Екатерина и Сергей Духины

Тайна Английского замка

Часть 1

Все права защищены. Книга или любая ее часть не может быть скопирована, воспроизведена в электронной или механической форме, в виде фотокопии, записи в память ЭВМ, репродукции или каким-либо иным способом, а также использована в любой информационной системе без получения разрешения от издателя. Копирование, воспроизведение и иное использование книги или ее части без согласия издателя является незаконным и влечет уголовную, административную и гражданскую ответственность.

В оформлении использованы иллюстрации:

© Natykach Natalii / Shutterstock.com

Используется по лицензии от Shutterstock.com

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2021

* * *

Нашим любимым крохам Еве и Стефании посвящается

A journey of a thousand miles

begins with a single step

Путешествие в тысячу миль

Начинается с одного шага

Глава 1

Долгожданное приобретение

Life is what you make it.

Жизнь такова, какой ты ее делаешь.

На кухне стоял запах печеной картошки, смешанный с терпкими ароматами жареного лука и сочных стейков, аппетитно ожидающих своего часа на старинном обеденном блюде. Непоседливые близнецы Том и Ронни крутились возле стола, а их мама Элизабет стояла у плиты. Семью после всех расставленных на столе угощений ожидал еще и десерт – Элизабет как раз сейчас вынимала его из раскаленной духовки. Знакомый и любимый с детства аромат карамели и горячего теста заполнил маленькую кухоньку.

– Мама, ты приготовила наш любимый пудинг!

Том и Ронни окружили дымящуюся керамическую форму, стараясь первыми насладиться тягучим ароматом этого незамысловатого, но такого любимого десерта.

– Стефи, дорогая, на стол уже накрыто!

– Да, мамочка, иду!

Из детской комнаты послышался звонкий голос, и уже через секунду в дверях появилась хрупкая светловолосая девочка. Зачесанные назад волнистые волосы открывали ее симпатичное личико с редкими веснушками и маленькими ямочками на щеках. Малышку звали Стефания, и она была очень похожа на маму: такая же легкая, стройная и улыбчивая.

Сама Элизабет была молодой женщиной тридцати трех лет с изящной фигурой и тонкими чертами лица. Когда в дом приходили гости, Элизабет любила доставать свои детские фотографии и показывать, насколько они с дочерью похожи друг на друга. Сходство было удивительным! Даже бабушка – мама Элизабет – иногда путала на них внучку и дочку.

Стефания опустилась на свое место за обеденным столом, то же самое не замедлили сделать и близнецы Том и Ронни. Братья были рослыми, светловолосыми, коренастыми подростками четырнадцати лет. Если бы не шрам над бровью, который Ронни получил в пять лет, упав с велосипеда, различить их незнакомому человеку было бы практически невозможно. В близнецах тоже преобладали мамины гены, и мальчики как внешне, так и по характеру очень походили на Элизабет. Дети росли любознательными, умными и добрыми, и родители очень ими гордились.

Все трое ходили в одну школу: Том и Ронни учились в седьмом классе, а Стефания – в пятом. Братья-близнецы обожали свою сестренку, всячески оберегали ее, ласково называя Стефи. Девочка, несмотря на свою ангельскую внешность, обладала очень сильным характером, росла страшно любознательным и сообразительным ребенком. Она интересовалась всем на свете, запоем проглатывала книгу за книгой, обладала гибким умом и не свойственной для девочки такого возраста вдумчивостью. В то время как ее ровесницы мечтали о новых нарядах для Барби, Стефания штудировала очередную историю о Шерлоке Холмсе.

Рони уже нацелился ложкой прямо в сердце тарелки с горячей картошкой, когда Стефания остановила его, схватив за руку.

– Ронни, не спеши, мы ждем папу!

Ее брат послушно положил ложку на место. Не прошло и минуты, как в кухню вошел отец семейства – Генри Томпсон. Он был высоким, подтянутым мужчиной сорока лет, спортивного телосложения, с правильными чертами лица, темными волосами, прямым носом, твердым подбородком и выразительными голубыми глазами, ярко сияющими под угольными темными бровями. Как раз эти ярко-голубые глаза, унаследованные Стефанией от отца, и делали ее похожей на маленького ангелочка. Внешность явно выдавала в Генри потомка первооткрывателей Северной Америки – скандинавов, некогда приплывших сюда с дальних берегов Европейского континента.

– Элизабет, дети, у меня для вас новость! – торжественно объявил Генри.

– Неужели мистер Дэвидсон наконец-то дал тебе прибавку?

Глаза Элизабет заблестели – она мечтала о том, чтобы мужа повысили.

– Нет, – с загадочной улыбкой ответил Генри.

– Мы поедем в летний лагерь на озеро? – закричал Том и от воодушевления даже подпрыгнул.

– Папа, скажи, это правда? – поддержал его нетерпеливый Ронни.

– Нет, – улыбнулся Генри. – Конечно, мы работаем над этим. Но моя новость еще лучше. Дочка, – обратился он к Стефании, – вся надежда на тебя.

Стефания внимательно поглядела на отца, насупила брови, наморщила свой маленький лобик и задумалась. Генри стоял в дверях кухни, широко улыбался и терпеливо ожидал ее версию.

– Папа, – лицо Стефи начало расплываться в улыбке, – неужели…

– Неужели что, дочка?

Вместо ответа Стефи сорвалась со своего стула и подбежала к окну, которое выходило во внутренний двор. Взглянув на улицу, она начала танцевать и крепко обняла отца.

– Молодец, дочка, угадала, – с этими словами Генри поднял Стефанию на руки и поцеловал в раскрасневшуюся щечку. Ронни и Том были тут как тут – они уже тоже нетерпеливо опирались на подоконник. За ними подоспела и мама. Глаза Элизабет округлились. Во внутреннем дворе среди цветов, посаженных хозяйкой, стоял маленький черный «Форд».

Долгое время машина была для Томпсонов несбыточной мечтой: Элизабет, как самая обычная домохозяйка, занималась детьми, а Генри работал простым клерком при местной типографии, выпускающей раз в месяц газету с городскими новостями.

Семья жила на окраине в маленьком одноэтажном доме с тремя комнатами. К нему прилегал небольшой участок земли, который в летнее время года был любимым местом отдыха всей семьи. Генри своими руками облагородил его: построил деревянную беседку, вырастил густой зеленый газон, посадил несколько фруктовых деревьев и ягодных кустарников. Элизабет, в свою очередь, украсила все мыслимые и немыслимые места на участке цветами и декоративными растениями, а мальчишки по примеру отца соорудили три настоящих гамака: для себя и сестры.

В теплое время года и по выходным дням все собирались в беседке у дома, пили чай, завтракали или ужинали, одновременно любуясь окружающей природой и клумбами, заботливо созданными мамой. На участке была организована парковка, но до нынешнего дня ее лишь изредка занимали машины гостей семейства – подруг Элизабет или коллег Генри.

Весь заработок отца уходил на погашение кредита, взятого в банке на покупку дома, воспитание детей и содержание всего семейного хозяйства. Именно поэтому в течение многих лет автомобиль был для детей заветным желанием, а для их родителей – главной целью. Генри уже давно откладывал на эту покупку небольшие суммы, которые получалось сэкономить то здесь, то там, но сейчас ему удалось оформить выгодный кредит и, доложив часть накопленных денег, наконец приобрести недорогой, но такой долгожданный «Форд». Отец сделал это сюрпризом семье: он знал, насколько Элизабет и дети мечтают об автомобиле.

Радости семейства не было границ! За ужином все обсуждали, как они теперь смогут по выходным выезжать из города на природу, в небольшие путешествия по округе. Мальчишки были в восторге от нового приобретения и наперебой перечисляли, куда они теперь поедут. Но счастливее всех была Стефания. Девочка обожала все новое и мечтала открывать неизвестные места. В душе она была настоящей авантюристкой, жаждущей странствий и увлекательных приключений.

Элизабет больше всего радовало то, что теперь она могла поехать в магазин или отвезти детей в школу не на автобусе, а на личном авто. Через несколько минут дети уже сидели в машине, по очереди крутили руль и воображали себя опытными водителями. В общем, в семью Томпсонов пришло маленькое механическое счастье.

На дворе стояла безоблачная весенняя погода, заканчивался учебный год, и все сошлись на том, что должны отправиться в первое небольшое путешествие сразу же, как только начнутся школьные каникулы. Раньше ни Элизабет, ни дети даже не мечтали, что осуществят эту поездку на собственном автомобиле…

И вот наступили долгожданные выходные, и теперь семью ожидала вожделенная поездка, наполненная приключениями, посещением новых, неизведанных мест и открытием тайн. О последнем мечтала Стефания – ей всегда хотелось увидеть в веренице будничных дел что-нибудь необычное и загадочное…

В пятницу вечером вся семья собралась в деревянной беседке в саду. Том и Ронни принесли с собой глянцевый журнал «Ландшафт» и стали выбирать, куда можно было поехать. Вечер обещал стать знаменательным: на семейном совете принималось важное решение, где провести ближайшие выходные с учетом купленного транспортного средства. Было уговорено осуществить первую долгую поездку за город и исследовать места, где никто из семейства до этого не бывал.

Том и Ронни тыкали пальцами в картинки и читали названия городков, деревень и поселков, каждый из которых на глянцевых фотографиях казался раем для неопытного путешественника.

Конечно же, основные голоса в выборе маршрута отдали детям. Том, Ронни и Стефания единогласно предложили проложить маршрут к большому горному озеру, расположенному примерно в ста шестидесяти километрах от их городка. Озеро манило своей загадочностью и красотой, близнецы давно мечтали побывать в лагере и его окрестностях, и то, что в журнале «Ландшафт» ему был отведен целый разворот, только укрепило желание детей увидеть эту потрясающую красоту вживую.

Кроме того, дорога в горный край пролегала по живописным местам, через несколько маленьких фермерских городков и, самое главное, мимо старинного замка необычайной красоты, про который в округе ходило множество легенд. Надо сказать, что открытки с видами этого замка украшали практически каждый газетный киоск их города, а все основные местные туристические маршруты прокладывались экскурсоводами так, чтобы обязательно проехать мимо него.

Ко всеобщему сожалению, замок был закрыт для посещения туристов. Его владельцы – супружеская чета англичан – не давали согласия властям города на внесение даже малой части их владений в перечень местных достопримечательностей. Но дети очень хотели хотя бы краем глаза увидеть легендарный замок, поэтому после недолгого обсуждения маршрут был утвержден.

В субботу Стефания подняла маму с лучами восходящего солнца, и они вместе принялись собирать корзинку с фруктами и бутербродами для пикника на свежем воздухе. Почти сразу за Стефи и Элизабет проснулся Генри, а вот Тома и Ронни пришлось будить.

– Вставайте, сони! Уже все готово для поездки! – Стефания ворвалась в их комнату и начала нещадно тормошить заспанных братьев. – Проспать такой день! – отчитывала их она.

Ронни и Том медленно поднялись, с трудом разлепили сонные глаза и посмотрели на висящие на стене часы.

– Еще нет и половины восьмого, – пожаловался Ронни.

– Нечего дрыхнуть! У нас уже все готово. Мама зовет завтракать! – выпалила разгоряченная Стефи и упорхнула в дверь, оставив разбуженных близнецов собираться.

После завтрака Генри подогнал автомобиль ко входу, все расселись по местам и тронулись в путь.

«Форд» был маленьким и довольно тесным, но он ехал, и это само по себе уже было здорово. Из-за большой нагрузки скорость набиралась медленно, но все познается в сравнении, поэтому Томпсоны радовались неспешной езде, позволяющей вдоволь полюбоваться такими долгожданными пейзажами.

Километр за километром оставались позади, а колеса катились вперед, приближая путешественников к выбранной ими цели. Ребята глазели по сторонам, Генри привыкал к особенностям управления новым приобретением, а Элизабет прокладывала по карте маршрут, как заправский штурман. Семья была в дороге уже более полутора часов, позади осталась почти половина пути, и взрослые, и дети за это время получили массу впечатлений и были очень довольны.

По дороге они несколько раз останавливались, рассматривая уютные канадские поселки, выходили на берег реки, вдоль которой пролегал путь, любовались красотами живописных холмов. Нежные и сочные краски окружающего ландшафта создавались свежей зеленью окружающих деревьев и кустарников и дополнялись разноцветьем весенних полевых цветов и трав.

И вот во второй половине пути, когда автомобиль, кряхтя, взобрался на очередной высокий пологий холм, у всех захватило дух от увиденного. Взору путешественников открылся потрясающий вид. Впереди, прямо перед ними, на расстоянии примерно километра располагалась старинная крепость. Чтобы рассмотреть ее лучше, все семейство выбралось из машины.

Элизабет растрогалась и нежно обняла мужа. Замок был и романтичным, и величественным, его архитектура навевала мысли одновременно и о вечности, и о прелести, и о насыщенности земной жизни.

Высокая крепостная стена опоясывала подножие небольшого холма, в центре которого возвышалось классическое здание основного корпуса. Она, как и сам замок, была сложена из темных обтесанных гранитных камней и скрывала почти весь первый этаж. Углы стен украшали настоящие боевые башни со смотровыми площадками наверху. Они были увенчаны зубчатыми головками и зияли узко прищуренными проемами настоящих бойниц.

Перед крепостными стенами зеленели бескрайние поля с паутинами проселочных дорог, расцвеченные яркими сиреневыми пятнами клевера и разделенные полосками нераспаханной земли, которые в простонародье называют неудобьями.

Если бы не дополнительные боевые вышки с такими же, как и на крепостных стенах, бойницами и зубцами, здание замка можно было бы принять за большой католический костел. Башни возвышались по бокам от центральной части, над левым и правым флигелями.

Основное здание было трехэтажным и наверху заканчивалось конусной башней, увенчанной высоким шпилем с эмблемой на вершине. Саму эмблему рассмотреть было трудно, но складывалось впечатление, что она искусно составлена из нескольких объемных элементов, соединенных металлической вязью. По центру левого и правого флигелей на небольших конусных возвышениях развевались флаги. Слева – флаг Канады, справа – Великобритании.

Крыша замка напоминала чешую огромной рыбы: она была покрыта медными листами, которые от времени приобрели темно-зеленый оттенок со светло-серыми прожилками. Из кровли повсюду торчало множество вытяжных и дымоходных труб. В стыках каменной кладки давно поселились мхи и лишайники, они придавали зданию живописный и таинственный вид, а также прекрасно гармонировали с цветом кровли и окружающим ландшафтом.

Когда машина подъехала поближе к стенам замка, стали видны остатки глубокого рва, когда-то окружавшего всю крепостную стену, и огромные крепостные ворота. Они представляли собой настоящее произведение искусства, которое увековечило память сотворивших его когда-то кузнецов. Ворота были двухстворчатые, и их половинки, сходясь вместе при закрывании, складывались в родовую эмблему владельцев замка. Здесь ее можно было хорошо рассмотреть: она состояла из металлического щита с выбитым на нем рыцарским крестом и перекрещивающимися на его фоне мечами.

Выше располагалась надвратная башня, где пряталась мощная деревянная решетка, готовая в любой момент опуститься и надежно защитить замок от любого пришедшего врага. Нижний край ее свисал из-под башни, дополнительно украшая ворота и демонстрируя мощь замковой защиты.

Завершал общую картину всего этого комплекса деревянный подъемный мост, перекинутый от ворот на другую сторону рва. От стен замка к краю ворот тянулись тяжелые кованые цепи. Когда-то они служили для подъема ворот, лишая возможного врага единственного прохода через глубокий крепостной ров к стенам замка. Сейчас же они являлись лишь напоминанием о былых временах и героических сражениях, бывших ровесниками самого замка. Мост уже давно не поднимался и теперь выполнял скорее декоративную функцию.

Все это походило не то на сказку, не то на исторический фильм про средневековых рыцарей. Замок вызывал восхищение, поражая своей монументальной красотой и загадочностью. Несмотря на возраст, его строения выглядели вполне добротными и ухоженными. Было очевидно, что владельцы хорошо о нем заботились. Казалось невозможным, что реальные, ныне живущие на земле люди могут владеть таким удивительным архитектурным сокровищем, да еще и жить здесь, как в обычном жилом доме.

– Мама, а сколько человек живет в таком огромном замке? – задали вопрос близнецы.

– Насколько я знаю, одна семья.

– Всего одна семья, такая, как мы?

– Да.

– Невероятно! – удивился Том.

– Ничего удивительного. Это очень богатые люди, и они могут себе позволить содержать целый замок, – задумчиво сказал Генри. Где-то внутри ему тоже хотелось, как и любому мужчине, чтобы его семья могла себе позволить жить в таком роскошном дворце. Но, увы, он был обычным клерком и даже на машину среднего уровня копил несколько лет!

– Как жаль, что нельзя попасть внутрь, – нарушила молчание Стефания.

– Да, очень жалко, – повторили за сестрой Том и Ронни.

– Может быть, спустимся к замку и попробуем попросить привратника впустить нас? – подала голос Элизабет, и все вопросительно посмотрели на главу семейства.

– Ничего не получится, – откликнулся Генри. – Исключено. Я слышал, что туристов они категорически не пускают. Давайте не будем напрасно тратить время и поедем дальше! Я немного знаю историю этого замка, садитесь в машину – расскажу вам ее по дороге. Предлагаю отправиться прямо к озеру и на его берегу устроить пикник. Ну, кто здесь проголодался?

Этим предложением Генри хотел отвлечь внимание расстроенных детей от замка, в который они никак не могли попасть. Но заинтриговать их не получилось – даже новость о предстоящем поедании сэндвичей с тунцом и помидорами на берегу озера не особенно воодушевила их.

Разочарованная семья вернулась в автомобиль и двинулась дальше. Все сидели молча, и у каждого в голове были свои мысли. Генри, вовсе того не желая, мысленно сравнивал их трехкомнатный одноэтажный домик с величественным замком, Элизабет мечтала о том, чтобы поехать туда с Генри вдвоем на романтическую прогулку, отдав детей бабушке, а Том и Ронни представляли одно: как здорово было бы погонять на просторах замка с футбольным мячом или поиграть в прятки. Ведь там-то точно есть места для этого! Стефания же не мечтала – она просто размышляла и анализировала полученную информацию, это было ей более свойственно.

– Пап, ты же обещал рассказать про замок, – через некоторое время попросила девочка с заднего сиденья.

– Раз обещал, значит, расскажу. – Генри очнулся от своих унылых мыслей и улыбнулся дочери.

На минуту он задумался, собирая в памяти все детали, а затем начал свой рассказ.

Глава 2

Старая канадская легенда

Love will go through stone walls.

Любовь пройдет сквозь каменные стены.

– То, что мы с вами сейчас видели, – начал Генри, – большая редкость на канадской земле. Замки как архитектурная форма более привычны для европейцев. Именно в таких укрепленных против врагов крепостях жили французские, английские, немецкие, итальянские графы, герцоги, бароны или лорды. Они были вассалами королей своих стран, но имели огромные наделы земли, собственные армии и обладали немалой независимостью от центральной власти. Подобные замки строились в европейских странах уже в раннем Средневековье. К нашему столетию европейские архитекторы достигли в строительстве замков большого совершенства.

А вот в Северной Америке в те времена жили лишь полудикие индейцы, которые довольствовались хижинами, сплетенными из веток и покрытыми шкурами диких животных. Викинги – первооткрыватели американских, в том числе канадских берегов – не принесли сюда цивилизации. Мало изменилась Америка и после открытия ее Колумбом и покорения американских коренных народов испанцами.

Приобщение диковатых аборигенов Нового Света к цивилизации Света Старого началось здесь только с появлением французов. Они возвели первые форты и городки, заложили основы оседлого земледелия. Это продолжалось около столетия, но затем, в результате Семилетней войны, англичане вытеснили французов с земель Канады. Вытесняя, они продолжали осваивать огромные территории, покрывая их фермерскими хозяйствами, рабочими поселками и городами. Но и у новых хозяев американских земель не вошло в традицию возведение замков: здесь не было ни феодалов, ни королей, ни рыцарей, ни сословных различий. У нас все граждане были равны, ни у кого не было потребности защищаться от набегов соседей за высокими стенами замков. Поэтому вы не найдете их на просторах американского континента.

– Как же, папа, – вот же замок, только что был перед нами. Он откуда взялся?

– А вот это уже другая история, – сказал загадочно улыбаясь Генри. – Началась она еще в те далекие времена, когда Англия и Франция сошлись в кровопролитной Семилетней войне. География битв расширялась очень быстро, и в скором времени жестокие бои охватили не только Европу, но и Северную Америку, на территории которой мы сейчас находимся. Помимо королевских войск, в войне участвовали и британские добровольцы – обычные молодые парни, в груди которых горел огонь патриотизма и жажда справедливости.

Одного из них, молодого двадцатипятилетнего шотландца, звали Крис Шелдон. Он был молод, но уже сказочно богат. В школе вам наверняка рассказывали об Ост-Индской компании. Это была самая крупная международная компания в тогдашнем коммерческом мире. Ее представители торговали чаем, пряностями, южными фруктами и другими, как их тогда называли, колониальными товарами. У компании были свои торговые корабли, пристани и даже своя собственная, мощная и многочисленная, армия.

Представляете, как богаты были ее хозяева? Так вот, одним из них был отец Криса. Он очень любил своего сына, но при этом, в общении с ним был очень строг и настаивал, чтобы сын продолжал его коммерческое дело. Но сын-то мечтал совсем о другом: о путешествиях, открытиях, подвигах, – а так как упрямый характер он унаследовал от отца, то одним прекрасным днем он вышел из дома, сел на корабль, уходящий в Северную Америку, и… в Англию больше не вернулся.

В Канаду он прибыл в самый разгар сражений. Юноша был храбр и умен и вскоре стал командиром отряда добровольцев. Судьба хранила его, он прошел войну без единой царапины. Но надо же было такому случиться, чтобы за день до окончания войны, в одной из последних атак, пуля все же нашла его, ранив в грудь навылет.

Тут бы и сказке конец, но какая же это была бы сказка без возможного хэппи-энда? Можете не сомневаться, что лечили нашего героя лучшие врачи – тоже добровольцы, а ухаживала за раненым молодая очаровательная медсестра-француженка по имени Эльза.

Девушка была мила и очень красива. Каштановые волосы струились по ее плечам, обрамляя аристократическое лицо с правильными и тонкими чертами. Ее хрупкий образ был легким и как будто прозрачным. Когда Эльза проходила мимо, Крису казалось, что она просто парит в воздухе. Кроме того, она была хорошо воспитана и имела добрый и отзывчивый характер.

Взаимная симпатия была очевидной, и девушка стала тем ангелом, благодаря которому смертельно раненый Шелдон начал быстро выздоравливать. С самого его поступления в госпиталь она не отходила от него ни на шаг, делая все возможное, чтобы облегчить страдания юноши. И даже когда болезнь стала отступать, Эльза не оставляла больного. Чтобы отвлечь Криса от болей в груди, она, как ребенку, рассказывала ему множество самых разных историй.

Крис обратил внимание, что во многих явно придуманных девушкой сказках присутствовали старинные замки с присущими им тайнами и загадками. Однажды Крис спросил Эльзу, почему эта тема так увлекает ее.

– Я не знаю, – ответила девушка, – просто почему-то с детства мне хотелось жить в настоящем замке. Я часто об этом мечтала. Мама перед сном рассказывала мне сказки про принцев и принцесс, живущих в королевских замках. Кроме того, я француженка, а Франция славится своими замками, дворцами и крепостями. Когда я была маленькой, мы с папой побывали в нескольких, и я была ими просто околдована.

– Нет, – возразил Крис, – в Англии замки намного интереснее, чем в твоей Франции. Ты просто их не видела и не можешь сравнить. Когда-нибудь я обязательно предоставлю тебе такую возможность.

Неудивительно, что, когда Криса Шелдона выписали из госпиталя, они с Эльзой были уже неразлучны. А спустя некоторое время – в день их свадьбы – Крис обратился к своей любимой:

– Скажи мне, дорогая, чего бы тебе хотелось больше всего на свете, и я клянусь, что выполню это.

– Самое большое мое желание – быть с тобой и любить тебя всю жизнь, пока смерть не разлучит нас, – улыбнулась ему девушка.

– Это самое простое, – сказал Крис, – этого можно было и не загадывать. Так будет всю нашу жизнь, потому что другого просто не может быть. Я люблю тебя больше всего на свете и всегда буду с тобой. Пожалуйста, загадай другое желание, – попросил он.

– Нет, мне больше ничего не надо, – твердо сказала Эльза.

– Хорошо, тогда я знаю, что делать. Я клянусь, что исполню твою самую большую детскую мечту: я подарю тебе замок, – произнес Крис. Эльза снова рассмеялась:

– Хорошо, подари! Я поставлю его себе на книжную полку и буду им любоваться.

Шелдон улыбнулся и ничего не стал отвечать на шутку своей любимой.

Так как Крис был еще слаб, свадьбу сыграли здесь же, в городке, где жила Эльза и ее семья. Родители жениха и другие родственники вынуждены были приехать из Лондона. Готовясь к бракосочетанию, Крис с помощью сослуживцев, собрал необходимые деньги и купил небольшой домик недалеко от дома родителей Эльзы.

Свадьба прошла хорошо. В самый разгар веселья поднявшийся из-за праздничного стола отец жениха объявил, что передает ему в собственность половину своего состояния. Для молодых это стало полной неожиданностью – отец, несмотря на свое богатство, никогда не баловал Криса дорогими подарками. После окончания торжества старший Шелдон стал уговаривать сына вернуться в Англию, но молодой человек не согласился и, чтобы не расстраивать отца, пообещал подумать об этом позже.

– Вот окончательно поправлюсь, тогда мы с Эльзой приедем к вам в гости, а там и поговорим о возвращении на родину, – сказал он, прощаясь со своими близкими.

Крис оказался человеком слова: сразу же после отъезда родителей, несмотря на то что был еще очень слаб, он начал искать место для строительства будущего замка. Эльза, еще до конца не веря в реальность происходящего, сопровождала мужа во всех его поездках. Так продолжалось долгое время. Но наконец место было найдено.

– Насколько удачно оно было подобрано, вы только что могли увидеть собственными глазами, – сказал Генри, на минуту прерывая свое повествование.

Когда Шелдон окончательно окреп и набрался сил, молодая чета отправилась в Англию. Они остановились в большом доме родителей Криса в Лондоне. Все были им очень рады и уговаривали остаться, но Крис уже был одержим своим замыслом и категорически не видел будущего на своей старой родине.

За время, проведенное у родителей в Англии, он сделал очень многое. Во-первых, они объездили вместе с Эльзой огромное количество старинных крепостей. В конце концов они забрались даже в Шотландию. Во-вторых, он подобрал опытных архитекторов, умеющих проектировать замки, и детально описал им все, что хотел бы воплотить в этом строении.

А видеть Шелдон в нем хотел очень многое. Сравнив достоинства и недостатки многих замков, Крис выбрал для себя все самое ценное и интересное, что использовали при проектировании и строительстве их хозяева. Лучшие идеи Шелдон решил реализовать в задуманном им проекте. Он хотел преподнести любимой жене такой подарок, который поразил бы ее до глубины души.

– Я не могу перечислить всего того, что он воплотил в этом замке, – сказал Генри, – но ходят легенды, что там есть двойные потайные коридоры и комнаты, тайные подземные ходы, ведущие за пределы замка, акустические капсулы и ниши, которые меняют звук голоса, ямы-ловушки и многое другое. Кроме этого, я слышал, что в замке находится множество старинных предметов, обладать которыми хотели бы многие известные мировые музеи.

– Как такое возможно? – спросила Стефания.

– А вот так, – ответил Генри. – Шелдон имел неограниченные финансовые возможности, поэтому, разъезжая по Англии и Шотландии, он скупал все понравившиеся ему вещи. Это были старинные картины, зеркала, мебель, книги, различные предметы быта и так далее.

В основном это были единственные в своем роде изделия. Я слышал, что только огромных старинных зеркал он привез в свой замок несколько десятков. Часто владельцам замков, к которым обращался Крис, казалось очень выгодным продать за хорошую цену старую вещь и купить на эти же деньги две новые. Некоторые даже пытались продать ему своих фамильных привидений, на что Крис отвечал, что он и так заберет их вместе со старинными зеркалами бесплатно. Так, Шелдон собирал все, что его интересовало, грузил на корабли и отправлял в Канаду.

Также не стоит забывать, что он был членом торговой династии, которая долгие годы входила в состав акционеров ведущей колониальной компании. Помимо невероятного состояния, нажитого за долгие годы ее существования, Шелдоны имели доступ к старинным артефактам стран, расположенных в разных уголках земли, от Америки до Японии.

Через полгода проект замка был готов, и после его получения Крис засекретил ряд его разделов. Молодая чета Шелдонов вернулась в Канаду, и работы по возведению замка закипели в полную силу. Шелдон дни и ночи проводил на строительной площадке. Он приказал не останавливать строительство ни на минуту, и рабочие трудились над возведением замка в две смены. Ночью люди работали при свете факелов и больших восковых свечей. Со стороны стройка походила на большой лесной муравейник. Ежедневно в работах участвовало больше тысячи человек.

Много времени ушло на строительство подземной части замка, которая, согласно утвержденному Крисом проекту, была секретной. Для ее возведения Шелдон привез из Центральной Америки пятьсот индейцев. Стройкой руководили итальянские и шотландские инженеры и мастера. Все они дали подписку о бессрочном хранении тайн замка.

Сразу же после окончания строительства подземной части рабочих-индейцев отвезли на родину. Всем были заплачены хорошие деньги. Индейцы не знали европейских языков, общались с помощью знаков и после отъезда, даже при желании, не могли бы навредить владельцу замка, выдав его тайны.

Работы были закончены ровно через три года, и Крис готовился торжественно преподнести долгожданный подарок своей любимой жене. В комнатах замка расставляли мебель, развешивали картины и зеркала, наводили чистоту и порядок.

Шелдон и здесь лично руководил завершающим процессом. Чтобы не терять времени на дорогу, он несколько дней подряд не отлучался из замка.

Однако тихой идиллии Криса и Эльзы, как и их заботливо созданному семейному гнездышку, не суждено было просуществовать долго. Беда, как известно, приходит неожиданно и очень часто перечеркивает самые счастливые моменты жизни.

Страшное известие застало хозяина замка, когда он вместе со слугами расставлял книги на полках в библиотеке.

– Вашей супруге плохо: второй день у нее сильный жар, утром она потеряла сознание, – передал прискакавший из дома гонец.

Крис Шелдон со всех ног бросился к жене. Всю дорогу он был сам не свой от известия о внезапной болезни любимой. К счастью, он успел. Эльза была жива, пришла в сознание и могла говорить.

– Не волнуйся, все будет хорошо, – с трудом улыбнувшись, сказала она, – я поправлюсь.

Внешний вид любимой жены ужаснул Криса.

– Прошу тебя, выздоравливай скорее, – попросил он, – замок готов и ждет тебя.

Во взгляде Криса была мольба. Он склонился над постелью жены, как это делала она во время его болезни, и нежно взял ее за руку. Крис был отважным человеком, прошедшим страшную войну, но сейчас он был напуган как ребенок. Мужчины боятся болеть, но еще больший страх у них возникает, когда заболевает любимая женщина.

– Отвези меня в замок, – попросила ослабевающая Эльза, – не теряй времени.

– Но ты ведь совсем больна, – засомневался Шелдон, – как ты перенесешь дорогу?

– Отвези меня, пожалуйста, я хочу его увидеть, – еще раз попросила его жена и снова потеряла сознание.

Крис выполнил просьбу, и через пять часов повозка с лежащей в ней Эльзой въехала в ворота замка. Всю дорогу он держал ее за руку, прощупывая пульс и целуя побледневшие губы. С Крисом в повозке ехали три лучших врача. Они не смогли поставить окончательный диагноз, но сходились во мнении, что ни одна из известных им болезней не может так быстро забирать силы молодой и цветущей женщины.

Еще только начинало смеркаться, и закатное солнце красиво подсвечивало стены прекрасного сооружения. Эльза приподнялась на подушках и зачарованно смотрела на чудо, созданное для нее мужем. Даже болезнь на минуты отступила, давая ей насладиться этим подарком.

Больную внесли внутрь и положили на специально приготовленную в каминном зале кровать. Большое помещение было хорошо натоплено, в камине, отбрасывая на стены отблески, плясали языки пламени, горели сухие дрова. Это был ее замок, любимый муж был рядом – о чем еще можно было мечтать?

– Как мне хочется посмотреть его весь, – превозмогая жар, произнесла Эльза. Через час девушке стало немного легче, и Шелдон, взяв ее, как ребенка, на руки, понес по всем помещениям замка. Передышку они устроили на втором этаже, в их спальне. Крис положил жену на огромную кровать из резного дерева.

– Это еще один подарок для тебя, – произнес Шелдон. – Помнишь, мы нашли ее в заброшенном шотландском замке? Это та самая кровать, ее отреставрировали, и она стала лучше прежней.

– Спасибо, – поблагодарила девушка. – Покажи остальное.

Через полчаса, закончив осмотр, они вернулись в каминный зал.

– Спасибо тебе, любимый, – сказала Эльза, – ты действительно осуществил мою самую заветную мечту детства.

Она умерла рано утром: открыла глаза, поздоровалась взглядом с первыми лучами восходящего солнца, без слов попрощалась с Крисом и снова закрыла их, уже навсегда.

Эльзу Шелдон похоронили во дворе замка. Рядом с ее могилой Крис посадил так любимый ею красный канадский клен. Несколько дней он провел у могилы жены, не отходя от нее ни на шаг, а потом исчез навсегда.

Как говорят старожилы, после смерти жены Криса Шелдона действительно никто и никогда больше не видел – он уехал из страны. Ходили слухи, что он отправился в составе английских колониальных войск завоевывать какие-то новые земли и там сразу погиб. Видимо, после ухода любимой, жизнь потеряла для него всякий смысл, и он поспешил расстаться с нею любым способом.

– Вот такая грустная история связана с этим замком, – закончил свой рассказ Генри.

– Но кто теперь-то в нем живет? – спросил у отца Том.

– Этого я не знаю, – ответил тот, – видимо, какие-то потомки из семейства Шелдонов. Отец Криса после смерти сына передал замок во владение кому-то из родственников. Наверное, с тех пор он так и передается по наследству в этой семье.

Несмотря на открывающиеся за окнами машины новые красоты, все ехали задумчиво и молча – размышляли над рассказом Генри и вспоминали увиденный замок.

…Поездка к озеру оказалась вполне удачной – оно было очень живописным. Расположенное в долине между гор, в солнечную погоду оно напоминало чистую стеклянную линзу, разбрасывающую в разные стороны свет со своей поверхности. Лучи пронизывали хвою раскидистых ветвей сосен и елей, растущих на берегах озера, отчего они становились почти прозрачными и невесомыми. Огромные каменные глыбы, как будто специально разбросанные у воды чьей-то исполинской рукой, разноцветье горных трав и цветов, проросших в трещинах окружающих озеро скал, украшали его берега.

Искупаться не удалось – вода оказалась чересчур холодной, – зато на озере была лодочная станция, и Том и Ронни смогли вдоволь поупражняться в гребле и насмотреться на красоты обрамляющих озеро гор с поверхности воды.

Задерживаться на ночь в этих местах Томпсоны не стали и, пообедав на берегу, не спеша выдвинулись к дому. На обратном пути, проезжая по той же дороге, Генри снова ненадолго остановился неподалеку от замка, но в другом месте, чтобы рассмотреть его еще раз, с иного ракурса. Теперь они видели крепость со стороны, противоположной центральным воротам. И снова семья была поражена открывшимся видом. Величественное строение всех просто завораживало.

– Какой красивый у нас флаг, – сказала Стефи, глядя на развевающееся на шпиле одной из замковых башен бело-красное полотнище.

– А почему на нем изображен кленовый лист? – спросила она.

– А ну-ка расскажите сестре, чему вас учили, – обратился отец к сыновьям.

– Канада – родина самого большого количества кленов в мире, – наперебой затараторили братья. – Но самое ценное в нашей стране дерево – это сахарный клен. Тот самый, из которого делают твой, Стефи, любимый кленовый сироп. Лист на флаге страны как раз является символом этого нашего достояния.

– Правда, есть одна особенность: лист сахарного клена на самом деле имеет двадцать три угла, а лист на флаге Канады – только одиннадцать. Это сделано потому, что, когда на флаге был изображен лист с двадцатью тремя углами, ветер, раздувая полотнище, превращал красный кленовый лист в обыкновенное красное пятно, и он становился неразличим.

– Вот поэтому у Канады такой флаг, – закончили братья.

– Молодцы, – похвалил мальчишек Генри. – А теперь рассаживайтесь по местам. Пора ехать. Скоро стемнеет, а значит, и похолодает.

Глава 3

Знак свыше

Wonders will never cease.

Чудеса никогда не прекратятся.

Обратный путь прошел без происшествий, и на закате, еще до наступления темноты, автомобиль въехал в город. До дома оставалось 15–20 минут езды, и Элизабет предложила заехать по пути в местный костел, где как раз начиналась вечерняя служба. Семья Томпсонов зашла в храм перед самым началом и расположилась на крайних от выхода сиденьях. Воцарилась тишина, и внимание всех теперь было обращено на читающего молитву проповедника.

Одна только Стефания никак не могла сосредоточиться на молитве. Девочка была погружена в свои мысли – перед ней до сих пор стоял образ таинственного и величественного замка, который она сегодня увидела.

Стефи была совсем маленькой и еще не знала тех проблем и бед, о разрешении которых обращало свои мольбы к Богу большинство взрослых людей в храме. Но шла служба, и она тоже стала молиться Божьей Матери, преподобной Деве Марии. Девочка закрыла глаза, сложила вместе ладошки, подняла голову к куполу храма и стала просить Деву Марию о том, чего сейчас ей хотелось больше всего на свете. А больше всего ей хотелось оказаться внутри того самого старинного замка, около которого они сегодня дважды останавливались. Это стало ее самым заветным желанием.

Ее обращение к Богу было простым и наивным, чистым и лаконичным. Она молча произносила свою просьбу еще и еще раз, как вдруг перед ней резко всколыхнулся ввысь огонь. Он исходил от свечей, стоящих у колонны на засыпанном песком подносе. Пламя взметнулось вверх и было размером с саму восковую свечу. Огонь осветил лица стоящих вблизи прихожан, резко вспыхнул и вернулся в первоначальное состояние, распустив в стороны темные дымные нити.

Можно было подумать, что это знак свыше и просьба девочки услышана, но, с другой стороны, это можно было расценить и как предупреждение – обращаться с такими глупыми мольбами к Богу совершенно неправильно. А возможно, это был просто сквозняк, вызвавший движение воздуха из-за неприкрытой входной двери.

После службы Элизабет попросила заехать в небольшой торговый центр, находившийся на параллельной с их домом улице. Надо было купить продукты на следующую неделю.

Оставив машину на парковке, Томпсоны зашли в магазин и стали двигаться ко входу в продуктовый отдел. Пройти оказалось довольно сложно. Центральный зал торгового центра был до отказа заполнен людьми, огромными игрушками, бесчисленными цветными коробками, воздушными шарами и другими праздничными аксессуарами. Играла музыка, на собранной посреди зала небольшой сцене выступали артисты в образах героев сказок и кино. Прямо на краю сцены, по центру, стоял большой барабан с открытками внутри.

Через минуту стало ясно, что праздник посвящен окончанию популярной лотереи, организованной правительством при участии крупных коммерческих фондов и ведущих торговых организаций страны. В барабане лежали лотерейные билеты: сегодня был последний день продаж. Актер, одетый в костюм Микки Мауса, торжественно объявлял в микрофон:

– Дорогие друзья! Те из вас, кто совершит сегодня покупку в нашем торговом центре более чем на 100 долларов, смогут получить один лотерейный билет в подарок совершенно бесплатно!

Семья Томпсонов с трудом преодолевала плотную толпу. И вот сцена с артистами, музыкой и цветными шарами осталась позади, а Генри, Элизабет и дети наконец вошли в торговый зал. Родители распределили задачи для каждого, и все члены семьи двинулись в сторону нужных полок. Обойдя супермаркет и нагрузившись всем необходимым, семья подошла к кассе и стала пробивать покупки. Товаров оказалось ровно на 80 долларов 26 центов.

Генри почесал затылок. Было видно, что глава семейства не ожидал такой большой суммы и даже немного растерялся. Однако делать было нечего, и он, вздохнув, уже начал протягивать к сканирующему устройству платежного терминала руку с пластиковой картой, но тут Стефания неожиданно остановила его.

– Папа, подожди! Ведь мы недобрали до 100 долларов, и нам не дадут бесплатный лотерейный билет!

– Что ты говоришь, дочка? – удивилась Элизабет, – какие 100 долларов? Мы и так уже набрали всего намного больше, чем могли себе позволить, а ты хочешь еще и увеличить наши расходы! Кому нужен этот лотерейный билет? По нему все равно никогда ничего не выиграешь!

Стефи постаралась убедить родителей, но спорить с ними было совершенно бесполезно.

– Тема закрыта, – строго сказал ей Генри.

Стефания, даже не понимая, что движет ее поступком, бросилась к братьям.

– Том, Ронни, – обратилась она к ним, – займите мне, пожалуйста, 20 долларов, я их обязательно вам верну. Я знаю, что вы брали с собой в поездку свои карманные деньги, а значит, можете меня выручить.

Теперь братья разом почесали затылки.

– У меня есть 10 долларов, – сказал Том.

– У меня тоже, – сказал Ронни, – но ведь мы с братом копим на самокаты.

– Я же сказала, что верну! – рассердилась на медлительность братьев Стефания. – Ну помогите же мне!

Делать было нечего. Братья одновременно вздохнули и потянулись к своим заначкам. «Зачем мы только взяли их с собой», – думал каждый из них, но отказать своей любимой сестренке никто из них не мог.

Стефания взяла деньги, отдала их отцу и, попросив его подождать две минуты, бросилась обратно в торговый зал. Через несколько минут она уже стояла перед кассой с охапкой покупок, подобранных специально на сумму примерно в 20 долларов. Продукты были нужные, Генри больше не стал возражать и оплатил покупку.

В итоге сумма полученного чека была всего на несколько центов больше 100 долларов, но этого было вполне достаточно. Стефи выхватила у папы чек и бегом бросилась к сцене с барабаном. Подбежав к человеку в маске известного на весь мир мышонка, девочка вручила ему чек и протянула руку за билетом.

– Нет, – сказал Микки Маус, – ты должна сделать это сама.

Мышонок крутанул лапой барабан, тот несколько раз провернулся и остановился так, что окошко оказалось прямо перед рукой Стефании. Улыбаясь своей фирменной улыбкой, Микки открыл его…

– Выбирай! – указал на окошко герой мультфильмов. Стефания послушно засунула руку в барабан, порылась среди целой кипы лотерейных билетов и вытащила один из них.

Билет был сделан в виде цветной открытки, и на нем черными цифрами сверху были нанесены номер и серия из двадцати цифр. Все остальное поле было покрыто разными фотографиями: машин, яхт, компьютеров, часов, велосипедов и других предметов, владельцами которых, видимо, могли бы стать обладатели выигрышных билетов. Здесь была даже вилла под пальмами и маленький самолет!

Стефания прижала к груди билет и двинулась к братьям.

– Ну что, – подойдя к ним, с важным видом проговорила девочка, – выбирайте, что купим, когда я выиграю.

Братья переглянулись и в унисон засмеялись в ответ.

– Маленькая глупышка, – сказали они, – плакали твои денежки, но, если вдруг случится такое чудо, давай купим всем нам самокаты.

– Ладно, – подмигнула им Элизабет, – принимается, будут вам самокаты.

Родители, стоя рядом, слушали разговор детей и тоже улыбались.

– Присоединяюсь к ребятам, – сказал Генри. – Плакали твои денежки вместе с вашими самокатами. Во всем нашем роду, включая предков до самого глубокого колена и сегодня живущих родственников, никто и никогда не выигрывал в подобные штуки ни разу!

Глава 4

Несчастливый билет

The worse luck now, the better another time.

Не все ненастье, проглянет и красно солнышко.

Утро выдалось солнечным. Дети собирались в школу, Генри – на работу, а Элизабет обдумывала бесконечные хозяйственные вопросы, которые надо было решить, когда остальные члены семьи разойдутся по своим делам. Завтракали в беседке на улице. Происшествие с лотереей осталось во вчерашнем дне – о нем никто не вспоминал. Зато активно обсуждали прошедшую поездку, озеро, греблю на лодке, старинный замок и другие удивительные вещи, которые поразили детей в самое сердце.

Потянулись обычные дни рабочей недели. В основном они были похожи один на другой и отличались только погодой да темами утренних и вечерних разговоров за едой в беседке. Так прошло три дня, и наступил четверг.

Этот самый четверг наши герои не забудут уже никогда. Начался он самым непримечательным образом и совсем не предвещал чего-то особенного. Дети отучились в школе, собрались вместе после уроков и шагали по коридору по направлению к школьному выходу.

В этот момент на крыльцо выскочила учительница физики. Обычно тихая и спокойная, как рыба, сейчас она выглядела непривычно взволнованной. Стоя на пороге, она громким голосом звала своего мужа, учителя физкультуры, и возбужденно махала руками. Проходящие мимо ученики, не понимая, что происходит, с удивлением косились на нее.

– Стивен, – кричала она, – иди скорее в учительскую, там все смотрят последние новости! Ты даже не представляешь, что произошло!

– Что там такое? Что случилось? – кричал ей в ответ муж, трусцой пробегая через стадион по направлению к выходу. Встретившись, они, перешептываясь, вместе поспешили через коридор в учительскую. Когда пара проходила мимо наших героев, ребята расслышали обрывок их разговора.

– Там такое! Впервые за всю историю лотерей один из владельцев билетов получает фантастический, невероятный выигрыш! – рассказывала мужу физичка.

– Ну вот, – улыбнулся Ронни, глядя на Стефанию, – кто-то все-таки купит себе самокаты.

– А мы зато, – поддержал брата Том, – сможем всем рассказывать, что тоже принимали участие в этой эпохальной лотерее. Можно будет даже билет в рамке на стенку повесить.

Увидев, как Стефи расстроилась, братья прекратили над ней подтрунивать.

– Не переживай, – сказал Том, – ты же еще не проверяла билет, вдруг там и у тебя какой-нибудь выигрыш есть? Не обязательно же выигрывать миллионы, можно порадоваться и скромным подаркам судьбы.

По возвращении из прачечной Элизабет встретила детей у порога.

– Слышали? – сразу спросила она ребят.

– Да, слышали, – понимая, о чем идет речь, ответили сыновья. Они, тайком скосив глаза, указали маме на расстроенную сестру.

– Не расстраивайся, солнышко, – погладила ее по светлым волосам мама, – еще сто раз в жизни чего-нибудь выиграешь. Подумаешь, проблема!

Вечером с работы пришел папа. Он тоже уже был в курсе события: о нем каждый час передавали в новостях по всем каналам телевидения, и его обсуждали все работники типографии, в которой трудился Генри. Оказалось, что сумма, выигранная каким-то счастливчиком, составляет 167 миллионов долларов! Такая сумма в понимании простого человека была абсолютно невероятной. Конечно же, и в его семье этим вечером за ужином невозможно было не обсуждать эту тему.

Элизабет накрыла на стол. Членов семьи ждали дымящиеся аппетитные стейки и картофель с тушеными овощами. Мальчишки с восторгом накинулись на еду, и только Стефания сидела понурив голову и грустно ковырялась вилкой в своей тарелке.

– А как у тебя дела? – обратился Генри к Стефании. – Проверила свой билет, где он?

– Вот, – Стефи протянула отцу вырванный из тетради клетчатый лист, на котором были четко выписаны, одна за другой, двадцать цифр. Стефания сразу же, еще в день покупки, перед сном выписала серию и номер билета на тетрадный лист и все время носила его с собой.

– Да мы уже два раза проверили таблицу выигрышей в интернете, – ответил за Стефанию Том.

– Пусто, прокатились мы мимо самокатов, – подтвердил Ронни, уплетая свой ужин.

– Ну не расстраивайся, – подбодрил Стефанию папа. – В следующий раз точно выиграем!

– Стефи, не расстраивайся, – поддержали братья, – нам не надо возвращать 20 долларов, не волнуйся, еще накопим.

– И купим тебе еще лотерейные билеты на следующий розыгрыш, – добавила мама.

– А кто же этот новый миллионер? – спросила Элизабет у родных. – Я что-то так и не поняла, почему его не показывают. Показали десять других счастливчиков, выигравших в эту же лотерею значительные суммы, а самого большого героя страна не знает.

– Я думаю, – солидно констатировал Генри, – его никогда и не покажут. Только представьте, как опасно демонстрировать всем, в том числе разным бандитам, человека, у которого вдруг появились такие деньги! Ему что, после этого делать пластическую операцию, чтобы его никто не узнал, и прятаться куда подальше? Это потом, когда он полученными деньгами начнет пользоваться – укрепит свой дом, наймет охрану, положит деньги в банк, – можно будет показаться миру. А пока это очень опасно!

В эту ночь братьям снились блестящие новенькие самокаты, бесследно пропавшие из виду на рассвете, а перед Стефанией рисовался образ счастливчика, выигравшего в лотерею, в виде очаровательного белокурого юноши. Юноша всю ночь бегал по городу со своими набитыми деньгами сумками и прятался от бандитов. Он был в опасности и нуждался в поддержке! Стефания пыталась ему помочь, и у нее это почти получилось, но утро наступило раньше, чем она посадила юношу на спасительный корабль в порту. Этот корабль обещал отвезти победителя лотереи туда, где он был бы в безопасности, и Стефи могла бы дальше спать спокойно.

В последующие несколько дней жизнь текла привычным чередом. Ребята после школы уже детально продумывали, чем займутся в самое счастливое время – на летних каникулах, – а Генри после работы возился с машиной, чтобы в будущем не сорвать построенные ими планы. В новостях по телевизору еще недолго вспоминали лотерею и ее итоги, а потом все утихло. Ажиотаж от сенсационной новости прошел, и даже учительница физики снова стала спокойной и флегматичной – ничто больше не оказывало на нее такого эффекта.

Наступил последний учебный день. Занятия закончились, ученики поблагодарили учителей за труды и, собрав портфели, поспешили по домам.

Стефи с братьями задержалась в школе дольше других. Надо было помочь классной руководительнице Стефании отнести оставшиеся в классе учебники в библиотеку на четвертый этаж. Сделав несколько подъемов, ребята перенесли все книги и уже собрались уходить, но учительница остановила их.

– Спасибо за помощь, вы молодцы. Давайте я вас угощу! – с этими словами учительница открыла коробку, полную белых семечек. Крупные и плотные, они были отменным лакомством для детей. Учительница огляделась, увидела на столе газету, взяла ее, свернула из бумаги по очереди три кулька и насыпала в них семечки. Одарив каждого из детей своим кульком, она тепло с ними попрощалась.

Довольные ребята сбежали вниз по лестнице к выходу, попрощались со зданием школы и, лузгая семечки, направились домой. Они были воспитанными детьми и не могли позволить себе грызть семечки, бросая шелуху прямо на дорогу. Подумав, они высыпали содержимое одного из пакетиков в карман школьного рюкзака, так у них появилось место, куда можно было выбрасывать лузгу.

Том развернул газетный кулек, чтобы сделать его немного глубже и удобней, и тут его глаза остановились на заголовке интригующего содержания. Это было оглавление какой-то статьи. На краю оторванного листа жирными буквами было напечатано: «Неразгаданная тайна лотереи».

– Что это? – показал ребятам обрывок газеты Том. Он разгладил лист, но продолжение текста, к его большому сожалению, было оторвано. – Давайте скорее сюда свои кульки! – скомандовал он остальным.

Семечки из второго пакета были быстро пересыпаны в тот же карман рюкзака, а газетная бумага развернута и разглажена. В обрывке второго пакетика продолжения газетной статьи не нашлось, и ребята уже было расстроились, но, к их радости, на третьем кусочке газетной бумаги они сразу увидели остальную часть текста с заинтересовавшим их заголовком.

Ронни вслух прочитал короткую газетную заметку, и, когда он закончил, ребята с недоумением уставились друг на друга. Из прочитанного текста следовало, что счастливчик, выигравший лотерею века, так и не объявился. В это никто не мог до конца поверить, и все строили различные догадки о причинах происходящего. Самым простым было предположение, что лотерейный билет был куплен и потом банально потерян, а самым неприятным – предположение о том, что будущего миллионера убили, забрали билет, и по каким-то причинам злоумышленники теперь сами боятся объявиться. В общем, предположений было множество, но ни одно из них пока не подтвердилось, и людям оставалось только гадать, что же происходит и чем все это закончится. Интригующая загадка взбудоражила всю страну.

– Вот это да! Действительно, Стефи, ты поучаствовала в самом настоящем загадочном шоу, о котором будут помнить еще лет сто, – сказал Том. – Недаром мы с папой вчера повесили твой билет в красивой рамке прямо над диваном в гостиной!

– Ну и зря! – ответила Стефания. – Плохо, что я этого не увидела, этот билет всегда будет напоминать о нашей неудаче. Зачем это? Приду, сниму, порву и выброшу в мусорное ведро!

Сестра была явно подавлена тем, что ее идея с лотерейным билетом не увенчалась успехом. Она так надеялась помочь родителям и осчастливить братьев новыми самокатами, что никак не могла смириться с поражением.

Обсуждая между собой прочитанные новости, дети дошли до дома. Мама уже ждала их с готовым обедом. Ребята вымыли руки, переоделись и сели кушать. Уплетая за обе щеки суп с фрикадельками, они поведали маме о прочитанном.

– А я тоже слышала об этом по телевизору, – сказала Элизабет. – Еще там говорили, что если до конца месяца победитель не появится, то эти деньги вернутся к организаторам и будут разыграны в лотерее следующего сезона.

– Да, жалко, – сказал Ронни, – так эти деньги никто никогда и не выиграет.

– Как не выиграет? – влез Том. – Обязательно выиграет! Только будет много мелких выигрышей, и всем хватит на самокаты и велосипеды.

– Самокатчики вы мои, – улыбнулась Элизабет, – купим мы вам с папой самокаты. Вот папа получит следующую зарплату, и купим.

Ребята доели, встали из-за стола, поблагодарили маму и разошлись по своим делам. Вечером, когда с работы пришел Генри, все снова собрались у дома в беседке, ужинали и заодно отмечали окончание очередного учебного года. Опять обсуждали маршруты своих будущих путешествий, а в конце рассказали Генри последние новости о пропавшем миллионере.

Стефания сидела за столом у самого входа в беседку, и, когда Том и Ронни вспомнили о лотерее и стали рассказывать Генри о содержании прочитанной ими газетной заметки, девочка незаметно вышла и прошла в гостиную. Там она залезла на диван, сняла со стены рамку с лотерейным билетом и, держа ее в руках, спустилась. Положив рамку на стол, Стефания отогнула скобы с ее задней стороны, вытащила из-под стекла билет, убрала пустую рамку в стол и двинулась с билетом в руках на кухню с намерением немедленно его порвать и выбросить в мусорное ведро.

Она почти все так и сделала. Почти, потому что рвать билет не стала. На его цветастой поверхности были пропечатаны такие живые манящие картинки, что рука не поднялась разрушить эти мечты. Это было бы сродни тому, чтобы перечеркнуть собственные грезы, которые посещали Стефанию перед сном и на самых скучных школьных уроках.

