Сказание о Небесной Искре. Том 2

Глава 56. Поглощая сущность льда

На великие сотни верст до самого виднокрая простирались равнины. Некогда прекрасные, зеленые, наполненные свободой, но не сейчас. В пятнадцати днях пути от границ княжества Иса, что входит в Русский Каганат, расположилось огромное множество палаток, шатров и домов, что построены лишь десяток лет назад. Земля здесь будто лишена всей жизненной силы, а растения давно увяли. Такова была природа демонических искусств. Они медленно вытягивали энергию из всего сущего.

Жизнь кипела, как и в любом другом городе. Из кузниц доносился лязг металла, торговцы выкрикивали о своих товарах. Быт кочевников не сильно отличался от быта других людей, по крайней мере на первый взгляд.

Вдалеке возвышалось исполинское деревянное здание, увешанное металлическими щитами и копьями. На переднем карнизе гордо висел самый большой щит, на котором изображен металлический трезубец Тамга — знак царственного дома хазар, а чуть выше свирепое мужское лицо. Тенгри — небесный дух, покровительствующий этому народу и единственный из Великого Пантеона, кто ступил на путь оскверненной культивации.

От крыши домов и шатров тянулись тканевые полосы, с теми же изображениями, что и на щитах. Они опоясывали все здания в этом импровизированном городе, который возвели всего за несколько лет.

В этот день, как и в любой другой Вирхор находился в главном зале царственного дома. Тучный мужчина средних лет с длинными, собранными в хвост темными волосами. Его кожа отличалось смуглостью, даже на фоне других хазар.

Каган Вирхор, несмотря на пылкий нрав и жажду завоеваний был мудрым правителем, поэтому согласился на шаткий мир с Русскими княжествами. Ему казалось, что сил каганата недостаточно, чтобы растоптать сразу четыре великих государства.

Вирхор сидел на маленьком коврике с закрытыми глазами. Энергия бурлила в нем, но ему никак не удавалось пробиться. Этап Начертания Рун сильно отличался от других, ведь в нем не было четких стадий. Каждая руна, что ты открываешь в себе должна быть добыта самостоятельно, путем долгого познания своей сути и сути вещей.

Каган открыл глаза и, наконец, увидел терпеливо ожидающую его в другом конце зала девушку.

Она была прекрасна и изящна, словно веточка вишневого дерева и имела будоражащие ум контуры тела. Черты ее лица заставляли многих мужчин смущенно отводить взгляд. Всем своим неподражаемым видом, она подтверждала статус дочери Кагана. Ее янтарные глаза были непередаваемо глубокими и содержалась в них какая-то лисья хитрость.

— Отец. Вы закончили?

Вирхор нахмурился.

— Ты же знаешь, Сати, на подобные попытки может уходить, как несколько часов, так и несколько недель. Не стоило ждать меня здесь. В чем дело?

— Мама совсем перестала есть. Она хочет, чтобы ты ей помог, отказывается принимать еду от слуг.

— Что поделать. Эта женщина слишком уж любит меня, чтобы не видеть хотя бы пару раз в день. Она даже гарем мой разогнала, коварная женщина!

С некой досадой в голосе он поднялся, собираясь направится в опочивальни.

В дверь раздался стук. Не дожидаясь ответа, они отворились и в основной зал вошел высокий мужчина в ламеллярном доспехе. За ним вошли еще десяток мужчин, одетых точно также, а остальные полсотни остались снаружи. Единственным отличием первого был шлем с бармицей, навершие которого украшено тремя красными перьями.

— Захария! Мой дорогой бек. Не сейчас, у меня неотложное дело. Если только в двух словах.

Мужчина снял шлем. Его коричневые глаза отразили легкую насмешку.

— Двумя словами не обойтись, каган Вирхор, или точнее сказать, бывший каган! — его голос, грубым эхом прокатился по залу царственного дома.

— Что это значит, Захария? Тебе мало должности заместителя кагана? Как ты смеешь так разговаривать с моим отцом! — Сати сделала шаг назад, коснувшись клинка на своем поясе, чем вызвала улыбку у бека.

— Люди недовольны. Мы слишком долго держим перемирие. Пора уже раздавить этих Русов. Наши практики могут возвышаться только благодаря энергии, которая появляется во время кровопролитных битв. Всем не нравится этот застой. Поэтому военным советом решено сместить тебя с поста кагана.

Сати обнажила свой меч и сделала было шаг вперед, но Вирхор ее остановил, отрицательно кивнув.

— Иди к матери. Защищай ее.

Девушка кинула несогласный взгляд на отца, но все же, послушно кивнув, убежала, а мужчина обратился к остальным.

— Видимо стоит снова указать тебе твое место, Захария. Ты забыл, как в прошлый раз, после поединка, ползал передо мной на коленях?

— Ох, мой великий Каган, увы, в этот раз все иначе. Начинайте.

Воины вышли из-за спины Захарии образовав полукруг. Багровый туман медленно появился в их руках, соединяя каждого человека.

— Формация Заточения! — вскрикнул один из воинов.

Вирхор не успел собрать свою энергию. Туман рванул к нему со скоростью молнии и опутав все тело запечатал внутренние жилы.

Захария медленно подошел к бывшему кагану и тяжелым ударом ноги опрокинул его на пол. Он наклонился к нему и оскалился.

— Теперь я Каган! Я поведу хазар к великим победам и уж точно не буду трусливым правителем как ты!

— Ты не посмеешь!

Бывший каган пытался собрать свою энергию, чтобы высвободиться, даже прокусил язык, выплюнув под ноги кровь, но ни одну из запретных техник использовать не удавалось.

— Не старайся, старик. Эта формация сделана моими лучшими воинами. Даже ты не совладаешь с ней. Через неделю я заберу твою душу, а дочь использую в качестве печи для культивации. Кто знает, если она будет достаточно хороша, я сделаю ее своей восемнадцатой женой.

Захария рассмеялся, после чего выпрямился и громко произнес для всех собравшихся воинов и тех, кто находился снаружи.

— Да начнется новая эра. Эра завоеваний Хазарского каганата!

— Ты редкостный засранец!!!

Взрывная волна, пронеслась вперед, поднимая вверх снег. Нова поджала под себя лапы и со страхом в глазах сделала два шага назад. Девочка перед ней внушала ужас своей яростью.

— Я терпеть тебя не могу! Как ты вообще посмел так со мной поступить?

Длинный прямой меч пролетел в паре пальцев от лица Ивора. Он едва успел отклониться. Взрывные волны гремели по всему внутреннему миру. Если бы не Венец Пожирающих Бурь, то Звездочка бы точно его убила. Но пока судьба была на его стороне.

Валькирия, едва открыв глаза начала орать и метать в него снежные глыбы, выдернутые из его, между прочим, внутреннего мира.

— Да я сама тебя в Хельхейм отправлю, прежде чем ты себя угробишь. Про таких знаешь, как говорят? Ты не поверишь в смерть, пока не увидишь свою погребальную ладью. Во имя Одина! Да как можно быть таким тупоголовым?

Очередная волна пронеслась мимо Ивора. Он чудом успел упасть, прокатившись прямо к ногам злобной Звездочки. Он знал, что Валькирия не навредит ему.

Девушка смотрела в его глаза пару мгновений, а потом отвесила тяжелую пощечину.

— Как мы будем тебя возвращать… Ты же… — голос Звездочки дрогнул. — Сфера сожрет тебя всего.

Снова занеся руку, она бессильно опустила ее на грудь парня.

Ивор шагнул вперед и приобнял ее.

— Успокоилась? А теперь послушай. Мы что-нибудь придумаем, правильно? Придумывали до этого, придумаем и сейчас. Сфере я просто так не отдамся. И эмоции верну. Это не главное. Ведь я добыл для тебя перо.

Валькирия знала, что Ивор делал это ради нее, но она не думала, что он будет готов пожертвовать своими чувствами, чтобы достать всего один артефакт из тринадцати. Она чувствовала, как совесть выгрызает дыру у нее в груди. Звездочка стояла в его объятиях, все больше понимая, что кроме этого человека она сейчас никому не нужна.

— Пообещай!

— Ну чего еще?

— Что больше никогда так не поступишь. Мы с тобой путешествуем вместе, а значит и решения принимаем вместе, понял? Прислушивайся ко мне иногда! Мне более семиста лет, уж что-что, а знаю я точно больше, чем ты в свои жалкие семнадцать!

Ивор пожал плечами.

— Многовато обещаний я уже тебе дал. Но да навь с ним. Одним больше, одним меньше. Обещаю.

Она стукнула его ребром ладони в лоб, потом отстранилась и пошла за шкатулкой, попутно погладив Нову.

— Что теперь? — Ивор вопросительно поднял бровь. — Съешь его?

— По-твоему проклятья снимаются путем сжирания чего-либо? Деревенщина блин. Смотри!

Звездочка открыла деревянную крышку. Ее обдало теплым свечением пера. Спокойно взяв его в руки, она перенесла перо перед своей грудью и отпустила. То осталось висеть в воздухе.

Положив обе ладони с разных сторон, она выпустила небольшую часть оставшейся в ней энергии и обволокла ей перо. Пламенная энергия Жар-Птицы взорвалась внутри шарика, созданного Звездочкой. Она клубилась и переливалась, будто солнце, заточенное в стеклянный шар.

Наконец энергия стала затихать, открывая для Валькирии истинную силу пера.

— Только сняв первый защитный слой пера можно получить доступ к ее природной силе. Если этого не сделать, то я в своем нынешнем состоянии, да и ты тоже, превратились бы в пепел.

Перо ярко засияло и проникло в грудь девушки, окутывая все ее тело пламенными линиями. Все это действо закончилось через некоторое время. Валькирия мило улыбнулась.

— Хорошее перо, качественное. Усвоилось даже лучше, чем я предполагала.

— И что теперь, чувствуешь какие-то улучшения?

— Хм…

Звездочка медленно разгоняла в себе энергию, проверяя, сколько сил она может безболезненно использовать.

— Примерно ранняя стадия Древа, может до пика даже, но не больше. Я даже смогу на несколько мгновений проявить себя в реальном мире. Но не советую просить меня об этом, ибо я опять впаду в глубокий сон. Кстати об этом!

Она подошла и еще раз треснула Ивора по затылку. Тот демонстративно ойкнул.

— Там, где не нужно, ты очень даже талантлив! Кто за пару дней может выучить, пусть и сотую часть от основы, но заклинания из Старшей Эдды? Не зная языка и техники выполнения. Как ты вообще это сделал?

— Не уверен, что могу объяснить. Я просто обратился к сфере, услышал ее голос, как будто. Она подсказала мне, куда смотреть и как поступить.

Девушка вздохнула. Неужели Морозная сфера Абсолютного льда содержала воспоминания предыдущего владельца? К сожалению, узнать это можно было только подчинив ее полностью, что Ивор сможет сделать совсем не скоро, а пока…

— Ты же понимаешь, что сфера паразитирует на тебе. Она не помогает, а скорее использует тебя, как носителя. Да, она признала твои возможности и пока не будет трогать физическое тело, но что касается эмоций, души, энергии в конце концов.

— Получается, ты тоже паразитируешь на мне? — саркастический тон Ивора показался Звездочке грубым.

Но она знала, что это все влияние сферы, поэтому снова треснула парня по лбу.

— Что ты планируешь дальше?

— Уже через пять дней мы отправимся в руины за тридевять земель. Это продлится восемь дней. Потом в Ису. Глава Ледяных Истин решила сделать меня своим личным учеником. Думается мне, есть у нее на то причины. Но пока не знаю, какую выгоду она хочет с меня поиметь. В любом случае, как сказал Держимир, Зимницкая вполне может входить в пятерку сильнейших практиков континента, а значит, благодаря ей я стану сильнее.

— Тц… Твоя аура так и притягивает женщин. И что они находят в тебе…

— Ну, знаешь. Я красивый. — Ивор картинно поправил длинные волосы, чем вызвал усмешку Валькирии.

— В любом случае, идея хорошая. А теперь выметайся, мне нужно поправить свои внутренние каналы, чтобы новые потоки энергии не рассеялись так быстро.

— Это вообще-то мой…

— Иди уже!

Ивора будто силой выдернуло из внутреннего мира. Все это время он лежал в комнате гостевых резиденций, отведенной для него. Это юноша еще не сказал Валькирии про княжескую дочь, которая им заинтересовалась.

Запустив руку в пространственную сумку, Ивор выудил оттуда пучок Хрустальной Травы, пять Духовных Камней высшего качества, несколько пучков целебных трав и небольшую колбу с прозрачной жидкостью, в которой наблюдался серебряный осадок.

Он уже пересмотрел все «дары», которые принесли ему после турнира. Среди них находилось много полезных вещей, которые в большинстве своем были от академии Ледяных Истин.

Аккуратно разложив перед собой все предметы, он вынул из бездонной сумки светло-голубой орб. Он исходил легкой полупрозрачной дымкой, которая касалась рук приятным холодком. Внутри клубилось нечто, похожее на густой дым, а снаружи на орбе был начертан едва видный символ Истока.

В этом предмете заключена самая чистая ледяная энергия. Без единой примеси. Элементальная сущность, добытая опытным практиком и заключенная в орб.

Такая сущность была особенно редкой и стоила около тысячи Духовных Камней высшего качества. На такие сбережения можно спокойно купить целую деревню и у тебя останутся средства чтобы снабжать ее провизией еще целый год.

Вот только это касалось других элементов. Что касается элементальной сущности с атрибутом льда, тут не все так однозначно.

Ледяные элементали были самым слабым типом магических существ, достать их сущность и заключить в орб мог бы даже практик средних стадий Возведения Арконов. Однако, такие орбы не пользовались спросом, ведь практиков льда на континенте было меньше всего, да и те, не отличались силой или высокими амбициями. Но, несмотря на свою слабость, элементальная сущность льда все же чрезвычайно редкая, потому что помимо малого количества элементалей льда была еще одна проблема. Их тяжело найти.

Если бы такая сущность была хоть немного полезнее и подходила другим практикам, или же практиков льда было больше, то цена на такой ледяной орб взвинтилась бы до небес.

Ивор помнил наставление Лешего еще в самом начале пути. «У тебя возникнут огромные трудности при переходе на этап Возведения Арконов. Нужен кто-то, кто будет контролировать твою духовную энергию, кто-то с противоположным элементом, иначе случится беда!». Он задумчиво вздохнул. Сейчас, находясь на стадии Солнечного Ядра (9) он как раз был в нескольких шагах от этапа Возведения Арконов, а значит необходимо найти помощника с элементом огня, чтобы двигаться дальше.

Поглотив сущность, он не сможет прорваться, однако, останки элементаля направлены не столько на энергию, сколько на ее контроль и понимание.

Вначале он поглотил энергию Духовных Камней, выжимая их до остатка, чтобы расширить свой внутренний резервуар. Потом растер Хрустальную Траву, добавив туда несколько согревающих и целебных трав. Бережно пересыпал в миску, заливая заранее приготовленным кипятком. Используя внутреннюю энергию, он напитал отвар, раскрывая силу Хрустальной травы. Выпаривая примеси, он повторил процедуру еще раз, а после влил туда жидкость с серебряным осадком и залпом выпил получившееся варево.

Ивор закрыл глаза, представляя бездонную ледяную пещеру. Стены в ней, сталактиты, пол, все было из чистого льда. Даже воздух пропитывала ледяная энергия. Юноша представил, как идет по этой пещере, полностью растворяясь в потоках энергии. Он отдал свое тело во власть великих законов Мирового Древа.

Отдал, чтобы потом их нарушить.

Ведь в этом и состоит путь культивации. Его путь.

Нарушать законы Мирового Древа. Идти против воли Великого Созидательного.

Набрав грудью побольше воздуха, он очистил свое сознание и резко вжал элементальную сущность в свою грудь.

Тело завибрировало, заставляя Ивора покрыться ледяной испариной. Конечности начали неметь, а кости пропитываться холодом. Энергия в его жилах резко подскочила, циркулируя все быстрее. Она проходила от головы к сердцу, от сердца к его мужскому началу, и снова возвышалась к голове. Каналы начали набухать, сдерживая огромный напор ледяных сил. Но сердце в противовес этому замедлило свой ритм.

В его сознании он все еще находился в пещере. Тяжелый ветер заставлял промерзать даже его внутренности, но юноша упорно боролся со стихией.

Внезапно энергия взвинтила вверх, заставляя его жилы вибрировать. Грудью он почувствовал, что вот-вот совершит прорыв. Не отвлекаясь и не задавая лишних вопросов самому себе, он направил энергию к своему сердцу. Барьер задрожал, начал трескаться, позволяя Ивору лишь слегка почувствовать то, что было за ним. Но то, что он ощутил удивило его. Если бы сфера не забрала эмоции юноши, он бы пребывал в глубочайшем шоке, ведь то, что находилось за узким местом в его энергетических уровнях не было этапом Возведения Арконов.

Это была новая, доселе никому неизвестная…

Десятая стадия этапа Формирования Солнца.

Глава 57. Путешествие за тридевять земель (1)

Только на начало пятого дня Ивор открыл глаза. Простыня под ним была полностью мокрой от его пота.

Элементальная сущность дважды чуть не убила его, полностью останавливая сердце. Теперь он представлял, что пришлось пережить Кейре. А учитывая, что элементаль льда был в разы слабее элементаля ветра… то, что при поглощении Кейра выжила, можно считать чудом. Ивора же спасла его тщательная подготовка и глубокая концентрация.

Сейчас он чувствовал себя обновленным раны, полученные на турнире, полностью затянулись, оставляя после себя лишь несколько шрамов, но что важнее…

— Десятая. Их же всего было девять. Ни в одной книге не было упоминания о десятой стадии, ни названий, ни намеков.

Своим энергетическим восприятием он прошелся по всему телу. Жилы его были не просто укреплены, они походили на стальные каналы, которые могли бы выдержать энергию десяти практиков на этапе Возведения Аркона. Более того, водный узел под сердцем тоже укрепился. Киноварное поле юноши проводило через себя энергию намного плавнее и охотнее, нежели раньше.

Ивор протянул перед собой руку. Ледяная энергия вырвалась из его пальцев, принимая нужную ему форму. Отклик был моментальным. На тот момент он не знал, но такой контроль над внутренней энергией был столь же высоким, сколь контроль практика на поздних стадиях Возведения Арконов.

Он ощущал, что теперь может распространить свою морозную ауру на целую версту. В пять раз больше, чем раньше. Тело парня тоже окрепло, все говорило о том, что оно медленно готовится к перестройке и очистке, которая происходит во время Возведения Арконов.

«Звездочка!»

«Рангрид! Чего тебе?»

«Есть пара важных вопросов и мне нужен твой великий семисотлетний жизненный опыт»

«Тц…»

«Во-первых, взгляни на мою культивацию, странно, что ты не заметила сразу. Я не прорвался к первому Аркону, но тем не менее совершил прорыв, как вообще такое возможно?»

«Я не следила пристально за твоим поглощением сущности, у меня знаешь ли были и свои де… Погоди, что ты сказал? Прорыв? Ты совершил прорыв?»

Ивор почувствовал, как Звездочка пристально исследует его своим божественным чувством.

«Ты поражаешь меня все больше. Как ты можешь быть обычным человеком? Я могла понять твои выходки с энергией, ведь ты владеешь Сферой, но это. Твое тело необычное. При том, что его совсем не отличишь от обычного человеческого, но расположение твоих внутренних каналов сейчас…»

«Жил»

«Да, ты называешь их жилами. Ивор! Твой отец.»

«Ну привет, спустя почти два с лишним года после знакомства ты решила поднять этот вопрос?»

«Нет-нет, дело не в этом. Твой отец — самый настоящий бог! И если раньше я сомневалась, то теперь нет. Видишь ли, обитель богов населяют не только боги. Ты должен понимать, что, будучи всемогущими, божественные сущности часто выбирают себе смертного партнера, просто из интереса, ведь они могут себе это позволить, но не суть. Детей, родившиеся от таких союзов, называют частицами бога. В них содержится какая-то особенность, присущая богам. Это может быть улучшенный контроль элемента, сам элемент, если он редкий, невероятная крепость тела, предрасположенность к божественным артефактам, но ты… Если ты действительно сын бога, почему тебя не оставили в обители, а выгнали за ее пределы, в земное царство».

Ивор выжидающе молчал, он практически не дышал, не желая спугнуть Звездочку. Она впервые говорила, четко и ясно, без загадок и недомолвок. Девушка продолжала бормотать в его голове, скорее даже не для него, а для себя, рассуждая вслух.

«Может ли быть так, что суть твоего тела проявилась только сейчас… Тогда это многое объясняет. В тебе не увидели потенциал, поэтому не позволили остаться. Хм, но не может быть, чтобы ты обладал этим путем культивации в полной мере».

Валькирия замолчала, надолго, прикидывая в голове разные варианты. Вскоре она решила что-то для себя, в очередной раз тщательно осматривая парня, и, по каким-то соображениям совести, решила все же донести свои выводы до Ивора.

«Твое тело отличается от тела обычных смертных, а именно расположением внутренних каналов, как я уже сказала. Такое расположение присуще лишь божественным частицам. Хотя твои узлы, даже незажженные все еще не адаптированы, но в царстве богов ты мог бы стать самым слабым практиком, который моет полы в одной из обителей… на нижнем ярусе. При этом, обладая телом божественной частицы, ты не имеешь ее особенности. Но, совершенно точно, один из богов — твой отец».

«Вот как, значет я как свеча, которая долго собирала тепло, а потом наконец решила зажечься. Интересно. Чем отличается десятая стадия от первого аркона? Я получается сильнее практиков Формирования Солнца, но все еще слабее тех, кто на этапе Возведения Аркона?»

«Не совсем так. Поскольку божественные частицы имеют более высокий потолок развития и энергия их куда плотнее той, что используют в мире смертных, то и развитие их подразумевает большее количество этапов. На десятой стадии, как бы это странно не звучало, ты будешь равен по плотности и количеству энергии практику на втором Арконе. При этом физически ты будешь уступать. Ведь на втором Арконе тело окончательно укрепляется и даже десять практиков на Этапе Формирования Солнца не смогут пробить физическими атаками практика на втором Арконе».

«Значит все-таки Небесная Искра…»

Ивор о чем-то задумался, он задавался различными вопросами, среди которых был вопрос и про Кейру. Если она тоже божественная частица, то почему она здесь, в земном царстве. Звездочка все еще была удивлена. Теперь ее смущал факт нахождения Ивора в мире смертных. С такой силой как сейчас он и правда был бы поломойщиком. Но его упорство и скорость развития быстро подняли бы его статус. Другой вопрос, что божественные частицы начинают культивировать в три года, а в пятнадцать лет уже находятся на пике поздней стадии выращивания Духовного Древа.

«Второе, это мой узел.» Продолжал Ивор. «Помнишь тот, что зажегся огнем. Я хотел силой поменять его элемент, и он пропал. Вместо него теперь пустое место, которое затягивает энергию, которую я в него посылаю. От него никакой пользы. Только один раз он преобразовал мою энергию, делая ее чище и увлеичивая в три раза»

Звездочка задумалась, шумно хмыкая.

«Я не могу тебе сказать, что это. Еще никогда не встречала чего-то подобного. И, думаю, ты вряд ли найдешь ответ в мире смертных. Так что тебе придется изучить этот вопрос самому».

Юноша прогнал от себя ненужные мысли, решив разобраться с этим позже.

«Этот прорыв станет отличным подспорьем в будущем. Пора готовиться к выходу. Сегодня откроется портал».

Стоя у окна Лучезар смотрел, как восходит солнце. Он обдумывал свои решения. Правильно ли он поступил? В любом случае, Лилия не сильно расстроилась, когда не получила перо, оно ей и не нужно было. Но вот то, что Лучезар не привел к ней новую игрушку после пробуждения ей не понравилось.

Юноша вздохнул. С годами желания сестры становились все более сложными, а характер требовательным. Но это не давало причин, чтобы он любил ее меньше. Однако, каждый такой случай порождал в его душе частичку сомнения.

Он снова прокрутил в голове недавний разговор с сестрой.

— Лилия, пойми, я лучше возьму с собой учителя, он не раз бывал в портале за тридевять земель и знает, что делать. Там очень опасно.

— Я иду с тобой. Это не обсуждается. Если ты меня не выберешь в качестве спутника, то забудь о разговорах со мной навсегда.

— Но ты не понимаешь. Даже воздух там пропитан тяжелой энергией потерянной эры. Она в разы плотнее и жестче. Не говоря уже об опаснейших магических зверях.

— Ох, мой милый принц, как же ты не поймешь. Если эта Пламенная принцесса чего-то хочет, то она это получает. Что ж, раз мой Любимый братец не хочет мне помочь, придется просить помощи у отца.

— Постой! Я возьму тебя с собой. Но пообещай, что будешь всегда рядом, чтобы в случае опасности я мог тебя защитить.

— Посмотрим.

Снова прозвучал тяжелый вздох. Кажется, ему не удастся сконцентрироваться на сборе духовных трав и поиске артефактов. Вместо этого придется защищать сестру.

Поправив Пламенный Июль и подцепив на руку Засушливый Март, он вышел из комнаты.

В северной части Маяты за городскими стенами располагалась обширная плоская долина. Это место совершенно отличалось от наполненной внушительной энергией столицы Крадова княжества. Атмосфера здесь была спокойной и умиротворенной. Даже звуки ветра сливались в приятную мелодию.

В полдень долину посетила группа людей. Этой группой были представители различных академий, что заняли первые десять мест в Турнире Четырех. Каждый испытывал некое волнение, особенно те, кто впервые собирались войти в руины города потерянной эры. Их глаза сияли так, будто перед ними на расстоянии вытянутой руки стоял неведомый противник.

В этой долине располагался портал, который ведет в обитель тридевятых земель.

Огневед встал перед всеми и объявил.

— Вскоре появится вход. Прежде чем это произойдет, мне нужно напомнить вам о некоторых правилах. Портал в тридевятые земли может принять максимум двадцать пять человек одновременно. После входа в руины вы будете оставаться там в течение восьми дней. Спустя это время каждый из вас независимо от его воли будет телепортирован обратно. И лишь одна вещь способна помешать этому. — Крадовский князь холодно улыбнулся. — И это смерть.

Практики слушали его внимательно, ведь то, что Крадово княжество допустило других до входа в тридевятые земли было само по себе грандиозным событием. Нужно было соблюсти все правила и осторожности, чтобы вычерпать как можно больше выгоды и этого похода.

— Не стоит думать, что в руинах содержутся только невероятные сокровища. Это место неизмеримо опасно. Если вы забудете о своей безопасности и пойдете на поводу у жадности, то можете погибнуть. Пространство тридевятых земель невероятно велико и еще никто не смог исследовать их до конца. Кроме того, из-за странных энергетических потоков каждый раз это место меняется. Поэтому карты тут бесполезны и бессмысленны. Чем глубже вы будете входить в руины, тем выше опасность. Если ваших сил недостаточно, не стоит испытывать удачу. Сезоны внутри также нестабильны. Иногда можно застать теплую весну или прохладное лето, но если мы встретим суровую зиму, то исследование в разы усложнится.

Во время разговора, за спиной Огневеда медленно стала появляться рябь. Звук, похожий на треск поленьев в печи раздавался в разные стороны. Пространство искажалось все больше, подобно бурлящему потоку. Оно усиливалось и вращалось на высокой скорости, пока не сформировалось в огромный вихрь, потоки которого втягивались внутрь, создавая завывания ветра. В конце концов вращение начало замедляться, а когда полностью остановилось, то стало черным порталом, который плавал в воздухе.

— Каждый раз, когда мы входили в эту область, там терялось по три, четыре человека, которые не смогли вернуться. Проход будет активен в течение получаса. Согласно результатам турнира, первым войдет Лучезар и его спутник.

Княжеский сын кивнул отцу и вместе со своей сестрой скрылся в портале.

Ивор наблюдал за этим спокойным взглядом.

— Ты раньше когда-нибудь использовал пространственные перемещения? — Держимир не сводил глаз с портала.

— Не доводилось. — безразлично пожал плечами юноша.

— Тогда крепко держи себя в руках, и, свой желудок тоже.

Огневед кивнул в их сторону, объявив, что второе место также может войти в портал.

Таинственное чувство охватило Ивора, когда он шагнул внутрь. Живот скрутило так, будто он вот-вот выйдет через рот. Ледяной воздух окутал его тело, и он неосознанно задрожал. Через один вдох перед ним открылась изумительная картина.

Пробирающий до костей ветер нес за собой снег, заполняющий все небо. Гладкое, подобно зеркалу, ледяное пространство простиралось на далекие версты, а за ним была горная цепь, покрытая снежными шапками. Самый высокий пик возвышался далеко за облаками, так что невозможно было его разглядеть.

Град с огромной скоростью несся с неба на землю, подгоняемый холодным ветром. Если бы практик, ниже девятой стадии Формирования Солнца ступил сюда, то точно получил бы множество ссадин от ударов этих градин, хорошо если не смертельных.

Ивор и Держимир накрыли себя защитным пологом.

Наставник академии Восходящего Солнца был потрясен до глубины души. Ивор же задумчиво пробормотал.

— Так вот значит, как выглядят тридевятые земли. А где же сами руины?

— Говорят, что их еще нужно найти. Вообще, тридевятые земли — это целая область, а Тмутаракань, это город, который затерян где-то тут. Кажется, мы не очень удачливы. Встретить зиму здесь, это, пожалуй, самое опасное, что можно придумать. Найти руины будет еще сложнее, чем рассказывают.

— Как насчет остальных? Где они?

— Портал нестабильный, поэтому каждого вошедшего он отправляет в разные части тридевятых земель. Что ж, в любом случае, так даже лучше. У каждого больше шансов найти что-то интересное. Хотя я здесь совсем не ради сокровищ. Скажи мне юноша, ты нуждаешься в моей помощи и защите?

Ивор заметил добрые намерения наставника, но также понимал, что он преследовал свои цели, поэтому отрицательно махнул головой.

— Не стоит волноваться, думаю я справлюсь сам.

Держимир добродушно улыбнулся и, покрыв себя огненным маревом скрылся из вида.

Ивор направился вперед. Он шел больше часа, но видел только бесконечные снежные равнины и заполненное снегом небо. Это совсем отличалось от набитого редкими сокровищами и экзотическими растениями леса, что он себе представлял, когда заступал в портал. Кроме того, он знал, что здесь должны находится магические и духовные звери, но прошагав так долго он не встретил ни единого следа.

— Что ж, видимо я пришел сюда не сокровища искать, а страдать от холода.

«Строение этого мира очень странное». Пробормотала Звездочка.

«Странное?»

«Этот мир создан людьми, при этом чрезвычайно высокого уровня. Он существовал достаточно долго, поэтому появление нескольких Небесных сокровищ не будет чем-то странным. Может даже удастся встретить Звездное. Что странно, подобный мир не должен появляться в таком месте. Это не то, что могли бы создать практики на ваших нынешних уровнях развития».

«Вероятно, какой-то сильный эксперт из потерянной эры создал его, ты знаешь что-нибудь? Тебе ведь целых семьсот лет!».

«Ты бы завязывал паясничать. Эта семисотлетняя Валькирия ведь может и отморозить тебе твои причиндалы!»

Ивор усмехнулся, но все же ждал ответа на вопрос.

«То, что вы называете потерянной эрой, произошло более пяти тысяч лет назад. Ни я, ни любая другая Валькирия не знает об этом ничего. Только одним богам известно, что было во время потерянной эры. Вообще удивительно, что люди пронесли память об этом сквозь столько поколений».

«Ты упомянула о Небесных сокровищах, что это значит?»

«И правда деревенщина, не знать таких базовых вещей. Любое оружие или артефакт имеет четкую ранжировку, от низшего к самому сильному. Земное, как правило, в такой иерархии слабейшее. Это самое качественное оружие, выкованное смертными и ядра обычных зверей. Далее идут Лунные, Небесные, Звездные и Солнечные классы оружия и предметов. Они создаются высокоуровневыми практиками и артефакторами, которые вкладывают огромное количество энергии в свои творения. Солнечное оружие может составить конкуренцию даже практику на поздней стадии этапа Начертания рун. Не говоря уже о том, что оно адаптируется под силу владельца. Выше Солнечного класса есть Рунические и Божественные предметы, но такие можно встретить только в обители богов. И не говори потом, что эта Валькирия тебя не просветила!»

Ивор медленно кивнул, запоминая важную информацию.

Внезапно его восприятие обострилось.

«Ты чувствуешь это, Звездочка?»

«Да, кажется кто-то идет за тобой. Один человек»

Ивор пытался всмотреться сквозь плотную зимнюю метель, но она слишком сильно ограничивала обзор.

Глава 58. Путешествие за тридевять земель (2)

Лилии удалось скрыться от брата еще в самом начале, едва они вышли из портала. «Глупый братец, он будет только мешать со своим кодексом чести. Как хорошо, что он еще носит кольцо, которое я ему подарила. Так он не сможет почувствовать мою энергию и не найдет меня раньше времени, хи-хи». Девушка мысленно посмеялась и развернула свое восприятие внутренней энергии.

Оставалось только найти свою новую игрушку, а там, дело за малым. Конечно, он, как и любой другой мужчина, не устоит перед ее природной красотой и соблазнится, а она наконец испытает, насколько крепок его лед и сломает его, расплавит, но прежде, конечно, насытится его болезными стонами. Правда были и чувства, которые она не совсем понимала. Если бы девушка лучше разбиралась в себе, она бы поняла, что это были задатки восхищения несгибаемой воле и жажде поединка ледяного юноши.

Среди столь яростно бушующей зимы найти ледяную энергию было чрезвычайно сложно, тем не менее Лилия уловила легкое дуновение, как будто остаточный запах едва коснулся ее носа. И она направилась вперед.

Спустя несколько часов она уже вышла из себя.

«Сколько можно идти по этой снежной пустыне. Холодно, из-за ветра ничего не видно. Ох, как же я отыграюсь на тебе! Только вот найду».

Наконец где-то далеко замаячил силуэт человека. Едва видная тень среди снежной бури.

«Ну наконец-то! Что… какого черта ты убегаешь? Ах, ты, проклятая ледышка!»

Лилия использовала технику движения и рванула вперед.

«Можешь определить, насколько силен преследователь?»

«Первый Аркон, точно не меньше».

Ивор задумался. Не было желания тратить время на случайные битвы. А чутье подсказывало, что преследователь за этим к нему и направляется.

— Ну, нет, я сваливаю. — пробормотал он, скорее для себя.

Ивор рванул сквозь метель в чрезвычайно быстром темпе. В таких условиях движение других практиков было бы сильно затруднено, но он не чувствовал никаких проблем. Наоборот, он мог черпать силы из снега и льда, чтобы быстро восстановить свою внутреннюю энергию. Поэтому с большой скоростью он скрылся в порывах ветра и снежинок.

— Тебе не сбежать! Лучше сразу остановись и отдайся мне!!!

Раздраженный женский голос раздался далеко позади. Ивор быстро оглянулся, наконец понимая, кто его преследователь. Он обнаружил фигуру, которая постепенно приближалась.

«Так значит сестра Лучезара. Хм, это может стать проблемой»

«Как же, очередная девка, которая невесть каким образом сойдет по тебе с ума! Великая проблема».

«Тц…»

Ивор вскинул руку, заставляя снег впереди быстро собраться в единый поток, образуя шар морозно-синего цвета.

«Я все еще не уверен, что могу сражаться с практиком первого Аркона, толком не освоившись на десятой стадии. Бой с Лучезаром мне отчетливо показал силу второго этапа. Веда я победил только благодаря Звездочке, значит мой выбор верный».

С оглушительным звуком шар рванул в сторону летящего на Ивора силуэта и взорвался. Сам же он использовал Морозное Мерцание.

Благодаря поглощению элементальной сущности и вхождению на скрытую десятую стадию Формирования Солнца число шагов в состоянии ледяного ветра увеличилось с трех до двадцати, что было огромным ростом силы.

Юноша продолжал двигаться прямо на север. Бежал, куда глаза глядят. Он не знал, что ждет его впереди, но точно знал, что у него на хвосте сидит злобная девчонка. Его техника ни на вдох не замедлила ее. Видимо для практика первого Аркона Ивору надо использовать атаки со всей доступной ему силой.

Вокруг существовали только безграничные заснеженные равнины и ледяная буря. Никаких духовных зверей и в помине не было, что уж готовить о сокровищах.

Чем дальше уходил Ивор, тем больше лед и снег под его ногами утолщались, поднимаясь все выше. Погоня длилась около четырех часов, но он не чувствовал даже намека на усталость. Чего нельзя было сказать о Лилии.

Девушка расходовала много сил, на поддержание тепла своего тела. Для огненного практика подобные условия были сущей навью. Ее игрушка почувствовала преследование и стала убегать, как трусливая крыса. Морозный шар снега, запущенный в ее сторону Лилия с легкостью отклонила. «Да он должно быть шутит! Что за унижение. Думаешь такая атака меня остановит?» Чем дольше она бежала за ним, тем больше злилась. А злость, как известно, отличное топливо для практиков огня.

Она была тверда и решительна. Убегающая жертва порождала в ее душе некий азарт.

Ивор двигался прыжками мерцания в двадцать шагов, прерывая их пятью обычными шагами. Казалось, пейзаж вокруг совершенно не меняется, однако, у него просто не было времени рассмотреть, как следует то, что находилось рядом.

Чем севернее он двигался, тем больше искажался воздух вокруг. В очередной раз появившись после Морозного Мерцания он понял, что под ногами нет твердой земли. Лед треснул слишком быстро, открывая под ним дыру.

От неожиданности он даже не успел что-либо предпринять и просто полетел вниз.

Холодный каменный пол встретил его тело твердым ударом.

Ивор тут же подскочил, оглядываясь по сторонам, но видел только темные каменные стены.

«Что за… Куда меня угораздило свалиться?»

«Кажется, это и есть руины затерянного города. Ты все это время ходил по ним сверху. То-то я думаю, что за странное чувство, будто под землей тяжелые источники энергии».

«И ты все это время молчала?»

«Я и сама не до конца понимала. Город окружен защитной формацией, которая укрывает его от чужих глаз. Видимо кто-то очень боялся, что его обнаружат. Помимо отдельного измерения, созданного для этого города, эксперт сделал еще и формацию. Но за столько тысячелетий она сильно прохудилась, местами истончилась так, что можно провалиться внутрь. Собственно, поэтому я и чувствовала, пусть и не до конца была уверена. Теперь понял, почему?»

Звездочка неодобрительно фыркнула и замолчала.

Юноша медленно ступил вперед. В то же мгновение по полу прошел импульс энергии, зажигая множество факелов. Помещение, как оказалось, совсем небольшое, со стенами, которые имели неестественный уклон, сужая пространство к верху. Из помещения был единственный выход, не считая того, через который провалился Ивор, там лестница круто спускалась вниз. Едва нога юноши опустилась на верхнюю ступеньку, энергия снова прошла по каменному полу и стенам, зажигая факелы.

Времени подумать не было. Сверху чувствовалась приближающаяся огненная аура. Поэтому Ивор двинулся вниз.

Второе помещение выглядело больше, все те же стены с уклоном, каменный пол, никаких предметов. Еще на этаж ниже Ивор наконец обнаружил некоторую мебель, местами каменную, местами деревянную, которая вполне неплохо сохранилась. Еще шесть этажей спустя он оказался в большом зале, где стены и потолок были украшены расписной резьбой. На стенах висели картины, изображающие причудливых животных и людей в свободных одеяниях. Некоторые из картин показывали сцены жестокой битвы людей и каких-то неведомых сущностей, которые пришли с неба.

Тяжелая деревянная дверь, казалось, была тем самым выходом из странного здания. Открыв ее, Ивор по-настоящему изумился.

Перед ним предстал древний Гиперборейский город, о котором ходят сказания на всей территории Северных Увал. Циклопические каменные и деревянные сооружения похожие на пирамиды подпирали верхушкой большой ледяной купол, который сиял мягким голубым светом. Многие из них были наполовину разрушены, на земле всюду лежали каменные глыбы, куски замерзшего и, уже неизвестно сколько лет, гниющего дерева. Кругом царила устрашающая тишина, которая могла заставить любое сердце трепетать.

На дорогах меж сооружений стояли исполинские столбы, со множеством рун и неизвестных символов, а их верхушку украшали вырезанные из дерева головы животных, некоторые из которых были неизвестны Ивору. На мгновение он засмотрелся на голову чудовища с длинным, подобным хвосту носом и изогнутыми к небу бивнями. Судя по резьбе, животное было огромным, а всю голову покрывал густой мех.

Внезапно дверь здания, откуда вышел Ивор с треском вылетела, а из него вышла озлобленная Лилия. Она позволила себе лишь несколько секунд замешательства, поскольку руины древнего города не могли не потрясать душу. Но, силой подавив восхищение, она перевела взгляд на Ивора. Она хотела сначала подчинить его, а потом уже можно заняться исследованием города.

Ивор развернулся, и уже было хотел использовать Мерцание, но девушка вскрикнула.

— Стой! Не убегай, погоди.

Ее тон не был злобным, скорее уставшим.

— Так, а зачем ты бежишь за мной? Не догоняй, я и не буду убегать.

— Но ты должен принадлежать мне!

— С какого перепугу?

— Потому что я Пламенная Принцесса. Все, что я захочу, принадлежит мне. А еще, я бесконечно красива! Ни один мужчина не устоит передо мной и обязательно захочет пресмыкаться.

— Ну, знаешь ли, я тоже хорош собой.

«С каких пор ты стал таким самовлюбленным?» Хохотнула в голове Звездочка.

Девушка запнулась. Такой наглости при обращении к ней еще никто не смел выказывать.

— Ты станешь моей игрушкой! Это не обсуждается. Или ты так и собираешься убегать от меня, пока портал не вернет нас обратно?

— Если потребуется, то да. Ты себе напридумывала там что-то, а мне расхлебывать! На кой хрен я тебе сдался, а?

Лилия едва слышно зарычала. Теперь ее голос снова обретал озлобленный окрас. Но, будучи способной держать себя в руках, она внезапно вскинула брови, будто придумала нечто гениальное.

— Заключим пари? Как насчет права поединка? Если я тебя выиграю, то ты будешь принадлежать мне! Все же лучше, чем постоянно бегать!

— Нет. — отрезал Ивор. — Почему я должен вступать в заведомо сложный бой, наградой которого является то, что и так принадлежит мне?

Девушка явно забыла, что, чтобы заключить пари, нужно предложить что-то выгодное для оппонента.

— Если выиграешь ты, то я отстану от тебя. — нехотя сказала она.

— Мне и так неплохо. Я пока удачно от тебя убегаю. — безучастно ответил Ивор, пожав плечами.

Юноша уже собрал внутреннюю энергию и собирался прыгнуть, как раз в двадцати шагах от него был угол здания, за которым он мог скрыться.

Но Лилия, заметив это поняла, что снова придется гоняться за ледяным практиком, который был достаточно быстрым, чтобы не давать ей сокращать дистанцию. Ее достала эта многочасовая беготня, поэтому она выпалила не думая.

— Если победишь ты, то я буду принадлежать тебе!!!

Ивор остановился, хитро оскалившись.

Звездочка завопила.

«Ты серьезно? Нет, ТЫ СЕРЬЕЗНО? Какой же ты бабник!»

«Да тихо ты. Я выменяю ее рабство у ее же отца за бешенное количество ресурсов, смекаешь? А ресурсы дадут мне возможность быстро поднять культивацию. К тому же во дворце всяко найдется какая-нибудь пламенная девчонка, которая поможет мне в достижении этапа Возведения Арконов».

«Она на первом Арконе, а ты едва десятую стадию открыл как ты ее побеждать собрался? Ты еще не готов»

«Ну, я чувствую, что она слабее Веда и Лучезара. Шансы может и есть».

Вслух же он сказал.

— Хорошо, договорились. Проиграю — я весь твой. Выиграю — ты станешь моей рабыней.

«Идиотина…»

Лилия осеклась. Бес дернул за язык поставить на кон свою свободу. Но в то же время, как она может проиграть какому-то ледяному практику, пусть даже и такому талантливому.

Она собрала внутреннюю энергию. Ее кулаки покрылись белым пламенем. Об этом мало кто знал, ведь Огневед тщательно скрывал способности своей дочери. Иначе, это породило бы взрыв удивления и негодования. В семье Крадовского князя оба ребенка имели невероятный талант. С одной стороны, Лучезар, отмеченный богом, обладающий истинным элементом Перуна. С другой, Лилия, которая открыла в себе редчайшее белое пламя, обладатели которого появляются раз в сотни лет.

Девушка сложила знак Крада. Струящийся огонь взмыл вверх, и со взрывом образовавшийся столб пламени упал на Ивора.

Только в тот момент его уже не было на прежнем месте. Появившись на двадцать шагов дальше, он оставил несколько ледяных копий в качестве защитной стены и снова отпрыгнул назад.

Лилия отцепила с пояса толстый кожаный хлыст с металлическим наконечником. Он моментально покрылся белым огнем. Легким взмахом она разбила ледяные копии и увидела, как Ивор убегает, сверкая пятками. Девушка закричала.

— Нечестно! Мы с тобой решили сражаться, а ты все равно убегаешь!

— Правильная позиционка, это тоже часть боя!

Ивор упал на землю, прокатившись на спине в одну из дыр в здании.

Огненный хлыст тут же ударил по стене, та разлетелась в щепу, образовывая дыру побольше. Девушка зашла внутрь, но тут же припала к земле.

Ледяные иглы воткнулись в стену над ее головой.

— Что за грязные трюки! Сражайся со мной также, как с братом! Честно и изо всех сил!

— Так уж вышло, я не бью женщин. Только пугаю.

Голос юноши раздавался отовсюду. Эхо отражалось от стен громадного темного зала. Лилия почувствовала, как энергия льда уходит в противоположную часть, там же раскрылась дверь.

«Даже я бы подгорела от такой нахальности». Звездочку явно веселило происходящее.

Ивор выбежал с другой части дома, снова оказавшись на широкой заснеженной дороге. Лилия выскочила за ним. Она настигла Ивора кончиком хлыста в спину, но разбилась очередная ледяная копия.

— Как же ты бесишь!

Пробежав еще несколько улиц Ивор прижался спиной к стене. Он пытался придумать, как ему одолеть противника, не поранив. Ибо его отец всегда говорил, если мужчина ударил женщину, то он более не мужчина. Это правило, как и остальные, данные отцом он свято чтил у себя в сердце.

«Интересно, все принцессы такие капризные?»

Звездочка хотел ответить, как внезапно почувствовала нечто ужасное.

«Уходи отсюда! Быстро!»

Огромная изумрудная тень появилась высоко вверху. Она помчалась вниз, как молния, и была размером с одно из этих громадных зданий, которых вокруг бессчетное количество. Исполинская пасть зверя, усыпанная пугающими зубами широко распахнулась у него за спиной.

Ивор со всей силы рванул вперед, пытаясь избежать атаки, но опасность не миновала. Спереди показалась другая широкая пасть, которая громко клацнула зубами.

Очередная ледяная копия была уничтожена. Точнее, пережевана существом.

В этот момент Лилия наконец нагнала Ивора. Тогда же раздался оглушительный рев.

ГРОООООО!!!

Изящные брови девушки поднялись вверх, а глаза были заполнены удивлением, что граничило со страхом.

Поскольку она видела змея.

Огромного трехголового змея с крыльями!

Прямо сейчас это чудовище пыталось поймать Ивора, который вполне удачно петлял меж головами, но никак не мог скрыться от твари.

Чешуя существа отражала изумрудный свет, как будто многочисленные зеленые змеи плясали в движении. Ужасающе внушительное давление трех бесподобно больших голов парализовало ее.

«Ивор! Нужно бежать! Ты не справишься. Это чудовище обладает силой, сравнимой с ранней стадией Выращивания Древа».

Юноша то исчезал, то появлялся, используя Морозное Мерцание. Его инстинкты были на высоте, а мышцы напряжены до предела.

«Что это за существо, Звездочка?»

Валькирия замялась. Кажется, она совсем не хотела говорить.

«Я не знаю»

«Ты врешь! Что это за тварь, скажи мне».

«Если пообещаешь, что убежишь, то я отвечу».

«Говори!»

«Это… отпрыск Нидхёгга, великого змея, грызущего Мировое Древо. Один из самых слабых. Думаю, это далекий потомок некогда сильного существа, что оставили здесь на страже, но, так как энергия этого места со временем иссякает, то и существо слабеет».

«Великий змей? Так это его костный мозг тебе нужен?»

«Угу».

«Уж не знаю, великая ли это удача, что мы нашли второй артефакт здесь, или же великое несчастье, ведь эта тварь мне не по зубам».

Тем временем Лилия все еще не двигалась. Впервые в жизни ее сковал страх. Настолько, что тело предательски не слушалось. В ее голове звучал голос отца, а также возникали тексты прочитанных книг и услышанных легенд. Огромное трехголовое существо с длинным стреловидным хвостом и тяжелыми когтистыми лапами. Крылья, которые затмевают солнце, пасти способные перекусить за мгновение огромного упитанного тура. Чешуя, которая в отражении солнца мигает изумрудным цветом. Все указывало на то, что перед ней существо из древних сказаний.

— Змей-Горыныч… — едва слышно прошептала она.

Глава 59. Путешествие за тридевять земель (3)

«Поспеши и убегай! Чем дальше ты уйдешь, тем лучше!»

Мощная аура, исходившая от Великого Змея, заставила Ивора чувствовать огромную опасность. Он послал свою руку вперед, образуя бушующий поток ледяной энергии. Все его тело покрылось льдом, и он бросился в атаку на Змея.

«Что ты делаешь? Я же сказала тебе бежать!»

«Я не отвяжусь от него просто так, нужно хоть немного ослабить это чудовище»

Дыхание каждой из голов сотрясало воздух. В сравнении с огромным телом твари, маленькая фигура Ивора была подобна снежной бабочке.

Внезапно одна из пастей раскрылась, извергая бушующий огненный вихрь. Вторая в этот момент проделала тоже самое. В мгновение ока два пламенных смерча достигли колоссальных размеров и неслись в сторону юноши, который выглядел на их фоне не больше, чем травинка.

Ивор отскочил назад, крутанув руками, со сложенными знаками Истока. Вокруг него поднялась бушующая морозная буря, вбирающая в себя окружающий снег. Вокруг была его стихия, а значит он был сильнее, нежели в своем обычном состоянии.

Морозная буря достигла размеров одного из огненных смерчей.

Раздался оглушительный звук, который, казалось, потряс весь мир и взорвался в воздухе.

Эти три шторма столкнулись в воздухе, заставляя пространство яростно содрогаться. Ближайшие дома были уничтожены, превращены в плоскую землю. Но какой бы сильной не была буря Ивора, она противостояла двум огненным смерчам одна и вскоре начала сдавать позиции, медленно поглощаясь ими.

В этот момент очнулась Лилия. Руки и ноги снова стали подвластны ей. Душа разрывалась на части. С одной стороны, хотелось броситься бежать, а с другой… У нее был статус Пламенной принцессы и определенная репутация, которая не позволяла подобных действий. К тому же, этот парень, что без страха бросился сражаться с существом из Сказаний, не испытывая ни капли страха или сомнений. Он точно должен принадлежать ей!

Внутри девушки все больше и больше разрасталось мощное и всепоглощающее чувство. Страх перерос в нечто большее, неопределенное и необъятное. Это чувство заставляло сердце девушки трепетать.

Она ринулась вперед, взмахнув хлыстом. Ее хаотично бушующее белое пламя вырвалось полумесяцем вперед, разрезая один из Огненных смерчей и сжигая его. Атрибут белого пламени имел невероятно высокую температуру и был способен сожрать любой другой огонь.

Произошел еще один взрыв, отчего все вихри растворились, но в воздухе все еще витали остатки энергии.

Горыныч выпрямился и в очередной раз взревел, выпуская свою силу. Снег плотной завесой поднялся в воздух. Импульс, внушающий ужас заставил землю дрожать.

Лилия встала рядом с Ивором, глядя на чудовищную силу Змея.

— Я думала, что Змей-Горыныч — это всего лишь сказка. — безучастно сказала она, будто пыталась сама себя в этом убедить.

— Горыныч значит, ну вот, более знакомо, а то все Нидхёгг, да Нидхёгг. Предлагаю временное перемирие, пока не найдем способ сбежать от этой змеюки.

— Какое перемирие? Ты мне не ровня, чтобы мир заключать. Просто я, как правильная принцесса забочусь о целостности своих вещей! А ты, моя будущая вещь. Будет жаль, если ты сломаешься от чего-то другого, нежели от моих рук.

— Ла-адно. — Ивору в целом было плевать, что она там думает, главная проблема была совершенно иной. — У меня есть кое-какая идея, но мне нужна твоя помощь. Создай сгусток пламени. Такой мощный и горячий, какой только сможешь!

— А смысл? У нас конкурирующие стихии, мы не сможем сделать формацию.

Змей открыл две пасти, в которых начала собираться огненная энергия. Средняя голова все еще бездействовала, только скалилась, обнажая множество острых, словно иглы, зубов.

Мощь этой атаки превосходила силы обоих практиков по отдельности, но вместе они смогли бы ее остановить.

Лилия выпустила свою внутреннюю силу, собирая ее в сферу. Белое пламя переливалось, завихряясь в причудливые узоры. Тем временем, Ивор также собрал свою ледяную энергию.

— У нас только одна попытка, запомни. Как только сферы соприкоснутся, завяжи потоки энергии на мой лед, я сделаю также, но с другой точки. Если все получится, то мы создадим ледяной огонь! Главное создать непрерывный цикл обмена двух элементов. — Ивор в точности повторил все то, что только что сказала ему Звездочка.

— Этого не существует в природе! Это против законов Мирового Древа. Почему ты думаешь, что у нас есть хоть один шанс?

— Я не думаю. Я знаю.

Едва сферы соприкоснулись, Горыныч уже выплюнул два огненных шара, которые сплелись в диком танце, образуя самый настоящий метеорит, объятый плотнейшей энергией этапа Выращивания Духовного Древа.

Ивор резким движением столкнул свою сферу со сферой Лилии, их руки соприкоснулись, что заставило сердце девушки как-то непривычно сжаться, затаив свое биение.

Ее прежние чувства нахлынули еще большей волной, заставляя глаза помутнеть.

Успешно столкнувшись две стихии образовали одну сферу, которая имела бело-голубой цвет. Она полетела вперед, намного медленней, чем метеоритный удар Змея-Горыныча.

Вся энергия в этом Ледяном пламени была строго упорядоченной и направленной. Необузданный огонь и крепкий спокойный лед создавали нейтральную зону, которая была направлена лишь на одно. На уничтожение.

Столкнувшись два элементальных шара слились воедино и взорвались, откидывая противников в разные стороны. Окружающие дома либо пылали огнем, либо были заморожены.

Чудовище заревело с новой силой. И этот рев был оглушающим и настолько сильным, что, казалось, из ушей вот-вот пойдет кровь.

Тем временем Лилия вспыхивала все больше. И даже крик Змея не сбил ее с этого настроя. Прикосновение, создание таинственной формации, страх, жажда битвы, желание победы. Весь этот калейдоскоп чувств взорвал ее энергию до невиданных ранее высот. Глаза девушки побелели, а волосы вспыхнули языками пламени.

Она знала это. Глубоко в душе верила, что способна пробудить в себе легендарный Боевой Раж. Тот, о котором рассказывал ей отец. Только Огневед из всего княжеского рода за последние две тысячи лет мог использовать эту технику. Когда неописуемые сильные эмоции завладевают сердцем, запас энергии возрастает в два раза, аура становится плотнее. Практик, благодаря одним лишь взрывным эмоциям способен шагнуть вперед на целый этап, правда на небольшое количество времени. Огневед раньше дорожил дочерью, потому что был уверен, что с подобной эмоциональной нестабильностью, как у него в детские годы, лишь она сможет пробудить Боевой Раж.

— Ха-ха. ХА-ХА-ХА-ХА!!! Давай, Змееныш, я покажу тебе, что такое настоящая ЭЙФОРИЯ БИТВЫ!!!

Лилия растворилась в воздухе и, словно росчерк белой молнии устремилась в сторону Змея. Скорость ее рывка раза в два превышала ее максимальную скорость до этого. Девушка сложила хлыст и обнажила короткий меч, что находился у нее за спиной. Покрытый белым светом, он ударил в Змея, но лишь скользнул по твердым чешуйкам.

Тяжелый удар хвостом откинул девушку назад. Она прокатилась по земле добрых тридцать шагов, но тут же, вспыхнув с новой силой бросилась вперед.

Ивор также побежал за ней, формируя в руках плотные сгустки ледяной энергии, но то, что произошло дальше, заставило его остановиться.

Девушка снова напала на правую голову. В этот раз удар ее меча содержал всю доступную ей силу. Если бы такой удар пронзил практика на поздней стадии Арконов, то этого было бы достаточно, чтобы забрать его жизнь.

В этот раз меч глубоко вошел в шею Горыныча. Но это не вызвало никакого страха со стороны чудовища, он лишь оскалился. Но мгновением позже осекся. Послышался жалобный вопль правой головы, которая начала яростно извиваться.

Треск огня раздавался все сильнее и сильнее. Цепочки белого пламени начали скапливаться с оглушительным звуком вокруг одной из голов, пока не объяли ее всю. Резкой вспышкой она исчезла, не оставляя после себя даже пепла.

Змей истерично закричал. В этот момент наконец проснулась средняя голова.

Открыв пасть, она изрыгнула поток воды, который словно цунами, снес Лилию обратно на землю и полностью потушил ее огонь.

С громким шипением в воздух поднялся густой пар.

Весь этот процесс едва ли занял больше пяти вдохов. Всего за несколько мгновений девушка на стадии первого аркона уничтожила одну из голов магической твари на ранней стадии Духовного Древа. Все произошло так быстро, что Змей толком не успел среагировать.

Девушка все еще находилась в состоянии Боевого Ража и крепко сжимала короткий меч, но требовалось время, чтобы снова разжечь пламя.

В этот момент чудовище снова вытянулось вперед, собираясь совершить яростную атаку по беззащитному противнику. Лилия не могла двигаться. Ее изящное тонкое тело не было способно выдержать такие огромные количества энергии. Нужно было немного передохнуть.

Горыныч полетел сквозь плотную завесу пара, а Лилия зажмурилась, не надеясь уйти, как вдруг послышался треск.

Линия изморози обогнула ее и перед ней появилась твердая спина Ивора.

— Ледяная Жатва!

Юноша скрестил руки, складывая пальцами два знака Истока. От его тела с огромной скоростью потянулись ниточки льда, которые цеплялись за влагу, содержащуюся в паре. Ломаными линиями они направлялись к Змею, атакуя с разных сторон.

К сожалению, этой атаки недостаточно, чтобы проткнуть прочную чешую, но ее хватило, чтобы отсрочить атаку. Змей свалился на землю.

Все еще под действием техники княжеского рода Лилия переполнялась калейдоскопом чувств. А это ведь именно он был причиной этого пробуждения. С самого начала турнира, когда появился интерес и до нынешнего момента, когда злость, страх, азарт и кровожадность смешались в ней, даруя невиданное счастье и удовлетворение.

— Хорошая… Хорошая игрушка. Хи-хи — ее голос отдавал нотками безумия.

Ивор повернулся к Девушке, чтобы помочь встать.

— Самое время убежать. Тварь ослабла, нам нужно…

Внезапно из уже рассеявшегося пара появилась средняя голова Змея.

Она рванула вперед, а зубы сомкнулись.

«ИВОР!!!» Звездочка закричала. Ей не хватило времени, чтобы среагировать.

Зато хватило у Лилии, инстинкты которой сейчас были возведены в абсолют.

Она оттолкнула Ивора в сторону, так, что он отлетел шагов на десять. Но самой ей не удалось избежать острых зубов существа. На правой руке девушки появился глубокий порез от плеча до самого предплечья, который тут же позеленел и изошелся кровью.

— Черт!

Ивор даже не успел сообразить, что произошло. Он прыгнул с помощью мерцания к девушке и, подхватив ее на руки отскочил подальше от Змея. Тот только сейчас начал медленно подниматься.

— Мы же противники! Какого черта ты делаешь? — Его недоумевающий взгляд смотрел на девушку, которая моментально ослабела. Силы утекали из нее прямо на глазах.

И в этот момент.

Впервые с момента, как он отдал свои чувства сфере.

Он почувствовал неоднозначный укол в своем сердце. Юноша не знал, что за чувство это было, но ему и не нужно было. Одного отголоска этого ощущения было достаточно, чтобы понять, он живой, настоящий. Его человечность все еще там, глубоко внутри.

Азарт Лилии медленно затухал в ее глазах.

— А я ведь просто… хотела поиграть.

Перед глазами неслась ее короткая жизнь, летела словно падающий сокол на охоте. От этого момента, далеко назад, в прошлое.

— А я ведь просто хотела поиграть!

Маленькая девочка с огненно-рыжими волосами, смотрела своими огромными изумрудными глазами на отца.

— Да, конечно доченька. Видишь эти деревянные манекены, представь, что это игра, тебе нужно сжечь их дотла.

Юная Лилия пробудила элемент уже в четыре года. Даже по меркам княжеской семьи это необычайно рано. Уже тогда князь отдал все свои силы на ее тренировки. Огневед хотел вырастить всесторонне сильного практика.

Девочка жгла. Каждый день. По десять раз. В ее глазах пылало пламя снова и снова, пока это не стало частью ее жизни.

— Это и есть игра. А все, что горит — твои игрушки. Видишь?

Очередная деревянная кукла воспламенилась.

— Да папа, я вижу. Все что горит, мои игрушки!

— А теперь постарайся порадоваться, когда сжигаешь их. Ведь это очень весело. Твои эмоции должны достичь пика, чтобы пробудить Эйфорию битвы.

Несколько лет спустя девочка так и не продвинулась в освоении пламени, а Боевой Раж не проявился. Ее сверстники давно догнали девочку по развитию культивации. Тогда открыл свой элемент и Лучезар. Пусть он и сделал это поздно, но зато это была тягучая молния, истинный божественный элемент. Тогда-то Огневед полностью переключился на тренировки сына, полностью забыв о Лилии. Матери тоже не было особого дела до дочери, она утопала в праздной княжеской жизни. Конечно, отец исполнял все прихоти своей дочурки, но это было скорее формальностью. Как только Огневед понял, что Лилия не обладает особенной силой, он перестал ее любить.

— Но я хочу играть.

— У меня нет времени, Лилия! Поиграй сама!

Она играла. Сама. Только в этот раз ее игрушками были не деревянные куклы. Впервые она подожгла маленькую синичку. Птица корчилась от боли и испускала болезненный свист. Лилии нравилось это. Ей никто не объяснил, что убивать — плохо. Она знала одно. Все что горит — ее игрушки.

Перья тлели и у второй, потом у третьей птички. Через какое-то время она отлавливала уличных животных, это продолжалось до тринадцати лет. Потом, она впервые попробовала поджечь человека.

— Игрушки, они так мило горят. А если жечь не все сразу, а начать, например, с рук, они очень мило кричат. Эти песни такие красивые. Песни человеческой боли.

В конце концов, когда Лучезар повзрослел и обратил внимание на то, что его сестра очень неуравновешенна и видит многие вещи иначе, он уже не мог повлиять на нее. Было слишком поздно. Поэтому он старался свести к минимуму ее тягу к жестокостям, заменяя ее, на созерцание. Он дрался так часто, как мог, чтобы не дать сестре сжигать людей самой, но это еще больше сместило ценности девушки.

Сейчас же, последнее, что Лилия увидела перед глазами, это ее игрушка, которую она не хотела просто так сжигать. Так бывает, когда находишь очень ценную вещь. Ты дорожишь ей и не хочешь сломать. Она знала это. И думала, что может поиграть с этой вещью как-то по-другому. Девушка подставила руку под пасть Змея инстинктивно. В этот момент она не думала. И даже она сама не знала, были то ее глубокие, неизвестные чувства, или же развитые благодаря Боевому Ражу инстинкты.

«Кажется, она умрет». Спокойно сказала Звездочка.

«Что ты сказала?» Сердце Ивора снова ёкнуло, но в этот раз намного слабее будто эхо далекого отголоска.

Тогда еще он этого не понимал, но именно взрывные эмоции Боевого Ража коснулись его сердца. Необъятная сила княжеской техники была настолько необузданной, что смогла пробудить в его спящей душе отголоски былой человечности.

«Зубы всех Великих Змеев имеют тяжелый яд, токсичность которого может убить, даже если практик будет на пару этапов выше самого зверя. Теперь ее внутренняя энергия полностью отравлена. Она умрет. Как и ты, если не уберешься отсюда. Сейчас все еще есть шанс. Вступая в битву с отпрыском Нидхёгга тебя ждет лишь смерть».

«Но…»

Тело Ивора резко встало, выпуская всю свою духовную энергию. Лед обволок его, а в руках образовался тяжелый двуручный меч.

«Что ты делаешь? Ты сошел с ума!!!» его действия заставили Звездочку побледнеть от страха.

— Я не сошел с ума! — вслух проговорил Ивор и стиснул зубы. — Я не позволю ей умереть. Она попала в беду, защитив меня от смерти. Это я должен был сейчас лежать отравленным грузом. Я не позволю ей вот так умереть! Помоги мне, Звездочка!

«Если я использую свою энергию, то снова уйду в спячку на несколько дней, а как проснусь, то еще долго не смогу использовать свою энергию. Ты понимаешь, что я не буду тебе помогать очень долгое время!»

«Понимаю. Но я предпочту умереть от когтей этого Змея, чем знать, что не вернул долг, заплаченный жизнью! Поэтому прошу, помоги мне».

«И с каких пор я должна защищать твоих баб…» Звездочка шумно выдохнула.

Горыныч наконец поднялся и со свирепым рыком распахнул свою пасть. Комок плотного огненного вихря полетел в сторону Ивора и Лилии.

«ЗВЕЗДОЧКА!!!»

Глава 60. Великий Кузнец Потерянной эры

Огненный смерч Змея-Горыныча казался чрезвычайно мощным. В это время Лилия была уже без сознания, что делало ее полностью беззащитной. Если атака настигнет девушку, то мгновенно испепелит ее тело. Сил Ивора явно не хватило бы, чтобы остановить столь мощную атаку.

Только когда бушующий огненный ураган приблизился на расстояние в два шага, силуэт маленькой девочки возник перед ним. Легким взмахом руки смерч был с легкостью отражен обратно в Горыныча с большей скоростью, чем прежде.

Горыныч встрепенулся от проявления столь превосходящей силы.

Просто обычная ладонь без какого-либо признака энергии отразила его бушующий огонь. Может энергия этой маленькой девочки и была на одном уровне с Великим Змеем на данный момент. Но зверь чувствовал, что истинный уровень существа перед ним превосходила его, как минимум на три этапа. Такой боевой опыт и столь крепкое физическое тело не поддавались иному объяснению. И это на самом деле пугало. Гнетущее бесформенное давление. За всю свою жизнь зверь не испытывал такого страха. Сейчас он ощущал себя пылинкой перед бескрайним океаном.

Звездочка смотрела на Змея. Ее чистый взгляд был безразличным, но наполненным жаждой убийства. Она протянула указательный палец вперед, указав им на Змея.

— Как жаль, что столь слабый отпрыск Нидхегга, который даже разговаривать не способен, заставляет тратить меня драгоценные силы, которые я так долго копила. Если бы не твой костный мозг, я бы ни за что не вышла. Ивор, уж будь добр, извлеки и обработай, как следует этот предмет, не дай моей вылазке пропасть зря.

Девочка нарисовала легким взмахом дугу в воздухе. Без каких-либо знаков. В этот момент узкая полоса светло-голубого света внезапно возникла около обоих оставшихся шей Змея-Горыныча.

Мгновение, и тело существа разделилось надвое, следуя вдоль голубой полосы света. Змеиные глаза широко раскрылись и замерли, уже более не способные двинуться снова.

Ни шума, ни звуков свирепой битвы, Горыныч даже не испустил предсмертного хрипа.

После убийства Великого Змея лицо Звездочки моментально стало пепельно-белым. Она укоризненно посмотрела на Ивора. Ее белые одежды затрепетали, а тело снова обратилось в перчатки.

Некоторое время спустя в голове юноши прозвучал досадливый голос.

«Перчатки все еще смогут создавать тебе дополнительный резервуар энергии, но на мою помощь с циркуляцией можешь не рассчитывать. Используй свое киноварное поле. Даже не думай, что я смогу вмешаться снова в течение следующих пяти месяцев».

В виде перчаток на руках Ивора и с сознанием во внутреннем мире каждую секунду своего существования Звездочка боролась с Венцом Пожирающих Бурь. Если бы она хоть на пару минут ослабила свой самоконтроль, то проклятье безустанно начало бы пожирать ее энергию, сокращая жизнь Валькирии.

Ивор почувствовал тяжелый вздох девушки без сознания, что покоилась у него на руках. Она все еще была жива. Но силы быстро покидали ее тело.

Только сейчас ему довелось вблизи рассмотреть Лилию. У нее было очень красивое лицо, черты которого дышали абсолютной изысканностью. Несмотря на скверный характер, она выглядела хрупкой и нежной девушкой. Тонкие и четкие брови, жемчужная кожа, усыпанная у носа редкими веснушками. И во всем этом великолепии, которое явно не должно сгинуть вот так, неизвестно где, ее тело медленно холодело.

Поскольку Ивор был сыном волхва, он смыслил в разных аспектах жизненных наук, среди которых была и медицина. Пусть у него и не было специальных глубоких знаний, он все равно мог видеть, что жилы девушки хоть и целы, но энергия в них заражена смертельным ядом. Не осталось ни капли огненной энергии, которую бы не затронула токсичная слюна Горыныча. Даже пламенный узел сердца девушки был заражен. Кажется, не было ни единого способа спасти ее.

К тому же, утратив свои силы, Пламенная принцесса больше не могла поддерживать тепло своего тела, поэтому ее внутренние органы медленно замерзали.

Ивор осмотрелся и увидел недалеко одно из громадных зданий, которое чудом осталось целым после битвы со Змеем. Видимо, его стены были плотнее и крепче, нежели стены других зданий. Взяв девушку на руки, он направился к нему.

Внутри было темнее, чем он ожидал, факела не зажглись, но зато намного теплее чем снаружи. Так Лилия хотя бы продержится еще немного, пока юноша не придумает, как можно ее спасти.

В широком зале царила тишина. Завывающий снаружи ветер делал это место каким-то особенно уютным. «Если бы ты не оттолкнула меня, я был бы на твоем месте. Не понимаю, зачем ты это сделала». Ивор смотрел на девушку и не решался выпустить ее из рук. Ее тело было таким легким, будто она весила не больше лебединого пера. Он просто обязан спасти ее. Иначе вечный позор останется несмываемым пятном на его полотне судьбы.

Осторожно подняв одну руку, он покрыл льдом зазоры в деревянной двери, останавливая холодный ветер извне.

Неожиданно скрипучий древний голос медленно раздался за его спиной.

— Хмм… Неужели настоящий практик льда наконец ступил в эти земли?!

Ивор резко обернулся.

— Кто здесь? Кто это сказал?

— Тише-тише, не паникуй. Я всего лишь остаток души, потерявшийся во времени. Слежу за этой землей уже многие тысячелетия. Я не наврежу ни тебе, ни твоей спутнице, ни уж тем более девочке, что сидит в твоем внутреннем мире.

«Звездочка, кто это? Кажется, он видит тебя». Ивор обратился к Валькирии, но та уже уснула, чтобы восстановить силы.

— Мое имя давно затеряно в веках, поэтому ты можешь звать меня Великим Кузнецом.

Ивор поднял голову, посмотрев по сторонам. Зал все еще хранил полумрак, отчего нельзя было увидеть обладателя таинственного голоса.

Юноша вдруг почувствовал, как тяжелая, как гора аура опустилась на его плечи. Она покрывала весь зал, словно небо, покрывающее землю. Глубина этой ауры превосходила все, что чувствовал ранее Ивор. То была абсолютная власть, поглощающая разум.

— Остаточная душа Великого Кузнеца? Может ли быть так, что это вы создали это измерение? Но для чего?

— Верно, это действительно я. Божественная эра давно закончилась, Истинные Боги должны были быть стерты с лица земли, их сила до сих пор тяжелым грузом лежит на плечах всех существ. Но мы не были готовы к такой эпохальной вещи, как удар Истинного Божества. Я спрятал свой город в это место, чтобы сохранить его людей, но увы не успел. Так много времени я провел здесь один. Временами мелькали люди, но все они владели природой огня. Огненные люди не достойны говорить со мной. Когда я был жив, то оставил четкие указания. И вот наконец, спустя тысячи лет я нашел первого практика льда.

Ивор завороженно слушал историю, пусть и многое не понимал. Наконец он нашел нужный вопрос.

— Вы говорите, что являетесь лишь остатком души, получается сами вы погибли? Тогда, как вам удалось сохранить этот остаток здесь?

Раздался легкий смех, который больше походил на добродушное веселье какого-нибудь старика.

Наконец свет зажегся. Это было тускло-голубое свечение, которого, впрочем, оказалось достаточно, чтобы Ивор увидел, небольшой пьедестал на котором витал загадочный предмет.

— Наплечник?

Металлическая часть доспеха с подкладкой для плеча, имела небольшой меховой ободок. Навершие наплечника украшал ярко-голубой узор, который сиял и исходил ледяной дымкой.

— Мое, пожалуй, самое великое творение во всей жизни, и последнее. Двенадцатое оружие из серии кладенцов. Студеный Декабрь.

Глаза Ивора расширились. Из всевозможных сокровищ он нашел действительно нечто ценное, кажется удача была на его стороне. Более того, он понял, что все двенадцать орудий кладенцов были созданы одним человеком. Судя по ауре этот Великий Кузнец был невероятным экспертом, ступившим на недостижимые высоты.

— Тогда остальные орудия тоже содержат вашу душу и могут говорить?

— И да, и нет. Видишь ли, будучи первоклассным артефактором и лучшим кузнецом, я решил создать нечто, что затмило бы любое оружие. Предметы, которые проявляли бы свою силу в зависимости от силы владельца. Чтобы они имели неограниченный предел, могли развиваться с хозяином. И только достойный эксперт мог бы раскрыть их потенциал в полной мере. Мои кладенцы были поистине невероятной работой. Самым великолепным творением, воплощением искусства, но… В них не было того, что делало бы эти предметы единственными в своем роде. Поэтому я начал оставлять в каждом орудии частицу своей души. Таким образом орудие получало сознание, позволяющее ему развиваться и совершенствовать свою элементальную сущность, однако не быть достаточно разумным, чтобы составить конкуренцию владельцу. Частица души должна дать орудию возможность оценить и избрать хозяина.

— Поэтому ты и ждешь практика льда, тебе нужен хозяин? Но почему тогда ты говоришь, если остальные имеют лишь клочок сознания.

— Я не успел наделить Студеный декабрь частицей души, как остальные, поэтому он был со мной, когда я погиб. В итоге большая часть моей души осталась в нем в качестве наследия. Теперь я дух далекого предка, заключенный в стенах своего же творения. Тем не менее, как только я выберу достойного хозяина, то смогу освободиться, а частица, что я сформировал в наплечнике за эти тысячелетия будет того же типа, что и в остальных кладенцах, даже, пожалуй, сильнее. И, так уж вышло, что ты единственный претендент за многие тысячи лет.

Ивор ответил не сразу. Его мысли были далеки от испытания для становления хозяином орудия кладенца. После удивления его состояние ума наконец пришло в норму, и он поспешно сказал.

— Вы безусловно лучший кузнец Потерянной Эры. Раз вы были способны создавать целые измерения и подобные артефакты. Тогда… тогда вы должны иметь способ спасти этого человека у меня на руках. Я прошу вас спасти ее. Взамен я готов буду заплатить любую цену!

Наплечник засиял ярче, вероятно осматривая девушку. Затем древний голос сказал. «Она отравлена страшным ядом Великого Змея. Пусть тот змей и не был так силен, как настоящие из моего времени, но этого оказалось достаточно. Сейчас ее жизнь висит на волоске. Вся энергия испорчена токсичным ядом, который уже затронул все ее внутренности и медленно переходит на кости. Я всего лишь остаток души и не смогу спасти ее. Но я знаю способ, который очистит ее организм, а также полностью вернет ее внутреннюю энергию… со временем. Нет, это даже поможет ей сделать колоссальный прорыв.

— Неужели это правда? Тогда скорее, скажите мне этот способ!

— Даже если я знаю этот метод, почему я должен говорить его тебе? Мы с тобой едва знакомы, нет никаких связей между нами, чтобы я дал тебе эту информацию, хотя…

— Хотя что? — в нетерпении выпалил Ивор.

— Если ты покажешь достаточно своих сил и докажешь, что достоин стать моим хозяином, то я не посмею отказать тебе в просьбе. Пойми меня, юноша, я устал. Сижу тут тысячами лет, в заточении. И жизнь давно уже не мила. Мне пора уйти на покой, также, как ушли сотни моих соратников. Подчини меня себе и дай старику отдохнуть.

— Хорошо. — незамедлительно кивнул Ивор. — Я приму это испытание с достоинством.

— Ха! Прекрасно-прекрасно. Но не спеши. Если я хочу освободиться, это не значит, что я признаю хозяином первого встречного. Не жди поблажек. Испытание, что я оставил, будучи жив — это не проверка силы, но проверка врожденного таланта, силы воли и решимости! Как только ты ступишь в мой мир испытания, то выхода будет лишь два. Один — это пройти проверку и получить меня в качестве верного соратника и незаменимого орудия, другой же…

Смерть.

Ивор не дрогнул ни на мгновение. Он внимательно слушал Великого Кузнеца.

— Нет никаких провалов или неудачных попыток. Победа или смерть. Ты по-прежнему согласен пройти проверку?

— Абсолютно!

— А мужества тебе не занимать, ха-ха, что ж, я чувствую, что часть твоей решимости исходит из желания спасти человека на твоих руках. Я открою свой внутренний мир для тебя.

Как только древний голос затих, голубой свет мелькнул перед Ивором и вонзился в каменную стену. Он распространился по ней, формируя портал, наподобие того, через который Ивор и другие попали за тридевять земель.

Ивор не сразу вошел. Он перевел взгляд на Студеный Декабрь и спросил.

— Как долго будет длиться испытание? Я управлюсь за час? Девушке срочно нужна помощь, она не продержится слишком долго.

— Это зависит лишь от тебя. Может несколько дней, может месяцев, а может даже и лет. Но не бойся. Один месяц там равен всего суткам здесь. При этом ваши жизненные процессы замедлятся. Тело не постареет за то время, что вы будете там. Для него время будет идти так же, как в реальном мире.

Брови Ивора дернулись. То есть у него было около семи месяцев на испытание. Но при этом Лилия не выдержит и семи дней. Он уже пытался напитывать ее тело своей энергией, и это значительно замедляло процесс отравления.

Глядя на Лилию, чье дыхание было практически неосязаемым он решительно спросил.

— Могу я взять ее с собой?

— Можешь, но не советую. Чем больше людей проходит проверку, тем сложнее оно окажется. Более того, сложность испытания будет избираться из культивации самого сильного участника и к нему прибавится еще два уровня. Итого твое испытание будет таким, какое оно было бы для практика на третьей стадии Возведения Аркона.

— Я согласен! Мужчина должен принимать решения, когда это необходимо и быть полностью уверенным в них.

После того, как Ивор закончил, он ступил в портал и исчез в нем вместе с Лилией на руках.

В тот же момент зал озарил затянутый смех Великого Кузнеца.

— Забавный ты мальчишка. Даже несмотря на полное отсутствие эмоций и сопереживания, ты свято веришь в свою правду. Ты даже не подозреваешь, что уже прошел первый этап, который определяет мужество и характер. И прошел блестяще. Вот только настоящая опасность тебя ждет впереди.

Юношу встретило заснеженное высокогорье. Все окрестности были усеяны крутыми горами, которые пронзали облачное полотно. Горная гряда опоясывала все пространство, превращая огромные территории в своего рода арену с высокими стенами. Он же стоял на плато, которое было не более четверти версты в длину, в ширину около ста шагов. И не было ни единой тропы, чтобы сойти или переместиться. Лишь высокие горы, скрывающиеся в облаках и крутые склоны, огромный высоты.

Холод стоял такой же, как и в руинах Гиперборейского города. Ивор поспешно вынул из сумки запасной зимний кафтан и бережно укутал Лилию. Та внезапно очнулась.

— Я все… все слышала.

— Ох, не благодари. Потом расскажешь всем, что Ивор возвращает добро оказанное ему сторицей.

— Идиот… — ее голос был слабым и едва слышался среди завываний ветра. — Я лучше сдохну, чем буду терпеть твои прикосновения, а уж… тем более быть спасенной тобой. Несмываемый позор! Отпусти меня!

Запахнув кафтан, он бережно усадил ее на пол и натянуто улыбнулся.

— Послушай, я просто не хочу, чтобы ты сдохла, поэтому будь добра, заткнись и сиди тихонько. Я разберусь с этим дерьмом вылечу тебя и катись куда пожелаешь. Это вообще ты виновата. Если б ваше многоуважаемое сиятельство не преследовало меня, то может мы и не наткнулись бы на ядовитую змеюку.

Лилия тоже имела острый язык и в любой другой день она бы ответила ему так, что уши этого нахала завернулись бы в трубочку. Но сейчас ей даже дыхание давалось с трудом. Девушка злобно рыкнула. Ее глаза медленно слипались. Оставаться в сознании тоже было тяжелым испытанием.

С небес прогремел голос Великого Кузнеца.

«Что ж, добро пожаловать в мой внутренний мирю в этом испытании будет всего три этапа. Сейчас вы находитесь на территории первого. Как только все противники будут уничтожены, вы сможете пройти к месту второго этапа. Желаю вам двоим удачи».

Едва голос древнего эксперта пропал, перед Ивором начали медленно подниматься ледяные статуи. Их было настолько много, что вскоре они заполонили все пространство маленького горного плато.

Глава 61. Бесконечные орды противников

Ледяные скульптуры выглядели, как высокие мощные воины, облаченные в латную броню. В одной руке они держали широкий одноручный меч, в другой небольшой щит круглой формы. Всего тридцать два воина, которые стояли плотно друг к другу.

— Лед? Использовать мою же стихию против меня. Кажется, это будет просто.

Ивор легким движением руки со сложенным знаком Истока провел по всем статуям. Его внутренняя энергия взорвалась, покрывая все горное плато.

Но ледяные воины даже не шелохнулись. Вместо этого трое, что стояли спереди сделали шаг в его сторону.

— Что? Почему не сработало? Они ведь изо льда. Должно было получится, я мог разбить их одним импульсом.

Голос Великого Кузнеца снова раздался в небе, поспешно давая подсказку.

— Думать, что твоего контроля надо льдом достаточно, чтобы разбить моих воинов? Ха! Как самонадеянно. Кажется, тебе придется сражаться.

— Тц…

Юноша растянул клубящийся ледяной дым рукой, образуя из него широкий полуторный меч. Приняв боевую стойку, он внимательно осмотрел врагов. Только сейчас парень заметил, что от этих скульптур исходила аура девятой стадии Формирования Солнца.

Это были тридцать два противника на девятой стадии.

Ивор выругался, замахиваясь мечом. Не дожидаясь трех воинов, он шагнул вперед. Меч с быстротой юной оленихи рванул к противникам. Врезавшись в оружие ледяного воина, который тот выставил, чтобы защититься, он мгновенно разбил его на осколки. Затем, не теряя в скорости меч Ивора вошел в тело. Также легко пройдя через него, он вонзился во второе и затем в третье ледяное существо.

Воины со звоном осыпались на пол.

Сила юноши текла равномерно по всему телу, передаваясь в меч. Его мышцы были напряжены до предела, так, что на руках проступали толстые вены. Он оскалился.

— Телега с отборными тумаками прибыла! Готов разгружать.

Где-то позади едва слышно хихикнула Лилия. Что ж, даже скверная принцесса не лишена чувства юмора. В такие моменты слабости, когда тело отказывается слушаться, разум пытается схватиться за любую ниточку, ведущую к положительным эмоциям.

Ивор не расслаблялся. Он понимал, что противников на девятой стадии ему удалось уничтожить так просто, только потому, что у них отсутствовал боевой опыт и они не были способны использовать внутреннюю энергию. По сути это были лишь сосуды с уровнем физического развития на девятой стадии. И это значительно упрощало задачу.

Не прошло и пары вдохов как следующие воины двинулись в атаку. В этот раз они атаковали впятером. Ивор снова замахнулся мечом, но четверо из пяти удачно пригнулись, избежав атаки.

Словно в диком танце, не останавливаясь и сохраняя силу замаха, Ивор крутанулся вокруг себя и нанес косой удар по одному из воинов, разбивая его на сотни ледяных осколков. Другого он ударил ногой, сталкивая с края плато. На остальных двух было потрачено два четких, выверенных до расстояния пальца удара.

Плато было удобным, для сражения одного против толпы, по прикидкам юноши, они не смогли бы напасть больше, чем всемером.

После разрушения пятерых, еще семь ледяных воинов пошли в атаку. В этот раз они проворно уворачивались от ударов Ивора и даже отразили его удар ногой. Юноша твердым ударом отсек голову троим скульптурам, а воздушная волна от столь сильной атаки разрубила еще троих. Сразу после этого он помчался вперед и в прыжке ударил мечом вниз, располовинивая последнего.

Что-то было не так. Каждая последующая атака заставляла его тратить чуть больше энергии. Но при этом испытание все еще проходило достаточно легко. Предчувствие Ивора не успокаивалось, и он внимательно огляделся.

Очередные воины шагнули вперед. Они были куда проворнее и лучше блокировали атаки юноши. Каждый удар, что он уже показывал не находил цель. Когда он наконец уничтожил еще семерых и успокоил учащенное дыхание в его голову пришло объяснение.

«Они учатся. Приобретают боевой опыт прямо сейчас. И чем больше я показываю, тем сильнее они становятся. Это похоже на адаптацию слабых хищников, вступивших на территорию более сильного. Я не могу показывать слишком много, иначе рано или поздно они задавят меня, но и без этого я не смогу эффективно побеждать».

На этот раз две скульптуры посередине сделали выпад вперед, замахиваясь на Ивора такой же атакой, какую он показал в самом начале, но в тот момент, когда юноша принял их на блок…

Еще две фигуры, словно вспышки молнии мелькнули по обе стороны от него и появились перед Лилией. Они занесли свои мечи над ее головой. В глазах девушки промелькнул страх, но она все еще была слишком гордой, чтобы воззвать к помощи Ивора. Но этого и не требовалось.

Откинув клинки напавших на него скульптур, он рванул назад, на защиту девушки. Точным ударом он снес головы с плеч бесчестным воинам, атакующим принцессу.

Разделавшись с оставшимися, он тяжело выдохнул. Его ледяной меч разлетелся вдребезги.

— Вот же ять! Это было близко. Но все позади, испытание закончено.

Так он подумал, но к сожалению, это было далеко от истины. Осколки разбитых воинов стали собираться обратно, а из-под снега показывались все новые и новые головы. Сейчас, скульптуры, казалось, узнали слабое место Ивора, поэтому множество воинов появилось позади, направляя свои мечи в сторону Пламенной принцессы, которая была не в силах защитить себя.

В любой другой ситуации Ивор бы и бровью не повел, но сейчас у него был груз ответственности, которую он обязан нести. И звали этот груз Лилия.

Его голова продумывала несколько десятков решений, чтобы выйти из этой ситуации, но все они вели к одному исходу, который заставил его картинно вздохнуть.

Юноша подскочил к девушке и легким движением закинул ее на плечо.

— Что ты?.. А ну пусти!.. Как ты смеешь прикасаться ко мне.

Возможно ее голос звучал бы убедительнее, если бы не умирающий ослабевший тон из-за токсичного яда.

— Варежку захлопни. Ты только мешаешься. Я между прочим из-за тебя сюда приперся. Так что лежи и помалкивай.

— Плечо костлявое. — буркнула Лилия.

— Других не имеем, а соломку не подстелю, извиняй.

Ивор поднял руку.

— Падение с небес!

Ледяные лезвия размозжили шесть воинов в мгновение ока.

— Хрустальная трава! Снегопад! Снежная Скорбь!

Ивор использовал все техники, что были в его распоряжении, чем значительно проредил ряды ледяных скульптур. Земля дрожала от силы использованных им атак. За время турнира он использовал их множество раз, но все равно рука немного немела, когда он пропускал через нее ледяную энергию с слишком маленьким перерывом.

Он вновь создал полуторный меч. Ежедневные тренировки позволяли юноше спокойно орудовать им и одной рукой. Он понимал, что это скажется на выносливости, но сейчас не было времени беспокоиться об этом.

Ивор оттолкнулся от земли и рванул в атаку. Его ледяной клинок летал налево и направо, разбивая тела суровых воинов Великого Кузнеца. Прямо сейчас он был рад, что когда-то в детстве отец заставлял его заниматься физическими упражнениями каждый день, иначе Ивор не смог бы так ловко орудовать мечом всего одной рукой.

Мощными взмахами он превратил ледяных воинов в груду ледышек.

Но как только последний воин пал, осколки снова начали собираться воедино.

— Да чтоб тебя. Снова?

Ивор быстрым движением вынул из сумки свернутые листья лимонника и закинул себе в рот, тщательно разжевав. Его тело освежило, дыхание выровнялось, а энергия снова стала спокойной как горный ручей. Духовный лимонник был самым простым, но действенным способом восстановить силы.

Голубой свет вспыхивал то тут, то там, являя на плато очередных ледяных воинов, которых было более сотни. Они имели тот же уровень сил, но при этом вместо прошлого оружия каждый держал в руках полуторный меч.

Ледяные воины отличались от прошлых не только оружием. Их движения стали более живыми и быстрыми.

Теперь Ивор был окружен, поэтому ему предстояло сдерживать натиск более семерых воинов одновременно. Пять скульптур напали разом. Юноша взмахнул мечом вокруг, каждое его движение оставляло заметный шлейф ледяной энергии. Все пятеро были сметены его ударом. Но возвращаясь в защитную позицию Ивор оступился. Не каждый день приходится сражаться с девушкой на плече, к тому же давление противника тоже оказалось тяжелым грузом. Всего на мгновение потеряв равновесие, он получил два свирепых удара. Ледяные клинки воинов испытания окрасились кровью.

Шагнув вперед он разбил этих воинов. Развеяв меч, но оставив клубы энергии витать перед собой, он быстрым и аккуратным движением переместил Лилию на другое плечо. Меч оказался в уже другой руке.

Ледяные скульптуры наступали толпами, с каждой волной они все больше учились и становились грозными противниками.

Орудовать левой рукой было куда сложнее, она с меньшей охотой отзывалась на команды и не так крепко сжимала меч.

Вскоре, левая рука Ивора начала неметь и наливаться тяжестью. Он снова поменял расположение Лилии и боевую руку.

Без остановки он рубил ледяных воинов, что настигали его с разных сторон. Раны, полученные ранее кровоточили, но у Ивора даже не было времени их как следует обработать. Клинок летал меж ледяными воинами так, словно жил своей жизнью.

Наконец, когда последний ледяной воин пал, Ивор рассеял свой меч и тяжело выдохнул. Чувство облегчение потекло по его конечности, которую наконец не обременяла тяжесть. Его лицо было красным, горячие капли пота стекали с его лба по щекам и, собираясь в одну большую каплю на подбородке падали на землю.

Лилия почувствовала, как рука, что поддерживала ее слегка дрожала. Девушка молчала. Ее силы были направлены на то, чтобы поддерживать свою хрупкую жизнь, но яд тем временем яростно сокращал срок, отведенный ей Макошью. Внезапно она почувствовала небольшой прилив сил. Из руки юноши тонкой струйкой в нее вливалась ледяная энергия, которая замедлила токсичный яд.

Она всего лишь оттолкнула его от атакующего змея. Это был инстинкт, не более того. Но теперь она видела, как Ивор старается, чтобы вернуть этот долг. Для него было важным слово чести. Конечно, девушка не хотела бы умереть здесь, но и быть спасенной ей тоже особо не хотелось. А еще эта проклятая честь…

— Такой же… как глупый братец.

Прошло всего пять вдохов, в голубой свет снова забрезжил над плато, заставляя осколки собираться в новые скульптуры. И ведь это до сих пор только первое испытание.

— Ты издеваешься? Похоронить меня здесь хочешь?

Кузнец молчал. Слышен был лишь треск льда.

Самое страшное, что не было времени, чтобы обработать раны и хоть немного перевести дух.

Ивор снова схватился за меч. Он не мог создать одноручный, иначе очень сильно бы проиграл в эффективности.

Около двух с половиной сотен скульптур появились на плато, но самым страшным было то, что находилось позади основной массы воинов, на самом краю. Там стояли скульптуры, в чьих руках был крепко сжат ледяной лук, а за спиной висел колчан острых продолговатых стрел. Каждый из них медленно наложил по стреле на натянутую струну тетивы.

«Ох, Звездочка, как же мне сейчас нужна твоя помощь. Хотя бы словесная. Пусть даже упреки. Но да ладно, не собираюсь же я тут сгинуть».

Ивор сжал кулак, скапливая свою духовную энергию и выпуская его вокруг. Ледяная дымка окутала все его тело, становясь плотнее с каждым мигом.

Пульсируя и извиваясь, его аура становилась плотнее. Теперь даже Лилия чувствовала мощь Ивора, которая явно превосходила его стадию культивации.

— Если моего контроля не хватает, чтобы отозвать твоих воинов, то я достигну этой высоты! Я вырву победу этими руками, чего бы то мне не стоило. А потом ты станешь моим артефактом и вылечишь эту девку на моем плече. И только попробуй не сдержать обещаний. Смотри внимательно! Я покажу тебе, на что способна моя десятая стадия Формирования Солнца.

Все техники, которые он использовал до этого не годились, против такой толпы противников. А значит надо было придумать что-то иное. Что-то, что могло быстро устранить хотя бы первые ряды, чтобы добраться до лучников, иначе они изрешетят его и Лилию раньше, чем он сможет что-то предпринять.

— Я взову к пучинам нави! Я возьму холод этой рукой и стерплю, как бы холодно мне не было.

Энергия стала пульсировать настолько сильно, что передний ряд воинов замедлил свое движение.

