Вишневский Сергей Викторович

Янтарный свет: ...Имеет.. [СИ]

Глава 1

— Итак, — вздохнул мужчина в серой рясе и взглянул на сидящего перед ним клирика. — Снек, я правильно понимаю?

— Да, — ответил тот.

— Предупреждаю, что на это помещение наложены «Узы правды». Лгать здесь не получится, к тому же — это достаточно болезненно, — не сводя взгляда с собеседника, произнёс дознаватель.

— Я понимаю, — кивнул клирик.

— Тогда начнем. При каких обстоятельствах у вас возникла мысль скрыть одаренного от церкви?

— Таких намерений не было, — ответил клирик.

— Если таких намерений не было, то почему одаренный не был передан церкви?

— Я сообщил о его находке вышестоящему начальству, но сложились обстоятельства, которые вынудили нас после прибытия тут же отправиться дальше в путь.

— То есть вы посчитали, что задание от главы ордена превыше благополучия церкви и взяли в заведомо опасное место одаренного с сильным даром света, так?

— Согласно уставу ордена приказы и распоряжения главы ордена не обсуждаются, не оспариваются и обязательны к выполнению, — процитировал клирик пункт устава ордена.

— Заглянуть в церковь и передать одаренного вы могли, но не сделали этого. Почему? Это не заняло бы много времени. Полчаса пути по Альме.

— Я считал, что обнаруженный орденом одаренный должен стать членом ордена. Поэтому принял его как послушника.

— Вот как? — театрально вскинул брови дознаватель. — То есть вы своими действиями пытались усилить орден?

— Отряд. В первую очередь я пытался усилить отряд, — поправил его Снек. — На границе с землями тёмного ковена, мы столкнулись с беспрецедентной тактикой. Против нас был могущественный тёмный, и если бы не помощь одаренного, то мы бы так и остались в тех землях… Не исключено, что служа им телами.

— Понимаю, — улыбнулся дознаватель. — Но после возвращения…

— Нас отправили на юг, где влияние церкви минимально.

— С какой целью вас туда отправили?

— Такой информации у нас нет. Я знаю только о приказе на постоянную службу и развитии паствы среди южан.

— То есть ни о каком срочном и важном задании вас не предупредили?

— Нет, но отправили в тот же день, как мы явились к главе ордена.

— То есть не имея информации о критической ситуации в Катаре, вы не предоставили одаренного в малый совет церкви в Альме и вместе с ним отправились в южные земли. Это так?

Клирик глубоко вздохнул и кивнул:

— Это так.

— Понятно, — с легкой усмешкой кивнул дознаватель и сделал пометку в своих записях. — Давайте теперь о другом.

Тут он отложил лист в сторону, и пробежав глазами по строчкам на другом, спросил:

— При каких обстоятельствах вы взяли в послушники нежить, наделенную даром жизни?

— Во время боя с личем, — ответил Снек. — Удар послушника чистой силой против тёмной силы чернокнижника привел к тому, что он потерял управляющие контуры и стал свободен. Руди сохранил разум и помог нам в этом тяжелом сражении.

— И после этого вы решили взять его в ученики?

— Нет. Когда я понял, кто передо мной, я попытался его уничтожить.

— Как интересно, — хмыкнул дознаватель и снова сделал несколько пометок в листе. — И почему вы его не развоплотили?

— Я применил четыре разновидности чего? против нежити, но ни одна из них не сработала. Никакого эффекта, кроме…

— Кроме?

— Понос, — сморщился клирик. — Дикий, неконтролируемый понос.

Дознаватель приподнял одну бровь и уставился на собеседника. Помолчав несколько секунд, он хмыкнул и сделал пометку в документах.

— Почему вы не сообщили об этом в инквизицию?

— Руди после всех моих попыток самостоятельно предложил стать послушником, — ответил Снек. — Ни принуждений, ни предложений я ему не делал.

— То есть нежить сама попросилась на службу в Янтарный орден, я вас правильно понял? — спросил дознаватель и скосил взгляд на священное писание, которое находилось на стене.

— Да.

— Очень интересно, — начал хмуриться собеседник. — Однако это не ответ на вопрос. Почему вы не сообщили о нём в инквизицию?

Снек молчал несколько секунд, после чего ответил:

— Мной был в нём обнаружен дар жизни, и последующие обстоятельства подтвердили мои догадки. Нежить живёт и невосприимчива к свету исключительно из-за дара жизни.

— И?

— И я решил оставить его в отряде для усиления нашей мощи.

— Усиление мощи отряда, — кивнул дознаватель и продолжил делать пометки в документах. — Как использовалось усиление нежитью отряда?

— Дар жизни Руди использовался для лечения больных черной язвой. Тех, кого светом было спасти невозможно.

— Лечение, — кивнул собеседник, делая пометки в листах с довольной улыбкой. — Итак… По большому счету спрашивать уже не имеет смысла, но все же… Дело надо доводить до конца.

Он отложил очередной исписанный лист и вчитался в следующий.

— Как и когда вы связались с ведьмой, именующей себя Нами?

— Такой ведьмы я не знаю, — четко ответил Снек, глядя в глаза дознавателя.

— Вот как? Может вы еще и скажете, что тьмой эта особа не владеет?

— Владеет, — кивнул клирик. — Её дар тьмы очень велик.

— Однако вы отрицаете, что она ведьма и замешана в делах, за которые отправляют на костер?

— При мне она ни разу не сделала ничего, что заслуживает хотя бы порицания церковью.

— И вы не знали, что она убивала? Не знали, что её сила, едва она коснется кого-либо, может убить?

— Знал, но делала она это не по своей воле. На момент совершения подобных деяний на ней был рабский ошейник. Её воли на это не было.

— И вы уверены, что она никогда не убивала по своей воле?

— Уверен, — кивнул клирик.

— Как интересно, — расплылся в улыбке дознаватель и снова принялся делать пометки в документах. — Вы знаете, что между одаренным Ари и ведьмой Нами была связь как между мужчиной и женщиной?

— Не знаю такой ведьмы.

— Ёрничаете? — хмыкнул в ответ мужчина. — Хорошо. Пусть будет просто Нами.

— Да. Знал.

— Знаете ли вы, что он при этом не умер и никоим образом не пострадал от её прикосновений?

— Да.

— Замечательно, — с улыбкой принялся чиркать пером мужчина. — При каких обстоятельствах в степи произошел массовый выброс тьмы от ведьмы, именуемой Нами?

— Не знаю такой ведьмы.

Дознаватель заулыбался еще сильнее.

— Как произошел выброс? Какой ритуал она готовила?

— Ритуала не было. Я попросил прочитать её молитву из псалтиря.

— То есть вы утверждаете, что тот выброс произошел из-за того, что эта особа решила прочитать молитву?

— Да.

— Что у неё было в руках?

— Только псалтирь.

— Во что была одета?

— Походное закрытое одеяние бедуинов.

— Что было при ней?

— Ничего. Только псалтирь и одежда.

Мужчина повертел пером, задумчиво глядя на лист, пару секунд выждал и отложил лист в сторону.

— Ну и последнее. Кто отдал приказ на убийство барона Него?

В этот момент дверь открылась, и на пороге показался Цэк. Он мрачно обвел взглядом камеру и остановил взгляд на дознавателе.

— Я его забираю, — безапелляционным тоном произнес он.

— Допрос не закончен… — попытался было возразить тот, но оборвал свою речь под гневным взглядом главы ордена.

Тот подошел к столу и положил на него свиток с печатью.

— Распоряжение главы инквизиции, заверенное патриархом.

Мужчина недовольно взял в руки документ, развернул его и вчитался в написанное. Закончив с текстом, он внимательно рассмотрел росписи и печати, только после этого, сморщившись, вернул документ.

— Если так решил патриарх, то…

Цэк взглянул на Снека и кивнул в сторону выхода. Тот поднялся, но дознаватель встрепенулся.

— Постойте. Могу я задать последний вопрос?

— Допрос окончен, — отрезал глава ордена.

— Всего один вопрос, — расплылся в улыбке мужчина.

Цэк взглянул на подчиненного. Тот молча кивнул.

— Скажите, с какой целью вы постоянно пытались усилить отряд? Вы разве не справлялись? Или целью этого… было что-то другое?

— Можешь не отвечать, — произнёс глава Янтарного ордена.

— Каждый раз, когда мы попадали на задание… каждый раз вокруг нас гибли люди. Много людей, и всё дело висело на волоске. Каждый раз мы чудом справлялись, но люди гибли. Наша паства, верующая в свет и Единого, гибла, и мы ничего не могли поделать. Как бы не старались. Каждый раз казалось, что ещё немного, совсем чуть-чуть, и мы бы справились, уберегли от гибели. Если были бы чуточку сильнее, если бы прибыли чуть-чуть пораньше. Но… Каждый раз нам немного не хватало. Именно для того, чтобы в следующий раз справиться, чтобы как можно меньше людей погибло, мы и старались усилить отряд.

Снек горько вздохнул, глядя на кислую мину дознавателя, ожидавшего совершенно другой ответ. Его бы устроил и отказ отвечать, но тут ответ портил все карты.

— Спасибо за ответ, — произнёс он, сгребая бумаги со стола. — И больше вас не задерживаю.

* * *

— Может, расскажешь, что произошло? — спросил Снек, идя рядом с Цэком. — Я, конечно, рад, что за нас ходатайствовал сам патриарх, но все же. Такого просто так не делают.

— Пришлось многим поступиться, — мрачно ответил глава ордена. — очень многим. У ордена большие проблемы.

— Они всегда у нас были, — пожал плечами клирик. — Одна смертность в отрядах чего стоит.

— Есть кое-что похуже смертности, — вздохнул Цэк и сменил тему: — Решением совета ты и Гош получаете выговор.

— Просто выговор?

— Тебе — да, а Гошу еще и десяток плетей выписали.

— А ему за что?

— А ты не заметил на лице дознавателя?

— Что?

— Он ему нос сломал и правую скулу. От лица одну кашу оставил.

— Я думал, нос с горбинкой — это у него от рождения…

— Нет. Не с рождения.

— А послушники? Что с ними будет?

— Им допрос устроили без комнаты с «Узами правды». Занимались пыточники.

Теперь уже и Снек помрачнел.

— С Руди твоим… не знаю, что он там сделал, но… Его не пытали. Я пытался навести справки, что он сделал, но мне удалось узнать только то, что половина стражи подземелий должна ему денег.

— Ари? Нами?

— Ведьму пытались пытать, но она столько тьмы вывалила, что в то крыло до сих пор никто не заходил. Клирики начинают задыхаться от тьмы. Даже инквизиторы разводят руками. Собирают большой очищающий молебен.

— Ари?

— Ари… по нему ничего не знаю, но говорят… Говорят, что его сильно поломали.

Снек вздохнул и потёр руками лицо.

— Одаренного светом пытать… Я бы принял то, что его пытали темные. Принял бы, что это был бы какой-нибудь дворянин, но… Как теперь ему объяснить, что церковь заботится о людях? Что я ему скажу? тебе ломали пальцы, потому что церковь заботится о тебе и людях?

— Не нагоняй, — буркнул Цэк.

— Как не нагонять? Как? Все те ублюдки, что убивали светом ради забавы. Все эти выродки, что с удовольствием резали людей, наплевав на законы, они ведь не с неба упали. Это мы, люди, их такими сделали.

— Все всё прекрасно понимают, — продолжил Цэк. — Но ты прекрасно знаешь, что это политика. Большая власть — это жернова. А одаренный этот — всего лишь зернышко. Перемололо и крутится дальше. Человека сломало, а церковь будет функционировать. Молитвы в церквях так же будут читать. Так же будут почитать Единого.

— А когда придёт беда? Что тогда?

Цэк остановился, положил руку на плечо подчиненного и наполнил её светом.

— Ничего не будет. Так же будут умирать. Мы так же будем нестись туда сломя голову и пытаться спасти хоть кого-то. Все будет так, как было раньше… почти.

Клирик скосил взгляд на руку. Рукав был задран, и помимо кулака на запястье, светом сиял знак инквизиции. Не обычный, а обрамленный перьями. Такой ставили тайным служащим инквизиции.

Снек переменился в лице, поняв, чего стоило Цэку замять дело и остановить травлю Янтарного ордена. Его перепуганные глаза уставились на главу ордена.

— Что с орденом? — тихо прошептал он.

— Всё хорошо, — одними губами ответил Цэк. — Ордена больше нет.

* * *

— Снек! Сукин ты сын! — заревел Гош, ввалившись в таверну. — Где этот сраный святоша?!!

Он строго оглядел зал, и заметив того за столом, вместе с Руди, рванул к нему. Подскочив к ним, он схватил кувшин и залпом опустошил его, после чего с грохотом влепил им по столу.

— ВИДЕЛ?!! — спросил он.

— Что? — мрачно взглянув на друга, спросил он.

— Рожу дознавателя видел?

— Ко мне он пришел уже нормальным, — ответил клирик. — Горбинка на носу и всё. Да и то я думал, она там всегда была.

— Не-е-е-ет, — протянул паладин. — Нос у него прямой… был когда-то.

Он уселся за стол и громогласно рявкнул:

— Пива давай! Старшую кружку!

Он оглядел Руди и Снека и спросил:

— Остальных уже отпустили?

— Да. Ари и Нами наверху, в комнате.

— Молодежь, — хмыкнул паладин и огляделся, выглядывая разносчицу или трактирщика. — Мне пиво принесут сегодня, или мне окно столом помыть?!!

— Сейчас будет, господин, — раздался крик с кухни. — Холодное, столичное!

— Мы Ари часа два пытались в норму привести, — ответил клирик. — Ему переломали пальцы, переносицу и челюсть. Ребра не считал, но грудь ходуном ходит. Денек, максимум два, и он отправился бы к Единому.

— А его-то за что? — тут же позабыл о пиве Гош.

— Не знаю, но следствия толком не было. За нас уже всё решили. Думаю, что Ари… он не должен был пережить следствия.

— А Нами?

— И Нами тоже, но тьма… Чертовски сильная тьма, прости Единый, не дала им даже прикоснуться к ней. Они до сих пор пытаются очистить крыло подземелья от её силы. Как только они попытались на неё надавить, то она устроила чудовищный прорыв тьмы.

Паладин мрачно взглянул на Руди.

— А ты?

— А мне должны семьдесят серебряников и пять золотых, — ответил Руди. — Три миски и подготовленные камешки из кладки творят чудеса. Я неплохо ел, даже выпивал немного вина. Ну и развлекался как мог. Кстати, а почему в караулке нет кроватей? Охранники на скамьях спят и на столе.

— На службе нельзя спать, — ответил Гош и тут же встрепенулся. — А ты откуда знаешь про караулку?