Девочка последний раз полюбовалась на разноцветную открытку и пробежалась глазами по цифрам номера. Она только что закончила учебный год, в голове еще свежа была математика, и поэтому в ее мозгу сразу отметилось, что в наборе из двадцати цифр присутствуют сразу аж пять пятерок, и при этом нет ни одной двойки. «Билет для отличника, а не для игрока в лотерею», – мысленно усмехнулась она и, грустно вздохнув, выбросила клочок бумаги в мусорное ведро.

Перед сном братья обнаружили, что на стене нет рамки с билетом.

– Где он? – спросили они Стефанию.

– Выбросила в ведро, – ответила та.

– Давай вернем его на стенку, это же наша память, – стали уговаривать ее ребята.

– Нет, не хочу! – уперлась сестра. На ее глазах блестели чуть заметные слезы досады, но Стефи держалась как могла, чтобы не расплакаться.

– Да не уговаривайте ее, – услышала их разговор мама, – уже поздно, я уже отнесла пакет на улицу в мусорный контейнер. – А ты, Стефи, не принимай все так близко к сердцу. Шансов не было, доченька! Папа же говорил, что никому из нашей семьи никогда не везло в этих лотереях. – Она поцеловала Стефанию в лоб, приобняла ее и резюмировала: – Ну, дети, а теперь всем пора спать.

Глава 5

Мусорный переполох

All good things come to he who waits.

Все приходит к тому, кто ждет.

Следующее утро было знаменательным: наступил первый день летних каникул.

Дети впервые с начала года проснулись на два часа позже, чем обычно. Генри ни свет ни заря ушел на работу, а Элизабет хлопотала по дому и, ожидая детей к завтраку, уже третий раз ставила кипятиться чайник и подогревала остывшие блины.

В этот раз первыми проснулись братья. Они приоткрыли дверь в спальню Стефании и стали дудеть в импровизированные трубы, свернутые из использованных школьных тетрадок. Выходило это у них довольно громко! Сестра проснулась и в полудреме схватилась за стакан с водой, который стоял на тумбочке у изголовья кровати. Братьям посчастливилось – они успели захлопнуть дверь, прежде чем выплеснутая из стакана вода ударилась о дверной косяк, рассыпавшись брызгами по всей комнате.

– Вот вам, – крикнула им вдогонку Стефания, – еще получите у меня!

Стефи открыла шкаф с одеждой и стала выбирать, во что бы ей сегодня нарядиться. Она перебрала несколько платьев, но в итоге остановилась на синих джинсах, лежащих на средней полке. Она надевала их в поездку на озеро две недели назад, и они были ее любимой формой одежды.

– Надену их и сегодня, – окончательно решила девочка.

Элизабет уже звала дочку завтракать.

– Стефи! Все уже собрались, ждем только тебя! – торопила мама.

Стефания умылась, оделась, причесалась и спустилась к столу.

Завтрак уже подходил к концу, когда Стефания вдруг нечаянно уронила себе на джинсы кусочек блина. Элизабет молниеносно среагировала, быстро убрав блин со штанины Стефании еще до того, как девочка успела что-то предпринять. Но на коленке все равно остался предательский жирный след. Не найдя под рукой салфетки, девочка автоматически потянулась к накладному карману джинсов, где у нее на такие случаи был запрятан носовой платок.

Платка в кармане почему-то не оказалось. Вместо него рука Стефании нащупала и вытащила наружу свернутую в четыре раза бумажку. Это был тот самый тетрадный листок, на который Стефи когда-то выписала цифры с серией и номером лотерейного билета. «Надо же, – подумала она, – никак я не избавлюсь от напоминаний о своей неудаче! То кульки из газетной бумаги, то рамочка с билетом, то братья со своими предложениями, то теперь вот листки в кармане, которые уже давным-давно надо было выбросить».

Девочка скомкала пальцами листок и уже хотела его бросить в мусорное ведро, но в этот момент в ее глазах возникла жирная цифра. Эта цифра была самой нелюбимой у всех детей, учащихся в школе, и даже всех родителей детей, учащихся в школе. Понятно, что это была цифра два.

Сначала Стефания не поняла, откуда она взялась, ведь девочка уже скомкала листок и сейчас сжимала его в ладони. Но потом она догадалась, что только что видела эту цифру в ряду, выписанном на тетрадном листке. Но ведь она хорошо помнила, что цифры на самом билете были другими. Этого просто не может быть! Только недавно, перед тем как выбросить билет, она отметила, что на нем, в числе двадцати цифр, были одни пятерки. Пять пятерок и ни одной двойки! Она еще подумала, что это билет для отличников.

«Как это может быть? Неужели, переписывая серию и номер билета, я могла так ошибиться и поставила вместо одной из пятерок двойку?» Она поделилась своим открытием с сидящими за столом братьями. Те задумались, синхронно почесали затылки, как они обычно делали, когда не могли сразу на что-то ответить. А потом одновременно вскочили со стульев и закричали, выпучив глаза:

– Где, где билет?

– Я же сказала, что выбросила его, – развела руками Стефания.

Ребята забрали у сестры скомканный тетрадный лист, расправили его, нашли в ряду из двадцати цифр двойку, заменили ее на пятерку и включили компьютер. Загрузка шла мучительно долго, и всем троим казалось, что они скорее поседеют, чем дождутся момента входа в интернет! Через несколько минут был найден номер того самого миллионного лотерейного билета. Ребята сравнили его номер с цифрами из тетрадки и издали такой вопль, что из своей комнаты, чтобы узнать, что случилось, выскочила перепуганная Элизабет.

– Мама, ты действительно выбросила пакет с мусором, в котором был билет?

– Конечно, я же сказала вам об этом еще вчера.

– Побежали, покажешь место, где он может лежать! – потянули ребята за руки свою маму к выходу. Все вместе они выбежали из дома, направляясь к месту расположения мусорных контейнеров.

Поздно. Баки были пустыми.

– Во сколько их обычно вывозят? – спросил Том.

– Обычно около одиннадцати, – сказала мама. – Дальше он едет вычищать контейнеры Южного района. Ронни взглянул на часы.

– Одиннадцать часов. Значит, он только недавно отъехал, надо догонять.

Ронни оглянулся по сторонам и увидел припаркованный у забора соседнего дома велосипед. Было не до соблюдения приличий. Садясь на чужое транспортное средство, он уже раздавал команды своим близким.

– Мама, бегите за машиной, берите все деньги, которые есть в доме, и догоняйте меня. Я еду в Южный район.

Ронни нажал на педали и бросился в погоню за мусоровозом, а оставшиеся члены семьи побежали домой. Элизабет на бегу рассказала детям, где дома найти коробку с их накоплениями, а сама схватила с вешалки ключ и побежала заводить машину. Уже через пять минут автомобиль, управляемый перепуганной и неопытной в вождении Элизабет, отъехал от дома.

В это время Ронни уже обнаружил на одной из улиц Южного района мусоровоз и догонял его, решив во что бы то ни стало самостоятельно его остановить. Он должен был дотянуть до приезда остальных членов семьи. Через некоторое время он наконец поравнялся с машиной и начал подавать знаки водителю, чтобы тот затормозил. Водитель спешил, на знаки Ронни внимания не обращал и останавливаться не собирался. Мальчик подъезжал и с одной, и с другой стороны машины, махал руками, кричал, но все было бесполезно.

Вдали виднелась местная контейнерная свалка. Водитель подъехал вплотную к первому контейнеру, остановился, вышел и стал подцеплять его, чтобы опрокинуть внутрь кузова. Тут, откуда ни возьмись, появился подросток, который буквально повис у него на руках!

– Подождите, не грузитесь больше, пожалуйста! В мусоре, который вы забрали на предыдущей свалке, очень важные для нашей семьи документы! Прошу вас, остановитесь. Если вы запрессуете в бункер новый мусор, нам очень трудно будет найти то, что мы потеряли!

– Извини, парень, ничем не могу тебе помочь. У меня работа и график, я и так уже опаздываю. Если я не буду выполнять свой план и соблюдать рабочий график, меня премии лишат.

– Мы вам все компенсируем, – убеждал его Ронни, – даже еще сверху доплатим. Ну пожалуйста!

Ронни продолжал висеть на руках у водителя, повторяя:

– Мистер водитель, ну пожалуйста, пожалуйста!

Шофер медлил – скорее не от того, что хотел послушаться Ронни, а от того, что был шокирован поведением ребенка. На лице его читалось недоумение, и он безуспешно пытался стряхнуть мальчишку со своих мясистых водительских рук. Но когда подъехали остальные члены семьи с деньгами, настроение у него заметно улучшилось. Вид пачки наличных сразу изменил тон водителя. Ронни успел сделать главное – не дал нагрузить машину новым мусором. А на этой свалке мусорную машину ожидали еще целых три полных доверху контейнера. Если бы это случилось, то обнаружить лотерейный билет было бы все равно что искать иголку в стоге сена.

– Что вы от меня хотите? – спросил озадаченным голосом водитель. – Я должен забрать мусор еще в двух районах. Не загружать я его не могу. Достать то, что вам надо, получится только после полной выгрузки машины. Это можно сделать только на большой городской свалке. Туда ехать долго, и мне еще надо грузиться, как я говорил, в остальных местах. Что вы мне предлагаете?

Элизабет немного подумала, а потом решительно повернулась к водителю.

– Поехали, оставите весь свой мусор у нас во дворе перед домом. За это мы отдадим вам все вот эти деньги, – потрясла она хрустящими бумажными купюрами перед носом мусорщика. – Здесь целых 400 долларов. Вы не пожалеете.

Водитель посмотрел на решительные лица Элизабет и ребят, перевел глаза на деньги. Их легко хватило бы на то, чтобы купить его жене новое пальто и наконец-то переложить плитку в ванной…

– Ладно, показывайте дорогу к вашему дому! Но вы даже не представляете, в какую свалку превратится ваш двор. Вам придется дать мне расписку, что это была ваша идея и что потом у вас не будет ко мне никаких претензий.

– Хорошо, мы все вам напишем и никуда жаловаться не будем. Поехали скорее.

Элизабет отдала водителю деньги и расписку, мусоровоз развернулся и последовал вслед за фордом. Позади них на чужом велосипеде крутил педали Ронни.

Надо было видеть лица случайных зевак и соседей в тот момент, когда огромная машина подъехала к маленькому заборчику Томпсонов и затем, сдав задом и свесив задний борт кузова через забор, стала выдавливать из своего чрева внутрь двора гигантский спрессованный мусорный брикет. Мусор частично разваливался на большие куски, частично рассыпался на мелкие разнородные фракции, заваливая своей массой красивые цветы Элизабет и газон Генри. Двор и все вокруг сразу же стало заполняться ужасными зловонными запахами разложившихся продуктов, прелых и задохнувшихся вещей.

Мусоровоз разгрузился, втянул обратно свои внутренности и, облегченно журча мотором, скрылся за поворотом соседнего дома. Элизабет и ребята остались на дворе рядом с большущей горой хлама, а также с обалдевшими и оцепеневшими соседями и зеваками вокруг.

Первым в себя пришел Ронни.

– Уважаемые соседи и проходящие мимо граждане! – обратился он к стоящим за забором людям. – Мы тут решили немного подзаработать и перебрать бытовой мусор с целью изучения возможности его вторичного использования в нашем хозяйстве. Кто хочет поучаствовать в этом выгодном деле? Мы готовы поделиться прибылью!

– А что, – подхватил идею брата Том, – только что мы честно купили этот мусор всего за 400 долларов. Вносите по 10 долларов и подключайтесь к нашему бизнесу, не пожалеете!

Зеваки, крутя пальцами у виска и тихо ругаясь, стали расходиться. Но вот с соседями было сложнее, они ругались совсем не тихо. Некоторые из них уже звонили куда-то по мобильным телефонам, возможно, вызывая представителей соответствующих инспекций или даже полицейских. Дело начинало принимать непредвиденный оборот.

– Надо звонить Генри, – решила Элизабет.

Глава семейства из телефонного разговора ничего не понял, но послушался жену, отпросился с работы и через полчаса уже выходил из автобуса на ближайшей к дому остановке. Уже здесь, в ста метрах от эпицентра событий, запах был просто убийственным!

Подойдя к дому, Генри смог превзойти всех соседей по уровню проявившихся у него эмоций. Если соседи и прохожие от увиденного просто остолбенели, то у отца семейства реакция была гораздо ярче: его глаза практически вылезли из орбит, а челюсть отвалилась до отказа и уже не закрывалась.

Живописный, уютный маленький домик, с таким же крохотным двориком, беседкой и цветами, которые уже так много лет лелеял и обихаживал Генри, исчез. Теперь весь этот двор был засыпан мусором до самого крыльца и дальше – до входа в беседку. Вокруг царило зловоние, а среди горы мусорных отходов копошились темные фигурки перепачканных людей – в перчатках и с закрытыми до самых глаз лицами. Те части лиц, которые не были скрыты марлевыми повязками, имели вид, похожий на раскраску индейских воинов в период военных действий. Ошарашенный увиденным Генри молча думал лишь о том, что всего три часа назад, уходя на работу, он оставил семейное гнездо в совершенно нормальном состоянии, без каких-либо аномалий.

Из ступора Генри вывел появившийся рядом полицейский.

– Вы Генри Томпсон? – строго спросил он.

– Я, – машинально ответил Генри, не успев оправиться от шока.

– Хорошо, – сказал полицейский, – тогда объясните-ка мне, что здесь происходит.

– Не поверите: меня это и самого интересует!

– Как это? Вы не знаете, что происходит в доме, где вы являетесь главой семейства? – рассердился полицейский. – Отвечайте сейчас же, иначе для вас это все может очень плохо закончиться!

– Хорошо, – рассерженный тоном полицейского, Генри начал понемногу приходить в себя, – я вам скажу свою версию происходящих событий. Пока я последние три часа был на работе, вся моя семья сошла с ума, решив, что они по призванию навозные жуки, и сейчас, как я думаю, они создают для всех нас уютную среду обитания.

– Что-о-о? – Полицейский рассердился настолько, что его лицо налилось кровью, а нижняя губа задрожала от злости. – Вы еще будете тут шутить? У вас есть какие-нибудь другие версии происходящего?

– Есть, – сказал Генри. – Может быть, они решили, что они не навозные жуки, а просто обычные земляные червяки. Это еще лучше объясняет все происходящее.

Полицейский понял, что он ничего не добьется, поэтому прекратил расспрашивать Генри о причинах случившегося и не стал дальше разбираться в этом «грязном деле». Он выписал семье Томпсонов огромный штраф в 1000 долларов и предписание, по которому вся грязь и мусор в течение суток должны быть убраны с территории участка. После этого полицейский рассказал о принятых им мерах владельцам соседних дворов и, включив на машине мигалку, помчался на следующий вызов. Видимо, у полицейских в этот день было много работы: вряд ли, правда, они еще где-то имели возможность столкнуться с подобной ситуацией превращения целого семейства в жуков, червяков или гусениц.

Соседи расходились по своим домам вполне удовлетворенными. Они знали о примерных доходах семьи Томпсонов и понимали, что выписанный полицейским штраф является адекватной компенсацией понесенным ими сегодня моральных потерям. Оплатить такую сумму для семьи было очень тяжелой задачей, и сегодняшнее происшествие в их дворе имело все шансы стать сенсацией, наравне с известием о пропавшем победителе лотереи. Вполне возможно, учительница физики, услышав эту новость, снова разволновалась бы!

Генри вошел во двор своего дома и внимательно посмотрел на чудиков, ковыряющихся в разбросанных вокруг нечистотах.

– Ну и что все это значит? – спросил он, стараясь подражать строгому голосу недавнего полицейского. На самом деле Генри был растерян и совершенно сбит с толку. Больше всего на свете он мечтал сейчас проснуться и понять, что все это был просто сон.

Самый маленький по росту из чудиков снял перчатки, опустил повязку с лица на шею и, освободив рот, счастливо рассмеялся. Это была Стефания.

– Это значит, папочка, что, если ты сейчас наденешь перчатки, возьмешь лопату и поможешь нам разбирать этот мусор, возможно, тебе никогда не придется больше ходить на работу.

– Доченька, с тобой все хорошо? – спросил оторопевший и испуганный Генри.

– Пап, не мешай работать, – услышал он, приглушенный повязкой голос Тома, который стоял по колено в грязи слева от него и разбирал руками спрессованный брикет мусора с бытовыми отходами разных категорий.

– Ну хоть кто-то может мне внятно рассказать, что здесь происходит?! – заорал Генри. Его терпение не выдерживало.

– Ладно, ладно, сейчас я все тебе объясню, – сняла повязку Элизабет. – Мы, мой дорогой, ищем клад. Том нашел старинную карту, на которой показано, что индейцы пятьсот лет назад закопали на месте нашего участка много золота. Вот мы и решили по-быстрому разбогатеть.

– Какая, к черту, карта? Какое золото? Вы что, тут все с ума посходили, пока меня не было? Если вы ищете золото, то мусором-то кто все завалил? – закричал совершенно сбитый с толку Генри.

– Это мы сами завалили, – снял повязку Ронни, – чтобы воссоздать картину быта древних индейцев. Копаясь в мусоре, найти залежи золота легче. Видишь, мы и сами стали как первобытные индейцы. Скажи, похожи?

– Пап, мы участок проверять заканчиваем, – встрял в разговор Том, – золота не обнаружилось, придется, наверное, теперь дом сносить, может, под ним что-то найдем.

– Это было уже слишком, – Генри почувствовал, что сам тоже вот-вот сойдет с ума. Он схватился за голову, ноги у него подкосились, и, обессилев, он сел на ближайшую кучу мусора.

Элизабет и ребята поняли, что разыгрывать отца дальше опасно.

– Ладно, успокойся, нет никакого клада, мы пошутили, – сказала Элизабет. – Мы просто пострадали от своей, вернее, нашей со Стефанией, невнимательности. Мы взяли бумагу и, вместо того чтобы положить ее в отдельный контейнер для сбора бумажного мусора, выбросили ее в общие бытовые отходы. Теперь, когда она нам срочно понадобилась, мы ее таким образом ищем. Я виновата, ведь все время учу детей разделять мусор по категориям, а тут сама так оплошала.

– А ничего, что у меня на руках штраф на 1000 долларов за ваши художества? И вообще – что это за бумага такая и зачем вы все ее ищете? – Генри чуть не плакал, будучи не в состоянии найти хотя бы крохи логики в рассказах жены и детей.

– Да так, пап, бумага на 167 миллионов долларов, – улыбнулась Стефания.

– Какие 167 миллионов?

Пока Генри произносил этот вопрос, до него постепенно начал доходить смысл происходящего, и он медленно поменялся в лице. Наконец он понял, о чем речь!

– Неужели это правда? – воскликнул Генри. – Это просто невероятно! А почему мусор, почему вот это все? – разводя в стороны руки, удивленно спросил он.

– Мы же тебе объяснили, – сказала Элизабет, – что все это где-то здесь, в этом мусоре. Конкретнее – билет где-то здесь, а мы его ищем и надеемся, что обязательно найдем.

– Меньше разговоров, папа, – вмешалась Стефания. – Может быть, ты лучше переоденешься и возьмешься за работу? А то мы еще целую неделю будем пугать всех окружающих этим видом и запахом.

Генри зашел домой, натянул старые спортивные штаны и выцветшую футболку и уже через десять минут изо всех сил помогал детям.

Работа шла медленно. Приходилось перебирать спрессованные комки мусора, отлеплять сдавленные и слипшиеся между собой куски целлофана и рассматривать каждую такую находку на предмет наличия столь вожделенной цветной карточки лотерейного билета. Конечно же, это был не поиск иголки в стоге сена, но довольно похожее и тоже не очень быстрое занятие.

К ночи все стали уставать, хотелось отдохнуть, а еще больше хотелось перекусить. Работа шла уже почти десять часов. Но времени на еду не было, все, что они могли себе позволить, это периодически выпивать по нескольку глотков воды из стоящих на крыльце пластиковых бутылок.

Темнело. Генри вытащил из дома две электрические переноски, включил в них настольные лампы, зажег свет во всех комнатах и беседке. Но работа замедлилась: темнота и усталость все же давали о себе знать. К одиннадцати часам ночи было перебрано всего-навсего меньше половины мусорной кучи.

Но семейство ждало новое испытание. Где-то на окраине городка послышались раскаты грома. По всей видимости, приближался проливной дождь. Том сбегал домой, быстро просмотрел подробный прогноз погоды в интернете, и все подтвердилось. Страшно было представить, во что превратится мусор под сильным ливнем и в каком положении после этого они окажутся.

Все как могли ускорили работу, но дождевые тучи было не остановить. Гонимые ветром, они неотвратимо приближались. Через полчаса вспышки молний, сопровождаемые раскатами грома, вплотную приблизились к их району. Ребята растерянно посматривали то на небо, то на оставшиеся кучи мусора. Ситуация на глазах осложнялась, времени оставалось совсем мало.

Еще через пятнадцать минут, как и ожидалось, налетели первые порывы ветра, а за ними начали стучать по асфальту, крыше дома и спинам наших героев первые капли приближающегося ливня.

Спасаясь от дождя, все бросились в беседку. Последним бежал Генри. Мусор размокал и прямо на глазах расползался во все стороны, стало очень скользко. Не успев добежать до беседки буквально два метра, перепрыгивая через очередную кучу мусора, Генри неожиданно поскользнулся и со всего размаху въехал лицом и руками в лежащее на дорожке грязное месиво. Ронни и Том выскочили из укрытия под дождь и стали помогать отцу подняться.

Генри с трудом встал, весь облепленный картофельными очистками, рыбьей чешуей, какими-то пленками и целлофановыми пакетами. Очищая с себя всю эту грязь, поддерживаемый сыновьями, он наконец сел на скамейку в беседке. Дождь в это время уже вовсю барабанил по крыше, на глазах превращая двор в грязную жижу. Работать дальше было невозможно. Генри опустил голову, задумчиво уперся глазами в пол и стал размышлять, что же теперь делать.

Неожиданно его взгляд остановился на лежащем на полу куске пакета. Кажется, он только что стряхнул его со своих брюк. Через поверхность целлофана явно виднелось что-то похожее на маленькую яркую открытку. Генри боялся спугнуть удачу. Неужели это он? Неужели он нашел его? В этот момент в нем проснулось то, что может чувствовать только очень любящий человек – в первую очередь, наверное, родитель.

Так бывало не один раз. Семья Томпсонов очень любила ходить в лес за грибами. Генри и Элизабет были, конечно, более опытными грибниками, чем их дети. Но, находя в лесу какой-нибудь хороший гриб, они не срывали его сами, а отходили в сторону и грамотными советами аккуратно выводили кого-то из детей на это место.

По этой причине самым удачливым грибником в семье всегда считалась Стефания. Если учесть, что таким же образом поступали иногда и ее братья, то корзина Стефи была всегда полнее других. Между прочим, мужчинам не так просто уступить первенство в таких вещах, особенно девочке. Каждый мужчина хочет быть всегда первым, быть героем.

Генри осмотрел пол беседки. Там было еще много похожего мусора, в спешке занесенного туда участниками поисков.

– Стефания, – обратился Генри к дочке, – мы сейчас занесем много грязи в беседку. Подмети, пожалуйста, пол! Веник лежит под лавочкой.

Братья, опережая сестру, вскочили, чтобы самим сделать эту работу, но Генри жестом остановил их.

– Пусть это сделает Стефания.

Стефи нагнулась, взяла веник и стала аккуратно выметать из беседки лежащий на полу мусор. Билет лежал в пакете, прямо под ногами у сидящего при входе в беседку Генри. Веник Стефании прошелся по поверхности пола и в самом конце наткнулся на целлофан, который прилип к покрытию и не сразу поддался. Стефания нагнулась, взяла его рукой за уголок и уже хотела выбросить на дождь за пределы беседки, как вдруг из пакета вывалился цветастый прямоугольник и упал на пол прямо ей под ноги. Стефи замерла и боялась даже дышать: вдруг этот самый долгожданный на свете кусочек ламинированного картона исчезнет прямо сейчас у нее на глазах? Растает и снова превратится в мираж…

Наконец Стефания пришла в себя.

– Билет, билет! – закричала она и, подняв его с пола, начала радостно размахивать им над головой.

В беседке воцарилось всеобщее молчание, семья смотрела на счастливую маленькую девочку, стоящую перед ними с торжественно поднятой рукой, в которой был зажат тот самый лотерейный билет, о котором говорила уже вся Канада.

– Осторожно, дочка, – спустя некоторое время сказал Генри, – ты же его испачкаешь, и у нас его не примут. Посмотри, он и так грязный.

Стефания аккуратно положила билет на стол, выпрямила спину и, гордо вздернув вверх и без того курносый носик, торжественно задала всей семье вопрос:

– А можно мне напомнить, кто же это уговаривал меня не получать лотерейный билет? Я вот никак вспомнить не могу! – произнося эти слова, она поглядывала в сторону своего отца. Тот старательно делал вид, что совершенно не понимает, о чем это она говорит.

– Стоп, я вспомнила, – продолжала Стефи, – какие-то добрые мальчики мне помогали и за это хотели самокаты. Пожалуй, я заменю самокаты на два автомобиля марки «Феррари» последней модели. Такие, какие выставлены в главном зале городского торгового центра, перевязанные огромными красными бантами! А то как-то несолидно теперь моим братьям ездить на каких-то там самокатах.

Постепенно все пришли в себя. Братья одновременно сделали капризные, плаксивые лица и заныли:

– Не хотим «Феррари», хотим реактивный самолет и яхту.

– Каждому, – уточнил Ронни.

Шел сильный дождь, все соседи спали, поэтому никто не видел, как в залитом грязью дворе Томпсонов шло празднование эпохального для них события. Семья вступала в новую эру своего бытия. Соседи не могли даже представить себе, что рядом с ними поселилась чета новорожденных мультимиллионеров.

Вдоволь навеселившись, грязные, усталые, но довольные жизнью, все члены семьи помылись, переоделись и разошлись по своим спальням. Даже ужасный запах мусора не помешал сладкому сну Томпсонов в эту ночь. Надо было успеть набраться сил перед новым днем, в который они вступали уже сказочно богатыми.

Глава 6

Трагедия английского замка

Misxery loves company.

Несчастье любит компанию.

Поутру, как только солнце дотронулось первыми робкими лучами до оконных стекол, в доме послышался шорох. Первой проснулась Стефания. Натянув джемпер и джинсы, она зашла в кухню, поставила чайник на плиту и сделала себе тост с маслом и абрикосовым джемом. Аппетита не было совсем – его отбивал вид огромной мусорной кучи за окном, превратившейся за ночь в жутко пахнущее мусорное болото. «Так не пойдет, – подумала Стефи, – все спят, а наш двор похож на главную свалку города!» Она отпила еще один глоток чая, поморщилась и громко, как командир роты, закричала:

– Всем подъе-е-ем!

В спальнях братьев и родителей сразу же послышалось шевеление и глухое ворчание. «Так-то лучше!» – подумала Стефания и загрузила в тостер хлеб для завтрака. Через двадцать минут все без исключения были на кухне, где семью ждал накрытый стол и горячие кофе и чай.

– Доброе утро! Еда для миллионеров, – демонстративно сказала Стефи, указывая на стол. – Дамы и господа, присаживайтесь, пожалуйста.

– Умница, дочка! – похвалила ее Элизабет и поцеловала в лоб. Вид из окна напомнил маме о вчерашнем происшествии с мусором, и настроение у нее сразу испортилось.

За завтраком Томпсоны обсуждали, как им быть дальше. Нужен был план, ведь у миллионеров всегда есть план действий! Для начала надо было разобраться с мусорными проблемами и найти адрес, где можно предъявить лотерейный билет. Ну а затем, конечно же, поехать и предъявить его. Вот и все.

Оказалось, что с лотерейным билетом все достаточно просто. С того момента, когда он был зафиксирован как выигрышный, он стал ценной бумагой, и все, что требовалось сделать, – это поехать и предъявить его в местное отделение уполномоченного банка.

С мусором было сложнее. Том и Ронни облазили весь интернет и в результате принесли родителям номер телефона службы, которая занималась его частным вывозом. Генри набрал интересующий номер. Вся семья затаила дыхание – уж очень всем хотелось, чтобы эта груда в мгновение ока исчезла с их двора. После того как Генри изложил ситуацию, его попросили повисеть на линии. Секретарь опешила и не смогла сразу дать ответ, как быстро они смогут выполнить такой большой объем работы и сколько это будет стоить. Когда она вновь появилась на проводе, глаза членов семьи загорелись нетерпеньем.

– Сколько-сколько? Да вы с ума сошли! – раздраженно бросил Генри в трубку и отключился. – Вы только представьте: они просят две моих зарплаты за то, чтобы просто вывезти этот мусор. Я должен два месяца отрабатывать то, что они сделают за два часа!

Томпсон старший еще не ощутил себя мультимиллионером и не готов был согласиться на такие предложения.

– Сами все уберем, – наконец заявил он семье.

Лица домочадцев после этой фразы поникли, и даже радость от нового «миллионерского» статуса уже была не такой яркой.

– Давайте начнем с банка, – нашла выход из создавшегося положения Элизабет, – а там посмотрим.

Все согласились, и Томпсоны дружно отправились в банк. Целый день они провели в процессе чтения и подписания бесконечных бумаг, в которых мало кто из них разбирался.

– Дай бог, они нас не обманут! – шепнула мужу на ухо Элизабет, пока они стояли в очереди к начальнику клиентского отдела, – надо было, наверное, юриста нанять и с собой взять. Как мы не подумали?! Тоже мне – миллионеры!

Генри попытался ее успокоить:

– Милая, все нормально. Не переживай.

А сам задавался тем же вопросом: вот он, простой сотрудник типографии, получил подарок в размере 167 миллионов долларов. Эта мысль и дурманила, и ужасала одновременно. Как распорядиться деньгами? Что делать дальше? Он – глава семейства, и принимать решение придется ему. И, самое главное, сейчас нельзя допустить никаких ошибок в бумагах. Ох, как же тяжело быть миллионером!

На приеме у руководителя банка Томпсоны в первую очередь договорились с ним о конфиденциальности в отношении любых их дальнейших действий. Начальник поручился, что все его сотрудники, посвященные в их тайну, умеют держать язык за зубами. Это известие хотя бы немного успокоило семейство.

Затем они открыли семейный счет, а также оформили три депозитарные ячейки с самой большой емкостью, которая только была возможна в этом отделении. Посоветовавшись со всеми членами семьи, Генри оформил заявку на то, чтобы на его счет была переведена сумма в 150 миллионов долларов. Пополнил свою карту и карту Элизабет внушительными суммами на текущие расходы, а оставшиеся деньги – около 17 миллионов долларов – он намеревался получить наличными для размещения в ячейках банковского хранилища.

К обеду работники банка уже проверили лотерейный билет на подлинность и подтвердили, что готовы выдать вторую часть денег наличными. В банковском отделении, расположенном в небольшом канадском городке, столько наличных денег просто не было, так что их должны были доставить сюда частями в течение нескольких дней. Теперь осталось только разобраться с налогами…

Будучи законопослушным гражданином, Генри обратился к банковским специалистам с вопросом, какую же сумму налога он должен заплатить исходя из выигрыша. Ответ просто ошеломил его. Оказалось, что в Канаде выигрыши в лотерею налогом не облагаются! Пот выступил у него на лбу, когда он услышал, что в соседней стране – Соединенных Штатах Америки – при подобном выигрыше государству пришлось бы отдать почти половину этой суммы.

Первую часть наличных – целых 3 миллиона долларов! – Генри убрал в ячейку, а с собой забрал только 50 000 на текущие расходы. Элизабет заботливо взяла несколько местных газет, лежащих здесь же, на журнальном столике, разорвала их пополам и аккуратно упаковала каждую пачку денег по отдельности.

– Вам это не понадобится, – ласково и учтиво обратилась к Элизабет работница банка. – Подождите немного.

Через несколько минут улыбчивая девушка принесла аккуратно упакованные в специальную бумагу три пачки ровненько сложенных банкнот.

– Спасибо, – поблагодарил ее Генри. – Моя жена еще не привыкла к тому, что она миллионерша, и многие вещи ей теперь делать не нужно.

Элизабет улыбнулась, дети, которые до этого, раскрыв рты, просто наблюдали за происходящим, теперь рассматривали переливающиеся, хрустящие темно-зеленые пачки… Каждый из них до этого никогда не держал в руках больше 50 долларов, которые либо тратились на кино и попкорн, либо тщательно откладывались на какие-нибудь будущие покупки. Но столько денег! Младшие Томпсоны не могли поверить своим глазам.

Совершенно измученные и одновременно счастливые, они сели в машину и отправились домой. Ни у кого из них никогда раньше не было сразу 50 000 долларов. А если представить себе, сколько еще денег осталось там, в банке, то дух захватывало, а сердце начинало учащенно биться.

На закате, когда Томпсоны подъехали к дому, их уже ждали. У входа во двор стояли полицейские, окруженные любопытными соседями.

– Вот они, вот они, – зашумели соседи, увидев выходящих из машины Томпсонов. – Оштрафуйте их еще! Видите, как они обнаглели и как себя ведут: даже мусор не соизволили убрать. Всю красоту нам тут испортили. Посмотрим, как они теперь выкрутятся. Очевидно, придется им продать свою халупу, чтобы расплатиться за штрафы, а иначе где они возьмут такие деньги?

Громче всех кричала миссис Дороти Беккер – седовласая старушка с немецкими корнями и шепелявым ртом. Участок миссис Беккер граничил с участком Томпсонов, и она, как истинный педант и сумасшедший фанат чистоты, была на грани сердечного приступа. А тот факт, что заниматься миссис Дороти, кроме как страдать от действий соседей, было совершенно нечем, только усиливал вероятность этого самого приступа. Надо сказать, что Генри и Элизабет давно уже знали, что с соседями им не повезло, и успели с этим смириться.

К главе семейства подошел полицейский, в котором Томпсоны узнали вчерашнего визитера. Остановившись перед хозяином дома, он расправил плечи, грозно повел глазами и строгим голосом сообщил:

– Допрыгались, голубчики! Жучки навозные! Теперь вам придется заплатить еще один штраф в 1000 долларов! И если вы и дальше не сможете убрать этот мусор, то будете продолжать вот так платить по 1000 долларов каждый день. А я с удовольствием буду выписывать вам новые и новые штрафы.

Полицейский перевел начальственный взгляд на соседей, и те одобрительно загудели.

– Так им и надо! – вставила свои пять копеек миссис Дороти Беккер.

Второй полицейский, который был чуть пониже званием, достал из портфеля блокнот с бланками штрафных квитанций и услужливо подал их старшему. Все ожидали, что Генри и Элизабет от безысходности сейчас заломят руки, упадут на колени и будут молить полицейского простить их и повременить со штрафом.

Однако любопытство зрителей не было удовлетворено: сцены покаяния преступников, ради которой все собрались, так и не последовало. Произошло нечто совершенно иное, что повергло толпу в самый настоящий шок. Соседи встали как вкопанные, а миссис Дороти Беккер так широко раскрыла от изумления свой шепелявый рот, что все вокруг смогли удостовериться в полном отсутствии у нее зубов.

Причиной удивления окружающих стало следующее: Генри спокойно и уверенно вернулся к машине, взял с сиденья сумку, а затем снова подошел к полицейским и, показательно зевнув, спросил, какой сегодня день.

– Четверг, – ответили те удивленно. – А что?

– Ничего, – сказал Генри, – вот думаю, до какого бы дня недели мне Вас больше не видеть.

– Что вы хотите этим сказать? – полицейский начал вскипать, словно готовый засвистеть чайник.

– Ничего, – повторил Генри. – Вот вам 7000 долларов на штраф за семь дней, и надеюсь, до следующего четверга я вас больше не увижу.

На глазах у всех он вытащил из сумки пачку наличных, отсчитал 7000 долларов и протянул их полицейскому. Лицо стража порядка покрылось пятнами – сначала красными, а потом, как показалось Стефании, зелеными. Полицейский просто онемел и от неожиданности никак не мог ухватить дрожащей рукой все купюры. Тут масла в огонь изящно подлила Элизабет.

– Дорогой, а почему только до четверга? Заплати им, пожалуйста, за месяц вперед, чтобы не устраивали больше это шоу. Ну а тех, кому не нравится украшение нашего собственного двора, прошу обращаться в суд, – с этими словами она обернулась к соседям и охватила всех вызывающим взглядом.

Остолбеневший полицейский наконец опомнился, быстро вернул Генри деньги и сказал:

– Наличными не берем. Мы сейчас занесем вас в базу, а вы оплатите штраф электронным платежом или непосредственно в банке. Мы обязательно проконтролируем это.

При этом он отряхивал руки так, будто только что они были по локоть в грязи, и оглядывался, словно за ним следят. У него в голове никак не укладывалось, откуда у Томпсонов всего за одну ночь взялась такая огромная сумма денег. Было бы неплохо их сейчас арестовать – тогда полиция точно оказалась бы на коне. Но как бы судорожно он ни пытался найти повод для ареста, его не было. Томпсон выполнил все его требования. Поэтому для полицейских не нашлось иного выхода, кроме как быстро заполнить бланки на штраф и, сев в машину, ретироваться.

Проводив взглядом удаляющийся полицейский автомобиль, Томпсоны зашли в дом. Сев за обеденный стол Генри обхватил голову руками, как будто только что совершил что-то ужасное.

– Впервые в жизни я так глупо потратил столько денег, – корил он себя. – Но я не мог вынести лица соседей, которые ликовали при виде наших проблем… А эта вредная миссис Дороти… Ей заняться, что ли, больше нечем?

– Не переживай. – Элизабет подошла к мужу и обняла его. Ее голос действовал как успокоительное. – Я тебя полностью поддерживаю. Если бы не ты, я бы так сделала сама. Давай будем считать, что так мы заплатили налог на выигрыш? Ведь деньги от штрафа все равно идут государству, значит, для нашей же пользы. Вот круг и замкнулся! И я абсолютно уверена, что они пойдут на хорошее дело.

– Ты права, – сказал Генри, благодарный жене за поддержку, – давай-ка уберем куда-нибудь привезенные деньги.

Он достал из сумки упакованные пачки банкнот и стал аккуратно складывать их в секретер. Одна из них уже была распакована: это оттуда он вытаскивал деньги, когда говорил с полицейскими. Бумага от нее лежала отдельно на дне сумки. «Это я оставлю на текущие расходы», – решил про себя Генри и положил ее отдельно в выдвижной ящик прикроватной тумбочки. На дне сумки он увидел кусок газеты, который Элизабет все-таки подстелила под пачки купюр. Он сгреб его в охапку вместе с упаковочной бумагой и направился к мусорному ведру.

Видимо, в последнее время кто-то решил последовательно подавать нашим героям жизненно важные знаки именно через газетные заметки. В руках старшего из Томпсонов был уже не просто сверток макулатуры – это был бумажный комок, содержавший крайне важную информацию.

Вероятно, искренняя просьба маленькой девочки, высказанная ею в храме несколько дней назад, не прошла мимо внимания Девы Марии. Не просто так тогда всколыхнулся перед ней ввысь огонь восковых свечей, разорвался и разбежался во все стороны загадочными рисунками дымовых нитей. Это точно был знак!

Специальное квадратное мусорное ведро для бумаг было почти полным. Генри положил газетный комок сверху и хотел было закрыть дверцу кухонного шкафчика, как в это время зашла Стефания.

– Не закрывай, я тоже иду выбрасывать мусор, – сказала она, держа в руках другое ведро.

Скомканная бумага всегда стремится развернуться обратно, и, если ей не мешать, она это обязательно сделает. Так случилось и в этот раз. Пока Стефи шла к мусорным контейнерам, комок немного расправился, и на его изгибе стали видны два слова. Это были очень знакомые девочке слова: первое – «английский», второе – «замок». Стефания осторожно вытащила обрывок бумаги из ведра, расправила его, медленно прочла напечатанный текст и стремглав бросилась домой.

– Мама, папа, близнецы! Скорее идите все сюда!

Первыми примчались Том и Ронни, которые за последние дни привыкли к неожиданным известиям и приятным сюрпризам. Потом зашла Элизабет, за ней – Генри.

– Вы не поверите, но здесь написано, – разгоряченно воскликнула Стефи, поднимая вверх клочок газеты, – что владельцы выставили тот самый замок на продажу и просят за него всего 150 миллионов долларов. Мы можем позволить себе купить его, у нас есть эти деньги! Это просто невероятная удача!

По лицу Генри пробежала тень ужаса, Элизабет снисходительно улыбнулась, не воспринимая затею дочери всерьез, а близнецы начали танцевать и ликовать – этим мальчуганам любой повод подходил для радости. Разбираться и просчитывать последствия они не любили, их кредо было праздновать и радоваться, получив любую интересную для них новость.

Стефания потянула остальных членов семьи в беседку – обсудить предстоящую покупку.

– Стефания, что ты такое говоришь, – со всей серьезностью обратился к дочери Генри. – Какой замок, какие 150 миллионов? Если нашему роду один раз за сто лет выпала такая удача, это не значит, что мы должны разбрасываться деньгами направо и налево, покупая все, что придет в голову. Ты еще маленькая и не понимаешь ничего во взрослых вопросах. – Для того чтобы придать своей речи еще больше серьезности и важности, Генри предпочел встать. – Нужно долгое время, чтобы определить, куда мы можем вложить наши деньги. Может быть, в какое-нибудь производство, может быть, в сельское хозяйство, а может, даже в акции или недвижимость, но такие вещи быстро не делаются, тут надо долго думать, анализировать, все взвешивать и только тогда принимать решение.

Закончив говорить, старший Томпсон посмотрел на остальных членов семьи, ожидая их поддержки.

Его ждало большое удивление: дети отводили глаза в сторону и ни единым словом или жестом не выражали согласия с его нравоучительной речью, а Элизабет, которая в любых вопросах предпочитала становиться на сторону мужа, выдержала деликатную паузу. Наступила давящая тишина.

Первым, как всегда, не выдержал Ронни. Он подмигнул Стефании с Томом, повернулся к отцу и возмущенным голосом начал свою речь:

– Пап, скажи, а ты у нас, случайно, не рейдер? Отобрал у маленькой девочки все сбережения и теперь учишь ее, как она должна жить, что ей можно, а чего нельзя. Мы с Томом, например, вложили в бизнес Стефи половину наших скромных накоплений и можем рассчитывать на часть голосов на общем собрании акционеров. Ты же, как мы помним, пытался всячески устраниться от получения лотерейного билета. Контрольный пакет этого предприятия, конечно же, по праву принадлежит Стефании, а значит, за ней должно быть и право решающего голоса. Я не исключаю вас с мамой из нашей бизнес-кампании, но надо же и совесть иметь.

По мере его выступления семье все труднее было скрывать свои улыбки. Сам же Рональд еле удержался от смеха, пока сохранял тон возмущенного акционера. Когда он закончил, взгляды домочадцев обратились на Генри. Тот был красный, как рак, хватал ртом воздух и пытался что-то из себя выдавить в ответ на слова сына. Наконец его прорвало:

– Может быть, мы теперь еще и голосовать начнем по каждому поводу?

– А как иначе? Если кто-то захочет на что-нибудь потратить деньги Стефании, надо голосовать, – поддержала ребят Элизабет.

Генри сник. Он понял, что только что произошла революция и его свергли.

– И кто же я теперь, по-вашему, в этой семье? – с вызовом обратился он ко всем присутствующим.

– Ты мой муж, – сказала Элизабет.

– Ты наш папа, – сказала Стефи.

– Ну и, конечно, ты теперь личный казначей Стефании, – вставил свои три слова неугомонный Ронни.

Дальше семейство провело всеобщее голосование, где большинством голосов при одном воздержавшемся было принято решение о приобретении замка.

Теперь нужно было узнать все подробности об объекте, который они собирались купить. Том и Ронни сели за компьютер и стали выбирать из интернета все сообщения, которые имели хотя бы какое-то отношение к замку и причинам его продажи. Процесс шел не быстро, Элизабет ушла готовить ужин, Генри задержался на диване за просмотром новостей, в которых передавали, что обладатель счастливого билета нашелся, но его имя скрывается, а Стефания ушла в свою комнату дочитывать очередной детектив.

– Мама, папа, Стефи! – раздались голоса близнецов. Тон у них был такой, как будто они нашли еще один лотерейный билет на 167 миллионов долларов.

– Посмотрите, что здесь написано!

Том вслух зачитал статью:

«Английский замок, расположенный по адресу: улица Рампар, владение № 13, выставлен на продажу. В течение многих лет замок был достопримечательностью города и самым привлекательным местом посещения для туристов. С недавнего времени он закрыт для посетителей. Причина тому – категорический запрет владельцев.

Недавно стала известна причина продажи, которая долгое время не разглашалась по строгой договоренности с полицией. Дети владельцев, Крис и Лия, пропали без вести несколько месяцев назад. Их поиски не увенчались успехом. Убитые горем родители приняли решение продать замок. На данный момент кандидатов на приобретение нет. Таинственный замок ждет своего владельца».

Далее шла подробная информация о владельцах замка – молодой английской паре. Глава семьи был потомком того самого Криса Шелдона, о котором в поездке на озеро рассказывал Генри. Чета Шелдонов давно собиралась переехать в Англию, где им по наследству достался большой дом в центре города. Содержать замок за границей было накладно: семья маленькая, детей пора уже было отдавать в престижные учебные заведения, и лондонский дом оказался как нельзя кстати.

Чтобы не расстраивать детей, родители планировали дотянуть до конца учебного года и только потом начинать переезд. Младшие Шелдоны были разнополыми двойняшками двенадцати лет. Мальчика, видимо, в честь далекого прапрадеда, звали Крис, а его сестру – Лия. Они были совсем непохожи друг на друга, зато очень дружили. На тот момент, когда случилась трагедия, дети учились в шестом классе частной школы в небольшом городке, расположенном в девяти километрах от замка.

Все радужные планы Шелдонов были неожиданно разрушены: произошло то, чего никто не мог даже предположить. Дети таинственным образом исчезли.

– Вот это да! – в сердцах воскликнула Элизабет после того, как Том закончил читать статью. – Бедные дети!

– Сомневаюсь, что нам нужен замок с такой историей… – в замешательстве проговорил Генри.

– Папа, конечно, нужен! – вступилась за свою идею Стефания. – Теперь я еще больше уверена в том, что этот замок нужно покупать! Из всего, что сказано в статье, очевидно, что дети стали жертвами преступления!

– Стефания, уймись ради бога! Может быть, их и похитили, но неужели ты хочешь, чтобы похитили еще и тебя? – Генри разнервничался не на шутку.

– Да-да, Стефания, папа прав. Это опасное приобретение, и я тоже не поддерживаю эту идею – с сомнением проговорила Элизабет.

– А вы что скажете? – обратилась Стефания к близнецам.

– Мы за-а-а!!! – заголосили Том и Ронни.

– Нас трое, вас двое. Мама, папа. В беседке ведь мы приняли решение – берем!

– Ладно, сначала все равно надо созвониться с риелтором, занимающимся продажей замка, побывать на месте, побеседовать с управляющим и только после этого о чем-то думать и что-то предпринимать, – сделал Генри заключение, которое всех вполне удовлетворило.

Так и сделали: первым делом созвонились с агентством, но тут сразу же случилась заминка. В офисе им сообщили, что их желание осмотреть замок может быть выполнено только тогда, когда они подтвердят свою платежеспособность и предъявят выписку по банковскому счету на сумму в 150 миллионов долларов.

Остаток дня Генри снова провел в банке, чтобы получить бумагу, подтверждающую их необъятные финансовые возможности. После звонка из отделения и сообщения о том, что в наличии у Томпсонов есть вся необходимая для покупки сумма, агент согласился организовать им просмотр. Встреча была назначена на 10 часов утра следующего дня.

Глава 7

Осмотр владений

Don’t cross the bridge till you come to it.

Не переходи через мост, пока не подойдешь к нему.

Ровно в назначенное время машина Томпсонов остановилась перед подъемным мостом у ворот в крепость. Дети и Элизабет затаили дыхание – им предстояло увидеть изнутри тот самый великолепный, неописуемой красоты замок, который теперь открывал свои двери только для привилегированных особ. Стефания вспомнила тот день, когда они всей семьей любовались на него издалека и даже мечтать не могли о том, чтобы попасть внутрь. А сейчас ее встречают как королеву и вот-вот проведут персональную экскурсию. Девочка незаметно для всех подняла голову к небу, сложила ладошки и поблагодарила Деву Марию за то, что та так точно и быстро исполнила ее мечту. Конечно, официально замок еще принадлежал семье Шелдонов, но Стефи была уверена – все скоро получится.

Риелтор был на месте, ворота открылись и пропустили гостей во внутренний двор за крепостной стеной. Пока семья ехала по дороге ко входу, они осматривались по сторонам. Извилистые дорожки сада были посыпаны гравием, они переплетались между собой витиеватыми узорами и оттеняли безупречную зелень ухоженных газонов. Цветущие клумбы и кусты роз были расположены так, что с любой точки сад смотрелся как единая композиция.

Больше всего увиденное произвело впечатление на Элизабет: она, как настоящая хозяйка, была поражена всем этим зрелищем, поскольку не видела такой красоты даже в журнале «Дом и сад». Неужели это все может принадлежать ей? Подумав об этом, Элизабет пришла в неописуемый восторг. Вот куда она теперь будет приглашать подруг на чаепитие! В эту беседку. А может быть, в эту? Но ее мысли омрачились, когда она задалась вопросом, как же ей справиться с таким огромным хозяйством. Придется, должно быть, нанимать помощников. От этой мысли восторг Элизабет сменился унынием. Дома она всегда все делала сама, и ей очень не хотелось делить домашние обязанности с посторонними людьми. А как же до этого справлялись с хозяйством Шелдоны? Очень многое предстояло еще разузнать.

«Форд», управляемый Генри, остановился перед центральным входом в здание. Когда риелтор и управляющий замка увидели, на чем приехали Томпсоны, их лица вытянулись в полном недоумении. Простая одежда вышедших из машины Томпсонов только усилила эту реакцию.

– Вы точно проверили их на платежеспособность? – тихо спросил управляющий у риелтора.

– Абсолютно, мистер Хэнк. Они предъявили справку из банка.

– Не понимаю, откуда у этих бедняков такие деньги… Но деваться некуда, – с этими словами управляющий натянул на лицо искусственную улыбку и учтиво распахнул перед Томпсонами дверь в замок. – Добрый день! Мое имя Хэнк. Прошу вас, мистер Томпсон, миссис Томпсон. Дети. – Он нагнулся к Стефании, протягивая руку маленькой леди. Стефи с непринужденным видом вежливо ответила на его приветствие, хотя выражение ее лица было не слишком дружелюбным. Девочка очень хорошо разбиралась в людях, и неискренний, льстивый управляющий сразу пришелся ей не по нраву.

Затаив дыхание, члены семьи Томпсонов шагнули через порог главного входа, прошли прихожую и очутились в большом холле.

Просторный зал, в котором они оказались, производил внушительное впечатление не только из-за своей необъятной площади, но и потому, что стены его уходили далеко ввысь. Прямо напротив входа стоял гигантский стальной рыцарь, весь закованный в латы. Лицо его надежно закрывал от любопытных взглядов надетый на голову шлем с опущенным забралом. Руки в металлических перчатках лежали на щите, опирающемся на гранитные плиты пола перед ним. Щит этот был украшен выкованными на нем скрещенными мечами. Это была эмблема замка, которую семья Томпсонов уже видела на воротах.

Рыцарь был настоящим гигантом – в целых два этажа ростом. Но над его головой все еще оставалось свободное пространство высотой примерно еще в один этаж. Если иметь представление о проектировании домов, нетрудно догадаться, что это была мансарда. Снизу, оттуда, где сейчас стояли гости, хорошо просматривалась внутренняя часть крыши, накрывающей здание.

С левой и с правой стороны этого поражающего воображение рыцаря огибала двухмаршевая лестница. Уходя за его спину, она выводила гостей на второй этаж, а оттуда, расходясь в обе стороны, шла уже на самый верхний, мансардный. Внизу, за спиной исполинской фигуры, были также видны ступени, ведущие в подвал.

Рыцарь явно был символом и одновременно хранителем этого места. Высокий оконный проем, расположенный позади него, на противоположной от входа стене, был украшен цветным витражом с изображением окрестностей замка.

Дороги, поля и холмы на витраже были сделаны в цветовой гамме самого красивого времени года – золотых дней наступающей осени. Получалось, что огромная стальная фигура, как будто охраняет не только сам замок, но и всю его округу.

Оглядев рыцаря издалека, Генри Томпсон пересек холл и остановился прямо перед щитом с перекрещивающимися мечами. Мужчина поднял голову: метрах в полутора над его головой, на краю щита лежали огромные руки в латных перчатках.

– Вот это да, – в восхищении выдохнул он.

– Вот это да, – эхом откликнулись дети, еще стоявшие у входа.

В центре зала с потолка на длинной цепи свисала многорожковая бронзовая люстра. По бокам лестницы электрического освещения, как оказалось, не было. По задумке, его должны были заменять многочисленные свечи, для которых на стенах и на лестничном ограждении было установлено множество подсвечников и канделябров.

Пол первого этажа был выложен ровными гранитными плитами зеленоватого цвета. Слева от входа на стене висело большое старинное зеркало в бронзовой оправе, справа были расположены шкафы и вешалки для одежды. Стены зала были украшены картинами и светильниками. По бокам от рыцаря на фронтальных стенах расположились два чучела оленьих голов с огромными ветвистыми рогами.

– Мы даже в музеях такого не видели, – завороженно прошептали мальчишки.

Также слева и справа от центрального входа перед дверями в другие залы располагались туалетные комнаты.

Сопровождающие двинулись влево от центра и пригласили гостей следовать за собой. Все вместе они вошли в светлый нарядный зал с длинным дубовым столом у окна и двенадцатью массивными дубовыми стульями по бокам от него.

Вдоль стен второго зала располагались шкафы и деревянные полки, заполненные разной кухонной утварью. Над столом висела тяжелая кованая люстра. Напротив него к стене примыкало сооружение, похожее на русскую печь, только в отличие от нее эта печь имела боковую наклонную трубу. Было видно, что сооружение это сделано не так давно и имеет возраст намного меньший, чем сам зал.

Стены украшали картины, художественные росписи и статуэтки, изображавшие сюжеты из рыцарской мифологии. Отдельными элементами декора в этом, несомненно, обеденном зале были росписи на стенках печи и узорчатые орнаменты пола, выполненные с применением камня разных пород, а также легкие светлые шторы на окнах, поблескивавшие песчинками золота.

Общую гармонию и уют дополнял небольшой литой чугунный камин у торцевой стены на некотором расстоянии от стола.

В самом конце зала виднелась деревянная лестница с резным ограждением и крепкими широкими перилами. Она была запасной и так же, как центральная, вела в нескольких направлениях: в подвал, на второй этаж и к мансарде.

Элизабет даже зажмурилась, представив себе, сколько поколений владельцев замка обедали за этим огромным столом, сидели на этих массивных стульях и поднимались по этой старинной лестнице.

Управляющий пояснил, что печь сложена уже в нашем веке, после того как владельцы перестали пользоваться отдельной кухонной пристройкой. Большинство подаваемых хозяевам блюд, как оказалось, готовилось прямо в этой печи. А вот чугунный камин по возрасту был ровесником замка.