С громким ревом его внутренняя сила пришла в бешенство и за долю секунды взгляд Ивора наполнила кровожадность. Кровь в его теле отчаянно кипела, дух и сила воли, убеждения, душа, решимость, все это пылало в нем, но голова по-прежнему оставалась холодной.

Он аккуратно положил Лилию на землю и с помощью Морозного Мерцания прыгнул вперед. Четверо ледяных воинов были отправлены в полет прежде, чем она успела моргнуть. Линия изморози метнулась в другую сторону, за спину девушки и еще пять скульптур были расколоты на части.

Ивор должен быть истощен, ведь он использовал выносливость, чтобы держать Лилию и орудовать мечом одной рукой, а его энергия тратилась не только на защиту, но и на поддержание жизни девушки. Но сейчас его скорость превосходила все мыслимые пределы. Он метался из стороны в сторону, сдерживая противников на одинаковом расстоянии от Лилии.

Его клинок был подобен косе, что в сезон пожинает жизни молодых колосков.

Та энергия, что лилась по телу Ивора, была на самом деле его жизненной энергией и воплощением силы воли.

Появившись в очередной раз для удара, он услышал свист. Его застали врасплох. Три ледяные стрелы пробили правую руку юноши.

Другой залп стрел понесся в сторону Лилии, но Ивор тут же переместился, закрывая ее своим телом.

Еще четыре стрелы пронзили его спину, заставляя кровоточить раны.

Ивор превратился в ледяную дымку, оставив после себя упавшие стрелы, которые были воткнуты в его тело. Он понесся вперед, прорываясь через вражеские ряды. Дробил, резал, отталкивал ледяных воинов, лишь бы как можно быстрее добраться до лучников. Ведь именно они были самой большой угрозой.

Клинки настигали его тело, оставляя поверхностные ранения, но он ни на мгновение не замедлялся, прыгая из стороны в сторону. Уворачиваясь от стрел он внимательно следил за их направлением, но Лилия пока была в безопасности.

Его пристальный взгляд оставался сфокусированным на лучниках.

Но вот, оказавшись в самых гуще врагов, когда тени от мечей закрыли его взор на небо внутреннего мира Студеного Декабря.

Внезапно его глаза вспыхнули.

Ледяная аура взорвалась с такой силой, что все на плато пошатнулись. Если бы у ледяных воинов был разум и они могли бы испытывать страх, они бы давно убежали, ведь эта несравнимая ни с чем жажда убийства поистине ужасала.

Плато содрогалось от тяжести великого практика, что находился на ней.

«Сфера, позаимствуй мне своей силы. Больше! Мне нужно больше. Смотри внимательно, ведь скоро и ты станешь моей!»

Его раны были тяжелыми, он каждое мгновение терял свою кровь, из-за чего одежда уже полностью окрасилась в ее цвет. Приток сил юноши превосходил все пределы. Хотя где он был на самом деле, его предел, возможно не знал даже сам Ивор.

— Нулевая Аврора!

Гулким эхом раздался взрыв, сопровождаемый повсеместным треском льда. Этот взрыв, казалось, способен уничтожить все сущее, ведь сила его была такой, что сложно представить, будто практик льда, пусть и на неизвестной никому десятой стадии Формирования Солнца, мог использовать нечто подобное.

Поле битвы окутала пыль из ледяной крошки и поднявшегося снега, не было видно ничего дальше пары метров от своего носа. Единственным островком в этом ледяном безумии, который оставался неприкосновенным и безопасным, было место, где сидела удивленная Лилия.

Глава 62. Бой с тенью

Всех ледяных воинов снесло колоссальным ледяным взрывом, который покрыл поверхность плато. Даже сам воздух замерз, становясь плотным от такого холода. Вокруг Ивора образовался огромный кратер, из-за чего казалось, что Лилия была на возвышении. Он почти потерял сознание, упав на одно колено. Умудрившись собрать остатки энергии, он закупорил твердым льдом открытые раны.

Нулевая Аврора формировала плотную ледяную энергию, сжимая ее вокруг тела, чтобы потом взорвать и заморозить все, что было в радиусе нескольких верст. Ивору стоило безумных усилий сдержать взрыв, чтобы не навредить Лилии.

Своей последней атакой он уничтожил все ледяные скульптуры, но теперь его тело обмякло, и он безуспешно пытался восстановить сбитое дыхание.

Ивор закрыл глаза и горько усмехнулся.

«Чертов Кузнец, ты спустя тысячу лет встречаешь своего освободителя и теперь просто пытаешься его убить. Совесть твоя где?»

Внезапно голос Великого Кузнеца ответил.

— Очень хорошо! Прекрасно. Ты достиг такой стадии не на одной лишь удаче. Но, если бы ты был один, испытание проходило бы куда легче. В любом случае, оно еще не закончено. Тебе предстоит победить еще одного противника. Но этот противник будет самым тяжелым. Ты симпатичен мне, ледяной мальчишка, поэтому я дам тебе пару часов на отдых, хотя думаю и их не хватит для восстановления.

Ивор упал на спину, всматриваясь в небо. Оно было ужасно похоже на настоящее.

Его глаза безжизненно уставились в одну точку, а все усилия он бросал на то, чтобы оставаться в сознании.

«Помереть я явно не хочу, так что надо бы восстановиться».

Тело болело, покалывало в разных местах. Он чувствовал боль, значит все не так уж плохо. Каким-то невероятным образом он нашел в себе силы сесть и откинул верхнюю ткань бездонной сумки.

— Дурман, бузина, крушина, аконит… где же ты, кора ореха, и что же еще. — Ивор бубнил различные названия трав, перед тем, как вынуть их. — Белена? Нет, не выдержу сейчас. Пусть будет калиновая ягода.

Собрав все вместе, он принялся медленно растирать ингредиенты в небольшой ступе. Это занятие его успокаивало. Волимир всегда сам готовил свои мази и отвары, говорил, что процесс очищает разум. Все, что знал Ивор, он перенял от отца.

Вскоре отвар был готов и залпом выпит, так же юноша нанес ранее заготовленные травяные мази на свои раны и туго перевязал их. Наконец, его тело пришло в подобающий вид.

Все это время Лилия молча наблюдала за ним.

«Как он умудряется не сломаться, после таких увечий. Черт, если бы он был моей игрушкой, он держался бы так долго. Но в итоге… Имею ли я на него права сейчас, после того, как он проходит через все это, чтобы спасти меня. Если бы не я, он бы не получил столько серьезных ран». Девушка невольно провела рукой по месту, где Ивор держал ее в то время, пока защищал.

Юноша почувствовал сосредоточенный на нем взгляд и поднял взор. Они встретились глазами с Лилией.

— Чего смотришь? — слабо буркнула девушка.

— Чувствуешь себя как? — холодно бросил он ей в ответ.

Девушка пожала плечами. Слабость в ее теле продолжала накапливаться. Она чувствовала, что медленно умирает, но старалась всеми силами выглядеть убедительной и сохранять статус Пламенной принцессы до конца.

Спустя час Ивор поднялся к девушке. Его крепкое тело затягивало раны с невероятной скоростью, а ведь он даже не был на этапе Возведения Арконов. Благодаря высокому уровню энергии и тщательно подобранным травам, юноша уже мог стоять на ногах, но сражаться еще пока вряд ли.

Лилия спала. Во сне ее выражение лица снова становилось по-детски невинным и каким-то добрым. Ивор понемногу понимал, что девушка-то она неплохая, просто малость двинутая. И из-за того, что двинутостью ее никто не занимался, дело принимало скверные обороты. Он не мог понять лишь одного. Ее брат Лучезар производил неизгладимое положительное впечатление, как в одной семье могло быть два столь разных ребенка и почему он не спас свою сестру от таких проблем.

Тем временем прошел еще час и грохочущий звук раздался впереди. Пространство завихрилось и открылся портал. Долгое время из него никто не выходил.

Ивор выпрямился и хрустнул шеей. Его энергия плавно циркулировала по всему телу. Пусть он и не успел восстановиться полностью, но сейчас он был готов продолжать сражение.

Лилия уже проснулась и, поджав под себя ноги внимательно наблюдала за происходящим.

Из портала сначала показалась нога. Она была ледяной, как и у остальных скульптур, сраженных ранее, но в этот раз лед казался более плотным и, кажется, за его прозрачностью можно было рассмотреть костную структуру.

Потом показалось тело и Ивор вскинул одну бровь.

Ведь последний ледяной воин, которого ему предстояло победить — был он сам.

От его копии исходила тяжелая плотная аура, которая была явно выше, чем его собственная. Кажется, его двойник уже находился на этапе Арконов.

В руке Двойника заклубилась ледяная дымка и резко возник полуторный меч.

«Так вот для чего все это было. Весь этот спектакль в начале, чтобы оценить мои силы и столкнуть меня с моей же копией».

Двойник Ивора замахнулся и, подобно молнии сократил расстояние меж ними. Когда ледяной клинок был уже перед глазами Юноши, он быстро использовал Морозное Мерцание и полностью избежал этой атаки.

Но в месте, где появился Ивор он тут же почуял опасность. С неба на него посыпались ледяные клинки. Он сформировал меч и ловко отбил летящие в него лезвия.

В то же мгновение Двойник сделал короткий взмах рукой. Хрустальная трава опутала ноги Ивора, обездвиживая. Его тело медленно промерзало. Ледяная копия рванула вперед, нанося горизонтальный удар, но техника ледяного движения снова спасла юношу.

— Вот значит, как. Все мои техники, что же, даже Нулевую Аврору сможешь?

Двойник оскалился. Для ледяной копии его лицо выглядело чрезвычайно живым.

— Это я так со стороны выгляжу? Что за улыбка, я по-твоему похож на тронутого умом изверга?

Фигуры Ивора и его Двойника то исчезали, то появлялись, скрещивая клинки снова и снова. Ледяная аура исходила от обоих и, кажется помимо основной битвы, шла другая, незримая между энергией оппонентов.

Отскочив в очередной раз друг от друга Двойник клацнул зубами, будто хотел что-то сказать.

Его пальцы сложили знак Истока, а внутренняя энергия взорвалась так, как подобает ей на этапе Возведения Арконов. Он ударил знаком по раскрытой ладони и его правая рука начала покрываться ледяными завихрениями.

— Поцелуй Морены? Но я ведь не использовал его в битве!

Ивор сделал шаг назад и приготовился. Он знал, насколько сильна эта техника, поэтому опасался. Его Двойник бросился вперед, и тяжелым ударом выбил меч из рук юноши, после чего откинул и свой. Рука наполненная ледяной энергией прошла рядом с лицом Ивора. Всего в двух пальцах.

Он едва успевал уворачиваться от ударов и отклонял их своими руками.

Но противник был быстрее и физически сильнее. Правой рукой он сдавил шею Ивора, подняв его тело в воздух

УДАР!

ТРЕСК!

Двойник нанес всего один удар прямо в место, где находился узел сердца. Энергия прошла насквозь и вылетела со спины Ивора огромным взрывом, а все его тело начало покрываться льдом.

Швырнув его на землю, двойник оскалился.

Ивор тяжело дышал, а лед распространялся по его внутренним органам. Его тело пыталось совладать с этим, но получалось плохо.

Он встал, пребывая в небольшой растерянности. Пока он полностью не замерзнет, у него было пара мгновений, а значит…

— Если уж я и сгину от своей техники, то заберу тебя с собой. Это ты уж точно не сможешь скопировать.

Он вытянул указательный палец вперед.

Из него будто стрела вылетела циановая линия, которая завихрилась и превратилась в большого пятнистого барса. В этот раз призыв немного отличался от предыдущих.

Нова помчалась вперед с силой, способной расколоть небо и сокрушить землю. Ее тяжелая поступь оставляла ямы на земле. Достигнув двойника, она в мгновение ока врезалась в него, подбрасывая в воздух. От огромной силы удара Двойника отнесло на добрую сотню шагов, протащило по земле по земле, он вытянул руку, пытаясь остановиться, но сила удара была такой, что его попросту вышвырнуло с плато.

Лилия молча в шоке смотрела на происходящее. Битва хоть и была быстрой, но чрезвычайно жестокой.

Она перевела взгляд на Ивора, грудь которого будто разворотило осколками льда. Его лицо было очень болезненным, а из носа и рта вытекали кроваво-красные дорожки.

Слабый треск исходил от его кожи и костей, промерзало все, как снаружи, так и внутри.

Он сделал всего шаг, после чего рухнул на землю без движения.

— Ивор!

Лилия вздрогнула, выкрикнув его имя. Она пыталась встать, но у нее не вышло. Девушка уже настолько ослабла, что расстояние в десять шагов между ними казалось огромным. Она смотрела на Ивора, который лежал неподвижно, истекая кровью, а его тело медленно покрывалось льдом. Сердце девушки кольнул настоящий страх. Страх, которого она никогда не испытывала ранее. Самый искренний и первобытный. Она боялась того, что Ивор умрет.

Прежде чем девушка успела сообразить, что происходит, ее взгляд чем-то заволокло. В полном замешательстве она поняла, что… плачет. На протяжении всей своей жизни она ни разу искренне не плакала. Тем более из-за какого-то простолюдина, что находился ниже ее и должен был стать ее игрушкой, сгинуть в ее белом пламени. Но не только слезы. Та боль, что сейчас заставляла ее сердце сжиматься тоже была ей незнакома.

— Ну хватит, вставай! Ты же уже победил. Ты заставляешь принцессу плакать, это недопустимо!

Ее голос сквозил беспомощностью, но ответа не последовало. Но то, что она увидела потом, заставило ее вздрогнуть еще сильнее.

Ледяной Двойник не упал с плато, как она подумала ранее, а успел схватиться за его край. Прямо сейчас он медленно поднялся и шаг за шагом начал приближаться. Его поступь была подобна поступи надвигающейся смерти.

Девушка переводила взгляд с Ивора, который лежал без сознания, на его Двойника. Не будь она отравлена, она бы за долю секунды расплавила эту ледяную копию. Но сейчас ее глаза бегали из стороны в сторону, в попытках найти то, что могло бы их спасти. В какой-то момент два изумрудных зрачка вспыхнули, ведь она вспомнила о чем-то, чем никогда не пользовалась.

На ее правой руке находилось пространственное кольцо, совсем небольшое, где она хранила различные безделушки. Она провернула его и достала оттуда маленький красно-оранжевый шарик.

Тяжелым усилием она раздавила этот шарик, и из него высвободилось пламенное сияние. Вокруг нее и Ивора образовался огненный барьер красно-оранжевых цветов.

Двойник находился на расстоянии пяти шагов от Ивора, когда защитный барьер развернулся. Он с размаху налетел на него, но его оттолкнуло назад. Ледяная копия отошла на пару шагов назад и, замахнувшись, снова нанесла сильный удар по защитному куполу.

Вся взрывная мощь ледяной энергии Двойника была направлена на барьер, но тот лишь слегка завибрировал, не показав признаков повреждения. Не сдаваясь, он бил снова и снова, а каждый удар его превосходил по силе предыдущий, однако пробить барьер ему так и не удавалось.

Этот шарик, что образовал защитный купол был когда-то подарен Лилии дядей Ярополком на случай опасности. Девушка не представляла, что такой случай возникнет, но дядя настаивал принять этот подарок. На самом деле маленький артефакт был весьма редким и полезным, но, к сожалению, одноразовым. Пламенный Духовный Барьер мог продержаться до десяти часов, и никто ниже стадии шестого Аркона не сможет повредить его.

Учитывая, что Двойник Ивора был всего на стадии первого-второго Аркона, для него совершенно невозможно сломать Пламенный Духовный Барьер.

Внутри защитного купола они на время были в безопасности. Хотя Ивор и не подавал признаков жизни, Лилия ощущала в нем энергию. Она ждала, когда ледяной практик снова поднимется, ведь он столько раз поднимался ранее и на турнире, и во время испытания.

Ивор и правда был жив, и даже был в сознании, правда ничего не видел и не чувствовал. Его сознание было затуманенным, но он продолжал бороться. Если бы не его несгибаемая сила воли, то Поцелуй Морены давно бы заморозил его тело.

«Я не могу пока умереть… Было был глупо подохнуть здесь… С другой стороны, меня наконец перестанут трогать, и я отдохну».

Перед глазами у Ивора пронеслось лицо Звездочки, которая все еще нуждалась в его помощи и Лилии, которая сейчас находилась на грани жизни и смерти. В мыслях он тяжело вздохнул.

Его едва теплящееся сознание полностью закрепилось. Он четко осознавал, для того чтобы выжить, нужно было прекратить процесс замерзания тела, вызванный Поцелуем Морены. Его жилы все еще функционировали и по ним растекалась его энергия. Ивор контролировал лед, это был его атрибут, значит он сможет заменить чужеродную энергию в организме на свою.

Энергия медленно начала циркулировать по всему его телу, достигая киноварного поля и скапливаясь там. Тело Ивора начало мерцать серебряным светом, что заметила Лилия, она также почувствовала изменения в его ауре, поэтому вопросительно склонила голову набок.

Лед на теле юноши медленно исчезал, равномерно позволяя телу оттаять. Шаг за шагом он подчинял себе разрастающуюся от Поцелуя Морены энергию и заставлял ее покинуть тело. Это продолжалось достаточно долго. Манипуляции с энергией со стороны могли выглядеть причудливо, но это была самая настоящая борьба за жизнь.

Вскоре юноша смог подняться и прохрустеть всеми конечностями. Он чувствовал себя, как нельзя лучше.

С момента, как барьер был установлен, прошло около семи часов. Лилия все это время наблюдала за преобразованиями Ивора. Она даже не верила, что за семь часов можно восстановиться от такой тяжелой атаки, но каждый раз этот практик льда показывал невозможное.

— У тебя еще есть время отдохнуть.

— С чего вдруг ты стала такой заботливой?

— Ну, знаешь, это вроде в моих интересах тоже.

Ивор медленно кивнул.

— Мне не нужен отдых, я готов.

Девушка махнула рукой и барьер медленно спал. Двойник Ивора, который все это время ни на мгновение не прекращал попыток пробиться внутрь, вскинул меч.

Юноша посмотрел на свою ледяную копию и собрал в руках внутреннюю энергию, сложив два знака Истока.

— Пора бы уже тебе узнать, кто тут настоящий.

Он разбежался. Энергия от знаков, сложенных пальцами растеклась около ног и вот уже мгновение спустя Ивор бежал по воздуху. Под его ногами на долю маха появлялись ледяные платформы, по которым он прыгал, словно по ступенькам. Поднявшись как можно выше, он призвал Нову.

Ледяная копия тем временем стояла в защитной позиции.

Схватив духовного зверя за лапы, он крутанулся в воздухе и задав ему огромное ускорение бросил в сторону двойника. Сам же Ивор, вытянулся словно стрела и полетел следом, а в его руках медленно клубилась энергия, вытягиваясь в необычное оружие.

Нова врезалась в Двойника, пригвоздив его к земле и держала, пока Ивор не сократит расстояние.

Юноша летел, а в руках его сформировался громадный двуручный молот, исходивший паром.

Когда он оказался в одном прыжке от земли, то замахнулся, а Нова исчезла.

Двойник не успел даже шевельнуться, как крепкое изголовье молота с треском размозжило ледяную черепушку.

Обычный удар ни за что бы не дал подобного эффекта, но с подобным ускорением и вложенной в удар энергией ему удалось приговорить последнего противника к смерти.

Ивор устало облокотился на рукоять молота и сплюнул кровью прямо на грудь своего бывшего двойника.

— Тц, дилетант.

Глава 63. Второе испытание

Ледяной двойник с треском рассыпался, а позади него, на краю плато медленно раскрылись врата, после чего прогремел возбужденный голос Великого Кузнеца.

— О-хо-хо, Юноша, да ты мастер шокирующих результатов. Как же я счастлив, что ты прошел первое испытание, как счастлив, что мне довелось встретить тебя! Я, признаться, подумал было, что мне придется еще пару тысяч лет проторчать тут. Что ж, как видишь, портал ко второму испытанию открыт, как будешь готов, входи.

Ивор задумался. Первое испытание было очень тяжелым, что же тогда ждет его на втором и третьем?

Он выпрямился и подойдя к Лилии протянул к ней руку, но та оттолкнула ее.

— Не трогай меня!

— О, Перун, ну ты как дитя малое. Мы с тобой это обсуждали. Если я не дам тебе своей энергии, то ты склеишь свои копытца раньше, чем мы узнаем способ тебя вылечить.

Лилия фыркнула и отвернулась. Ивор протянул руку, осторожно впустил свою духовную энергию в ее тело и помог ей распространиться по нему, смешаться с кровью. Девушка почувствовала небольшую свежесть и прилив сил.

Она прекрасно понимала, что это нужно в первую очередь ей, но как можно было так просто со всем этим согласиться?

Достав из сумки небольшую фляжку Ивор протянул ее девушке.

— Выпей немного, это обычная вода.

Лилия жадно впилась во фляжку, осушив ее наполовину шумными глотками, что заставило Ивора снова вздохнуть. Он наблюдал, как вода течет по ее аккуратным губам и думал о чем-то,

— Слушай, я не зол на тебя, более того, я тут спасти тебя пытаюсь, мы как бы в одной лодке, которая дала течь. Поэтому если ты хочешь чего-то, как, например, воды, ты можешь просто об этом сказать. Даже принцессы едят и пьют, поэтому подобное не зазорно.

— Тогда… я бы поела

— С этим не густо. Несколько яблок, вяленое мясо, пару пластов, и хлеб. Хотя его я думаю есть не стоит, сумка конечно сдерживает порчу продуктов, но я не помню, когда его закинул туда.

Девушка тыкнула пальцем в буханку.

— Ты хоть понимаешь, как в княжеском доме питаются? Тем более дети князя.

— Что-то я не вижу здесь ни князя, ни дома. Хорош вредничать, ты будешь или нет?

— Буду.

Перекусив Ивор упал на спину и закрыл глаза. Снежинки мирно падали на его лицо и тут же таяли, приятно увлажняя лицо. Лилия плотнее укуталась в зимний кафтан и недоуменно спросила.

— И чего ты разлегся? Нам в портал надо.

— Если там еще столько же врагов, то я предпочту перед этим как следует выспаться.

— На том свете вы…

— Не высплюсь! — перебил ее Ивор. — Там Морена замучает, едва я попаду в Навь. Ты даже не представляешь, насколько тяжела моя жизнь, а теперь будь добра, дай мне пару часов. А десяток было бы вообще идеально. Как же я ничего не хочу делать, кто б знал.

Ивор повернулся на бок и спустя пару минут засопел. Девушка прижалась своей спиной к его и тоже закрыла глаза. Так незаметно пролетело десять часов. Когда она проснулась, Ивор уже собирался вступить в портал ведущий ко второму испытанию. Он аккуратно поднял ее на руки. Лилия почему-то решила притвориться, что она все еще спит.

После осторожного входа через портал, перед глазами мелькнула темнота, а потом забрезжил свет. Вторая область представляла собой травянистую равнину с множеством деревьев, всюду доносились крики птиц и животных, вдалеке виднелись высокие холмы.

Запах летней свежести коснулся носа юноши, а восхитительная атмосфера в разы отличалась от гнетущей из прошлого места. Даже не было никакого чувства опасности.

По небу медленно пронесся гулким эхом голос Великого Кузнеца.

— Итак, второе испытание. Пространство этой области закольцовано, что делает его бесконечно большим, выйти отсюда можно только двумя способами, либо пройдя испытание, либо умерев. В здешних лесах находятся духовные звери с силой, сопоставимой с первой по пятую стадию Возведения Аркона. Глубже можно найти и более свирепых зверей, но думаю ради выживания вы туда не сунетесь. Каждое животное в этой долине будет знать ваш запах и сможет учуять его за несколько верст. Они будут охотиться за вами, пока не растерзают на клочки.

Ивор внимательно слушал, но глубоко в душе уже понимал, каким будет второе испытание. Однако, он даже не подозревал, насколько продолжительным оно окажется.

— Ваша главная цель — Выживать здесь на протяжении одного года.

— Год? По-твоему, это смешно? Да, я помню, что снаружи пройдет всего день, но как мы должны выживать тут год?

— Это еще не все. Основное условие, за этот год вы должны убить хотя бы по одному духовному зверю каждого вида, всего в этой области расположено восемьсот семьдесят семь разных видов.

Ивор шумно сглотнул. Он пожалел о том, что начал это испытание. И сделал это ровно восемьсот семьдесят семь раз.

— Старик, при всем уважении, кто придумывал эти испытания? Ты? Скажу честно, фантазия у тебя так себе.

Голос Великого Кузнеца замолк, а вдали послышались бесчисленные завывания духовных зверей. Среди ближайших деревьев начали мелькать силуэты, которые испускали ауру, не ниже уровня Арконов.

Всего за мгновение силуэты окружили юношу с девушкой на руках. Как только голос Кузнеца исчез, животные сразу узнали запах Ивора, поэтому те, кто был ближе всего, ринулись на охоту.

Ивор опустил Лилию на землю, а сам одной рукой быстро создал широкий двуручный меч — лучшее оружие для обороны от толпы противников. Юноша прыгнул с помощью мерцания вперед, разрубая три силуэта и тут же вернулся в исходную позицию. Он повторил это действие снова и снова в трех разных направлениях, вынуждая духовных зверей отступать.

Но эти животные были явно сильнее предыдущих ледяных копий. Один зверь мог сравняться с силой десяти ледяных воинов. И эти животные пребывали без остановки.

Всего пара десятков вдохов, а давление толпы оказалось настолько сильным, что стало тяжело дышать. Круг сомкнулся окончательно, оставляя свободным лишь десяток шагов вокруг Ивора и Лилии.

Животные выглядели по-разному. Некоторые действительно были похожи на привычных обитателей лесов, вроде тигров, медведей, оленей, громадных змей, правда их спины усеивали шипы, а глаза горели кровавым огнем. Были и существа, которых Ивор никогда не видел. Причудливые тела, вытянутые и большие. Пасти с острыми зубами в несколько рядов и когтистые лапы, созданные только для того, чтобы разорвать жертву.

— Ты не справишься, нам надо бежать!

Ивор кивнул, и, закинув на девушку себе на спину, при помощи уже отработанной техники шага по воздуху с помощью ледяных платформ взмыл вверх. После десятка шагов он высоко подпрыгнул и помчался вдаль, множество раз используя морозное мерцание. Концентрируя всю свою внутреннюю силу в ногах, он бежал прочь.

На протяжении трех дней Ивор убегал. Ему не удавалось ни нормально поесть, ни поспать. Едва он останавливался, как отовсюду кровожадные звери настигали его. Сил хватало, чтобы давать им отпор всего несколько десятков вдохов, потом их становилось слишком много, и они давили Ивора числом.

На третий день наконец проснулась Звездочка. Ивор почувствовал, как волна ее энергии обдала его тело и поежился. Она была здоровой и плотной, в отличие от той, что он привык чувствовать.

«Ты опять вляпался во что-то нехорошее?»

Ивор не ответил, он тратил концентрацию на то, чтобы не врезаться в одно из мелькающих рядом с огромной скоростью деревьев.

«Конечно вляпался. И на пару дней нельзя тебя одного оставить. Рассказывай, что в этот раз?»

«Я нашел один из двенадцати кладенцов. Последний, Студеный Декабрь. Внутри оказался Великий Кузнец. Чтобы освободить его и заполучить Декабрь, я ввязался в испытания, сейчас уже второе, надо убить восемьсот семьдесят семь видов зверей и выжить в течение года. Между делом, этот кузнец расскажет, как спасти принцессу».

Ивор коротко, можно сказать впопыхах обрисовал ситуацию, на что Звездочка несколько раз хмыкнула.

«Ладно, решение не самое плохое, эти кладенцы — оружие Солнечного класса, так что если у тебя будет один такой, то это очень поможет в дальнейшем».

«Ого, ты даже меня не упрекаешь».

Звездочка молчала некоторое время, оценивала ситуацию, проверяла местность своим божественным чутьем.

«Я поняла. Звери сильные, тебе не по зубам. Даже если ты перебьешь всех слабых и выше среднего, то все равно нужное количество не наберется. Я думаю, пора попробовать обучить тебя одной из моих техник».

«Но уровень моей культивации…»

«Забудь, что я говорила про уровень. У тебя каналы частицы бога, ты на десятой стадии, у тебя есть Морозная Сфера Абсолютного Льда, да и сам ты, признаться, достаточно умен, чтобы разобраться, но тебе нужна подготовка, да и мне тоже. Продолжай убегать в течение месяца, используя только Морозное Мерцание, а всю энергию, которую ты не используешь, пропускай через киноварное поле и голову, там, где узел мозга. Так ты сможешь открыть второй уровень техники движения, и потом мы начнем учить новую».

Где-то в пограничных лесах княжества Иса.

Осенний воздух тяжелел с каждым днем, а лес постепенно окрашивался в огненные красно-оранжевые цвета. Осень — время, когда люди чаще воспевают Велеса, ибо именно в это время все готовят скот к зиме, приносят жертвы, постаревших особей отправляют на убой, обновляют загоны.

От ближайшего города княжества Иса — Галича до самой границы четыре дня пути верхом через труднопроходимые леса. Здесь растительность настолько густая и частая, что порой даже бывалая лошадь может заплутать. Этот лесной массив не раз защищал княжество от захватчиков, предоставляя нужное время для подготовки.

Где — то глубоко в лесу медленно шел мужчина, одетый в темно-серые одеяния, с глубоко натянутым на голову капюшоном. За плечом его висела плотно набитая сумка, а в руках он держал длинный посох, на который опирался при ходьбе. Мужчина шел уже множество дней, он израсходовал больше половины внутренних сил на технику движения и теперь ему оставалось полагаться только на физическую силу.

Остановившись у широкого многолетнего дуба, он сделал маленькую засечку, одну из множества, а после, прислонившись к нему спиной раскрыл карту, сверяясь с ней.

Его глаза бегали из стороны в сторону, запоминая местность. И если бы кто-либо увидел глаза этого мужчины, то его сердце обязательно сжалось в страхе. Ведь в одном глазу у него было целых пять зрачков, а в другом четыре. Они хаотично перемещались по белку глаза, позволяя видеть больше, чем обычные люди, но когда мужчина концентрировал внимание, то все зрачки устремлялись в одно место.

Девятиглаз шел уже порядка недели, не останавливаясь даже не ночлег. Он ел и спал прямо на ходу. После его глупого поражения, когда всего один глупый мальчишка пустил все его планы коту под хвост, бывший старейшина конечно хотел отомстить. Но он был бы глупцом, если бы искал мести сразу, ведь основная его цель — стать сильнее. Возвыситься над всеми известными практиками.

И, раз уж так вышло, что он избрал свой путь культивации, когда решил похитить душу, то только в одном месте он сможет получить желаемое. Именно поэтому сейчас он шел к северной границе княжества Иса.

Спустя несколько часов Девятиглаз почувствовал две ауры на средних стадиях Возведения Аркона, поэтому скрыл свое присутствие под пологом озерной глади и стал медленно сокращать расстояние.

На небольшой опушке двое рослых смуглых мужчин находились около толстого дерева. Один копошился на земле, крепко держа толстую канатную веревку и вбивая колышек, второй эту же веревку перекидывал через ветку.

Только сейчас Девятиглаз заметил третью фигуру. Этот человек был связан по рукам и ногам, а на голове его закреплен мешок из плотной холщовой ткани. В этой фигуре едва теплилась жизнь, кажется этот лес станет для него могилой.

Мужчины, одетые в ламеллярные доспехи, без шлемов, с ятаганами за поясами выглядели устрашающе. Не каждый воин даже из Берканского княжества, будь он на пару стадий выше взялся бы сражаться против таких.

Один из них грубо подтащил связанное тело и закрепил веревку у ног, второй, несколькими легкими движениями подвесил тело на ветку. Человек в мешке почти не двигался, только тихонько покачивался из стороны в сторону.

Мужчины кивнули друг другу и уже собрались уходить, как сзади послышался шорох.

Девятиглаз медленно вышел из-за деревьев с поднятыми руками.

— Я готов сдаться вам в плен. — проговорил мужчина четко и уверенно.

Один из Хазарских воинов хмыкнул и резким движением вынув ятаган, крутанулся вокруг себя и метнул его.

Ятаган вошел в дерево почти наполовину. Всего в нескольких пальцах от шеи Девятиглаза. Тот шумно сглотнул, но даже не шелохнулся.

— Ха, а ты не из трусливых, да? На кой ты нам нужен? Проще подвесить тебя тут умирать, как вот этого — воин хлопнул по висящему телу, отчего из-под мешка послышалось жалобное мычание.

— Можете, но если бы хотели, то этот клинок был бы у меня в горле. Однако, у меня есть немало важной и интересной информации для вашего кагана, думаю все мы выиграем, если вы возьмете меня с собой.

Хазарский воин молча подошел к Девятиглазу почти вплотную и вынул свой меч. Он презрительно посмотрел на мужчину и сплюнул.

— Учти, наш новый каган не договаривается с русней, если ты желаешь остановить войну, то ты умрешь раньше, чем успеешь подумать об этом.

— Остановить? О не-ет, я скорее хочу помочь вам, чтобы не понести излишние потери.

Оба Хазарских воина, казалось послали друг другу многозначительный взгляд, после чего оба кивнули, а один из них сказал.

— Хорошо, иди с нами. Нам предстоит долгий путь.

— А этот? — Девятиглаз кивнул на тело, болтающееся на веревке.

— Ха, мы гнали его более двух недель, поганец из приближенных бывшего кагана. Нагнали только у границы. Парень настолько обессилел, что даже меч не мог держать, он уже не жилец.

— А отчего не убьете?

— Хазарские воины не убивают беззащитных своими руками. То дело наемников и головорезов. Если необходима казнь, то пусть умирает естественным путем, не от нашего клинка.

Девятиглаз повел бровями, не совсем понимая подобного обычая.

— В сутках пути к границе стоят наши лошади, оттуда направимся к царственному городу. Не отставай.

Мужчины твердой поступью направились вперед, а Девятиглаз двинулся за ними. Часть дела уже было сделано, оставалось самое сложное — убедить Хазарского кагана, что он может быть полезен. Чтобы Девятиглаза взяли на службу и поделились секретами демонической культивации.

Внутренний мир Студеного Декабря.

Прошло уже семь месяцев с тех пор, как Ивор пришел сюда.

Юноша сидел около маленького ручья, в котором струилась безупречно чистая вода, настолько, что можно увидеть дно и маленьких рыбок, бодро плывущих по течению.

Пять месяцев в Студеном декабре равнялись всего половине дня в реальном мире.

Внезапно впереди раздался хруст и из-за деревьев на него с рыком напрыгнуло громадное медведеподобное существо с хитиновыми пластинами на руках и ногах. От зверя исходила аура пятой стадии Возведения Арконов. Само чудовище превосходило юношу в два раза, а одна его лапа имела такой размер, что запросто могла раздавить человеческую голову. Пасть животного исходила слюной, а пожелтевшие зубы клацали в поисках мяса.

Ивор даже бровью не повел. Он резко встал, уклонившись от небрежной атаки зверя. Сложив три пальца в коготь ястреба, он молниеносно дважды ударил в грудь существа. Первый удар моментально заморозил область грудной клетки, а второй напрочь выбил ее, оставляя в теле зверя зияющую дыру.

Бездыханная туша грузно свалилась на землю.

— Шестьсот сорок восьмой. — Громко сказал Ивор.

Глава 64. Виверн

Сегодня Ивор притащил небольшую тушу зверя, похожего на оленя. Он возился с ней несколько часов, пока должным образом не освежевал и не разделал. Еще какое-то время ушло на готовку и вот, наконец, мясная похлебка была готова. Да, это не лучшее из того, что доводилось есть Лилии, но за последние недели, пожалуй, самое сносное и вкусное. Мясо удалось мягким и легко отрывалось зубами по волокну.

Ивор смотрел на Лилию. Ее лицо бледнело с каждым днем все больше. Несмотря на замедление процессов в мире Студеного Декабря и постоянной поддержке ледяной энергии она неизменно умирала.

За эти полгода она достаточно привыкла к Ивору, чтобы не язвить на каждое его слово и не ругаться, когда он касался ее для передачи энергии. Однако, последние месяцы юноша вел себя страннее обычного. Он часто говорил сам с собой и много тренировался. Так много, как позволяли волны чудовищ, которые постоянно атаковали молодых людей.

Из-за ближайших деревьев послышался шорох. Ивор немедля ни мгновения исчез в Морозном Мерцании. Лилия услышала треск льда и звук рассеченного клинком воздуха. Затем послышался хрип духовных зверей, а Ивор тем же способом вернулся обратно и продолжил есть похлебку. За семь месяцев это будто бы стало нормой. Звери были рядом постоянно, но сейчас в меньшей степени, ведь Ивор стал куда более искусно их истреблять.

«Итак, ты освоил второй уровень Морозного Мерцания быстрее, чем я, когда была в четырехлетнем возрасте. Мои поздравления».

Тон Звездочки сквозил насмешкой.

«Почему-же твое поздравление звучит так, будто ты ножом по сердцу ведешь».

«Ладно-ладно, ты правда делаешь успехи. Теперь ты можешь оставлять после себя размытые ледяные тени, которые отведут опасность и примут на себя удар. Что по поводу моей техники?»

«Думаю, я готов ее применить»

«Значит ты наконец сможешь завалить того парня?»

Далеко в лесном массиве раздался рев, сотрясающий долину и все сущее в ней. Даже духовные звери притихли.

«А вот и он… Легок на помине»

Последние пять месяцев Ивор убегал именно от него. Так эта тварь никак не отставала, была настырной и очень упорно гналась за ним. Духовный зверь на седьмой стадии Возведения Арконов. Конечно, между человеком и зверем на такой стадии разница очевидна, животное куда слабее. Но проблема в том, что тело зверя отличается невероятной крепостью.

РРРРРОООООООО!!!

Топот сотрясал землю, заставляя деревья дрожать. Вскоре на опушку вышел исполинский зверь, который по размерам превосходил даже Горыныча, хотя по силам был куда менее опасен.

Броня толстыми коричневыми пластинами покрывала его тело, сам он был похож не то на ящерицу, не то на рыбу с громадными лапами. Лоб зверя украшал толстый рог, что излучал недоброе свечение красноватого оттенка.

Виверн, так его обозвал Великий Кузнец.

Чудовище несколько раз топнуло ногой, подготавливаясь к рывку. Другие же звери прибежали на рев Повелителя и уже окружили Ивора и Лилию. Все, как и в первый раз. Тогда они едва унесли ноги.

Ивор подхватил девушку с земли и легким прыжком оказался на толстой ветке тополя, поудобнее усадив ее.

— Сейчас я закончу второе испытание досрочно.

— Но Кузнец говорил про год.

— Если я уничтожу всех зверей в округе, то и выживать незачем будет.

Юноша сделал шаг назад и, упав с ветки, растворился в воздухе.

Тем временем духовные звери сомкнули круг еще плотнее, а Виверн, завидев свою цель, бросился вперед.

Легким прыжком Ивор увернулся от выпада, оказавшись на спине зверя. В его руках образовался широкий ледяной молот.

Раздался громкий треск. Молот разлетелся на осколки всего от одного удара, но существо даже не пошатнулось. Его крепкие броневые пластины полностью поглотили мощь атаки Ивора.

Зверь замахнулся хвостом, проведя им над своей спиной и сбил Ивора, пригвоздив к одному из деревьев.

Чудовище приблизило свою морду к юноше и с мерзким запахом изрыгнуло очередной рев прямо в его лицо.

— Фе… Такие как ты забывают о водных процедурах, да? На вот, охладись

Сомкнув знак Истока, Ивор швырнул прямо в пасть зверю сгусток ледяной энергии, которая разорвалась внутри сотней сосулек.

Виверн отпрянул назад, отпуская хвост от Ивора. Он чавкал ртом, пытаясь успокоить боль, но ледяные шипы только больше вонзались в его пасть.

Юноша разбежался и исчез в Морозном Мерцании создавая одно за одним остаточные изображения из ледяной дымки. Духовные звери вырывались из круга, пытаясь незаметно ухватить пастью добычу, пока повелитель был отвлечен, но они кусали лишь иллюзии.

«Ивор, сейчас самое время, все нужные тебе виды собрались в радиусе тридцати верст».

«Понял, только ты так и не сказала мне, как называется та техника, которой ты меня обучила».

«Пф… Ну уж нет. То, что вышло у тебя и рядом не стоит с моей техникой. Так что даже не думай. Сам решай, как назвать свое недоразумение».

Отскочив назад, Ивор собрал свою энергию в груди и руках, формируя вокруг своего тела ледяной ветер. Его пальцы, сложенные в знак истока, без остановки испускали клубящуюся темно-серую дымку.

«Сад Валькирий? Нет… Перо Валькирии… нет, может Зима Валькирии? А мне обязательно называть технику?»

«Конечно! Ты разве не знаешь, насколько важна сила слова. Как только ты назовешь технику, она закрепится этим словом на полотне твоей судьбы и потом ее будет проще воспроизвести».

Ивор задумался. Он вспомнил одно из слов, которое слышал от Звездочки. По звучанию подходило к тому, что он собирался сейчас сделать. Юноша пообещал себе потом узнать значение этого слова у своей напарницы.

Виверн поднялся на дыбы и громко топнул передними лапами. Земля задрожала. Но Ивор стоял крепко, вбирая в себя как можно больше энергии из окружения. Он махнул рукой в сторону, где находилась Лилия. Ее тут же обволокло слоем ледяной личной защиты.

Ледяная энергия вокруг Ивора стала формироваться в небольшие сгустки, которые приняли форму белых перьев. Сейчас вокруг него танцевало около двух десятков таких. Точь-в-точь таких же, какие были в крыльях Валькирии.

В одно мгновение духовные звери рванули на Ивора всем скопом. Они даже не испугались Виверна. Видимо каждый из них почувствовал надвигающуюся смертельную опасность, поэтому все до единого обнажили клыки.

Они напали одновременно, с тем, когда Ивор выставил свои руки в разные стороны. Перчатки завибрировали, испуская голубое свечение.

— Хельхейм!

Энергия Ивора высвободилась наружу с грохочущим звуком. Перья разлетелись в разные стороны ведя за собой ледяные шлейфы. Площадь в радиусе тридцати верст мгновенно покрылась льдом. Замерзло абсолютно все, от маленькой травинки, до многолетнего дуба. Издали это напоминало извержение ледяного вулкана среди безграничных джунглей.

Животные, что прыгнули на Ивора в первых рядах были стерты с лица земли в мгновение ока. Моментально замерзло более половины духовных зверей, а оставшиеся корчились в муках и жалобно скулили.

Прошла примерно дюжина вдохов, но ледяное море, созданное Хельхеймом не иссякло, оно продолжало быстро разрастаться, походя на бурный поток.

Энергия достигала южных и северных деревьев, взмывая вверх и превращая облака в тяжелые свинцовые тучи, с неба медленно пошел снег.

Повсюду слышался предсмертный рев духовных зверей.

Лед разрастался, как огромный темно-голубой зверь, пожирая все на своем пути. Животные гибли едва, коснувшись его. Их конечности отмерзали, а кровь застывала. Всего за каких-то двадцать вдохов Летний лес превратился в суровую зимнюю пустошь.

Виверн продержался дольше всех. Он двигался в сторону Ивора еще какое-то время, но так и застыл, раскрыв пасть перед юношей.

— Ну вот и все. — Ивор довольно ударил ладонями друг о друга, его новая техника впечатляла.

Он уже собирался направится за Лилией, как вдруг послышался треск льда.

Ивор резко развернулся. Ледяная скульптура Виверны покрылась трещинами и стала медленно разрушаться. Духовный зверь высвободился и покрылся золотым сиянием. Его тело уменьшалось, пока наконец не превратилось в человеческий силуэт.

Это был голый по пояс мужчина в свободных штанах. Из-за спины выглядывал хвост коричневой ящерицы. Его торс все также покрывали пластины из змеиных чешуек. Заостренные уши смотрели вверх и были наполовину закрыты черными волосами. Мужчина оскалил острые зубы, которых было явно больше, нежели у обычного человека, а его змеиные глаза хищно уставились на Ивора.

Всего мгновение, и он исчез, с невероятной скоростью появившись около юноши. Тяжелый удар отправил его в полет, заставив разломать спиной одно из ближайших деревьев.

Ивор не успел даже среагировать, как мужчина снова сократил расстояние меж ними и поймал его за лицо прямо в полете. Впечатав тело в землю, он протащил его так более двадцати шагов, а потом небрежно откинул в сторону и зарычал.

Юноша поднялся, чуть пошатнувшись. Удары хоть и были сильными, но личная защита не позволила получить больших повреждений.

— Ты еще кто такой?

— Меня зовут Виверн! Я хозяин этого леса. Который ты только что уничтожил! И я упокою тебя в этих землях. — голос мужчины сопровождался характерным змеиным шипением, отчего, казалось, что тот шепелявит.

Длиннопалые руки выпустили широкие и чрезвычайно острые когти. Виверн зарычал и прыгнул вперед. Но в этот раз Ивор остановил его удар.

Гулкий стук раздавался эхом по всему лесу от каждой отклоненной атаки. Их руки сталкивались в различных позициях. Все происходило настолько быстро, что невозможно было разглядеть направление любого удара.

В очередной раз отпрыгнув друг от друга, Ивор откашлялся. Его тело покрывали порезы от когтей, а дыхание сбилось. Виверн был в превосходной физической форме, каждый пропущенный удар отдавал в теле смещенными внутренними органами и трещинами в костях.

Ивор собрал свою внутреннюю энергию и покрыл ей свои руки. Настал его черед ринуться в атаку.

Ледяные клинки посыпались с разных сторон, но Виверн лишь крутанулся, с легкостью уворачиваясь от каждого. Тут же он отпрыгнул назад, разрывая когтями Хрустальную траву, рвущуюся из-под земли.

Удары Ивора, что последовали за этим тоже были точными и обладали огромной силой. Но существо отклоняло их раскрытыми ладонями, будто бы это ничего не стоило.

Виверн поймал один из выпадов Ивора, обвив своими руками его руку. Резким движением вверх он вывернул ее до звучного хруста. Юноша болезненно промычал.

Наступив на согнутое колено Виверна он прыгнул, проворачивая тело в воздухе, чтобы вернуть руку в прежнее состояние. Хруст повторился, только после этого ему удалось высвободиться.

— А ты неплох человек. Весьма неплох, для представителя своего рода. Ты хоть понимаешь, сколько лет требуется, чтобы населить эти бескрайние леса? Тысячи лет я выращивал этих зверей.

— Без обид змеемордый, но это Великий Кузнец дает мне испытания. Не по своей прихоти я тут хозяйствую.

Виверн прыгнул, направив свою ладонь вперед. Если бы это существо обладало еще и внутренней энергией, то шансов на победу не было бы точно. Но учитывая лишь физическую силу Ивор мог работать с этим.

Он кинулся вперед и прошел в ногах существа. Развернувшись, Ивор сделал подсечку, но Виверн подпрыгнул. Твердыми ударами ног он прошелся по месту, где только что был ледяной практик, но все они попали по земле.

Противники столкнулись. Каждый удар руки об руку раздавался эхом до самых небес.

Ивор развернулся, нанося косой удар сверху вниз. Виверн отклонился назад, заходя кулаком с боку, но был принят на сжатую в локте руку юноши.

Непрекращающийся град ударов сыпался с обеих сторон и отклонялся другой.

Ивор сомкнул знак Истока, орудуя всего одной рукой. В мгновение ока Виверн налетел на него сложив ладонь лодочкой. Кровь прыснула вверх, оставляя красный полумесяц на заснеженной земле. Плечо Ивора было сильно разодрано, но его глаза блеснули хитростью. Именно этой заминки он и ждал.

Циановый силуэт промелькнул под ногами Виверна, и вот перед его глазами возникло бескрайнее небо. За долю мгновения он начал падать. Нова с точностью знала планы Ивора, ведь была с ним единым целым. Этот прием с подсечкой они проворачивали не раз, и за счет эффекта неожиданности он всегда работал. Юноша стукнул знаком Истока по ладони, его правая рука мгновенно покрылась толстым слоем шипованного льда. Тут же сложив три пальца в коготь ястреба, он нанес два крепких удара в грудь падающего оппонента.

Один пригвоздил его к земле, другой, перенаправляя всю накопленную энергию создал под телом Виверна массивный кратер, замораживая все его тело.

Ивор совместил удар, которым он успешно истреблял животных и Поцелуй Морены. Если второй мог мгновенно заморозить практически любое существо, то первый обладал громаднейшей ударной мощью, способной свалить даже исполинского демонического медведя на стадии пятого Аркона.

Виверн хрипло взвыл, хватаясь ослабевающими руками за ладонь Ивора. В его змеиных глазах затухал огонь жизни.

Он смотрел на своего убийцу, понимая, что это конец.

— Прошу, только… Не тронь… детенышей.

Его веки захлопнулись, а тело навсегда обмякло. Ивор нахмурился, поднимая взор к небу. Он заподозрил неладное еще в самом начале. Как во внутреннем мире могло находиться столько различных зверей, к тому же, многие из них отличались разумностью.

— Дедуль! Тебе бы объясниться. Я действительно во внутреннем мире Студеного Декабря?

По небу раздался раскатистый смех.

— А даже если и нет? Что тогда?

— Тогда я просто убивал духовных зверей? Просто так опустошал какой-то лес? Это совершенно неправильно!

— Интересно, и что же ты чувствуешь по этому поводу?

— Я не… Ничего. Почему я должен что-то чувствовать. Это просто неприемлемо. Каждый зверь имеет право на жизнь, никто не в праве отнимать ее просто так. Ни сам, ни по чьей-либо указке. Жизнь имеет ценность. Ты не имел права давать мне указание на истребление этих зверей.

— А кто же тогда имел?

— Никто! В том то и дело! Если то необходимость выживания — охоться, убивай, но не более, чем ты сможешь съесть. Если на тебя напали, убей, чтобы выйти живым. На то всегда должна быть весомая причина. Но истребление целого леса без единой на то причины! Я не готов стерпеть это.

— Но ты уже это сделал.

— Ты обманул меня!!!

Ивор поднял голос. Внутри своей груди он чувствовал необъяснимый жар.

— И что ты чувствуешь? Обиду? Злость? Ярость? Может что-либо еще?

А что он чувствовал? Сложно было сказать. После того, как сфера притупила его эмоции, он практически ничего не ощущал. До того прикосновения с Лилией во время ее боевой техники. И сейчас он чувствовал далекие отголоски каких-то чувств, но совершенно не понимал, что это и зачем оно существует.

— Я не знаю, что я чувствую.

— Но что-то есть, я прав? Необъяснимое, далеко в глубине. Сфера забрала их, но ты все еще можешь их ощутить, приблизиться к ним, а значит не все потеряно. Значит ты еще человек, а не бездушная кукла.

Великий Кузнец сделал многозначительную паузу, что-то промычав он глубоко выдохнул. Кажется, старик был весьма доволен результатом.

— Второе испытание пройдено, мой юный друг.

— Ты так и не ответил. Виверн был настоящим? Не иллюзией твоего внутреннего мира?

— Не торопись, малец. Дай договорить. Третье испытание тоже пройдено. Ты доказал, что даже в отсутствии эмоций, твои моральные принципы крепки. Ты следуешь своим убеждениям. Они человечны и справедливы, ровно настолько, насколько это возможно в нынешнем мире, а значит, ты достоин обладать Студеным Декабрем. Что же до Виверна и остальных животных. Это лишь иллюзия моего внутреннего мира. Скажем так, это те далекие воспоминания, о которых даже я уже помню с трудом.

Ивор подошел к Виверну и коснулся ладонью его груди.

— Даже для воспоминания. Ты отличный боец.

Глава 65. Божественные каналы

— Итак, я прошел. Значит самое время, тебе рассказать, как спасти эту девушку.

Ивор уже снял Лилию с высокого тополя и крепко держал на руках.

Взгляд девушки дрогнул. Первый вопрос, который задал Ивор был не про великую силу артефакта Потерянной Эры, а про нее.

— Я расскажу, не торопись, для начала позволь мне наградить твои старания. Как ты уже знаешь, Студеный Декабрь не такой кладенец, как все остальные. В нем содержится большая часть моей души. И, желая уйти на покой, я прошу тебя об услуге. Ты прошел испытания, далее подчинишь себе Декабрь, а значит моя услуга будет выполнена. Посему, в качестве награды за услугу, я дам тебе особые жилы.

— Особые жилы? Чем плохи мои?

— Это жилы практиков времен, что вы называете Потерянной Эрой. Я не мог не заметить, что нынешнее поколение куда слабее моего. В основном, конечно, из-за каналов, по которым течет энергия. Пусть твои и укреплены, ты открыл десятую стадию. Ту, на которую ступали лишь мои современники, но это ничего не значит, ведь у тебя нет жил тех практиков, да и тело не укреплено. Можешь считать это моим наследием, что я тебе подарю.

Ивор смотрел на мелькающий в небе голубоватый огонек, каждое слово вызывало колебания этого огонька.

— Хорошо. — кивнул Ивор и решительно посмотрел в небо.

— У тебя будет семь дней, чтобы слиться с особыми жилами. После этого я расскажу, как ты можешь вылечить ее, однако, в течение этих семи дней ты должен выровнять свои внутренние силы, подготовить их к прорыву на следующий этап.

— Но мне говорили, что прорыв невозможен без…

— Все в порядке. Ты поймешь позже. За девушку не беспокойся, я пригляжу за ней и замедлю действие яда.

Голос Великого Кузнеца затих, а с неба прилетело пятнышко голубого цвета, которое медленно коснулось Ивора между бровями и растворилось в его голове.

Как только это произошло, Ивор почувствовал, как его внутренние жилы напрочь замерзли. Будто ледяное море окутало их, навечно заковывая в свою холодную тюрьму. Благодаря водному узлу сердца он медленно зафиксировал бушующую стихию и не дал ей хаотично распространится по всему телу.

Успокоившись, юноша сел и сосредоточился. Он погрузился в свой внутренний мир. С его полностью освобожденной внутренней силой он начал сложный процесс слияния с Особыми жилами практиков Потерянной Эры. Это была огромная сила родословной, скрытая внутри. Был ли Ивор в состоянии поглотить секрет особых жил?

Его темно-синий заснеженный мир, где солнце покрыто Морозной сферой Абсолютного Льда полностью изолирован. Никакие внешние силы не могли прервать его, поэтому он полностью отдался поглощению, не отвлекаясь ни на что.

Он не видел и не слышал того, что происходило снаружи.

— Яви себя, Дитя.

Едва видный силуэт Валькирии появился в воздухе. Девочка с персиковыми волосами и пыльно-нефритовыми глазами внимательно смотрела в небо. Ее образ был полупрозрачным, ведь Звездочка еще не до конца восстановила силы, после использования способностей.

— Значит ты в состоянии узреть мое существование.

— Пусть нынешние проводницы в Небесные Чертоги и изменились, но как я могу не признать титул Девы Разбивающей Щиты? В мое время, правда, его носила совершенно другая воительница. Доводилось видеть ее, будучи на приеме у Атлантов.

— Ты… знал мою мать?

— Знал — сильно сказано. Видел один единственный раз, как и других. Тринадцать проводниц в Небесные Чертоги. Великие девы воительницы, слава которых возведена в абсолют. Они были очень близки к правителям того мира. Так что, я не смогу удовлетворить твою жажду знаний. Да и память моя уж не та.

Спокойный тон Великого Кузнеца был мудрым. Но вот голос Звездочки заметно похолодел.

— Ты ведь просто остаточный дух, который вот-вот исчезнет. Наблюдатель, решивший передать свою мудрость, через артефакты. Конечно, тебе не было дела до Валькирий.

Голос вдохнул поглубже. Кажется, он обнаружил нечто досадное.

— Венец Пожирающих Бурь… Даже великие практики моего времени боялись этого проклятья. Да что там, первый Истинный Бог пал от такого. Не ожидал, что такой недуг до сих пор существует в этом мире. Нужна чертова дюжина артефактов от магических существ различной силы и направленности, чтобы искоренить Венец. Твое тело ведь живет только благодаря этому юноше. Ты перенаправляешь его потоки энергии через себя, таким образом поддерживаешь свою жизнь. Но кроме этого… Твое сердце скрывает ужасную ненависть и желание убийства. Даже несмотря на все ограничения проклятья и наличие этого юноши, к которому ты прониклась некоторыми чувствами, если вам удастся собрать эти тринадцать артефактов и очистить свое тело, сложно представить, сколько жизней ты отнимешь.

Тонкие брови Рандгрид слегка приподнялись, а ее маленькое нежное лицо, будучи всегда безучастным стало отражать некую злость.

— Те, кого я хочу убить — заслуживают самой страшной и болезненной смерти. И все они находятся в обители богов. Наступит день, и я доберусь до них. Я найду силы, чтобы сполна отомстить за себя, за учителя, за преданную мать и отнятую у меня сестрицу. А пока пусть наслаждаются каждым своим днем, ибо их все меньше!

Великий Кузнец Потерянной Эры испустил долгий вздох.

— Когда-то твоя душа была чистой, словно горное озеро и имело необъятную доброту. Но события твоей жизни запятнали ее ненавистью и жаждой мести. Убили ту маленькую наивную девочку, которая была когда-то одержима мечтой, стать великой Валькирией. Я могу только надеяться, что в твоей жизни будет человек, способный избавить тебя и от этого проклятья. Но, как ты и сказала, я лишь остаточный дух, которому нет дела до Валькирий. Истинная причина, почему я хотел с тобой поговорить, это узнать, были ли найдены остальные четыре ключа? Если один у тебя, а другой был спрятан мной тысячи лет назад, может ли быть, что…

Рандгрид холодно усмехнулась.

— Ключи. Я увы не знаю ничего об этих ключах, разве что о том, который достался мне от матери. Но раз ты спрашиваешь, то и так знаешь.

Девушка медленно сняла заколку в виде крыла Валькирии с уха и с теплотой в сердце сжала его.

— Это всего лишь символ Девы Разбивающей Щиты. Но позже я узнала, что это еще и один из нескольких пространственных ключей. От чего эти ключи и с какой целью моя мать передала мне его я не знаю.

— Что ж, тогда тебе и не нужно. Это мои опасения, которые не угаснут, даже если я погибну. Помни лишь одно. Ключ, что у тебя — очень важен. Храни его также бережно, как хранила когда-то Лилит. Благодарю, что столь откровенно поговорила со мной о некоторых вещах. Это дало мне еще одну занимательную идею, касательно ледяного юноши. Занятно, кстати, что ваши элементы совпали, иначе ты бы не выжила. Лед… Благородный атрибут Атлантов.

Рандгрид прищурила глаза. Кузнец знал слишком много, но не спешил делиться тайнами.

— Ты говорил про Истинных Богов. Это как-то связано с нынешним противостоянием?

— Не думаю. Я и не знаю, чему сейчас Они могут противостоять, да и не моя это забота. Давно не моя. А Истинные Боги — это те, против кого мы сражались тысячелетиями, пока нас не стерли с лица земли. Большего сказать не могу, да и нет смысла. Ты не поймешь, если не найдешь это сама.

Рандгрид шумно вздохнула. Что ж, она и не надеялась получить большего. Но что было интересно, как Великий Кузнец, будучи лишь практиком, пусть и невероятно могущественным смог даровать Ивору возможность получить Божественные каналы.

Осторожно выпуская внутреннюю энергию Ивор был готов к прорыву, но барьер не поддавался. Он стоял крепкой стеной и отделял его от желанного этапа Возведения Арконов.

Сила древней родословной проникала внутрь Ивора, делая его каналы прочными и широкими. Его внутренняя энергия быстро увеличивалась.

Семь дней Ивор непрерывно перенаправлял потоки энергии и поглощал секреты Особых жил. На восьмой день он наконец открыл глаза.

Пространство в его жилах было расширено в несколько раз, а каждая клеточка его тела содержала мощную силу. Его кости и кожа укрепились до невероятной степени. Уже сейчас Ивора можно было назвать невероятным существом, ведь подобных ему не было на континенте Северные Увалы. Он стал полноправной Божественной Частицей, уже превосходя уровень обычного человека.

С таким невероятным чувством он понимал, что готов схлестнуться с практиком на пятой или даже шестой стадии Возведения Арконов и не ощутил бы ни капли затруднений.

Ивор перевел взгляд на сидящую рядом Лилию. Голубой барьер, поддерживающий ее состояние спал, и она тяжело откашлялась. В последние дни силы совсем покинули ее тело.

— Живая? — бросил он ей в безразличной манере.

— А ты бы предпочел, чтобы я сдохла? — ответила она ему также язвительно.

Лилия не могла ни видеть, ни слышать разговор Валькирии и Кузнеца, ведь второй усыпил ее перед этим.

— Я бы предпочел расплатиться с тобой за свою жизнь и распрощаться на веки вечные, чтобы не знать тебя.

Девушка нахмурилась, а Ивор поднял голову и громко спросил.

— Я слился с особыми жилами. Что дальше? Что я должен сделать, чтобы спасти ее от яда.

— Это очень просто!

Мир внезапно свернулся быстрыми движениями, как сворачивают со стола грязную скатерть. Ивор и Лилия оказались все в том же зале циклопического Гиперборейского здания, где посередине на пьедестале витал морозный наплечник.

— Учитывая, что ты слился с особыми жилами, или, как говорит твоя спутница, Божественными каналами, твоя родословная, равно как и твое тело, стали превосходными. Теперь это тело практика Потерянной Эры. Чтобы излечить девушку, необходимо извлечь всю отравленную энергию. Опустошить ее резервуары. Это может убить ее, поэтому ты должен заменить ее энергию своей. Разность элементов конечно нежелательна, но не критична, за пару месяцев она заменит лед на свое пламя. Важный аспект в этом, это то, что твоя ледяная энергия не даст ей умереть.

Ивор готов поклясться, что слышал, как у Звездочки дернулся глаз.

«Только не говори мне, что изначально план Кузнеца был…»

— Ты поглотишь ее отравленную энергию. Поскольку у тебя сейчас крепкое тело и Божественные каналы, то яд на тебя не подействует, более того, ее пламенная энергия позволит преодолеть тебе барьер к следующему этапу и сбалансирует огненное и ледяное начало в твоем теле. Чтобы поглотить энергию, вы используете правила культивационной печи, правда с некими оговорками.

— К-к-культивационная печь? — на этот раз воскликнула Лилия.

Она и без того знала, что это такое, но ее шок был настолько велик, что она невольно задала этот вопрос.

— Именно. Древняя техника парной культивации, которая позволяет поглотить всю культивационную базу партнера, превращая ее в свою собственную. Вот только ты взамен отдашь ей свою. Поскольку у тебя она больше, ты не будешь восстанавливаться слишком долго. Это сработает, потому что у тебя все еще есть девственное семя практика Потерянной Эры. Поскольку вы оба девственны, ваши мужское и женское начало, проистекающие из киноварного поля очень совместимы. Твое семя будет поглощено ее элементом, и она благодаря этому исцелиться, пополняя резервуары энергии с помощью твоей. Она даже может получить частичку родословной божественных каналов и прорваться на более высокую ступень. Ну и ты тоже получишь от этого пользу, хо-хо, так сказать, совместите приятное с полезным. Эх молодежь.

По мере того, как Великий Кузнец рассказывал все это, Ивор, который первоначально имел серьезный и стремительный настрой, был ошеломлен. Он подсознательно повернулся, оглядев Лилию. Ее лицо покрылось красным цветом, то ли от смущения, то ли от злости. Он с небольшим неверием переспросил.

— То есть ты говоришь…

— Я достаточно ясно ответил на твой вопрос. Это было бы бессмысленно, не поглоти ты Божественные каналы, однако сейчас, ты восстановил свою силу и находишься на грани прорыва, твоя родословная не имеет ничего похожего в мире. Так что это единственный путь. Лишь вам решать, следовать ему, или нет… Позовите меня, как разберетесь тут со всем.

Голубой огонь в небе растворился, оставляя слушателей в недоумении.

Тишина была слишком долгой и всепоглощающей.

Ивор медленно и глубоко вдохнул, освобождая ум от ненужных мыслей. Его разум вновь стал холодным. В целом, он был не из тех людей, кто взял бы девушку силой, но сейчас от этого зависела ее жизнь. Сама Лилия никогда не согласится на подобное, он уверен, поэтому, так или иначе, инициатива должна исходить от него.

К тому же, это действительно неплохой шанс совершить прорыв. А ответственность за произошедшее он возьмет на себя.

Юноша медленно встал и пошел в сторону Лилии.

— Нет!!! Нет, не смей! Я лучше умру, чем стану… с таким… Да! Я лучше сдохну!

Ее лицо все еще краснело, а из-за сильного волнения голос дрожал и заикался.

— Я знаю. — аккуратно сказал Ивор, пытаясь подобрать в голове правильные слова. — Пламенная принцесса должна быть чистой и непорочной, вот только судя по твоей репутации, ты далеко не такая. Со всеми этими игрушками и прочим. Я не берусь вправлять тебе мозги на место, но у каждого есть шанс на исправление, так что почему бы им не воспользоваться? В твоем сердце есть огненный барьер, и я понимаю его. Понимаю, что ты не получила той любви и заботы, когда нуждалась в ней. Так позволь я дам тебе ее. Я защищал тебя на протяжении года и ни разу не притронулся к тебе без твоего ведома, а сейчас, я возьму на себя ответственность и сохраню твою жизнь.

Он наклонился к ней, аккуратно положив ладонь на щеку. Ослабшее тело девушки с трудом сохраняла сидячее положение, чтобы силой оттолкнуть руку Ивора и речи быть не могло.

— Если ты сделаешь это… я убью тебя! Слышишь!!! Я сожгу твое тело до рубиновых угольков, а потом снова и снова буду жечь его, чтобы даже пепла не осталось! Не смей трогать меня, я Пламенная принцесса и я… мн…

Ивор взял ее за руку и силой впился в тонкие губы девушки, затыкая ее. Он бесцеремонно вторгся языком в ее маленький рот, словно царь входит в свои новые владения, ощупывая каждое место.

Изумрудные глаза Лилии расширились, когда она издала стонущий звук. Девушка даже не заметила, как ее ключицы и плечи обнажились. Вскоре ее красный кафтан упал, обнажая и маленькую аккуратную грудь. Она была совершенно беззащитна перед напором Ивора, а стоны девушки становились все более протяжными и бессильными.

И без того слабое тело Лилии оказывало все меньше и меньше сопротивления. Ее белоснежное тело, словно мраморное предстало перед глазами Ивора. Он планомерно лишал ее одежды, пока не оставил совсем обнаженной. Несмотря на отсутствие отторжения, глаза девушки все еще выражали крайнюю злобу.

Но с каждым прикосновением Ивора, что было нежным, словно легкий ветерок, ее глаза затягивало пеленой. Уже совсем скоро она перестала отдавать отчет всему происходящему и просто отдалась этим потокам ветра.

В этом месте далеком от всего мира было тихо и спокойно. Темнота широкого зала помогала скрыть нарастающее смущение, а стены эхом отражали звуки слившихся в нежном танце мужчины и женщины. Эти звуки были чистыми и прекрасными, они проникали в самую душу, чтобы оставить там неизгладимый след.

Но внезапно вся эта нежность, которую Ивор пытался породить, поскольку был уверен, что именно таким должен быть первый раз любой девушки, улетучилась.

Лилия нашла в себе силы впиться ногтями в его плечо, заставляя его кровоточить. Как только его лицо отстранилось она влепила громкую и до ужаса больную пощечину, оставляя на его лице красный след.

Всего мгновением после она встретилась с его глазами, которые, кажется, были наполнены необъяснимой заботой. Что-то щелкнуло в ее голове. Она с безумной до одури силой и страстью впилась в губы юноши, повалив его на спину. А ее ногти все также впивались в его плечо.

Глава 66. Просьба Великого Кузнеца

Лилия пылала словно необузданный пожар. Кажется, сейчас она вошла в некое подобие боевого ража, потому что ее действия совершенно не соотносились с тем, что она говорила некоторое время назад.

Она держала его за волосы и кусала в шею, оставляя глубокие следы от зубов. Ее бедра двигались сами по себе, все быстрее и быстрее, растворяя обоих в невероятном море удовольствия. Каждое ее движение молнией пронзало все тело Ивора. Оба человека уже давно перестали владеть ситуацией и отдались животному желанию, которое полностью затмило их разум.

Их возбуждающие движения постепенно переходили в чарующие звуки тяжелого и ускоряющегося дыхания. Его мужское и ее женское девственное начало сливались в идеальном союзе, а тела плотно прижимались друг к другу.

Они несколько раз меняли позы, которые могли бы показаться слишком постыдными. Но в этих порывах первозданной страсти уже было совершенно неважно, как, важно было лишь то, что они могли сорвать свою похоть друг на друге.

Словно буря они изматывали друг друга и после небольших перерывов снова утопали в безудержной страсти. Руки Ивора обнимали гладкую и нежную спину Лилии. Он никогда не слышал стонов девушки, но даже так, понимал, что Лилия стонала слишком яростно, отдавая всю себя их близости.

После нескольких часов они лежали рядом, прижимаясь друг к другу. Полностью взмокшие, со сбитым дыханием. Лилия уснула почти сразу. Ивор смотрел на нее, после того как «утих ветер». Он молчал в течение долгого времени, да и не знал, что сказать. Любые слова сейчас не были бы услышаны. Однако была та, кто явно молчать не собирался.

«Ты СВОЛОЧЬ! Скотина! Извращенец! Идиотина! Погребальная ладья по тебе плачет! Да для тебя самых жестоких истязаний Хельхейма будет мало. Как ты посмел вынудить эту Валькирию смотреть на все это? Слушать эти неприличные звуки. Да даже несмотря на то, что эта девка умирала… Ты! Я… я бы убила тебя на месте, если бы наши души не были связаны!»

Звездочка источала ярость. Даже ее голос слегка дрожал.

Ивор демонстративно закатил глаза и вздохнул.

«Ты могла спокойно уснуть, отключив свое восприятие, как ты делала это ранее. Тебя никто не заставлял смотреть».

«Грязный, бесчестный, подлый извращенец! Я тебя ненавижу!» — сейчас девочка больше походила на обиженного ребенка, нежели на разгневанную Валькирию.

Ивор на мгновение задумался. Все же он был мужчиной. Его привлекали девушки. Пусть ранее он и не проявлял такого активного интереса, но сейчас, распробовав как следует акт любви, юноша подумал, что с радостью бы повторил это.

— Это ведь нормально для людей. Может тебе непривычно видеть такое, но это происходит, и будет происходить, так что через пару раз привыкнешь.

— Отвратительно!!! Ты говоришь, что такое будет еще? Так ты из тех людей, к которым мне говорили НИКОГДА не приближаться моя мама и сестра! Я с тобой больше не желаю разговаривать!

Звездочка замолчала, больше не обращая внимания на Ивора.

Юноша протяжно выдохнул и тяжелый сон коснулся его разума.

Через некоторое время проснулась Лилия. Увидев обнаженного Ивора рядом она в ужасе подскочила и отпрянула назад, поспешно одеваясь. В ее сердце было смятение наравне со злобой. Одевшись, она протянула вперед правую руку, в ней моментально зажглось белое пламя, которое переливалось и обдавало теплом все помещение.

— Убью!!! Как ты посмел прикоснуться ко мне, затмить мой разум и делать такие постыдные вещи!!!

Мгновение и она осеклась, внимательно всматриваясь в свой огонь. Потом она тщательно проверила свой мир, энергию, внутренние жилы.

От яда не осталось и следа. Более того, ее внутреннее состояние было превосходным. Энергия текла куда податливее и покрывала полностью все ее тело. Жилы стали намного шире и крепче.

— Но… как? Я же была всего на первом, а сейчас…

Девушка моментально прорвалась до Аркона Змея (5). Такой быстрый прорыв сразу на пять стадий никогда не фиксировался в истории. Лилия ощущала громадную силу в своем теле, но пока не привыкла и не совсем понимала, как ее использовать полностью.

Она была ошеломлена. От злости и негодования не осталось и следа. Все ее внимание сейчас сосредотачивалось на изучении своих жил и внутреннего мира.

Некоторое время ее мысли хаотично скакали в маленькой рыжей голове, но потом изумрудные глаза вспыхнули. Она посмотрела сложным взглядом на Ивора и горько усмехнулась. Огненное марево покрыло ее тело, и Лилия исчезла.

Ивор не знал, как долго он утопал в объятиях бога Сна и его супруги Дремы. Когда он открыл глаза, то находился все в том же темном зале, где витал Студеный Декабрь. Лилии не было рядом. Но раскиданная одежда и мягкое одеяло, что Ивор бережно постелил перед этим указывало на то, что произошедшее не было сном.

— Итак, юноша, ты очнулся.

Наплечник вспыхнул голубым огоньком.

— Куда делась Лилия? Она в порядке?

— Когда вы соединили свои мужское и женское начало, она получила твое девственное семя. Вы обменялись энергией, и ты лишил ее яда. Как я и предполагал, она получила частичку наследия и прорвалась на стадию пятого Аркона. Ты же получил ее девственную женскую энергию, которая сбалансировала циркуляцию по твоим жилам. Однако, очень необычно, что твое тело так быстро приняло и растворило ее пламенную энергию. Даже несмотря на яд. Будто бы твое тело изначально создано для огненных искусств. Но, впрочем, это и не важно. Ты прорвался к Арконам, теперь у тебя не будет никаких проблем с культивацией.

Слова Великого Кузнеца заставили Ивора задуматься на мгновение, после чего он кивнул.

— Значит она излечилась и ушла. Хорошо. Мой долг уплачен сполна. Правда… то что произошло между нами. Ох, надеюсь с этим не будет проблем.

— Вообще, она хотела тебя убить, но в какой-то момент ее сердце дрогнуло. Эта девушка испытала сложные чувства, она вряд ли понимает, что это, но одно я могу сказать точно, больше она не будет прежней.

Ивор пытался прислушаться к себе, но сердце молчало. То, что едва вспыхнуло в момент близости с Лилией снова спряталось в глубинах его мира.

— В любом случае, благодарю тебя за эти каналы и за то, что помог спасти эту девушку. Я был обязан отплатить за спасение своей жизни той же монетой. Всю жизнь меня учили, что мир должен пребывать в балансе. Поэтому подобные вещи необходимо оплачивать сполна.

Голос Великого Кузнеца усмехнулся.

— Учитывая мою заинтересованность, не нужно благодарностей. Однако, я бы хотел озвучить свою просьбу, перед тем как уйду.

Столь великое существо с безграничной силой обычно приказывает, но Кузнец говорил именно о просьбе, что значит, он не только уважал, но и считался с интересами Ивора.

Юноша вздохнул. Конечно он согласится, но это означало очередной напряг, а он не любил эти самые напряги.

— Я не уверен, что смогу помочь, но сделаю все что в моих силах.

— Этого достаточно. На самом деле моя просьба фактически невыполнима и рассчитано на далекое будущее. Возможно ты подойдешь к концу своего жизненного пути раньше, чем хоть на шаг приблизишься к исполнению моей просьбы. Но я попытаю удачу и расскажу тебе об этом. Ты слышал об Обители Богов.

— Да, иногда мелькало это название, но я знаю лишь поверхностно.

— Обитель Богов — это место, где ранее обитали Истинные Боги. Задолго до Потерянной Эры. Это громадные острова, каждый из которые в десятки раз превышают размеры моего измерения. В этой Обители находится множество оружия, легендарных наследий, секретных искусств. От духов тех мест, я узнал, что умер гораздо раньше того момента, как пали Истинные Боги. Но это не столь важно. Важнее сейчас то, что шесть пространственных ключей были потеряны. Хранители либо пали в войне, либо лишились ключа.

— От чего эти ключи?

— Они от гробницы времени, что находится вне всех измерений. В этой гробнице заточено существо, которое не должно никогда выбраться оттуда, иначе мир в привычном тебе понимании перестанет существовать. Было бы лучше, если бы ключи были затеряны навсегда, но зная людскую натуру, их будут искать. Поэтому моя просьба заключается в том, чтобы ты тоже начал поиск этих ключей и уничтожил их, когда найдешь. Они были созданы лучшими мастерами своего времени и на них наложена сложнейшая техника защиты. Уничтожить ключи можно лишь собрав вместе все шесть.

— Как я должен искать эти ключи? Они ведь могут быть где угодно.

— К сожалению, я не могу ответить. Даже я не видел всех ключей. Ранее я был хранителем ключа, но в моей памяти не сохранилось место, куда я спрятал свой ключ. Это воспоминания утратилось с частицей души после моей смерти. Но твоя спутница обладает одним из ключей. Возможно это тебе поможет в поисках. Так или иначе, раньше, чем ты ступишь в Обитель Богов тебе не стоит думать об этом.

Ивор медленно поднял взгляд и проговорил.

— Я не могу сказать, что я отклоняю твою просьбу, вот только ты слишком высокого мнения обо мне, Великий Кузнец. Вряд ли я когда-то ступлю в Божественную Обитель. Я лишь обычный смертный и вряд ли полотном судьбы предначертано мне войти в нее. У меня нет возможности достигнуть этого. Вряд ли Макошь предусмотрела такое для меня.

— Макошь? Ты сказал Макошь?

— Да. Богиня Судьбы и Предначертания. Именно она владеет всеми полотнами судеб, что висят на ветвях Мирового Древа.

— Ха… ХАХАХАХА! Невероятно. Богиня? Макошь? С каких пор… Этот мир намного безумнее, чем я предполагал. Но да пусть, ты и сам все узнаешь, нет смысла сейчас забивать этим голову. Моя просьба столь же трудна, сколь нарушение законов Мирового Древа, но все же вероятность того, что ты сможешь попасть в Обитель Богов есть, учитывая твое нынешнее тело и жилы, скорость твоего развития увеличится. Ты представляешь доверие и достаточно искренний юноша, поэтому, я готов доверить тебе не только Декабрь, но и свою просьбу. Это не приказ, поэтому если за свою жизнь ты так и не ступишь в Обитель, то можешь просто забыть о моей просьбе.

Ивор удивился такой реакции Великого Кузнеца, но не стал придавать ей значения. На остальное он уважительно кивнул, тем самым принимая условия просьбы.

— Все же я не ошибся. Что ж, а теперь подойди. Я приму тебя, как единственного и полноправного хозяина Студеного Декабря, а после наконец отправлюсь на покой.

Ивор медленно подошел к наплечнику. Его голубые узоры засияли. Он коснулся его меховой кромки, отчего сияние стало ослепительным. Наплечник исчез, появившись на правом плече Ивора, идеально дополняя его внешний вид. Он идеально подошел по размеру и наполнил тело Ивора необычной ледяной энергией.

— Теперь ты мой хозяин. Я подчиняюсь твоим приказам. Будучи заключительным кладенцом, я был создан для абсолютной защиты и стремительной атаки.

Наплечник снова мигнул, превращаясь в тягучий ледяной след, который обогнул все тело Ивора, полностью меняя свою структуру и вид.

— Я могу быть любым доспехом.

Он превратился в нагрудник, потом перетек к голове и стал шлемом. Перейдя к рукам, Декабрь стал отличным продолжением перчаток.

— Могу быть верным оружием.

Тягучий след перетек по руке, образуя ее продолжение в виде длинного шипа.

— Но увы я не смогу покинуть твоего тела. Имей это ввиду. А теперь, прощай. Мы не поговорим больше, но это не значит, что я не слышу тебя. Твои просьбы всегда достигают моих ушей.

Ивор завороженно наблюдал за Студеным Декабрем все это время. Только в конце он вернулся в состояние наплечника и попрощался.

— Еще раз благодарю тебя за твою мудрость и наследие. Прощай, Великий Кузнец.

Сияние утихомирилось, а наплечник больше не излучал той давящей атмосферы, вместо этого его энергия полностью слилась с энергией Ивора, и он стал мощнейшим дополнением к ауре юноши.

Он чувствовал себя обновленным и свежим. Тело словно стало крепче. Юноша обнаружил, что находится на пике первого Аркона. Нужно было всего-то сделать маленький шажок, чтобы преодолеть барьер и совершить прорыв.

Выйдя из здания Ивор первым делом вернулся к мертвому Змею-Горынычу. В реальном мире прошло всего несколько дней, поэтому труп чудовища был достаточно свежим. Вынув тяжелый разделочный нож он, как учил отец, медленно стал прощупывать твердую чешую.

Когда юноша нашел мягкие стыки чешуек, он аккуратно вонзил нож в тело, начиная разделку.

Он потратил целых два дня, чтобы добраться до костного мозга через крепкие мышцы и плотное змеиное мясо. Достав его, он устало свалился на землю и тяжело выдохнул. Ивор весь провинился странным кислотным запахом, его руки по локоть измазаны в крови. Наконец в его руках находился второй артефакт, необходимый Звездочке.

Отложив костный мозг, юноша поднялся и подошел к единственной уцелевшей голове.

Ему в голову пришла идея использовать один из первых и важнейших навыков, которые он получил, будучи сыном Волхва. Осталось только вспомнить все нюансы.

Достав из сумки небольшую колбу Ивор сдвинул змеиную челюсть, обнажив зубы. Он аккуратно открыл пасть змея и выбрал самый толстый из передних клыков, полый внутри. Имитируя смыкание челюсти, он спровоцировал сокращение мышц, находящихся вокруг ядовитых желез, а те в свою очередь начали выделять яд. Собрав полную колбу полупрозрачной желтоватой жидкости Ивор бережно закупорил ее дубовой пробкой. Столь сильный яд пригодится ему, но лучше не думать в какой ситуации.

Набрав еще две таких стеклянных емкости Ивор тщательно очистил руки снегом и своим льдом.

«О, моя Валькирия, не соизволите ли вы принять от меня скромный подарок в виде костного мозга Великого Змея?»

Молчание.

«Ладно тебе, Звездочка. Забери костный мозг и дуйся дальше сколько тебе угодно, один хрен, мы друг от друга не сбежим и рано или поздно нам придется контактировать. Поэтому, не важно сейчас ты начнешь говорить со мной или потом».

«Это все равно ничего не значит, ясно? Ты пал в моих глазах так низко, как это возможно».

«Извиняться не буду».

«А я и не прощу!»

Звездочка проявила себя на некоторое мгновение. Демонстративно фыркнув, она забрала костный мозг и буркнула безразличное «спасибо». Вместе с ним она скрылась во внутреннем мире Ивора. Именно там она начнет поглощение.

«Я пропаду на несколько дней. Костный мозг хоть и не очень высокого уровня, но достаточно качественный. Нужно время в моем нынешнем состоянии, чтобы его поглотить. Мне нельзя отвлекаться и нужно будет использовать всю свою концентрацию, поэтому Ивор, я тебя очень прошу, не встревай в передряги и не беспокой меня по пустякам».

«Будет исполнено, о, моя Валькирия!»

Звездочка снова недовольно фыркнула, чем вызвала легкую полуулыбку у Ивора.

Оставался еще один день, прежде чем портал выкинет его из тридевятых земель. С одной стороны, можно было поискать еще какие-либо сокровища, но с другой, после разделки змея Ивор чувствовал себя настолько выжатым и уставшим, что едва стоял на ногах.

Несмотря на это, он все же нашел в себе силы, чтобы поискать немного духовных трав, которые росли только в этой местности. Также нужно было пополнить запасы лечебных растений. В последнее время они тратились с огромной скоростью.

Поэтому последний день в этой области Ивор потратил на тщательный поиск и сбор трав. Некоторые из них были ему даже неизвестны, но он собирал любые растения, которые имели хотя бы самую малость духовной энергии.

Альпийский Лисохвост, который растет только на крайнем севере, а также полярный мак и арктическая щучка — самые ценные растения, которые ему удалось найти. В один момент Ивору даже слишком повезло, и он нашел один единственный цветок Ясколки, которая вообще не водится на континенте Северных Увал и по историческим записям росла еще задолго до того, как огромный кусок континента ушел под воду.

В начале дня, когда он должен был покинуть тридевятые земли, юноша совсем выбился из сил.

— Как ты там говорила? На том свете высплюсь. — холодно пробурчал он, наблюдая, как темно-красный огонек приближается, чтобы забрать его обратно в Маяту.

Глава 67. Побег из Маяты

Красный мерцающий огонек забрал Ивора, в глазах заплясали изображения, которые принесли с собой кромешную тьму. Живот скрутило не на шутку, но юноша вовремя взял себя в руки.

Портал выплюнул Ивора на той же долине, рядом с ним медленно вышел Держимир. Его сумка была до отказа набита различными травами, некоторые даже выглядывали из кармашков.

Наставник помог подняться своему, пока еще, ученику.

— Видимо, мы одни из первых, но да ладно, я собрал даже больше, чем планировал, эта вылазка оказалась весьма продуктивной, хо-о, мне явно стоит благодарить тебя, юноша, за предоставленную возможность. Как прошло твое исследование?

— Нормально. Более беспокойно, чем я ожидал, но сойдет. — Ивор устало отмахнулся.

Он оглядел долину, множество людей еще не вернулись из тридевятых земель, но некоторые уже медленно появлялись из портала, устало покачиваясь. Видно, что люди в течение этих восьми дней практически не спали, пытаясь выжать из исследования больше пользы, чем могло бы быть.

Ивор собирался уйти в гостевые резиденции, чтобы как следует отдохнуть, но тут к нему подошел один из практиков в форме Огненных Столпов. Он был очень высоким и крепким мужчиной лет сорока с чисто выбритой головой и густой, черной, с проседью, бородой.

— Князь Огневед желает поговорить с вами. — кивнул он в сторону, приглашая пройти вместе с ним.

Ивор пожал плечами, понимая, что отказ вряд ли будет принят. В голове его промелькнуло множество мыслей, но одна его беспокоила чуть больше остальных.

«Если он узнал о том, что я сделал с его дочерью, то мне срочно нужно придумать третий уровень техники движения».

В этот момент на его плечо мягко опустилась широкая, покрытая морщинами и шрамами ладонь.

— Я еще являюсь прямым наставником этого ученика, без моего ведома, думаю, даже князь не может вести беседу с этим юношей.

Огненный практик нахмурился, слушая Держимира, но все же пожал плечами и пригласил пройти с ним обоим, двигаясь влево от гудящего портала. Он прошел около двадцати шагов, не оглядываясь, а потом остановился в ожидании.

Перед тем как двинуться, Держимир наклонился к Ивору и тихо, чтобы кроме него никто не слышал, проговорил.

— Мне кажется, это из-за твоего внезапного всплеска силы во время битвы с Ведом. Князь очень щепетилен в вопросах силы, но более осторожен в том, что он не понимает. Поэтому слушай, я буду рядом, если все пойдет не так, смотри внимательно на мои руки, как только дам знак, беги так быстро, как сможешь.

— Но почему вы мне помогаете? И почему я должен буду бежать?

— Ох, вы, молодняк, так мало понимаете в людях. Огневед из тех людей, которые любым способом добивается своего. Он будет выуживать из тебя ответы. Откуда и как ты получил эту силу, что это было. Ибо даже я чувствовал, что показанное в бою с Ведом даже свыше этапа Выращивания Духовного Древа. А если ответы его не удовлетворят, он силой сделает тебя своей собственностью, будет изучать, сделает своим инструментом по выполнению заданий. А что до меня, ты исполнил мечту этого старика. Я и помыслить не мог о втором месте нашей академии, не говоря уже об исследовании тридевятых земель. Те ингредиенты и артефакт, что я там нашел, ценнее, чем все, что я заработал за свою долгую жизнь. Так что, как водится, добром на добро. Смекаешь?

— Смекаю.

— Вот и отлично. А теперь пошли, не стоит заставлять князя ждать. С ответами не торопись, если что подсоблю. Я дам знак.

Держимир направился за практиком огня, сомкнув руки за спиной в районе поясницы. Ивор пошел следом. Они прошли несколько развернутых шатров, в которых находились представители и ученики Огненных Столпов, зайдя в самый большой.

Внутри на полу расстилались множество мягких шкур. Стулья, которых было немало, также обтянуты бархатными тканями. На столе стопками лежали бумаги и сияла яркая лучина.

Светловолосый мужчина в красно-оранжевых одеяниях рассматривал карту, вывешенную на тяжелую ткань шатра. Он задумчиво почесывал бороду ведя пальцем другой руки по какому-то маршруту. Держимир и Ивор терпеливо ждали, пока он закончит. Наконец, Огневед развернулся, приветственно кивая. Его аура, тяжелая и безупречно плотная упала на плечи, словно небо. Если бы князь Крадовский не сдерживал ее, то Ивору пришлось бы упасть на колени. Но даже так, дыхание давалось с трудом.

— С прибытием. Как прошло ваше исследование?

— Весьма плодородно, великий князь. Мы с моим учеником собрали множество полезного материала.

— Может были какие-то интересные артефакты? Не бойтесь, как я и говорил, найденное вами по праву ваше. Это лишь простое любопытство, кое мучает каждого практика.

Его голос был спокойным и мягким, но с каждым словом Ивор понимал, что его голова будто кружится, ведь звук тек как-то странно, будто отражался эхом и вторил сам себе. Юноша коснулся плеча. Под кафтаном находился Студеный Декабрь. Благо, как и любой кладенец, в неактивном состоянии он казался обычной безделушкой, поэтому его невозможно было отследить даже самому опытному артефактору.

— Увы, нам так и не удалось найти руины древнего города, однако, мы наткнулись на большой лесной массив, где чувствуется присутствие давно иссякнувшей формации, там мы и обнаружили разрушенную теплицу с травами и лекарственными мазями.

— Что ж, это все равно отличный улов. — Князь загадочно улыбнулся. — Но, думаю вы знаете, что я позвал вас не за этим, так что достаточно вежливости. Я хотел бы поговорить с вашим учеником. Наедине.

— Уважаемый князь, боюсь это невозможно, ведь мой ученик сам до конца не понимает своего потенциала. Думаю, на многие вопросы я бы нашел лучший ответ, нежели мой подопечный.

Огневед прищурил глаза, переводя взгляд на Ивора. На его лице читалась нотка недовольства.

— Даже несмотря на то, что вы уважаемый наставник, это приказ.

Держимир послушно кивнул. Он повернулся и проходя мимо Ивора шепнул.

— Меняемся, если что, дай знак.

Выйдя из шатра, наставник развернул свое чувство ауры, наблюдая за тем, что происходит внутри.

— Итак, юноша, не могу не отметить твои достижения на Турнире Четырех. Прийти всего на шестой стадии Формирования Солнца, а закончить на девятой. Будучи практиком льда, выйти в финал. Поистине невероятно. Но вот что странно, ни один практик Формирования Солнца не может испустить энергию уровня выше на два этапа, чем его собственный. Ты так не думаешь?

— Если культивация, это нарушение законов Мирового Древа, значит то, о чем вы говорите было бы нарушение законов культивации, что в принципе невозможно.

— А ты достаточно умен. Понимаешь меня. Так вот, как ты думаешь, если бы нашелся такой человек, который смог высвободить энергию этапа Начертания Рун, в то время как он всего лишь практик Формирования Солнца, что бы с ним случилось?

— Ну, им бы заинтересовались сильные мира сего, начали бы охоту за секретом, которым он владеет. — честно ответил Ивор, не понимая, к чему клонит князь.

Он не мог даже представить, что в битве с Ведом он высвободил такое количество энергии, более того, Ивор был уверен, что тогда ему помогла Звездочка, а сам он толком ничего не помнил.

— Ты очень честен. Мне это нравится. Раз уж ты все понимаешь, расскажи мне свой секрет, что за технику ты использовал? Может это был какой-то метод культивации или боевое искусство? Как у тебя получилось высвободить такое количество духовной силы и разбить Веда, который находился на другом уровне. Даже мой сын, который по праву сильнейший представитель молодого поколения, признаю, не смог бы разбить три слоя барьера земли за один удар каждый.

В голове Ивора забегали мысли, он быстро сложил получившуюся ситуацию и искал решение. Оно пришло не сразу.

— Все дело в древнем артефакте. Я нашел его еще будучи совсем маленьким, на окраине деревни. — Он снял с шеи амулет, который подарил ему Держимир и положил его на стол. — Но, как оказалось, он одноразовый, иначе я бы использовал его, чтобы победить Лучезара. Именно он поднял мою силу настолько, что я смог одолеть Веда.

Ивор не был искусен во лжи. Но сейчас, когда его эмоции максимально притупились сферой, он совершенно не чувствовал стыда, а поэтому, князь даже не заподозрил, что юноша лжет.

Он подошел к столу с другой стороны и взял медный амулет с изображением медовых сот. Князь тщательно его изучил, пропуская через него внутреннюю энергию.

— Хм… вполне может быть. Артефакт действительно из Потерянной Эры. Но знаешь, я бы не был одним из сильнейших людей и князем Крадова, если бы верил всем подряд. Поэтому предлагаю тебе остаться на пару месяцев, чтобы мои практики могли тебя как следует изучить. Как только мы убедимся, что твоя сила действительно исходила из амулета, то сможешь спокойно покинуть Маяту.

— А что будет если я откажусь? Конечно, я понимаю, что слово князя велико, но у меня были свои планы, ведь я получил приглашение и скоро стану личным учеником Зимницкой.

Ивор умышленно упомянул главу Ледяных Истин, поскольку та была в одном ряду с сильнейшими практиками всего Русского Каганата. Но это вызвало лишь усмешку у Огневеда.

— Увы, но у этого предложения не предусмотрен отказ. А Ледяная Дева… Кажется, желторотый птенец слишком обнаглел, раз пытается напугать Сокола. Ты останешься здесь и поведаешь мне секреты своей силы и скорости культивации, хочешь ты того или нет.

На руках Огневеда зажглось пламя, но в это же мгновение Ивор направил мощный аурный импульс через вход шатра к главе Восходящего Солнца.

То, что случилось далее, происходило не более двух вдохов, за движениями сложно было уследить.

Держимир ворвался во внутрь. Пламенная стрела устремилась от князя в сторону Ивора, разрываясь на четыре цепи крест-накрест. Но глава выскочил перед юношей и укрыл их пологом огненного барьера, отбивая связывающую технику.

— У тебя будет один вдох. Беги как можно быстрее. Путь отсюда лишь один, тебе нужно миновать город, выйдешь через главные ворота, а там на северо-восток, пока не дойдёшь до Тундровых лесов. Там и ищи Ледяные Истины.

— А как же вы?

— У Ярополка должок передо мной. Сыграю на этом. А теперь беги!

Держимир вынул из сумки какой-то шар размером с ладонь и раздавил его. Черный дым мгновенно наполнил пространство внутри барьера, а сам он в этот момент разрушился.

