наоборот, лучше поактивней проявить верность президентскому курсу. Тем более прямое указание «принять меры» по отношению к «антиукраинским книгам» дал контролируемый «Нашей Украиной» парламентский комитет по вопросам духовности и культуры. Чтобы судить об уровне борцов за духовность, достаточно почитать высказывания председателя комитета пана Яворивского, которому не дает покоя, что дети читают книги о Зое Космодемьянской, или его заместителя пана Кен-дзьора, возмущенного наличием в библиотеках изданий, негативно оценивающих Мазепу и считающих Полтавскую битву славной победой.

Министр немедленно выполнил указание, и 17 июня его заместитель пани Бенч разослала по всем регионам Украины директиву Министерства культуры (!), обязывающую «выявить» в библиотеках литературу, «пропагандирующую коммуно-шовинистическую идеологию», и «установить ее количество». Не хочется комментировать эту вершину бюрократическо-тоталитарного творчества. Вспоминается только выражение героя романа Ярослава Гашека относительно «идиотов в квадрате». Но все же несколько слов сказать необходимо. Личное дело Бовкуна и Бенч, как они относятся к ком-мунистической идеологии, но знать Конституцию им положено по должности. Статья 15 Основного закона гласит, что ни одна идеология не может определяться государством в качестве обязательной (в полной мере это касается и идеологии антикоммунизма), а общественная жизнь основывается на началах идеологического многообразия.

Кроме того, неплохо бы пану министру узнать, что благодаря деятельности «шовинистических» российских самодержцев и коммунистов Украина получила существующие границы. Его неотъемлемое право считать, что совершили преступления: Екатерина И, завоевав и освоив земли Новороссии, Сталин, присоединив к Украинской ССР Восточную Польшу, Закарпатье и Буковину, или Хрущев — Крым. Только за лишение миллионов сограждан их, не менее неотъемлемого, права прочитать любую книгу, пусть даже трижды идеологически не нравящуюся Секретариату президента и Минкульту, в будущем придется ответить согласно положениям Уголовного кодекса.

Что касается шовинизма, т. е. пропаганды национальной исключительности и ксенофобии, то именно этим занимается СП и контролируемый им «нашеукраинский» гуманитарный блок Кабмина. Всех давно тошнит от завываний по поводу «моєї нації», «національної помісної церкви» и о том, что думать надо исключительно по-украински. Если Минкульт хочет начать борьбу с шовинистической литературой, то пусть перестанет комплектовать библиотеки закупаемой за бюджетные средства профашистской литературой о «подвигах» проводившей «этнические чистки» и казни мирного населения УПА, «многовековых преступлениях России» против Украины, голоде 1932— 33 гг. как организованном русскими и евреями против украинского этноса. До какого маразма доходят ющенковские кадры, свидетельствует хотя бы скандал с подарком представителя президента в Крыму с характерной фамилией Про-бейголова одной из местных библиотек книги о «неполноценности» русских.

Также любопытно узнать, каким образом библиотекари будут определять «шовинистичность» книг. Вероятно, по методу СБУ — подобно «тройкам» железного наркома Ежова, без суда назвавшей «организаторов голодомора», среди которых оказался начальник учетно-статистического отдела (хорошо хоть не дворник) ГПУ.

Потерявшее в холуйском рвении остатки разума руководство Минкульта не скрывает, что намеревается провести тотальную идеологическую чистку библиотек. Не скрывает, в том числе, что одной из целей ставится зачеркивание подвига нашего народа в Великой Отечественной войне. На сайте Минкульта 22 августа появилось «пояснение», по наглости и цинизму не уступающее «указаниям» Госкомнацре-лигий Русской православной церкви, как ей оценивать религиозную ситуацию в Украине. Приведу отрывок из данного документа, который несомненно пригодится обвинению на будущем суде: «література з педагогіки містить «ідеологічно шкідливі» праці апологетів радянської системи освіти; література з воєнної науки прославляє радянські військові доктрини; у виданнях з мистецтвознавства доводиться теза про переваги соціалістичного реалізму тощо. Мають бути вилучені, можливо, до 80 відсотків художньої літератури, — адже твори Сосюри, Малишка, Тичини, Рильського являють собою інколи зразки української радянської поезії з переспівами на тему комуністичної партії. Не говорячи про такі книги, як «Підпільний обком діє» та «Як гартувалася сталь» й інші, що використовувалися радянською владою для формування ідеології. Ідеологія, до речі, означає формування вектора розвитку суспільної свідомості, визначення цілей і програм соціальної діяльності та передбачення системи інформаційних і пропагандистських заходів, спрямованих на її реалізацію».

Как видим — дело не только в том, что нас хотят лишить классиков украинской литературы, гуманистической традиции отечественной педагогики, гордости за Великую Победу, сделать национальными героями вместо героев-партизан гитлеровских прислужников. Речь идет о прямом намерении растоптать конституционные нормы и навязать с помощью госаппарата одну «единственно верную» идеологию.

И еще… Через тридцать лет только энциклопедисты будут знать, кто такой Василий Вовкун, но навсегда в сокровищнице мировой литературы останутся произведения Максима Рыльского, Павла Тычины, Владимира Сосюры и Андрея Малышко. Возможно, правда, историки не забудут «гениальной» идеи Вовкуна собрать все «памятники тоталитаризма» в Чернобыльской зоне и поставят его имя в один ряд с большевистскими «разрушителями старого мира». Посоветую пану министру — чтобы окончательно застолбить себе место в исторических исследованиях — не ограничиваться полумерами, а предложить уничтожить и все памятники деятелям советского периода на Байковом кладбище. Кстати, тогда надгробные памятники членов правительства Советской Украины — Мыколы Бажана, Павла Тычины, Александра Корнейчука — тоже придется выкорчевать из могил и тащить в Чернобыльскую зону. После этого пан Вовкун наверняка сравняется со своим предшественником по делам — товарищем Скрипником, считавшим, что национальной пролетарской культуре не нужны могилы «эксплуататоров».

«Сожгите меня!»

Режим понимает, что без уничтожения противостоящих фашизации страны книг, перекрытия доступа (в первую очередь, молодежи) к ним ему не. удастся чувствовать себя в безо-пасности. Отсюда и психопатическая озабоченность содержанием библиотечных фондов, постоянный прессинг Минкульта и обладминистраций на библиотеки. Так же когда-то СБ, УПА своими главными врагами, подлежащими обязательной ликвидации, наряду с местным активом считала присланных из Великой Украины по распределению молоденьких библиотекарш. Многие из них приняли мученическую смерть от рук эсбистов. Вечная им память…

Дело, конечно, не в личной неадекватности министерских чиновников — они реализуют определенную Ющенко государственную политику. Политику, призванную растоптать наше прошлое, наши святыни, память о предках, сделать полиэтничную, поликонфессиональ-ную, толерантную Украину заповедником национал-тоталитаризма. На нынешних директивах СП, Минкульта и Минобразования как будто лежит отблеск костров в Германии тридцатых годов. Тогда доктор Геббельс пафосно заявил: «Дух германского народа выразит себя с новой силой. Эти костры не только освещают конец старой эпохи, они озаряют и новую эпоху». Насколько знакомы подобные речи Украине, постоянно слышащей об «унікальній нації», вступившей после «солнечного чуда майдана» в «новую эпоху»…

Не следует обманываться карикатурностью происходящего… Конечно, Ющенко никак до уровня рейхсканцлера Гитлера не дотягивает, а все его коррумпированные, не единожды изменившие присяге силовики и отдаленно не напоминают профессиональных палачей СС и РСХА. Однако и нахтигалевцы Шухевича, и усташи Павелича мало походили на «истинных арийцев», что не мешало им удивлять зверствами ко всему привычных эсэсовцев. Иногда пародия может стать страшнее оригинала. И не будет преувеличением считать, что книги, как и считал Гейне, только пролог. Недаром параллельно с «выявлением» «неблагонадежных» книг Минкультом СБУ (которую скоро можно будет по праву назвать СС б/у) «выявляет» и «устанавливает количество» «неблагонадежных» сограждан. Вероятно, не для проведения социологических исследований…

Изымите мои книги из библиотек

В заключение хочу, специально для министров Вовкуна, Вакарчука и их хозяина, сказать следующее. Выдающийся немецкий писатель Оскар Мария Граф, потрясенный костром на Операплац, написал открытое письмо новому государственному руководству Германии под названием «Сожгите меня!». Его смысл сводился к тому, что теперь стыдно быть «разрешенным» фашистским режимом автором, и он потребовал сжечь свои книги.

Бертольд Брехт посвятил поступку Графа стихотворение «Сожжение книг»:

После приказа властей о публичном сожжении

Книг вредного содержания,

Когда повсеместно понукали волов, тащивших

Телеги с книгами на костер,

Один гонимый автор, один из самых лучших,

Штудируя список сожженных, внезапно

Ужаснулся, обнаружив, что его книги

Забыты. Он поспешил к письменному столу,

Окрыленный гневом, и написал письмо власть имущим.

«Сожгите меня! — писало его крылатое перо. —

Сожгите меня!

Не пропускайте меня! Не делайте этого!

Разве я Не писал в своих книгах только правду?