– Его, как и многое другое, привез сюда из Европы основатель поместья. Сейчас мы его практически не используем – в этом уже нет надобности, так как замок обогревается с помощью современной системы водяного отопления. Здесь даже появилась своя котельная, – сообщил мистер Хэнк и предложил проследовать в другое помещение. – Ну а теперь давайте перейдем в большой каминный зал.

Все вместе они вернулись к рыцарю и двинулись направо от него вслед за управляющим, открывшим им большую двойную дверь в новую комнату.

Покупателей каминный зал поразил своей торжественностью и уютом одновременно. Это было классическое замковое помещение, как будто сошедшее с полотен старых художников. Здесь присутствовало все необходимое и для работы и отдыха.

Центральной композицией зала, конечно же, служил камин внушительного размера: рост близнецов уже приближался к 155 сантиметрам, но, когда они подошли к топливнику, где должны были гореть дрова, над их головами оставалось еще сантиметров пятнадцать. Отделка его была выполнена в английском стиле с использованием облицовочного камня и кованого чугуна.

– Ронни, эй, Ронни, – при виде камина Том начал подавать брату невербальные сигналы в виде подмигиваний.

– А? – Ронни обернулся на зов Тома и увидел, как брат указывает ему взглядом на камин.

– Пойдем внутрь!

Братья поняли друг друга, тихонько отделились от экскурсионной процессии и юркнули в очаг. Через минуту звенящую тишину замка, которую до этого нарушали только каблучки Элизабет, взорвал громкий кашель двух мальчуганов. Все обернулись и увидели, как Том и Ронни, полностью перепачканные в саже, выкатились из каминного нутра.

– Мальчики! Вы же все измазались! – Элизабет бросилась к ним и начала отряхивать. Сажа с лиц и одежды младших Томпсонов сыпалась на пол, проделывая танцевальные пируэты в воздухе и отражаясь в лучах пробивающегося сквозь окна солнца. На удивленных присутствующих смотрели два чумазых, смешных и одновременно страшных человечка. Элизабет в ужасе отмечала, как на начищенный до блеска пол падала сажа, но ничего не могла с этим поделать.

– Мне очень неловко, мистер Хэнк. Они сейчас в том возрасте, когда по росту большие, а в голове сплошное детство, – пыталась оправдать выходку детей Элизабет.

– Все в порядке, миссис Томпсон. Это же дети! Давайте продолжим знакомство с замком. Итак, обратите внимание на стены и на то, что их украшает…

Томпсоны завертели головами, осматриваясь вокруг. Картины и большой гобелен, висящие на стенах, были подобраны так, чтобы реалистично и подробно передавать историю англо-французской войны XVII века. Кроме этого, батальные полотна гармонично дополняли расставленные и развешанные по всему залу разнообразные военные аксессуары – от огнестрельного оружия, арбалетов или луков со стрелами до боевых индейских масок и оперений.

У потолка, над головами гостей, от стены к стене были проложены мощные деревянные балки. Они потемнели от времени, покрылись трещинами, но при этом все так же надежно держали две подвешенные к ним тяжелые люстры. Лампы в них не горели, так как коричневые бархатные шторы были раздвинуты, и зал прекрасно освещался проникающими через большие окна солнечными лучами.

Расставленная здесь мебель идеально отвечала любым потребностям владельцев замка. У камина буквой П были расположены три больших кожаных дивана, у окна стоял письменный кабинетный стол с секретером и удобным креслом. В противоположных углах зала были расставлены диванчики с журнальными столиками для игры в карты, бесед или другого времяпрепровождения.

В каждом таком укромном уголке на полу лежал красивый индийский ковер тонкой ручной работы. Рамы зеркал, развешанных на стенах, гармонировали с их цветом и соседними картинами, поэтому зеркала не выделялись из общего фона, но при этом визуально значительно увеличивали объем каминной комнаты. В дальнем конце была расположена точно такая же лестница, как и та, что находилась в обеденном зале.

Осмотр первого этажа подошел к концу. Наши герои были просто очарованы увиденным. Всегда очень приятно, когда действительность оправдывает и даже превосходит твои ожидания.

Чтобы не возвращаться в главный зал, спутники решили пройти на второй этаж по лестнице, ведущей прямо из каминной комнаты.

– Пап, как ты думаешь, а где все эти потайные ходы и комнаты, о которых ты рассказывал? – шепотом спросила Стефания, прижавшись к отцу.

– Тс-с-с, – прижал тот палец к губам, – спрашивать об этом нельзя, это тайны замка. Ты лучше не отходи далеко и не лезь никуда, а то придется мне потом искать тебя тут по тайным ходам.

– Подробно на втором этаже останавливаться не будем. Расскажу только самое важное и опишу расположение помещений с привязкой к лестницам, – сказал управляющий. – Здесь их три: одна центральная и две боковые в торцах здания. От боковых лестниц к центру с каждой стороны идут спальни. С одной стороны расположены спальни хозяев, а с другой – гостевые. С каждой стороны их четыре, а за ними идут туалетные комнаты. Кроме этого, на втором этаже расположены хозяйственные помещения и два рабочих кабинета.

Вдоль коридора на стенах висели электрические бра, четыре зеркала в искусных рамах и старинные картины. Сейчас весь свет был включен, но, несмотря на горящие лампы и свет из окон, расположенных в концах коридора, на втором этаже было сумеречно. Казалось, что уже настал поздний вечер и скоро совсем стемнеет. Атмосфера была таинственной и мистической, как в старом черно-белом фильме о привидениях. Все это навеяло гостям совершенно разные мысли.

Стефания непроизвольно прижалась к отцу.

– Папочка, а как ты думаешь, здесь есть привидения?

– Конечно есть! Здесь их целые толпы, – высунулся из-за отцовского плеча Том.

Ронни укоризненно посмотрел на него:

– Том, ты зачем сестру пугаешь? Стефи еще маленькая, вдруг поверит в твои шутки?! Притом, что даже мне здесь становится не по себе.

Не сговариваясь, все поспешили подняться в мансарду. Здесь было достаточно просторно и уютно. Своими изломами наклонные стропила, поддерживающие крышу, добавили внутренним интерьерам необыкновенную пластичность и сформировали архитектурный облик верхних помещений.

На третьем этаже были расположены библиотека, детская игровая комната, бильярдная, небольшой тренажерный зал и комната для настольного тенниса.

Обратно гости спускались по центральной лестнице. Здесь архитекторами также были соблюдены классические замковые традиции. С обеих сторон от лестницы на стенах, помимо зеркал и подсвечников, висело множество портретов мужчин и женщин разных возрастов и в костюмах, относящихся к разным эпохам. Судя по всему, это была портретная галерея семьи Шелдонов.

– А что, – спросил Генри, обращаясь сразу к обоим сопровождающим, – эти портреты владельцы будут забирать с собой в Лондон?

– Что вы, – улыбнулся управляющий, – как столько картин поместить в городской дом? Семья Шелдонов, к сожалению, больше не содержит музеи.

– В отдельные условия проекта договора купли-продажи этого замка включены и обязательства для покупателей с требованием сохранения в первозданном виде большей части его интерьеров, – продолжил он.

Пройдя вниз по лестнице еще несколько маршей, они оказались в таинственных подвалах. Томпсонов повели по широкому коридору, с одной стороны которого тянулась просто глухая стена, а с другой – череда хозяйственных помещений. Здесь были в основном кладовые, в которых хранились бытовые вещи, необходимые для обслуживания замка. Открыв дверь в одну из этих комнат, Томпсоны увидели целый склад: стиральные порошки, мыло, стремянки и прочие хозяйственные аксессуары.

В нескольких комнатах гости увидели старинные картины, книги, небольшие скульптуры и статуэтки, напольные вазы и другую музейную утварь, которую не использовали наверху, но выкинуть явно не поднималась рука. Чего здесь только не было! Эти кладовые являлись несбыточной мечтой для антикваров, старьевщиков и коллекционеров старинных произведений искусства.

Пока взрослые осматривали антикварные комнаты, Стефания, Том и Ронни отправились изучать сам коридор подвала. Вообще-то это был не совсем подвал, а скорее полуподвал. В конце коридора с обеих сторон виднелись окна, которые размещались под самым потолком и выходили в приямки, оборудованные у наружных стен замка. В них поступал тусклый уличный свет, но даже этого хватало, чтобы разорвать его полуподземную пугающую тьму.

– Ночью, наверное, совсем другое дело. Страшновато здесь будет гулять, – сказал Ронни.

– Да, пожалуй, еще как страшно, – поддержал брата Том. Он уже прикидывал, как можно было бы нарядиться привидением, чтобы пугать всех подряд, разгуливая по этому коридору в таком виде.

Эту настораживающую ауру создавал интерьер коридора. Его можно было назвать выставкой старинных зеркал. В остальных помещениях замка их тоже было много, но здесь, в подвале, на стенах коридора была размещена, казалось, вся мировая коллекция.

Зеркала были самых разных форм и размеров. Часть из них была одета в простые деревянные рамы. У другой части зеркал сами рамы можно было подолгу рассматривать как отдельные произведения искусства. Стекла с проступившими на их поверхности бледными пятнами и паутинками ржавчины хранили на себе налет времени и приоткрывали тайну их возраста.

Даже отражения ребят, проходящих мимо них, казались перенесенными в какое-то другое время – сродни портретам давно ушедших людей, которые были развешаны на стенах парадной лестницы.

– Я увидел свой портрет, отошел, а его нет, – не удержался Ронни. Он непроизвольно пытался разрядить некоторое напряжение, появившееся у ребят при осмотре этой части замка.

Стефания в этот момент проходила мимо очередного большого зеркала, висящего на стене. Краем глаза она увидела в нем что-то необычное и даже не сразу поняла что. Стефи остановилась.

Из рамы сквозь замутненное стекло на нее смотрело только ее отражение и ничего больше. Но девочка готова была поклясться: секунду назад в этом зеркале было что-то еще. Словно какое-то движение, которое происходило не от нее или от кого-то из идущих следом. Она настороженно вглядывалась в отражение, но больше ничего подозрительного не увидела.

В это время впереди по коридору шествовал Том. Перед ним на стене находилось следующее зеркало. Внезапно юноша непроизвольно вскрикнул и резко остановился.

– Стефи, Ронни, идите сюда, здесь что-то есть! – испуганно позвал он брата и сестру.

Стефания, которая в этот момент стояла, вглядываясь в свое отражение, поспешила к Тому. Они с Ронни оказались рядом с братом практически одновременно. Том стоял неподвижно напротив зеркала, и его лицо исказилось маской не то страха, не то удивления.

– Что случилось? – спросил Ронни.

– Не знаю, – недоуменно ответил Том. – Когда я шел по коридору, мне показалось, что впереди прямо из зеркала пробился и лег на пол луч света. Я подошел ближе и заметил, что полоска убежала с поверхности пола за стекло и там исчезла. Мне показалось, что прямо передо мной в отражении кто-то быстро закрыл дверь.

– Тебе показалось, – успокоил его брат. – Зеркало отражает свет от светильников, висящих на стенах. А когда ты шел по коридору, загородил один из них, и получилось перемещение световой полосы по полу. Может, тебя еще и твоя тень напугает? – пошутил он.

Том надул губы и, обидевшись как маленький мальчик, отвернулся. Ему было очень неприятно, что брат не поверил ему и не воспринял его слова всерьез.

– Ронни, думаешь, я совсем глупый? Я тебе говорю совершенно точно, что в зеркале что-то было. Там была дверь, которая закрылась прямо перед моим носом, когда я подошел!

– Давайте-ка просто пройдем еще раз мимо этих зеркал, – резонно вмешалась Стефания, чтобы разрядить обстановку и не допустить спора мальчишек.

Ребята вернулись на пару десятков шагов и стали экспериментировать: они пробовали проходить до зеркала по одному, по двое, ходили втроем, но больше ничего необычного не происходило.

– Ладно, – сказал Ронни, – хватит. Ничего не выходит. Давайте вернемся к взрослым, вон они уже идут.

К детям подошли Элизабет, Генри, Хэнк и риелтор.

– Играете? – добродушно спросил Генри и обнял Стефанию за плечи.

– Да, папа. В прятки. – Девочка подмигнула братьям, и они утвердительно закивали головами.

Процессия двинулась дальше. На двух небольших консольных полках в середине коридора, рядом с выходом на центральную лестницу, они увидели старинные круглые китайские зеркала.

Они были сделаны вручную из бронзы. Их лицевые стороны были немного выпуклыми и отполированы так, чтобы в них можно было смотреться как в обычные зеркала. По другим сторонам шел рельефный рисунок, изображающий бой двух драконов, окруженных какими-то существами, только отдаленно напоминающими людей. По краю дети увидели китайские иероглифы и какие-то мистические знаки.

– А это что?.. – В глазах Стефании, которая интересовалась всем историческим, обожала рассматривать альбомы с картинками артефактов и посещать музеи, заблестели огоньки. Управляющий Хэнк поспешил пояснить гостям назначение и историю этих предметов.

– Это особенные зеркала, которые считаются одной из величайших ценностей замка. Найдены они были в древних китайских гробницах. Если вынести такое зеркало на солнечный свет, поймать отполированной стороной солнечный луч и направить солнечный зайчик на белую поверхность, там неожиданно возникнет изображение, которого вы не ждете. Например, если использовать зеркало с драконами, которое вы сейчас рассматриваете, в круге солнечного зайчика появится тибетский монах с посохом. Ученые давно ломают голову над загадкой этих зеркал, но откуда и как появляются эти изображения, до сих пор точно сказать не могут. Можно даже утверждать, что это загадка мирового значения.

«Ей в приданое дано

Было зеркальце одно.

Свойство зеркальце имело:

Говорить оно умело»,

– подражая Ронни, выступила Стефания.

– Они тоже останутся в замке, когда мы его купим? – показал на зеркала Генри.

– Да, – ответил стоящий рядом риелтор, – они в реестре, это все продается вместе с замком. Хозяева забирают с собой только самые любимые и нужные им вещи. Однако их тоже, поверьте, немало.

Рассматривая зеркала и картины между ними, все двинулись к выходу. В одном месте, напротив двух огромных старинных зеркал, на стенах в хаотичном порядке были развешаны книжные полки. Они были прикреплены прямо на плоские рамы зеркал, расположенных на стене за ними.

В результате, отражения в зеркалах дробились и многократно повторялись. В образовавшемся зеркальном коридоре, уходящем в бесконечность, возникало много полосок зеркал из междукнижья. И в них снова отражались те же картинки с людьми, полками, книгами и самими зеркалами. Все это было похоже на большой прямоугольный калейдоскоп.

Стефания взяла книгу с одной из полок и полистала ее. Это было издание конца XVII века с какими-то медицинскими рецептами, изображениями операций, лекарственных растений и неизвестного назначения предметов. Хэнк увидел, что Стефи листает книгу, и в его глазах неожиданно пробежал страх. Совладав с собой и не снимая с лица натянутой улыбки, он вежливо попросил:

– Пожалуйста, маленькая мисс, поставьте книгу на полку. Здесь все, еще с давних времен, имеет свое место и свой порядок.

– Зачем здесь эти книжные полки и почему за ними зеркала? – спросила простодушно Стефания.

– Этого мы не знаем, – многозначительно ответил управляющий, – так было задумано и сделано еще самим Крисом Шелдоном!

Ребята еще раз с любопытством посмотрели на размноженные в противоположных зеркалах отражения книжных полок и поспешили на выход к центральной лестнице. Ронни уходил последним и, оглянувшись на провожатых, тайком сделал на телефон десяток снимков этого коридора. Фото были сделаны наспех, но, к счастью, они захватили стены с картинами, зеркала и книжные полки полностью.

Проделав круг по замку, управляющий снова вывел Томпсонов в главный зал.

– На этом наш осмотр заканчивается!

– Ого, целых четыре часа прошло! – удивился Генри, взглянув на свои часы.

– А ощущается как будто тридцать минут! – заметил Ронни.

– Ничего удивительного. Замок построен таким образом, что в его комнатах и ходах можно потерять счет времени и остаться там надолго, даже не зная, какой сейчас день недели. Вот поэтому маленьким деткам нельзя самостоятельно по нему гулять! – на последнем предложении Хэнк сделал особый акцент, многозначительно глядя на детей. – Ну а сейчас мы осмотрим внутренний двор, и я провожу вас к автомобилю.

Томпсоны, сопровождаемые управляющим и риелтором, вышли на улицу. Летний ветер и тускнеющий солнечный свет обдавали теплом их лица. Близился закат. Управляющий подвел всех к небольшой часовне, под сводом которой находилось захоронение.

– Это могила той самой Эльзы, – сказал он гостям. – Вы знаете, кто это?

– Да, мы знаем, – ответила за всех Стефания, – это первая владелица замка, жена Криса Шелдона.

Под сводом часовни, накрывающей захоронение, на гранитной плите, поросшей мхом, лежал большой камень, на одной грани которого был мастерски выбит портрет молодой красивой девушки. Под изображением внизу камня была выгравирована дата смерти: 19.10.1766 г.

– Какая молодая и красивая! – воскликнула Элизабет. У нее на глазах невольно выступили слезы. – Надо же, такая грустная история. Мистер Хэнк, было ли выяснено, отчего она умерла?

– Это так и осталось тайной… Как и многое другое в стенах этого замка.

Не сговариваясь, посетители почтили память молодой девушки минутой молчания. Даже близнецы застыли с серьезными выражениями на лицах, хотя обычно этих непосед сложно было заставить устоять спокойно на одном месте.

– Как же мне ее жалко, – загрустила Стефания.

– Ну а теперь пойдемте. Вы видели все, что мы показываем при демонстрации замка.

– То есть мы видели не все помещения? – заинтересованно спросил Ронни.

– Нет, мистер Томпсон-младший. Всех его ходов и помещений не знает никто, кроме первого владельца – Криса Шелдона. Но и он, увы, уже давно отошел в мир иной, никому не передав своей тайны.

– Прямо-таки и никому? – уточнила Стефания.

– Никому, – утвердительно ответил управляющий и тут же сменил тему разговора. – Обязанность содержать это место в идеальном состоянии также будет отражена в договоре купли-продажи замка.

Никто не отреагировал на его слова – все были под впечатлением от смерти такой юной и прекрасной Эльзы Шелдон. Стефания помнила еще и про другую трагедию, случившуюся здесь уже в этом году, но предпочла промолчать, так как родители тоже не задавали вопросов на эту тему.

Домой Томпсоны ехали в полном молчании. Общее впечатление от замка было, конечно же, прекрасным. Но вся эта красота вызывала какую-то непонятную тревогу и холодок внутри, а перед глазами стоял портрет с могилы Эльзы Шелдон.

Глава 8

Темная лошадка

Attack is the best form of defense.

Нападение – лучшая форма защиты.

За ужином разговоры были только о замке. Все, включая Генри, который уже не выступал противником семейных реформ, были под впечатлением от увиденного.

– Вы обратили внимание, – спросила домочадцев Элизабет, – что во всем замке нет практически ничего, что напоминало бы о пропавших детях?

– Я обратил, – ответил Генри, – но, наверное, это очень больная тема для обитателей замка, в том числе и для прислуги. Могу предположить, что родители увезли в Англию самые дорогие для них вещи, а остальное куда-нибудь убрали местные работники.

– Мне показалось это странным, – выразила свое мнение Стефания, – а еще более странным мне показалось то, что этот мистер Хэнк ни слова нам не сказал о случившемся.

– Мы и не спрашивали, – простодушно пожал плечами Том.

– Да, но мы могли об этом и не знать! Ведь то, что вы с Ронни нашли сведения о пропаже детей в интернете, скорее удача, чем закономерность. Я считаю, что нельзя замалчивать такую информацию от потенциальных владельцев.

– И откуда ты у нас такая смышленая? – пошутила Элизабет, подкладывая Стефании еще тушеных овощей.

– Как бы то ни было, а дочка права. Замок хорош – с этим не поспоришь. Но что-то там нечисто – это неоспоримо. И то, что от нас скрывают информацию о пропаже детей, также вызывает недоверие… Как вы вообще себе представляете, что мы отдадим в руки этим людям почти весь свой выигрыш? Даже если я перечитаю все их документы, я могу что-то упустить. Я ведь работник типографии, а не коллекционер антиквариата.

– Милый, ты прав. Но ты миллионер, разве ты забыл об этом?

– Да, только, увы, это не дает мне автоматически юридического образования.

– Но ты же можешь нанять любого юриста, – ответила ему Стефания. – Мама, а можно мне еще один стейк? Вот этот, небольшой.

– Стефания Томпсон, может быть, мне тебя в советчицы взять? – усмехнулся Генри, а про себя отметил, что дочка права. Он может обратиться к совершенно любому юристу, независимо от его стоимости. Эта мысль немного развеяла его сомнения, и Генри, подводя итог всему сказанному, заявил:

– От того, кто именно купит этот замок, ничего не изменится. Мы – нормальная добропорядочная семья и готовы выполнить все условия сегодняшних владельцев по его дальнейшему содержанию. Кроме этого, мы дополнительно окажем все возможное содействие семье Шелдонов в продолжении поиска их детей.

– Дорогой, ты подумал о том, что это дополнительные расходы? Частное расследование такого крупного дела может вылиться в копеечку.

– Милая, я все уже просчитал, – слукавил Генри, который опять по неопытности не задумался о том, что с недавнего момента все вокруг будет требовать расходов. – Предлагаю для начала выделить на эти цели полмиллиона долларов. – Господи, полмиллиона… Слышал бы наш разговор Джонни! Уже бы не смеялся над тем, что у нас с тобой поношенные теннисные туфли, – шепнул Ронни на ухо Тому. Только получилось это у него так громко, что его слова расслышали все.

– Посмотрим, что скажет ваш Джонни, когда увидит, как вы с братом после школы поедете в старинный английский замок на ланч! Ну а теперь ставьте тарелки в посудомойку, и всем спать!

Дети, подзадоренные оптимизмом Генри, еще долго не могли уснуть. Лежа в своих кроватях, они представляли, как изменится лицо их главного школьного недруга – Джонни, богатого мальчишки, который переехал с семьей из Торонто, носил модные спортивные костюмы и даже бывал в Нью-Йорке, – когда он узнает, что их семья владеет старинным замком. Вот это успех!

Хотелось еще немного помечтать, как они «сделают» этого задаваку. Эти мечты были такими упоительными, что близнецы, предавшись им, упорно прогоняли подбирающийся все ближе и ближе сон…

В маленькой головке Стефании шла работа совсем иного рода. Она размышляла о том, куда же пропали дети, как их отыскать, в чем тайна замка, что скрывают управляющий и риелтор? Все эти мысли, как маленькие пчелки, кружили туда-сюда, пересекаясь и создавая все новые комбинации. Даже если управляющий с риелтором не скрывали никакой тайны, Стефании очень хотелось, чтобы она была! Рядом с кроватью Стефи дремал на тумбочке очередной прочитанный детектив.

Ночь забирала дневную бодрость, мысли становились все медленнее. Внезапно Джонни в мечтах Тома превратился в слона, который пасется на африканских угодьях, а Стефания почувствовала, как волшебная фея ведет ее по коридорам замка навстречу младшим Шелдонам. Ночь делала свое дело, и дневная сказка для детей плавно перетекла в сладкий крепкий сон.

…Ближайшие три недели Томпсоны потратили на оформление документов, связанных с приобретением замка. Уже на следующий день после экскурсии по будущим владениям, Томпсон-старший нанял опытного агента с многолетним стажем ведения сделок подобного рода. Это был пожилой усатый джентльмен с хорошими английскими манерами, спокойным добродушным характером и потрясающим чувством юмора, которое располагало к нему с первых же секунд знакомства.

Юриста звали мистер Гросс, и он приехал специально из ближайшего крупного города по личному приглашению Генри. Юристов такого уровня в маленьком городке, в котором жили Томпсоны, попросту не было. Естественно, расходы на дорогу и жилье для юриста легли на плечи заказчиков, то есть Томпсонов. Мистер Гросс остановился в самом дорогом отеле города, в котором сами Генри и Элизабет даже ни разу не были. А теперь им пришлось оплатить неделю проживания там своему консультанту… Понемногу Томпсоны привыкали к тому, что жизнь миллионеров полна непредсказуемых трат и требует брать на себя расходы не только за собственную семью, но и за посторонних, иногда малознакомых людей.

Первым делом мистер Гросс ознакомился со всеми документами и особенностями порученной ему задачи, а затем сразу же поспешил успокоить настороженного Генри.

– Да не переживайте вы так, все будет нормально, – с уверенностью проговорил он. – Задачка, конечно, не из простых, но поэтапно мы с вами все решим. Много я с вас не возьму. Должен сказать, что обычно мои услуги стоят полтора-два процента от цены сделки. Но этот случай особенный и попрошу с вашей семьи самый минимум – 400 000 долларов.

Когда Генри услышал эту сумму, его сначала бросило в жар, затем в холод, а потом у него задрожали поджилки, и он чуть не свалился со стула. К счастью, он вовремя справился с собой и отошел к стоящей в стороне жене, которая наблюдала за разговором, пытаясь расшифровать слова юриста по губам и не решаясь вмешаться в разговор двух мужчин.

– Элизабет, дорогая, это, наверное, какой-то сумасшедший шарлатан! За две-три недели своей работы он хочет получить сумму, которую я зарабатываю за двенадцать лет!

– Генри, милый, – поспешила успокоить его супруга, – не зарабатываешь, а когда-то зарабатывал. Не забывай, что ты уже не простой типографский клерк, сейчас ты мультимиллионер! И покупаешь ты не сарай какой-то, а знаменитый замок. Разницу, надеюсь, понимаешь? Представляешь, как важно оформить все правильно, без ошибок? От выбора юриста зависит весь дальнейший ход нашего начинания.

– Я знаю, знаю, – Генри взял ее за руку, – просто я очень боюсь сделать что-то неправильно. Ладно…

Под напором Элизабет Генри немного остыл, вернулся к переговорам, и дело пошло. Уже через шесть дней агент завершил оформление стандартной формы контракта, будущий владелец замка поставил все нужные подписи, и контракт стал официальным предложением. После этого доверенное лицо владельцев – тот самый управляющий замком Хэнк – со своей стороны внес в контракт все необходимые дополнения и подписал его. Мистер Томпсон, в свою очередь, подписал окончательную, измененную редакцию, и контракт вступил в законную силу.

Весь этот бумажный процесс занял целые три недели напряженной работы многих специалистов. Подписанный документ был составлен на 565 листах. Одно только приложение с описью передаваемого имущества составило больше 150 страниц! Чуть меньше места заняло описание всех условий и обязательств по дальнейшему содержанию замка, которые устанавливали продавцы для его покупателей. Пока контракт согласовывался, все члены семьи Томпсонов многократно перечитывали каждую его редакцию. А место на тумбочке рядом с кроватью Стефании занимал уже не очередной новый детектив, а толстая папка с бумагами.

В конечном варианте документа был определен перечень картин, гобеленов, зеркал, светильников и других раритетов и произведений искусства, которые навсегда должны были сохранять отведенные для них места на стенах и полках.

Новым владельцам запрещено было перепланировать и перестраивать помещения замка, нельзя было заменять окна и двери, пробивать новые проемы, заменять или изменять каменную отделку полов и многое-многое другое. В соответствии с договором допускался только локальный или косметический ремонт интерьеров и отдельных конструкций замка.

Было оговорено и описано даже количество децибел разрешенного внутри здания уровня шума. А еще в замке было запрещено использовать любые электронные системы, такие, например, как комплекс для видеонаблюдения или оборудование ретрансляции. Исключение составляли только мобильные телефоны, телевизоры и компьютеры.

За любое доказанное нарушение изложенных в этом разделе договора условий новые собственники обязаны были заплатить старым владельцам штраф в размере 40 000 долларов. Значительная сумма, если учитывать, что после покупки замка у Томпсонов оставалось не так уж много денег.

Томпсоны со всем соглашались. Они ведь и сами хотели, чтобы первозданная аура замка сохранилась еще на долгие годы или даже десятилетия. Они приобретали его не за тем, чтобы устраивать перепланировку, а как раз для того, чтобы жить в атмосфере старинного произведения архитектуры.

Дальше началась работа государственного служащего, который был обязан зарегистрировать сделку, и в системе реестра прав собственности должны были появиться имена новых владельцев замка – семьи Томпсонов.

Денег на это ушло тоже немало… Только налог на передачу права собственности «съел» целых полтора миллиона долларов. В общем, по завершении сделки, с выплатой основной суммы, а также оплатой всех налогов, сборов, страховок и услуг агента, на счету у Генри числилось всего около 11,5 миллиона долларов.

Оставалось еще оплатить услуги детективного агентства, сотрудникам которого было поручено продолжить поиски пропавших детей из семьи Шелдонов. Два агента раньше уже занимались этим расследованием, но, как сообщил Томпсонам мистер Хэнк, недавно детективам перестали платить и они вынуждены были приостановить свою работу. У Томпсонов выбора не оставалось: местные полицейские поставили на этом деле крест, отказавшись из-за недостатка улик продолжать дальнейшее расследование, и Томпсоны решили продолжить работу с теми же агентами.

И вот настал вечер накануне переезда. Погода стояла теплая, цвет закатного неба отражался в стеклах маленького домика Томпсонов, создавая на окнах оранжево-малиновый отлив. Элизабет испекла праздничный пирог с малиной и накрыла на стол. Отмечали удачное завершение оформления документов и грядущий переезд. Дети расселись по местам, Элизабет разлила всем чай и положила каждому по кусочку пирога. Старый домик Томпсонов, казалось, чувствовал скорый отъезд своих хозяев и грустно наблюдал за тем, как домочадцы в последний раз собрались рядом с ним в их любимой беседке. Теперь этот дом, где родились Том, Ронни, а потом и Стефания, было решено выставить на продажу.

Горы мусора давно уже были вывезены: Генри все-таки посчастливилось найти подходящую компанию, которая согласилась очистить двор всего лишь за 5000 долларов. Вечер был теплым и приятным, пирог – вкусным, но в семье все равно царила атмосфера молчаливой грусти. Никто не думал, что расставаться с родным домом, который часто казался им таким тесным и неказистым, окажется так печально.

Но как бы ни было тяжело расставаться с прошлым, а впереди семью Томпсонов ожидала новая жизнь в роскошном замке. Вся предыдущая неделя прошла в суматохе и подготовке к переезду. Надо было собрать и упаковать вещи, отсортировать и выбросить ненужное, прибрать дом и подготовить его к приезду покупателей, которые нашлись на удивление быстро.

Генри выбрал время и уже в статусе владельца съездил в замок на встречу с его персоналом. Оказалось, что и само здание, и его старых владельцев обслуживало значительное число людей.

Среди них были уже знакомый Томпсонам управляющий, два садовника, две гувернантки, двое помощников по хозяйству, три горничные, электрик, сантехник, повар, помощник повара, снабженец, котельщик и трое подсобных рабочих. Всего девятнадцать человек.

Конечно, Генри подразумевал, что в замке окажется много прислуги, но чтобы настолько… Он не ожидал, что в их новом «гнездышке» будет обитать такое огромное количество людей. Генри познакомился и поговорил с каждым из работников. В ходе переговоров он узнал круг их обязанностей, объем и режим работы, а также размер зарплаты. Когда Генри услышал от управляющего общую сумму всех окладов и прочих хозяйственных расходов, а затем автоматически помножил ее на двенадцать месяцев, ему резко поплохело и пришлось искать успокоительное.

Забежав в соседнюю комнату и закрывшись там, он взял ручку, бумагу, которые лежали на столе, и еще несколько раз все сложил и перемножил. Нет, не может быть! Документы уже подписаны, замок принадлежит его семье, и тут открывается такая подробность. Как? Как он мог не просчитать наперед эти расходы? И почему юрист его не предостерег? В любом случае мистер Гросс уже несколько дней как уехал домой, прихватив с собой акт приема-передачи безукоризненно выполненных работ и свои четыреста тысяч.

Генри обхватил голову руками и попытался успокоиться. Он перемножал цифры еще несколько раз, но результат оставался неизменным. Чуда не происходило: годы до того момента, когда он полностью обанкротится, можно было пересчитать по пальцам одной руки.

Генри подошел к зеркалу и посмотрел себе в глаза. Нужно было срочно что-то предпринять, к тому же снаружи в зале его ожидали работники… Зеркало с участками почерневшего серебра выглядело мутным.

«Одно только это зеркало наверняка стоит больше 10 000 долларов! Это как быть хозяином кондитерской фабрики и страдать от аллергии на сладкое… Ничего нельзя продавать, ни к чему нельзя притрагиваться».

Отогнав навязчивые мысли, Генри собрался с духом, принял волевое решение и вышел из своего убежища. Вернувшись к работникам, он объявил, что он человек небогатый и содержать такую большую армию сотрудников позволить себе не может. Поэтому сейчас он хочет оставить в штате только шесть человек: помощницу по хозяйству, двух горничных, садовника, подсобного рабочего и котельщика на полставки.

– На первое время, думаю, нам этого хватит, – подытожил он, – а дальше будем принимать решения, действуя по обстоятельствам.

Когда Генри закончил, слово взял управляющий, мистер Хэнк.

– Хорошо, – сказал он неторопливо, – вы владелец и вправе принимать любые решения, но есть некоторые нюансы, которые необходимо учитывать в таких случаях. Дело в том, что, купив замок, вы приняли на себя еще и большую ответственность за многое. В данном случае – это люди, которые работают здесь. Это теперь ваши служащие, и вы должны полностью соблюдать требования законов страны и условия личных контрактов, заключенных с этими работниками.

Думаю, что законы Канады вы знаете и эти расходы посчитаете сами. Но вы, видимо, не знаете особенностей наших контрактов, заключенных с бывшими владельцами. В них есть условие, при котором увольнение работника по желанию работодателя должно оформляться письменным уведомлением за месяц и компенсироваться тремя месячными ставками исходя из минимальной оплаты труда.

Со мной вам будет проще: скоро я уезжаю в Англию на работу в семью Шелдонов, и поэтому попрошу у вас в качестве компенсации за свое увольнение только одну месячную зарплату. Кроме этого, я пробуду здесь еще две-три недели, чтобы помочь вашей семье с переездом и размещением.

Выслушав управляющего, Генри ощутил себя так, словно он попал в специально расставленную кем-то ловушку. Решение, как оттянуть неминуемую финансовую гибель, пришло неожиданно.

– Давайте сделаем так, – сказал он. – С завтрашнего дня все работники замка, за исключением тех, что я назвал ранее, уйдут в оплачиваемый отпуск на две недели, а потом мы встретимся снова и еще раз все обсудим. В течение двух дней на ваши счета будут переведены соответствующие денежные суммы.

На этом мистер Томпсон откланялся и поехал домой помогать семье в сборе вещей. Вернувшись в свой маленький домик, он чуть не плакал. Элизабет успокаивала его, как могла. Но новость об огромных финансовых потерях, с которых начиналась их жизнь в замке, потрясла и ее саму. Только их семья свыклась с мыслью, что им досталось несметное богатство, как эти деньги с удивительной скоростью начали на глазах таять. Но расстраиваться и убиваться не имело никакого смысла. Обратного пути уже не было.

На следующее утро, попрощавшись со своим старым любимым домом, все сели в автомобиль и, сопровождаемые большой грузовой машиной с вещами, двинулись в сторону нового места жительства. Когда машины подъехали к центральному входу, там их уже встречали предупрежденный управляющий и отобранные хозяином замка работники.

Среди них особенно выделялась черноволосая высокая женщина средних лет со строгим волевым лицом и тяжелым, немного высокомерным взглядом. Когда машина въехала в ворота, она пристально всматривалась в тонированные стекла автомобиля, как будто стараясь разглядеть кого-то определенного. Стефания прильнула к окну, и их взгляды встретились. Так они и глядели друг другу в глаза, пока управляющий не открыл двери машины и не помог выйти наружу Элизабет и ее дочери.

В честь приезда новых хозяев замка все работники надели парадную одежду, выстроились в ряд и торжественно приветствовали прибывших хозяев. Ко входу в замок вела красная ковровая дорожка. Элизабет стало немного неловко, что она не предвидела того, что их будут встречать как королей, и нарядила мужа и детей в самую обычную одежду: джинсы и повседневные свитера. О том, чтобы пополнить гардероб обновками мировых брендов, миссис Томпсон пока не задумывалась. В последние недели было слишком много дел, которые касались покупки и продажи недвижимости. Она мельком бросила взгляд на свое голубое платье, которое пережило уже не один десяток стирок, и поспешила спрятаться за крупной фигурой мужа.

Все работники улыбались, глядя на прибывших хозяев, а мистер Хэнк широко скалил зубы, стараясь таким образом изобразить «непередаваемую радость». Только черноволосая женщина с высокомерным каменным лицом стояла в стороне и подозрительно рассматривала приезжих.

– Здравствуйте, я Марта – ваша помощница по хозяйству, – первой, протянув руку, шагнула она к Генри. По очереди пожав ее сухую руку, Генри, Элизабет и дети стали знакомиться с остальными.

– Горничные Белла и Нора, – представил Генри семье двух молодых и скромных на вид девушек, одетых в длинные льняные платья на старинный английский манер. Работницы были блондинками невысокого роста, похожими друг на друга как сестры-близняшки.

Следующим был садовник Питер – пожилой крепкий мужчина с сильными рабочими руками, обветренным и обожженным солнцем лицом и добрыми улыбчивыми глазами.

Полной его противоположностью выглядел рабочий – кореец Пак. Слишком высокий для корейца, худой, жилистый, с непропорционально длинными руками, густыми черными с проседью волосами, волевым лицом и внимательным, настороженным взглядом.

Когда приветствие закончилось и все познакомились, семейство Томпсонов удалилось в свои комнаты раскладывать по местам привезенные ими личные вещи. Работники разошлись заниматься своими делами, Марта поднялась вверх по лестнице на мансардный этаж, Хэнк скрылся в хозяйственной части здания, садовник Питер и кореец Пак занялись починкой водопровода, а Белла и Нора как будто испарились.

Однако, поднявшись в комнаты, Томпсоны обнаружили, что все их вещи уже заботливо доставлены и разложены. Когда это успели сделать, было для всех загадкой.

– Ну что? – тихим голосом задал вопрос домочадцам Генри, когда наконец остался наедине со своей семьей. – Как я отобрал персонал?

– Нормально, пап, – успокоили отца дети.

– Все хорошо, – подтвердила Элизабет.

– Только вот эта Марта – вылитая Фрекен Бок из книжки про Карлсона, который живет на крыше, – добавил с улыбкой Том.

– Правда, там ее называли не домоправительницей, а домомучительницей, – не удержался Ронни.

– Эту Марту настоятельно рекомендовал управляющий, он считает ее большим профессионалом в своем деле. А нам для управления хозяйством очень нужен такой опытный специалист, – пояснил Генри.

– Папа, а тебе она не показалась странной? – вставила свое слово Стефания. – Она смотрела мне в глаза, как будто знает меня и не очень любит.

– Стефи, не выдумывай! Все сотрудники здесь большие профессионалы. Нам очень повезло, – оборвала ее Элизабет. Больше всего ей не хотелось, чтобы дети начали опасаться кого-то из персонала или придумывать про них небылицы. – Давайте лучше займемся разгрузкой оставшихся вещей. Том, Ронни, помогите сестре с сумками.

Спальни находились на втором этаже. Семья решила занять комнаты с правой стороны от парадной лестницы, то есть над каминным залом. Комнаты, находящиеся с левой стороны, над столовой, как и было у старых владельцев, оставили для гостей.

Самую светлую комнату, первую с торца здания, отдали Стефании, вторую и третью – каждому из братьев, в четвертой поселились родители. Ближний к спальням кабинет достался детям под школьные нужды. Дальний же решил занять Генри для своей работы. Кабинеты были большими, места хватило всем. Надо было еще докупить и поменять часть мебели, но это не составляло особого труда.

Через некоторое время после того, как семья начала устраиваться в своих комнатах, появилась Марта и поинтересовалась, чем она может быть полезна хозяевам замка. Она старалась все время находиться рядом с Томпсонами, объясняла, советовала, записывала их пожелания, давала задания горничным. Было видно, что она находится в своей стихии и точно знает, что и как нужно делать.

За детальным осмотром помещений замка прошел весь день. Работников отпустили по домам. Оказалось, что в доме остается ночевать только Марта. Подходило время ужина.

Элизабет достала привезенные из дома продукты и принялась за приготовление еды. Кухня по площади была раз в восемь больше их кухоньки в старом доме, и новоиспеченная хозяйка, не привыкшая к таким большим помещениям, то и дело терялась.

Холодильники были забиты продуктами, но прикасаться к ним Элизабет пока не решалась. Она скромно достала овощи, холодные фрикадельки и разогрела на плите приготовленную заранее подливу к ним. На помощь пришла Марта, предупредив, правда, что раньше всем занимался повар и кухня – совсем не зона ее компетенции. Однако она готова пересмотреть список своих обязанностей и помочь миссис Томпсон с приготовлением пищи.

На это Элизабет ответила, что их сегодняшний статус владельцев замка не отменяет того, что каждый вечер она самостоятельно собирается готовить ужин для своей семьи, и так оно и будет, вне зависимости от каких-либо обстоятельств. Однако скоро Элизабет все-таки обратилась к Марте, попросив ее сделать мелкую работу – почистить картошку. «Если есть помощь, зачем от нее отказываться?» – подумала Элизабет. Миссис Томпсон понемногу входила в роль хозяйки замка.

Ужинали все вместе. В центре внимания была Марта, и ей приходилось отвечать на множество разных вопросов. Они касались уклада жизни и характеров бывших владельцев, истории замка, особенностей его содержания и многого другого.

Стефания все это время наблюдала за домоправительницей и в один момент решила рискнуть – без разрешения родителей задать животрепещущий вопрос, который беспокоил все семейство.

– Расскажите, пожалуйста, про исчезнувших детей. Какими они были и куда, по-вашему мнению, могли деться?

Марта медленно подняла голову. Держалась она прекрасно, но опытный наблюдатель заметил бы в ее поведении некоторую неловкость, которую она тщательно пыталась скрыть. По крайней мере так показалось Стефании. Что касается других членов семьи, никто из них не уловил в реакции домоправительницы ничего необычного. Несколько секунд помолчав, она отправила в рот кусочек сыра и стала медленно его пережевывать. Наконец, отдав должное терпению слушателей, Марта начала свой рассказ.

– Мы предпочитаем не затрагивать эту тему – слишком больно нам всем вспоминать о случившемся. Но, маленькая леди, я не могу отказать в вашей просьбе и расскажу вам все, что мне известно.

Это несчастье случилось зимой. Шелдоны уехали в соседний городок в гости к друзьям. Дети же остались в замке под присмотром Беллы и Норы, у остальных работников был выходной. Они собирались прогуляться на лыжах по близлежащим заснеженным полям и покататься на коньках на залитом прямо во дворе катке. Коньки и лыжи маленькие Шелдоны очень любили, занимались с инструктором и прекрасно владели этими видами спорта. Родители спокойно отпускали детей на природу в любое время года. Ничего не предвещало беды…

Когда родители вернулись в замок, была сильная метель. Погода испортилась внезапно, до этого светило солнце, и день был хотя и морозным, но очень погожим. А теперь валил густой снег, дул ветер и почти ничего не было видно. В дверях их встретила взволнованная Белла.

– Вы, когда подъезжали к дому, случайно не встретили детей? – спросила она.

– Как? – удивились Шелдоны. – В такую погоду детей нет дома?

– Они ушли кататься на лыжах сразу после вашего отъезда, – ответила им Белла, – и пока еще не возвращались.

Шелдоны немедленно вызвали полицию. Те обыскали всю округу: проверили каждый поселок, все машины на дорогах округа, осмотрели все автобусные станции, близлежащие вокзалы и аэропорты. Лыжную колею давно засыпало снегом, и проследить путь детей оказалось невозможным.

Поиски были бесполезны: дети пропали. Утешало одно: несмотря на ненастный день и то, что метель замела все следы, не было найдено ни одного подтверждения их возможной гибели. Если бы они замерзли, попали под машину или поезд, утонули в ближайших водоемах или реках, наверняка нашлись бы какие-нибудь следы, но их не было, и надежда на благополучный исход их поисков еще теплилась.

После нескольких дней активных поисков возникла версия, что детей украли злоумышленники, чтобы получить выкуп у их богатых родителей. Полиция посоветовала ждать, пока они не объявятся. Ждали целую неделю – но ни звонков, ни писем не было. Потом еще, и еще одну, ничего не происходило, похитители так и не появились. К чести полиции надо сказать, что, несмотря на это, они продолжали работу, вновь и вновь проверяя уже проверенное и в то же время расширяя круг поисков до пределов всей страны.

С тех пор прошло четыре месяца. Полиция, так ничего и не добившись, прекратила поиски. Теперь на постоянной основе этим занимались только нанятые Шелдонами частные детективы. Полиция держала информацию о пропаже детей на контроле и готова была возобновить работу в любой момент, если появятся какие-то новые полезные сведения. Но пока такой информации не было.

Видя, как день и ночь на протяжении всех четырех месяцев убивается его жена, старший Шелдон понимал, что дольше оставлять ее в замке нельзя. Здесь все напоминало о детях, надо уезжать в Лондон. Надежда на то, что Криса и Лию найдут, таяла на глазах. Полицейские и частные детективы за это время негласно перетрясли уже всю страну, и было понятно, что если дети живы, то наверняка их вывезли за границу. Где в этом случае будут находиться старшие Шелдоны, было уже не важно, а замок за это время стал для них тяжким напоминанием о случившемся. Владельцы покинули свое имение.

После их отъезда все заботы по содержанию замка и его продаже легли на управляющего, мистера Хэнка. Мы с ним работаем на эту семью с тех пор, когда старшие Шелдоны были еще юными подростками. Мы помним даже то время, когда замок сдавался в аренду многочисленной семье американцев, еще до переезда в него настоящих владельцев.

Слушая Марту, дети скучали, а родители настороженно переглядывались. В глаза бросалось, что Марта говорила исключительно то, что Том и Ронни до этого нашли в интернете. Никаких подробностей от себя она не добавила – как будто сама не была прямым свидетелем этой истории, а слышала ее так же, как и большая часть населения в городе – из интернета, газет и от местных сплетниц.

Несмотря на это, они все же терпеливо дослушали рассказчицу до конца и ни одним жестом не подали вида, что то, о чем она говорит, им уже давно известно и они удивлены и озадачены ее поведением.

Когда Марта закончила, за столом на несколько минут воцарилось молчание. Домоправительница решила, что семейство переживает услышанное и, наверстывая упущенное, как ни в чем не бывало принялась доедать вареную картошку с печеными овощами. Слушатели же в это время думали каждый о своем, но ход размышлений у всех, очевидно, был один: «Что бы это значило? Почему Марта выдает заученный текст, а не рассказывает своими словами то, что сама видела и хорошо знает?»

Наконец заговорил Генри.

– Скажите, Марта, – осторожно начал он, – а вы сами не замечали чего-то особенного в поведении детей или окружающих их людей перед исчезновением?

– Нет, не замечала, – отчеканила та, как будто ожидая этого вопроса. – Крис и Лия были очень активными подростками и неугомонными озорниками. Их родителям и нам, работникам замка, приходилось с ними ой как несладко. Чего они только не придумывали…

Как-то раз без разрешения родителей они ушли в поход с деревенскими ребятами на дальнее озеро и, не успев вернуться до темноты, заночевали прямо в лесу. Представляете, что творилось в замке и его округе? А однажды они поймали раненного охотниками, истекающего кровью зайца, принесли его в замок и целую неделю прятали ото всех, пытаясь вылечить. Потом оказалось, что по ночам они его еще и выгуливали. А мы с Беллой и Норой, находя каждое утро пятна крови по всему замку, уже готовы были ложиться спать с ружьями в руках.

А чего стоила их идея заняться альпинизмом! Они где-то раздобыли снаряжение и начали тренировки, лазая по стенам и башням замка. Причем никого о своем новом увлечении не оповестили! Как вы понимаете, замок достаточно большой, а мы не всегда можем уследить за тем, кто где находится и что делает. Поэтому мой вам совет – держите своих озорников как можно ближе к себе. Когда отец увидел Лию рядом с флагом на замковой крыше, он чуть в обморок не упал.

А были случаи, продолжала она, когда дети прятались в замке в какие-то свои потайные места, и их никто не мог найти! Отец с матерью подключались к поискам, мы перерывали весь замок от подвала до мансарды, а потом вдруг оказывалось, что брат и сестра мирно спят в своих постелях.

Крис увлекался химией и очень любил проводить самые затейливые опыты. Где он доставал разные реактивы и химические материалы – одному богу известно, но замок не один раз был на грани катастрофы. Однажды на столе в каминном зале среди дня взорвалась огромная закупоренная им колба, в которой в соляную кислоту были добавлены шарики цинка. Если вы внимательно посмотрите на большой гобелен в каминном зале, то увидите на нем следы кислотных пятен, оставшиеся после того случая.

Мне и самой не раз приходилось вскакивать со стула, на который кто-то тайком подложил канцелярскую кнопку. Однажды эти проказники запустили воздушного змея, привязав к нему мои туфли. Ветер был сильный, запущенный змей на прикрученной к дереву веревке целый день болтался наверху, пока мы с Норой и Беллой перерывали весь дом в поисках пропавших туфель.

И подобных примеров можно привести множество. Самое главное, что родители почему-то все это терпели и не наказывали двойняшек за их проделки. На мой взгляд, в результате дети росли сильно избалованными. Я этого не одобряла.

– А что, – вмешалась в ее монолог Стефания, – у вас лично с двойняшками была какая-то вражда?

Под пытливым взглядом девочки Марта даже растерялась. Она поняла, что слишком разоткровенничалась, и не знала, что же теперь делать.

– Нет, что вы, – испугалась домоправительница. – Я очень любила детей, и они меня тоже, мы прекрасно ладили.

При этом в ее голосе слышалась нескрываемая фальшь. Стефания, казалось, и сама не ожидала, что вызовет у Марты такую реакцию. При этом ей как будто удалось открыть ящик Пандоры…

– Может быть, только когда мы спорили с ними из-за котенка, они обижались на меня, – попыталась оправдаться неожиданно загнанная в угол Марта.

– Что за котенок? – поинтересовалась Стефи.

– Да так, обычный рыжий котенок, – ответила Марта. – Дети, знаете, любят всяких котят, щенков. Вот и Крис с Лией нашли его брошенным на улице и, конечно, сразу притащили в дом. Отмывали мы этого котенка всем рабочим составом – он весь был перепачкан не то в саже, не то в клее и пыли. Изначально я была против животного в замке, но родители разрешили детям его оставить. Нянчились они с ним целыми днями. А сама я кошек не люблю, мне они и не нужны совсем, я на мышей мышеловки ставлю – и нет проблем.

– Как можно не любить кошек? – удивилась Стефания.

Марта опять напряглась под давлением настырных расспросов, но любопытный Том выручил ее.

– Скажите, – спросил он, – а куда же дети могли прятаться в замке на целый день, да еще так, что их не могла найти целая армия служащих во главе с родителями?

– Откуда я могу это знать? – раздраженным голосом ответила она. – Они же никому не сознавались, где были, когда их всюду искали. Почему вы меня об этом спрашиваете?

– Это же очень старый замок. Может быть, здесь есть какие-нибудь тайные ходы или комнаты? – вмешался в разговор Ронни.

– Понятия не имею, – отвела глаза в сторону Марта.

– Ронни, Том, Стефи, что вы пристали к Марте? Ей неприятно вспоминать эти подробности. Имейте чувство такта. – Элизабет, заметив, что разговор зашел в тупик, решила вмешаться и прекратить неприятный допрос домоправительницы за ужином. То, что Марта чего-то недоговаривала, было очевидно для всех. Но дальше сейчас развивать эту тему было бы слишком настораживающим, да к тому же, судя по всему, не имело смысла. Дети помогли маме убрать со стола, и после тяжелого дня все семейство с облегчением отправилось отдыхать в свои новые комнаты.

Глава 9

Внучка садовника

Beware of greeks bearing gifts.

Остерегайтесь греков, несущих дары.

Первая ночь семьи Томпсонов в замке оказалась неспокойной для всех. Дети еще никогда не ночевали ни в каком другом месте, кроме их и бабушкиного дома. Конечно, мальчишки уже вообразили, что приближающаяся ночь будет полна невероятных приключений, странных звуков и завываний за окном. Отчасти так и было: и дети, и взрослые с некоторым чувством тревоги подходили к своим комнатам. Путь к спальням пролегал по темной лестнице, где не было электричества, а свечи в канделябрах заранее не зажгли. Слишком долго на втором этаже никто не жил, и прислуга попросту забыла, что теперь и этот этаж на ночь снова нужно оставлять освещенным. Элизабет взяла в руки подсвечник и пошла впереди. Выглядело это как кадр из мистического фильма… И взрослые, и маленькие Томпсоны, затаив дыхание, осторожно ступали по отполированным до блеска каменным ступеням, помнившим еще самого Криса Шелдона. В этом таинственном сумраке портреты, казалось, провожали новых хозяев задумчивыми взглядами.

Элизабет вела за руку Стефанию, мальчишки же, как истинные сорванцы и проказники, то и дело порывались улизнуть на прогулку по темным коридорам.

– Там что-то шевельнулось, Том! – Если бы у Ронни была шерсть, в этот момент она поднялась бы на загривке.

– Где? – широко раскрыв глаза, прошептал Том.

– Там, в противоположной от нашего коридора стороне! Побежали туда! – И Ронни рванул вверх по лестнице. Том, конечно же, последовал за ним.

Эхо от топота их бегущих ног раскатилось по коридорам. Казалось, этот звук мог пробудить даже голубей под крышей, не то что работников замка.

Лицо Элизабет налилось доброй материнской «яростью», которая на самом деле абсолютно безвредна, но является главным кошмаром для детей всех стран и времен.

– Томас и Рональд Томпсоны! Быстро вернитесь! – Шепот Элизабет был спокойным и уверенным, но от него, казалось, даже стены вздрогнули.

Мальчишки нехотя вернулись.

– Мама, там было привидение! Честно! – взмолился Ронни.

– Мы идем спать, и я больше ничего не хочу слышать ни про какие привидения. – Элизабет снова прошла вперед, освещая путь.

– Только попробуйте ослушаться маму! – присоединился к словам жены Генри.

До спален дети добрались молча, стараясь как можно меньше шуметь. Элизабет поцеловала их на ночь и пригрозила близнецам пальцем:

– Том, Ронни, чтобы больше без ночных выходок!

– Да, мама, – согласились близнецы и скрылись в своей комнате.

– Стефи, милая, – Элизабет обратилась к дочери, – может быть, ты хочешь заночевать у нас с отцом? Чтобы тебе не было страшно.

Стефания сделала оскорбленный вид и, вздернув носик, ответила:

– Мама, о чем ты говоришь? Если вы с папой боитесь темноты, то вполне можете заночевать в моей комнате. Я ничего не боюсь!

Элизабет улыбнулась и, оставляя Стефанию у ее спальни, сказала напоследок:

– И все же мы не будем закрывать двери. На всякий случай!

– Совершенно зря! – ответила бесстрашная девочка и, захлопнув за собой дверь, закрыла ее на ключ.

Оставшись одна, Стефания принялась внимательно рассматривать свою комнату.

– Впервые ночую в музее! – проговорила она, обращаясь сама к себе.