— Наставник! Неужто вы решили пойти против княжеской воли?!

Раздался озлобленный голос Огневеда.

Ивор рванул мерцанием вперед, схватив медный амулет, сокрытый черным дымом он сумел остаться незамеченным. Еще один прыжок морозного мерцания, и он оказался на улице.

Внутри шатра завязалось пламя, а из прорех в ткани валил черный дым. Практики Огненных Столпов ворвались внутрь. Вскоре все утихомирилось.

Но Ивор уже этого не видел. Он мчался в сторону Маяты так, словно за ним гналась сама смерть. Юноша прекрасно знал, что князь имеет достаточно ресурсов, чтобы нагнать его, даже если он оторвется на день пути.

Полуденное солнце припекало сверху, а в столице Крадова улицы были весьма оживленными. Ивор бежал сквозь них, каждый его шаг в половину версты прерывался пятью обычными. Даже на втором уровне Морозного Мерцания он не мог использовать его слишком долго и на большие расстояния. Уже через тридцать-сорок верст он полностью выдохнется.

На половине пути через город в небе послышался грозный птичий клекот. В небо взмыла дюжина громадных соколов. Точнее, духовных зверей, которые выглядели точно также, но имели внутреннюю энергию в своем ядре и превосходили размером сородичей во много раз. На спине каждого крепко держались за седло практики из личной армии князя.

«Плохо! С неба они быстро меня увидят, даже с Морозным Мерцанием, мою энергию будет легко отследить»

Он петлял между домами, пытаясь как можно меньше использовать технику движения и прячась под карнизами и навесами.

Но в какой-то момент птичий клекот оказался совсем близко. Ивор поднял голову и понял, что его заметили.

Острые когти сомкнулись, но раздавили лишь ледяную копию.

Рывком вправо Ивор выбил дверь какого-то дома, оказавшегося местным трактиром.

Он перепрыгнул несколько столов и нырнул в открытое окно.

Сокол с наездником тем временем перемахнули через крышу, в этот момент к нему присоединились еще двое.

Огненные стрелы с цепями рванули вниз, но как только они должны были соприкоснуться с телом Ивора, произошел взрыв ледяной энергии.

Ивор ушел из-под удара за долю маха, а стрелы связали его ледяной мираж. Второй уровень Морозного Мерцания отзывался куда быстрее и оставлял для безопасности размытые ледяные тени.

Пикируя вниз, соколы снова пытались схватить его когтями, и опять безуспешно. Так он миновал еще десяток улиц, пытаясь затеряться в людных местах и юркая под навесами в безлюдных.

Но на выходе из Маяты его ждала еще одна проблема.

Два десятка стражников, которые не пропустили бы даже мышь.

Он остановился у одного из зданий, переводя дух. Соколы потеряли его из виду, но надолго ли?

Городские стены просто так не перемахнуть, даже если отталкиваться от ледяных платформ, идти напролом через стражников — чистой воды самоубийство, но выбора не было. Либо так, либо под натиском Соколов.

«В любом случае, я нужен им живым, меня максимум покалечат и свяжут, иначе князь никогда не узнает тот секрет, который ищет. Вот только этот секрет не знаю даже я».

Ивор сделал шаг назад, но его острый слух услышал за три улицы волнения толпы. Городская стража начала теснить его, смыкая круг. Они знали, в какой части города находится ледяной практик, а значит, нужно было всего то сомкнуть кольцо и вытолкнуть его к патрульным у главных ворот.

Соколы беспрерывно патрулировали небо.

Ситуация казалась безысходной. Юноша всматривался в стражу у главных ворот, с точностью запоминая их расположение и предполагая возможные действия.

«Так, двадцать шесть человек, слабые на восьмой стадии Формирования Солнца, сильные на третьем Арконе. Главные на седьмом. Если вырубить слабых очень быстро и как-то заблокировать тех, что посильнее, я смогу прорваться на лестницу, ведущую на основную стену, а там сигану с нее и черт меня найдут среди лесов».

План казался отвратительным, юноша знал это, но выбора ему не предоставили.

Он выдохнул три раза, быстро и шумно, после чего сделал шаг и вот-вот использовал мерцание, как вдруг…

Кто-то крепко схватил его за шиворот и резко оттащил назад.

«Что? Я даже восприятием не почувствовал!»

Ивор пытался развернуться, но некто ускорился так, что юноша развевался в его руке будто флаг.

Они миновали две улицы, после чего залетели в какой-то домик, а оттуда в погреб, где был секретный вход за двумя широкими бочками. Он вел в сточные канавы, прямо под улицами Маяты. Это был один из заброшенных стоков, которые так и не достроили.

Воняло так, будто кто-то не менял исподнее тысячу и один год.

Некто швырнул Ивора на одну из более-менее чистых платформ. Он прижался к стене, формируя в руках знаки Истока и с недоверием глядя на своего «спасителя».

— Ты помереть вздумал? Я же тебе сказал, беги сразу же, на кой черт ты поперся к Князю?

Лучезар выглядел озлобленным и малость запыхавшимся. Кажется, он рванул сюда сразу же после того, как вышел из портала и узнал о погоне.

— Мало того, что сестра сбежала невесть куда и все восемь дней слонялась по тридевятым землям, так еще и ты, как дети малые. Проблем мне не хватает. Хорошо хоть Лилия вернулась домой и с ней все в порядке, иначе я бы ее искал, а не тебя спасал.

Ивор свел брови вместе.

— Ты что, меня отчитываешь?

— Именно, иначе зачем я по-твоему пришел? Думаю, пора мне все же нормально отплатить тебе за ситуацию с Ведом. Я проведу тебя к выходу из города и постараюсь задержать всадников, дальше дело за тобой.

Глава 68. Деревня Муромы

— Я где-то говорил, что мне нужна помощь?

— А, то есть с полусотней княжеской стражи, пятнадцать из которых — это элитный гарнизон, у тебя никаких проблем?

— Ну, разве что самая малость.

Лучезар улыбнулся уголком рта и перевел взгляд в удаляющийся вдаль тоннель сточных канав.

— Знаешь, силен не тот, кто делает все в одиночку. По-настоящему силен тот, кто может попросить о помощи и, кто ее принимает. Будь я бессмысленно горд и высокомерен, я бы никогда не принял твоей помощи и вместо этого уничтожил бы свою культивацию, как требовал Вед. Но благодаря тому, что я решил поставить на твои действия все, у меня сохранилась культивация, да и Засушливый Март ты мне вернул.

Они направились вперед по небольшим насыпям по бокам. Мутная жидкость, протекающая посередине источала ужасную вонь, заставляющую их прикрывать нос и иногда кашлять.

— А будь мы на третьем Арконе, можно было бы задержать дыхание на часок-другой и спокойно пройти.

Ивор был особенно чувствителен к запахам, он любил, когда пахнет приятно и просто не переносил вонь. Сейчас он по-настоящему страдал.

— Есть ощущение, что из нас двоих именно ты княжеский сын, что жил все эти годы в роскоши.

Ивор пожал плечами.

— Кто знает, может в прошлой жизни я был великим князем. Мы не помним полотна прошлой жизни.

Они шли около достаточно долго, пока не миновали участок главных ворот. Завидев выход из стоков, Ивор ускорил шаг, но Лучезар выставил руку в бок, останавливая его.

— Плохо. Они прочесывают лес. Отец не столь глуп, поэтому у выхода из старого стока дежурит несколько солдат.

Малость одурев от здешних ароматов Ивор позабыл об осторожности, но сейчас его духовное восприятие наконец развернулось, и он отчетливо чувствовал чужие ауры.

Они подошли к выходу и Ивор наконец вдохнул свежего воздуха, хотя около стоков все еще несло гадостью.

Лучезар прищурил глаза, внимательно оглядывая местность.

— В половине версты прямо — четверо, в четверти версты слева и справа по шесть солдат. Разумнее прорваться через середину и попробовать бежать, пока бока не сомкнулись. Проблема только в соколах, даже сквозь густые кроны они смогут тебя преследовать. Я не смогу использовать энергию, чтобы тебя помочь, иначе меня сразу вычислят. Плазмой в Крадове владеет только княжеский сын и все это знают. Если вскроется, что я тебя вывел из города, то у меня будут проблемы с отцом.

Ивор тщательно оглядел местную растительность, потом взглянул на Лучезара, изучая его внутреннюю энергию.

— Ты можешь выпустить не плазму, а именно энергию, которая через время образует горячую плазму? Главное, чтобы перепад от обычного к горячему был мгновенный, но не настолько, чтобы жидкость испарилась.

— Да, но эффективности в этом маловато.

— Нет, ты слушай, я знаю, как устранить соколиных наездников, в то время как с нижними я разберусь сам, тебе нужно будет только отвлечь боковых стражников.

— Что ты задумал?

— Как известно, хищные птицы не охотятся во время дождя, однако соколы могут делать краткосрочные вылазки, поэтому нам нужен не обычный ливень, а горячий, тогда их перья пропитаются влагой быстрее, и они не смогут продолжать полет. Под горячим дождем и огненный практик не сможет быстро высушить птицу своим пламенем.

— Я понял, ты хочешь смешать мою и свою энергию, которые в небе образуют лед и плазму одновременно, чтобы создать искусственный горячий дождь. Идея хорошая, но как мы смешаем два противоположных элемента, законы Мирового Древа не дадут нам этого сделать.

— Был опыт, поверь, все получится. Сформируй шар, я сделаю то же, как только мы их столкнем, завяжи круговой поток энергии на мою, я поступлю также, завязав на твою. Так мы минуем аурных следов. Никто и не поймет, что вторая энергия была твоей. При успехе мы сольем сразу два атрибута, останется только развернуть его в небе на большое расстояние.

— Это предоставь мне, я работал с техниками, покрывающими огромную территорию. Но то, что ты говоришь — это достаточно сложная формация, при этом простая в исполнении. До такого сложно додуматься самому. Как ты дошел до этого?

— Ну, что сказать, не ты один тут гений молодого поколения.

Лучезар и Ивор сформировали сферы, каждый своего атрибута и медленно столкнули их. Каждый завязал поток циркулирующей энергии на соседний элемент и сферы начали медленно сливаться друг с другом. Взрывная плазменная энергия, которая призвана уничтожать все на своем пути взбудоражила спокойный лед, в то время как ледяной атрибут, являясь неприступным в своем холоде, успокаивал бушующую плазму.

Темно-фиолетовые цвета слились со светло-голубыми, создавая совершенно новую необъятную силу.

Ивор отпустил сферу, передавая ее под контроль Лучезара, который в тот момент с каким-то детским интересом наблюдал за тем, чего ранее даже не пытался сделать. Но даже если бы он попытался, вряд ли бы получилось. Более того, если бы Ивор попробовал соединить лед с другим элементом не огненного порядка, то пришлось бы изрядно попотеть и, возможно, потратить множество неудачных попыток.

Ранее, открыв огненный узел сердца черной энергии, он позволил своему телу быть более восприимчивым к огню, а также понимать его структуру и способы воспроизведения пламенной энергии. Но даже после того, как узел исчез, преобразовавшись в пустоту, тело Ивора все еще помнило особенности огненной энергии. Именно это понимание позволило так быстро соединить два противоположных атрибута, как с Лилией в прошлый раз, так и сейчас с Лучезаром.

«А ведь после той атаки Горыныч отравил Лилию, и мы…»

Ивор крутанул головой, отгоняя нежелательные мысли. Не лучшая идея, вспоминать подобное перед ее братом.

Лучезар не заметил смятения Ивора и, тем временем, сложил знаки Перт и Крад, проворачивая их вокруг сферы. Сделав резкие и отрывистые движения, он направил сферу в небо.

В то же мгновение она взорвалась, покрывая пространство над лесом темно серыми тучами.

Прозвучал раскат грома, а тягучая молния пронзила фиолетовой вспышкой линию небес поперек.

Дождь пошел со страшной силой, но удивительнее было то, что капли совершенно не походили на теплые летние. Вместо этого вода обжигающе-горячими ударами разбивалась о листья, некоторые из которых даже сворачивались от прикосновения, и о землю, делая ее грязным месивом под ногами.

Над головой послышался жалобный клекот Духовных соколов. Они медленно возвращались в сторону столицы. Ивор чувствовал духовным восприятием, как ауры птиц постепенно удаляются.

— Вот, возьми, это имеет ледяную энергию, если разорвешь этот стебель по пути, будет казаться, что я совсем недавно проходил там.

Ледяной практик протянул княжескому сыну пучок Хрустальной Травы, от которой исходил ледяной пар.

Фиолетовая молния с разительным треском снова пронзила небо.

Дождь становился все горячее.

— А ты не переборщил с плазмой?

— Может ты недоборщил со льдом? Беги уже, я отвлеку боковых.

Ивор рванул вперед, но через пятнадцать шагов остановился, повернувшись.

— Эй, Отмеченный богом!

Лучезар, направляющийся к восточным стражникам поднял взгляд на практика льда.

Ивор многозначительно кивнул.

— Спасибо.

И исчез в виде тонкой линии изморози.

Лучезар усмехнулся. Он, не имевший ни одного друга за всю свою жизнь, испытывал смутное ощущение радости, а в голове пронеслась мысль, которой, как окажется далеко позже, он сделал точное предсказание, да, правда, совсем наоборот.

«Надеюсь в следующий раз мы встретимся в более спокойной обстановке».

Плазменный практик примчался к восточным стражникам нацепил на лицо маску хмурого принца, который, кажется, исполнял волю отца.

Шестеро мужчин отдали честь княжескому сыну и кратко доложили обстановку.

— Кажется, западный отряд нашел беглеца. Я пришел, чтобы собрать подмогу, практик, которого мы ловим оказался более изворотлив. Этот дождь — его рук дело. Будьте аккуратны, минуйте центр, там сейчас самый жестокий очаг горячего дождя. Я сам предупрежу центральный отряд.

Стражники поспешно кивнули и двинулись на запад.

Тем временем Ивор мчался при помощи Мерцания вперед. Соколы больше ему не мешали, а прорваться через четверых солдат незамеченным при помощи техники движения не составляло труда.

Он увидел их лагерь и двумя длинными прыжками проскочил мимо, не задев и веточки. Стражники даже ничего не заподозрили. Их внимание концентрировалось на необычном дожде, который покрывал огромную часть леса.

Вскоре восточный и западный отряды перетянулись в центр, тогда они поняли, что ледяной прохвост обвел вокруг пальца даже княжеского сына, используя Хрустальную Траву, чтобы замести следы. Подкрепление, которое прибыло позже безучастно вернулось обратно в Маяту.

Лучезар отделался легким выговором, ведь он не должен был вмешиваться в это дело.

— Я просто хотел помочь отец! Твои интересы — это интересы Маяты и всего Крадова княжества. Как я могу игнорировать это?

— Ты должен знать, как важно соблюдать субординацию. Если я сказал, что это дело не для тебя, то оно не для тебя. Мы упустили отличный шанс, чтобы узнать способ по усовершенствованию культивации наших практиков. А теперь… Навь его дери, к Зимницкой так просто не подберешься. Пусть у нее и самая слабая академия на всем континенте, но она сама, та еще заноза.

Огневед треснул кулаком по толстой дубовой столешнице, отчего под рукой оставил огромную отметину гари, а сам стол проявил толстую трещину посередине.

Ивор успел миновать лес и очаг искусственного дождя, он наконец мог сбавить темп и идти намного медленнее обычного, не используя технику движения.

Конечно, он мог преодолеть еще несколько верст, используя Морозное Мерцание, но он предпочитал иметь небольшой резерв энергии, чтобы улизнуть в случае внезапной опасности.

Перевести дух было особо некогда, поэтому он не останавливался. Лес постепенно становился все гуще, к привычной ровной местности добавлялись холмы. Что определенно радовало юношу, так это свежий воздух и спокойная обстановка. Относительно спокойная, если не считать возможный хвост в виде погони, хотя, ему казалось, что князь Крадовский не станет заходить так далеко и попробует отбить его у главы Ледяных Истин. Вот там Ивор и решит, можно ли доверять этой Зимницкой.

В его внутреннем мире внезапно что-то случилось. Энергия валила через край, заставляя физическое тело пошатнуться.

«Воу! Полегче, молодая Валькирия, иначе меня разорвет изнутри».

«Так и надо тебе будет! Вообще, я не ожидала, что от костного мозга Великого Змея, даже такого слабого, мне станет намного лучше».

«Все, сворачиваем лавочку? Остальные артефакты можно не искать?»

«Дурак совсем? Я все еще умираю! Но в сравнении с тем, что было, когда мы встретились — это небо и земля».

«Значит ты сможешь вытаскивать меня из сложных ситуаций?»

«Вот тут ты не прав. Я поставлю барьер на свою энергию, и останусь на том же уровне сил. Проблема в том, что чем больше энергии во мне есть, тем больше будет пожирать Венец, в итоге все останется как было, если я правильно не распределю энергию. И использовать я ее точно не буду. Ради твоих баб, больше никогда, ради тебя… Даже не знаю, подумаю. Но ты должен понимать, что последствия для меня будут плачевными».

«Понимаю, просто паясничаю. Все будет в порядке, справлюсь. Мне достаточно твоей неоценимой словесной поддержки!»

«Балбес».

«О! Прям чувствую, как энергия забила через край! Говорю же!»

Звездочка фыркнула и замолчала.

Ивор шел два дня, пока наконец силы совсем его не оставили. Нужно было сделать привал. Благо ранней осенью ночи еще не такие холодные, поэтому костра хватало, чтобы не промерзнуть. Ивор вспомнил испытание Сферы и невольно поежился. Вот там действительно был холод, особенно когда его конечности напрочь отмерзли.

Он остановился у широкой речушки. Наконец залез в воду и принялся омывать тело. Водные процедуры — залог крепкого здоровья. Вода стекала с его тела приобретая густой мутный окрас. Будто юноша не мылся много месяцев. На деле его кожа, внутренние органы и кости освобождались от примесей.

Каждый день, вдыхая воздух тело человека портится, стареет, наполняется примесями, которые токсично влияют на организм, делая его более смертным. Но этап Возведения Арконов укреплял тело практика, выводя все токсины и примеси наружу. В совокупности с правильными медитативными техниками и дыханием можно было полностью очистить организм к стадии седьмого-восьмого Аркона. Это позволяло практику приобрести защиту от всевозможных человеческих болезней и продлить свою жизнь до тысячи лет.

Ивор глубоко дышал, позволяя энергии циркулировать по телу, проходя через узел сердца и киноварное поле. Лунный свет аккуратно падал на его обнаженное тело. За время своего путешествия оно стало намного крепче, более закаленным. Но тем не менее он оставался достаточно худым юношей с мраморной кожей, который не шел в сравнение с огромными богатырями. На торсе и руках Ивора появились шрамы, каждый из которых имел свое воспоминание. Прошло более трех лет по его внутреннему времени, и более двух, с момента, как он покинул родную Полаву.

Закончив водные процедуры, он тяжело выдохнул. Чувство облегчения и свежести наполнило его. Тело казалось более легким и послушным нежели раньше, а ведь это был лишь Аркон Тура — первый Аркон.

Ночь прошла тихо и спокойно, впервые за долгое время Ивор выспался и привел себя в порядок. Сменил одежду, очистил и выстирал ту, что была на нем.

Еще несколько дней пути и лес наконец начал расступаться, являя перед юношей густые кустарники и небольшие лесные нагромождения.

Вдалеке виднелось множество деревянных домов с соломенной крышей. Зданий было больше, чем в Полаве по памяти Ивора. Одно он знал наверняка, в деревнях люди более открытые и гостеприимные.

«Наконец нам удастся нормально поесть, не вяленное мясо и прошлогодний хлеб, а похлебку какую-нибудь, да и поспать на кровати было бы здорово».

«Нам? Я не нуждаюсь в еде, если ты не помнишь, да и тебе скоро не потребуется, ты слишком часто ешь, твой организм может существовать гораздо дольше без еды»

«А как не есть то, когда вкусно?»

«Иногда мне кажется, что я выбрала не того спутника»

«Что?»

«Ничего! Говорю ты самый лучший, дуй в деревню»

«Я чувствую сарказм».

«Ну, хоть нюх у тебя не отказал. В отличии от вкуса на женщин».

«Эй!»

Звездочка тихо хохотнула.

Деревня оказалась действительно оживленной. Ивор не стал попадаться на глаза всем подряд, а пошел по окраине, подыскивая последний домик. Инстинкты подсказывали ему, что на окраине будет безопаснее и спокойнее.

Домик нашелся почти сразу. Старенький, покосившийся, из круглого дерева. Небольшой дворик, огороженный частоколом, а позади достаточно широкий огород с различными овощами. Все было убрано, лопаты и грабли бережно разложены под навесом. Впечатление производилось такое, будто здесь живет очень ответственный хозяин, любящий чистоту и порядок.

Ивор аккуратно постучал в дверь трижды. Оттуда выглянула пожилая женщина, которой было около семидесяти лет.

Морщинистое лицо имело добрые и приятные черты, редкие седые волосы аккуратно зачесаны назад.

— Добрый день, я тут путешествую, хотелось бы знать, куда забрел, да и если есть возможность, остановиться на ночлег. В качестве оплаты могу предложить свою рабочую силу или пару духовных камней.

Бабушка улыбнулась наполовину беззубым ртом.

— Ох, милый мой, забрел ты в Муромы. Давно наша деревня тут стоит, грех не знать, вестимо совсем издалека ты держишь путь. Ночлег, отчего же нет, думаю коль сегодня поогородничаешь со мной, то и на ужин, и на ночлег отработаешь. Как звать тебя?

— Ивор из Полавы.

— Полава… Зничевское название-то, и правда занесло тебя, милый.

Бабушка отворила дверь, внутри было очень чисто и приятно. Дубовый столик со множеством вырезанных деревянных фигур, теплые и мягкие шкуры на полу и стенах. Широкая печь, укрытая одеялами. На печи лежал мальчонка лет пяти-шести, не больше.

— Я Милица, а это внучек мой, что на печи сидит. Илейка.

— Ба, ну я же говорил тебе, не зови меня Илейка, не мое это имя. Илья я, бабуль, Илья!

Глава 69. Дитя-калека

Ивор работал лопатой под припекающим закатным солнцем. Капельки пота блестели на его открытом лбу. Он завязал свои уже сильно отросшие волосы в тугой хвост.

— Чеснок в этом году выдался на славу, здоровый.

Бабуля Милица сидела на скамье, наблюдая за юношей.

Ивор поднял взгляд на солнце и вытер пот. В нем все еще были примеси, от которых освобождалось его тело. На мгновение задумавшись он посмотрел на пожилую женщину.

— Бабуль, а что с Ильей случилось? Почему с печи не слазит?

— Дык с рождения он такой. Не ходит совсем. Все что ниже поясу не работает. Проказа это. Иль проклятье этих чертовых практиков. Не дают они обычным людям жить.

— А родители его?

— Померли. Как ушли в под Карачарово, деревушку соседнюю, лес валить, так Бер на них и напал. Растаскал мою дитятку, да жену его. С тех пор Илейку к себе я забрала, выхаживаю. Внучек он бойкий, задорный. Недуг-то забрал пол тела у него, но пламя в глазах не смог. Живой он мальчик.

«Что скажешь? Проклятье?»

«Ну так пойдем и посмотрим, я тебе как через стены смотреть буду?»

«Значит не против взглянуть, ну и отлично»

«Почему же я должна быть против? Во-первых, ребенок вряд ли виноват в чем-то и не заслужил проклятье, во-вторых, тебе неплохая практика. Проклятий много, не со всеми удается справиться, но когда ты постигнешь суть какого-то из них, то твой организм не будет подвержен ему. Сильного практика одним и тем же дважды не заморишь».

«То есть ты после избавления от Венца больше не можешь быть им проклята?»

«Венец — это сила немного иного порядка. Проклятье, которое не подчиняется ни законам культивации, ни законам мирового древа. Оно может убить любого. Мне малость повезло, я смогла распределить энергию так, чтобы не умереть мгновенно. У меня было всего четверть маха времени, чтобы сделать это».

«А что было потом?»

«Техникой пространственного удара меня выбили из небесной обители. Я летела несколько дней, прежде чем… ты нашел меня».

Голос Звездочки был то ли озлобленный, то ли грустный. Ивор не мог до конца понять ее эмоций, поэтому решил не продолжать эту тему.

Когда он закончил с садовыми делами, наступили сумерки. Милица была уже в доме и возилась с приготовлением ужина. Печь медленно потрескивала, источая уютное домашнее тепло.

Горячий суп с овощами и мясом, очень наваристый и ароматный. Хлебные лепешки, только вытащенные из печи, салат из свежесобранных овощей. Все это заставило Ивора шумно сглотнуть, что не осталось незамеченным.

— Ба очень вкусно готовит, ты точно не ел ничего похожего!

Ивор улыбнулся своей натянутой неестественной улыбкой, которую он в последнее время безуспешно практиковал.

Еда наконец распределена по тарелкам. Вкус и правда был бесподобным. Ни с чем не сравнимый, домашний, наполненный любовью. Он уносил Ивора в далекое детство, где матушка Беляна и отец Волимир собирались за столом. Женщина звала сынишку обедать, после чего все дружно ели невообразимо вкусную еду. Беляна умела готовить, как никто другой, при этом имела в запасе сотни рецептов.

— А я говорил! — видя довольное лицо Ивора ухмыльнулся парнишка. — Не расскажешь о своих приключениях? Сам я приключаться не могу, ходилки поломаны, но люблю слушать истории.

— Хмм, что ж, тогда слушай. У меня есть один близкий человек, мы путешествуем уже немалое количество дней. Так вот представь себе, она настолько сильна, что одним махом руки свалила Змея-Горыныча!

— Да ладно! Не врешь!? — глаза мальчика будто засияли.

Ивор запустил руку в бездонную сумку и вынул оттуда нечто похожее на маленький зеленый камешек и кинул его Илье. Тот резко поймал.

— Реакция, что надо. Так вот, это чешуйка Горыныча. Можешь оставить у себя.

— Правда? Спасибо! — мальчик искренне улыбнулся, рассматривая чешуйку Великого Змея.

— Ты и представить не можешь. Кругом снег, огромные дома, и Горыныч, который нападает всеми тремя головами. Те, что по бокам плюют невыносимо жарким огнем, способным испепелить все живое, а та, что посередине испускает воду, которая может смести даже толстый многолетний дуб.

— Такой сильный!

— И вот, это чудовище несется на меня, зловещее, голодное, один укус острых зубов, и от меня останется две половинки. Признаюсь, я испугался.

«Врун! Ты не мог испугаться»

«Тихо ты!»

— А дальше-то? Дальше?

— А дальше, она встает прям передо мной. Прекрасная маленькая девочка, с волосами цвета облаков во время заката осеннего солнышка, и говорит. «Я тебе не позволю!» Она сделала лишь один женственный кроткий взмах. Вся сила что была вокруг затаилась. Удар ее руки срезал Змею-Горынычу все три головы, и он упал замертво!

— Вот это да! Девочка, а уже такая сильная! Всего одним движением.

— Ну, технически она старая бабуля.

«Я тебя прикончу!!!»

«Звездочка без злости, я веселю юнца, представь, он все детство сидит на печи. Такие истории — это все, что ему позволено Макошью»

Валькирия злобно засопела.

— А почему старая-то, если девочка? — Илья не терял интереса ни на мгновение.

— Потому что ей более семисот лет.

— Так она практик?

— Именно, сильнейший из всех, о ком я слышал.

Мальчик мечтательно присвистнул, но вспомнив о стынущем супе, принялся орудовать ложкой.

«Я тебе отморожу конечности, какая бабуля, я считаюсь самой молодой Валькирией среди Дев-Воительниц!»

Тон Звездочки нес за собой наигранную обиду.

«Прости, но твоя реакция забавляет меня. Так, что скажешь? На мальчишке проклятье?»

«Да, не очень сильное, но весьма пакостное. Проблема больше не в самом проклятии, а в том, что оно слилось с его врожденной болезнью. Внутренние органы мальчишки развиваются так, будто они принадлежат разным телам. Кости также укрепляются не одновременно, а по одной. В результате он вырастет просто огромным, но до этого момента снять проклятье не выйдет, а развиваться будет мальчик долгие годы».

«Я понял, болезнь замедленного развития, я о таком слышал, но что делает проклятье?»

«А ты взгляни на него духовным восприятием, сам и поймешь».

Ивор никогда не изучал обычных людей, да и от мальчика не исходило никакой энергии, но едва он развернул духовное восприятие, как глаза его расширились.

«Этап Выращивания Древа?! Поздний, почти как у Огневеда? Но как такое вообще возможно, это же глупо, он совсем малец».

«Его родители скорее всего были очень серьезными практиками, либо же при рождении случилась какая-то аномалия. Еще младенцем он получил этот уровень культивации. Такое встречается у божественных частиц, но он полностью человек. В результате его болезни и огромного количества энергии — каналы закупорились, блокируя циркуляцию. Поэтому он не может использовать энергию».

«Это что же, он сам породил проклятье?»

«Скорее организм, в качестве защитной реакции. Это произошло бессознательно, но он исключил возможность циркуляции энергии по каналам. И правильно, иначе в младенчестве умер бы от боли».

Ивор доел и аккуратно отодвинул тарелку. Он прищурился, наблюдая за Ильей.

— Чего ты уставился, я что, как-то глупо выгляжу? — тон Ильи был добрым, но в нем сквозил этот мальчишеский гонор, который, кажется, присущ каждому в таком возрасте.

— Ты знаешь, кем были твои родители?

Мальчик осекся. Он внимательно посмотрел на бабушку, которая ушла в другую комнату мыть посуду, а потом на Ивора. Какое-то время он прикидывал в голове, стоит ли доверять этому парню, но потом все же наклонился.

— Она рассказала про Бера, да?

— Именно.

— Она всегда так. Избегает настоящей истории. Мои родители были очень сильными. Они были практиками, которых уважало все княжество! Но потом князь пожелал, чтобы они убивали ради него. Мама и Папа отказались, отчего их хладнокровно уничтожили. Мне так жаль, что я не могу отомстить. Если бы я мог ходить, я бы тренировался каждый день, чтобы стать сильнейшим и отомстить Князю.

— Огневед действительно настолько жесток?

— Нет, не Огневед. Сталерук. Мы из Берканского княжества. Как только родителей убили, бабушка забрала меня и бежала сюда, так мы и живем тут уже несколько лет.

Ивор потрепал мальчика по русым волосам.

— Тяжелая, оказывается, у тебя история.

Глубоко вдохнув, ледяной практик обратился к Звездочке в своей голове.

«Можем ли мы что-то сделать?»

«Да, но немного. С помощью своей энергии ты можешь заставить его духовную силу циркулировать, чтобы она наконец наполняла киноварное поле. Пройдут годы, прежде чем он сможет пропустить энергию через ноги. Десятилетия, до того, как он сможет ходить».

«Но почему ему никто не помог, раз все так просто?»

«Не просто. Энергия нужна насыщенная и мощная, способная пробить каналы. А такая есть лишь у божественных частиц. И у тебя, благодаря Божественным каналам. Далее дело за его удачей и силой воли. Если мальчик выдержит, то к тридцати годам сможет ходить, его каналы полностью откроются, и он станет могущественным практиком, если же сдастся, то энергия уничтожит его изнутри».

Ивор наклонился к Илье и серьезно спросил.

— Ты хотел бы ходить? Как сильно?

— Всей душой!

— А если я скажу, что это возможно, только когда тебе стукнет за тридцать?

— Все равно, лишь бы мог встать!

— И ты сохранишь это желание все эти годы? Ты сможешь держать в сердце эту мысль… Хотя нет, не так. Я знаю, что поможет тебе. Скажи, ты готов ждать тридцать лет, чтобы отомстить Сталеруку?

Илья нахмурился. Его лицо отразило горький гнев.

— Сколько угодно. Я готов отдать все, за возможность вернуть ему в глотку то, что он сделал с моими родителями.

«Браво, ты просто мастер воодушевления, мальчику семь лет, а ты его настраиваешь на вечный путь мести». Валькирия была не очень довольна подобному методу.

«Уж не тебе об этом говорить».

Ивор грубо намекнул Звездочке о том, что подозревает о ее желании мести, отчего та впала в недоумение.

— Ты поверишь мне, если я скажу, что могу помочь, но ты встанешь на ноги совсем не скоро.

— В тридцать лет?

— Именно. Но все это время тебе нужно будет терпеть боль, ведь внутренняя энергия будет циркулировать по неподготовленным, неразвитым жилам. Как только твое тело будет готово, ты сможешь встать.

— Я готов! — без тени раздумий ответил мальчик.

В глазах Ильи было нечто, что заставило Ивора вспомнить взгляд Кейры. В нем тоже было полно надежды и необъяснимой веры во что-то хорошее.

«Что делаем?»

«Тебе нужен напиток из солода, имеется такой? Ячмень, рожь, не важно. Напитай этот его своей энергией, но так, чтобы ее было даже больше, чем жидкости, при этом ты не должен заморозить ее. Солодовые очень быстро растворяются в крови, а значит твоя энергия равномерно наполнит все его каналы и одновременно пробьет их».

— Бабуль, прости за наглость, но не будет ли у тебя квасу? После ужина было бы здорово освежить живот перед сном. — Ивор крикнул пожилой женщине, чем заставил Илью выйти из задумчивости.

— Ох, милый, прости старуху, с этой памятью могу негостеприимной показаться. Конечно, вот только сам в погребок спустись, набери чарку, и разлей себе, да Илейке.

Ивор спустился в погреб, где стояла пузатая деревянная бочка. Он откупорил крышку, ему в нос ударил резкий, но приятный запах кваса.

Набрав чарку до краев, юноша сфокусировался на своей энергии. Выпуская ее через перчатки, он начал наполнять чарку ледяной духовной силой. Поначалу вода покрывалась льдом, но Ивор тут же уменьшил поток, распределяя энергию равномерно по всей жидкости.

Когда он закончил, прошло время, за которое догорает две лучины. Квас в чарке стал неистово холодным и отдавал голубоватыми оттенками.

Поднявшись наверх, Ивор сунул чарку Илье и подмигнул.

— До дна, и даже не думай сачковать, какой бы он холодный ни был, эту чарку ты должен осушить.

Мальчик кивнул, не задавая вопросов. Он пил большими глотками, не проливая ни капли. Запрокидывая голову, Илья поглощал весь квас, что набрал Ивор. Однако, последние глотки давались ему с трудом, ведь он уже чувствовал жгучую боль во всем теле.

Стиснув зубы, он поставил пустую чарку рядом и вытер губы рукавом.

Ивор наблюдал, как застоявшиеся жилы наконец приобретают здоровый оттенок, а энергия в них начинает медленно струиться.

— Я не могу тебе ничего обещать. Многое зависит от твоего желания и силы воли. Но я сделал все, что мог.

— Мне кажется, я чувствую. Внутри меня что-то переливается. Нечто горячее. Оно приносит боль. Теперь так будет всегда?

— Пока ты не вырастешь, а твое тело не окрепнет.

— Я понял. Значит я стерплю! Стерплю, как бы больно мне не было, потому что мои родители… Я хочу хотя бы увидеть их могилу, проститься как следует.

Одинокая слеза скатилась по щеке мальчика, хотя лицо выражало больше целеустремленность, нежели грусть. Он был очень умен в свои годы. Умен и рассудителен.

«Он справится». Кротко подытожила Звездочка.

«Почему ты так решила?»

«Потому что нет управы на две вещи людские, это глупость и желание мести. Даже боги не в силах совладать с этим. Он будет двигаться вперед, пытаться подняться каждый день, пока не сможет твердо стоять на ногах и наконец не прикончит того, кто причинил ему столько боли».

— Ты молодец. — внезапно сказал Ивор.

— Спасибо тебе за это. — Илья посмотрел полными надежды глазами на ледяного практика.

— Постарайся. Сделай так, чтобы весь мир узнал твое имя. Имя Ильи из Мурома.

— Нет, не так. Я не Илья из Мурома. Я Илья Муромец.

Ивор хлопнул мальчика по плечу, снова натягивая на лицо улыбку.

— Когда-нибудь и ты поведай мне о своих приключениях.

Тем временем день подошел к концу. Свет был погашен, и деревня отошла ко сну. В ту ночь, впервые за долгое время Ивора не мучали кошмары. Скопившаяся усталость свалила его с ног, и он спал беспробудным сном до самого утра.

Наутро с первыми петухами ледяной практик поблагодарил Илью и Милицу за еду и ночлег. Пожилая женщина дала ему сверток с едой на дорогу, и юноша ушел на север. Туда, где по словам Держимира находились Тундровые Леса, а также Зимницы — один из главных городов княжества Иса. Именно там располагались две главных академии: Песнь Сирены и Ледяные Истины.

Он шел около семи дней. Природа медленно преображалась, а воздух становился холоднее. Густая зеленая трава сменилась каменистыми холмами, на которых рос темно-зеленый мох и редкие кустарники. Спустя еще неделю погода совсем попортилась, явив собой редкие снежинки, которые, впрочем, сразу же таяли. Дважды Ивор останавливался в различных деревнях и избегал крупных городов. Ночами он пытался постичь технику дыхания под чутким руководством Звездочки.

Вместо сна, каждый раз, едва солнце скрывалось за горизонтом, он устраивал привал и культивировал. Его тело очищалось от примесей.

Прорыв с первого на второй Аркон самый важный. Именно там закрепляется физическая крепость тела и строится прочный фундамент. Тело меняется, открывая новые горизонты для развития. С каждым новым Арконом добавляется важная особенность. Так, например, Аркон рыбы позволяет задерживать дыхание на очень долгое время, а также уменьшает сопротивление воды, чтобы тело могло в ней двигаться свободнее. Аркон Змея же позволяет телу быть более гибким и податливым.

Две с половиной недели пути миновало, когда наконец перед Ивором появился вход в густые хвойные леса. Непередаваемые запахи природы, звуки различных птиц, серых оттенков небо, все это создавало незабываемую атмосферу, которая в то же время порождало в сердце легкое чувство тревоги.

Поправив сумку и затянув потуже кафтан, Ивор ступил в эти полные опасности и неведомых приключений леса, тем самым открывая новую страницу своей жизни.

Пройдя всего несколько верст, его чуткий слух поймал приглушенный крик. Будто кто-то с завязанным ртом взывал о помощи.

Ивор пожал плечами.

— Ну нет, точно не в этот раз.

Глава 70. Хазарский артефактор

В воротах, продолжением которых являлись тяжелые деревянные стены что-то звучно щелкнуло.

Небольшая дверь в человеческий рост отворилась, а в нее зашли три фигуры. Вечерело. В сумерках людей сложно разглядеть, но одно оставалось очевидным, один из них не был хазаром.

— Кто это? — спросил мужчина, указывая на единственный столб, стоящий напротив ворот.

Он располагался таким образом, чтобы каждый, кто входил во владения хазар — видел его. На столб самым жестоким образом было насажено тело. Мужчина средних лет, черные с проседью волосы которого уже скатывались в грязные комки. Глаза давно выклевало воронье. Тело мужчины покрывали побои и порезы. Кровь давно запеклась.

«Уже пару недель как мертв. Не меньше» подумал Девятиглаз, ожидая ответа.

— То наш бывший каган, Вирхор.

— Вот, значит, как у вас сменяется власть, а кто нынче ведет хазар?

— Бывший бек. Сейчас, каган Захария.

Девятиглаз посмотрел на своих спутников и нервно провел ладонью по шее.

По слухам, что Девятиглаз получал, когда был главным старейшиной столичной школы Зничева, он знал, Захария — самый кровожадный из всех хазарских воинов. Более жестокого и ненасытного практика на поле боя не найти. Но главная легенда, которая ходила о нем повсеместно, это техника боевого намерения, о которой ранее никто никогда не слышал. Захария мог входить в особое состояние Берсерка, когда он обменивал месяцы жизни на минуты боя. Его энергия удваивалась, а культивация возвышалась на три этапа. По слухам, в этом боевом намерении он не ведал союзников. Все на поле боя становились его врагами.

Одно из первых и самых больших столкновений с Хазарским Каганатом проходило именно здесь, на этой территории. Из семисот хазар и тысячи практиков тогда еще только княжества Иса остался в живых лишь один. Бой затягивался и Захария вошел в состояние Берсерка. За время горящей лучины он перебил более тысячи практиков, поглотив их жизненную энергию. Сложно представить, насколько сейчас силен нынешний каган хазар.

Всего за несколько недель царственный дом очень изменился. Некогда он был достаточно роскошным, дышал жизнью, но теперь больше походил на военный дом.

Всюду развешанное оружие и гобелены с изображением славных побед каганата выглядели устрашающе. Тусклый свет мягко являл взору широкий трон, на котором восседал мускулистый мужчина. Его черная ламеллярная броня, начищенная до блеска, шлем с перьями у навершия и скрещенные у головы трона копья подчеркивали величие и опасность. Этим человеком и был нынешний каган хазар, Захария.

Его плотная аура заставляла все внутренние органы сжиматься. Глубоко посаженные глаза с хладнокровным взглядом могли заставить обычного человека обмочиться от страха. Его авторитет не только в кругах именитых воинов, но и всех хазарских людей был высок и неоспорим. Багровый туман демонической энергии словно длинный шарф опоясывал его тело.

Зайдя вовнутрь, Девятиглаза вывели в центр. Он глубоко поклонился, выражая уважение. На самом деле его привели не как пленного, а, скорее, как гостя, что было очень важно и подчеркивало нейтральное отношение к нему, даже несмотря на то, что он русс.

Один из воинов начал доклад.

— Великий каган, свет каганату нашему. Посылка доставлена. Теперь этот слабак сгниет на чужой земле и некому будет его вспомнить.

Захария медленно кивнул.

— Хорошо. Слабые практики, которые не постигли демонические искусства Тенгри не могут даже умереть на наших землях. От смерти таковых нам никакой пользы. Тенгри нельзя гневить, ибо гнев его страшнее темнейшей орды, убивающей в ночи.

Воины ударили в грудь кулаком и поклонились, услышав слова из древних писаний. Их обычаи действительно диктовали странные условия. Хазарский отпрыск, не познавший демонических сил не имел права даже умереть на родных землях.

Захария оглядел Девятиглаза и продолжил.

— Вирхор был слишком мягкотел и держал этого выродка при себе. Он позабыл, что не в магических предметах сила наших воинов. Впрочем, вопрос закрыт. Скажите мне, кто наш гость?

— Девятиглаз из Зничева княжества. Утверждает, что может дать важную информацию для кагана, которая поспособствует победе над Русским Каганатом.

Захария поднял бровь.

— Как интересно, и что же наш гость хочет взамен?

Девятиглаз сделал шаг вперед и начал почтительным, но не раболепным тоном.

— Великий каган, свет каганату твоему. Моя просьба проста. Принять этого старика к себе, дабы он смог обучаться демонической культивации. Я смог постичь кое-какие основы по древним записям, но этого мало. Взамен, я готов поделиться информацией о закрытых и тайных формациях, обладающих большой силой. Если их уничтожить до активации, то преимущество будет на вашей стороне. Также у меня есть знания о расположении сил во всех княжествах, пусть и в общих чертах.

Каган уважительно кивнул, принимая приветствие на родном для него языке. Он отметил уважение своего гостя, тем не менее его лицо оставалось неодобрительным.

— То есть ты говоришь, что как паскудная крыса готов предать родные земли ради силы демонической культивации? — Захария поднял тон так, что стены завибрировали, а огонь в лучине задрожал, норовя потухнуть.

— Да, великий каган. — без тени сомнений ответил Девятиглаз, игнорируя оскорбление.

— Ха! Что ж, тогда скажи, что мне мешает забрать эти знания у тебя силой?

— Прежде чем вы успеете это сделать, я уничтожу все свои воспоминания и убью себя, так что даже после смерти ни один практик не вытащит эти знания из меня.

— О! Как занятно, значит ты все продумал, не так ли? А что дальше? Мы нападем на твое княжество, что будет с твоими родными? Будешь ли ты просить сохранить им жизнь?

— У этого старика нет родных или близких. Все, что у меня есть — это сила. Моя культивация. И я готов пожертвовать всем, чтобы достичь небывалых высот. Я готов сражаться ради Хазарского Каганата.

Захария хлопнул, отчего громкий звук эхом отразился от стен.

— Отлично, я вижу, что ты не лжешь. Но мое доверие тебе еще предстоит заслужить, а пока проверим, годишься ли ты для познания путей Тенгри. Манассия, подготовь все для ритуала посвящения. Мы обратим этого человека, чтобы он мог ступить на наш путь.

Один из слуг, что стоял неподалеку послушно кивнул и удалился. Лицо Девятиглаза озарила довольная ухмылка.

Ивор шел меж толстыми хвойными деревьями, вид у него был весьма недовольным.

«И чего ты дуешься? Я думала это наша основная цель».

«Я надеялся немного отдохнуть. Мы едва заполучили костный мозг Великого Змея, а сейчас ты говоришь мне, что почувствовала что-то в той стороне».

«Да, говорю».

«Именно в той, где слышно это жалобное мычание и очевидно, кто-то в беде».

«Ну чего ты, вдруг это очередная красивая женщина, которая…»

«Тс-с!»

Ивор специально прервал гудение Звездочки, прислушиваясь. Голос раздался в очередной раз и юноша слегка поправил направление, сместившись вправо.

«Тебе придется смотреть на меня и эту красивую женщину, ты этого хочешь?»

«Ты паскудный извращенец. Все, что я хочу, это отвинтить тебе причиндалы, когда верну свои силы!»

«О, так может мне и не стоит никуда идти?»

Ивор демонстративно развернулся в противоположную сторону.

«И тогда я до конца дней буду сидеть у тебя в голове и не позволю тебе приблизиться ни к одной женщине на свете».

Юноша пожал плечами.

«Справедливо. Какой уровень Морозного Мерцания у тебя, говоришь?»

«Думаешь сможешь сбежать от этой Валькирии? Ха! Моя великолепная техника движения настолько прекрасна, что сравнивать с ней твое мерцание будет похоже на сравнение зайца и черепахи, нет, муравья!».

«Выпендрежница».

«Бабник!»

Так в перепалке они вышли на небольшой чистый участок леса. К одному из деревьев было привязано тело, которое покачивалось из стороны в сторону. Словно не окуклившаяся гусеница оно болталось, то сгибаясь, то разгибаясь.

«Оно?»

«Да, от этого тела исходит предсмертная энергия, у него артефакт указатель, который приведет нас на другой берег реки Гьёлль. Там тебе нужно будет сразится с девой Модгуд и заполучить ее сердце»

«То самое сердце охранника переправы в потусторонний мир. Я помню, только не уверен, что знаю эту реку Голь, Гйолль. Язык сломишь. В ваших краях все названия такие вычурные? У нас ее называют Смородиной».

«Вычурные? Они хотя бы есть! Ты Мировое Древо даже не называешь, а у нас четко и понятно Иггдрассиль!»

— Будто можно было и поменьше твердых звуков в этом слове сделать. — пробубнил Ивор вслух.

Он подошел к фигуре, ловким движением юноша сформировал ледяной кинжал и перерубил веревку. Тело с громким мычанием грузно упало на землю, зашевелившись еще больше. В падении с фигуры упал какой-то предмет, едва заметно блеснувший на солнце. Ивор машинально подцепил его ногой и поймал в руку. Предметом была причудливая лента с круглым грузиком на конце.

«Что-то интересное».

«Если бы. Низкосортный смертный артефакт, позволяющий месяц прожить без еды и воды, не испытывая усталость, немного поддерживает энергию в организме и циркуляцию крови, если владелец не двигается, еще вроде внешность слегка изменяет водяным пологом, но это мелочи, опытный практик сразу разгадает. Умно конечно, думаю благодаря этому человек и выжил. Иначе кровь, прилившая к голове, давно убила бы его. Неизвестно, сколько он тут провисел».

Ивор наклонился и срезал только нагрудные веревки, чтобы пленник свободнее дышал, а также холщовый мешок на голове.

Тем, кто висел на дереве, был парень лет восемнадцати, на две головы ниже Ивора и в половину роста обычного крепко слаженного детины. Худощавый, смугловатый, с черными, как ночь, волосами и узкими коричневыми глазами. Ивор знал, как выглядят кочевники, читал, и не раз видел иллюстрации в библиотеках Десятизарева. Поэтому сомнений не оставалось.

— Хазарский лазутчик! Видимо поймали да подвесили тут, ну дела. — сказал Ивор больше для себя.

— Сам ты лазутчик! — недовольно прохрипел пленник.

— А как же не лазутчик, кто ж тогда.

— Свой я, русс! — как-то неестественно продолжал связанный парень.

— Ага, какой же ты русс? У тебя кожа, словно в дегте поваляли и глаза узкие!

Хазарский юноша нервно приподнял голову пытаясь нащупать руками ленту с грузиком, но не обнаружив ее, широко раскрыл глаза.

— Не это ищешь? — натянуто оскалился Ивор, показывая найденный предмет.

Парень перевел нервный взгляд на руку своего «спасителя».

— Это не мое!

— Рассказывай сказки кому-нибудь другому. Давай по порядку, от сказанного тобой будет зависеть дальнейшая судьба, либо я тебя развяжу и отпущу, чтобы ты пошел к своим хазарским дружкам и дальше планировал, как победить наш каганат, либо прирежу на месте и сам найду то, что мне нужно. Кто ты, почему тут висишь, где указательный артефакт?

Взгляд хазарского лазутчика постепенно терял надежду и, наконец, дошел до той степени, когда виден лишь один путь. Парень перед ним был примерно его возраста. Он не выглядел как головорез и не был хазаром, а значит у него был шанс на выживание.

— Я артефактор. Один из лучших в каганате. Но когда Захария… когда бывший бек убил кагана и захватил его власть, меня вышвырнули сюда, потому что тот, кто не постиг демонических искусств, не достоин не то что жить, даже умереть на землях каганата. Руссы меня тоже убьют, как увидят, я же враг. Ты еще не убил, хотя не факт, что поверишь и оставишь в живых. В общем подвесили меня тут и оставили, чтоб помер, потому что об такого, как я, даже клинок марать — это низко. Вирхор-то знал мои таланты, поэтому был я артефактором, можно сказать, при кагане. Зовут меня Рисбо.

Парень тараторил так быстро, что едва можно было понять его речь. Либо от страха, либо от волнения. Ивор прищурился, оглядывая артефактора. История складная, но ему не понравилась, он вообще не был любителем историй.

— Указательный артефакт?

— Да не знаю я ни про какой указательный артефакт, из всей своры, что я спрятал на своем и… гм, в своем теле, указательных нет.

«Звездочка?»

«Врет, артефакт есть. Хотя, может он не знает, что артефакт указательный. От него очень слабая и рассеянная энергия, я не могу понять где, нужно чтобы ты хотя бы коснулся его перчаткой».

Ивор начал обшаривать тело Рисбо.

— Ты чего делаешь? Мародерствуешь? Убить меня решил? Ну ясно, я труп. Мама, прости, я не хотел умирать так рано, ты вырастила никчемного сына. О, Тенгри, я так и не познал твоего пути. Как же трагично погибнет этот молодой человек.

Хазар начал говорить еще быстрее, а тон его сделался истошно противным.

— Да тихо ты, никто тебя не убивает! Просто найду то, что мне нужно и отпущу с миром.

— Вы так все говорите, а потом тебя вешают вниз головой и оставляют на две недели помирать. ПОМОГИТЕ!!! Может ты меня изнасиловать хочешь? Так страстно ощупываешь… О, Тенгри, так ты из этих? Я знал, что когда-нибудь мой страх сбудется. Ну почему я родился таким красивым… ПОМОГИТЕ!!!

— А толку орать? Другие тебя точно убьют, а я еще думаю. Насиловать не буду, не бойся, мужчины не в моем вкусе. — Ивор отвесил тяжелый подзатыльник ноющему пленнику и тот подавился своими словами.

Звездочка тихонько похихикивала, но внезапно выпалила.

«Это оно!!!»

В этот момент Ивор остановил руку на груди парня. Там был небольшой кулон в виде серебряной монеты. На одной стороне на него смотрело высеченное грозное лицо бородатого мужчины, а на другой нечто, похожее на якорь. Юноша дернул, разорвав кожаный шнурок и крутанул монету в руках.

— А это что?

— Это… обол, — лицо Рисбо внезапно стало серьезным, а жалостливый тон исчез. — отец подарил мне его, перед тем, как уплыл за море. Больше он не возвращался. Мне было всего три, когда он отдал мне его. Но это даже не артефакт, в нем нет силы. Вот только для меня — это самая ценная вещь на свете.

«Он прав, духовная сила в артефакте настолько слабая, что я даже не представляю, как можно его активировать. Нужен какой-то огромный выброс энергии, чтобы он указал нам путь к Гьёлль. Думаю, он не врет. Артефактор на восьмой стадии Формирования Солнца никогда не увидит тут указательный магический предмет».

— Хорошо. Я заберу его с собой. А ты можешь идти. — сказал Ивор, внимательно выслушав Звездочку.

Он было развернулся, но Рисбо снова завопил.

— Не бросай меня, прошу, без ленты меня съедят дикие звери! Я не хочу умирать! Развяжи меня хотя бы. А то точно на косточки растащат. Как же я потом…

Юноша посмотрел на хазара. Тот выглядел весьма жалко. С таким ростом и невысоким уровнем культивации удивительно, что он дожил до восемнадцати лет. В Русском каганате он спокойно бы возделывал землю, но вот в Хазарском все иначе. Кочевники живут войной, для них сила — основной показатель пользы. Если ты слаб, от тебя избавляются.

Ивор тяжело выдохнул и разрезал веревки на ногах.

Послышался хруст.

Рисбо раскусил нечто зубами и выплюнул в воздух. Наверху образовался стрелообразный вихрь, который пригвоздил ледяного практика к земле, не позволяя двигаться. Эта энергия была на уровне третьего Аркона, не меньше.

Ловким движением хазар распутал руки и подскочив к своему «спасителю» вырвал у него из рук серебряную монетку.

— Как ты там сказал? «Это я заберу». Не серчай, дружище, меры предосторожности, ну, и обол мне действительно дорог. Вихрь спадет через тридцать вдохов. Я уже буду далеко.

Рисбо усмехнулся. Теперь, когда ситуацией владел он, его движения и речь были слишком самоуверенными. Он спокойно развернулся и направился на север. В то время как за его спиной раздался громкий треск.

Вихрь медленно промерзал от основания к верхушке, трескаясь и рассыпаясь.

Шар густой ледяной энергии метнулся к ногам Рисбо. Едва коснувшись их, он превратился в толстые ледяные кандалы. Хазар не устоял и с грохотом свалился на землю.

— Ты думал, что все будет так просто?

Глава 71. Глубокий сон

— Ты думал, что все будет так просто?

Ивор поднялся из-под замерзшего вихря и шел в сторону Рисбо. Тот безуспешно дергал ледяные кандалы в попытках освободиться. В глазах хазарского парня была паника.

— Ты-ы все не так понял, подожди, я не хотел тебе навредить, я просто…

Ледяной практик поднял бровь. Он еще не сталкивался с людьми, которые так быстро меняли свое мнение.

Из широкого рукава его одеяния выскочил небольшой металлический прут. Огненная энергия в мгновение сконцентрировалась на его кончике и выстрелила в середину кандалов. Трещины распространились по льду, и он рассыпался. Тут же Рисбо подскочил. В его руках оказался небольшой темно-серый шарик, который он ловко раздавил двумя пальцами. Дымовая завеса резко покрыла небольшой участок леса, ограничивая видимость лишь расстоянием вытянутой руки.

«Звездочка, что за дела? Водяной полог, а теперь огонь, он владеет двумя элементами?»

«Хм-м. Он талантливее, чем я думала. На таком уровне иметь способность к манипуляции энергиями. Артефакторами становятся только очень трудолюбивые и въедливые безумцы. Но лишь единицы из миллиона имеют врожденную особенность. Они не могут использовать элемент, но при этом манипулируют другими. Они собирают и заготавливают элементальную энергию других практиков, чтобы на их основе создавать различные артефакты. В бою, как правило, такие практики бесполезны, но артефакты у них очень сильные. Видимо у него есть заготовки энергий».

Ивор прорывался сквозь густой серый дым, разворачивая свое духовное восприятие.

Слева!

Он почувствовал резкий прилив энергии, отчего припал к земле. Сверху пролетело нечто, напоминающее метательный кинжал, разорвавшись огненным смерчем где-то вдали.

— Хватит! Что я тебе сделал? Отпусти меня, а?

— Отдай монету и вали куда хочешь, в чем проблема?

— Но она моя!!!

— Мне нужнее.

Ивор ринулся вперед, где отчетливо прослеживалась энергия хазара. Его движения были быстрыми и резкими.

Оттого он и не заметил хитро выставленной ловушки.

В дерево был воткнут колышек, который имитировал энергию Рисбо. Как только Ивор коснулся его, юношу тут же опутали электрические плети, крепко привязывая и пропуская по всему телу импульсы атрибута молнии. На время одного вдоха Ивор потерял контроль над телом, но тут же внутри него разорвались ледяные волны духовной силы.

Рисбо, стоявший неподалеку усмехнулся и бросился бежать.

Ледяная энергия окружила Ивора вместе с деревом, лед быстро прошелся по электрическим плетям закрывая собой атрибут молнии и замораживая их. Легким движением юноша раздробил их на мелкие осколки и побежал вслед за хазаром.

Он видел, как парень впереди петлял между деревьев. Это было достаточно быстро, чтобы в глазах начало рябить.

Духовная сила собралась в ногах Ивора, он был готов использовать Морозное Мерцание, как вдруг почувствовал острую боль в ногах.

Металлические колючки вонзались сквозь обувь в его стопы, разрастаясь там, так, словно дерево, пустившее корни. Импульсы металлической энергии парализовали их до самого колена.

«Да что за бред! Разве это честно?»

«Я конечно видела артефакторов, но этот, признаю, удивил даже меня. Хитрый, как лис. Поднимайся, если ты его упустишь, другой возможности наведаться к реке в потусторонний мир мы не найдем так быстро!»

«Ай, не было беды на мою голову. В твоих ногах хотя бы не торчат металлические штуки».

Ивор собрал ледяную силу и прыгнул в Морозное Мерцание, оставив колючки позади. Он появился прямо за спиной Рисбо и тяжелым ударом в голову повалил его на землю.

— Ай-яй-яй! ТЫ!!! Ты чо дерешься, козлина!

Взмахом руки со сложенным истоком Ивор приковал к земле тяжелыми ледяными глыбами руки и ноги беглеца.

— Ладно-ладно, прости, не козлина. Но бить-то зачем так больно?

Рисбо жалобно всхлипнул. Из места чуть выше виска потекла струйка крови.

— Ты очень проблемный. А проблемы я не люблю. Слушай, я отпущу тебя, только отдай монету.

— Не могу! Это единственная память об отце!

Ивор задержал взгляд на ране беглеца, поэтому не заметил, как Рисбо достал из-под ногтя маленькую, тонкую иголку и сомкнув два пальца запустил ее вверх.

Игла взорвалась энергией ветра, распространяя воздушные лезвия в разные стороны, словно мясорубка они начали распространятся, но внезапно схлопнулись, врезавшись друг в друга, а сама игла оказалась в ледяном кубе. Ледяная энергия среагировала моментально, подавив атрибут ветра и заключив его в тюрьму.

Ивор смотрел на висящий в воздухе ледяной куб, который все еще вибрировал, испуская изнутри энергию воздуха, но вскоре успокоился.

«Настолько быстро. Не думал, что Арконы возведут мою реакцию на такой уровень».

«Не только Арконы, не забывай, что Божественные каналы и поглощенная тобой элементальная сущность очень сильно улучшили твой контроль элемента».

У Рисбо дернулся глаз. Он понимал, что его внезапные атаки закончились. Был бы у него старый арсенал, тогда ледяному практику пришлось бы в разы сложнее, но сейчас у него оставались только самые необходимые магические предметы, которые должны помочь ему выжить на чужой земле. К сожалению, когда хазарские воины схватили его, он успел спрятать на себе лишь малую часть своих творений.

Ивор хладнокровно улыбнулся. Он наклонился к хазару и приставил руку к горлу. В ней медленно сформировался ледяной кинжал, который уткнулся лезвием в место основного кровотока.

— Видит Перун, я не хотел тебя убивать. Хотя бы тебя. Но ты не оставляешь мне выбора. Мне правда нужна эта монета. Знаешь, у всех животных есть артерия, вот тут. Когда тушу хотят обескровить, режут именно ее.

— Стой стой стой!!! Подожди! Давай поговорим!

Рисбо занервничал, а голос его дрожал, как лист березки поздней осенью.

— О! Так теперь ты хочешь поговорить. После того, как устроил мне безумную погоню?

— Ну, раз выхода нет, я готов пойти на крайние меры. Скажи, зачем тебе обол?

Убрав клинок, Ивор всем весом сел на грудь лежащего перед ним Рисбо, отчего тот взвыл и закашлялся.

— Раз…давишь же. Почему… ты такой жестокий? Кхе-кхе. — хазар кряхтел и тяжело вздыхал.

— Потерпишь, не помрешь. Я думаю, что твой обол — это артефакт, который может указать путь к реке в потусторонний мир. Очень старый и слабый. Неизвестно, как его активировать, а так уж вышло, что мне жуть как надо на эту самую реку, понимаешь?

— А откуда ты… Ах, да слезь с меня уже, раздавишь, понял я, убегать больше не буду.

— Конечно не будешь, у тебя ледышки на руках и ногах неподъемные. Откуда я знаю, что это артефакт? Скажем так, чуйка у меня на такие вещи, которая никогда не обманывает. Я называю это Звездное чутье! — Юноша встал с хазара и уселся рядом, ожидая ответы.

«Ты когда-нибудь договоришься!» Звездочка все еще не могла привыкнуть к таким шуткам, поэтому всегда попадалась на эти крючки. Чем доставляла Ивору своеобразное удовольствие и подстегивала делать так чаще.

— Раз уж я смыслю в артефактах, давай заключим сделку. Я пойду с тобой, ты поможешь мне не умереть в вашем каганате, взамен я обещаю, что разгадаю принцип работы обола. Но он будет у меня. Я не могу отдать тебе эту вещь. Хоть убей, не могу.

— А сможешь? И где гарантия, что ты не сбежишь при первой же возможности?

— Смогу. Я лучший артефактор в Хазарском каганате, да и Русском, думаю, тоже. Если я не смогу, то никто не сможет. А гарантий нет. Это риск. Вся жизнь, это чертов риск. Но поверь, мне некуда идти, везде ждет смерть, а умирать я пока не хочу. С тобой хоть поживу еще немного. Даю слово под взором великого Тенгри. Клянусь тамагой.

Ивор сделал вид, что не осторожничает и легким взмахом убрал ледяные глыба с конечностей хазара. Рисбо сел и потер руки, болезненно вздыхая. Бежать он не собирался.

Внезапно ледяной практик встал, вытащив что-то из сумки и направился к хазару. Тот пополз назад со страхом в глазах.

— Да тихо ты, не буду я издеваться, успокойся.

Тем, что достал Ивор, была заживляющая мазь. Он аккуратно нанес ее на место удара и туго замотал холщовой тканью.

— Раз уж на то пошло, ты мне нужен живым. Я направляюсь в Зимницы. Там находится Академия, глава которой пригласила меня в ученики. Не думаю, что они радужно примут к себе хазара, учитывая, что Иса пострадала больше всего, но я могу договориться с Ледяной Девой. Тебе выделят комнату. Вряд ли ты сможешь оттуда выйти куда-либо будешь сидеть взаперти. Большего обещать не могу.

Рисбо нахмурился, что-то прикидывая в голове.

— Ну, выйти не смогу, пока не сделаю нормальный иллюзорный артефакт, меняющий внешность, тогда угрозой будут только высокоуровневые практики, но мы же не собираемся маячить у них перед носом, ведь так? Да и мне достаточно будет комнаты-мастерской. Я обычно все свое время провожу за работой над артефактами. Иначе я бы не смог стать лучшим. Но даже сейчас — это далеко не предел.

Сейчас, вечно ноющий хазар выглядел серьезно. Когда речь шла про работу мозгом и руками, он становился очень сосредоточенным.

Ивор встал, отряхнув задницу от земли и опавшей хвои, и протянул руку своему новому спутнику.

— Я Ивор, не скажу, что рад, но встреча занятная.

Рисбо крепко пожал протянутую ему ладонь и искренне усмехнулся, пытаясь спародировать безразличный тон ледяного практика.

— Не скажу, что польщен, но знакомство интересное. Хотя ты очень злой и жестокий!

Поднявшись, они направились дальше в путь. Это уже была территория княжества Иса, до Зимниц оставалось несколько дней пути.

Весь остаток дня юноши прошли молча, изредка Ивор останавливался у ручья, чтобы пополнить запас воды и, когда видел редкие или необходимые ему травы.

Во время ночного привала Рисбо заговорил первым.

— То, что у тебя на плече. Это ведь артефакт из Потерянной Эры, я прав?

— Да. Как ты узнал? Даже князь Огневед не способен был увидеть его, пока он не активирован.

— Ну, артефакторы чувствуют силу магического предмета, даже если тот не используется. Это называется Дыханием Предметов. Позволишь?

Ивор пожал плечами, сняв кафтан. Он остался в одной тунике, а на правом плече у него на кожаных ремнях был крепко повязан Студеный Декабрь.

— О-о-о! По ощущению это сокровище Солнечного ранга, не ниже точно. Да еще и сочетается с твоим атрибутом, что весьма редкое явление для подобных находок. Где ты его нашел?

— Это не имеет значения.

— Пф, ну и ладно. Я прикоснусь?

— Слушай, это…

Не дожидаясь ответа Рисбо коснулся Студеного декабря, отчего рисунок на нем засиял голубоватым светом. Наплечник завибрировал, а энергия в нем начала переливаться и циркулировать, впиваясь морозными касаниями в тело Ивора.

— Смерти моей хочешь? — ледяной практик успокоил духовную силу льда, пропуская ее по потокам во внутренних жилах.

— Потрясающе!!! — глаза Рисбо светились от счастья. — Полное подчинение тебе, малый интеллект в виде осколка души и… о нет… ты что, совсем дурень?

Вот так Хазарский артефактор с одного касания определил сущность Декабря, более того, он увидел нечто, о чем даже Ивор не догадывался.

— И почему же я дурень?

— Ты ведь не раскрыл и десятой части силы этого сокровища. Как так можно. Это же великолепно выполненная работа, ты просто обязан удовлетворить ее. Использовать на все сто, нет, двести!

— Тц… Ну да, я испытываю некоторые проблемы с тем, чтобы пропустить через него свою энергию. Не привык еще. Я видел, как один парень использует пламенный меч того же порядка, они будто единое целое, я такого единения пока не достиг.

— Так потому что ты смотришь на него, как на вещь. А ты расценивай наплечник, как напарника, советуйся с ним, позволяй немного своевольничать. Ну и… сейчас.

Рисбо вытащил маленькую иглу и провел под складкой наплечника. Ивор почувствовал, как тонкий укол первобытной энергии точным разрядом попал в какое-то труднодоступное место.

Внезапно все тело Ивора покрыло ледяной энергией. Но она была не жестокой, а наоборот мягкой и приятной. Духовная сила переливалась бело-голубыми цветами, завораживая своей красотой.

— Ого, сейчас намного лучше, что ты сделал?

— А, не бери в голову. Какой-то идиот поставил блок на проход энергии, видимо, чтобы ты…

Энергия в Студеном Декабре продолжала возрастать, пока наконец Ивор не потерял контроль.

Ледяные вихри в его теле запульсировали и заставляли кровь останавливаться. Сердце билось все медленнее.

Его тело замерзало, погружаясь в глубокий сон. Разум еще некоторое время действовал. Последнее, о чем он подумал, прежде чем впасть в состояние, подобное тому, что он испытал впервые, получив Морозную сферу Абсолютного Льда, было проклятье навьего хазара.

Все произошло всего за четверть вдоха, поэтому сложно было предугадать такой исход.

Рисбо стоял в недоумении. Лицо его побледнело так, словно он был мертвецом. Сердце сжалось от страха.

— О нет. Нет-нет-нет-нет! Я убил его. Твою же мать, да как так-то. Эй! Ивор, слышишь, и…извини. Я не хотел тебя убивать.

Он стучал по ледяному гробу, но юноша внутри молчал. Он уже впал в то состояние, когда ни один внешний фактор не может повлиять на него.

— А может он растает? Тогда надо ли мне посидеть тут и подождать? Нет, конечно я могу убежать, но куда бежать-то? С ним хоть есть шансы на выживание. О, великий Хан Тенгри, прошу, дай знак, пусть я и не овладел твоим искусством, но прошу, скажи, что мне делать?

То ли случайность, то ли забавная закономерность, но именно в этот момент на ночном небе зажглась полярная путеводная звезда.

Рисбо посчитал это достаточным знаком, чтобы остаться возле ледяного гроба до утра.

Ивор оказался перед заснеженным замком, который выглядел, как величественное произведение архитектуры. Каждая деталь замка потрясала своей красотой и выражала всю глубокую власть и невероятную силу своего обладателя. Среди глухой зимней долины, в которой не было совершенно ничего, кроме этого исполинского сооружения, Ивор стоял в абсолютном одиночестве. Ни голоса Звездочки в его голове, ни Новы. Даже внутренний мир посетить было невозможно, будто что-то закрывало путь туда.

— Где я? — произнес он в пустоту.

Его слова хоть и были громкими, но их полностью поглотил зимний ветер, метущий снега.

Удивительно, что Ивор совсем не ощущал холода, несмотря на то, что был в одной легкой тунике. Даже наоборот, ветер был ему приятен.

Он медленно двинулся к замку, который состоял из основного здания и высоких башен с острыми шпилями: две по бокам и одна позади.

Двери замка, украшенные витиеватыми линиями, словно изморозь на стекле, были громадными и тяжелыми на вид. Тем не менее, толкнув их, Ивор обнаружил, что они с легкостью отворились.

Внутренние залы были выстроены полностью изо льда. Вся мебель, пол, стены. Кроме, пожалуй, флагов и гобеленов, те были из каких-то дорогих шелков.

В противоположном конце зала, стоял ледяной трон, который полностью был увешан бархатными одеялами. А на троне восседала Она.

Сине-голубые волосы, будто покрытые инеем, чуть ниже плеч, образовывали легкие завитки в виде полумесяцев. Кожа ее белая и столь же холодная, как снег, а ярко-бирюзовые глаза, с игривым блеском похожи на два сапфира.

Ледяные одежды девушки спускались до самого пола и были расписаны тем же узором, который красовался на огромных дверях в замок. Диадема с инкрустированными сапфирами плотным ледяным металлом окружала верх ее головы. На шее несколькими подвязками крепился белый плотный плащ с большим меховым воротом.

Весь вид ее был словно прекрасное наваждение. Словно катарсис, пришедший после длительной смертельной тоски.

То был второй раз, когда Ивор что-то почувствовал, после касания боевого ража Лилии.

Сердце Ивора замерло.

— Ну здравствуй, Малыш. Я не ждала тебя так рано.

Глава 72. Ранняя встреча, поздняя встреча

— Ну здравствуй, Малыш. Я не ждала тебя так рано.

— Но ты говорила в прошлую встречу, что она последняя и твой фрагмент души растворился из сферы.

Ивор с недоумением смотрел на Богиню Зимы и Смерти перед ним. Про себя он отметил, что она в разы привлекательнее, чем ранее. И вот эта коленка, выглядывающая из-под белого плаща, приманивала взгляд даже больше, чем очаровательные сапфировые глаза. Но кто он такой, чтобы смотреть подобным взглядом на богиню.

— Малыш, тебя разве не учили, что к богам нужно. Больше. Уважения. — последние слова богиня отчеканила громко и отчетливо, а ее тяжелейшая аура покрыла весь замок.

Ивор не удержался и рухнул на колени, не смея поднять взгляд. Само пространство, казалось, стало вязким и давило на его плечи. От колоссальной тяжести силы, которую невозможно не то что оценить в полной мере, но даже понять человеческим умом, у юноши из носа заструилась кровь.

— Простите, богиня.

— Быстро учишься, малыш. То, что ты говорил с моим фрагментом так, как тебе заблагорассудится еще не значит, что ты можешь говорить так со мной.

— Так вы… настоящая Морена?

Девушка демонстративно поправила ледяные волосы. Ее дыхание было медленным, а тон отражал силу и величие. Не было в мире существа, что могло бы бросить вызов суровой зиме. Ее зиме.

— Я получила воспоминания фрагмента и была весьма удивлена. Какой-то смертный смог найти мою сферу и даже был полностью совместим с ней. Но он лишь маленький культиватор, недостойный моего внимания. Поэтому моя часть души повесила метку, которая связала бы этого смертного со мной по достижению хотя бы пика Начертания Рун. Так, ты бы смог хотя бы заявить о том, что являешься сильнейшим существом на территории подвластной нашему пантеону. И завоевать толику моего внимания. Но что я вижу? Владея сферой! Одним из сильнейших божественных артефактов, ты до сих пор лишь пылинка на пути культивации. Как вышло, что ты обманул метку?

Голос Морены был звонким и холодным. Отражаясь от стен он эхом вторил самому себе. Скольким смертным довелось услышать ее настоящий голос? А увидеть богиню во плоти? Ивор понимал это, но все же, под этим ужасным давлением и осознанием своей беспомощности его голос был тверд.

— Сила ради силы — не мой путь. Я желаю спокойной жизни, где я ни в чем не нуждаюсь. Желаю спасти близких людей, а позже, взойти на такой ранг, чтобы их даже не смели обидеть из-за страха передо мной. Да, я был слеп в начале, я не гнался за мощью, но та сама меня настигла. А наша встреча… Видимо и правда раньше, чем нужно. Думаю, после активации Студеного Декабря остаточная сила Великого Кузнеца пронзила мое тело. Точно. Я бы не смог выдержать столь огромную мощь ледяной энергии, мое тело бы попросту разорвало. Видимо машинально я создал ледяную гробницу и погрузил себя в сон не осознавая этого.

— Значит твоя сила разово подскочила почти на три этапа вверх. Да, это могло пробудить метку. Студеный Декабрь, Великий Кузнец? Говоришь ли ты о том, кого я знаю? Но это невозможно, он умер задолго до той битвы… Подойди ко мне, малыш. — последние слова богиня произнесла с некоторой нежностью, но все равно, даже в ней таилась смертельная опасность.

Ивор медленно поднялся. Давление не прекращалось. Тяжелой поступью он приблизился к богине и снова упал на колени. Морена коснулась его лба. Ее зрачки внезапно расширились.

— Как интересно. Радегаст все же оставил свое наследие. Я уж было понадеялась. Он и правда был великим кузнецом и создателем артефактов. Не бойся. Я прочитала твои воспоминания только об этой встрече. Мне нет нужды знать о тебе все.

Ивор кивнул в благодарность. Это все, на что хватило его сил.

— Ты занятный, малыш. Но все еще недостаточно, чтобы я была заинтересована. Недостаточно, чтобы Он кинул свой взор на тебя. Даже несмотря на то, что ты появился из его семени.

— Я не понимаю…

Морена подняла руку, прерывая его.

— Тебе и не нужно. Пока не нужно. Что ж, несмотря на то, что ты пришел раньше времени, мы не можем расточительно использовать эту встречу, так ведь?

Богиня положила ладонь на щеку Ивора, а ее игривый взгляд встретился с его спокойными глазами.

Где-то далеко в сердце он слышал отголоски смущения и возбуждения наравне со страхом. Но эти чувства были так далеки, будто не его вовсе. Ивор знал об их наличии, но не ощущал.

— Ах, значит ты отдал часть себя сфере в обмен на силу и не можешь вернуть. Так уж и быть, эта богиня немного поможет тебе. Я верну твои чувства и человечность. Сфера больше не будет влиять на твое поведение. Но будь готов, хлынет так, будто прорвало плотину.

Ее легкое касание посетило грудь Ивора.

Он отпрянул назад. Несмотря на все давление и невероятную силу, исходившую от богини, его тело быстро отпрыгнуло, но тут же упало на ледяной пол.

Ивор крепко сжал челюсть, до скрипучего треска в зубах. Грудь то сжимало в тиски, то посещало чувство, что ее вот-вот разорвет в клочья.

Вся боль, все эмоции, которые он должен был ощутить с дней Турнира Четырех он чувствовал сейчас. Залпом. Нет, даже еще раньше.

Из его глаз текли два теплых ручейка.

— ААААААРГХ!!! — сдавленный крик Ивора прервался закушенной им тканью.

Из него рвалось все. То, что он заглушал в себе с помощью сферы. Перед глазами неслись воспоминания, которые дербанили его душу, словно волки, терзающие жертву на части. Даже, казалось бы, такие далекие убийства Зверобоя и Черноты кольнули его сердце и повисли грузом ответственности.

Ивор понимал, что все это время.

С самого первого дня, как только сфера оказалась в его теле.

Он не был собой.

И с каждым днем все более отдалялся от настоящего себя. Да. Черты оставались прежними, но общее направление морали было глубоко смещено.

За то время, пока он мучался, могло истлеть две лучины. Богиня позволила ему использовать это время и ждала.

Наконец юноша встал. В его глазах наконец отразился живой блеск, а на губах появилась добрая искренняя улыбка, но очень грустная. Она явно отличалась от того зловещего оскала, что юноша обычно целенаправленно натягивал на свое лицо.

— Спасибо вам.

Морена не ответила. Она лишь небрежно махнула рукой.

— Теперь, когда ты трезв умом, слушай внимательно. Ты не должен посещать Обитель Богов пока не выполнишь два условия. Первое: твоя культивация должна достигнуть пика Начертания рун, никаких отговорок. Несмотря на Божественные Каналы, дарованные тебе Радегастом, ты все еще очень далек от уровня божественных частиц, живущих тут. На пике Начертания рун, ты хотя бы не умрешь моментально. Второе: Морозная сфера Абсолютного Льда. Ты должен подчинить ее себе полностью, познав суть льда. Ступив в обитель непременно найди меня.

— Но для чего мне идти туда?

— Потому что так начертано на твоем полотне судьбы. Возможно пророчество, на котором так помешан Сварог — действительно правдиво, но тогда… Малыш, тебе уготована тяжелая судьба. Однако, кто знает, может ты и не та самая Искра, которая ему так нужна.

— Тогда, что за пророчество?

Ивор был в смятении. Он задавал вопросы, но сердце его трепетало при виде безупречной богини. Морена знала это, но эта женщина так часто испытывала на себе подобные взгляды, что полностью не обращала на них внимания.

— Тебе рано знать. Послушай, твой потенциал намного выше чем у других смертных, поэтому ты можешь достичь небывалых высот, но не забывай, даже прекрасный сокол, парящий в небе может быть пронзен стрелой. Я увидела тебя. Не скажу, что довольна, но будет занятно посмотреть, во что превратится эта ситуация. Раз уж сфера все еще в тебе, то ты действительно достоин быть ее носителем.

Морена звонко усмехнулась. Ивор не раз слышал этот смех. От него все тело пробирало дрожью. Казалось, что кости покрываются инеем.

— Удачи тебе, малыш.

Снежный мир с его замком и метелью улетел, являя перед Ивором бесконечно черную пустоту.

— Но у меня еще столько вопросов… — прозвучал его досадный голос, которому не суждено быть услышанным.

Рисбо не спал всю ночь, поддерживая пламя костра. Он нашел смелость и немного наглости где-то внутри себя, чтобы заглянуть в сумку Ивора. Своих пожитков у него не было.

Среди огромного количества трав, нескольких книг и сменных вещей он нашел то, что искал. Вяленое мясо, сушеные фрукты и немного свежих овощей. Хазарский юноша не ел уже очень давно и, даже несмотря на артефакт, поддерживающий его тело, голод давал о себе знать.

— Думаю он не расстроится, когда вылезет из этой ледышки, все же я тут его охраняю. — сказал он себе, закидывая в рот последнюю мясную пластину и зажевывая долькой помидора.

На виднокрае занимался рассвет, пробуждая хвойные леса от глубокого сна. Где-то защебетали птицы, а ночной ветер наконец стих.

Когда раздался первый протяжный треск, Рисбо вздрогнул и машинально вытащил из рукава огненный прут.

Треск повторился громче, тогда он понял, ледяной гроб Ивора медленно исходил разломами. Верхняя часть откололась сразу, освобождая парня от своих оков, а вот нижние слои пришлось раскалывать вручную.

— О, Тенгри! Я думал ты, ну знаешь, того, копыта откинул, помер, ну, решил чертоги Эрлик Кана посетить, почил, так сказать, с миром, но без почестей. Но я ждал, видишь, поверил, не убежал, обещал тебе не сбегать, и не сбежал, даже когда ты помер, а ты и не помер вовсе.

Ивор устало вздохнул, раскалывая ледышки в ногах. Теперь он понимал, насколько раздражающим был Рисбо.

— Все в порядке, я просто поспать решил. Устал, знаешь ли.

— Что? Ты всегда так спишь?

— Только когда очень устаю, хочешь попробовать? Отлично помогает циркуляции энергии, сразу демонические искусства постигнешь!

Ивор образовал в руке густое формирование энергии.

— Не-не-не, я, пожалуй, старыми методами, барашков посчитаю там. Чего сразу кут-то можно и без него!

Ледяной практик усмехнулся, выпуская энергию в воздух.

— Шучу я, не бойся. Что такое кут?

— Кут. То, что ты сейчас делал. Духовная сила. Так ее называют в Хазарском каганате. Кстати, твое лицо как-то изменилось. Ты больше не такой… устрашающий что ли.

Юноша наконец освободился от оков льда и накинул кафтан на плечи. Тело малость покалывало, но чувствовал он себя отлично. Ивор подошел к Рисбо и, улыбнувшись, хлопнул его по плечу.

— Я рад, что ты не сбежал и остался. — немного подумав, все же добавил. — Но в следующий раз прежде чем трогать мой артефакт, дождись ответа, иначе я заморожу и раскрошу тебе руки. Понял?

Рисбо нервно кивнул.

— Кажется я ошибся. Ты все такой же хладнокровный изверг…

«Ивор!!!»

Голос Звездочки в голове был наполовину озадаченным, наполовину удивленным.

«Да уж, ничего не пройдет от тебя в тайне».

Юноша уже по одной интонации понял, что его рассекретили.

«Как ты это сделал? Может всплеск энергии Декабря? Я чувствовала, что твое духовное «я» покинуло тело, что это было?».

«Да так, слетал ночью к богине, попросил эмоции вернуть, ничего особенного».

«Опять эти твои шуточки…»

«Я серьезно. Еще бы я врал своей ручной Валькирии».

«С каких это пор я стала ручной? Ты совсем страх потерял?»

«Ну, ты же на моих руках, ручная получается»

Ивор хохотнул про себя, чем вызвал недовольное бурчание Звездочки.

«Забудь обо всем, что я говорила, ты ничуть не изменился».

Ивор и Рисбо двинулись в путь, когда солнечный диск едва отлепился от горизонта.

До Зимниц оставался всего день пути.

Хоть сейчас и была осень, но в этих краях холодает обычно рано. Ближе к полудню большими хлопьями пошел снег.

Земля под ногами приближалась к крайней северной области Русского каганата. Холодный ветер сковывал движения. В поле зрения становилось все меньше животных и растений.

Вскоре хвойный лес наконец расступился перед ними и явил высокие ледяные стены. За ними виднелись множество крыш домов. Ворота, служившие входом в Зимницы не были украшены гербом княжества, как обычно это бывает. Вместо этого они были кристально чистыми. Дверь в полтора человеческих роста для пеших путешественников располагалась левее ворот. Ивор громко постучал. На уровне его глаз отворилась створка.

— Цель визита? — бросил человек по ту сторону двери неприятным тоном.

Ивор протянул берестяной сверток в створку.

— Приглашен в качестве ученика. Глава Ледяных Истин сама оставила подпись.

Мужчина хмыкал какое-то время, потом вернул бересту обратно.

— Подпись подлинная. А он?

Взгляд серых глаз перешел на юношу, полностью укутанного в кафтан. На его лицо был надвинут глубокий капюшон, таким образом черты лица было невозможно разглядеть.

— Это мой слуга. Таскает вещи, свитки, оружие, ну знаете, ха-ха, нам, зажиточным людям нельзя без слуги.

Ставня резко закрылась. Послышались щелчки и грохот, после чего дверь отворилась. Мужчина средних лет с тучным лицом и хмурыми широкими бровями внезапно улыбнулся.

— Добро пожаловать в Зимницы. Ты уж звиняй, регламент такой. Наше княжество граничит с Хазарами, так шо даже несмотря на перемирие, мы бдим денно и нощно. Сам понимашь, дело оно такое. Академия по левую сторону через пяток кварталов, чай не заблудися.

За стенами перед юношами предстало большое количество деревянных домов. Здесь снег шел с самого утра, поэтому уже успел укрыть их белой шапкой.

Люди, одетые в плотные тулупы и многослойные одеяния, медленно ходили по улицам, где-то вдалеке слышались крики. Как правило, торговые улицы находились очень близко к главному входу.

Академию можно было увидеть сразу. Основное здание возвышалось над крышами и было похоже на дворец. Он выглядел так, будто построен изо льда и снега, а вокруг витал блестящий снежный туман.

Чем ближе они приближались, тем холоднее становилось на улице. Около стен академии росли мистические цветы и травы, которые выглядели как ледяные лезвия с острыми лепестками-снежинками. Они цвели только вокруг стен, искрясь блеском солнечных бликов, будто были какими-то драгоценностями.

Ивор повторил ритуал с показыванием письма для двух учеников Ледяных Истин, что стояли у входа. Они были похожи друг на друга. Высокие, бритые наголо и широкоплечие. Лица их не отличались высокими умом, а посему они бросили короткий взгляд на печать академии и кивнули, не препятствуя проходу.

Внутри двор украшали ледяные скульптуры и фонтаны. Убранство выглядело намного роскошнее, чем в Восходящем Солнце. В целом же Ледяные истины отличались не только богатством, но и огромным количеством построек. Площадь в разы превосходила какие-либо другие академии и тем не менее уступала столичным академиям Берканского и Крадовского княжества.

В главный дворец Ивор вошел с неким трепетом. Должно пройти небольшое время, чтобы он перестал слишком эмоционально принимать события в своей жизни и привыкнуть к своему обычному состоянию.

«Интересно, какая она — глава Ледяных Истин. Не зря же ее зовут Ледяной Девой Иса»

«Надеюсь, что она мерзкая старуха».

Ивор улыбнулся, но ничего не ответил. Рисбо все это время молча шел немного позади. Его руки дрожали, а коленки подкашивались. Кругом были люди, которые едва прознав, что он хазар, захотели бы убить его.

Основной зал главного дворца пустовал. Однако эхом слышались медленные шаги.

Ивор подошел к одному из широких гобеленов, но даже не успел взглянуть на него.

Из арочного проема, ведущего в другой зал медленно вышла женщина в темно-бирюзовом одеянии с широкими рукавами и неприлично глубоким вырезом. На шее ее едва касаясь ложбинки меж грудей красовался блестящий амулет в виде сердца, наполненный сине-зеленых оттенков жидкостью. Длинные, прямые волосы цвета платинового цвета спускались чуть ниже плеч.

В голове Ивора промелькнула мысль о том, как может столь тонкая талия удерживать такую большую грудь.

И действительно, фигура женщины была такой, что, бросив лишь один взгляд, ты не мог оторваться, а чувство глубокого вожделения врывалось в твое сердце без стука. Она совмещала в себе одновременно как нежную женственность, так и зрелую красоту, заставляя мысли сумбурно вертеться лишь вокруг ее образа.

Мраморно-белая кожа и утонченные черты лица, словно у ледяной скульптуры, были безупречны. Этой женщиной было сложно не восхищаться, наоборот, было бы настоящим грехом не кинуть на нее потрясенного взора.

— Ты опоздал. — прозвучал холодный, можно даже сказать бездушный тон. — Я ждала тебя неделей раньше. Ты разочаровываешь своего мастера, еще даже не став полноценным учеником.

Глава 73. Ледяная Дева Исы

Ивор шел за Ольгой немного позади, а еще дальше плелся Рисбо. От него прямо-таки разило страхом за версту, хоть он и старался не подавать вида.

Лишь по первой фразе было понятно, почему Зимницкая получила титул Ледяная Дева Исы. Ее невероятно красивый и сексуальный образ подчеркивали холод и некое высокомерие.

Сейчас Ивор понимал, что сфера вернула ему помимо эмоций. И это понимание заключалось в первую очередь в том, что он не мог отвести взгляда от длинных и изящных ног Ледяной Девы.

Они зашли в просторную комнату, заставленную полками с книгами и свитками. Широкий стол, устланный бумагой, производил впечатление недавнего бурного рабочего процесса.

Ольга села на свой излюбленный стул, закинув ногу на ногу и небрежным движением предложила сесть Ивору.

В своих мыслях юноша был в смятении. Мало того, что он еще не дал согласие на становление личным учеником, так он в принципе не выражал своей расположенности, тем не менее Ледяная Дева вела себя так, будто все решено и он всецело принадлежал ей. На правах собственности.

Она осматривала его молча, отчего повисла неловкая пауза.

— Простите, а мы так и будем сидеть в тишине? Может вы обмениваетесь мыслями, а я не знаю? Не сочтите за грубость, но находится тут очень… волнительно хе-хе. — Рисбо нарушил молчание робким бормотанием, которое сложно было разобрать из-за скорости речи.

Когда Рисбо волновался, он тараторил.

— Ты слаб. — констатировала Ольга, после внимательного изучения Ивора.

Юноша нахмурился. Он не знал, что на это ответить.

— Но тем не менее, ты намного сильнее нынешних практиков льда в академии. За последние два поколения все становится только хуже, людей, которые предрасположены к изучению ледяных искусств, даже несмотря на пробуждение атрибута, становится все меньше. Вытяни руку, выпусти духовную силу.

Ее приказывающий тон был настолько уверенным, что Ивор выполнил действия почти без раздумий.

Густая голубая дымка появилась в его руке, медленно вращаясь.

Ольга вытянула руку и в этот момент юноша вздрогнул.

Глава Ледяных Истин использовала тот же способ, что и он, без сбора влаги. Она выпускала наружу внутреннюю энергию, а уже потом формировала из нее элемент. Но поразило Ивора не это. Плотность ее энергии и насыщенность ауры заставляли пошатнуться. Зимницкая была сильна, очень сильна. Ощущение от нее превосходило то, что испытывал юноша перед Огневедом.

— Кроме нас с тобой больше нет ни одного практика в княжестве Иса, да и, я уверена, во всем каганате тоже, кто мог бы так манипулировать ледяной энергией. Каждый уважающий себя мастер должен иметь личного ученика, ибо техники должны переходить из поколения в поколение. К тому же, эта чертова Владычица Ветров опять обскакала меня, приняв к себе гениальную ученицу, коза даже назначила ее будущей главой Восточного Вихря.

Ивор отметил про себя, что у Ольги были некоторые претензии к Велене, поэтому зарубил на носу — не говорить, что близко знаком с личной ученицей Моравской.

Ольга же продолжала. Пусть в ее голосе и отразились нотки злости, она быстро вернула безразличный тон.

— Ты станешь моим учеником. В твоем распоряжении будут культивационные массивы и все руководства, что есть в моих Ледяных Истинах. На протяжении года ты каждый день будешь сражаться со мной в серьезном бою, на грани жизни и смерти. Только так я сделаю из тебя достойного наследника моих техник.

Ивор вскинул бровь. Огромная щедрость со стороны Ледяной Девы выглядела малость подозрительно.

— А что требуется от меня, какой вам прок вкладывать столько сил в мое обучение?

— Что ж… видимо мыслительные процессы нам тоже потребуется подтянуть. Ничего. Через год будешь не только сильным, но и умным.

Ивору показалось, что она улыбнулась уголком рта, но стоило моргнуть, и будто ничего не было. Ледяная Дева определенно не могла улыбнуться ему.

— Какой мне прок? Я уже сказала, что техники должны передаваться. Сменяемость практиков важна для возвышения искусств. Если сейчас ты постигнешь мои техники, то далее, став могущественным практиком, ты их усовершенствуешь и передашь своему ученику. Чем дальше это будет идти, тем известнее будет имя Ледяных Истин. Эта академия — мое лучшее творение. Я потратила множество лет возводя этот дворец и сады около него. Вложила сюда множество сил. И я хочу, чтобы мое детище было на слуху. Чтобы, когда вспоминают чертовы Огненные Столпы, каждый практик в Русском каганате знал, что они лишь тень великих Ледяных Истин. Чтобы при произнесении слов княжество Иса, все сразу думали о том, что именно тут находится лучшая академия льда. От тебя требуется всего ничего: полное послушание мне и хорошая выносливость.

«О, это что, чрезмерное чувство своего величия? Да у нас тут запущенный случай властности, скверного характера и огромных амбиций. А знаешь, она мне нравится».

Звездочка пребывала в хорошем настроении, отпустив единственный комментарий. Ей редко что-либо нравится, но Ивор даже не удивился.

«Еще бы, она очень похожа на тебя в некоторых моментах».

В момент паузы Рисбо поерзал на стуле и наклонился к Ивору. Он думал, что его шепот услышат лишь они двое. Но он был громким. Чрезвычайно громким.

— А она очень красивая, да? Иметь такого учителя — это очень здорово.

Зимницкая наконец перевела взгляд на хазара, который прятал лицо под капюшоном. Она вскинула палец вверх. Порыв ледяного воздуха скинул капюшон и приковал его к креслу ледяным ошейником.

— Кто твой бестактный дружок? Он ведь из этих узкоглазых дикарей, так?

Ивор медленно кивнул, подбирая слова, которые нужно сказать.

— Да, он действительно хазар и мне он нужен… по личным соображениям. Парень неплохо разбирается в артефактах, так что и вам может быть полезен. Для меня правда большая честь, получить ваше предложение, и я с радостью стану вашим личным учеником, но у меня есть два условия. Первое — Рисбо выделят отдельную комнату и его никто не тронет, пока мы находимся здесь. Второе, мне нужно Духовное ядро водного элемента. Русалка, берегиня, болотник, не важно, думаю для Северян это не будет проблемой.