А вы Обращаетесь со мной как со лжецом.

Я приказываю вам: «Сожгите меня!».

Я являюсь автором ряда книг, в которых никогда не скрывал своих убеждений и основополагающих жизненных ценностей. Тех самых жизненных ценностей, которые разделяет большая часть граждан Украины, считающаяся из-за этого майданными временщиками «пятой колонной» и гражданами второго сорта. В моих монографиях четко расставлены акценты относительно событий Гражданской войны (сам термин ныне свидетельствует о «несвідомості» историка), службы УПА немцам, преследования националистами канонического православия и русского языка, великого и трагического советского периода, неразрывного украинско-русского единства. Последняя книга — «“Утиный суп” по-украински», презентация которой недавно прошла на XXI Московской международной книжной выставке-ярмарке, еще одно тому подтверждение. В новой работе, среди других, критических по отношению к «оранжевой» власти сюжетов, говорится правда о президенте Украины, ставшем, к несчастью для страны, специалистом по проведению государственных переворотов и последовательному нарушению прав человека и Конституции. Не забудьте записать и мои книги в список «коммуно-шовинистической» литературы и изъять их из библиотек, господа Вовкун и Бенч. Повторю вслед за Брехтом: «Я писал в своих книгах только правду». Поэтому достоин такой чести…

Надеюсь только, что раздуваемый Ющенко с присными огонь книгоуничтожения не станет погребальным костром для Украины, у которой достанет воли и сил затушить убийственное пламя и дать по рукам поджигателям…

Газета «Киевский телеграф» № 38 (436)

от 19–25.09.2008 г.

Варфоломеевский сезон Виктора Ющенко

«Оранжевые» используют религию для дестабилизации Украины

Варфоломеевская ночь была не одной только ночью, а целым сезоном.

Жюль Мишель, французский историк

Я уже неоднократно говорил и писал о параноидальных попытках президентской «бригады» создать фантасмагорическую «единую национальную поместную церковь». В условиях заботливо организованного Банковой перманентного политического кризиса это безумие становится особенно опасным.

Единственная, пусть и сугубо теоретическая, возможность сохранить Ющенко кресло и уйти от ответственности за многочисленные нарушения закона заключается в максимальном обострении ситуации в стране. Воспользовавшись любым предлогом (точнее, создав его), он хочет прибегнуть к введению режима ЧП, силовому подавлению оппозиции и бывших союзников по коалиции, после чего установить прямую диктатуру. На наших глазах прошло несколько подобных попыток. Успех каждой из них означал бы кровопролитие и, более чем вероятное, начало неприкрытого гражданского конфликта. Наиболее серьезной стала провокация против Черноморского флота, результатом которой могло стать вооруженное столкновение с Россией. Но тут трипольский Макиавелли крепко получил по рукам с неожиданной стороны. Вашингтон, очевидно, предельно понятно объяснил своему, становящемуся все более неадекватным, клиенту, что он превышает предоставленные Центром полномочия и может серьезно за это ответить. Однако время поджимает. Еще немного, и остатки власти уйдут из рук любителя революционно-майданной целесообразности. На разжигание военного конфликта с Россией Вашингтон наложил запрет. Ему, после оглушительной пощечины в Южной Осетии, только не хватало ввязаться в военную авантюру из-за очередной свихнувшейся марионетки. Поэтому выбор тем, способных стать спусковым крючком для введения ЧП, ограничился хорошо известным внутриполитическим набором — гонениями на русскую культуру Украины и школьное образование на родном языке, навязыванием в качестве национальных героев бывших эсэсовцев, преследованием канонического православия.

Удар по болевой точке

Наиболее взрывоопасна крайне чувствительная к внешнему вмешательству религиозная сфера. Именно она способна стать одним из самых серьезных факторов дестабилизации Украины. Ошибочно считать, что в современном мире невозможны религиозные войны, и человека XXI века вопросы веры мало волнуют. Если задевается глубинный религиозный архетип народа, то последствия становятся непредсказуемыми. Беспощадная война в Боснии между православными сербами и сербами-мусульманами доказала, что ничего со Средних веков не изменилось. А ведь ранее считалось, что десятилетия государственного атеизма титовской СФРЮ нивелировали религиозные различия.

Наиболее точным сравнением с глубинным религиозным архетипом будет болевая точка, ощущаемая только в момент удара. Если удар по ней нанесен достаточно сильно, то последствия непредсказуемы. Следует учесть, что религиозный фактор никогда не существует сам по себе, и его сравнительная незаметность в Европе обманчива. В самых секуляризированных обществах культурно-идеологическая надстройка в значительной степени базируется на первичной религиозной основе, пусть подавляющее большинство населения может и не отдавать себе в этом отчета.

Если в Украине, чья ментальная традиция неотделима от православия, ударят по болевой религиозной точке, то поднимутся даже люди, совершенно далекие от воцерковления, лишь изредка заходящие в церковь поставить свечу. Также невозможно переоценить значение использования религиозного фактора в целях установления (или сохранения) единоличной диктатуры и уничтожения политических против-ников. История свидетельствует, что в подавляющем большинстве случаев религиозный ящик Пандоры открывали отнюдь не фанатики, а расчетливые и прагматичные политики. Варфоломеевская ночь 24 августа 1572 г. произошла не из-за стихийного взрыва религиозного фанатизма. Ее готовили люди циничные и коварные, достаточно равнодушные по тем временам к церковным догматам. Главным был вопрос не веры, а власти. После религиозных войн между католиками и гугенотами обе стороны осознали бессмысленность кровопролития, поняли, что они, прежде всего, французы, пришли пусть к хрупкому, но миру. Установившееся национальное согласие совершенно не устраивало фактическую правительницу Франции при слабовольном короле Карле IX, вдовствующую королеву Екатерину Медичи (получившую прозвище «Черной королевы»). В условиях стабильного развития, когда нельзя было запугивать сына кознями внутренних врагов, она стала утрачивать влияние. Особо Екатерину Медичи беспокоило, что к королю стал вхож вождь гугенотов адмирал Гаспар де Колиньи, и монополия «Черной королевы» у трона исчезала. Не менее значимым был и фактор внешнего вмешательства. Мадрид (чей внешнеполитический курс в XVI веке напоминает глобализм бушевских неоконсерваторов) боялся поддержки Францией анти испанского восстания во Фландрии, чего добивался адмирал Колиньи. Стремясь предотвратить опасное для себя развитие событий, испанский король Филипп II сделал все возможное для помощи вдовствующей королеве в ликвидации влияния гугенотов и установлении во Франции католической диктатуры. Итогом сочетания внутриполитической заинтересованности с внешней поддержкой стал заговор Екатерины Медичи и семейства герцогов Гизов.

Показательно, что события (подтверждая вывод о непредсказуемости результатов использования религиозного фактора) вышли из-под контроля заговорщиков, планировавших зарезать несколько десятков лидеров гугенотов. Предполагалось, что без ликвидированной верхушки не представит труда вернуть «изменивших истинной вере» в католичество. На деле в Варфоломеевскую ночь в Париже зверски убили до десяти тысяч протестантов, а по всей стране жертвами расправы стало около семидесяти тысяч человек.

Поставленной цели «Черная королева» достигла — ее власть осталась неприкосновенной, но ущерб, нанесенный стратегическим интересам Франции, не поддается измерению. Если бы не ужас Варфоломеевской ночи, остановившей естественное развитие страны, в будущем, возможно, никогда не было бы ни свержения монархии, ни гильотин якобинцев, ни массового террора против «врагов народа».

В истории было немало подобных примеров использования религиозного фактора с целью укрепления единоличной власти. Обычно они сочетались с попыткой уничтожить конфессии, считавшиеся духовным оплотом неприятия диктатуры.

Классическим примером является поддержка О ГПУ в 20-е годы прошлого века обновленческого раскола (в Украине еще и «автокефального»), Власть не могла не принять мер против патриаршей Церкви, сохранявшей неприемлемую для тоталитаризма духовную независимость. Но одних репрессий было недостаточно — необходим был специфический инструмент идеологического воздействия на верующих. Здесь, как нельзя более кстати, пришлись услужливые последователи Александра Введенского, подобно ряженым псевдосвященникам агента «Антонова», при поддержке из спецфондов организовавшие соответствующий костюмированный карнавал.

Национально-поместный бред

Нескрываемая ненависть Ющенко к каноническому православию и навязчивая идея создания «национальной» церкви имеет ту же основу, что и у большевиков 20-х годов, понимавших невозможность тотального контроля над душами при свободе вероисповедания.

Православно-славянская цивилизационная основа Украины априори несовместима с реализуемым курсом примитивного этнонационализма, втягивания в НАТО и превращения страны в антироссийский плацдарм, что давно вызывает бешенство майданных коллаборационистов.

Правда, «честь» начала создания «национальной» церкви не принадлежит Ющенко. Это была роковая ошибка первого Президента Украины, у которого после работы в ЦК КПУ слишком сильны были рудименты «научно-атеистического» мировоззрения. Допущенная ошибка сразу же обернулась кровью, захватами храмов, нанесла серьезнейший ущерб репутации Украины как демократического государства. Но в 1994 г. Леонид Кучма, став президентом, быстро нормализовал религиозную ситуацию и установил ровные отношения со всеми конфессиями.