Ее комната, как и комнаты других членов семьи, была действительно очень похожа на музей или декорацию фильма о Средневековье. Большая кровать, на которой маленькая Стефи могла потеряться, занавешивалась шторами, свисающими с тяжелого балдахина – чтобы утром ни один из лучей солнца не смог потревожить ее сон. Стены были расписаны благородными золотыми красками и рассказывали разные библейские истории. На фоне этих сюжетов висели двухметровые картины, изображавшие уже другие исторические сцены. Напротив кровати стоял массивный деревянный письменный стол с интересным сочетанием утвари: рядом с чернильницей и гусиным пером, возраст которых явно составлял несколько веков, располагался самый обыкновенный монитор с мышкой и клавиатурой. Такое невероятное сочетание предметов из разных времен показалось Стефании очень забавным.

Девочка переоделась в свою пижаму с олененком Бэмби, которую очень любила, и направилась в ванную – чистить зубы перед сном. В отличие от утонченного старинного дизайна спальни ванная была отделана на современный манер, все выглядело очень дорого. Огромное джакузи встретило Стефанию распростертыми объятиями, на крючках висели сухие белоснежные полотенца… Девочка включила воду, и из блестящего, как серебро, крана потекла теплая вода. Стефания собрала волосы, надела белый махровый халат и, как настоящая взрослая леди, принялась за вечерние процедуры. Хотя все так и было: сейчас она леди и живет в своем собственном замке, как королева Анна Стюарт или Елизавета.

Близнецам первоначально предназначались две разные комнаты. Но до этого момента близнецы всегда ночевали вместе, а в спальне у Ронни как раз стояла двухэтажная кровать, так что они и сейчас решили объединиться. Отделка стен в их спальне была такой же, как у Стефании, только не золотой, а синей. Мальчики увидели у себя много детских вещей и игрушек. Они не были раскиданы, но виднелись в укромных уголках, которые любопытные близнецы и незамедлительно исследовали, стоило только родителям закрыть двери. Эти вещи были как будто забыты при уборке и валялись то тут, то там, совершенно одинокие, и вызывали жалость. В этой комнате явно недавно жили дети, но следы их пребывания кто-то неумело хотел скрыть. Логически поразмыслив, близнецы пришли к выводу, что как раз в их спальне и проживали исчезнувшие двойняшки Шелдон.

Генри и Элизабет приготовились ко сну и уже было легли в кровать, когда Элизабет не выдержала и последовала порыву пойти проведать детей. Ей, как и любой матери, было тревожно оставлять их в одиночестве на новых местах, хоть они с мужем и были рядом. Генри присоединился к ней. Тихонько заглянув в каждую из спален и убедившись, что у детей все в порядке, взрослые вернулись к себе и быстро заснули.

Однако дети не могли так быстро и блаженно уснуть. Когда заглянули родители, Стефания молниеносно закрыла глаза, изображая спокойный и беззаботный сон. На самом деле ее голова еще полночи была полна серьезными взрослыми мыслями. Она вспоминала разговор с Мартой, анализировала услышанное, выделяла подозрительные моменты и планировала свои дальнейшие действия. У девочки был пытливый ум, который не позволял ей оставлять без внимания появляющиеся сомнения. Окончательно она заснула лишь в тот момент, когда вспомнила о рыжем котенке, и стала представлять его пушистую мурлычущую мордочку у себя на груди. В какой-то момент ей даже привиделось, что котенок запрыгнул на кровать и уснул вместе с ней, сладко вытянув на свежих простынях свои лапки и хвост.

Ронни, лежа в постели, вспоминал о том, как они обходили замок, и думал, какие же тайны все-таки могут скрывать эти стены. В полудреме ему вспоминались все фильмы ужасов, которых за свою жизнь он пересмотрел невероятное множество. Самые страшные чудовища из них будто ожили в фантазиях мальчика и прямо сейчас разгуливали по темным и пустынным коридорам. А Том, будучи озорным подростком, думал, что завтра надо бы сделать костюмы привидений для себя и Ронни. Заснул он с мыслью о том, как в образе привидения будет гоняться за Мартой, а она будет забавно размахивать руками и в ужасе звать на помощь.

Несмотря на тревожную ночь, первое утро на новом месте выдалось прекрасным. Погода была солнечной, в парке за окнами щебетали птицы, деревья шумели молодой зеленой листвой, где-то с другой стороны дома слышался шум работающей газонокосилки, а воздух был наполнен сочным запахом свежескошенной травы.

Стефания, как всегда проснувшись первой, оделась, умылась и прошлась по комнатам других членов семьи, устроив всем срочную побудку. Марта, которая поднялась ни свет ни заря, уже успела накрыть стол для завтрака. Это не входило в ее обязанности, однако ей очень хотелось прийтись по душе новым хозяевам, и она старалась предвидеть любые их желания. Когда семья спустилась, в воздухе витал соблазнительный аромат свежесваренного кофе, а на столе дымилась огромная сковородка с омлетом. Томпсоны постигали азы жизни миллионеров. Вместо того чтобы готовить, они просто сели за стол и стали наслаждаться происходящим.

За завтраком составили план работы по переустройству замка и распределили между собой текущие задачи. Решили кардинально ничего не переделывать. Во-первых, это касалось выполнения соответствующих пунктов договора купли-продажи замка, а во-вторых, интерьеры были настолько хорошо продуманными и несли такую историческую ценность, что принципиально что-то менять не имело никакого смысла.

Им хотелось просто устроить новое жилище под себя, следуя устоявшимся вкусам и потребностям членов семьи. Например, частично поменять шторы и занавески на окнах, переставить, заменить или дополнить мебель, купить новое постельное белье, разместить на новых местах привычные вещи, привезенные из старого дома, найти места и развесить на стенах свои фотографии и картины.

После завтрака Генри с Элизабет и Мартой уехали за покупками. В доме осталась только прислуга и дети. Том и Ронни, как и было намечено за завтраком, отправились разбирать складские и хозяйственные комнаты подвала. Управляющий с прислугой запаковывали последние вещи, которые должны были отправиться к бывшим владельцам в Англию.

Стефания же страдала от безделья. Поручение разобрать сумки с мелкими сувенирами ее совсем не устраивало. Она осталась практически одна во всем этом огромном пространстве, и ее душа жаждала приключений и расследований. А тут какая-то монотонная работа по сдуванию пыли со старинных маминых статуэток и папиного набора раритетных кинжалов! Нет, такими делами пусть занимаются гувернантки. Леди Стефания оставила сувениры неразобранными и пошла гулять по замку в поисках чего-то интересного и будоражащего воображение. С самого утра ее волновал звук газонокосилки, который доносился с заднего двора и не умолкал до обеда. «Уже можно было половину Канады скосить! Что же там происходит? Непорядок!» – подумала девочка, вышла из дома и направилась прямо в ту сторону, откуда доносился шум. Садовник Питер, увидев приближавшуюся к нему маленькую хозяйку замка, заглушил машину и вежливо поздоровался.

– Здравствуйте, а что вы так долго косите? – прищурившись, недоверчиво спросила Стефи.

– Траву, мисс Томпсон, – простодушно ответил ей добрый садовник.

– Хм… хм… А можно мне с вами поговорить? – продолжила свой допрос Стефи.

– Конечно, конечно, – закивал садовник, отодвигая газонокосилку в сторону, – чем я могу быть вам полезен?

– Давайте присядем, – предложила Стефания, направившись к стоящей рядом скамейке. Они сели, и садовник вопросительно и приветливо уставился на девочку.

– Питер, вы ведь давно здесь работаете? – спросила она. – Расскажите мне, пожалуйста, что вы знаете об исчезновении детей? Об их друзьях, учителях, воспитателях, Марте и вообще о всех, кто был с ними близок? Да, и еще: вы случайно не знаете, куда делся маленький рыжий котенок, который был их любимцем?

Питер глубоко задумался, снял кепку и помял ее в крепких рабочих руках. На его лице можно было прочитать желание помочь и некоторую растерянность.

– Не ждите от меня многого, маленькая леди, – наконец заговорил он. – Я очень любил Криса и Лию и учил их самым простым житейским вещам. Я рассказывал им, как разбираться в растениях и ухаживать за ними, понимать язык птиц и животных, угадывать погоду, ходить по канату, запускать воздушных змеев и многому другому. Очень часто они подходили ко мне так же, как и вы сейчас, и просили поиграть с ними, когда мне самому нужно было косить газон или поливать цветы. Я шел навстречу маленьким хозяевам и посвящал им все свое время. После, конечно, мне нередко попадало за это от управляющего Хэнка, потому что я якобы не справлялся со своими обязанностями из-за общения с детьми. На самом деле со всем я справлялся – я работаю в этом замке больше десяти лет и знаю каждый сантиметр сада как свои пять пальцев. Но никто не приветствовал наше общение, потому что я обычный садовник, работаю на улице и очень редко захожу в дом, а у детей были специально нанятые воспитатели.

Крис и Лия, хотя и были отпетыми сорванцами, все же отличались вежливостью, умом и послушанием. Со всеми здесь у них были хорошие отношения. Особенно ребята были дружны с молоденькой девушкой Дией, которая в то время служила у Шелдонов гувернанткой.

– А недоброжелатели у детей были?

При этом вопросе Питер сразу помрачнел. Какое-то время он смотрел вдаль, собираясь с мыслями. Затем он повернулся к Стефании и, заглядывая ей в глаза, произнес:

– Маленькая леди, вы как две капли воды похожи на Лию. Когда я увидел вас впервые, мое сердце сжалось при воспоминании о юной мисс Шелдон. Я вижу, что у вас доброе и благородное сердце, и поэтому кое-что вам скажу. Насколько я знаю, управляющий Хэнк и помощница Марта не нашли взаимопонимания с детьми. Но ребята никогда не делились со мной своими секретами, только играли и помогали ухаживать за цветами. Думаю, вам надо поговорить с моей внучкой Мэй, она была очень дружна с Крисом и Лией.

Стефания уже собиралась поблагодарить Питера и уйти, как он остановил ее.

– Да, – вдруг вспомнил Питер, – котенок, про которого вы спрашивали в самом начале. Он действительно почему-то исчез одновременно с ними. Но самое интересное: мне недавно показалось, что я снова видел его.

– А где вы его видели? – осторожно спросила Стефи, не веря в собственную удачу. Первый разговор, а она уже получила столько драгоценных сведений!

– Примерно две недели назад, – задумчиво продолжил садовник, – когда Шелдоны уже отбыли в Англию. Вечером, закончив свою работу, я закрывал двери в дом. Я делаю это каждый день – это моя обязанность и ритуал. Я проверил замки на всех окнах и дверях, погашен ли свет во всех помещениях, закрыты ли ставни на всех этажах. Затем через центральный вход я зашел в главный холл. Свет и здесь был потушен, все остальные уже ушли.

Я не стал включать свет, по привычке попрощался с рыцарем, передавая ему вахту, и уже стал поворачиваться к выходу, чтобы уйти, как вдруг словно почувствовал на лестнице какое-то движение. Протянув руку к ближайшему выключателю, я быстро нажал на него. Загорелись настенные бра, и в этот момент я увидел на лестнице котенка. Вернее, это был уже не котенок, а молоденький рыжий котик. При виде меня он зашипел, выгнулся дугой и будто окаменел в замешательстве. Было видно, что он боялся людей.

Рыжий гость простоял несколько секунд на верхних ступенях лестницы и моментально скрылся из виду, спасаясь бегством. Несмотря на то что я не желал ему зла, он почему-то очень сильно меня испугался. Я видел его отчетливо и смотрел в оранжево-зеленые глаза, которые в свете ночных бра блестели, как изумруды. Я думаю, это был именно тот повзрослевший малыш, за время своего отсутствия он вполне мог вырасти до таких размеров. Просто это происходило не у нас на глазах. Наутро я рассказал об этом рыжем коте горничным, но меня подняли на смех. Они убирали в доме каждый день и кота бы точно увидели.

Стефания многозначительно кивала, слушая садовника и стараясь запомнить каждую деталь разговора. Все могло оказаться важным впоследствии, даже если сейчас ей так не казалось. Как говорил ее любимый герой Шерлок Холмс: «Вообще-то незначительные детали обычно важнее всего».

– Скажите, а как мне найти гувернантку Дию и вашу внучку Мэй?

– Очень просто, – ответил тот, – Мэй, как обычно, в полдень принесет мне сэндвичи и кофе, а Дия как раз сегодня вместе с мужем приводит в порядок свой земельный участок совсем недалеко от замка. Я могу показать, где это.

Вместе они вышли из ворот, прошли немного влево вдоль крепостных стен и остановились на повороте у второй по счету башни. Стефания еще ни разу не гуляла за воротами. Мощь и величина строения, видимая снаружи, поразила ее до глубины души. Еще раз она почувствовала гордость за то, что ее случайная затея с лотерейным билетом переросла в такое невероятное приключение. Оглянувшись, она опустила взгляд в ров, и ее глаза округлились.

– Ого, как глубоко!

– Представьте, маленькая леди, что в прошлом этот ров был наполнен водой, кишащей хищными рыбами, которых сам господин Крис Шелдон привез из дальних путешествий в Африку и на экзотические острова. Ни один враг бы не выжил в водах этого рва! А вот там, – Питер указал загорелой рукой вдаль, – как раз работают на своих полях Дия и ее муж Стеван. Вы идите к ним, а я вернусь в сад. Нехорошо мне выходить в рабочее время за пределы замка.

Стефания поблагодарила садовника и направилась в сторону работающих людей. Подойдя ближе, Стефи окликнула Дию. Та удивленно оглянулась и приложила руку ко лбу, чтобы против солнца рассмотреть лицо девочки.

– Я Стефания, наша семья недавно заселилась в замок, – проговорила Стефи, протягивая руку и предвосхищая вопрос Дии.

Новое знакомство оказалось приятным. Дия и ее муж были молоды, им обоим было от силы по двадцать пять лет. Они были веселыми и приветливыми, чем сразу очень понравились девочке.

– Я хотела задать вам несколько вопросов. Первый – что вы знаете о пропавших в замке детях?

Стефания поняла, что поторопилась с этим вопросом, когда Дия закрыла лицо руками и расплакалась. Стеван обнял жену и начал успокаивать.

– Извините меня, – попросила Стефи, – я не хотела вас ранить своим любопытством…

– Ты тоже меня извини, малышка, – ответила Дия, глядя на девочку и утирая слезы передником. – Но я не смогла сдержаться. С того злополучного дня, когда дети не вернулись домой, у меня каждый раз, когда я слышу их имена, на глаза наворачиваются слезы. А ты так похожа на Лию. Она была почти такой же маленькой, как ты. При виде тебя мне даже показалось, что это она пришла к нам. Но у тебя другой голос, иначе я бы, наверное, упала в обморок. Когда я устроилась на работу в замок, ей было десять лет. Больше двух лет я была главной воспитательницей детей. И это были два счастливых года для нас. Мы были так дружны. И про их родителей могу сказать все только самое хорошее. Очень достойные люди.

Все, что рассказала дальше Дия, было уже известно Стефании. В основном это были эмоциональные воспоминания, которые брали за душу, но, увы, не представляли для расследования никакой ценности. Видя, как трудно давался женщине этот разговор, девочка уже хотела было прекратить его, но в последний момент решила задать еще пару вопросов.

– Скажите, Дия, – поинтересовалась она, – а что вы можете сказать о Марте, почему она не нашла общий язык с детьми?

Упоминание о помощнице по хозяйству вызвало у Дии крайне неожиданную реакцию. Слезы на глазах Дии вдруг высохли, она подняла глаза на Стефанию и с каменным лицом, близким к отвращению, процедила сквозь зубы:

– Скажи, если чудесные, воспитанные дети подкладывают взрослым людям на стул кнопки, солят воду, перчат пищу и всячески высказывают протест своими поступками, то их родители должны о чем-то задуматься?

Дия сделала многозначительную паузу, которая говорила о том, что прямо возможно ничего не скажет, но пищу к размышлению Стефании даст.

– Ты сейчас спрашивала меня о том, как однажды дети не вернулись из похода на озеро, – продолжала она, – и как в следующий раз они где-то на целый день спрятались ото всех в самом замке. Да, так и было, но оба раза в эти дни на работе не было ни меня, ни второй гувернантки, а родители куда-то отлучались. Дети оставались с Мартой и Хэнком. Куда они прятались, я не знаю – замок большой. Но причина такого поведения напрашивается сама собой, и это не просто отсутствие взаимопонимания, а что-то другое, явно нехорошее. Я считаю, что Марта и Хэнк – странные и даже опасные люди. В конце концов я не выдержала и сказала об этом хозяину, но он переговорил с управляющим, и в тот же день без объяснения причин меня уволили. Это произошло всего за неделю до пропажи детей.

– Значит, вы не любили Марту и Хэнка? – уточнила Стефи.

– Малышка, ну при чем здесь любовь или ненависть? – ответила Дия. – Когда у тебя растут дети, твоя задача – оградить их от любых опасностей. Еще раз повторяю: я считаю управляющего и помощницу по хозяйству нехорошими людьми. Это не потому, что я лично их не люблю, а из-за того, что я сама видела и слышала в замке. И ведь так же думали и многие другие слуги: мне говорили, что в доме частенько творилось что-то необычное.

– А что именно? – заинтересовалась девочка.

– Ну, все сейчас не вспомню, – замялась Дия, пряча глаза, – разное. Вот помню один эпизод прошлым летом, когда хозяева с детьми были в отъезде. Случилось странное происшествие. Это был выходной день, и в замке никого не было. Случайно, по каким-то своим делам, в замок зашел повар старых хозяев, Рауль. Это был вечер. Сделав то, что хотел, он уже собирался уйти, но вдруг увидел в окнах нескольких комнат свет за шторами и еще тени людей за ними.

Рауль подпер двери в дом и вызвал полицию. Стражи порядка приехали быстро, обыскали весь замок, но никого подозрительного не нашли. Все бы ничего, но, когда полицейские уезжали, в числе провожающих, кроме повара, вдруг оказались и Марта с Хэнком. Фокус был в том, что, впустив через крепостные ворота полицейских, Рауль тут же закрыл их изнутри и, помогая приехавшим, больше никому не открывал. Похожие случаи иногда повторялись, но владельцам про это никто не говорил.

– А что с котенком? – спросила вдруг Стефания. – Вы не знаете, где он?

– Нет, не знаю, – ответила гувернантка, – он был любимцем детей, а куда исчез – сказать не могу, ведь я уже там не работала, и в замок меня бы даже не впустили. Знаешь, бывает такое, что когда питомец слишком привязывается к хозяину, между ними образовывается невидимая связь. И когда хозяин, – при этих словах Дия снова всхлипнула, – исчезает, животное тоже уходит за ним. Не думаю, что пропажа детей как-то связана с пропажей и котенка. Скорее всего, он просто убежал, не найдя себе больше компании для игр в замке. Знаешь что? Поговори с внучкой садовника про это, вы наверняка найдете общий язык и даже можете подружиться.

Стефания поблагодарила Дию и Стевана, развернулась и пошла обратно по направлению к замку. Рассказ Дии ее очень растрогал, и девочка возвращалась домой в смутных и расстроенных чувствах. Но когда она вошла в ворота, ее настроение сразу улучшилось: на лавочке в саду сидел садовник Питер, а рядом с ним – темноволосая девочка, державшая на коленях плетеную корзинку с едой. Стефания направилась к ним. Она радовалась не только возможности разузнать что-то еще, но и перспективе обретения новой подружки. Все-таки она была в первую очередь маленькой девочкой, а уже потом Шерлоком Холмсом.

Внучка Питера была уже в курсе дела. Как только она увидела Стефанию, ее лицо озарилось улыбкой. Она замахала ей рукой, как старой знакомой, и побежала навстречу.

– Привет! Я Мэй, – представилась она.

– Мэй, нам очень надо поговорить, – заговорщически понизив голос, обратилась Стефи к своей новой подружке. Глаза Мэй загорелись: только состоялось знакомство, а она уже зачем-то нужна новой хозяйке замка. Мэй оставила дедушке корзинку с едой, и девочки пересели на соседнюю лавочку.

Они сразу же нашли общий язык. Мэй выслушала Стефанию и грустно подтвердила, что все это правда. И про детей, и про их родителей, и про Марту с Хэнком, и про рыжего котенка.

– Как бы я хотела помочь, – громко вздохнула Мэй.

– Уверена, что ты можешь! – ответила Стефания. – Подумай, куда, например, могли на целый день спрятаться ребята в тот раз.

– О, это запросто, – перебила ее внучка садовника, даже не дослушав. – Я же тогда вместе с ними пряталась, это была наша общая тайна.

От полученного известия Стефи онемела.

– Рассказывай, – придя в себя, проговорила она.

– Хорошо, слушай. Крис был страшно влюблен в замок и грезил его тайнами. Его предок Крис Шелдон, который это все построил, был для него настоящим кумиром. Крис изучал историю разных старинных замков по всему миру и, конечно же, историю своего собственного. Восстанавливал утерянный проект его строительства, пытался узнать, какие тайны может скрывать это здание. Его часто можно было застать в библиотеке за чтением старинных книг по архитектуре и строительству, которых там не счесть. Результаты своих исследований Крис не рассказывал никому, но я могу предположить, что ему все же удалось раскрыть часть из тайн этого замка…

– Думаешь, тут их много?

– Десятки, если не сотни! – проговорила Мэй, понизив голос. – Тебе еще предстоит с ними столкнуться. Но если бы не Лия, Крису не удалось бы так далеко продвинуться в исследованиях. Сестра ему во всем помогала: они вместе обмеряли помещения, простукивали полы и стены, проверяли влажность и температуру поверхностей, изучали распространение тепла и звука в конструкциях здания. Ты уже слышала, что Крис увлекался химией? Кроме этого его интересовала и физика. Для меня эти все их занятия были очень далеки – Крис и Лия знали всегда гораздо больше, потому что их родители нанимали им дорогих репетиторов, а я только ходила в обычную школу. Поэтому, когда они разговаривали, я часто не все понимала. Но кое-что все-таки из их разговоров запомнила.

Крису и Лие удалось узнать очень многое. Так как мы теперь подруги и ты к тому же являешься хозяйкой замка, я могу рассказать тебе все, что знаю, но ты должна дать мне клятву, что никому больше об этом не поведаешь. Извини, конечно, но я так же давала клятву и обещала Крису и Лии хранить их тайну.

Наступила пауза, Стефания минуту размышляла, а затем, посмотрев на Мэй, предложила:

– Я смогу поклясться, только если ты разрешишь мне ввести в курс дела братьев. У нас нет друг от друга секретов, и это дело мы ведем вместе. Если хочешь, я могу поручиться за них.

Слова Стефании прозвучали так официально и деловито, что теперь на минуту задумалась Мэй.

– Ладно, – после выдержанной паузы сказала она, – если ты за них ручаешься и они дадут такую же клятву, то, так и быть, посвятим и их. Пока это так – мелкие секретики, а не настоящие тайны. Зови своих братьев.

– Они в замке, пойдем туда, – потянула ее за рукав платья Стефания. Мэй отбежала, чтобы попрощаться с дедушкой, и, вернувшись, зашагала вместе со Стефанией к дверям замка.

На площадке перед центральным входом стоял черный фургон, который девочки обогнули и тут же столкнулись с выходящими из дома управляющим Хэнком и его помощниками. Они выносили для погрузки в автомобиль упакованные в картонные коробки и целлофан вещи бывших владельцев.

Пропустив рабочих, девочки вошли в замок. Дверь в каминный зал была открыта. Мальчишек они обнаружили в последней комнате левого крыла подвала, где хранились картины, чеканка, гобелены, вышивка, рамы, подрамники и другая музейная утварь. Ранее, утром, Том и Ронни получили задание помочь в приведении этого помещения в порядок, но их работа в основном заключалась в том, что они рассматривали старинные книги и сувениры.

Стефания представила Тому и Ронни свою подругу и, пока ее братья обменивались с Мэй приветствиями, чуть не сгорела от нетерпения. Как только формальности закончились, Стефи наконец-то выпалила:

– Вы себе даже не представляете! Мэй знает тайны замка, она дружила с пропавшими детьми!

Мальчишки от удивления раскрыли рты и тут же начали засыпать Мэй вопросами.

– Это правда? Расскажи нам, расскажи! Тут действительно есть привидения? А скелеты, замурованные в стенах? И тайные ходы? – спрашивали они наперебой, так что не было понятно, кому на какой вопрос следует отвечать.

– Конечно, правда, – улыбнулась в ответ девочка. – Пойдемте скорее, я вам все покажу! Давайте начнем с каминного зала, нам нужно попасть в него, пока там никого нет.

Дети помчались к центральной лестнице, чтобы подняться наверх, и через минуту уже входили в каминный зал. Им повезло: он пока что пустовал. Служащие были на улице и под руководством управляющего загружали машину.

– За мной, – скомандовала Мэй, направляясь в сторону камина.

Подойдя к нему, девочка шагнула вглубь под вытяжной колпак, двинулась влево и вдруг пропала. Стефания с братьями не могли поверить своим глазам: Мэй только что была здесь, и вот – ее уже и след простыл!

– Бегом, все сюда, – донесся из камина приглушенный голос, принадлежащий новой знакомой.

Ребята подбежали к камину. Том и Ронни медлили и не хотели заходить: они прекрасно запомнили тот раз, когда перемазались в саже и их хорошенько за это отругали.

– Чего стоите? Полезайте внутрь! – скомандовала Стефания и решительно подала братьям пример, последовав за Мэй в неизвестность. Братья, недолго думая, повиновались. Здесь их ждало новое открытие: левая часть камина, утопленная в стену, сейчас имела узкий открытый проход. В нем стояла Мэй и махала рукой, приглашая последовать за собой.

Но тут сзади послышался шум открывающейся входной двери и приближающийся топот ног сразу нескольких человек…

Глава 10

Что скрывает пантера

Forewarned is forearmed.

Предупрежден – значит вооружен.

Дальше медлить было нельзя! Попасться было слишком опасно – разве можно быть рассекреченными в самом начале расследования? Поэтому, чуть не сбив с ног опешившую Мэй, ребята по очереди протиснулись в узкий дверной проем и попали в новое помещение. Мэй сделала быстрое движение рукой, и проход закрылся.

Дети оказались в полной темноте. От неожиданности Стефания прижалась к Тому и застыла в ожидании дальнейших событий.

– Где здесь включается свет? – шепотом спросил Том.

– Даже и не думай об этом! А вдруг нас увидят? – отчитала брата Стефи.

– Выключателей здесь нет, но можно посветить фонариком, – вмешалась Мэй.

Покопавшись в кармане, Том достал мобильный телефон и включил встроенный фонарик. Ребята наконец-то смогли разглядеть, где находятся.

Их окружали ровные гладкие стены и низкий потолок. Поверхность стен была облицована небольшими серыми каменными плитками, похожими на кирпичики. На потолке были видны маленькие, покрытые паутиной отверстия, скорее всего, для вентиляции. В дальнем от входа углу на высоких крепких ножках стояло деревянное кресло с ободранной выцветшей обивкой и широкими подлокотниками. В небольшом замкнутом пространстве всем было как-то не по себе.

– Напоминает зубоврачебный кабинет, даже кресло есть! – решил пошутить Том, но его голос прозвучал как-то неуверенно.

– Очень смешно, Том! – упрекнула Стефания и, подперев свой маленький подбородок рукой, очень важно и задумчиво произнесла:

– А действительно, зачем тут нужно кресло?

– Тихо! – Мэй поднесла палец к губам. – Смотрите!

Она передвинулась в угол помещения справа от входа и протянула руки к стене на уровне своей головы. Напротив них находилась плитка, к которой зачем-то была приделана ручка в виде скобы. Скоба была железной, вся поржавела от влаги и была покрыта какой-то слизью. Мэй взялась за нее рукой, и ее ладонь и пальцы сразу окрасились в грязно-рыжий цвет. Мэй поморщилась и, прежде чем потянуть ручку на себя, попросила: «Выключите скорее свет». Том выключил фонарик, и в комнате снова воцарилась кромешная тьма.

Неожиданно ее прорезали тоненькие лучики света. Они шли из того самого места, где только что в углу темнота поглотила руки Мэй. Одновременно ребята услышали глухой звук, с которым что-то тяжелое упало на пол. Когда лучи света полностью осветили Мэй, они увидели, что тяжелый рухнувший предмет – это плитка приличной толщины, которую Мэй только что вынула из стены.

Вместе со светом в комнату ворвались и звуки. Ронни тихо подошел к образовавшемуся в стене проему. За нишей от снятой плитки виднелись три отверстия, они-то и пропускали в комнату звуки и дневной свет. Видимо, эти отверстия были хорошо замаскированы в кованых или чугунных деталях наружной отделки камина. «Надо будет потом посмотреть, как это выглядит снаружи», – подумал он.

В открывшиеся дырки просматривалась значительная часть левой половины каминного зала, но главное – было очень хорошо слышно все, что там делалось. Замкнутое пространство тайного помещения отлично улавливало и аккумулировало звуки из разных уголков большого зала. Сейчас там находилось несколько человек, которые ходили туда-сюда, переносили вещи, переговаривались между собой и периодически ругались, как отпетые морские волки. Ребята, затаив дыхание, прислушивались к их голосам – можно было разобрать каждое слово.

– Вот это да, – прошептал Том, и его глаза округлились. – Разве такое бывает по-настоящему?

Ронни поднял с пола плитку и водрузил ее на место – свет потух. Через минуту Том включил свой фонарик, и ребята снова встретились взглядами. На всех лицах застыло одно выражение – глубокое удивление.

– Я поняла, зачем здесь это кресло, – сказала Стефания. – Это же место для шпиона. Очень предусмотрительно! Здесь, наверное, отдыхал человек, который долгое время следил за людьми в зале.

– Правильно, – согласилась с ней Мэй, – мы когда-то тоже так решили. Целый день ведь на ногах не простоишь.

– Интересно, – подал голос Ронни, – а если зажгут камин, мы здесь не зажаримся?

– Не бойся, – ответила Мэй, – все нормально. Между нами и топкой стена из специальных пористых булыжников, и еще здесь есть хорошая естественная вентиляция. Когда мы с Крисом и Лией впервые обнаружили это место, то тоже испугались, что сгорим! Как сейчас помню: это была зима, и как раз должен был прийти рабочий растопить камин. Как назло, он начал его растапливать как раз в тот момент, когда мы были в комнате. Мы не на шутку испугались, не зная, что лучше – выдать себя и раскрыть всем нашу тайну или, не дай бог, сгореть заживо! Но рабочий действовал быстрее, чем мы принимали решения: через минуту камин уже полыхал. Рабочие пользуются специальной жидкостью для розжига: она позволяет дровам загореться в считаные минуты. Мы уже попрощались с жизнью, когда поняли, что огонь не причиняет нам вреда. Конечно, здесь было очень тепло, даже жарко, но дышалось терпимо.

– А что мы теперь будем делать? – спросил Том.

– Придется ждать, когда все уйдут. Иначе нас рассекретят, и от конспирации не останется и следа, – ответила ему Мэй.

– Да, надо было взять с собой воду, еду, одеяла, как в поход. А так ноги устанут, стул всего один… А сколько нам так стоять, неизвестно, – Том надул губы и сделал недовольное выражение лица, удрученно скрестив руки на груди.

– Хватит ныть! – Стефания посмотрела на брата как на обиженного ребенка. – Будем ждать столько, сколько надо.

Просто так стоять было скучно, и через некоторое время Том выключил фонарик, Ронни снова вытащил плитку, и ребята стали наблюдать за происходящим в зале. Кресло решили использовать для отдыха по очереди, когда совсем устанут ноги. Пока его делили между собой Стефания и Мэй, мальчики решили рискнуть и присесть на пол. На это они получили моментальную реакцию сестры:

– Томас и Рональд! Что вы творите? Разве мама не учила вас не сидеть на холодном?

Близнецы моментально подскочили – как будто рядом была сама Элизабет.

– А она иногда – точная копия мамы, – шепнул Том на ухо Ронни.

– Особенно когда злится. Одно лицо! – согласился брат.

Близнецы тихонько захихикали и, поглядывая на Стефанию, всем своим видом давали ей понять – у них от сестры есть свои секреты. Но девочка вовсе не расстроилась. Вместо этого она угрожающе взглянула на них, намекнув в ответ, что лучше бы им сейчас помолчать. Увидев свирепый взгляд маленькой Стефи, братья моментально втянули головы в плечи и утихли.

Прошел еще примерно час. В замкнутом пространстве тесного, неуютного помещения это время показалось ребятам целой вечностью.

И тут они услышали, как в каминный зал зашли Генри, Элизабет и Марта.

– Вы не видели детей? – спросила Элизабет у управляющего, который все это время командовал рабочими и находился в зале.

– Они были во дворе примерно час назад… С тех пор куда-то делись. Вам нужно за ними лучше следить, миссис Томпсон.

– Что вы имеете в виду, мистер Хэнк? Я слежу за своими детьми так, как это требуется.

– Этот замок огромен, и в нем много тайн. Это вы знаете прекрасно. А дети очень любопытные, особенно белокурая мисс Томпсон. Я бы на вашем месте сильно урезал их свободу и вседозволенность.

При этих словах маленькие шпионы затихли, вслушиваясь в то, что будет происходить дальше.

– Благодарю вас за заботу, мистер Хэнк. Я как-нибудь справлюсь с вопросом свободы своих детей сама, а если у меня возникнут вопросы, посоветуюсь с мужем.

Стефания, Том и Ронни, даже находясь в тайной комнатке, почувствовали, как щеки их мамы покрылись багровым румянцем возмущения и негодования.

– Не подумайте ничего неподходящего, миссис Томпсон. Я всего лишь хотел предупредить. Все мои слова на благо, лишь на благо…

В этот натянутый разговор вмешался Генри, и родители ушли наверх.

Дослушав взрослых, дети переглянулись. Они ждали того момента, когда рабочие закончат свои дела и можно будет выбраться из своего укрытия и обсудить услышанное. Наконец, каминный зал опустел – из него вынесли все упакованные вещи. В зале остались три человека: управляющий Хэнк, Марта и последний рабочий, который наводил в зале порядок. В тайной комнате уставшие узники считали минуты до освобождения. Ронни стоял у смотровой ниши, Стефания скучала в кресле, Том и Мэй сидели на корточках у стен, по разным углам помещения.

Наконец-то последний рабочий попрощался и ушел, а Хэнк и Марта, обсуждая какие-то хозяйственные вопросы, тоже двинулись к выходу. Дети, с таким нетерпением ожидавшие их ухода, уже начали ликовать. Сейчас их совершенно не интересовал разговор этих взрослых людей; важным было только одно – вырваться из своей западни!

Вдруг в зале снова послышались голоса. Стефания медленно сползла с кресла и тихонько переместилась к стоящему у ниши Ронни. При этом она рукой подала всем знак «слушайте!» Том и Мэй, которые уже рисовали на пыльном полу найденной палочкой крестики-нолики, тоже моментально подскочили и стали вслушиваться в разговор. К сожалению, дети пропустили начало и им достались только обрывки важных фраз…

– Хэнк, ты что о себе думаешь? Прекрати цепляться к Томпсонам! – Марта набросилась на него с упреками за инцидент с Элизабет, как питбуль на щенка.

– Я всего лишь хотел их предупредить!

– Твои предупреждения сейчас не к месту! Не хватало, чтобы перед отъездом ты все испортил. Хочешь, чтобы Томпсоны нас уволили?

– Этого не случится.

– Не играй с огнем, Хэнк! Я говорила тебе не раз!

– Говорила, говорила. Ты бы мне лучше сказала, откуда они могли узнать про котенка? – спросил управляющий.

– Мой ответ тебе прекрасно известен: я НЕ знаю! – последние слова Марта произнесла отчетливо, как бы разжевывая их для управляющего. – Видимо, у кого-то из прислуги длинный язык. Надо будет с этим что-то решить.

– Решить с прислугой? – снова недоуменно спросил Хэнк.

– Болван, с котенком. А если язык свой не начнешь держать за зубами, то и с тобой! – грубо оборвала его Марта. Через секунду звонкие металлические каблучки Марты и мелкие глухие шаги Хэнка направились в сторону выхода. По дороге Марта все еще недовольно ворчала.

– Ничего себе, – пробормотал под нос Ронни, вылезая из камина.

– Что, опять весь заляпался? Взбучки от мамы тебе не хватило в тот раз? – спросил его Том.

– Нет, это он про рыжего котенка, – ответила за брата Стефания. Она сама была еще под впечатлением от услышанного, но уже пыталась все проанализировать.

Пока никто не зашел, Мэй показала, как отодвигается потайная дверь. На боковой стенке камина, прикрывавшей проход в тайную комнату, была прикреплена литая чугунная голова пантеры. Если повернуть ее определенным образом, стенка по рельсам мягко сдвигалась внутрь камина, и – пожалуйста – проход открыт. Те самые потайные отверстия, через которые Ронни наблюдал за происходящим в зале, как оказалось, были спрятаны в чуть приоткрытом шлеме одного из рыцарей, украшавших камин снаружи.

– Вот это мы перемазались! – всплеснул руками Ронни, рассмотрев свою одежду при свете. Во время проведения операции дети изрядно выпачкались в саже и теперь выглядели как трубочисты. Первым делом нужно было уничтожить следы своих похождений. Пока их никто не увидел, надо было отмыться от пыли и сажи, оставшейся на одежде после освобождения из тайного убежища. Тихо ступая, ребята направились в туалетную комнату на первом этаже – умываться. Помогая друг другу, они гурьбой стали приводить себя в порядок.

Уже через десять минут они прошли в большой зал столовой. Здесь все расселись за обеденным столом, поставили электрический чайник, чтобы вскипятить воду, и, в предвкушении горячего чая после тяжелого «трудового» дня настоящих шпионов, приступили к обсуждению полученной информации.

– Скажи, Мэй, и сколько у тебя еще есть таких тайн? – по ходу разговора спросил Том.

– Не волнуйся, хватит, чтобы вас еще поразить! И не раз.

Близнецы с интересом уставились на Мэй, ожидая продолжения рассказа, но девочка не успела порадовать их новыми удивительными открытиями – ее прервала Стефания.

– Погоди! Ничего не говори! Не думаю, что в нашем замке можно вот так просто обсуждать подобные вещи. Мы же здесь ничего толком не знаем! Где гарантия, что нас сейчас не подслушивают – так же, как только что это делали мы сами? И кто сказал, что эта тайная комната – единственная в замке?

Стефи была права, и сидящие за столом дети начали подозрительно оглядываться по сторонам. Особо впечатлительный Том даже заерзал на стуле, когда в углу ему привиделся чей-то черный силуэт. Он потер глаза – силуэт исчез, а мальчик машинально пододвинул стул поближе к брату. Загадочное молчание в обеденном зале было прервано звуками бурлящей воды – закипела вода в чайнике. Стефания встала, чтобы налить всем чаю, Ронни начал накрывать на стол и доставать сахарницу, чашки, ложки… В этот момент в зал вошла Марта. Она улыбалась и была сама любезность.

– Может быть, вам что-нибудь приготовить к чаю? – вежливо предложила она.

– Нет, спасибо большое, у нас уже есть вкусное мамино печенье, – ответила за всех Стефания. – Если хотите, присаживайтесь с нами, угощайтесь.

Марта смотрела на детей и улыбалась им самой ангельской улыбкой. Если бы ребята, только что не слышали из своего укрытия ее грубый и озлобленный голос, то и представить не смогли бы, что эта излучающая сейчас добро и желание помочь женщина может быть на столько хитрой, грубой и опасной.

Но Марте не повезло: среди находящихся в комнате детей была девочка, которая, несмотря на свой возраст, уже умела оценивать людей не только по их внешности, но и по их поведению и другим, более глубоким признакам и особенностям. К этому времени Стефи прочла все книги Артура Конан Дойла и многому научилась у своего любимого героя – Шерлока Холмса.

– С удовольствием, – приняла приглашение Марта и, ничего не подозревая, опустилась на стул напротив Стефании. Маленькая сыщица по-хозяйски поставила перед ней чашечку и блюдце, Том подоспел с заваркой и кипятком. Из шкафа достали ароматный цветочный мед и печенье, заботливо испеченное Элизабет накануне.

Комната наполнилась запахом свежезаваренного травяного чая. Поначалу было слышно только то, как дети дули на свои чашки, боясь обжечься. Сперва они только переглядывались между собой и не решались начать разговор первыми. Молчание нарушила Стефания. Началась тайная дуэль между маленькой девочкой и взрослой, состоявшейся женщиной.

У Стефании в этом поединке было преимущество: она уже знала, что имеет дело с человеком-оборотнем, который только играет роль друга и союзника. Марта же не представляла, что уже раскрыта и не могла даже предположить, что может быть на уме у ее собеседницы. Но за плечами у Марты был огромный жизненный опыт, и любое неосторожное слово, взгляд или жест одного из ребят могли лишить их этого хрупкого преимущества.

Сначала разговор шел натянуто – ребята были не слишком словоохотливы. Марта рассказывала, как они с родителями съездили в магазин, братья, в свою очередь, похвастались ей, как хорошо навели порядок в двух помещениях подвала. Обсуждали надвигающийся дождь и свинцовые тучи за окном… В общем, ничего конкретного.

– Мэй, – Марта обратилась к новой подруге наших героев, – я рада, что вы подружились с новыми хозяевами. Уверена, что со Стефанией у вас найдется много общего.

– Да, мы очень хорошо поладили, – ответила девочка. – И думаю, что мы станем такими же хорошими друзьями, какими были с Крисом и Лией.

При упоминании имен младших Шелдонов губы Марты чуть заметно дернулись.

– Не стоит упоминать здесь имена бедняжек, Мэй. Мы все скорбим о них, и моему сердцу каждый раз очень больно вспоминать про детей. – Марта играла так хорошо, что чуть не пустила слезу.

– Не вижу ничего трагичного в упоминании моих друзей! Я верю, что они живы и их еще удастся отыскать!

– Кстати, о пропавших детях, – вмешалась в разговор Стефания. – Я слышала, они очень любили животных. Нам с братьями тоже они нравятся. Когда мы были маленькими, папа подарил нам морскую свинку, которая прожила пять лет. Но наш дом был слишком мал для того, чтобы заводить собаку или кошку. А сейчас, когда мы переехали в этот замок, мы хотим обязательно обзавестись питомцем. Мы подумываем о котенке. Как вы относитесь к животным в замке, Марта?

Произнося эти слова, Стефания внимательно наблюдала за реакцией собеседницы. И хотя Марта и пыталась мастерски сохранять спокойное и непринужденное состояние духа, волнение все равно чувствовалось. Ответ ее был сбивчивым и неуверенным, а глаза метались по мебели в поисках зацепки.

– Я не особенно поддерживаю идею наличия животных в доме, мисс Томпсон.

– А как же то, что Крис и Лия Шелдоны были хозяевами маленького рыженького котенка? Чем мы хуже?

– Вы меня не так поняли, мисс Томпсон. Дети Шелдонов завели кота наперекор уговорам, а теперь и сами пропали, и кота также нигде не видно.

– То есть вы хотите сказать, что если мы с братьями заведем кота, то тоже можем пропасть?

Лицо Марты покрылось пятнами, и она нервно глотала воздух, ища вразумительный ответ. Было почти слышно, как в ее голове громко мечутся мысли: «Эти дети либо блефуют, либо слишком хорошо осведомлены. Что они знают и, главное, откуда?»

«Что же ее так нервирует этот котенок?» – в свою очередь размышляла Стефи. Напрашивался только один вывод: рыжий пушистик имеет какое-то непосредственное отношение к тайне пропажи детей. «Если они были так неразлучны и при этом все пропали в один день, то появление животного явно должно было что-то прояснить. Но почему тогда это так заботит и пугает Хэнка и Марту? Для ответа на этот вопрос даже не надо было быть опытным детективом или шахматистом – ответ лежал на поверхности. Эти двое как-то замешаны в пропаже детей», – поток мыслей Стефании был прерван Мартой. Возмущенная наглостью маленькой собеседницы, она собрала всю свою волю в кулак и подчеркнуто вежливо ответила:

– Благодарю за чай, мисс Томпсон. Вы очень любезны, но мне пора проверить, как горничные отполировали мебель в библиотеке.

Марта уже собиралась встать из-за стола, когда в зал вошел Хэнк в сопровождении Элизабет и Генри.

– Вот вы где! – обрадовались родители.

Стефания пригласила прибывших к столу и пошла на кухню помогать маме – вечернее чаепитие плавно переходило в ужин.

Хэнк сел рядом с Мартой. Он не знал о темах предыдущих разговоров, но, глядя на нее, сразу заметил напряженность на ее лице.

Стефания решила воспользоваться наличием обоих подозреваемых в одном месте и продолжить расспросы. В этот момент Генри как раз очень удачно поинтересовался, что же они обсуждали.

– Знаешь, папа, – поспешила ответить на его вопрос маленькая сыщица, – а наш замок действительно наполнен тайнами. Мы расспросили рабочих и бывших служащих, и они подтвердили нам, что в замке несколько раз происходили невероятные вещи. Здесь есть какие-то тайные подземелья, и, говорят, совсем недавно снова появлялся рыжий котик, который пропал тогда вместе с детьми.

Произнося это, Стефания наблюдала за Мартой и Хэнком. Управляющий определенно был не так подкован в умении сохранять невозмутимость, как его сообщница: лицо его побледнело, скулы напряглись, а пальцы рук задрожали, выдавая крайнее волнение. В тот момент, когда Стефания говорила эти слова, он подносил ко рту маленькую фарфоровую чашечку на блюдце с ложечкой. От сильной дрожи в пальцах ложечка резко и пронзительно застучала по фарфору.

– С вами все в порядке, мистер Хэнк? – взволнованно поинтересовалась Элизабет. Только Стефания из всех присутствующих понимала – такая реакция управляющего говорит лишь о том, что ее слова попали точно в цель. Марта взглянула на Хэнка, как хищный ястреб на будущую жертву. Под этим взглядом управляющий быстро пришел в себя и открыл рот:

– Благодарю, миссис Томпсон. Обжегся горячим чаем. Что касается вопроса мисс Томпсон, я дам следующий ответ: мы с Мартой тут давно служим и тоже много раз слышали эти сказки. Все это не более чем досужие россказни. За столько лет никто здесь так ничего таинственного и не нашел. Даже пропавшие дети хозяев, которые вопреки всеобщим запретам исследовали чуть ли не каждый сантиметр замка, ничего не обнаружили. А вы говорите – тайны. Конечно, всем хочется верить в инопланетян, и, говорят, многие их даже видели, ну и что с того? Где они? Одни разговоры – и ничего конкретного, как и здесь. Рыжих котов в Канаде тысячи, мало ли кому, где и что показалось!

Управляющий видел, что с ним не спорят, и стал потихоньку успокаиваться. Но не тут-то было.

– А вы не помните, на котенке был ошейник? – состроив наивное лицо, спросила Стефи.

– А почему вы спрашиваете об ошейнике? – насторожилась Марта. И тут Стефания решила провести хитрый ход и подмигнула Мэй. До этого та спокойно сидела и пила свой чай, наблюдая за происходящим. Но по взгляду Стефании сразу поняла, что скоро ее выход.

– Просто наша новая подруга Мэй рассказывала, что видела котенка собственными глазами, и на нем был ошейник. Мэй, это ведь так?

– Да. Так и было, – невинно подтвердила Мэй, хлопая ресничками.

– Где ты его видела? Как давно? – Марта и Хэнк хором набросились на маленькую гостью, отчего она практически впечаталась в стул – такой атаки девочка никак не ожидала. Старшие Томпсоны ничего не понимали и не вмешивались в происходящее, тем самым давая маленькой интриганке Стефи необходимое поле для маневра.

– Марта, Хэнк! Почему вы так волнуетесь? Это ведь самый обычный кот… – наивно удивилась девочка-детектив. Не услышав ответа, она, как опытный следователь, продолжила наступление: – Так что же по поводу ошейника?

Блеф Стефании удался блестяще и окончательно выбил отвечающих из равновесия. Родителям оставалось только продолжать наблюдать за происходящим. Первой оправилась от шока Марта.

– Я уже не помню, – сказала она, стараясь замять эту тему, – кажется, что-то было у него на шее, но что точно – не припоминаю.

– А я тем более, – подтвердил за Мартой со своего места Хэнк.

Стефания все уже увидела и поняла. Продолжать беседу в этом русле дальше не имело смысла – своей цели она достигла как нельзя лучше. Стефи играла со взрослыми людьми, как кошка с мышками. Сейчас она решила ослабить хватку и временно выпустить подозреваемых на свободу. Белокурая сыщица виртуозно вернула разговор к теме частичного обновления интерьеров замка, в том числе и обеденного зала. В него тут же с энтузиазмом включилась Элизабет, и, казалось, вопрос о мистическом появлении какого-то призрачного кота был исчерпан.

Через некоторое время дети, не сговариваясь, начали зевать. День выдался таким насыщенным, что всех ужасно клонило в сон. «Здорово вы сегодня наигрались!» – пошутил Генри и предложил всем разойтись по своим комнатам. Дети его не разубеждали – им было выгодно, чтобы родители как можно дольше оставались не в курсе событий. Их лучше не тревожить, пока не понадобится реальная помощь. Марта с Хэнком, облегченно вздохнув, быстро откланялись. Следом за ними проводили новую подругу Мэй, а затем, вымыв и убрав посуду, к своим спальням выдвинулась и вся семья Томпсонов.

Глава 11

Потусторонние гости

He who laughs last laughs longest.

Хорошо смеется тот, кто смеется последним.

Когда все улеглись, в спальне близнецов забурлила жизнь. Оказалось, что днем Том все-таки раздобыл две старые простыни, из которых ему удалось соорудить два классных балахона для костюмов привидений. Дождавшись, пока звуки во всех комнатах утихнут, а во всем замке можно будет расслышать только приглушенный храп Генри, Том начал толкать брата в бок.

– Ронни, ты спишь? Ронни?

Брат приподнялся на кровати, сонно потирая глаза.

– Вообще-то уже уснул.

– Не время спать, Ронни! Сейчас самое время раскрывать тайны. Ты только посмотри, что у меня есть! – И Том вытащил из-под кровати две белые простыни.

– И что?

– Как это что? Надевай! Сейчас сделаем дырки для глаз и пойдем пугать Стефи. А то она сильно умной стала, строит из себя главную!

– Том, ты помнишь, какую взбучку нам устроила мама, когда мы залезли в камин? А сегодня, если ты забыл, мы просидели в нем полдня. Нет, на такой риск я не пойду!

Ронни старался быть разумным и непоколебимым, но брат, как обычно, его уговорил. Надевая белый балахон, Ронни сомневался до последнего: он знал, что сестра у них с характером, и при мысли о том, чем может закончиться эта их проделка, ему заранее было неуютно.

Постояв у зеркала и поглядев на свой новый облик через прорези для глаз, Ронни вздохнул, поднял с пола свой теплый войлочный тапок и, подсунув его под капюшон, образованный нависшей сверху простыней, стал с помощью эластичного бинта приторачивать его на свою голову.

– Что ты делаешь? – заинтересовался действиями брата Том, – ты зачем на голову тапок лепишь?

– Техника безопасности для привидений, – ответил ему брат. – Если бы ты был повнимательнее, то вспомнил бы, что у Стефании рядом с кроватью стоит бейсбольная бита. Мы сами ей ее подарили. Приложи-ка ее вес к своей голове, и все поймешь. Можешь взять для себя мой второй тапок.

Том выслушал брата, с сомнением взглянул на второй тапок, немного подумал и смело решил идти на дело с незащищенной головой. Как и принято у всех классических привидений, ребята дождались, когда стрелки на часах показали полночь. Дождавшись намеченного времени, Том выключил в комнате свет и, осторожно приоткрыв дверь, выглянул в коридор. Было тихо. Ребята опустились на пол и, чтобы как можно дольше оставаться незаметными, решили начать свое путешествие на четвереньках. Сначала доползли до комнаты родителей и прислушались. Было тихо: Генри похрапывал, а Элизабет в унисон мужу тихо посапывала.

– Все, пошли! – поднялся на ноги Том.

Тихо открыв дверь, два новоиспеченных призрака вплыли в комнату Стефании. Привидения были разными: у одного из них голова была круглая, а у другого – квадратная, тапкообразная. Привидение с квадратной головой первым делом устремилось к бейсбольной бите, стоящей рядом с кроватью девочки, и перенесло ее в противоположный угол комнаты. Облегченно вздохнув, привидение с квадратной головой подплыло к кровати и присоединилось к круглоголовому. Девочка крепко спала после напряженного дня.

Цель была достигнута – никем не замеченные, они добрались до своей жертвы. Вот она, Стефания, беззащитно спит на кровати прямо перед ними. Самое время пугать возомнившую себя королевишной девчонку! Только… как это правильно делать? Как ведут себя профессиональные привидения? Об этом близнецы не подумали. Круглоголовое привидение попробовало подуть ей в лицо и пощекотать за ухом – реакции не последовало. Спящая только перевернулась на другой бок и продолжала мирно спать.

Привидения попробовали побегать по комнате из угла в угол, попрыгать на месте, поползать взад и вперед вдоль кровати, повыть и побормотать, но результат был тот же.

– Что-то ничего не получается, – растерянно шепнуло одно привидение на ухо другому. – Может, пойдем?

– Ты что, мы только начали! Бери скорее ее телефон и включай камеру.

Привидение с квадратной головой послушно взяло гаджет и приготовилось выступить в роли видеооператора. Сначала открыли дверь и сняли на телефон видео и отдельные фото с двигающейся от центральной лестницы к комнате девочки фигуры призрака. В коридоре свет от настенных бра был очень слабый. Плывущее по затемненному проходу белое привидение с округлой головой в кадрах телефонной съемки выглядело действительно таинственным и пугающим.

Дальше – больше! Видеосъемка запечатлела кадры, как привидение тихо открывает дверь в комнату девочки и подплывает к ее кровати. Просто жуть! Потом призраки по очереди фотографировались у кровати Стефании в разных эффектных позах. В завершение своих происков совсем разгулявшиеся призраки переслали фотки и видео с телефона Стефи на телефон Мэй. Затем они положили его на поставленный перед кроватью стул и ретировались.

В своей комнате братья быстро разделись, спрятали балахоны под матрацы и с чувством выполненного долга улеглись: было уже два часа ночи, и спать хотелось очень сильно.

На беду братьев, их сестра всегда вставала рано, а в этот раз – если учитывать, что она легла вовремя и выспалась, а Том и Ронни в силу «серьезных» причин легли сильно за полночь, – разрыв во времени их утреннего подъема еще больше увеличился.

Стефания, проснувшись, по привычке потянула руки за телефоном, который по обыкновению оставляла на тумбочке. Там его не оказалось, и это сразу насторожило девочку. Хотя она и была вчера вечером страшно уставшей, по отношению к своим вещам всегда действовала как солдат – как бы ей ни хотелось спать, перед сном все раскладывалось по своим местам. «В комнате кто-то был», – пронеслось у нее в голове. Начав искать телефон, она обнаружила его на стуле, а проверив содержимое, поняла, почему он оказался не на своем месте. Просмотрев свежее видео, на котором два самоуверенных подростка, напялив на себя пододеяльники бегают по комнате и пытаются напугать маленькую девочку, она рассмеялась и разозлилась одновременно. «Ну, погодите!» – погрозила она кулачком в направлении комнаты братьев.

Обидело ее совсем не то, что ее хотели разыграть, а то, что братья могли подумать, будто она (в случае пробуждения) испугалась бы этого цирка с белыми клоунами. Пока Стефания умывалась и одевалась, она уже разработала в голове план мести. Это происшествие нельзя было оставить просто так!