— Ха! Ха-ха-ха! — Ледяная Дева звонко рассмеялась, чем заставила Ивора поежится, ведь он был очень похож на смех одной знакомой ему богини. — Достойно моего ученика! Артефактор значит? Это занятно. Что ж, если ты просишь, то никто не тронет твоего хазарского дикаря, а вот с Духовным ядром все не так просто, но об этом ты узнаешь позже, скажу лишь то, что добыть тебе его придется самому.

Ошейник с Рисбо растворился в воздухе, заставляя его недовольно потирать шею.

В дверь раздался короткий и робкий стук.

— Входи. — бросила Ольга, поменяв закинутую ногу на другую.

Ивор шумно сглотнул, краем глаза наблюдая за этим.

В дверь вошла невысокая рыжеволосая девушка, Ивор смутно помнил ее лицо, кажется она была среди тех учеников, что приносили ему подарки от академии на Турнире Четырех.

— Проводи наших гостей. Подготовленная комната для Ивора, вторую скажи подготовить на месте старого мастерского кабинета. Инструменты пусть оставят. Они пригодятся другому нашему гостю. Отдыхайте с дороги. Завтра мы начнем делать из тебя нормального практика. То, что есть сейчас никуда не годится.

Девушка послушно кивнула и предложила гостям пройти за ней. Они покинули кабинет и медленно шли по ледяным коридорам. Стены были богато украшены картинами и дорогими тканями. Большая часть мебели выглядела как тонкая работа мастера по дереву. Очевидно это была ель, или какая-то другая хвойная порода, что странно, ведь ель — это дерево смерти.

— Ты ведь Лиска, да? Ты была на турнире.

Щеки девушки моментально порозовели, и она мило кивнула.

— Мне приятно, что вы меня помните, мастер Ивор. Да, я правда была в группе учеников на турнире, вот только мы и на шаг не приблизились к тому успеху, что достигли вы.

— Так, давай с начала. Во-первых, никаких вы, во-вторых, я тебе не мастер, а такой же ученик, не нужно формальностей, ну и в-третьих, спасибо. Те травы, что вы принесли очень помогли.

Теперь цвет лица девушки был похож на спелый плод клубники, но она моментально парировала.

— Но вы… ты был великолепен на турнире. Особенно бои с Ведом и Лучезаром. Я никогда и помыслить не могла, что сила льда настолько грандиозна.

Все то время, что они говорили Рисбо не спускал глаз с Лиски.

Наконец девушка указала комнату Ивора и попросила его спутника подождать немного с ним, пока не подготовят его комнату-мастерскую.

— Ну, берлога конечно не высшего разряда, но тож ничего. — Рисбо упал на кровать, наглым образом закинув на нее ноги. — Кстати, не думал, что ты так серьезен, спасибо, что замолвил за меня словечко перед ледяной женщиной.

Ивор сел на стул, напротив. Разговор с главой Ледяных Истин малость вымотал его. Все же эмоциональные качели, которые он сейчас испытывал, порой мешали трезво мыслить. Однако, по словам Звездочки, скоро все придет в норму, нужно просто привыкнуть.

— Глаза не выронил, пока на Лиску пялился? — улыбнулся Ивор, раскидывая некоторые вещи по столу.

— Я-то? А ты? Сам-то не лучше, смотрел на эту зрелую женщину. Я конечно понимаю, что она ух! Но с такой связываться… Без чунчуна остаться можешь. Отморозит!

Это был первый раз за долгое время, когда Ивора подначили в ответ. Раньше подобные крючки он получал только от Кейры. Это заставило его улыбнуться.

— Во! Вот эта улыбка нормальная, а не то, что ты показывал, когда снял меня с дерева, я думал ты меня зарежешь прям на месте. А и да… Судя по разговору вы с Лиской знакомы, да? А не представишь меня ей? А то, я пусть и величайший артефактор, но она-то не знает, зато ей известно, что ты потрясный морозильник.

— Ты не поверишь, как много поменялось за ту ночь, что я провел в ледяном гробу. А Лиска, ха, ты пожалеешь, что попросил меня об этом.

Прошла половина часа за непринужденными разговорами, прежде чем Лиска вернулась за Рисбо. За это время Ивор понял, что хазар не так уж и плох, и иногда даже приятен в общении, когда не раздражает своим нытьем. Если подумать, то он мог бы считаться неплохим другом, за исключением тех моментов, когда ему хочется врезать. Поэтому тогда Ивор и совершил ужасную месть.

Он наклонился к Лиске и громким шепотом, чтобы Рисбо услышал, проговорил.

— Ты знаешь, мой спутник очень тобой заинтересовался. Все это время расписывал, какая ты восхитительная девушка, он тоже очень талантлив, лучший артефактор во всем каганате, буду рад, если вы познакомитесь, а то ему тут будет грустно. Ты не смотри, что он похож на хазара, людей не по внешности судят, понимаешь, о чем я?

И без того огромные глаза Лиски стали еще больше, а лицо залилось румянцем. Она поспешно кивнула и вышла из комнаты.

Лицо Рисбо тоже было красным, но не от смущения, а от злости.

— Забудь! Ты самый худший злодей на свете, в сравнении с тобой даже Захария милый щеночек!

Он тяжело выдохнул и тоже вышел за дверь, а Ивор, довольный собой, завалился на мягкую лежанку.

— Надеюсь ты запомнишь, что позорить меня перед будущим наставником не стоит. А еще ноги на чужую кровать ставить, как минимум некультурно.

Остаток дня и следующая за ним ночь пролетели незаметно для всех учеников Ледяных Истин. Ивор же половину ночи провел в тренировке дыхания и медитации. Каждый день его тело изменялось и становилось крепче. Кости и внутренние органы также увеличивали свою прочность. Остаток времени он провел в глубоком беспробудном сне.

С первыми лучами солнца Ивор уже был бодр и выполнял ряд упражнений, которые он повторял каждое утро без исключений из года в год.

В дверь тихонько постучали. Лиска, которая, вероятно, была девочкой на побегушках у Ольги позвала Ивора в один из массивов. По пути она рассказала, что Рисбо устроился и мастерская ему очень понравилась. Теперь он будет сидеть там в заточении несколько дней, так точно.

Они шли через тренировочные залы, которых всего было пять. Это были огромные помещения со множеством прочных кукол для битья. Там отрабатывали самые базовые техники и приемы все ученики ледяных истин, вне зависимости от своего ранга и силы. Как сказала Лиска, основная утренняя тренировка, которая закаляла мышцы. Практик льда должен быть тверд телом, как кристалл, и чист волей, как стекло, только тогда он может постичь законы льда.

Снаружи Ивора встретил морозный воздух. Снег шел всю ночь, поэтому до массива пришлось добираться через него. Лиска вскочила на белоснежное одеяло и легкими шагами пошла по нему, не проваливаясь и не оставляя следов, Ивор же шел тяжело, словно тур в упряжке.

— А почему ты не используешь снежную поступь? Это же базовая техника движения.

Лиска не имела ввиду ничего плохого, но Ивор нахмурился.

— Потому что у меня другая техника движения.

Словно ребенок, решив не отставать, и не пропустить удар по самолюбию он прыгнул морозным мерцанием прямо ко входу в одно из крайних зданий, что возвышалось далеко к облакам.

Глаза девушки блеснули, когда она нагнала Ивора.

— Это же… то что вы использовали на турнире, но теперь вы прыгаете так далеко, невероятно, вы так быстро вы развиваетесь! — от восхищения она снова перешла на вежливую форму обращения.

Ивор озарился довольной улыбкой, он на самом деле просто дурачился.

— К сожалению, дальше я не могу пойти. Это массив Ледяного Самоцветного Пруда, самый высокоуровневый из всех. Даже старейшины не могут продержаться там дольше, чем горит одна лучина, так что будь аккуратен. Обычно туда уходит на уединенную культивацию только глава академии. Чтобы войти, используй немного своей энергии, тогда двери откроются.

Лиска улыбнулась на прощание и быстро удалилась.

«Что ж» подумал Ивор «Раз Ольга решила мне устроить испытание выносливостью, я покажу ей, на что способен».

Он собрал небольшое количество духовной силы и направил на дверь. Изображение снежинки было очень похоже на то, что Ивор видел в башнях для культивации.

Снежинка зажглась голубым свечением, отворяя тяжелые деревянные двери. За ними Ивор увидел высокую дугообразную скалу длиной в несколько верст. На скале было множество платформ, а сама она устлана множеством самоцветных камней, что блестели в переливах местного солнца.

Под скалой располагался пруд, который имел в себе около пятисот верст. Он отражал чистое небо. Даже несмотря на колоссальный холод, вода в пруду оставалась жидкой и не превращалась в лед.

Едва Ивор опустил подошву на снег массива, как его тут же окутало невероятное давящее чувство. Словно его внутренние органы перемалывали в кашу. Раньше он никогда не ощущал такой тяжести, но тут атмосфера была такой жестокой, что проще действительно умереть, чтобы не мучится.

Каким-то чудесным усилием воли он сделал один шаг и полностью оказался в массиве. Дверь за спиной громко захлопнулась.

Ноги подкашивались и дрожали, весь окружающий мир был словно тяжелая наковальня весом в несколько тысяч тонн, которую свалили Ивору на голову.

Немного свыкнувшись с этим чувством, он сделал еще один шаг, но, казалось, что он будет последним.

На одной из платформ скалы сидела Ольга. Она спокойно покачивала ногами и наблюдала за своим учеником, который всем видом показывал свою беспомощность.

Легким движением она вскочила и исчезла, появившись возле Ивора. Ледяная Дева была быстрой и непринужденной, для нее всего этого давления не существовало вовсе.

Массив пытался раздавить своей энергией всех слабых существ, что были внутри, и только сильнейшие могли развеять это давление.

Ольга положила руку на плечо Ивора.

Всего одно легкое касание, но для юноши это было словно еще несколько десятков тонн накинули сверху. Он не выдержал и припал на одно колено.

— Итак, урок первый. Научись распределять духовную силу по всему телу так, чтобы она нейтрализовала любое давление. Сможешь тут, и даже мастер Начертания Рун не сможет подавить тебя своей аурой.

Глава 74. Первая тренировка

Ивор лежал на спине. Его шея чувствовала прохладный снег, который касался кожи. Небо, в которое он смотрел было удивительно чистым и приятным глазу.

Тело его испытывало колоссальное давление, которое, впрочем, было уже намного меньше, чем, когда он едва ступил в массив. Его энергия лучше проходила через все участки тела и контролировалась им полностью, но этого все равно оказалось недостаточно, чтобы свободно передвигаться в области Самоцветного Пруда. Хотя бы дышал Ивор без препятствий, это уже радовало.

Внезапно юношу покрыла тень. Взрослая женщина наступила ему на грудь и облокотилась на свое полусогнутое колено.

— Минута прошла. Время тренировки.

Ольга кинула короткий взор на парня, а потом устремила взор куда-то вверх.

«Белые…». Подумал Ивор, заметно краснея и отводя взгляд от длинных ног женщины.

«Кто?» Недоуменно спросила Звездочка, которая явно скучала.

«Снега… Снега говорю здесь поразительно, кхем… белые»

Валькирия промычала в ответ, а Ивор зарекся быть внимательнее в своих мыслях.

Он поднялся. Сейчас усилий, чтобы стоять прямо требовалось не так много.

— Думаю, ты уже привык к здешней атмосфере. У тебя ушло на это день и ночь. Можно было быстрее. А теперь, пора провести спарринг.

Ивор вскинул бровь. По словам Лиски, старейшины Ледяных Истин не могут находиться в массиве более получаса, а Ольга хотела, чтобы он, на начальной стадии Аркона, привык к местному давлению быстрее чем за полные сутки? Более того, сейчас она хотела, чтобы он сразился с ней.

Ольга собрала свои платиновые волосы в тугой хвост, обнажая аккуратные ушки.

— Используй все, что у тебя есть, атакуй так, словно от этого зависит твоя жизнь. Ты должен биться, будто хочешь меня убить. Если хотя бы раз ты сможешь ударить меня или заставить отступить на шаг назад, то твоя тренировка завершится.

Юноша выпрямился, позволяя энергии быстрее циркулировать по его жилам. Руки, облаченные в перчатки, уже сложили знак Истока и покрылись ледяной дымкой.

— Не думаю, что смогу пробудить жажду убийства к вам, даже если постараюсь, но обещаю выложиться на полную.

Поза Ольги была величественной, но расслабленной. Для нее кто-то вроде Ивора был не опаснее муравья.

Вокруг стало заметно холоднее. Аура Ивора взорвалась, покрывая большую область.

Он выставил руку вперед, проявляя семь ледяных прорезей в пространстве. Ледяные лезвия, вылетевшие из них, направились в сторону Ольги. Сам же Ивор бросился следом, подготавливая массивный сгусток энергии для атаки.

Все, что произошло дальше не превысило по времени и двух махов.

Ольга отмахнулась от лезвий, словно от назойливой мухи, те растворились в воздухе, не оставив и следа энергии.

Она подняла руку с развернутой от себя ладонью, из нее вылетели несколько ледяных игл прямо в голову Ивора.

Но поразили лишь ледяную копию.

В этот момент юноша прыгнул мерцанием за спину женщины и был готов нанести атаку, но…

Ольга даже не посмотрела на него. Она вытянула руку за спину, поймав парня за шею. Его духовная сила моментально исчезла. Будто за долю мгновения превратилась в бесполезный кусок пространства.

Ивор шумно сглотнул. Помимо изящества, красоты и невероятной духовной силы эта женщина скрывала отличную физическую форму. Прямо сейчас, она держала его одной рукой за горло, а ноги парня болтались в воздухе.

Будто кусок невесомой ткани, Ольга отшвырнула его на несколько шагов назад.

Ивор кашлянул и потер шею. На ней остался красный след.

— Еще не все! — азарт вспыхнул в его глазах.

Ольга была чрезвычайно сильна. Он не мог так просто ударить лицом в грязь.

Ивор ринулся вперед, ударив знаком Истока по раскрытой ладони. Правая рука моментально покрылась ледяной коркой. С нынешним уровнем сил Ивор мог спокойно использовать два-три Поцелуя Морены без тяжелой отдачи.

Но сейчас чуть больше трети его сил уходило на борьбу с давлением массива Ледяного Самоцветного Пруда.

Несмотря на это Ивор использовал весь свой потенциал.

Он прокатился по снегу, пытаясь сделать подсечку, но Ольга лишь шагнула в сторону и приподняла ногу. Тогда юноша вскочил, пытаясь ударить ногой снизу-вверх по косой линии. Ольга с легкостью уворачивалась от всех его ударов. Последующая серия атак руками также не нашла цели.

Внезапно Ивор со скоростью молнии стал то исчезать, то появляться, оставляя множество ледяных копий, в попытке запутать противника. Ледяная дева удовлетворенно кивнула.

Появившись слева, среди множества копий он был почти незаметен. Скорость юноши превосходила пределы практиков на его уровне.

— Поцелуй Морены!

Ольга лишь самую малость отклонила голову назад. Кулак, покрытый льдом, прошел в паре пальцев от ее лица.

Она схватила его одной рукой, и снова вся энергия куда-то пропала. Тот огромный поток, что использовался для Поцелуя Морены, который собирался и фиксировался в одной руке бесследно исчез.

Ледяная Дева прокрутила Ивора вокруг себя и дала легкий подзатыльник. Легкий для нее, юношу же словно дубиной огрели, и он сделал пару шагов вперед, чуть ли не падая.

«После всего, через что мне пришлось пройти, как я могу быть настолько слабым?»

«Не ты слаб, это она необычайно сильна. Ее культивация не соответствует истинным силам. Она своего рода уникальный человек. Думаю, родители тренировали ее с малых лет. Даже у божественных частиц редко встретишь такой уровень контроля элемента. Она не то что владеет льдом, такое чувство, будто она сама стала им. Не думала, что в мире смертных есть такие интересные люди».

При всем высокомерии Звездочки, в ее голосе читались едва ощутимые нотки уважения.

Ивор снова собрал духовную силу в руках, складывая два знака Истока.

Его тело источало ауру высокой плотности, которая завихрилась ледяным туманом. Вскоре в этом тумане появились белоснежные перышки.

Ольга окинула взглядом юношу и прищурила глаза.

Эхом раздался рык.

Циановый силуэт мелькнул в воздухе, образуя большую хищную кошку. Нова нырнула в ноги к женщине, пытаясь лишить равновесия.

Ольга поднялась в воздух. Не прыгнула, скорее воспарила. Ее фигура резко разошлась на пять копий, которые совершенно не отличались от настоящего тела.

Нова проскочила мимо и недовольно рыкнула. Цель уже была высоко, вне зоны досягаемости.

Тем временем каждая копия Ольги исчезала и появлялась у белоснежных перьев, ловя каждое из них.

Как только небо очистилось, копии моментально вернулись к настоящему телу. Ольга сжала двумя руками все перья, заключая их в небольшой шар льда.

— Хельхейм! — Ивор открыл глаза.

Но ничего не произошло.

Перья, заключенные Ольгой в шар, взорвались необычайной силой, однако тот сдержал этот свирепый натиск.

Ивор сделал шаг вперед, намереваясь продолжать, но его ноги дрогнули. Давление массива давало о себе знать.

— Занятно. — задумчиво произнесла глава Истин, глядя на шар, в котором только что произошел взрыв Хельхейма.

Ее взгляд падал на маленькую трещинку в идеально гладкой ледяной поверхности сдерживающего шара. Она одним движением направила его высоко в воздух и развеяла. Взрыв техники Ивора покрыл большую часть видимого неба над ними, делая его нежно-голубым с белыми прожилками.

— Ты ужасный практик. — твердо констатировала она.

Какая-то легкая обида коснулась груди Ивора. Он прошел через некоторые вещи, которые практики иногда и за всю жизнь не мечтали увидеть, но сейчас его буквально обзывали слабаком.

— Но, это значит, что нам есть с чем работать. Атакующие способности у тебя интересные, а что насчет защитных?

Ольга снова поднялась в воздух, по обе стороны вокруг нее из земли потянулись ледяные шлейфы, которые образовывали две спирали.

— Это самая слабая техника, которая доступна мне. Ее же ты постигнешь в первую очередь. Я использую половину своих сил. Будь готов.

И тут Ивор понял, что защитных техник у него толком и не было, кроме обычной личной защиты, которая обволакивала тело энергией и останавливала только самые простые атаки или же гасила импульс от сильных, которые он блокировал. Юноша собрал энергию льда и начал возводить ледяные щиты.

Самый обычный способ защититься от атак, использовать барьер своего элемента без какой-либо техники.

Он не стал говорить Ольге об отсутствии у него защитных техник, ему просто не позволила мужская гордость. К тому же, он понимал, что в этот бой его мастер оценивает его нынешние силы.

Глава Истин исходила ледяным туманом. Ее тело все больше давило на окружающий мир. Вскоре Ивор обнаружил, что не чувствует тяжесть массива, вместо этого он ощущает лишь громоздкую и необъятную энергию своего мастера.

— Обряд Морены. Сцена Первая. Интерлюдия.

В воздухе проявилось изображение пушистого белого соболя. В тот же момент спирали, что, казалось, удерживали Ольгу в воздухе сомкнулись в две линии духовной силы. Образ соболя нырнул вперед, замахнувшись хвостом. За один мах все ледяные щиты были разбиты вдребезги. Линии духовной силы метнулись вперед, звучно разрезая воздух. Одна подкинула Ивора в воздух, а другая тяжелым ударом отбросила к скале, в которую юноша звучно врезался, оставляя глубокую вмятину.

Ивор упал на одну из платформ осыпанной самоцветными камнями. Он тяжело дышал и едва шевелил конечностями. Все тело сдавливало и щемило от боли. Видимых ран не было, все же закаленное тело, спасало его не раз, да еще и на первом Арконе. Жгучая боль распространялась по телу волнами, не позволяя Ивору встать. Ему хотелось завыть, но он стерпел, стиснув зубы.

Ольга приземлилась рядом с ним на платформе, глядя на водную гладь под ними.

— Что ж, защиты у тебя вообще никакой. Нам предстоит долгий путь.

Юноша тяжело откашлялся в ответ. Он все же нашел силы сесть, облокотившись на скалистое основание платформы.

— Вы меня убить вздумали? Я с такими атаками не смогу стать вашим учеником. — досадно пробубнил Ивор.

— Если ты не смог бы сдержать эту атаку, то такой ученик мне явно не нужен. — безразличным тоном бросила Ледяная Дева. — Но, ты неплохо справился.

Это была первая похвала от его мастера, что было весьма неожиданно. Но после недолгой паузы она продолжила.

— Для такого бездарного практика, как ты. Ты используешь только знак Истока? Что, другие ледяные знаки тебе неизвестны? Даже перевернутый Исток бы немного исправил положение

Юноша испустил тяжелый вздох, не зная, что ответить, в то время как Звездочка тихо похихикивала.

— Ты занял второе место на турнире благодаря лишь грубой силе и хитростям, без какой либо техники. Это можно считать невероятной удачей, или невероятной глупостью.

Наконец, боль ушла, предоставляя разуму возможность мыслить ясно. Он все еще сидел на полу платформы, а Ольга стояла на краю, вглядываясь в водяное зеркало.

— Как вы поглощаете мою энергию? Это работает только со льдом? В процессе битвы два раза я полностью лишался подготовленной энергии.

— Это одна из моих особых техник. Лед имеет замечательное свойство — воздействие на тепло не только любого тела, но и вещества. Я могу охладить энергию любого атрибута до того, как она стала элементом и превратить ее в свою, чтобы поглотить. Лед же я могу поглотить в любом состоянии.

Ивор задумался. По сути данная техника могла нейтрализовать любой элемент, неужели Ольга была настолько сильна? Но мастер продолжила, будто услышала непроизнесенный вопрос.

— Техника не так сильна, как может показаться, у нее масса слабых мест, мне удалось, благодаря зажженным узлам разных элементов найти слабые зоны каждого атрибута, чтобы суметь воздействовать на его природную теплоту. Но как только опытный практик поймет это, то сократит время превращения энергии в элемент до времени полумаха. Тогда моя техника станет бесполезной.

Юноша задумался. Он видел несколько способов применения такой техники в бою, в том числе и в качестве эффекта неожиданности, но делиться соображениями не стал.

— Твой снежный барс — это изображение какой-то техники? Судя по рассказам, ты не часто его использовал на турнире.

— Не совсем. Сама кошка — это уже техника. Но я еще не могу использовать ее так эффективно, как мне бы хотелось, пара ударов, пара команд, не более.

Ивор вытянул руку вперед и перед ним появилась Нова, уткнувшись носом в его плечо и мирно заурчав. Юноша же продолжил.

— Она часть меня. Моя энергия и первобытные чувства, воплощенные в образ. Но при этом…

— Имеет собственный интеллект. — продолжила Ольга. — Как необычно. Я слышала о подобной технике из каких-то старых сказаний, но сейчас вряд ли вспомню об этом. В тебе больше секретов, чем я предполагала. Что ж, на сегодня мы закончили. Можешь покинуть массив и отдохнуть. Завтра утром я выдам тебе необходимые руководства для изучения.

Ивор все хотел спросить про сам пруд, но решил повременить, слишком уж повелительным был тон его мастера.

Выжатый и неимоверно уставший, с болью, пульсирующей в висках и немеющими конечностями он вышел из массива и почувствовал, насколько просто двигаться в обычном мире.

В тот вечер его тело освободилось от последних примесей в организме, окончательно укрепив внутренности. Остатками проваливающегося в сон сознания, он ощутил, как закончил подготовку и наконец прорвался на вторую стадию. Аркон Горностая (2).

Берканское княжество. Обров.

Столица мастеров атрибута земли выглядела намного богаче Маяты. Берканское княжество — самое состоятельное и густонаселенное из всех остальных. Бронзовые и глиняные статуи украшали большинство главных улиц, крыша и стены многих зданий были выполнены из металла, но не лишены традиционной росписи, присущей всем русским народам.

Сами дома отличались своей высотой. От некоторых из них, было ощущение, что они своим шпилем скребут само небо. Даже тропинки преимущественно около княжеского дворца выложены из редких самоцветных камней.

Сам княжеский дворец величественно возвышался над всеми остальными зданиями. На гигантских толстых стенах здания часто можно было увидеть изображение сурового мужчины с густой темной бородой и почти сросшимися бровями. Идолы с этим же лицом стояли во многих дворах. Именно так вятичи видели своего покровителя. Бога земли, металла и всех драгоценных камней — Озема.

Внутри дворца среди множества широких залов с роскошным убранством можно наблюдать высокие статуи на постаментах. Самая большая из них характеризовала Озема, а те что меньше, выстроенные вряд, изображали каждого правителя Беркан.

Многими этажами выше, среди необъятного количества комнат была и княжеская. Сталерук молча стоял на балконе, оглядывая свои владения с большой высоты. Внизу копошились люди, из некоторых домов валил черный дым. Кузницы работали без перебоя.

Князь выглядел, как высокий статный мужчина, с длинными черными волосами и глубоко посаженными темно-коричневыми, почти черными глазами. При этом кожа его была значительно светлее, чем у многих жителей Беркан. На его широких плечах покачивался на ветру бежевый кафтан. Бережно расчесанная борода спускалась вниз толстой косой, скрепленной металлическим кольцом. Под кафтаном виднелась черная туника без рукавов, которая подчеркивала плотное рельефное тело мужчины. Одна рука его, полностью из металла, была покрыта плотными кольцами различных рун.

В дверь комнаты раздался нервный стук.

— Входите. — Сталерук даже не повернулся, чтобы посмотреть на того, кто его побеспокоил.

Вошедшим был рослый мужчина в военном кафтане. Он глубоко ударил челом и громко проговорил.

— Великий князь. Пришла весточка от лазутчиков. Мы перевели послание с секретного письма. Захария перехватил власть у Вирхора. Бывший каган мертв. Их столица — Саркел, растет и процветает на севере, за княжеством Иса. Судя по докладу ныне почившего лазутчика из семьи Чернобоких, они готовятся к войне. У нас есть, предположительно, чуть больше года.

Сталерук крепко сжал кулак стальной руки.

— Что с сыном Чернобокого?

— Схвачен. Дикари отрезали его голову, а тело насадили на кол. Голову удалось забрать группе наших лазутчиков.

— Статус героя, посмертно, Чернобоким жалование высшего ранга и сокровище из моей коллекции. Их сын внес неоценимый вклад. Ты свободен.

Докладчик снова ударил челом и дверь звучно закрылась. Сталерук облокотился на перила балкона. Его лицо было очень хмурым.

Внезапно со спины к нему подошла белокурая дева, которая несмотря на свой возраст в полсотни лет выглядела безупречной двадцатилетней красавицей.

— Игорь, ты чем-то расстроен?

Хмурость князя моментально улетучилась, и он искренне улыбнулся жене. Только она имела право называть его настоящим именем.

— Чертовы Хазары, словно бельмо на моем глазу. Но не переживай, у нас есть время подготовиться. Ты лучше скажи, как мой сын?

— Ох, Святослав уже идет на поправку. Корь отступила. Он у нас очень крепкий малыш, для своих трех лет.

Сталерук удовлетворенно кивнул. Он любил заканчивать день с хорошей новостью.

Глава 75. Ледяной Самоцветный Пруд

— Ты не посмеешь!

— Так я хотя бы сохраню мир! Это моя битва, не моей родины, не людей Северных Увал, и не людей Каттегата!

Далекий голос кричал Ивору разные причины, но он их не слышал.

— Ты не бог, чтобы менять реальность, у тебя нет на это права!

— Значит я стану им! Стану тем, кто имеет!

Пространство медленно сжималось, являя собой абсолютное ничто. Вся энергия мира была сосредоточена в руках Ивора. Все живое и неживое, вся история человечества. Будущее, прошлое, настоящее. Он держал в ладони саму вселенную.

— Ивор, ты совершаешь ошибку.

Грустная улыбка появилась на лице мужчины. Он смотрел на свою спутницу, с которой провел множество тяжелых лет.

— Прости меня, Звездочка. Уже слишком поздно.

Мириады звезд, что сомкнулись в его руках снова расселились по сводам космических пространств. Но это были совершенно чужие звезды.

…

Ивор вскочил с кровати. Его сердце отбивало ритм военных барабанов, а струйки холодного пота стекали со лба.

Прошла неделя с тех пор, как он пришел в академию Ледяных Истин. В последние ночи его кошмары только усилились, становясь более реальными и отчетливыми.

Юноша потратил некоторое время чтобы успокоиться, но тело продолжало дрожать.

«Снова?» Голос Звездочки прозвучал в его голове, отгоняя остатки сна.

«Меня погубят эти сны. Я понятия не имею, что они значат, порой в них и нет ничего страшного, но каждый раз, когда просыпаюсь, меня словно выворачивает наизнанку».

«И ты видишь будущего себя, взрослого, снова эти битвы?»

«В этот раз там была ты. Говорила что-то про изменение реальности. А еще мы были где-то далеко, там полотно неба черное, как деготь, а звезды не сверху, над головой, а повсюду, даже внизу, под ногами».

«У меня есть одно предположение, но оно столь же бредовое, сколь ворона, что охотится на сокола».

«Знаешь, после всего увиденного, я не удивлюсь даже этому».

«Ты знаешь, кто такие Норны?»

«Не уверен».

«Это три женщины, что знают всю судьбу и видят время. Они могут точно сказать, что было и что будет, неважно бог ты или смертный. Но эти ведьмы весьма несговорчивы и пророчества свои держат при себе».

«Понял, нечто схожее с Макошью, богиней судьбы и Числобогом, владыкой времени».

«Значит суть ты понимаешь. Так вот, младшенькая, Скульд знает будущее. Она когда-то говорила, что любое воздействие на полотно времени пошатывает основание Иггдрасиля. Любое вмешательство полностью меняет сам временной поток. Поэтому сила видеть и менять время принадлежит нескольким людям, причем изменение, это великое табу. Но если бы кто-то получил такую силу и использовал ее… Ай, как же это сложно, я и сама не понимаю всего до конца. Норны объяснили бы лучше».

«Просто скажи то, о чем ты думаешь, я постараюсь понять тебя»,

«Моя бредовая идея в том, что ты как-то сумел в будущем воздействовать на прошлое. И каждый раз, когда полотно твоей судьбы нарушает полотно времени, ты видишь события из будущего».

«Но тогда мои воспоминания о прошлом изменились бы, однако…»

«А ты и не узнаешь, если они изменятся. Норны говорят, что любое вмешательство в полотно времени создает абсолютно новое, начиная от точки изменения, тогда как старое пропадает в небытие и существует отдельно».

«Звездочка, ты мне голову взорвешь так, это выше моего понимания».

«Знаю, даже выше моего, но это первое что пришло в голову. Может ты просто хороший выдумщик».

«Думаю когда-нибудь мы это узнаем. Но я бы предпочел не видеть сны вовсе, чем мучиться от подобных».

Ивор встал, начиная утреннюю тренировку, она помогала сосредоточится на важном и не думать о том, что не понимаешь.

За эту неделю он виделся с Рисбо лишь однажды, буквально прошлым вечером. Тот наконец закончил артефакт, который создавал водный иллюзорный полог, изменяющий его внешность. Теперь юноша выглядел, как низкий светловолосый парень с большими голубыми глазами, которые почему-то слегка косили на нос. Его образ был больше смешным, чем маскировочным. С другой стороны, забавная внешность не давала повода проводить проверку духовным восприятием.

После тренировки Ивор направился в массив. Снежный мир Ледяного Самоцветного пруда встретил его более радушно, нежели раньше. Давление совершенно не чувствовалось, в то время как в жилах Ивора энергия текла с равномерной скоростью, проходила через все жизненно важные органы и сосредотачивалась в киноварном поле.

— Сегодня ты раньше, чем обычно. — Ольга стояла на вершине скалы, по всей видимости она культивировала всю ночь.

— Не спалось, вот и решил начать пораньше. — Ивор хрустнул шеей и растянул мышцы рук.

— Тогда начни с повторения знаков. Ты должен знать их идеально.

Ивор сложил знак Истока, собирая энергию льда.

— Исток, базовый знак для сбора и использования ледяной духовной силы. Покой, потенциал, движение в неподвижности.

Юноша развеял энергию, на пальцах появился другой знак. Опора.

— Вспомогательный знак всех элементов, основа мироздания. Увеличивает плотность и скорость циркуляции духовной силы.

Аура юноши стала чуть плотнее, но практически незримо. Он едва умел использовать знак Опоры. Вслед за ним, пальцы снова сменили положение, образуя знак Лели.

— Водный знак, тем не менее используемый и практиками льда. Позволяет манипулировать влагой в обширном пространстве, напитывает ее ледяной энергией, отчего повышает эффективность использования. Также позволяет увеличить интуитивное восприятие, за счет расширения области духовной силы.

Ивор сомкнул руки, внезапно его энергия, витающая вокруг собралась в его теле и резко остановилась, вся циркуляция во внутренних жилах застыла.

Пальцы обеих рук сплелись, формируя знак Нужды.

— Лед есть скованность и смерть. Смерть есть отправление в Навь. Навь есть чертоги Морены. Нужда полностью замораживает энергию в небольшом пространстве, исключая возможность ее использования.

Прошло всего мгновение и энергия снова пришла в движение, а Ивор устало опустил руки.

Ольга спустилась со скалы и удовлетворенно кивнула.

— Два вдоха в Нужде, неплохой результат за три дня, я довольна. В остальном пока слабо. Продолжай практики и медитации. Как только ты в совершенстве овладеешь знаками Лели и Опоры, мы сможем перейти к более сложным — Мир и Алатырь.

…

Так прошел месяц, а за ним другой.

Изо дня в день Ивор тренировался до изнурения. Изучение знаков, бой с мастером, физические упражнения, медитация, изучение руководств.

Он сбился со счета времени. Один день походил на другой, но каждый из них ближе к вечеру позволял юноше чувствовать себя сильнее. Пусть всего и на частичку.

Ивор ощущал, как растет энергия в его теле, как новые знаки позволяют лучше контролировать атрибут, как этап Возведения Арконов меняет и укрепляет его тело. За эти два месяца он, хоть и не без труда, прорвался к третьей стадии, Аркону Рыбы. Теперь давление водных пучин не воздействовало на его тело, а про то, чтобы задохнуться под водой и вовсе можно забыть.

Когда Ивор закрепился на Арконе Рыбы, Ольга снова удивила его.

— Теперь ты готов для того, чтобы нырнуть в пруд. Его глубина более тысячи верст. Тебе не страшно давление воды, но этот массив не назывался бы массивом Ледяного Самоцветного Пруда, если бы все было так просто. Каждую пройденную версту ледяной и водный атрибут будут все сильнее стараться превратить твое тело в кашу. Каждую сотую версту их воздействие на тебя будет увеличиваться в десять раз, а пройдя пятьсот, все давление, перенесенное ранее, удвоится. Твоя цель к концу года наших тренировок достичь дна этого пруда.

— Нырнуть на расстояние более тысячи верст? Это вообще возможно при таких условиях?

Ольга подошла к Ивору и положила руку на его спину. От нежного прикосновения у юноши пробежали мурашки.

— Это мы проверим потом. А сейчас покажи свой предел.

Ледяная Дева толкнула Ивора вперед, и он полетел точно в середину пруда. Круги быстро зарябили по водной глади, пока не скрыли его в пугающе спокойном и ровном водном зеркале.

— Даже ты не можешь достичь дна этого пруда, но ты дала мальчишке всего год. Ты и правда невероятно жестока.

Весь холод внезапно пропал с лица Ольги, и она посмотрела на лицо той, от кого исходили эти слова.

Женщина выглядела в точности как Ледяная Дева Исы. Все черты лица и цвет волос полностью совпадали. Если бы не небольшие различия в фигуре, у второй формы были не столь выпуклыми, а наряд менее откровенный, а также волосы, что скрывали половину лица, то их можно было бы принять за одного и того же человека.

Ольга взяла девушку за руку и крепко обняла.

— Сестренка, ты же знаешь, если мы не достанем Кувшинку Тысячелетия, то не сможем восстановить твои жилы. Этот массив позволил тебе жить в три раза дольше отмеченного знахарями времени, но даже он не способен сдержать разрушение твоего тела, у тебя осталось немногим больше года. Сколько бы я не пыталась, я не могу преодолеть барьер в тысячу верст.

— Ты поэтому взяла его в ученики, да? Поэтому ты так жестоко его тренируешь. Но ни один человек за год не достигнет той концентрации и контроля атрибута, какой есть у тебя. Ты сказала мальчишке, что в озере более тысячи верст глубины, почему ты соврала? В записях создателя массива указано две с половиной тысячи.

Женщина смотрела на свою сестру сложным взглядом. Когда-то давно Юлия Зимницкая получила смертельный удар от военачальника хазар. Удар, который предназначался Ольге. С тех пор она тренировалась только для того, чтобы достать легендарную Кувшинку Тысячелетия, которая по записям создателя массива могла исцелить любую рану.

Массив Ледяного Самоцветного Пруда был создан мастером Потерянной Эры и именно вокруг него построили столицу княжества Иса, а после возвели академию Ледяных Истин. Позже, как оказалось, этот массив создавался лишь с одной целью — как теплица для выращивания Кувшинки Тысячелетия. Единственной на данный момент во всем мире.

— У него есть потенциал. И я намерена его использовать. Если я не смогу натренировать его для спуска в пучину пруда, то ты умрешь. Для Ивора расстояние в две с половиной тысячи верст была бы непосильной, для начала нужно истребить эту стену в его разуме. Он хоть и достаточно тверд в своих решениях, но совершенно лишен амбиций. Он не гонится за силой так, как этого жаждем мы.

Юлия добродушно улыбнулась, погладив сестренку по щеке.

— Мне тяжело видеть, как моя младшая сестра мучает себя и истязает этого мальчишку. Но, будь по-твоему. Я лишь хочу взять с тебя обещание. Если через одиннадцать месяцев он не приблизиться хотя бы к отметке в тысячу верст, то ты бросишь эту затею и ни за что не станешь мстить за меня. Помни, долг старших — защищать младших. Но тогда я приняла удар Захарии не потому, что так завещали предки, а потому, что люблю тебя.

Девушка растворилась в пространстве, превращаясь во множество снежинок, что рассеялись на ветру. Ольга перевела взгляд на пруд, тяжело вздохнув.

— Если уж ты не сможешь достать ее, то не сможет никто.

…

Сперва тело юноши сковал неописуемый холод. Все конечности застыли, заставляя его тонуть. Постепенно, он наладил циркуляцию духовной силы и начал привыкать к холоду воды. Медленно сгруппировался.

Водная пучина уходила вдаль беспросветной синевой, заставляя сердце сжиматься в страхе перед неизвестностью. Давление практически не ощущалось и было лишь немногим больше, чем на поверхности.

Ивор плавал какое-то время из стороны в сторону, пытаясь привыкнуть к движениям в воде и телу на стадии Аркона Рыбы (3).

Затем он наконец направился вниз.

Его сомнения по поводу пруда развеялись, когда он преодолел одну версту. Вода стала в несколько раз плотнее, замедляя его движения. Ледяная энергия, пусть и была его атрибутом, но сейчас она противилась ему, становясь самой жестокой и неподвластной стихией.

Вторая верста оказалась еще тяжелее. Ивор перестал чувствовать ноги, а внутренние органы сжимались так, будто вот-вот их расплющит.

«Здесь просто невероятно сильная концентрация двух смежных атрибутов. Ни один практик твоего уровня не выдержит и этих двух верст. Тебе нужно всплывать».

«Ну уж нет, чтобы она снова назвала меня никчемным? Две версты из тысячи, это не результат даже!»

Ивор не мог использовать технику движения под водой, а давление со всех сторон не только норовило превратить его в лепешку, но и вытолкнуть наружу.

Он плыл вперед, терпел боль и пытался сгладить воздействие атрибутов полем своей ауры.

В какой-то момент он потерял счет времени.

Боль затмила его разум, но он продолжал плыть. Упорно, лишь на одной мужской гордости.

Мысли покинули его голову, перед глазами встала плотная белесая пленка, которая вскоре погрузило его зрение во тьму, но он плыл, пока в конечном счете его руки и ноги не перестали двигаться.

Он мог шевелить лишь указательным пальцем правой руки, но этого явно было недостаточно. Тело юноши начало медленно всплывать.

Через несколько вздохов Ледяной Самоцветный Пруд выплюнул его на сушу. Удар о снежный ковер привел Ивора в сознание. Он тяжело откашлялся, стирая струйки крови, которые стекали из носа.

Ольга хлопнула ладонями три раза.

— Десять верст. Ты превзошел мои ожидания. Я уж думала, что ты всплывешь, как только пересечешь отметку в две версты. Пока достаточно. Мы знаем твой предел, но тренировку будем проводить постепенно. Начиная со второй версты, мы будем проводить в пруде по четыре часа, каждый день увеличивая показатель на одну версту. Твое тело должно привыкнуть к элементальному воздействию. А пока вот.

Ольга передала Ивору небольшую теплую фляжку.

Юноша откупорил ее и вдохнул аромат травяного отвара.

— Мм… Гвоздика, бадьян, лимон, мед и …

— Шишки кипариса. Ты неплохо разбираешься в травах. Учился у знахаря?

Ивор сделал три жадных больших глотка. Терпкий, сладковатый вкус окутал его рот, а тепло медленно растеклось по его груди.

— Мой отец волхв в небольшой общине. Он обучил меня некоторым вещам в травничестве, охоте и выживании, а еще научил биться и велел закалять тело.

— Это полезные навыки.

Ивор сделал еще два глотка, тем самым опустошил половину фляжки и вернул ее Ольге. Ледяная дева посмотрела куда-то вдаль и задумчиво произнесла.

— Через четыре дня мы прервем ненадолго наши тренировки. Мне пришло приглашение на княжеский совет каганата, где будут обсуждать какой-то важный вопрос. Как я поняла, пригласили и всех сильнейших практиков. Сколь бы я не желала видеть рожу этой ветряной суки, но я обязана явиться. К тому же ты имеешь право присутствовать вместе со мной, как личный ученик. Я уверена, ни один практик не упустит возможности покрасоваться достижениями своего ученика перед другими. Нам пока хвастать нечем, но тебе стоит посмотреть, чего достигли другие и сопоставить со своими результатами.

Ивор внимательно ее слушал, он был согласен со словами мастера, было интересно взглянуть на князей, да и на сильнейших практиков с их учениками. Единственное, что ему не очень понравилось, так это последние слова Ольги.

— Надеюсь Велена притащит свою ученицу, посмотрю хоть, что она из себя представляет, может выдастся шанс и вы сразитесь, а? Ох, будет здорово, если ты растопчешь ее ученицу, вместе с самомнением этой овцы.

После того как Ивор пришел в норму, они провели тренировочный бой. В конце дня Ледяная Дева отправила своего ученика на отдых.

— Я распоряжусь, чтобы тебе подготовили выходной кафтан с символом Ледяных Истин. Утром с тебя снимут мерки. Отоспись как следует, завтра наша тренировка станет в разы тяжелее.

Ивор покинул массив Ледяного Самоцветного Пруда, оставив Ольгу в одиночестве. Он все чаще замечал, что та выходила из него очень редко.

Глава 76. Я никогда тебя не прощу

Спустя три дня изнурительных тренировок Ивор уже спокойно находился на глубине пяти верст Ледяного Самоцветного Пруда. Он чувствовал себя отлично, практически не ощущая давления. Более того, подобные тренировки закаляли его организм все больше.

Юноша постоянно находился на грани истощения своих сил, это и позволяло ему безостановочно расти и использовать больше возможностей, чем у него было на самом деле.

Ольга же пребывала в сомнениях. Она прекрасно понимала, что темп развития Ивора невероятно высок. Юноша был самым настоящим гением и уже догнал победителя Турнира Четырех, если не перегнал. Но для нее этого было недостаточно. Для нее и для ее сестры.

Ледяная дева задумчиво смотрела на пруд, пытаясь найти выход из ситуации. И он определенно был, но Ольга не спешила и оставила свой пресловутый способ на самый крайний случай. Помимо наставлений и выданных юноше руководств, глава Ледяных Истин также снабжала Ивора духовными травами и камнями. Он получал в пять раз больше, чем лучшие ученики академии, но ни у кого не возникало вопросов. Личный ученик имел на это право.

Настал день отбытия на княжеский совет. Подчиненные Ледяной Девы подготовили две Духовные Белые Совы, для путешествия в столицу Берканского княжества.

Ивор облачился в свой выходной костюм. Он немного отличался от формы учеников Ледяных Истин. Это был все тот же кафтан в голубых и бирюзовых оттенках, с узорами изморози внизу. На плечах Ивора покоился тяжелый плащ с черным меховым воротником, который отлично дополнял образ статного ученика самой Ледяной Девы Исы. Наряд его был на порядок темнее, чем обычная форма.

Направившись в главный зал, он ожидал своего мастера. Когда Ольга вышла, Ивору стоило огромных усилий не уронить челюсть на пол. Роскошные платиновые волосы подчеркивали две тоненькие заплетенные косички, которые фиксировали блестящие заколки в виде снежинок. Открытый наряд выставлял на обозрение нежные мраморно-белые плечи и строгие ключицы, а ямочках которых можно было бы создать целое озеро. На шее Ледяной девы застегнута шелковая бирюзовая ткань, в середине которой крепилась платиновая снежинка.

Само платье уходило почти в пол, оставляя неприкрытыми нежные лодыжки женщины. Она буквально сияла. Ивор не мог, да и не хотел отводить взгляд от этой притягательной красоты, но голос мастера привел его в чувства.

Она знала, что выглядит безупречно, знала, что ученик пялится на нее, более того, она прекрасно понимала, что таким же взглядом на нее будут смотреть главы других академий и князья. А значит она сможет воспользоваться своей красотой, чтобы выхватить крупицы важной информации.

— Несмотря на скорость Белых Сов, мы прибудем в Берканское княжество лишь к ночи вторых суток. Сам совет будет идти три дня, после чего мы вернемся и продолжим тренировки. Пропущенное время тебе придется наверстывать вдвое усерднее.

— Да, наставник.

Снаружи их встретил старейшина, который должен был проводить главу и ее ученика в путь.

Ивор уже видел духовных зверей, но именно Белых Сов впервые. Птицы и правда были большими, а их перья оказались необычайно мягкими и удобными. Сова, на которой должен лететь Ивор наклонила голову на бок, осматривая своего всадника. Наклонившись, она заглянула ему прямо в глаза, после чего издала утвердительный клекот и опустилась ниже, признавая юношу, как своего наездника.

— А ты ей понравился, ха. — усмехнулась Лиска, которая тоже была в числе провожающих.

Рисбо не пришел, по словам Лиски он сейчас разбирался с какой-то монетой, называя ее очень важным артефактом.

— Удачи тебе там, обязательно расскажи все нам с Рисбо, как приедешь. Он на самом деле очень просил.

Ивор немного подумал, но все же кивнул Лиске, не найдя в словах ничего подозрительного.

Белые Совы расправили свои крылья, резко взмывая в небо. Их скорость была просто огромной, а летели они на значительном расстоянии от земли.

Двое суток в воздухе без перерыва — непростая задача, особенно когда первый день в лицо дует холодный ветер, вперемешку с мокрым снегом.

Но Ивор нашел выход, он зарылся лицом в густые и мягкие перья, а один раз даже ненадолго уснул, из-за чего чуть не свалился во время полета.

Погода сменилась достаточно быстро. Вместо снега и холодных тундровых лесов, стали появляться роскошные лиственницы и тополя, вместе с широкими полями.

Все чаще далеко внизу становились видны широко раскинувшиеся города и маленькие деревни. Через некоторое время вдали показалась и столица — Обров. Ивор сразу понял, что это столица, прослеживалось четкое сходство с Маятой. Скорее даже явное желание во всем превосходить главный город Крадовского княжества.

В какой-то момент совы начали снижаться и приземлились у огромных железных ворот. Там уже ждало несколько запряженных в красивую карету лошадей. Мужчина средних лет, одетый строго и в преобладающие бежевые тона, глубоко поклонился.

— Уважаемая Ледяная Дева Исы, личный ученик. Нас уведомили о вашем прибытии в это время, прошу, позвольте сопроводить вас до княжеского дворца.

— Ха! Берканский князь даже и не пытается скрывать, что в курсе всех дел во всех княжествах. Что ж, торговая гильдия Беркан еще и лучшие лазутчики во всем Русском каганате, не зря ходит такая молва.

Мужчина лишь снова поклонился на подобное замечание, открывая для гостей дверь кареты.

Ивор с восхищением смотрел в окно все время пути. Он помнил Маяту, но совершенно не помнил восхищения, которое должен был испытывать, потому что его толком и не было. Но сейчас он вкушал весь круг эмоций, которые только можно ощутить, при виде величественных и прекрасно построенных зданий, аккуратных убранных улиц с лаконично расставленной, и аккуратно подстриженной зеленью.

При княжеском доме располагалось несколько десятков гостевых домов для особо важных персон, которые пребывают в столицу каменного княжества. Один такой выделили и для главы Ледяных Истин. Ивор остановился в комнате поменьше, с тяжелой дубовой дверью. Даже тут, несмотря на очень строгий стиль, все казалось более дорогим, нежели в Маяте. Видимо, существовало некое негласное соревнование между князьями.

Перед тем, как уйти в свою комнату, Ольга наказала Ивору быть аккуратнее и не встревать в ненужные разговоры. Поскольку на княжеском совете будут сильнейшие представители со всего континента, то одно неправильное слово может поставить говорившего в неловкое положение. Не говоря уже о том, что Ивор личный ученик Ледяной Девы, а значит она несет за него полную ответственность.

Время близилось к ночи, на улицах Оброва зажглись многочисленные огни. Улицы здесь освещались не хуже, чем некоторые домики в деревнях.

Ивор знал, что точно не уснет после столь долгого полета, к тому же он не хотел снова видеть проклятые кошмары. Поэтому решил подышать свежим воздухом.

Гостевой дом окружал небольшой двор с декоративными растениями, которые источали приятный аромат. Небо покрылось звездами, а лунный диск, уже идущий на убыль, пытался посоперничать с солнцем в способностях освещения.

Какое-то время Ивор в задумчивости смотрел вверх. Многие мысли в его голове были бы непонятны даже очень опытному практику, но он все равно верил, что однажды найдет ответы.

— Вот уж не думал встретить тебя так скоро, да еще и в статусе личного ученика Ледяной Девы, обычно для такого необходимо больше времени.

Ивор повернулся на знакомый голос. Ему навстречу шел Лучезар. Его пламенный наряд был хорошо заметен даже в слабоосвещенных местах. Руки юноша держал за спиной.

— Да уж, рад увидеть знакомое лицо. — искренне улыбнулся Ивор, протягивая руку, но Лучезар лишь кивнул в ответ и прошел мимо.

Его лицо отражало спокойствие и уверенность, а аура не дрожала ни на вершок. Он был по истине наследником великой огненной державы и вел себя соответственно.

— Пройдемся? Ты ведь тут впервые. Хочу тебе кое-что показать.

Не дожидаясь ответа, Лучезар продолжал идти. Ивор направился за ним, сквозь мощеные улицы.

— Как с отцом? Не пришлось отчитываться за то, что меня упустили.

— Нет, все прошло гладко. — принц Огневедский глубоко выдохнул.

Только сейчас Ивор понял, что нечто тяготит его собеседника. И этим он хочет поделиться. Однако, несмотря на это, они шли долгое время молча. За это время догорела бы всего одна лучина, но по ощущениям и неловкости прошла целая ночь.

Наконец юноши дошли до свода зданий, похожих на арены.

— Это место, где тренируется Великий Молот. Здесь взращивают силу лучшие практики каганата, так говорят. Не хочешь взглянуть?

Он прыгнул, формируя под ногами плазменные взрывы, словно отталкиваясь от воздуха. За долю мгновения Лучезар перемахнул через исполинскую стену. Ивор решил не отставать и с помощью ледяных платформ также быстро забрался наверх и спрыгнул, приземлившись в середине, прямо на главной арене.

Места было намного больше, чем в Маяте, но из-за тусклого освещения, которое едва доходило сюда, арена выглядела жутковатой.

Лучезар стоял прямо перед Ивором.

— Совсем недавно ты стоял вот так передо мной, зная, что можешь быть раздавлен моей силой, но ты все равно сражался изо всех сил. Ты очень целеустремленный, я ценю это в людях. Но знаешь, что я ненавижу?

Он медленными шагами сократил расстояние, подойдя к Ивору почти вплотную. Лучезар смотрел ему прямо в глаза, но лицо его и аура все еще были спокойными как горное озеро.

Взгляд Ивора был непонимающим, но в сердце отчего-то кольнуло тревожное чувство. В тот момент голос Лучезара дрогнул.

Удар!

— Я НЕНАВИЖУ ЛЖЕЦОВ!!!

Кулак принца пронесся словно ветер, тяжело ударившись о скулу Ивора, заставив его наклониться в неестественной позе.

Обладал ли Ивор реакцией, чтобы уклониться? Да.

Имел ли Лучезар силу, чтобы снести этим ударом Ивору голову? Да.

Но ни тот, ни другой этого не сделали.

Это был обычный удар. Но не ради нанесения раны или причинение боли. А ради выражения акта глубокой обиды и разочарования.

— Как я был рад. Сначала ты помог мне, буквально спас жизнь, потом так открыто и честно сражался. В той битве мы открыли друг другу душу. Я подумал, неужели, наконец кто-то сможет стать мне другом, несмотря на мой статус, на мои принципы. Я помог избежать тебе участи, что приготовил мой отец. Но что в ответ? Что?

Лицо Ивора побледнело. Он начинал понимать в чем дело, но сказать что-либо не мог. Зато Лучезар продолжал.

— Моей сестры не было восемь дней во время исследования тридевятых земель. А потом она возвращается и… — его голос снова задрожал, переходя на хрипящий шепот. — Ты думаешь я, человек, который любил и лелеял ее с самого детства, не замечу, что ее духовная сила испорчена чужой? Что женское начало больше не девственно? Ох, я был готов убить того, кто это сделал, сестра никогда добровольно не отдалась бы в чьи-то руки. Я даже не стал ей ничего говорить, потому что для нее это вероятно большой удар. Но когда я увидел, что в ее жилах есть остатки ледяной энергии. Точно такой же, что я ощутил, когда мы делали ту совместную формацию для кипящего дождя. О, я и не знал, что мне думать.

— Я не…

— МОЛЧАТЬ!!!

Громкий голос раздался эхом от стен арены, сотрясая даже воздух. Аура Лучезара больше не могла оставаться спокойной. Она вырвалась тяжелой духовной силой, заставляя воздух стать горячим. Принц сжал руку в кулак так сильно, что с его ладони медленно закапала кровь. Глаза юноши отражали ужасную ярость и одновременно глубокую печаль.

— Ивор, почему ты так поступил? Ты же прекрасно видел мое отношение к Лилии, ты же… я думал мы друзья, так ведь становятся друзьями, через почти братский бой, доверие и взаимопомощь. Я был восхищен твердостью твоего характера, крепостью убеждений и несгибаемой силе воли, но ты вонзаешь мне нож в спину. РАЗВЕ. ДРУЗЬЯ. ТАК. ПОСТУПАЮТ? Я УБЬЮ ТЕБЯ!!!

Лучезар молниеносно вскинул руку и ударил еще раз. В его кулаке сконцентрировалось громадное количество плазменной духовной силы. Сейчас он находился на стадии второго Аркона. Если такой попадет по телу без защиты, то даже практик более сильного порядка может пострадать.

Ивора отнесло на сорок шагов и еще десять протащило по земле. Он медленно встал, сплюнув кровь и отряхнув пыль с парадного кафтана. Юноша аккуратно снял его, бережно сложив на пол и сделал два шага вперед. Он остался в одной тунике.

Его тело не было покрыто даже личной защитой, да он и не пытался ее возвести.

Лучезар прыгнул вперед, нанося размашистый удар в живот, потом по лицу. Он схватил его за волосы и яростно вбил голову Ивора в свое колено. Взяв парня за руку, он перекинул его через спину и швырнул в другую сторону на двадцать шагов.

Ивор, словно мертвый груз, свалился на землю. Его легкие хрипели при каждом вдохе. Из носа и рта сочились струйки крови, но он ни о чем не думал. Даже Звездочка молчала в его голове. Юноша тяжело поднялся, снова встав прямо.

— Защищайся!!! Чертов насильник! Давай, взрывай свой лед, покажи мне чего достиг?! Этими силами ты принудил мою сестру к непотребствам? ПОЧЕМУ ТЫ НЕ ЗАЩИЩАЕШЬСЯ?

Лучезар снова ринулся вперед. Он наносил удары с безумием и жестокостью. В них не было техники, иначе он бы моментально убил Ивора. В них была лишь настоящая, искренняя злость и боль, которую испытывал все эти дни княжеский принц. Он впал в бешенство, когда узнал об этом. Чтобы не беспокоить сестру, юноша отправился в уединенную комнату культивации и крушил в ней все, что попадется под руку. А сейчас, человек, которому он так хотел отомстить был прямо перед ним. Но жажда убийства в его сердце так и не пробуждалась. Потому что он знал.

От этого злость затмевала его разум еще больше.

В очередной раз Ивор оказался на земле. Почти все его тело было покрыто ссадинами и ожогами. Но он снова встал. Не предпринимая никаких действий, не заставляя энергию циркулировать по его жилам быстрее. Он вставал. И готов был вставать еще десять или может даже пятьдесят раз, если потребуется. Но даже этого было бы мало, Ивор это понимал.

Он обещал взять ответственность на себя.

Удары сыпались на него со всех сторон. Каждая атака была наполнена жестокой и неимоверно горячей плазменной энергией, которая за долю мгновения расплавила бы тело человека, но Ивор с его третьим Арконом успешно терпел каждый из них.

В голове Лучезара пронеслись моменты, когда он увидел маленькую частичку энергии, которая все еще отчаянно отравляла огонь Лилии. Но эта частичка уничтожалась льдом. Тогда он нашел в себе разум, чтобы проверить свои догадки.

Принц должен быть эрудирован, поэтому он знал практически все о ядовитых духовных существах, даже о мифических.

В древних записях княжеской библиотеки были записи о яде, который полностью отравляет культивационную базу и убивает в течение всего нескольких дней. И пусть все эти догадки подтвердились, для него они оставались вымыслом, поэтому…

Он бил, снова и снова. Пока на Иворе практически не осталось живого места.

Внезапно, что-то внутри Лучезара завыло вместе с этими мыслями, и он закричал.

— Докажи! Докажи, что это была чертова змеюка, что у тебя не было выбора! ДОКАЖИ МНЕ, НАВЬ ТЕБЯ ДЕРИ!!!

Ивор не сказал ни слова. Он просто вытащил небольшую склянку с ядом Змея-Горыныча и швырнул ее прямо в лицо Лучезару. Тот поймал.

Чем больше он смотрел на колбочку, тем шире становились его глаза. Осознание происходящего окончательно выбило его из колеи, заставляя сердце сжиматься пуще прежнего. Глаза стали влажными, а руки вздрагивали так, будто это была предсмертная агония

— Ты…. Ты!

Он дрожащим шагом шел к Ивору, который уже напряг тело, в ожидании новых побоев.

Но вместо этого…

Плачущий Лучезар крепко его обнял.

Его голос был тихим, настолько, что даже сам он не слышал того, что говорил, зато Ивор слышал. Ясно и отчетливо.

— Я никогда тебя не прощу за это, но… спасибо. Спасибо, что спас мою сестренку.

Лучезар уткнулся лбом в плечо Ивора. Как тот сделал также когда-то на турнире. Слезы бесконтрольно рвались наружу и даже такой величественный и уравновешенный человек, как Лучезар не мог их остановить.

Глава 77. Начало княжеского совета

Большая металлическая ванна исходила паром и травяным ароматом. Ивор медленно залез в нее, пытаясь расслабиться. Энергия циркулировала, проходя через его киноварное поле и способствуя заживлению организма.

Подобная целебная ванна даже зажиточному человеку могла обойтись в полугодовое содержание, но сейчас Ивора заботило не это. Утром, как минимум на его лице не должно быть и следа ночного избиения.

Лучезар ушел, не сказав больше ни слова, а Ивор какое-то время лежал на спине, прямо посреди арены, а после поплелся домой, заживлять раны.

«Если бы он хоть немного думал головой, то в таком раскладе, где ты не защищаешься, ты был бы уже мертв».

«Знаю. Но Лучезар не плохой человек, просто… Ситуация действительно сложная. Прошу, давай только не об этом».

Звездочка угукнула. Через некоторое время молчания она снова подала голос.

«Думаешь Рисбо разберется с артефактом?»

«Даже если и нет, мы найдем другой путь. У нас уже есть два артефакта из тринадцати, а в запасе более двенадцати лет. Не беспокойся».

Звездочка тяжело выдохнула. Пусть ее голос и звучал прямо в голове Ивора, но, когда она бубнила, он не различал ее слов.

«Болван, я совсем не об этом беспокоюсь».

Ивор уснул прямо в ванной. К утру вода остыла, а его тело впитало все целебные свойства трав, что он использовал. Разбудил юношу настойчивый стук в дверь, а после и ее открытие.

— И долго ты собираешься тут валяться? Одевайся, скоро состоится собрание, а после него пир, ты же не хочешь пропустить все самое интересное?

Ольга на секунду задержала взгляд на обнаженном теле Ивора. А посмотреть было на что, для семнадцатилетнего юноши он выглядел очень крепким и натренированным, а шрамы только украшали его.

Женщина вышла, а Ивор принялся медленно одеваться. Видимые последствия вчерашней битвы сошли, но тело все еще ныло, покалывая в нескольких местах.

Выйдя из гостевого дома, юноша поравнялся с Ольгой, и они направились к главному дворцу. Людей при княжеском дворе было немало. Они носились из стороны в сторону, пытаясь угодить гостям и подготовить столы для предстоящего пира. Сам дворец, а также присоединенный к нему свод башен поражал своими размерами.

Но больше всего Ивор был тронут не внешним видом. Он наблюдал, как непостижимые количества энергии витали вокруг, создавая множество секторов, похожих на пчелиные соты. Эта духовная сила спала, но даже в неактивном состоянии его можно было запросто почувствовать.

Ольга заметила интерес Ивора.

— Формация Девяти Граней. Лучшая защита на всем континенте. Говорят, эту формацию основали еще практики Потерянной Эры. Впоследствии ее дорабатывали и поддерживали в нужном состоянии. Но истинно одно: даже сотня лучших практиков Северных Увал не сможет пробиться через нее. При этом даже отключить формацию не выйдет, поскольку источники ее спрятаны глубоко под Обровом, в подземельях Берканского князя.

Ивор многозначительно кивнул. Защита действительно была первоклассной, даже он мог это понять.

— Итак, несколько правил, которые ты должен соблюдать неукоснительно. Будь внимателен, лишнего не говори, на вопросы отвечай сдержанно. Княжеский совет — это сборище интриганов и хитрецов.

С этими словами они вошли в основной дворец, где их встретил тот же мужчина, что вел карету днем ранее.

— Утро доброе, надеюсь вам было удобно в гостевом доме? Позвольте покажу ваши места.

Вслед за мужчиной Ивор и Ольга миновали основной зал и несколько дополнительных, уходя вглубь дворца. Наконец они пришли в круглое помещение с постепенно возвышающимися вокруг стен местами. Оно было не очень большим, поэтому люди в двух противоположных концах могли отчетливо видеть и слышать друг друга.

В середине зала стоял круглый деревянный стол, с четырьмя мягкими креслами. На столе располагалась карта и груда каких-то берестяных свитков.

Их провели в южную часть и указали на средние ряды. Там располагался отличительный знак Ледяных Истин — белая сова со снежинкой на пушистой груди.

Многие места амфитеатра были уже заняты. Ивор медленно прошелся глазами по присутствующим людям.

Он заметил Веда Оземского, правда без остальных братьев. Рядом с ним сидел человек, для которого даже слово громадный не подходило, ибо было слишком маленьким. Мужчина с густой черной бородой и выразительным натренированным телом, был настоящим воплощением мощи и мужественности. Его гордая осанка и широкие плечи внушали невероятную силу. На шее отчетливо виднелась татуировка знака Беркан.

Они сидели в первом ряду, а около них располагался знак академии Великого Молота — огромная наковальня, по которой бьет кузнечный молот.

Ольга решила ввести своего ученика в курс дела.

— Ты должен знать расстановку сил, поскольку уже выбран моим преемником. То, куда ты смотришь — место Великого Молота. Веда ты уже знаешь по Турниру Четырех, а рядом с ним его отец, Озем. Сильнейшее существо на континенте. Существо, а не практик, потому что даже духовные звери высших порядков бегут в страхе, учуяв его убийственную ауру. Нет ни одного человека в каганате, кто бы не признавал его силу. Огненные столпы тебе тоже знакомы. Чуть выше нас Яромила, глава Песни Сирены, насколько знаю, она сейчас без личного ученика. А в восточной части…

Ольга осеклась, а лицо ее скорчилось в гримасе ненависти. Ивору и гадать не нужно было. Он видел Кейру, которая со светлой улыбкой разговаривала со своим мастером, Веленой Моравской, Владычицей Ветров и главой академии Восточного Вихря.

Ивор смотрел на Велену и не мог поверить своим глазам. Да, он видел красивых женщин. Ольга была ошеломительной, но все равно сложно не признавать природное очарование Владычицы Ветра. Самое занятное так это то, что они с Кейрой невероятно похожи. Велена выглядела, как очень повзрослевшая и более женственная версия его подруги детства.

Белые распущенные волосы, плетеный обруч на лбу, тонкие и аккуратные черты лица, идеально прямой нос, острые скулы и до неприличия большие аквамариновые глаза.

Зная о соперничестве своего мастера и мастера Кейры, Ивор невольно сравнивал их. Если красота Ольги была чистой, как первый снег, холодной, возвышенной и однозначно безупречной, то красота Велены походила на летний морской ветерок. Ненавязчиво приятный, легкий, она касалась тебя им единожды, но заставляла хотеть вдыхать себя снова и снова.

Переводя взгляд дальше Ольга выдохнула, оставив Владычицу Ветра без каких-либо комментариев.

— Дальше у нас главы академий или же просто обособленные практики, которых не было на Турнире Четырех. Они либо не имеют личных учеников, либо эти ученики старше порога турнира.

Она указала на тучного мужчину, сидящего в последних рядах. Облаченный в белую просторную тунику, он выглядел малость отрешенным. Все его тело покрывали татуировки рун, оставляя свободным лишь небольшой участок шеи и лицо. Короткие черные волосы, придавали образу еще более грозный вид. Рядом с ним сидела девушка, которая совсем не отличалась изяществом. Она была такой же большой и натренированной, как мужчина. Рун, начертанных на ее теле, было куда меньше, они едва начинались на запястьях и заканчивались у локтей. Аккуратные черты лица и некая манерность в жестах могли считаться симпатичными, но не на фоне той же Кейры например.

— Драгомир Верхнерецкий и, видимо, его ученица. Отшельник, практикующий искусство начертания рун, по совместительству артефактор и первоклассный кузнец. Лучший в каганате и уж явно способнее твоего друга. Поскольку его творения очень высоко ценятся, он не принадлежит ни к одному княжеству и торгует со всеми на равных условиях. Вот уж не думала, что он найдет себе последователя, да еще и девушку.

Далее она кивнула налево.

— Тот с седыми волосами, но выглядящий достаточно молодо — Белогор. Без фамилии. Он глава школы Громобоя. Так и не нашел достойного ученика с атрибутом молнии. Пожалуй, это самый рассудительный и справедливый человек из всех известных мне.

Чуть ниже сидели две девушки, казалось, одного возраста. Их волосы имели темно-кипарисовый цвет, а глаза будто сияли зеленым.

— Ель и ее дочь Осина. Они свято верят, что обладают редчайшим элементом природы. На деле же, вся их школа Лесного Покрова использует атрибут воды, но с важным отличием. Они научились первоклассно контролировать влагу в растениях, поэтому с легкостью могут манипулировать ими. Любые сады в столичных городах — это их рук дело, кроме моего, естественно. Своих ледяных девочек я выращивала сама. С ними рядом Зорица Ясная, но не обольщайся, несмотря на имя она единственный практик, воздействующий на кровь. Ей перевалило за полторы сотни, кажется, но она мастерски поддерживает юношескую красоту.

Зорица действительно выглядела как первая заря. Светлая белокурая девушка с легким румянцем на щеках.

Ивор видел всех этих людей впервые и порой восхищался тем, как много техник есть в мире о которых он даже не знал.

— Тот что с короткими светлыми волосами — Казимир по прозвищу Защитник. Берканский вольнонаемный практик. Реставрация Формации Девяти Граней — его рук дело, помимо этого он единственный на континенте кто знает все защитные техники всех элементов до единого. Как не странно, но его элемент ветер, а не земля. Знание защитных техник позволяет ему рассеять почти любую из них. А еще изучить, адаптировать под свой атрибут и повторить. Рядом с ним Анна. Таскает ее с собой на правах личной ученицы, хотя это его сестра. — Ольга перешла на шепот, а тон сменился на шутливый. — Хотя, поговаривают, что отношения у них не совсем братски-сестринские, если ты понимаешь.

Ивор зарделся. Знал он таких родственничков.

— Змеевед Новакский и его ученик Девято, те мрачные ребята в северной части. Лучше них никто не практикует травничество. Знахарями их назвать сложно, ибо немного в их делах лечебных подвигов, но вот отвары лучше Академии Тундрового Листа никто не делает. Ну и последние, кого тебе нужно знать, но далеко не на последнем месте, Хвалибог Третьякский с учеником Молчаном. Они из Тиверской столичной академии. Появляются весьма редко, говорят мало, вечно думают о своем, но факт их силы не позволяет с ними не считаться. Эти Тиверцы, все такие. Твердят о свободе, но на деле просто безответственные и легкомысленные.

Помимо них были и еще люди, но Ольга решила заострить внимание лишь на тех, кто так или иначе может коснуться их судьбы.

— Возможно кого-то и не упомянула, там в процессе подскажу, если выдастся минутка. А еще, смотри внимательно на князей. Тебе полезно оценить их величие.

В этот момент она ощутила на себе взгляд. Повернув голову на восток Ольга увидела добродушную улыбку Милены. Натянув точно такую же и демонстративно положила ладонь на плечо Ивора.

Велена, увидев это, что-то шепнула Кейре, и та посмотрела в сторону Ивора, удивленно улыбнувшись, и помахав рукой. Ивор приподнял руку в ответ. Ту, на которой был браслет, подаренный Кейрой по окончанию турнира. Он не снимал его ни разу за все это время. Лицо Кейры порозовело, когда она увидела браслет, а после, она снова вернулась к беседе со своей наставницей.

— М, что ж ты мне не говорил, что знаком с ученицей ветросуки.

— Ам, мы вроде как родом из одной деревушки. — отвел глаза Ивор.

Ольга как-то страшно усмехнулась, но спрашивать не продолжила.

В скором времени зал наполнился, и в середину вышел человек с небольшим свитком.

— Прошу всех участников совета встать, ибо князья идут!

Каждый из присутствующих поднялся. Насколько бы сильны не были практики, князья имели незыблемый авторитет власти. Но это еще не все. Их сила и боевой опыт также были на высоте. Каждый князь имел уровень культивации не меньше начала поздней стадии этапа Выращивания Духовного Древа. Более того, Каждый из них имел в своем внутреннем мире Древо лучшего качества.

— Именем Стрибога, покровитель Тиверских земель и свободного народа ветра. Объединивший под своим началом Гебское и Иерское княжества — князь Ветроступ.

Мужчина в зелено-оранжевых одеяниях, что соответствовали цвету кленового листа ранней осенью, медленно вошел в зал. Он приветственно кивнул всем собравшимся и искренне улыбнулся. Аура мужчины действительно была подобна ветру. Свободная и чистая, приносящая умиротворение, но сохраняющая ощущение того, что это первозданная стихия, способная на разрушения. Белые, как облака, волосы аккуратно обрамляли вытянутое лицо, делая его на вид еще больше. Ветроступ сел на одно из кресел и выложил перед собой отличительный знак народов ветра. Расправленные аквамариновые крылья ястреба.

— Именем Царя Морского, он ведет всех Северян к светлому будущему. Хранитель границ каганата и властитель княжества Иса — князь Чистовод.

Поступь северного князя была легкой и тягучей, словно горный ручеек. Он шел со сложенными вместе руками, которые скрывали широкие рукава его одеяний. На нежно-синей ткани переливались и пенились морские волны. Чистовод был значительно ниже Ветроступа и не внушал силу одним только внешним видом. Зато его аура, спокойная, как озерная гладь покоряло доверие даже самого скептически настроенного человека. Иссиня-черные волосы, собранные в небольшой пучок сверху и идеально чисто выбритые виски с татуировкой морских волн на них. Глубокие глаза, цвета необработанного топаза прошлись по всем присутствующим. Легкий кивок и он аккуратно сел рядом с князем ветра.

— Именем Сварога, укротитель пламени и властитель Полянских народов. Князь Крадовский — Огневед.

Он вышел в строгом красном кафтане, с пламенными золотыми нитями. Каждый ощутил, как стало в разы теплее в помещении. Его улыбка, подобная звериному оскалу появилась на лице. Огневед поприветствовал всех присутствующих, на долю мгновения задержав свой взгляд на Иворе. Спина юноши покрылась мурашками. Если бы он не знал, что перед ним князь, то принял бы этого человека за невероятно сильного безумца, который способен убить тебя в любую секунду.

— Именем Озема, наш покровитель земли и самоцветных городов. Ведущий Вятичей к истине и процветанию. Берканский князь Сталерук.

Мужчина вышел быстрым шагом, не удостоив присутствующих взглядом. Он лишь кивнул и занял свое место.

Он не любил эти традиции при сборе, считал их ненужным позированием, но строго соблюдал. Ибо обычаи предков нужно чтить.

На столе к знаку народов ветра добавились ромбовидное пламя, круглая морская волна и стальной полумесяц меча.

— Теперь же, когда все в сборе, Именем Перуна, бога Верховного пантеона, я объявляю княжеский совет открытым. Можете садиться.

Все присутствующие сели. У Ивора участилось дыхание от обилия столь величественных аур в одном зале. Казалось, этого места совершенно недостаточно для таких влиятельных людей. Каждый из них был достоин восхищения.

Князь Сталерук положил руку на отличительный знак Беркан. Это был символ того, что он сейчас говорит и никто не смеет его перебивать. На княжеском совете правилами установлена четкая субординация, которую не смел нарушать ни один князь.

Он тяжело выдохнул. Его спокойный голос, пронесся по залу словно молния, ошарашив всех.

Сталерук решил не тянуть, поэтому сразу провозгласил причину сегодняшнего сбора.

— Шаткому миру с Хазарами пришел конец. Они готовятся к войне. Менее чем через девять месяцев нам придется столкнуться с силами демонической культивации.

После его слов в воздухе еще долго витало напряженное молчание. Каждый из князей обдумывал сказанное, а также невообразимые последствия, которые придут, как после этого собрания, так и после полномасштабной войны.

Глава 78. Светский ужин

— Это подтвержденная информация? — спросил спокойным голосом Чистовод.

— За нее один из моих лучших лазутчиков поплатился головой. Да. На данный момент каган Вирхор, с которым мы подписали соглашение о ненападении, мертв. На его месте Захария. — Сталерук пересказал донесения от своих разведчиков.

— Захария? Тот безумный берсеркер, что вырезал три дружины Чистовода, теперь каган? Нехорошо. — Огневед задумчиво почесал бороду.

Ветроступ оглядывал карту, он вел пальцем около княжества Иса по границе. За ней шли протяженные пустые равнины, на которых и располагался Саркел — нынешняя столица хазар.

Я так понимаю, — заговорил он впервые. — наша задача решить на этом совете, как собрать войска и при меньших потерях разбить Хазарский каганат.

— Именно. Войны не избежать, это данность. Хазары страшны в битве, они используют самые темные демонические искусства, а в процессе сражений становятся лишь сильнее. Эти дикари безумны, но это не значит, что они глупы. Прошлые столкновения нам это показали. — Сталерук оглядел всех присутствующих князей.

Он был решителен, в его голове уже созрел план, осталось донести его до остальных в нужный момент.

— Нам? Показали нам? Может быть Северянам? Мы понесли наибольшие потери в прошлой войне. Мое княжество приняло на себя основной удар. Сталерук, называй вещи своими именами. Вы не потратили и толики своих драгоценных ресурсов на ту войну.

Берканский князь этого и боялся. Может тон Чистовода и был спокойным, а голос очень тихим и размеренным, он знал, что князь Исы недоволен поведением остальных княжеств во время прошлой войны.

Огневед вмешался.

— Не нужно, Чистовод. То, что твоих практиков в той войне погибло больше — не вина Сталерука или кого-либо еще. Никто не ожидал, что противник окажется столь силен, время на сбор и отправку помощи ограничивалось даже не днями, а часами, никто бы не смог ответить достойно на внезапную атаку. Мы здесь не чтобы мусолить ошибки прошлого, а, чтобы не допустить будущих.

— Огневед прав. Тиверцы пришли, как только смогли, но этого оказалось недостаточно. Чистовод, при всем уважении, когда возникла угроза, стал бы ты отправлять большую часть своих дружин другому княжеству, оставляя себя беззащитным? Сейчас ситуация изменилась. Мы не можем позволить Хазарам пройти дальше границ Исы на этот раз.

Сталерук взял два берестяных свитка и разложил на столе. Князья начали внимательно их изучать. Весь зал тем временем молчал. Их роль еще не пришла. Они собрались лишь для того, чтобы засвидетельствовать решение князей и, возможно, оспорить или дополнить их при желании.

— Итак, нам известно, что хазары пойдут через север. Они ударят клином по Галичу и будут двигаться вперед напролом. Вряд ли они используют какую-либо тактику.

— Не стоит их недооценивать, Сталерук. Несмотря на то, что в прошлый раз мы дали им бой вне границ Исы, их построения меня удивили. Плюс ко всему, они используют группу людей, как убойное мясо. А после смерти поглощают их силу, чтобы основные отряды стали в разы мощнее.

Огневед закончил чтение свитков первым и усмехнулся.

— Неужели ты думаешь, что этот план одобрят все? — он перевел взгляд на Чистовода.

Судя по выражению лица последнего, он понял замысел Сталерука и явно не одобрял его.

— Это что, какая-то шутка?

— Постой, Чистовод, дай мне объяснить.

— Нет, послушай меня. Прошлое нападение хазар закончилось тем, что тысяча моих практиков были убиты одним лишь Захарией! В процессе войны погибло еще триста пятьдесят человек. Вы все вместе потеряли не более двух сотен. Думаешь я соглашусь на такое?

Ветроступ положил руку на плечо князя северян. Чистовод был всегда спокоен и рассудителен, но, если вопрос касался его народа, он был подобен звенящему шторму.

— Я прекрасно понимаю тебя, как и все собравшиеся тут, но в этот раз дела обстоят иначе. Мы будем готовы и не позволим случиться непредвиденному. В прошлый раз они напали внезапно, и мы не смогли собрать людей вовремя. Но теперь у нас есть время. Я клянусь тебе от имени своего народа под взором Стрибога, что не допущу бессмысленных смертей. Мы сражаемся наравне. Ибо соглашением каганата Иса, Гебо и Иера, Знич, Беркан — все равны.

Чистовод тяжело выдохнул и медленно кивнул Ветроступу, после чего поднял взгляд.

— Говори, Сталерук.

— Каждое княжество отправит по небольшому отряду на границы Исы. Они будут возводить оборону. С особым рвением готовиться к войне. Так, будто мы знаем о планах Захарии. Гордость не позволит ему использовать диверсию, поэтому он пойдет в лобовую атаку. Мы же заранее подготовим основные силы. Когда Захария начнет свой поход, мы зайдем с востока и запада, через Тундровые леса. Задача проста. После небольшого сопротивления твои люди начнут отступать. Мы сдадим им Галич и за ним Требовль, тем самым впуская внутрь границ Русского каганата. Как только они зайдут, Огневед и Ветроступ перекроют путь к отступлению. Тиверцы отправят ертаул, чтобы разбить заднюю часть войска, лишив подкрепления. Огневед же будет наступать в спину основной части. Мы с тобой ударим их спереди.

Огневед кивал, ему нравилась такая стратегия, Чистовод молчал в задумчивости. Первым заговорил Ветроступ.

— Наших сил будет недостаточно. В объединенной армии Русского каганата практиков столько же, сколько и у хазар, но ни для кого не секрет, что они в разы сильнее, с учетом их культивации. Как только начнется бой, они с каждым мгновением будут становиться более свирепыми и жестокими, нам нельзя затягивать сражение. Но и быстро разбить мы их не можем.

Сталерук улыбнулся, разворачивая другой берестяной свиток.

— Это карта формаций. Все, что есть у Исы мы задействуем разом. Берканское княжество полностью предоставит на это ресурсы. С восточной стороны мы используем Формацию Семисот Водопадов. Через две лучины с запада активируется Формация Раскола Лавин. В течение девяти месяцев мы подготовим за Требовлем Формации Каменных Врат и Хрустальной Триграммы. В качестве резерва Огневед, прошу позаботиться о Формации Магматического Взрыва.

Глаз Чистовода дернулся.

— Ты же понимаешь, что при активации всех формаций от Исы останется только кратер.

— Чистовод, вслед за Ветроступом я дам тебе и свое слово. У нас нет выбора, кроме как принимать бой на твоей земле. Формации будут активированы лишь две, остальные на самый крайний случай. Я постараюсь сохранить каждую версту твоей земли. Как только все закончится, обещаю, что помогу с ресурсами для восстановления Требовля и Галича, а также будущего укрепления границ.

В воздухе повисло напряженное молчание. Никто из присутствующих не выражал одобрения или же протеста. Каждый в зале ждал решение Чистовода. Он был ключевой фигурой в этом совете, ведь в случае неудачи наибольшие потери будут на его плечах.

— Я воспользуюсь правом перерыва. Мне нужно все обдумать.

Князья утвердительно кивнули.

— Хорошо, тогда предлагаю вам воспользоваться гостеприимством и отведать сегодняшнего ужина, отдохните, обдумайте сказанное, мы продолжим завтра вечером. Я понимаю, что с этого следовало начинать, но вопрос действительно неотложный. Надеюсь вам понравятся Берканы.

Сталерук поднялся и медленно вышел из зала, не дожидаясь ответа.

Медленно люди начали расходиться, перемещаясь в гостевой зал, где уже был накрыт стол.

Ивор шел за своим мастером, соблюдая дистанцию в два шага. Как признак уважения. Он с детства был человеком, который очень ценит указания старших, что, признаться, очень импонировало Ольге.

— Поешь, я отлучусь. Мне нужно кое с кем потрепать языком. Формальность, не более. Держись в поле моего зрения.

Ледяная Дева удалилась мягкой походкой.

Ивор оглядел столы вокруг, еда всюду была выполнена в таких же богатых тонах, как и убранство зала. Он взял вилку и ухватил большой кусок жареной свинины, уложив его на ароматный свежий хлеб, после чего отправил в рот.

Стоило немалых усилий, не замычать от удовольствия.

— Красная икра, черная, любая заморская рыба, даже креветки. Мясо духовных зверей от первого до пятого ранга, но ты выбрал свинину. Я конечно слышал, что практики льда очень холодны в своих вкусах, но, чтобы настолько.

Ивор повернулся с полным ртом, так и не дожевав аппетитную свининку.

Перед ним стоял высокий худощавый парень лет двадцати пяти, со змеиными глазами. Черные длинные волосы собраны в тугой хвост. На бледный лоб падала одна непослушная прядь.

— Девято. Из Тундрового Листа.

Парень шумно сглотнул еду и пожал протянутую руку.

— Ивор из Ледяных Истин.

Девято усмехнулся, обнажая неестественно длинный клык. Его внешность была поистине змеиной.

— Ха, забавно. Я наслышан о тебе. Второе место на Турнире Четырех, да еще и практик льда, что за удивительная шутка. А теперь личный ученик Ледяной Девы.

Он резко подтянул Ивора ближе, а его голос стал тихим и зловещим.

— Что, Зимницкая настолько низко пала, что подбирает в личные ученики каждое насекомое, которое едва отличилось?

Ивор мягко и искренне улыбнулся, что даже немного сбило Девято с толку.

— А что, псарни уже открыли на вечерний выгул? Не припомню, чтобы мнение дворовой шавки имело тут вес.

Змееглазый юноша осекся, но не потерял лицо. Он отпустил руку Ивора и взял один из сладких запечённых бататов, подкинув его в руке.

— Какие нынче борзые практики льда. Ладно Зимницкая, она доказала свои способности, но ты-то, чего вылез из своих ледяных шалашей? Таким не место на княжеском совете.

Что-то вспыхнуло внутри Ивора. Он не понимал такой неприкрытой ненависти этого парня, к тому же, сейчас речь даже шла не столько о нем самом.

— Во-первых, зови моего мастера по титулу. Для тебя она Ледяная Дева Исы. Во-вторых, если тебе так не нравится мое присутствие, может попробуешь меня выгнать, а, змееглазый?

Юноша почувствовал тяжелую ауру позади себя, обернувшись, он прищурил глаза и сделал шаг в сторону.

— Считай, что тебе повезло, недоумок, поговорим в следующий раз.

Девято скрылся в толпе, а вслед за ним перед Ивором появилась Кейра.

— Я смотрю, Небесная искра заводит новых друзей?

Она улыбнулась, а в глазах мелькнуло нечто лисье.

— Да, отличный парень, а главное вежливый. Радовался, что смог со мной побеседовать. И да, я же просил, никаких искр!

Кейра сомнительно прищурила глаза.

— Девято из Тундрового Листа, вежливый? Ха, смешной ты!

Внезапно она что-то заметила и серьезно посмотрела на лицо Ивора. Она подошла ближе и заглянула ему прямо в глаза. Ее лицо было настолько близко, что он ощутил ее запах. Тот самый знакомый с детства.

Ваниль и магнолия.

Его лицо слегка покраснело.

— Ты изменился. — уверенно сказала она. — Не уверена, что именно, но… Такой ты мне нравишься больше. Кстати, вижу ты добрался до третьего Аркона. Очень быстро растешь!

Ивор усмехнулся, прогоняя остатки смущения.

— А как же иначе. Я должен соответствовать статусу своей будущей женщины — Владычицы Ветра!

Теперь настал черед Кейры покраснеть. В ее памяти пронесся их поцелуй, отчего она не знала, куда деть свой взгляд. Но, спустя мгновение, неловкость улетучилась, и Кейра приблизилась к Ивору. Ее шепот ошеломил его.

— Только я уже на шестом.

«Что? Да… Да как? Как она развивается такими темпами? Это невозможно!»

«Если бы ты хоть немного смотрел на нее и слушал, а не таял как сахар в воде от ее сладкой красоты, то знал бы, что Божественные частицы именно так и развиваются».

Кейра подмигнула Ивору и пошла к своему мастеру. Отойдя на несколько шагов, она бросила ему вслед.

— Рада, что ты носишь мой браслет.

Ивор смог лишь глупо улыбнуться.

«Еще бы я его не носил. Так! Звездочка, я же тоже теперь Божественная частица, разве нет?»

Валькирия засмеялась так, будто Ивор искрометно пошутил.

«Ну, технически-то конечно так. У тебя Божественные Каналы, их расположение, укрепленное тело, но вот на деле… Ты однозначно намного талантливее любого из здесь присутствующих, рано или поздно ты их превзойдешь, но до Божественной Частицы все же еще не дотягиваешь. Пока. Но поверь, с Морозной сферой Абсолютного Льда ты превзойдешь и Кейру. Если конечно не будешь пялится на ее зад!»

«Я и не пялился!»

«Ивор, я у тебя во внутреннем мире, я слышу твои мысли… Чертов ты извращуга! Так вот! Ты превзойдешь Кейру, ведь она упрется в свой потолок, а твой намного выше, ведь у тебя божественный артефакт, который, однажды примет тебя, как полноправного хозяина».

«А что если Кейра тоже найдет такой?»

«Ее стихия ветер, так что… это очень вряд ли. Ньерд невероятно живучий бог».

«Есть еще и другой».

Тем временем Ольга беседовала с Белогором. Если бы кто-то кинул на них мельком взгляд, то подумал бы, что они идеально сочетаются. Их одеяния белых и голубых тонов, волосы, даже атрибуты и аксессуары были похожи.

— Значит ты все же нашла себе личного ученика. Очень рад за тебя Оленька, приятно видеть, что с нашего выпуска не только Велена нашла достойного наследника. Кстати об этом, насколько он способный?

Ольга улыбнулась. Белогор был ее очень старым близким другом. Он не раз выручал ее из тяжелых ситуаций, как, собственно, и она его. И если у этого человека с белыми волосами и был какой-то минус, так это общение с Веленой. Пусть их отношения не дотягивали до дружеских, но он явно относился к ней хорошо. Что изрядно подбешивало Ольгу.

— Насколько… Чтобы ты понимал. Турнир Четырех прошел три месяца назад, сам турнир длился несколько дней. Мальчишка начал его на шестой стадии этапа Формирования Солнца, сейчас он на третьем Арконе. Правда многие либо не замечают этого, либо просто не признают. Уже ползут слухи, что он изначально был в рядах гениев с первым Арконом.

— Невероятно. Такой темп роста просто ненормален! Он же настоящий гений среди гениев! Прямо как личная ученица Велены. Говорят, ее тело способно поглощать духовные травы и камни непрерывно в течение сорока восьми часов.

Ольга шумно цокнула языком.

— Прости-прости, я все забываю, что ты не любишь Велену. Я правда до сих пор не пойму почему, она ведь так хорошо к тебе относится!

— Белогорушка, родимый, напомни, что будет, если заключить молнию в ледяной короб?

— Ну, произойдет нейтрализация пространства и по законам Мирового Древа… А! А-а-а-а, я понял, прости дурака, не слежу за языком.

— Ладно, на самом деле я хотела попросить у тебя помощи. У меня возникла острая необходимость в добыче Духовного ядра Берегини.

— Ты! Ты что?! Тише, Оленька! Не так громко. Да еще на княжеском совете! Тебе голова на плечах мешает?

Ольга безразлично пожала плечами, а ее глаза намекнули, что она ожидает ответа. Белогор некоторое время пожевал губами, прежде чем начал говорить. Говорил он чрезвычайно тихо, так, чтобы никто не мог их услышать.

— Ты же знаешь, что Берегини строго под запретом. Никто не смеет их убивать, а уж тем более продавать духовные ядра!

— Но, помнится, ты говорил, что знаешь, где обитает одна.

— Знаю, но… кхем… некто уже поймал ее.

Ольга залилась хихиканьем.

— Серьезно? Ты свалил Берегиню и мне говоришь что-то про ношение головы на плечах?

— Да тише ты! Я получил за нее десять ядер Молниеносной Птицы Рух. Учитывая, как они редки, я не мог отказаться.

— Ты прав. Будь у меня атрибут молнии, я бы тоже согласилась, так кому ты продал ядро Берегини?

— Ванчею Продажнику.

— Ох, ну кто бы сомневался, что ядро Берегини теперь у этого старого прохвоста. Он единственный, кто может проворачивать такие махинации на черном рынке.

— Но, я слыхал, что через месяц у него состоится аукцион. Главный товар, то самое ядро, может попытаешь удачу?

— Я похожа на богатую дурочку? За его цены мне бы пришлось заложить Ледяные Истины и половину Исы в придачу.

— Но, попытаться стоит, все же Ванчей имеет передо мной кое-какой должок, может за него удастся сбить для тебя цену.

— Что ж, твоя правда, кстати о богатых дурочках, кажется твоя подруга идет сюда.

— О нет, может мы пойдем, Оля, прошу тебя, только не на совете.

Ольга повернулась к фигуре, которая целенаправленно шла к ним.

— Неужто сама великая Владычица Ветров решила почтить нас, обычный люд, своим присутствием?!

Глава 79. За честь моего мастера

Лицо Белогора было таким, словно он засунул в рот половину лимона и прожевал полностью. Аквамариновые глаза Велены блеснули, женщина изящно поправила белые волосы и обнажила безупречную, обезоруживающую улыбку.

— Оленька, здравствуй! Так давно не виделись, как поживает твоя ледяная обитель?

Хоть эти слова и могли показаться доброжелательными, на деле в них сквозила провокация.

— Вашими песнопениями, Веленушка. А может оставим эти формальности, все и так прекрасно знают, что мы друг друга недолюбливаем.

Женщина сморщила нос и хохотнула.

— Ну что ты! Как я могу недолюбливать одну из талантливейших выпускниц и лучшего практика льда.

Ее мягкий голос совершенно не нес какой-либо злобы.

Белогор сделал шаг назад. Он чувствовал невероятное напряжение.

— Дамы, я, пожалуй, пойду у меня появились неотложные дела. Ольга, найди меня по окончанию совета, обсудим наше дело.

Мужчина мог этого и не говорить этого, на него уже никто не обращал внимания.

Как только Белогор покинул их, добродушная улыбка сошла с лица Велены.

— Слышала, ты взяла себе в ученики того мальчишку, что занял второе место на турнире. Что, не хватает сил вырастить способного практика, поэтому решила взять сразу посильнее?

— Куда уж мне до тебя. Я же не прочесывала все Зничево и Крадово княжества в поисках ребенка с совершенным телом, способным безостановочно поглощать тонны духовных камней.

— Тц! Да что такая ледышка, как ты, может знать о заботе?

— Уж побольше твоего, шестая. Как тебе живется, когда вечно дышишь в спину своей сопернице?

Они приблизились друг к другу, взглядом словно пожирая друг друга. Велена действительно была шестой по силе во всем каганате. Ей не хватало всего половины шага, чтобы сравняться с тем, кто был на пятом месте. С Ледяной Девой Исы.

— У меня хотя бы есть способная ученица и процветающая академия, в отличие от тебя, у которой есть только дрянной ледяной дворец. Да он развалится, едва подуют теплые ветра.

— Тебе напомнить, что твоя ученица заняла третье место, а мой ученик второе.

— Только на тот момент он не был твоим учеником, это вообще не твоя заслуга! Да и то, что ты до сих пор входишь в пятерку лучших, лишь недоразумение, в следующий раз я выбью тебя оттуда.

Внезапно Ольга глубоко выдохнула. Весь этот приветственный вздор был лишь игрой, на деле они действительно питали друг к другу глубокую ненависть, вот только в отличие от Велены, она не скрывала своих чувств на публике и не делала вид доброжелательной девы.

— У тебя не выйдет. И ты прекрасно знаешь. То, что ты жива — это огромная ошибка и я ее когда-нибудь исправлю!