Все было в одночасье разрушено после мятежа 2004 года. Ющенко немедленно сломал установившуюся религиозную стабильность и открыто заявил о намерении принудить иерархов к созданию «национальной» церкви.

Не стоит подробно останавливаться на бре-довости ющенковской идеи. «Филетизм» (принесение соборных интересов в жертву национализму) был признан Константинопольским патриархатом опасной ересью еще в 1872 г., и это определение принято полнотой православия — всеми, без исключения, каноническими православными церквями мира.

Конечно, личное дело гражданина Ющенко — придерживаться или нет православных канонов. Он может быть хоть вудистом, хоть мормоном, хоть сатанистом. Но президент не может позволить себе бесстыдно нарушать Конституцию и права верующих. Церковь в Украине отделена от государства, и любое вмешательство в конфессиональные вопросы антиконституционно. Интересно, что о «национальной» церкви глава государства вспоминает исключительно в случае с УПЦ, находящейся в каноническом единстве с Московским патриархатом. Его не волнует ни прямая подчиненность греко-католиков Ватикану, ни засилье в Украине многочисленных тоталитарных сект с центрами управления в США, ни побеждающий в Крыму ваххабизм.

Несомненно, действия Ющенко в церковном вопросе могут стать основанием для начала процедуры импичмента — злоупотребляя президентскими полномочиями, он принуждает органы государственной власти нарушать законы, мобилизует для создания «национально-поместного» фантома оставшиеся возможности разваливающейся государственной машины, не жалея тратит на это бюджетные средства.

Власть против верующих

Нельзя сказать, что Ющенко оригинален в политике задействования против верующих государственного аппарата. Методика применялась с разной степенью успеха в большинстве тоталитарных государств. Обязательным условием такого государственного прессинга являлось сочетание двух составляющих — привле-чения к «разработке» религиозных вопросов силовых структур и наличие специального ведомства для воздействия на конфессии.

Классически система была выстроена в Третьем рейхе, курс которого на создание «национальной» церкви до мелочей повторяет Ющенко. Силовым давлением на верующих и священнослужителей занимались почти все гитлеровские спецслужбы, а непосредственной работой с религиозными объединениями — рейхсминистерство по церковным делам. Возглавлял упомянутое ведомство консультант фюрера по религиозным вопросам Ганс Керл, в 1942 г. отравленный гестапо после ссоры с Генрихом Гиммлером.

Схожая схема действовала и в СССР. Когда атеистическая власть увидела, что лобовая атака на религию провалилась, то начался период долговременной осады, невозможной без создания анти церковного госоргана. КГБ обеспечивал карательную составляющую, позволявшую держать в страхе верующих и священнослужителей, а идеологическую линию партии проводил Совет по делам религий при Совмине. Возглавлялся Совет, что небезынтересно, генералом госбезопасности. Годы были не сталинские, никого под расстрел подвести он не мог, а проводил подленько-мелочное, но планомерное удушение церквей, в первую очередь РПЦ.

К сожалению, независимая Украина в полной мере унаследовала традицию преследования неугодных конфессий. Как и следовало ожидать, «научные атеисты» немедленно перекрасились — назвались «религиоведами» и стали рьяными поборниками «национальной» церкви. Совет по делам религий «реформировался», но нисколько не изменил своей антиправославной сути. СБУ, на словах отказавшись от преемственности с КГБ, но усвоив худшие традиции Пятого управления, занялась давлением на иерархов.

С приходом к власти Леонида Кучмы вмешательство государства в конфессиональные вопросы практически прекратилось, но ренессанс тоталитарных подходов произошел после Майдана — нарушения прав верующих приобрели систематический характер. Вновь начались захваты храмов, эсбэушники демонстрировали лояльность новым власть предержащим усердием в проведении «активных мероприятий» против УПЦ, чиновники в штатском не менее усердно показывали ненависть к Московскому патриархату.

При Кабмине Виктора Януковича «оранжевые» конвульсии удалось серьезно умерить. Генералы СБУ, конечно, не прекратили зарабатывать у Секретариата провокациями большие звезды, но роль кабминовских структур принципиально изменилась.

Госкомнацрелигий осуществлял исключительно непосредственные обязанности — регистрацию религиозных объединений и защиту прав верующих. Правительство категорически отказалось от вмешательства в конфессиональные вопросы, и ситуация начала становиться похожей на цивилизованную. Кстати, невозможно представить канцлера Германии или Президента Франции, кликушествующих по телевидению, что без «национальной» церкви нет государства. В лучшем случае это бы повлекло немедленную отставку, в худшем — принудительное психиатрическое освидетельствование. Очередной ющенковский государственный переворот путем незаконного роспуска парламента в 2007 г. уничтожил эффективно действовавшую при правительстве Коалиции национального единства модель государственно-церковных отношений.

На руководство Госкомнацрелигий (квота «Нашей Украины») был назначен очередной галичанский «крестоносец» (ранее трудившийся консультантом президента по религиозным вопросам), некий пан Саган. Упомянутый «религиовед» был известен разве что многочисленными публикациями СМИ относительно лоббирования им интересов деструктивной американской секты сайентологов, писаниями, содержание которых сводится к сакраментальному для «оранжевых» «Геть московського попа!» и близостью к президентскому братцу. Само назначение ющенковского идеолога «национальной» церкви на должность руководителя государственного органа, призванного за-щищать свободу вероисповедания, было рассчитанным оскорблением миллионов верующих УПЦ, демонстрацией того, что власть не остановится ни перед чем для удушения канонического православия.

Ожидания оправдались в полной мере. Одним заявлениям Госкомитета и его чиновников позавидовали бы предшественники из рейхсминистерства Ганса Керла, пытавшиеся, хотя бы внешне, соблюдать минимум приличий. Дошло до того, что ведомство начало читать нотации Московскому патриархату, как ему оценивать устав УПЦ и вычеркивать из наградных списков неугодных владык. Особо пикантно, что правительственная структура де-факто имеет статус филиала Секретариата и управляется не Кабмином, а указаниями панов Балоги и Ющенко-старшего. Так, чиновник среднего уровня организовал два президентских вето на постановления правительства о создании миграционной службы, поскольку из липких рук ускользал сверхдоходный промысел предоставления статуса беженцев и финансы на их содержание.

Страшным прецедентом и позором Украины стала история с предоставлением статуса беженца вору в законе Ровшану Джаниеву, обвиняемому Генпрокуратурой Азербайджана в ряде убийств. Дело, в конце концов, даже не в называемой масс-медиа «цене вопроса» — 2,5 миллиона долларов. Обоснование предо-ставлення убийце статуса беженца поражает — «дома ему могут отомстить». Теперь убийцы, насильники, педофилы, маньяки отовсюду могут приехать в Украину, получить статус беженца (т. е. государственную защиту) и ходить по улицам украинских городов. Ведь дома у них достаточно желающих отомстить родственников пострадавших. Будь жив Чикатило, нелюдя обязательно приняли бы (при условии внесения «благодарности») в Госкомитете с распростертыми объятиями…

Показательна и вялая реакция Генпрокуратуры и УБОПа, которым таким образом пан Саган публично плюнул в лицо. Действительно, нереально при «чесній владі» расследовать уголовное дело относительно действий протеже Петра Андреевича…

Апогей невменяемости

В последнее время действия президента в «единоцерковном» направлении приобрели характер явной истерии и становятся все более провокационными. Дело объясняется просто — при функционирующем парламенте и существовании оппозиции реализовать план создания «национальной» церкви не удастся, что стало очевидно даже для Ющенко. Полный провал с шоу-визитом Вселенского патриарха Варфоломея стал последним гвоздем в гроб старого плана создания анти канонической автокефалии под президентским патронатом. Его Святейшество, несмотря на щедрые посулы, недвусмысленно дал понять, что не собирается участвовать в кощунственной вакханалии создания пародии на церковь.

Но в ситуации агонии «оранжевой» власти идея «национальной» церкви может срочно потребоваться для начала реализации пресловутого силового сценария. Понимая огромную силу фактора веры, лидер национал-маргиналов хватается за соломинку искусственно созданного контролируемого (по его мнению) религиозного взрыва, предназначаемого на роль «поджога Рейхстага».

Подготовлены планы, реализация которых неизбежно поднимет верующих против преступных действий власти, что может послужить чаемым предлогом для введения ЧП. А ЧП, автоматически означающее перенесение на неопределенный срок президентских и парламентских выборов, необходимо Ющенко как воздух. Дальнейшее очевидно — начнется полноценная «чистка» по методу Екатерины Медичи.

Планы этих действий, возможно, выглядят бредом сумасшедшего, но разве не бред сумасшедшего все то, что творят «оранжевые» уже четвертый год? Не бред сумасшедшего путчи, оголтелый национализм, русофобия, реабилитация национал-фашизма, преследование оппозиции и провоцирование военного столкновения с Россией? Не бред сумасшедшего, что государством правят политики, готовые ради благополучия семейного клана развязать гражданскую войну?