Тихо пробравшись к комнате братьев, так же, как вчера они пробирались к ее спальне, она убедилась, что ее предположения верны и ночные артисты самонадеянно спят крепким сном в своих теплых постелях. Убедившись в этом, девочка тщательно обыскала их комнату и нашла белые балахоны. В комнате запахло местью.

В ход пошел самый разнообразный инвентарь: швабры, ведра, отцовская пена для бритья, краски разных цветов, веревки, ролики и многие другие полезные вещи.

Маленькая сыщица, проверяя свой телефон, зафиксировала, что снимки с неуклюжими привидениями были сделаны во втором часу ночи. Значит, братья угомонились никак не раньше двух. Сейчас было 7 часов утра. Даже если после проделанного они быстро заснули, то сейчас их сон вряд ли продлился больше пяти часов. Значит, до их обычного пробуждения у нее есть еще минимум три часа. А уж в ближайший час их и из пушки не поднимешь.

Так, не спеша, она завершила все намеченные мероприятия по возмездию и уже через час отправила Мэй порцию снимков с уже обновленными сюжетами. На двухъярусной кровати в комнате братьев лежали ужасные существа. У них были красные носы, синие уши и черные зубы. Вокруг глаз шли зеленые круги. Остальную часть лиц прикрывала пена для бритья и зубная паста. Ночные рубашки и выступающие части тела лежащих на кроватях существ были перемазаны засохшей кровью, а на груди прищепками были приколоты картонные плакаты, на которых жирными буквами кровью было написано всего три слова: СЕСТРУ НАДО ЛЮБИТЬ!!! СЕСТРУ НАДО УВАЖАТЬ!!!

Интерьер комнаты также изменился. Рядом с кроватью стояли два стула, на каждом из которых располагались зеркала. Рядом с ними к стульям были прикреплены две швабры, искусно одетые в те самые белые балахоны. Эти импровизированные призраки склонялись над кроватями в угрожающих позах и, казалось, вот-вот готовы были напасть на спящих.

Стефания с удовольствием оглядела проделанную ею работу, в воспитательных целях переправила родителям на телефон ночные съемки братцев, посмотрела на часы и спустилась в столовую, чтобы приготовить завтрак. Проходя мимо комнаты родителей, она услышала приглушенный голос Генри, который что-то пояснял жене. «Так! Родители уже на ногах», – отметила она.

Теперь надо было дождаться результатов утреннего труда. Понятно, что эти самые результаты должны были быть довольно громкими.

Стефания еще раз посмотрела на часы и прикинула в уме, как будут развиваться события. По ее расчетам, в самое ближайшее время мама должна посмотреть содержимое телефонной посылки, после этого броситься в комнату Стефании, а затем – в комнату братьев. Значит, крики Элизабет можно было ожидать минут через 5–6, после чего должны будут последовать вопли близнецов.

«В столовой, определенно, будет отлично слышно, – с удовольствием заключила она. – Минут десять, чтобы сделать яичницу, у меня есть». Стефания спустилась в столовую и начала хозяйничать. Громкие крики на втором этаже подоспели как раз к рассчитанному времени.

– Стефания, где ты, Стефания? – выделился из общей какафонии криков голос ее отца.

Девочка выдержала небольшую паузу, наслаждаясь моментом и, улыбнувшись, подумала про себя: «Вот так вот! Сестру надо любить! Сестру надо уважать!» Подойдя к центральной лестнице, она ангельским голосочком сообщила находящемуся на втором этаже папе, что она на кухне и готовит всем завтрак.

Через несколько минут в столовую, где хозяйничала Стефания, спустились родители. Элизабет бежала впереди так быстро, что Стефания даже испугалась, что мама может упасть. Лицо Элизабет выражало полнейший ужас и возмущение, и направлялась она к Стефи.

– Что ты сделала с братьями? – набросилась на дочь расстроенная Элизабет. – Стефания Томпсон, отвечай мне сейчас же!

– Мамочка, что ты имеешь в виду? – невинным голосом спросила Стефи, хлопая глазками.

– Я имею в виду, – возмутилась еще больше Элизабет, – что я только что чуть не получила сердечный приступ, а твои родные братья, когда проснулись, чуть не умерли от страха, увидев друг друга. Ты понимаешь, что они могли вообще потерять дар речи или сделаться заиками? – При этих словах Элизабет взялась за голову и начала рыдать. – У миссис Беккер, которая живет по соседству с нашим старым домом, сын остался заикой на всю жизнь! Только потому, что его напугали в школе. Стефания, уж от кого-кого, а от тебя, такой смышленой девочки, я ничего подобного не ожидала! Ну пошутили твои глупые братцы! Но это вовсе не повод калечить их психику!

Элизабет всхлипывала, сидя на стуле, а Стефания невозмутимо выложив на раскаленную сковородку очередное яйцо и посмотрев на маму и отца взглядом абсолютной паиньки, произнесла:

– Мама, тебе вовсе не обязательно так плакать. Как там сейчас мои братишки? Они смогут спуститься к завтраку, или, может, мне пока подождать и не делать для них яичницу?

Элизабет только всплеснула руками.

– Какая яичница, какой завтрак? – возмущенно сказала она. – Они до обеда будут чиститься и отмываться!

Стефания как ни в чем не бывало констатировала:

– Надо будет позволить им съесть двойную порцию пудинга на обед.

– И ты больше ничего не хочешь нам сказать? – почти в один голос спросили родители.

– Хочу, – вываливая готовую яичницу на большое блюдо, сказала Стефи, – хочу сказать, что завтрак готов. И кто не поторопится, будет есть холодное.

Поставив горячее блюдо на стол, она повернулась к родителям и, посмотрев на них долгим значительным взглядом, произнесла:

– Я когда-то вычитала в книжке выражение: «Кто на нас с мечом пойдет, от меча и погибнет». И с возрастом я все глубже понимаю справедливость заложенного в нем смысла.

– Ты что, над нами издеваешься! Смотри, до чего ты довела братьев и маму! – оторопевший Генри смотрел на дочку непонимающе, теряясь в догадках о причинах ее поведения.

«Может, это замок так влияет на детей?» – пронеслось у него в голове. Элизабет уже утерла слезы и направилась в ванную помочь сыновьям оттереться, а самой смыть размазавшуюся тушь.

Стефания в это время не спеша накрыла на стол и, услышав звонок, пошла открывать входную дверь. Это была Мэй. Встретившись взглядами, девочки тут же расхохотались и обнялись от восторга.

– Я, как только просмотрела обе серии и поняла, в чем дело, чуть не умерла от смеха и сразу же бросилась к тебе, – затараторила Мэй. – Я подумала, что тебе сейчас очень понадобится моя поддержка. Ну и натворила же ты дел!

– Это только начало, Мэй. Настоящие приключения еще не начались. Обещаю тебе, нам предстоит здесь очень интересное времяпрепровождение.

Тут послышались шаги, в зал вошли родители, а за ними наполовину отмытые Том и Ронни. Последние, не поднимая глаз на сестру, сели за стол и молча приступили к завтраку. Яичница в тарелках была уже холодной, но братья не жаловались, а родители, погруженные в раздумья о возможных воспитательных мерах в отношении всех трех отпрысков, тоже этого не замечали. Мэй тайком поглядывала на ребят и еле сдерживалась, чтобы не хихикнуть.

Глава 12

Детектив Стефи Холмс

He who pays the piper calls the tune.

Кто платит, тот и заказывает музыку.

За окнами замка моросил дождь. Стефания задумчиво облокотилась на подоконник в зале и наблюдала за игрой капель на витражах. Элизабет замешивала на кухне тесто для пирога, а Марта сидела в углу в кресле-качалке и сосредоточенно корпела над списком расходов на нужды замка, который собиралась представить Генри. Сам хозяин замка ждал этого момента с опасением – ему впервые за время проживания в новом приобретении предстояло платить по счетам. Проворочавшись всю ночь в холодном поту, он увидел во сне картину: Марта несла распечатанный список расходов, который, как огромный рулон туалетной бумаги, раскатывался за ней по всему залу. Взяв в руки край этого списка, Генри взглянул на конечную цифру, проснулся и больше не сомкнул глаз. Он лежал, укутавшись в одеяло, и наблюдал за игрой теней, которые отбрасывали на стенах спальни танцующие с ветром деревья за окном.

Грядущий день был весьма ответственным для Генри из-за двух событий: во-первых, нужно было заплатить по счетам, во-вторых, в 11 утра должны были приехать детективы, которые расследовали дело о пропаже детей Шелдонов.

Ровно в 10:50 Стефания увидела в окно, как в воротах замка появилась серая машина. Стефи знала о приезде детективов и ждала их даже больше, чем ее отец. На этой встрече маленькая сыщица надеялась узнать что-то новое для своего расследования.

Машина подъехала ко входу, и Стефания перебежала к другому окну, чтобы заранее изучить приехавших к ним гостей. Слово «детективы» будоражило ее детскую фантазию и рисовало портреты книжных героев и агентов из фильмов и телепередач, одетых в длинные кожаные плащи, под большими английскими черными зонтами, со строгими спокойными взглядами, способными заметить любую шерстинку на костюме преступника. Такие профи держат в страхе всех злодеев в округе и прибывают на место происшествия раньше, чем полицейские заведут машину. Представьте, каково было удивление Стефании, когда она увидела двух совершенно неприметных мужчин, выходящих из не менее неприметного «Шевроле». В них совсем не было той кинематографической эффектности, которую ждала Стефи, и одеты они были не в плащи хотя бы в стиле Коломбо, а в обычные джинсы и пуловеры.

Детективов звали Барни и Карл. Барни был дородным невысоким толстяком с сеточкой морщин вокруг глаз, образовавшихся от частого смеха и улыбок. Обладал он нравом простым и добродушным и при этом отличался ловкостью ума и лисьим чутьем на преступников. Рыжий и конопатый, он походил скорее на повара, чем на детектива, и часто использовал это, вводя злодеев в заблуждение относительно своих способностей.

Карл же был полной противоположностью Барни: высокий, худощавый, он, казалось, совершенно апатично наблюдал за происходящим вокруг, не выдавая при этом ни капли заинтересованности. Морщины совершенно не тронули кожу вокруг его глаз, но по обе стороны рта залегли две четкие борозды, придававшие ему еще больше угрюмости. При кажущемся безразличии и отрешенности Карл был в их дуэте логиком. В отличие от Барни, который действовал по интуиции, Карл четко анализировал все детали дела и часто выдвигал такие гипотезы, что опытные полицейские только разводили руками. Самое интересное, что в 90 % случаев из ста Карл оказывался прав. Будучи очень одиноким и грустным человеком, единственную пользу в своем существовании в этом мире он видел в математическом анализе преступлений и поиске преступников.

Парадную дверь открыл Хэнк, а Марта провела гостей в каминный зал и предложила им расположиться в углу, в глубоких кожаных креслах, стоящих вокруг карточного стола. Вскоре в зале появился заспанный и встревоженный Генри, а за ним – возбужденная предвкушением особенной встречи Стефания, только что уговорившая отца разрешить ей участвовать в разговоре.

– Добрый день! Позвольте представиться – Генри Томпсон!

Барни первым подскочил, чтобы пожать Генри руку. Карл формально повторил этот жест за другом, казалось, не проявляя при этом никакого интереса к новому работодателю.

Генри попросил Марту принести всем кофе и чай, а Стефания села рядышком и, навострив уши, стала размышлять о том, как ей повезло присутствовать при таком важном и серьезном разговоре. В том, что она разгадает тайну пропажи детей, у нее теперь не было никаких сомнений.

Барни оказался старшим детективом и, не дожидаясь, когда Генри выпьет свой утренний кофе, первым начал беседу:

– Господин Томпсон, очень рад, очень рад! После того как вы купили замок и сообщили нам о продолжении расследования, мы с Карлом обрадовались: ну наконец-то новые хозяева поддержат нас в том, чтобы вывести злодеев на чистую воду! Мы подготовили для вас краткий отчет об уже собранных уликах и хотим обсудить с вами несколько новых вопросов. Нужно решить, как действовать дальше, верно, Карл?

– Угу.

Карл был настолько же молчалив, насколько Барни словоохотлив. Но эти двое удивительным образом дополняли друг друга.

– Господин Томпсон, мисс Томпсон. – Барни снисходительно посмотрел на Стефанию, воспринимая ее присутствие на переговорах как наивное детское любопытство. Он еще не знал, что скоро ему предстояло коренным образом поменять свое мнение о девочке.

– Итак, начну с самых важных известий, которые, возможно, изменят ход расследования. Наши агенты сообщили, что в аэропорту Оттавы рядом со стойкой № 34 во время регистрации пассажиров рейса на Берлингтон в 13:04 была обнаружена подозрительная, никому не принадлежащая сумка. При вскрытии полиция обнаружила там детские вещи, и при детальном изучении дела была выдвинута гипотеза, что это вещи Лии и Криса. Их родители подтвердили: действительно, полосатый свитер, наручные детские часы, игрушка-кролик, пара джинсов и стопка футболок принадлежали пропавшим детям.

– Да вы что? Как дети могли оказаться в аэропорту? – От полученной информации Генри резко проснулся.

– И это еще не все, господин Томпсон. Эта находка была обнаружена через два дня после пропажи детей.

– Но ведь дети пропали восьмого декабря!

– Совершенно верно.

– И вы раскрываете нам эти подробности только сейчас?

– Увы, полиция держала все под строжайшим секретом. Это расследование ведется ФБР, и они защищают от посторонних всю поступающую к ним информацию. Наши агенты с огромным трудом заполучили ее, но теперь я могу вас заверить: мы знаем все. Похожая сумка была найдена сутки спустя и в аэропорту Нью-Йорка. По последним данным, одна из них принадлежала Лии, другая – Крису. В результате анализа звонков с телефонов детей было выяснено, что последний раз Лия звонила из аэропорта Нью-Йорка.

– Говорит ли это о том, что дети сейчас находятся в США? – еще больше запутавшись, проговорил Генри.

– Это абсолютно ни о чем не говорит, – не дождавшись ответа детективов, серьезным голосом заявила Стефания. И если до этого момента маленькая сыщица тактично молчала, то сейчас все присутствующие обратили в ее сторону заинтересованные взгляды. Казалось, даже Карл проснулся, и в его глазах появился отблеск явного интереса.

– Что вы имеете в виду, маленькая леди?

– Я имею в виду, что кто-то водит вас за нос, уважаемые детективы, и я могу вам это с легкостью доказать, – уверенно сказала Стефи.

Барни даже покраснел от неожиданности, удивляясь смелым заявлениям маленькой девочки. В глазах Карла, наоборот, нарастал интерес.

– Ответьте мне на один очень простой вопрос: дети регистрировались на какой-то рейс?

– В том-то и дело, что нет!

– Я так и думала. Их там и не было – вас попросту ведут по ложному следу.

– С чего вы сделали такой вывод, юная леди?

– Кто-то пытается сбить вас с толку и убедить, что дети улетели из Канады. Если мы направим сейчас все усилия на поиски двойняшек в Нью-Йорке, это будет то же самое, что искать иголку в стоге сена. Нет ни единого свидетельства, что они находились на борту самолета или приземлялись там, у вас нет никаких зацепок! Скажите, детективы, что вы намерены предпринять в качестве следующего шага?

Удивительно, но вопрос Стефании поставил детективов в тупик.

– Ну, мы отправим своих людей прочесать аэропорт Нью-Йорка…

– Спустя полгода после находки вещей?

– А что нам остается? – Щеки Барни разгорелись огнем смущения и негодования: надо же, эта юная особа заставляет его отчитываться!

– Это ни к чему не приведет. Папочка, позволь, я предложу детективам свой план.

– Ты уже начала это делать, Стефания. Мы все готовы тебя выслушать. – Генри, предвкушая интересное развитие разговора, подлил детективам чаю, а себе еще кофе.

– Спасибо, папочка. Уважаемые детективы, я считаю, что необходимо двигаться в расследовании совсем в другом направлении. Запишите, пожалуйста.

Сыщики вопросительно взглянули на отца девочки, но Генри подтвердил, что они должны делать все, что скажет Стефания.

– Она – ваш главный заказчик, вам платят ее деньгами.

Недоумевающие детективы переглянулись и, единогласно решив послушать маленькую заказчицу, достали блокноты и приготовились записывать.

– Во-первых, – голосом учительницы начала диктовать Стефания, – необходимо узнать, были ли у Лии и Криса установлены коды доступа на мобильных телефонах.

Во-вторых, необходимо составить список всех служащих замка и его гостей, а также всех их родственников и близких друзей. По возможности, попробуйте найти фотографии всех из них.

В-третьих, необходимо снова проверить все видеозаписи с серверов аэропортов на предмет появления на них кого-то из вышеперечисленных персонажей. Конечно же, не только в день исчезновения, ну и три дня после него.

В-четвертых, надо узнать, не регистрировался ли в это же время кто-то из этих людей на авиарейс из Оттавы в Нью-Йорк.

В-пятых, я хочу знать, с кем говорили по своим мобильным телефонам наша помощница по хозяйству Марта и управляющий Хэнк за три дня до и три дня после случившегося.

В-шестых, мне нужно точное описание всех личных вещей Криса и Лии, найденных в оставленных сумках. Вдруг, помимо того, что вы перечислили, там найдется еще что-то?

В-седьмых, надо узнать все возможное о любимце детей – рыжем котенке. Хорошо бы найти их совместную фотографию. Может быть, можно попросить в этом помощи у их родителей? Это пока все, – закончила Стефания.

– Хорошо, мы, конечно, все сделаем точно согласно вашим инструкциям, – заверил Барни, – но зачем вам это нужно? Вы что, сами собираетесь расследовать это дело?

– Наша семья очень переживает по поводу случившегося, поэтому мы и наняли вас, – уверенным тоном ответила Стефи, – и мы по мере сил собираемся помогать общему расследованию, вот и все.

– Ну, а про коды доступа знать зачем?

– С кодами доступа все очень просто. Если из аэропорта, чтобы усложнить поиски, звонила не Лия, а кто-то чужой, то этот человек мог позвонить с ее телефона только в том случае, если на нем не был установлен код доступа. Если же вдруг, например, выяснится, что у Лии телефон был без кода, а у Криса – с кодом, то это сразу подтвердит мои подозрения о том, что этим звонком полицейских хотели направить в ложную сторону, а пропавших детей там и в помине не было. Уважаемые детективы, вы прекрасно знаете, как называется такой маневр…

– Хотите сказать, что они хотят запутать следы? – задумчиво спросил Карл.

– Именно! – воскликнула Стефания.

– О чем вы оба? Кто «они»? – Барни недоуменно крутил головой, а краснота на его щеках с каждой минутой только усиливалась.

– По пути все тебе объясню! Пойдем, коллега, нам нужно скорее заняться выяснением очень важных деталей! – Карл вскочил из-за стола, пожал руку Генри и с уважением в голосе раскланялся со Стефанией. – Маленькая мисс Томпсон, вам огромное спасибо! Похоже, вы натолкнули меня на интересные мысли и это может помочь расследованию выйти из тупика.

– Карл, что ты говоришь, мы не были в тупике! – попытался опровергнуть его слова все еще недоумевающий Барни.

– Были, были, дорогой друг! Бегом, бегом, у нас очень много работы!

Карла было не узнать. Он воспрял духом так, как будто нашел ответ на вопрос, который долгое время его ужасно мучил. Возможно, так оно и было!

Глава 13

Глаза с секретом

One good turn deserves another.

Один сильный ход заслуживает, чтобы был сделан второй.

Близился полдень, и в скором времени Элизабет должна была пригласить все семейство на общий обед. А пока Генри расположился в кабинете и стал разбираться со счетами; близнецы знакомились со старинными книгами в библиотеке, а Стефания ждала в зале подругу Мэй, которая вот-вот должна была принести сэндвичи своему дедушке Питеру. После обеда у девиц планировалось посвящение в новые удивительные тайны замка.

Стефи не терпелось: она считала минуты до встречи с Мэй, и они тянулись невероятно медленно. Но наконец-то раздался голос Элизабет, и семейство начало собираться за обеденным столом. Стефания быстрее всех справилась со своей порцией.

– Стефи, что это с тобой? Ты ешь так быстро, как будто несколько дней голодала! – удивился Том, который медленно ковырялся вилкой в своей тарелке.

– Братец, скоро придет Мэй, и мы собираемся идти дальше исследовать замок. Если вы с Рональдом хотите к нам присоединиться, значит, быстрее жуйте и глотайте!

– Мэй?.. – Скука на лице Тома мгновенно сменилась оживленным интересом. Он что-то шепнул на ухо брату, и уже через пару минут их тарелки тоже были пустыми, а животы полными. Дети поблагодарили маму за вкусный обед и все втроем сорвались со своих мест.

– А как же десерт? – только и успела крикнуть им вслед Элизабет.

– Мы наелись, спасибо! – хором ответили ей дети.

Родителям осталось только развести руками, недоумевая, какое же занятие заставило детей отказаться от вкуснейшего лимонного пирога.

Встретившись, девчонки еще раз обсудили последние события. Стефания рассказала о встрече с детективами, а Мэй сообщила, что нашла телефон второй гувернантки, работавшей у Шелдонов раньше, и договорилась завтра с ней пообщаться.

– Вот это здорово! – обрадовалась Стефания. – Только когда будешь с ней говорить, обязательно спроси, нет ли у нее каких-нибудь фотографий котенка и были ли у него какие-нибудь особые приметы, например ошейник?

После того как ребята поделились новостями, они приступили к цели своего собрания – исследованию скрытых от глаз помещений замка. По пути Ронни подошел к сестре со словами:

– Стефания, хотя мы и ведем вместе расследование, ты должна знать: мы с братом все еще на тебя в обиде! Мы хотели просто пошутить, а вот ты нас задела по-настоящему!

– Ронни, ты серьезно? Нам предстоят сейчас такие важные открытия! Возможно, уже сегодня мы дойдем до истины и узнаем, где пропавшие дети. А ты мне говоришь, что обиделся? Я же вам с Томом сказала тогда: сестру надо любить, сестру надо уважать!

– Но и ты нас должна любить, Стефи!

– А я люблю вас и именно поэтому воспитываю!

– Ну, знаешь… – Том не успел закончить свою мысль, когда раздался голос Мэй.

– Идите все сюда, не отставайте! – Девочка остановилась у центральной лестницы и звала всех пройти на другую сторону коридора. – Нам нельзя разбредаться по всему замку. Нужно держаться вместе! Никто из работников не должен нас заметить.

– Мир? – тихо спросила Стефи, покосившись на Ронни, который все еще стоял, надув губы.

– Ладно, мир.

– Отлично!

Делегация юных сыщиков неслышно прошла мимо большого зеркала, расположенного на наружной стене подвала, и остановилась у висевшего прямо за ним мужского портрета.

Это было изображение пожилого человека с жестким, надменным и морщинистым лицом. Его образ дополнялся квадратным подбородком и глубоко посаженными пронзительными черными глазами, сверлящими всех тяжелым взглядом из-под мохнатых седых бровей. Одет он был в коричневый фрак с воротником-стойкой, на шее виднелся невесомый шелковый платок, а на голове у него красовался парик, имитирующий седую копну волос.

– Бр-р-р! Как-то боязно смотреть в эти неприятные глаза, – произнес, вглядываясь в портрет, Ронни. – Представляю, как жутко было бы с ним ночью один на один в «гляделки» играть. В общем, от страха описаться можно, – заключил он.

– Отойди, а то он тебя загипнотизирует и ты прямо здесь и описаешься! – Том захихикал и, глядя на Мэй и Стефанию, ожидал от них поддержки своей шутки. Но девочки только осуждающе посмотрели на него в ответ.

– Тс-с-с! Сейчас не время шутить! – отругала его Мэй. – Находясь в этом замке, помните: где бы вы ни были, вас могут подслушивать. Всегда следите за своим поведением и языком.

Улыбка тут же сошла с лица Тома, и он с тревогой начал осматриваться по сторонам, испугавшись возможных тайных шпионов.

– Сейчас мы одни. Эту часть замка я знаю хорошо.

– Но почему мы остановились именно здесь? Где секрет?

– Сейчас увидите, – интригующе улыбнулась Мэй. – Обратите сначала внимание на то, что находится напротив.

На другой стороне коридора, прямо напротив портрета, стояло зеркало, не похожее на другие. Расположено оно было не в плоскости стены, а выступало из нее, образовывая напротив портрета выдающуюся почти под прямым углом треугольную колонну. Эта колонна от пола до потолка была облицована узкими полосками зеркал, смотрящими в разные стороны коридора.

– Ну, – спросила Мэй, – зачем напротив портрета из стены торчит этот зеркальный треугольник? Кто скажет?

Ребята задумались. Ронни встал напротив выступа, прижался спиной к портрету, какое-то время всматривался в зеркала и вдруг воскликнул:

– Эврика, я все понял! Человек с портрета, смотря в эти зеркала, получает обзор и левой, и правой части коридора. Развернутые зеркала отражают обе стороны и передают изображение наблюдателю. Вот это да!

– Молодец, Ронни! – похвалила его Мэй. – А как может портрет смотреть в зеркало? Это же портрет, а не живой человек! – Ребята снова призадумались.

– Если он просто портрет, то вроде бы незачем, – произнес недоуменно Том.

– То-то же! – подтвердила Мэй. – Значит, он не такой уж и портрет! Ну-ка, кто догадается?

Предположений не было ни у кого – все по-прежнему стояли погруженными в размышления над загадкой.

– Не пугайтесь, – успокоила Мэй ребят, – еще раз внимательно посмотрите на него. Ничего особенного не замечаете?

Ребята снова столпились перед картиной и начали с еще большим интересом ее изучать.

– Глаза! – подала, наконец, голос Стефания. – У него живые глаза!

Только сейчас мальчишки поняли: старый надменный англичанин на портрете казался живым именно благодаря выражению зловещего, проницательного взгляда.

– Как это сделано? – терзались в догадках ребята.

– Сейчас увидите, – успокоила их Мэй. – Мы с Крисом и Лией тоже мучились, пока не додумались снять раму с картиной со стены. Том, Ронни, принесите из подвала стремянку! Я вам кое-что покажу.

Братья сбегали в подвал за лестницей, установили ее, и Том забрался на верхнюю площадку. Стоящие внизу Мэй и Ронни взялись за углы портретной рамы. Конструкция оказалась очень тяжелой.

Как только картина отошла от стены, многое сразу встало на свои места. Глаза человека, нарисованного на портрете, представляли собой стеклянные линзы, а прямо за ними в стену были утоплены две металлические трубки. Видимо, они пронзали камни насквозь.

– Что это? – удивленно уставился на них Том.

– Я думаю, это своеобразные бинокли, – задумчиво произнесла Стефания. – Видите: они расположены точно напротив глаз.

Том прильнул глазами к трубкам, но ничего не увидел, после чего достал из кармана фонарь и попробовал посветить им внутрь.

– Бесполезно, – подала снизу голос Мэй. – Трубки заполнены линзами или просто стеклышками.

Видимо, это какая-то древняя шпионская техника для слежки.

– Интересно, какая толщина у этой стены? И что или кто там за ней находится? – полюбопытствовал Ронни.

– Крис говорил, что толщина стены здесь больше полутора метров, а вот что и кто за ней может быть – понятия не имею, – ответила Мэй. – Но человек, находящийся у этих трубок за той стеной, действительно может подсматривать за всем, что делается в подвале замка. Посмотрите, кстати, насколько чистые линзы в глазах портрета! Совсем не скажешь, что их сто лет никто не протирал. Мы с Крисом и Лией неоднократно бывали здесь, и каждый раз линзы были в чистоте. Ни пылинки! Вот мы и пришли к выводу, что кому-то уже в наше время интересно наблюдать за подвалом или за теми, кто в него заходит.

– Может быть, нам попытаться разобрать эту стену? – предложил Том. – Разберем ее прямо за портретом, и ответ своими глазами увидим!

– Не получится, – прервала его сестра. – Во-первых, мы подписали обязательства, запрещающие разрушать имущество в замке. Во-вторых, ты хоть представляешь, сколько дней мы будем по камешку отколупывать от этой стены? В-третьих, глупо ломать свою же собственность, а в-четвертых, мы обязательно найдем другой способ решить эту задачу. Там, где можно приложить ум, не надо прикладывать силу. Так же намного интересней!

– Согласен, – поддержал ее Ронни, – мы ведь единственные, кто знает все эти подробности! Только представьте: мы – как герои фильма, которым предстоит разгадать вековые тайны и спасти детей! Это круче, чем в комиксах про Супермена. Потому что все по-настоящему! Можно, конечно, пригласить саперов и все тут разнести, но зачем, если разгадывать загадки гораздо интересней?

Мальчишки повесили портрет на место, унесли стремянку, и дети еще раз все вместе вгляделись в изображение строгого пожилого человека с живым взглядом.

– Интересно, может быть, кто-нибудь действительно наблюдает все это время за нами? – задумчиво проговорил Том, уходя от картины. Ребята тревожно переглянулись и поспешили покинуть подвал.

Следующий сюрприз ожидал юных сыщиков уже на лестнице между подвалом и первым этажом. Мэй посмотрела по сторонам, прислушалась, убедилась, что рядом никого из взрослых нет, подошла к одному из висящих на стене подсвечников, произвела какие-то манипуляции, поворачивая и приподнимая его в разные стороны, а затем резко потянула на себя. Подсвечник опрокинулся, открыв за собой прямоугольную нишу.

Ниша была небольшой. При желании в нее мог бы поместиться, например, электрический чайник или скромных размеров кастрюля. Внутри непонятного назначения «короба» виднелось еще несколько отверстий. Мэй подозвала ребят и продемонстрировала, как это отверстие закрывать и открывать.

– Запомнили, какой это подсвечник по счету на стене и как он открывается?

Ребята закивали. Мэй вернула подсвечник на место, и все пошли наверх. Такие же потайные короба оказались спрятаны на лестнице при выходе на мансардный этаж и на верхних маршах двух боковых подсобных лестниц, расположенных в разных концах здания.

Всю дорогу, пока Мэй водила их по замку, Том выпытывал у нее назначение этих коробов. Девочка многозначительно молчала.

– Мэй, нельзя нас так мучить! Это же очень важная информация. Ответь наконец-то, зачем ты нам эти отверстия показываешь!

– Потерпи, все поймешь сам. – Мэй неспроста томила своих друзей ожиданием.

Ребятам очень повезло, что им никто не мешал. Горничные занимались стиркой в другом подсобном здании, Генри с Элизабет прогуливались по саду, а Марта и Хэнк сегодня вообще по какой-то причине не появлялись.

Мэй спешила. Закончив показывать ниши в стене, она повела всех на мансардный этаж в библиотеку. Здесь стоял запах книг: печатных и даже рукописных, старинных и современных. Все члены семьи Шелдонов были поклонниками хороших книг, и поэтому в собрании замка можно было найти литературу на любой вкус: начиная от первых тиражей Шекспира и заканчивая современными романами с подписями самих авторов. Все было расставлено по жанрам и эпохам, и при желании в этой библиотеке можно было провести целую вечность, зачитываясь шедеврами мировой классики.

Мэй провела ребят мимо полок с романами XIX века и биографиями политических деятелей Канады и остановилась напротив стеллажа с детскими сказками. Девочка вытащила одну из книг. То, что ребята увидели после, напомнило им сцену из приключенческого фильма: послышался скрип, стена с книгами разделилась на две створки, и взору сыщиков открылось новое потайное помещение. В ноздри ударил резкий запах пыли и старости. Здесь, в отличие от самой библиотеки, явно давно не убирались. Открывшаяся комнатка была поменьше, чем комната в камине, но и это помещение абсолютно точно имело исключительно шпионское предназначение.

Экскурсия на этом не закончилась: Мэй, к огромному восторгу компании, продемонстрировала им еще одну маленькую и узкую комнатку, спрятанную между двумя гостевыми спальнями второго этажа.

– Вот теперь у меня все, – сказала Мэй после того, как ребята спустились обратно в каминный зал. – Получите и пользуйтесь, больше тайн я не знаю.

– Постой, – вмешался Том, – а как же с коробами?

– Как, вы еще не догадались? Сейчас покажу! – ответила девочка и стала раздавать команды. – Том, поднимайся и заходи в потайную комнату библиотеки. Ронни, спускайся в каминный зал. Стефи, залезь в потайную комнату второго этажа. Как будете на местах затаитесь и ждите, ниши не открывать и не шуметь. Скоро вы услышите от меня дополнительные инструкции.

Ребята снова недоуменно переглянулись, но решили послушаться. Все разошлись по назначенным помещениям. Мэй подождала некоторое время, чтобы они успели добраться до своих пунктов, и открыла ближайший к ней короб на боковой лестнице, ведущей наверх из столовой. Девочка прильнула к открывшейся в стене нише и зашептала:

– Внимание, я на связи со всеми, говорите шепотом по очереди, я услышу! Вызываю Ронни, как слышно?

Ронни в одиночестве прятался в тайной комнате каминного зала и оттого чувствовал себя очень неуютно. Вместе с друзьями это было не так боязно, но теперь коленки подкашивались, а при любом звуке сердце уходило в пятки. Теперь мальчик понимал: вести расследование в одиночку он точно никогда не будет. Когда рядом сестра и брат, все воспринимается как-то легко и даже весело, а вот когда ты один… Стук в груди мешает дыханию, и хочется побыстрее очутиться в своей постели, чтобы мама поцеловала на ночь. Но, несмотря на овладевающий им страх, услышав шепот Мэй, он собрался с духом и постарался ответить ей твердым голосом:

– Отлично. – Его голос прозвучал глухо, но все участники операции услышали его достаточно отчетливо.

– Теперь Том, – позвала Мэй.

– Тут я, – так же тихо отозвался тот.

Следующей была Стефания, которая, в отличие от братьев, подала звонкий и уверенный голос. Теперь назначение коробов окончательно прояснилось.

– Собираемся все у меня в комнате, – дала Стефи свое первое указание через таинственную систему связи.

Через некоторое время вся компания была на месте. Впечатленные увиденным, они тут же начали искать в спальне главной сыщицы какие-нибудь предметы, которые также могли бы послужить порталами в секретные места. Дети обследовали помещение сантиметр за сантиметром, но так и не обнаружили ничего подозрительного. Затем проверили и убедились, что между этой и соседней спальней нет никаких потайных ниш, и только после этого приглушенными голосами начали обсуждать увиденное.

– Получается, что шпион, который сидит в любой из тайных комнат, чтобы подслушивать и подглядывать, может сразу же передавать информацию кому-то другому, кто откроет ящик связи, – подытожил увиденное Ронни.

– Почему шпион? – возразила сестра. – Может быть, шпионы. Посмотри, сколько потайных комнат и сколько ящиков связи.

– А ведь это только малая часть тех тайн, которые скрыты внутри этих стен, – сказала Мэй. – Крис с Лией так хотели разгадать их. Как жалко, что они сейчас не с нами.

– Странно, – посмотрел на нее Том, – Крис с Лией посвятили столько времени изучению замка и открыли так мало его тайн.

– Вы забываете, что они переехали сюда жить только два с половиной года назад, – ответила Мэй. – До этого он долгое время был в аренде у американской семьи, и здесь жили совсем другие люди. Но я тоже могу знать не все, может быть, в последнее время они открыли что-то новое, во что уже не успели меня посвятить. Перед их исчезновением мы какое-то время не общались…

– Ответ на этот вопрос мы узнаем, только разыскав двойняшек, – заключила Стефания. – А пока нужно работать: теперь я вижу, сколько всего нам предстоит сделать и выяснить. Предлагаю с завтрашнего дня начать дежурства в тайной комнате каминного зала. Возьмем с собой еду, воду и по очереди будем сменять друг друга каждые два часа. Может быть, увидим или услышим что-нибудь интересное.

Ребята согласно кивнули.

– Думаю, дежурить придется с восьми утра до часа ночи, – заключила Стефания. Для Ронни и Тома эта новость прозвучала как приговор.

– У нас только начались каникулы, а тут опять дежурство, как в школе! Может, как-нибудь иначе будем преступников ловить?

– Конечно, лежа в постели и смотря мультики! Если мы взялись расследовать это дело, значит, должны работать четко, слаженно и не лениться. А за просмотром фильмов вприкуску с попкорном ничего не выйдет! Помните, в наших руках судьба пропавших детей.

– Ладно, ладно, – согласились близнецы, – надо значит надо.

– То-то же! Перерыв будем делать, конечно, когда мама позовет есть или когда вечером нужно будет спать ложиться. Перед родителями ведем себя так, как будто ничего не случилось: они ничего не должны знать. Завтра первой с восьми до десяти утра дежурит Мэй. Ты, Том, будешь держать с ней связь.

– Интересно, кому выпадет дежурить ночью с одиннадцати до часа, – подал голос Том.

– Давайте в порядке эксперимента мы начнем прямо сегодня, – предложила Стефания. – Первое пробное дежурство проведем сразу после того, как улягутся спать родители. Дежурит Том, а на связи страхует Ронни.

– Не струсишь? – обратилась она к брату.

Опешивший от внезапно свалившейся на него ответственности, Том даже не нашелся, что ответить, поэтому Ронни кивнул головой и за себя, и за брата.

– Так и решили, – подытожила Стефи. – Мама просила перенести цветы в горшках из северных комнат в каминный зал. Нужно пойти помочь ей, а то мы тут только в сыщиков и играем! Родители, наверное, думают, что мы все обленились вконец.

Ребята попрощались с Мэй, которая отправилась к дедушке Питеру, а сами провели остаток дня в домашних хлопотах, помогая маме с благоустройством дома. Генри целый день не выходил из кабинета, где постигал азы ведения финансово-хозяйственной деятельности. И дети, и родители улеглись спать рано – день выдался насыщенным для всех. И никто в замке не подозревал, что Том начнет сегодня первую смену дежурств, которым предстояло стать судьбоносными для всех жителей замка…

Глава 14

Рыжий беглец

Night brings counsel.

Ночь приносит совет.

Из спальни родителей доносился прерывистый храп Генри, который свидетельствовал об одном: родители крепко спят. А это значит, можно начинать операцию. Стефания пробралась в комнату братьев, чтобы обсудить с ними все детали ночной операции.

– Безопасность превыше всего! – одетая в пижаму с олененком Бэмби, Стефи залезла с ногами в кресло и генеральским тоном, совершенно не соответствующим ее трогательному и нежному внешнему виду, проводила братьям инструктаж.

– Том, ты не должен попасться. Даже если произойдет что-то необычное, не паникуй. Сиди тихо и попытайся послать сообщение мне на мобильный. Помните: мы не знаем, что произошло с детьми. Конечно, я уверена, что они живы, но доказательств этому пока нет! Никому не известно, с кем или чем мы имеем дело. Поэтому нужно быть предельно осторожными.

Стрелки на часах приближались к назначенному времени, Том уложил в свой заплечный рюкзачок яблоко и бутылку воды, подзарядил мобильный телефон, выключил на нем звук, надел спортивный костюм и без пяти минут одиннадцать был готов к выполнению задания. Свет в спальне мальчиков ради конспирации решили не включать. Ронни тихонько приоткрыл дверь и выпустил Тома в темноту коридора. Тот на цыпочках проследовал мимо спальни родителей и стал осторожно спускаться по лестнице на первый этаж.

Очутившись в парадном холле, он постарался оглядеться в темноте и, не услышав ничего подозрительного, на ощупь двинулся в каминный зал. Дверь в помещение была приоткрыта. Том прислушался и, убедившись, что там никого нет, прокрался к камину.

Слабый лунный свет просачивался сквозь стекла высоких окон и ложился на пол призрачным бледно-голубым свечением. Замок погрузился во мрак, в котором любой шаг отдавался приглушенным эхом. Распахнутые шторы на окнах обнажали светящиеся неоном стекла.

Добравшись до камина, Том включил фонарик на телефоне и постарался вспомнить, что Мэй рассказывала про голову пантеры. В руках ловкой девчонки она с легкостью вертелась в разные стороны и открывала путь в тайную комнату. Но, когда Том постарался повторить движения Мэй, у него ничего не получилось. Он пытался крутить голову вправо, влево, но пантера оставалась непреклонна. Мальчик взглянул в глаза металлической кошке – они на мгновение вспыхнули зловещим светом. Может быть, это ему привиделось? Сзади, кажется, послышались шаги… Сердце его заколотилось быстрее. Вот и первые преграды на пути к разгадке! Вдруг его кто-то сейчас заметит, начнут задавать вопросы… Расследование может быть сорвано только из-за того, что он забыл, в какую сторону крутить эту дурацкую голову. Том изо всех сил пытался вспомнить, но ничего не получалось. Он уже взял телефон, собравшись написать Стефании о том, что операция закончилась, даже не успев начаться, и увидел на экране сообщение от сестры.

«На 90 градусов влево, затем на 90 вправо и немного потянуть на себя»

Том воспрянул духом: должно быть, Стефи заметила, что он долго не выходит на связь, и предположила, что брат мог забыть порядок манипуляций с головой пантеры. Предусмотрительность Стефании сейчас оказалась очень кстати.

«Спасибо!» – быстро напечатал Том ответ сестре и поспешил совершить манипуляции в указанном порядке. На этот раз у него все получилось: маленький следопыт попал в уже знакомое помещение. Второй раз заходить сюда было гораздо привычнее, сейчас он ощущал невидимую поддержку сестры и брата и практически не нервничал. Ему придавало смелости осознание того, что он геройствует не в одиночку и в случае непредвиденных обстоятельств помощь быстро подоспеет.

Подсвечивая себе телефоном, Том открыл смотровую нишу, придвинул кресло и отрегулировал его по высоте так, чтобы было удобно наблюдать за залом из позиции сидя. Рюкзак был снят и положен к стенке. В одно ухо Том вставил наушник и поставил на телефоне аудиокнигу. Второе ухо он оставил свободным, чтобы не пропустить ни звука снаружи. Ночная операция началась.

В разговоре с братом и сестрой два часа вроде бы выглядели и не такими долгими, чтобы устать или заскучать. Но глубоко внутри Том подозревал: несмотря на видимый комфорт, провести это время одному в маленькой темной комнате будет страшновато. Поэтому он выдохнул, сделал глоток воды и, глубоко забравшись с ногами в кресло, принялся шпионить, считая каждую прошедшую минуту.

Тем временем в спальне близнецов Стефания не на шутку разнервничалась из-за брата. Она представляла себе разные картины и гадала: стоит или не стоит звонить ему самой? Крайне предусмотрительная в обычных условиях, Стефи забыла напомнить брату обязательно поставить на беззвучный режим мобильный телефон. Теперь, если она ему позвонит, а в тайной комнате заиграет громкая веселая мелодия, их могут рассекретить! Но ведь и не звонить – тоже не выход, девочке не терпелось узнать, как там у него дела.

После недолгих колебаний Стефания все-таки набрала номер Тома, поставила звонок на громкую связь, и они с Ронни стали ждать ответа. Абонент недоступен! Они подождали еще минут пять и набрали Тома еще раз. Снова нет ответа! Стефания от волнения не находила себе места, в ответ на что Ронни, как старший брат, решил взять ситуацию в свои руки:

– Стефи, иди спать. Я поговорю с Томом по коробке, как и было условлено. У него, наверное, просто нет связи в тайной комнате! Ты же знаешь, что в замке сотовая связь работает очень плохо.

Стефания минуту сомневалась, но потом подумала: не может же она контролировать каждого, кто будет дежурить! Ей тоже нужно отдыхать, а с Томом она разберется, когда он вернется с дежурства.

– Хорошо, спокойной ночи, Ронни. Удачного дежурства, Тому от меня привет!

Как только Стефания скрылась за дверью, Ронни лег на кровать, укрылся одеялом и стал ждать. Он разрешил себе прикрыть глаза только на минутку, перед тем как на связи появится брат. Но сон сыграл с ним злую шутку, и не успела Стефания дойти до своей комнаты, как ее брат уже сладко посапывал в объятиях Морфея.

Тем временем сидящему в темной маленькой комнате Тому последние полчаса показались настоящей вечностью. В секретной комнате ночью было гораздо страшнее, чем днем: Тома окружала кромешная тьма, и ни один лучик света не просачивался сквозь толстые каменные стены. Ближе к концу дежурства Тому начало казаться, будто кто-то ползает у него под ногами. Что это? Крысы, мыши? А может быть… пауки? Да-да, огромные, злобные, колючие пауки, с лапками, усеянными острыми волосинками, на кончике каждой из которых – яд. Том побелел от страха, но шорох под ногами пропал так же быстро, как и появился.

«Мне это показалось! Показалось!» – уверял себя Том, но на лбу у него все равно выступила испарина. Как же ему сейчас хотелось услышать голос брата. Родной, близкий сердцу голос Ронни, который был рядом, начиная с самого рождения. Только сейчас, сидя в одиночестве в этой страшной и темной комнате, окруженный настоящими или выдуманными (но от этого не менее страшными) чудовищами, Том понимал, как сильно привязан к брату. Да, они часто ссорились, даже дрались, бывало, по пустякам, но сейчас ему ужасно хотелось видеть Ронни, как никого другого. Однако мужская гордость пересилила желание Тома признаться в собственной трусости, и он решил, что во время контакта через слуховой канал непременно будет вести себя как герой, которому все нипочем…

Послушно прождав 30 минут, как и велела Стефания, Том набрал в легкие побольше воздуха, чтобы показаться при разговоре с Ронни как можно более храбрым и бесстрашным. Но вот воздух уже кончился, а Ронни его не окликал. Том набрал воздуха еще раз и предпочел не зацикливаться на небольшой задержке, чтобы не разнервничаться. Опять тишина. Том заволновался и задышал часто и глубоко. Пауки под ногами, кажется, снова начали копошиться.

Полчаса, которые последовали дальше, были еще мучительнее предыдущих. Сердце Тома колотилось, холодный пот струйками стекал за шиворот. Светлые волосы прилипли к коже, на полу все сильнее чудилось движение. Том все еще не мог ответить себе на вопрос: это плод его воображения или реально существующие ночные твари? В любом случае они представлялись юному сыщику крайне злобными и, наверно, как раз в этот момент выискивали на его детском тельце незащищенное мягкое место, чтобы крепко впиться в него своими ядовитыми зубками.

Казалось бы, этот момент уже и так был максимально жутким и ничего не могло усилить растущее в Томе чувство панического страха. Но внезапно снаружи, из зала, послышался низкий, глубокий звук.

Бом… Бом… Бом…

К счастью, Том быстро сообразил, что это всего лишь каминные часы пробили полночь. Это стало последней каплей.

«Все, хватит», – решил Том и, выждав на спинке кресла, когда часы уймутся, медленно спустил ногу на пол. Включив фонарик на телефоне, он обследовал все помещение. Никаких следов паукообразных обнаружено не было, и мальчик, взяв рюкзак и отодвинув потайную стенку, бесшумно вылез наружу.

После громкого звука, изданного часами, в зале стояла космическая тишина, только сквозь окна слышалось, как на улице гуляет ветер. Он бился об окна, раскачивал ветки деревьев, а те, в свою очередь, создавали призрачное движение слабого лунного света на стенах зала. Блики, танцуя, оживляли старинные картинные баталии, скульптуры и зеркала. Каминный зал теперь казался Тому наполненным какой-то неведомой тайной безмолвной жизнью и силой. Изображения на стенах приходили в движение и пугали своей масштабностью. Том представил, как рыцари, монахи, короли, женщины и дети, в одно мгновенье сойдя со стен, начинают двигаться по залу, бесшумно обходя его по кругу. Наверное, им хочется знать, что делает здесь этот мальчик, когда все остальные уже спят в своих кроватях и смотрят разные интересные сны.

«Непослушный сын!» – шептал ему призрак женщины в красном средневековом платье. «Марш в постель!» – следовал за ним приказ рыцаря в доспехах на коне с копьем в руках.

Тома и не надо было особенно уговаривать. Воображение мальчика разыгралось до такой степени, что душа окончательно ушла в пятки. Решив, что так будет гораздо безопаснее спасаться от призраков, он опустился на четвереньки и короткими мягкими перебежками двинулся к выходу.

Медленно и почти бесшумно перемещаясь между мебелью и старинными экспонатами, Том добрался до лестницы на второй этаж. И надо отметить, что именно благодаря выбранной Томом стратегии – как можно более незаметного передвижения по замку – первое же дежурство в команде сыщиков принесло ему немалые плоды.

В холле было темно, хоть глаз выколи. Но слух Тома был предельно обострен: не на шутку напуганный ночными происшествиями, он теперь прислушивался к малейшему шороху. И вот ему вновь показалось, что он заметил какое-то движение рядом с рыцарем у лестницы. Том замер и стал внимательно вглядываться в темноту. Звук, похожий на мягкие, почти невесомые шаги, повторился. На этот раз это были уже не выдуманные пауки… Там, рядом с рыцарем, происходило что-то настоящее. Медлить было нельзя: юный сыщик собрал все остатки своей храбрости, тихо достал из кармана телефон, включил фонарь и быстро направил его в сторону лестницы.

Мальчик был прав: под лестницей действительно кое-кто двигался. На нижних ступеньках стоял худой рыжий кот со вздыбленной на загривке шерстью и выпученными от страха и неожиданности глазами. Свет фонаря отражался в его зрачках, и от этого они приобрели яркий неоновый оттенок. Ослепленный внезапной вспышкой света, кот на мгновение замер и позволил Тому хорошенько себя рассмотреть.

Неужели это тот самый легендарный рыжий котенок, которого так ищет Стефания? Только это был не котенок, а молодой и явно оголодавший рыжий кот. Но, без сомнения, это был он. На шее у животного виднелся небольшой коричневый ошейник. Через мгновенье беглец опомнился, понял, что его обнаружили, молниеносно развернулся и, отпрыгнув в сторону к ступеням лестницы, скрылся на нижнем марше.

Том, забыв про свои недавние страхи, вскочил на ноги и, выставив впереди себя фонарик, бросился за нарушителем спокойствия. Добежав до начала лестничного марша и взглянув вниз, Том успел мельком увидеть тень животного, скрывшуюся в темноте правой части подвала. Недолго размышляя, мальчишка за секунду преодолел лестничный пролет и отважно бросился в погоню за котом. Фонарик освещал коридор подвала на пять метров вперед, однако животного нигде не было видно. Мальчик осмотрел все щели и углы, начиная от входа до боковой лестничной клетки, но ночной гость как в воду канул.

– Ушел! – с досадой махнул рукой Том.

Поднявшись по боковой лестнице на второй этаж, он убедился, что рыжего беглеца и здесь нет. Под впечатлением от происшествия, Том кинулся в сторону спален, чтобы поскорее поделиться с братом и сестрой увиденным. Первым делом он залетел к Стефании и начал возбужденно трясти сестру за плечо, отчего она моментально открыла глаза. Том выпалил ей в лицо:

– Стефи, я его видел! Я видел его!

– Кого?

– Пошли к нам в спальню, я вам с братом вместе все расскажу.

Стефания поднялась, надела ночные тапочки и, шаркая по полу, сонная, но заинтересованная отправилась вслед за братом.

Войдя в спальню, Том с возмущением удостоверился, что его братец мирно посапывает в своей кровати, просматривая, наверное, уже даже не третий сон.

Ронни не повезло – его ждал более изощренный, чем у Стефании, способ пробуждения. Убедившись, что брат вероломно продрых все то время, пока он боролся с призраками, страшными пауками и открывал во время дежурства новые тайны, Том возжаждал мести. Сначала он стащил с Ронни одеяло и облил теплое, сонное тело брата ледяной водой, затем придушил его подушкой, а потом тихо и зловеще прошептал на ухо: «Часовые на посту не спят, иначе их ждет расплата!»

Том осуществил свой план так быстро, что Стефания не успела ему помешать. Ронни был готов закричать от страха и неожиданности, но Том предусмотрительно закрыл ему рот рукой – родители не должны были ни о чем догадаться.

Ронни, разозлившись, полез к брату с кулаками, но между мальчишками вклинилась Стефания.

– Том, ты меня разбудил, чтобы я на вашу драку посмотрела? Быстро перестаньте, и рассказывай уже, что произошло.

– Произошло то, что некоторые, рискуя своей жизнью и здоровьем, выполняют важные задания в тяжелейших ночных условиях, борются со всякой чертовщиной, выслеживают рыжих котов и привидений. А вот другие бросили первых на произвол судьбы и сладко спят в своих теплых постельках!

– Стоп, остановись, – прервала разгневанного брата Стефи, – каких таких рыжих котов?

Через пять минут Ронни со Стефанией уже были в курсе всех подробностей ночного дежурства Тома.

– Молодец! – похвалила брата главная сыщица. – На сегодня сон отменяется. Берите фонари, идем искать кота!

Известие о предстоящей бессонной ночи стерло с лиц близнецов следы любых эмоций, кроме печали.

– Стефи, может быть, завтра? – попробовал уговорить сестру Том, но Стефания оставалась непреклонна.

– Не обсуждается, – отрезала та. – Собирайтесь.

Через несколько минут оснащенная фонарями группа сыщиков вышла из спальни. По предложению Стефании ребята разделились. Каждый двинулся к своей лестнице: Ронни – по дальней боковой, Том – по ближней, а Стефи – по центральной. Разойдясь, они одновременно стали подниматься на третий этаж. Мощные фонарики хорошо освещали ребятам путь.

Поднявшись на мансардный этаж, Том, обходя все помещения на своем пути, двинулся к сестре. Стефания, не шевелясь, стояла в центре этажа прямо над головой рыцаря и ждала его. Встретившись, они вместе, освещая каждый угол на своем пути, двинулись в сторону Ронни. Стефания придумала безупречную тактику – проскочить мимо юных следопытов было просто невозможно. Двери в комнаты мансардного этажа оказались закрыты, кот туда попасть не мог, поэтому проверка прошла довольно быстро.

Не достигнув результата с первой попытки, ребята снова разделились и теперь начали спускаться вниз. Таким же образом они обследовали сначала второй, а потом и первый этажи и, наконец, добрались до подвала.

Несмотря на зажженные фонари, детям здесь было жутковато. Специфический запах подземелья раздражал обоняние, а зловещие тени от экспонатов и отражения в зеркалах рождали фантазии о привидениях и страшных злых существах, непременно скрывающихся в темноте. Когда проходили мимо уже знакомого им портрета, висящего напротив треугольной зеркальной колонны, у всех ребят одновременно пробежали мурашки по коже. Том посветил на знакомое лицо и снова отметил, что глаза человека на портрете выглядят вполне живыми и настоящими.

Освещая ту же стену, он двинулся дальше. Ронни шел рядом с братом, и его фонарь освещал часть пола и противоположную стену перед ними. Через несколько метров скользящий по стене луч фонаря Тома выхватил из темноты абсолютно новый портрет. Совершенно не ожидая появления ни новых героев, ни тем более картин, Том почти уже прошел мимо, не обратив внимания на находку, но вдруг остановился.

За несколько посещений подвала в его памяти отложились все висящие на стенах объекты. Но этот портрет не был ему знаком!

Том направил луч фонаря в центр картины и рассмотрел лицо пожилого небритого мужчины, смотрящего из глубины прямо в глаза мальчику. Причем это лицо кардинально отличалось от других персонажей.

– Эй, Ронни, посмотри сюда! – позвал он брата, прочертив фонариком круг от противоположной стены обратно к портрету.

Ронни повернулся на зов, его фонарик посветил в указанном направлении и… уперся в висящее на стене зеркало. В стекле, одетом в раму с богатой инкрустацией, ослепляемые лучами фонарей, отражались только испуганные лица самих братьев. Том от неожиданности и удивления открыл рот.