Лицо Велены тоже приобразилось. Эмоциям полезно давать выход, однако, когда Ольга говорила серьезно, даже Владычица Ветров не могла не испытывать трепет.

— Если ты исправишь эту ошибку, тогда то, что он сделал станет бесполезным.

Ольга резко приблизилась вплотную, сделав вид для окружающих, что обнимает Велену, на деле же из ее пальца появилась тонкая ледяная игла, которая уперлась в горло главе Восточного Вихря.

— Не смей! Ты не имеешь права даже упоминать о нем!

— Ольга, но ведь он…

— Заткнись! И послушай, придет день, и княжеская защита упадет с твоей школы. И когда это произойдет, я приду за твоей головой. Я убью каждую твою ученицу, а с личной сделаю такое, что даже разбойники не делают со своими жертвами. Ты недостойна упоминать о нем, не достойна жить, даже если он отдал ради тебя свою жизнь, ты слышишь меня? Ты никогда не станешь сильнее меня, ты не вырастишь ученицу, которая защитит тебя от меня. Я превращу твою жизнь в постоянный страх под моей тенью. И когда эта тень сорвется, ничто тебя не спасет. Тебе бы стоило поблагодарить меня за то, что все люди Увал до сих пор не знают, какая ты манипулятивная сука!

Велена медленно схватила ледяной шип и развеяла его, отстранившись от Ольги. Ее лицо выражало страх и злость. С их последней встречи Ольга снова стала сильнее, теперь между ними была пропасть в целый шаг.

Ледяная Дева ушла, оставив Велену в глубоких раздумьях. Она прекрасно знала в чем ее винит Ольга, также она злилась, что та вечно путает ее планы и лезет куда не стоило бы.

Когда к Владычице Ветра подошла Кейра, она уже была спокойна и величественна, как и прежде.

— Скажи мне, новый ученик Ледяной Девы знаком тебе? Вы только что вели беседу и судя по твоей улыбке, очень милую.

— Да, мы с одной деревни. Росли вместе. Я его хорошо знаю, ну, или думаю, что хорошо, а почему вы интересуетесь, мастер?

— Вот как… Скажи, если бы тебе пришлось с ним сразиться, как бы ты поступила?

— Ох, вы про турнир? Думаю, если бы мы столкнулись на арене, оба использовали все свои силы для того, чтобы показать, кто чего достиг. Но вряд ли бы мы нанесли друг другу какой-либо вред.

— Нет, я говорю о настоящем поединке, от которого зависела бы твоя жизнь, или, например, жизнь твоего мастера и всей школы Восточного Вихря, всех твоих сестер.

— Я не понимаю…

— Ответь мне Кейра, если однажды встанет выбор между ним и нами, что ты выберешь?

— Это был бы очень сложный выбор для меня, я бы попыталась найти выход, чтобы не выбирать и сохранить обе стороны, но… Если это будет невозможно, думаю я выберу мастера и свою школу.

Велена аккуратно провела ладонью по щеке Кейры и улыбнулась.

— Хорошо, девочка моя, очень хорошо.

…

Ивор вошел во вкус и вдоволь наедался.

«Так и разжиреть недолго».

«Ну, вообще-то нас двое, так что я ем за двоих. А еще, я нормально не ел уже черт знает сколько».

«Ты же понимаешь, что еда на твоем уровне нужна тебе не чаще одного раза в два месяца».

«И что? Ты вообще пробовала? Это безумно вкусно!»

«Вот достанешь ядро существа водного элемента, или сердце охранника переправы, тогда и смогу попробовать. По моим прикидкам, я смогу создавать свое материальное тело раз в неделю, не особо растрачивая на это энергию».

Юноша уже давно привык к этим внезапным диалогам в его голове. Даже больше, он бы чувствовал себя неполноценным, если бы они пропали.

Ольга подошла к Ивору, но еще какое-то время молчала в задумчивости. Юноша смотрел на мастера и покорно ждал.

— По окончанию совета ты полетишь в Зимницы один. Мне нужно будет остаться и уладить кое-какие дела. Тренировку проводи по тому же плану, что мы наметили. Меня не будет несколько дней, за это время ты должен доплыть до отметки в пятнадцать верст. Внезапно время начало нас поджимать, поэтому теперь мы будем добавлять по две версты в день.

Юноша кивнул, проглатывая очередной сочный кусок мяса. Сложно было сказать, почему он так доверял Ольге, но у него было стойкое ощущение, что этот человек желает ему добра и их связывает нечто общее. Ивору очень нравился его наставник.

— Мастер, позвольте спросить. Какой у вас конфликт со школой Тундрового Листа?

— Змеевед? Ох нет, видимо ты познакомился с Девято, что ж, не мудрено, что он настраивает своего ученика против нас. Когда-то Змеевед отчаянно и настырно ухаживал за мной, получал отказ за отказом, но это его не останавливало. В какой-то момент мне пришлось применить силу, но кто-то увидел тот поединок и растрепал всем, что травник-извращенец домогался до Ледяной Девы и получил по заслугам. Это его очень расстроило, но не остановило, теперь он ревнует меня ко всем подряд и строит козни, видимо ему невдомек, что я никогда не посмотрю на такого, как он.

— Тогда на кого же вы можете посмотреть? На какого мужчину?

Ольга удивилась неожиданному вопросу и перевела взгляд на Ивора, до этого она обводила глазами всех, кто присутствовал на ужине.

Вдруг женщина взяла двумя пальцами юношу за подбородок и приблизилась к его лицу. Ивор никогда не забудет того момента, когда холодная и высокомерная Ледяная Дева Исы, которая выжимает из него все соки на тренировках, и, которая вечно недовольна его результатами, внезапно подмигнула ему.

— А вот это тебе знать совсем не обязательно.

Юноша сильно смутился. Он провожал взглядом Ольгу, что медленно вышла из банкетного зала, подышать свежим воздухом, сам Ивор еще какое-то время стоял неподвижно под хохот Звездочки.

«Ой, а какие мужчины вам нравятся? А может я подхожу?»

«Заткнись!»

«Ну ты дал! Она по возрасту тебе в матери годится, а по силе… Хоть она и на пике поздней стадии Выращивания Древа, тебе нужно быть как минимум на начальной стадии Начертания рун, чтобы совладать с этой женщиной, так что даже и не мечтай о ней!»

Ивор покраснел еще сильнее, но его мысли прервал голос, который он уже сегодня слышал.

— А Зимницкая все же ничего, я бы ее трахнул не раздумывая, причем в самых откровенных позах.

Ивор вспыхнул за долю маха. Он даже не стал смотреть на того, кто произнес эти слова. Юноша развернулся, схватив одну из вилок и яростно замахнувшись ударил.

Девято остановил ее двумя пальцами прямо около глаза.

Следом он заблокировал удар сбоку. Змееглазый даже не пошатнулся, а его губы обнажили хитрую, клыкастую улыбку.

— А что такое? Тебя расстраивают такие речи, ничтожество?

— Я запихну тебе эти слова обратно в глотку. Никто не имеет права говорить о моем мастере неуважительно за ее спиной!

Впервые Ивор чувствовал такую страшную злость. Он, конечно, помнил, что разум практика льда всегда должен быть чистым и холодным, но как он мог не испытывать гнев, когда его наставника поливают грязью.

Окружающие люди начали замечать небольшую стычку и собираться вокруг.

Среди них Ивор заметил и Змееведа, который пристально на него смотрел. Его лицо отражало самодовольную ухмылку. Не нужно быть очень умным, чтобы понять, кем это спланировано. Но юноше уже было плевать, он готов был ответить на издевки и защитить честь своего мастера.

— Запихни в глотку своей ледяной шлюхе. Ха-ха. Когда ей предлагали великий союз, она отказалась. И для чего? Чтобы спать с каким-то молодым отребьем?

— Что ты несешь, тронутый? Отребье — это твоя мать, которая почему-то не задушила тебя в младенчестве.

У Девято заметно дернулся глаз, что не могло не улыбнуть Ивора.

— Я вырву тебе язык и скормлю собакам!

— Не выйдет, думаю они уже наелись твоим обгрызанным хером.

Девято внезапно сформировал водное копье и двумя пальцами молниеносно направил его в грудь Ивора, но на полпути оно было моментально превращено в лед и упало на пол, разбившись вдребезги.

Юноша глубоко вдохнул, успокаивая кипящую ярость и пытаясь сохранить ясность ума.

— Какой ты нерасторопный. Может все же поступим по-человечески? Я понимаю, в твоем загоне для свиней правила не писаны, но у нас тут вроде разумное общество.

Ивор оглядел всех, кто собрался на них посмотреть и, выпрямившись, громко крикнул.

— Я заявляю о праве поединка и вызываю тебя Девято из Тундрового Листа. Я буду биться за честь своего мастера!

Люди начали возбужденно шептаться, конечно, стычки во время банкета не были редкостью, но среди учеников именитых практиков, впервые.

Сзади послышался голос Кейры.

— Ивор, что ты творишь, он на Арконе Рыси (6), этот человек тебе не по силам!

— Мне не впервой ставить на место соперников, что намного сильнее. — бросил Ивор через плечо и перевел вызывающий взгляд на Девято. — Что молчишь? Испугался какого-то практика льда?

Девято усмехнулся, кажется, все это было спланировано заранее, и он только радовался подобному развитию событий.

— Видишь ли, битва может быть весьма ожесточенной, боюсь, я могу не рассчитать силы и тебя покалечить или чего хуже. Не хочешь ли подписать соглашение? В случае нанесения каких-либо тяжелых повреждений, или даже смерти, никто не будет иметь претензий. А мастер ни в коем случае не будет мстить за ученика. Что скажешь?

Девято вынул из пространственного кольца деревянный жетон и сильно надавил на него, тот засиял синим светом. После этого он кинул жетон Ивору.

Толпа охнула.

— Неужто он согласится подписать кровавое соглашение?

Юноша поймал табличку и повторил за действиями змееглазого. Его энергия коснулась дерева, запечатляя клятвенный образ и создавая голубое сияние.

— Надеюсь ты не станешь молить меня о пощаде, когда я сломаю тебе руки.

— Когда ты хочешь сразиться? Может тебе нужно время на подготовку? — Девято все еще забавлялся, пытаясь унизить своего противника.

— Пытаешься оттянуть момент поражения? Я готов сразиться с тобой прямо сейчас!

— Тогда предлагаю выйти во двор, хе-хе. Я и подумать не мог, что ты глуп до такой степени.

Никто из окружающих не собирался их останавливать. Как только Ивор использовал право поединка, никто не смел вмешаться, так гласили традиции и законы.

Когда они вышли в широкий двор с подстриженной ровной травой, Ольга увидела их и без единого слова поняла, что происходит. Ивор посмотрел на нее решительным взглядом, на что она утвердительно кивнула. Хоть она и считала, что Ивор совсем малец, но этот взгляд сказал ей о многом. Данное решение не могло быть оспорено даже ей.

Тонкие брови Ольги сошлись вместе, когда она увидела Змееведа. Тот со своей противной ухмылкой медленно шел к ней.

— Как жаль, что наши ученики повздорили. Будет очень неприятно, если личный ученик Ледяной Девы Исы вдруг останется калекой.

Голос Змееведа звучал сипящим шепотом. Любому он показался бы зловещим, но не Ольге. Ее лицо выразило отвращение.

— Когда-нибудь ты доиграешься, Змеевед. Твои козни уже переходят все границы. Если это право поединка, то твой Девято ничего не сделает.

— Вот тут ты ошибаешься. Они подписали кровавое соглашение. А Девято совершенно случайно взял с собой Отвар Мороки.

— Что? Нет! Ты не посмеешь, это же… Я сейчас же остановлю этот бой!

— О, неужели ты хочешь вмешаться в поединок? Это было бы нарушением всех законов. А Сталерук их очень чтит! Очень расточительно такому великому практику, потерять голову из-за вмешательства в поединок младших, ведь так? Что думаешь?

Ольга холодно посмотрела на Змееведа, ее глаза отражали ненависть.

— Ты мне противен.

Она отошла на значительное расстояние и устремила взгляд на двор, где вот-вот начнется поединок.

Ивор стоял в пятнадцати шагах напротив Девято. Он уже снял парадный кафтан, оставшись в одной тунике.

В руках змееглазый держал внушительный меч, небесное сокровище, которое сияло водяными потоками.

Ивор сделал шаг вперед. Энергия в его правой руке собралась, создавая густые клубы ледяного дыма. Она была полна взрывной силы.

Со вспышкой внушительной ауры тело Ивора начало выпускать грозное давление. Некоторые молодые практики и ученики удивились, невольно сделав шаг назад. Ощущение было сродни тому, когда обычный человек сталкивается с диким свирепым зверем. И даже если они знали, что этот зверь их не тронет, тревога все равно держалась в сердце.

Не отступили лишь те, кто был на княжеском совете.

— Твой ученик имеет очень мощную ауру. Я вижу, как он использует нашу технику циркуляции духовной силы. Ты отлично его обучила. Как быстро он ее освоил?

Размеренный голос звучал от фигуры слева. Ольгу сложно застать врасплох, для этого человек должен быть в несколько раз сильнее ее и обладать незыблемым авторитетом. Только подобное могло заставить Ледяную Деву вздрогнуть.

И этим всем обладал князь Чистовод. Он встал рядом с ней и прищурившись пристально осматривал Ивора.

— Он освоил ее за два дня.

— О, очень неплохо. Мне в молодые годы потребовалось четыре. Этот юноша и правда впечатляет. Да и его способ заявить о себе тоже интересен, вызвать соперника на три стадии выше. Он весьма самонадеян. Разница в три стадии этапа Формирования Солнца и трех Арконов, словно небо и земля. Если на Формировании солнца победа низшей культивации просто удивительна, то на этапе Возведения Арконов такая победа может считаться невероятной.

Ольга почтительно кивнула. Чистовод был очень мудрым и рассудительным правителем. Каждое его слово имело определенный вес и будто обладало собственной аурой. Рядом с ним союзники чувствовали абсолютную безопасность, а противники тяжелую тревогу.

Когда аура Ивора взорвалась ледяной энергией, глаза Чистовода внезапно расширились.

— Он и правда твой ученик. Его энергия превосходит уровень культивации, как и у тебя. Не говоря уже о том, что ваш нрав весьма схож.

Ледяная дева вопросительно посмотрела на князя. Конечно, она обладала определенным статусом в княжестве Иса и общалась с князем не единожды, но вот в такой праздной беседе с ним она участвовала впервые.

— О, так ты не слышала? Твой малец бросил вызов ученику Змееведа, потому что тот оскорбил тебя. Ты воспитываешь достойного ученика.

Князь Чистовод слегка улыбнулся. Ольга впервые увидела его улыбку. Впервые с того дня, как хазары убили его родного сына. Она не знала, что именно подарило князю такое хорошее настроение, но эта его улыбка стоила очень и очень дорого.

Глава 80. Превосходный в защите, свирепый в наступлении

Аура Девято текла равномерно и в отличие от взрывной ледяной силы Ивора была спокойной. Волны накапливали свою мощь постепенно, создавая водовороты энергии.

Змееглазый парень оскалился, обнажая свои клыки.

— Готовься к смерти.

Его фигура мелькнула и даже тень исчезла.

Присутствующие могли слышать только легкие шаги и резкий пронзительный звук из неоткуда. Это был звук меча, который разрезал воздух.

Скорость настолько высока, что даже взгляд не мог угнаться за ней. Меч оставлял водяной шлейф за собой, что делало движения массивнее и жестче.

Ивор стоял на том же месте, не сдвинувшись ни на шаг. Он прокрутил в голове три месяца, что обучался у Ольги. Все, что она ему передала. Это был совсем небольшой промежуток времени, но учитывая скорость постижения техник, эти три месяца равнялись году обучения даже одного из гениальных практиков.

Один был нечеткой фигурой с непостижимо быстрыми движениями. Девято, словно ручей двигался гибко и изящно. Другой же стоял совершенно неподвижно, будто гора.

Девято пронесся вокруг и оказался за спиной Ивора, он в очередной раз обнажил клыки и направил свой меч, чтобы отсечь голову противнику. Водяное покрытие делало клинок более острым и быстрым, настолько, что им поглощался даже звук.

Оружие небесного уровня хоть и было слабее орудий-кладенцов, но тем не менее являлось очень грозным, особенно в руках умелого практика.

Присутствующие увидели мельком водные блики. Все до единого знали, если этот меч настигнет цель, то голова Ивора слетит с плеч. И было уже слишком поздно.

Однако меч с треском откинуло назад, а Девято вынужден был отойти на пару шагов из-за импульса собственного удара.

Перед тем, как меч достиг Ивора, он столкнулся с чем-то чрезвычайно крепким. Позади юноши переливалось голубыми и белыми цветами странное ледяное растение. Оно паутиной образовывало полукруг, будто защитный барьер, но как только энергия от удара была поглощена, он исчез. Все произошло за долю маха, поэтому никто толком не успел разглядеть, что произошло.

Девято нахмурился. Он не верил, что его удар мог так легко отклонить практик на три стадии ниже. Юноша поднял меч чтобы ударить снова.

Он бил с невероятной скоростью, описывая вокруг Ивора пируэты. Даже сам Девято не знал, сколько ударов мечом он нанес. Водяной силуэт оставлял размытые миражи света, отчего лезвие исчезало из поля зрения.

Тот факт, что лезвие скрывалось за скоростью ударов уже было свидетельством высокого уровня владения мечом и огромной силы Девято. Только глупец бы не разглядел убийственное намерение меча. Это уже было не поединком за честь, это было сражение за жизнь.

Ужасающе быстрые водяные клинки размножались и окутали Ивора со всех сторон. Но каждый из них разбился о внезапно появившуюся паутину странного растения.

— Что происходит? Эти удары сильны, я чувствую это, но защита Ивора куда сильнее, неужели у практиков льда есть техники, сопоставимые с защитой атрибута земли.

Кейра удивленно смотрела на Ивора. Прошло лишь несколько месяцев с турнира, а он так сильно вырос. Велена едва слышно скрипнула зубами, но все же ответила.

— Это ледяной мох. Техника называется Бриофитовый Щит. Не думала, что Ольга так быстро раскроет ему свои лучшие техники.

Эта защитная техника была действительно пугающей. Ивор не пошевелил и пальцем, но на каждый удар в области вокруг него возникал пласт ледяного мха, который полностью отражал удар и поглощал энергию от него.

Борьба между двумя практиками становилась все более интенсивной. Меч Девято ускорялся все больше, а водяные блики переплетались меж собой так, что даже песчинка могла быть разрезанной на несколько частей.

Истерзанная трава уже безжизненно лежала под ногами, а на земле виднелись отчетливые следы водного практика. И только Ивор стоял неподвижно, будто показывая этим свое превосходство.

Через несколько десятков вдохов аура Девято все еще наращивала плотность, а удары становились мощнее, однако его техника движения состояла из серии шагов, как только она заканчивалась и перед тем, как начать новую, был небольшой зазор, когда ученик Тундрового Листа останавливался. Именно в этот момент Ивор сделал твердый шаг вперед.

Треск!

Раздался резкий звук столкновения металла и льда. Девято вдруг замер. Его меч прикрывал тело, блокируя ледяной шип, который был продолжением правой руки Ивора.

Лицо Девято выражало удивление. Он собирался использовать еще больше духовной силы, чтобы пробить защиту Ивора, но тот внезапно ударил его ледяным шипом в сердце.

Реакция практика воды была на высоте. Даже несмотря на неожиданный выпад, он с легкостью поднял меч и парировал его.

Змеевед широко раскрыл глаза от шока.

— Он видит все движения Девято? Но как это возможно? На Арконе Рыси (6) тело способно двигаться в разы быстрее и имеет невероятную реакцию, этот ледяной заморыш не может обладать таким навыком. К тому же Девято изучает технику Морского Бриза высшего уровня, его движения беспорядочны. Как же ледяной шип нашел его?

Эти же мысли были и в голове Девято.

— Что ж, ты способнее чем я думал. Я использую свою полную силу, чтобы уничтожить тебя. После боя со мной ты даже думать о культивации не сможешь.

Сказав это, юноша вскинул бутыль с каким-то отваром и выпил залпом мутную серую жидкость. Далее он вытянул вперед левую руку и провел по указательному и среднему пальцу лезвием. Струйка свежей крови пошла в меч, окрашивая воду на нем в алый цвет. Вокруг его тела начали появляться водяные линии, которые перекрещивались и сливались. Все они окрашивались в цвет его крови.

В то же время лицо Девято стало краснеть, а тело наполняться взрывной силой атрибута воды.

Присутствующие, которые имели широкий спектр знаний сразу же узнали этот метод культивации и технику, что использовал ученик Змееведа.

— Это же… Техника Кровавого Сирина.

— Такая свирепая. Она отражает всю сущность силы шестого Аркона.

Эта техника была особенной и передавалась только высшим ученикам Тундрового Листа. Никто вне академии и даже во внешнем дворе не мог получить ее. Она имела глубокую духовную силу и делала ауру зловещей и безжалостной. Обычно техника заставляла противника видеть причудливые иллюзии, практически сводящие с ума.

Зрители этого действа шептались. Они были впечатлены, ведь не часто доводится увидеть секретную технику.

Те практики, что не были допущены на совет, но приглашены в качестве уважительного жеста на банкет, люди имевшие не гениальную, но все же высокую культивацию, были поражены.

Более молодые практики отступили назад, образуя сразу два слоя личной защиты. Они были поражены и испуганы, ведь Кровавый Сирин был действительно ужасающим.

— Это твоя полная сила?

Столкнувшись с такой тяжелой аурой и секретной техникой, которая привела всех в страх и восхищение, он немного удивился.

Его внутренняя энергия. Собралась в руках, где пальцы сложились в знаке Истока.

Аура Ивора уплотнилась и…

Полностью устранила давление Кровавого Сирина.

«И это все? Полная сила практика на стадии Аркона Рыси (6) такая посредственная?»

Ивор слегка разочаровано покачал головой. Как эта техника могла называться «тайной» или «секретной» если в ней не было ничего особенного. Да, она уплотняла ауру и духовную силу, а значит атаки были бы вдвое сильнее, но при этом чистота водного атрибута была нарушена, а значит и контроль ухудшался.

«На самом деле техника достаточно сильная, но с твоим нынешним уровнем даже два таких практика не будут тебе помехой»

Ивор услышал слова Звездочки и улыбнулся.

— Ты как маленький зверек, распушил хвост, чтобы казаться больше для свирепого хищника, но на деле остался таким же слабаком. Не смеши меня своей секретной техникой.

— Глупая бравада от ничтожества, посмотрим, как долго ты продержишься.

Ивор сменил знак, сложив пальцами Опору. Его энергия стала более плотной, почти достигая уровня Девято.

Между двумя практиками воздух начал дрожать. Показалась рябь, которую любой мог увидеть невооруженным глазом. Кажется, они готовы были разорвать друг друга в клочья, как бешеные собаки.

С неистовой скоростью Девято исчез, появившись перед Ивором. Водяные клинки размножились в воздухе, оставляя темно-алые шлейфы. Теперь скорость ударов была в разы мощнее и быстрее, так что Бриофитовый Щит явно бы не выдержал.

Серия призрачных фигур Девято появлялась то тут, то там. Наконец сразу пять водных мечей с разных сторон пронзили тело Ивора. Зрители даже не успели вскрикнуть от страха, как лезвия прошли сквозь тело практика льда.

Раздался треск льда.

Ледяная копия!

Тело Ивора уже растворилось в пространстве и линией изморози скакнуло за спину Девято. Его дрейфующие движения были хаотичными и в несколько раз превосходили по скорости практика воды.

Те, кто не присутствовал на турнире, не знали причудливой техники движения ученика Ледяной Девы, поэтому сильно удивились.

— Настолько быстрый, что исчезает даже присутствие, разве такая техника может существовать?

Ивор появился в нескольких шагах. Его правое плечо завибрировало, но он положил руку на наплечник, что выглядывал из-под туники.

— Тише-тише, в этот раз я справлюсь без тебя. Потерпи, твое время еще настанет, а этот идиот не достоин познать силу кладенца.

Он сказал это почти шепотом, так что никто даже не слышал этих слов.

Девято снова сократил расстояние, его форма ринулась вперед как ослепительный вихрь. Каждое движение меча было стремительным и жестоким. Наполненным убийственным намерением.

Ивор моментально образовал ледяной клинок.

Пространство трещало от ударов. Непрерывно слышался звук сталкивающихся льда и металла.

Глаза Девято становились все более дикими. Он занес меч над головой. Водяной шлейф увеличился в несколько раз, образуя алый полумесяц.

Сердце Ивора издало тревожный стук. Эта атака имела накопительный эффект. Видимо Девято копил энергию с самого начала поединка ради нее.

— Крик Сирина!

Ивор увидел спокойное кровавое озеро, в котором он начал тонуть. Необъяснимая сила тянула его на дно. Сверху, словно топор палача на него надвигалось громадное водное лезвие.

Он сжал ноги в коленях, на ладони его правой руки появился знак, который он не использовал прежде в бою.

Алатырь.

Ольга подняла брови. Она поняла, что ее ученик собирается сделать. Ее глаза прошлись по всем людям, что наблюдали за поединком, среди которых были Велена и двое из князей.

— Ивор, не используй ее! Это приказ! — крикнула Ольга, не сумевшая скрыть удивление в голосе.

Юноша осекся.

Лезвие молниеносно упало на землю.

Иллюзия, в которую погрузила Ивора техника Кровавого Сирина разбушевалась, а красное озеро словно поглотило его.

Пыль медленно рассеялась. Это заставило всех присутствующих охнуть. Даже князь Чистовод вскинул бровь.

— Решила, что этот бой для него слишком простой? Думаешь он не готов использовать твою основную технику? — Чистовод говорил очень тихо, едва ли кто-то кроме Ольги мог его услышать.

— Дело не в этом. Я не обучала его Обряду Морены. Только лишь показала.

— То есть ты хочешь сказать, что…

— Он хотел повторить мою сложнейшую технику, едва увидев ее. Я не успела передать ему руководства первой сцены. Тем более это было три месяца назад. Думаю, все это время он сам разбирался, как она работает. Если он сделает что-то не так, то нанесет себе вред.

— Твой ученик удивляет меня все больше. Даже при моих нынешних силах я бы не смог повторить технику такого уровня лишь раз увидев. Давай же посмотрим, надеюсь малец не проиграл. Кстати, как его зовут?

— Ивор.

В этот раз Ольга сдержала удивление. Чтобы князь Чистовод спросил имя практика молодого поколения. Что за нелепость. Но мужчина моргнул в знак благодарности. Он явно запомнит его.

Пыль рассеялась. Ивор стоял прямо, но его ноги на четверть вошли в землю. Двумя руками он держал алый водяной клинок, а по его рукам струились тонкие ручейки крови.

— Что? Он остановил такой ужасающий удар голыми руками?

— Нет, взгляните внимательнее!

Руки Ивора обвивала хрустальная трава. Он использовал ее для укрепления. На самом деле кровь на его руках была вовсе не от удара Девято. После соприкосновения с водяным клинком он вообще не получил никакого урона, но давление заставило острые ледяные лепестки хрустальной травы впиться в его кожу.

Лучшей защиты за долю маха он придумать не смог.

«И что это было, мастер? Я тут вашу честь отстаиваю, а вы мне жизнь усложняете!»

Подумал Ивор с досадой. Он протяжно выдохнул, выбираясь из образовавшегося после удара кратера. Хрустальная трава на его руках рассеялась.

Глаз Девято дернулся. Его лицо отражало неверие и омерзение.

— Да как ты…

Меч в руках ученика Тундрового Листа был небесным сокровищем. А удар содержал очень много накопленной внутренней энергии, при том, что сейчас его атрибут и внутренняя энергия уплотнены техникой Кровавого Сирина. Можно было сказать, что это одна из сильнейших атак Девято, а Ивор получил лишь пару глубоких царапин на руках? Это какая-то шутка.

Но Девято был способен нанести еще один такой удар. Если раньше он хотел оставить его напоследок, то сейчас его кровь бурлила от злости.

Змееглазый юноша усмехнулся как сумасшедший. Духовная сила в его мече сжалась и приняла острую, как игла, форму.

С безумной скоростью эта игла вытянулась, и рванула к Ивору.

Один за другим раздавался звон. Сначала ледяной клинок, потом несколько слоев защиты. Все они были пронзены этой колющей атакой.

Это произошло так внезапно и резко, что Ивор не успел среагировать сразу.

Голубая вспышка появилась между ними.

Ивор отлетел назад на значительное расстояние, недоуменно ощупывая грудь. На ней не было и следа удара.

Тяжелый импульс передался через его тело и ему пришлось совладать с ней, чтобы сгруппироваться и приземлиться на ноги.

Он не мог не признать, эти два удара были чрезвычайно сильны. И второй он бы точно пропустил, если бы Студеный Декабрь не имел свой разум.

В последнее мгновение он образовал ледяной доспех на груди Ивора, поглотив всю мощь удара.

Девято безумно рассмеялся.

— Не знаю, какие артефакты ты используешь, но такое ничтожество никак не могло остановить своими силами два удара Кровавого Сирина. Они должны были убить тебя!

Люди начали шептаться еще громче.

— Мало того, что он использует тайную технику Тундрового Листа, так он даже не отрицает, что хотел убить этого юношу.

— У этого Девято действительно черное сердце.

— Но подождите, разве не Ивор вызвал его? Девято просто вынужден защищаться?

Это была группа практиков высших сословий. Они не участвовали в княжеском совете, но были приглашены на банкет из-за своего положения.

В их разговор вмешалась Драгана, личная ученица одного из сильнейших практиков Увал — Драгомира.

— Вы совсем идиоты? Очевидно же, что ледяной толком и не атаковал. Он защищается, прощупывая соперника. Одна из лучших тактик боя. Но натиск Девято очень силен. Не каждый выдержит такое. Ученик Змееведа действительно хочет уничтожить своего противника. Это понятно, едва стоит взглянуть на намерение его небесного меча.

Практики высших сословий покорно кивнули, соглашаясь с мнением Драганы и снова перевели взгляд на поле поединка.

— Да плевать, тебе все равно не победить, у ледяной шлюхи вряд ли может появится сильный ученик, ха-ха! Она создана только для совокупления.

Ивор злобно прищурил глаза и медленно зашагал в сторону Девято. Тот собрал свою энергию. Сила Кровавого Сирина все еще кипела в нем.

— Давай, подходи! Ты еще будешь извиняться за свою наглость!

Меч снова увеличился в размерах, покрываясь алым водяным покровом.

Практик воды замахнулся.

Но внезапно вся энергия в его теле застыла. Более того. Даже практики, стоящие ближе всего к ним, почувствовали, что их духовная сила прекратила циркуляцию и использовать ее невозможно.

Водяной покров спал с меча, а техника Кровавого Сирина прекратила свое действие.

Левая рука Ивора крепко сжимала сформированный знак Нужды, который замораживал вокруг него все течение энергий.

Никто не мог использовать свой атрибут, даже он сам.

Юноша сделал еще два шага.

Удар!

Он прошелся тяжелым кулаком по лицу Девято. Тот безуспешно пытался вызвать воду, но в его руках энергия попросту не шевелилась.

Ивор еще раз вписал кулак, вминая острые костяшки в переносицу змееглазого.

Из носа Девято хлынула кровь.

— Что ты?! Как ты это сделал?! Верни мне мою силу!

Ивор сделал еще шаг вперед.

Внезапно его рука крепко схватила Девято за промежность.

Гонор змееглазого резко улетучился. Он издал пронзительный крик, который превратился в жалкие вопли.

— Ай… А….ААААААА!!!

— Напомни-ка, кого ты там собирался трахнуть?

Не дожидаясь ответа, Ивор резко сжал кулак.

Раздался резкий глухой звук, что-то в руке Ивора треснуло и взорвалось, а штаны Девято окрасились в красно-желтый цвет. Он упал на колени. Его голос пронзительно вопил на всю округу, а тело дрожало и извивалось, будто змея. Истеричный крик продолжался, даже когда парню не хватало воздуха, а вдохнуть он не мог. Лишь хрипел, держась за свое причинное место.

Ивор с отвращением вытер свою руку о плечо стонущего Девято.

Глава 81. Это было волнительно

Сердце Девято было наполнено мучительной ненавистью. Лицо его исказилось в совершенно неестественной гримасе. Он боролся с болью. Сквозь зубы послышался злобный стон.

— ИВАААР! Я УБЬЮ ТЕБЯ!

Он потянулся к пространственному кольцу, вынимая оттуда небольшую склянку с тягучей черной жидкостью.

Ивор насторожился. В своем состоянии Девято мог выполнить все что угодно, даже какую-либо самоубийственную технику.

Его противник собирался выпить какой-то отвар. Юноша был без понятия, какие травы могут помочь сейчас его противнику, но учитывая его статус личного ученика лучшего травника, это могло быть что угодно.

От этой склянки исходила жестокая темная энергия, которая была совершенно непонятной, а оттого и более ужасающей. Некоторые осведомленные практики узнали в ней отвар Мороки, но не решались что-либо сказать.

Ивор вскинул руку и нацелил знак Истока на Девято.

Свист!

Остроконечное ледяное копье пролетело со свистящим звуком.

Едва Девято вынул отвар, копье пронзило его ладонь. Сейчас, хоть и Ивор не держал больше энергию замороженной, его противник уже не имел сил защитить свое тело.

Ледяное копье вошло в руку Девято, словно горячий нож в масло, превращая ее в мясной фарш.

Парень закричал от боли, выронив склянку и схватившись за пораженную руку.

— Ыааа… — он хрипел на последнем издыхании.

В тот момент, когда Ивор сделал шаг в сторону трясущегося противника, прозвучал громкий голос.

— Остановись!

В ушах юноши звенел крик Змееведа. Мастер Девято молниеносно подскочил к своему ученику, подхватывая его уже бессознательное тело.

— Как ты посмел!!! Бой уже закончился твоей победой! И несмотря на это ты все равно нанес такой жестокий и бессердечный удар. У тебя черное, словно деготь сердце. Ты настоящий злодей!

Некоторые из практиков обсуждали произошедшие. Многие из них были согласны, что удар Ивора был безжалостным. Змеевед же продолжил грозным тоном.

— Вы сражались по праву поединка. Ты не имел права наносить такие серьезные раны! Уже только за это я могу убить тебя как пожелаю! Вы видите? Этот безумец нарушил правила поединка!

Брови Ивора сомкнулись, а рука сжалась в кулак.

— Он тоже атаковал меня безжалостно. Порочил честь моего мастера. К тому же, мы подписали кровавое соглашение! Или может я должен был стоять и смиренно ждать, пока ваш ученик нанесет мне смертельный удар?

— Как ты разговариваешь со старшим? Видимо мне все же стоит проучить тебя, чертов щенок!

Змеевед выпрямился. Его аура на ранней стадии Выращивания Духовного Древа вырвалась наружу, заставляя Ивора пошатнуться. Она была действительно мощной и выдающейся.

Громадная сила собралась над головой Змееведа, образуя острый водный поток. Он рос в размерах, поглощая окружающую энергию.

«Ивор, тебе нужно сбежать. От этой атаки не получится увернуться или остановить. Такая сила может убить тебя за мгновение».

«Твою ж Навь!»

Слова Звездочки заставили юношу вздрогнуть.

Змеевед сморщил грозное лицо.

— Такие жестокие практики не достойны жить, я отомщу тебе за своего ученика!

Водный поток, содержащий в себе всю силу этапа Выращивания Духовного Древа бросился вперед. Все присутствующие содрогнулись под мощью и незыблемой силой этой атаки. Она по-настоящему устрашала. Даже практик, который находится на одном уровне со Змееведом вряд ли смог бы отразить эту атаку, так стоит ли говорить о юноше всего на третьем Арконе?

Ивор понял, что не успевает отступить, и страшная атака Водного Потока вот-вот его настигнет.

Но внезапно нечто появилось перед практиком льда.

Фигура не делала каких-то тяжелых движений. Только рука, сложенная в знак Лели и два пальца, которые с легкостью перенаправили свирепую атаку вверх, развеивая ее в небесном пространстве.

Все присутствующие удивленно охнули.

Какой силой должен обладать практик, чтобы за долю маха до столкновения с целью он отклонил такую ужасающую атаку.

— Достаточно. — прозвучал спокойный голос князя Северян.

Тем, кто защитил Ивора был никто иной, как сам Чистовод.

— Ты действительно хочешь напасть на младшего, Змеевед? Мое мнение о тебе было куда выше. Ты прекрасно знаешь, что именно твой ученик спровоцировал этот бой и хотел нанести этому юноше тяжелые повреждения. Они даже подписали соглашение. Но теперь, когда твой ученик получил то, что предназначалось ученику Ледяной Девы, ты смеешь говорить что-либо о чести? А не ты ли изначально все это спланировал?

Змеевед стоял в недоумении. Он ожидал, что Ольга встанет на защиту своего ученика, но его сердце сжалось в страхе и удивлении, когда он увидел, что Ивора защитил сам Чистовод.

Несколькими мгновениями ранее, Зимницкая действительно хотела вмешаться в бой, чтобы отклонить атаку Змееведа. Она уже собрала духовную силу и была готова использовать технику движения, но не успела. Князь, стоявший рядом с ней, бросился на помощь первым.

Она была в ступоре, совершенно не понимая действий Чистовода. Столь величественный и могущественный человек защитил ее ученика. Да, Ольга была очень значимым практиком княжества Иса, но это не предполагало всеобъемлющего расположения князя к ней и ее подчиненным.

— Великий Князь… я лишь хотел проучить безжалостного ученика. В моих мыслях не было злого умысла.

От грозного голоса Змееведа не осталось и следа, теперь он говорил жалобным, даже раболепным тоном.

— Если это действительно так, то я не князь, а дворовая собака. Неужели ты думаешь, что я не могу распознать намерение по одной лишь духовной силе? Хм.

Князь ненадолго задумался, глядя куда-то вдаль. Ивор все еще находился за его спиной не способный даже двинуться. Он чувствовал, насколько силен человек перед ним. Но, эта сила не была грозной или устрашающей, она не давила на юношу. А вместо этого приносила спокойствие и чувство безопасности, позволяя расслабиться.

При своем невысоком росте и тонком, можно даже сказать изящном телосложении никто даже подумать бы не посмел, что Чистовод слаб.

— Для тебя и всех присутствующих. Поскольку этот юноша является учеником Ледяной Девы Исы, то принадлежит к моему княжеству. С этого момента он находится под моей прямой защитой.

Сказав это, Чистовод не стал дожидаться реакции людей. Он медленно пошел обратно в банкетный зал.

Проходя мимо Ольги, он посмотрел на нее доброжелательным взглядом, но ничего не сказал. Как она могла спрашивать о причинах его поступков. Князья являлись незыблемым Абсолютом в их мире, а значит были вольны поступать так, как им заблагорассудится.

Змеевед все еще пребывал в шоке и страхе, но, когда разум наконец вернулся в его тело, он забрал своего полуживого ученика и поспешно удалился.

Зрители начали расходиться, возвращаясь в банкетный зал. Еще некоторое время все обсуждали заявление князя. Это было как минимум необычно. Но вскоре, так и не найдя ни одной причины, эту тему решили оставить.

Ивор выдохнул, глядя на свои руки. Это было странное чувство. Сейчас он обладал силой, которая помогла защитить то, что ему дорого. А значит тот путь, что он избрал — верный. Такие мысли добавляли уверенности в его сердце.

Он ощутил тяжелый хлопок по спине.

Девушка на полторы головы выше и, явно отличающаяся большими размерами тела добродушно улыбнулась. Открытая белая одежда со знаком двух наковален, татуировки рун, начинающиеся от кистей и доходящие до локтя на обеих руках. Чуть смугловатая кожа, которая немного блестела в свете, исходящем от дворца. Внешность девушки была странной и явно не располагала вкусам Ивора.

— А здорово ты ему колокольчики отвинтил! Ха-ха.

Ивор недоуменно смотрел на собеседника. Он видел ее на совете. Но не понимал, почему она ведет себя так, будто они знакомы.

— А ты…

— Драгана! — она протянула юноше руку. — Верхнерецкая. Ученица Драгомира. Артефактор, по совместительству дочь и бла-бла-бла, не люблю эту хрень, но положение обязывает представляться. Я краем уха услышала, как он отозвался о твоем мастере. Просто хотела сказать, твой поступок достоин восхищения.

Ивор пожал руку и едва не ойкнул. Силища у девушки была, как в двух взрослых мужиках. Он неловко улыбнулся.

— Ивор. Из Полавы.

— Да расслабься, чего будто горчицы наелся? Ладно, бывай! Если нужно будет оружие посмотреть или руны нанести, обращайся, вот.

Драгана вложила Ивору в руку деревянную табличку, которая передавала звук на несколько сотен верст. Махнула рукой и ушла. Юноша так и не понял, что это было.

В почти полностью опустевшем дворе осталась Ольга. Ивор подошел к ней и кивнул.

— Мастер, почему вы запретили мне использовать Обряд Морены?

— Потому что я тебя ему не обучала. — Ледяная Дева почти никогда не смотрела на Ивора во время разговора.

Она редко бросала на него короткие взгляды, но почти всегда ее глаза были устремлены куда-то вдаль.

— Но я видел, как вы его использовали. Очень долго разбирал. А когда вы показали, как использовать Алатырь, я все понял. С помощью него…

— Алатырь не используется при технике Обряда Морены. Если бы ты провел энергию через этот знак, то большая часть урона пришлась бы на твое тело.

Ивор виновато замолчал. Он действительно потратил много времени на изучение Обряда. Но, как оказалось шел в неправильном направлении.

— Но энергию ты собрал как нужно. Пустил в необходимое русло, верно сформировал образ. Ты видел технику лишь раз, но понял принципы работы, просто тебе не хватило опыта и знаний, чтобы воплотить ее в жизнь. Ты делаешь большие успехи, Ивор. Молодец.

Похвала от мастера, тем более столь редкая очень ценилась Ивором, он снова почувствовал это странное благоговейное ощущение, растекающееся в его груди.

Ольга замолчала, дала знак, что разговор закончен. Поэтому юноша пошел в зал. Драка пробудила в нем аппетит. Он намеревался съесть, как минимум половину жареного цыпленка и попробовать наконец эти чертовы креветки, которые весь ужин ускользали от него.

Уже у дверей он услышал голос мастера.

— Ивор.

Юноша повернулся и его сердце буквально остановилось. Смущение сдавило грудь в тиски, а дыхание замерло.

Ольга хоть и находилась в десяти шагах от него, но смотрела прямо ему в глаза.

Он мог оценить всю прелесть ее длинных ресниц и сине-зеленых глаз.

— Спасибо, что заступился за мою честь. Я ценю это.

Ивор какое-то время стоял в ступоре. Только когда Ольга прошла мимо него и зашла в банкетный зал, он наконец выдохнул.

Не сдерживая эмоций, он сказал вслух.

— Это… было волнительно.

…

— Великий князь! Позвольте войти!

Сталерук сидел в своем кабинете. Он не присутствовал на банкете, а лишь уважил своим приветствием представителей высших сословий. У него были важные дела.

— Входи. Какая информация от наших отрядов лазутчиков?

Мужчина явно нервничал. Его глаза бегали из стороны в сторону, а руки дрожали.

— Говори, Навь тебя подери! Где они?

— Великий князь… Все семь отрядов были найдены и убиты. Это произошло месяц назад. В течение всего месяца, как предполагают наши практики, их пытали. Только сейчас головы каждого из них нашли на окраине границы.

Сталерук громко ударил по столу и скинул с него все, что там находилось.

— КАК?! КАК ОНИ МОГЛИ ВЫЧИСЛИТЬ ВСЕ СЕМЬ?! ЭТИ ДИКАРИ НЕ НАСТОЛЬКО УМНЫ! ПОЧЕМУ МЫ ОКАЗАЛИСЬ НА ШАГ ПОЗАДИ?

Князь закричал так, что задрожали стены. У докладчика подкосились колени, так что ему пришлось схватится за деревянный стул, чтобы не упасть.

— Сейчас мы работаем над тем, чтобы узнать это. Но нужного ответа нет.

— А я скажу тебе ответ. Среди нас предатель. Никто не мог знать, где скрываются эти отряды. Ни один человек вне Берканского княжества не может столь досконально знать искусства земли, чтобы рассекретить формацию Девяти Граней.

Девять Граней — величайшая защитная формация, которая опоясывает Обров. Производную от нее используют лазутчики, для сокрытия своего присутствия. Это наиболее слабый, но очень действенный эквивалент большой формации.

— Великий князь, мы обязательно это вычислим.

Сталерук дождался, когда докладчик выйдет, а после схватился за голову. Потеря семи отрядов превосходных лазутчиков была сильным ударом.

…

В слабо освещенной комнате витал багровый туман. Духовная сила выходила из тела, заполняя почти все пространство. Она была насыщенной и необычайно грозной.

Снаружи около комнаты стоял мужчина. Его назначили охранять комнату, где человек проводил уединенную культивацию. Смуглый воин с широким ятаганом за поясом прошел не одно сражение и был по-настоящему закален битвами. Он не ведал страха и жил лишь на поле битвы. Однако, сейчас воин чувствовал тревогу и опасение. Его спина покрывалась холодным потом.

Человек за дверью был невероятно силен. Он вполне мог называться вторым по силе после кагана. Но самое страшное, что всего три с лишним месяца назад он был посредственным и слабым практиком всего лишь на этапе Формирования Солнца.

Захария распорядился, чтобы этому русу передали методы демонической культивации. Никто не посмел оспаривать решение кагана. Но то, что произошло далее, удручало. Едва этот рус пробился на этап Возведения Арконов, как его культивация стремительно начала расти. Он бился с лучшими воинами, вбирал их опыт. Он поглощал души одну за другой, наращивая духовную силу.

Хазары впервые увидели, что значит, когда человек идеально знает теорию культивации, но не имеет таланта к ее освоению.

Человеком за дверью был Девятиглаз, и он только что прорвался к этапу Выращивания Духовного Древа. Конечно, в демонических методах культивации такой рост не был чем-то легендарным, но рус едва постиг законы, которые хазары практиковали с рождения, и тут же использовал их по максимуму, не теряя ни мгновения времени на ошибки или неточности.

Он прекрасно знал все техники дыхания и методы манипулирования душой, он полностью открыл свои жилы для новой энергии, отказавшись от атрибута. Теперь вместо его элемента мужчина использовал лишь багровый туман.

Пожалуй, если посмотреть на всех практиков Русского Каганата, то Девятиглаз был одним из самых начитанных. Он всю жизнь изучал методы создания формаций и способы культивации. Он знал множество техник, но не мог применить их. Начиная со своих молодых лет, мужчина путешествовал по княжествам в поисках истины и силы, но боги распорядились иначе.

При рождении он имел даже не посредственный талант, а ниже среднего, юноша был обречен оставаться на задворках культивации. Сколько бы он не искал, ни в одной из княжеских библиотек не имелось способа обойти тот потолок, что дарован судьбой при рождении. Так он разочаровался в жизни и остановил свою погоню за силой, став старейшиной в академии Восходящего Солнца в Зничевом княжестве.

Кто бы мог представить, что именно там он найдет заметки одного из предыдущих князей о тайном и запретном, бесчестном методе культивации, который позволял превысить собственные пределы, за счет человеческих жертв.

Девятиглаз десятилетия изучал эту технику и воссоздавал по заметкам. А когда наконец смог, понял, насколько техника несовершенна. Ей нужна была особая жертва. И эта самая жертва сбежала у него из-под носа благодаря этому заморышу с ледяным атрибутом.

Мужчина резко открыл глаза. Его девять зрачков в двух суженых глазах бегали из стороны в сторону. Он широко улыбнулся. Сейчас он освоил истинную, совершенную технику Кражи Души.

Наконец-то он прорвался на этап выращивания Духовного Древа.

Позади его фигуры лежало тело, иссушенное до такой степени, что невозможно сказать, кем ранее был человек, которому оно принадлежало, взрослый или молодой, мужчина или женщина. Девятиглаз опустошил энергию этого человека настолько, что даже кости практически истлели.

Раздался стук в дверь.

Воин, почувствовав, что Девятиглаз пробудился, хотел передать ему послание.

— Каган желал видеть вас, как только завершится ваша медитация.

Мужчина открыл дверь и не говоря ни слова направился к царственному дому.

Хазары уважали только силу. Поэтому такой резкая смена отношения с презрительного на уважительное к Девятиглазу не была чем-то необычным. Каган признал его своим, значит вопросов о предательстве возникнуть не должно. Правда мало кто понимал, почему Захария принял такое решение, кроме, конечно, его самого.

— А! Мой дорогой бек! — Захария пребывал в хорошем настроении.

Он лежал на широкой кровати, а вокруг него сидели красивейшие девушки каганата. Они гладили его тело и кормили виноградом. Каган медленно встал и обнял Девятиглаза.

— Значит ты прорвался. Замечательная новость. Наш каганат усилился благодаря твоему росту.

Девятиглаз глубоко поклонился.

— Вы хотели видеть меня.

— Верно. Присаживайся. Мы закончили изучать твои труды по формациям. Как я и говорил, они очень полные и подробные. Формацию Семисот Водопадов мы разобьем очень просто. Раскол Лавин выглядит просто смешно на фоне наших практиков. Что касается Формации Каменных Врат и Хрустальной Триграммы, придется отправить скрытые отряды, чтобы разбить их образования. Ну а Формация Девяти Граней, ха! Оказалась не такой сложной для тебя, ведь так?

— Да Каган. Я выдал вам информацию по основным самым сильным формациям всех княжеств. Я собирал ее годами и даже не думал, что в какой-то момент она вот так мне пригодится.

— Я сделал тебя Беком не столько из-за информации, сколько из-за доказательства твоей преданности. Ты отлично потрудился месяц назад. Все крысы были эффективно выведены из нашего хлева.

Глава 82. Обитательница Ледяного Пруда

Ужин закончился глубоко за полночь. Ольга отправилась в гостевой дом чуть раньше, позволив Ивору погулять до конца. Чем он и занялся. В этот вечер он разрешил себе наесться до отвала, пообещав восполнить тонус организма тренировками.

Сейчас же он сидел на скамье около небольшого лесочка, откинувшись на спинку. Ветер, холодный и достаточно жесткий заставлял тело продрогнуть. Ивор смотрел на половинку луны, которая была больше похожа на ломоть сыра. Живот недовольно буркнул. Сейчас он точно думать о еде не хотел.

Юноша закрыл глаза, погружаясь в свой внутренний мир. После того, как богиня вернула ему все эмоции сфера уже не так жестоко воздействовала на него, а сейчас, кажется, вообще пребывала в подобии сна. Ивору казалось, что у нее, как и у Студеного Декабря есть некий разум, но пока он недостаточно силен, чтобы она сподобилась пообщаться с ним.

Яркое сформированное солнце, как сердце всей его духовной силы висело далеко в небе. Под ним ослепительно белый мир снега, где в середине витала Морозная сфера Абсолютного Льда. Вокруг нее возвышались четыре деревянных столба-идола. Каждый из них выполнен в особом стиле с резной росписью и отличался друг от друга. На вершине одного — суровый тур. Дикий бык с громадными рогами, устремленными в небо. Первый Аркон. Второй — Аркон Горностая, на его вершине красовалась небольшая треугольная мордочка куньего облика с длинной шеей и округлыми ушками. На третьем идоле, Арконе Рыбы, вершина представляла собой голову щуки, с впалыми глазами и длинным зубастым ртом.

Рядом со сферой лежала Нова. Ее скучающий вид заставил Ивора подойти и почесать за ухом. Громкое урчание не заставило себя долго ждать, передавая вибрацию в руку юноши.

— Развлекаешься?

Звездочка сидела позади сферы и Арконов. Точнее сказать, парила в воздухе с закрытыми глазами. Она пребывала в каком-то трансе, но Ивор ее отвлек.

— Давно я не проверял свой внутренний мир, решил, что самое время. Не скучно тебе тут?

— Заскучаешь тут. Пока ты снаружи бегаешь за каждым платьем.

— Тц, я вообще-то серьезно.

— Временами я отключаюсь от твоего восприятия мира и провожу время в контроле своей энергии. Если этим не заниматься, то я умру раньше отведенных пятнадцати лет. Так что времени скучать особо нет.

Ивор многозначительно выдохнул.

Его настоящее тело дрогнуло, почувствовав чье-то приближение, поэтому он вынужден был покинуть внутренний мир.

— Северные ветра пришли в движение. Совсем скоро начнутся холода.

Мягкий голос раздался где-то справа. Ивор медленно повернул голову.

— На севере уже все в снегу, так что ничего удивительного.

Кейра села на скамью рядом с Ивором. Ее лицо отражало озадаченность на грани с грустью.

— Сегодня такой тяжелый день. Много всего произошло. Как твои руки? Все же этот бой был непростым. Шестой Аркон, как-никак.

— Непростым? Да брось. Этот бездарь имел бы больше шансов, если бы не использовал свою кровавую технику. Она так сильно загрязняет энергию. Если выбирать между высоким контролем атрибута и его плотностью, я всегда выберу первое. В бою важнее не то, сколько ты можешь выдать силы, а то, как ты можешь ей воспользоваться. Мой отец всегда говорил: дай дураку превосходный меч — он будет, что палка. Дай мастеру в руку палку, и она будет остра, словно меч.

Кейра слегка улыбнулась, вспоминая время жизни в Полаве.

— Волимир и правда один из мудрейших людей. Даже сейчас, когда я знакома со многими практиками этого мира, я понимаю, что в них нет и половины мудрости и доброты твоего отца. Мы все еще молодые люди, но, кажется, что обряд был так давно и дни в Полаве такие далекие.

— Это нормально. Ты растешь и двигаешься дальше. Рано или поздно и Восточного Вихря тебе окажется мало, тогда придется ступить еще выше.

— Знать бы еще, где это «выше». Ивор, скажи, у тебя есть дорогой человек? Тот, ради которого ты бы мог пожертвовать чем-то очень важным.

Юноша на мгновение задумался. Действительно, был ли такой человек? У него есть мастер, ради которого он действительно готов стараться и идти вперед. Она проявила к нему огромное доверие и даже несмотря на достаточно короткий срок, вложила достаточно сил.

Родители, которые, несмотря на то, что он им не родной относились к нему со всей любовью и заботой. Волимир не жалел ни сил, ни ресурсов. Он передал все свои знания, накопленные за долгую жизнь и эти знания, как оказалось потом, не раз выручали Ивора. Беляна, которая воспитала в нем такие важные качества как совесть и понимание к окружающим. Именно она привила в нем чувство ответственности.

Есть Звездочка, которая с ним практически с самого начала путешествия. Поначалу, согласие на помощь в поиске артефактов и избавления от проклятья было вынужденным. Но чем дольше он проводил с ней время, тем ближе она к нему становилась. Ивор уже не знал, когда случился тот момент, где юноша точно решил, что Звездочка дорога ему и он готов пойти на многое, чтобы достать для нее необходимые волшебные вещи.

Ивор без единого сомнения пожертвовал эмоциями и человечностью для добычи пера Жар-Птицы. Одно лишь это действие говорило о многом.

Была и Кейра, которая прямо сейчас смотрела на него большими глазами в ожидании ответа. С ней его связывали определенные воспоминания. Она была рядом в тяжелые моменты. Единственная, кто мог называть его Небесной Искрой в шутку так, что это не звучало раздражающе. Если бы она была в опасности, Ивор без раздумий бросился бы на помощь.

Все эти люди были теми, за кого юноша отдал бы жизнь ни капли не сомневаясь.

— Это не обязательно должен быть один человек. В твоей жизни могут быть люди, которыми ты безмерно дорожишь, которые дали тебе больше, чем ты способна вернуть, но они и не ждут возврата, понимаешь? Да. У меня есть люди, ради которых я готов пожертвовать всем.

Ивор немного подумал, но потом решительно посмотрел в глаза Кейре и продолжил.

— И ты одна из дорогих мне людей.

Лицо Кейры моментально залилось краской, но она не отвела взгляд. Грустная улыбка появилась на ее лице.

Она думала о чем-то. То были тяжелые и важные мысли. Ивор отчетливо видел это, но не задавал вопросов. Все, что ему позволено знать — Кейра скажет сама.

— А если два дорогих тебе человека имеют разные интересы. И чтобы защитить одного, нужно поступиться чувствами другого, как поступить? Что если нужно выбрать лишь одного из них?

— Выбор — это всегда иллюзия. Твоя судьба давно написана на полотне Макоши. Так говорят. Но я думаю, что нет четкого выбора одного или другого. Ты всегда вправе выбрать третий вариант. Поступай так, как считаешь нужным.

Кейра крепко задумалась, пытаясь примерять слова Ивора к своей ситуации, в то же время он продолжал, глядя куда-то вдаль. Эту черту он неосознанно перенял у Ольги.

— Но для этого нужна сила. Поэтому я к ней и стремлюсь. Не важно, как сложен выбор, что стоит перед тобой. Если ты достаточно силен, ты можешь защитить всех близких тебе людей и сам создать вариант, который будет благоприятен всем.

В воздухе повисло молчание. Оно не было неловким, наоборот, вполне приятным и даже нужным.

Внезапно Ивор почувствовал, как что-то теплое и мягкое коснулось его щеки. От неожиданности его глаза широко раскрылись, а сердце ускорило ритм.

— Спасибо. Ты мне очень помог. Снова.

Девушка ушла. А Ивор расплылся на скамье, словно лужица. Щека будто горела от поцелуя, причиняя какое-то приятное и необъяснимое чувство, растекающееся по всему телу.

«Столько времени прошло, а ты до сих пор со мной заигрываешь».

…

Вечер следующего дня наступил очень быстро. Вновь собранный совет князей решил придерживаться утвержденного плана. Князь Чистовод обдумав все как следует согласился, внеся лишь небольшие изменения по части расположения основных сил каганата.

Он хотел отвести удар от мирных жителей настолько далеко, насколько это возможно.

По окончанию совета Ольга отправила Ивора обратно в Зимницы, а сама осталась в Берканском княжестве еще на день.

Второй перелет дался куда легче, чем предыдущий. Духовные совы оказались очень удобным средством передвижения. Ивор даже подумал, что нужно попросить у мастера выделить ему личную сову.

В Ледяных Истинах его встретили Рисбо и Лиска. Ивор отметил, что между ними, кажется, уже устоялись какие-то романтические отношения, что не могло не улыбнуть юношу.

Они выспрашивали про совет, но поскольку Ольга наказала не выносить решения совета за его пределы, то Ивор ограничился рассказом про пир и необычную стычку с Девято.

Не потратив много времени на разговоры, он вернулся в массив Ледяного Самоцветного Пруда.

Холодный ветер пытался заморозить его кости, однако давление уже вовсе не ощущалось. Какое-то время юноша сидел на платформе самоцветной скалы и накапливал внутри духовную силу. Он дышал глубоко и медленно. Каждый вдох наполнял его легкие холодным воздухом, вытягивая энергию льда из окружающего мира.

— Хорошо. Я готов. В этот раз я использую все силы, чтобы добраться как можно глубже.

Скинув с себя одежду, он решительно нырнул в воду. Пруд скрыл его под своей зеркальной поверхностью.

Первые пять верст дались легко и непринужденно, будто все это время Ивор плыл по обычной воде.

До десятой он плыл уже куда тяжелее, но в отличие от прошлого раза, на отметке в десять верст он уже не чувствовал такого ужасного давящего чувства. Тренировки приносили свои плоды.

Но Ивор поплыл дальше. На двенадцатой версте он почувствовал тяжесть. Пруд уже не был так доброжелателен, как на поверхности и старался выплюнуть человека, который так стремился вниз.

«Пятнадцатая»!

Давление усиливалось даже не с каждой верстой, а с ее половиной. Как он должен преодолеть тысячу, если даже не может доплыть до первой сотни?

Успокоив внутреннюю энергию Ивор распределил ее по всему телу равномерно. Используя знак Опоры, он насытил и уплотнил свою ауру. Стало намного легче.

Поддерживая постоянную циркуляцию духовной силы в своем теле, он поплыл дальше, преодолевая версту за верстой.

На двадцатой голова юноши словно трещала по швам. Из носа медленно сочилась кровь, которая тут же растворялась в ледяной воде.

«Еще… не… все! Я могу… продолжать!»

«Твое тело еще не готово к такому давлению. Если ты продолжишь, то тебя либо раздавит, либо замерзнешь, только в этот раз насмерть. Твои жилы не способны переработать столько ледяной энергии»

Даже спокойная вода настолько свирепа, сложно представить, что было бы, если в этом озере вдруг возникло течение.

Ивор преодолел еще две версты. Он чувствовал колющую боль по всему телу. Его сердце, легкие, желудок. Ощущение, что пространство вот-вот выдавит их из него и сплющит прямо перед лицом.

Замедляясь с каждой проплытой верстой, его состояние ухудшалось. Теперь помимо носа изо рта и ушей также текла кровь.

«Ивор, к чему это? Ты же просто убьешь себя, это безрассудно!»

«Нет! Это может быть для тебя и выглядит глупо… но! Кха! Невозможно добиться чего-то, не превосходя собственные пределы! Только на грани жизни и смерти можно получить настоящее просветление… Только прыгая выше головы я смогу коснуться небес!»

Прорываясь все дальше, он чувствовал, как его тело отказывается слушаться, а вода словно становится плотнее. Поначалу она была как кисель, а потом и вовсе казалась каким-то студнем.

В какой-то момент он, как и в прошлый раз, отключил разум. Плыл на чистой, незамутненной, силе воли.

Пока тело не застыло и сознание не покинуло его.

Черный мир коснулся его глаз. Все вокруг перестало существовать. Черный мир без звуков, запахов, мыслей, чувств. И наконец, всепоглощающая тишина.

Перед тем, как окончательно пропасть, он заметил перед собой фигуру, которая очень походила на его мастера.

После пустоты не было ничего. Через какое-то время он видел яркий и отчетливый сон. В этом чудесном сне восхитительно красивая большегрудая девушка целовала его горячими губами. Ее руки настойчиво давили на его грудь.

Этот сон был словно наваждение, такой сладостный и нежный.

Внезапно Ивор открыл глаза.

Он смотрел наверх, где белое небо без единого облачка давило своей необъятностью.

Тело обессилено, и совершенно не хотело двигаться. Потребуется некоторое время, чтобы накопить достаточно энергии, для восстановления.

— Дурак ты. Кому и что пытаешься этим доказать?

Голос, такой мягкий и звонкий, будто удар фарфоровых чашек друг о друга прозвучал где-то рядом.

Но по словам Лиски, да и самой Ольги в массив не может зайти никто, кроме главы академии. Даже старейшины не могут находиться тут слишком долго. Не могла же мастер так рано вернуться.

С трудом он повернул голову набок. Рядом с ним сидела Зимницкая. Разве что была более худой, а волосы короче.

— Мастер… Вы так рано вернулись. Да еще и прическу сменили. Вам идет.

— Я не твой мастер.

Тут Ивора, словно вздернуло. Ведь действительно. Голос, манера речи, фигура, одежда более закрытая, да и аура. Все это было совершенно иным. Женщина рядом с ним не была Ольгой. Ведь ее духовная сила просто отсутствовала.

Женщина тяжело вздохнула, видя озадаченное лицо юноши. Она не должна была показываться ему. Все давным-давно считают ее умершей, а Ивор вообще не знал о ее существовании. Но тем не менее отвечать ему она не торопилась и повторила свой вопрос.

— Что ты пытаешься доказать, рискуя жизнью? Если ты погибнешь, то твой мастер явно не оценит этого.

— Дело не в том, что я рискую. Мастер поставила передо мной цель, и я должен ее достигнуть. Именно так я отплачу ей за те старания, что она в меня вкладывает. Это вопрос чести и достоинства. Я просто не могу поступить иначе.

Внезапно женщина рассмеялась. Она посмотрела куда-то в небо. Эта манера, говорить, не глядя на собеседника, видимо у Зимницких это семейное.

— Чести и достоинства, да? Ты так похож на него. Этими вот суждениями. Теперь понятно, что Ольга в тебе разглядела. Ибо одних лишь способностей недостаточно, чтобы стать учеником самой Ледяной девы.

— Так вы… ее сестра, верно?

— Нет, я ледяной клон, который она сделала, чтобы следить за тобой. Ха-ха. Конечно, сестра. Но старшая. На пару минут раньше родилась. Юлия Зимницкая.

Ивор смутился. Было сложно воспринимать шутки от того, кто выглядел точно также, как его хладнокровный мастер. Хотя Юлия казалась более теплой и добродушной, в ее глазах также прослеживался опыт прожитых лет и глубокая мудрость.

— Тогда, почему вы здесь? И почему никто, даже мастер, о вас не упоминал.

— Что ж, рано или поздно Ольга все равно будет вынуждена рассказать тебе, так что… Для всех я числюсь погибшей в первой войне против хазар. На деле же мне разрушили культивацию и повредили внутренние жилы.

Юлия говорила об этом так беззаботно, будто это ничего не стоило и произошло буквально вчера. В ее глазах не было ни грусти, ни тоски. Казалось, что она уже смирилась со своей неизбежной смертью.

— Но без жил не прожить слишком долго, а первая война была уже много лет назад.

— Ты прав. Но этот массив поддерживает во мне жизнь. Сестра ежедневно подпитывает меня своей энергией. За счет того, что мы близнецы, у нас практически одинаковая духовная сила, поэтому энергия Ольги благоприятна для меня и продлевает мой срок. Не будь ее, я бы скончалась уже много лет назад. Да и стоило бы. Но сестренка пытается изо всех сил спасти меня. Так какой же ужасной сестрой я буду, если не поддержу ее в этом?

— Неужели есть способ вам помочь? То есть… Разрушенную культивацию ведь никак не восстановить, да и ваши жилы. От них остались одни осколки.

— Кувшинка Тысячелетия.

— Что? Это растение действительно существует?

Ивор знал из рассказов Волимира, что есть всего три растения, которые могут восстановить человека даже из самого плачевного состояния. По легендам они даже могли вернуть душу обратно в тело, если она еще не пересекла реку Смородину. Нечуй-ветер, который могут найти лишь слепые с рождения. Ни один практик не найдет Нечуй-ветер, будь он хоть лучшим травником. Стожар-трава. Растущая в жерле многовекового вулкана и появляющаяся лишь на один день каждые пять сотен лет. И Кувшинка Тысячелетия. Она растет там, где не может выжить ни одно растение. В самом холодном месте на земле, где оно должно созревать тысячу лет, а потом вбирать в себя энергию истинного холода еще одну тысячу лет.

— Да, так уж случилось, что одна такая завалялась на самом дне Ледяного Пруда.

Глава 83. Узел второго органа

— Но почему Ольга не достанет для вас Кувшинку, неужели время еще не пришло и она не созрела?

— Мы этого не знаем, моя сестренка не может достичь дна Ледяного Самоцветного Пруда.

Ивор задумался, в голове не сложно было сложить все эти вещи, чтобы получить один простой вывод.

— Она хочет натренировать меня настолько, чтобы я добрался для Кувшинки. Ради вас. Именно поэтому она сделала меня своим учеником!

— Ты не прав. Ольга не настолько самовлюбленная, как Велена. Она не стала бы использовать человека в своих целях против его воли. Ей правда был нужен ученик, думаю она говорила о причинах. Но даже так. Несмотря на твою скорость развития и успехи, у нас осталось совсем немного времени. Не думаю, что ты успеешь преодолеть порог хотя бы в тысячу верст, не говоря о том, что по древним записям глубина пруда составляет две с половиной тысячи.

— Что?! Как возможно погрузиться на такую глубину? Это же сверх каких-либо сил. Даже если мастер не может… Но если она хотела, чтобы я достал кувшинку, почему она сказала лишь о тысяче верст, а не упомянула про истинную глубину пруда?

Юлия улыбнулась и устремила взгляд на скалу с самоцветами.

— Кто знает. Может она, увидев твою натуру, поняла, что ты будешь поступать также безрассудно, как сейчас, поэтому и установила порог более чем в два раза меньше. В любом случае она сказала бы тебе про кувшинку, но позже, сейчас нужно чтобы ты сфокусировался на своей культивации.

С одной стороны, все было достаточно просто, но с другой Ивор понимал, что оказанная доброта его мастером должна быть оплачена. Ему было плевать, добра ли к нему Ольга, потому что хотела его помощи или же, потому что действительно видела в нем своего ученика и преемника. В тот момент он твердо решил, что постарается отплатить мастеру. Ведь добро порождает добро.

— Я достану ее!

— А?

«Сбрендил?» Даже Звездочка не смогла остаться в стороне.

— Я достану для вас Кувшинку. Это будет моей благодарностью Ольге. Она говорила, что у меня есть год, с учетом прошедшего времени, осталось чуть больше девяти месяцев.

— О-о! Какой самоуверенный. Не ты ли только что чуть не отбросил копытца всего на пятом десятке.

Это замечание заставило Ивора потупить взгляд.

— Ранее вы сказали, что я на кого-то похож. Кого вы имели ввиду?

— Ах это… Тут уж прости, но я не вправе рассказывать тебе об этом. Возможно Ольга сама когда-нибудь расскажет, если посчитает нужным. Она всегда была очень закрытой девочкой, хе-хе.

— Что ж, тогда самое время заняться тренировками.

Ивор наконец встал, разгоняя кровь по телу и ускоряя циркуляцию энергии. Он полностью восстановился за это время. Его взгляд устремился вперед а сам юноша направился к Ледяному Пруду, разминая руки. Тут в его голову пришло осознание, что Юлия вытащила его с отметки в пятьдесят верст, даже с разрушенными жилами. Ивор в удивлении повернулся, чтобы задать вопрос, но сестры Ледяной Девы уже не было.

«Эти сестры действительно очень сильны. Видимо старшая имела еще более удивительную культивацию, чем младшая».

«Да, даже со сломанными каналами ее физическое тело превосходит твое. Ты сейчас на третьем Арконе. Четвертый столб даже не начал заполняться резьбой. Не говоря уже о голове на вершине. Тебе нужно прорваться до четвертого Аркона, тогда твоя выносливость будет увеличена в разы и достигнет уровня духовных лошадей».

Ивор решительно кивнул. Ему нужно было как-то разделись свое время, чтобы одновременно и улучшать свою культивацию и закаливать организм при нахождении в Ледяном Пруду. Пусть это тоже влияло на рост силы, но не так хорошо, как целенаправленные тренировки.

«Есть ли у меня шанс пробиться ко дну Пруда?»

«Ох, как обычно. Сейчас эта Валькирия расскажет тебе. Учитывая твои Божественные Каналы и тело Божественной Частицы… Ничтожные шансы есть. Сила природы, заключенная воде Пруда, намного превосходит какую бы то ни было силу на континенте, она имеет божественное происхождение. Тебе нужно добиться того, чтобы духовная сила и аура стали такими плотными и насыщенными, что даже свирепая энергия природы не пробьется в твой организм. Также нужно крепкое тело, обладающее всеми Арконами, чтобы выдержать то колоссальное давление. Хотя даже так я не уверена, что получится. Освоив все девять Арконов, ты завершишь укрепление костей, органов и мышц, но… Я ощутила эту силу на пятом десятке и даже не могу представить, что будет на отметке в две с половиной тысячи».

Слова Звездочки пробудили в Иворе некий азарт. Его сила воли вспыхнула с новой силой.

«Даже если шансы ничтожно малы, они все еще есть, верно? А если они есть, то я превращу их в свою полноценную уверенность!»

С этой мыслью Ивор нырнул в Пруд.

В этот момент Юлия наблюдала за ним издалека, вытягивая энергию массива для поддержания своей жизни. Она озадаченно нахмурила брови. В ее голове пронеслись воспоминания, что она пережила несколько десятков лет назад.

— Ты такой же самоотверженный. В тебе бьет эта невероятная сила жизни и жажда помощи окружающим, несмотря на атрибут. Кажется, вы оба были рождены с совершенно не тем элементом. Я лишь надеюсь, что ты не разобьешь сестренке сердце снова, как это сделали однажды.

…

Белогор наслаждался кружкой настоявшегося холодного пива, в то время как Ольга в ожидании смотрела на него.

— Да не смотри ты так, дыру во мне прожжешь. К чему такая спешка?

— Ну что ты, никакой спешки, мне всего-то нужно получить ядро, за торговлю и хранение которого даже княжескому советнику отрубят голову без выяснения причин, не говоря уже обо мне.

— В любом случае аукцион Ванчея состоится только через два месяца. Незачем спешить. М-м, все же Берканцы знают толк в хорошем пиве.

— Я не представляю, какую цену он заломит. Мало того, что этот предмет необычайно дорогой, так Продажник та еще скотина, всегда ставит в полтора, а то и два раза больше. Вот надо было тебе продавать ядро?

— Это компенсация за опасность деятельности. И я говорил тебе, что не знал, о твоей надобности. Да и к тому же этот обмен…

— Был очень выгодный, я помню. Давай к делу. Когда и где состоится аукцион, чем ты таким помог Ванчею, что он обещал скидку? Сдержит ли он обещание?

Белогор сделал смачный глоток, чем опустошил оставшиеся полкружки и махнул, чтобы принесли еще. Он с трудом подавил желание отрыгнуть.

— Ох, сколько вопросов. Давай по порядку. Аукцион будет под Заревницей, в аккурат на переходе в Студень-месяц. Начало в полночь.

Он вытащил узкую деревянную дощечку с протяженной черной резьбой и подмигнул.

— Это пропуск. Не потеряй. На входе зададут вопрос: что выпиваешь? Ответить надо, кому чаю — Иванчаю.

— Что за бред?

— Ну, таковы правила, не я их придумал. Обычно, чем глупее пропускное слово, тем сложнее его угадать. По поводу услуги. Жизнь я ему спас, под Червивицей, мимо проходил, а его там разбойники взяли, со всем обозом, вез добра немного, но весьма ценное. Благодарил безмерно, обещал даром отдать, чего не слишком дорогое, а если слишком дорогое, так скидку сделает. Он хоть и редкостный засранец, но все же торгаш. Кодекс чести какой-никакой имеет. Поэтому, и услугу, оказанную ему, никогда не забудет.

Ольга забрала дощечку.

— Спасибо тебе, Белогор. За мной должок.

— Ох, Оленька, у меня этих должков по всему миру, коль собирать начну, в миг разбогатею. Я не буду спрашивать, зачем тебе понадобилось так срочно ядро. Но скажи мне, как ты?

— Прошло уже тридцать лет тризна давно окончена.

— Это не ответ. Что для практика нашего уровня тридцать лет?

— Я в порядке, Белогор. В порядке.

Они просидели еще какое-то время молча, пока мужчина не нарушил тишину.

— Пересвет был…

— Не надо, — прервала его Ольга. — Ты не знаешь и малой части того, что произошло тогда. Не говори об этом. Я благодарна за твою помощь. На этом все.

Ледяная Дева встала из-за стола и покинула трактир, оставив Белогора допивать в одиночестве. Он поднял кружку и разом ее опустошил, грустно выдохнув.

— Не ты одна потеряла свою любовь, Оленька. Не ты одна.

…

На глубине в тридцать верст Ивор пытался пересилить себя. Дальше он не заплывал, чтобы снова не потерять сознание. Узнав о том, что ему предстоит преодолеть две с половиной тысячи, он решил, что нужно резко поднять темп погружения. Прошел всего день, но он успешно находился на отметке в тридцать верст более четырех часов, дальше юношу начинало мутить. Он прерывался только на сон, чтобы восполнить силы и энергию, после чего снова бросался под воду.

Иногда, он медитировал, применяя всевозможные техники дыхания, описанные в книгах, что дала ему Ольга.

Прошло еще два дня.

Ивор погрузился на желаемое расстояние в пятьдесят верст.

Его тело ныло от давления и воздействия Истинного холода. Но в этот раз Пруд был не так свиреп, как ранее. Видимо тело Ивора все же постепенно привыкало.

Из носа капнула кровь. Каждое мгновение, проведенное тут было настоящим испытанием. Но Ивор даже не дрогнул. Он намеревался продолжать сопротивляться Пруду, пока его запасы внутренней энергии полностью не иссякнут.

Истинный холод пытался сковать его тело, заморозить кости, но циркуляция духовной силы не позволяла проникнуть ему внутрь.

Чем был на самом деле Истинный холод? У каждого элемента есть истинная сущность, она зарождается далеко не всегда, ведь условия, где она может обитать слишком уж требовательны. Однако, энергия Истинной сущности элемента намного жестче и превосходит обычную по всем параметрам.

Так, например, Истинный жар может зародиться только в пламенных пучинах, температура которых превосходит температуру кипятка в пятнадцать раз. Далеко не в каждом вулкане можно обнаружить настолько горячую лаву. Также Истинная молния может проявиться только в том случае, если сразу пять молний ударят в одно и то же место одновременно, что нарушало привычные законы Мирового Древа. Так и Истинный холод мог проявиться только в местах, где власть ледяного атрибута настолько высока, что даже самый морозоустойчивый металл станет хрупким, как хрусталь.

Сейчас Ивор ощущал лишь мизерную часть от того, что он ощутил бы на самом дне, если бы добрался. Ведь именно там, на глубине двух с половиной тысяч верст и находилась сущность Истинного холода, которая распространял свое влияние на весь пруд.

Внезапно Ивор почувствовал, что его энергия будто иссякла. Но на деле, она просто перестала сдерживать окружающее давление, отчего тело пронзила острая боль. Духовная сила стала хаотично перемещаться в его жилах, в какой-то момент давление начало ослабевать, и юноша почувствовал прилив сил.

Его энергия образовывала гигантский циклон, который вращался с невероятной скоростью и силой. Он взрывался, наполняя жилы Ивора ледяной энергией. В какой-то момент его тело начало вытягивать духовную силу атрибута прямо из Ледяного Самоцветного Пруда.

После того, как циклон окончательно разорвался, волна несравнимо плотной духовной энергии хлынула из глубин его жил, заполняя все его тело, будто наводнение.

Ивор вздрогнул, но тут же взял себя в руки, направляя потоки внутренних сил через все тело. Его легкие сжались, наполняясь холодом, но при этом было ощущение, будто они горели.

Юноша совершил прорыв, устремившись к пику Аркона Белого коня (4).

Он уже было хотел выдохнуть, но тут его легкие снова сжались, а под ними нечто начало вибрировать.

«Это же…»

В груди Ивора вспыхнуло синее свечение, которое медленно затухало, приводя его тело в спокойное состояние и наполняя голову новыми знаниями.

В его теле зажегся второй узел. Столь рано зажжённый узел легких был очень необычен. Но более удивительно то, что второй узел имел атрибут воды, в связи с чем сопротивление Ивора этому атрибуту и всем его производным увечилось в несколько раз.

Зажжённый узел выпустил тяжелый импульс, который, словно стрела, пробил грудь Ивора, вновь преодолевая потолок духовной силы.

Теперь давление пятидесятой версты практически не чувствовалось.

«Ты совершенно точно необычное создание. Даже божественные частицы не имеют возможности совершать такие резкие прорывы. Видимо ты просто не умеешь развиваться постепенно».

Слова Звездочки эхом раздались в голове, заставляя Ивора прийти в сознание. Он чувствовал себя свежим, будто отдыхал в течение долгой ночи. Его тело наполняла духовная сила, а энергия била из него ключом.

Помимо зажженного второго узла, Ивор также достиг пятой стадии Возведения Арконов.

Аркона Змея (5).

…

Ольга мчалась на Духовной Сове, несмотря на тяжелую погоду. Заледенелые снежинки могли бы изрезать лицо, если бы не личная защита. Вокруг бушевала настоящая метель.

Она пересекла границу княжества Иса, но направилась не в столицу, а намного дальше, к северным границам.

Можно было потерять счет времени, пока летишь по такой суровой зиме, или вовсе сбиться с дороги. Но Ледяная Дева не носила бы такой титул, если бы не могла обуздать эту стихию.

Наконец, она приземлилась.

Духовная Сова испустила жалобный клекот и прижалась к дереву.

— Прости, загоняла тебя совсем.

Она погладила мягкие белые перья, вливая в магическое животное свою энергию. На что сова благодарно кивнула.

Там, где приземлилась Ольга было тихо и спокойно. Словно это был маленький безопасный островок, среди океана бед и несчастий.

В густых тундровых лесах, которые славились своей непроходимостью, раскинулась небольшая опушка. Она не только находилась в самой глуши, но и была скрыта от любого людского взора сложными, высокоуровневыми техниками защиты и невидимости.

Здесь находилась одна единственная насыпь, на манер кургана. Сверху на окуренных от гниения деревянных сваях находился навес, чем-то похожий на миниатюрную избу без стен.

Ледяная дева вынула из сумки небольшую флягу и отпила из нее щедрый глоток, после чего крепко закрыла ее и положила в маленький навес.

На ее губах еще остались дрожащие капельки крепкого красного вина.

Если бы кто-то сейчас видел лицо Ольги, то точно бы не поверил, что перед ним высокомерная и хладнокровная Ледяная Дева Исы.

Ведь оно было печальным и очень уязвленным.

Женщина тяжело закрыла глаза, по ее щеке покатилась кристально-чистая слеза.

— Тризна закончилась почти тридцать лет назад, — прошептала она. — Но я до сих пор скучаю.

Метель бушевала со страшной силой, исключая любую видимость вне этого защитного купола. Она стояла еще долгое время, предаваясь воспоминаниям и открывая сердце необъятной печали. Не выдержав, она упала на колени и заплакала.

Так, как уже давным-давно забыла.

Ведь в последний раз она дала волю эмоциям ровно тридцать лет назад. Но с каждым годом что-то надламывалось в ней.

И теперь надломилось окончательно.

— Ты не сдержал свое обещание. Какой же ты после этого мужчина. — выкрикнула она в пустоту.

Спустя время ее сердце успокоилось. Она рассказывала о том, что происходит в ее жизни. С каждым предложением тон ее становился грубее, а голос становился холоднее.

— И, знаешь, я наконец нашла ученика. Он славный и очень старательный. Безмерно дорожит честью и достоинством, а еще… упертый, как баран. В этом он очень похож на тебя.

Ее речь прервал внезапный шорох, что раздался позади.

Ольга настороженно повернулась, пытаясь что-либо разглядеть.

В скрывающий купол медленно вошла фигура в одеяниях с широкими рукавами.

— Я знал, что застану тебя сегодня здесь. Хоть мы и виделись недавно, я все равно рад. Приятно знать, что ты не забываешь.

— Разве я могу забыть.

Ольга ответила спокойным голосом и склонилась в приветствии. Перед ней стоял князь Северян — Чистовод.

Мужчина медленно вынул из рукава дорого украшенную фляжку со знаком княжества Иса. Он сделал небольшой глоток вина и положил ее рядом с той, что недавно оставила Ольга. Князь тяжело вздохнул и посмотрел на Ледяную Деву. Даже сейчас, в этом месте, в этой атмосфере Чистовод не потерял в величии и сдержанности.

— Три десятка лет прошло, как не стало моего сына. И каждый год из всех трех десятков мы встречаемся с тобой здесь.

Глава 84. Черный рынок

Ольга вернулась спустя день, после того, как прорвался Ивор. В ее пятидневное отсутствие, он сдвинулся с отметки в двадцать верст, на сотую. Ошеломительный скачок, но Ольга лишь задумчиво кивнула. Такой похвалы было более чем достаточно.

Так прошло еще почти два месяца. Под чутким руководством Ледяной Девы, Ивор вновь и вновь превосходил предел своей силы и стремился достичь дна Ледяного Самоцветного Пруда. Он изучал техники дыхания и ежедневно тренировался в использовании новых знаков.

Руководства по новым техникам также изучались с невероятной быстротой и чем больше Ивор постигал ледяные искусства, тем больше Ольга уверялась в том, что ей достался гениальный ученик.

Юноша добрался до отметки в четыреста девяносто пять верст. Намного быстрее, чем предполагала его мастер. Но самое сложное было еще впереди. После пятисотой версты давление воды и воздействие атрибута усиливались многократно.

Целеустремленность Ивора поражала, хотя зачастую и граничила с безрассудством. Пусть Ольга и держала рвение юноши в узде, ей не всегда удавалось подобрать необходимые слова, для того, чтобы успокоить своенравие ученика.

В тренировочных боях он уже спокойно выдерживал первую сцену Обряда Морены, и мог продержаться на пике своих возможностей время, за которое горит одна лучина.

Ледяная Дева была очень довольна своим учеником, хотя и не выказывала свою похвалу очевидно. С каждым днем она все больше привыкала к нему. И даже если внешне эти чувства никак не выражались, то внутренне они имели очень большое воздействие.

Удар!

— А-та-та-та. Ну за что?!

— Ты неправильно направляешь духовную силу. Не сравнивай это с тем, что ты делаешь, продвигаясь в глубь пруда! Тебе не нужно равномерно распределять ее по телу, наоборот, нужно посылать импульсы к знаку, собирая как можно больше в одной точке.

Ивор чесал голову, которая гудела от очередного подзатыльника. То, что мастер может его запросто треснуть, уже давно перестало быть для него новостью.

Ольга протяжно выдохнула.

— Ты изучил последнее руководство, что я тебе дала?

— Да, полностью! От оригинала не отличишь!

— Прекрасно. Выспись. Аукцион уже через день. Нам еще нужно добраться до Заревниц. А там будем действовать по намеченному плану.

— Мастер, я не совсем понимаю, почему я должен участвовать на аукционе, ведь с вашим статусом это было бы эффективнее.

— Эффективнее потерять голову? Это аукцион на черном рынке, все, что там продается вне закона. Если меня там увидят, то это не только навредит моей репутации, но и навлечет беду. На такие мероприятия всегда отправляют доверенных лиц, шанс, что они узнают друг друга очень мал. В любом случае, я буду рядом.

Ивор кивнул, находя слова мастера логичными.

После тренировки Ивор направился к Рисбо. Его мастерская была обставлена очень скромно и состояла из рабочего стола, множество камней-резервуаров, напитанных элементальной энергией, странные линзы, которые увеличивали и уменьшали изображение, которое сквозь них можно увидеть, да еще пара десятков различных артефактов низкой и средней значимости.

— О! Я уж думал, что ты про меня забыл!

Белобрысый парень резко вскочил, протягивая руку Ивору.

— Со мной можешь не использовать маскировку, я-то знаю, как ты выглядишь на самом деле.

— Ага! Знает он, ты меня чуть не убил при первой встрече, называя лазутчиком! Единственный, кто нормально принял мою внешность — это Лиска.

— Ты мне до конца жизни припоминать это будешь?

Рисбо наклонился и зловещим голосом проговорил.

— Я тебя за это еще и заточкой пырну, будешь зазнаваться!

Ивор собрал небольшое количество ледяной энергии и швырнул в грудь Рисбо. Иллюзия растворилась, а сам хазар знатно посинел, начиная трястись от холода и стучать зубами.

— Д-да п-пошутил я! Чего с-сразу лед-то?

— На будущее, шутки должны быть смешными. А в заточке под ребром мало смешного. Как думаешь, может если я тебе твой причиндалы отморожу, будет смешнее?

Рисбо метнулся в край комнаты.

— Не смей!!!

Ивор гоготнул.

— Это шутка.

— Ужасны шутки у тебя.

— Учился у лучших! Ладно, что там с моей просьбой?

Лицо Рисбо моментально сделалось серьезным. Что ни говори, но даже при его причудливой дурости, когда дело доходило до важных поручений он был максимально серьезным. Парень взял со стола шар, размером с кулак и кинул Ивору.

— Оль… кхм, Ледяная Дева дала мне образец своей духовной силы, поэтому здесь поздний этап Выращивания Духовного Древа. Снизу есть отверстие. Если ты пропустишь свою энергию сквозь палец в него и провернешь, то можешь отрегулировать уровень силы пониже. Но помни, это не настоящий уровень, а лишь видимость.

Ивор подкинул в руке шар.

— Шикарно! Это то, что нужно. Какой атрибут?

— Огонь, один из первозданных, белый. Уж не знаю, откуда у твоего мастера камень-резервуар с ним, но его хватило, чтобы сделать этот шар, а еще вот это, я подумал, что будет странно, если ты используешь лед, при огненном атрибуте.

Рисбо развернул широкий кожаный пояс, на котором было несколько прутов, как металлических, так и деревянных, темно-серые шарики, но поменьше, чем тот, что был у Ивора в руках, и фиолетового цвета табличка.

— Выглядит, будто ты меня на войну отправляешь.

— Пф, когда петух за зад клевать начнет, ты еще поблагодаришь того великого артефактора, что учел все проблемы, которые могут возникнуть! Ух, надеюсь твой мастер не открутит мне башку, за то, что я истратил всю эссенцию элемента. Так вот! Каждый из этих артефактов содержит частичку элемента огня. Как только ты вольешь в него свою энергию, даже несмотря на то, что она ледяная, предмет активируется. В прутьях атаки послабее, в шариках чуть сильнее. А вот это, — Рисбо погладил фиолетовую табличку. — Моя прелесть… Убойная штуковина. Направляешь на врага и БАХ!

Ивор в недоумении смотрел на Рисбо.

— Что Бах?

— Ай, деревня. Надеюсь дело до нее не дойдет. Используй только в случае крайней угрожающей жизни ситуации. Понял? Отлично!

Ивор улыбнулся, смотря на Рисбо, лицо которого все еще отражало нотки деловитой серьезности.

— Чего смотришь так, будто я враг народа?

— Ну-у, теоретически…

— Так, не начинай!!!

— Ладно-ладно. Рисбо, спасибо. Ты меня очень выручил.

Хазарский юноша искренне улыбнулся. Он был доволен собой. Но тут его бровь подскочила, будто он вспомнил нечто важное.

— Точно, знаешь, что! Думаю, такие штуки вряд ли купишь на местном базаре, но вот место, куда ты направляешься, в самый раз. Мне нужен камень с душами смертных.

Глаза Ивора расширились так, будто вот-вот выпадут.

— На кой черт они тебе? Это же совсем. И какой камень тебе нужен?

— Средний, не ниже точно.

— Пятьдесят смертных душ. Жестоко. Не думал я, что ты и такими вещами занимаешься.

— Пф… Ты думаешь, что они нужны лично мне? Это для Обола. Кажется, я нашел зацепку. Ты был прав, однако не совсем. Этот артефакт действительно указательный, но также он служит и для перемещения.

— Телепорт? Но такие вещи невероятно редкие. Даже берканцы, насколько я знаю, имеют не более пяти артефактов для мгновенного перемещения.

— Не гони лошадей. Я же говорю, он сломан, причем настолько давно, что я не уверен, была ли эта монета когда-то рабочей. Вот тут-то мне и нужны души. Кажется, он использует их энергию. Все очень сомнительно, Ивор. Я хоть и хорош в своем деле, но не совсем понимаю принципов работы Обола.

— Понял, раздобуду тебе камень. А теперь, мне пора. Утром мы отправляемся.

— Удачи. Не сдохни раньше времени.

— Да уж постараюсь!

Ивор сгреб все, что подготовил для него Рисбо и направился в свою комнату.

Ночь прошла незаметно и очень спокойно.

Утром Ивор и Ольга отправились в Заревницы. Юноше выделили Духовную Сову, на которой до этого он летал в Обров. Птица сразу узнала своего наездника и даже спустила крыло, чтобы ему было удобнее забраться на ее спину.

Полет выдался долгий, хотя и намного проще, чем предыдущий. В этот раз погода порадовала.

Заревницы оказались небольшим городом на пограничье Беркан и Исы. Про такие еще говорят: «Богами забытое место». Иса не выделяла должных ресурсов на развитие города, а Берканы не принимали город, как часть своей территории из-за его убыточности.

Как вывод, денег не хватало даже чтобы содержать стражу, не говоря уже об обычном благосостоянии города, поэтому тут расцветали всяческие преступления.

Наличие черного рынка давно уже ни для кого не является секретом, но все закрывают глаза на его существование. В основном из-за того, что это очень выгодно для широкого круга практиков.

Как и говорила Ольга, зачастую сильные практики, даже с чистой, как ясное небо репутацией проводят большие скупки на черном рынке. Для этого они нанимают специальных людей, которые не имеют к ним никакого отношения. Так практики могут получать предметы, которых нет в обычном обороте, при этом не пачкая свою репутацию.

Никто никогда не знает, кому по-настоящему уходит предмет, да и по большому счету всем было плевать. Ведь деньги выплачены, а товар у покупателя, больше и не нужно.

Только на черном рынке можно найти редкие вещи, которые никогда не продают на обычных рынках. Помимо этого, тут можно приобрести камни с душами смертных, определенные человеческие органы и даже самого человека, который навсегда станет твоим рабом и будет цениться не выше домашнего скота. Иногда на черный рынок попадали и диковинные предметы, которые даже в единичном экземпляре найти невероятно сложно. Тогда и создавался аукцион.

Как правило, аукционом заведовал некий Ванчей, прослывший в кругу торговцев Златоруким продажником. Потому как именно у него появлялись самые редкие и желанные вещи.

Ольга осталась далеко за чертой городских ворот. Ивор же направился в Заревницы один.

Он достиг его ближе к вечеру, когда улицы уже медленно пустели, а в домах зажигались яркие лучины. По указаниям мастера Ивор брел по очищенным от снега улицам в трущобы города. Юноша был одет в утепленную одежду, которая не имела никаких признаков его принадлежности к Ледяным Истинам, хотя выглядела достаточно богато и отражала его высокий статус. Даже его внешность слегка отличалась от повседневной. Длинные черные волосы собраны в хвост, оставляя небольшую непослушную прядь на лбу, а у глаза большой шрам через половину лица. Таким образом Ольга хотела исключить возможность, что в нем узнают того, кто полгода назад занял второе место на Турнире Четырех.

Трущобы холодили душу одним своим видом. На неосвещенных улицах, естественно, совершенно неочищенных от снега, можно было наблюдать одиноких попрошаек или бездомных. Узкие улочки вели на окраины города, куда обычный человек никогда не доберется по собственной воле.

На черном рынке было лишь одно незыблемое правило. Заведующий имел полную неприкосновенность. Если кто-то хоть раз нарушит его, то все продажи моментально свернутся. Учитывая то, что многим были необходимы предметы, которые продаются только здесь, никто не смел даже угрожать Ванчею. Кроме того, кто бы мог быть настолько безумным? Ведь если ты нарушишь правило, то на тебя начнется настоящая охота. Каждый практик захочет отомстить тому, кто лишил его незаконной кормушки. К тому же, богатство Ванчея позволяло ему нанимать самых лучших воинов Берканского княжества. Он платил им настолько щедро, что они готовы даже пожертвовать жизнью ради него.