— В камере скучно, — пожал плечами воришка. — Гулял ночью по подземельям.

— В смысле гулял? — спросил Снек.

— В прямом. Или вы думали, я замок ключами открыть не мог?

— Откуда ты взял ключи?

— Если скажу, что выиграл, то…

— Руди…

— Временно позаимствовал, — развёл руками воришка.

— В камере. Временно позаимствовал ключи у охраны и гулял по подземелью.

— Да, а что? Мне надо было плакать и молиться? Нет, молитвы я читал, когда охрана первое время к камере подходила, но это же скучно.

Снек покачал головой, а Гош одобрительно крякнул, когда перед ним разносчик поставил огромную запотевшую кружку, над которой возвышалась пенная шапка.

— Вот это я понимаю главная кружка! — произнес паладин и припал к ней, утопая в пене по самый нос.

Большой глоток, еще один и еще.

— У-у-уаа-а-а-ах! — произнес он, вытерев рукой пену с лица. — А в Альме? Ты видел кружки в Альме? У них стенка толстая и дно в три пальца! Там обычная средняя внутри помещается!

— Кто про что, а Гош про пьянку, — хмыкнул Снек и задумчиво уставился на столешницу. — Нам надо серьёзно поговорить.

— М-м-м-м? Задумал чего-то? — спросил Гош, ощупывая стенки кружки.

— Есть такое, — кивнул он и поднял взгляд на лестницу, ведущую на второй этаж.

Там показались Ари с Нами.

— Как раз молодежь подтянулась.

Дождавшись, когда они присядут за стол, он произнёс:

— Сегодня я общался с Цэком. Новости… очень плохие.

— Куда уж хуже? — хмыкнул паладин и поднял кружку. — Удиви меня. Скажи, что теперь Янтарный орден — часть инквизиции.

Он припал к пиву и сделал пару больших глотков.

— Официально — нет, но по факту — да, — кивнул клирик.

Гош подавился пивом и закашлялся.

— Кху-кху-кхе…

— Сегодня я заметил знак тайного служащего на руке Цэка, — продолжил Снек. — Это значит, что все, что происходит в ордене — достояние инквизиции. Более того, теперь скорее всего всеми делами будет руководить инквизиция. Нам придется разгребать их дерьмо.

— Ты своими глазами видел? — уточнил паладин, откашлявшись.

— Да.

— Дерьмо демонов и три портовых шлюхи за два медяка, — выдохнул Гош и осунулся.

— И я того же мнения, — кивнул Снек, не обратив внимание на ругань напарника. — У нас с тобой выбора нет. Мы часть ордена, а вот у них есть.

Снек выразительно оглядел Ари, Нами и Руди.

— Что вы имеете в виду? — тут же насторожился Руди.

— Вам нужно убраться из Свадии как можно дальше, — опустив взгляд на столешницу, вздохнул клирик. — Цэк подписал и официально отлучил вас от ордена. Вы больше не послушники. Вы свободны делать то, что хотите.

— Мне некуда идти, — тихо ответила Нами и растерянно взглянула на Ари.

— Мне тоже, — пожал плечами воришка. — Нет, я-то не пропаду, но… Меня действительно нигде не ждут.

Взгляд наставников устремился на Ари.

— Знаете, когда мы помогали людям, я искренне верил в церковь и её предназначение, — начал он. — Верил, что главный смысл всех служителей Единого в том, чтобы помогать людям. Помогать и оберегать от той тьмы, что всегда рядом.

Парень поднял взгляд от столешницы и взглянул на свои руки. Ладони, пальцы, кости которых сращивал Руди.

— Я никогда не думал, что с нами могут так обойтись. Я, если честно, в это не верил.

— Я тоже, — кивнул Снек. — Думал, будут вопросы к Нами, может к Руди, но не к тебе. Твой свет чист… чист, как первый снег. И вот так…

— Я многого не знал и не понимал, но если церковь действительно живёт по таким законам, то… Я не хочу иметь с ней ничего общего, — парень выпрямился, уставился в глаза клирика и добавил: — Для того, чтобы помогать людям, нести свет… для этого ведь не нужна церковь, так?

— Так… Это так, Ари. Единый, он не в церквях. Не в псалтирях и не в знаках, — Гош постучал пальцем по лбу. — Он вот тут…

— Тогда я продолжу свой путь без знамения, без псалтиря и без рясы, но с Единым в сердце.

— Достойно, — кивнул Гош, отпил из кружки и произнёс: — Без молитв будет сложно, но… Знаешь, тот тёмный, что передал весть о совете магов, он говорил мне, что вам как одаренным надо не у нас учиться, а отправиться к магам, которые этому обучают.

— Академия магов? — нахмурился Руди.

— Только не наша, — покачал головой Снек. — Даже наши маги признают, что у нас больше позерством занимаются. Красиво, тут не поспоришь, но в плане силы… говорят, что в Сапсании неплохой университет.

— Не по слухам надо ориентироваться, — покачал головой Гош. — Тут на другое смотреть надо.

Он снова пригубил пиво и продолжил:

— Я когда наемничал, у многих отрядов было правило: если у противника есть маг из Стального хребта — от заказа отказываются. Причем даже в том случае, если заказ уже оплачен, и работа начата. Просто всё бросали и уходили. Причем новички не брезговали ничем, а вот опытные правило блюли четко. Видишь знамя Стального хребта — в задницу такую работу.

— На Стальном хребте нет академии магов, — нахмурился клирик.

— Я тоже про такое не слышал, но если уж и учиться магии, то так, чтобы от одного знамени большинство посылали все к чертовой матери.

Ари повернулся к девушке и спросил:

— Нами, ты пойдешь со мной к Стальному хребту?

— С тобой — да, — не задумываясь ответила та.

— Руди?

— Мне без разницы, куда идти, — пожал плечами воришка. — Главное, чтобы подальше отсюда.

Парень обвёл взглядом наставников и кивнул.

— Мы отправимся к Стальному хребту.

— Рад, что вы вместе. Рад тому, что у вас есть цель, — улыбнулся Снек и замолчал не несколько секунд.

Улыбка сползла с лица и превратилась в мрачную мину.

— Но вы же понимаете, что вас будут пытаться убить?

Глава 2

— Сраные ублюдки, — недовольно рыкнул мужчина в доспехе и оглядел двадцать вооруженных воинов. — Чтоб им раком до мыса Гром переться.

Сплюнув на землю, он махнул рукой и отправился к небольшому приземистому дому из камня. Войдя внутрь, он прошел к столу и мрачно взглянул на своего помощника.

— Рассказывай, — буркнул он, пододвинул к себе кружку с парящим отваром.

— Как вы и говорили, Макс. Торгаш знал, что за ним охота будет, — вздохнул молодой парень. — И за цену он не артачился, потому что знал — за его караваном уже приглядывают.

— Сучий потрах, — рыкнул воин.

— Сработали четко. Стрелы, артефактов парочку на огонь, чтобы отступление пресечь, а потом в щиты пошли.

— А торгаш тот?

— Под телегу залез и носа не высовывал, — фыркнул помощник. — А если бы ты нас артефактами не обложил — хрен бы мы оттуда живыми вышли.

— Много мужиков положили?

— Семерых, — вздохнул парень. — Из последнего набора, неопытные, но всё же… За тот бой уже в кабаках судачат. Злые языки болтают, что на убой ходим, людей ложим, — парень достал холщовый мешок и высыпал на него три десятка медальонов, на которых была выгравирована голова волка.

— В зубы сразу за такую болтовню, — буркнул глава отряда и кивнул на стол. — Артефакты все целы?

— Один треснул. Остальные целые, но пустые.

— По двадцать серебра за каждый, — проворчал Макс, прикидывая в уме затраты. — С торгаша неустой взяли?

— Только семнадцать золотом, — покачал головой парень.

— И всё?

— Всё. Мы его до исподнего тряхнули, но денег больше не было. Есть мысли, что он заначку прикопал перед выходом, но где её теперь искать? Расписок с него брать не стали. Уж очень скользкий.

— Товаром взяли?

— Да.

— Что отдал?

— Сандала два воза и шёлка южного почти восемь мотков.

— Мало.

— Мало, — кивнул молодой. — Если тут, в столице, продать, то больше двадцати золотом не взять.

— Едва хватит за поход с мужиками рассчитаться и артефакты зарядить, — проворчал Макс.

— Есть вариант в Шел отвезти. Там почти в два раза больше поднимем.

— До Шела дойти надо. Путь не близкий, да и ради двадцати золота в такую даль идти… — сморщился глава наёмничего отряда. — Только если в охрану к какому-нибудь торгашу устраиваться.

— Тебе виднее, Макс, — пожал плечами молодой воин. — Я бы так и сделал. Пусть за дешево, но не бесплатно топать. Да и дел для нас тут мало. Месяц без работы сидели, запас проедали. Сколько ещё так просидим? Может неделю, а может и пару месяцев.

Глава отряда вздохнул и мрачно взглянул на артефакты.

— Сколько еще без работы протянем?

— Так пару месяцев и протянем. Если амулеты зарядим, то и того меньше. Мужикам платить надо, если не заплатим — слухи пойдут.

Макс недовольно вздохнул и отхлебнул отвара.

— Я давно предлагал: в Семурские леса идти надо, — добавил парень. — Охота — дело не наше, но заработок очень хороший.

— А чего туда все не идут? — хмыкнул глава отряда. — Отчего там только с магом шастают? Про те леса многие болтают. То один отряд золотом за шкуры и кости местных тварей получает, то другой. Только вот где те отряды?

— Ну, так…

— Раз свезёт — заработаешь. Второй раз — голову там оставишь, — буркнул Макс. — Без мага там делать нечего, а с магом не так-то и много выходит. Маги туда за копейки не пойдут.

— Ну, так… может попробуем? Работы все равно нет. В Катар караваны не идут. После чумы там все никак не устаканится.

Макс помрачнел. Задумчиво глядя в парящий отвар он кивнул.

— Завтра пройдусь по местным магам. Попробуем договориться…

В этот момент на пороге показался один из воинов.

— Старшой, там… К тебе просятся.

— Кто?

— Вроде как церковники… — пожал плечами воин.

— Вроде как, — хмыкнул глава отряда и махнул рукой. — Зови давай.

Спустя несколько секунд в дом вошла странная троица. Молодой парнишка, красивая черноволосая девушка и долговязый кудрявый парень с подозрительно хитрым выражением лица.

— Кто такие? — спросил Макс, внимательно оглядев незнакомцев.

Вперед вышел кудрявый и с улыбкой произнёс:

— Мы… свободные граждане Свадии. Меня зовут Руди, это Ари, а вот эту красавицу зовут Нами. У нас к вам дело.

Глава отряда наёмников взглянул на помощника и спросил:

— И какое же?

Руди с улыбкой прошёл к стулу и сел за стол.

— У нас сложная ситуация, и у вас она ничуть не лучше, — начал он. — У вас нет работы, последний поход доставил массу проблем, многие судачат, что волчьи головы сдулись, да и запасов у вас… мягко говоря, немного. У вас мало вариантов. Либо менять свою базу, либо браться за любую работу, превращаясь из отличного отряда наемников, в… обычный охранный отряд.

Макс откинулся от стола и сложил руки на груди в замок.

— Хорошо болтаешь… как тебя там?

— Руди, — с улыбкой произнёс воришка, за спиной которого встали Нами и Ари.

— Ваши предложения? — спросил тот, внимательно смотря на незнакомцев.

— Нам нужно добраться до… Даркарии, — задумавшись, сказал Руди.

— Вы решили нанять боеспособный отряд, чтобы добраться до Даркарии? — уточнил Макс. — Вы хоть понимаете, сколько это стоит? Я даже говорить с вами не стану, если вы не покажете мне пять сотен золотом.

— Пять сотен золотом — серьезная сумма, — не моргнув глазом, ответил воришка. — И у нас её нет… Даже пятидесяти не наберется.

— И какого черта тогда вы мне морочите голову?

Ари взглянул на лежащие на столе медальоны и, кивнув на них, спросил:

— Можно?

Макс нахмурился, взглянул на подчиненного и кивнул.

Парень взял в руку железную бляху, немного покрутил и наполнил ладонь силой. Буквально пяти секунд хватило, чтобы артефакт набрал силы, и голова волка шевельнулась, шея гравированного зверя вытянулась, и он безмолвно изобразил протяжный вой.

Глава отряда проводил взглядом артефакт, который лёг перед ним на стол, и внимательно уставился на Ари.

— Двести, но только при условии полной поддержки отряда.

Руди, расплывшийся в улыбке, достал из кармана бобовое семя, продемонстрировал собеседнику и сжал его в кулаке. Рука слегка посерела и на раскрытой ладони оказалось проросшее семя.

Глава наемников недовольно покосился на своего помощника. Тот пожал плечами и ответил:

— На ловца и зверь бежит.

Макс взял в руки медальон, и проверив его наполнение по мелким знакам, поднял взгляд на Руди.

— Если вы маги, то на кой черт вам отряд? И не надо тут лепетать и голову нам морочить. Мы давно в деле и прекрасно знаем, что просто так наёмников не зовут.

Руди обернулся и взглянул на Ари.

— Мы свободные люди. За нами нет долгов, но… — тут Ари взглянул на Нами. Девушка кивнула, и он начал рассказ. — Так сложилось, что мы насолили очень влиятельным людям. Может статься так, что нас уже ищут.

— Должны деньги или какой-то предмет? — тут же поджал губы Макс.

— Нет. Нас хотят убить.

Наёмник внимательно осмотрел троицу и взял в руки кружку. Он неторопливо втянул носом пряный аромат, а затем отхлебнул.

— Кто?

— Дворяне, — пространственно ответил парнишка.

— Значит, могут и магов притащить, — тут же вставил слово помощник.

— Где последний раз светились? Кто знает, где вы?

— Из столицы уходили через тайные лазы воровских, — начал рассказывать Руди. — Передвигались только ночью. В деревни и постоялые дворы не заходили. Дошли до Альмы, там нас провели знакомые церковники через свои ходы. Отсиделись три дня, после покинули город в бочках и тайно добрались до Брима.

— В городе были?

— Нет.

Макс раздумывал секунд десять, но в итоге все же выдал свой вердикт.

— Мои условия такие: вы входите в отряд с долгом в тысячу золотом. На каждого. Идем не в Даркарию, а в Семурские леса. Там работаем промыслом, пока не закроете долг. Как закроете — выдвигаемся в Даркарию.