– Как это? – только и смог произнести он. – А где портрет?

– Какой портрет? – подошла к ним со своим фонариком Стефания. – Что случилось, опять вам призраки мерещатся?

Том стоял, опустив фонарь, и тупо пялился в темное зеркало. Он не мог поверить своим глазам и пытался найти логическое объяснение случившемуся.

– Да что ты там увидел? – допытывалась Стефания. – Чего стоите, идемте дальше!

Том медленно отходил от пережитого.

– Здесь только что был портрет, – дрожащим голосом сказал он, – а потом мужчина на нем куда-то исчез, и портрет превратился в зеркало…

– Ладно! У тебя был насыщенный день, ты просто перенервничал и устал. Пойдемте лучше спать, – внимательно изучив лицо брата, подвела черту девочка.

Том еще раз осмотрел зеркало со всех сторон, посветил внутрь и на его раму фонариком и, пожав плечами, пошел вслед за сестрой.

– Удивительно, – бормотал он, – я ведь так хорошо разглядел его лицо. Мне это просто не могло померещиться!

Закончив ничем не увенчавшиеся поиски, расстроенные ребята отправились спать. Стефания и Ронни заснули почти сразу же, а вот Тому долго не спалось: он ворочался в своей постели, пытаясь найти объяснение случившемуся в подвале. В эту ночь ему снился рыжий кот, привидения, пауки, странный портрет и любимый мамин лимонный пирог, который юный сыщик так и не отведал, занятый чрезвычайно важными делами настоящего детектива.

Глава 15

Поисковый отряд

All things are difficult before they are easy.

Прежде чем стать легким, все трудно.

Мэй стояла под окнами спален ребят и тихо, почти шепотом звала их, чтобы не разбудить родителей. На часах было ровно 8 утра, и девочка пришла открывать сегодняшнюю смену дежурства. На ней были черные лосины и серая майка, а на плече висел небольшой детский рюкзачок. Мэй подошла к предстоящей операции со всей ответственностью: встала раньше обычного, переделала все свои ежедневные утренние дела, собрала рюкзачок и точно к назначенному времени уже стояла у дверей замка.

К ее удивлению, в назначенное время дверь никто не открыл, внутри дома царило безмолвие. Девочка очень удивилась, обошла здание и, увидев, что окна детских спален приоткрыты, попыталась разбудить их хозяев.

В спальнях было тихо – после непростой ночи все спали как убитые. Стефания забыла поставить будильник и, хотя обычно вставала раньше всех, в этот день тоже все проспала. На братьев рассчитывать не приходилось – оба близнеца были жуткими сонями и могли проспать до 11, а то и до 12 часов дня.

Мэй немного разозлилась, потому что понимала: ее друзья сладко сопят в своих кроватях, а она здесь топчется под их окнами, да еще и в такую рань. Что теперь делать? Стучать большим металлическим кольцом по двери точно было нельзя – так она могла разбудить весь дом. Девочка позвонила Стефании в надежде, что телефонный звонок разбудит подругу, но в трубке слышались только гудки.

«Вообще-то я приходила!» – рассерженная Мэй мгновенно настрочила сообщение, которое тут же было доставлено, но, увы, не прочитано.

Так и не дождавшись признаков пробуждения друзей, Мэй ушла. После обеда у девочки была запланирована встреча с гувернанткой пропавших детей – Терезой. Она была второй гувернанткой в семье, помимо Дии, с которой Стефания уже встречалась. Мэй набрала ее номер и договорилась прийти к ней прямо сейчас.

Если Дия была молодой современной девушкой, то Тереза – ее полной противоположностью. Это была пожилая дородная женщина с морщинистыми руками, на которых грубыми мозолями отразились годы нелегкого труда на полях. Она жила в белом двухэтажном доме с фахверками на немецкий манер и содержала троих внуков, мать которых умерла пять лет назад. Тереза раньше подрабатывала в замке, но Крис и Лия ее не особенно любили: она была по-немецки сурова в своей манере воспитания и чаще запрещала, чем разрешала двойняшкам что-либо делать. Мэй тоже не слишком жаловала Терезу, но для расследования ей нужно было стать настоящим профессионалом, а значит – допросить всех, кого только возможно, несмотря на свое отношение к этим людям.

Разговор с Терезой прошел быстро: та собиралась вести младшего внука на секцию плавания и сразу предупредила Мэй, что на ее вопросы у них не больше десяти минут. Десять минут вполне хватило, выяснив пару небезынтересных для их расследования новых деталей, Мэй направилась обратно в замок – стрелки часов подходили к 10:00. Уж теперь-то ее компаньоны наверняка должны были проснуться!

Входная дверь была уже открыта, а из зала громко доносился серьезный голос Стефании, которая то ли отчитывала кого-то, то ли давала наставления:

– Прямо сейчас начинаем все его искать! Как я и сказала, организованно прочесываем весь подвал. Кот где-то в замке, теперь в этом не может быть никаких сомнений!

Мэй вошла в зал и увидела группу людей, обступивших Стефанию, которая стояла на стульчике и, активно жестикулируя, что-то рассказывала окружающим. Вокруг нее стояли практически все работники замка: горничные, садовник Питер, Марта, Хэнк и кореец Пак. Генри и Элизабет были тут же. Мэй присоединилась к слушателям, но попала уже на завершающую часть разговора и поэтому не совсем понимала, что к чему.

– Кто первый его увидит, сразу зовет всех остальных! Нам обязательно надо его поймать, – с важным видом закончила свою речь Стефания.

– А почему вы решили, что он в замке? – недовольным голосом поинтересовался Хэнк. Мэй заметила, как, задавая этот вопрос, он нервно теребил края своего пиджака. Не укрылась от нее и моментальная реакция Марты, которая резким, неаккуратным движением одернула Хэнка, да при этом еще и наградила недовольным уничтожающим взглядом. Управляющий тут же вытянулся по струнке, а его руки опустились по швам, как у офицера на ковре перед начальством. Никто, кроме Мэй, не обратил внимания на это быстрое, но очень показательное движение. Сообразительная девочка про себя отметила эту странную нервозность Хэнка, проявленную им после речи Стефании, и решила, что это непременно следует запомнить и потом обсудить с друзьями.

– Действительно, Стефи, почему?

Генри присоединился к вопросу Хэнка и переключил внимание Мэй на себя.

Стефания, все так же стоя на стульчике, внимательно посмотрела сначала на управляющего, затем на Марту и, переведя взгляд на Генри, уверенным голосом ответила:

– Я точно знаю, что он где-то в замке, и этого должно быть вполне достаточно. Я не отвлеку вас надолго – в таком составе мы сможем осмотреть весь замок всего за час.

– То есть мы должны оставить свои дела и в составе… – Марта прищурила левый глаз, пересчитывая присутствующих. – …В составе восьми взрослых человек искать кота, который, как вам, мисс Томпсон, просто кажется, находится где-то в замке?

Произнося эти слова, Марта интонацией особенно подчеркнула слово «кажется». Но Стефания не испугалась нападения Марты и держалась молодцом.

– Вы все поняли верно, Марта. Может, у кого-то еще есть вопросы?

– Мистер Томпсон, вы всерьез поддерживаете эту нелепую идею вашей дочери?

На этот раз Марта обращалась к Генри, и в ее голосе чувствовались крайняя нервозность и ничуть не скрываемое возмущение. Но Генри вступился за дочь.

– Марта, я присоединяюсь к дочке и прошу сделать то, что она говорит. Дети уделяют много времени расследованию пропажи Криса и Лии, и мы должны быть им в этом благодарны – у всех нас есть много повседневных дел, но помощь ребят в расследовании весьма существенна, поэтому, если они просят нас о содействии, наша задача – помочь им. Дети повзрослели раньше, чем мы ожидали!

Больше ни у Хэнка, ни у Марты не было аргументов, чтобы не выполнять поручений маленькой хозяйки замка.

– Прошу всех разойтись по стартовым местам, через пять минут начинаем поиски! – скомандовала девочка.

Завидев в толпе Мэй, она улыбнулась и помахала подруге. Далее следовал инструктаж: как нужно правильно двигаться, чтобы не спугнуть котенка. Когда каждый участник операции занял свое место, Стефи сделала знак Мэй и братьям, и они отошли в дальний угол.

– Прости, Мэй, что не открыла тебе утром дверь, – извинилась Стефания, – я проспала. У нас тут ночью много чего произошло интересного.

– Это ерунда! – ответила подруга. – Я уже поняла, что у вас были для этого веские причины, зато я удачно использовала это время и поговорила с гувернанткой Терезой. У меня есть кое-что новое.

– Здорово! Мне очень хочется поскорее услышать подробности, но сейчас я затеяла тотальную проверку дома в поисках котенка. Так что твои новости обсудим позже, договорились?

– Как, разве мы больше не дежурим? А я так готовилась к своей смене…

– Мэй, ты даже не представляешь, что здесь было вчера ночью! – Том и Ронни начали наперебой делиться с подругой впечатлениями.

– Не сейчас! Все потом. Сейчас – операция! Давайте начинать. Ты, Мэй, по ходу поисков не выпускай из внимания Хэнка, а ты, Ронни, обязательно проследи за Мартой, они сильно нервничают и могут чем-нибудь выдать себя.

Команда маленьких детективов уже давно признала Стефанию главной и сейчас беспрекословно подчинилась ее решениям.

– А я? – обиженно спросил Том. Должно быть, все уже забыли о его вчерашних заслугах, раз Стефи не посчитала нужным повысить его в обязанностях на сегодняшний день!

– А ты пойдешь первым и будешь нас вести!

Том сразу воспрянул духом, довольный тем, что его вчерашние заслуги все-таки были признаны. Дети присоединились к остальным участникам поискового отряда, и Стефания, встав у центральной лестницы, громко подала команду к началу движения. На первом этапе все спустились в подвал. В этот раз проверялись все без исключения помещения и открывались все, даже запертые, двери. Ронни и Мэй, двигаясь в составе разных групп навстречу друг другу, ни на минуту не упускали из вида своих «подопечных». Народу было много, и на проверку подвала ушло чуть меньше двадцати минут.

Закончив осмотр всех помещений подвала и вновь собравшись вместе, поисковики стали снова расходиться по своим лестницам, чтобы начать одновременный подъем на первый этаж. Ронни в своей группе двигался к дальней лестнице, выводящей на первый этаж, в столовую. Проходя по коридору мимо вчерашнего углового зеркала и портрета с живыми глазами, он на минуту отвлекся, чтобы еще раз внимательно его рассмотреть. Эффект от глаз, оживляющих все лицо, оставался таким же. По спине снова побежали мурашки… Ронни оторвался от портрета и стал искать глазами Марту.

Но впереди, по ходу его движения, женщины уже не было; он оглянулся – результат тот же. Неужели она уже повернула на лестницу? Ронни обогнал идущих перед ним родителей.

– Вы не видели Марту? – взволнованно спросил мальчик.

– Она где-то сзади, – ответила Элизабет.

Ронни все-таки добежал до поворота на лестницу и осмотрел ее – Марты не было и здесь. Мальчик направился обратно. По центральной лестнице наверх поднимались Стефания, Хэнк, Мэй и Пак.

– Вы не видели Марту? – обратился он к ним.

– Нет, не видели, – подозрительно посмотрев на Ронни, ответил за всех управляющий. – А что случилось?

– Нет, ничего, просто мы никак не соберемся все вместе, чтобы начать наш подъем.

Ронни прошел дальше до противоположной лестницы. Здесь уже начали подниматься Том, Питер и горничные. Марты среди них тоже не было, и никто ее не видел. Пришлось ни с чем вернуться к родителям. На проверку первого и второго этажей также ушло совсем немного времени, и уже примерно через полчаса поисковики, каждый по своей лестнице, начали подниматься выше – на мансардный этаж.

Здесь их ждал сюрприз: навстречу как ни в чем не бывало вышла улыбающаяся Марта.

– Ой, вы только еще идете, а я тут уже все проверила, – сказала она, закрывая за собой дверь в библиотеку.

На внезапное появление Марты никто не обратил никакого внимания – каждый был занят порученной ему задачей. Только Ронни отметил эту ее странную телепортацию и терялся в догадках, как это могло произойти. С учетом того что все группы очень слаженно и последовательно, производя обыск помещений, перемещались по дому, Марта не могла проскочить незамеченной! Как же она в таком случае вдруг оказалась в библиотеке наверху?

«Спрошу об этом Стефанию – она уж точно должна ответить», – подумал Ронни о сестре.

Закончив обход мансарды, все по центральной лестнице спустились в холл первого этажа. К превеликому сожалению юных сыщиков, поиски не принесли ожидаемого результата. Стефания, понимая, что задействовала весь дом в пустой, бесполезной «акции», до последнего держалась как истинный профессионал. Она вновь взобралась на стул, поблагодарила служащих, при всех извинилась перед родителями и предложила каждому продолжить заниматься своими делами.

После того как все разошлись, ребята собрались полным составом.

– Надо посовещаться, – предложил Том.

– Давайте посовещаемся в часовне у Эльзы. Она была хорошей девушкой, уж ее-то нам точно нечего бояться, – предложила Мэй. Ее тут же поддержали и всей гурьбой направились к месту, где покоилась первая владелица замка. Войдя в часовню, Мэй опустилась на корточки и протерла носовым платочком портрет Эльзы. На состаренной временем плите проявилось изображение добрых и мудрых глаз девушки.

– Здравствуй, Эльза, мы тебя немножко потревожим, – обратилась Мэй к гравюре девушки на могильном камне.

– Уважаемая Эльза, помогите нам, если можете, – шепотом попросил Ронни, сложа руки будто для молитвы.

– Ронни, мы не в церкви! Эльза, хоть и была очень доброй и благородной девушкой, ничем не отличалась от нас с вами. Она не святая! К ней не нужно обращаться с молитвой!

Ронни вытянул руки по швам, как солдат, услышавший приказ генерала, вздохнул и в очередной раз подумал про себя, почему он так беспрекословно подчиняется младшей сестре?

Место для совещания было идеальным: здесь никто не мог подслушать или неожиданно потревожить ребят.

Начали с Мэй.

– Расскажи о встрече с гувернанткой, – попросили ее ребята.

– Я выспросила у нее все, что смогла, – начала рассказывать девочка, – но многое мы и так уже знали сами. Новости только две. Первая: рыжего котенка звали Лорд, и на нем был коричневый ошейник…

– Йес-с-с, – радостно отметил Том.

– Вторая, – продолжила Мэй, – она сказала, что через несколько дней после пропажи детей из гардероба исчезла часть их личных вещей. В это время в доме как раз шли обыски и тщательные проверки, постоянно появлялись новые люди, включая полицейских, детективов и адвокатов. Поэтому сначала она решила, что вещи кто-то забрал для следствия, но недавно, когда старые хозяева уже уехали, ей показалось, что из гардероба снова исчезло несколько вещей из одежды и обуви. Тогда у Терезы возникло подозрение, что здесь явно что-то не так. Но поделиться своими сомнениями ей было уже не с кем – замок продали, и ваш папа ее уволил.

В ответ на рассказ Мэй ребята наперебой начали пересказывать ей события ночи, а Ронни поделился информацией о подозрительном утреннем исчезновении Марты.

– Марта сослужила нам большую службу, и еще не раз это сделает! – резюмировала все сказанное Стефания. – Чем больше нам будут загадывать таких загадок, тем быстрее мы будем продвигаться в своем расследовании исчезновения детей и изучении других тайн нашего замка.

– Что ты имеешь в виду? – обратился к Стефи удивленный Том.

– Все просто, – начала объяснять маленькая сыщица, – смотрите. Если человек пропал в подвале, а потом вдруг очутился в библиотеке на мансарде, и при этом мы можем с уверенностью сказать, что он не поднимался туда ни по одной из лестниц, что это значит?

Дети задумчиво молчали, вариантов не было ни у кого.

– А это значит, что где-то есть еще одна лестница и какой-то другой тайный ход, который позволяет незаметно подняться наверх.

– Это же подсказка! Ну надо же! Никогда бы не подумал, что буду в чем-то благодарен Марте. Будем искать тайный ход! – сказал Ронни, понимая, что помощь домоправительницы оказалась незаменимой.

– Ронни, ты абсолютно прав. Но нам нужно быть очень осторожными. От нашей предусмотрительности зависят не только наши собственные судьбы, но и судьба Криса и Лии. Я уверена, что их исчезновение и тайны замка завязаны в один узел. Например, еще не факт, что Марта и Хэнк не знают про открытые нами потайные комнаты и ящики связи. Давайте повременим с дежурствами, соберем больше информации и тогда примем новое решение. Страшно даже представить, что может случиться, если кто-то заявится в комнату, пока мы там дежурим. Причем я боюсь не столько того, что нам причинят вред, сколько, что нас рассекретят и все наши усилия пойдут коту под хвост!

– Стефи, я бы не был настолько уверен в том, что эти люди не представляют опасности для наших жизней! Мы не знаем, что у них на уме.

– Ты тоже можешь быть права, Мэй. Правду мы узнаем со временем… Давайте теперь еще раз проследим ход событий. Крис Шелдон при строительстве замка учел накопленный всеми мировыми строителями опыт и, чтобы поразить покойную Эльзу, собрал в этом здании столько сюрпризов и тайн, что, не имея подсказок, разгадывать их можно столетиями. Дети современных хозяев замка пытаются разгадать его тайны и вдруг в один прекрасный момент бесследно исчезают. С тех пор проходит шесть месяцев. Сразу после их внезапной пропажи в двух столичных аэропортах находят пакеты с личными вещами детей. Помимо этого, есть точная информация, что из одного из этих аэропортов был совершен странный звонок с телефона Лии. Дети исчезают вместе с рыжим котенком в коричневом ошейнике, а спустя некоторое время в замке начинает появляться таинственный худой рыжий кот в ошейнике такого же цвета. Не кажется ли вам все это крайне подозрительным, друзья?

Все дружно кивнули в знак согласия, после чего Стефания продолжила:

– Выясняется, что дети были в плохих отношениях только с двумя людьми в замке: Хэнком и Мартой. Мы также знаем, что Крис и Лия раньше уже доставляли беспокойство своим родителям, бесследно пропадая на короткое время. Как минимум это случалось дважды. И оба раза это происходило тогда, когда они оставались наедине с этим противным управляющим и его помощницей. Мы также все прекрасно поняли, что оба этих человека обладают обширными знаниями о замке и умело ими пользуются. А теперь давайте вспомним про рассказ уволенного папой повара…

– А он тут при чем? – недоуменно спросил Том.

– Как же? Вспомните: если верить рассказу Дии, в выходной день он случайно зашел в замок и увидел за шторами пустого замка силуэты людей. Полиция никого не нашла, но при закрытых изнутри воротах во дворе вдруг оказались Хэнк и Марта. Видимо, повар видел именно их. Что им нужно было в выходной день ночью в замке? Ну и в качестве вишенки на торте – почему Хэнк и Марта боятся, что мы поймем, где прячется рыжий котенок? У меня все. Кто-то хочет еще что-нибудь добавить?

Стефания завершила свою речь, и какое-то время ребята молчали, погруженные в раздумья. Наконец голос подал Ронни.

– Есть еще кое-что, – немного загадочно произнес мальчик, с важным видом подняв палец вверх. – Мне кажется, нужно отмечать не только значительные события, но и разные мелочи, которым бывает довольно-таки трудно сходу найти разумное объяснение. Например, когда мы исследовали подвал, с нами несколько раз происходили не такие уж и важные на первый взгляд, но совершенно необъяснимые, я бы сказал, даже странные события.

Вспомните: во время первого осмотра замка, когда мы шли по коридору, Стефи почувствовала какое-то движение в висящем на стене зеркале. Потом Том увидел полоску света на полу, и ему показалось, что в зеркале перед ним закрылась дверь. А вчера Тому вообще повезло: он умудрился нос к носу столкнуться с портретом, на месте которого через секунду непостижимым образом оказалось простое старинное зеркало. Мы совершаем большую ошибку, не принимая эти мелочи в расчет!

– Полностью согласен, – поддержал брата Том.

– А помните случай с этой странной библиотекой, расположенной в подвале на зеркальной стене? Когда Стефи сняла с полки одну из книг, Хэнк сильно напрягся и попросил немедленно поставить ее на место. Почему? Это ведь просто книги, а мы – хозяева замка. Почему мы не можем их рассмотреть, что в них такого секретного? У меня, кстати, с собой, на телефоне, есть фотографии этой библиотеки, – вспомнил Ронни.

Все время, пока Ронни говорил, Стефания внимательно его слушала, и ее лицо с каждым новым произнесенным им предложением выражало все большую заинтересованность. В конце девочка не выдержала и воскликнула:

– Принимается! Надо детально разобраться в каждом из перечисленных Ронни случаев. Интуиция подсказывает мне, что мы точно сможем найти в этом недостающие подсказки.

– Том, ты ведь рисуешь лучше всех в нашей семье, – обратилась она к брату. – Попробуй нарисовать на бумаге увиденное тобой вчера в подвале лицо с исчезнувшего портрета. Кстати, через два дня снова должны приехать детективы Карл и Барни. Надеюсь, они прибудут не с пустыми руками и дадут ответы на вопросы, которыми я озадачила их в прошлый раз. А пока что пора возвращаться, чтобы наше совместное отсутствие ни у кого не вызвало подозрений.

Глава 16

Сосисочный сериал

A stitch in time saves nine.

Один стежок, сделанный вовремя, отменяет необходимость в девяти позже.

В течение следующих двух дней Том и Ронни несколько раз просыпались среди ночи и с фонариком прочесывали лестницы в надежде отыскать следы присутствия кота, но рыжего и след простыл – как будто он сам тайно присутствовал на собрании в каминном зале и решил залечь на дно.

Том истратил несколько страниц альбома для рисования в попытках передать точные черты и мимику лица, увиденного им ночью на внезапно исчезнувшем портрете. Как же он жалел, что в тот момент не рассмотрел его получше! Но кто мог знать, что пройдет всего несколько дней, и его «видение», над которым сестра с братом сначала только посмеялись, будет воспринято как серьезная улика. В результате Тому все-таки удалось нарисовать нечто похожее на лицо таинственного призрака. Стефания забрала получившийся рисунок, сделала несколько копий и все это «подшила к делу», то есть сложила в папочку, куда начала тщательно собирать всю информацию по расследованию.

Мэй, по просьбе Стефи, еще раз посетила Терезу и составила примерный список вещей, которые, по мнению той, могли пропасть из комнат детей сразу после их исчезновения.

Наконец, в замок явились детективы. Как и в предыдущий раз, Стефания гордо сопровождала Генри на переговорах, которые проводились на том же месте – в каминном зале. И в этот раз удача наградила юную сыщицу своей улыбкой: почти сразу же после того, как участники разговора расселись по своим местам и Барни достал толстую записную книжку, собираясь отчитаться о результатах расследования, в зал ворвалась Нора.

– Мистер Томпсон! Мистер Томпсон! В прачечной прорвало трубу, вода хлещет во все стороны, и я не знаю, как ее остановить!

– Нора, попросите, пожалуйста, помощи у Хэнка, у меня сейчас важные переговоры. Не отвлекайте меня!

– Мистер Томпсон, я бы и рада была попросить Хэнка, но они с Мартой уехали закупать продукты на следующую неделю. В подвале на полу всюду вода, и я совсем не знаю, что делать!

– Большой замок – большие хлопоты! Уважаемые детективы, прошу меня простить, нужно идти. По всем интересующим вопросам вы можете пообщаться с моей дочерью Стефанией. Она в курсе всего и может вам быть даже более полезна, чем я.

С этими словами Генри удалился, а Стефания осталась наедине с детективами. О большем юная сыщица не могла и мечтать, мысленно поблагодарив Нору за то, что она так вовремя обнаружила утечку в ванной. Решив сразу же перейти к делу, девочка положила перед собой заранее подготовленный лист белой бумаги, исписанный мелким почерком, и начала свою речь.

– Очень рада вас видеть. Надеюсь, вы подготовили ответы на вопросы, которые я задала вам в нашу последнюю встречу, – сказала она, кивнув на лежащий перед ней листок. – Давайте начнем с них по пунктам, а затем обсудим новые детали расследования.

– Хорошо, мисс Томпсон, – на этот раз первым вступил в разговор долговязый Карл. Он, в свою очередь, достал личный органайзер и раскрыл его на странице с закладкой. – Докладываем, что в результате проведенной нами работы получено следующее.

1. Составлен список всех служащих и частых гостей замка, посещавших его в указанный вами период. Фотографии большинства из них находятся в этом конверте.

2. Составлен перечень вещей, найденных в аэропортах.

3. Составлен список звонков Хэнка и Марты за соответствующий период, с указанием фамилий и телефонных номеров вызываемых абонентов.

4. Найдено фото детей с рыжим котенком на руках. (С этими словами Карл положил на стол перед девочкой несколько листов с напечатанным текстом и конверт с фотографиями.)

5. Проверка пассажиров рейса Оттава – Нью-Йорк результатов не дала.

6. То же и с видеозаписями за указанный период: никто из проверяемых по списку персонажей не летал в Нью-Йорк и не был зафиксирован ни одной из видеокамер.

7. Телефон Лии не имел кода доступа, и с него мог звонить кто угодно.

– Это все, – выдохнул детектив, окончив короткий доклад.

– Хорошо, – рассматривая переданные ей бумаги и фотографии, отметила Стефания.

– Есть еще что-нибудь интересное? – Она подняла глаза на детективов. Под ее требовательным взглядом Барни заерзал в кресле.

– Мисс Томпсон, мы и так за эти дни практически не присели! На большее нам просто не хватило времени.

– Все в порядке. Вы очень хорошо поработали, – ответила смягчившимся голосом девочка. – Но времени больше терять нельзя. Давайте снова встретимся через два дня? За это время мы с командой изучим вашу информацию, а вы постараетесь найти что-то новенькое, – предложила она.

– У вас есть команда, которая занимается расследованием? – удивленный Карл поднял брови, представив отряд военных или бойцов под предводительством маленькой хозяйки замка.

– Да, в ней мы с братьями и соседская девочка. Но эта информация должна остаться строго между нами, – сказала Стефания, понизив голос. – В этом замке, знаете ли, и у стен есть уши.

Детективы переглянулись между собой. А девочка закончила:

– Это все. Не смею вас больше задерживать.

Проводив гостей, Стефания направилась в беседку, где ее уже ждали братья. Ребята договорились встретиться там заранее, превосходно научившись за последние несколько дней работать слаженно, не просыпать операции и не запугивать друг друга, переодеваясь в костюмы привидений.

– Коллеги, появилась новая информация! – возбужденно заявила Стефания. – Нужно будет распределиться. Ронни и Том, – обратилась она к братьям, – вы анализируете информацию по списку служащих и постоянных гостей, сопоставляете ее с перечнем абонентов по звонкам Хэнка и Марты. Решаете, с кем из них мы должны еще пообщаться, чтобы найти нужные нам ответы. Знаете, что такое перекрестные допросы? Это когда сначала собирают показания у одних подозреваемых в отношении других лиц, потом наоборот, допрашивают этих лиц про самих подозреваемых, а потом сравнивают все эти показания. Я видела такое в каком-то старом фильме про сыщиков. Уже не помню, в каком – я их столько пересмотрела!

– Стефи, это отличная идея! – захлопала в ладоши Мэй, щеки которой пылали восхищением от затеи подруги. – Давай мы с тобой займемся вещами Лии и Криса, обнаруженными в аэропорту. У нас есть информация от Терезы – сравним и сделаем выводы. Если закончим быстро, то поможем близнецам. Мне кажется, к тому моменту, когда детективы Барни и Карл явятся в следующий раз, нам нужно будет успеть сделать как можно больше и составить им новый список поручений!

– У меня есть предложение, – Ронни поднял вверх руку, желая высказаться, как в школе. – Мы забыли про рыжего котенка. Я думаю, что если мы имеем дело с молодым голодным котом, то его надо как-то накормить. Он же растет! А еды ему, судя по всему, не хватает… Ведь Марта с Хэнком постоянно заботятся о мышеловках в замке – чтобы ни одной мышки бедному котику не оставить! Я уверен, что Лорд всегда голодный.

– Да, но как нам его накормить, если мы даже не знаем, как его поймать? – поинтересовался Том, почесывая затылок.

– А я вам расскажу не только, как его накормить, но и как поймать! Я все продумал! – с гордостью заявил Ронни. – Ловить его надо на сосиску. Я не шучу! На обычную сосиску. Вчера всю ночь я думал об этом и вот что придумал в итоге. Сегодня после обеда родители отправляются в торговый комплекс, чтобы купить новые телевизоры в спальни. Я поеду с ними и уговорю приобрести мне маленькую видеокамеру.

– Стоп! – остановил брата Том. – Но ведь в замке запрещена установка стационарных электронных видеосистем.

– Вот именно – стационарных! Но, спрятав в уголке маленькую ручную камеру, мы не нарушим этих правил. Это то же самое, что пользоваться в замке мобильным телефоном!

– А дальше? Что ты будешь делать дальше? – нетерпеливая Мэй хотела скорее узнать, в чем же заключается основная задумка Ронни.

– Дальше ставим тарелку с сочной сосиской на выбранное место, нацеливаем на нее скрытую камеру, синхронизируем с нашим ноутбуком и в спальне по очереди дежурим у компьютера. То есть смотрим кино про сосиску, а если повезет, то, может быть, и про рыжего кота. Как его там зовут? Да, про Лорда!

– О, ну это совсем другое дело. Прекрасная идея! – Том похлопал брата по плечу в знак поддержки. – Главное, чтобы сигнал от камеры доходил до ноутбука: далеко поставить их друг от друга не удастся.

Все члены команды единогласно кивнули головами в знак согласия.

– Хорошо. Иди и договаривайся с родителями. Прямо сегодня и проверим твою задумку в деле, – подытожила Стефания. – На повестке дня остался еще один момент, организационный. Мы теперь – не просто дети, которые играют в детективов, мы – команда молодых, подающих надежды сыщиков!

При этих словах лица присутствующих расплылись в мечтательных улыбках – каждый представил себя в длинном плаще, которые носят детективы, а Мэй увидела себя в образе загадочной мисс Марпл в юном возрасте.

– Как у настоящей, не игрушечной, команды, у нас должно быть свое тайное приветствие, – продолжила речь Стефи. – У кого есть предложения на этот счет?

– У меня есть идея! – отозвался Том. – Давайте все вчетвером встанем в круг, руки сложим одну на другую в центре и с криком: «Наша дружная команда разгадает тайну замка!» разомкнем их, одновременно и резко подняв вверх. Ну, как вам?

– Том, ты как будто готовился, даже речовку придумал! – удивилась Стефания.

– Так и было… Я придумал это приветствие, пока дежурил в каминном зале. Было страшно, поэтому хотелось себя чем-то занять.

– Молодец! Предлагаю принять этот вариант безоговорочно и единогласно. Или у кого-то есть другие идеи?

– Нет, мы полностью поддерживаем Тома.

Друзья немного потренировались в новом приветствии и, бодрые и веселые, разошлись по своим делам. Дело набирало все новые, более интересные, обороты, а юные сыщики из простых друзей превратились в настоящую команду единомышленников.

После обеда Ронни, в соответствии с ранее намеченным планом, уехал с родителями за покупками, а остальные ребята погрузились пусть и в рутинную, но новую для них работу рядовых сыщиков.

Оставшийся в одиночестве Том, выполняя порученную ему задачу, перебирал фотографии служащих и гостей замка из принесенного детективами свертка. Фотографий было много – разных форматов, качества и дат съемки. Основная их часть, конечно, была скачана из интернета и просто распечатана на цветном принтере. Том вспомнил, как в сериалах полицейские развешивали фотографии на стенах и ручкой помечали на них подозрительные или требующие более детального рассмотрения места. Делать то же самое Том побоялся из опасения, что его могут рассекретить.

Рассматривая снимок за снимком, он внимательно вглядывался в каждое лицо, пытаясь по выражению и взгляду понять характер запечатленного на них человека. Том крутил фотографии в руках и так и сяк, но ничего подозрительного пока найти не мог.

Часть изображенных на них людей была ему знакома – эти лица он уже где-то видел, но вот припомнить, где именно и когда, не мог. Однако большинство лиц с фотографий для Тома были новыми. Слева его ждал список телефонных абонентов, с которыми, по сведениям детективов, общались Хэнк и Марта. Справа находился список служащих и гостей замка. В обоих списках фамилии располагались в алфавитном порядке.

К удивлению Тома, его задача оказалась не такой трудной, как он думал сначала. Про себя он отметил профессионализм детективов, которые так качественно подготовили информацию. Юный сыщик решил для начала вычеркнуть из списка звонков номера телефонов бывших хозяев замка, затем – гувернанток, садовника, корейца Пака и снабженца. По его мнению, частые звонки этим людям были оправданны, и сами по себе они не вызывали подозрений.

Потом Том выписал на отдельный листок фамилии десятка людей, с которыми Хэнк и Марта, судя по частоте и длительности звонков, общались больше остальных. Так сформировался новый список особо подозреваемых с фотографиями. Дело двигалось.

Теперь ему осталось сократить его, выбрав людей, чьи звонки были зафиксированы только в день исчезновения детей и в течение двух суток после этого. В результате осталось всего три абонента.

Том положил перед собой три фотографии.

– Йес-с-с! Кажется, нашел! – Том довольно цокнул языком. С двух фотографий на него смотрели взрослые мужчина и женщина, у которых, судя по имеющемуся списку, была одна фамилия.

Это были пятидесятилетние супруги Тирси. Женщину звали Кларой, а ее мужа – Адамом. Внешне они были похожи скорее на брата и сестру, чем на супругов – так много общего было в их чертах. Лицо Клары, испещренное глубокими морщинами, выражало глубокую тоску. Уголки ее тонких губ опустились и придавали всему лицу выражение полнейшего уныния. Над верхней губой красовалась крупная бородавка, а нос по своей форме напоминал дыню, пузатым продолговатым оазисом выделяясь на осунувшемся лице. Адам представлял собой подобие жены в мужском обличии – такой же грузный, угрюмый и носатый. Эти люди не вызывали у Тома доверия…

Приглядевшись к фотографии Адама, юный сыщик понял, что точно где-то видел этого человека раньше.

– Откуда же я могу его знать? – мальчик задавал себе один и тот же вопрос. Но, как Том ни напрягал свою память, она отвечала глухим молчанием.

Третьим персонажем фотоистории был парень лет двадцати пяти с жидкими прямыми волосами, угреватым лицом и отталкивающим выражением глаз.

– Да уж! Вот это кадр… Как будто из психбольницы сбежал! – заключил Том. Лицо парня казалось ему таким противным, что его аж передернуло от неприязни.

Судя по приложенной детективами справке, Адам Тирси работает в замке, занимаясь обслуживанием котельной. А молодой парень, которого звали Патриком, раньше был его помощником.

Встретившись вновь, молодые детективы поделились друг с другом результатами своих изысканий. Стефания и Мэй пришли к выводу, что гувернантка Тереза все-таки не ошиблась: часть вещей, найденных в аэропортах, действительно пропала не одновременно с детьми, а уже через несколько дней после их исчезновения. Но вот куда делись вещи, пропавшие недавно, понять пока было невозможно. Из этого можно было сделать самый главный вывод: если вещи забрали, значит, велика вероятность, что они были не просто банально украдены, а нужны своим маленьким живым (!) хозяевам.

Вечерело. Домой вернулись родители и Ронни. Ребята пошли помогать разгружать телевизоры, и за работой незаметно подошло время ужина. Генри и Элизабет были невероятно удивлены тем, что их дети вдруг проявили необычную тягу к вареным сосискам. И самое интересное, что едва Элизабет успела поставить полные тарелки на стол, как их содержимое тут же исчезло.

– Ну и аппетит у вас сегодня! – удивился Генри.

– Сосиски – любимая еда миллионеров! Папа, ты что, не знал об этом? – Стефания попыталась в шутливой форме обыграть ситуацию, пока Том и Ронни второпях, под столешницей, набивали свои карманы благоухающей приманкой для кота.

Ронни блестяще выполнил свою задачу и приехал в замок уже с маленькой видеокамерой. Чтобы протестировать приобретение, мальчик снял торжественное окончание ужина, когда Элизабет подавала фисташковое мороженое и вафли, и попросил каждого сказать пару слов на камеру.

Закрывшись в спальне, ребята просмотрели снятое видео, и его качество их обрадовало. Даже в коридоре второго этажа, где освещение было очень тусклым, картинка должна была быть вполне четкой. Теперь надо было дождаться, когда родители отойдут ко сну, и начинать операцию.

Через некоторое время, убедившись, что взрослые сладко спят, из своей спальни выпорхнула подготовленная к мероприятию Стефания – она несла в руках большую тарелку с сосисками. Девочка дошла до лестницы и поставила ее в центре коридора, прямо перед лестничным маршем.

В это же время Ронни с ноутбуком в руках стоял в дверях своей спальни и, глядя на монитор, помогал Тому устанавливать камеру. Аппаратуру расположили здесь же, прямо на полу, прислонив к плинтусу рядом со входом в родительскую комнату. До приманки, на которую был нацелен ее объектив, было меньше десяти метров. Ронни, убедившись, что объектив наведен правильно, а сигнал обеспечивает качественное изображение тарелки на экране компьютера, знаком позвал Тома возвращаться в спальню.

Стефания пожелала братьям спокойной, но содержательной ночи и пошла спать. Дежурство началось. Первым вызвался Ронни, а через два часа его должен был сменить Том.

Ребята разместились в своих кроватях и еще даже не обсудили прошедший вечер, как Том начал клевать носом и уснул. Ронни остался в одиночестве и добросовестно всматривался в монитор. Фильм про сосиски в тарелке оказался крайне неинтересным. Чтобы разнообразить сюжет, нужен был главный герой, желательно рыжий и лохматый. Но время шло, а действующих лиц на экране не добавлялось.

Надо сказать, что это чертовски трудно непрерывно смотреть на одно и то же неподвижное изображение в течение долгого времени, да еще при условии, что в обычной жизни ты в это время уже крепко спишь. Ронни самоотверженно боролся со сном, и некоторое время ему даже удавалось выходить из этой битвы победителем, но в один прекрасный момент сон усилил захват, подставил подножку и положил-таки мальчишку на обе лопатки.

Том, в ожидании своего дежурства, спал очень чутко, поэтому, когда снизу донесся приглушенный полуночный бой каминных часов, он сразу же открыл глаза, свесился с кровати и взглянул на брата. Тот мирно спал. Ноутбук на его груди, уподобившись хозяину, также дремал, включив режим экономии энергии.

Недовольный представшей перед ним картиной Том спустился с кровати и растолкал брата.

– Эй, балбес, спишь, что ли? Давай, просыпайся!

– Не знаю, как это я заснул, – сонно бормотал Ронни, – мне казалось, что я продолжаю смотреть кино про сосиску, а получается, это уже был сон.

– Стой, а как там наш кот? – опомнился Том. Он отобрал ноутбук у Ронни и, дотронувшись пальцами до экрана, «разбудил» и его тоже. Монитор выдал устойчивую картинку погруженного в сумрак коридора и мирно стоящей на полу тарелки с сосисками.

– Уф-сф-сф… еще не появлялся, – выдохнул Том. – Давай, спи дальше, теперь я подежурю.

Сосисочный сериал был действительно скучным, и с этим, чтобы не повторить печальный опыт Ронни, надо было что-то делать. Изобретательный Том быстро придумал игру, которая отвлекала сыщика от мыслей о подушке и сладких снах. Мальчик представил себе, что прямо сейчас по темным коридорам и лестницам ночного замка бродят привидения и какое-то из них обязательно должно заглянуть на их этаж. Вот-вот оно выплывет со стороны лестницы в их коридор. Том так глубоко вошел в образ охотника за призраками, что от страха еще сильнее закутался в одеяло, оставив открытыми только глаза.

Каково же было его удивление, когда через некоторое время привидение действительно появилось. Только оно выплыло не со стороны центральной лестницы, откуда Том его ждал, а из одной из гостевых комнат, расположенных в дальней части коридора.

Сначала начала бесшумно открываться одна из дверей, затем на противоположной стене появилось какое-то бледное мерцающее сияние, а чувствительный микрофон камеры передал легкий шорох пробежавшей по полу воздушной волны, и, наконец, в сумрак коридора выплыло ОНО. Привидение оглянулось по сторонам и плавно направилось к спальням Томпсонов.

Но и это было еще не все. Следом стали приоткрываться двери других комнат, и из них целыми рядами начали выплывать все новые и новые привидения. Казалось, им не было конца! Через несколько минут по коридору в сторону спален двигалась уже целая толпа сияющих приглушенным голубым цветом бестелесных созданий. Их намерения не вызывали сомнений – призраки хотели доказать новым владельцам, кто настоящий хозяин в этом замке.

Первое привидение приблизилось к комнате родителей и исчезло с экрана. Оно миновало зону допустимого обзора камеры, и теперь о его действиях можно было судить только по передаваемым микрофоном шипящим звукам. Том уловил легкий скрип открываемой двери. «О нет! Оно отправилось к родителям!» – пронеслось в голове у мальчика.

В это время остальная шайка призраков также миновала камеру. Стало ясно: они направляются к нему! От страха Том не мог пошевелиться и, укрывшись с головой одеялом, затаился. Снаружи послышался шум открываемой двери.

«Все, это конец», – пронеслось в голове у мальчика. «Как же там Стефи?! Я не успел ее предупредить», – с ужасом вспомнил он о ничего не подозревающей сестре.

Дальше случилось то, чего Том и ожидал с содроганием: с него злонамеренно стали стаскивать одеяло. Он отчаянно боролся, хватался за края ткани руками и даже зубами, но силы были неравными, и в конце концов он сдался. Одеяло слетело на пол, и мальчик остался один на один со своим ярким сном и…

Глава 17

Операция «Лорд»

A bird in the hand is worth two in the bush.

Птица в кустах стоит двух в руках.

Перед Томом стояли разгневанные сестра и брат, в руке у которого уже был стакан с холодной водой, готовой вот-вот выплеснуться на лицо уснувшего на посту сыщика. Том начал приходить в себя: открыв глаза, он с опаской заглянул за спины ребят и, никого там не увидев, тихо спросил:

– Стефи, Ронни! Что вы здесь делаете? И куда делись привидения?

Стефания пристально и с осуждением посмотрела на брата, а потом перевела глаза на Ронни.

– Мне все понятно, – констатировала она, поднимая с пола компьютер, – Ронни, приступаем к водным процедурам!

Том закрыл лицо руками, стараясь хоть как-то укрыться от надвигающейся струи воды, но его усилия были тщетны. Через несколько минут мокрый Том вытирал воду с пола и, оправдываясь, рассказывал ребятам про свой жуткий сон. Но его хныканье не особенно кого-то трогало – все были заняты делом. Стефания заново настраивала компьютер, а Ронни, взяв с собой стопку книг, выбрался в коридор, чтобы переставить камеру повыше.

Часы в каминном зале пробили 3 часа ночи, к этому времени условия для слежки в коридоре были значительно усовершенствованы: лакомства были максимально развернуты и приближены к камере, а после того, как Ронни подложил книги, содержимое тарелки стало видно как на ладони.

– А сколько ты положила сосисок в тарелку? – неожиданно спросил смотрящий на экран монитора Ронни у Стефании.

– Шесть, ровно шесть. А что? – удивленно откликнулась та.

Не ответив, обеспокоенный мальчик снова вышел из комнаты. На мониторе было отчетливо видно, как он подошел к тарелке и присел перед ней на корточки. Через минуту он повернулся лицом к камере и, вытянув вперед руку, показал своим компаньонам четыре пальца.

– В тарелке осталось четыре сосиски! – воскликнул Том.

– Ну что, сыщики-любители, проспали все, что могли? – укоризненно покачала головой Стефания.

– Да ладно тебе, – парировал Том, чье возмущение после перенесенных холодных водных процедур еще не ослабло, – подумаешь, проспали. Ты даже не говоришь, зачем тебе сдался этот кот. Ну и что, что он играл с детьми. Нам-то чем он может помочь? Может, наконец, объяснишь?

– Объясню, – с вызовом вздернула носик девочка. – Если люди слегка бестолковые, им, конечно же, приходится все объяснять, даже очевидные вещи.

После этих слов девочка согнулась у компьютера и начала перематывать запись, чтобы найти и зафиксировать момент пропажи сосисок. И он был быстро обнаружен, да даже и не один, а целых два замечательных момента!

– Я готова объяснить, – Стефания, как начальница, откинулась на спинку стула.

– Во-первых, вы видели, как реагируют на информацию о появившемся в замке котенке Хэнк и Марта. Только не говорите мне, что ничего не заметили! – Стефи закатила глаза. – Во-вторых, его появления из ниоткуда и исчезновения в никуда сами по себе задают нам загадку, которую мы, как истинные сыщики, просто обязаны разгадать! В-третьих, я очень надеюсь, что, если мы его найдем, это приблизит нас к разгадке тайны местонахождения детей. Я верю, что они живы. Иначе зачем кто-то совсем недавно снова забрал вещи из их гардероба? А теперь – в-четвертых. Смотрите сами! – И девочка жестом указала братьям на монитор.

Юные сыщики сперва просмотрели фрагмент, где, спустя полчаса после полуночи, со стороны главной лестницы, из темноты, крадучись, выдвинулось маленькое, несчастное и испуганное существо. Подобравшись к тарелке, оно схватило зубами ближайшую сосиску и тут же нырнуло обратно в темноту. Все произошло молниеносно, и даже многочисленные остановки кадров не помогли полностью рассмотреть таинственного и голодного гостя. Дальше рыжий воришка осмелел и, убедившись, что его никто тут не подстерегает и не собирается ловить, снова вышел из темноты лестницы и вальяжной походкой проследовал к тарелке. Как хозяин, для которого накрыли праздничный стол, он обошел блюдо по кругу и, лениво покопавшись в нем лапой, сначала выбрал, а потом подцепил когтем понравившуюся ему сосиску.

Стефания остановила видео в нужном месте, максимально увеличила кадр и ткнула в него пальцем.

– Теперь смотрите! – показала она братьям.

На экране была отчетливо видна голова Лорда. На шее у него красовался коричневый кожаный ошейник. Палец сестры указывал на то место, где на ошейнике висело что-то еще. Это было похоже на кошелек, какой-то маленький контейнер или просто кожаный мешочек. Самое главное, там внутри однозначно что-то было, и скорее всего – записка! Теперь у братьев не оставалось сомнений в правоте Стефании: на шее у рыжего кота был спрятан какой-то секрет. Кожаный мешочек вполне мог быть почтовым контейнером.

Шел четвертый час ночи, и где-то за горизонтом уже начинал зарождаться рассвет. Скоро его первые лучи должны были разбудить спящие поля. Под утренний щебет птиц заснуть будет трудновато, поэтому уставшим и зевающим ребятам нужно было скорее ложиться.

Том забрал из коридора сосиски и камеру, а Ронни выключил ноутбук. Через десять минут все ночные ловцы уже мирно спали в своих постелях, довольные результатом проведенной операции.

На следующий день было решено снова собраться в часовне у Эльзы. Внеплановое совещание решили провести сразу после обеда. По уже сложившейся традиции, первой выступила Стефания.

– Друзья, этой ночью у нас появилась новая информация, которая может существенно помочь расследованию, но ее мы оставим на конец. Для начала давайте посмотрим отобранные тобой фотографии, – обратилась она к Тому. Мальчик принес свой пакет, немного в нем порылся, извлек оттуда три фотографии и разложил их перед ребятами.

Все столпились вокруг него и с любопытством всматривались в лица новых подозреваемых. Стефанию внезапно что-то насторожило, девочка уже изучила в себе это чувство и всецело ему доверяла. Когда дыхание замедлялось, сердцебиение учащалось, а во рту появлялась внезапная сухость, нужно было срочно искать причину таких перемен. Интуиция подсказывала ей, что она находится на пороге какого-то очень важного открытия.

Интуиция не подвела Стефанию. Неожиданно для всех, девочка вскрикнула и поднесла ближе к глазам фотографию Адама Тирси.

– Это же он, это он! – взволнованно зашептала она, указывая на изображение.

– Кто он? – удивленно спросила Мэй. – Это же просто ваш котельщик, вот и все.

– Нет, не все, не все! Том, ты-то чего молчишь? – обратилась Стефи к брату.

Тот наморщил лоб и смотрел на сестру в полном недоумении. И только когда она, вынув из своей сумки папку, достала из нее лист белой бумаги, мальчик прозрел.

– Невероятно, а ведь это действительно он! Как же я сразу не понял! Ведь было какое-то колющее чувство, когда я в первый раз перебирал фотографии. Это точно он, но как это может быть! – повторял Том, не веря своим глазам.

Спустя мгновение юные сыщики вместе рассматривали фотографию Адама Тирси и лежащий рядом рисунок Тома. Мальчик не сразу узнал человека с исчезнувшего в темноте «зеркального портрета», потому что принесенное детективами фото было очень плохого качества, да и Тирси на нем выглядел намного моложе, чем на самом деле. Но в том, что это все-таки был один и тот же человек, теперь не было ни малейших сомнений.

– Как же это возможно… – Ребята не находили объяснения произошедшему. – Он что, еще и призраком «подрабатывает»?

– Сомневаюсь… Это еще одна трудная задачка, которую нам предстоит разрешить, – констатировала девочка. – Я понимаю ваше удивление, друзья, но не стоит поддаваться эмоциям. Давайте успокоимся и определимся с основными направлениями нашей работы в ближайшее время. Совещание с детективами запланировано на завтра. Если получим от них новую информацию, то что-нибудь в действующем плане непременно изменим. Нам надо использовать их для решения таких задач, с которыми мы не можем справиться сами. Самое главное сейчас – это осторожно навести справки о семье Тирси и их помощнике Патрике. После этого подумаем, как установить за ними скрытое наблюдение. Попробуем убедить детективов помочь нам именно в этом.

Открытие, сделанное Стефанией и Томом, произвело на детей такое впечатление, что они решили перенести обсуждение ночного дежурства на другое время. Мэй поручили начать поиск дома котельщика и его жены, а остальные должны были готовиться ко второму этапу ночной операции под кодовым названием «Лорд».

Когда внучка садовника скрылась за тяжелыми воротами замка, ребята собрались, по традиции попрощались с гостеприимной Эльзой и направились к дому. Внутри слышался звук работающего перфоратора – это Генри на втором этаже вешал купленные телевизоры. Том и Ронни сразу пошли наверх, чтобы помочь отцу, а Стефания поднялась на мансарду, чтобы проверить некоторые возникшие в ее голове догадки.

Войдя в просторное помещение, Стефи опустилась на корточки и начала сначала вдоль, а потом поперек обследовать все имеющиеся поверхности, отчаянно пытаясь понять, откуда же в тот раз могла появиться Марта. Девочка вытащила из кармана темные нитки и наклеила их в нескольких местах на книжные полки, которые служили входом в показанную Мэй тайную комнату. Теперь, если кто-то воспользуется секретным помещением, ее команда будет об этом сразу предупреждена.

В это время в сопровождении одной из горничных на мансарду поднялась Элизабет. Она несла с собой букеты свежих полевых цветов, чтобы поставить в редчайшей красоты вазы, стоящие на столе в библиотеке. Вкусы бывшей хозяйки дома, по всей видимости, полностью совпадали со вкусами Элизабет, и она с удовольствием поддерживала сложившиеся традиции.

– Стефания, что ты тут делаешь? – удивилась Элизабет, заприметив дочку посреди книжных полок.

– Просто читаю, мамочка. Никак не могу найти книгу, которая мне понравилась в прошлый раз. – Стефи сделала вид, что ищет нужную книгу на полках. – А, вот же она! – воскликнула девочка, схватив первый попавшийся потрепанный том.

– «Торквемада и испанская инквизиция», Рафаэль Сабатини, – с удивлением увидела Элизабет надпись на обложке книги. – Что это такое вы читаете, Стефания Томпсон?

Стефи быстро сориентировалась и придумала историю, в которой учительница задала ей на лето написать доклад об известнейших мировых инквизиторах. Элизабет, приняв сказанное дочерью за чистую монету, ушла вниз, недовольно ворча про себя на нынешнюю систему образования. Слишком рано детей заставляют изучать биографии мучителей и убийц!

Стефания вскоре спустилась за мамой, прихватив книгу об инквизиции с собой. Наблюдательная Стефи сразу заметила, что случайно выбранная ею книга отличалась от других стоявших на полке фолиантов своей изрядной изношенностью – как будто ее зачитали до дыр. Она приучала себя обращать внимание даже на, казалось бы, незначительные детали или события, и это часто помогало ей разрешать самые неожиданные задачи.

В каминном зале юная сыщица встретила Мэй, которая радостно доложила, что выполнила данное ей поручение на десятку. Она не только узнала, где обитает семейка Адама Тирси и Патрик, но и сумела посетить их лично!

– Они живут в нижнем поселке рядом с замком, за дубовой рощей у речки, – сбивчиво рассказывала девочка. – Их дома находятся недалеко друг от друга. Патрик уехал куда-то на заработки, дома была только его мать, а вот семейство Тирси присутствовало в полном составе. Я видела, как они развешивали постиранное белье перед окнами.

– Это хорошо. Завтра поручим детективам организовать за ними слежку, – похвалила подругу Стефания. – А теперь давай займемся рыжим котом!

Операция «Лорд» требовала в этот раз тщательной и ответственной проработки, без повторного шанса на неудачу, поэтому ребята детально продумывали и планировали свои действия по минутам. Еще раз просмотрев видео, снятое прошлой ночью, сыщики убедились, что рыжий кот воровал сосиски и тащил их вниз, а не наверх. Значит, его надо было перехватывать на первом этаже или в подвале. Но как это сделать? Началось длительное обсуждение, которое постепенно переросло в спор. Прийти к единому мнению у ребят никак не получалось, и в результате Стефания взяла все в свои руки, самостоятельно распределив обязанности в компании. Впервые юные сыщики столкнулись с тем, что в их команде не хватает людей, поэтому было решено оставить Мэй на ночь, сказав ее маме, что они со Стефи будут вместе смотреть кино и объедаться попкорном.

– Ронни и Том, вы – самые спортивные из нас, поэтому будете ловить кота, – распорядилась «мозг операции». – Надо до вечера найти несколько сеток, которые смогут в этом помочь. Мы же с Мэй примем второстепенное участие: организуем, загоним, проинформируем. Я дежурю за компьютером, Мэй – на первом этаже. Мальчики, вы спрячетесь в укромном месте внизу и по нашей команде выйдете и перекроете объекту путь к побегу.

– Я принесу веревочные сетки, они есть у моего деда, он ими накрывает в саду плодовые деревья от птиц, – предложила Мэй.

– Но если Лорд вдруг будет подниматься из подвала, а мы тоже будем там, то мы же можем его спугнуть! – рассуждал Том. – К тому же мы помним, что сотовая связь там не берет.

– Да, такая опасность есть, – подтвердила Стефи, – я думаю, что он приходит именно из подвала.

– Что-то все секреты в этом замке, по-моему, родом оттуда! – ухмыльнулся Ронни.

– Это не исключено, хотя и не доказано. – Стефания покосилась на темную лестницу, которая вела вниз. – Надо правильно выбрать место, организовать сигнализацию и пораньше спрятаться.