Дорвавшиеся до власти моральные калеки, чрезвычайно напоминающие резвящихся уродцев с полотен Иеронима Босха, чувствуют безнаказанность и вседозволенность исключительно благодаря нашей апатии. Они отнимают и оскверняют все, без чего человек перестает быть человеком, — язык, веру, великую историю.

И если мы не дадим достойный ответ на планируемые «оранжевым» режимом очередное безумие и уничтожение канонического православия, то, значит, достойны того, что с нами делают наследники «Нахтигаля». Тогда можно быть уверенным: если варфоломеевский сезон Ющенко вскоре откроется, то он никого не обойдет стороной…

Газета «Киевский телеграф» № 39 (437)

от 26.09— 2.10.2008 г.

«Оранжевый» фашизм на марше

Фашизация Украины становится государственным курсом?

То, что в Украине проводится государственная политика фашизации, не видеть уже невозможно — страну пытаются превратить в оранжево-коричневый заповедник с накачанной националистическими мифами манипулируемой толпой вместо гражданского общества. Причем это не «эксцессы исполнителей», а последовательный курс, проводимый лично президентом и его окружением.

Но главная трагедия заключается не в преступной политике государственного руководства, а в отсутствии со стороны оппозиции сколько-нибудь последовательного и осмысленного сопротивления. У оппозиционных политиков нет понимания сущности фашизма, нет осознания того, что делает Ющенко и какие он ставит перед собой стратегические цели по переустройству страны, по изменению сознания общества.

Фашизм нагляден только в его завершающей стадии — с концлагерями и крематориями, хотя фундамент, на котором они возникают, закладывается далеко не сразу и понять его составляющие крайне важно. Однако подавляющее большинство населения воспринимает фашизм сугубо эмоционально и упрощенно, что не дает возможности увидеть основу идеологии ненависти, понять, в каких формах она может воплощаться. Людям психологически трудно представить, что фашизм — не только далекая история и не обязательно подразумевает флаги со свастикой. Подобное восприятие играет на руку наследникам доктрины национального превосходства — ведь многие пока считают опасность прихода настоящего фашизма в Украине далекой.

Природа фашизма

В историографии дискуссия об определении сущности фашизма ведется давно. Детальные дефиниции принадлежат таким авторитетным исследователям, как Джордж Мосс, Иэн Кер-шоу, Стэнли Пейн,’Роджер Итвел. Но, несмотря на перечисление многих родовых признаков фашизма, представленные определения, на мой взгляд, излишне громоздки и не раскрывают глубинной сущности коричневой идеологии.

Постепенно в исторической науке наметилась также тупиковая тенденция отхода от целостного понимания фашизма и перехода к изучению особенностей отдельных фашистских течений вне контекста единства фундаментальной идеологии. Несомненно, «Железная гвардия» Корнелиу Кодряну и Хория Симы, «Скрещенные стрелы» Ференца Салаши и «Национальное согласие» Видкуна Квислинга имеют достаточно много различий, но их идейная основа едина. Поэтому принципиально неправильно за изучением частностей уходить от ответа на основной вопрос.

Ближе всего к пониманию природы фашизма подошел британский политолог Роджер Гриффин, определивший его как «род политической идеологии, мифологическим ядром которого в различных преломлениях является палингенетическая форма популистского ультранационализма». Несмотря на некоторую терминологическую сложность, оно универсально и всеобъемлюще для всех фашистских течений, поскольку вместо множества классифицирующих признаков выдвигает один основной, подразумевающий все ранее отмеченные, но уже в качестве неотъемлемых проявлений. Только определение Гриффина дает важнейшее — ключ к объяснению действий фашистских и профашистских режимов, и его практическую ценность для политологии переоценить невозможно.

Термин «палингенез» (новорождение) малоизвестен, но исчерпывающе объясняет природу фашизма. Согласно фашистскому мифотворчеству, нация должна заново родиться (воскреснуть) для построения государства, основанного на идее этнического превосходства и политике агрессивного национализма. И для того, чтобы нация «воскресла», она должна сначала духовно умереть, чего всегда и добиваются фашисты.

Для них невозможно утверждение абсолютной власти, пока народ разделяет ценности вне мифов фашистской идеологии. Поэтому обязательным условием утверждения фашизма является разрушение традиционных моральных ценностей и стирание исторической памяти. Вместо уничтоженной ментальной основы тотально, с применением насилия, утверждаются мифы этнического национализма (в украинских реалиях — донцовский «интегральный национализм»). По такой схеме происходило становление всех фашистских режимов, той же проторенной дорогой идет и ющенковский режим.

«Оранжевым» крайне необходим мифотворческий палингенез — предыдущая реальная история Украины для них не существует. Великая история, неразрывно связанная с Россией, видится как «оккупация», аналогично отрицаются все остальные цивилизационные ценности, включая и неприятие национал-фашизма. Политика «оранжевых» нацелена на разрушение, моральное убийство собственного народа. Нарушение Конституции и прав человека во всем их многообразии, права на получение образования на родном языке и свободу вероисповедания, изъятие русских книг, ксенофобия, духовная агрессия и нетерпимость — звенья одной цепи тоталитарной духовной унификации всех жизненно важных сфер.

Процесс разрушения «оранжевые», как и их предшественники в прошлом веке, проводят с невиданным напором, цинизмом и последовательностью, считая его необходимым условием перехода к ничем не ограниченному собственно этнонационалистическому строительству. Совершенно очевидно глубокое убеждение Ющенко в том, что война с собственным народом и садистское удовольствие от разрушения созданного на протяжении многих веков откроет дорогу к созданию одноцветно-«оранжевой» Украины.

Нацистский революционаризм против традиционализма

Принципиально ошибочно считать, что ющенковский режим руководствуется идеологией традиционализма, и пытаться объяснить ею трипольско-шароварно-голодоморный бред. Нет ничего более далекого от «оранжевой» вакханалии, чем традиционализм. Само по себе смешно сравнивать полуграмотных хуторян с такими философами-традиционалистами, как Николай Данилевский, Константин Леонтьев, Вячеслав Липинский, Рене Генон, Ги Дебор, Ален де Бенуа. Но дело, в конце концов, не в несравнимом интеллектуальном и моральном уровне. Традиционализм исходит из сохранения культурных, исторических и религиозных традиций — т. е. кардинально противоположен тому, чем занят Ющенко и его присные. Последний не сохраняет традиционные ценности, а разрушая их, навязывает Украине ей чуждые и изначально ментально неприемлемые. Традиционализм ставит во главу угла морально-религиозные ценности, несовместимые с ющенковским всеохватывающим кумовством, коррупцией, беззаконием и превращением страны в вотчину семейного клана. Традиционализм изначально патриотичен — ющенковский режим так же изначально марионеточен. Традиционализм невозможен вне самого консервативного отношения к законам — «оранжевые» пришли к власти и правят, неприкрыто презирая правовые нормы, повседневно разрушая их или подстраивая под свою власть.

Пора перестать обманывать самих себя и подыскивать президентской деятельности полуоправдывающие эвфемизмы. Ющенко проводит линию не традиционализма (пусть и совершенно искаженного), а фашизации государства и общества. Ющенко ни в коей мере не традиционалист, и его глечики, вышиванки, пасеки и черепки лишь демонстрируют врожденную любовь к стилю примитива. Наоборот, в политике он крайне революционно-разрушителен, как были революционно-разрушительны итальянские фашисты и немецкие национал-социалисты. Показательно, что разнообразные фюреры, дуче, кондукаторы, каудильо, поглав-ники совершенно идентично позиционировали себя не в качестве национальных нигилистов (которыми и являлись), а «возродителями традиций». Правда, для подобного «возрождения» приходилось переписывать национальную историю, отрицать традиционную культуру, вычеркивать из нее деятелей, разделявших гуманистические идеалы, уничтожать их книги и творческое наследие.

Как и классические фашисты прошлого века, «оранжевые» проводят разрушение старого общества и создание нового параллельно. Ющенко, борясь с «имперским и советским прошлым», одновременно проводит собственно палингенез — добиваясь того, чтобы искусственно выращиваемая, подобно гомункулусу, «моя нація» приняла фашистскую теорию и практику. Копируя намерение Гитлера создать «арийского сверхчеловека», «белокурую бестию», он пытается сформировать «оранжевую бестию» — человека без корней и вне ограничений существующей традиционной морали. Достаточно указать хотя бы на попытку поменять местами в массовом сознании понятия героизма и предательства, для чего национальными героями провозглашаются исключительно клятвопреступники, эсэсовцы и каратели. При этом президент пытается «нейтрализовать» потенциально враждебные внедряемой фашистской идеологии элементы общества, разобщая и определяя их по языковому, культурному, религиозному и этническому признакам.

В условиях Украины традиционалистами можно назвать многих — Партию регионов, коммунистов, некоторые общественные и религиозные организации, но только не «оранжевых» с их воинствующим этнонационалистическим революционаризмом и нигилизмом.