— Тысячу золотом? — вскинул брови Руди. — Это слишком даже для…

— Нам вас провести надо, а это две границы. Если пройдем Свадию без боя — я псалтирь наизусть выучу. А это жизни моих ребят. Денег мои ребята за этот риск не увидят. После этого нам еще и через Жакию проходить. Там, Свадию не любят, потому может и не доберутся ваши враги, но идти надо, жрать тоже что-то надо. Это нам свои деньги тратить. Ну, а в итоге, когда дойдем до Семурских лесов, надо еще и охоту наладить. А там каждая тварь, если не громом бьет, то когти такие, что голову с одного взмаха снимает. И во время охоты тоже надо есть, пить и в себя приходить. Это все деньги, а платить за это все — нам. Бог с ним. Пройдёт гладко. Дойдем, заработаем, так мне вас ещё до самой Даркарии вести. Так что можешь хоть как торговаться, но тысяча долга с каждого, или… — тут Макс кивнул на дверь. — Где выход знаешь.

Руди взглянул на Ари, тот кивнул. Нами тоже молча кивнула.

— Хорошо. Тысячу, так тысячу, — согласился Руди. — Но! Если вы уж не скупитесь считать все расходы и берёте нас на обеспечение, то добычу на нас не делите.

— Чего? — нахмурился глава отряда.

— Если бой, то наши трофеи — наши, — развёл руками Руди.

— Трофеи делятся на всех!

— Еще чего! — возмутился воришка. — Мы можем отряд положить и не вспотеть, а добычу на всех делить?!! Нет уж! Если мы кого убили, то и добыча наша!

— Да когда такое было, чтобы…

Разговор с торга за цену резко перешел на подробности и мелочи по дележке добычи. Руди спорил по каждому поводу, зачастую уступая, но тут же выторговывал себе другие привилегии.

Нами смотрела на это по большей части с непониманием. Ари же смотрел на это тщательно скрывая улыбку от занудства и мелочности, от которых, казалось, Руди получал настоящее удовольствие.

* * *

— Красивая девка, — хмыкнул воин, шедший рядом с телегой.

Он не сводил взгляд с тонкой фигуры девушки, шедшей впереди.

— Не вздумай, — хмыкнул шедший рядом воин и оглянулся. — Старшой сразу предупредил тронешь — тут же подохнешь.

— Чего сразу подохну? А если она сама меня тронет?

— Тоже подохнешь. Он тут мельком судачил — проклятье на ней. Кто её тронет — тут же Единому душу отдает.

— А этот мелкий её трогает и ничего, — недовольно проворчал воин.

— Этот мелкий светом наделён. Амулеты он заряжал. Может потому и не дохнет, — пожал плечами напарник. — И хорош пялиться на неё. Ты бы лучше кусты да лес рассматривал, а не на девку пялился.

— Эх-х-х, — вздохнул наемник и отвел взгляд от Нами. — Хороша, да не моя. Кстати, нам за сопровождение каравана денег-то отсыпят, или мы так… за харчи работаем?

— Вроде как, за харчи, — пожал плечами воин. — Другого каравана до Жакии не было.

Воин зевнул и со вздохом взглянул назад, где плелись телеги каравана.

— Жаль, Галтош с нами не пошёл. Хорошо пел и байки травил знатные.

— Еще бы он глефой не махал как умалишенный, вообще бы ему цены не было, — хохотнул собеседник. — Выбор его был. Ему по чесноку объяснили, куда идём и чем заниматься будем.

— Струхнул паря.

— Струхнул или нет, но я бы на его месте не пошёл. У него жена и детей двое. Вернулся бы он или нет, не знает никто. А если не вернётся, то как жене той детей тянуть. Она еще и на сносях, вроде как.

— А с бабой на шее наёмничать, по-твоему, ничего так работёнка, а?

— Если бы он голову сложил, то мы бы долг и долю его заплатили бы. А когда мы теперь вернемся?

— Тоже верно, — вздохнул воин и снова скосил взгляд на девушку. — Но до чего хороша чертовка, а?

— Забудь, Фил. Просто забудь. Не плоди себе проблем, — вздохнул воин.

Дорога стала шире, и после очередного поворота глазам каравана и охранников предстали засеянные поля.

— Скоро урожай снимать, — задумчиво пробормотал Ари, смотря в перед.

В голове парнишки всплыли воспоминания о родной деревне и беспечной жизни, которую он проводил до того, как в их земли пришёл ковен.

— Скучаешь по дому? — спросила Нами, уловив настроение возлюбленного.

— Не по дому, — мотнул головой Ари. — Просто… не знаю, как объяснить. Вроде, и жили не богато, но как-то… по доброму, спокойно… А теперь…

Ари обернулся на воинов, которые заулыбались, предчувствуя стоянку и хороший отдых. Затем вздохнул, и почесав голову, выдал:

— Без Снека и Гоша будет тяжело.

— О чем ты?

— Гош, он хоть и дуболом редкостный, но всё же… он учил. Да, бою на мечах он учить не умеет, но бывало как скажет, так в самую точку. Он глупым только прикидывается. А Снек… Я, если честно, представить себе не могу, как биться, если что-то случится.

— Боишься оплошать? — спросила девушка.

— Боюсь… — повторил Ари. — Да. Пожалуй, что боюсь. Всё же мы с отрядом, а от меня толку… Я же, как он, не умею. только молитвы. Даже вдарить светом так, чтобы не накрыло всё вокруг, не могу.

— У тебя есть я, — уверенно ответила Нами. — Тогда с бароном… Я тогда сильно сердилась. Мне тогда и в голову не пришло какие-то заклинания придумывать. Просто пожелала, чтобы все эти люди умерли. Всей душой пожелала.

— Я тоже этого желал, — после небольшой паузы ответил парень. — Никогда не думал, чтобы так… что я так ненавидеть кого-то буду.

— Если на тебя кто-то нападет, я тоже его ненавидеть буду, — кивнула девушка. — Всей душой. Кто бы это ни был.

— Ты… Ты только на всех подряд не бросайся, — смутившись, произнёс Ари. — Чтобы плохого не вышло.

— О чем ты? — спросила девушка.

— Ну, если в каком трактире драка начнётся, и меня кто-то ударит, то убивать его не стоит.

Бывшая рабыня нахмурилась.

— Это же просто драка, — попытался объяснить парень.

— А если кто-то в драке захочет тебя убить?

— Ну, я хоть и не широк в плечах, как Гош, но голыми руками меня не взять.

— А если у кого-то будет нож?

Тут Ари задумался нехотя произнёс:

— Нож — это опасно, но… можно ведь не убивать.

— А если палка магическая?

— Не думаю, что кто-нибудь будет биться в кабаке с магической палкой, — хмыкнул Ари.

— А если не в кабаке?

— К чему эти вопросы? — нахмурился парень.

— Вон у того магическая палка. Не знаю какая, но чувствую в нём силу, — указала девушка вперед.

Дорога спускалась с холма и вела к постоялому двору, огороженному частоколом. Внутри были строения и навесы, а из печной трубы большого центрального здания поднимался дымок.

У дороге, на большом валуне, сидел старик с длинной бородой. Он внимательно смотрел на приближающийся караван и слегка улыбался.

— Старик? — уточнил Ари, вглядываясь в незнакомца.

— Да, — кивнула Нами.

Ари тут же обернулся и дал знак Руди, который о чем-то болтал с главой отряда наёмников. Тот заметил, и что-то сказав главе, тут же поспешил к парню.

Отряд подобрался и выдвинулся вперёд и достиг старика через несколько минут. Тот молча наблюдал за ними, дождался, когда те подойдут поближе и спокойно поднялся.

— Кто главный? — громко спросил он.

— Я главный, — вышел вперед Макс и оглянулся на караван, остановившийся в нескольких сотнях метров.

— Забирай своих людей и проходи, — скомандовал старичок. — Если, конечно, не решил угробить всех здесь и сейчас.

Глава наёмников взглянул на людей и хмуро уставился на собеседника.

— Я шутить не буду. Как щенков передавлю, — пригрозил незнакомец и щелкнул по посоху пальцем.

В этот же миг лямки доспеха наемников лопнули и броня рухнула на землю. Макс молча поднял доспехи, не забыв забрать защитный амулет, который даже не подал сигнала об атаке.

— К вам вопросов нет. Мне нужны только эти трое, — добавил незнакомец.

Макс мрачно взглянул на троицу, затем на своих подчиненных, среди которых дураков не было, а затем молча развернулся и скомандовал:

— Идём к каравану!

Наемники молча развернулись и отправились к телегам, где их ждал торговец, а старик перевёл взгляд на представших перед ним одаренных.

— Итак, — вздохнул он. — Я человек мирный и не моё это дело ловить беглецов. Меня жутко раздражает эти поездки.

— Зачем же вы тогда сюда явились? — спросил Руди, осматриваясь вокруг в поисках ловушки.

— Среди знати Свадии уже делают ставки, кто первым вас прищучит. На уши поставили всех, кого могли. Вас уже ищут везде: от столицы до самого Катара, но вы оказались достаточно умными, чтобы уйти. Из-за этого даже меня вытащили из уютной башни. Меня заставили покинуть мою башню и ловить вас!

— Сожалеем, что вас к этому принудили, но… Как вы вообще нас нашли?

— Я последний в Свадии, кто еще не выжил из ума и помнит, как пользоваться трактатами по магии крови, — фыркнул старичок. — Найти вас не составило труда. Всё же крови этот мальчишка пролил в пыточных немало.

— Вот как, — хмыкнул Ари. — А вы не боитесь, что инквизиция вас за это прижмёт?

— Боюсь конечно, — хмыкнул старик. — Поэтому заранее обеспокоился образцами крови всех шишек, включая главного пастыря и всей верхушки инквизиции. Меня не трогают, а я не трогаю их… Жил себе спокойно, занимался ерундовыми артефактами, а тут вы, как снег на голову.

— Ари, — девушка ухватилась за рукав парня. — А сейчас…

— Я достаточно стар, чтобы не упиваться силой, поэтому вы сейчас наденете рабские ошейнике и пойдёте со мной, — произнёс старик потирая поясницу. — Без глупостей, иначе я просто сорву вам головы и принесу их. Хотите пожить подольше — не дергайтесь.

Старик нагнулся и достал обычный холщовый мешок, из которого он начал доставать ошейники, копии тех, что были на Нами.

— Ты! — ткнул он пальцев в Нами. — Наденешь первой.

Он сделал шаг к девушке, но та отпрянула.

— Нет. Я не надену это… никогда.

— Не дергайся, дурочка, — раздраженно рыкнул противник. — Не заставляй меня ломать тебе кости. Я ведь могу и изуродованную тушу привезти.

Он гневно взглянул на девушку и качнул рукой.

— Ну!

— ДАВАЙ! — выкрикнул Ари, и укутавшись светом, кинулся к старику.

Глава 3

Старичок довольно поёжился и движением пальца усилил огонь в камине.

Большой просторный круглый зал был наполнен шкафами с книгами и парой удобных кресел. Хозяин башни сидел на удобном мягком кресле с книгой, и вытянув ноги, грелся у камина, пламя в котором создавали горящие камни.

— Нет, в принципе… — пробормотал он себе под нос и перевернул страницу. — А… Ну, если так, то да… Это могло сработать…

Он пробежался по формулам, схемам и графикам на странице и перевернул ее. На следующей оказались искусно сделанные картинки, иллюстрирующие результат.

— Неплохо… очень неплохо, но слишком уж топорно… хотя, когда ковену было дело до того, как выглядит тварь, — усмехнулся он.

— Господин Ларс, — раздался голос.

Старичок оторвал взгляд от книги и поднял его на источник звука. Рядом с ним на кресле сидел одетый в дорогой костюм мужчина с золотым перстнем на пальце. Синий камень и сложный узор гравировки свидетельствовали о том, что это родовой перстень и фамилия в этом королевстве находится далеко не на последних ролях.

— Откуда вы взялись? — немного растерянно спросил хозяин башни.

— Я тут уже двадцать минут и дважды с вами поздоровался, — с легкой улыбкой ответил мужчина.

Ларс покосился на книгу, причмокнул губами и недовольно проворчал:

— Я никого не звал и не горю желанием попусту трепать языком, — произнёс он и тут же добавил: — Преподавать я не буду и в совет магов Свадии тоже не собираюсь.

— Не наблюдал у себя столько упёртости, чтобы каждый раз предлагать вам одно и то же, — хмыкнул собеседник. — Вашу позицию вы обозначили. Мы её приняли.

— Тогда я хотел бы знать, почему я должен с вами разговаривать, а не читать этого, пусть и талантливого, но всё же идиота?

— Интересная позиция по поводу трудов сильнейшего мага ковена, — хмыкнул дворянин. — Вы ведь не забыли, что данный труд появился у вас исключительно благодаря нашей помощи?

— Данный труд — плата за мои услуги, а не ваша «помощь», — фыркнул старичок. — Говори, зачем припёрся. Не продолжай портить моё настроение.

— Нам нужны ваши услуги, — ответил мужчина, продолжая удерживать дружелюбную маску.

— Конкретнее, — раздраженно проворчал Ларс.

— Три одаренных. Один светлый, вторая тёмная и один… интересный экземпляр с даром жизни. Надо их срочно найти и ликвидировать.

Старичок спокойно закрыл книгу, отложил её на небольшой столик и взглянул на собеседника. Камни в камине в этот момент начали трещать, что свидетельствовало о серьёзном раздражении мага.

— То есть у рода Дольф кончились ищейки, кончились люди и связи, и они не могут найти троих одаренных в королевстве, где их власть может серьёзно спорить с королевской. Так?

— Ну что вы, — расплылся в улыбке дворянин. — Сыщики работают. Работают все связи, даже те, о которых мы не распространяемся, но… беглецы на редкость верткие. Из столицы они исчезли, в Альме не появлялись, и никто не может их найти. Нет, конечно, это вопрос времени, но… нам очень хотелось бы их заполучить первыми. Желательно живыми, но если произойдёт казус… мы сильно не расстроимся.

— Убожество, — произнёс Ларс, глядя в глаза дворянина. — Немощное, зажравшееся на власти убожество… Если бы вас видел Трикрер Дольф, он бы еще раз попросил яду, чтобы не видеть этот позор. Вы не можете найти троих одаренных. Просто троих одаренных!

— Не совсем простых, — продолжал гнуть миролюбивый тон Дольф. — Троих бывших послушников Янтарного ордена. У нас есть подозрения, что орден их покрывает и возможно прячет.

— Так тряхните Синод!

— Руководство ордена под нашим контролем, как и инквизиция. Однако это могут делать сами наставники.

— И вы их…

— Постоянно наблюдаем, — кивнул мужчина. — Дело сложное, и простыми методами тут не обойтись. Именно по этому я пришел к вам…

— С пустыми руками, — проворчал старик.

— Не совсем. Я пришел к вам с вестью о том, что Мёртвая книга в наших руках, — расплылся в широкой улыбке Дольф от созерцания, как изменилось лицо старика.