– Я уже все придумал, – продолжил Ронни. – Сразу же после ужина и родительской проверки мы с Томом возьмем сетки, спустимся в подвал по боковой лестнице и спрячемся в первой торцевой комнате. Помните, там сейчас кладовая для антиквариата и картин? Туда, прямо из спальни Стефании, мы спустим из окна тонкий сигнальный шнур. Я даже знаю, где взять подходящий – когда мы вешали с папой телевизоры, среди прочих инструментов я как раз такой обнаружил. Он войдет в подвал через торцевое окно, и мы протянем его в кладовую, которая расположена тут же. Как только Стефания увидит на мониторе кота, она дернет за шнур, и мы тихо выдвинемся и перекроем лестницу снизу. Мэй мы тоже снабдим сигнальным инвентарем. Она все это время должна будет находиться на первом этаже. Ее задача – перекрыть коту выход на первый этаж.

Предложение Ронни было принято, и ребята отправились готовиться к операции. Вечером все собрались вновь. Мэй принесла обещанные сетки, передала их ребятам, а сама спряталась за тяжелыми шторами в каминном зале.

Когда семейство Томпсонов собралось на ужин, Элизабет подала вкуснейшую рульку в вине с тушеной капустой. Угощение дымилось, ожидая гостей у стола. Но каково же было разочарование Элизабет, которая провела за приготовлением блюда полдня, когда дети, войдя в столовую, единогласно воскликнули:

– МАМА! А ГДЕ СОСИСКИ?

И Стефания, и Том, и Ронни наотрез отказывались садиться за стол без своего нового любимого блюда. Что поделать, пришлось Элизабет варить для детей сосиски. Очень странным миссис Томпсон показалось и то, что дети, несмотря на поглощенные каждым по две крупные сосиски, съели вдобавок по большому куску рульки и ложке капусты. «Растущие организмы! Надо больше готовить», – заключила про себя Элизабет.

Операция «Лорд» началась в 9:27 вечера. Мальчишки спустились в подвал, тихо пробрались в кладовую и уселись на заранее приготовленный коврик. Том взял в руку конец сигнального шнура, и братья замерли в ожидании дальнейших событий. Мэй выбралась из-за шторы, уселась в одно из кресел и так же, как и Том, зажала в руке конец сигнальной веревки. Стефания вынесла в коридор тарелку с сосисками, установила камеру в рабочее положение и настроила монитор. Видимость была хорошей. Девочка устроилась в кресле, взяла в руку свой конец сигнального шнура и внимательно уставилась в экран.

Два часа прошло в мучительном ожидании. Тяжелее всего было мальчишкам, сидевшим в подвале в полной темноте и неведении о том, что происходит наверху. Но именно потому, что они были вдвоем, ни один из братьев не хотел признаваться, как ему страшно. Поэтому выражения лиц спасателей Вселенной были отчаянно смелыми, носы были задраны высоко вверх, хотя поджилки тряслись со страшной силой у каждого.

Мэй не выдержала и задремала прямо в кресле за шторой. Но это было не страшно: шнур был намотан на руку, сетка лежала у нее на коленях – она в любую минуту могла включиться в операцию.

Стефания добросовестно боролась со сном, но пару раз все-таки согрешила и закрыла глаза. В один из таких моментов, с трудом размыкая сонные веки, девочка не поверила сама себе: перед ней на мониторе снова появился тот самый рыжий кот.

От неожиданности Стефания на мгновенье даже перестала дышать. Вот он, неуловимый рыжий кот по кличке Лорд! Собственной персоной стоит перед ней, уставившись в экран монитора. Пока Стефи приходила в себя и размышляла над дальнейшими действиями, кот уже отработанным движением подцепил лапой сосиску из тарелки, схватил в зубы и, пригнувшись к земле, двинулся по направлению к лестнице. Сыщица так и сидела, раскрыв рот, пока рыжий посетитель исчезал в темноте.

Понимая, что если они не поймают кота сейчас, то это, возможно, не случится уже никогда, Стефания рванула рукой сигнальный шнур и, схватив свою сетку, бросилась в коридор к лестнице. Внизу, судя по звукам, происходило то же самое. Близнецы и Мэй, одновременно получив сигнал Стефании, помчались к назначенным местам.

За несколько секунд Мэй, с фонарем в одной руке и сеткой в другой, очутилась у выхода на лестницу на первом этаже. В заключительный момент луч ее фонаря выхватил из темноты исчезающий за поворотом хвост. Развернув сеть, девочка бросилась за ним вниз.

Ронни и Том успели в самый последний момент. Они подбежали к лестнице, когда кот был уже на нижних ступенях. Беглец явно догадался, что за ним организована погоня, и старался как можно быстрее скрыться. Увидев внезапно появившихся перед ним близнецов, он ощетинился, зашипел, оттолкнулся двумя лапами от последней ступени и взмыл в воздух.

Не зря Стефания отмечала ловкость своих братьев – если бы не их отличная реакция, то, вероятно, Лорду все-таки удалось бы уйти. Мгновенно поднятые перед ним сети не дали ему ни единого шанса для побега, и запутавшийся в веревках беглец свалился на пол. Оказавшись в ловушке, кот повел себя как настоящий тигр, катался по полу, рычал, изо всех сил пытаясь лапами и зубами порвать сковавшие его путы. Никто не додумался прихватить с собой перчатки, и теперь юные сыщики просто стояли и смотрели на хищника, боясь притронуться к нему голыми руками.

– Какой-то он дикий, – с опаской заметил Том. – Что будем делать?

– Для нас главную ценность представляет бумага в ошейнике, – решила Стефания. – Аккуратно прижмите его к полу и попробуйте достать то, что лежит в сумочке. Самого буяна из сетки пока не вытаскивайте.

Том и Ронни постарались прижать вырывающегося Лорда к полу. Хотя кот и казался на вид худым, сил для сопротивления в нем было предостаточно. Честь открывать мешочек на его груди досталась Мэй: девочка набрала в легкие воздуха, быстро пробралась руками под сетку к ошейнику, оттянула на себя сумочку-контейнер и вытащила из нее сложенный в несколько раз листок бумаги. Кот в этот момент даже ослабил сопротивление и замер, ожидая, что же будет происходить дальше.

– Посмотрите, – она вдруг остановилась, и ее пальцы расправили густую шерсть на груди пленника. Взглядам ребят открылась большая рана с запекшейся по краям кровью. Из центра ее торчал огрызок тонкой деревянной палки…

– Это же кусок стрелы! – воскликнул Ронни. – И даже не кусок, это огрызок. То есть, скорее всего, стрела в него угодила целой, а Лорд уже как-то дотянулся и отгрыз ее часть.

– Как он только жив остался! – сочувствующе покачала головой Мэй.

– Самое интересное, что это случилось совсем недавно, – задумчиво добавил, внимательно осмотрев рану, Том. – Кровь совсем свежая, еще сочится. Вовремя же мы его поймали – еще несколько дней, и рана начала бы гноиться. И Лорд вряд ли дожил бы до конца недели! Самим нам стрелу не извлечь, нужен ветеринар.

Ронни сбегал в кладовую, подобрал небольшую вместительную картонную коробку, проделал в ее стенках и крышке отверстия для воздуха и вернулся назад. Вдвоем с братом они освободили кота от сетки и поместили внутрь наскоро сооруженного пристанища. Очутившись в коробке, Лорд неожиданно притих и только с любопытством наблюдал за происходящим через приоткрытую крышку.

Успешно закончив операцию «Лорд», дети перенесли пленника в кухню, чтобы собрать для него новую порцию провианта. Пока Стефи и Мэй обыскивали холодильник, Том и Ронни пытались аккуратно развернуть и расправить на кухонном столе извлеченную из ошейника записку.

Все оказалось не так просто, как представлялось поначалу. Видимо, неизвестный положил эту записку в мешочек довольно давно, и кот с тех пор побывал не в одной переделке. Кожаное хранилище неоднократно намокало, высыхало, принимало грязевые ванны, измазывалось в саже, красках и претерпевало еще множество приключений, обусловленных бурной жизнью его временного владельца. Если бы прошло еще немного времени, то записка совершенно точно пришла бы в состояние полной негодности.

Ронни осторожно распрямил последний сгиб измятой бумаги и мягко надавил на разложенный лист двумя ладонями, расправляя его для чтения. Все столпились у стола: друзья, очевидно, были на пороге к разгадке очередной тайны замка, и оттого этот листок сейчас был самым важным и ценным листком бумаги на свете.

Но… их ждало новое разочарование. Записка была написана мягким карандашом без нажима, и после всех испытаний, перенесенных бумагой, практически все слова на ней стерлись. Текст почти исчез: просматривались только отдельные буквы и фрагменты слов, но составить из них предложение, несущее смысл, было почти невозможно.

«Почти» – слово хорошее уже тем, что всегда хранит какую-то надежду на благополучный исход происходящих событий. Ребята все же не теряли надежды на то, что записка им все-таки сможет как-то помочь. Стефания взяла с посудной полки прозрачную стеклянную тарелку и аккуратно переложила на нее истерзанный листок. Мэй моментально поняла, что задумала подруга, выключила свет и, достав фонарик, направила его луч на тарелку.

Стефания держала стекло за края, а Мэй подсвечивала его снизу. Сначала ребята из-за сильно бьющего света ничего не увидели, но после того как Мэй отрегулировала луч на рассеянное свечение, на бумаге проступили дополнительные силуэты отдельных букв. К сожалению, проявившиеся и узнанные буквы были расположены в разных местах предполагаемых предложений, что не сильно облегчало задачу прочтения текста. Целый час ребята бились, пытаясь распознать скрытые за этим слова. Послание было похоже на всем известные венгерские кроссворды – логические игры, где на квадратном поле расположены буквы и нужно, выделяя их, составлять слова так, чтобы они целиком заполнили квадрат.

Лучше всех получалось у Ронни: сморщив лоб, он напряженно шевелил губами, подбирая возможные варианты букв и слов. В его голове уже сложились первые результаты, но он, ни с кем ими не делясь, пытался продвинуться еще дальше.

– Ты что-то видишь? Так расскажи нам! – с нетерпением толкнул его в плечо Том.

– Не мешай, а то потеряю мысль… – отмахнулся от него Ронни, продолжая шевелить губами и шептать тайные заклинания, понятные пока только ему одному.

Сначала мальчику удалось опознать две буквы в первой, верхней, строке записки. Это были буквы М и Ь. Буква М была в предложении первой. Буква Ь стояла предпоследней, и за ней угадывалась последняя буква, которая, судя по остаткам следов карандаша, могла читаться как Е или В.

Теперь он знал размер букв и мог рассчитать, сколько их должно быть в верхней строке. Возможные интервалы он принял за ширину одной буквы. Каждая буква в строке получила свой номер с соответствующей цифрой. Получалось следующее: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15

– Строчка таких размеров, вместе с интервалами между буквами или словами, предположительно должна была быть первой. После внимательного изучения следов карандаша в других местах строки Ронни опознал еще две, уже известные, буквы – М и Е.

То есть исходная позиция для дальнейшего разгадывания выглядела так:

Еще полчаса ребята ломали головы над поиском возможного решения для этой разгадки. Наконец, приняв последнюю букву за Е и подставив в позицию № 13 Л, получили знакомое окончание «М Е Л Ь Е», а еще через минуту первое слово легло в конец строки.

Дальше ребятам было уже намного проще – ответ лежал на поверхности:

– МЫ В ПОД-ЗЕ-МЕЛЬ-Е, – прочитала по слогам Стефания. – Это же послание от Криса и Лии! Они живы, и они в подземелье!

– То, что мы нашли эту записку, еще не значит, что они живы. Посмотри на бедного кота – он весь изранен, – парировал Том.

– Не говори глупостей, Том! – оборвала его пылающая Стефания. – Они живы, и мы их отыщем! Лучше подумай, как разгадать всю записку до конца. Вон, тут еще одна строчка!

Следующая строчка, учитывая то, что алгоритм составления текста уже был ребятами понят, поддалась быстрее. Помогла одна, сразу определенная и расставленная на свои места буква – С, в новой строчке она встречалась три раза.

Набравшись опыта в разгадывании этого ребуса, дети быстро нашли ответ:

Ниже шли еще строчки, но, как юные сыщики над ними ни бились, ничего не получалось. В одной из средних строчек явно прочиталось слово «Д Ы М», но как его понять, никто так и не догадался. Дальше было лучше: в самом низу листка, где, по-видимому, кончался текст, было опознано еще несколько букв. Судя по размерности строки, здесь могло поместиться 17–20 символов. С уверенностью подобрать слова, а тем более распознать всю строку никак не получалось.

После долгих мучений даже удачливый и талантливый Ронни опустил руки. Наиболее вероятным вариантом расшифровки сочетания «Б И Р И» как полного слова был признан «Л А Б И Р И Н Т», но значения остальных букв так и остались загадкой.

– Я думаю, что нас просят найти лабиринт, – убеждал ребят Том, но слово «найти» в тексте нигде не звучало, а выдвигать новые гипотезы у ребят уже не было сил.

Мэй подняла голову и увидела в окно, как из-за розового горизонта поднимается солнечный диск.

– Вы только посмотрите, уже светает!

– Да, пора нам всем в постели. Завтра как-никак к завтраку вставать!

– А с этим что делать? – Том указал на мирно сопящего в коробке Лорда. Пока ребята разгадывали тайное послание, он, напившись молока и наевшись колбасы, мирно уснул сладким сном.

– Забираем с собой. Не будем же мы оставлять здесь сюрприз для Марты и Хэнка!

Забрав коробку, ребята разошлись по своим комнатам и моментально заснули, даже не сумев раздеться.

Глава 18

Тучи над замком сгущаются

Facts are stubborn things.

Факты – вещь упрямая.

Утро принесло Генри и Элизабет новые сюрпризы. Во-первых, они проспали сами и не успели съездить к местному юристу, который назначил им встречу на 9 утра, а во-вторых, проснувшись, они не услышали ни звука из соседних спален. Очень странно было наблюдать в замке такое утреннее спокойствие. Обычно Стефания поднималась раньше всех и шла на кухню накрывать на стол и готовить овсяную кашу к завтраку. Конечно, такое начало дня не соответствовало образу дочки миллионера, но Стефи выросла в простом одноэтажном домике, и все ее привычки были родом оттуда.

Но и это было еще не все. Заглянув в детские спальни, родители раскрыли рты от удивления: сначала выяснилось, что в комнате Стефании спит еще и внучка садовника, а потом на подоконнике в комнате братьев была найдена большая жалобно мяукающая коробка.

– После каких же ночных приключений они могут так крепко спать? – спросила мужа Элизабет, но тот в ответ только пожал плечами. Вариантов у родителей не было. Старшие Томпсоны и так уже давно чувствовали, что пропускают что-то важное из происходящих в замке событий, и сейчас они в этом частично убедились.

Элизабет на цыпочках пробралась мимо сопящих Ронни и Тома, отметив про себя, что мальчики, должно быть, так сильно устали ночью, что у них даже не осталось сил раздеться. Забрав коробку, они с Генри отнесли ее в свою спальню и, открыв, обнаружили там испуганного рыжего кота. Увидев незнакомых людей, он выскочил из коробки и, страшно зашипев, забился под прикроватный столик. Генри аккуратно достал его из убежища, потянул за лапы и взял на руки. Кот, который еще с прошлой ночи помнил, что если его поймали, то непременно накормят, быстро успокоился и замурлыкал.

– А ведь это уже знакомая нам личность, – кивнул на кота Генри.

– Если не ошибаюсь, его зовут Лорд. – Элизабет погладила находку по шерстке, отчего кот расплылся в кошачьей улыбке и начал мурлыкать еще громче. – Где же они его поймали? Посмотри, какой он худой и измученный. Такое впечатление, как будто за ним всю ночь гналась стая диких собак! – с этими словами Элизабет потянула кота из рук мужа к себе и вдруг почувствовала, как ее ладонь кольнуло каким-то твердым предметом.

– Что это? – удивилась она, раздвигая шерсть возле раны Лорда. Увидев кровь, она с ужасом отшатнулась. – Генри, да в этого кота стреляли!

– Точно, – подтвердил Генри. – Причем, кажется, из арбалета. Если наши дети имеют к этому отношение, они все оставшиеся каникулы будут сидеть в своих комнатах. Не хватало еще, чтобы они по ночам ходили на охоту и носили оружие!

– Не спеши с выводами, рана не свежая, и к тому же наши дети не так воспитаны, чтобы можно было предположить подобное. Дождемся, когда они выспятся, и зададим эти вопросы им самим. А теперь пошли вниз, нам пора готовить завтрак. Да и покормить нового хвостатого члена нашей семьи не помешало бы!

Взяв кота и коробку, чета Томпсонов спустилась в столовую. Элизабет поставила Лорду мисочку для молока, а Генри начал искать в интернете адрес какой-нибудь местной ветеринарной клиники или врача. В этот момент послышался стук металлических каблучков, и в столовую быстро вошла Марта.

– Доброе утро, мистер и миссис Томпсон, – приторно сладким голосом поприветствовала она хозяев замка.

– Доброе утро, Марта – ответил Генри.

Говоря это он, уткнувшись в смартфон, продолжал искать ветеринарные клиники, но если бы поднял глаза, то обязательно бы заметил, как изменилось выражение лица помощницы по хозяйству, когда она увидела, кто сидит на полу рядом с владельцами замка. Нижняя губа Марты начала подергиваться, а взгляд вцепился в ожидающее еду мурлычущее животное. Несколько секунд Марта не могла произнести ни слова. Затем она все-таки взяла себя в руки и спросила:

– Откуда вы взяли этого грязного кота?

– Это не мы, это дети, – ответила Элизабет, наполняя миску теплым молоком. Наполнив миску, она поставила рядом еще одну тарелку, с несколькими сочными кусочками мелконарезанной колбасы.

При виде еды кот быстро забыл о бдительности и предыдущих мерах предосторожности и быстро направился в сторону угощения. Ел он с удовольствием, но было очевидно, что рана сильно беспокоит его и не дает полноценно двигаться.

Пока кот ел, Марта с брезгливым выражением лица продолжала внимательно разглядывать его.

– На нем кожаный ошейник с сумочкой, – показала она на его шею. – Там что-то было?

– Нет, там пусто, – ответил Генри, – зато у него в груди ужасная рана, осмотреть которую должен врач. Вы не знаете, где можно срочно найти ветеринара?

– О, это не проблема, Хэнк знает, где живет местный ветеринар. Он здесь, в замке, я сейчас найду его, и он свозит кота к врачу. Надо спешить! – Марта бросилась к выходу с таким рвением, как будто ей предстояло предупредить жителей замка о надвигающемся потопе.

Выйдя наружу, она добежала до часовни и спрятавшись за ней, достала из кармана юбки телефон.

– Хэнк, где ты ходишь? У нас большая проблема, – начала сбивчиво тараторить она. – Дети поймали Лорда. Срочно иди в столовую и забирай этого проклятого кота! Скажешь, что отвезешь его к ветеринару. По дороге избавься от него: река рядом – камень на шею, и концы в воду. Всем скажешь, что кот вырвался и убежал.

– Все понял, сделаю, – ответила трубка.

Через пять минут Хэнк, натянув на свое лицо улыбку максимально возможного участия и добродушия, уже входил в столовую.

– Можете не волноваться, это очень хороший врач, я давно его знаю, – с улыбкой уверял управляющий, заталкивая кота обратно в коробку.

– Хэнк, прошу, будьте с ним аккуратны! Это кот наших детей, и я не хочу, чтобы, проснувшись, они узнали какие-то печальные известия.

– Конечно-конечно, миссис Томпсон. – Хэнк, все с той же наигранной улыбкой, откланялся и приготовился уходить.

Управляющий уже открывал дверь холла, когда его заприметили проснувшиеся и спешащие к завтраку Стефания и Мэй.

– Здравствуйте, – вежливо поздоровались девочки, – а что это у вас за коробка в руках?

– Да так, ничего особенного, – заспешил к выходу Хэнк, стараясь скрыть от детей содержимое.

– Нет-нет, постойте, – остановила Стефания, – это случайно не пойманный нами кот?

– Он самый, – подтвердил управляющий, – мне поручено отвезти его к врачу. И я очень спешу, маленькая леди! Позвольте мне пройти!

– Ой, спасибо, конечно, – заулыбалась Стефания, – но я хочу сама вместе с папой отвезти его к ветеринару. Мне важно лично побеседовать с врачом. Отнесите коробку обратно, – спокойно, но строго произнесла она.

Это был приказ хозяйки, и спорить было совершенно бесполезно… Хэнк растерянно посмотрел на коробку и в сопровождении юных сыщиц медленно пошел обратно в столовую. Он старался сохранять спокойствие, но внутри него бушевал настоящий ураган эмоций. От мысли, что с ним сделает Марта, когда узнает, что операция провалилась, на лбу выступил холодный пот.

– Папа, почему ты поручил Хэнку отвезти Лорда к ветеринару? Это наш кот, мы сами его нашли и хотим сами о нем заботиться!

– Во-первых, дочка, доброе утро.

– Ах да, доброе утро, папа.

– А во-вторых, не вы ли спали мирно в своих кроватях, когда замученный и раненый кот мяукал в коробке? Мы с мамой услышали это, вытащили его и покормили, только и всего. Кто предполагал, сколько вы еще будете дрыхнуть после неведомо каких ночных приключений? Именно поэтому мистер Хэнк любезно предложил как можно скорее отвезти бедное животное к ветеринару.

– Да, папа, но теперь мы проснулись и все можем сделать сами. Мистер Хэнк, вы можете вернуться к своим делам. Благодарю за желание помочь, но в ваших услугах по этому поводу мы уже не нуждаемся, – Стефания обратилась к Хэнку очень вежливо, но явно дала понять, что ему лучше уйти с дороги.

На пороге столовой показались Ронни и Том. Раскрасневшийся от досады Хэнк, обычно не принимавший участия в завтраке вместе с Томпсонами, постоял еще немного, переминаясь с ноги на ногу, а потом не нашел ничего лучшего, как незаметно выскользнуть в дверь.

За завтраком родители, конечно же, начали расспрашивать детей о том, где они нашли кота. Стефания придумала правдоподобную историю, в которой кота поймали, когда он сам забежал к братьям в комнату вчера вечером.

Стефания протянула родителям фотокарточку – на ней этот же самый котенок мирно спал на руках у Лии, а рядом, обнимая сестру, стоял Крис. Фото было сделано в каминном зале, и на нем у Лорда на шее был виден тот самый ошейник, но никакой сумочки на нем не было.

– Без сомнения, это он! Но ведь кто-то должен был расширять ошейник, ведь кот заметно вырос с того момента, когда был сделан этот снимок, – заметила Элизабет.

– Эту сумочку тоже кто-то приделал, – подтвердил Ронни. – Мы должны со всем этим обязательно разобраться, мама.

В итоге Стефания все-таки не поехала к ветеринару, а вместе с Мэй осталась дома, чтобы встретится с детективами. Тому было поручено поставить такие же скрытые метки, как в библиотеке, на все открытые ими потайные комнаты и ящики связи. А Лорда к врачу повезли отец и Ронни.

Детективы постучали в дверь, как и во все прошлые разы ровно в 11:00. Встретившая их Марта привычно предложила им расположиться в креслах каминного зала. Увидев, что их снова ожидает не глава семейства, а две маленькие сыщицы, Карл и Барни вздохнули и многозначительно переглянулись.

– Уважаемые леди, сегодняшняя информация не для детских ушей. Думаю, в этот раз вам стоит позвать родителей, – заговорил высокий.

– Родителей нет, им пришлось уехать в город по срочному делу. Но вы прекрасно знаете, они нам полностью доверяют. Не смотрите на наш возраст, представьте, что мы уже взрослые. – Стефания не могла смириться с тем, что их не принимают всерьез.

Те снова переглянулись.

– Не знаю даже, как вам это сказать, – все медлил высокий детектив Карл. – Новость, с которой мы пришли, может очень больно ранить вас…

– Карл, не томите, расскажите нам, что случилось, – не вытерпела Мэй.

Собираясь с духом, Карл посмотрел на Барни в поисках поддержки. Тот ответил ему взглядом, говорящим: «Ну же, дружище, это неизбежно!»

– Видите ли, маленькие леди, бывшие владельцы замка, старшие Шелдоны, покинули нас.

– Как это «покинули»? – не поняла Мэй. – Они куда-то уехали или ушли?

– Да, ушли, причем насовсем, – подтвердил маленький полный детектив Барни, – ушли в мир иной.

– Их отравили, и они скоропостижно скончались, – объяснил Карл.

Глаза Мэй налились слезами, а на лице застыл немой вопрос – как такое могло произойти? Девочка была лично знакома с семейством Шелдонов и теперь не могла поверить, что не только Криса и Лию, но и их родителей настигла беда.

– Доступ к деталям расследования находится под запретом, – пояснили детективы. – Нам известно только то, что несчастная чета Шелдонов умерла в больнице после отравления сильнодействующим ядом. Это случилось вчера вечером. Говорят, яд был найден в чае, который они пили за ужином. Но это пока неподтвержденные сведения. Вскрытие покажет, что случилось на самом деле.

– Боже мой, Стефи! Ты понимаешь, что несчастные Крис и Лия осиротели еще до того, как мы их нашли?! – Мэй закрыла лицо руками и заплакала. Стефания приобняла подругу и позвала Нору, чтобы та принесла бумажные платочки.

– Это печальная новость, – констатировала Стефи. – Но она не должна повлиять на ход расследования. Теперь мы должны прилагать еще больше усилий для поиска детей. Нельзя терять ни минуты, ни секунды… Люди, которые их похитили – жестокие убийцы, а игра, которую мы начали, очень опасна. Господа детективы, нужно срочно организовать тайную слежку за семьей Тирси – Стефания открыла детективам новые факты, обнаруженные ее командой. – И, если вы что-то узнаете о лабиринте, обязательно сообщите нам.

– А что это за лабиринт? – поинтересовался Барни.

– Мы сами пока не знаем, – ответила девочка, – но предполагаем, что здесь кроется что-то очень и очень важное. Было бы даже правильнее организовать слежку еще и за Мартой с Хэнком, но, думаю, для этого все-таки еще слишком рано.

После ухода детективов девочки остались сидеть в каминном зале, а через полчаса к ним присоединился закончивший ставить тайные метки Том. Следом появился и вернувшийся от ветеринара Ронни. Мальчик вошел в зал, держа в руке наконечник стрелы, вытащенной врачом из груди Лорда.

– Все нормально, жить будет, – сказал он, садясь в кресло и выкладывая на стол свой кровавый трофей. – Пока мы с отцом ехали обратно, я вертел в руках эту стрелу. Она всю дорогу казалась мне какой-то знакомой. И я понял, где ее видел, – Ронни кивком головы указал на стену рядом с камином. Глаза ребят одновременно уставились на висящий там деревянный арбалет и колчан со стрелами.

– Один в один.

– Может, из этого арбалета и стреляли в рыжего? – предположила Мэй.

– Вполне возможно, – согласилась Стефания.

Стефания и Мэй, в свою очередь, поделились с братьями новостью об отравлении четы Шелдонов.

– Вот это да, – присвистнули те.

– Подождите, тут не до свиста, – осадила их удивление Стефания. – Эта новость в первую очередь означает две вещи: первое – то, что игра становится все опаснее, а второе – что времени у нас в обрез. Если Крис и Лия в лапах этих злодеев, то мы бессильны сейчас что-либо сделать. А еще я думаю, что при таком раскладе серьезная опасность угрожает и нашей семье. Возможно, придется ставить в известность родителей и даже обращаться в полицию. Это уже не детские игры. Мне кажется, одна из разгадок этих таинственных событий как-то связана с историей семьи Шелдонов. Нам известна только история основателя замка, Криса Шелдона, и его жены Эльзы, а это очень мало информации. Вполне возможно, о каких-то важных вещах мы даже не подозреваем.

– Вот бы Крис был с нами… Он в курсе всех-всех историй.

– Точно! Мэй! Какая ты умница! Нам нужно связаться с детьми. Поступим так: пару дней откармливаем и лечим кота, затем пишем записку детям, помещаем ее в мешочек на шее Лорда и отпускаем его. Если до того, как мы его поймали, он навещал младших Шелдонов, то и сейчас он первым делом побежит к ним. Дальше будем ждать ответ. Том, ты поищешь историю рода Шелдонов в интернете, у тебя это очень хорошо получается. Ты, Мэй, как бы невзначай порасспрашивай об этом тех, кто давно работает в замке. Кроме этого, нужно снова возобновить дежурства. Если поставленные Томом скрытые метки не сорвут, то начнем через два дня. Старшие Шелдоны погибли, но мы теперь точно знаем, что младшие живы, просят у нас помощи и надеются на нее.

– Принимается, – подтвердили остальные члены команды следопытов и разошлись каждый по своим делам.

В течение следующих дней Лорд отлеживался на кресле в комнате Стефании и без ограничений отъедался колбасой и сосисками. Рана у него на груди быстро затягивалась и уже совсем не кровоточила. Рыжий на глазах приходил в себя и из худого бродяги постепенно превращался в холеного домашнего кота. В замке тоже обходилось без происшествий: казалось, что он затаился и готовит своим хозяевам какие-то новые сюрпризы и испытания. Единственное, что удручало и портило настроение членам семьи, так это ежедневные телевизионные сообщения о расследовании дела об отравлении старших Шелдонов. Тайна следствия не позволяла СМИ раскрывать детали расследования. Но главное утверждение по делу одинаково транслировалось по всем каналам: это однозначно было убийство… И, по всей видимости, заказное.

За прошедшие два дня Том и Ронни практически не отрывались от компьютеров: они перерыли весь интернет и накопали там такое количество дополнительной информации о семье бывших владельцев замка, что теперь требовалось немало времени, чтобы всю ее изучить и систематизировать. Как давно было кем-то подмечено, затишье всегда предшествует буре, и маленькие сыщики это чувствовали…

Глава 19

Новые открытия

A little knowledge is a dangerous thing.

Знать мало – опасно.

«Дорогие Крис и Лия!

Мы получили вашу записку, но, к сожалению, ее текст почти не сохранился. Мы только смогли понять, что вам нужна помощь. Сделаем все возможное. Нам хотелось бы знать подробности – где вы находитесь? Что с вами случилось и кто вас похитил? Попробуйте прислать зашифрованный ответ с Лордом. Держитесь!

Ваши новые и старые друзья:

Ронни, Мэй, Стефания и Том.

P.S. Мы не смогли понять смысл слов «ДЫМ» и «ЛАБИРИНТ». Поясните их, пожалуйста».

Записку свернули и аккуратно замотали в целлофан – так, чтобы ей не были страшны ни грязь, ни вода. Дело оставалось за малым: поместить ее в карман ошейника и отправить связного в путь.

Утром третьего дня началась секретная операция по отправке пушистого курьера. Подготовка кота прошла прекрасно, он до отвала наелся сосисок и, сытый и довольный, был готов к выполнению миссии. Лорда с запиской на шее отнесли в коробке в подвал и, поставив ее на пол, удалились в свою комнату.

– Пока, рыжик! – чмокнула Лорда в нос Мэй на прощанье, уж очень она к нему привязалась.

Ронни настроил камеру для слежки, и ребята, расположившись у компьютера, затаили дыхание в ожидании дальнейших действий кота. Тот вылез из своего домика, отряхнулся, обнюхал пол и стены рядом с коробкой, прошелся по коридору, а потом лег на пол и свернувшись калачиком задремал. Время шло, но ничего не происходило, кот и не думал двигаться с места.

– Дети, помогите нам с отцом, мы выбираем новый обеденный стол, – позвала детей Элизабет с первого этажа.

– Мама зовет, у нас не так много времени. Он так может сколько угодно пролежать. Нужно срочно что-то предпринять! Ронни, Мэй оставайтесь здесь и следите за ним, – дала поручение брату и подруге Стефания. – Спрячьтесь на лестнице и контролируйте действия кота через монитор и камеру.

Стефи и Том ушли к родителям, а Ронни и Мэй присели за углом лестницы и затаились. У мальчика на коленях лежал ноутбук, на экране которого во всей красе виднелся счастливо дремлющий кот. Время шло, но картинка не менялась.

«Вот бы пойти и надрать этому коту хвост! Когда не надо, он рвется на волю, а когда надо, лежит как валенок и издевается над нами!» – раздраженно думал мальчик. Послышался звук каминных часов, которые отбили двенадцать пополудни. Неожиданно для себя ребята заметили на экране движение. Кот встал, потянулся и пошел медленно разгуливать по коридору.

«Как будто пляжный променад у него!» – возмущение опять пронеслось в голове у мальчика. Кот шел вдоль книжных полок, покачивая своими уже немного располневшими боками. Сзади послышался звук шагов, и дети настороженно оглянулись. Кто бы это мог быть? Главное, чтобы не Хэнк или Марта. К счастью, это была Стефания.

– Как тут дела? – спросила она, подходя к оставшимся.

– Все нормально, – переводя взгляд на монитор, ответил Ронни.

Удивительно: за те несколько секунд, что он отвлекся на приход сестры, случилось то, чего все так ждали… Экран показывал пустоту. Конечно же, он был не совсем пустой: коридор вместе со стенами, полом и потолком остались на своих местах, но вот Лорда на экране уже не было. Но куда он мог так быстро деться? За эти несколько секунд кот явно не мог преодолеть расстояние до боковой лестницы. Он просто как сквозь землю провалился!

– Чего ждешь, прокручивай запись назад! – Стефи привела брата в чувства.

Вместе ребята прокрутили запись, но то, что они увидели, привело их в еще большее недоумение. Кот сначала был, а потом просто исчез! Заснятый фильм показывал, как Лорд вальяжно идет по коридору вдоль книжных полок, затем медленно поворачивается и исчезает за книгами.

– Там же вроде бы негде спрятаться? – Ронни вопросительно посмотрел на Стефанию.

– Ума не приложу! Пошли скорее посмотрим! – Стефи и Мэй первыми сорвались с места и направились в сторону таинственных полок.

Через несколько секунд дети уже осматривали место происшествия. Десять минут, ползая на коленках, они изучали путь Лорда от места, где он лежал, до места его исчезновения среди книжных полок. Все это время зеркала, расположенные по обе стороны коридора, фиксировали и, тиражируя, отражали озадаченные и растерянные лица детей, так что получался целый калейдоскоп расстроенных и смущенных детских лиц.

– Мистика какая-то! – недоумевал Ронни.

– Этого не может быть, потому что… этого просто не может быть, – повторяла озадаченная Стефания. Неизвестность наводила на невероятные мысли и нагоняла страх. Так ничего и не отыскав, дети забрали уже ненужные коробку, камеру и ноутбук и направились наверх.

– Слишком много происходит необъяснимых и пугающих событий, – поделилась своими переживаниями Стефания. – И мы по-прежнему ничего в них не понимаем! Будем надеяться, что хотя бы детективы принесут нам какие-нибудь ключи к разгадкам этих тайн.

– Не такие уж мы хорошие сыщики, – заныл Ронни. – Не смогли даже за котом уследить. За обычным котом, который сам пришел нам в руки! Что уж говорить об изощренных преступниках.

Насколько бы неутомимой ни была Стефания, в этот раз даже у нее опустились руки.

– Вся надежда теперь только на детективов, – проговорила она во время очередного собрания команды. – Надо верить, что им удастся пролить свет на происходящее.

Остальные ребята молчали, понимая: раз Стефания капитулировала перед врагом, то им добавить нечего. Все-таки они просто дети, а не профессиональные сыщики, и об этом пришлось с горечью вспомнить.

Детективов ждали как манны небесной. На их удивление, в этот раз Барни пришел один, и вид у него был крайне озабоченным.

– Мой коллега в больнице, – начал он свою речь сразу с порога. – Слава богу, травмы незначительные, и он не останется калекой. Но дело серьезное. Вынужден признать, что вы были правы в своих подозрениях… Тирси, скорее всего, имеют отношение к преступникам, похитившим детей. Теперь можно абсолютно уверенно говорить об их похищении. Многое из того, что происходит, указывает на это.

– Расскажите, что произошло! – поторопила детектива Стефания. – Что с Карлом? Почему он в больнице?

– Ох, мисс Томпсон. Как оказалось, дело в том самом лабиринте. Мы по вашему поручению с утра вчерашнего дня начали следить за семейством Тирси. Действовали в лучших традициях сыска: надели специальную камуфляжную форму, расположились на месте слежки еще с ночи, чтобы не привлечь внимание в светлое время суток, и начали наблюдение.

В 07:41 утра, после завтрака с женой, Адам Тирси вышел из дома с корзиной в руках и направился прямо в нашу сторону. Корзина была накрыта плотной тканью и явно прилично весила, Тирси даже несколько раз останавливался для передышки. Он шел в нашу сторону, и мы с Карлом даже сначала насторожились, подумав, что он каким-то образом вычислил наше присутствие. Но объект прошел в двух шагах от нас, так ничего и не заметив.

При этом он шел осторожно и все время оглядывался. Когда он удалился на безопасное расстояние, мы с Карлом двинулись следом. Я уверен, что Тирси не увидел нас и в этот раз – мы действовали по всем правилам разведки и конспирации! Ближе пятидесяти метров мы к нему не приближались, шли на слух, боясь себя обнаружить. Но как бы мне ни было стыдно это признавать, мы, опытные следопыты, спустя каких-то 5–10 минут, все-таки упустили его из вида. Он как будто сквозь землю провалился! Мы обыскали всю рощу в радиусе двухсот метров! А в итоге, как ни печально это признавать, наша версия о том, что он провалился сквозь землю, подтвердилась. Мы нашли лаз в земле как раз в том месте, где, по нашим расчетам, Адам Тирси испарился. Это было похоже на большую нору с замаскированным входом – специально вырытым углублением с деревянной крышкой, покрытой дерном и обломками веток. Если о существовании этого тайника не знать, случайно никогда не найдешь.

Поначалу мы, конечно же, собирались лезть за Адамом и разбираться, куда ведет этот подземный ход. Но потом мы подумали, что Тирси может вскоре вернуться обратно, и решили некоторое время понаблюдать за входом. И оказались правы: просидев в засаде четыре часа, мы получили вознаграждение. В один момент замаскированная крышка зашевелилась, отодвинулась в сторону, и мы увидели голову, а потом и всего Адама. Выбравшись, он оглянулся по сторонам и двинулся обратно в поселок. Мы следили за Адамом всю дорогу назад, ожидая, что у него произойдет встреча с кем-то из других подозреваемых. Но Адам вернулся домой и сел с женой обедать. После обеда чета Тирси отправилась отдыхать, и, убедившись, что они благополучно храпят на своем ложе, мы с Карлом бросились обратно к тайному ходу. Мы сделали несколько кадров того, что увидели под землей.

– Где эти кадры? Покажите скорее! – потребовала взволнованная Стефания.

– Да, конечно. Я все распечатал. – Барни разложил на столе несколько снимков ужасного качества.

– Здесь тяжело что-то разобрать. Расскажите, что вы видели.

– Согласен, качество не передает даже сотой доли того, что нам довелось наблюдать. Это было невероятно! Спустившись, мы увидели целую сеть тоннелей. Вход был узким, и мне, признаюсь, было сложно в него протиснуться. Но чем дальше мы шли вглубь, тем шире становился тоннель, и мы уже могли двигаться в полный рост. Пол и сводчатые стены подземного хода были сделаны из хорошо обтесанных камней. Мы отметили, что в тоннеле совсем не грязно, как будто на протяжении многих лет существования кто-то содержал его в чистоте. Мы сразу вспомнили о том, что вы, мисс Томпсон, говорили что-то о лабиринте. Это был именно он. Мы даже не представляли, что наше дежурство может быть настолько плодотворным. Но, как вы понимаете, лабиринты могут быть крайне опасны. Вспомните хотя бы легенду про минотавра… А мы с собой даже веревки не взяли. Я хотел сразу же вернуться, но Карл убедил исследовать лабиринт чуть дальше, раз уж мы в нем оказались. Это стало роковой ошибкой для бедного Карла.

– Что произошло? – спросила Стефи.

– Карл пошел с фонарем первым, он шел очень осторожно, тщательно осматривал стены и потолок, прощупывал почву под ногами. Но мы не в силах все предусмотреть, и один неосторожный шаг сыграл с Карлом злую шутку. Я внезапно увидел, как пол под моим напарником качнулся, и, издав жуткий крик, он скрылся под землей. Поглотив его, проем тут же закрылся, и поверхность передо мной буквально на глазах вновь стала абсолютно ровной. Как потом оказалось, это была металлическая крышка с противовесом. Через так называемую волчью яму был перекинут мощный кованый прут, на который были нанизаны эти своеобразные качели. Наступишь на край, крышка-балансир переворачивается – и все, ты в яме.

– И что же вы сделали?

– Конечно же, я бросился другу на помощь, и через мгновенье мой нож уже вошел в щель между основным полом и крышкой-перевертышем. Без особого труда мне удалось поднять крышку в вертикальное положение, и я посветил вниз. Вы не представляете, что я там увидел! Яма была неглубокой, от силы два с половиной метра, и здоровый человек вполне мог бы попробовать самостоятельно выбраться из нее, но не все было так просто.

Это была не яма-ловушка, а яма-убийца. На дне плотными рядами выступали острые металлические пики. Карлу невероятно повезло: он умудрился упасть боком, да так удачно, что его тело было проткнуто пиками только в двух местах. Одна пика повредила плечо, другая – ногу выше колена. К счастью, мой напарник оказался жив!

– Как же вы выбрались оттуда?

– Мы, разведчики, умеем спасать свои жизни и находить выход из любой ситуации, но подробностей я описывать не буду. К счастью, Карл был способен кое-как идти, опираясь на мое плечо. Не буду долго рассказывать, как мы выбирались наружу, скажу только одно: я постарался убрать все следы нашего пребывания. Кстати, выходя из лабиринта, мы чуть было снова не попали в такой же тупик с полом-перевертышем. К счастью, я теперь был очень осмотрителен и смог заранее распознать ловушку. В результате Карл сейчас в больнице, а я тут, перед вами.

Когда Барни закончил, в зале воцарилась полная тишина. Молчал даже страшный любитель поговорить – Том.

– Лабиринт! Дым и лабиринт! – первой опомнилась Стефания. Она схватила свою папку, достала оттуда записку, несколько листов с расшифровками текста и протянула их детективу. – Смотрите, это послание от пропавших детей. Мы, как смогли, расшифровали его, но основной текст все же утрачен. Видите, здесь есть слова «лабиринт» и «дым».

Бумагу разложили на столе, и все еще раз погрузились в разгадывание нанесенных на нее знаков.

– Мне кажется, я могу предположить, зачем здесь слово «дым», – детектив поднял на детей глаза. – Дым может служить ориентиром, по которому мы сможем определить местонахождение детей.

– Как это? – ребята не поняли, что Барни имел в виду.

– Очень просто. В основном здании замка тепло, так как в нем сделали современное отопление. Котельная работает, через трубы в отопительные приборы поступает горячая вода, и они обогревают помещения, так?

– Да, именно так.

– Теперь мы еще можем практически со стопроцентной уверенностью утверждать, что дети находятся внизу, в замковом подземелье. Скорее всего, они там уже давно, с самого момента их исчезновения. Но ведь в подземелье нет открытого доступа, про него никто ничего не знает, и там не устанавливалось отопление.

– Верно… – прошептала Стефания, и глаза у нее заблестели.

– Значит, там холодно и согреться можно только по старинке, огнем. Для этого надо топить печи или камины. Электричеством тайно обогреть подземелье невозможно. Максимум – слабо осветить.

– Точно! А если их топить, то появится дым, которому надо куда-то выходить! – воскликнул просиявший Том.

– Правильно, – продолжил детектив, – как раз его-то мы с Карлом и видели. Рано утром, когда подбирали место для засады, мы не могли не полюбоваться прекрасным видом на замок. Я еще удивился: кто это у вас в замке топит камин на рассвете? Выходящую через крышу трубу каминного зала не перепутаешь ни с одной другой, она самая большая. Видимо, в эту трубу, через промежуток между стенами и вывели дымоход из подземелья. Точно так же могли поступить и с остальными замковыми каминами и печами.

Дети развернули головы и посмотрели на камин.

– Выходит, что младшие Шелдоны где-то прямо под нами? – задумчиво произнесла Стефи.

– Полагаю, вы правы, – ответил ей Барни. – Дым шел из этой трубы, и вряд ли отвод от их подземной печи будет идти куда-то далеко в сторону.

Все сказанное сейчас детективом Барни подтверждало, что Томпсоны не ошиблись и наняли настоящих профессионалов.

Тут подал голос Ронни:

– Я все понял и знаю, как подобрать буквы! Смотрите. – Он положил на стол последний фрагмент с расшифровкой текста из ошейника.

– После того как я услышал, что произошло в лабиринте с Карлом, я понял, что пленники должны были нам подсказать, чего следует опасаться и не делать. То есть в любом случае они должны были начать писать с «не», – говорил он, на глазах у всех подставляя буквы к цифрам.

Через минуту все прочитали:

– Они хотели предупредить нас! – воскликнула Мэй. – Какой ужас, если бы у нас сразу хватило ума расшифровать записку, Карл остался бы цел!

– Не расстраивайтесь так, маленькая леди, – снова успокоил их детектив, – он сильный мужчина и должен быстро поправиться. В конце концов, это не первое и не последнее ранение в нашей команде! А вот вам я бы посоветовал рассказать все родителям и немедленно подключить полицию. Дело принимает очень опасный оборот. – Барни вопросительно посмотрел на Стефанию. Вместо ответа девочка встала и сделала всем знак рукой следовать за собой.

– Давайте перейдем в другое место, где нас точно никто не сможет подслушать, и продолжим этот разговор, – тихо предложила она. Детектив без лишних пояснений понял, о чем говорит Стефи, и поднялся со своего места.

Безопасным местом для переговоров, о котором говорила Стефания, была, конечно же, часовня Эльзы. Все участники совещания расселись на скамейках, и Стефи начала говорить, отвечая на предложение Барни.

– Детектив Барни, вы правы. Теперь нужно быть очень и очень осторожными. Но не кажется ли вам, что в полицию обращаться пока рановато?

– Я беспокоюсь за безопасность вашего семейства, поэтому предлагаю это сделать как можно скорее. А что вы предлагаете делать вместо того, чтобы обратиться в полицию, мисс Томпсон?

– Уверена, что нам необходимо собрать еще хотя бы немного неопровержимых доказательств совершенного преступления. Что мы принесем в полицию? Расскажем им про наши открытия касательно кота и дыма из трубы? Или поведаем о том, что обнаружили в старинном замке подземный ход?

– Я думаю, Стефания права! – поддержала подругу Мэй. – К тому же, если даже нам поверят и ринутся за нами в лабиринт, где гарантия того, что дети дождутся полицию в целости и сохранности? Не будем забывать о том, что старших Шелдонов отравили…

– В ваших словах есть доля правды, – согласился детектив. – Без сомнений, мы имеем дело с очень опасными и жестокими людьми.

– Именно поэтому нам нужно в первую очередь понять их намерения и план действий, при этом очень постараться, чтобы не выдать себя. Предлагаю пока не перекладывать дальнейшую операцию на плечи полиции. Если мы за короткий промежуток времени сумели выяснить больше, чем полиция за месяцы работы, значит, не так уж они хорошо работали!

Стефания говорила убедительно, и никто из присутствующих ей не перечил, даже детектив.

– Сделаем так, – понизив голос, девочка продолжила. – С сегодняшней ночи, как я уже говорила, продолжаем дежурство в каминном зале. Время дежурства каждого увеличиваем до трех часов, время контрольной связи с дежурящими уменьшаем до часа. Нас мало, а слишком часто попадаться на глаза служащим во время пересменки очень рискованно. Поэтому потерпим. Каждый день всей семьей будем выезжать за пределы замка, и так, чтобы это в обязательном порядке наблюдали Марта, Хэнк и остальные служащие. Судя по всему, в этом замке вообще никому нельзя доверять. Все это время Мэй будет проводить в потайной комнате, наблюдая и собирая для нас информацию.

Для Хэнка и Марты надо придумать какую-нибудь совместную работу в каминном зале на время наших отъездов. Думаю, когда они поймут, что хозяева покидают дом надолго, они начнут разговаривать откровенно. Для Мэй это риск, но, по моему мнению, оправданный. Ты согласна? – обратилась Стефания к подруге.

– Конечно, во мне не сомневайся, – кивнула та.

– Ждем Лорда и заодно разбираемся с секретом его исчезновения. Ума не приложу, куда делся этот кот! Чудес не бывает, поэтому объяснение обязательно должно найтись. Том, я помню, что ты делал много снимков подвала на телефон. Распечатай их, пожалуйста. Проверим, не изменилось ли что-нибудь там с того времени, – попросила брата Стефания.

– Ронни, после совещания сбегай, пожалуйста, за бинтами и ватой.

– Зачем это? – удивился Ронни.

– Поясню. На всякий случай прямо здесь перевяжем мне руку и ногу. Судя по всему, Тирси прекрасно ориентируется в лабиринте и знает его как свои пять пальцев. Нельзя не допускать того, что он все-таки мог заметить следы пребывания там детективов, даже после тщательной уборки Барни капли крови могли остаться. Поэтому лучше заранее принять огонь на себя. Мы же дети, что с нас взять? Подумаешь, заигрались в разбойников и следопытов и залезли, куда не следовало!

В общем, если у Тирси возникнут хоть какие-то подозрения, пусть думает, что это я следила за ним и свалилась в ловушку. Вас, детектив Барни, я попрошу продолжать следить за семьей Тирси и входом в лабиринт. Кроме этого, узнайте, куда уехал на заработки Патрик, и проверьте, действительно ли он находится сейчас там. Родителям расскажем все в ходе завтрашнего выезда за пределы замка. А теперь давайте посвятим время второй, не менее важной причине нашей встречи, а именно – истории династии Шелдонов. Том и Ронни работали над ней несколько дней.

Глава 20

Секрет семьи Шелдонов

A chain is only as strong as its weakest link.

Цепь так же крепка, как и ее самое слабое звено.

Близнецы достали толстую тетрадь, исписанную вдоль и поперек и почти полностью заклеенную распечатанными фотографиями и картинками.

– Я начну! – заявил Том.

– Почему это сразу ты? – запротестовал Ронни.

– Потому что это мне было поручено разгадывать тайну семьи! А ты мне просто помогал…

– Ах вот как! – надулся Ронни.

– Мальчики, хватит! Пусть Том начинает, а ты, Ронни, дополнишь его доклад. Действительно, именно ему было поручено заниматься сбором информации.

– Ну ладно, только не рассказывай всего, я тоже хочу выступить! – не унимался Ронни. Близнецы еще несколько минут пререкались, после чего Том наконец начал свой рассказ.

– Коллеги, мы не будем утомлять вас всеми подробностями истории семьи Шелдонов, а постараемся донести только самые важные и ценные для расследования факты.

Один из предков Шелдонов был известным лондонским купцом – об этом мы помним еще из рассказа папы. 31 декабря 1600 года было создано акционерное общество под названием «Английская Ост-Индская компания». По-другому – «Компания купцов Лондона, торгующих в Ост-Индии». В 1707 году общество было переименовано в «Британскую Ост-Индскую компанию».

Первоначально в ней было 125 участников, а первым акционером стала сама королева Англии Елизавета I, лично пригласившая к участию в компании основателя династии Шелдонов, Мэтта Шелдона. О самом Мэтте ничего особенного, кроме этой информации, найти не удалось. Широкую известность приобрели только несколько его потомков, живших уже во второй половине XVIII века.

«Английскую Ост-Индскую компанию» можно было назвать «государством в государстве»: со своей армией, боевыми кораблями, торговым флотом и неограниченными финансовыми возможностями. Колонии, основанные компанией, были разбросаны по всему миру. Но ее основным стратегическим регионом влияния считалась Индия. Английские купцы целыми караванами кораблей вывозили оттуда ткани, шелк, перец, рис, красители, чай, зерно, кофе, селитру и многое другое, включая, даже опиумный мак.

В начале XIX века компания контролировала практически полконтинента, а ее армия насчитывала порядка 250 000 хорошо обученных солдат. Это предприятие просуществовало без малого 260 лет! И все эти годы Шелдоны были ее бессменными акционерами. Представляете, какие несметные богатства должен был скопить их род за такое время?

Десять тысяч замков – ничто по сравнению с таким наследством. Широко известными представителями династии Шелдонов стали отец и сын: Верджил и Гордон Шелдоны. Верджил родился в 1757 году в семье старшей сестры Криса Шелдона – Амелии Шелдон. Он отличился тем, что в течение своей жизни инвестировал большую часть финансового капитала семьи в произведения искусства и ценности, впоследствии ставшие мировым культурным наследием. В результате проделанного им титанического труда к концу его жизни вместо огромной денежной массы, драгметаллов и лишней недвижимости семья Шелдонов стала обладателем уникальной коллекции антиквариата.

В их владении оказались дневники, рисунки, картины, скульптуры и подлинные артефакты Леонардо да Винчи, скульптуры и фрагменты фресок Микеланджело, полотна Рафаэля, Рембрандта, Ван Дейка, Пуссена, Гойи и многих других величайших скульпторов и художников. Бронзовые изделия древнейших цивилизаций, золотые и серебряные украшения древних египтян, шумеров, этрусков, ювелирные изделия мастеров Минойской цивилизации и Византии.

В общем, все, что относилось к уникальным историческим артефактам и стоило несметное количество денег, было приобретено Шелдонами и спрятано в фамильную сокровищницу.

– Только представьте себе, – не вытерпев, вмешался Ронни, – что в вашей коллекции антиквариата находятся собственноручно сделанные самим Леонардо да Винчи первые в истории человечества прожектор или дельтоплан!

– Верно, – продолжил свой доклад Том. – Верджил потратил на это всю свою жизнь и добился потрясающих результатов. В погоне за интересующими его объектами он готов был потратить немыслимые деньги. Известен, например, случай, когда, чтобы приобрести одно изделие из коллекции частного итальянского музея, он купил весь музей целиком, забрал то, что было ему нужно, а остальное подарил местному муниципалитету.

Завесу тайны о содержании сокровищницы Шелдонов приоткрыл сын Верджила – Гордон. Он с детства во всем помогал отцу и после его смерти решил, в память о нем, открыть музей искусств, в котором собирался разместить значительную часть раритетов из их семейной коллекции. Гордон купил в Лондоне подходящее здание и занялся подготовкой к открытию музея. Согласовав с членами семьи и нанятыми работниками состав экспозиции, он принялся за дело. Но очень скоро выяснилось, что площади купленного здания не хватает и для размещения всего богатства требуется гораздо больше места, чем предполагалось первоначально.

В результате Гордон купил еще по одному зданию в двух старинных городах Англии: Йорке и Оксфорде – и открыл там филиалы своего детища. Только после создания этих музеев обыватели смогли наконец представить, чем владеют их земляки из рода Шелдонов.

– Хватит, Том, ты уже увлекся и всех утомил, – вмешался Ронни. – Давай теперь я расскажу напоследок самый интересный момент истории?

– Рассказывай, мы же договорились.

– Знаете, что привело к крушению Ост-Индской компании? Глупость и самонадеянность английских чиновников, будь то управленцы компании или ее военачальники. Конец предприятия ознаменовался восстанием сипаев. Они служили наемниками в британской армии. К началу восстания в Индии находилось около 40 000 английских солдат и офицеров и более 230 000 сипаев. Эти люди были хорошо обучены и часто даже превосходили профессиональных английских солдат в своем умении воевать.

Причин для бунта было множество, они накапливались десятилетиями. Если говорить простым языком, англичане грубо обращались с индийцами, заставляли их много работать, мало платили и жестоко наказывали даже за самые малые провинности.