Липинский о «Нашей Украине»

Среди вершин традиционалистской философии яркой звездой сияет имя Вячеслава Липинского, исходившего в своих трудах непосредственно из реалий Украины. Непреходящая философская ценность его творчества сочетается с политической актуальностью, парадоксально ставшей через десятилетия еще более острой. Основатель украинского традиционализма был свидетелем пира во время чумы «оранжевых» первого призыва — петлюровцев. Видел, как под прикрытием истерик о «национальном возрождении» и «утверждении независимости» происходила распродажа Украины, как безумной русофобией и унижением собственных граждан государство обрекалось на уничтожение. На дипломатической работе Вячеслав Казимирович изнутри наблюдал, как тогдашние «вожди», выставляя себя великими патриотами, предавали национальные интересы.

Липинский доказывал, что нет ничего более противоположного идеалам украинского традиционализма и целям государственного строительства, чем агрессивный этнонационализм, пытающийся стереть все культурные, языковые и религиозные различия. Великому философу-традиционалисту принадлежит термин «государстворазрушительный национализм», как нельзя более точно характеризующий не только петлюровскую, но и всю ющенковскую политику. Его главный признак — представление фактором государственной общности вместо территории со всем этническим, культурным и религиозным многообразием населения экстерриториальной этнической и религиозной идентичности. Особенно опасным Липинский считал украиниза-торское кликушество, ущемление русского языка и фантасмагорию «национальной» церкви. Для него, после событий гражданской войны, было предельно ясно, что это кратчайший путь к потере государственности.

«Украинским Константином Леонтьевым» отмечалось, что характерной особенностью украинского этнонационализма является желание прислуживать внешним силам для получения поддержки в подавлении сопротивления внутри страны.

Приведу строки Липинского, исчерпывающе объясняющие корни страсти «оранжевых» к разрушению Украины и ярко показывающие, кто находится в их авангарде: «Шовінізм український, який є націоналізмом на моду ла-вочників… на моду живучих від вівтарів «національної ідеї» інтелігентів, доведе політичну ідею України до загибелі, бо ані дійсні бакалейщики, ані до чогось здатні інтелігенти… шовінізмом українським не захопляться. У нас він завжди буде представлений типами… озлоблених і егоцентричних осіб, закоханих у собі людей, які своею безсилою злобою все творче, життєздатне на Україні від України відганятимуть».

Увы, именно подобные типы вновь у руля высшей государственной власти делают все возможное для провоцирования гражданского противостояния, разжигания межнациональной и межрелигиозной вражды. Вновь они опираются на зарубежных хозяев, заинтересованных в создании антироссийского плацдарма. Излишне говорить, и к чьей личностной характеристике дословно подходит следующее определение Липинского: «бути шовіністом — це значить прикривати свою духовну пустку (безрелігійність) і своєруйнівництво: отже зрадництво, кар ’єризм… фанатичними вигуками про «неньку Україну», про «рідну мову», про «ми — українці»… І до чого доведе… ідею незалежності України оця інтелігенція скунсової породи, яка його обсіла».

К сожалению, все так и случилось. После «майдана» ключевые позиции в государственном руководстве заняла «скунсовая порода», прикрывающая безверие манией «национальной» церкви, интеллектуальное убожество — «думанием по-украински», культурную ущербность — уничтожением традиционной украинско-русской культуры, личный аморализм — разглагольствованиями о «руках, которые ничего не крали».

Беспощадным приговором «оранжевому» режиму звучат строки бывшего посла гетманской Украины в Австро-Венгрии, как будто увидевшего в будущем «Нашу Украину» и ее лидера: «Коли б була можлива Ваша Україна, то це була б смерть моєї України. Але ніякої України Ви ніколи не сотворите. Ви українці тільки тому і на те, щоб не давати творити Україну».

Как будто специально для националистических псевдопатриотов, считающих, что кресла на Банковой делают «из хамов панов», предназначены слова Липинского о подлинном патриотизме: «Бути патріотом — це значить бажати… створення людського, державного і політичного співжиття людей, що житимуть на Українській землі, а не мріяти про втоплення в Дніпрі більшості своїх же власних земляків. Бути патріотом — це значить шукати задоволення не в тім, щоб «бути українцем», а в тім, щоб було чесно носити ім ’я українця».

Не убавилось желающих утопить в Днепре большинство своих сограждан и в XXI веке. Идеями признания «неполноценности» антина-ционалистической Украины руководствовались главари «майдана». Более половины избирателей для них были изначально «врагами Украины» только потому, что они проголосовали за Виктора'Януковича и не поддались на геббельсовскую пропаганду. Зерна будущей фашизации посеяны были в дни путча, а сейчас мы наблюдаем интенсивный рост всходов, которые скоро дадут страшные плоды. Происходящее ныне стало логическим и неотвратимым следствием событий 2004 года — еще Гете сказал, что «ошибившись с первой пуговицей, невозможно дальше правильно застегнуться».

Замкнутый «оранжевый» круг

Особенность «оранжевой» идеологии в том, что она не имеет корней и влияния в обществе. Ее разделяет лишь сравнительно небольшая, территориально ограниченная часть Украины. Для подавляющего большинства населения «оранжизм» неприемлем и воспринимается как враждебный своим основополагающим жизненным ценностям. Если фашизм в Италии, Германии, ряде других государств в силу ряда трагических исторических причин имел прочную национальную и социальную основу, позволившую ему самостоятельно захватить власть и установить тоталитарную диктатуру, то в Украине этнонационализм был и остается маргинальным.

Приход «оранжевых» национал-маргиналов к власти не был сколько-нибудь самостоятельным. Произошла не более чем удачная спец-операция по реализации части американского проекта создания марионеточных лимитрофов по периметру российских границ. Другой вопрос, что успех Вашингтона был бы невозможен без наличия мощной агентуры влияния внутри страны, а также ошибочного представления о допустимости переговоров с путчистами.

Начатая немедленно после переворота политика фашизации благосклонно восприни-малась Белым домом, как один из ключевых пунктов плана отгораживания Украины от России и разрушения их единой духовной основы. Но претворение в жизнь президентского плана забуксовало в самом начале, несмотря на задействование всех возможностей административного и силового давления. Стало ясно, что без прямого насилия он реализован быть не может.

Однако не стоит утешаться провалом «оранжевых» планов по внедрению новой государственной идеологии. Если США решатся пойти на эскалацию дальнейшей конфронтации с Россией, то Ющенко получит не только карт-бланш на установление единоличного правления, но и максимальную подцержку будущих действий. Само по себе это ситуацию не переломит, но создаст у него иллюзию вседозволенности и безнаказанности. А на что способны в таких условиях самые бездарные марионетки, свидетельствует история Второй мировой войны. Можно вспомнить не менее карикатурного, чем трипольский мессия, диктатора Венгрии Салаши (носившего официальный титул «вождя нации»), переименовавшего государство в «Венгерский Союз Древних Земель» и озабоченного «стотысячелетней историей» венгров. Весной 1945 года, контролируя последний клочок территории, Салаши занимался изданием полного собрания своих сочинений об избранности венгерской нации.

Поставленный у власти немцами в октябре 1944 года, он развернул такой массовый террор, который был бы невозможен при далеко не либеральном регенте Хорти. Салаши хватило того, что Берлин одобрил новый курс внутренней политики и сдерживал наступление советских войск. Рейху же понадобилась полная зачистка Венгрии как стратегически важной для ведения боевых действий территории от антигерманских элементов, и палаческая активность «вождя нации» пришлась как нельзя более кстати.

Салаши немецкими историками называется «последним союзником Гитлера», после него нацистская Германия уже не поставила у власти ни одного сателлита. Гиперлояльностью к евроатлантизму Ющенко тоже пытается показать, что останется последним союзником заокеанской империи при любых обстоятельствах. Демонстрацией «нордической верности» он хочет подвигнуть Вашингтон к усилению поддержки своего режима. Иначе, без внешнего вмешательства, у «оранжевых» получается замкнутый круг — без фашизации страны нельзя окончательно установить диктатуру, а фашизация невозможна при сохранении демократических институтов. Разорвать его Ющенко пытается взаимодополняемыми усилением курса фашизации и установлением единоличного («прямого президентского») правления. Ничего другого ему не остается, поэтому и противостояние «оранжевому» режиму целесообразно строить на зеркальной основе. Борясь с фашизацией — мы затрудняем проведение очередного ющенковского переворота, противостоя установлению диктатуры — делаем невозможной фашизацию Украины. Вопрос только в том, что должна быть настоящая борьба, а не ее имитация или игра в поддавки…

Нам, всем и каждому, важно понять: фашизм со свастикой, концлагерями, факельными шествиями и Бабьими Ярами — это завершающий акт великой трагедии. Сегодня он в виде агрессивного национализма проникает с обложек глянцевых журналов, вещающих по заказу, что «национализм — это любовь»; из бездумных репортажей журналистов, не задумывающихся о безнравственности фальсификации истории и восхваления убийц из ОУН — УПА; из брошюрок псевдоинтеллигентов — академиков НАН Украины о «национальной безопасности», восхваляющих доктрину «вооруженной демократии» и призывающих «нейтрализовать от общества северодонецких борцов». А самой главной победой фашизма является безмолвное равнодушие общества, кокетливый сервилизм интеллигенции, готовых безропотно принимать новые беззакония и новые шаги власти в построении тоталитарного режима. Сегодня вам отключили российские телеканалы, завтра — потребуют справки на право дышать…

Путь к общенародному сопротивлению

Необходимо объединение всех антифашистских сил

Благодаря все более усугубляющемуся «оранжевому» безумию Украина становится изгоем в Европе. Ранее казавшиеся невозможными события — фашизация страны, нагнетание русофобской истерии, военный конфликт с Россией — стали реальностью или вплотную приблизились к ней. Но то, что предельно ясно миллионам, для многих политиков остается непонятным. Психологически это объяснимо. Ведь если все происходящее назвать настоящими именами, а не стыдливыми эвфемизмами, то уже не будет возможности уйти от принятия очень нелегких конкретных решений. Тогда придется действовать, а не ограничиваться ни к чему не обязывающими словами.