Ивор отсчитал семь улиц, начиная от входа в трущобы. Он подошел к широкой каменной стене. Пройдя пятнадцать шагов, он коснулся ее, посылая внутрь импульс энергии. Вид стены покрылся рябью, являя перед юношей дверь в полтора человеческих роста. В ней не было ручек. Монолитный кусок толстого дерева. В котором, правда, находилось одно маленькое отверстие.

Ивор достал из сумки деревянную дощечку, что дала ему Ольга и всунув в отверстие провернул. Дверь медленно провалилась внутрь, открывая его взору длинный тоннель с каменными стенами. Он уходил лестницей вниз и освещался лишь тусклым светом лучин, которые, судя по всему, были даже не промаслены.

Едва юноша ступил внутрь, дверь захлопнулась.

Он спускался достаточно долго, пока перед ним не открылся широкий коридор всего с одной дверью. У нее стоял один человек. Внешне он не внушал впечатление сильного бойца, но стоило едва взглянуть на его культивацию и плотность ауры, как становилось понятно. Этот человек с выбритой наголо головой и татуировками рун на затылке — превосходный охранник.

— Что выпиваешь?

Прозвучал басистый голос, отражаясь эхом от стен.

— Кому чаю — Иванчаю.

Незамедлительно ответил Ивор. Охранник не выразил ни единой эмоции, даже не кивнул. Он молча открыл дверь.

Пройдя дальше юноша чуть не ахнул от впечатления. Он и помыслить не мог, что под Заревницами буквально находился еще один маленький город.

Прямо под землей располагались многочисленные землянки, трубы которых выходили на поверхность. Широкие ряды буквально усеивали торговцы со своими товарами. Только в отличие от обычного рынка, каждый товар был вне законов любого княжества, а поэтому и стоил баснословных сумм. Естественно валюту смертных здесь никто не принимал. Зато, помимо духовных камней очень почитался равноценный обмен.

Ивор шел меж рядов, стараясь особо не заглядываться на товары. Местные торгаши, по словам Ольги, настолько искусны в слове, что могут из тебя не только все деньги, но и душу высосать. Главное, не смотреть, ни на товар, ни в глаза.

Юноша твердо знал, куда нужно идти.

Миновав около пятнадцати таких рядов, он остановился у громоздкого шатра из фиолетово-синей ткани с золотой росписью.

Внутри было множество сидений, большинство из которых уже заполнены людьми. Спереди находилась широкая сцена с узкой деревянной трибуной. На входе Ивора остановила стройная девушка с ясным, розоватым лицом. Она ему мило улыбнулась.

— Добрый день, вы на аукцион Ванчея? — ее сладкий голос был усладой для ушей любого мужчины.

— Да. — Ивор смутился, но не показал этого, он вел себя немного высокомерно.

Весь его вид отражал статную выправку и некое величие.

— Прошу вас внести первонача… — Девушка внезапно осеклась, оглядывая Ивора.

Ее лицо несколько раз изменилось. Юноша чувствовал, что она осматривает его внутреннюю силу. Он ждал с обычным выражением лица.

— П… прошу прощения, юный господин. Я не ожидала, что сегодня будут столь важные гости из Крадова княжества.

Ивор добродушно улыбнулся. Видимо артефакт Рисбо работал, как нужно.

— Все в порядке. Надеюсь, не помешает тот факт, что я посетил вас лично? — сказав последние слова, Ивор послал едва заметный импульс энергии, заставив девушку задрожать.

— Нет, что вы! Это для нас большая честь! — она не только видела, но и ощущала эту плотную и властную ауру.

Ольга предупреждала, что на входе будет стоять одна из Видящих. Таковых было немного на всем континенте. Видящие — это практики, что могли даже при низком уровне культивации практически безошибочно определить уровень другого культиватора, каким бы высоким он ни был. Также они видели атрибут энергии. Помимо этого, Видящие могли узнать духовную силу артефакта. Такие, обычно работали в качестве оценщиков в разных торговых объединениях. Люди с подобными способностями на вес золота.

Сейчас перед этой Видящей девушкой стоял человек, в котором текла чистая энергия благородного пламени, по насыщенности она была на поздней стадии этапа Выращивания Духовного Древа.

Девушка завороженно оценивала юношу, неосознанно очаровываясь его энергией. Именно исходя из такой невероятной силы и юного возраста она сделала вывод, что этот юный господин, возможно, имел даже княжеские корни. Поэтому ее учтивость превысила все пределы.

Ивор тем временем достал из сумки один из наполненных духовными камнями мешочков и кинул на стол рядом с девушкой.

— Кажется вы говорили о первоначальном взносе.

— Но юный господин, вы…

— О, бросьте. Что для меня этот взнос? Лишь пыль.

Девушка запнулась. Даже первоначальный взнос на этом аукционе был огромен. Десять камней высшего качества. Ее догадки оправдывались. Только высокородный человек мог так просто разбрасываться столь ценными ресурсами, при этом зная, что, используя положение, он мог спокойно войти бесплатно.

Видящая даже не стала проверять ни количество, ни духовную силу камней. Она поспешно убрала мешочек и снова раболепно улыбнулась.

— Возможно, юный господин захочет выбрать определенный номер?

— Двадцать первый. — проговорил Ивор, будто никакой другой, кроме этого его не устраивал.

Девушка быстро вынула табличку с цифрой двадцать один и проводила Ивора на первый ряд. Там было больше всего пустых мест. Из двадцати сидений занято лишь два. Но девушка почему-то провела юношу подальше от других людей, сидящих в первом ряду.

— Присаживайтесь, это места для наших особых клиентов. Приятных торгов, юный господин.

Усевшись поудобнее, Ивор начал ждать начала аукциона.

Глава 85. Трансцендентное чудовище

В Аукционный дом входило все больше человек. Со временем все места были заняты и даже несколько человек стояли по краям стен, выжидая начала.

Хоть и по правилам, последовательность и суть предметов аукциона не раскрывалось, слухи было остановить сложно. Ивор слышал, как шептались многие люди, вокруг него.

— Говорят, главный предмет, что будет продан, это настоящее духовное ядро Берегини. Да не абы какое, а не менее пятого Аркона!

— Да бред! Откуда бы Ванчей достал настолько редкий предмет. За подобное ядро можно сложить головы целой армии.

Некоторые обсуждали вовсе не главный лот, понимая, что их средств не хватит, чтобы позариться на него.

— Сегодня вроде не так много предметов, но зато какие! Я слышал от проверенного человека, что перед главным лотом разыграют крылья Королевской Птицекрылки.

— Многолетняя бабочка с невероятным количеством духовной силы? И даже не главный предмет? Что же за аукцион сегодня!

Люди раскручивали слухи, поднимая все больший ажиотаж вокруг торгов.

Ивор неприметно оглядывал собравшихся людей, которые вскоре станут его соперниками в торгах. От тех, кто сидел на первом ряду веяло тяжелой аурой и невероятным количеством духовной энергии.

Он отметил несколько человек, которые, по его мнению, могли быть очень опасными.

Один из них — мужчина средних лет, с длинными, ярко-рыжими волосами, собранными в хвост и лицом, усеянным веснушками. Он был одет в богатые белые одеяния и вел себя не совсем по статусу, который внушал его внешний вид. Именно он уже сидел на первом ряду, когда только пришел Ивор.

Другой мужчина, тучный, темноволосый, его фигура была столь огромной, что одна только рука могла сравняться с головой человека. Что-то опасное исходило от его внешности, отчего связываться с ним вовсе не хотелось.

В другом конце первого ряда сидела женщина. Она не отличалась особой красотой на вкус Ивора, да и выглядела больше похожей на кикимору. С длинными когтями и в болотного цвета одеждах. Даже ее волосы имели серо-зеленоватый оттенок.

Несмотря на то, что аукцион был полностью анонимным, а большинство людей здесь — это наемники, они рассаживались в зависимости от своей силы. Для этого и нужна была Видящая на входе. Она исключала возможность неуважительного обращения к достопочтенным гостям. Ванчей давно прознал, чем сильнее практик, тем больше у него ресурсов, которые он готов отдать, поэтому организовывал аукционный дом таким образом, чтобы конечная цена переваливала его затраты в три, а то и в пять раз.

Наконец, когда люди собрались, на сцену вышла Видящая и поклонилась.

— Прошу прощения за длительное ожидание, аукцион официально начинается прямо сейчас.

Красивая девушка нежно улыбнулась и встала за трибуну. Она понимала, насколько нетерпеливыми могут быть влиятельные гости, поэтому быстро объявила первый товар.

— Руководство техники Пламенного пронзания. Особый свиток, добытый в руинах древнего Гиперборейского города под Маятой. Имеет силу не ниже восьмого Аркона, но при этом потребляет совсем немного духовной энергии, поэтому может быть использован уже на третьем. Эта опасная техника сделает вас свирепым противником даже для практика на ранней стадии Духовного Древа. Базовая цена — тысяча духовных камней.

— Тысяча пятьсот!

— Две тысячи!

— Две с половиной!

Торги начались буквально сразу. Никто не нуждался в пояснении, всем и так было понятно, что имелись ввиду духовные камни высшего качества. Но даже тысяча — это невероятно огромная цена, и люди здесь без тени сомнения поднимали ставку в полтора раза.

Негласное правило аукциона не позволяло сделать ставку лишь раз и выйти из торгов, во избежание искусственного подъема цены.

Лицо Ивора чуть не посинело от такого. Он впервые ощущал всю власть богатства.

Руководство ушло мужчине с длинными рыжими волосами.

— Веточка Сиреневой Ветряной Ивы. Эта вещь не только в разы повысит контроль над атрибутом ветра, но также и может помочь вам в долгожданном прорыве. Стартовая цена — пять тысяч духовных камней.

— Десять тысяч!

Все замолчали. Никто не решался поднять ставку еще больше. Тем, кто увеличил цену вдвое была девушка, с длинными когтями. Она усмехнулась, подняв свой номер.

Так шло время, лоты продавались с большой скоростью, за некоторые из них разворачивалась нешуточная борьба, но зачастую в таком сражении шаг повышения цены был не слишком большим.

— Камень-резервуар, содержащий пятьдесят пять душ смертных. В представлении не нуждается. Стартовая цена — семь тысяч камней.

Ивор задумался. Ему нужен был этот камень, он мог быть прямой помощью в добыче сердца охранника переправы. Но мог ли он потратить часть ресурсов, что Ольга дала ему на покупку ядра Берегини?

«Хорошо, из имеющихся у меня ста тысяч камней, думаю я могу потратить десять. Не больше. Если не выйдет, поищу другой камень».

— Восемь тысяч! — выкрикнул рыжеволосый мужчина, подняв сорок пятый номер.

— Восемь пятьсот. — поднял табличку Ивор.

Он тут же ощутил на себе злобный взгляд мужчины.

— Девять тысяч.

— Девять пятьсот.

Ивор не остановился. Отчего недоброжелательный взгляд рыжеволосого стал буквально ощущаться на коже.

С недовольным лицом он поднял свой номер.

— Десять тысяч.

Ивор, глядя на такое выражение решил, что последняя ставка будет за ним.

— Десять пятьсот!

У рыжеволосого дернулся глаз.

— Одиннадцать тысяч!

Ивор не решился превысить этот предел, отчего камень душ был продан его оппоненту за одиннадцать тысяч. Однако, мужчина явно не был рад такой цене. Он злобно прожигал Ивора взглядом.

Тем временем подошел черед пятнадцатого лота.

— Крылья Королевской Птицекрылки.

Девушка не стала объяснять свойства предмета, ведь многие понимали, о чем идет речь. Глаза практиков зажглись азартным огнем.

Королевская Птицекрылка вместо пятнадцати дней жизни обычной бабочки жила двадцать три года. За это время она накапливала невероятное количество духовной силы, которую можно использовать и моментально получить прорыв даже на средних стадиях Выращивания Духовного Древа. Одна лишь пыльца, собранная на крыльях этой бабочки, обладала невероятными целительными и тонизирующими свойствами.

Предмет вынесли на сцену в небольшой стеклянной шкатулке на шелковой подушке. Это были большие желтые крылышки с красными круглыми узорами и тянущимися черными линиями.

— Не может быть. Они сохранили их почти полностью! Но как можно было добыть крылья бабочки, практически не повредив их?

Девушка улыбнулась. В этой улыбке было нечто ехидное.

— Стартовая цена — пятьдесят тысяч духовных камней высокого качества!

Что такое пятьдесят тысяч духовных камней?

На такие ресурсы можно было месяц содержать город, сравнимый с половиной столицы княжества. Целый месяц сытой и безбедной жизни для многотысячного города. И сейчас эту цену хотели за один лишь предмет.

Многие сразу стушевались, а азарт в глазах потух.

Ивор бросил взгляд на рыжеволосого. Именно от него он услышал слова про Птицекрылку. А сейчас его лицо было столь сосредоточенным, что и дураку станет понятно, ему нужны эти крылья.

«Что ж, раз ты забрал у меня камень, я попорчу тебе жизнь, а заодно и уменьшу твои ресурсы, чтобы ты не зарился на ядро».

«Ивор, а ты уверен? Он находится на ранней стадии Духовного Древа. Это серьезный противник!»

Юноша цыкнул на Звездочку. Он видел, как рыжеволосый медленно поднимает свою табличку, и сделал это чуть быстрее его.

— Шестьдесят тысяч!

Рыжеволосый крепко сжал свой номер, что тот немного треснул.

— Шестьдесят одна тысяча.

Ивор выдохнул. В этой игре важна была уверенность и самообладание. Однако рыжеволосый явно не умел держать эмоции в узде. Он поднял ставку лишь на тысячу, что говорило об ограниченности его денег.

Юноша откинулся на спинку стула и расслабленно улыбнулся, поднимая номерок.

— Шестьдесят пять.

Мужчина удивился такой резкой перемене поведения. В его голове появилось смятение. Его оппонент был явно не из простых практиков. Он понимал, что такими ресурсами может располагать только кто-то из высших сословий.

Только что от цыкнул куда-то в сторону. Видимо ему прислали голосовую передачу, чтобы он не беспокоился о ресурсах. Именно так рыжеволосый объяснил себе эту ситуацию в голове.

Тогда он твердо решил для себя, что вырвет Королевскую Птицекрылку у этого заносчивого и богатого недомерка. А если и не выйдет, то заставит отдать столько денег, чтобы семья потом жестоко наказала его за растраты.

— Семьдесят!

Люди начали шептаться, сумма уже казалась неподъемной. Даже для богатых мира сего это были большие затраты. Все обратили внимание на двух оппонентов, остальные даже не думали вмешиваться, поскольку либо уже потратили свои деньги, либо надеялись попытать счастья за последний лот.

— Семьдесят пять тысяч духовных камней!

— Восемьдесят!

Ивор вел себя расслаблено и естественно. Он улыбался, изображая самую малую толику азарта.

А вот рыжеволосый немного нервничал. Несмотря на то, что мужчина принял эту игру, опасения терзали его сердце. Но глядя на расслабленного противника, он понимал, что тот еще готов поднимать цену. Как только этот парень начнет ерзать и нервничать, значит сумма неподъемная и нужно остановиться.

— Девяносто. — мужчина наклонился вперед, облокотившись на колени.

— Девяносто пять. — Ивор блаженно прикрыл глаза.

— С… сто тысяч камней.

Люди уже неприкрыто восхищались и удивлялись. Цена за крылья увеличилась вдвое. Хоть этот предмет и был очень ценным, но сто тысяч камней высшего качества были слишком большой ценой.

Ивор медленно поднял свой номерок повыше, глядя в глаза рыжеволосому.

— Сто. Пятьдесят. Тысяч. Духовных. Камней.

Отчеканил он так уверенно, будто бил молотом по наковальне.

Все до единого замолчали. Такая сумма могла отправить в обморок любого.

Но рыжеволосый уже вошел в раж и вскинул номерок. Уверенное и спокойное лицо Ивора вселяло в него уверенность.

— Двести! Двести тысяч!

— Он посмотрел на юношу и улыбнулся.

«Следующую ставку я принимать не буду, давай, выкладывай свои камни!» Думал рыжеволосый.

Прошло несколько вдохов. Но Ивор не повышал цену.

— Двести тысяч раз!

Мужчина вздрогнул. Только сейчас он понял, что совершил ошибку.

— Двести тысяч два.

На его лбу вздулись вены, а лицо исказила гримаса злости и горечи от обиды.

— … продано сорок пятому номеру.

Руки рыжеволосого дрожали. Он смотрел на парня, что торговался с ним. Его насмешливая улыбка говорила сама за себя. Парень изначально не собирался покупать крылья бабочки.

— Т… ты! — сказал он, стиснув зубы. — Обманул меня!

Ивор пожал плечами и отвел взгляд на сцену, ожидая последний предмет.

«Ты совсем с ума сошел? А если бы он остановился?»

«Честно, я сам перенервничал, просто ужас! Но по лицу было видно, что не остановится. Я его переиграл! Ха!»

«Ты самый редкостный болван из всех, что я встречала».

«О! Ну хоть где-то я для тебя на первом месте».

«Что? Заткнись! Заткнись!»

Люди в аукционном доме волновались. Покупка за двести тысяч камней была чем-то вроде продажи целого города. Это грандиозная покупка. Тем более, мужчина с рыжими волосами явно обладал такой суммой. Изначально, он пришел чтобы получить камень душ и Королевскую Птицекрылку, но еще хотел побороться за ядро. Сейчас же у него практически не осталось камней, чтобы поддержать торги за последний лот. И все благодаря этому богатенькому засранцу, что обманул его.

Девушка оглядела всех присутствующих и улыбнулась.

— А теперь, главный предмет сегодняшнего аукциона! То, ради чего мы все здесь собрались. Эта вещь, ради которой даже не стыдно убить. Охота на них запрещена повсеместно, но ядра ценятся настолько высоко, что можно заложить целый княжеский дворец. Духовное Ядро Берегини. При смерти это существо находилось на средней стадии Выращивания Духовного Древа. Извлечение ядра повредило лишь пять сотых частей от целого.

Теперь волна удивления снова пронеслась по участникам аукциона. Они предполагали, каким будет последний предмет, слухи не врали. Но никто не ожидал, что ядро будет столь высококачественным и почти неповрежденным. Видящая выждала долгую паузу, дав возможность людям обсудить то, что она только что сказала. Ее лицо было спокойным и торжествующим.

Внезапно на сцену вышел низенький и очень толстый мужчина, с бородавкой на носу. Он кивнул всем присутствующим в знак приветствия. В его руках находилась широкая резная шкатулка. Мужчина открыл ее и все помещение залилось сине-голубым светом.

Ядро Берегини сияло и наполняло помещение мягкой энергией спокойствия и уверенности, а мужчиной, что вынес его, был сам хозяин аукциона. Ванчей. Златорукий продажник.

— Это особенный лот, поэтому торги я проведу лично. Итак, начнем с двухсот пятидесяти тысяч.

Вот теперь у людей готова была отвалиться челюсть. Даже самые богатые практики притихли, чуть ли не падая в обморок. Хотя ядро и действительно ценилось высоко, и могло быть использовано экспертом любого атрибута, такая цена…

Ивор сидел молча. Также, как и остальные он не решался, ни подтвердить, ни поднять ставку. К тому же его денег явно не хватит. Была надежда лишь на старую услугу, оказанную когда-то Белогором.

Одна из причин также была в рыжеволосом и женщине с длинными когтями. Они хищно смотрели на Ивора. Предельно ясно, что они не дадут забрать ядро по базовой цене и будут поднимать ее дважды, как только он подтвердит ставку. А если они начнут, то подключатся и другие.

Такова уж завистливая натура человека. Если они понимают, что столь ценный предмет не достанется им, то либо они постараются лишить его других, либо заставят заплатить такую цену, что покупатель будет жалеть до конца своих дней.

— Что, никто не желает приобрести товар?

Ванчей смотрел на людей заискивающим взглядом. На самом деле это была игра. И проиграет тот, кто первый подтвердит ставку. По негласным правилам между участниками, ты должен хотя бы два раза поднять цену, если ее перебили. Поэтому первый, кто поставит, буквально будет обязан купить ядро на несколько сотен тысяч дороже.

— Тогда, видимо, придется оставить его до лучших времен. Как жаль, как жаль. Вы же опытные практики, должны понимать, что столь ценное духовное ядро со временем лишь теряет в свойствах. Нужно использовать его, как можно скорее. Цена, как вы понимаете не упадет, но качество пострадает. Подумайте хорошенько, я дам немного времени.

Зал пребывал в тишине. Некоторые перешептывались, обсуждая ситуацию или подначивая друг друга, но никто так и не решился поднять ставку.

Внезапно, один из участников с первого ряда встал.

Это заставило всех до единого обратить внимание на этого человека.

Фигура медленно прошла вперед, встав прямо перед Ванчеем, и заслонила собой Ядро. Взгляды более чем сотни пар глаз были устремлены на него. Молодого юношу с черными, как смоль волосами и болотно-зелеными глазами.

Он только что ожесточенно торговался за крылья Королевской Птицекрылки. Это было весьма нагло, но вот так прерывать аукцион, да еще и на главном предмете. Просто возмутительно.

Ивор прошелся внутренним восприятием по всем присутствующим, позволив каждому почувствовать это. Его лицо отражало некоторую неприязнь и высокомерие. Он смотрел на участников аукциона, но имел выражение, будто хотел сплюнуть на пол.

Пауза затянулась. Никто не знал, что может выкинуть этот юноша. Даже рыжеволосый замер в ожидании.

Парень медленно разлепил губы. Его голос был грубым и полным уверенности. Когда-то он знал человека, столь уверенного и высокомерного, который думал, что весь мир подвластен ему. Это целиком и полностью его тон.

— Сейчас я подтверждаю цену в двести пятьдесят тысяч и забираю это ядро. Если кто-то из вас, ничтожеств, посмеет хоть на один духовный камень ее поднять, я убью его на месте.

Едва недовольство началось зарождаться в толпе, а рыжеволосый и когтистая начали вставать, чтобы возразить, как по аукционному дому прокатилась волна белопламенной энергии.

Все до единого, сели обратно, в ужасе глядя на юношу.

Ему едва исполнилось восемнадцать лет. Но та огненная энергия, что, как доказательство силы, прокатилась по помещению и затронуло сердце каждого практика без исключения была недосягаема.

— П… пик поздней стадии… Духовного… Древа!

В тишине, даже робкий голос Видящей был слышен в каждом уголке дома. С ее способностями она не смогла увидеть всей силы этого юноши на входе. Но теперь стало ясно, как день. Это был трансцендентный человек. И каждый, кто почувствовал этот импульс энергии мог подтвердить ее слова.

Перед ними стояло настоящее чудовище.

Глава 86. Вы поймали лишь воздух

— Сейчас я подтверждаю цену в двести пятьдесят тысяч и забираю это ядро. Если кто-то из вас, ничтожеств, посмеет хоть на один духовный камень ее поднять, я убью его на месте.

Эти слова эхом раздались в ушах каждого. Но кем были участники аукциона? Это явно не слабые люди. Они не только компетентны в ведении торгов, но и обладают достаточной силой, чтобы купленные сокровища не могли забрать, совершив грабеж. На черном рынке выкупленное тобой могли отнять буквально в следующем переулке. Такова суть всего города Заревницы.

Ивор медленно оглянулся на Ванчея. Его взгляд целиком и полностью отражал высокомерие. Для него все присутствующие были лишь невзрачными муравьями, судьба которых — прилипнуть к его подошве.

— Один добрый человек просил меня напомнить тебе о случае под Червивицей.

Юноша говорил тихо, если участники в первых рядах и могли услышать обрывки фраз, то явно не понимали сути разговора.

Глаза Ванчея расширились. Он взглянул на юношу немного иначе, чем ранее и уважительно кивнул.

— Значит пришло время отдавать долги. Но, вы должны понимать, юный господин, я купил ядро за огромную цену и для меня было бы расточительно, отдать вам товар, не окупив его. Я готов поступиться и сделать вам скидку в двадцать тысяч камней. Если конечно вы все же заберете товар.

Ванчей кивнул головой на остальных присутствующих, которые сидели в ожидании.

По помещению прошелся раскатистый смех. Было в нем нечто зловещее и угрожающее.

— Двадцать тысяч?! Да, меня предупреждали, что у тебя славное чувство юмора. Ох, не думал, что столь важный и богатый человек оценивает свою жизнь в какие-то жалкие двадцать тысяч камней. Ха!

Лицо торгаша скривилось. Вопрос уже был не столько в возврате долга. Будучи представителем незаконной торговой организации и имея большие успехи, естественно Ванчей обладал колоссальным самолюбием, которое сейчас было технично задето Ивором. Сложно не придавать важности своей личности, когда имеешь столь великое количество денег.

Мужчина стиснул зубы и тихо рыкнул.

— Пятьдесят тысяч…

— Уже интереснее, но все равно как-то маловато. Столько ты платишь своим головорезам? По пятьдесят тысяч, чтобы они ставили свою жизнь дешевле твоей?

Ванчей тяжело выдохнул. Он понимал, сколько ему нужно скинуть, чтобы удовлетворить это трансцендентное существо перед ним, которое по силе равнялось уровню великих князей. Понимал, но жадность преобладала в его сердце.

Еще несколько мгновений он сомневался, но, похоже, сдался.

— Я отдам тебе ядро за сто пятьдесят тысяч. Это самое большее, что я могу сделать. Но на этом мой долг за жизнь будет выплачен сполна.

Ивор улыбнулся, хотя эта улыбка была больше похожа на звериный оскал, что часто отражался на его лице, когда сфера отобрала его эмоции. Он знал, что Ванчей просто физически не сможет скинуть цену еще больше.

Внезапно один из участников вскочил. Это был мужчина с желтыми, как сено, волосами. Его культивация находилась на пике девятого Аркона, что являлось достаточно высоким показателем.

— Вы серьезно? Будете сидеть и молчать, проглотив языки? Да он же желторотый юнец, как может кто-то подобный ему добиться столь великого уровня культивации? А даже если так, то слава о нем звучала бы по всем Увалам. Но вы хоть раз слышали, чтобы юноша до двадцати прорвался на этап Выращивания Древа? Мир полнится слухами! Мы бы точно узнали об этом!

Слова этого мужчины породили сомнения в толпе. Люди начали перешептываться, соглашаясь с тем, что не может появиться настолько сильный человек, без единого слуха о нем.

Чем больше участники обсуждали этот вопрос, тем больше понимали, что их обманывают.

Мужчина, что сказал это, стал медленно поднимать деревянную табличку с номером. Он изначально был направлен своей академией, где собрали все ее деньги, чтобы выкупить именно ядро.

— Ого, у нас тут смельчак. Что же, решил поднять цену? Неплохо — неплохо. А как насчет справится с этим?

Ивор взмахнул рукой. Его широкие рукава взметнулись, а в руках медленно образовался сгусток плотной энергии. Вбирая в себя воздух, энергия вспыхнула белым цветом и воспылала.

Это белое пламя посылало тяжелые импульсы, которые ощущались каждым. Ни у кого не было сомнения, что это энергия этапа Духовного Древа, но конкретнее никто не смог бы определить. Первые ряды моментально ощутили жар от этого сгустка.

— Белое пламя? Неужели этот человек действительно так невероятен?

Девушка на последних рядах воскликнула то, что было в голове каждого. Белое пламя являет себя очень редко, но ясно одно, обладающий им был не только талантлив, но и отмечен невероятной удачей.

Ивор снова обнажил свой оскал.

— Вы так хотите подвергнуть свою жизнь риску? Но, думаете, хоть кто-то из вас достоин того, чтобы умереть от моих рук? Ничтожный мусор под ногами, вы не заслуживаете и капельки моих усилий. А ты! Если так хочешь поднять цену, сначала попробуй остановить мое пламя. Это даже не техника, просто сгусток энергии. Если ты остановишь его, то я готов не только уступить, я оплачу за тебя ядро Берегини. Ну как, стоит того?

На этот раз настал черед мужчины смеяться. Такое щедрое предложение превзошло все его ожидания. Он смотрел на тяжелую энергию белого пламени и, думал, что вполне сможет его остановить, благодаря своей уникальной технике.

Участники аукциона сдвинулись к стенам помещения, оставляя между Ивором и мужчиной с желтыми волосами коридор.

— Когда тебе придется оплатить для меня покупку в двести пятьдесят тысяч камней, помни, ты сам заслужил это своей дерзостью!

Мужчина выставил вперед обе руки, образуя щит из водоворота. Пространство перед его ладонями рябило и скручивалось.

Ивор снова взмахнул рукой, придерживая знак Опоры. Если бы кто-то присмотрелся, то увидел маленькую каплю пота, что впиталась волосами на его виске.

Никто не заметил металлического прута в его рукаве, который создал это белое пламя, но прямо сейчас ему стоило невероятных усилий сдерживать его. Юноша использовал свою энергию, чтобы активировать знак Опоры и поддерживать пламя над своей рукой, иначе оно могло ему навредить.

Ивор сохранял невозмутимость и высокомерие, даже несмотря на тяжесть ситуации. Иного выхода у него не было, он уже ввязался в эту авантюру.

— Думаешь, что твое белое пламя всесильно? Оно никогда не пробьет мой изящный Щит Водоворота.

Все, что произошло дальше, длилось лишь вдох и повергло всех присутствующих в шок, но, чтобы описать это, потребуется некоторое время.

Повернувшись дважды вокруг себя, Ивор придал ускорение сгустку белого пламени и швырнул его вперед. В этот же момент металлический прут в его рукаве рассыпался в пыль.

Мужчина с желтыми волосами не недооценивал силу белого пламени, поэтому использовал сильнейшую защитную технику, что доступна ему на девятом Арконе.

Раздался громоподобный треск с последующим шипением.

Щит испарился в мгновение ока, поднимая кверху белый пар. Следом за щитом белое пламя испарило и личную защиту.

Только в тот момент люди заметили, что сгусток шел под небольшим углом, не имея намерения забрать жизнь водного практика. Однако…

— А! А-А-А-А-А-А!!! ВЕЛИКИЙ ЦАРЬ МОРСКОЙ, ЧТО ЭТО ЗА ОГОНЬ?!

Белое пламя едва коснулось рук мужчины. Основная часть потухла, но ладони вспыхнули огнем. Очень быстро оно передалось на предплечье и ползло к плечу.

Огонь охватывал обе руки, оставляя от них лишь обугленные куски плоти, заставляя мужчину визжать от боли и ужаса.

Он не ожидал, что его щит так быстро рухнет, не оказав никакого сопротивления, но сейчас его разум затмила ужасающая боль.

Вопли мужчины раздались в сердцах каждого присутствующего. Они видели силу этого щита, многие признавали, что не каждый пробился бы сквозь него, но белое пламя пролетело так, будто бы не существовало никакого водоворота.

Пламя продолжало подниматься по рукам мужчины, сопровождаемое криками боли и ужаса. Кто-то из рядом стоящих образовал водяную струю, в попытке потушить, но пламя не поддавалось.

Это продолжалось еще пару вдохов, пока один из участников не вынул обоюдоострый меч и быстрым, четким движением не обрубил горящие части рук. Так пламя не передалось на тело мужчины, а отрубленные руки сгорели, превратившись в серые кучки пепла.

От произошедшего разум покинул мужчину, заставив рухнуть на пол. Он будет жить, но навсегда останется калекой, только если не найдет одно из трех редких растений или же не достигнет пика Начертания Рун, по легендам на нем практик может вернуть утраченные органы или конечности.

Участники аукциона смотрели на Ивора с ужасом, и в то же время трепетом. Только что он подтвердил свою силу. Даже рыжеволосый и когтистая женщина поумерили свой пыл и молча проявляли уважение перед силой.

— Кто-то еще хочет, чтобы я продемонстрировал свою силу? Как и обещал, вы, ничтожества, недостойны умереть от моих рук, но это не мешает мне оставить вас калеками или разрушить культивацию. Если возражений больше нет, то я забираю ядро.

Ивор небрежно вынул из сумки три пузатых мешка, которые с отвращением бросил на трибуну, где стоял Ванчей.

Тот немного растерялся, оглядывая собравшихся практиков. Казалось, его глаза искали какой-то помощи. Сердце сжималось от досады. Он никак не хотел продавать ядро всего за сто пятьдесят тысяч духовных камней.

— Что стоишь? Хочешь пересчитать? Так у вас ведутся дела с достопочтенными гостями? Я уж думал, что обслуживание многоизвестного аукциона Ванчея будет куда приятнее.

— Нет-нет, что вы. Кто посмеет подозревать вас во лжи, после такого представления. Вот, прошу вас.

Наконец Златорукий Продажник засуетился, передавая шкатулку Ивору. Тот приоткрыл ее, проверив ядро.

— На этом, полагаю, мне предстоит откланяться.

Ивор медленно вышел из аукционного дома, оставив после себя тяжелую атмосферу.

Когда он наконец покинул здание, многие выдохнули с облегчением и вернулись на свои места. Аукцион закончен, только сейчас всем должны выдать их предметы и зачесть оплату. Главный лот хоть и продается последним, но вручается, обычно, самым первым.

— Ты хочешь вот так отпустить этого юнца?

Когтистая дама подошла к рыжеволосому, испустив легкий смешок. Ее изящные бедра вильнули в сторону, заставляя мужчину зацепиться за них взглядом.

— А что мы можем? Несмотря на возраст его уровень слишком высок. Даже моих пятерых ребят вне Заревницы не хватит. Ты сама видела, как легко он уничтожил щит Водоворота. Мне с моим уровнем потребовалось бы время и несколько атак, чтобы пробить его, а он…

Когтистая снова усмехнулась, положив руку на плечо рыжеволосому.

— Знаешь, я заметила, как он тяжело выдохнул, когда покидал дом. Думаю, все же ему пришлось постараться, чтобы держать нас в страхе. Что, если мы объединимся. Ты и твои пятеро, я со своими шестью девочками. Думаю, нас хватит, чтобы остановить его. А ядро как-нибудь поделим. Но главное, отомстим за такое унижение.

Огонек мелькнул в глазах рыжеволосого. Его выражение лица приобрело здоровый и даже хитроватый вид.

— Ты права. Я должен раздавить его за то, что он обманом заставил меня заплатить за Птицекрылку целое состояние! Никто не смеет оскорблять Военега.

Когда эти двое подошли к Ванчею, Видящая внезапно вскрикнула, чем обратила на себя внимание всех оставшихся.

Ванчей вопросительно поднял бровь и подошел к девушке. Она что-то тихонько говорила ему на ухо, отчего лицо Продажника медленно кривилось.

— КАК! Как нет пятидесяти тысяч? Посмотри внимательно!

— Господин, я все посмотрела. В мешочках изначально было только сто тысяч. Иначе остаточная энергия пятидесяти тысяч камней была бы заметна.

Мужчина сжал кулак и треснул по трибуне. На его лбу проступили вены, а лицо стало еще более противным, краснея, и искажаясь в противной гримасе. Он повернулся к троим высоким Берканцам, и взревел.

— Найдите его. Мне плевать как, жизни не пожалейте, но заберите у него ядро!

Когтистая наклонилась к Военегу и улыбнувшись нежно шепнула.

— Кажется, у нас подкрепление. Или же соперники? Нужно поторопиться.

Получив предметы, мужчина и женщина вышли из района черного рынка и с молниеносной скоростью ринулись к окраинам города.

Они огляделись в разные стороны, в этот момент когтистая сложила знак Гебы, разворачивая свое восприятие.

— Чувствуешь что-то?

— Да, он совсем близко. Видимо верит в свои силы и вовсе не торопится. Нам нужно на север.

Рыжеволосый передал своим друзьям сообщение через деревянную табличку. Его примеру последовала и когтистая, после чего они оба скрылись во мраке ночи.

Где-то глубоко в хвойном лесу Ивор наклонился к корням широкой пихты. Он сгреб снег и провел рукой, распределяя энергию равномерно по верху, чтобы скрыть следы своего присутствия.

После чего побежал дальше на север.

Он двигался быстро, по тропкам, где снег уже значительно осел, все больше отдаляясь от дерева.

Спустя время горения одной лучины он наконец остановился, чтобы перевести дух.

В то же мгновение в его спину глубоко вонзился метательный нож, заставив юношу упасть вперед на одно колено.

Он резко повернулся в поисках атакующего. Такая атака застала его врасплох, не позволяя защититься.

Тот, кто метнул нож и не собирался скрываться. Из сумрака леса вышла когтистая леди, в ее руках было много таких метательных ножей.

— Ох, что же наш великий практик на пике Духовного Древа не смог защититься от обычного ядовитого ножичка? Очень скоро твое сознание покинет тебя, но не страшись, мы успеем повеселиться.

Ивор поднялся, рванув было в другую сторону, но тут же тяжелый удар из-за дерева опрокинул его на землю.

Рыжеволосый усмехнулся, наступив на руку юноши. Он наклонился и презренно сплюнул.

— Уж не знаю, как ты смог запудрить всем мозги и поднять культивацию до этапа Выращивания Духовного Древа, но теперь я вижу. Ха! Какой позор, быть обманутым каким-то птенцом на ранних Арконах. Да меня засмеют в Маяте…

Ивор пытался выбраться, но тщетно. Рана в спине кровоточила, а огненная энергия Военега уже связала его тело.

— Ну ладно-ладно. Даже я, Ривина Ветряной коготь, не смогла распознать такого обмана. Это видимо какая-то заморская техника, не иначе. Но, давай смотреть трезво на эти вещи. Так мы получим ядро, не заплатив ни камешка.

Ривина и Военег засмеялись. Мужчина сильнее надавил на руку Ивора, заставив того взвыть.

Женщина тем временем подкинула несколько метательных ножей, которые зависли над юношей. Каждый из них стал молниеносно опускаться, пробивая руки и ноги парня насквозь. Тело становилось мягким и уже не слушалось.

— Давай найдем ядро!

Пока эти двое упивались победой, Ивор медленно оглянулся, пытаясь развернуть свое восприятие. Только когда он увидел, что группа людей окружила их и удостоверился, что эти практики прислуживали паре перед ним, он улыбнулся уголком рта.

— Ядра нет! Это даже не бездонная сумка, а обычный холщовый мешок!

— Как нет! Мы же напали на его след сразу как он вышел, у него даже не было времени спрятать его где-то по дороге, иначе мы бы ощутили энергию ядра!

Женщина в недоумении приставила нож к горлу Ивора и злобно процедила сквозь зубы.

— Куда ты дел ядро! Говори, сопляк! И тогда может мы оставим твой труп целым.

Внезапно Ивор рассмеялся. Да так громко, что лесное эхо вторило его смеху.

Это заставило Военега напрячься. Ни один человек не будет так смеяться, видя свою смерть.

Ривина же придавила нож к горлу, так, что по нему покатилась струйка крови.

— Он в истерике от страха своей смерти. Это нормально. Нужно привести его…

— Придурки! — сквозь смех Ивор прервал женщину. — Вы так боялись, что вас обдурил какой-то юнец на ранних Арконах. Но вы даже не представляли, что он сделал это дважды, ха-ха-ха!!! Вы поймали лишь воздух.

Внезапно тело юноши превратилось в лед и медленно рассыпалось прямо на глазах тех, кто взял его в плен.

Тем временем далеко позади фигура в темно-бирюзовом одеянии достала из-под корней дуба бездонную сумку. Заглянув в нее человек удовлетворенно кивнул и растворился в воздухе. Только лишь линия изморози указала его путь на восток.

Глава 87. Слушай урок своего мастера

«У тебя отлично выходит играть высокомерного злодея, я почти поверила. Если бы не знала, что ты сдерживаешь свое сердцебиение».

«Знаешь ли! Там любое неверное движение и они бы набросились на меня словно стая голодных волков. Но в итоге все прошло практически идеально. Я даже умудрился облапошить Ванчея на пятьдесят тысяч камней».

«Я не думала, что у Ольги будет подобная техника. Она конечно не дотягивает до тех божественных вещей, что я видела, но для мира смертных — вполне уникальна».

«Для точного сходства я ему и внутренний голос дал, так что мой клон даже разговаривал с тобой в голове».

Звездочка лишь фыркнула в ответ.

Ивор пробирался сквозь заснеженный хвойный лес. Ночь была и так непроглядно темной, так еще и густые деревья заслоняли единственный источник света — ряд небесных огоньков, именуемых звездами.

«Я успела подглядеть. Это очень хорошее ядро существа водного атрибута. Настолько, что даже ты унаследуешь часть силы, когда я поглощу его».

«Для начала нам нужно встретить Ольгу. Она должна ждать нас в двух верстах на восток. Когда вернемся в Ледяные Истины, тогда и решится судьба ядра Берегини».

«Что? Но разве ты не для меня его добывал?»

«Хм, Звездочка, пойми правильно. Ольга потратила целое состояние за это ядро, даже несмотря на мой небольшой вклад в виде усилий. И именно ей распоряжаться им. Если она вручит его мне, несомненно я буду рад, но, если оно необходимо для ее сестры, я не посмею просить. А у нас с тобой еще будет шанс добыть необходимый артефакт. Не забывай, на данный момент мы нацелены на сердце охранника Калинова Моста, что идет через Смородину».

«То есть ты ставишь своего мастера выше чем меня? Ту Валькирию, с которой ты путешествуешь с самого начала?! Ты меня разочаровываешь!»

«Дело вовсе не в этом. Естественно я ставлю тебя выше всех потребностей, но есть вопрос чести и совести. Я не могу пойти против принципов и…»

Звездочка брызнула смехом.

«Что? Ты смеешься? Серьезно?»

«Ох, Один… Ты все еще совсем глупый, даже несмотря на длительность нашего путешествия. Эта Валькирия не столь капризна, чтобы поступиться вопросами чести и принципов. Я все прекрасно понимаю. Это ядро Ольги, и, если она распорядится им иначе — это полностью ее право».

Ивор выдохнул. Он не помнил, когда Валькирия начала шутить, но… кажется это было именно его влияние. Раньше за ней подобного не замечалось.

Прошло некоторое, прежде чем юноша преодолел пару верст и, наконец, встретил Ольгу.

Она встретила его, прислонившись спиной к ели. Кажется, она витала в своих мыслях, но едва снег под ногами Ивора заскрипел в зоне ее слышимости, глаза Ледяной Девы открылись.

Юноша передал ей шкатулку, вынув ее из бездонной сумки.

— Как все прошло?

— Можно было и лучше. Но результат есть, так что…

— Камней хватило?

Ивор открыл было рот, чтобы ответить, но в этот момент мимо него пролетела металлическая стрела.

— Вижу, что нет. Что ж, я и не надеялась уйти по-тихому.

Из-за деревьев показалось еще несколько бликов. Стрелы двигались быстро и почти незаметно.

Раздался треск.

Все они были остановлены ледяной стеной.

— Они думают, что в заснеженном лесу у них есть хотя бы мизерный шанс против практика льда?

— А что, нет?

Тяжелый подзатыльник посетил Ивора.

— Конечно нет, это наша стихия.

Ивор пробубнил что-то вроде «с таким мастером и ран от врагов не нужно».

Наконец, три берканских наемника показали свое лицо. Все они были на ранней стадии Выращивания Духовного Древа.

Не дожидаясь очередной атаки Ольга изящно сделала шаг вперед и растворилась в снегу.

В то же мгновение один из наемников завопил, хватаясь за зияющую дыру в своей груди. Каким могуществом нужно обладать, чтобы вот так просто одним ударом убить практика на этапе Духовного древа?

Ольга повернулась, тут же отбивая своей голубоватой мантией очередные металлические стрелы.

— Слушай внимательно урок своего мастера. Если битвы не избежать — бей первым. Без сожаления и, желательно, насмерть!

Ледяная дева, словно танцующая птица уворачивалась от свирепых атак практиков металла. Она, как шелковая лента огибала удары клинков и проходила меж ними.

Каждое движение Ольги было идеальным, выверенным до расстояния половины пальца. Она превосходила противника во всем. В силе, в скорости и даже в красоте ведения боя.

В три вдоха она буквально уничтожила оставшихся двух наемников. Тех, кто славился чуть ли не самыми лучшими наемниками, а также великолепной троицей, защищавшей Ванчея.

Ивор завороженно смотрел на происходящее. Хоть и в темени леса это выглядело, как мерцание нескольких огней. Ольга впервые вела сражение перед ним. Он только сейчас ощутил, насколько действительно сильной является его мастер. Она практически не использовала внутренней энергии, чтобы устранить трех убийц.

Отпустив окровавленное, полузамерзшее тело берканца, Ольга как ни в чем не бывало пошла в сторону Ивора.

— Урок второй. Всегда будь начеку, даже если твой последний противник упал замертво.

Она подняла руку и всего двумя пальцами поймала короткий метательный нож прямо у основания. На его лезвии блестела желтоватая жидкость.

В следующее мгновение она повернулась и резкими, быстрыми движениями отбила еще пять ножей.

Из темноты появилась Ривина. На ее лице отражались одновременно недоумение, злость и удивление.

— Значит заморыш решил позвать на помощь свою мамочку? Не думайте, что я отпущу вас из этого леса с ядром. Но, если вы добровольно отдадите мне его, я, возможно, сделаю вас своими послушными собачками.

Ольга с презрением оглядела женщину перед собой.

— С каких пор шлюхи из Стенающих Вершин начали разевать свой рот? Вы пали настолько низко, что стали заказывать яды у Змееведа?

В темноте было крайне сложно определить своего противника, поэтому Ривина на мгновение запнулась. Она не ожидала, что ее принадлежность к академии Стенающих Вершин раскроют так быстро, тем более, для пущей маскировки она использовала яды Тундрового листа.

— Кто…

Ривина не успела договорить. В то же мгновение с правой стороны вылетел рыжеволосый. Оранжевое пламя взметнулось к небу, а тяжелый удар нацелился на Ольгу. Свирепый словно тигр Военег несся вперед. Позади него пламя образовало проекцию большого огненного мака.

Столкновение породило небольшой взрыв, разметав снег в разные стороны. Поднялся нешуточный ветер, отчего Ивор закрыл руками лицо. Военег отскочил назад и усмехнулся.

— Не такая уж и сильная мамаша у этого пацана.

Оранжевое пламя в его руках переливалось, освещая небольшой клочок местности.

Как только снег улегся, практик пламени увидел целую и невредимую фигуру женщины, что витала в воздухе.

— Говоришь не такая уж и сильная. Ха! Эта «мамочка» сейчас покажет непослушным детям, что не стоит лезть в дела взрослых.

Ольга вскинула руку вперед. Энергия льда вырвалась из ее ладони, формируя громадную спираль, несущуюся на противника.

Тут же она протянула другую руку в сторону, блокируя очередные метательные ножи, но уже с другой части леса. Приспешники Ривины уже подоспели на место битвы.

Сама же Ривина, схватив Военега образовала воздушный щит и ветреный переход, что увел их из-под удара.

— Какие ловкие детишки. Но у меня для вас плохие новости. Раз уж вы видели мое лицо и знаете, об участии в аукционе, мне придется вас оставить тут. Навсегда холодными, в вечном молчании. Ибо репутация дороже. — Она повернулась и бросила через плечо. — Разберись с мелочью, пока я управлюсь с этими двумя.

Ивор кивнул, выслеживая глазами практиков Ривины.

В темноте сложно было определить, где враг, но глаза любого практика также обладали особым восприятием духовной энергии, что позволяло вести бой даже в кромешной темноте.

Ривина выкинула вперед двенадцать отравленных ножей. Они, подхваченные ветром, полетели по разным траекториям к Ольге, но столкнулись лишь с бриофитовым щитом. Сама Ледяная дева бросилась вперед.

Военег поднялся на ноги, покрыв кулаки огненным слоем.

Проекция мака снова разгорелась за его спиной, разбрасывая всюду пыльцу, которая топила снег за считанные мгновения.

Его мощные удары и всплески огня Ольга запросто отклоняла руками, а ледяная энергия, что всегда витала вокруг ее тела, формировалась в щиты, отражая ветряные атаки Ривины.

Ледяная дева, будто хищник играла с добычей, блокируя бесконечные атаки этих двоих. Было очевидно, что она очень давно не участвовала в реальном бою и на данный момент просто разминалась.

Тем временем на Ивора набросились три тени. Их пламенные атаки несли за собой тяжелую огненную энергию. Но Ледяной мох с легкостью блокировал их.

Всего вокруг он насчитал пять теней. Еще шестеро сидели на деревьях, забрасывая его отравленными ножами, которые, впрочем, также отскакивали от бриофитового щита.

«Ну, не пропадать же добру», подумал Ивор и вынул сразу три прута.

Белое пламя вырвалось вперед колоссальными взрывами, которые сотрясали само пространство.

Двое из пяти теней полыхнули моментально, оставляя от себя лишь обугленные трупы.

Из-за столь внезапной атаки они даже не подумали, что потребуется самая сильная защита, поэтому столь мощная энергия белого пламени не встретила никакого сопротивления.

Следом он сложил знак Истока и ледяные лезвия вылетели в сторону теней, сидящих на деревьях, но не нашли свои цели.

Те фигуры, что были ближе перешли в наступление.

Оранжевое пламя металось из стороны в сторону, на мгновение освещая поле битвы. Ивор уворачивался от атак интуитивно, хотя Ледяной мох мог поглотить еще с десяток. Даже несмотря на разницу в несколько Арконов он чувствовал себя прекрасно. Будто противники были даже слабее чем он.

В какой-то момент Ивор заигрался и пропустил тяжелую атаку. Защита не выдержала, потрескавшись. Огненный кулак прорвался к телу юноши, расплавляя его личную защиту.

Но ледяной практик успел среагировать, пусть и не так, как хотел.

На одной реакции, не думая, он сделал шаг назад и вытащил первый попавшийся артефакт.

И к несчастью это оказалась фиолетовая табличка.

Лес сотрясло так, будто на землю свалилось само солнце.

Огромная волна белого пламени вырвалась вперед, испепеляя все на своем пути. На мгновение стало настолько светло, будто наступил яркий день.

От теней, стоящих возле Ивора не осталось и следа.

Эта ужасающая атака сковала сердца всех присутствующих, в том числе и юноши, который смотрел, как рассыпается в его руках табличка.

Фигуры, которые выжидали на деревьях, напрочь забыли о том, что необходимо атаковать.

Мощь этого всплеска энергии действительно можно сравнить с той, что использует практик на поздней стадии Выращивания Духовного Древа.

Но помимо этого, на другой части поля боя тоже произошло нечто необычное.

Когда лес осветила яркая вспышка, Ривина наконец отчетливо увидела своего противника

Женщина застыла в ужасе, осознавая правду.

— Нам нужно бежать… слышишь?! Мы умрем здесь.

Военег поднял взгляд и прищурился.

— О чем ты? Бежать от какой-то ледяной бабы и ее сынка, что за позор, мы их мигом.

— Ты идиот… Это Ледяная Дева Исы! Если бы я знала. Если бы… Наша встреча с ней означает то, что мы уже мертвы. Болван! Пока не поздно, нам нужно вымолить прощение!!!

У Военега дернулся глаз. Хоть по лицу было сложно сказать, но Ривина отчетливо слышала ускоряющийся стук сердца. Его сковал неподдельный страх.

Они только что подняли руку на человека, что являлся пятым по силе во всем Русском каганате.

Более того. Это была самая хладнокровная, жестокая и опасная из всех, кто мог им попасться.

Ледяная Дева Исы, слухи о которой достигают даже самых далеких городов.

Говорят, в первой войне против хазар она в одиночку перебила сотню демонических культиваторов. Таков был ее истинный гнев.

Ривина отпрянула назад и упала на колени. Жестом она отозвала своих приспешников.

Послышался тяжелый удар.

Под уже растаявшем от пламенных атак снегу виднелась земля, о которую Ривина снова и снова билась лбом, широко замахиваясь и не щадя себя.

Вскоре, после пяти или шести ударов с ее лба потекла кровь.

— Прошу! О великая Ледяная Дева Исы! Простите нашу слепоту, мы и подумать не могли, что это действительно вы!!!

Удар!

— Наша ошибка непростительна, но я готова на все, дабы искупить вину!

Удар!

— Позвольте вымолить у вас свою жизнь!

Ольга также остановила потоки своей энергии и вальяжно опустила руки. На ее лице появилась улыбка разочарования. Она прошептала что-то, что никто не услышал.

— Так всегда… Даже размяться не выходит.

Женщина перевела взгляд на Военега.

Тот тоже склонился на колени перед ней и начал биться лбом о землю.

Это было ужасно, постыдно, невероятно унизительно, особенно для практика огня. После такого его гордость вряд ли восстановится, но…

Все это не важно, перед страхом потерять жизнь.

Если ранее трансцендентное существо, в виде парня на пике поздней стадии Духовного Древа просто испугал их, то теперь в душе обоих поселился неподдельный ужас. Будто они встретили самого Чернобога, который утягивал их в чертоги своего небытия.

— Умоляю, сохраните наши жизни. Но даже если и нет… Хотя бы оставьте моих девочек. Они лишь исполняли приказы, их вины нет в моей ошибке.

Ольга смотрела на Ривину сверху вниз, молча наблюдая за бесконечной мольбой.

Когтистая женщина не осмеливалась поднять взгляда, но молчание Ледяной девы говорило о том, что прощение еще далеко.

Не задумываясь ни на секунду, Ривина вынула два широких клинка и подбросила в воздух.

Поток ветра подхватил их, заставляя парить.

Женщина выставила в сторону правую руку, а клинки, словно гильотина обрушились вниз.

Рука безжизненным обрубком упала на землю, оставляя брызги крови.

Ривина не издала не звука, но ее лицо исказила боль. Она зажмурилась лишь на мгновение, а после положила отрезанную руку перед собой.

— П… прошу. Примите это в качестве моего наказания. И… — она повернула голову в бок. — Я приказываю, забыть о мести. С этого момента отряд Ветряного когтя больше не существует. Уходите!

Тени послушно склонили головы и исчезли.

Военег сидел в ужасе, не решаясь даже пошевелиться, однако в его сердце появилось восхищение решительностью Ривины.

Ольга повернулась к Ивору. Тот все еще стоял в шоке. Он видел все представление, и сложно было сказать, что его удивляло больше, отношение практиков к его мастеру или табличка, которую сделал для него Рисбо.

Ольга подошла к ученику и положила руку на его плечо.

Жест полного обладания.

— Урок номер три. Твоя репутация должна быть чистой и тяжелой. Только тогда она будет работать на тебя. Так ты избежишь ненужных проблем. Ты вроде хотел спокойствия, верно? Так вот, когда твоя репутация будет вселять ужас в сердца при одном лишь упоминании, только тогда ты сможешь подумать о мимолетном спокойствии. А теперь иди, подготовь Духовных Сов к путешествию.

Ивор почтительно кивнул и направился к месту, откуда они должны были лететь.

Когда юноша скрылся в деревьях, Ольга вновь повернулась к Ривине и Военегу.

— Твой разум уже касалась тяжесть убийства, но тем не менее, я бы не хотела давать тебе четвертый урок. — прошептала она.

Военег в недоумении нахмурил брови, но все еще не смел поднять взгляда.

Ольга сложила простой знак Истока и выпрямила руку.

Две остроконечные сосульки молниеносно пробили головы двух человек, сидящих перед ней на коленях.

— А урок этот весьма прост. Всегда избегай последствий.

Ледяная дева исчезла.

Вскоре, в различных участках леса послышались приглушенные женские крики.

Все, как и сказала Ривина. В тот день отряд Ветряного когтя перестал существовать.

Глава 88. Даже после суровой зимы наступает весна

Ивор подготовил своеобразные седла и подкормил Сов. Они радостно ухали, видимо заскучали, пока ждали своих наездников.

Он знал, что мастер уладит ситуацию, поэтому даже не оглядывался.

Наконец среди деревьев показался силуэт Ледяной Девы.

— Ты нашел то, что просил тебя артефактор? То, о чем ты говорил на пути сюда?

— Нет, к сожалению камень душ ушел из-под молотка, я не смог сторговаться.

— Что ж, тогда повезло. Тот рыжеволосый любезно одолжил мне вот это.

Ольга кинула Ивору темно-бордовый камень размером с кулак. Это был тот самый резервуар с душами смертных, который купил Военег.

Женщина не удостоила Ивора взглядом и легким прыжком оказалась на Духовной Сове.

— Нам пора. Тренировки не завершатся сами.

…

Полет прошел быстро и без происшествий. Ледяные Истины, как обычно возвышались комплексом ледяных башен и прекрасным дворцом.

Ольга ушла к себе в кабинет практически сразу по прилету, а Ивор еще какое-то время думал о произошедшем. Как оказалось, он еще многое не знал о своем мастере. Ее на самом деле боялись и уважали. Только идиоты вроде Змееведа и его паршивого ученика могли спровоцировать ее.

Холод пробирал до самых костей. Обычный смертный уже бы давно продрог, даже укутываясь в несколько слоев меховых шкур. Но Ивор, переживший давление Ледяного пруда мог спокойно переносить такую погоду.

Он сидел на воротах академии и смотрел вниз, где на улицах мелькали люди.

Юноша даже толком и не знал жизни смертных. Деревня, откуда он родом, насчитывала не так много людей, но там практики и смертные жили в гармонии. Однако, если смотреть на остальное. Чем больше город, тем сильнее различия между жизнью практиков и смертных.

Мысли о доме и беззаботном детстве посетили его голову и сердце ностальгической грустью.

— О чем думаешь?

Ивор поднял взгляд, обнаружив, что рядом с ним сидит Лиска. В задумчивости он даже не заметил, как она подошла. Или же всему виной ощущение безопасности на территории Ледяных Истин.

— Ни о чем конкретном. Так, вспоминаю беззаботные деньки.

Девушка тяжело вздохнула, на ее лице отражалась некая печаль. Она хотела что-то сказать, но видимо ждала какого-то толчка или знака.

— Что случилось?

Вопрос Ивора заставил ее встрепенуться.

— Рисбо… Он странно себя ведет последний месяц. Но вот уже два дня он сам не свой. Он также тепло ко мне относится, но будто над чем-то работает на износ. Мне не говорит. Я уже и не знаю, что думать. А по ночам…

Девушка резко замолчала, пытаясь прислушаться к сердцу, она не знала, стоит ли говорить что-то подобное.

— Не томи. Рисбо хоть и редкостный засранец, но он хороший и простой как два медяка. Не думаю, что от этого возникнут проблемы. В любом случае, я поговорю с ним.

Лиска посмотрела ясными глазами на Ивора и утвердительно моргнула, выражая благодарность.

— Неделю назад, после полуночи я возвращалась из комнаты для культивации. Кажется, я подбираюсь к прорыву, поэтому мне приходится тратить больше времени. И случайно увидела, как Рисбо покинул свою мастерскую. Он шел к северным воротам, а перемахнув через них, скрылся, я не успела разглядеть следы.

— Ну, чего в этом такого? Парень сидит взаперти уже долгое время. Ночь — единственный момент, когда он может прогуляться.

— Через две ночи я снова увидела, как он уходит тем же маршрутом. На этот раз я была готова и проследила за ним. Он покинул Зимницы. В хвойном лесу я снова потеряла его след, но рано утром он уже был в своей мастерской. Я не знаю, что и думать.

Ивор многозначительно хмыкнул. Ситуация действительно выглядела странно. Он поразмыслил над этим, после чего решительно посмотрел на Лиску.

— Не переживай. Я поговорю с ним об этом.

Лиска ушла, а вслед за ней и Ивор. В задумчивости он дошел до комнаты Рисбо. Тот, будто ждал его и, не дожидаясь стука отворил дверь.

— Ну что, как житие-бытие?

Юноша был без маскировки и выглядел достаточно помятым. Синяки под глазами виднелись отчетливо даже на его смуглой коже.

— Ты вообще спишь? Уже на енота похож.

— А… Да тут это… дела-дела.

Ивор нахмурился. Было непривычно видеть Рисбо таким неэнергичным. Он вошел в комнату и осмотрелся. Все было в привычном беспорядке.

— Это тебе.

Юноша вынул из сумки камень душ и положил на стол.

— О! Отличный камешек. Наконец я смогу проверить свои догадки.

Он схватил камень и припрятал его в выдвижной ящичек стола.

— Твои артефакты. Я использовал не все, но… Это и правда нечто. Запихнуть настолько громадную силу в маленькую табличку. Как тебе это удается?

Рисбо застенчиво улыбнулся.

— Ну, оно-то дело не сложное. Ледяная Дева дала мне энергию, а я лишь распихал ее по артефактам, зациклил потоки да вывел наружу. Все что остается, это послать импульс для активации. Дерево и горный металл лучше всего проводят энергию. Так что плетения можно сделать более сложными, не потеряв в скорости, и не страшась потерпеть неудачу.

Ивор шел, просматривая книжные полки. Он не столько слушал Рисбо, сколько думал о своем.

— Рисбо. Куда ты ходишь по ночам?

— А?

Лицо юноши резко побледнело. Он сделал шаг назад, сердце его сжалось, а руки дрогнули.

— С чего ты взял что я…

— Лиска видела тебя несколько раз. Рисбо, если твои намерения идут против академии, ты знаешь, я это так не оставлю!

Артефактор тяжело выдохнул и обреченно подошел к столу. Он вытащил небольшую баночку, форму в виде знака богини Лады (богини весны и любви) и кучу каких-то неизвестных инструментов.

— Что это? — недоуменно спросил Ивор.

— То, куда я ухожу, то отчего я не сплю по ночам и то, почему у меня такие пальцы.

Он показал свои руки, на них было множество ожогов.

После небольшой паузы Рисбо все же поборол смущение и продолжил.

— Совсем скоро весна. А это пора сердечных настроений. Знаешь, я тут не так долго, несколько месяцев. Но… Лиска стала для меня чем-то действительно важным и дорогим. Ради нее я готов пойти на все. Вот и подумал, что хочу сделать ей подарок в честь весеннего дня. Откопал в книгах знак вашей Богини любви. А это, — он ткнул на банку. — смола северной карликовой сосны…

Лицо Ивора внезапно изменилось. Он совершенно иначе смотрел на Рисбо, после его откровений, но удивило его другое.

— Смола северной сосны? Но как? Мало того, что дерево необычайно редкое, так еще и смолу с него можно получить раз в двадцать лет, и всего неделю. Она дает лишь по капле в день. — Ивор перевел взгляд на баночку. — И ты собрал столько?

— К северу от Ледяных Истин, глубже в лес, несколько горящих лучин пути. Я нашел одну, она совсем-совсем юная. Приходится возиться, а еще, я могу выходить только ночью, чтобы никто не видел. Ох, только не говори Лиске! Я хочу ее удивить!

Ивор подошел к столу. Он смотрел на собранную смолу и то, как Рисбо пытался выжечь из нее знак Лады. Это было тонкое изделие, требующее твердой, уверенной руки, высокого самообладания и долгой, кропотливой работы. Краем глаза он увидел несколько неудачных попыток в глубине шкафчика.

Сомнения растворились в сердце Ивора, и он похлопал Рисбо по плечу.

— Думаю, когда ты закончишь, Лиска будет в восторге. Но, постарайся быть аккуратнее. Заставлять свою женщину беспокоиться — все равно что расстроить ее.

Ивор вышел, оставив артефактора наедине со своим изделием. Тот облегченно выдохнул. Понимание его друга превзошло ожидания.

…

На следующий день Ивор с самого утра медитировал в массиве Ледяного Самоцветного Пруда. Его сердце было спокойным, как горное озеро, разум чистым, как первый снег, а воля тверда, как самый крепкий алмаз. Он сидел несколько часов, пока не удостоверился, что полностью готов к сегодняшней тренировке. Юноша намеревался преодолеть барьер в пятьсот верст.

Когда его глаза открылись, он увидел перед собой Ольгу. Она смотрела в водную гладь пруда. Будто почувствовав, что ее ученик закончил, она сказала.

— Сегодня будет тяжелый день.

Ивор вопросительно посмотрел на мастера.

— Я сказала тебе далеко не все, что должна была изначально. Но знаешь, ты был и остаешься некой надеждой на то, что я наконец верну хотя бы частичку себя. На самом деле этот пруд…

— Намного глубже. Я знаю. Мне довелось познакомиться с вашей сестрой.

Ивор слегка улыбнулся. Он впервые видел недоумение на лице своего мастера.

— Она рассказала тебе?

— Да. Про две с половиной тысячи верст, про кувшинку, про то, как ее жилы были разрушены.

— И после этого ты не подумал, что я тебя использую?

— Сомнения были, но какая разница? Даже если так. Вы, как мой мастер, вложили в меня много сил, чему я очень благодарен. Вы могли силой принудить меня к тренировкам и угрозами заставить лезть в пруд снова и снова. Но вместо этого каждый раз у меня был выбор. Начиная с самого турнира, вы никогда не принуждали меня к чему-то и не просили ни о чем. И сейчас, если вы спросите меня, есть ли человек, которому на данный момент я доверяю также, как себе, то я несомненно назову вас, своего наставника. И если нырнуть в этот пруд и достать кувшинку будет хотя бы малой частью того, что я могу вам отплатить за эту доброту и веру в меня, то я без тени сомнения сделаю это.

Ольга смотрела на юношу перед собой. А сердце ее покалывало так сильно, как никогда раньше. Ее глаза самую малость наполнились влагой, а в голове звучали слова, что она слышала когда-то в далеком прошлом. «Я доверяю тебе, как себе. И несмотря на опасность, я без тени сомнения рискну ради тебя жизнью».

Эти слова были высечены в ее сердце и годы сделали их еще более тяжелыми.

Она сделала шаг вперед и обняла Ивора.

Он чувствовал ее сладкий и нежный запах, ощущал невероятное тепло, которым дышало все ее тело. Сердце колотило с бешеной скоростью, заставляя кровь приливать к голове. На секунду показалось, что он уже совсем не соображает.

Юноша стоял в ступоре, чувствуя, как краснеет его лицо. Он совершенно не ожидал такого от мастера. Она, обычно холодная и скупая на слово, сейчас будто обрела для него самую нежную и человечную свою ипостась.

Объятия длились лишь миг, после чего Ольга взяла себя в руки и отстранилась, будто ничего и не было. Ивор не рискнул спрашивать об этом.

Ледяная дева достала из своего пространственного кольца небольшой шар сине-голубого цвета. В нем, казалось, бушевало море. Вода переливалась и пенилась внутри, являя собой целый мир, невероятный и глубокий. От шара веяло прохладной водной энергией, которая заставляла тело тянуться к нему, как к первозданному естеству.

— Вы отдаете Ядро Берегини мне?

— Для моего личного ученика ты все же малость глуповат. Изначально мы шли за ним, ради тебя. Если мой ученик нуждается в ресурсах для увеличения своих сил, то я обязана их предоставить. Оно твое. Но, мой совет, поглотить его нужно в Ледяном Пруду. Там оно пропитается еще и ледяной энергией, тогда эффективность будет куда выше.

Ивор взял ядро двумя руками и бережно уложил на ткань сумки.

— Тогда, я начну прямо сейчас.

Юноша аккуратно сложил свои вещи, оставшись лишь в свободных штанах. Крепко сжав ядро, он нырнул в Ледяной Самоцветный Пруд.

Ольга сморщилась.

— Ты очень жестока! Мало того, что рассказала ему все до меня, так еще и следишь за нами.

На платформе выше начал собираться снег, образуя тонкую и изящную фигуру. Девушка села на край, закинув ногу на ногу.

— Не забывай. За столько лет я почти слилась с этим массивом. Поэтому чувствую все, что здесь происходит. Так что не обвиняй меня в слежке, я делаю это ненамеренно.

Ледяная Дева тяжело выдохнула. Спорить с сестрой было сложно, ведь почти всегда она оказывалась права.

Юлия улыбнулась, всматриваясь в, казалось бы, безэмоциональное лицо сестры. Только она могла различить на нем какие-то настроения.

— Не думала, что ты проявишь какие-то чувства, спустя столь долгие годы. Хотя, признаться, мне приятно видеть, как ты ожила, с приходом этого мальчишки в твою жизнь. Не знаю, оттого ли это, что парень так напоминает тебе Пересвета, или же потому, что он единственная надежда на мое спасение. Но я знаю одно. Год за годом ты теряла себя, ты ушла так глубоко, что, я думала, никто уже не в силах вытянуть тебя из этого болота. Но появился Ивор, и вот, Ледяная Дева уже не такая уж и ледяная.

— Брось, это просто небольшая женская слабость. Ты сама заметила, как он похож на него. По словам, действиям, по характеру. Сложно забыть то, что было для тебя всей жизнью. Но это не важно. Куда важнее сейчас восстановить тебя. Это для меня главный приоритет.

Юлия грустно усмехнулась, глядя куда-то вдаль.

— Ты всегда была глупышкой, когда дело доходило до расставления планов на жизнь. На то ты и младшенькая. Оленька, я скажу тебе лишь одно. Даже после самой затяжной и суровой зимы обязательно наступит весна.

Тело Зимницкой-старшей медленно превратилось в белый снег, растворяясь в пространстве Ледяного массива.

Ольга перевела взгляд на уже давно успокоившуюся гладь пруда.

— Весна говоришь…

…

Ивор плыл вперед, думая лишь о своем пути.

Достигнув четыреста девяносто девятой версты, он остановился перевести дух.

Здесь давление ощущалось уже очень тяжелым. Еще одна верста, конечно, не составляла проблемы, но вот зайти на пятьсот первую уже казалось практически невозможным. Все предыдущее давление увеличивалось в два раза.

Аккуратно добравшись до отметки в пятьсот верст Ивор поднял перед собой Ядро Берегини.

Сила его полностью раскрывалась именно в воде, и сейчас он буквально физически ощущал испускаемую им энергию.

«Еще один шаг в нашем приключении, ну что, ты готова?»

«Ивор, это будет непросто, как для меня, так и для твоего тела. Необходимо сдерживать потоки водной энергии, пока я не буду готова принять их все в себя. Излишки ты должен удержать в своем теле, иначе не будет смысла. Чем больше артефактов я поглощаю, тем сильнее должен быть ты, в противном случае ты не сможешь удерживать меня в своем внутреннем мире. А вне его я долго не протяну».

«Я сделаю все, что в моих силах».

С этими словами Ивор притянул к себе ядро и медленно поглотил его.

В то мгновение его разум будто слился с Ледяным Самоцветным Прудом.

Глава 89. Путь Велеса

Сознание тихо плыло по водной глади в абсолютном спокойствии. Отрешение от всех чувств и мыслей навело его на всеобъемлющую пустоту. Эта пустота медленно наполнялась сутью.

Суть та не была похожа на что-либо, но отражала кристально-чистые намерения.

Годы сливались в десятилетия. Десятилетия в века.

Холод.

Отсутствие движения.

Полное погружение в пучину отрицания всякой жизни.

Крепость тела и духа, которые позволяют выдержать ужасающий напор и давление.

И наконец.

Ивор открыл глаза.

Перед ним был необъятный океан, а сам он стоял на воде. В его голову приливали знания, подобно озарению. Как катарсис, просветление коснулось его, позволяя постичь самые незыблемые глубины законов Мирового Древа.

Вода — это самое мягкое и слабое существо в мире, но в преодолении твердого и крепкого она непобедима, и на свете нет ей равного. Нет в мире предмета слабее и нежнее воды, но она может разрушить самый твердый предмет.

Податливое и в то же время непреклонное. Вода, которую пьет корова, станет молоком, вода же, которую пьет змей становится ядом.

И если вода — это жизнь, то лед, это скульптура, олицетворяющая суть жизни в ее глубоком сне.

Мудрецы говорят: вода слышит и понимает, но лед не прощает.

Он умеет сохранять вещи чистыми и прозрачными. В этом главная его сущность — сохранять все, как есть.

Лед не отсутствие эмоций, но отрешенность. Познать его можно лишь через горечь утраты, тяжесть обмана, болезненное предательство.

Холод — есть отсутствие тепла, но не отсутствие жизни.

Ивор провалился под воду. Он тонул. Все попытки выплыть оказались тщетными, вода утягивала его все глубже, лишая возможности любого движения. Знания продолжали литься через его разум. Созерцание пустого подводного мира придавало его душе ощущение свежести.

Со временем, горло начало сдавливать тисками, а тело будто выворачивало наизнанку.

Он мерз и одновременно сгорал. Захлебывался и пресыщался воздухом.

Пока его тело шло ко дну.

Годами.

Десятилетиями.

Веками.

Юноша снова открыл глаза. Его сердце бешено колотилось. Прошло только около двух сгоревших лучин времени, но его сознание пережило так много всего, что казалось, будто он тонул вечность.

Перед ним плавала фигура девочки двенадцати лет. Ее белые одеяния медленно трепетали под потоками воды, а персиковые волосы чуть вздымались. Лицо девочки пребывало в мирном спокойствии, а глаза были закрыты.

Она была утонченным воплощением невинности со всей, присущей лишь божествам, красотой и грацией.

Ивор медленно приблизился, взяв Звездочку за руки.

Голубое сияние возникло в местах прикосновения, а энергия юноши стала перетекать в девочку.

Та резко открыла глаза. В голове зазвучал голос.

«Ивор, что-то не так!»

Юноша вопросительно поднял бровь, но в тот момент его сердце будто уколол острый меч.

«Ивор, главное держись!»

Энергия с безумной скоростью покидала его тело, циркулируя между двух тел. Он слабел с каждым мгновением настолько, что еще буквально десять вдохов, и вместе с духовной энергией выйдет и вся жизненная сила.

Острая боль пронзала со всех сторон. В тот же момент он начал ощущать весь холод Ледяного Самоцветного Пруда. Его конечности немели, а разум медленно затухал.

«Звездочка, я не…»

«Еще немного, Ивор, самую малость»

Юноша стиснул зубы до хруста. На одной лишь силе воли он держал глаза открытыми, в то время как из него уже вытекала жизненная сила.

Глаза Звездочки вспыхнули синим. Она открыла рот и свечение вырвалось даже оттуда. Ослепительно яркий, но при этом нежно-синий.

Остатки сознания теплились в его теле, хотя Ивор уже был не способен шевельнуть и пальцем. В окоченелых руках он продолжал сжимать руки Звездочки.

«Эй, знаешь…»

Девочка смотрела на Ивора. Она понимала, как ему тяжело, но не могла ни остановить процесс, ни облегчить его страдания. Валькирия удивилась тому, что он до сих пор остается в сознании и даже может мысленно с ней говорить.

«… я не представляю, какой бы была моя жизнь без тебя. Но сейчас, кажется, что она была бы достаточно скучной. Пусть мы часто не можем найти общий язык, но я очень дорожу тобой. Думаю, не будь тебя, я бы в какой-то момент точно свихнулся, свернув не на тот путь. Поэтому…»

Сияние Звездочки остановилось, Она подхватила Ивора, который внезапно потерял сознание и крепко обняла.

Так, как обнимает любящая сестра своего дорогого брата.

А может быть и того, кто представлял для нее нечто большее.

Изо рта Валькирии покатилась толстая струйка крови, которая алой дымкой поползла вверх, растворяясь в воде.

«Ты отлично справился… А вот я нет. Прости, все оказалось сложнее, чем я думала».

Сияние окатило их двоих, а когда оно утихло, то Валькирии уже не было. Вместо тела девочки с персиковыми волосами на руках юноши оказались продолговатые узорчатые перчатки.

Время будто замерло. Вода в пруду стала завихряться, образуя водовороты энергии водного и ледяного атрибута. Они огромными количествами стали засасываться в тело Ивора через перчатки.

Словно громадный резервуар он впитывал ее, а она разгонялась по его жилам, проходя через киноварное поле.

Энергия циркулировала внутри снова и снова, а время шло.

Так день сменился другим. Цикл повторился трижды.

Наверху Ольга в очередной раз за эти три дня пришла проверить Ивора. Она ощущала, как он плавает на отметке в пятьсот верст, и будто совсем не подавал признаков жизни. Вот только на самом деле энергия внутри него бурлила, будто вода в кипящем чане, а сердце работало, как едва запустившаяся мельница.

— Твой мальчишка удивляет меня все больше и больше. — усмехнулась Юлия.

Ее фигура собралась из снега вслед за прозвучавшим голосом. Но лицо Ольги не изменилось, она была обеспокоена.

— Это очень необычно… Измененное состояние сознания — не та вещь, которую можно пробудить за один сеанс, обычно практики подходят к этому осознанно и в течение долгих лет. Более того, на Арконах пробудить его невозможно.

— Думаешь, ядро Берегини так повлияло на него?

— Ядро не могло дать ему способность к познанию Пути Велеса. Это что-то иное. Подобное волхвы и старцы зовут просветлением. Но я думала, что это байки о культивации Потерянной Эры. Не было еще случая, чтобы практик вот так познал сложнейшее измененное состояние сознания.

— Ты права. Энергия его тела действительно изменилась. Забавно, конечно.

— Что же забавного?

— Небесная Искра, так ты говорила его нарекли родители, так почему же не Путь Сварога?

Ольга тяжело выдохнула.

— Он целеустремленный и справедливый. Хоть и зачастую безрассудный. В нем нет той агрессии и воинственности, присущей детям Сварога. В любом случае, он пока не ступил на Путь Велеса. Все зависит от того, пройдет ли он проверку. Лучше скажи, как твоя сила?

— Никак. Я все еще не могу заглянуть за полотно. Хоть эта моя часть и не зависела от культивации, я все еще не могу собрать силы, чтобы использовать это.

Ольга перевела сложный взгляд на сестру, а после покинула массив. Юлия прекрасно знала, что эта проверка может навсегда запечатать культивацию юноши.

То ли Макошь решила подшутить, то ли судьба Ивора действительно шла самыми незамысловатыми путями, но его разум действительно коснулось просветление, заставляя сознание войти в измененное состояние. Проблема лишь в том, что случилось это на глубине пятисот верст в, пожалуй, самом жестоком массиве на полюсе планеты. А теперь, его уязвимое тело нельзя было трогать, иначе, если нарушить испытание, можно навсегда оставить юношу калекой.

Только самые сильные и уверенные в себе практики начинают готовить тело и разум к Измененному состоянию сознания, и лишь немногие из них постигают истинную сущность Пути. Слабые духом проваливают испытание и навсегда остаются в мире смертных. Но сейчас, даже самый опытный практик был бы в глубочайшем шоке, ведь и без того труднейшее испытание Пути для Ивора имело дополнительную сложность, в виде постоянно давящей атмосферы и атрибутов Ледяного Самоцветного Пруда.

Еще в далеком прошлом, с самого начала исчисления лет от Потерянной Эры, первые люди обнаружили тайные письмена, которые нарекли божественными. И в действительности, эти летописи были подарены новым людям богами, дабы наставить их на путь культивации. Помимо основных принципов зарождения Солнечного Ядра, и развитию внутреннего мира там также были и записи об Измененном состоянии сознания.

Это особое состояние позволяло практику превосходить пределы своего тела и преуспеть в постижении сложнейших законов и техник, в зависимости от дарованного пути. Он помогал ускорить культивацию, но постичь Пути могли лишь настоящие гении и те, кто сквозь пот и кровь восходил на новые стадии.

Равно как и атрибут, путь даровался человеку богами в зависимости от его характера и амбиций.

Путь Велеса. Для тех, кто жаждет защищать близких. Их сердце должно быть твердым и непреклонно справедливым.

Путь Сварога. Для тех, кто живет битвой и наслаждается ей. Пылай, как пожар, спали все на своем пути, их символ, уничтожение одного, ради жизни другого.

Путь Магуры. Тропа жизни, истины и исцеления. Для тех, кто отрицает любое насилие и посвящает свою жизнь для рождения новой и исцелению нуждающейся.

Практик, постигающий путь мог отделить сознание от тела, дабы получить настоящий опыт в важных для него вещах. Так, например, ступившие на Путь Сварога вели бесконечные сражения, сотню раз умирая и воскресая. Это происходило на иной стороне Яви для одного единственного полотна судьбы. Никто толком не знает, каким образом сознание проникает на ту сторону. Изначально предполагали, что владение Путями позволяет практику создавать свое собственное карманное пространство, но позже оказалось, что «та сторона Яви» не имеет ни одного из свойств пространственного кармана.

Прошло еще четыре дня. Ивор так и не очнулся.

Утром Ольга получила послание на деревянную табличку, передающую звук. Послание было простым, но заставило ее нахмурить в задумчивости брови.

Для того, чтобы создать Формации Каменных Врат и Хрустальной Триграммы в Зимницы пребудет Озем Обровский и четыре лучших ученика Великого Молота.

Через три дня они уже будут у ворот Зимниц, а Ольга, как лучший практик княжества Иса, должна его встретить, вместе с Яромилой, главой Песни Сирены. Совместными силами они начнут подготовку к грядущей войне.

Времени оставалось все меньше.

Ольга вызвала одного из старейшин и уставшим тоном выдала указания, которые потом разлетятся по всем наставникам и ученикам Ледяных Истин.

— Подготовьте четыре лучших гостевых дома и особую резиденцию. три девицы, посимпатичнее. Озем будет в бешенстве, если не почувствует уважения. Этот мужлан на все сто пользуется положением сильнейшего существа, и мы не вправе отказать ему. Одна пусть обязательно будет с пшеничными волосами. Уберите тренировочные залы, укрепите залы поединков тройными… нет, поставьте лучше пятикратные пологи защиты. Хотя какая разница, все равно пробьет. Отберите четырех учеников, самых сильных, а заодно пригласите знахарей и закупите у Тундрового Листа настойку из Корня Окопника и двадцать Огневок. Без Восковой моли, боюсь, не обойтись, хотя бы предотвратим летальные исходы. И да, пригласите ко мне нашего гостя.

— Ледяная госпожа, при всем уважении, но четыре ученика… Неужели ваш личный ученик не будет участвовать в боях меж академиями? — старейшина был аккуратен во фразах, потому как знал, пусть Ледяная Дева и не была вспыльчивой, но она с большой дотошностью устраняла любые раздражители.

— Он сейчас в уединении на грани прорыва. Если ко времени прибытия Озема он закончит тренировку, то да, если же нет, отдуваться придется остальным ребятам. Костоправов еще пригласи, нам нельзя терять учеников. Можешь идти.

Старейшина еще какое-то время мялся на месте.

— Что такое Мировед? Тебе есть что сказать, говори, время нынче ценный ресурс.

— Сегодня… Тридцать лет, как ушел Ледяной Оракул. Можем ли мы провести вечер памяти?

— Ах… да. Подготовьте все необходимое.

Мировед уважительно кивнул и вышел из кабинета, Ольга устало протерла глаза.

Тяжело было делать вид, что Ледяной Оракул погибла, в то время как Ольга отчаянно искала способ вытащить ее из полумертвого состояния.

Ее сестра всегда была сильнее, чем она, и, стояла почти на одном уровне с Оземом, но имя Юлии Зимницкой славилось вовсе не этим.

Женщину называли Ледяным Оракулом задолго до появления Ледяной Девы. Все благодаря уникальной способности, которая присуща только практикам из прошлого, достигшим этапа Начертания Рун. Она могла заглянуть за полотно Макоши, чтобы увидеть недалекое будущее. Пусть, зачастую, эти образы и туманны, но из них всегда удавалось выделить важное зернышко информации.

Всегда, кроме того момента, когда началась война с Хазарами. Такой, казалось бы, важный момент истории полотна ускользнул от Оракула по одной глупой причине. Сила взгляда сквозь полотно основано на умении видеть энергетические потоки. Эти потоки плетутся из жизненной силы людей, а порождает их ничто иное, как намерение.

Хазары были абсолютно непредсказуемы. В своей кровожадности они всегда имели одинаковое намерение. Причинить смерть и устроить битву. Как итог, колоссальные потери со стороны княжества Исы.

Остальные княжества и рады бы были обвинить Ледяного Оракула в неосмотрительности. Даже несмотря на то, что все понимали, в чем таилась причина, нужно было найти козла отпущения, вот только девушка погибла в той битве.

Ольга прокручивала в голове тяжелые воспоминания, но ее отвлек стук в дверь.

— Уважаемая госпожа Ледяная Дева, изволил я явится по первому вашему зову, но прежде чем казнить, разрешите перечислить сколько пользы я принес в ваш дворец и…

— Не паясничай, хазаренок. Твое счастье, что я достаточно умна, чтобы не разделять людей по расе и цвету кожи, а судить по поступкам. Иначе ты бы уже ответил за все грехи твоего народа. У меня к тебе просьба. Обязательная, так сказать.

Рисбо посерьезнел и ударил челом.

— Слушаю, ваше холодрыжество.

— Через три дня моих учеников будут избивать практики, которые чуть ли не на этап выше. Это забава Озема, я ничего сделать с этим не могу, к сожалению. Таковы традиции. В моих силах лишь сгладить последствия. В этом ты мне и должен помочь. Я уже оценила твои способности к ваянию артефактов, они весьма недурные. Скажи, за три дня, что ты сможешь сделать, чтобы сохранить в целостности моих учеников?

— Хмх… Три дня. Защита или атака… Дайте-ка подумать. А эти ребятки, что колотить будут, они-то земляные все небось?

— Либо производные.

Рисбо достал небольшой сверток бумаг, нашел что-то в нем, из другого кармана достал уголек и начал что-то оживленно писать.

Он бормотал себе под нос слова Ольги и щурил и без того узкие глаза.

— В атакующих артефактах смысла нет, я не покрою пропасть в один этап даже с вашей энергией, но вот если мы возьмем ваш атрибут и соотнесем его со льдом ваших учеников, при вашем уровне энергии… а еще нужна защитная техника, самая сильная.

— Бриофитовый щит, но никто из моих учеников не постиг его из-за отличного от моего контроля энергии.

— Не беда, важно чтобы вы заложили основы техники в мои предметы. И та-дам!

Рисбо выложил на стол свой свиток с зарисовкой и список необходимых вещей.

— За три дня я сделаю четыре артефакта проецирующих Бриофитовый щит. Он будет чуть выше уровня пользователя, конечно, практик на этап выше если постарается, то пробьет его, но, думаю, это спасет несколько жизней. Последние четыре пункта в списке, это для артефактов, укрепляющих кости, тоже сгодится, ребята не пропадут.

— А ты весьма талантлив, быстро находишь решение. Хвалю.

— Ну что-о вы. Когда ты слаб, умение создавать защитные предметы — это первое, чему учишься.

— Все из списка тебе доставят через пару часов. Кроме яиц духовной ящерицы, их придется подождать до завтра.

— Не беда, с ними не долго возиться.

Рисбо кивнул и вышел из кабинета, оставив Ольгу наедине со своими воспоминаниями.

Глава 90. Проверка Желанием

— Великий князь! К вам на аудиенцию княгиня Иеры, повелительница ветров.

Толстый мужчина в кафтане, пуговицы которого едва сдерживали напор толстого брюха держал трясущимися руками берестяной свиток.

Широкий зал был всячески украшен дорогими изделиями из хрусталя и золота, вся мебель, выполненная в сине-голубых тонах, устлана самыми мягкими подушками и одеялами. Длинные ковры с прекрасными узорами изморози шли от самого входа к трону.

Огромное кресло, с шипами-снежинками, смотрящими в небо подтверждало высокий статус молодого мужчины, сидящего на нем. Правящее поколение, сменилось слишком быстро, предоставляя власть пусть и молодым, но уже опытным и свежим умам.

— Приготовьте ужин только на двоих. Разместите ее подданных в лучших гостевых резиденциях.

Оставшись один в тронном зале, молодой мужчина поднялся и отряхнул свои одеяния с широкими рукавами. Он взглянул на свое отражение в одном из бронзовых зеркал. Высокий, статный, с острыми и правильными чертами лица. На вид не более двадцати пяти лет. Длинные черные волосы, собранные в свободный хвост с двумя непослушными прядями, спускающимися на лицо.

— Сколько лет уже прошло… — вздохнул тяжело он, но потом улыбнулся своему отражению и вышел из тронного зала.

Коридоры княжеского дворца Исы выполненные в лучших традициях Ледяных Истин потрясали своим великолепием. Мужчина медленно шел вперед, пока наконец не достиг гостевого зала.

Там, в одиночестве сидела девушка. Ни одному барду и уж тем более летописцу не суждено описать всей ее красоты. В своей грациозной и нежной фигуре она могла дать фору любой прекрасной богине. Пышные белые волосы, стянутые налобной повязкой, ниспадали дальше плеч и сплетались в толстую косу. Аквамариновое платье, роскошное и в то же время достаточно строгое открывало лишь малую часть ключиц сверху и очаровательные лодыжки снизу, оставляя огромный простор для фантазии. Платье прекрасно подчеркивало худую и изящную фигуру девушки.

В зале не было никого, кроме них двоих. Тишину нарушала лишь льющаяся вода в небольшом фонтанчике, около громадной фрески, на которой запечатлена суровая битва.

— Великий князь Исы как всегда пунктуален и не заставляет женщину ждать. Учтиво с вашей стороны. — нежный голос, словно мелодия разлился по помещению.

— Ого, в этот раз даже не Небесная Искра. Приветствую княгиню Иерскую, повелительницу ветров!

Они обменялись короткими кивками. Даже несмотря на то, что рядом никого не было, небольшие формальности соблюдались всегда.

Однако, едва они закончились, девушка подскочила к молодому мужчине и заключила его в крепкие объятия.

Он усмехнулся.

На его памяти Кейра всегда была такой. Открытой и честной в своих чувствах, простой, но одновременно глубокой, как… тот самый пруд.

— Не так сильно. Ты же знаешь, если она узнает, что мы обнимались, то сожрет и меня и тебя.

Девушка издала искренний смешок и шепнула.

— А мы никому не скажем.

В праздных разговорах они направились на один из балконов на верхних этажах дворца, где открывался прекрасный вид на уже отстроенную после побоища Ису.

Небольшой столик на двоих был щедро уставлен едой и самым качественным вином.

— Тут так все поменялось… Ты отлично постарался.

Огни высоких зданий переливались синими и голубыми тонами в сумраке наступающего вечера.

— За двадцать лет, неплохой результат, согласен. Но люди еще не оправились от нападения хазар.

Кейра приняла наполненный бокал от Ивора и выдохнула.

— Ты знаешь, если нужна какая-то…

— Нет, все в порядке, Иса справится сама. Ты же знаешь, Ольга не любит вмешательств извне. Когда она вернется из уединения, она мне башку оторвет, если узнает, что я принял чью-либо помощь. У нас достаточно ресурсов.

Кейра улыбнулась.

— Тяжелая у тебя жена, ой какая тяжелая.

Внезапно, лицо Ивора изменилось. Стало серьезным и строгим.

— Кейра, ты ведь не помощь пришла предлагать и не беседы праздные вести, что случилось?

— Ивор, ты сильнейший практик не только на континенте, но и во всей Яви. Тебе нет равного и успехи твои явно превышают успехи всех вместе взятых. Ты наконец достиг того, что так долго хотел. Спокойствия и уважения. Никто не посмеет себе даже косого взгляда на тебя и твое княжество. Говорят, что статус князей в каганате равен, но ты прекрасно понимаешь, что последнее слово всегда за тобой. Почему ты не ступил в Обитель Богов, как было предложено? Почему не пошел за ней?

Ивор наполнил очередной бокал и демонстративно цокнул.

— Это ее путь, не мой. Я закончил нашу историю и отправил Валькирию домой. Все, чего я хочу, это спокойствия, ты права. И тут я обрел его. Желание всей моей жизни исполнено, мне никто не доставляет проблем. И пока это так, зачем лишний раз создавать себе трудности путешествием в Обитель Богов? И потом, если бы я так сделал, они бы уничтожили Явь.

— Они лишь угрожали.

— Нет. Люди им уже не нужны, они накопили достаточно силы, чтобы больше не питаться нашей энергией. Я — единственная причина, почему они не уничтожают Явь. Это и поддерживает наш шаткий мир.

Кейра молча взяла руку Ивора и вложила в нее какой-то предмет. Она смотрела в его глаза сложным взглядом, задержав прикосновение чуть дольше обычного.

Когда же она убрала ладонь, Ивор увидел заколку в виде крыла неизвестной птицы, чьи перья широкой связкой были устремлены вверх.

— Это… Откуда она у тебя?

— Я была в Обители. Наконец, спустя десять лет я настигла твой уровень, когда тебе предложили ступить туда. Такое предложение поступило и мне, я не отказалась.

— Я не понимаю, Кейра. Ты решила присоединиться к ним!?

— Да. Это прощание, Ивор, я ухожу. С этого дня мы станем врагами и… Это последнее, что я могу сделать для тебя как друг. Потому что ты тот, кого я всегда по-настоящему любила.

Она замолчала, понимая, насколько тяжелы ее слова. Ивор покорно ждал, но сердце его уже сжималось.

— Рандгрид в опасности. И я не буду ей помогать. Ее боги тоже отвернулись от нее. Единственный, кто может помочь, это ты. Но, к сожалению, тогда тебе придется оставить нашу Явь.

— Как я могу нарушить соглашение? Я единственный, кто сдерживает этот мир от уничтожения, если я уйду, то боги уничтожат Явь и всех здешних людей! Как ты можешь говорить об этом так просто, это ведь и твой мир!

— Уже нет. Я была рождена не здесь. Лишь отправлена сюда на закалку, в надежде постичь идеалы смертных. Но то, что я увидела меня расстроило. Я не собираюсь защищать этот мир. Решать тебе, Ивор. Это последнее, что я дам тебе, как союзник. На большее, увы, не способна.

Кейра медленно встала, шагнув на ледяные перила. Ее косу трепал холодный ветер, а платье трепетало.

— Прощай. Небесная Искра.

Она прыгнула вниз и растворилась в потоке ветра, оставляя Ивора с тяжелым выбором.

Какое решение он должен принять? Как выбрать, кто дороже. Его дом, семья и жена, или Валькирия, так, кто сделала его таким. Сделала его тем, кто он есть сейчас.

На пути в свою спальню он заглянул в одну из комнат. Там, на широкой кровати спал мальчишка шести лет, с растрепанными черными волосами.

Ивор медленно подошел к нему и поцеловал в лоб.

— Прости сынок. Но папе нужно будет уйти. Защищай маму как следует, ладно?

…

Собрав все необходимое, он положил также в карман заколку Звездочки. Их путешествие до сих пор было в его сердце и занимало там одно из самых важных мест.

Ивор взял несколько широких бумаг и очень долго писал. Это было письмо для его супруги о важном решении, которое он принял.

Наконец, завершив приготовления он спустился на подземный этаж дворца и активировал сложную перемещающую формацию.