— Откуда… — начал было старик, но заметив улыбку на лице собеседника, осёкся и насупился.

— В подвалах инквизиции хранится много… очень интересных вещей, — ответил Дольф.

— Насколько много? — стараясь держать маску, спросил старик.

— Много. Очень много.

Ларс недовольно вздохнул и спросил:

— И никого стоящего у вас не осталось?

— Все, кто хоть как-то были способны искать одаренных, уже на ногах, и пока пользы от них нет.

— Ваши?

— Не только наши.

Хозяин башни постучал пальцами по книге и спросил:

— Средства?

— Любые.

— Инквизиция?

— Слепа, как старуха-предсказательница на ярмарке.

Старичок вздохнул и спросил:

— Сможете найти их кровь?

* * *

— ДАВАЙ! — выкрикнул Ари, и укутавшись светом, кинулся к старику.

Парень влетел светящийся кометой в старика, отбросив его назад, но тот так и не упал, сместившись с огромной скоростью в воздухе и оказавшись на ногах в паре десятков метров.

— По-плохому, так по-плохому, — прошипел он и резко махнул прямыми руками, после чего хлопнул у себя перед лицом.

— УМРИ! — выкрикнула Нами.

От девушки метнулись пара десятков чёрных нитей, устремившихся к противнику, но все они на расстоянии двух метров резко сменили траекторию, разлетевшись в стороны.

В ответ к ним пролетели прозрачные сгустки, которые с огромной скоростью направились к ним. При полёте они создавали искривление пространства, отчего полет сопровождался легким гулом.

— НЕТ! — снова прокричал Ари, выдал вспышку света и метнулся к девушке.

Огромный сияющий шар вспыхнул и ударил лучами во все стороны. Удар он поглотил, но ни один луч не достиг противника.

Ларс гневно оскалился, и убрав руки за спину, слегка присел. Перед ним тут же возникли сотни снарядов, которые по одному начали лететь в сторону светящейся сферы.

Первый.

Второй.

Третий.

Снаряды летели плотной очередью, за несколько секунд в защиту влетело около трех десятков, и каждый снаряд наносил серьёзный ущерб, взрываясь при столкновении.

— Да, что за черт… — прошипел маг, усиливая интенсивность обстрела.

На пятой секунд сфера заметно ослабла, и маг ещё сильнее сконцентрировался, усиливая обстрел.

— Да сколько же в тебе силы… — раздражённо процедил старик, и когда ему казалось, что победа близка, сфера света вот-вот исчезнет, раздался крик:

— Нами! На полную!

ХЛОП!

Всё пространство внезапно окуталось белым плотным туманом.

Старик завертел головой, шевельнул пальцами, а затем процедил:

— Сукин сын!

Он осторожно сделал шаг в сторону, еще один и быстрым шагом направился назад.

— Безмозглый кретин! — пробормотал он. — Устроил тут индукцию!

Старик спешил выйти из зоны аномалии, но быстрому продвижению мешали кочки и небольшие ямы, которые как назло попадали под ноги. На секунду остановившись, старик восстановил в памяти картину боя до индукции и сменил траекторию движения, решив выйти на дорогу.

В момент, когда его нога оказалась на дороге, сбоку от него раздался голос Руди.

— Спешите, деда?

Резкий удар в голову отправил старика в небытие.

* * *

Цэк оглядел собравшиеся отряды.

Зал мекки Янтарного ордена был полон. Тут собрались все, кто был причастен к ордену.

— Я, как глава Янтарного ордена, созвал полное собрание, — произнëс он так громко, чтобы всë это слышали. — Сегодня для нас важный день!

Цэк сжал кулак руки, где находилась печать инквизиции.

— Гош, из отряда «Дубовой лозы»! — произнëс он. — Поднимись ко мне!

Паладин бесцеремонно растолкал людей и вышел вперед. Оглянувшись на Снека, стоявшего в первых рядах, он пожал плечами и поднялся к трибуне.

— Оголи клинок! — громко провозгласил глава ордена и достал свиток, который закрепил на трибуне.

Паладин неуверенно вытащил оружие и взглянул на начальство. Цэк достал из кармана парадной мантии небольшой флакончик и сжал в кулаке.

— Выполнишь ли ты, Гош из отряда Дубовой лозы, любой мой приказ? — спросил он, сжимая зубы от боли.

— Выполню, — ответил паладин и скосил взгляд на свободную руку главы, по пальцам которой бежала кровь.

Цэк резко скинул мантию и вытянул руку в сторону. На предплечье руки находилась зияющая рана в форме тайного знака инквизиции. У самого плеча была тугая перевязь, которая пережимала артерию. Зал замер, а глава ордена во всю глотку заорал:

— РУБИ!

Паладин на секунду замер, но тут же взял себя в руки и взмахнул клинком, обрубая конечность у самой повязки.

Цэк упал на колени, взревел на весь зал, где висела гробовая тишина, но взяв себя в руки, опрокинул содержимое склянки в рот. После этого он на коленях подполз к трибуне, и вымазав руку в собственной крови, положил еë на подготовленный документ.

Главу ордена затрясло, он забился в судорогах и упал на пол, оставив на бумаге кровавые следы.

Сама же бумага вспыхнула тëплым оранжевым светом.

— Читай… — сквозь крепко сжатые зубы процедил Снек. — Единым молю… читай…

По телу Цэка потекли тонкие белоснежные полоски. Сначала они прошли в проекции костей, и его выгнуло дугой, затем белые убийцы пошли по сосудам, окрашивая тело. Глава ордена захрипел.

Гош поднял взгляд на зал, находившийся в полном шоке и подошëл к трибуне.

— Я Цэк, глава ордена Янтарный свет, — начал читать вслух Гош. — Под давлением и угрозой расправы над всем орденом получил тайную печать инквизиции…

Паладин сглотнул и умолк, заметив, что главный человек в ордене замолчал и перестал хрипеть.

—…Получив ее, у меня потребовали предоставить в инквизицию реликвию ордена и полные списки еë членов, проступков и жалоб на еë членов от народа Свадии. Так же от меня потребовали изменения устава и подписания хартии, в которой орден Янтарный свет признаётся подразделением и неотъемлемой частью инквизиции.

Гош сглотнул поднял опешивший взгляд на зал и остановил его на Снеке, который одними губами прошептал: «Читай!».

— В связи с этим предательством ордена и всей церкви считаю хартию о службе Синоду и всей официальной церкви Единого Свадии нарушенной. Отныне орден вне церкви Единого Свадии, — Гош вытер испарину со лба и продолжил чтение: — Своей смертью и этим приказом я обрекаю вас на гибель, как членов ордена. Чтобы дать вам хоть какой-то шанс, я объявляю о том, что орден распущен…

По залу пошли шепотки. Слышались возгласы «Предатели!», где-то была отборная ругань, но всë утихло, когда с потолка зала, где находился огромный янтарный камень, обрамленный золотой оправой, полетели искорки.

Они медленно падали вниз.

Витая, словно светлячки, плавно двигаясь из стороны в сторону, они неумолимо опускались вниз.

Зал наполнялся всë сильнее, янтарь испускал всë больше искр, что таяли, а зал превращался в последнее чудо Янтарного ордена.

Гош опустил ошарашенный взгляд на бумагу и в тишине закончил речь:

— Вас будут преследовать, братья. Берегите себя… — прочитав последнюю строчку, у Гоша встал ком в горле. Произнести он еë не смог.

Янтарные искорки опускались всë ниже, ложились на плечи братьев, на волосы. Постепенно они создали настоящий ковëр, который изумительно красиво окутал всë и всех в этом зале.

— Ордена больше нет, — закончил Гош.

* * *

— Итак, — раздался голос Руди над ухом Ларса. — Старикашка! Проснись!

ХЛЯСТЬ!

Маг открыл глаза и попытался дернуться, но не смог пошевелить даже рукой.

— Сраные ублюдки! Да я вас…

Перед его лицом сформировалось сразу три прозрачных снаряда, искривляющих пространство, но тут же сработал ошейник на шее.

— СУКИ! — взревел Ларс и выгнулся дугой.

От его шеи пошëл дым, запахло паленой кожей, и маг начал кататься из стороны в сторону.

— Как тебе такое пробуждение, Ари? — спросил воришка, оглянувшись назад.

— По-моему, для него отлично, — буркнул парень, держа запасную рубаху у лица.

Ткань в его руках была пропитана кровью, как и лицо. Перенапряжение не прошло для него бесследно.

— Деда, не шали! — с улыбкой попросил воришка. — Нет, если ты любишь боль, то дело твоë. Я про таких слышал. Они прямо…

— Мрази, — прошипел маг, скрепя зубами. — Да как вы посмели! Я, Ларс! Ларс «Тëмный мастер»! Я вас всех…

Старика снова выгнуло, отчего Руди расплылся в улыбке.

— Нет, я точно знал, что ты из этих! Ты только не переусердствуй. Мы убивать тебя не планировали…

Нами всë это время смотрела на старика хмурым взглядом. Когда тот в третий раз попытался освободиться, а Руди взглянул на неë, то она объяснила:

— Ошейник его не убьёт.

— Точно?

— Точно. Я пыталась, — пояснила она. — Сам на себя он тоже руки наложить не сможет.

Руди хмыкнул и снова взглянул на старика.

— Вот будет забавно, если эти ошейники он делал сам, — улыбнулся воришка.

— Ари, — позвала Нами возлюбленного и кивнула в сторону дороги, где остановился отряд с караваном. От них к троице шёл Макс.

— Вижу, — кивнул он и поднялся на ноги.

— М-м-м-м… наëмнички, — хмыкнул Руди и сел рядом со стариком, который пытался перевести дух. — Слушай, старый. Ты ведь не дурак? Правда ведь? Ты ведь прекрасно знаешь, что такое магический ошейник?

— Сукины дети… — прохрипел старик.

Кожа под его шеей не просто покраснела от воздействия. Она обуглилась и стала черной.

— Да, мы такие, — кивнул воришка. — Не усложняй себе жизнь. Ты ведь ничего не сможешь сделать. Сам ведь прекрасно знаешь.

Старик молча сглотнул и глубоко вздохнул, пытаясь унять боль.

— Так, может, хотя бы выслушаешь наше предложение? Ты мог быть уже мëртв, но еще жив. Неспроста же это? А?

— Что вам нужно? — процедил сквозь зубы старик.

— О, это уже другой разговор! — обрадовался Руди.

К Ари же тем временем подошëл глава наёмников. Оглядев троицу и валявшегося старика, он произнëс:

— Мы готовы двигаться дальше и…

— Дальше мы с вам не идëм, — отрезал парень, убрав тряпку от лица. — Вы просто трусливо сбежали.

— Ты видел, что он сделал? — спросил глава наëмников с усмешкой. — У нас даже амулеты не сработали.

— И ты спокойно отдал нас на расправу. Мы ведь с тобой договор заключили. Мы члены отряда, — напомнил парень. — Или это у шакалов в природе — бросать своих, чтобы самих не сожрали?

— Парень, вы маги, а мы люди. Нас бы там в клочья порвали бы, — начал было Макс.

— Вопрос закрыт. Мы дальше идëм сами, — отрезал Ари, но тут ему на плечо легла рука Нами.

— Мы идëм дальше, — произнесла девушка и сжала кисть, удерживая пытавшегося встрепенуться парня. — Подождите нас на дороге. Мы сейчас подойдëм. И нам нужно место на телеге.

Макс взглянул на парня, тот гневно сверлил его взглядом. Затем он перевëл его на девушку.

— Хорошо. Мы ждем.

Глава наëмников отправился к отряду, а Ари развернулся к Нами.

— Почему? Я не желаю иметь дело с трусливыми наëмниками!

— Их бы и правда перебили, — ответила девушка и добавила: — И они про нас знают. Если не с ними, то придется их убить. Они расскажут… Я… я не хочу убивать.

Ари тут же сдулся, потерял воинственный вид и взглянул на отряд. После нескольких секунд раздумий он согласился.

— Хорошо. Поехали дальше, но… как покинем Свадию — двигаемся без них.

Нами кивнула.

Одаренный светом тяжело вздохнул и направился к Руди, который уже мило беседовал со стариком.

— Целый профессор магических наук! — театрально заявил он. — И не может обойти какой-то ошейник? Что же вы так непредусмотрительно вляпались? Если вы его делали, то должны были придумать тайный прием, который помог бы его снять!

— И его бы нашëл маг, которого заковали в такой ошейник! А что бывает с теми, кто его снимают? — язвительно ответил Ларс. — Обычно они пылают жаждой мести, знаешь ли.

— Вот ведь незадача, — театрально покачал головой Руди. — Попал в глухую ловушку без выхода, которую сделал сам.

Заметив подошедшего Руди, Ларс гневно зыркнул глазами на воришку и спросил:

— Какого черта вам от меня надо?

Ари осмотрел старика и спросил:

— Какой магией вы владеете?

Старик молча сплюнул, скрестил взгляд с юношей и ответил:

— Если бы ты не был настолько бестолковым, то спрашивал бы совершенно другое, но имея в виду твою пустую голову, отвечу так: Всей.

Ари взглянул на Руди, который пожал плечами, затем на подошедшую Нами и спросил:

— Что вы имеете в виду?

— То, что имею, — проворчал старик и дëрнул плечом. — Снимите с меня веревки, бестолочи. Я при всëм желании не смогу вам навредить.

— Знаешь, деда, связанным ты мне нравишься больше.

— Думаю, мëртвым ты мне тоже понравишься больше, — язвительно ответил Ларс. — Сними веревки, если хочешь разговаривать.

Руди взглянул на Ари. Тот кивнул, и воришка одним движением ножа освободил новоявленного раба.

— Итак, — растирая запястье, произнëс Ларс. Его шея уже не имела следов обугленной кожей, остался только красноватый след. — Чтобы вы понимали, о чем речь, я сначала должен понять, для чего вы интересуетесь.

— Учëба, — ответил Ари. — Вы будете учить нас магии.

Старик молча поднял взгляд от запястий к юноше, затем перевëл на девушку, а затем взглянул на воришку.

— Вас. Учить. Магии, — повторил он, чеканя слова. — Нет, вы не идиоты. Вы просто имбецилы!

Глава 4

Старичок недовольно покосился на своих новых хозяев и буркнул:

— Потому что вы идиоты!

— Мне кажется, надо его чем-нибудь ударить, — недовольно проворчала Нами, раздраженно рассматривая старика напротив. — У него других слов нет.

— А давайте заставим его сношаться с конем! — сморозил глупость Руди, и поймав офигевшие взгляды друзей, пояснил: — Что? Бить не надо, отказаться он не сможет. И коню приятно, и деда перестанет ёрничать! У нас коней почти два десятка. Пока обслужит всех, сразу шелковым станет.