Основной вопрос, от ответа на который зависят все дальнейшие действия, — что представляет из себя ющенковский режим? Я неоднократно писал на данную тему и еще раз подчеркну — его идеологическая и политическая практика фашистская, и он преследует цели установления агрессивной националистической, т. е. по сути фашистской диктатуры. Причем все увеличивающаяся агрессия представляет огромную опасность не только для граждан Украины, но уже и для континентальной стабильности. Если, в конце концов, планы ющенковского режима по провоцированию вооруженного конфликта с Россией увенчаются хоть относительным успехом, то из-за одного параноика погибнут тысячи, если не десятки тысяч.

Можно фашизм во власти называть правым радикализмом, крайним или маргинальным национализмом, но суть вещей от этого не изменится и отвлеченный терминологический спор малопродуктивен. Если кто-то выглядит как шакал, воет как шакал и питается падалью как шакал, то он и есть шакал.

Ответив на этот вопрос, не представляет трудности спланировать ответные действия. Борьба с фашизмом в разных странах тщательно описана и проанализирована. Нет никакой особой «украинской специфики», которая не дает возможности реализовать имеющиеся эффективные наработки, — одинаковые причины приводят к одинаковым следствиям.

Коричневая калька: вчера и сегодня

То, что происходит в «оранжевой» Украине, уже переживали европейские страны в 20— 30-е годы прошлого века, когда фашизм появился в виде целостной идеологии и заявил претензии на абсолютную власть. Как и в XXI веке, его победа была бы невозможной без мощной поддержки извне и паралича государственного руководства внутри страны. Начиная с Бенито Муссолини фашистские режимы приходили к власти по одной схеме. Ее основой было то, что Великобритания и США видели в фашизации Европы основу создания военно-политического блока против Советской России, как сейчас они хотят создать санитарный кордон из лимитрофов и нацелить НАТО против России демократической. Предполагалось, что цепочка фашистских государств будет использована против СССР, сохранив за Лондоном и Вашингтоном достигнутое после мировой войны геополитическое доминирование. Уинстон Черчилль в 1927 году во время визита в Италию откровенно выразил отношение Запада к первому в мире фашистскому государству и планах использования фашизма: «Я не мог не быть очарован, как и многие другие, синьором Муссолини… Если бы я был итальянцем, то я убежден, что с начала до конца был бы всем сердцем в вашей борьбе. С точки зрения внешней политики, фашизм оказал услугу всему миру… Он является необходимым противоядием русскому яду. Теперь все великие державы будут иметь в своем распоряжении крайние средства».

Одновременно предполагалось, что фашисты решат вопрос уничтожения или изоляции в своих странах левых политических сил (прежде всего коммунистов), как основных противников атлантического диктата.

Проведенный дуче мятеж чрезвычайно похож не только на все последующие фашистские перевороты, но и на майданный путч. Точно так же, как очень многое из правления помешанного на «преемственности с Римской империей» и «исторической несправедливости по отношению к Италии» Муссолини похоже на правление тяжело акцентуированного на «триполиза-ции» и музеях советской оккупации Ющенко.

Единственное отличие в том, что вместо стационарного майдана итальянские фашисты 27 октября 1922 года организовали поход чернорубашечников на Рим. Парализованный страхом, не решившийся защитить порядок в стране адекватными мерами, король Виктор Эммануил III отвергает предложение премьер-министра Луиджи Факта о введении военного положения, и последний вместе с правительством уходит в отставку. Уже 30 октября король назначает Муссолини премьер-министром Италии. Как и Ющенко, Муссолини быстро доводит экономику страны до коллапса, правда, тогда Вашингтон спасает своего европейского протеже. Как утверждал в 1929 году бывший итальянский премьер Франческо Нит-ти: «Фашисты смогли удержаться так долго у власти благодаря американским займам». Как видим, тогда американцы к своим марионеткам относились значительно более трепетно.

Далее в Италии проводится поэтапное уничтожение остатков демократических институтов и оппозиции, чем сейчас так озабочены и хозяева Банковой. Для нас особенно важно осознать — фашизм далеко не сразу принимает законченную форму. Только благодаря трусости, соглашательству, иллюзиям политиков он постепенно превращается из небольшого отвратительного зверька в страшного хищника, перемалывающего своими челюстями все живое. Если раньше многие улыбались при сравнении «оранжевого» бантустана с Италией Муссолини и Третьим рейхом, то теперь (особенно после государственного переворота 2007 года) смеяться тянет немногих…

Муссолини не сразу решился ликвидировать остатки демократических институтов и оппозицию, разбив реализацию этого плана на несколько этапов. Однако точка невозврата была пройдена, когда оппозиция практически не отреагировала на репрессии против коммунистов, которые были наиболее непримиримо настроены к фашизму. Напротив, неявно у многих итальянских политиков устранение чужими руками опасного конкурента по влиянию на массы вызывало скрытое удовлетворение. Радующиеся этому не видели очевидного — они будут следующими. Немногие понимавшие происходящее без колебаний ликвидировались фашистами. В июне 1924 года был убит видный социалист Джакомо Матгеотги, ставший чрезвычайно популярным после критики подписания Итальянской социалистической партией «договора о умиротворении» с Муссолини и ее политики «нейтрализма».

Дальше все пошло ускоренными темпами по схеме, успешно реализуемой наследником ОУН—УПА. В июле 1924 года законодательно вводятся ограничения на свободу прессы (у Ющенко — решения СНБО по контролю местными администрациями СМИ и Нацсовета по телевидению об отключении российских телеканалов), в декабре того же года упраздняются последние административные и судебные институты, оставшиеся от времен демократии (ющенковские «реорганизации» судов — бесталанный плагиат), в 1926 году создается аналог нынешнего СБУ — «Организация по наблюдению и подавлению антифашистской деятельности».

Когда ведущие итальянские политики поняли, что зря доверились слову Муссолини о возможном участии во власти и ошиблись в надеждах переиграть его привычными методами, было поздно. Сожалеть о допущенных ошибках пришлось в эмиграции или в тюрьмах.

Приход к власти Гитлера произошел по тому же алгоритму. Пока правые и левые выясняли отношения друг с другом, коричневые все ближе подбирались к власти. Как и в Италии, многие правые политики, крупные промышленники и финансисты считали, что с нацистами выгоднее договориться, что они обеспечат необходимую стабильность, что Гитлер — меньшее зло по сравнению с коммунистами. За подобные иллюзии им пришлось расплатиться в полной мере после июля 1944 года, когда многие закончили свой жизненный путь подвешенными на фортепианных струнах или крючьях для туш.

Однако даже Гитлер, нацифицируя Германию, вначале не позволял такого демонстративного презрения к закону, какое любитель галичанских эсэсовцев сделал нормой государственного управления. Фюреру в голову не могло прийти в декабре 1933 года, после оправдательного приговора Георгию Димитрову на процессе о поджоге Рейхстага, ликвидировать суд города Лейпцига и снять с должности распоряжением рейхсканцлера председательствовавшего на суде доктора Бюргера из IV уголовного департамента Имперского суда.

От Народных фронтов к движению Сопротивления

Уроки Италии и Германии не прошли даром для европейских стран. Было усвоено основное — захват власти фашистами могут предотвратить только объединенные усилия всех антифашистских сил. Идеологические различия, взгляды на развитие экономики, политические противоречия должны быть вынесены за скобки. Если это условие не будет соблюдено, то сатанинский напор фашизма не остановить.

Последним предупреждением старой Европы, перед которой на фоне свастики уже горели огненные «мене, текел, фарес», стала попытка фашистского переворота во Франции в феврале 1934 года. Франция была на грани установления фашизма, когда 6 февраля националистическая организация «Огненные кресты», негласно поддерживаемая и финансируемая Германией, вывела двадцать тысяч «майданирующих» к Бурбонскому дворцу и потребовала передачи власти, обвиняя правительство в коррупции. В общем — французские вариации на тему «Бандитам — тюрьмы!». Правительство Эдуарда Даладье, как и государственное руководство Украины осенью 2004 года, проявило полную нерешительность. Все протекало по формуле бывшего царского министра юстиции Ивана Щегловитова: «Паралитики власти слабо, нерешительно, как-то нехотя борются с эпилептиками революции». Шли бесконечные совещания, а вождь «Огненных крестов» подполковник Франсуа де Ля Рокк уже видел себя фюрером Франции. Никто в правительстве не хотел взять на себя ответственность за единственно возможный в сложившейся ситуации приказ — применить к путчистам силу.