Но интересно не это, интересен был сам повод начавшейся заварушки.

Армию стали оснащать новыми капсульными ружьями. К ним в комплекте шли картонные патроны с пулей. Картон патрона был смазан жиром и обернут полоской бумаги. Перед стрельбой его надо было надкусить, чтобы пересыпать находящийся там порох в ствол винтовки, затем сверху, как пыж, забивался шомполом сам патрон, а за ним – пуля.

Сипаи были индусами или мусульманами, а жир на патронах был коровий или свиной. Мусульмане в силу своих религиозных традиций не могут притрагиваться к свиньям, а индусы почитают коров как священных животных.

Военачальники настаивали на том, чтобы сипаи приняли присягу, а те вторили им в ответ, что не могут кусать обмазанный жиром патрон по своим религиозным соображениям и не будут этого делать. Англичане стояли на своем, сипаи восстали, и началась война. Из-за нее пошатнулись дела всей Ост-Индской компании.

…Итак, состояние Шелдонов, как вы сейчас услышали, по нашим меркам имело и имеет колоссальнейшие размеры. Оно сложилось из трех основных категорий. Первое – деньги, ценные бумаги, драгоценные металлы и тому подобное. Второе – принадлежащая им недвижимость в Англии и других странах. Третье – сокровища мирового значения, о происхождении которых только что рассказывал Том.

Правда, в соответствии с нашей информацией, со времен Гордона эта коллекция значительно сократилась, но ее стоимость по-прежнему многократно превышает стоимость первых двух пунктов. И самое интересное, что год от года она лишь растет в цене.

– А почему, как вы сказали, коллекция уменьшилась со времен Гордона Шелдона? – поинтересовалась Мэй.

– Все просто: в XIX веке Шелдоны безвозмездно передали большую ее часть в крупнейшие государственные музеи Великобритании. Принадлежащие им сокровища сегодня украшают залы Британского музея, Лондонской национальной галереи и музея Виктории и Альберта.

За такой щедрый поступок личным указом королевы все оставшееся у них имущество, которое относилось к культурным и историческим ценностям, было практически освобождено от налогов. Была определена лишь символическая сумма, разово выплачиваемая владельцами при оформлении перехода прав собственности.

Теперь приготовьтесь и слушайте меня внимательно, – Ронни поднял вверх указательный палец правой руки, подчеркивая особенную важность того, что он сейчас собирался сказать. – По сложившейся в роду Шелдонов традиции, наследование первых двух категорий семейных активов происходит обычным порядком: если есть завещание, то согласно его тексту, если же по каким-то причинам завещание отсутствует, то наследство передается по закону.

Вся прелесть ситуации заключается именно в процедуре наследования бесценных артефактов из семейной коллекции. По заведенному правилу конверт с так называемым письмом предков – завещанием культурных и исторических сокровищ, а также другой, закрытой для посторонних, информацией – передается двум первым рожденным наследникам по достижении ими пятилетнего возраста.

Как это делалось ранее, история умалчивает, но сейчас мы имеем дело с двойняшками, которым пять лет исполнилось в один день. Тогда в присутствии двух свидетелей родители подписали завещание и вложили его в фамильную папку с «письмом предков» и прочими важными бумагами. Папку эту поместили в современный электронный банковский сейф с высокой степенью защиты.

Защита сейфа предусматривает восемь цифр секретного кода и замок повышенной сложности с двумя отдельными ключами для разных ячеек. Кроме этого, в память сейфа дополнительно введены и отпечатки пальцев Криса и Лии.

Код и ключи имеют родители и «личный представитель» наследодателя, указанный в завещании как его душеприказчик. «Личный представитель» – это человек, который, по английским законам, сперва сам получает все оставленное наследство, управляет им, оплачивает долги за умерших и положенные налоги, а уже потом передает его самим наследникам. Эта процедура может длиться довольно долго.

Сейф должны открыть только в двух случаях – в зависимости от того, какой из них наступит быстрее. Когда Лии и Крису исполнится восемнадцать лет или тогда, когда умрут наследодатели, то есть старшие Шелдоны.

Наследодатели умерли, а детям еще не исполнилось восемнадцать. Теперь кому-то очень хочется получить содержимое сейфа. Как известно, папиллярные узоры на пальцах людей со временем не меняются. Получается, что отпечатки пальцев Криса и Лии – это те дополнительные ключи, без которых до сокровищ никак не доберешься. Видимо, именно здесь надо искать разгадку их исчезновения или, правильнее говорить, – похищения.

А теперь держитесь и не упадите со скамеек! «Личным представителем» в завещании Шелдонов назван Хэнк Форман, управляющий замка. Это сразу же было озвучено двум свидетелям еще при оформлении завещания и даже попало в прессу. А вот одним из двух свидетелей каким-то образом оказалась еще и Марта Доусон, наша помощница по хозяйству. И счастье, что вторым свидетелем выступил один местный нотариус. Вот так красиво вдруг все сошлось на одних и тех же людях, и мы получили мотив преступления! – победоносно закончил свое повествование Ронни.

– Определенно, на одних и тех же, – повторил слова брата Том. – Могу добавить, что, как предполагают журналисты, информация обо всех местах, где спрятаны сокровища семьи Шелдонов, также находится в том же самом сейфе. Предположительно ценности могут храниться в нескольких разных местах.

У присутствующих не было слов, и даже детектив Барни не знал, как прокомментировать ситуацию.

– Том, Ронни! Вы прекрасно справились с задачей. Молодцы! – поблагодарила братьев Стефания. – Кажется, мы идем по верному следу, только пока не понятно, куда он нас все-таки заведет.

Пока ничего из намеченного ранее, мы менять не будем. Давайте закругляться. Напоминаю, что дежурства в каминном зале мы начинаем с одиннадцати часов вечера. Первым дежурит Ронни, на связи буду я, второй дежурю я, на связи – Том, затем – Том, а на связи будет Ронни. Да, чуть не забыла.

Каждый час связной общается с сидящим в засаде через ящик связи. Для страховки, после открытия ящиков связи переговоры между собой начинаем только предварительно произнеся пароль. Пароль и ответ на пароль будут выглядеть одинаково: открыли ящик, набрали в легкие воздух и подули в него. – Стефания набрала воздух, свернула губы в трубочку и с легким шумом выдохнула его обратно. – Вот так. Если слышим, что так же дуют в ответ, можно начинать говорить. Если ответа нет, молчим. У кого-то есть что добавить? Если нет, значит, можно расходиться по делам.

Ронни побежал за бинтами, детектив откланялся, Том пошел искать родителей, чтобы заранее договориться о завтрашней поездке.

– Мама, папа! – издалека заголосил Ронни, едва завидев Генри и Элизабет, прогуливавшихся в саду. – Давайте поедем завтра в парк развлечений!

– Это исключено, Ронни. Завтра утром должны приехать журналисты. Они хотят написать статью о новых владельцах замка.

– И сколько продлится ваша встреча?

– До обеда.

– До обеда? Нет, нет, нам нужно обязательно с утра уехать в город! Давайте поедем и купим нам школьные принадлежности к началу учебного года!

– Ронни, что с тобой такое? Мы еще успеем сделать покупки к школе, тем более школьные ярмарки откроются только через две недели.

Ронни попробовал убедить родителей, но это ему не удалось.

Зайдя в дом, Генри и Элизабет уже собирались подняться в спальню, как вдруг миссис Томпсон громко вскрикнула:

– Боже, Стефания! Что с тобой?!

Перед ними стояла их младшая дочь с перевязанной рукой и явно травмированной ногой. Рука болталась как плеть, а через ткань брюк было видно, что плотный слой бинтов спустился от верха ноги к коленке и сковывал ее движение. Сквозь обе повязки и даже сквозь брюки на ноге большими пятнами проступала кровь. Ронни не пожалел красной краски, оставшейся после ночи с привидениями и найденной в их с Томом спальне.

Элизабет в испуге всплеснула руками и уже готова была броситься к Стефании, но та прижала палец к губам.

– Мама, папа, только не пугайтесь! Это не настоящая кровь. Так нужно, – тихим голосом произнесла она. – Позже вы все узнаете, но сейчас я не могу рассказать вам все подробности. Нам очень нужна ваша помощь. – Девочка подошла вплотную к родителям и объяснила им, что от них требуется.

Родители поддержали идею: в конце концов, все были заинтересованы в том, чтобы отыскать сокровища замка и спасти похищенных детей. До конца дня Элизабет между делом пообщалась с Мартой и пожаловалась ей на то, что ее дочь за пределами замка провалилась в какую-то яму и чуть не погибла. В то же время Стефания успела покрутиться перед всеми служащими, и уже через час весь замок обсуждал новость, что хозяйская дочка куда-то упала и сильно поранилась.

Генри вытащил из подвала в каминный зал несколько тяжелых коробок с какими-то старыми документами и приказным тоном дал Хэнку задание непременно до завтрашнего обеда их разобрать и сделать реестр.

– Обязательно привлеките к этой работе Марту, – закончил он свою просьбу. – Вы скоро уедете, а она останется и должна быть в курсе всего. Сами мы завтра утром покинем замок и вернемся только к обеду, – сообщил он напоследок.

– А как же журналисты, мистер Томпсон?

– Журналисты подождут, – резко ответил ему Генри.

Наступил вечер, и Ронни начал подготовку к дежурству. Мальчик, как опытный сыщик, дождавшись назначенного времени, выключил звук на телефоне, взял рюкзак и выбрался из своей спальни. Неслышно передвигаясь вперед, он наощупь спустился по лестнице, пересек сумрачный холл – после событий с Томом здесь теперь оставляли дежурное освещение – и проник в темноту каминного зала. Ему повезло меньше, чем брату, в чье дежурство была светлая лунная ночь. В этот раз тучи поглотили и луну, и звезды, в результате в зале было темно, хоть глаз выколи.

В полной темноте, недоумевая, почему во дворе не горит уличное освещение, он, так же наощупь, добрался до камина. Закрыв за собой дверь в потайную комнату, мальчик позволил себе наконец расслабиться и задышал полной грудью. Первый этап операции по бесшумному проникновению к месту дежурства был выполнен. Ронни помнил рассказ Тома о том, что в потайных комнатах наверняка водятся страшные огромные пауки, и очень боялся, что ему доведется встретиться с их жирными мохнатыми лапами. Час до контрольного общения – это все же не полчаса, как когда-то было у брата, но надо терпеть и ждать, другого варианта у него не оставалось.

За сестру Ронни был спокоен: Стефи человек надежный и не подведет. Через час, в условленное время, эту пугающую, замкнутую тишину нарушит тихий, спокойный голос сестры, и все опасения и страхи сразу исчезнут.

Приближалась полночь. В двенадцать должен был произойти первый сеанс ночной связи. Ронни сидел у смотровой ниши и внимательно вслушивался в малейшие звуки, долетавшие до него извне. Ничего не происходило. В очередной раз осторожно взглянув на часы и увидев, что до двенадцати часов остается меньше пяти минут, он поднял с пола крышку и перекрыл ею смотровой проем. Теперь, наоборот, звуки из его комнатки не должны были потревожить безмолвие зала за стеной. Он ждал…

Ответственная Стефания тоже ждала, когда снизу из каминного зала донесутся приглушенные звуки боя каминных часов. Двенадцать ударов – это много. За это время она спокойно и без шума сможет прокрасться на цыпочках к ящику связи на лестнице и даже успеет открыть его. Все так и получилось. В воздухе еще таял звук последнего удара часов, когда Стефания уже проникла лицом внутрь открытой ниши и приготовилась к общению с братом.

Этот момент своей жизни она потом будет вспоминать еще не один раз. Ответственность и дисциплинированность во всем, а также привычка продумывать каждый свой шаг, вновь пришли на помощь сыщице. Если бы на ее месте сейчас оказался Том, то неизвестно, чем бы все могло закончиться. Скорее всего, тот сразу заговорил бы с Ронни, забыв и про пароли, и про осторожность.

Но на посту была Стефания. Если заранее оговорили пароль, значит, будет пароль. Девочка потихоньку набрала в рот воздух и, сведя губы трубочкой, легко подула в коробку. Воздух ударился о стенки замкнутого пространства, превратился в шипяще-шелестящий звук и помчался дальше по потайным линиям замковой связи, придуманной еще древними инженерами.

Через несколько секунд этот долгожданный звук проник в комнатку Ронни. Пароль был назван. Теперь по правилам, установленным Стефанией, должен был последовать такой же обратный ответ.

Дунуть в ответ – дело нехитрое. Ронни уже набрал в рот воздух и собрался подать ответный сигнал, как неожиданно ему пришлось остановиться. В их сети связи появился третий абонент. В тайной комнате и коробе связи вдруг, как будто из ниоткуда, возник хриплый, прокуренный мужской голос.

– Наконец-то, привет, – пробасил он.

У Ронни душа ушла в пятки. Это точно был не голос Стефании, и даже если бы она съела килограмм мороженого за час до операции, она не смогла бы так охрипнуть. Мальчик сразу вспомнил, как в одном из мистических сериалов, которые он смотрел, такой же скрипучий голос доносился ночью на кладбище из-под могильной плиты. Жуть!

– Что молчишь? Зачем звал? – продолжал хрипеть голос, явно требуя ответа.

Стефания, которая была на том конце провода, в отличие от брата ничуть не испугалась вторжения. Она не могла даже предположить, кому принадлежит таинственный голос, но, как настоящая бесстрашная сыщица, решила использовать эту ситуацию в пользу расследования и не убегать, а понаблюдать за происходящим дальше. Но через несколько секунд после услышанного на том конце связного аппарата тяжелого дыхания она опомнилась:

«Что я делаю? Надо поскорее убираться отсюда, он ведь где-то рядом!» – с этой мыслью Стефи быстро провернула светильник, закрыла нишу и, вместо того чтобы броситься к себе в комнату или, возможно, даже в спальню к родителям, стала осторожно спускаться по лестнице в каминный зал. Стефи помнила про брата и не могла уйти без него.

Бесшумно передвигаясь, она изо всех сил вслушивалась в безмолвную темноту дома, пытаясь уловить хоть какие-нибудь звуки или движение. В ответ ей лишь звенела безмолвная тишина. Девочка добралась до камина, нащупала голову пантеры и открыла вход в потайную комнату. Через секунду она уже оказалась в объятиях дрожащего от страха Ронни. Стефания чувствовала себя не лучше. Так, не отрываясь друг от друга, они сели на пол и долго не шевелились, приходя в себя. Голос исчез и больше их ни о чем не спрашивал.

– Это был не голос Хэнка, – тихо прошептала на ухо брату Стефи.

– И уж точно не Марты, – нашел в себе силы пошутить в ответ тот.

Разговаривать или шуметь было нельзя, поэтому дальше Стефи и Ронни действовали максимально бесшумно. Желания пойти на риск и прослыть героями у ребят сейчас абсолютно не было, а до первой смены дежурных и сеанса связи оставалось без малого три часа. Прижавшиеся друг к другу и дрожащие от страха, Стефания и Рональд были сейчас похожи на двух запуганных волком поросят из известной сказки но, несмотря на это, они продолжали нести свое дежурство. Убрав заглушку из смотровой ниши, теперь уже вдвоем они настороженно вслушивались в звуки ночи.

Ждать пришлось недолго. Примерно через полчаса их совместного дежурства в комнате послышалось какое-то шуршание, сменившееся легким скрипом, и через несколько секунд из тишины ночи возник новый незнакомый им голос.

– Ты здесь? – произнес он.

– Здесь я, здесь. Заждался уже. Зачем звал? – прохрипел другой голос – тот самый, который они уже слышали полчаса назад. – Давай я выйду, и поговорим по-человечески, без ящиков.

– Нет, не сегодня, – остановил его первый голос. – Надо быть осторожнее. У меня плохое предчувствие: что-то недоброе витает в воздухе. Сегодня полнолуние, а сыч молчит. Плохой знак.

– Марта велела тебе передать: утром возьми хромого и примерно в 10:30 ждите сигнал. Томпсоны уедут, соберетесь и все обсудите. Смотрите, меня не подставьте. А я наведаюсь к тебе позже. Посмотрю, что там с пациентами. Все, отбой, до завтра.

– Понял, ухожу, – донеслось в ответ.

Сеанс связи закончился. Стефания и Ронни догадались, что незнакомец говорил через ящик связи на дальней лестнице.

– Надо будет завтра проверить метки, поставленные Томом, – прошептала Стефи на ухо брату.

«Как он вошел и как будет выходить? – задумалась она. – Ведь боковые двери давно намертво заблокированы, а центральную я сама закрыла сегодня вечером на засов».

Не выдержав, юная сыщица отодвинула входную стенку и осторожно вылезла наружу. Опустившись на четвереньки, она так же, как когда-то и Том, стала, крадучись по-кошачьи, пробираться к холлу. Он был слабо освещен, а выходить на свет из каминного зала было опасно. Девочка замерла у приоткрытой двери. Ей повезло: одна половинка двухстворчатой двери из холла в столовую тоже была не закрыта.

Долго ждать не пришлось. По дальней лестнице вниз торопливым шагом спускался человек в плаще и капюшоне. В такой одежде и при таком освещении понять, кто это, было невозможно. Уверенно и бесшумно, словно живая тень, человек сошел с лестницы, повернул налево к кухонной печи и… исчез во мгле.

Глава 21

Семейный совет

A danger foreseen is half avoided.

Кто знает о надвигающейся опасности, тот наполовину избежал ее.

Вы когда-нибудь чувствовали, как захватывает дух и обмирает все тело, когда случаются самые невероятные вещи, о которых до этого вы никогда не думали и даже не могли предположить, что такое возможно?

Прошло уже минут десять, а Стефания все так же стояла на четвереньках, не веря своим глазам. Что это было? Привидение или реальный человек? До этой ночи ей казалось, что ее команда сыщиков держала под контролем весь замок, но события последних часов полностью опровергли ее убеждение. В замке совершенно точно творилось что-то необъяснимое, о чем у ребят не было ни малейшего представления… И вот теперь еще это привидение и хриплый незнакомый голос – интересно, его ли? Или в замке есть еще люди, о которых их семья абсолютно не подозревает? Стефания любила всегда и все держать под контролем, и теперь ее очень угнетало то, что, пока они мирно спали в своих кроватях, по замку бродили пришельцы, которые вполне могли оказаться жестокими преступниками. Да что там! Наверняка это и были похитители Криса и Лии.

– Только колдунов здесь еще и не хватало! – бормотала про себя девочка, поднимаясь и отряхивая руки от пыли. – И надо непременно сказать, чтобы горничные лучше мыли пол! Марта за своими бандитскими делами уже совсем про работу забыла. Ладно, с происхождением этого пришельца мы разберемся завтра.

Убедившись, что в каминном зале никого не осталось, девочка встала, подошла к камину и шепотом позвала:

– Ронни, выходи, дежурство закончилось.

Спустя несколько секунд из темноты, которая окутывала камин, появилась белокурая голова Ронни, а затем и его полосатый свитер. Быстро и бесшумно дети пробрались наверх и уже через несколько минут были в спальне братьев. Том спал сном младенца, даже не подозревая о том, какие происшествия за это время произошли с его братом и сестрой. Стефи взяла телефон Тома и выключила на нем будильник, поставленный на три часа ночи.

– Пусть спит, – сказала она заботливо, – хоть кто-то из нас наутро должен быть в форме и мыслить здраво. Боюсь, после увиденного я этой ночью усну не скоро! Да и продолжать дежурства сейчас слишком опасно. Дождемся утра и выхода Мэй. Ты тоже ложись, в спальнях нам ничто не угрожает, – успокоила Стефания Ронни, который до сих пор был как простыня бледен от страха. Только оказавшись в родной комнате, рядом с мирно сопящим братом, он начал постепенно возвращаться к жизни.

Засыпая, Стефи долго ворочалась и бурчала себе под нос: «Что за замок такой? Весь как решето. Кто хочет – заходит, кто хочет – выходит. Просто беда. Надо поручить служащим перепроверить все входы и выходы. Но кому поручать? Хэнку? Это уж точно будет ошибкой. Опять все придется делать самой!»

С этими мыслями юная сыщица наконец забылась во сне. Но, как Стефи и предполагала, спалось ей неспокойно, и очнулась она раньше всех. Потянувшись и посмотрев в окно, Стефания увидела в саду сидящую на скамейке Мэй. Девочка помахала подруге рукой, и через минуту они уже встретились в каминном зале.

– И что, он спускался с этой самой лестницы? – округлив глаза, спрашивала, впечатленная ночными событиями Мэй.

– Да, именно с этой. Весь в черном, лица не видно. В общем, будь осторожна! Мы все надеемся на тебя.

Потайная дверь за Мэй беззвучно захлопнулась, а Стефания собрала в кулак всю свою смелость и еще раз прошла ночным путем, чтобы посмотреть, не осталось ли каких-то следов после вчерашнего дежурства.

«Вроде бы все чисто», – подвела итог девочка и двинулась в столовую, чтобы, как обычно, приготовить семье завтрак. По пути она постаралась по памяти пройти тем путем, что проделал накануне гость в темном капюшоне, но ничего интересного для себя не обнаружила. Слева от лестницы за печью была каменная стена с картиной-гербарием и шкаф с кухонными принадлежностями.

– Просто исчез, и все. – Она вздохнула с огорчением и потянулась в холодильник за молоком для овсяной каши. День предвещал быть весьма интересным и насыщенным событиями, так что всем нужно было как следует подкрепиться. Она успела вовремя, и, когда оставшиеся члены семьи Томпсонов спустились в столовую, их уже, как всегда, ожидали овсяная каша с изюмом и свежезаваренный ароматный чай.

К окончанию завтрака в столовую вошла Марта с хозяйственной книгой в руках, она присела возле подоконника и, надев очки, стала разбираться в цифрах, заполнявших мелко расчерченные таблицы. Стефания старалась не подавать вида, но при любом удобном случае искоса бросала взгляд на Марту. «Что она знает и, самое главное, что замышляет?»

– Марта, вам Хэнк передал мое вчерашнее распоряжение? – прервав затянувшееся молчание, поинтересовался Генри.

Марта при звуке голоса хозяина замка вздрогнула и подскочила на месте. Или Стефании это показалось?

– Да, мистер Томпсон. Он скоро появится, и мы сразу же приступим к его исполнению.

– Хорошо. Тогда мы с семьей, как и планировали, поедем в город.

У ворот их уже ждал их любимый «Форд», который Генри приобрел еще во времена работы в типографии. Почему он не поменял его на «Порше» или «Мерседес»? Объяснение было банальным: привычка. Это была первая машина Генри, в свое время он очень долго на нее копил и теперь ни за что не хотел изменять близкому другу. Не каждый человек, на которого внезапно обрушивается грандиозное повышение по службе или несметные богатства, готов в этот же день отказаться от своих привычек и предпочтений. Вот и Генри не хотел отказываться от сбывшейся когда-то мечты, несмотря на то что стал миллионером.

Стефания с самого утра снова надела повязки, якобы защищающие раны, полученные при падении. На время ночного дежурства она их, конечно же, снимала, иначе как бы ей удалось по-пластунски передвигаться по каминному залу и тем более обнаружить спускающегося по лестнице человека в капюшоне?

Томпсоны попрощались со служащими, и «Форд» неспешно повез их прочь из замка.

Где-то на краю горизонта чернели тяжелые тучи, укутывающие землю в серый водяной туман идущего вдалеке дождя. Воздух был очень влажным, стояла нестерпимая духота, птицы спустились с поднебесных высот и расположились на ветках деревьев, тревожно перекликаясь. Изредка темную даль рассекали вспышки молний и доносились раскаты грома.

«Вот это погодка! Какой была ночка, такой выдался и день», – глядя из окон машины на налитые свинцовые тучи, думал Ронни, вспоминая события, произошедшие в темноте ночного зала. Стефания, в отличие от брата, не была склонна хандрить и предаваться воспоминаниям. Она привыкла либо постоянно анализировать прошедшие события, либо строить новые планы. Внезапные порывы чувств, скука и ностальгия – такое было совсем на нее не похоже.

«Не повезло же сегодня детективу Барни! – думала девочка. – Что, если он забыл дома плащ? Вымокнет же в засаде до самой нитки!»

Каждый пассажир машины был погружен в свои мысли. Первым молчание нарушил Генри:

– Куда едем, уважаемые сыщики? – с небольшой долей иронии спросил он всех присутствующих.

– Давайте сначала заедем в фотоателье, – ответил Том. – Мне нужно распечатать цветные снимки с телефона. Это поручение Стефании, – добавил он в ответ на вопросительный взгляд обернувшегося к нему отца и кивнул в сторону сестры.

– Поручение Стефании? Хм… хм… А не кажется ли вам, молодые люди, что ваша сестра слишком юна, чтобы руководить вами? – Генри перешел на повышенные тона. – И что вы все слишком заигрались в сыщиков? – С этими словами отец припарковал машину на обочине дороги, ведущей вдоль огромного пшеничного поля. – Выходите-ка все из машины!

Никто в семье не смел ослушаться Генри. Когда он выходил из себя, что случалось довольно редко, с ним ни в коем случае не стоило пререкаться. Генри по характеру был похож на вулкан – мог долго разгораться, но извергался мгновенно, и лучше ему в таком «активном» состоянии было не попадаться под руку.

На обочине Генри выстроил всех детей в шеренгу. Пассажиры мимо проезжавших машин с удивлением наблюдали, как отец отчитывал посреди дороги двух мальчишек и наполовину забинтованную девочку. Уж она-то в чем может быть виновата?

– Ну, многоуважаемые Шерлоки Холмсы, потрудитесь объяснить, в чем дело! Вы то друг друга водой поливаете, то по ночам где-то бродите, теперь вот Стефания стоит передо мной вся перебинтованная, как будто так и надо!

– Папа, не ругайся! В замке везде прослушка, и поэтому мы не могли рассказать там все подробности! – выпалил Том.

– О боже! Мои дети сошли с ума, причем все втроем! Им кажется, что за ними следят… – с горечью проговорил Генри, закрыв лицо руками и прислонившись к бамперу машины. – Элизабет, дорогая! Ты это слышала? Они чокнулись!

Стефания попыталась его успокоить:

– Папа, мы действительно не хотели вести лишние разговоры в замке! Поверь, мы хотели как лучше!

– Посмотрите, что вы сделали с отцом! – вставила свое слово Элизабет, которая была поражена случившейся у ее мужа вспышкой гнева ничуть не меньше ребят.

Стефания, видя эмоциональный настрой родителей, попыталась направить ситуацию в продуктивное русло:

– Обещаем, мы все вам расскажем. Но давайте не будем вести этот разговор на дороге – обратите внимание, как смотрят на нас проезжающие водители! Давайте доберемся до города, зайдем в тихое место и все обсудим. Но сначала нам действительно нужно распечатать фотографии! Обещаю, когда вы узнаете, в чем дело, то поймете, что зря на нас злились.

Генри с Элизабет переглянулись и решили пойти детям навстречу – вряд ли их отпрыски могли свихнуться все одновременно. Кроме того, у Томпсонов было главное правило – верить детям, чтобы с ними ни происходило. Семейство вернулось в автомобиль, и уже через полчаса, немного поплутав среди городских улиц, они все же нашли фотоателье и распечатали снимки. После этого Томпсоны выбрали уютное кафе в центре, расселись там в плетеные кресла вокруг круглого стола и заказали себе напитки и десерт.

– Ну все, излагайте, хватит с нас уже тайн, – поторопила детей Элизабет.

– Хорошо. Я начну, а братья помогут мне по ходу рассказа, – предложила Стефания.

– Принимается, – поддержали ее братья, сортируя и раскладывая в отдельные пачки полученные фото.

По мере того как Стефания рассказывала все новые подробности расследуемого детьми дела, глаза родителей все больше и больше округлялись. Настроение Генри поменялось. Теперь ему стало совестно за то, что он ругался на детей, которым впору выдавать награды за раскрытие преступлений. От деталей и фактов, которыми они делились, волосы на голове вставали дыбом. Слушая их рассказ, Элизабет то и дело разбавляла его охами и ахами и хваталась за сердце.

По времени это заняло более двух часов, братья постоянно норовили добавить какую-то упущенную сестрой деталь, но только отвлекали девочку, отчего та начинала злиться и в итоге довольно грубо попросила их не мешать ей. Братья послушались, попросили у официанта пароль от Wi-Fi и отсели за соседний столик.

– В общем, без детей им сейф не открыть, но что они будут делать дальше, мы не знаем, – закончила свой рассказ Стефи.

Родители до сих пор не могли поверить в то, что их ребенок так быстро повзрослел, а они даже не успели это заметить. За окнами кафе по крышам домов уже вовсю тарабанил дождь, а оглушительные раскаты грома еще больше усиливали впечатления старших Томпсонов от услышанного рассказа.

– Нужно срочно ехать в полицию! – всплеснула руками Элизабет. – Немедленно.

– Абсолютно согласен с мамой, – поддержал жену глава семейства. – Если эти люди имеют отношение к убийству родителей Криса и Лии, то от них можно ожидать чего угодно.

– Господи, а что, если они отрежут детям пальцы, чтобы открыть сейф… А вдруг, – на лице Элизабет появился ужас, – вдруг они делают это прямо сейчас?

Услышав последнюю фразу матери, к столу подошел Ронни.

– Мама, не переживай так! Они этого не сделают, потому что открытие сейфа – это публичное дело. Понадобится личное присутствие живых и здоровых детей, – пояснил он.

– Иначе Крис и Лия давно были бы на небесах, при этом намного раньше своих родителей, – с грустью добавила Стефания. – Что касается полиции, то мы обсудили этот вопрос с детективами и договорились подождать с обращением еще несколько дней, – добавила Стефи. – Мы думаем, что именно сейчас, пока мы сидим в этом уютном кафе, Мэй может получать бесценную информацию. Так что пока нам нельзя возвращаться – нужно дать ей еще немного времени.

– Не знаю, как там с новой информацией у Мэй, а вот у нас с Томом результат уже есть, – похвастался Ронни.

Через минуту близнецы разложили на столе несколько фотографий, сделанных в подвале замка.

– Смотрите: это снимки стен коридора подвала в районе книжных полок, повешенных на зеркальные стены. Вот снимки самих книжных полок со стоящими на них книгами, а вот – отражение этих полок в больших зеркалах напротив.

– Стефания поручила мне распечатать фото и проверить, не изменилось ли что-либо с того момента, когда я снимал замок во время экскурсии. Сравнить светильники, зеркала, картины, книжные полки и сами книги. Нам показался подозрительным управляющий, который очень забеспокоился, когда Стефи взяла с полки одну из книг, – пояснил родителям Том. – Я распечатал все фотографии интерьеров замка, которые сделал еще при нашем первом обходе. В результате получилась довольно большая стопка. Я разложил их по отдельным пачкам, разделив по этажам, на которых они были сделаны. В этом мне помогал наш талантливый буквоед Ронни. Знаете, что сделал этот гений? Он посмотрел фотографии книжных полок, а потом – снимки их отражений в зеркале напротив и сразу же пришел к выводу, что здесь есть какая-то скрытая закономерность.

Книг очень много: в общей сложности мы насчитали их более двухсот. На торцах написаны или их названия, или автор. Все книги в переплетах двух цветов: черного и коричневого. Сначала, кажется, что они расставлены на полках в хаотичном порядке и не привязаны к какой-то системе. И только на нижней полке все книги в коричневом переплете. Но ваш умный сын, увидев фото этих книжных полок в зеркальном отражении, все-таки усмотрел систему. Недаром я мучился с латынью в школе. Ронни занимался лучше меня и сразу понял, что корешки фолиантов – это написанные на латыни зашифрованные письма!

– Теперь ты рассказывай, – обратился Том к брату.

Ронни придвинул к себе фотографию книжных полок, отраженных в зеркале, висящем на противоположной стене.

– Все очень просто, – начал он. – На стене пять рядов книг; нижний – с коричневыми – не учитываем. Считайте, что четыре верхних ряда – это четыре строчки возможного текста. Я покажу вам послание, составленное из книг на тот момент, когда Том впервые сфотографировал их во время нашей экскурсии. Вот это фото. Читаем только первые буквы книг с коричневыми переплетами, стоящих среди остальных книг. Получается: «NOS HOSPITES. EXSPECTO». Это латынь, а в переводе это значит: «У НАС ГОСТИ. ЖДИ». Если смотреть прямо, то текст надо читать задом наперед, а если в отражении – то все становится на свои места.

Предположим, кто-то, находящийся за стеной, через противоположное от полок зеркало может смотреть на них и читать посылаемые ему таким способом сообщения. Вы берете с нижней полки книги с коричневыми переплетами и нужными начальными буквами на их корешках, а затем расставляете их в нужном порядке среди остальных книг с черными переплетами. Только слова и предложения текста, для пущей секретности, пишутся задом наперед. Видите, на сделанном тогда фото, кто-то оставил предупреждение о том, что мы пришли в замок на экскурсию. Интересно, о чем они сейчас пишут друг другу?

– Вот это да… Оказывается, за нами уже следили, даже когда мы еще не были хозяевами замка, – задумчиво протянул Генри. – Интересно, что еще от нас было скрыто все это время?

– Сразу после возвращения побежим читать, чего они там еще понаписали, – усмехнулся Том, переглянувшись с Ронни.

– А вот этого нельзя делать ни в коем случае! – сразу осекла планы братьев Стефания. – Представьте, что за зеркалом прячется человек, который вас видит, и вы при нем начинаете разбираться в написанном в обратном порядке тексте. Он все поймет, и этот хитроумный телеграф больше не будет работать. Сколько раз можно повторять: нам не выгодно, чтобы преступники узнали, что мы в курсе их действий! Нам нужно быть на шаг впереди!

– Но ведь так мы можем потерять важную информацию! – возмутился Ронни.

– Да, поэтому у меня есть другая идея. Можно как бы между делом пройти по коридору, тайком сфотографировать книги, а потом уже у себя в комнате или у Эльзы так же, как и сейчас, читать и переводить зашифрованный в них текст по полученным фотографиям.

– Думаешь, так получится остаться незамеченными? – засомневался Том.

– А это уже целиком и полностью зависит от нас самих.

Взглянув на часы, Стефания воскликнула:

– Не может быть! Уже первый час дня! Мы совсем забыли про Мэй!

Глава 22

Зеркала Томаса Торквемады

Never trouble trouble till trouble troubles you.

Не буди лихо, пока оно тихо.

Тем временем у Мэй, старательно исполнявшей обязанности дежурного, пока Томпсоны были в отъезде, происходили события, заслуживающие особого внимания. Еще перед завтраком Томпсонов Мэй проникла в потайную комнату и начала со всей ответственностью вслушиваться в каждый шорох, доносившийся из зала.

Интересовавшие ее гости пришли только спустя полтора часа после отъезда владельцев замка, и все это долгое время Марта и Хэнк молча занимались разбором порученных им документов. Затем Мэй услышала, как они закрыли на засов входную дверь и задернули шторы на окнах, а чуть позже в зал вошли два человека, разглядеть которых ей не удалось.

К великому сожалению сыщицы, все четверо выбрали для разговора место, не попадающее в зону ее видимости. Тем не менее удача не обошла Мэй стороной: слышимость, в отличие от обзора, была великолепной. Девочка достала ручку и приготовилась записывать в блокнот наиболее интересные моменты разговора.

Первой заговорила Марта. Мэй вслушивалась в речь и совсем не узнавала доброжелательную помощницу по хозяйству. Этот голос принадлежал властной, агрессивной и жестокой женщине, которую впору было бы назвать безжалостной.

– Что ж, друзья, спешу вас всех поздравить. Наши коллеги справились со своей миссией в Лондоне! Мы еще на один шаг приблизились к цели. Теперь исход всей операции зависит только от наших слаженных действий. Как проходит подготовка детей, когда они будут готовы к перевозке? И что говорит Шаман?

– Шкатулка используется уже сорок дней, и через пару дней мы планировали все закончить. Однако сроки сдвигаются.

– Черт подери! – выругалась Марта.

– Да. Шаман предполагает, что потребуется еще как минимум неделя. Девчонка сварилась, а вот парень еще сопротивляется, – ответил ей хриплый, скрипучий голос.

– Но ведь Шаман обещал, что справится с этим за месяц, – возразил Хэнк. – Он с уверенностью религиозного фанатика убеждал нас, что даже взрослый человек в шкатулке станет полностью управляемым и зависимым уже через какой-то месяц! А что мы имеем в итоге? Дети находятся там уже сорок дней, а результата все нет, кроме этого, он требует еще и дополнительное время. А ведь это всего-навсего дети, а не взрослые!

– Да, станет послушным или умрет, – поправил его хриплый. – Это ведь зеркала-убийцы, а не зеркала-гипнотизеры, они собраны в шкатулку, чтобы убивать или сводить с ума. Недаром они когда-то были взяты из пыточного дома великого инквизитора Томаса Торквемады. Вспомните, как в первые дни мы пробовали оставлять детей на полные сутки и какого труда нам после этого стоило вернуть девчонку в сознание! Теперь они сидят там не дольше шести часов в день. Страшно не то, что сроки сдвинутся, а то, что дети могут отдать концы, и тогда все, что мы сделали, потеряет смысл! Вчера, кстати, Шаман заметил, что мальчишка тоже начинает поддаваться его терапии…

– Только попробуйте перестараться! – разъяренно прошипела Марта. При ее словах Мэй вздрогнула. – Вы отвечаете за них головой. В прямом смысле этого слова!

– А когда будет корабль? – Эти слова принадлежали незнакомцу – молодому и, как показалось Мэй, не слишком уверенному в себе человеку: в его голосе присутствовали очень неприятные, скользкие нотки. – Сколько у нас еще есть времени?

– Времени крайне мало: корабль придет в порт через восемь дней. Контейнер подготовлен, все оговорено. Капитан и его помощник – наши люди, обещают доставить груз в Лондон за неделю.

– Вот в эти восемь дней вам и нужно уложиться! Все понятно? – Марта командным голосом задала вопрос окружающим, но те хранили молчание. – Значит, понятно, – зло подытожила она.

– Теперь перейдем к остальному. Что с этим мерзким котом, вы поймали его?

– Нет, поймать не смогли, прячется где-то в вентиляционных трубах, – снова подал голос молодой. – Мы перекрыли воздуховоды решетками – он теперь не сможет попасть ни обратно в дом, ни к детям.

– Насчет него можешь не переживать, сдохнет он там скоро без воды и еды, – подвел итог хриплый.

Наступило молчание – слышен был только шелест бумаг, звук то и дело переставляемых сумок и тихое бормотание Хэнка.

Мэй боялась даже дышать и изо всех сил вслушивалась в доносящиеся звуки, но разобрать, что происходит в зале, так и не смогла.

Вдруг снова заговорила Марта:

– Это вещи из детского гардероба, возьмите их с собой – понадобятся, чтобы одеть детей перед отправкой.

Теперь обсудим еще один важный вопрос: мы так и не решили, что будем делать с главной занозой – хозяйской девчонкой Стефанией. Я ее как-то сразу и недооценила. С виду маленькая, а проблем нам уже создала, как сто больших. Надо же, даже в лабиринт залезла! Если бы не внимательность Адама, обнаружившего в тоннеле капли крови, мы были бы абсолютно не в курсе того, что происходит за нашей спиной!

– Да-да, она вечно носится по дому с папкой в руках! Я как-то заглянул в нее, когда ее позвал отец и она случайно оставила свои записки на кухонном столе. Там есть много интересного, скажу я вам. – Хэнк даже хмыкнул, вспоминая, как был поражен, увиденным в папке.

– Что интересного может быть в дневниках девочки-подростка? Может быть, признания в любви мальчикам? Нам они, конечно, о многом скажут! – ехидно подал голос хриплый.

– Ты ее тоже недооцениваешь! Например, там есть твоя небритая физиономия, нарисованная на весь лист, этого достаточно? Даже про потайную комнату в мансарде пронюхали, маленькие мерзавцы, – выругался в адрес отважной команды сыщиков Хэнк.

Мэй в своем укрытии едва успевала делать пометки по важным местам разговора. «Хриплый – это Адам Тирси, – отметила она в блокноте, – комната в мансарде рассекречена».

– Пока они просто играли в следопытов, как все дети, это было неопасно, – продолжал Хэнк. – Но эта девчонка разнюхала уже слишком много! Она может сообщить все родителям и полиции! Ее однозначно надо убрать.

– Я же сказала: нам надо продержаться еще хотя бы шесть-семь дней, – раздраженно бросила в ответ Марта.

– Да, если мы ее убьем, полиции набежит ничуть не меньше, чем в прошлый раз, – послышался голос молодого.

– Зачем убивать? – отозвался хриплый. – Засунем ее в зеркальную шкатулку на эту неделю, и делов-то! Убрать – это не обязательно убить. Убиваем мы только в крайнем случае, все, надеюсь, помнят об этом?

– Для начала ее надо как-то выманить из замка, – сказал Хэнк. – Она должна пропасть где-то на стороне. Главное, чтобы не в самом замке. Полиция все равно объявится, но не сможет связать это со старыми делами.

– Посмотрим, – послышался голос Марты, – тут уж, как получится, придется мне самой заняться этой девчонкой. Патрик, ты будешь мне помогать. Как вариант, можно рассмотреть несчастный случай. Выпала из окна библиотеки на дорожный камень, разбилась насмерть. Такое случается, ведь дети такие сорванцы и всегда лезут куда не надо. Но это, повторяю, на крайний случай, если наш план по затаскиванию ее в шкатулку не сработает. От этих мелких крысят уже не знаешь, чего ожидать…

– В общем, не уходи далеко и будь на связи, ты можешь понадобиться, – закончила Марта, по-видимому, обращаясь к Патрику. – А теперь расходимся по своим местам, хозяева скоро вернутся! – добавила она.

– Коробами связи пользуйтесь в исключительных случаях. Сообщения передавайте только через библиотеку в подвале. А ты, Адам, – обратилась она к хриплому, – блокируй лабиринт. Ставь защиту, как для военного времени, понимаешь?

– Хорошо, сделаю, но если будет заварушка, то могут погибнуть и полицейские, – предупредил он.

– Плевать. Нас это уже мало касается. Главное – подземелье захлопнется.

На этих словах послышалось шарканье ног хромого и звуки от других быстро удаляющихся шагов – Мэй догадалась, что это, скорее всего, был молодой преступник. Каминный зал опустел, гости ушли, а Марта и Хэнк продолжили разбирать бумаги. Как и предполагала Марта, уже через двадцать минут после окончания сходки в крепостных воротах показалась машина Томпсонов.

Глава 23

Кажется, это конец

Good watch prevents misfortune.

Хорошее стороженье предотвращает беду.

В машине по пути домой ребята подробно проговорили с родителями план дальнейших совместных действий. В первый час после приезда родители должны были дать Марте и Хэнку какое-нибудь поручение, чтобы отвлечь их внимание, выманить из зала и помочь Мэй выбраться из потайной комнаты. Элизабет должна была встретить девочку и сразу после освобождения отправить ее на мансардный этаж, в библиотеку, на встречу со Стефанией.

Перед тем как начать разговор с Мартой и Хэнком, Генри должен был успеть позвонить детективу Барни. Том же готовился к своей миссии по проверке меток на дверях тайных комнат и коробах связи. Исключение составлял только короб на центральной лестнице, которым ночью пользовалась Стефи, и комната в каминном зале. Ронни должен был спуститься в подвал и незаметно сфотографировать полки с книгами, а если там окажется новое сообщение, то попытаться его сразу же расшифровать. Общий сбор назначили на четыре часа в часовне у Эльзы. Детектива Барни тоже приглашали на собрание. Планировалось, как и всегда, обсудить все последние новости и решить, что делать дальше, на этот раз учитывая мнение не только детей, но и взрослых.

Непогода усиливалась, и к тому моменту, как машина Генри заехала во двор, дождь уже лил как из ведра. «Форд» остановился у центрального входа, все быстро выскочили из салона автомобиля и побежали в дом. Братья помогали передвигаться Стефании, которая мастерски играла свою роль искалеченной жертвы.

Войдя в замок, члены семьи Томпсонов, как будто невзначай, разошлись по своим делам, хотя действовали строго по оговоренному заранее плану. Пройдя в каминный зал, Генри и Элизабет приступили к выполнению порученного им задания. Элизабет пожаловалась Марте на то, что не успевает с приготовлением обеда, и попросила у нее помощи.

– Сможете сварить какой-нибудь простенький супчик? – спросила она. – Мне нужно помочь мужу, и я никак не успеваю приготовить обед.

Само собой, Марта не могла отказать хозяйке. Тем временем Генри предложил Хэнку спуститься в подвал и еще раз сверить по реестру наличие антикварных вещей в одной из кладовых.

Стефания решила пройти в библиотеку через лестницу столовой. Она хотела посмотреть, как брат проверит свои метки, поставленные им на потайном коробе связи. Пройдя через столовую, она начала подниматься по ступеням наверх. Буквально через несколько минут каминный зал опустел. Марта ушла на кухню, а Генри и Хэнк, обсуждая какую-то антикварную тему, направились вниз. Элизабет немного задержалась в каминном зале, для вида покрутилась у камина, шепнула в зев рыцарского шлема несколько слов для Мэй и побежала догонять мужа.

Мэй была освобождена: сидя в темноте комнатки, она услышала шепот Элизабет и начала выбираться из своего укрытия. С каким волнением она ждала этого момента! Наконец-то она сможет предупредить всех и, главное, Стефанию о грозящей опасности!

Но сделать это ей было не суждено. Сегодня у владельцев замка, очевидно, выдался не самый удачный день – с самого начала все пошло не так, как они задумывали и планировали…

Пройдя в столовую, Марта плотно закрыла за собой дверь, ушла в дальний конец помещения к лестнице, тихо поднялась на несколько ступеней, оглянулась по сторонам и прислушалась. В этот момент она была похожа на хищника, выслеживающего свою жертву. И охота действительно началась.

В это же время Том закончил осматривать короб, выключил фонарик и, обернувшись к стоявшей рядом Стефании, огласил результат: «Метки сорваны, коробом точно кто-то недавно пользовался! Я думаю, человек в капюшоне говорил ночью именно отсюда».

Наверное, он произнес это немного громче, чем было нужно, и Марта не только услышала голос мальчика, но и поняла весь смысл сказанного им. Она поднялась еще на несколько ступенек, взялась за поручень, прижалась к стене и затаилась.

– Ладно, иди проверяй другую лестницу, а я буду ждать Мэй в библиотеке, – услышала она голос ненавистной ей девчонки.

Когда шаги детей стихли, Марта, крадучись, поднялась к коробу связи, провернула светильник, откинула крышку и, прислонив лицо к нише, тихо позвала:

– Патрик, Патрик, ты слышишь меня?

– Здесь я, здесь, слушаю, – глухо донеслось из глубины.

– Слава богу, ты на месте! – выдохнула Марта. – Девчонка пошла к тебе, выходи и открывай окно, будь готов перехватить ее, я догоняю.

Быстро закрыв дверцу и вернув светильник на место, преступница бросилась наверх.

Следует заметить, что Стефании сильно повезло. Перед входом в библиотеку она чуть задержалась, завязывая шнурок на кроссовке – а с ее перевязанной рукой и забинтованным коленом это было сделать не так-то просто. Когда девочка вошла внутрь, Патрик только отошел от дверей к открытому окну, чтобы проверить, нет ли снаружи ненужных свидетелей. Эта заминка и позволила Стефании не быть пойманной сразу на входе. Поэтому, несмотря на секундную растерянность от неожиданной встречи, своей способности анализировать окружающее пространство девочка совсем не утратила. Перед ней стоял молодой, тощий и болезненный парень, прыщавое лицо которого показалось ей очень знакомым.

«Как он попал в замок?» – пронеслось в голове у Стефи. Несмотря на то что юные сыщики заметно продвинулись в обнаружении тайных помещений, очевидно, что большая часть секретных ходов все же осталась нераскрытой.

Парень у окна сверлил Стефи своим взглядом и, явно намереваясь не упустить теперь девочку из своих цепких лап, мерзко ухмылялся. Стефания застыла на месте и изо всех сил пыталась найти наиболее подходящий выход из создавшегося положения. Сперва она хотела броситься наутек, но поняла, что юноша в два счета догонит ее. Напряжение росло. Патрик пристально наблюдал за ней из-под густых взлохмаченных бровей и вот-вот должен был начать действовать. Сутулый и долговязый, он походил на большого длинноногого паука, готового вот-вот прыгнуть на свою добычу.

Вдруг за спиной Стефании послышался скрип открываемой двери, и в комнату ворвалась запыхавшаяся при подъеме Марта. Ситуация осложнялась.

– Ну что, новоиспеченная сыщица, допрыгалась? – криво усмехнулась она. – Иди-ка сюда, сейчас мы с Патриком начнем вручать тебе ордена и медали за твои детективные достижения. Будешь знать, как совать свой поганый нос в чужие дела!

Марта вцепилась взглядом голодного коршуна в фигурку девочки и, расставив руки, двинулась в ее направлении. Стефания сбросила забинтованную руку с перевязи и, уворачиваясь от нападавшей, попыталась отскочить в сторону и прорваться к открытой двери. Увы, Марта была крупной женщиной, и просто проскочить мимо нее не удалось, Стефи оказалась зажатой между книжными полками и наступающими на нее преступниками.

– Что стоишь? Хватай ее! – крикнула Марта своему подельнику. Патрик решительно двинулся к Стефании.

Двое преступников с явным намерением сотворить что-то ужасное грозно надвигались на юную сыщицу с двух сторон. Надежды на то, что ее спасет кто-то из родных или работников замка, не было – обычно шаги на лестнице были слышны задолго до того, как в библиотеке появлялся посетитель. Марта, прищурившись, со злостью смотрела на Стефи. На лице этой женщины сейчас отражалась вся мерзость и жестокость, долгие годы копившаяся в ее черством сердце. Преступница показалась в своем истинном обличии – больше не было необходимости скрывать настоящее лицо и изображать лучшего друга семьи.

Стефания впервые за последнее время по-настоящему испугалась… Еще мгновение, и ее схватят. Можно было попробовать убежать, но девочка понимала, что это бессмысленно. Она попалась в ловушку, из которой не видела выхода. Крика ее отсюда все равно никто не услышит, а справиться сразу с двумя взрослыми людьми, вступив с ними в борьбу, ей точно было не по силам.

В тот момент, когда холодные цепкие ручищи Патрика коснулись плеч девочки, она закрыла лицо руками и зажмурилась. Страх сковывал движения, дыхание перехватило. «Неужели это конец?» – промелькнуло в голове сыщицы.

* * *

Тучи, сгустившиеся над английским замком, закрыли все небо, и стало так темно, как бывает во время затмения. Птицы спрятались в листве деревьев и под козырьками крыш, предрекая страшный ливень, готовый обрушиться на землю с новой силой. Цветы на клумбах, бессильно дрожа перед непогодой, закрыли свои бутоны. Мощные раскаты грома оглушительно разлетались по всей округе, а яркие молнии, как вспышки фотоаппарата, освещали крышу и стены замка, а затем разбегались лучами своих отражений в стеклах витражных окон.

В этот момент жители замка, разделенные на два лагеря и задумавшие каждый свое, занимались делами, самое драматическое из которых сейчас происходило в библиотеке. Игра маленькой девочки в сыщицу закончилась, и началась настоящая жизнь. Очередной раскат грома тяжелым ударом опустился на замок, и даже книги на полках прижались ближе друг к другу. Внезапно свет в библиотеке погас, и через мгновенье ошарашенные бандиты обнаружили, что в помещении их уже не трое. Патрик, оторопев, ловил руками воздух – Стефания исчезла.

Конец первой части

WELL STARTED, HALF DONE (ХОРОШО НАЧАТОЕ – НАПОЛОВИНУ СДЕЛАННОЕ)

Продолжение следует

А теперь представь себя сыщиком! В этом кроссворде зашифровано название следующей книги из серии «Тайна английского замка». Отгадай все слова и составь название из букв в выделенных клетках!

ВОПРОСЫ

По горизонтали:

1. Большое помещение на мансардном этаже замка, где Марта и Питер напали на Стефанию.

4. Чугунная голова этого животного позволяет попасть в тайную комнату из камина.

6. Как зовут котельщика в английском замке?

9. Какой национальности Шаман?

12. За какую часть замка отвечает Питер?

13. Фамилия главных героев книги.

15. Какую приманку использовали Стефания, Мэй и близнецы, чтобы поймать рыжего котенка?

16. Куда залезли Том и Ронни при осмотре замка, получив в результате сильную взбучку от Элизабет?

17. В какие костюмы нарядились близнецы, чтобы пошутить над сестрой?

18. Кличка рыжего котенка.

19. Машину какой марки купил Генри на все свои сбережения?

По вертикали:

2. Актер в костюме какого персонажа вел лотерею в торговом центре?

3. Флаг какой страны развивался на левом флигеле замка?

5. Где попеременно сидели сыщики в потайной комнате, наблюдая за каминным залом?

7. Профессия Карла и Барни.

8. Из каких картин состояла галерея семьи Шелдонов, украшающая стены центральной лестницы?

10. Фамилия старых владельцев замка.

11. Какая гигантская фигура стояла напротив входа?

12. Белокурая голубоглазая сыщица.

14. Какая машина провезла огромную гору мусора к дому Генри?

* * *

А теперь проверим твою сообразительность! В книге использованы английские пословицы, но их перевод не всегда соответствует русскому варианту!

Напиши русский аналог для каждой пословицы. Тебе поможет дословный перевод каждой из них!

1. Life is what you make it.

– Жизнь такова, какой ты ее делаешь.

2. Misxery loves company.

– Несчастье любит компанию.

3. Attack is the best form of defense.

– Нападение – лучшая форма защиты.

4. All things are diffi cult before they are easy.

– Прежде чем стать легким, все трудно.

5. A chain is only as strong as its weakest link.

– Цепь так же крепка, как и ее самое слабое звено.

ОТВЕТЫ

По горизонтали:

1.Библиотека

4. Пантера

6. Адам

9. Кореец

12. Сад

13. Томпсон

15. Сосиски

16. Камин

17. Привидение

18. Лорд

19. «Форд»

По вертикали:

2. Микки Маус

3. Канада

5. Кресло

7. Детектив

8. Портрет

10. Шелдон

11. Рыцарь

12. Стефания

14. Мусоровоз

Название второй книги: «Подземелье»

Пословицы

1. Каждый сам кузнец своего счастья.

2. Беда не приходит сама.

3. Лучшая защита – нападение

4. Нелегко в учении – легко в бою.

5. Где тонко – там и рвется.

Content

Екатерина и Сергей Духины
Тайна Английского замка
Часть 1

Глава 1 Долгожданное приобретение

Глава 2 Старая канадская легенда

Глава 3 Знак свыше

Глава 4 Несчастливый билет

Глава 5 Мусорный переполох

Глава 6 Трагедия английского замка

Глава 7 Осмотр владений

Глава 8 Темная лошадка

Глава 9 Внучка садовника

Глава 10 Что скрывает пантера

Глава 11 Потусторонние гости

Глава 12 Детектив Стефи Холмс

Глава 13 Глаза с секретом

Глава 14 Рыжий беглец

Глава 15 Поисковый отряд

Глава 16 Сосисочный сериал

Глава 17 Операция «Лорд»

Глава 18 Тучи над замком сгущаются

Глава 19 Новые открытия

Глава 20 Секрет семьи Шелдонов

Глава 21 Семейный совет

Глава 22 Зеркала Томаса Торквемады

Глава 23 Кажется, это конец