— Я потом с тобой знаешь, что сделаю? — процедил Ларс сквозь зубы, но тут же схватился за ошейник, который начал жечь ему кожу на шее.

— Деда, ты бы не наглел и нормально объяснил, — произнёс Руди с довольной миной наблюдая, как маг мучается.

— Вы… вы слишком тупы, чтобы вас учить, — прошипел маг.

— Чего сразу тупы? — недовольно спросил Ари. — Мы и читать обучены, и кое-что в магии… знаем.

— В том-то и дело, что «кое-что», — язвительно отозвался Ларс, потирая шею. — Чтобы обучаться магии надо не только уметь читать. Этого только церковникам достаточно. Пробубнил молитву и вуаля! Магия — это сложная наука. Тут надо уметь еще и считать. Причем так, как не снилось главному казначею всей церкви. Да черт с ним со счетом, математикой и геометрией. Вы же тупые! Как вас абстрактному мышлению и визуализации учить буду?

— Абстр… — попыталась произнести Нами.

— Вы же даже такого слова не знаете!

— У нас другого варианта пока нет, — надавил Ари. — Пока нет. А как появится… то тебе еще надо будет доказать, что ты лучше. Понимаешь о чем я?

— Лучше? — фыркнул Ларс и ткнул себе пальцем в грудь. — Я лучший. На этом сраном континенте, никто и никогда даже близко не приблизится к моим знаниям и навыкам.

— То-то ты сейчас сидишь с ошейником на шее, — хохотнул Руди.

— Это была случайность, — буркнул Ларс. — Кто бы мог подумать, что у вас хватит тупости устроить индукцию посреди боя. Да и вообще, кто бы мог подумать, что маг света будет биться вместе с темной ведьмой. Это бред из разряда пьяных басен в дешёвом кабаке.

— Я не ведьма, — тут же насупилась девушка.

— Пока, — фыркнул старичок. — Придёт время, не будет мужчины рядом, и характер твой превратится в…

— У неё есть мужчина, — отозвался Ари.

Старичок внимательно взглянул на парня, затем перевёл взгляд на девушку и покачал головой.

— Нет, вы настоящие недоумки…

— Перестань сквернословить, — недовольно проворчал Ари.

— А нет культурных слов, чтобы объяснить вашу тупость!

— Деда, ты может, конечно, и умный, но чесать языком не тоже самое, что делать. Ты учить нас собираешься или будешь дальше кобениться? — спросил Руди и сполз на дно телеги, устраиваясь поудобнее.

— А чему, простите, я вас буду учить? Высшей математике? Абстрактному мышлению?

— Магии, — оборвал его Ари. — Для начала нам надо научиться элементарно поставить щит и бить. Потом уже то, что посерьезнее. Математику и прочее. Для начала нам нужно выжить, потом уже всё остальное. Ты ведь понимаешь, что будет с тобой, если мы умрем?

Старик недовольно сложил руки, оглядел троицу и раздраженно ответил:

— Ладно. В академии магии Свадии тоже дебилов учат…

Ларс поднял руку и сформировал на ней небольшой сгусток силы, выглядевший как дрожащий воздух.

— Знаете, почему он прозрачный?

* * *

— Вечереет, — вздохнул Гош, глядя, как солнце опускается за лес.

— Угу, — кивнул клирик. — Красивые тут места… Только безлюдные.

— Но хутор же мы нашли, — хмыкнул паладин. — Вполне себе нормальный.

— Только стоит вдали от дороги, если её вообще можно назвать дорогой, — вздохнул Снек и оглядел грубые постройки. — Тебе не кажется странным селиться в такой глуши?

— Ситуации бывают разные, — хмыкнул Гош. — Может, наёмник бывший накуролесил, а может еще чего. Судя по постройкам и полям, хутор тут давно.

— Я бы даже сказал, что тут не первое поколение живет, — кивнул друг.

Гош согласился и молча достал небольшую деревянную фляжку, откуда отхлебнул и крякнул.

— Я же тебя просил не пить, пока не покинем Свадию, — недовольно проворчал клирик.

Паладин спрятал фляжку во внутренний карман и достал оттуда странный амулет из кости.

— Что это?

— Помнишь Тука?

— Это тот бородач из ордена, которого ты все клялся перепить?

— Он самый. Он мне дал амулет. Этот амулет указывает на его место. Специально дал, чтобы мы могли найти друг друга, если будем в Альме.

— Один пьяница — горе в отряде. Два — во всём ордене, — усмехнулся клирик.

— Он больше никуда не показывает, — мрачно ответил паладин. — Сегодня, после обеда перестал.

Клирик помрачнел.

— Не все братья смогут уйти. Многих настигнет инквизиция, — вздохнул он, опустив взгляд.

— Знаю, просто… я его так и не перепил, — ответил Гош.

— А то, что он ел, не замечал?

— Мясо в основном… Да, жрал Тук безбожно, — с легкой улыбкой произнёс паладин. — Я все думал, куда в него лезет?

— Он ел жирную пищу. Жир, он… он действие алкоголя тормозит.

— Да? Не знал… — паладин услышал скрип двери дома, у которого они сидели, и спрятал зуб в карман.

— Вы бы… это. В дом заходили, — предложилбородатый мужчина.

Несмотря на то, что он был уже в возрасте, плечи всё ещё были широкими, а руки были покрыты набухшими венами от постоянного труда.

— Да, холодать стало, — кивнул Гош и поднялся.

Снек же остался на крыльце, смотря на последние лучики солнца.

— Я на сеновале останусь, — произнёс клирик.

— Не испытывали бы вы судьбу, гости дорогие, — вздохнул хозяин. — У нас тут волки ночью шастают. А ну как цапнет?

— Скот таскают? — тут же уточнил Гош, даже не задумавшись.

— Какой там таскают, — гневно проворчал мужчина. — Почём зря рвут. Только потроха вытащат, а мясо не трогают, две овцы накануне подрали.

Гош взглянул на Снека. Тот молча мотнул головой.

— Он у нас калач тёртый, справится, если что, — махнул он рукой и вошел в дом.

Постель паладину постелили на лавке. Тонкая подстилка, одеяло из мешковины и перьев и небольшая подушка.

— Слышишь, хозяин, — начал воин, укладываясь на лавку. — А где твари живут, знаешь?

— Так как не знать? На лысом холме каждую ночь воют, — вздохнул хозяин. — Я поначалу капканы ставить пытался, так эти бестии срывают их. Уже две штуки утащили. Кровь видал, но толку с того? Капканов больше нет.

— А почему гора лысая?

— Так не растёт на ней почему-то ничего. Хотя землица с виду жирная.

— Понятно, — пробормотал паладин.

Воцарилась тишина. В сон воина не тянуло совершенно. В потемках он рассматривал убранство избы. Кадка с водой, грубый стол, пара лавок, печка, с которой на него выглядывала пара детских лиц.

— Слышишь, воин? — раздался голос мужчины. — Может, возьмётесь тварь извести? Мы живем не богато, но серебрушка в заначке есть…

— Зверь, если он голодный, потроха жрать просто так не станет, — пояснил Гош, глядя на потолок. — Если жрёт только потроха, то это не зверь. Это тварь, магией измененная. А если воет на лысой горе, то и место силы её там…

Гош задумчиво вздохнул и продолжил:

— Зуб даю, у горы той ручей должен быть. А у ручья цветы все чёрные, так?

— Коричневые, — отозвался хозяин.

— Земля, значит… Тварь эту надо выводить с магами или церковниками. С последними дешевле выйдет… хотя если живёте не богато, то… уходить вам отсюда надо.

— Куда? Где нас ждут? Кому мы нужны?

— Мёртвые вы тоже никому не нужны, — заметил паладин.

— Значит, не возьметесь, — задумчиво пробормотал хозяин. — Я-то думал, если имен не назвали, значит, не простые.

— Не возмёмся, мужик… Уж прости.

Паладин повернулся на другой бок и уставился в стену.

Текло время, тьма полностью поглотила всё вокруг. Слышалось завывание ветра на крыше, издалека доносились отголоски грома.

Спустя пару часов, когда Гош устал пялиться в стену и лёг на спину, раздался далекий протяжный вой. Длинный, с легкой хрипотцой.

Гош знал этот звук прекрасно. Именно так выли измененные силой магии твари, появлявшиеся на месте выхода силы.

Он пролежал минуты две, слушая вой, после чего поднялся и сел. Во тьме перед ним стояла девочка лет шести. Это была дочка главы села.

— Они ведь нас не съедят? — шепотом спросила она.

За окном сверкнула молния, отчего паладин увидел её перепуганное лицо.

— Нет, — тихо ответил он и потянулся к мешку, в котором находились его доспехи.

Быстрым, отточенным движением он нацепил нагрудник, наручи и взялся за поножи. Надев снаряжение со знаками Янтарного ордена, на глазах ребенка он молча достал свой меч и нагнулся к наблюдавшей за этим девочкой.

— Дверь за мной на засов закроешь, — скомандовал он, и наклонившись, провёл по голове ребенка. — Поняла?

— А вы ещё вернетесь? — спросил ребенок и вздрогнул от раската грома.

— Вернусь, но скорее всего уже утром. Ложись спать и ничего не бойся…

Паладин подошёл к двери, отодвинул засов и осторожно вышел. Постояв на крыльце под навесом, он дождался, пока ребенок закроет за ним засов, и оглядел двор, погруженный во тьму.

— Ты куда намылился? — спросил Снек, стоявший под навесом, рядом с крыльцом.

— Лысая гора тут есть. У ручья под ней цветы все коричневые, — объяснил Гош и указал в сторону, откуда снова начали доноситься звуки воя. — В той стороне, я так понимаю.

— Волколаки, измененные силой земли, — вздохнул клирик. — Они уже в каменной броне. Ты их собрался мечом ковырять?

Паладин опустил взгляд на клинок у пояса и поднял на клирика.

— Никакого света, — покачал головой друг. — Сам всё знаешь. Разболтает этот старик, и нас вмиг повяжут… Как Тука.

— А ты откуда знаешь, что у них каменная броня уже?

Снек молча опустил взгляд и вздохнул.

— То, что ордена нет, не значит, что его дело мёртво, — ответил воин света и достал клинок.

Он вытянул руку вперед, подставляя лезвие под первые капли дождя. При этом он начал постепенно наполнять его силой, отчего тот едва заметно начал светиться.

— Взболтнёт — хрен мы до границы доберемся, — мрачно произнёс клирик.

— Делай то, что должно… — произнес воин, и стряхнув сияющие белоснежные искорки с лезвия, вышел под дождь.

—… И будь, что будет, — нехотя закончил Снек. — Пойдём. А то до утра будем возиться…

* * *

— Что тут непонятного? — проворчал Ларс. — Параллелепипед, на одной стороне целиндрическое отверстие, ведущие в сферическую полость. Внутри полости тетраэдр.

Маг в десятый раз повторивший принцип построение стихийного заклинания с помощью мысли, недовольно поежился и оглянулся. Троица и их раб-учитель находилась недалеко от конюшен постоялого двора.

— По-моему, он опять ругнулся, — нахмурился Руди.

— Параллелепипед… — с трудом повторила девушка.

— Я вообще ничего не понял, — произнёс Ари, почесывая голову.

— Вот об этом я вам и говорил. Прежде чем чему-то вас учить, надо элементарно иметь хотя бы крохи образованности, — язвительно проворчал старичок.

— Слушай, деда… — начал было воришка.

— Не «деда», а профессор Ларс!

— Пока ты просто старый хрыч, — начал закипать Руди. — И если ты еще не выжал из ума, то можешь объяснить, что такое паралеличего-то там. Нормальным, человеческим языком.

— Я тебе сказал на нормальном языке, а то, о чем ты просишь, называется «язык тупых крестьян».

— Тогда объясни для «тупых крестьян»!

— Вот еще! У меня есть принципы и…

— Объясни нам! — надавил Ари.

Профессор поджал губы и сжал зубы от боли ошейника. Сопротивление продолжалось всего три секунды, после чего старик прошипел:

— Ладно…

— Деда, ты такой покладистый, когда от тебя пахнет палёной кожей, — расплылся в улыбке Руди.

Ларс втянул воздух через раздутые ноздри и взглянул на Руди.

— Представь кубик от костей, которые у тебя в кармане с круглой дыркой внутри. Дырка ведёт в круглую нору. В норе пирамидка.

— А сразу было нельзя так сказать? — возмутился воришка.

— Погоди, а что дальше? Ну представим мы эти… эту… — запнулся Ари. — А дальше что?

— А дальше надо всего лишь наполнить мысль силой.

— Мысль? Как? Её же в руке не удержишь!

— Надо же, мы столкнулись с очередной проблемой, — язвительно начал ворчать старик и скосил взгляд на деревянный туалет в стороне.

— Деда-а-а-а… — протянул недовольно Руди.

— А вы подумайте немного, где ваши мысли? Куда направить силу? Или вы думаете, что силу можно только в железки пихать или в тело? — проворчал он и отправился к туалету. — Я с вашего позволения отлучусь…

Ари взглянул на Нами.

— Что такое кости? — спросила девушка.

— Кубики, — пояснил парень. — Маленькие кубики с точками на боку. Руди, у тебя есть с собой?

— Были, но… они не совсем ровные, — почесал кудрявую шевелюру воришка. — Не очень подходят.

Ари вздохнул.

— Так… Представить кубик… круглую дырку, круглую нору и пирамидку внутри норы…

Парень, уставившись в одну точку, замер, а затем окутался светом. Секунда друга, но ничего не произошло. Свет спадает, и он хмуро смотрит на Руди.

— Я уверен — этот старикашка что-то недоговорил.

— Я с ним согласна, — кивнула девушка.

Ари сморщился и покачал головой.

— Давайте сначала пробовать… Если не получится, то будем его пытать.

— Иглы под ногти? Изобьем? Отрежем палец? — хмыкнул воришка.

— Пока только вопросами и приказами, — покачал головой он. — Отрезать палец или избить мы всегда успеем.

— Может, попробовать закрыть глаза? — сделала предложение девушка и прикрыла веки.

— Пробуем, — кивнул парень.

Ари раз за разом окутывался светом, как и Нами тьмой. Руди же просто стоял с прикрытыми глазами.

— Учить идиотов… Чтоб мне тварью мертвой переродиться, — проворчал Ларс, заходя в туалет. — Нет, это надо же! Учить!

Старик недовольно оглядел дырку в полу и коричневые пятна на её краю.

— Где моя башня с водяным туалетом? Где мой камин и библиотека?

Маг горестно вздохнул, брезгливо сморщился, и развернувшись, спустил штаны.

— Кто бы мог подумать, что мне придётся заниматься этой чушью? И как объяснить этим кретинам элементарные вещи?