Победить фашистским мятежникам не дала активная позиция французских коммунистов. 7 февраля ФКП обратилась к народу — независимо от политических взглядов выступить против путча под лозунгом «Против фашизации демократического государства». По призыву ФКП вышли десятки тысяч демонстрантов. Только это подвигло правительство разогнать фашистов силой оружия. Не вызывает сомнения, что если бы в 2004 г. лицемерные слова о «неприменении силы к народу» не парализовали власть, то руководимые из Вашингтона заговорщики ответили бы перед законом. И, пожалуй, главной ошибкой украинской власти было сдерживание Юго-Востока страны, хотевшего на деле противостоять майданному мятежу.

После подавления выступления «Огненных крестов» было сформировано правительство «Национального единения» во главе с Гастоном Думергом. Однако «Национальное единение» не оправдало надежд по одной причине — в него не вошел авангард антифашистских сил в лице ФКП. Вновь подняли голову финансируемые из Берлина фашистские организации и реальным стало повторение февральских событий, но уже с противоположным результатом. В условиях надвигающейся коричневой угрозы выступавшие против фашизма политические партии Франции, в том числе наиболее массовые — радикалы, коммунисты, радикал-социалисты и социалисты, создали Народный фронт. Его антифашизм сплотил все социальные слои, и в 1936 году Народный фронт победил на парламентских выборах.

В том же году испанский Народный фронт, получив большинство в парламенте, сформировал правительство и до марта 1939 года мужественно сражался с франкистами, получавшими огромную помощь от Гитлера и Муссолини.

Снова обращаясь к неблагодарной теме альтернативной истории, не могу все же не заметить — при условии создания в 2004 г. в Украине аналога Народного фронта никогда бы национал-маргиналы не захватили власть. Трагедия состояла в том, что никто не смог подняться над партийными интересами и второстепенными, перед лицом фашистской опасности, политическими разногласиями.

А лидеры карликовых партий и партеек, почувствовав нежелание власти сплотить общество против «оранжевого» путча, спешили вползти на майданную трибуну в кокетливых помаранчевых шарфиках…

«Народный фронт» в лице Коалиции национального единства возник только через два года, когда всем стало очевидно, что такое «оранжевый» фашизм и в какую пропасть он толкает Украину. И никогда не могут быть прощены мелкие псевдополитики от бизнеса, из эгоистичных интересов сделавшие все возможное для ее ликвидации. Никогда не простится их злонамеренная ложь партийному руководству о мифической «широкой коалиции» — ложь, которой маскировались собственная подлость и предательство основополагающих жизненных ценностей избирателей.

Возможность восстановления украинского Народного фронта (пусть и в другой конфигурации) была утрачена в последние недели. Вновь победили даже не узкопартийные, а сугубо клановые интересы, ради которых сознательно отринули возможность поставить зарвавшийся национал-фашизм на место. Фальшиво звучат при этом уверения о принципиальных расхождениях с БЮТ, не дающих возможности объединиться для совместных действий. Нисколько не сглаживая существующие противоречия, следует сказать, что они ровно ничего не значат перед набирающим силу государственным фашизмом. Причем больше всего говорят о противоречиях люди, не только «не замечающие» деятельности Банковой как центра фашизации, но и делающие все возможное для подыгрывания ей. Подыгрывания ценой унижения собственной партии и разочарования самых верных избирателей…

Хотя опыт европейских Народных фронтов во многом стал трагическим, но значение его переоценить невозможно. Без Народных фронтов не было бы европейского движения Сопротивления, показавшего вершины человеческого духа в борьбе с античеловеческой идеологией ненависти. Показавшего, что никакая сила не может сломить людей, объединенных противостоянием абсолютному злу. Неважно, во что они верили — в монархию, либеральную демократию или в коммунизм. Жизнь они отдавали за человеческое достоинство, ставшее сильнее смерти.

В преддверии главного ответа

Пора осознать — в Украине речь не идет об обычной политической борьбе. Не может быть политической борьбы в условиях уничижения закона, когда президент демонстративно и нагло игнорирует Конституцию, когда права человека полностью растоптаны. Это не легитимная власть, а фашистская тирания. Тирания особенно опасная, ставящая целью не просто авторитарное правление, а невозможное без ликвидации несогласных тотальное владычество над умами и душами. Иррационально в подобном случае бороться за партийные проценты, места в правительстве и бизнес-интересы. Еще более бессмысленно пытаться договориться с фашистами, поверить их слову — каждая новая попытка будет приводить ко все более пагубным результатам. В этом на собственном печальном опыте убедились и изощренные в парламентской борьбе западные лидеры, и такой мастер интриги, как Сталин.

Следование установленным фашистами нормам не просто бесцельно. Оно априори аморально и, в конце концов, приводит к прямому предательству. Показателен пример руководителя коммунистической фракции в рейхстаге Эрнста Торглера — единственного члена руководства КП Г, проявившего малодушие. Обвиненный в причастности к поджогу Рейхстага, он добровольно явился в полицию и согласился на предоставление нацистского адвоката, использованного для антикоммунистической пропа-ганды на судебном процессе. Далее пошли разговоры о «национальном согласии», «замечательных человеческих качествах» фюрера, его работе по возрождению Германии. Итогом соглашательства и жажды сладкой жизни стала высокооплачиваемая руководящая работа в геббельсовском министерстве против Советского Союза и французских коммунистов. Не сомневаюсь — если бы в Третьем рейхе существовал СНБО, то Торглер обязательно стал бы его секретарем.

Единственно эффективный метод борьбы с фашистским режимом — это создание общенародного антифашистского движения Сопротивления. Оно должно объединить не только политические партии без различия идеологических платформ, но и общественные, религиозные организации, профессиональные союзы, всех людей, неприемлю-щих оранжево-коричневую диктатуру. Его единственная цель должна заключаться в том, чтобы пришедший на нашу землю фашизм нашел такой же конец, как и в 1945 году.

Невозможно создавать движение Сопротивления, установив идеологические барьеры справа или слева. Тогда это будет обычный, более или менее широкий, политический блок, заведомо неспособный возглавить и координировать общенародную антифашистскую борьбу. Подобный печальный опыт идеологического разделения Сопротивления имели оккупированные Греция, Польша, Югославия. Попытки договориться на платформе необходимости общей борьбы с оккупантами были удачными в лучшем случае для разовых акций, а по большей части все сводилось к взаимному противостоянию — коммунистической ЭЛАС и монархистов, Армии Людовой и Армии Крайовой, НОАЮ и четников Дражи Михайловича. Такой же результат получится, если борьба с направляемым из-за океана нацистским оранжизмом начнет группироваться по идеологическим признакам — неважно центристским, левым или правым. Целесообразно было бы взять за образец созданный во Франции в мае 1943 года Национальный совет Сопротивления (НСС), объединивший все антифашистские силы и снявший их внутренние противоречия до окончательного изгнания оккупантов. Более того, на основе объединительной антифашистской идеологии НСС после войны создавалась новая Франция, не только сделавшая невозможной фашизацию государства, но и сохранившая независимость в отношениях с вашингтонскими глобалистами. Современная позиция Франции в Европе, основанная на отстаивании национальных интересов и изначально чуждая русофобии, во многом берет свое начало в героических временах НСС.

Не менее важно осознать, что времени на долгие дискуссии и переговоры нет. Еще немного, и последние возможности легального сопротивления будут ликвидированы «оранжевым» режимом. Для него понятно: если в ближайшее время не подавить до конца реальную антифашистскую оппозицию, то вскоре придется ответить за все полной мерой, и не факт, что удастся вовремя скрыться у американских хозяев. Чем больше гниет и разваливается ющен-ковская власть, тем больше она склонна к силовым действиям и массовым репрессиям. Каждый день может начаться с объявления о безоблачном небе над всей Украиной, а закончиться стадионами, забитыми арестованными, и «нейтрализацией антигосударственных элементов» по давно составленным СБУ спискам. Если у кого-то до сих пор сохранились иллюзии, что «до этого Ющенко не дойдет» или «Запад не позволит», рекомендую вспомнить про узников концлагерей, внушавших самим себе, что в крематорий их ведут для дезинфекции. Подобная защитная реакция невосприятия огромности зла всегда хорошо учитывалась фашистами, позволяя устраивать массовые казни ничтожными силами. На расстрел или в печи большие колонны вели несколько охранников, которые были бы мгновенно смяты и разоружены при малейшей попытке организованного сопротивления.

Следует понять — фашистский режим силен исключительно нашей слабостью и страстью к позорным «компромиссам». О подобном опыте, приведшем к национальной катастрофе и океану пролитой крови, рассказал в книге «До горького конца. Записки заговорщика» видный деятель германского Сопротивления Ганс Бернд Гизевиус, боровшийся с гитлеризмом с момента его прихода к власти. Он с болью написал следующие слова, звучащие предостережением для Украины-2008: «Все мы, а не только одни нацисты, шли опасными, ложными путями, ошибочными путями осознания или нежелания осознавать правду, путями повиновения или лицемерных компромиссов, преувеличенной осторожности либо упорного уклонения от крайнего решения. Только тот, у кого есть мужество глядеть этому факту в лицо, избегнет опасности еще раз встать на ошибочный путь».