Его тело окутало плетением нескольких видов энергий и уже спустя пару вдохов, оно пропало.

Ивор появился далеко от места, где только что был. Даже если сложить все силы и выносливость духовный зверей, этого бы не хватило, чтобы добраться сюда.

На необъятном острове, который парил среди мириад звезд он видел перед собой величественную сущность, вмещающую в себя энергию, способную создавать целые вселенные. Эта сущность была настоящим богом. Правда одним из низшего пантеона, защитник врат, ведущих в Обитель.

Сущность не задавала вопросов, а лишь коснулась Ивора, перенося далеко внутрь, в самое сердце обители.

Когда он оглянулся, то понял, что находится на круглой пластине, а вокруг витает двенадцать таких же сущностей, но в разы, нет, в миллионы раз сильнее.

— Ты пришел, дитя. Неужели изменил свое решение?

Раздался голос, подобный раскатам грома. Говорила темно-фиолетовая сущность.

— Нет же, он побежал за своей подругой, которая приняла наше приглашение!

Завываниями ветра ответила аквамариновая сущность.

— Или может, тебе есть что нам предложить?

Третьим заговорила синяя сущность, голос был подобен звуку бушующего моря.

Фиолетовая сущность выпрямилась и стала приобретать все более человеческие черты, пока наконец не превратилась в рослого мужчину-великана. Его седые волосы и борода трепетали под клокотание грома, а красная мантия развевалась, обнажая белую простую рубаху с красной росписью.

— Наше соглашение было предельно ясным. Тебе незачем являться сюда.

Ивор выплеснул импульс ледяной энергии, заставив на мгновение пошатнуться все сущности разом.

— Внемлите. У нас было соглашение, если я отказался встать на вашу сторону, и остался с людьми, то должен оберегать их, иначе вы уничтожите Явь. Едва я покину свой мир, он будет превращен в пепел. Взамен же, я отдаю вам потоки энергии. Свой и своих людей. Но сейчас ситуация изменилась. И я пришел с новым соглашением, от которого вы не сможете отказаться.

Седовласый мужчина удивленно хмыкнул, кивнув. Он не нуждался в одобрении остальных.

Ивор поклонился, чем еще больше удивил сущности. Ранее, никогда поклоняющийся, своенравный и острый на язык, сейчас выражал им почтение.

— Я отдам Морозную Сферу Абсолютного льда. Напитаю ее силой своей души. Таким образом, вы получите всю мою силу, которая доступна, и весь потенциал, который можно развивать бесконечно. Вам не придется пытаться строить козни или обманом заставлять меня делать то, что я не хотел бы. Мне уже будет все равно, я всецело ваш.

Глаза седовласого мужчины, именуемого Перуном, расширились от удивления.

— Ты добровольно отдашь нам силу зимы со всем ее потенциалом? Что же сподвигло тебя на этот шаг, дитя. Что ты хочешь взамен?

— У меня два условия. Первое: вы немедленно отпустите Лилит Фриг Эир фер Рандгрид из плена. Она неповинна в грехах своих богов и не собирается участвовать в войне. Второе: вы никогда не тронете больше Явь и позволите людям жить своей жизнью. Они продолжат подпитывать вас, как и раньше, но нет смысла в истреблении.

Красноватая сущность рассмеялась.

— Неужели ты думаешь, что мы пойдем на такое…

— Молчать!

Перун заткнул красную сущность и предупредил волнение остальных.

— Не я должен принимать это решение.

Громовержец кивнул на серую сущность, которая также стала медленно обретать человеческие черты. Седобородый мужчина в волчьей шкуре был очень похож на первого, но все же его лицо было более хмурым.

— Велес. Я отдам право решения тебе. И совет пантеона примет его, каким бы оно ни было.

Велес подошел к Ивору, внимательно оглядывая его.

— Почему ты идешь на это? Разве у тебя нет того, чего ты так сильно желал? Почему ты не можешь поступиться одним единственным… даже не человеком, существом. Которое не принадлежит славянскому миру. У тебя есть шанс сохранить все это, забыв ее навсегда, но ты идешь на такое решение.

Лицо молодого мужчины было спокойным и твердым. Его воля несгибаема, а решение уже давно закреплено в сердце. Уже ничто не может сбить его с этого пути.

— Потому что я должен защитить все, что мне дорого. Я не буду жертвовать кем-то ради своего удобства или выгоды. Тот, кто относится ко мне с добром, получает от меня добро десятикратно, тот кто приходит со злым умыслом, получает его же, но больше во сто раз. Эта Валькирия — важная часть меня и, если я отступлю, значит предам самого себя.

— Докажи.

— Вы даете слово, что выполните мои требования.

— Да.

— Мне нужно божественное слово!

— Ох. Юноша. Пред лицом божественного совета я даю тебе слово, что мы отпустим Валькирию и не тронем ее более, коль она не возымеет против нас намерений злых. Окромя того мы не тронем Явь твою родную ни при каких обстоятельствах.

Ивор уважительно кивнул, глядя в глаза седобородого старца.

Он не дрогнул ни на миг.

Его рука поднялась и молниеносно проткнула грудь.

Кровь хлестнула на пол, продолжая стекать по его руке быстрыми ручейками.

Лицо Ивора даже не исказилось. Он продолжал спокойно смотреть на Велеса.

Сначала его рука вынула светло-голубую сферу, которая сияла чистой ледяной энергией, и вложила ее в другую, а потом…

Он вырвал свое сердце.

Из его рта большим потоком хлынула кровь, разбрызгиваясь всюду. Но он стоял. С этим спокойным взглядом, который был способен напугать даже богов.

Молодой мужчина медленно сомкнул руки, сливая свое Сердце Культивации и Морозную сферу Абсолютного Льда воедино.

Не выдержав, он упал на одно колено. Сознание покидало его, как и силы.

Есть ли возможность прожить человеку без сердца хотя бы вдох?

Ивор держался более десяти.

Наконец, когда два предмета слились, перед богами появилась истинная сфера, вобравшая в себя лучший потенциал и лучшее Сердце Культивации, которое когда-либо рождалось в Яви.

Велес забрал окропленную кровью сферу, после чего Ивор начал падать, теряя последние огоньки жизни, теплящиеся в его теле.

Но внезапно…

Его подхватили.

И молодой мужчина уже умирающим сознанием слушал слова старшего бога.

— Ты без тени сомнения пожертвовал своими желаниями, ради спасения близкого, но также, ты пожертвовал своей жизнью, чтобы защитить всех, кто тебе по-настоящему дорог. Ты не думал ни мгновения, прежде чем сделать это, но принял как должное. Будто это и есть твоя истинная судьба. Давно у меня не было столь достойного практика, очень давно. Я принимаю тебя, юноша. И дарую тебе силу моего Пути. Пользуйся им так, как посчитаешь нужным, но помни, что ты должен защищать.

«Помни, что ты должен защищать!»

Эти слова засели глубоко в сознании, перед тем как оно наконец отправилось в небытие.

…

Дни сменялись неумолимо быстро.

Ольга не успела и опомниться, как уже стояла рядом с Яромилой у ворот Ледяных Истин. Ивор так и не очнулся, но в потоках его энергии происходили очень странные изменения, которые даже она не могла объяснить.

Ей были известны только три человека, обладающие Путями. Возможно, ими мог обладать какой-нибудь отшельник, которого никто не знает, и который культивирует множество лет в уединении, отрекаясь от мира, но вряд ли такие существуют. Настолько редким было это явление.

Озем, Чистовод и Сталерук. Только эти три человека смогли пройти тяжелое испытание, но по слухам, никто из них не обладал Путем Велеса.

Ледяная Дева опомнилась, только когда перед ней приземлился громадный Духовный Сокол.

Когда мужчина спрыгнул с него, даже несмотря на подушку из снега, земля содрогнулась.

Он был высоким и чересчур мускулистым. Среди всех людей его спокойно можно было назвать гигантом. Статус сильнейшего существа подтверждала даже вычурная и немного вульгарная внешность Озема.

Вслед за ним с других Соколов спустились ученики Великого Молота. Все они были примерно двадцати пяти летнего возраста, кроме одного. Сына Озема — Веда Оземского.

— Ну вот я и прибыл!

Воскликнул мужчина, содрогая голосом само пространство.

Любой практик ощутив его ауру мог сказать, что это невероятный человек.

Ольга смотрела на Озема и не верила своим глазам. Ведь впервые в жизни она видела что-то, что превосходило ее знания.

Аура и поток энергии Озема отличались от того, что было ранее. Потому что тогда он был на пике этапа Выращивания Духовного Древа.

Человек же перед ней отчетливо ощущался, как практик, ступивший на этап Начертания Рун.

Глава 91. Может выберешь кого-то своего уровня?

Широкий стол, покрытый кружевной скатертью и щедро устланный едой насчитывал за собой десять человек. По четыре ученика от каждой академии, Озема и Ольгу.

Несколько человек стояли у входа и один старейшина снаружи у двери.

— Что ни говори, а еда в Истинах всегда была славной.

Долгое молчание прервал суровый голос, раздавшийся по всему помещению.

Озем держал в руке большую свиную ногу. Обычный человек мог есть ее достаточно долго, но для этого великана она была на тройку укусов.

Ольга аккуратно отрезала маленькие кусочки мяса и клала их в рот вместе с овощами. Из напитков на столе присутствовали квас, вино и сок лесных ягод.

— Да, определенно одна из лучших. Я ценю твой прием, Ледяная Дева.

Он откинулся на спинку стула и удовлетворенно выдохнул.

— Ты даже бойцов подготовила. Вот за это я тебя и уважаю. Смотришь на шаг вперед. Не то что эти ребята из Тундрового Листа. Что ж, я готов посмотреть на зрелище, что насчет тебя?

Внутри Ольга очень злилась, будь она сильнее, то удавила бы этого мужика не задумываясь. Но боги жестоки, раз одарили таким талантом столь вульгарное существо. Впрочем, она прекрасно понимала, что в этом мире правит сильный, а значит Озем имел все права на такое поведение.

— Ты же понимаешь, что мои ученики на порядок… Хм… Менее талантливы, нежели ученики Великого Молота. Да и правила…

— Тц, тц, тц. Ольга, что же ты, прямыми словами говоришь о слабости своих учеников? Разве так может делать глава академии? Что еще за менее талантливы? Нет в этом мире слова «талант». Есть упорная борьба и постоянные тренировки. Кто более усерден, тот и побеждает. К слову, ты как никто другой должна понимать, что сражение с более сильным противником дает не только бесценный опыт, но и перспективы роста.

Ольга выдохнула, но недовольство не показала. Она как никто иной могла контролировать свои эмоции, впрочем, даже у нее бывали прорывы в них.

— Я тебя услышала. Что ж, назначай первого ученика. Горыня, ты будешь первым с нашей стороны.

Ученик Ледяных Истин, юноша двадцати пяти лет со светлыми волосами, кивнул и встал из-за стола.

— Другое дело, ха. Я ценю такое рвение. Доброгост, дай несколько уроков нашим ледяным товарищам.

Темноволосый парень с длинным и острым носом резко встал и почтительно кивнул.

Ледяная дева осмотрела его и остальных учеников Великого молота. Каждый из них находился на четвертом Арконе, кроме Веда. С момента окончания турнира он преодолел четыре стадии и находился на Арконе Змея (5).

Ее же ученики в свои двадцать пять и более лет достигли девятой стадии Формирования Солнца. И только один из них смог прорваться к первому Аркону. Самый талантливый ее подопечный, до прихода Ивора, с говорящим именем Мороз.

— Тогда нужно сменить зал. Помещение для поединков через два помещения.

Все присутствующие медленно перетянулись в широкий зал, который представлял собой помещение вытянутой овальной формы размером в триста шагов. Стены были укреплены защитными техниками. В середине помещения находилось две отметки, где участники поединка должны начать бой.

Озем хлопнул по плечу Доброгоста и громко напомнил ему правила, чтобы их также услышали и ученики Ледяных Истин.

— Как обычно, не сдерживайся, яви всю свою силу. Атаки в жизненно важные органы, равно как и бесчестные атаки исключены. Убийство строго запрещено, но вот тяжелые ранения могут быть неизбежны. Бой продолжается до того момента, как практик не сможет более сражаться. Все просто.

Озем сделал вид, что подумал, и добавил.

— Ах ну да, самое главное, вечно забываю. Проигравшая академия выплачивает победителю тысячу духовных камней высокого качества, а также дает одно из руководств для этапа Возведения Арконов.

Ольга смотрела обреченно на своих учеников. Она понимала, что никто из них не сможет противостоять практикам Великого Молота. Поэтому оставалось только попытаться не получить слишком тяжелых повреждений.

Рисбо снарядил каждого из них хорошими защитными артефактами. Ледяная Дева надеялась, что их хватит, чтобы избежать летальных исходов.

Юноши встали на отметки.

Доброгост был расслаблен, но в то же время его взгляд сосредоточенно смотрел на противника. Горыня в свою очередь напряг все свои мышцы. Его ледяная энергия медленно струилась по жилам, заполняя все тело. Пусть он и был всего на стадии Солнечного Ядра (9), его успехи среди остальных учеников являлись достаточно неплохими. В целом, в Ледяных Истинах он мог считаться вполне одаренным практиком. Так и было, пока академия не посетила Турнир Четырех, где все ученики поняли, что они очень отстают от остальных академий.

Старейшина Ледяных Истин вышел вперед и вскинул руку.

— Итак, правила вам известны, бой до первого падения в десять вдохов. Начали!

Горыня собрал всю влагу из окружающего воздуха, создавая ледяные копья, которые должны были ринуться в сторону противника, но, к сожалению, тут же рассеялись.

Доброгост быстрым рывком сократил расстояние между ними и схватил юношу за голову. Одной лишь физической силой он опрокинул его лицом в пол.

Сработал Бриофитовый щит, но тут же разбился. Навыков ледяного практика не хватало, чтобы поддерживать его больше одного удара, даже такого простого.

Практик на пятом Арконе имел практически совершенные показатели тела. Сила быка, ловкость горностая и выносливость коня. Никакой взрыв энергии на этапе Формирования Солнца не сможет ему навредить.

Доброгост выпрямился, и тяжелым ударом ноги впечатал голову юноши в пол, оставляя там небольшой кратер.

Горыня не встал спустя десять вдохов и его отнесли к местному знахарю.

— Следующий. — улыбнулся Доброгост.

Лица учеников Ледяных Истин оставались невозмутимыми. Они прекрасно понимали ситуацию. Победы не видать. Они не смогут выиграть даже первого ученика Великого Молота. Все что им оставалось, лишь продержаться дольше и не посрамить главу академии.

— Мезамир. Выходи.

Другой парень в темно-бирюзовом кафтане поднял голову. Детина ростом почти в три аршина, а шириной в полтора внушал вид опытного бойца. Он без сомнений встал на место, где только что упал Горыня.

— Вам повезло. Если бы личный ученик нашей главы не находился на грани прорыва, то он бы показал вам силу истинного льда.

Доброгост усмехнулся, ударив ладонями друг о друга.

— Личный ученик? Ха! Вы тут в Истинах, как цветочки в теплице. Не видели мира, не сражались в настоящем бою. Вы даже практиками не можете называться. Позорное пятно культивации. Да я выиграю тебя даже, не используя и капли энергии земли. Думаете будь тут личный ученик Ледяной девы, что-то бы изменилось? Вряд ли.

Мезамир рванул вперед, как только услышал отмашку старейшины.

Его тело покрылось ледяными шипами. Он был прирожденным бойцом. Все его техники дополняли физические атаки. В стенах Истин его знали как доброго парня, который помогал всем, но каждый знал, что он истощает себя каждодневными тренировками, чтобы принести пользу академии.

Доброгост сделал лишь шаг. Его руки технично обвили вылетевший вперед кулак Мезамира. Шаг в сторону, поднял руки, резко сместил центр тяжести на левую ногу и потянул.

Раздался характерный хруст костей, а за ним болезненный стон.

Рука Мезамира была не просто сломана, кость выпирала наружу из его предплечья. Ни Бриофитовый щит, ни укрепление костей не могли помочь, когда противник был выше почти на целый этап.

Доброгост обвел ногой полукруг и резко поднял ее, ударяя носком в подбородок противника.

Тяжелое тело Мезамира будто пушинка оторвалось от земли, а кровь плеснула изо рта. С грохотом он свалился на спину без сознания. Снова отсчет десяти вдохов, снова победа Великого Молота.

— Ха, ну что ж, я разогрелся, может уже выйдешь, или вы сначала всех на этапе Формирования Солнца на убой отправите?

Практик земли указал на парня, который выглядел худым, но очень добротно слаженным. Русые короткие волосы едва доходили до тонких бровей, а карие глаза отражали глубокие знания и интеллект.

Он бросил взгляд на Ольгу.

— Глава, позвольте испытать свои силы.

Ледяная Дева кивнула, но в глазах ее мелькнула досада.

— Мороз из Требовля. Буду рад получить урок от старшего.

— Хо-хо, какое говорящее имя. Что ж, надеюсь ты, прорвавшийся на первый Аркон, хотя бы будешь достоин, чтобы я использовал энергию земли! Развлеки меня!

Юноша сложил знаки Истока и лед взошел над его головой, образуя ромбовидные кристаллы. Они расслоились на пять штук, медленно витая в воздухе.

Когда он щелкнул пальцами, пять ледяных одноручных мечей появились из кристаллов.

Он вытянул вперед раскрытую ладонь левой руки и согнул пальцы, подзывая противника.

Двое учеников Великого Молота прыснули смехом.

— Вхахахаха!!! Он серьезно? Предлагает Доброгосту атаковать первым? Парень, да ты покойник!

— Ну и идиотизм, не строй из себя сильного, все и так знают, что Ледяные Истины держатся в статусе академии только благодаря силе Ледяной Девы.

Доброгост занес кулак и бросился на противника. Он намеревался уничтожить ледяного практика за один удар. Также, как он сделал с двумя предыдущими.

Но внезапно две тонких линии пронеслись по обе стороны от него, отчего пришлось остановиться. Заигравшись, он совсем забыл о защите.

На двух его щеках виднелись глубокие порезы.

Ледяные клинки вернулись к Морозу и продолжили витать в воздухе.

— Ха, недурно. Но это последний раз, когда ты смог кого-то ранить. Будь благодарен, ведь я для тебя использую свою энергию!

Его пальцы быстро сменили положение двух знаков, и энергия земли разошлась по жилам Доброгоста.

Мороз поднял руку так, что ледяные клинки собрались в форму распускающегося цветка и полетели вперед.

Ученик великого молота показал на них пальцем. В то же мгновение перед ним образовалась каменная стена. Клинки разбились на множество осколков, но тут же собрались обратно около Мороза.

Стена рассеялась, но за ней никого не оказалось.

Мороз развернулся, сердце его сжалось от плохого предчувствия, но инстинкты молчали.

За долю мгновение две каменные пластины образовались по обе стороны от него и с грохотом сомкнулись, сдавливая юношу.

Как только они рассеялись, Мороз сплюнул глоток крови. Он упал на одно колено, но ненадолго. В тот миг перед ним появился Доброгост и мёртвым хватом сцепив руки на затылке юноши с размаха ударил коленом прямо в лицо.

Доброгост топнул. Каменная колонна подкинула тело Мороза в воздух, а он тут же поймал его за одежду и опрокинул головой о твердый пол зала поединков.

Ледяной практик потерял сознание, а его клинки растворились в воздухе.

— Что ж, это было неплохо для захудалого атрибута, но недостаточно. Вы должны сказать спасибо, что с вами разделался я, ведь среди остальных я самый добрый, ха-ха.

Ольга пребывала в скверном настроении. Она рукой подозвала старейшин, чтобы те увели Мороза в лазарет.

Тем временем Озем забавлялся. Ему всегда нравилось жесткое проявление силы, за этим он в свободные деньки посещал некоторые академии с тем, чтобы сразится. Это был своеобразный способ подтвердить статус своих учеников, а также пополнить ресурсы и без того самой богатой академии.

Когда запретили бои между сильнейшими практиками в Русском каганате, Озема одолела тоска. Он не мог, как ранее вызвать Ярополка или Белогора на битву до полусмерти. Но вскоре ему вспомнилось, что поединки меж академиями никто не отменял, поэтому он нашел утешение в созерцании того, как его лучшие ученики ломают гордость и амбиции учеников других академий.

Доброгост нашел в глазах Озема одобрение и хищно оскалился.

— Ну же! Ты последний, так что давай побыстрее покончим с этим, вы расплатитесь, и мы вернемся к трапезе. У нашего учителя еще множество дел по возведению формаций.

Последний ученик Ледяных Истин малость замялся. Его лицо побледнело. Он видел, как артефакты не спасли его товарищей и теперь настала его очередь. Парниша любил свою академию. И время, проведенное здесь навсегда оставит отпечаток в его сердце, но почему-то сейчас, перед лицом подавляющей силы он почувствовал страх.

Пауза длилась некоторое время, пока строгий голос не пронзил ее.

— Если ты так хочешь драться, то как насчет вместо унижения слабых, попробовать кого-то своего уровня?

Все в удивлении перевели взгляды на вход в зал поединков.

…

Ивор открыл глаза находясь на глубине Ледяного Пруда в пятьсот верст. Его буквально переполняла сила. Он поплыл в разные стороны, разминая свое тело.

«Сколько я был без сознания? Ох, надеюсь поглощение ядра прошло успешно. Но, странно что я чувствую себя так… легко? Звездочка, что там с ядром и откуда во мне столько силы?»

«…»

«Звездочка?»

Ивор заглянул во внутренний мир. Звездочка крепко спала, а ее потоки духовной силы двигались еще медленнее, чем обычно. Он объяснил это для себя тем, что после пера она тоже какое-то время отдыхала, а поскольку ядро было намного качественнее, чем предполагалось, то и отдыха необходимо больше.

Юноша чувствовал себя великолепно. Ни намека на усталость или истощение, что были до потери сознания. И ощущая все это, он не удержался.

Словно копье, брошенное в небо он мчался на глубину.

Прорвав рубеж в пятьсот верст, где давление должно увеличиться вдвое он не почувствовал совершенно ничего.

Шестьсот верст.

Семьсот.

Восемьсот.

Он плыл так легко и непринужденно, будто это была обычная вода.

Его тело совсем не испытывало каких-то внешних влияний, он буквально был рыбой в своей собственной стихии.

«Что происходит? Я совершенно не чувствую давления атрибута или водной пучины.

Девятьсот.

Внезапно Ивор остановился и задумался.

«Так, мне не стоит быть безрассудным. Лучше вернусь, посмотрю, что изменилось, поговорю с Ольгой, а потом уже проверю, как далеко я могу зайти. Хотя… Если еще немного».

Ивор нырнул глубже, достигая тысячной отметки. Никаких проблем до сих пор не было. Он удовлетворенно улыбнулся и принялся всплывать.

На поверхности его встретила Юлия, которая рассказала про визит Озема и его пристрастие к битвам между учениками. Ивор заметил, каким странным взглядом она на него смотрела, но предпочел оставить вопросы на потом. Сейчас ему предстояло доказать каменным практикам, что Ледяные истины намного сильнее, чем кажутся.

Он словно зимняя метель вылетел из массива Ледяного Самоцветного Пруда в поисках зала для поединков.

…

— Если ты так хочешь драться, то может вызовешь кого-то своего уровня?

Все настороженно перевели взгляд на источник голоса. Самым облегченным был, пожалуй, взгляд четвертого представителя, ведь у входа в зал стоял личный ученик Ледяной Девы.

— Мастер, позвольте я заменю последнего представителя Ледяных Истин?

Его голос был громким и уверенным.

Вед смотрел на своего противника времен турнира и не верил глазам. Этот парень превосходил его по скорости культивации. Даже несмотря на то, что он считался самым талантливым во всем Великом Молоте с его ресурсами и сокровищами.

Ивор подошел к Ольге и почтительно кивнул.

— Ты снова опоздал. — холодно проговорила она.

— Прошу прощения, мастер, столкнулся с некоторыми трудностями. Больше не повторится.

Ивор отчеканил уже запомнившуюся ему фразу извинений. Он часто повторял ее перед мастером.

— Прощу, только если победишь хотя бы троих. Вед сейчас стал намного сильнее, чем ранее, во время турнира. Первого разрешаю покалечить. Даже сильно. Он уже успел отправить к знахарям троих моих учеников.

Ивор внимательно посмотрел на Доброгоста, Веда и остальных учеников Великого Молота. Его взгляд лишь остановился на Оземе, который в свою очередь тоже пристально его изучал.

Внезапно на лице Ивора отразилась хитрая улыбка и он заглянул Ольге прямо в глаза. Его взгляд был таким уверенным и твердым, что она даже не поняла, как ей пришлось отвести свой.

— Я одержу победу над всеми. И над Ведом в том числе. Будьте уверены. Иначе я не могу называться учеником самой Ледяной Девы Исы.

Глава 92. Битва старых знакомых

Ольга кивнула в сторону Озема с вопросительным взглядом.

— Замены не запрещены. Мне даже интересно, что такого, помимо высокой культивации у этого парня, что сама Ледяная Дева, которая никогда не брала подопечных, сделала его своим учеником.

Озем закончил изучение юноши и взглянул на Веда грозным взглядом.

— Ты выйдешь последним. И только посмей снова ему проиграть. Такое унижение мой сын не может испытать дважды. Ты уяснил? А пока изучай, насколько сильнее стал твой противник.

Вед стиснул зубы, но смиренно опустил взгляд.

— Да, Отец.

Тем временем Ивор встал напротив Доброгоста. Он ясно чувствовал энергию каждого присутствующего. Даже Озема.

«Значит ты и есть сильнейший в каганате. Получается, именно тебя мне нужно превзойти».

— Не зазнавайся, только потому, что ты лишь на одну стадию выше. Все мы находимся в шаге от пятого Аркона, так что разница не так уж и велика. А Вед уже несколько недель, как прорвался.

Из мыслей Ивора вывел серьезный голос Доброгоста.

— Лед, как был, так и остается слабейшим элементом. А исключения в виде твоего мастера, это лишь невероятная удача. Уж не думаешь ли ты, что в одном поколении может быть два уникальных гения?

— Уж получше, чем копошиться в навозе, как земляной червь.

— А?..

Доброгост осекся от такой наглой издевки. Его лицо покраснело.

— Что ты сказал? Да как ты смеешь оскорблять один из первозданных элементов?

— Ты не расслышал? Таким практикам как ты, только выгребными ямами заниматься. Ах, это и вас двоих тоже касается.

Ивор указал на остальных практиков земли, тактично обойдя Веда. Он прекрасно видел по его лицу, что юноше стыдно, за поведение своих старших. Хотя не так давно сам вел себя также.

— Я сделаю так, что ты больше никогда не сможешь ходить! Будь уверен.

У Доброгоста задергался глаз. Он встал в боевую стойку. Ивор смотрел на него и видел в нем Зверобоя. Такого же надменного идиота, что издевается над слабыми. Он все детство терпел издевки такого вот верзилы, а теперь подсознательно ненавидел подобных людей.

Старейшина возвестил о начале поединка.

Доброгост не двигался. Все его мышцы были напряжены до предела. Духовная сила циркулировала по телу с бешенной скоростью. Вены на лбу вздулись.

Ивор же стоял в расслабленной позе, глядя на своего противника. Он не видел ни капли угрозы.

Прошло десять вдохов.

— Почему Доброгост не двигается?

— Пф, он просто хочет закончить бой одним ударом, как и ранее. Противник не настолько силен, несмотря на стадию культивации.

Два ученика Великого Молота переговаривались между собой, но внезпано были прерваны.

— Вы болваны, если считаете его слабым. И еще более болваны, если думаете, что у Доброгоста есть хоть один шанс на победу. Мне стыдно за то, что вы мои ученики. Вед, объясни им.

Голос Озема был приглушенным, чтобы никто кроме его учеников не слышал этих слов.

Вед смотрел на Ивора взглядом, полным непонимания. Во время турнира он встретил расчетливого и хладнокровного бойца, который изучил его принимая удары, а после всего в три шага разбил в пух и прах.

— Доброгост боится. Его сковал страх. Это сродни страху добычи перед диким хищником, что превосходит тебя в силе. Хоть он этого никогда и не признает, но сейчас основная битва у него внутри. Он чувствует ужасающую ауру Ивора и пытается решиться на нападение. Но инстинкты сохранения буквально вопят, останавливая тело.

— Хоть где-то ты меня не разочаровал, отпрыск.

Двое из Великого Молота молча перевели взгляд на Доброгоста. Теперь они смотрели иначе.

Ивор улыбнулся и сунул руки в карманы.

— Ну и где все твое бахвальство? Мы же даже не начали. Как там обычно выпендриваются, когда сильнее? Хех, я не буду использовать свои руки.

Доброгост шумно сглотнул. Он не понимал, как в разнице всего на полшага и с таким слабым интеллектом человек перед ним вселял ему страх смерти. Однако такое унижение его гордая натура стерпеть не могла. Еще пять вдохов и юноша наконец тяжело выдохнул. Его сердце успокоилось.

Практик земли сложил знак Беркана и бросился в атаку. Каменные стены и колонны возникли с разных сторон, несясь на Ивора с одной лишь целью. Раздавить.

Но ледяной практик сделал только один шаг назад и исчез. Линия изморози проскочила через каменные атаки, сомкнувшиеся на месте, где он только что стоял.

Сам же юноша появился в десяти шагах левее.

— Это было близко, я даже испугался, представляешь! Это же дружеский поединок между академиями, как ты можешь быть так жесток? — саркастичный и издевательский тон Ивора превосходил все грани.

Доброгост зарычал, активируя технику движения. Он молниеносно сократил расстояние и выставил два кулака перед собой. Огромный каменный цветок вырвался вперед, разрывая плоть его противника. Он на мгновение даже ощутил вкус победы, но…

Разорвалось только остаточное изображение.

Практик земли внезапно почувствовал резкую боль в ногах, а потом удар головой о что-то твердое.

Он лежал на полу.

Всего одним ударом по ногам Ивор опрокинул юношу.

— О, прости, я ведь говорил только про руки, ноги я же не имел ввиду.

Сильный пинок заставил Доброгоста отлететь на добрых пятнадцать шагов. Его тяжелое тело протащилось по полу, переворачиваясь как бесформенное тесто.

Он лежал всего миг, после чего его энергия вновь взорвалась.

— Не играй со мной! Дерись нормально!!!

Ивор ухмыльнулся.

— А разве ты дрался нормально с другими учениками Истин? Почему же тогда они у знахаря? Что, уже не так весело, когда противник сильнее?

Доброгост вскочил, со злости прокусив нижнюю губу. Из нее покатилась струйка крови.

— Я убью тебя!!!

Вокруг тела юноши образовались каменные глыбы, которые полетели на Ивора, взрываясь и разбрасывая маленькие каменные шипы. Они втыкались в пол и стены. Наблюдателям пришлось даже закрыться щитами. Такие шипы могли запросто пробить тело практика на четвертом Арконе.

Но Ивор сделал всего четыре техничных движения, увернувшись от всех шипов.

Тут же в него полетел каменный столб, завихряясь к концу. Не найдя цели, он разбился вдребезги, но явил свету каменное копье, которое снова взмыло в воздух.

Оно летало с огромной скоростью по полю боя, пытаясь проткнуть практика льда. Но, как только оно настигало его, тот исчезал, появляясь совершенно в противоположной стороне.

Ивор демонстративно зевнул.

— На турнире практики земли были куда способнее. И ты лучший ученик сильнейшего существа?

Ледяной практик сделал шаг вперед, а Морозное Мерцание перенесло его почти вплотную к Доброгосту, придавая необходимое ускорение.

Тяжелый удар ноги пришелся в грудь, откидывая практика земли и уронив его тело на спину.

Ивор тут же подскочил и занеся ногу с грохотом обрушил ее на противника. Послышался хруст, на пол брызнула кровь. Доброгост моментально потерял сознание, продавливая телом трескающийся пол. Его нос был сломан, а лицо разбито в кровавое месиво.

Не понадобилось и десяти вдохов, чтобы Ивор уничтожил своего соперника. Он не напугал остальных представителей Великого Молота, скорее удивил.

Озем усмехнулся, хлопнув два раза в ладони.

— Зрелищно. Меня впечатляет, как ты показал силу, но у тебя еще три боя, справишься ли?

Ивор боевито бросил взгляд на Озема.

Если бы кто-то это увидел, то обомлел бы от страха, ибо никто не может смотреть подобным взглядом на сильнейшее существо.

В любой другой день Озем вероятно сломал бы парню ноги за такую наглость, но сейчас он получил хорошее зрелище.

Таким был этот практик. Ему не столь важно, победит ли его ученик, хотя конечно за проигрыш все получали суровое наказание. Куда важнее то, как практики дерутся и показывают себя. Впрочем, это не касалось его сына. Как приемник сильнейшего существа он не имел права на проигрыш.

Озем уважал силу. Любил ее. Унижение слабых аморально? Бросьте! Это лишь один из показателей статуса сильнейшего! И сейчас этот юноша проявил все, что так любил Озем. То, зачем он устраивает эти поединки.

— Тихомир, ответь ледяному практику на его приветствие.

Второй ученик, смугловатый юноша с темными волосами плотно подвязал бежевый кафтан и вышел вперед.

Без лишних слов они начали поединок, но он словно прошел по той же тропе что и прошлый.

Тихомир атаковал на износ. Он прекрасно видел, как одолели Доброгоста и решил не дать противнику шанса на атаку. Загнать его в глухую защиту.

Вот только Ивор был не тем бойцом, кто защищается. В его арсенале была лишь одна защитная техника и та была активирована постоянно, чтобы отвадить внезапные атаки.

Стиль боя ледяного практика был основан на уворотах и уходе из-под удара. В основном этому способствовала его уникальная техника движения. Морозное Мерцание.

Второй ученик Молота был на порядок сильнее, но он и не отпускал уничижительные фразы в адрес ледяных практиков, поэтому Ивор сражался как следует.

Тихомир сложил знак Беркана, вокруг него появились яркие желтые камни, очень напоминающие янтарь. Они имели тяжелую энергию земли и несли за собой немалую разрушительную силу.

Отрывистыми движениями он посылал их под разными углами в Ивора. Но они поражали лишь остаточные изображения и отклонялись Бриофитовым щитом, в то время как Ивор целенаправленно сокращал дистанцию.

Приблизившись почти вплотную, он сложил знак Истока, но внезапно Тихомир оскалился.

— Попался!

Его руки, словно змея опутали тело Ивора и сдавили шею. Тихомир быстро переместился за спину ледяного практика и перекрыл ему доступ к воздуху.

Духовная сила при этом возвела вокруг них поле, которое обычно снижало эффективность другого атрибута.

Удушающий захват был выполнен идеально, даже Озем мысленно похвалил ученика. Из такой цепкой хватки мало кто смог бы выбраться, даже на одном уровне культивации, что и Тихомир.

Вот только уровень Ивора пусть и на полшага, но был выше.

Он наклонился вперед, делая шаг.

Потом второй.

Под его ногами возникали ледяные платформы, ведущие вверх словно лестница.

Тихомир и не заметил, как они оказались на высоте двух прыжков, так как был полностью сосредоточен на удушении. Он понял это, только когда их тела падали вниз.

Тяжелый удар об пол всем его весом и весом Ивора выбил воздух из легких практика земли.

Хватка ослабела, позволив Ивору подняться, но встать своему оппоненту он не дал, завершая задуманную атаку.

Сильный и свирепый удар руки со сложенным Истоком распространил лед по телу Тихомира, сковывая движения. Его энергия замедлилась, отчего не сразу реагировала на команды.

Ивор крепко ухватил парня за грудки и топнул ногой. Импульс духовной силы прошел по земле создавая в пяти шагах от него плотную ледяную стену.

Мгновение, и тело Тихомира полетело в эту стену, с треском разрушая ее и засыпая практика земли осколками.

Юноша не шевелился в течение десяти вдохов.

— Вам бы его в лазарет, а то лед дойдет до сердца, и парень копытца откинет.

Третий ученик Великого Молота, видя такую наглость, сделал решительно шаг вперед, но Озем остановил его.

— Волелюб тоже признает поражение.

Наплевав на гордость ученика Озем нахмурился. Только теперь он увидел суть. Ивор не использовал и малой части своих сил. Второй бой ему не понравился.

Внутри Ольги появилось недовольство. Даже она не смела признать поражение ученика без боя. Это было вне традиций. Однако сейчас она была не против, пусть и понимала, что хотел сделать сильнейший практик каганата.

Озем хотел увидеть всю силу Ивора, узнать, на что способен этот парень. А раскрыть все карты из учеников Великого молота мог только его сын.

— Но мастер, я же…

— Молчать. Ты уже проиграл. Я вижу, что у тебя недостаточно сил, чтобы победить. Вед, выходи.

Оземский молча встал перед Ивором, глядя ему в глаза. Внутри него было много сложных чувств. Но всей самоуверенности и надменности, что была раньше уже не было. Кажется, со времен турнира произошло нечто тяжелое, что заставило Веда пересмотреть свои взгляды на жизнь. Тем не менее он все еще был практиком земли с гордыми и незыблемыми идеалами.

— В этот раз будет все иначе. Уж не знаю, как ты настолько быстро прорвался к Арконам и нагнал меня, но как я и говорил ранее, я признаю твою силу, так что не жди поблажек.

Ивор усмехнулся. Он не помнил, как победил Веда, но в голове у него пронеслись события турнира. Сейчас Оземский выглядел более доброжелательно, нежели раньше.

«Что же с ним произошло?» подумалось Ивору, но вслух он произнес.

— Надеюсь на хороший поединок.

В зале заметно похолодало.

— Надеюсь, ты не думаешь, что я остался на прежнем уровне силы? Хоть мы и без оружия, не стоит быть беспечным.

Вед сложил знак Беркана в одной руке, в другой пальцы сплелись в знак Опоры.

Три слоя Барьера Светящегося Молоха моментально собрались вокруг его тела. Ивор чуть не поперхнулся воздухом. На турнире он весь бой копил энергию, чтобы собрать три слоя, но теперь возвел их моментально. Пусть он и был чрезвычайно удивлен, лицом парень старался сохранить спокойствие.

— Ты меня предупреждаешь? Как мило.

Позади Ивора появились три ледяные прорези.

— Начали!

Ледяные лезвия появились из прорезей и понеслись к Веду, но разбились, о барьер, даже не поцарапав его

— К чему эти прелюдия, нет нужны прощупывать соперника, ведь мы уже сражались!

Вед собрал вокруг себя энергию и поднял руку, выставив два пальца, словно они были наконечником копья.

Песчаная энергия собиралась спиралью у его ногтей.

Ольга смотрела на Веда и понимала, что юноша безмерно силен. Он находится на одном уровне с ее учеником, поэтому битва может затянуться.

Действительно, при взгляде со стороны могло бы показаться, что юноши равны по силам, однако это применимо к старому Ивору, до поглощения Ядра Берегини. Сейчас же, даже он не ведал, какие пределы у его духовной энергии.

— Земной Закон! Том Второй! — зарычал Вед. — Сокрушая Богов!

Песчаная лента пронзила пространство, вытягиваясь вверх. Давление в воздухе увеличилось в разы, а песчаная пыль покрыла весь зал поединков.

На мгновение могло показаться, что все присутствующие попали в настоящую пустыню.

Вед бросился вперед, обрушивая песчаную ленту на Ивора.

Ответом послужило Морозное Мерцание.

Ледяной практик мелькал в пространстве, прыгая из стороны в сторону, но песчаная лента преследовала его, будто обладала разумом. Она била с огромной силой, оставляя внушительные вмятины на полу и стенах.

Описав изморозью круг Ивор появился в аккурат перед барьером. В руках его появился тяжелый двуручный меч, которым он нанес размашистый удар.

Но барьер даже не дрогнул.

Он не успел уйти обратно в мерцание, а лишь отклонился вправо. Песчаная лента зацепила его плечо, оставляя глубокий порез.

«Как же я пробился сквозь тебя в прошлый раз…»

Ивор был поглощен поединком, не замечая, казалось бы, чего-то очень важного.

Песчаная лента вернулась к Веду и он вскинул обе руки вверх.

— Я усовершенствовал защиту и увеличил свою силу, теперь то ты ответишь за мое унижение на турнире!

— Да я и не думал тебя унижать, о чем ты?

— Ты не понимаешь! В этом мире все решает сила, любое поражение, это вечное пятно, которое не смыть и сотней побед.

— В твоей жизни победа решает не все!

— Только победы двигают тебя вперед! Ты не сможешь проявлять власть и силу, если не будешь побеждать!

— И для чего тебе сдалась эта власть?

На лице Веда отражались сложные эмоции. Он не смог ответить на этот вопрос. Но голос его заметно дрожал, будто он сам не верил в свои слова.

После потери своих, Ивор очень чутко реагировал на подобные изменения вокруг него, более того, кажется, он понимал, чем вызвано подобное.

Таким же образом он понимал чувства Ольги, которые не разбирал никто, кроме ее сестры.

Ивор отпрыгнул назад, восстанавливая Бриофитовый щит, который пробила лента.

— Земной Закон. Том Первый! Необъятный Песчаный Мир!

Энергия собиралась над головой Веда, создавая громадный шар песка.

Ледяной практик уже сталкивался с этой иллюзорной техникой, он знал, как ее можно избежать, но внезапно остановился, позволяя огромному песчаному шару поглотить его тело.

Желтый необъятный мир песков предстал перед Ивором. Жаркий, с полным отсутствием влаги. Он медленно вытягивал ее из организма, лишая тело драгоценной выносливости. Практик на третьем-четвертом Арконе не продержался бы тут и времени одной горящей лучины.

Однако Ивор бывал и в более жестоких условиях, поэтому не чувствовал никакого давления.

Наконец сейчас, остановившись, он заметил то, что весь бой его беспокоило. Студеный декабрь гудел на его плече все это время.

— Ох, значит ты наконец хочешь проявить себя. Что ж, давай попробуем.

Глава 93. Я был тем, кем быть не хотел

Мир песков бил по глазам своей желтизной. Раскаленный воздух обжигал легкие при каждом вдохе. Но Ивор спокойно стоял, глядя в бескрайнее чистое небо этого иллюзорного мира.

— Ты же знаешь, что я могу выбраться в любой момент, верно?

…

— Да брось, этот песчаный мир и вполовину не похож по силе на тот, что ты использовал на турнире, ты явно не этим собрался меня побеждать.

…

Пространство медленно затрепетало. Воздух, и без того искаженный от жары зарябил еще больше, а после, проявил силуэт Веда.

Он смотрел на Ивора со смесью злости и досады.

Только сейчас ледяной практик наконец понял, в чем дело. Земной Закон Веда был слабее, не потому что он этого хотел. Потоки энергии Оземского хаотично метались из стороны в сторону, жилы то вздувались, то раздувались.

Ивор видел уже такое раньше. У Лучезара.

Так влияет на практика эмоциональная нестабильность.

Энергия песка взорвалась, порождая громадные барханы. Иллюзорный мир пришел в движение.

— Он не слабее! Я просто решил действовать иначе!

Голос земного практика был натянутым как струна.

Песок поднялся, словно величественная морская волна, норовя похоронить Ивора. Но он продолжал невозмутимо стоять, будто, не обращая на нее никакого внимания.

— Уверен, что хочешь продолжать драться? Ты не покажешь и половины своей настоящей силы.

Песок стремительно опускался, но ледяной практик не сдвинулся, продолжая речь.

— Такого отыгрыша ты хочешь? Это твое возмездие?! Проиграть из-за того, что твое сердце что-то терзает?

Последние слова возымели эффект и лицо Веда дернулось. Легким махом руки он рассеял песчаную волну и сжал кулак. Его скулы двинулись, он крепко стиснул зубы.

Молчание длилось пару вдохов, пока Ивор его не нарушил.

— Тебя так подкосило поражение на турнире? Знаешь, я ведь не желал тебе зла. Тот турнир был мне необходим из-за пера, потому что дорогой мне человек…

— Да не в турнире дело!!!

Тяжелый голос Веда прервал юношу и пронзил само пространство. Но продолжил он более спокойно.

— Точнее не только в нем. Это не важно, что ты вообще можешь понять? Ты никогда не испытывал этого давления от человека, что считается сильнейшим существом. Я… Я просто не могу проиграть снова! Я обязан стать сильнейшим! Я… АРГХ!!!

Вед, словно подавился воздухом. Энергия в его теле снова взорвалась, но из-за состояния практика, этот взрыв был неравномерным. Из носа струей потекла кровь.

Он взмахнул рукой, и острые песчаные волны, словно когти понеслись на Ивора.

Тот с легкостью увернулся от них. И еще от десятка, казалось бы, тяжелых песчаных атак. На деле же они были медлительными и вряд ли нанесли бы какой-то урон.

— Вед, прекрати. Ты был одним из сильнейших на турнире, да и сейчас, среди молодого поколения ты один из гениев. Эти атаки недостойны быть твоими. Давай перенесем битву?

Практик песка окружил себя песчаными лентами, способными разрезать даже камень, и бросился на своего противника.

— Ни за что! Я не могу! Не имею права!

Ивор тяжело вздохнул. Он прекрасно понимал, что Веда не переубедить словами, но тем не менее попробовал. Был конечно и второй способ остановить этот балаган, но, кажется, он более травмирующий.

Юноша направил энергию в наплечник. Студеный Декабрь завибрировал в предвкушении. Он словно искренне радовался, что наконец может быть полезным.

Кладенец пустил импульс по правой руке, образуя тонкий слой льда. Он прошел до самых пальцев и вытянулся.

Его ладонь продолжилась огромным ледяным лезвием.

Увидев это, Вед на мгновение замешкался. Ведь именно такой атакой Ивор и разбил его лучшую защиту в прошлом.

Оно очень отличалось от иного оружия, что создавал Ивор. Было намного крепче и источало в разы больше энергии.

Ледяной практик побежал навстречу к Веду, занеся ледяное лезвие.

Песчаные ленты вырвались вперед, к Ивору, а сам Оземский возвел вокруг себя защиту, но…

Ивор исчез, проскочив мимо.

Ведь его целью был не этот Вед, что находился в Иллюзорном мире.

Он прыгнул так высоко как мог, оттолкнувшись несколько раз от ледяных платформ и занес лезвие над головой.

Выброс ледяной духовной силы в момент превратил Необъятный Песчаный Мир из жаркого мира в холодный.

УДАР!

Треск раздался повсеместно, обрушивая осколки неба, как какое-то стекло.

Снаружи огромный шар песка рассыпался на глазах, а из него, словно молния вылетел Ивор.

Произошедшее далее не укладывается во время даже одного мига.

Ледяное лезвие, разбило три слоя Барьера Светящегося Молоха в три удара, так, словно этот барьер был самой заурядной техникой.

Ивор сделал еще один рывок и занес левый кулак, не покрытый лезвием.

Вед оторопело раскрыл глаза, его дыхание сбилось. Он не успел отойти от использования Земного закона, но сейчас…

Огромное количество энергии вырвалось вперед и обдуло его тело холодным воздухом.

Он едва устоял на ногах.

Перед лицом, в расстоянии половины пальца находился кулак Ивора.

Ноги Веда предательски подкосились, а тело перестало слушаться. Теперь он прекрасно понял, что чувствовал Доброгост.

Он видел настоящую ауру Ивора. И она была ужасающе огромной. Пусть в ней и не было убийственного намерения или жажды победы. Спокойным течением аура обвивала их обоих, но была столь необъятной и великой, что едва ты пойдешь против нее — будешь немедленно подавлен.

Вед упал на задницу, продолжая смотреть вперед бездумными пустыми глазами.

Он не шевелился все десять вдохов, что отсчитывал старейшина.

Очнулся Оземский, только когда его отец грубо схватил его за шиворот и влепил пощечину, эхо которой разнеслось оглушительным треском по всему залу.

— Ты ничтожество. Моя самая величайшая ошибка.

Озем одной рукой поднял Веда, который тут же потерял сознание, едва придя в себя. Пощечина от сильнейшего существа была невероятно мощной.

Мужчина направился к выходу, перед этим бросив грозным тоном.

— Поздравляю Истины с победой. Ты нашла себе достойного ученика, Ледяная Дева. Великий Молот расплатится позже.

Ивор медленно подошел к мастеру, разминая кисть руки. Ольга чуть склонила голову набок.

— Что за странный приступ доброты? Ты слишком легко обошелся с ними, особенно с Ведом.

— Вед проиграл мне в прошлый раз и жаждал отыграться, я не против бы сразиться с ним на равных снова, но сейчас он не в состоянии это сделать. Я не считаю это победой.

Ольга о чем-то задумалась и кивнула.

— Отдохни сегодня. Завтра мы посмотрим, как изменило тебя ядро и продолжим тренировки.

Ледяная Дева покинула зал следом. А Ивор еще какое-то время провел в раздумьях. То, что он испытывал сложно было назвать совестью, скорее досадой.

Время до вечера тянулось очень медленно, даже несмотря на то, что в это время года темнеет намного раньше. Ивор успел помедитировать, поесть успешно стиснутую еду с приема Озема и даже потренироваться.

Звездочка по-прежнему спала глубоким сном.

Вечер выдался свежим и малость снежным. Ивор вышел из своей комнаты на улицу и вдыхал прохладный воздух, глядя, как снежинки плавно падают с неба. Медленным шагом он прогуливался по тропам академии, пока не заметил одного единственного человека на самой отдаленной скамейке. Он сидел абсолютно неподвижно, а его голова уже покрылась небольшой снежной шапкой.

Ивор бесцеремонно сел рядом.

— Рад, что ты оправился после поединка. Чего сидишь тут?

Юноша никак не отреагировал, его глаза по-прежнему смотрели куда-то в пустоту. Так прошли пара десятков вдохов.

— Я думал практики земли не особо любят холод.

— Ты нас путаешь с огненными засранцами. — буркнул Вед.

— О, оно разговаривает!

— Чего тебе надо?

— Да я так, поболтать. Один мой товарищ любит помолоть языком, и пристрастил меня к этому, но сейчас этот жук занят своими артефактами, так что…

— Я не любитель.

— А во время драки было иначе.

У Веда дернулся глаз. Ивор знал, что такие вещи раздражают. Это была манера Рисбо, которую он технично перенял.

Еще какое-то время они сидели молча, пока Вед вдруг не нарушил тишину.

— Почему ты тогда помог Лучезару? Вы же не друзья. А на момент турнира даже противники. Ты разрушил все мои планы.

Ивор хмыкнул, подняв голову. Снежинки падали на его лицо, моментально растаивая от теплой кожи.

— Знаешь, моя матушка очень справедливый человек. Настолько, что, по ее мнению, в мире все должно быть в балансе. Особенно добрые и злые поступки. И вот эта ее черта передалась мне. В тот момент я посчитал, что ты абсолютно не прав, нападая на беззащитного, раненого практика, пытаясь забрать его вещь. Даже если она когда-то была твоей. Ведь ее забрали честно, поединком.

— Что с того? Это давало тебе право вмешиваться?

— Ты прав, не давало, однако я сохранил этот баланс. Если Засушливый Март действительно принадлежит тебе, то он вернется, таковы законы Мирового Древа. А в остальном, ты поступал бесчестно, в то время как мог вызвать его на поединок за этот самый кладенец.

— Лучезара так просто не победить. Я бы не справился честным путем.

— Значит нужно было усердно тренироваться, до тех пор, пока не будешь достоин бросить вызов. Понимаешь? Зла и бесчестия в мире намного больше, чем чего-то хорошего, так почему бы не быть тем, кто привносит это хорошее? Я люблю, когда спокойно, когда нет злобы и проблем. Проявление справедливости доставляет неудобства, зато после этого какое-то время можно отдыхать. Понимаешь, о чем я?

Внезапно Вед улыбнулся.

— Лад говорит также. Видимо ты такой же ленивый, как и он.

— О да! Дай мне вечность, и я ничего не буду делать.

Оба коротко хохотнули.

— Ладно, ты не такой уж засранец, как я про тебя думал.

— О, поверь, я тоже. Мне казалось, что ты где-то на уровне Доброгоста, или бойцовских псов из ямы.

— Не-ет, эти парни явно чего-то не поделили с интеллектом.

Вед прокрутил в голове их бой на турнире, и кое-что понял.

— Теперь ясно, о чем ты говорил, назвав меня другом, в конце нашего поединка на турнире.

— Я так сказал? Не помню. Ты мне лучше скажи, что это было сегодня? Я надеялся на хороший бой.

Оземский замялся. Какое-то время он сидел в глубокой задумчивости, но в конце концов начал говорить.

— Ты, наверное, знаешь, что я приемник сильнейшего существа. Но, я никогда не считал, что это мое призвание. Поначалу, но потом Озем продавил меня, и я стал считать это целью. У меня не было поражений, потому что он так сказал. Я не имел права проигрывать. Со временем эта тяжелая ноша стала давить на меня еще сильнее. Моя матушка старалась успокоить Озема. Но он все равно с ярой жестокостью продолжал мои тренировки. Я должен был культивировать, не останавливаясь ни на мгновение. Каждый мой вдох, каждый прожитый момент, это тренировки, даже сейчас…

Ивор взглянул на Веда через восприятие духовной силы и понял, что потоки энергии в жилах постоянно меняют направление, адаптируясь под каждый вдох. Так он развивал контроль элемента.

— Но иногда, когда его не было, матушка давала мне отдых, вкусную еду и ту материнскую заботу, которую ей не позволял проявлять Озем, считая, что это сделает меня мягким. Однажды он вернулся раньше и заметил это. Он избил меня и мать так, что мы месяц лежали в палатах, не имея возможности встать. После того случая матушка вела себя аккуратнее и заботы стало меньше. А потом произошло это… Но прежде чем я расскажу, Ивор, твоей вины в этом нет! Ты меня понял? Это моя, и только моя проблема

Ивор медленно кивнул, но он уже понимал, что случилось, от этого его сердце тяжело сжалось.

— Я шел на турнир за победой, также хотел вернуть Засушливый Март, в качестве подарка Озему. Зная, что сил вряд ли хватит для того, чтобы одолеть сына Огневеда, я решился на хитрость. Тогда я и правда вел себя, как высокомерный подонок, запугивая и выводя соперников, таким меня видел Великий Молот, поэтому таким я и должен быть. Озема не было на том турнире. И я жалею об этом, ведь тогда под удар попал бы именно я. После поражения я вернулся, мать была в ужасе и не разговаривала со мной. Она заперлась в комнате и постоянно бормотала что-то непонятное. Я не понимал ее состояния, пока не вернулся Озем.

Вед сделал длительную паузу, собираясь с мыслями. Его сердце наполнялось свинцовой тяжестью, каждое слово давалось с трудом. Это было то, что он никому никогда не рассказывал.

— Он обвинил мать в том, что она разбаловала меня. Из-за нее я стал слишком мягким и поэтому проиграл. Сказал, что если ее не будет, то и не будет моей слабости. После чего он схватил ее за горло и одним движением сломал шею. На ее месте должен был быть я! Понимаешь! Я виноват в том поражении, не моя мать, не ты, только я!

Глаза Ивора расширились. Он просто не понимал, как можно быть настолько отвратительным зверем, чтобы вот так убить свою жену. Теперь его мнение об Оземе окончательно испортилось.

— И знаешь, когда я рыдал над ее умирающим телом. Перед тем, как Озем снова избил меня до потери сознания, я услышал последний хриплый шепот. Матушка сказала мне, что я не обязан становиться марионеткой ее мужа, я должен жить так, как хочу. И тогда я понял, что был тем, кем быть не хотел. А сейчас… Ивор, я не знаю кто я. Мне по-прежнему приходится идти под тенью сильнейшего существа, и я не могу освободиться. Но я просто обязан исполнить последние слова матери. А еще… Мне нужна сила. Та, что поможет мне убить этого подонка. И пусть пока я не могу этого сделать, я готов тренироваться у него и проглатывать все то дерьмо, что он говорит, по-прежнему называя его отцом. Но я клянусь тебе всеми богами, настанет день, и он захлебнется в собственной крови.

Когда Вед закончил, Ивор тяжело выдохнул. Он прочувствовал все, что рассказал ему Вед и не мог не восхититься самообладанием и выдержкой человека перед ним. Даже после произошедшего его стержень не сломился, а упорство продолжало расти.

Они молчали, глядя на падающий снег, который медленно прекращался. Чтобы переварить такое, требовалось время. Ивор так и не смог найти нужных слов, но понимал, что нужно сказать хоть что-то.

— Я не могу представить, что ты пережил, но теперь понимаю твое состояние во время боя. Я ценю, что ты поделился этим со мной. Тебе вряд ли нужны сейчас какие-то мои слова, поэтому просто знай, что, если тебе потребуется помощь, не важно, когда, ты можешь обратится ко мне и я встану на твою сторону. Даже если этим делом будет противостояние сильнейшему существу.

Вед промолчал. Вместо этого, через какое-то время он поднялся, хлопнув Ивора по плечу.

Уже уходя, он бросил через плечо нечто емкое и невероятно ценное. Важнее любых слов благодарности.

— В следующий раз я буду в форме, и мы обязательно сразимся!

…

В отличие от дня, ночь пролетела почти незаметно. Уже рано утром Великий Молот Озем покинул Ледяные Истины. Встретившись с Яромилой, они отправились под Требовль, для создания формации. Ольга же обещала прибыть чуть позже, ссылаясь на важные дела.

Еще затемно Ивор стоял у пруда в массиве, разминая тело. Юлия пристально наблюдала за ним издалека.

Его раздражала неизвестность. А сейчас этой самой неизвестности было слишком много, начиная от спящей Звездочки, и, заканчивая приливом сил и непонятным испытанием, что посетило его, когда они поглощали Ядро Берегини.

Ольга появилась без приветствия, подойдя к Ивору. Она источала сладкий аромат морозного воздуха и мяты. Сегодня на ней был очередной откровенный наряд в виде длинного платья с ледяными цветами и плаща с меховым воротником. Разрез по бокам платья очень соблазнительно оголял ее бедра, от одного взгляда на которые щеки Ивора краснели.

— Итак, прежде чем мы начнем, думаю у тебя есть вопросы, на которые я готова ответить. У нас все меньше времени. Состояние сестры ухудшается, а хазары дышат нам в спину. Придется прибегнуть к более тяжелым методам, чтобы переместиться с отметки в пятьсот верст, ведь дальше давление будет пытаться не выплюнуть тебя, а раздавить.

— Мастер. Я уже преодолел пятьсот верст. Последнее мое погружение остановилось на отметке в тысячу верст.

В тот день Ивор впервые увидел, как на вечно холодном лице Ледяной Девы отразилось искреннее удивление.

Глава 94. Прорываясь ко дну

Пределом Ольги была тысяча верст, дальше ее тело испытывало невероятное давление, которое заставляло Ледяную Деву остановиться. После тысячной отметки Ледяной Пруд не просто пытался раздавить тело, он мог его уничтожить.

Как трескается лед, также трескалось и тело. То, что ее ученик достиг той же отметки, что и она, очень радовало. Ведь было еще время, а значит можно и попытаться погрузиться на две с половиной тысячи.

Ледяная Дева положила руку на плечо юноши и немного сжала.

— Ты хорошо постарался, но впереди еще длинный путь.

Ее сердце билось чуть быстрее. В нем все больше разгоралась надежда. Но вместе с ней были и другие чувства, в которые, однако, Ольга отказывалась верить. Ее разум и сердце принадлежали другому человеку, даже несмотря на то, что он давно умер. Она не могла отказаться от этого.

Женщина прекрасно знала, что это в прошлом, она также знала, что было бы лучше двигаться дальше и жить своей жизнью, но прошлое продолжало преследовать ее. Это видела и Юлия, но, к сожалению, не могла помочь. Своенравность Ольги не позволяла ей прислушиваться к словам насчет таких глубоких и чувственных вещей.

Ольга понимала, что ее чувства, скорее следствие того, что Ивор напоминает ей Пересвета, однако в последние дни, она сравнивала не Ивора с Пересветом, а скорее наоборот. Что ее малость пугало.

Как давно она давала себе передышку? Волю чувствам? Как давно могла быть свободной в мыслях и изречениях? Кажется, именно после той войны ей пришлось запечатать все это в себе и стать настоящей Ледяной Девой.

— Я думаю, у меня созрели вопросы. Я бы хотел, чтобы вы помогли мне разобраться в некоторых вещах.

Голос Ивора вывел Ольгу из задумчивости. Краем глаза она заметила наблюдающую за ней Юлию и недовольно цокнула.

— Сейчас хорошее время для вопросов.

— После поглощения ядра я чувствую себя как-то иначе. Моя духовная сила будто бы увеличилась и тела ей недостаточно. Это похоже на то, как вода проливается через края наполненного стакана. К тому же, когда я спал в пруду, я видел странный сон…

Ивор вспомнил, что в том сне Ольга была его женой. У них был ребенок, да и сам он имел титул Князя Исы. Юноша смутился.

— Это правильное чувство, — начала Ольга, глядя куда-то в сторону. — ты прошел испытание во сне и ступил на Путь. Это особое состояние культивации, которое увеличивает количество твоей энергии, однако, твое тело еще не готово. Поэтому энергии оказалось больше, чем может вместить твой резервуар. Но не страшно. Проблем с этим не особо много. Разве что ты больше не сможешь скрыть свой уровень силы. Что же касается Пути, то судя по циркуляции и тому, что я читала однажды в древних записях, то это Путь Велеса, защитника мира.

Перед глазами Ивора появился седобородый старик из его сна, который сказал, что принимает его. Это и был Велес, но настоящий, или придуманный сонным разумом? Ольга продолжила.

— Из тех же записей известно, что Пути позволяют отделить разум от тела. При этом само тело будет поддерживать циркуляцию духовной силы на одних только инстинктах. Иногда оно может достичь идеальных направлений энергии, поэтому твоя скорость культивации возрастет. Есть всего три Пути. Велеса — путь защиты. Сварога — путь войны. Магуры — путь исцеления. Про них мало известно, но из того, что я находила в библиотеках, могу сказать, что Велесов путь направлен на предотвращение атаки.

— Но разве защита и предотвращение атаки, это не разные вещи?

— Не совсем. Любая атака состоит из нескольких стадий. Первая — подготовительная. Ты занимаешь стойку, задаешь движение, начинаешь придавать ускорение. Вторая — набор мощи. То, что ты вкладываешь в удар, до того, как он настигнет цель. Третья — попадание. Ты выбрасываешь всю силу и энергию, что подготовил и накопил во время первых двух стадий. Развитие Пути Велеса позволяет видеть все эти стадии, именно он направлен на предотвращение атаки еще на первой стадии. Для противника это ощущается так, будто он хочет подняться по лестнице, но мажет по первой же ступени и проваливается, оставаясь в самом низу.

— То есть защита в том, что ты останавливаешь атаку так, что она даже не начнется. Это необычно.

— Верно. Основа этого Пути в уклонении от ударов, захватах и перенаправлении энергии в сторону.

Ивор задумчиво кивнул. Учитывая, что Бриофитовый щит он так и не освоил в совершенстве, а защитных техник у него толком не было, Путь Велеса ему очень подходил. Уклонение при помощи мерцания и возврат энергии от атаки в сторону противника были бы неплохим подспорьем в битве. Все лучше, чем вечно бегать по полю боя.

— И как мне начать его развивать?

— Ох, а вот тут я не помогу тебе. В каганате только три человека, обладающих путями. Если представится возможность, то я спрошу у Чистовода, чтобы он дал тебе несколько наставлений, но это будет непросто. После первой войны с хазарами князь стал совсем закрытым и недоверчивым, не знаю, что должно произойти, чтобы он доверил секреты своей культивации пути, даже если это будет мой ученик.

Мог ли он надеяться, что князь Исы окажет ему помощь? В прошлый раз он предотвратил атаку Змееведа и даже взял Ивора под свою защиту.

— Я все хотел спросить, мастер. Еще на турнире вы прислали мне карту, но я так и не понял, что за местность на ней указана. По началу, я думал, что она относится к Гиперборейским руинам, но там карты бесполезны.

— Ах это. Слышал ли ты легенды про остров Буян?

Ивор зацепил из воспоминаний какую-то мысль и непроизвольно повторил ее вслух.

— В свете ж вот какое чудо: в море остров был крутой, не привальный, не жилой. Он лежал пустой равниной, рос на нем дубок единый. А теперь стоит на нем новый город со дворцом.

— Да, есть такая детская сказка, вот только говорят, что остров действительно существует. Эту карту мне оставил отец. А написана она моим прадедом, который якобы бывал на этом острове. Сколько отец не плавал по ней, но острова так и не нашел, поэтому, кажется, что прадед просто выдумал все это. Но я все же склонна верить в его существование, потому что в записях и легендах есть несколько случаев, и все они похожи по описанию.

— Но почему вы передали эту карту мне?

— В Исе есть традиция. Если хочешь расположить к себе человека, подари ему что-то ценное из своих воспоминаний. Мои воспоминания о прадеде очень теплые, а карта — это единственное, что напоминает мне о нем. Я передала ее тебе, пойдя на небольшой риск. Но сложилось намного лучше, чем я ожидала. Поэтому оставь ее у себя.

— А если бы не сложилось? Если бы я отказался?

— Я бы нашла тебя и забрала карту, отрубила бы тебе руки, да и все.

Ивор нервно сглотнул, но внезапно…

Услышал легкий смешок от Ольги.

Ледяная дева.

Пошутила.

Юноша не верил своим глазам. Уж что-что, а улыбку на лице Ольги он явно не ожидал увидеть.

Но она длилась недолго. Всего мгновение и Ледяная Дева снова сделалась холодной и серьезной.

— Ты готов испытать свой новый предел?

Ивор кивнул, прогоняя остатки смущения. Уже по обыкновению он скинул с себя кафтан и глубоко вдохнул. Морозный воздух окутал его легкие, замирая на долгое время. Благодаря возведенному Аркону Рыбы он прекрасно чувствовал себя в воде, при этом не нуждаясь в дыхании, ведь тело подпитывалось внутренней энергией.

Собрав всю волю и мысли, он решительно нырнул в Ледяной Пруд и с огромной скоростью рванул вниз.

Как только Ивор скрылся, Юлия подлетела к Ольге и улыбнулась.

— Как радостно все же видеть эмоции на твоем лице.

— Тц…

— Ну не дуйся, ты же знаешь, как я люблю наблюдать за тобой, это моя сестринская забота!

— Знаешь, я вспоминаю, как будучи ребенком ты вечно подглядывала за мной, даже кхм… во время мытья.

— Потому что ты никогда не звала меня с собой…

Юлия подошла ближе и обняла сестру.

— Вот вылечусь, пойдем с тобой в баню вместе. А то вон какие ягодки отрастила, а сестрице не показываешь!

Ольга заметно покраснела.

— Да ну тебя!

Юлия звонко засмеялась, потрепав женщину по голове.

— Ладно-ладно, я просто убедилась, что ты все такая же. И не ошиблась. Мальчишка и правда разбудил в тебе что-то хорошее. Я этому рада! Но… почему ты ему не сказала?

— О чем?

— О его внутренней силе, о том, что ее больше, чем нужно, ты же увидела, как, собственно, и заметила ее.

— Ему сейчас не нужно знать. Если он достигнет дна Пруда, то явно прорвется, там и сам поймет. Моя обязанность, как мастера, не разжевать все ученику, а наставить его на нужный путь. Я понимаю, что если он сейчас совершит прорыв, то это будет огромный скачек на несколько стадий, и если он это не сможет контролировать, то его тело разорвет на куски. Я забочусь о нем, но такие вещи он должен постигать на пути культивации сам.

Юлия про себя согласилась с сестрой и посмотрела на воду, которая уже успокоила свою рябь. Ольга продолжила.

— А что касается личности, живущей в его внутреннем мире… Это его тайна и я не стану туда лезть. Если Ивор посчитает нужным, он расскажет мне. Я бы никогда и не заметила, если бы не тот всплеск духовной силы, когда он поглощал ядро.

— У этого мальчика слишком много тайн для обычного практика из деревни на окраине Зничева, тебе так не кажется?

— Кажется, но видимо боги благоволят ему.

Сестры подошли ближе к Пруду, и каждая из них всматривалась в толщу воды. Они наблюдали, как Ивор стремительно подбирается к тысячной версте.

По мере того, как шло время обе женщины все сильнее раскрывали глаза. Их лица коснулось огромное удивление и шок. Еще через время удивление сменилось беспокойством.

Прошло около пяти или шести горящих лучин времени.

— Неужели он хочет… — начала было Юлия, но была прервана Ольгой.

— Такой же идиот…

В тот день впервые за свою долгую историю Ледяной Самоцветный Пруд затянуло тяжелыми серыми тучами. Они собирались все больше и больше, пока не покрыли собой всю необъятную территорию, погружая ее в полумрак.

Ледяная Дева резко вдохнула. Так, будто что-то ее очень испугало.

Ольга решительно сделала шаг вперед, ее дыхание сбилось, а сердце сжалось. Но Юлия крепко схватила ее за руку, останавливая.

— Даже не думай. Тебе не погрузиться так глубоко, ты погибнешь.

— Нет! Я нырну за ним!!!

— Оленька… боюсь уже слишком поздно.

Она одернула руку и прыгнула в воду.

…

Ивор добрался до тысячной версты, не испытав ни малейшего неудобства.

Он остановился, чтобы подготовиться к пересечению еще одного барьера. Если при переходе с пятисотой было такое резкое увеличение давления, то и после тысячной оно будет. И скорее всего намного тяжелее.

Юноша распределил энергию льда по всему телу и накинул слой личной защиты. Духовная сила беспрерывно циркулировала внутри, проходя через его киноварное поле и два водных узла.

Его тело было значительно крепче, чем у любого другого практика, на той же стадии культивации. Прибавить к этому божественные каналы и невероятное количество энергии и Ивор уже становился одним из лучших в своем поколении.

Юноша напряг все тело и осторожно заплыл на первую версту, за тысячным рубежом.

Но ничего не почувствовал, совершенно.

«Неужели я способен и дальше двигаться так легко?»

Вторая, третья, пятая, двадцатая.

Ощущения были теми же. Никакого давления. Энергия продолжала плавно огибать его тело.

Так он доплыл до полутора тысяч, а вот там уже ощущал, что начинаются неудобства. Каждую версту, как и когда-то ранее сила, давящая на него со всех сторон и пытающаяся разрушить его тело усиливалась. Но он терпел.

До самой отметки в две тысячи.

Он добрался до нее, но его тело уже начинало кровоточить. Здесь потоки воды были настолько промерзлыми, что походили скорее на ледяные лезвия, что изрезали его тело. Глубокие раны на руках и груди были такими тяжелыми, что даже после первоклассного лечения у опытного знахаря, они оставят шрамы на всю жизнь.

Силы медленно уходили, но благодаря огромному количеству энергии, Ивор мог продолжать.

Две тысячи первая верста далась невероятно тяжело.

За очередным барьером давление стало в десять раз свирепее, чем все прошлое, что оказывалось на его тело. Юноша стиснул зубы, продолжая плыть.

Движения замедлялись, будто вода становилась плотнее. Ивору казалось, что он плывет вовсе не в воде пруда, а в каком-то гигантском чане с киселем.

Две тысячи десятая.

Его пальцы начинали трескаться. Будто их кто-то иссушал. Но как подобное могло происходить в воде? На деле же, участки кожи отмерзали, трескаясь, словно тонкий лед на луже поздней осенью.

Резкая и колкая боль пронзала все тело, но он даже не мог открыть рот, чтобы простонать. В его голове была одна единственная мысль.

«Я обязательно доплыву!»

Две тысячи пятьдесят верст.

Ивор уже не чувствовал конечностей. Он даже не чувствовал, что по ним циркулирует кровь. Кожа на его пальцах окончательно растрескалась, а в трещинах виднелась красноватая плоть. Из его носа бежала тонкая красная струйка, которая быстро растворялась в этом вязком киселе.

Две тысячи сто верст.

… сто пятьдесят.

… двести.

Юноша уже не соображал. Его разум заплыл болью. Стеклянными глазами он смотрел только вперед. Без мыслей и чувств. Он плыл, потому что должен.

Плыл, потому что от него зависела жизнь другого человека.

Последней мыслью, что всплыла в его голове были слова его матушки.

Он вспомнил родной дом. Тепло печи и ее, широкоплечую женщину, которая готовила умопомрачительные лепешки с капустой и творогом.

«Запомни сынок, если довелось совершить зло, совершай уж без сожалений, но знай, за каждый плохой поступок, ты должен расплатиться вдвое больше хорошими. В нашем мире сложно быть всегда правильным. Иногда приходится поступать и подло, и грязно, такова правда. И нет, ты не вымаливаешь прощения за свое зло хорошими поступками. Ты сохраняешь баланс в мире и гармонию в душе».

После этих слов, пустота в его голове отражала чистейшую воду Пруда.

Две тысячи триста.

Он плыл. Его руки неестественно выгибались, трескаясь на местах сгибов. Ивор буквально рассыпался. Неизвестно сколько крови он потерял, но голова кружилась уже так долго, что он привык к этому. Ивор греб руками, отталкивался ногами, а грудь сдавливали тиски от невероятного желания заорать. Эффект боли продолжал накапливаться.

Две тысячи четыреста.

В глубине, темной и непроглядной, забрезжил свет. Легкое сияние мерцало, будто издавая какой-то поющий звук.

Словно в бреду, гипнотизируемый этим сиянием Ивор уже не плыл, он просто дрыгался в воде. Его движения были похожи на то, как сокращаются мышцы у человека перед смертью.

Но он двигался, а это самое главное.

И вот его стеклянные глаза озарились бликом цветка размером с кулак. Белые острые лепестки, широкие и раскрытые, являли миру ярко-голубое сияющее ядро, с мирно колышущимися ворсинками.

Ивор протянул к нему руку.

Изрезанное и потрескавшееся тело находилось на краю гибели.

Едва он коснулся цветка, как в голову пришло осознание, что энергии практически не осталось.

Он доплыл, сделал это, но ему не осталось сил, чтобы выплыть наружу.

Ольга бы назвала его слишком импульсивным.

Звездочка — необычайно тупым.

Кейра — недальновидным.

Его сознание затухало. В этот раз он, кажется, точно помрет. Осознание смерти кольнуло его сердце необъятным ужасом.

Каким-то неведомым образом, двигаясь на одной лишь силе воли он бережно сорвал Кувшинку Тысячелетия.

Дальше, следуя инстинктам, о создал небольшую платформу льда под своим телом.

«Лед… всегда…менее плотный. Менее плотное… всплывет».

Когда его сознание наконец успокоилось, сердце в его груди остановилось, а энергия прекратила свою циркуляцию. Защита спала. Энергия ринулась в его тело, словно прорвало плотину. Давление бушевало. Оно сжало Ивора и все его внутренние органы.

В тот же момент его киноварное поле начало стремительно разрушаться.

Глава 95. Плыви, мой юный воин за дальние моря…

Захария сидел в глубокой задумчивости.

За то время, что он провел на троне в каганате произошло много изменений, но некоторые вещи остались неизменны. Хотя, это лишь потому, что эти вещи он возводил сам, будучи еще беком кагана.

Перед мужчиной, в длинной мантии из черного шелка с глубоким капюшоном и без рукавов стоял длинный стол и двенадцать сидений, каждое из которых украшено по разным предпочтениям. Три из них были уже заняты.

По правую руку от кагана сидел Девятиглаз. Нынешний бек. Высший титул правой руки кагана человек получал за свои заслуги и силу, которую Девятиглаз не единожды подтвердил, пусть и находился в каганате меньше, чем остальной военный совет Захарии.

Пусть Девятиглаз имел не столь высокий уровень культивации, как самые лучшие практики Хазарского каганата, но своим умом и хитростью он явно превосходил всех. Рядом с Девятиглазом сидели его два заместителя. Кундур — третье по значимости лицо в каганате по имени Алп-Тархан. Рослый мужчина в тяжелом ламеллярном доспехе. Этот человек источал кровожадность, даже в спокойное время.

Алп-Тархан был вторым по силе в каганате после Захарии и находился только на первом кольце этапа Начертания Рун. В то время как Захария давно его преодолел. Кундур прекрасно знал, что не столь богат умом, чтобы занять место бека, поэтому не претендовал на него, однако с приходом Девятиглаза, он понял, что по сути они вдвоем делили должность заместителя кагана. И если Девятиглаз был умом правой руки, то Алп-Тархан был его силой.

Второй заместитель и четвертое по значимости лицо в каганате — джавшигар. Худой, но очень высокий мужчина по имени Сабриель. Мастер по техникам кражи души, а также эксперт в формациях. Именно с ним большую часть времени работал Девятиглаз, объясняя принципы работы формаций Русского каганата.

Еще восемь мест пока пустовали.

Тишина вокруг была давящей, как, впрочем, и аура, ведь здесь находились сильнейшие хазары.

Молчание нарушила широко открывшаяся дверь.

Восемь мужчин, одетые в одинаковые доспехи, но имеющие одну-две отличительные черты, вошли в зал царственного дома.

— Первый Военачальник Обадия приветствует вас! Свет каганату нашему!

— Свет кагану! — вторили остальные мужчины и, после короткого молчаливого кивка, расселись за стол.

Среди этих мужчин было только трое, включая Девятиглаза, кто не достиг пика Выращивания Духовного Древа, остальные же источали силу, которую можно было буквально ощутить на своей коже.

Они сели в порядке иерархии, занимая сидения от джавшигара. После Обадии сел второй военачальник Ханукка, третий Езекия, далее Завулон, Язид-Булаш, Салех, Амран, Золомон.

Каждый из них внешне внушал страх и представлял вид настоящего воина, который прошел не одну сотню сражений.

— Вот вы и собрались, моя карающая длань! Сегодня состоится совет пред нападением.

Каждый из присутствующих почтительно кивнул.

— Мой лазутчик передал нам очень ценное послание, которое поможет в сражении, думаю слова здесь лишние. Девятиглаз, активируй записывающую табличку и объясни, что к чему.

Мужчина вынул из сумки небольшую деревянную табличку с несколькими знаками. Он влил в нее немного энергии, что багровым туманом окутала структуру дерева и внезапно зазвучали приглушенные голоса четверых человек.

« — Говори, Сталерук.

— Каждое княжество отправит по небольшому отряду на границы Исы. Они будут возводить оборону с особым рвением. Так, будто мы знаем о планах Захарии. Гордость не позволит ему использовать диверсию, поэтому он пойдет в лобовую атаку. Мы же начнем заранее готовить основные силы. Когда Захария начнет свой поход, мы зайдем с востока и запада, через Тундровые леса. Задача проста. После небольшого сопротивления твои люди начнут отступать. Мы сдадим им Галич и за ним Требовль, тем самым впуская внутрь границ Русского каганата. Как только они зайдут, Огневед и Ветроступ перекроют путь к отступлению. Тиверцы отправят ертаул, чтобы разбить заднюю часть войска, лишив подкрепления. Огневед же будет наступать в спину основной части. Мы же с тобой ударим их спереди.

— Наших сил будет недостаточно. В объединенной армии Русского каганата практиков столько же, сколько и у хазар, но ни для кого не секрет, что они в разы сильнее, с учетом их культивации. Как только начнется бой, они с каждым мгновением будут становиться более свирепыми и жестокими, нам нельзя затягивать сражение. Но и быстро разбить мы их не можем.

— Это карта формаций. Все, что есть у Исы мы задействуем разом. Берканское княжество полностью предоставит на это ресурсы. С восточной стороны мы задействуем Формацию Семисот Водопадов. Через две лучины с запада активируется Формация Раскола Лавин. В течение девяти месяцев мы подготовим за Требовлем Формации Каменных Врат и Хрустальной Триграммы. В качестве резерва Огневед, прошу позаботиться о Формации Магматического Взрыва».

Какое-то время все задумчиво переваривали информацию. Первым молчание нарушил Девятиглаз.

— С позволения кагана, я объясню. Это запись с совета великих князей. Все что вы слышали, их план.

Обадия поднял взгляд и многозначительно прищурился.

— Как мы можем быть уверены, что этот Девятиглаз не ведет нас в ловушку.

Захария поднял лишь указательный палец, а атмосфера стала тяжелее настолько, что некоторые из присутствующих закашлялись.

— Не стоит. Мы собрались не затем, чтобы оспаривать достоверность. Девятиглаз подтвердил свою верность. Что же касается информации, ее доставил мой личный лазутчик, о котором не знает никто, кроме меня. Я склонен верить этой информации.

Обадия смиренно кивнул.

— Итак, наш план не будет таким хитрым, мы не станем уподобляться русам. Только слабые идут путем хитрости. Изначально мы пойдем на поводу у их плана и войдем в границы каганата, но то будут не основные наши силы. Большая часть солдат зайдет с восточной части. В передовом отряде пойдут Девятиглаз и Сабриель. Ваша задача — разбить формации Каменных Врат и Хрустальной Триграммы. Восточные отряды позаботятся о Формации Семисот Водопадов, а я лично возглавлю западный отряд. Мы с Алп-Тарханом возьмем на себя основные силы. И я лично обещаю вам, что к следующему, после наступления, рассвету голова каждого великого князя будет висеть, как украшение у наших ворот!

Совет военачальников единогласно подтвердил слова Захарии.

— Прекрасно! Тогда каждому из вас будут выданы карты с подробным планом и действиями. Остался лишь месяц. Мы приведем наш каганат к вершине! Свет ему!

— КАГНАТЕ КЕ ЛЬЕ ПРАКАШ! — вскрикнули все.

И багровый дым сгустился у потолка зала.

Через какое-то время все покинули царственный дом, а сам Захария отправился в спальни.

Он открыл тяжелую деревянную дверь в комнату, усеянную коврами и шелковыми одеялами. Там у зеркала стояла смуглая девушка с ясными янтарными глазами.

— Как прошел совет? — вопросила она без какого-либо интереса.

— Прекрасно. Еще месяц и мы выступим. Ты помнишь обещание, которое ты мне дала?

Девушка по имени Сати, она же дочь бывшего кагана выдохнула, но без толики каких-либо эмоций.

— Не будь я так ценна для тебя, ты бы меня уже давно убил, но тем не менее я продолжаю жить, и не сбегаю, а значит у меня нет другого выбора.

Захария рассмеялся. Он подошел к девушке и грубо схватив ее за лицо повернул к себе. Мужчина заглянул в ее глаза и серьезно сказал.

— Своенравные в моем вкусе. Ты одна из сильнейших девушек каганата, было бы расточительно тебя просто убивать. Я собираюсь использовать всю твою силу, но… Признаться, я был удивлен, когда ты запечатала свою культивацию. На что ты надеялась?

— Я просто не дала тебе то, что ты не заслужил!

— ХА! Не заслужил? Да уж, ты права. Все награды забирает лишь победитель. Ничего, я потерплю. Но как только Русский каганат падет на колени, ты родишь мне наследника! А после передашь всю свою культивацию ему!

Сати медленно опустила глаза. На секунду в них отразилась грусть и безысходность, но после, ее взгляд вновь стал абсолютно пустым.

— Как прикажете, мой каган.

…

На стенах Ледяных Истин по-прежнему не было ни единой души. Здесь находилось одно местечко, о котором знали лишь два человека. Место это могло укрыть их даже от самого пытливого взгляда.

Лиска нашла его, еще будучи на первом году обучения и часто ходила сюда, чтобы помедитировать. Но совсем недавно у нее появился тот, кому она смогла рассказать эту тайну.

На стенах Ледяных Истин не было ни единой души, но если присмотреться, то сейчас там находилось два человека.

— Что ты чувствуешь по поводу этого противостояния?

— М?

— Все же они твой родной народ.

Рисбо задумался. Сейчас он сидел без своей маскировки и в его внешности безошибочно можно было определить хазарского юношу.

— Меня ничего не связывает с ними, кроме того, что я там родился.

— Вот как…

Лиска заметно мялась после предложений. Что-то тяготило ее.

— Если ты думаешь о том, на чьей я стороне, то зря, есть только одна сторона, к которой я всегда буду принадлежать. Твоя.

Щеки Лиски покраснели. Она привыкла к милому юмору Рисбо, к его нытью и серьезным тонам во время работы, но такое поведение для девушки все еще было вновинку.

— Знаешь я… Не особо умею говорить всякие такие штуки, все что мне доступно, это мои руки и несколько навыков, поэтому…

Он порылся в своей сумке и достал оттуда небольшой кулон в виде знака богини любви — Лады.

— Это затвердевшая смола Северной Карликовой сосны, она… ценная и очень благоприятно влияет на культивацию, а еще оберегает и… и это… ну.

Рисбо тараторил так быстро, что все слова сливались в одно единое, но под конец все же не нашелся, что продолжить. Однако Лиска не сводила с него своих чудесных глаз. Вместо этого она крепко его обняла.

— Рисбо, это лучший подарок в моей жизни. Спасибо тебе.

Ее губы мягко коснулись его щеки, отчего тот изрядно покраснел.

Юноша аккуратно застегнул шнурочек на ее шее.

— Мне идет?

— Более чем.

Какое-то время они молчали. От тревоги Лиски не осталось и следа, а вот Рисбо напротив стал более задумчивым.

— Давай сбежим? — внезапно начал он.

— Куда? От кого? — не поняла Лиска.

— Ото всех. От этой войны, от академий и культивации. Я хотел бы просто счастливо жить с тобой, мне до ужаса страшно от того, что происходит.

— Рисбо, но я…

— Мы с тобой пойдем на запад, через Берканское княжество, а там, возьмем лодку и переплывем тридевятые моря. Начнем новую жизнь, подальше отсюда.

Юноша непреклонно продолжал свою фантазию, казалось, его невозможно было остановить, но Лиска сжала его руку.

— Я не могу, Рисбо. Тут мой дом. Я росла здесь. Все эти люди, эта академия. Оно родное для меня. Не выйдет просто так все бросить.

— Но они убьют вас!!! Ты не представляешь, насколько сильны хазары! Это настоящие чудовища, оставляющие после себя выжженные поля и горы трупов!

— И что? Нет, ты не поймешь. Я буду сражаться за свой дом до конца! Как и любой другой практик. Мы не раздумывая пожертвуем жизнями ради людей, живущих здесь, ради своих близких и ради князя. Потому что это наш долг. Я люблю это место, Рисбо.

— Больше, чем меня?

— Такие вопросы…

— Ответь! Больше чем меня?!

— Рисбо, я родилась здесь, так что у меня не выйдет ответить на твой вопрос.

— Вот как.

Внезапно юноша встал, посмотрев куда-то вдаль. Его лицо сделалось очень серьезным.

— Знаешь, я готов на все, чтобы защитить тебя. Потому что совсем недавно именно ты стала моим миром. Так что… Помни об одном, прошу тебя. Все, что я делаю или когда-либо делал — только для тебя и твоей защиты! И что бы ни произошло, я всегда буду защищать только тебя.

— Почему ты?..

Рисбо шагнул вперед, в снежную метель за стенами академии и растворился в ней. Даже само присутствие его пропало. Лиска едва протянула свою руку, но поймала лишь воздух.

…

Я видел чудесный сон. И сон этот был сладостнее клеверного меда. Нежнее заячьего меха.

Она пахла мятой. Девушка, которая прижималась ко мне. Ее нежное обнаженное тело притягивало, ее пышные груди вжимались в мою грудь, а разгоряченное дыхание обжигало кожу. Я чувствовал каждое ее движение. Едва влажные ключицы собирали в своих ямочках капельки пота. Запах взмокшего тела бил в нос, заставляя возбуждение нарастать неистовыми потоками.

Я — воплощение льда, но сейчас горячее меня нет ничего на всех ветвях Мирового Древа. Я проникал в нее медленно, ощущая каждое движение и знал, что она чувствует меня. Каждый вздох, каждый толчок, она чувствует это, так как молния пробегает по всему телу.

Ее тонкая талия, хрупкая, как ивовая веточка, в моих руках. Я крепко сжимаю ее, притягивая к себе и наслаждаясь. Мы оба растворяемся в этом чувственном и невероятно приятном ощущении.

Сладкие стоны касаются моего уха, также, как и ее губы. Они не грязные и не слишком громкие, но сдержанные. Каждый выдох сопровождается звуком ее прекрасного голоса. Это возбуждает меня еще сильнее, заставляет двигаться быстрее.

Сколько бы я не вглядывался, я не видел лица этой прекрасной девы. Но ее изящное, стройное тело. Белая, как мрамор кожа. Боги, ни один скульптор не способен передать эту красоту. Ни один мастер художеств не сможет запечатлеть ее на холстах.

Чем быстрее мы двигались, тем больше сил у меня было. Что-то теплое разливалось в моей груди, пока, наконец, я не растворился окончательно. Сознание уходило все дальше, оставляя место телесным инстинктам. Но не животным, нет. Ибо этот восхитительный момент был настолько эстетически прекрасным, что ни один язык не повернется назвать его грязным.

Я видел чудесный сон. И во сне этом я был с ней. С девушкой, которая поработила мое сердце одними лишь движениями. И именно с ней по окончанию мой разум нашел полный покой и забвение.

Зная, что через цикл она снова вернется, чтобы повторить этот искренний и потрясающе нежный акт любви.

…

Прошло две недели с того момента, как Ивор нырнул в Ледяной Самоцветный Пруд.

Ольга стояла перед Юлией и смотрела на нее сложным взглядом. Ее губы слегка дрожали.

— Ты знала! И он знал! Как это ушло от меня, а? Как?

— Оленька, успокойся. Просто на тебя давило так много всего, что ты упустила это из виду.

— Упустила из виду? Что? То, что моей сестре осталось от силы два месяца? То, что твои каналы безвозвратно разрушаются, даже несмотря на силу Ледяного Пруда? Именно поэтому он решил достать его сейчас! Именно поэтому все так случилось. Его киноварное поле растрескалось, а я не могу ему помочь, сколько не стараюсь. Это я виновата. Если бы я не…

— Оля, послушай. Он сделал это, не потому что ты его попросила. Ивор сам этого хотел. Он такой человек. Готов жизнью пожертвовать, чтобы отплатить добром на добро. Я видела его состояние. Думаю, ты сможешь восстановить его киноварное поле. Если… конечно, будешь очень сильно стараться.

Юлия подошла к сестре и погладив по щеке кокетливо подмигнула. Слово «стараться» она выделила такой интонацией, что Ольга невольно покраснела.

— Сейчас не время шутить! — сказала она убийственно холодным тоном. — Я лишь делаю то, что нужно, чтобы вытащить своего ученика из лап Морены.

Юлия повернулась к Ольге спиной и прошептала несколько слов, которые Ледяная Дева не услышала.

— Думаю, будь на его месте кто-либо другой, ты не отдала бы так запросто часть своего женского я.

Ольга бросила вслед уже исчезающей сестре.

— Мне нужно встретить людей из Каганата. Совсем скоро начнутся сражения с хазарами. Прошу, подготовь свое тело к поглощению кувшинки!

— Как скажешь, сестренка.

Юлия исчезла, оставив за собой небольшой хвост из танцующих снежинок. Ольга же еще какое-то время провела в задумчивости. Что она делает? Почему вещи приняли такой оборот? Но Ледяная Дева была твердо уверена, что когда ради нее или ее сестры кто-то рискует жизнью, то она явно отплатит тем же.

Ольга покинула массив Ледяного Самоцветного Пруда, чтобы встретить глав академии Огненных Столпов и школы Тиранической Поступи. Небесные Водопады и Пламенные Миражи также прибыли в Ису. До начала войны оставались считанные недели.

Глава 96. …увидишь остров стройный, ты брось там якоря

Юлия наблюдала за свинцовыми тучами в массиве Ледяного Самоцветного пруда. За те тридцать лет, что она пробыла здесь, он ни разу не вел себя настолько странно. Все эти две недели казалось, что собирается настоящая метель, но ее все не было.

Она мысленно вернулась назад. Это началось именно в тот день, когда Ивор решил нырнуть до самого конца. Едва его жизненная энергия начала угасать, небо затянуло, потом она и вовсе исчезла, что заставило Ольгу безрассудно броситься на спасение.

«Да уж, парень явно умен. На последних силах создал под собой лед, чтобы тот вынес его наружу. Вот только если бы Оля не перехватила его на тысячной версте, то он не дожил бы до того момента, как его тело покинет пруд».

Ледяная дева поймала Ивора и, поддерживая его висящую на волоске жизнь своей энергией, вывела наружу.

На его тело было страшно смотреть. Местами фиолетовая кожа, потрескавшиеся пальцы и множество глубоких порезов. Они даже не кровоточили, ведь кровь напрочь замерзла. Ни один знахарь, увидев его тогда, не сказал бы, что у парня есть какие-то шансы.

Но вот уже две недели Ольга выхаживала юношу с каким-то поистине невероятным рвением. Юлия думала, что те чувства, что испытывает ее сестра также помогали Ивору, иначе он не продержался бы и дня.

Другой вопрос в том, что лучше ему не становилось. Ольга могла поддерживать тот маленький огонек жизни в нем, чтобы не позволить переступить Калинов мост, где его ждала вечная Навь. Но вот полностью вылечить, увы. Если только не…

Юлия смотрела на Кувшинку Тысячелетия в своих руках. Ее губы грустно ухмыльнулись.

«Какая ирония. Пожертвовать жизнью ради того, что потом спасет тебя…»

Она уже готова была принять это решение, как ее слух уловил звук открывающихся врат в массив.

«Ольга? Но она должна принимать глав других академий. Неужели закончила раньше?»

Ее тело превратилось в мантию из снежинок, что полетели ко входу в массив.

Внезапно, тучи стали сгущаться еще плотнее, а между ними сверкнули ломанные линии молнии. Небо будто раскололось на две части, заставляя пространство содрогаться и наполняться неведомой энергией.

Так происходило некоторое время, но потом молния сверкнула настолько ярко, что ослепила бы любого, Она резким ударом пронеслась к земле разверзая саму суть мирозданья.

Тело Юлии снова обрело форму, а легкие будто сжало металлическими рукавицами.

«Что?.. Что это за сила? Неужели… кх… Неужели на континенте появился практик, обладающий столь тяжелой аурой?»

Она видела силуэт, что вошел внутрь, но лицо ускользнуло от ее взора. Ее тело, в котором отсутствовала энергия не смогло выдержать такого давления, и она упала в обморок.

В тот же момент таинственный силуэт оказался около нее, подхватив на руки.

— Прости меня, Юлия, я совсем забыл запечатать свою силу. В мире смертных все такие хрупкие, даже как-то непривычно.