Ларс занял позу гордого орла и содрогнулся от мурашек по телу.

— Что за вонь? Даже от гнойных мертвецов пахнет лучше.

Пытаясь справить нужду, он тужился, но процесс не шёл. До ушей раба-учителя доносились разговоры с обсуждением.

— Мучайтесь, мучайтесь, — закряхтел старик с усмешкой. — Завтра надо будет объяснить дуболомам, что мысль не имеет ограничения на вложения силы… А то они так и будут мучаться, пока разберутся с элементарным ударом собственной стихией…

ХЛОП!

Внезапно все вокруг заволокло светом. Деревянные стены вокруг поплыли, а затем весь туалет просто сдуло.

Голубое небо, мчащиеся куда подальше курицы, из которых на ходу вываливаются яйца, ржущие лошади в конюшне.

Небольшой деревянный помост без стен.

Ларс с голой задницей и огромными ошарашенным глазами.

— Деда! У нас получилось! — радостно замахал рукой Руди. — А вы все срёте?

Ларс, с перепугу выдававший всё из себя, сглотнул, и взяв себя в руки, поднялся. Натягивая штаны, он дрожащим голосом прошептал:

— Я уже закончил…

В этот момент доски под ним подломились, и старик ушел в выкопанную яму.

— Деда! Ты там живой? — хохоча крикнул Руди и поспешил к туалету. — Ты главное не дыши!

Ари с Нами поспешили к туалету вслед за Руди.

— Мать… чтоб вас всех… Через плечо и об коленку… — раздалась ругань из ямы.

— Во! Сразу по-нашему заговорил! — воскликнул Руди и побежал за доской, улетевшей до самой ограды. — Деда, не дыши, говорю!

Ари подбежал к яме и уставились на старика, который по пояс стоял в дерьме на дне ямы.

— Вытащите меня отсюда, кретины!

— Руди, а почему не дышать? — спросил Ари, глядя, как Руди с улыбкой до ушей тащит доску.

— Как почему? А вдруг ему понравится? Он же потом всё время в дерьме купаться будет!

— Заткнись и вытащи меня отсюда! — раздался гневный возглас Ларса.

Ари заглянул вниз, а затем на доску.

— Давай спустим ему доску. Пусть за неё хватается, — скомандовал парень.

— Вообще-то я хотел ему по хребту треснуть, — смутился воришка.

— Что? — нахмурился Ари.

— Что? — пожал плечами Руди.

— Что?!! — раздался возглас из ямы.

Глава 5

Старик сидел за столом, закутанный в тёплый плед.

— В принципе даже не воняет, — хмыкнул Руди, поглядывая на Ларса.

— Баня творит чудеса, — кивнул Руди.

Раб-учитель недовольно вздохнул, и отхлебнув отвара из кружки, спросил:

— Кто-нибудь проверял вас на объём силы? — спросил он.

— Нет конечно, — пожал плечами парень. — В церкви этим никто не занимается.

— Даже в ордене?

— Мы в городе толком никогда не были, — вздохнул Руди. — Когда прибыли, толком не отдохнули и снова на задание.

— Понятно, — задумчиво пробормотал Ларс. — И какая у вас цель?

— Научиться магии, — пожал плечами парень.

— Зачем?

Ари открыл было рот, но задумался. Он взглянул на Руди и Нами, сидевших рядом.

— Я хочу научиться магии, чтобы… чтобы помогать людям и нести свет.

Старик сморщился и хотел было открыть рот, но тут же его закрыл, вспомнив, как Руди врезал доской ему по голове.

— Я хочу быть рядом с ним, — отозвалась девушка. — С живым. Если что-то пойдет не так, то я хочу иметь возможность помочь ему.

Ларс перевёл взгляд на Руди.

— А мне просто с ними весело, — развёл руками он, но заметив, как изменился взгляд раба-учителя, вздохнул и добавил: — Ладно, хоть и бить тебя доской по голове весело, но… Хочется места под солнцем. Тёплого и уютного, но такие места заняты. Надо быть хорошим магом, чтобы жить так, как тебе хочется. Сильным, умелым…

— Но в первую очередь нам нужно научиться биться. По-настоящему, чтобы не умереть от удара недоучки.

— Лучший способ не сдохнуть от простой стихийной стрелы — прихлопнуть противника до того, как он решит ее использовать, — проворчал Ларс. — Но вашу мысль я понял.

Старик поёжился и снова отхлебнул отвара.

— Если бы ты не повторил тот приём дважды, то я бы подумал, что с туалетом вышла случайность. Вам же недоумкам не пришло в голову дозировать силу.

— Деда, тут доски нет, но я и табуретом могу тебя по голове шваркнуть, — подмигнул старику Руди.

Тот втянул голову в плечи и продолжил уже более спокойным тоном:

— Заклинание стихийного удара, несмотря на свою примитивность, имеет много параметров. Параллелепипед… кубик можно вытягивать, круглую дырку на грани регулировать по диаметру, пирамидку вращать и так далее.

— Зачем? — тут же нахмурилась Нами.

— Это регулирует плотность удара, его протяженность и эффекты. Если сделать внутреннюю полость маленькой, а круглую дырку узкой и длинной, то получится длинный, мощный луч. Им можно пробивать магическую защиту… Ладно, не пробивать, но создавать огромное напряжение на ограниченном участке.

— Просто играя объемом норы внутри? — уточнил Руди.

— Да. И это простейший стихийный удар, — кивнул Ларс.

— Почему вы не учите нас заклинаниям? — спросил Ари. — Снек рассказывал про заклинания, которые надо произносить.

— Потому что это чушь, — хмыкнул Ларс. — Как и магия жестов. Мысль. Мысль самый быстрый и четкий способ создавать магию. Слова — ограничены по объему силы, который вы можете в него вложить. Жест ограничен в скорости. Мысль — нет. Можешь вкладывать в неё сколько угодно силы.

— Я с помощью молитв… — начал было парень.

— Молитвы — это отдельно, — покачал головой Ларс. — Я не силён в магии церкви, но результаты у них печальные. Что в скорости, что в силе.

Ари хмыкнул.

— Какая твоя стихия? — спросила Нами, внимательно слушающая учителя-раба.

— Никакая, — фыркнул старичок. — Я отказался от стихии больше двадцати лет назад.

— Отказался?

— Все одаренные привязаны к стихии, но лишь немногим дано выйти из порочного круга, — Ларс поднял руку с растопыренными пальцами. На каждом из них возникло по шарику, созданному из стихии. По одному на каждую стихию, кроме света. — Да, я не могу чувствовать стихии так, как чувствуют их другие маги. Да, я не могу призывать её и использовать стихию как усиление моих заклинаний.

— Усиление? — нахмурился Ари.

— В море маги воды чувствуют себя на порядок лучше. Думаю, не надо объяснять почему? Я лишён этого преимущества, но я же лишён всех недостатков.

— Каких? — спросила Нами.

— Тот же маг воды будет в полной заднице, если ему придется сражаться в пустыне.

— Деда, а те штуки, которыми ты пулял в нас? Почему они прозрачные? Это был воздух?

— Хватит называть меня деда! И это была чистая сила. Она не относится к стихии.

Руди задумчиво замолчал, а слово взял Ари.

— Ты говорил, про контроль силы, — произнёс парень. — Что это значит?

— Это значит, что человек умеет дозировать и управлять своей силой, — пояснил Ларс, но заметив непонимание на лице собеседника, тут же пояснил: — Если бы ты умел контролировать свою силу, то просто постучал бы силой по доскам туалета, а не…

— Не заставил бы его обделаться, — хохотнул Руди.

— Контроль очень важен, — поджав губы, ответил старичок. — Именно он помогает создавать заклинания, тратя очень небольшое количество силы. И именно он может сделать заклинания сильнее и мощнее.

— Куда ему мощнее, деда? — хмыкнул воришка.

— Если бы он занимался контролем хотя бы мизинцем, то ни меня, ни одной доски в том туалете не осталось, — хмыкнул Ларс. — Чтобы там не плели в академии Свадии про целостность и неразрывность заклинаний, чтобы не талдычили в Бравии про плотность энергетических структур, всё это не имеет значения, если ты не контролируешь силу.

— И как этот контроль… изучать? — хмурясь, спросила Нами.

— Не изучать, а тренировать, — фыркнул старичок. — Приёмов масса, но на мой взгляд самое эффективный метод с практическим уклоном.

— Силой бахать, деда? — тут же оживился Руди.

— Хватит называть меня «деда»… И да, силой, — кивнул Ларс. — Но не бахать.

Старик взял в руку кусок хлеба и разделил его на три части, отдав каждому по куску.

— Попробуйте наполнить хлеб силой, но не так, чтобы с него конденсат тьмы тёк или он сиял как новое светило, а чтобы от него едва заметно фонило вашей слой.

— Слушай, а если я переполню силой хлеб, он прорастет? — задумчиво уставился на хлеб воришка.

— Ты идиот? — посмотрел на него Ларс и со злостью спросил: — Как он прорастет? Семена давно мертвы и зажарены в печи!

Заметив довольную улыбку Руди, он тут же осёкся и втянул голову в плечи.

— Он плесенью покроется. Хлеб с дрожжами выпекают, чтобы пышный был. Вот эти дрожжи на нем и прорастут.

Ари тем временем попробовал сделать указанное, однако его хлеб резко вспыхнул ярким белоснежным светом, после чего осыпался крошками на стол. У Нами результат был похожим, но вместо вспышки хлеб окутался тьмой, в которой просто растворился и бесформенным куском сполз из рук.

— Чтоб мне до конца жизни Саракузкие интегралы решать, — пробормотал Ларс себе под нос, глядя на результаты работы учеников. — Судьба умеет шутить, когда просишь её о достойных учениках.

— Деда, а ты молил её о учениках? — тут же спросил Руди.

Его кусок хлеба моментально покрылся плесенью, которая принялась окутывать хлеб и переползать на его пальцы. Руди тут же выбросил кусок на пол.

— Когда-то я просил судьбу послать достаточно сильного ученика, чтобы не мучаться с развитием его дара, — пробормотал Ларс, недовольно сложив руки на груди. — И она услышала мои молитвы, но как всегда не забыла нагадить в бокал с молодым Свадийским вином.

— О чем ты? — хмурясь спросил Ари.

— О том, что силы у вас выдающиеся, а вот мозгов нет, от слова совсем.

— Деда, не зарывайся, — тут же пробормотал воришка, наблюдая, как плесень расползается по полу. Под его пристальным взглядом хлеб, окутанный светло-зеленой плесенью, начал двигаться. — Слушай, по-моему этот хлеб собирается сбежать.

— От такого дуболома, как ты? Не удивительно. Я бы тоже свалил, да вот… — проворчал Ларс и щелкнул пальцем по ошейнику. — Угораздило, как говорится.

Ари взглянул на Нами, затем на Руди, а потом уставился на раба-учителя.

— Знаешь… я думаю, что мы сможем вернуть тебе свободу, — произнёс парень. — Сразу после того, как ты решишь, что мы стали достойными учениками и полноценными магами.

Ларс недовольно хмыкнул и не отводя взгляда ответил:

— Я почему-то уверен, что я быстрее от старости сдохну, чем вы станете достойными учениками.

— Да ладно тебе, деда! Мечтал ведь о учениках! Тёмная, светлый и я!

— Особенно ты, — буркнул маг. — Если с этими я еще знаю, что делать, то тебя по-хорошему надо придушить, чтобы сам не мучился и других не мучал…

— Де-е-е-е-еда-а-а-а, — протянул Руди, отчего Ларс непроизвольно сжался.

Ари заглянул в пустую кружку с отваром, а потом протянул её Руди, который тоже уже допил свой.

— Руди, нальёшь ещё?

Воришка поднялся и потопал к очагу, а Ари нагнулся к старику и тихо прошептал:

— Я разрешаю тебе мстить Руди… Только без членовредительства и урона нашим целям.

Старик молча выслушал парня, взглянул на объект разговора и замер с каменным лицом, словно это его совершенно не интересует. Секунда, вторая и на его лице медленно, неторопливо возникла легкая, едва заметная улыбка.

— Объясни еще раз, — уже громко обратился Ари к Ларсу. — Нам надо силы в хлеб засунуть, но только чуть-чуть, так?

— Не обязательно хлеб, — кивнул раб-учитель. — Можно использовать даже камни вдоль дороги. Хлеб просто лучше всего реагирует на силу.

— И в этом весь контроль? — уточнила Нами. — Накачивать что-нибудь силой, но чуть-чуть?

— Это первый этап, — покачал головой Ларс. — Самый простой, которому одаренных учат с детства.

— А сколько этих этапов? — спросил подошедший с кружками Руди.

— Я на двести шестидесятом, но это я. Средней руки маг может рассчитывать на восьмидесятый… редко кто из магов берет сотый.

Ари взял деревянную ложку, лежавшую на столе, в миске и уставился на неё.

— Наполнить силой, — пробормотал он, стараясь сосредоточиться. — Только чуть-чуть…

Ларс сморщился от свечения и хмыкнул, обнаружив потрескавшийся столовый прибор.

— Мда… работы предстоит очень много.

* * *

— Ларс! — крикнул Ари, глядя на поля, расположившиеся вдоль ручья. — А ты знаешь, как сделать так, чтобы на полях был хороший урожай?

— М-м-м-м? — обернулся к парню задумавшийся старичок. — В теории да, но этим вопросом никто не занимался.

— Почему?

— Потому что дешевле нанять возниц и мужиков с лопатами, которые навозят коровьего дерьма и раскидают по полю, чем нанимать для этого мага.

— А если… если чисто из интереса? — спросил Ари и почесал голову. — Может жизнью поля наполнить?

— В теории можно пробовать что угодно, но это глупость, — фыркнул учитель-раб. — Жизнь будет для всех. И для сорняков, и для болезни культур. И для вредителей. Представляешь тлю размером с кулак?

— Тогда смертью землю обработать, — выдала идею Нами. — Чтобы всех паразитов и сорняков вывести.

— Ага и заодно уничтожить плодородный слой, — проворчал Ларс. — В почве живут много мелких живых организмов, которые дают пищу культуре. Где-то их больше. Там урожай выше. Где-то их меньше.

После нескольких секунд раздумий Ари спросил:

— А как бы ты подошёл к этому? Чтобы делал, если бы была такая нужда?

— Если бы у меня была нужда, то я бы купил зерна в Бравии. Но если нет, то… — тут старичок задумался и осмотрел поля вокруг.

Караван шёл по укатанной дороге, и несмотря на то, что небо было серым и пасмурным, виды вокруг были прекрасные.

— Я бы взялся за саму культуру, — кивнул в итоге Ларс. — Да. Думаю, работать надо было бы с ней.