Чем больше мы будем преувеличивать силу ющелковского режима, тем дальше по пути разрушения он пойдет. В конечном счете, необходимо принять только одно, главное решение — хотим ли мы сопротивляться или безропотно принимаем наступающий фашизм. И каждый перед своей совестью, памятью о предках и будущим детей должен дать на него ответ.

Об авторах

Георгий Корнеевич Крючков — известный украинский политик, публицист, общественный и партийный деятель, юрист.

Ответственный секретарь Общественно-политического объединения «Украинский форум». Автор многих резонансных публикаций и ряда книг, посвященных проблемам общественного развития, государственной жизни, безопасности и обороны Украины. Среди них такие, как «Всегда оставаться самим собой. Позиция коммуниста», «В гуще событий», «Трудные уроки. Раздумья бывшего партийного работника», «Похищение Украины», «Не догма, а руководство для действия. Марксизм и актуальные проблемы современности», «Украинское общество: груз проблем».

Родился в селе Гусарка Запорожской области в 1929 г. В 1951 г. закончил Харьковский юридический институт (ныне — Национальная юридическая академия имени Ярослава Мудрого), работал ревизором, старшим консультантом, заместителем начальника областного управления Министерства юстиции УССР. С 1955 г. на комсомольской и партийной работе. Избирался секретарем Запорожского обкома комсомола. С 1966 г. работал в аппарате ЦК Компартии Украины. В 1972–1985 гг. — заведующий отделом организационно-партийной работы ЦК КПУ, 1985–1988 гг. — заместитель заведующего отделом организационно-партийной работы ЦК КПСС. В 1988–1990 гг. — первый секретарь Одесского обкома КПУ. Член ЦК КПУ в 1972–1986 гг. Депутат Верховного Совета УССР 9-11 созывов. Народный депутат СССР.

С момента возобновления деятельности Компартии Украины в 1993 году — член ЦК КПУ. Народный депутат Украины 3–4 созывов. В 1998–2000 гг. и в 2002–2006 гг. возглавлял Комитет Верховной Рады Украины по вопросам национальной безопасности и обороны.

Награжден орденами: Князя Ярослава Мудрого V степени, Октябрьской Рреволюции, двумя — Трудового Красного Знамени, «Знак Почета».

Георгий Крючков — автор очерков: «Правомерно ли говорить об угрозе фашизации в Украине?», «Как расчищалась почва для «помаранчевого» переворота», «Чего ожидать стране от «помаранчевой» власти?», «Чем вызван нынешний всплеск антикоммунистической истерии?», «Грядет диктатура… если ее не остановить», «Можно ли построить демократическое, правовое государство без честной правдивой власти», «Без уважения к Конституции, к законам страны невозможно преодолеть политический кризис», «Решительно противостоять попыткам извратить отечественную историю», «Извлечь уроки из трагедии Цхинвала».

Дмитрий Владимирович Табачник — известный украинский политик, государственный деятель, историк, политолог. Народный депутат Украины.

Доктор исторических наук, профессор, академик Академии правовых наук Украины (с 1999 г.). Заслуженный деятель науки и техники Украины. Лауреат Государственной премии Украины в области науки и техники.

Директор Национального экспертного института Украины с 2004 г. Автор (соавтор) более 400 научных трудов, в том числе монографий и учебных пособий по отечественной истории, военной истории, международным отношениям, политологии, фалеристике. Среди них такие работы, как «По стандартным обвинениям», «Репрессированное возрождение», «Награды Украины» (в 3-х томах), «Украина: проблемы самоорганизации» (в 2-х томах), «История украинской дипломатии в лицах», «Украинская фалеристика», «Украинская дипломатия. Очерки истории», «Украинско-польские отношения и борьба за единство Украины», «“Утиный суп” по-украински».

Родился в Киеве в 1963 г. В 1986 г. с отличием закончил исторический факультет Киевского государственного университета им. Т. Г. Шевченко. Работал в Институте истории Академии наук УССР, Киевском горкоме ЛКСМ Украины и аппарате Верховного Совета УССР. В 1992–1993 гг. — пресс-секретарь Кабинета министров Украины и начальник Главного управления прессы, информации и по связям с общественностью Кабинета министров Украины. В 1993–1994 гг. работал первым заместителем председателя Государственного комитета Украины по делам прессы, издательств, полиграфии и кни-гораспространения. В июле 1994 — декабре 1996 г. — глава Администрации Президента Украины, член Совета национальной безопасности и обороны Украины.

Народный депутат Украины 3–6 созывов. В 2001–2003 гг. возглавлял Комитет Верховной Рады Украины по иностранным делам, имеет дипломатический ранг Чрезвычайного и Полномочного Посла Украины.

В 2002–2005 гг. и 2006–2007 гг. — вице-премьер-министр Украины.

Награжден орденами: Князя Ярослава Мудрого V степени, Богдана Хмельницкого III степени, рядом орденов иностранных государств.

Дмитрий Табачник — автор очерков: «Уроки Второй мировой по-прежнему актуальны», «“Утиный суп” по-украински», «Геноцид как оружие политиков», «Аннигиляция национал-патриотизма», «Ампутация исторической памяти», «Северодонецк-2: преодоление страха», «Унификация духа», «Галицкий шлях от Великой Победы», «Фюрер Украины?», «Мировая с медведем», «Галичанские «крестоносцы» против Украины», «Черное солнце ненависти», «451 градус по Ющенко», «Варфоломеевский сезон Виктора Ющенко», «“Оранжевый” фашизм на марше», «Путь к общенародному Сопротивлению».

Примечания

1

См. доклад «О вероятном сценарии действий США в отношении России в 2006–2008 годах», подготовленный коллективом авторов под руководством В. М. Фалина и Г. М. Евстафьева.

2

См. «Известия в Украине», 1 ноября 2006 г.

3

Данные зарубежных исследователей — французов Франса Меле и Жака Валлена, приведенные в изданной в Париже в 2003 году книге «Смертность и ее причины в Украине в XX столетии», подготовленной с участием украинских ученых Владимира Школьникова, Сергея Пирожкова, Сергея Адамца. В резюме к ней отмечается, что это — точные цифры, добытые «благодаря кропотливому труду авторов по восстановлению реальных показателей демографической ситуации в Украине в рассматриваемый период (гражданское состояние, данные переписи населения, количество депортированных и п< лещенных лиц, статистика ГУЛАГа)».

4

Ленин В. И. Поли. собр. соч., т. 34, с. 146.

5

Так и произошло в 2007 году, когда президент В. Ющенко в нарушение Конституции Украины досрочно распустил Верховную Раду и назначил внеочередные выборы. После них в парламенте была сформирована так называемая «демократическая коалиция» в составе БЮТ и «Нашей Украины — Народной самообороны». Ситуация в стране еще больше обострилась. Процессы фашизации ускорились.

6

Ленин В. И. Поли. собр. соч., т. 32, с. 15.

7

Там же, с. 12.

8

Тезисы выступления на открытом заседании Совета «Украинского форума» «Итоги и уроки внеочередных парламентских выборов», г. Киев, 16 октября 2007 года.

9

Что и подтвердилось в сентябре 2008 года: не прожив и года, коалиция развалилась.

10

Тезисы выступления на открытом заседании Совета «Украинского форума» по вопросу «Обострение политического кризиса в Украине: пути преодоления», г. Киев, 29 мая 2008 года.

11

Тезисы выступления на Международной научно-практической конференции «Украина и Россия: оценка страниц совместной истории», г. Киев, 5 сентября 2008 года.

Content

Крючков Георгий Корнеевич, Табачник Дмитрий Владимирович
Фашизм в Украине: Угроза или реальность?

От авторов

Правомерно ли говорить об угрозе фашизации в Украине?

I

II

Ill

Как расчищалась почва для «помаранчевого» переворота

I

II

Ill

IV

V

VI

Чего ожидать стране от «помаранчевой» власти?

Грядет диктатура… Если ее не остановить

Можно ли построить демократическое, правовое государство без честной, правдивой власти

Без уважения к конституции, к законам страны невозможно преодолеть политический кризис

Решительно противостоять попыткам извратить отечественную историю

Извлечь уроки из трагедии Цхинвала

Уроки второй мировой по-прежнему актуальны

«Утиный суп» по-украински

Геноцид как оружие политиков

Аннигиляция национал-патриотизма

Ампутация исторической памяти

Северодонецк-2: преодоление страха

Унификация духа

Пролог Третьего рейха

Церковь крови и церковь для покоренных

От Церкви без церкви к Украине без Украины

Галицкий шлях от великой победы

Фюрер Украины?

Мировая с медведем

Галичанские «крестоносцы» против Украины

Черное солнце ненависти

451 градус по Ющенко

Варфоломеевский сезон Виктора Ющенко

«Оранжевые» используют религию для дестабилизации Украины

Удар по болевой точке

Национально-поместный бред

Власть против верующих

Апогей невменяемости

«Оранжевый» фашизм на марше

Путь к общенародному сопротивлению

Об авторах

Примечания