Тонкие голубые линии потянулись от пальцев к телу Ледяного Оракула, возвращая ее сознание.

…

— Нет! Нет-нет-нет, как же так! Все должно быть абсолютно иначе!

Тишину нарушал голос, который доносился откуда-то издалека, будто он вообще был под водой.

— Не могло же лишь одно мое действие так сильно повлиять на полотно судьбы.

Голос становился ближе, пока не…

Ивор стоял в небесно-голубом чистом мире, где не существовало понятий времени, энергии и вовсе души. Лишь только он и его отражение.

Он пристально смотрел в глаза самому себе и не понимал. Человек перед ним был явно выше, старше и намного сильнее, чем он.

Множество шрамов на руках и даже парочка на лице, синяки под глазами. Усталый, отрешенный вид.

Внезапно глаза у отражения расширились.

— Ну и чего… Ты так и будешь играть в идиота?

— Что?

Ивор опешил. Его отражение заговорило, причем голос был грубым и хрипловатым. Он бы сказал, что на вид его отражению лет тридцать-тридцать пять, хотя кто знает, сильные практики на высших этапах манипулируют своим внешним видом и зрелостью тела так, как они пожелают.

— Что-что… Тьфу ты, даже не верю, что был таким остолопом.

— Я не понимаю.

— Да тебе и не стоит. Вот скажи, в чем был прок нырять сейчас? Это не ты должен был сделать. Не так все должно произойти, ты обрубил мне всю линию полотна. Как я сейчас буду ее восстанавливать? Я-то думаю, где причина, а она вот она, здесь и сейчас.

Ивор стоял молча, не понимая, о чем говорит его отражение, его лицо выражало крайнюю степень недоумения.

— Что я сделал не так?

— Ты… — внезапно взрослое отражение Ивора изменило свой взгляд на молодую копию. — Нет, ничего. Ты все сделал правильно, не слушай меня. Ты поступаешь, согласно своим убеждениям. Это я виноват, нарушил ход тогда, на турнире. По незнанию и неопытности. Но да ладно. Тебе нельзя знать, иначе все полетит псу под хвост.

— Так если мне нельзя, зачем ты все это мне сейчас говоришь?

Ивор имел одну особенность, которая плыла с ним через всю его жизнь. Если чего-то не понимаешь, то подыгрывай, адаптируйся, а там уж разберешься. И вот сейчас, он подыгрывал своему отражению, хотя в голову уже закрадывались мысли о том, что это просто глупый сон.

— О, смотрите-ка, какой умный. Мне ж дочерта есть с кем поговорить, да? Ладно, слушай сюда. Я все исправлю. Иначе вместо тебя придется погибнуть ей, а это недопустимо. Я должен вернуть полотно в исходную точку, чтобы моя память не разнилась с тем, куда я возвращаюсь.

— Кому ей?

Отражение оставило вопрос не отвеченным.

— Слушай, как думаешь, что вершит судьбу человека?

— Боги?

— Пхахаха! — отражение раскатисто рассмеялось, стирая слезинку с глаза. — Боги? Ну уж нет, давай еще подумай.

— Предопределенность. Я не знаю. Говорят, судьба человека уже написана на полотне Макоши, а человек лишь следует ему. Мне не особо хочется в это верить.

— Ну так и не верь! Ты можешь сколько угодно слышать, что судьбу вершит некое незримое существо, что человек даже не властен над своей волей, но знаешь, это не так. Свою судьбу вершишь только ты. Так вот, чтобы эта судьба свершилась, ты сейчас встанешь и пойдешь в массив Ледяного Самоцветного Пруда. Сколь бы больно тебе не было, ты будешь идти. Главное, заступи хотя бы за ворота! Ты понял?!

Ивор вопросительно поднял бровь, но его повзрослевшее отражение сделало шаг вперед, не дожидаясь ответа. Он думал, что их разделяет водная гладь, или какой-то невидимый барьер. Но человеком перед ним было не отражение.

Взрослый Ивор коснулся лба юного и тот мгновенно уснул.

— Вот уж не думал, что все так обернется. У меня осталось всего две попытки, я не могу ошибиться.

…

Глаза юноши открылись. Он попытался встать, но боль во всем теле была настолько невыносимой, что даже его разум дрожал.

Ивор медленно протянул руки вниз и только теперь он почувствовал, мало того, что его тело находилось в таком состоянии, что он вообще не должен был просыпаться, так еще и внутренний мир пребывал в абсолютной разрухе. Киноварное поле едва держалось от того, чтобы полностью рассыпаться.

Он краешком сознания увидел очертания чужой ледяной энергии в своем теле, однако домыслов строить не стал, да и не о том сейчас были его мысли.

«Добраться… до массива. Видимо все же не сон, тогда что же?»

Его тело, словно ведомое какими-то необъяснимыми силами поднялось с кровати, и он направился вперед.

Боль сковывала разум, побуждая лечь и не двигаться. Каждый вдох давался с невероятным трудом, но он продолжал шагать.

Ивор и сам не ведал, сколько прошло времени и как ему это удалось, но в полубессознательном состоянии он уже стоял около ворот в массив.

Двери медленно отворились, впуская его внутрь. И вот, сделав лишь шаг тяжелая молния ударила в его тело.

На самом деле, хоть это и выглядело как молния, таковой она не являлась. То был настолько плотный и могущественный сгусток энергии, что она принимала не только видимую, но и физическую форму.

И энергия та явно не принадлежала к настоящему миру Ивора.

Едва юноша переступил порог, как его сознание уснуло крепким сном. Но тело совершило резкий рывок вперед, подхватывая фигуру, что также пришла на звук открывшихся дверей.

— Прости меня, Юлия, я совсем забыл запечатать свою силу. В мире смертных все такие хрупкие, даже как-то непривычно.

Голос Ивора изменился, как и его аура. Такое чувство, что шел сюда один человек, но вот ступил в массив уже совершенно иной.

Он аккуратно влил в нее частички своей энергии, чтобы пробудить сознание, но как только он задействовал атрибут льда, тело предательски подкосилось.

— Хм… Да уж, все намного хуже, чем я предполагал. Но, стоит отдать должное, я дошел сюда, а значит на что-то все же гожусь.

Юноша поднял Юлию и направился вглубь массива, там он аккуратно уложил ее на мягкую снежную подушку, предварительно постелив на нее свой кафтан, а сам сел, сложив ноги вместе.

Его ладони сомкнулись, а после пальцы сплелись в совершенно неизвестный знак Эваз.

Энергия странным образом стала циркулировать по его телу, аккуратно проникая в растрескавшееся киноварное поле.

Лицо Ивора было очень сосредоточенным и серьезным.

Пальцы перестроились в знак Радуги. Славянский символ, который давно утратил его народ.

Духовная сила в большей части черпалась из сути самого массива, и почти не использовала ту, что производило его ядро-солнце. Однако все, что концентрировалось в его киноварном поле предварительно протекало через Морозную Сферу Абсолютного льда, придавая энергии необходимую глубину.

Так прошло несколько часов.

Юлия очнулась чуть ранее, чем закончил Ивор.

Женщина внимательно оглядела его и была шокирована. Конечно, травма юноши была не столь серьезной и запущенной, как ее, но тем не менее, чтобы на его уровне настолько эффективно заниматься самолечением.

Она отчетливо видела, как его киноварное поле уже почти собралось из сотни растрескавшихся осколков, и выглядело здоровым. Оставались лишь последние штрихи, чтобы укрепить его и снова напитать духовной силой.

Ледяной Оракул завороженно смотрела на то, что происходило с ним и попросту не могла унять свою дрожь.

Вскоре Ивор открыл свои глаза и удовлетворенно выдохнул.

— Было сложнее, чем я думал, но, думаю он будет доволен результатом. — пробубнил Ивор себе под нос.

— Кто ты?

Юноша перевел взгляд на Юлию, что заставило женщину вздрогнуть. Она знала очень много сильных практиков и повидала в жизни немало, но такого взгляда еще не встречала.

Это были глубокие глаза человека, который пережил многое. Он познал столько горя и невзгод, что другой давно бы сломался, на его плечи давила тяжесть долгих лет.

Ивор улыбнулся и, поднявшись, приблизился к Юлии. Его рука нежно коснулась ее щеки.

— Ты столь же прекрасна, как и в моей памяти.

Лицо Ледяного Оракула покрылось румянцем. В таких простых словах она услышала так много. Настолько, что почувствовала себя юной девушкой, сердце которой сжалось при виде прекрасного юноши.

— Это не ответ… Ты не тот Ивор, которого я знаю.

— Ты права. Я пришел из точки, что находится далеко впереди на полотнах наших судеб.

— Но… разве это возможно?

— Мир намного больше, чем нам всем казалось, а Северные Увалы, это, пожалуй, самый жалкий и слабый континент. Но, всем очень повезло, ибо континент наш находится настолько далеко от остальных, что вряд ли кто-то доберется сюда, хотя… был один случай, но это не важно.

Юлия нахмурилась. Поверить в это действительно сложно, однако доказательства были прямо перед ней, человек явно превосходил знакомого ей юношу, как в плане мышления, так и в плане силы. Однако это без сомнения был Ивор. По повадкам, жестам, поведению, даже некоторые моменты в манере речи.

— И для чего ты вернулся?

— Вот тут сложно… Я вернулся, потому что мне нужно кое-что исправить, только я не смогу это сделать, не нарушив запреты Макоши.

«ИВОР, ВРЕМЯ НА ИСХОДЕ! НЕ СМЕЙ НАРУШАТЬ ЗАКОНЫ МИРОЗДА…»

Юноша хлопнул себя по голове зажмурившись. Этот голос был не тем, что он привык слышать у себя в голове. Он был чужим. И явно последним, который он хотел знать.

«Да помолчи ты, дела закончу и вернусь. Богиня ты бесполезная».

— У меня все же мало времени, поэтому послушай. Ты, Ледяной Оракул, единственная, кому я могу доверить эту информацию, потому что ты не повлияешь на полотно судьбы, но все же, я не вправе принуждать тебя к чему-либо, запомни это.

— Ивор, что все это значит?

— Я не могу рассказать тебе будущее, иначе все рухнет, но могу вернуть силу, чтобы ты сама его увидела. С помощью той силы, что у тебя с рождения.

— Но мы не достигли того уровня, чтобы знать полотно, законы Мирового Древа пошатнуться и…

— ДА ПЛЕВАЛ Я НА ЗАКОНЫ!!!

Ивор повысил голос, эхо от него грохотом пронеслось по массиву. Он вспылил всего на мгновение, но тут же вернул самообладание.

— Прости, кхм, я позабочусь о нашей ветви древа, не беспокойся. В любом случае, ты не будешь знать того, что свыше твоего понимания. Юлия, прошу тебя, скажи, что ты готова?

Женщина глубоко вздохнула и решительно кивнула. Она подсознательно доверяла человеку перед собой, поскольку совсем не ощущала каких-либо злых намерений.

— Я готова.

— Ты увидишь только то, на что сама способна, и запомни, решение за тобой.

Его руки сложили знаки Эваза и Истока, он крепко обнял Юлию и прошептал ей на ухо заклятье на неизвестном языке. В тот же вдох тело Ледяного Оракула наполнилось духовной силой, но совершенно не той, что используют практики. Она не владела ей, ведь Ивор лишь одолжил женщине частичку своей энергии.

Благодаря этому она могла заглянуть в будущее, пусть всего лишь раз и на маленький промежуток времени, но на это требовалась еще немалая подготовка.

Закончив, юноша отстранился и прикрыл глаза.

— На этом все. Я ничего не менял, а твой выбор, я уверен, восстановит нужную цепочку событий. Юля, я бы остался ещё, мне так много хотелось бы тебе рассказать, но у меня совсем не осталось времени.

Он снова сморщился, голос в его голове гудел без остановки.

Юлия, вернув ясное сознание, нежно взяла Ивора за руку и улыбнулась.

— Я понимаю. Это прощание, и скорее всего навсегда, поэтому… Береги Оленьку, прошу тебя.

Ивор улыбнулся и глубоко кивнул.

— Насколько позволит мне судьба.

Он сел, прислонившись спиной к самоцветной скале и спокойно закрыл глаза. Юлия почувствовала, как присутствие невероятно сильного существа растворилось в воздухе, а тучи, что все это время витали на небе массива исчезли, будто бы их никогда и не было.

Женщина какое-то время смотрела на юношу, сидящего у скалы, а в голове ее было множество сложных мыслей, но озвучила она только одну.

— И все же, какой удивительный ученик тебе достался.

Тело Ледяного Оракула превратилось в плеяду танцующих снежинок.

…

Проснувшись, Ивор совсем не чувствовал усталости или боли, но и совсем не помнил, что произошло. Для него прошел лишь миг. Вот он теряет сознание в Ледяном Пруду, закрывает глаза, а открывает уже здесь, у скалы.

Он забрал кувшинку, ему удалось, а значит Юлии больше не потребуется торчать в этом холодном месте. Так думал юноша.

Ивор нырнул в свой внутренний мир. Он также дышал свежестью и выглядел обновленным. Кажется, даже лучше, чем ранее. Нова по своему обыкновению потерлась о его ногу.

Но внезапно он увидел то, что его несомненно обрадовало. Прислонившись спиной к Аркону Рыбы сидела Звездочка. Ее чистые большие глаза смотрели на него, изредка хлопая длинными ресничками.

Он не раздумывая подбежал к ней, но остановился всего в шаге.

— О, ваше величество, прекрасная Валькирия, не позволите ли вы обнять вас? — он комично понизил свой тон, но Звездочка даже не улыбнулась.

Она едва заметно кивнула и отвела взгляд.

Ивор заключил ее в крепкие и теплые объятия. Это был редкий момент, когда Звездочка не бранилась и не ругала его. Он чувствовал, как бьется ее сердце.

Эти объятия казались для нее самым прекрасным и безопасным местом во всех известных мирах, но увы, разум возвращал ее в печальную реальность.

— Ивор. — наконец прошептала она. — Все очень плохо.

— О чем ты, мы же поглотили ядро, а значит стало на один артефакт меньше.

— Я ошиблась, когда думала, что Венец Пожирающих Бурь — это статичное проклятье. Оно развивается. Это ушло от моего взора. Ивор, когда я поглотила Ядро существа водного элемента, проклятье эволюционировало. По моим подсчетам, у меня осталось менее пяти лет.

Глава 97. В конце пути тернистого мы встретимся с тобой…

— Что? Не может быть, у нас оставалось не меньше двенадцати!

— Когда я поглощала перо и костный мозг все было в порядке, но после ядра Венец вдруг разросся по моим каналам, сдавливая их и поглощая большую часть энергии. Он буквально высосал из меня все силы. Я насильно ввела себя в состояние сна, чтобы он не забрал все. Но теперь, проснувшись, я вижу, что проклятье стало намного сильнее. Ивор, боюсь, если так продолжится, то спустя еще несколько поглощенных артефактов срок снова уменьшится.

Ивор всегда знал об этом, но срок в пятнадцать лет и очень активная Звездочка как-то сглаживали этот момент, но теперь он жестоко ударил его обухом по голове. Валькирия находилась на волоске от смерти. И всегда была.

Она и сама держала это у себя в голове. Тогда, падая с обители богов Валькирия почти смирилась со смертью, но Ивор вдохнул в нее надежду. Теперь же, полностью отдавшись ее веянию она на самом деле боялась умирать. Рандгрид еще не отомстила за смерти матери и своего учителя. Она не может так просто погибнуть.

— Ха! Да и что с того?! — внезапно выпрямился Ивор и улыбнулся. — Будь у нас хоть два года, я бы нашел все необходимое. Но раз уж мы имеем целых пять, ну, или около того, то можно сделать это не спеша, еще и отдохнуть успеем.

Валькирия подняла на него взгляд, еще мгновение ее лицо было в смятении. На нем отчетливо прослеживался страх и недоумение.

— Рисбо уже работает с Оболом, так что сердце охранника переправы намного ближе, чем ты думаешь. Поэтому не важно, сколько артефактов нам осталось, я найду их все.

Лицо Звездочки стало вдруг спокойным, и она усмехнулась. Так надменно, как умеет одна лишь она.

— Ты без моей помощи и причиндала в штанах не сыщешь, а надумал артефакты искать, не смеши эту Валькирию.

— Уж кто бы говорил! Все что ты делаешь, это спишь и пожираешь мою энергию, так что давай не будем!

Они посмотрели друг на друга и посмеялись. Такой она и должна быть, его Звездочка.

— Я рад, что ты вернулась. — подытожил Ивор. — Нам предстоит много дел, очень надеюсь на твою помощь.

— Иди уже. Мне еще нужно немного восстановиться, прежде чем я смогу оказать хоть какую-то помощь.

Юноша кивнул и собрался было покинуть свой внутренний мир, как вдруг понял одну странную вещь.

— Стоп… Это какая-то нелепица, почему я сразу не почувствовал? Нет, погоди, этого просто не может быть!

Он тряхнул головой и начал считать чуть ли не на пальцах.

— Пять, шесть, семь… восемь?!

Звездочка тихо хихикала, наблюдая его реакцию.

— Какого лешего я ступил на Аркон Сокола (8) и даже не почувствовал изменений? Разве это возможно?

— Я-то думала ты и не заметишь.

Ивор вновь вперил взгляд на резные столбы. До этого их было пять, последним возведенным был Аркон Змея (5), но теперь после него красовались столбы с резными головами Рыси, Лисицы и Сокола. Все столбы стояли полукругом и последний, девятый едва начал прорисовывать на себе резьбу. Ивору подумалось, что полукруг получается каким-то неровным и для полноты картины нужен бы еще один столб. Но такого не существует, Арконов ведь всего девять.

— Но я не ощущаю себя настолько сильнее, а это целых три прорыва!!! Да и как я мог получить столь много энергии от одного только Ядра Берегини, неужели оно настолько качественное?

— Ты и правда дубина, ха-ха! Знаешь, не думала, что скажу это, но против Ольги я ничего не имею. Правда ты тот еще кобелина! Спасибо хоть, что делал это, пока я была без сознания. Хотя, о чем это я, чтобы тыкать своим причиндалом много ума не нужно.

— Не может быть… Так те сны были реальными? Но мастер никогда бы не стала так поступать.

Тут его голову кольнули воспоминания о том, как разрушилось его киноварное поле.

«Как можно было забыть что-то настолько страшное? Но сейчас оно выглядит целым. Получается мастер делала это, чтобы спасти меня и мою культивацию?»

— Это же очевидно! — вмешалась Звездочка. — У тебя в теле так много ее энергии, вы явно не раз это сделали, и даже не два. Но, в этом есть и положительные моменты. Это сбалансировало твою энергию и физическое тело, теперь они находятся в полной гармонии. Как следствие, это, вместе с поглощением Ядра Берегини, позволило совершить тебе такой скачок. Я даже не удивляюсь уже. Весь твой рост культивации происходит подобными скачками.

Мысли буквально вскружили Ивору голову. Он стоял, не понимая и не веря до конца, что у него случилось Это с мастером.

Но больше он был раздосадован тем, что все проспал.

— Но все же, почему я не чувствую прилив сил?

— Ну, во-первых, как я уже сказала, ее энергия привела в баланс твою духовную и физическую силы, во-вторых, ты прорвался совсем недавно, тебе предстоит еще закрепиться, так что все логично, ты и не будешь пока чувствовать изменений. По крайней мере до следующего боя.

Ивор кивнул и покинул внутренний мир. Его щеки горели.

Массив Ледяного Самоцветного Пруда встретил его как обычно, с неким дружелюбием, но юноша поспешил из него выйти. Хватит с него этих погружений. Сейчас нужно было посмотреть, как продвигаются дела с Оболом.

Он направился к жилым комнатам, где располагалась мастерская Рисбо, однако самого хазарского юноши там не было. Да и в целом мастерская выглядела так, будто уже не первую неделю пустовала.

Юноша провел пальцем по полке, потом его взгляд метнулся на стол. Там, среди непонятных инструментов лежал аккуратно оторванный кусочек бересты, на котором нацарапана одна фраза.

Ивор поднял бересту.

«Так коряво, видимо Рисбо едва научился нашему письму».

Сама надпись была загадочной «Сила души — это ключ».

Юноша выдохнул и смял бересту. Догадки в его голове принимали страшные формы.

Если Рисбо и пропал, то только один человек может точно знать, где он.

Ивор нашел Лиску на пути из тренировочных залов в гостевой. Ее глаза блеснули, и она подскочила к юноше крепко его обняв.

— Я рада, что ты поправился! Мастер сказала, что ты пересидел в Ледяном массиве, от чего у тебя потрескались жилы. Надеюсь ты полностью восстановился?

Юноша замешкался от такого внезапного налета, но кивнул.

— Да-а, я разобрался с этим. Лиска, где Рисбо, он мне очень нужен.

Ивор еще никогда не видел, чтобы лицо человека так быстро изменилось с радостного на грустное. Девушка непроизвольно коснулась символа Лады, висящего на ее шее.

— Он ушел. Его нет уже вторую неделю и, я думаю, он не вернется.

— Но как же ты? Он бы не оставил тебя просто так.

— Мы… мы говорили с ним перед этим. Он предлагал мне сбежать. Кажется, он очень боится Хазар. Говорил, что они звери и всех нас перебьют. Я знаю, Рисбо хотел защитить меня и поэтому предлагал сбежать. Но я отказалась, потому что хочу защитить Ледяные Истины.

— Это все еще не причина, чтобы уйти.

— Да, но мы поссорились после этого.

— Почему?

— Он спросил, что мне дороже, мой дом в Истинах, или он.

— Ой идиот… Сколько времени прошло, в каком направлении ушел? Ты искала?

— На север, десять дней назад. Я нашла только тропку следов, а потом она оборвалась ближе к границам Исы, дальше идти не решилась.

— Почему? Что на севере?

— Поскольку место, где располагается массив является самой северной точкой континента, дальше начинаются степи, а потом.

— …Хазарский каганат — догадался Ивор.

— Ивор, ты же не думаешь, что Рисбо мог…

Юноша тяжело выдохнул, стараясь не поддаваться эмоциям.

— Варианта два. Либо он пошел договариваться с хазарами, чтобы те не шли на нас войной, либо этот прохвост все время водил нас за нос. Причем в очень жесткой форме. А зная Рисбо, первый вариант кажется слишком уж сказочным, а вот второй более реальным.

— Но он не мог предать нас! — Лиска не могла поверить в это, но Ивор, несмотря на дружбу и свое доверие к Рисбо смотрел реальности в лицо.

— Почему же? Он хазар. Всегда им был. Да, он говорил, что его подвесил его же народ, но подумай. Почему на территории Исы? А эти байки про «недостоин быть убитым». Ох не знаю.

Глаза Лиски уже были влажными. Она по-настоящему полюбила Рисбо и не хотела принимать то, что он мог так запросто предать их.

— Ладно, не плачь раньше времени, пока ничего не доказано. Я найду его, посмотрю в его глаза и задам эти вопросы. Он мне еще не вернул должок, а я очень злопамятный.

Девушка кивнула, стирая едва проступившие слезы. Ответ Ивора ее немного успокоил.

— Ты идешь со мной?

— Куда?

— Академии собирают силы своих практиков, княжества присылают лучших воинов, все готовятся к скорому сражению. В Ледяные Истины прибыли несколько школ, мы идем поприветствовать их. Думаю, для личного ученика Ледяной Девы присутствие обязательно.

Ивор осмотрел свою одежду. Сложно было назвать это выходным нарядом. В таком виде не стоит позорить своего мастера.

Лиска заметила взгляд юноши и улыбнулась. Она сделала всего пару шагов и постучала в одну из деревянных дверей жилых комнат. Ей открыл высокий юноша с русыми волосами и карими глазами. Его тело было изрядно перемотано тканью, которая от и до пропитана лекарственной мазью. Увидев Ивора, юноша почтительно кивнул.

— Мороз, мне срочно нужен твой парадный кафтан на пару часов.

— Не вопрос, бери. Я все равно не в состоянии выйти на приветствие.

Он снял с деревянной вешалки темно-бирюзовый кафтан с отличительными знаками Ледяных Истин, но протянул не Лиске, а Ивору.

— Я слышал, что ты отомстил за нас этим ублюдкам из Молота. Это поступок чести, я этого не забуду.

Ивор благодарно кивнул и тут же напялил на себя выходной кафтан. Тот сидел на нем так, будто был сшит специально под личного ученика.

В зале уже собралось множество людей из разных академий. Воздух насыщала плотная аура сильных практиков. Они общались друг с другом, собравшись в небольшие группы.

Лиска оставила Ивора, примкнув к ученикам Ледяных Истин, юноша же внимательно осматривал собравшихся людей. Из присутствующих он смог узнать только представителей Пламенных Миражей и Небесных Водопадов, ранее он видел их на турнире. Чуть дальше он, кажется, приметил форму Огненных Столпов, но разглядеть человека не успел.

Внезапно кто-то схватил его сзади. Тяжелые огромные руки словно металлический обруч сдавили его и подняли в воздух. Все произошло так быстро, что Ивор даже не успел среагировать, хотя, это случилось скорее потому, что в этом хвате не наблюдалось ни капли злых намерений, скорее даже наоборот.

— Охо-хо, да это же сам Великий Отморозок! Сколько зим, сколько… эээ, В Истинах вообще лето бывает?

Когда Ивора поставили на землю, он наконец развернулся. Его лицо озарилось улыбкой при виде знакомого лица из Зничева княжества. Казалось, прошло так много времени, когда он видел его в последний раз.

— Да это как-никак гроза Тиранической Поступи, Никола — Ладонь Тишины, собственной персоной.

Никола поднял брови в удивлении.

— Чего? Как ты узнал?

— А ты как хотел! У Истин широкие связи. Не думал, что ты так популярен, что уже получил такое устрашающее прозвище.

Верзила махнул рукой. Его рост увеличился еще больше, так что теперь он выглядел, будто ходячая гора.

— Да ну нет! — засмущался он. — Это так, шуточки. Лучше скажи, как ты тут, каких успехов достиг? Я так и не смог поздравить тебя со вторым местом на турнире!

Его голос, хоть Никола и старался говорить тихо, содрогал окружающий воздух, заставляя ближайших к нему практиков отходить на пару шагов.

— Я возвел Аркон Сокола (8), но не спеши удивляться, все же у ученика Ледяной Девы Исы есть на это ресурсы.

Но великан уже не слышал ничего, после обозначения Аркона. Его глаза сияли в восхищении.

— Мать честная! Восьмой! Да через пару лет я смогу похвастать, что знаю самого гениального практика Увал, даже больше, я учился с ним! Того гляди, будет что внукам рассказать. Ха-ха!

— Внукам? Только не говори мне что у тебя уже…

— Неет! Ты что! Это у нас в Амурах поговорка такая.

Ивор улыбнулся краем губ.

— Ну а ты, как продвигается твоя культивация?

Он и без вопроса видел, что Никола укрепился на стадии Усмиряющего Осеннего Солнца (7). На момент турнира он находился на всего лишь на четвертой.

— Ты не представляешь. Меня взяли в школу, где меньше сотни учеников, но все они не имеют элемента, как и я. А наш глава, вон тот мужчина, — он указал на обычного мужчину средних лет в сером кафтане. — Окомир Буревестник. Он даже был на княжеском совете, но не смотри, что у него всего пятый Аркон. На самом деле он свободно может сражаться с практиками на этапе Выращивания Духовного Древа.

Ивор искренне удивился. Не имея элемента и обладая лишь пятым Арконом не уступать практикам с Древом — это действительно значимый результат. Однако сколько юноша не смотрел, он не мог вспомнить этого мужчину на совете. Вероятно, всему виной его совсем уж невзрачная внешность.

Никола продолжил.

— Он невероятный человек. Будучи практиком без элемента, Буревестник разработал техники, которые основаны на смешении физической силы и духовной энергии. Я бы рассказал тебе больше, да мне голову открутят, если буду разглашать тайны Поступи.

— Я понял-понял, лучше расскажи, почему Ладонь Тишины?

— Ах это… Одна из моих техник — это удар, создающий безвоздушное пространство. Нечто похожее использовала Кейра на турнире, но она манипулирует воздухом, а я вытесняю его своей энергией. В результате создается оглушительный взрыв, который по мощи как сотня моих ударов. Так уж вышло, что я отвоевал титул личного ученика Буревестника, победив в сражении предыдущего. Но это еще цветочки. Жизнь там, это какая-то пытка даже для меня, тренировки изнуряют. Хотя кормят отменно!

Ивор представил один удар Николы в полную силу. С таким телосложением он мог одной только физической силой уложить практиков на пару стадий ниже его.

Какое-то время они праздно болтали, пока в зал не вошла Ольга.

Ледяная Дева Исы осмотрела всех присутствующих. Практики затихли при виде ее. Она чуть приоткрыла изящные алые губы, но голос раздался по всему помещению ледяным перезвоном.

— К сожалению, мы собрались здесь далеко не по радостному событию. Мы стоим на пороге чего-то страшного. Я знаю, волнение присутствует во многих сердцах. Но знайте, все не просто так! Объединяя силы всего Русского Каганата, мы показываем сплоченность и дух народа, который имеет единое происхождение. Князья уже выслали распоряжение каждой академии и всем влиятельным практикам. До их получения вы будете располагаться в Ледяных Истинах. Прошу вас воспользоваться нашим гостеприимством.

Ледяная Дева закончила речь, а практики благодарно захлопали. Все присутствующие понимали, насколько происходящее сильно бьет по экономике Княжества Иса.

Проходя мимо людей, взгляд Ольги остановился на Иворе, который также смотрел на нее.

Она таким же размеренным шагом подошла к нему, ее лицо было невозмутимым.

Ее рука медленно опустилась на плечо Ивора и сжала его с такой силой, что дрожь прошибла юношу с головы до ног, заставив колени подкоситься.

— Ты заставил своего мастера очень сильно побеспокоиться.

Ее тон был холодным, а лицо все таким же безэмоциональным.

Однако из всех присутствующих людей только один Ивор видел, как подрагивали ее губы.

— Прошу прощения, мастер, столкнулся с некоторыми трудностями. Больше не повторится.

Ивор отчеканил фразу, которую говорил уже слишком часто, но на этот раз она вышла у него с полуулыбкой. Ольга заметила это и ослабила хватку.

Юноша поймал ее взгляд, и он пронзил его еще сильнее, чем до этого сдавленное плечо. Она смотрела на него совсем иначе, нежели раньше.

— Дурак.

Сорвалось полушепотом с губ Ледяной девы.

Глава 98…у берега пятнистого укроет нас волной

Встреча в главном зале продолжалась. Люди общались между собой, поедая легкие закуски. Может показаться, что это был обычный светский вечер, однако в воздухе все равно чувствовалось напряжение. В первую очередь из-за неопределенности, во вторую, из-за нависшей угрозы.

Каждый из присутствующих знал, что его роль в грядущем событии будет значима, потому что Хазарский каганат обладает куда большими силами, чем Русский.

Ивор стоял слева от выхода, осматривая людей. В душе он чувствовал некоторую тревогу, но не мог объяснить ее происхождение.

«Я думаю, у меня есть решение нашей проблемы».

Голос Звездочки в голове раздался приятной мелодией. Ивор настолько привык к нему, что уже и не знал, как жил без него ранее.

«По поводу эволюции проклятья? И что же ты придумала?»

«Я не буду поглощать артефакты по одному. Вместо этого, если мы успеем собрать все необходимое, я поглощу их разом».

«Но разве это не громадное количество энергии? Ты сможешь совладать с таким объемом?»

«Ты за кого меня держишь? Эта Валькирия и не такими энергиями манипулировала! Но в этой истории есть существенный минус. Я не смогу помогать тебе, ведь мои силы до конца пути останутся на нынешнем уровне».

Ивор мысленно усмехнулся.

«Все в порядке. Если такой способ тебя устраивает, то и меня тоже».

Ледяная Дева стояла рядом все это время. Юноше казалось, что она просто боится отойти от него. После того самоотверженного путешествия на дно Ледяного Самоцветного Пруда отношение Ольги к нему заметно изменилось, правда проявлялись эти изменения в мелочах. Впрочем, эти мелочи Ивор весьма успешно замечал. Он посмотрел на спокойное лицо Ледяной Девы и заметно покраснел. В голове промелькнули моменты из его сна.

— Я поговорила с великим князем. — начала Ледяная Дева, вырывая Ивора из его фантазий.

— По поводу меня?

— Да. Чистовод согласился. Я даже не ожидала, что он проявит такую инициативу. Сегодня после встречи он будет ждать тебя в комнате культивации.

— Князь Исы сегодня здесь? Но почему он не посетил встречу?

— Он прибыл сюда тайно. Никто не знает о его визите. Поэтому я и удивлена. Он совершает странные поступки.

— Тогда может я отправлюсь уже сейчас? Было бы глупо заставлять самого князя ждать.

— Если желаешь. Он не ограничивал тебя по времени, сказал, что стоит как следует отдохнуть, потому что потом ты уже не сможешь этого сделать.

Ивор кивнул и покинул гостевой зал.

Если подумать, то он очень сильно изменился со времени, как поступил в академию Зничева княжества. Тогда он вовсе не думал о силе, но сейчас внутри него пылало предвкушение.

Он шел по широкому коридору ледяного дворца погруженный в свои мысли, пока перед ним не мелькнуло пятно красного цвета. Юноша бы и не заметил, но в коридоре сине-голубых тонов красный очень выделялся.

Мимо него медленно шел Златозар. На нем была форма академии Огненных Столпов, а вид его малость отличался от того, что Ивор помнил. В Златозаровых глазах больше не было той ненависти и надменности, что пылала ранее. Вместо этого появилась некая гордость и даже рассудительность.

Оба парня непроизвольно остановились, оценивая силу друг друга.

Мелькнула белая вспышка. Пламя тонким смертоносным лучом пронеслось к голове Ивора, но он с легкостью отклонил его двумя пальцами, задействовав Бриофитовый щит.

Третий Аркон уже давно ему не ровня.

Златозар улыбнулся. В этой улыбке не было злости, она совершенно отличалась от того боевого оскала, что обычно он демонстрировал.

— Силен. Очень силен. Что ж, получается теперь я отстающий.

Ивор улыбнулся в ответ.

— Жизнь непредсказуема и часто меняет роли.

— Ты сильно не зазнавайся. Я обязательно тебя догоню. И тогда мы сразимся.

— Ха, буду ждать на вершине.

Златозар двинулся дальше. После всего, что он сделал и как он себя вел вряд ли можно было рассчитывать на хорошее отношение, однако всего пара коротких фраз дали Ивору понять, что теперь все иначе.

Тогда на турнире осознание того, что Златозар не всесилен — сломило его. Было тяжело осознать, что он далеко не самый талантливый практик молодого поколения. Но Ярополк и Огненные Столпы решили воспитать его заново. Ивор, как тот, кто знал Златозара еще с Академии Восходящего Солнца, как никто другой мог проследить эту перемену.

«Тебе придется сделать очень многое, чтобы вернуть себе хороший статус» подумалось ему.

Он направился дальше.

В комнате для культивации оказалось достаточно просторно. Это было самое обыкновенное помещение с укрепленными стенами, за рядом некоторых отличий. Вокруг витали потоки духовной силы, которые были намного плотнее, нежели обычные природные. Сама комната постоянно подпитывалась силой духовных камней, что ускоряло развитие культивации для практика внутри.

В середине помещения сидел мужчина. Его длинные черные волосы были аккуратно стянуты в хвост, а руки, спрятанные в широких рукавах сложены вместе. Вокруг него витала аура спокойствия и уверенности. Закрытые глаза открылись, едва Ивор переступил порог.

— Приветствую вас, великий… — начал поклон юноша, но был прерван.

— Чистовод. Пока мы здесь, я не великий князь, зови меня просто Чистовод.

Ивор озадаченно кивнул.

— Ольга рассказала, что ты освоил Путь и тебе нужна помощь. Хоть и базово пути схожи, но концепция их в корне различна. Ты ступил на Путь Велеса, у меня же Путь Магуры. Поэтому я могу дать тебе только основы, продвигаться по своему пути ты должен будешь лишь своими усилиями. Может мне и удастся дать тебе пару подсказок, ведь человек, которого я хорошо знал, тоже обладал Путем Велеса, но это все, что я могу.

Князь говорил медленно и размеренно. Хоть его голос и был тихим, он звучал повсеместно, отражаясь от самого воздуха.

Ивор прошел вперед и сел напротив князя.

— Я очень благодарен, что вы согласились мне помочь.

Чистовод внимательно посмотрел в глаза юноше.

— Не обольщайся. Это лишь моя маленькая слабость. Ты очень сильно напоминаешь мне одного человека.

— Кого?

— Это уже не важно. Поднимайся. Первый урок начнется прямо сейчас. Надень это.

Аура Чистовода вспыхнула, заставляя Ивора пошатнуться. Эту мощь нельзя сравнить ни с чем, что чувствовал Ивор до этого. Князь бросил юноше связку из четырех браслетов. Когда Ивор поднял их, то удивился, насколько большой вес имел каждый из них.

Он послушно нацепил на руки и ноги эти браслеты и удивился.

— Что с потоками моей духовной силы?

— Это специальные утяжелители с пустыми резервуарами внутри. Они вытягивают твою энергию, ослабляя, а также замедляют ее циркуляцию по жилам. У тебя есть три дня.

— На что?

Чистовод отвел правую ногу назад и встал в стойку. Его энергия покрыла всю территорию комнаты.

— Чтобы достать меня. Но предупреждаю, не жди от меня поблажек.

Едва Ивор успел кивнуть, как тело Чистовода сверкнуло. Тяжелый пинок в подбородок поднял юношу в воздух, а второй отправил в полет, впечатав в стену. Удары настолько мощные, что даже крепкое тело на восьмом Арконе не выдержало. Ивор выплюнул скопившуюся во рту кровь.

«Навь тебя дери. Мне до него как до луны даже в обычной обстановке, а тут еще эти утяжелители, ну и как я должен его достать?»

Юноша встал, покачнувшись. Он испытывал давление ауры практика, который находился на пике Выращивания Духовного Древа, и тем не менее мог стоять и даже двигаться. Любой, кто увидел бы это, удивился. Пропасть в силе между каждой стадией Древа просто огромна, но тут разница была более чем в один этап.

Однако, испытав давление глубины Ледяного пруда Ивор имел невероятную выносливость.

Он сложил знак Истока, собирая энергию, но она тянулась так медленно, что требовалось в два раза больше усилий и концентрации, не говоря уже о времени сотворения техники.

Фигура Чистовода мелькнула, оказавшись перед Ивором. Два быстрых, как вспышка молнии, удара настигли его грудь, а третий, размашистый, снова уложил тело на пол. Энергия рассеялась, так и не сформировавшись в технику.

— Ты на бал пришел танцевать, или познать силу Пути? Что это за движения? Поднимайся!

Кровь струйками текла по подбородку юноши. Каждый удар смещал его органы и заставлял кости содрогаться. Будь он немного слабее, и такие атаки могли бы его убить.

«Долбанные утяжелители, не могу привыкнуть, для чего они вообще понадобились?»

Чистовод поправил свою мантию и снова встал в стойку.

Ивор перекатился, увеличивая дистанцию. Его энергия снова начала циркулировать в жилах.

Он сфокусировал внимание на руках и ногах князя. Тот снова совершил рывок, занося кулак.

Всего доля мгновения. Ивор успел лишь немного повернуть тело, чтобы отклонить удар плечом. Те крупицы энергии, что собрались в его правой ладони сформировались в небольшой ледяной шарик.

Он замахнулся, но тут же Чистовод развернулся, ударив двумя пальцами в тыльную сторону ладони Ивора, оставляя там две кровавые вмятины.

Духовная сила снова потеряла контроль и растворилась в воздухе.

Серия тяжелых ударов по ребрам заставила его попытаться отступить назад, используя Морозное Мерцание, но…

Уже едва растворившееся тело Ивора внезапно остановилось. Чистовод схватил его за руку, не позволяя превратиться в поток энергии.

«Что? Это невозможно!»

Резко сместив центр тяжести, Чистовод поднял тело Ивора и с грохотом обрушил на землю. Остатки воздуха вырвались из легких юноши, заставляя задыхаться, и пытаться жадно вдохнуть ртом.

— Он был более смышлёным в твоем возрасте. — тихо сказал куда-то в пустоту Чистовод. — Вставай! Прекрати бездумно атаковать, взгляни на ситуацию со стороны.

«Почему он не использует атрибут? Если князь сказал, что не будет сдерживаться, почему он атакует одной лишь физической силой?»

Ивор медленно поднялся. Тело тяжелело с каждым вдохом. Он восстановил дыхание. И снова сложил знаки Истока и Опоры, а сам шагнул вперед, растворяясь в линии изморози.

Чистовод принял стойку и закрыл глаза. Он стоял так несколько вдохов, пока в какой-то момент не рванул к прыгающей вокруг линии мороза. Казалось, он схватил руками воздух. Сначала в его руке проявилась шея, а затем и все тело Ивора. Чистовод держал его за горло, подняв в воздух.

Такова была сила князя. Он мог поймать и вытащить Ивора даже из его мерцания.

Очередные удары по корпусу и голове. Раздался хруст костей.

Ивор взял себя в руки, в очередной раз пытаясь сложить знак и собрать энергию.

Чистовод перевел взгляд на пальцы. Будто вспышка его рука метнулась к руке Ивора и в то же мгновение два его пальца были неестественно вывернуты в обратную сторону.

Юноша болезненно замычал.

Его тело, швырнули в стену комнаты, как какой-то камешек.

Ивора избивали, как какого-то бесполезного щенка, а он даже не способен что-либо противопоставить. Это была громадная разница в силе, которую он никак не может преодолеть.

Юноша не чувствовал ног и рук. Он понимал, что вряд ли встанет снова.

— У тебя есть двадцать вдохов. Передохни, залижи раны, и мы продолжим.

Прилагая невероятные усилия, Ивор сел, прислонившись спиной к стене. В его теле ныла каждая мышца. Он вправил обратно пальцы и взвыл. А двадцать вдохов пролетели в одно мгновение.

— Продолжим. — голос князя звучал как приговор.

Так прошел первый день. Чистовод избивал Ивора снова и снова, будто тот был тренировочным манекеном. Когда юноша едва не терял сознание, он позволял ему отдохнуть в течение двадцати вдохов.

В очередной раз свалившись на пол, он прокручивал в голове каждый бой.

«Только физическая сила. Утяжелители, которые замедляют энергию, может ли быть?..»

Вдруг глаза Ивора расширились.

Его коснулось осознание. Он делал все совершенно не так.

Прикусив кончик языка, собрал все имеющиеся силы. Усталость никуда не делась, равно как и травмы, но почему-то он чувствовал, что готов продолжить.

Двадцать вдохов отдыха прошли. Чистовод принял атакующую стойку.

Ивор был не так хорош в рукопашном бою, но что-то из подготовки отца помнил. Он поднял руки на уровне лица и принял защитную позицию.

Князь улыбнулся, глядя на его стойку. Парень крепко стоял на ногах, сместив весь вес на пяточную зону, таким образом закрепляя свое положение.

— Отлично. Ты наконец понял. Разминка закончилась, теперь начнется настоящий бой. Можешь снять утяжелители, а я, пожалуй, сниму свои.

Ивор отстегнул браслеты, чувствуя, как обретает невиданную легкость. Энергия резво потекла по его жилам, словно радуясь освобождению.

Но взглянув на Чистовода, он чуть не подавился воздухом.

Князь снял с себя мантию. На его теле был закреплен жилет, который с виду весил раз в десять больше, чем четыре его браслета. Он бросил его, а тот с грохотом продавил внушительный кратер в полу комнаты.

— Когда идешь по пути защиты, необходимо внимательно следить за атаками противника. У тебя есть необходимая скорость, чтобы это сделать. Уверен, Ольга объяснила тебе суть Пути Велеса. Используй эти знания.

После этих слов Чистовод сложил знак Лели. Водная лента окружила его тело спиралью, обвивая кулаки, локти и ноги в районе колен.

Ивор сформировал знак Истока, ледяная энергия наполнила места ранений на его теле, облегчая боль.

— Начнем. — спокойно сказал князь и оба практика ринулись навстречу друг другу.

…

Юлия сидела, сложив ноги и закрыв глаза. В ее теле медленно растекалась ледяная энергия. Впервые за тридцать лет она чувствовала, как ее растрескавшиеся жилы могут удержать хотя бы крупицы духовной силы. С момента, когда ее каналы были разрушены, вся энергия рассеялась, а ядро-солнце больше не могло ее воспроизвести.

Теперь же, она бережно сдерживала то, что подарил ей Ивор из далекой точки на полотне судьбы.

На лбу женщины проступили капельки пота. Ей требовались невероятные усилия, чтобы манипулировать энергией.

Она хранила ее под сердцем, в месте, где каналы были менее разрушенными. Но сейчас Ледяной Оракул была готова попробовать заглянуть в полотно судьбы и увидеть будущее.

Эта техника очень сложна в исполнении, но главный ее минус в том, что нельзя увидеть что-то конкретное. Показывалось лишь ближайшее и совершенно случайное событие, реже — цепочка событий. На основе этого можно строить предположения, но даже крохотное зернышко информации давало большое преимущество.

Юлия сложила знак Треба, который являлся проводником взаимосвязей. Он давным-давно не использовался, потому что техники оракулов и прорицателей канули в лету настолько давно, что даже стерлись из памяти стариков.

Сворачиваясь в тонкую ниточку, энергия поползла от сердца к узлу головного мозга, напитывая его.

Она вращала духовную силу, которая впитывалась узлом головного мозга, заставляя кровообращение ускоряться.

Так прошло несколько часов, пока ее глаза внезапно не открылись. Они были затянуты белой пеленой, даже зрачок пропал в этой белой пучине.

Юлии удалось использовать энергию, дарованную Ивором для того, чтобы заглянуть в будущее, и сейчас она запоминала каждое мгновение, что вспыхивало в ее сознании.

Это происходило всего одну горящую лучину времени, потом ее глаза медленно восстановились, наполняясь привычным сапфировым цветом.

По ее щекам медленно катились кристально-чистые слезы.

Она не могла унять ноющую боль в сердце. Юлия знала, что будущее очень тяжело исправить, можно лишь немного отклонить русло полотна. Но то, что она увидела, заставило ее тело дрожать.

— Так вот о каком выборе ты говорил… — прошептала она прерывающимся вздохами голосом. — Ты ведь знал, что я выберу, так? Именно поэтому обратился ко мне.

Юлия поднялась, подходя к Ледяному Самоцветному Пруду. Она медленно подняла с его поверхности Кувшинку Тысячелетия и бережно сложила ее в специальную сумку для растений. Ее взгляд задумчиво устремился вдаль.

Глава 99. Пересвет

Девушка сидела у зеркала и медленно расчесывала свои черные, как беспросветная ночная чаща волосы. Ее янтарные глаза следили за широким гребешком.

Лицо ее отражало тяжелую грусть. Но тем не менее движения были резвыми, пусть и аккуратными. Тяга к жизни придает сил человеку даже в самой безвыходной ситуации.

Так и Сати, пусть и не верила в план побега, но все же надеялась. В ее сердце находилось глубокое чувство, присущее всем живым существам. Это нежелание умирать. Но девушка строго решила, что лучше уж смерть, чем стать носителем ребенка нынешнего кагана.

Она смотрела на свой внутренний мир, там за широкой стеной бурлила ее демоническая энергия, норовя прорваться наружу.

«Вот как, амулет истощился. Если Захария узнает, что я не запечатала культивацию, а лишь сдерживаю ее, он не станет ждать захвата русов».

Сати коснулась браслета с большими бусинами.

От задумчивости девушку отвлек порыв ветра, что открыл оконную ставню. Сати резко повернулась, а глаза ее застыли в удивлении.

— Ты…

В окне сидел молодой юноша с такими же черными волосами и янтарными глазами.

— Тс-с-с. Ничего не говори. Браслет истратил силу, да? Вот.

Юноша подошел к девушке и осторожно снял ее браслет, застегнув на ее запястье точно такой же.

Сати смотрела на парня перед ней, словно глядела в свое отражение. Они были очень похожи друг на друга.

Не говоря ни слова, она обняла его. Словно тот был единственным родным человеком для нее во всем мире.

— Тебе нужно идти, если Захария узнает…

— Узнаю что?

Резкий голос заставил обоих вздрогнуть. Из неоткуда появился багровый туман, а из него неспешно вышла фигура рослого мужчины. Захария безразлично посмотрел на Сати, потом на юношу рядом с ней. Девушка надеялась, что каган не увидел момент смены браслета.

Мужчина медленно подошел и занес руку. Никто из двоих молодых людей не мог даже шевельнуться.

Хлопок!

Тяжелая пощечина заставила юношу кубарем покатиться в противоположную часть комнаты. Он с грохотом врезался в стену, а на щеке осталась отчетливая ссадина. Изо рта брызнула кровь.

— Братец! — вскрикнула девушка.

Она хотела побежать к нему, но суровый голос Захарии остановил ее.

— Рисбо-Рисбо-Рисбо, ну что за глупый мальчишка, неужели я не говорил тебе, что ни одна живая душа не должна видеть тебя? И твоя сестра не исключение. Ты ведь погиб в землях русов. Или ты забыл?

— Простите, наместник Тенгри и Великий Каган. Свет вашему каганату. Я лишь хотел убедиться, что с моей сестрой все в порядке. Простите этого глупого юллэр.

Захария улыбнулся уголком рта. Он схватил юношу за одежду и влепил пощечину, с другой стороны.

— Ты мой лазутчик. Я сделал огромное одолжение, не убив тебя. И то, только чтобы не расстраивать милую Сати. Моим условием было лишь верное и безоговорочное служение!

Он резко дернул тело вниз. Рисбо с грохотом ударился лицом об пол, отчего кровь брызнула еще сильнее. Сати вскрикнула, но ее тело было скованно страхом, а энергия запечатана.

— И ТАК ТЫ МНЕ РЕШИЛ ОТПЛАТИТЬ?! Ты же знаешь, я не люблю непослушания! Ты передал мне все, что было на совете князей, но сам вернулся намного позже. Неужели у тебя были какие-то дела с паршивыми русами?

— Н…ет, Великий Каган, я столкнулся… с проблемами, не мог незаметно уйти.

Рисбо выплюнул кровь, что скопилась во рту. Его лицо все еще было прижато к полу.

Захария поднял юношу и отряхнул его одежду. Он облизнул палец и стер единственное пятно крови, что попало на одежду Рисбо.

— Ну что же ты, перед сестрой да в таком виде. Запомни мою доброту Рисбо. У тебя есть одна лучина времени. Проведи ее с сестрой. Больше ты ее не увидишь, во всяком случае пока мы не закончим с русами.

Губы Рисбо дрожали, а зубы были стиснуты так, что слышался скрип. Он с трудом кивнул, проговорив сквозь них.

— Благодарю за вашу доброту.

— Да-да. Жду тебя в своем кабинете. Не опоздай. Ах, и да.

Захария подошел к Сати и поднял ее голову за подбородок. Он заглянул ей в глаза и многозначительно проговорил.

— Знаешь Сати, больше всего в жизни я ненавижу две вещи. Ложь и слабаков. Поэтому, — он поцеловал ее в лоб. — не проявляй слабость. Ты должна быть своенравной. Но когда видишь своего брата, сразу же становишься мягкотелой. Мне это не нравится.

Каган ушел, оставляя едва видный шлейф багрового тумана и тяжесть своего присутствия.

Сати подскочила к Рисбо, помогая ему подняться.

— Не стоило тебе заходить.

— Ты же знаешь, если бы я этого не сделал, он бы узнал про твою культивацию. Прости. Хреновый из меня брат.

Они сели на широкую кровать. Девушка достала небольшой платок и промокнула в чаше с водой. Она бережно стирала кровь с лица юноши.

— Сати. Я встретил кое-кого.

— Девушку? Неужели мой маленький Рисбо наконец нашел любовь? Кто же она?

— Из Русов.

— Что? Ты с ума сошел? Вы же никогда не сможете жить вместе.

— Знаю. Она отказалась бежать со мной. Я думал, что смогу. Думал, что заберу ее, потом тебя и мы наконец пересечем западное море. Мы могли бы жить втроем где-то далеко. Возможно, там тоже есть люди и ты смогла бы найти себе достойного мужчину, но…

— Она осталась защищать родину. — закончила за него Сати. — Какой же ты иногда глупый, Рисбо. Это мы кочевники. У нас никогда не было дома. Всю жизнь мы живем в шатрах и путешествуем. Но русы другие. Это их место, и они будут его защищать. Так говорил отец. Несмотря на то, что он желал захватить их территорию, он восхищался русами. Говорил, что доселе не встречал столь гордого и великого врага, как они.

Рисбо тяжело выдохнул. Он понимал это где-то глубоко в душе, но все же ему не хотелось признавать, что он больше не увидит Лиску.

— А еще я встретил друга. — проговорил он после небольшой паузы. — И еще никогда не было так тягостно врать, как в этот раз.

Сати грустно улыбнулась.

— Ты взрослеешь, Рисбо. И понимаешь вещи, которые далеки от обычных людей. Тебе пора. Не перечь Захарии, постарайся не нарушать слова. Когда начнется суматоха, мы сможем покинуть это место и начать все сначала, как планировали.

— Да, сестра.

Рисбо обнял ее напоследок и направился к Захарии. Сердце его полнилось тяготой выбора. Но выбор этот был необходим. Он хотел бы оттянуть его как можно дальше, но с каганом лучше не вести таких игр.

Его внешность изменилась на самую, пожалуй, неприметную для хазарских воинов.

Он спокойно прошел через охрану, восславив Тенгри и пожелав свет Великому Кагану.

— Рисбо, ты как раз вовремя, присядь.

От вспышки гнева Захарии не осталось и следа. Он перебирал какие-то записи и сверял их с картами.

— Ты присоединишься к моему отряду.

— Да, Великий Каган. — Рисбо не спорил, хотя его сердце сжалось, это нарушало его с Сати план.

— Скажи мне, что изменилось, появились ли какие-либо сильные практики у русов, чего стоит опасаться? Может кто-то из нового поколения? Я хочу не только уничтожить их, но и вывести любые корни, которые потом могут пустить ростки.

— Сильнейший берканец прорвался к Начертанию Рун, в остальном все также. Из разговоров я выяснил, что есть некий Лучезар, сын князя Огневеда. На него возлагают большие надежды, называя гением молодого поколения. Также есть некая Кейра, ее называют будущей повелительницей ветров. Помимо них, сын сильнейшего берканца Вед, тоже весьма талантливый практик.

— Хм… И все? А как же тот парень, что привел тебя в Ледяные Истины.

— Ивор… он не представляет опасности. Очередной практик льда.

Багровый туман взметнулся, пригвоздив Рисбо к стене. Юноша начал задыхаться.

— Ты думаешь самый умный? Я не стал бы каганом, если бы не имел достаточно ума, чтобы не доверять всем и каждому. Разве тот, кто не представляет опасности стал бы личным учеником Ледяной Девы? Эта сука попортила мне крови в первой войне и уж я-то отплачу ей сполна. Я хочу, чтобы она видела, как голова слетит с плеч у ее подопечного! Она убила почти весь мой отряд, если бы не кровь берсерка, я бы тоже сложил там голову. Ты видишь это!

Захария оттянул мантию, обнажая грудь. Там виднелся страшный шрам округлой формы, неестественного фиолетового цвета.

— Оставила на память. Так что слушай. Раз ты решил защищать этого Руса, то именно ты его и убьешь.

Захария отпустил Рисбо, тот упал на пол, потирая шею. Глаза юноши сузились от страха.

— Но Великий Каган, моих сил будет недостаточно, чтобы победить его.

— Ты же говорил, что этот очередной практик льда не представляет опасности. Вот и разберись с ним. Если не увижу его головы в твоих руках, то Сати закончит свою жизнь сразу же после рождения ребенка.

— Будет исполнено.

— Мы выступаем через день на рассвете. Подготовь моего коня.

Рисбо поклонился Захарии, но в его душе он испытывал невероятную боль. Как бы он не хотел отвадить от Ивора лишнее внимание, сделать он этого не смог.

…

— Как чувствуешь себя?

Чистовод стоял перед сидящим Ивором, касаясь двумя пальцами его лба. Водная энергия медленно растекалась по телу юноши, исцеляя его раны и устраняя усталость.

— Не думал, что у водного атрибута настолько сильно развита веха исцеления. Или же это ваша особая техника?

— И да, и нет. Это Путь Магуры. Благодаря ему я вижу, где нарушены потоки энергии, а также могу поправить физическое состояние. Лучше, чем знахари, быстрее, чем при использовании лекарственных трав, но это исцеление не всесильно. Я, например, не могу исцелить разрушенные жилы. Понимаешь, о чем я?

Чистовод многозначительно посмотрел на Ивора и как-то странно улыбнулся. Юноша помнил слова мастера, о замкнутости князя, но с Ивором он таковым не был.

— Понимаю. Князь, вы помните наш уговор?

— А ты смельчак. Я оказываю тебе огромную услугу, но ты еще и ставишь пари. Что ж, я все помню. Но для этого тебе нужно все же достать меня.

Князь закончил исцеление и отошел на двадцать шагов. Он принял боевую стойку.

Ивор также поднялся и отклонился назад.

Они смотрели друг на друга всего мгновение. Без лишних слов тело Чистовода мелькнуло. Он сложил знак Лели. Энергия чуть ли не моментально потянулась к руке, образовывая водяную спираль. Еще бы мгновение и спираль пробила бы голову Ивора, но она пролетела чуть выше.

Сам юноша будто бы даже не шевелился.

Князь улыбнулся уголком рта и начал молниеносную серию атак. Водяные копья и спирали летели вперед, испещряя стены комнаты для культивации.

Этот напор был невероятно сильным и жестоким, однако Чистовод даже не напрягался. Он играючи создавал шквал водяных атак, но каждая из них могла запросто убить Ивора. Юноша же напротив тратил все свои силы и концентрацию, уже спустя пять вдохов его лоб покрылся потом.

Ни одна из атак Чистовода не достигала цели. В этот раз стиль боя ледяного практика отличался от всех предыдущих. Его движения обладали минимальной амплитудой, но при этом были выверены с точностью до пальца.

Он бил с небольшим выбросом энергии ровно в суставы князя, тем самым едва ощутимо отклоняя направление атак. При сражении с настолько сильным противником, это был единственный способ избежать урона.

В какой-то момент Ивор почувствовал, что на следующую атаку у него недостает сил.

Он не сможет отклонить ее, в то же время князь ни на мгновение не ослаблял натиск.

Все произошло за малую долю вдоха.

Водная лента вырвалась из ладони Чистовода, но в разы медленнее, чем тот ожидал.

Ивор сложил знак Нужды, ровно перед тем, как началась эта атака, но полностью остановить энергию князя естественно было невозможно, она лишь немного замедлилась. И этого было достаточно.

Фигура юноши мелькнула, появившись чуть ли не вплотную к Чистоводу, а в его руке образовался невероятно плотный шар ледяной энергии.

— Ледяное Солнце!

Взрыв энергии льда заставил комнату содрогнуться. Такой сверхсильный выброс в прошлом уничтожил Необъятный Песчаный Мир Веда, но этот был еще сильнее.

Лед покрыл собой все, кроме фигуры Чистовода. Он заблокировал эту атаку одной рукой, так и не сумев закончить свою.

Ивор потратил последние крупицы выносливости и пошатнулся. Он тяжело дышал, а ноги и руки, стали неподъемными.

— Поздравляю. Ты отлично освоил технику Пути. Это было даже лучше, чем я предполагал.

Голос Чистовода был по-прежнему размеренным и спокойным. Но всего на мгновение его брови выдали удивление князя.

Он посмотрел под ноги.

«Этот юноша… заставил меня отступить на шаг назад. Ха, либо я уже слишком стар и обмяк, либо ты действительно достиг его уровня в плане техники».

Ивор прислонился к стене. Требовалось время, чтобы восстановить сбитое дыхание.

Чистовод смотрел на ледяного практика, но взгляд этот был наполнен небывалой печалью. Чувство ностальгии коснулось его сердца.

— Как я и обещал. Если ты достанешь меня, я расскажу тебе свою историю, но учти, юноша, ее не стоит знать кому не следует. Когда-то я проводил такой же тренировочный бой с практиком, открывшим в себе Путь Велеса. Его звали Пересвет.

Чистовод замолчал на несколько вдохов. Внутри мужчины что-то перевернулось, а голос впервые за долгие годы слегка задрожал.

— И он был моим единственным сыном.

…

— Я сделал тебя!

— Побольше уважения к князю всех Северян!

Запыхавшийся юноша шестнадцати лет стоял, опершись двумя руками на стену. Он сплюнул густую слюну и вытер мокрый лоб.

— О Великий Князь, при всем уважении, я вас сделал!

Чистовод усмехнулся и потрепал юношу по черным волосам.

— Не зазнавайся. Ты лишь заставил отступить меня на один шаг.

— Но таково было правило! Я должен был заставить тебя отступить, и я это сделал!

— В реальном бою этого будет мало, и ты это знаешь.

Лицо Пересвета сделалось серьезным. Его чистые голубые глаза блеснули живостью и пониманием.

— Да, отец. Я буду тренироваться усерднее.

Усерднее. Разве можно тренироваться усерднее, когда ты избранный гений всего молодого поколения. Уже в шестнадцать лет достичь седьмого Аркона — это поистине невероятный результат.

Отношения Пересвета и Чистовода можно было назвать эталоном отца и сына. Обычно дети высокоуровневых практиков росли в тяжелых условиях и каждодневных тренировках, так было и у Пересвета, за одним важным исключением. Чистовод концентрировал внимание не столько на результате, сколько на поддержке сына.

— Отец, сегодня вечером будет бал. Я помню, что на торжественной части обязательно мое присутствие, но могу ли я посетить его не один?

— О-о, кажется кто-то нашел себе женщину. И кто же она, позволь узнать.

— Из семьи Зимницких. Она, как и я, имеет атрибут льда и является очень талантливым практиком.

— Значит позарился на одну из Ледяных Сестер. Дай угадаю, Ольга? У нее такой же скверный нрав, какой был и у твоей матери. Не думал, что у нас схожие вкусы на женщин, ха-ха! А как же та девочка из Моравских, кажется она была неравнодушна к тебе в прошлый визит.

Пересвет не испытывал ни толики смущения. Для него отец был еще и лучшим другом.

— Да, Ольга. И ее характер действительно очень тяжелый, но мне нравится. А по поводу Велены, все не так, мы просто хорошие приятели.

— Что ж, своди Ольгу к придворной портнихе, пусть она сошьет ей платье под стиль твоего парадного кафтана. Вы должны выглядеть безупречно. Сегодня нас посетит Сталерук, а ты знаешь, как важна эта показуха между князьями, будь она хоть трижды неладна.

Юноша кивнул, покинув зал тренировок.

Тот вечер был одним из многих вечеров в Зимницах. Не слишком холодный, со светлым небесным полотном, где лунный диск ярко освещал заснеженные земли, а звезды, словно маленькие льдинки, застыли наверху. Но именно он стал особенным, когда родилось нечто большее, чем просто близость двух людей.

Пересвет шел по расчищенной дороге мимо высоких деревянных домов. Каждый из них выглядел богатым и величественным, ведь в них жили семьи высших сословий, которые ведут свой род от самых первых людей после потерянной эры.

Миновав две улицы, он подошел к одному из таких домов, где, переминаясь с ноги на ногу и выдыхая маленькими клубами пар стояла шестнадцатилетняя девушка. Ее розовые от холода щеки придавали ей еще более милый вид, хотя, казалось бы, куда еще милее. Черты ее лица хоть и имели некую строгость, но вместе с тем и притягивали взгляд. Из-под теплого платка выглядывали волосы платинового цвета.

— Пересвет! Ты опоздал! Ты разочаровываешь женщину, которая едва стала твоей!

— О, простите меня, ваше ледяное великолепие. Этот покорный раб вашего сердца столкнулся с некими трудностями, отчего и опоздал на целых двенадцать вдохов.

Юноша улыбнулся, несмотря на холодный тон девушки, а она улыбнулась ему в ответ.

— Так уж и быть, на этот раз прощаю, но в следующий тебе придется искупить… А?! ЧТО?!

Пересвет внезапно сделал шаг вперед и, опустив теплый шарф девушки коснулся теплыми губами ее губ, не дав закончить фразу. Щеки девушки покраснели еще сильнее, чем от уличного мороза. Она стояла в ступоре, а сердце ее трепетало, словно дикая лошадь.

— Я готов искупить свою вину хоть десять тысяч раз! А пока пойдем, нам нужно выбрать для тебя платье.

Глава 100. Из огня да в полымя

Огромный зал княжеского дворца был светлым и буквально блестел от огромного количества людей в разноцветных платьях и кафтанах. Все они были высокоуровневыми практиками из академий различных княжеств. Чистовод сидел на княжеском троне, подперев голову ладонью, но его лицо отнюдь не было скучающим.

Рядом, на таком же сидении, но сделанном в угоду Берканскому князю, сидел Сталерук.

— В этом году очень много людей собралось на празднество.

— Проводы зимы всегда был особым поводом, особенно для нас, Северян. Я удивлен, что ты в этом году принял приглашение.

— Ты же знаешь, Чистовод, мне важно поддерживать наши отношения. В этот раз я смог отменить свои дела и заглянуть к тебе. Прошу, не обижайся за прошлые случаи.

— Все в порядке. Я ценю твою присутствие, пусть и такое редкое. Выпьем?

Князья ударили своими деревянными кружками друг о друга, а хмельной напиток из них смешался, переливаясь из одной в другую.

Сталерук сделал глубокий глоток, и усмехнулся.

— Забавно, как столь старый обычай проверки на отравленный напиток перерос в важную традицию.

— Еще более забавно слышать это от человека, который свято чтит все старые традиции и обычаи.

Они рассмеялись.

В середину зала медленно выходили люди. Торжественная часть прошла, а значит время танцевать.

Заиграла гармонь-хромка и гусли, засвистела жалейка, зазвенели бубенцы и колокольчики. Музыка медленно менялась, настраивая людей на нужный лад.

Пересвет вслушивался в мелодию, пытаясь найти нужные мотивы, но его взгляд ни на секунду не отрывался от Ольги. Ее платье в голубых и синих тонах уходило в пол, но открывало девичьи, уже созревшие ножки сбоку. Рукава едва доходили до локтей, а вырез обнажал острые и чересчур притягательные ключицы. В ней было великолепно все, от мраморно-белой и чистой кожи, до ярких глаз и отражающих свет платиновых волос.

Она наблюдала за происходящим в зале с неким восхищением, однако ее лицо по-прежнему отражало спокойствие и сдержанность, что было совсем не свойственно для девушки ее возраста.

Парень сделал шаг к ней, но его остановил внезапный женский голос.

— Пересвет! Ты стал еще сильнее с нашей первой встречи!

Юноша обернулся, увидев Велену Моравскую, одну из учениц столичной общей академии. Девушка была однокурсницей Ольги, но, кажется, они не очень ладили. И Пересвет смутно понимал, почему.

— Да, я теперь на пике Арконов. — сдержано ответил он.

Лисий взгляд Велены скользнул по нему, и она запорхала ресничками.

— Я тоже, знаешь ли, одна из лучших в академии, но пока не достигла таких высот как ты. — она медленно провела рукой по своей талии, подчеркивая свою безупречную фигуру.

Но взгляд Пересвета постоянно избегал ее, и, как бы невзначай, всегда останавливался на Ольге. Она же в свою очередь все прекрасно видела, но не спешила подходить. Ее лицо ничуть не изменилось, но лишь юноша прекрасно видел, что девушка в бешенстве.

Велена это замечала, и бесконечно злилась.

— Слышал, что ты начала создавать свою технику и судя по словам учителей, весьма успешно. Я впечатлен!

— Да, она основана на ряде древних техник, но я добавила туда несколько особенных перенаправлений энергии для простого использования, но без потери в силе.

— Я всегда восхищался твоим талантом. Мне кажется, что даже опытные практики могли бы у тебя поучиться.

Пересвет вел обычную беседу, но в это время Велена будто бы сияла.

— Может быть ты пригласишь меня потанцевать? Думаю, мы бы отлично смотрелись в свете этих лучин.

— Прости, но я уже…

— Что я вижу! — раздался возглас Ольги.

Она все же подошла, почувствовав, что Пересвет загнан в угол.

— Как-никак вторая ученица академии пытается увести моего мужчину.

Велена беззвучно цокнула и прищурила глаза.

— А ты так боишься, что не удержишь его, как и свое первое место?

— Ну, пока мне это прекрасно удается.

Ольга взяла за руку Пересвета. Жест полного обладания, нежели подтверждения чувств.

— Я приглашаю тебя на танец. У тебя нет права на отказ — проговорила она и шагнула вперед, уводя юношу.

Пересвет еще раз шепотом извинился перед Веленой и пошел за Ольгой, оставляя девушку один на один со своей яростью.

Они вышли в середину зала и начали медленный парный танец. В этот момент как раз зазвучала домра, которая располагала к романтическому настроению.

— Ты же не любишь танцевать. — улыбнулся Пересвет.

Ольга недовольно фыркнула. Порой она была слишком прямолинейна и даже не пыталась увиливать.

— Женская ревность заставляет любить даже самые странные вещи.

— Ты же знаешь, Велена меня не интересует.

— Так зачем вести с ней беседы?

— Пойми меня правильно, но я не могу отказаться от поддержки приятельских отношений с представителем высших сословий. Тем более, она дочь Моравского, а он имеет огромное влияние в Исе. Я ведь княжеский сын, к тому же, мы просто друзья, не более того.

— Но она вьется как уж перед тобой!

— Я вижу, но будь я трижды не ладен, если хоть раз отвечал на это извивание.

Наконец Ольга успокоилась. Пожалуй, только юноша перед ней мог несколькими словами убедить эту девушку. Для всех остальных она была своенравной и целеустремленной. Никто не смел перенаправлять ее мысли и указывать как жить.

Во время танца он наклонился к ней и прошептал на ухо.

— Я надеюсь, ты помнишь про десять тысяч раз?

Эти слова заставили Ольгу сильно покраснеть. Кто бы мог подумать, что одна из Ледяных сестер способна на такое.

Она отвела взгляд, слегка кивнув.

В другой части зала девушка заметила Юлию, которая также медленно танцевала с одним из ее однокурсников, Белогором.

— Мне кажется, они хорошая пара. — заметив, куда направлен взгляд Ольги, тихо сказал Пересвет.

— Главное, что Юля выглядит счастливой.

После медленного танца музыка ускорилась, заставляя людей плясать в свое удовольствие и выплескивать энергию, появившуюся от хмельных напитков. Это продолжалось почти до самого утра.

Глубокой ночью небо очаровывало своей чернотой. Пересвет крепко держал руку Ольги в своей, провожая ее домой. Весь вечер они говорили обо всем и ни о чем, но теперь шли молча.

Это молчание было таким емким и глубоким, что ни одно слово не смогло бы стать важнее, если только не слова любви.

Они наслаждались присутствием друг друга, слушая глубокое дыхание и глядя на испускаемый изо рта пар. Каждое мгновение, проведенное вместе отпечатается в их памяти на долгие годы, если не на всю жизнь.

До ее дома оставалось лишь двадцать шагов, когда девушка внезапно остановилась. Пересвет улыбнулся и подошел к ней ближе.

— Еще немного?

— Да, самую малость.

В тот момент, казалось, даже снег прекратил свое падение. Они смотрели друг на друга, и каждый из них знал, что в сердце второго есть точно такие же чувства.

Юноша крепко обнял Ольгу, а их губы соприкоснулись. Может прошло лишь пара вдохов, а может вечность, кто знает, но именно тогда они совершили самое важное решение в своей жизни.

— Я всегда буду рядом, обещаю!

— Разве обещания что-то стоят?

— Слово мужчины — это важно. Если он не сдержит свое обещание, то не имеет права называться мужчиной. На кону все, что мне дорого и чем я горжусь. Так что да! Мое обещание стоит всего. И я клянусь, что какой бы страшной ни была ситуация, я всегда приду к тебе. Что бы не случилось, я буду рядом. Буду оберегать тебя до своего последнего вздоха. Потому что это и есть долг любого мужчины. Защищать свою женщину.

Ольга улыбнулась, а улыбка отражалась на ее лице крайне редко.

— Дурак. — только и вымолвила она, уткнувшись ему лицом в грудь.

Они стояли так еще какое-то время, пока не вмешался голос Юлии. Девушка стояла уже на пороге дома и высматривала свою сестру.

— Оля, дуй домой, время позднее.

— Ты сама только что зашла, не думай, что я не слышала! Ох, ладно.

Девушка нехотя отстранилась и, помахав на прощание скрылась за толстой деревянной дверью высокого дома.

Из темноты внезапно показалась фигура. То был Белогор, который только что тоже проводил свою возлюбленную.

— Не думал, что княжеские дети тоже могут любить.

Пересвет усмехнулся и пожал протянутую ему руку.

— Не думал, что у пламенных такое плохое чувство юмора.

Они по-дружески обнялись.

— Эти девушки — удивительные создания. Такие нежные и хрупкие, кажется, подуешь, сломаются, но насколько много в них силы и упорства, насколько значим тот момент, что ради маленькой и хрупкой девушки мужчина готов покорять весь мир.

Пересвет слушал рассуждения Белогора, но сам витал в своих мыслях.

— Зачем покорять весь мир, если она и есть мой мир. — пробормотал он.

— О-хо-хо, да ты, дружище, окончательно ушел в это болото, да? Но ничего, главное, чтоб тебе там хорошо было. — Он взял Пересвета за шею и столкнулся с ним лбом. — Но смотри, если не назовешь сынишку в мою честь, я очень расстроюсь.

Пересвет отмахнулся.

— Да рано о таком думать. Мы же не в деревне живем и не какие-нибудь смертные, чтобы заводить семью в шестнадцать. Мы практики. И отведено нам явно больше, чем остальным.

Так в разговоре они дошли до развилки, где каждый направился домой.

Через долгие годы этот момент еще не раз вспомнится всем.

Всем, кто переживет тяжелое бремя сражений.

…

Шли годы, а сила Пересвета крепла и возводилась все выше. Уже в двадцать лет юноша достиг пика начальной стадии Духовного Древа. Его называли гением молодого поколения, и оправдано, ведь помимо невероятной скорости культивации он обладал особой силой — Путем Велеса.

В то время жизнь княжества претерпела изменения. На границах стали замечать странные вещи. Каждый исследователь Исы знал, что на многие-многие версты к северу, где заканчивались снега и начинались степи, не существовало никаких городов. Растительность медленно увядала, будто из нее высасывали жизнь, а люди пограничных селений чувствовали ужасную усталость, их косили различные болезни.

Жертвы богам не помогали, многие начали верить, что на них снизошло наказание за слишком праздную жизнь.

Но потом все стало ясно.

Ибо пришли они.

Будто из неоткуда, как туман появляется ранним утром, они настигли княжество Иса.

Семь пограничных городов были буквально стерты под их свирепым натиском, а жертв среди практиков и обычных смертных не счесть. Лишь Галич, находясь глубже всех смог сохранить остатки людей, бежав в столицу. Сам город тоже не смели, оставили руины.

Хазары были подобны неостановимой стихии, они забирали саму суть жизни, отхватывая огромные территории.

Люди гибли, а захватчики становились сильнее. Они словно пировали во время чумы. Каждая отнятая жизнь питала их культивацию. Каждая душа, что должна была отойти в Навь, пожиралась ими.

Все произошло настолько быстро, что Чистовод не успел сохранить ни одного пограничного города. Но успел встретить захватчиков в Перелесье. Позже эту битву назовут в честь утраченной навсегда деревни, но даже название Битва под Перелесьем будет стерта временем, потому что никто не хотел вспоминать тот день, а особенно сам Чистовод.

…

Ранняя заря окрасила широкое поле и леса рядом с ним в туман. Вот только этот туман был вестником гибели и имел багровый оттенок.

Отряд высокоуровневых практиков уже зализал раны после жестокого сражения, чтобы продолжить его вновь. Они не знали, как многочисленно войско хазар, не знали, как те сильны, но первые битвы показали им, что жители Исы не готовы к этой битве.

Всюду лязгал металл, ржали кони, кричали люди. Все смешалось в этой смертельной симфонии звуков. Битва шла далеко не первый день.

Багровую завесу постоянно пробивали водяные и ледяные атаки, клубился густой серый пар.

Люди сражались.

Местами можно было видеть огненные и ветреные атаки, но представителей этих атрибутов было так мало в Исе, что они терялись, за огромным шквалом водяных копий и мечей, а также проекций различных зверей, птиц и даже насекомых.

Земля, которая буквально была застлана трупами видела тела не только жителей Исы, но и хазар. Такой самоотверженности, гордой и непоколебимой воли, а также тяги к жизни от них не ожидал никто.

— Вперед! Держитесь клином! Практикам владеющим исцелением, организовать целительное ядро в середине, паровые и ледяные, защищайте тылы! Водяным, в атаку!

Пересвет, даже будучи столь молодым практиком командовал огромным отрядом так, будто он был рожден для этого.

Очередное столкновение заставило стороны отступить на пару десятков вдохов. Хотелось бы больше, но натиск хазар казался неиссякаем.

Пересвет наклонился к одному из раненных. Юноша примерно его возраста был лишен ноги, а все его тело покрывали черные, будто от сажи, пятна. Они медленно растекались и увеличивались, поглощая его.

— Пересвет… прошу, я уже не боец… Для меня этот цикл закончен. Помоги мне… уйти в Навь безболезненно.

Влажные глаза Пересвета блеснули. С самых первых жертв они не становились сухими. И по каждому из павших он поклялся провести тризну.

— Прости меня, Лесьяр. Это все, что я могу для тебя сделать.

Юноша положил ладонь на лоб Лесьяра, и водяная энергия моментально просочилась в незащищенный мозг, пробивая его насквозь. Мгновенная смерть.

— Где твой отец?!

Женский голос раздался позади. Там, облаченная в плотную кожаную броню стояла Ольга. Это нападение отражали все. Каждый вносил огромный вклад.

— Основной отряд сражается на востоке с хазарским каганом, если они не приходят на подмогу, значит угроза оказалась опаснее, чем мы думали. Мы не подготовлены к этому столкновению.

— А что другие княжества? Твой отец ведь хорошо знает Сталерука!

— Они собирают нам подкрепление, но добраться сюда не получится так быстро. Все что нам остается, это сражаться.

Между ними повисло небольшое молчание. Юноша встал и внезапно прижал к себе Ольгу, поцеловав ее в лоб.

— Т… ты чего? — в недоумении она посмотрела в его глаза.

— Поклянись. Что бы ни случилось, если я скажу тебе бежать, то ты побежишь. Ты безоговорочно послушаешь меня и не станешь перечить.

— Но я…

— Нет, не говори ничего, просто поклянись, я ничего не хочу слушать!

— Я клянусь.

Ольга сдалась перед напором Пересвета и крепко его обняла в ответ. Она хотела защитить его также сильно, как и он ее, но этот жестокий мир диктовал мужчинам определенные правила, и хоть для женщин практиков защита была не так нужна, особенно таких сильных, как Ольга, мужской кодекс был в глубоко в сердце у каждого юноши и старика.

Вновь раздался боевой крик, который сердца всех людей сжаться в ужасе.

Пересвет поморщился.

— Навь их дери, в этот раз еще меньше времени. Они что, вообще не знают отдыха?

Пересвет и Ольга разделились. Как бы юноша не хотел защищать свою возлюбленную, он не мог находится постоянно рядом с ней, а она возглавляла группу ледяных практиков.

Снова началась свирепая битва. Но разве можно назвать битвой то, что происходило, когда подавляющий силой противник не знает жалости. То была не битва, а самая настоящая бойня.

Захария, который носил титул кундура — третьего лица в каганате, повел своих воинов вперед. Чем больше они убивали, тем свирепее становились воины. Их жажда крови только увеличивалась, и ничто не способно ее утолить.

Кундур сражался наравне со всеми, от его рук пало уже множество русов. Безумное лицо давно скрыло свои черты под слоем вражеской крови. Он кричал и упивался битвой, пока наконец не увидел что-то интересное.

Девушка, обладающая ветром, вместе с несколькими ветряными практиками держала боковой фланг. По мнению Захарии она была достаточно красива, чтобы обслужить его.

Тогда уже все смешалось, и совершенно непонятно, где находился твой союзник.

Захария шел вперед, словно был самим духом войны. Он убивал каждого, кто вставал на его пути и использовал не более трех четких движений.

— О Тенгри! Я облагорожу эту женщину и отдам ее тебе!

Он ринулся вперед, оставляя за собой багровый туман. И всего за три вдоха уничтожил всех практиков ветра, кроме девушки.

Хазар поднял едва живого юношу и повернул его головой на девушку.

Окровавленное тело еле дышало, и даже не могло двинуться. Энергия давно покинула его.

— Ве…ле…на. Бе…ги акх…

Последние слова прервались лезвием кинжала, что медленно перерезало ему горло, орошая траву густой горячей кровью.

— Какой смышленый. Значит Ве-ле-на, интересное имя, пожалуй, я поиграюсь с тобой побольше!

Велена сделала шаг назад. Она была в ужасе и даже этот шаг давался с трудом. Все ее тело тряслось, а духовная сила хаотично металась из стороны в сторону.

Захария не раз видел то, как его противник теряет волю к сражению, поддаваясь ужасу. Даже если мгновение назад она убивала хазарских воинов, то сейчас…

Только что на глазах девушки убили одних из лучших практиков ее курса, вместе с ними она создавала свою новую технику, а теперь была одна.

— Нет… пожалуйста…

Ее руки инстинктивно сложили знаки ветра, энергия кое-как собралась в ее руках, но ветряная атака была бесформенной и оказалась настолько слабой, что Захария просто отмахнулся от нее, используя маленький хвостик багрового тумана.

Его фигура мелькнула, и появилась на том же месте.

— АААА!!!

Велена схватилась за плечо, на котором появился глубокий порез. Кровь сочилась сквозь пальцы.

На ее глазах проступили слезы.

Воздух вокруг зарябил, меняя то, что могут увидеть глаза.

Ее внешность становилась тягучей и расплывчатой.

Техника иллюзий была особой вехой воздуха и давалась далеко не каждому, но сейчас, на грани смерти, кажется Велена создавала ее непроизвольно.

Она тяжело дышала, а в глазах отразился страх смерти.

— Я не хочу умирать, не хочу умирать, я не…хочу… Пе… ПЕРЕСВЕТ! ПРОШУ ПОМОГИ МНЕ.

Последние слова, что она сказала, принадлежали уже совсем не ей, она больше не была Веленой. Ее волосы стали платиновыми, а глаза голубыми. В такой ситуации она действовала интуитивно, и разум подсказал ей, что у другой девушки больше шансов получить помощь.

— О-о, так даже лучше! Умеешь менять внешность! Получается, я могу взять одну бабу, а трахнуть сразу несколько, мне нравится!

Его фигура снова мелькнула, но на полпути к девушке, внезапно появился всплеск ледяной энергии, откинувший его на десять шагов назад.

Юноша стоял перед ней, крепко сжимая ледяной клинок.

— Оля, беги! Ты поклялась мне, так что беги и не оглядывайся, я задержу его!

Девушка быстро закивала и ринулась в обратную сторону, ее лицо покрывалось слезами, а руки тряслись. В тот момент никто бы не смог отличить ее от настоящей Ольги Зимницкой. Ведь в сражении все равны.

Захария оскалился.

— Ха, значит она твоя женщина, что ж, я люблю размяться перед хорошим сексом. Нападай!

Пересвет сделал шаг назад, отчертив ногой линию.

— Твоя скудная техника культивации не достойна даже упоминания в истории. Ты не сможешь зайти за эту черту!

— Ха! Вот это да, даже среди русов есть интересные личности, хорошо, я приму твой вызов!

Тело Захарии мелькнуло, но его снова откинуло на прежнее место. На щеке Пересвета появилась неглубокая царапина, из которой пошла кровь.

Еще одно мгновение, и они схлестнулись в тяжелой битве, где каждый удар нес за собой смертельное намерение.

Никто из них не уступал друг другу.

Но с каждым вдохом удары ускорялись и несли за собой еще большую энергию.

— ДЖИ-ХА-ХА-ХА-ХА! Да! ДА! БЫСТРЕЕ, СИЛЬНЕЕ! Покажи, покажи мне этот ваш РУССКИЙ ДУХ!

ВЗРЫВ!

Ледяная энергия отнесла обоих практиков на пару шагов назад. Пересвет был цел, но вот руки Захарии покрывали множество порезов.

— Раз уж ты силен, я окажу тебе честь. Ты умрешь от великой силы! Техника Тенгри: Принятие!

Багровый туман вокруг тела хазара вошел внутрь.

Его глаза налились черным цветом, белков совсем не стало, а вместо зрачков появилось маленькое белое пятно. Тело мужчины стало больше, вены набухли. Его внутренняя сила увеличилась почти в два раза, а намерение переросло в то, что называют дыханием смерти в спину.

Он обнажил свой ятаган.

Пересвет задействовал все свои резервы энергии. Он прекрасно ощущал, как ужасна эта техника, поэтому задействовал свою. Словно сам лед потек по его венам, делая тело крепче. Над головой юноши появились острые ледяные иглы. Его клинок также был наготове.

Он решил напасть первым. Десяток игл по его приказу полетели вперед. Одна такая могла проткнуть насквозь тушу духовного кабана.

Но Захария бросился вперед, будто этой атаки не существовало. Каждая игла прошла мимо него, оставляя глубокие порезы и отверстия в его теле, через которые можно даже увидеть кость, но он не отступил.

Вихрь смертоносных ударов настиг Пересвета, однако каждый из них он отклонял. Путь Велеса позволял видеть все стадии атаки.

Скорость Захарии снова увеличилась.

Их руки совсем потеряли очертания. Со стороны были видны лишь порывы дьявольского ветра и колоссальное давление двух аур.

Вскоре, на теле Пересвета начали появляться порезы. Сначала по одному, но потом они проявлялись десятками и из каждого сочилась кровь.

Он пытался отступить, перевести дух, но Захария настигал его снова и снова.

Стоит замешкаться на мгновение и тело изрубят на кусочки.

Удары порождали громкое эхо и неистовые потоки ветра, которые оставляли порезы на деревьях.

Наконец Пересвет увидел брешь.

Используя технику движения, он нырнул вниз еще до атаки, проходя справа от Захарии.

Резкий разворот и клинок яростно вошел в сердце хазара.

Кровь брызнула изо рта кундура. Он пошатнулся.

Пересвет вынул клинок и сделал два шага назад.

Тело ныло от боли и усталости, почти вся энергия ушла, чтобы поспеть за темпом Хазара, даже не удалось использовать какую-либо технику, но сейчас в его голове прозвучала та самая фраза.

«Я тебя сделал».

Он решил, что победа за ним. Всего на долю мгновения ослабил бдительность, и это стало его роковой ошибкой.

Тело Захарии снова мелькнуло, оказавшись около Пересвета. Клинок пронзил его грудь, а вслед за ним, багровая энергия вырвалась из тела хазара, принимая облик десятков шипов, которые начали молниеносно протыкать тело Пересвета десятки, сотни раз.

Он продолжал снова и снова, пока на теле юноши не осталось и живого места, он превратился в кровавое месиво, после чего, его швырнули об землю.

Захария облизнул клинок.

— Ха, болван, убедись, что противник мертв, прежде чем успокоиться. Мое сердце с рождения находится с другой стороны! Джи-ха-ха-ха-ха! Хотя признаю, ты хорош! Заставил меня использовать технику, сокращающую жизнь, да еще и всю энергию израсходовать. Я запомню тебя.

Маленький огонек жизни в израненном теле медленно затухал.

…

Сердце Ольги екнуло. Да так сильно, что ей пришлось схватится за грудь и отступить. Если ее сестра была Ледяным Оракулом, то у Ольги имелось превосходное предчувствие и рефлексы.

Она оставила свой ледяной отряд, не говоря ни слова, рванув к противоположному флангу.

Поле боя было достаточно широким, к тому же всюду находились сражающиеся люди. Она пробиралась сквозь страшные битвы, пока наконец не увидела то, подробности чего позже вытрутся из ее памяти, чтобы сохранить рассудок. Так поступает организм, чтобы защитить себя.

Ольга видела, как тело Пересвета уже превратили в это. Сложно было представить, что то ужасное истерзанное тело когда-то являлось живым. Потом его бросили на землю, как какой-то мусор.

Она открыла рот.

Но не слышала крика.

Она уже не слышала ничего.

Но где-то глубоко в голове звучал голос Пересвета.

«Я всегда буду рядом».

Ольга подскочила к нему, положив руку, на то, что когда-то было грудью ее любимого мужчины.

В нем не осталось даже энергии, но сердце умудрилось издать еще несколько стуков.

— Не…вини ее. … знал… все равно. Я бы сделал… для каждого… из Исы.

Последние слова Пересвета прозвучали, как гром для Ольги. Она кричала. Слезы не переставая лились из ее глаз. Девушку переполняла ярость и грусть, скорбь и необъятная жажда убийства.

Она тяжело дышала, а сердце щемило так, что боль ощущалась на физическом уровне.

Девушка не верила в произошедшее. Руки тряслись, а она продолжала рыдать.

— О! Так ты та баба, что убежала. Может продолжим?

Захария протянул к ней руку, подходя ближе. В его голове она уже носила клеймо трусихи.

Кто знает, что произошло в тот момент? Одни лишь боги?

Но возможно, именно боги дали Исе шанс отразить это страшное нападение и дождаться подмоги.

Маленький, почти незримый огонек голубого цвета вырвался из груди Пересвета и растворился в Ольге.

В ее голове еще более отчетливо прозвучали слова возлюбленного.

«Я буду рядом!»

В то мгновение культивация Ольги взметнулась до пика поздней стадии Выращивания Духовного Древа. Огромный луч ледяной энергии вырвался из ее тела, пробив грудь Захарии насквозь.

Ярость затмила разум Ольги. Ее лицо стало ледяным и окончательно прекратило отражать эмоции. В тот момент родилась Ледяная Дева.

Она посчитала Захарию мертвым, даже проверила его энергию, но увы, девушка не знала, что техника Тенгри способна возродить почти умершего культиватора.

В тот день была настоящая резня.

Ольга буквально истребила более сотни хазарских практиков. Она не оставила даже тел, но, когда все закончилось, ее огромная сила пропала. Маленький огонек покинул ее тело, растворяясь в воздухе.

А сама культивация снизилась на пять стадий.

Это был дар и жертва, которую они принесли, чтобы оттеснить противника в первом сражении.

И потеря, что понесли люди Исы в тот день была поистине невосполнима.

Война длилась еще два года. Ольга была, пожалуй, самым свирепым воином Исы, о котором все надолго запомнят.

После заключения мира она исчезла на пятнадцать лет. И только Чистовод видел ее раз в год на том самом месте, где покоился его сын.

…

Ивор молчал.

Эта история была самой тяжелой из всех, что ему довелось услышать. Он видел, как сдерживается Чистовод, но даже статус князя и многолетний опыт не могут сдержать той горечи, что он чувствовал, после утраты родного сына.

Юноша не представлял, что чувствовала Ольга все эти тридцать лет. Но понимал, что сейчас она стала более эмоциональной, чем в первые годы после потери любимого человека.

Он хотел было что-то сказать, но обнаружил, что его губы дрожат.

От злости и обиды за дорогого человека, от того, что этот мир несправедлив, забирая жизнь у таких, как Пересвет.

В его голове было много мыслей, но он молчал.

Как и Чистовод.

Они сидели так еще очень долго, пока их молчание не нарушил человек в сером кафтане. Он ворвался в комнату для культивации без стука.

Его красное лицо и сбившееся дыхание говорило о том, что он ужасно торопился.

Мужчина открыл рот, чтобы начать говорить, но его голос перебил оглушительный звук.

Звук горна.

Он звучал повсеместно и возвещал о страшном событии, которое висело над Русским каганатом уже долгие годы.

Горн утих, а мужчина наконец сказал.

— Хазары начали наступление. Они ударили всеми силами по Формации Раскола Лавин. Мы лишились ее за считанные вдохи.

— Что?! Они миновали Галич? Но как?!

— Кажется их не так много, это скрытный отряд.

Чистовод встал и молча вышел из комнаты.

Ивор же помчался к мастеру.

Теперь он полностью осознал, насколько страшное событие ждет впереди всех его близких.

Content

Сказание о Небесной Искре. Том 2

Глава 56. Поглощая сущность льда

Глава 57. Путешествие за тридевять земель (1)

Глава 58. Путешествие за тридевять земель (2)

Глава 59. Путешествие за тридевять земель (3)

Глава 60. Великий Кузнец Потерянной эры

Глава 61. Бесконечные орды противников

Глава 62. Бой с тенью

Глава 63. Второе испытание

Глава 64. Виверн

Глава 65. Божественные каналы

Глава 66. Просьба Великого Кузнеца

Глава 67. Побег из Маяты

Глава 68. Деревня Муромы

Глава 69. Дитя-калека

Глава 70. Хазарский артефактор

Глава 71. Глубокий сон

Глава 72. Ранняя встреча, поздняя встреча

Глава 73. Ледяная Дева Исы

Глава 74. Первая тренировка

Глава 75. Ледяной Самоцветный Пруд

Глава 76. Я никогда тебя не прощу

Глава 77. Начало княжеского совета

Глава 78. Светский ужин

Глава 79. За честь моего мастера

Глава 80. Превосходный в защите, свирепый в наступлении

Глава 81. Это было волнительно

Глава 82. Обитательница Ледяного Пруда

Глава 83. Узел второго органа

Глава 84. Черный рынок

Глава 85. Трансцендентное чудовище

Глава 86. Вы поймали лишь воздух

Глава 87. Слушай урок своего мастера

Глава 88. Даже после суровой зимы наступает весна

Глава 89. Путь Велеса

Глава 90. Проверка Желанием

Глава 91. Может выберешь кого-то своего уровня?

Глава 92. Битва старых знакомых

Глава 93. Я был тем, кем быть не хотел

Глава 94. Прорываясь ко дну

Глава 95. Плыви, мой юный воин за дальние моря…

Глава 96. …увидишь остров стройный, ты брось там якоря

Глава 97. В конце пути тернистого мы встретимся с тобой…

Глава 98…у берега пятнистого укроет нас волной

Глава 99. Пересвет

Глава 100. Из огня да в полымя