— Это как?

— Менять землю — глупо. Земля есть земля. Слишком много у неё параметров, чтобы вычислять, что добавить или убавить. А вот неурожай от заморозков или жары — это большая проблема. Чтобы увеличить урожай, надо, чтобы он не погибал от катаклизмов. То есть с помощью магии и накачкой посевного зерна можно добиться постоянного урожая, которому будет не страшен холод, засуха или град.

— Интересно, — пробормотал парень и взглянул на руку, в которой лежал камень.

Он снова наполнил тот силой. В этот раз он не был похож на упавшую с неба звезду, но все еще ярко светился, отчего Ари только сморщился.

— Это хотя бы какой-то прогресс, — пожал плечами Ларс. — Второй день тренировок… я бы даже сказал, что отличный.

— Вот же… — донесся недовольный возглас Нами.

Парень сидевший на телеге обернулся к девушке и обнаружил ту с расстроенной миной. Её камень полностью поглотила тьма, отчего тот так же, как и хлеб, превратился в густой склизкий комок тьмы. Девушка сбросила его на дорогу и взглянула на возлюбленного, перед которым еще лежало пять камней.

— Держи, — улыбнулся Ари, передав ей камень.

— Для тьмы лучше подходит стекло, — кивнул Ларс. — Многие материалы чистая тьма при таких концентрациях просто растворяет.

Парень выкинул светящийся камень в траву у дороги и спросил:

— А почему Нами не может наполнять камень после того, как я его светом наполню?

— А почему ты не можешь налить в кружку эль, если в ней уже доверху вина? — съязвил старик.

— Так она ведь полная, — пожал плечами парень, а затем задумчиво уставился на камень. — Кажется, я понял.

— Помимо этого, есть еще один важный момент. Ваши стихии протагонисты. — Ты помнишь об индукции?

— Помню, — кивнул парень. — Получается, если мы вместе будем воздействовать на камень, он… окутается туманом?

— Для начала он шарахнет так, что будет хорошо, если останешься с глазами. А потом да. Потом будет много тумана.

— Лять!

Ари обернулся на соседнюю телегу, где расположился Руди. Для своих тренировок он использовал не камни, а ветки довольно колючего кустарника по совету Ларса.

При каждой попытке наполнить эти ветки, они резко пускали несколько ростков, выпускали листья и образовывали новые шипы, которыми Руди успешно ранил руки и матерился. Более того, ростки тут же покрывались корой и пускали новые молодые побеги. В итоге, за несколько секунд в руках воришки образовывался огромный куст, который ещё надо было выкинуть подальше от дороги.

— Можно ведь было взять другой куста, так? — улыбнулся Ари, наблюдая, как ругается друг и пытается выкинуть колючий куст подальше.

— Да, но так, по-моему, даже эффективнее, — кивнул Ларс и довольно улыбнулся. — Ну, и на душе приятно.

Дорога повернула и вышла к небольшому озеру. От неё шла небольшая тропа к поляне, на которой виднелись следы стоянки. Впереди, на головной телеги, послышался спор между Максом и торговцем. Наёмник был за то, чтобы заночевать тут, а торговец ворчал и пытался ехать дальше, аргументируя затратностью лишнего дня пути.

— Есть уже охота, — вздохнул Ари, наблюдая за прениями охраны и хозяина товара.

— Да, поесть было бы неплохо, — кивнула Нами.

Словно повинуясь мыслям начинающих магов, торговец спасовал в споре, и караван двинулся к месту стоянки.

Телеги втягивались на поляну, выстраивались в полукруг и готовились к ночлегу. Наёмники тут же организовали готовку еды на свой отряд, отдельно от торговцев. Засуетились молодые воины, отправляясь к ближайшему лесу за дровами.

Ларс был один из магов, отправившихся с воинами к лесу. И дело тут было не в дровах. Маг элементарно не мог себе позволить справлять нужду на людях, поэтому постоянно отходил к кустам.

Пока воины собирали хворост и искали валежник, старичок забрался в один из кустов, задрал мантию и облегченно выдохнул под журчание.

— Добрый вечер, профессор Ларс, — раздался голос.

Старик поднял взгляд и обнаружил перед собой молодого мужчину с яркими, голубыми глазами. После этого он опустил взгляд и понял, что мочится на его сапог.

— Хотел бы сказать, что это не специально и случайность, но… не буду, — заявил он, закончив свое дело.

— Вижу, вы в затруднительном положении, профессор, — стряхнув сапогом, произнёс собеседник.

— Я? У меня не бывает затруднительных положений, — хмыкнул старичок.

— Я тоже так сначала подумал, но заметив ошейник на вашей шее… на секунду усомнился, — без малейшей тени эмоций опроверг собеседник.

— Да? Зря. Что тебе тут надо, Гюш?

— Я тут за головами трех этих одаренных, — пояснил он и тут же добавил: — Не волнуйтесь. Мы сделаем все быстро и четко. Ваша жизнь в безопасности.

Ларс поджал губы, оглянулся назад, где караван устраивался на ночлег, и задумчиво пожевал губами.

— Я позаботился о вас, — добавил незнакомец и достал тонкую блестящую полоску металла. — Это даст десяток секунд на блокировку ошейника.

— Десять секунд — это очень много, — пробормотал он, принимая в руки артефакт.

— Достаточно, чтобы закрыть этот контракт, — кивнул Гюш. — Не волнуйтесь, я сделаю всё это быстро.

Глава 6

— Десять секунд — это очень много, — пробормотал старик, принимая в руки артефакт.

— Достаточно, чтобы закрыть этот контракт, — кивнул Гюш. — Не волнуйтесь, я сделаю всё это быстро.

Ларс молча поджал губы, еще раз оглянулся назад и покачал головой.

— Увы, коллега, они ещё не готовы.

— М-м-м-м? К чему?

— К вашей схватке, — вздохнул раб-учитель.

— Рано? — хохотнул Гюш. — Ты точно в уме? Это простой контракт. Не более того…

— Для тебя простой контракт, а для меня… — тут маг задумался и развёл руками. — Увы. Для меня это пусть и слабый, но шанс.

— Шанс? На что? Ларс, я знаю, что ты очень привередлив в учениках, но на тебе ошейник. Ты — раб. О каком шансе ты говоришь?

— Ты очень предвзято относишься к статусу людей, — хмыкнул старичок. — Именно по этому все твои ученики — посредственности.

— Не всем везёт на одаренных, — поджал губы Гюш. — Да и тень слишком редкая грань тьмы, чтобы было из кого выбирать.

— А ты пробовал поискать среди убийц? Среди воров и отребья?

— Ты с ума сошел? Учить эту чернь?

— Чернь… — поджал губы Ларс. — Дворяне, чернь… кровь одинаково красная, что у тех, что у других…

— Ларс, послушай себя. Сейчас ты сравниваешь отребье, выживающее на улицах, и чистую дворянскую кровь. Ты в своём уме?

— Я — да. А вот ты пытаешься есть устриц, связав руки у себя за спиной. Есть получится только те, что открыты, — старик указал за спину, где расположился караван. — Там трое учеников, которые имеют такой объем, что многим не снилось. Один сумел воспроизвести удар чистой стихии по технике мыслей за какие-то полчаса. Ты понимаешь, что это значит?

— Везение?

— Нет. Это значит талант. Талант, который я не видел ни в одном дворянчике, что водили ко мне благородные родители. Как на смотрины. Я достаточно обеспечен и влиятелен, чтобы посылать их лесом, а ты?

— Иногда у меня не было выбора, — хмыкнул Гюш.

— А у меня был. Потому я так и был без учеников.

— Был…

— Был, — кивнул старик.

Маг вздохнул, взглянул на стоянку каравана и задумчиво произнёс:

— Мы, конечно, друзьями не были, но я тебя понимаю. Однако… контракт.

— Деньги? — хмыкнул Ларс. — Тебя серьеёно до сих пор интересуют деньги?

— Не сказать, что сильно, но да. В них бывает нужда, — кивнул в ответ собеседник, задумчиво глядя на появившееся свечение у одного из костров. — Слушай, это ведь свет?

— Да. Это как раз тот талант, о котором я говорил. Чистый свет.

— А кто еще? Я слышал, что там есть тёмный.

— Темная. И дар у неё не меньше, но с ней сложнее. Бывшая рабыня из Картара.

— Рабыня, — задумался Гюш. — А третий?

— Маг жизни. Редкостный засранец и разгильдяй, но… он вообще что-то непонятное.

— Почему?

— Он мёртв.

— В смысле? — уставился собеседник на него.

— В прямом. Это нежить с даром жизни. Я не совсем понимаю, как это произошло, и отвечать он не торопится, но сердце его не бьётся. Дышит он тоже, только когда надо говорить.

Гюш сложил руки за спиной и задумчиво взглянул на Ларса.

— Очень необычно, — пробормотал он.

Возникла небольшая пауза. После нескольких секунд тишины раб-учитель предупредил:

— Я не дам тебе выполнить контракт, ты ведь это понимаешь?

Он протянул старому знакомому металлическую пластину.

— Понимаю, — кивнул Гюш. — Я же не дурак. Тень против тебя… это как с прутиком против мечника. Я надеялся выключить мастера Ларса из этого боя.

— Что же, я рад, что ты не безрассудный молодчик… Не то, что нынешняя молодежь.

— Последний выпуск из академии магии Свадии слишком самоуверен, — авторитетно кивнул собеседник. — Придётся отложить этот контракт.

— М-м-м-м… И все же спрошу, — задумчиво произнес Ларс. — Сколько пообещали за их головы?

— Восемь сотен золотом, — ответил маг теней.

— Восемь сотен? Действительно?

— Ну, а что ты хотел? Это же не маги, не дворяне. Всего лишь одаренные. К тому же, никто пока не знает, что с ними вы, и на вас ошейник. Думаю, сразу после этих новостей цена взлетит раз в пять минимум.

— Я не про цену за их голову. Я про твои финансы, Гюш. Ты работаешь за восемь сотен золотом? Ты же лучший убийца этого континента!

— Мне очень приятно слышать эти слова, тем более от тебя, но у всех бывают плохие времена, мало работы, затраты… долги в конце концов.

Ларс понимающе покивал головой.

— Да, тяжелые времена бывают у всех, и от них нельзя зарекаться.

Старик обернулся к каравану и взглянул на то, как Ари относит очередной наполненный силой света камень подальше от стоянки, оставляя его на расстоянии, образуя что-то вроде освещенного периметра лагеря.

— Знаешь, Гюш. У меня есть пара тайников, — произнёс он и сформировал на руке небольшой сгусток силы. — Сколько у тебя долгов?

— Сотни на три, — пожал плечами маг.

— Этот тайник под Альмой. Недалеко есть село, под названием Крутое. Тайник у старого дуба. Массивный, раскидистый, он у перекрестка, где дорога поворачивает на Альму. Это ключ.

Из сгустка силы образовался небольшой медный медальон, который Ларс протянул коллеге.

— Ключ покажет, где непосредственно тайник.

Маг теней принял медальон и задумчиво поднял взгляд на старика.

— Это… это очень странно…

— Жизнь вообще очень странная штука, — Ларс обернулся к собеседнику: — Можешь считать, что я перекупаю твой контракт.

— Маг в рабском ошейнике перекупает контракт наемного мага убийцы, — хохотнул Гюш. — Жизнь, действительно, очень странная штука.

— Я бы хотел тебя попросить не распространяться о ситуации у этих одаренных, но… Я так же понимаю, что если те, кому ты должен, захотят узнать, они узнают. Просто… просто придержи эту информацию насколько сможешь. Это не приказ и не условие. Просто просьба.

Ларс вздохнул и молча направился к стоянке.

Он шёл к стоянке, наблюдая, как Ари раз за разом пытается наполнить камни силой так, чтобы они хотя бы перестали светиться. У костра, на бревне, сидела Нами и занималась тем же самым. У ее ног лежала уже приличная куча черной слизи. Руди же с руганью продолжал возиться с побегами, но в этот раз он не спрашивая взял ветку кустарника без колючек. Образовавшиеся кусты он бросал в костер.

— Если Свадийская академия может научить зарвавшихся дворянчиков основам, то и я смогу, — пробормотал себе под нос раб-учитель, идя к своим ученикам.

Шёл он прямо, выпрямившись и расправив плечи.

В душе вместо скуки и раздражение появилось давно забытое чувство азарта, уверенности и желания работать.

— Деда! — раздался крик Руди, махавшего рукой учителю. — Смотри, что у меня получилось!!!

В руках у воришки была огромная ветка неизвестного кустарника, которая умудрилась зацвести из-за влитой в нее силы.

— Свадия учит дебилов, значит, и я смогу, — вздохнул старичок.

* * *

— Грязно сработали, — буркнул Макс, глядя на лежащие в канавах трупы.

Ари хмуро оглядел место боя и спросил:

— Кто?

— Лихие, — хмыкнул главарь наемников. — Серьезные люди так не работают. Смотри туда…

Парень взглянул в указанное место и обнаружил у края дороги труп лошади, в которой торчало несколько стрел.

— Древки видишь? Это стрелы. Не болты. Значит работали из луков. Лук, конечно, вещь удобная, но стрелы вошли не глубоко. Едва в мясо вошли. Потому их столько и торчит. Если бы не та, что в глаз угодила — хрен бы они её сразу успокоили.

— Зачем её сразу?

— Затем, что первую телегу надо остановить. Тогда караван ходу дать не сможет. По уму еще и заднюю телегу надо было остановить, но тут или стрел не хватило, или мазали безбожно. Да и били из дерьмовых луков. Самопал какой-нибудь.

— Почему?

— Вошли неглубоко.

— А если издалека?

— А откуда тут бить издалека? — хмыкнул наемник. — Лес кругом. Чуть ветер дунет и стрелу твою веткой дёрнет. Получается, били почти в упор, а из мяса наконечник видать.

Ари оглянулся назад и спросил:

— Выследить получится?

— Может, — пожал плечами Макс. — А смысл? Они на этих телегах уже хорошо дёру дали. Могли в деревне какой укрыться, а могли и на тракт уйти, торгашей изображая. Да и не изловом лихих занимаемся. Нам до границы Свадии рукой подать.

— Надо, — буркнул парень и отправился к телеге, на которой ехали друзья.

— Долго стоять будем? — спросил Ларс, косясь на кусты.

— Тут бой был. Макс говорит, что скорее всего тут лихие были, — пояснил Ари и взглянул на раба-учителя. — Я хочу лихих этих поймать.

Маг вскинул брови и спросил:

— Зачем?

— Чтобы такого тут больше не было, — твёрдо ответил начинающий маг света.

— Такое всегда будет. Помимо отребья, что живет чужой смертью, есть еще и местные. Будет голод и неурожай, они будут действовать так же. Ты вообще уверен, что это именно лихие, а не крестьяне на дорогу вышли?

— Как бы там ни было, за смерть чужую надо ответить, — продолжал давить парень.

Ларс взглянул на Руди и Нами.

— Мокруха дело гнилое, — кивнул воришка. — Я в деле.

— Я тоже, — кивнула девушка.

— Ну, раз вы решили в этом участвовать, то я не против.

— И ты тоже, — надавил Ари.

— Вот уж нет, — покачал головой маг. — В этом будете участвовать именно вы. Вы ведь помните, что вам учиться надо.

— В смысле? — нахмурился парень.

— В прямом. Сегодня у нас практические занятия по магии крови, — поднялся Ларс и с кряхтением спустился на землю. — Нам нужно найти следы крови нападавших. И чем больше вы будете думать и слушать наёмников, тем меньше наши поиски будут заканчиваться трупами. Они хоть и дуболомы, но в этом понимают больше вас.

Старик потянулся и оглядел учеников.

— Худо-бедно удар чистой стихией вы освоили, — произнёс он.

— Я еще не очень справляюсь, — буркнул слезший с телеги Руди.

— Я уже смирился, что ты квинтэссенция идиотизма, — кивнул Ларс.

— Кто?

— Что у тебя плохо получается, — тут же с улыбкой добавил маг.

— По-моему, он снова меня обозвал, — прищурился воришка. — Можно я его тресну?

— Не время, — покачал головой Ари.

— Согласен. Надо быстро создать заклинание поиска по крови и покинуть это место, — кивнул раб-учитель. — Трупы вчерашние и по такой погоде через пару часов будут жутко вонять.

Нами спустилась с остальными и спросила:

— Нам нужна только кровь?

— В идеале нам нужен металл, на который попала кровь, но если найдете её хотя бы на земле в достаточном количестве, можно обойтись и ей.

Ари отправился к Максу, за ним поспешила девушка, а Руди остановил маг.

— Ты мне понадобишься для другого, — пояснил он.

— Чего это?

— Твоя сила лучше подходит для поиска живых, — пояснил старик.

— Моя?

— Да. Если бы я искал трупы или нежить, то остановил бы Нами, — хмыкнул раб-учитель, после чего поднял с земли ветку. — Смотри сюда. Работать будем с мёртвым деревом.

— А почему с ним?

— Дерево, потому что это идеальный походный вариант для того, чтобы работать с жизнью. Нет, было бы прекрасно, если бы у нас был малахит, но чего нет, того нет.

Старик слегка нахмурился и уставился на ветку у себя в руках. Под его взором она начала утолщаться и сбрасывать кору. Спустя несколько секунд в руке у Ларса был небольшой деревянный шар.

— Ловко, — хмыкнул Руди.

— Не иметь своей стихии иногда очень полезно, — кивнул маг. — Теперь смотри сюда. На сфере должны быть вот такие знаки.

— Треугольники и овалы?

— Да. Это принципиально важно. И форма, и место, и размер. Всё это напрямую влияет на то, какой четкости будет поиск.

— Четкости?

— Насколько подробно ты узнаешь о цели, и насколько точно будет показывать заклинание.

— И что мне с этой деревяшкой делать? Только не говори, что в голове представлять! Я еще не научился.

— Поэтому такому бракованному экземпляру, как ты, я и предлагаю не представлять её в голове, а наполнить готовую сферу силой, — кивнул Ларс. — Только не так, как было вчера.

— Как с утра?

— Можно и так, — сморщился раб-учитель, вспомнив, как тот смог добиться роста всего пары побегов, без образования ствола и целого кустарника в руках.

— И всё?

— Для тебя всё, — кивнул маг и отдернул руку от воришки. — Не сейчас. Сначала надо пометить эту сферу кровью искомого.

Обернувшись, Ларс обнаружил Ари с Нами, которые направлялись к нему с обламной стрелой и двумя небольшими клинками. один был обломан, а второй был больше похож на примотанную к палке косу.

— Ну, вот и кровушка, — хмыкнул Ларс и с улыбкой взглянул на Руди. — Кто бы мог подумать, что у рабства есть свои плюсы.

— О чем ты? — хмуро спросил воришка.

— Думаешь, мне кто-нибудь бы дал работать с кровью в городе? — фыркнул маг.

— Мы пока в Свадии и…

— Я раб и меня заставили, — поднял руки старичок, после чего хлопнул в ладоши и потёр руки. — Итак, на чем мы остановились?

* * *

Ларс сидел в плотной мантии с капюшоном, которая скрывала его шею, и с удовольствием потягивал вино с пряностями.

Зал постоялого двора был полон народа. В него стеклись охрана и извозчики с обеих караванов. Несмотря на то, что было, откровенно говоря, тесновато, народ был достаточно раскован. Наёмники общались, играли в кости и с удовольствием потягивали местные напитки.

— Если они хабар уже спихнули, то хрен мы докажем, что это они, — проворчал Макс.

— Докажем, — недовольно ответил Ари, ковырявший в тарелке с гороховой кашей ложкой. — Никто не уйдёт.

— А ты что скажешь? — спросил наёмник мага.

— М-м-м-м? Всё будет так, как сказал мой хозяин, — довольно улыбаясь, подтвердил Ларс, и заметив скепсис на лице главы охраны, пожал плечами: — Раб я или кто?

— Вы хоть план продумали? Нас-то в известность никто не поставил, — проворчал Макс. — Да и наёмники выглядят не лихим сбродом. Оружие справное, видно, что носить умеют.

Раб-учитель оглянулся и с улыбкой уставился на Макса.

— А кто тебе сказал, что этот караван и есть те, кто устроил разбой на дороге?

— А кто?

— Думай, наёмник. Думай. Для вас это полезно. Чем больше думаешь, тем дольше живешь.

— В бою будешь долго думать — головы на раз лишишься. Чем потом думать?

— Если бы ты ей чаще пользовался, а не складывал в неё еду и пиво, то в бою бы не пришлось участвовать, — причмокнул губами раб-учитель.

Макс насупился и спросил:

— А остальные-то чего на улице ждут? Где та дев… Нами и кучерявый тот?

— Заняты своим делом, — ответил Ари.

Наёмник недовольно насупился и принялся оглядывать зал. Взгляд в очередной раз скользнул по незнакомым воинам из Бравии, затем на его ребят. В груди заныло от понимания, что с такими противниками бой выйдет жесткий. Несмотря на алкоголь и добрую обстановку в зале, те держали оружие рядом. Никаких споров, никакой ругани, всё спокойно, но клинки никто далеко не убирает.

Затем его взгляд зацепился за зад местной поварихе, которая вынесла огромный котёл с похлебкой и поставила его на стол, рядом со входом. Дверь открылась, и в проёме показался прихрамывающий мужчина, несший ведра, по всей видимости, с водой.

Взгляд тут же соскользнул на фигуру хозяина заведения, который закатал рукава и принялся насыпать по мискам похлебку. Руки были в шрамах. Точно таких же, как у самого Макса, не раз получавшего ранения из-за клинка противника, что соскальзывал с гарды. Перекошенная фигура трактирщика подлила масла в огонь подозрений. Таким же остался один из его отряда, получивший сильнейший удар по спине. Он чудом выжил, но так и остался перекошенным.

— Хромой на кухне, с повязкой на ноге, — пробормотал Макс. — А трактирщик бывший наёмник.

— Совершенно верно, — кивнул Ларс, и отхлебнув пряного вина, скосил взгляд на Ари, который слегка откинулся на стуле и наблюдал за артефактом, лежащим на его коленях. — И тебя не удивило, что у черта на куличках, в каком-то постоялом дворе, есть гвоздика? А душистый перец?

— Идут, — произнёс Ари, смотря на кроваво-красные точки на артефакте, которые начали сдвигаться и увеличиваться.

— Рано, — покачал головой старичок. — Нас попытаются взять только после того, как трактирщик покинет зал.

— Сколько их? — тут же подобравшись, спросил Макс.

— Десятка два-три, не больше, — пожал плечами маг.

— Мы их под орех разделаем, — попытался успокоить себя наёмник.

— Они же не дураки, чтобы устраивать тут бой по правилам, — хмыкнул старичок. — Они займут позицию с луками перед входом, за телегами. Затем трактирщик выйдет на кухню. Дальше будет два варианта. Либо они заблокируют кухню и будут ждать, пока мы не выйдем, чтобы нашпиговать нас стрелами, либо… Забросят сюда какую-нибудь жутко вонючую штуку. Что-нибудь типа подожженной болотной «висельки». Знаешь такую?

— Вонючая дрянь, от которой глаза слезятся, — буркнул наёмник и взглянул на дверь в кухню. Из нее показалась женщина.

Она подошла и сказала что-то трактирщику. Тот кивнул и отправился за ней.

— А дальше всё просто. Мы с вами в слезах выбегаем на улицу, где нас, как ежей, истыкают стрелами.

— Больно хорошо ты их план знаешь, — буркнул Макс и проверил медальон на груди.

— Будь я на их месте — сделал так же, — кивнул Ларс.

В этот момент дверь на кухню приоткрылась и с неё в зал залетел ком какой-то сухой серой травы, тут же начавший жутко дымить.

— А вот и виселька, — кивнул Ларс. — Ари, можно начинать!

Глава 7

Мужчина с шрамом через лицо взглянул на выбежавшего из дома пузатого мужика и обернулся к своим.

— Готовсь!

Разодетые в простую и местами неоднократно залатанную одежду разбойники подняли луки и натянули стрелы.

— Сразу все не бейте, как я говорил! Пятерками!

Потекли томительные секунды. Пять, десять, двадцать…

Из дома так никто и не показался.

— Слышишь, Люк, — раздался вопрос одного из лучников. — Че-то не то…

— Заткнись, — рыкнул главарь.

Глаза взволнованно метнулись к двери, из которой вышел трактирщик. Из неё показалась молодая темноволосая девушка. Она вышла и уставилась на них хмурым взглядом. За ней вышел высокий кудрявый парень, но вместо побега он прислонился к стене и сложил руки на груди.

— Старшой, а че делать?

Люк на пару секунд растерялся, но быстро поменял цель и указал на девушку, сосредоточенно бормотавшую себе что-то под нос.

— Валите суку!

Перед молодой особой на секунду возник небольшая черная точка, размером с кулак. Не успели засвистеть стрелы, как из этой тьмы в них ударил темный луч. Достигнув тела одного из членов шайки, он пронзил его насквозь и остановился, войдя в другого.

— БЕЙ! — заорал во всю глотку главарь разбойников.

Засвистели стрелы, но вопреки всему, каждый поднявшийся в небо кусочек дерева, на лету пускал побеги и превращался в обычные ветки деревьев. За спиной Нами Руди, сжав кулаки, создавал свое первое заклинание.

Тем временем черный луч, пронзивший пару бойцов, резко выстрелил в стороны отростками, в один приём пробив еще троих воинов.

В воздух взлетело еще несколько стрел и раздался крик:

— МАГИ! БЕЖИМ!

— Стоять суки! — заорал Люк, прекрасно понимая, что от магов убежать не получится.

Двое из шайки рванули к лесу, но тут из харчевни вывалились наёмники.

Часть из них была окутана разноцветными коканами от защитных амулетов, часть сияла, как свет, но разбираться они не стали. Воины с оружием на изготовку тут же метнулись к противникам.

Завязался бой, послышались истошные крики, а сами разбойники попытались сбежать.

Во всей это вакханалии, поджав губы, из дома вышел Ларс. Сложив руки за спиной, он подошёл к Нами и довольно кивнул, глядя на её луч тьмы.

— Неплохо, — кивнул он. — Я ожидал худшего.

Он взглянул на тела разбойников, висевших на лучах тьмы и кивнул в их сторону.

— Пойдем, я покажу, где ты ошиблась.

Девушка взволнованно взглянула на точку тьмы, а затем на раба-учителя.

— Не бойся. Пока ты не втянешь силу, это не развеется, — хмыкнул он и направился к убитым тьмой. — Среди ковена одно время любили модификации этого варианта стихийного удара тьмой. Воспринимали подобно распятию.

Девушка взглянула на наёмников, которые уже вломились в лес, догоняя противников. На земле, по дороге в лес, уже лежало около десятка трупов.

— Итак. Первое и самое главное то, о чем я вам постоянно талдычу, — вздохнул старичок, указывая на первого пронзенного разбойника. То, что бой еще продолжался, его ничуть не смутило. Как и Руди, пристроившийся позади девушки. — Контроль, девушка. Именно контроль! Вы переусердствовали, и ваш луч пронзил первую жертву и слава богу вошёл во вторую. Ваш тетраэдр оказался слегка кривоватым, и от этого заклинание после вашей активации второй ступени ударило не двадцать семь ответвлений, а всего пять. Я видел ваше заклинание. Небольшая кривизна, всего несколько градусов из-за слабой стороны и вуаля! Эффективность падает в пять раз. Понимаете, о чем я?

— Да, но… — тут Нами смутилась и взглянула на Руди. — Мне казалось он ровный.

— Именно казалось. Для того, чтобы больше не оказываться в подобной ситуации, мы и будем с вами изучать основы геометрии, — кивнул старичок. — Вообще, первое боевое применение вашего заклинания можно считать успешным. Они были достаточно перепуганы и не стали продолжать бой.

— Деда, а ты видел, что я сделал со стрелами? — тут же подал голос Руди.

Старик взглянул на воришку и кивнул.

— Видел, но делать эти жерди из стрел не стоило, — указал он на валявшиеся длинные палки, пустившие побеги. Парочка из них необъяснимым образом уже пустила корни. — Да и мне хотелось бы увидеть твои руки.

Руди пожал плечами и снял перчатки, под которыми обнаружились синюшные пальцы.

— Ну, с лечением уходило больше, — пожал плечами парень.

— Дело не в лечении, — покачал головой Ларс. — Дело в том, что ты расходуешь силу, совершенно не заботясь о том, что она когда-нибудь может просто закончится.

— Так восстановится…

— А если нет? — наклонил голову Ларс. — Если случится так, что тебе надо будет выложиться так, как не выкладывался никогда? Что если будут умирать друзья, а ты всю силу извёл? Тогда ты либо осыплешься пеплом окончательно, либо останешься сухой вонючей мумией до конца своих дней.

— Мумией не очень, — буркнул Руди.

— То есть окончательная смерть тебя не очень пугает, — хмыкнул маг.

— Есть такое немного, — кивнул воришка.

— Поэтому с тебя спрос отдельный. Тебе надо учиться использовать силу так, что…

— О, деда! — воскликнул воришка, перестав слушать мага. — Трактирщика тащат!

— Не называй меня деда, — буркнул старик и взглянул на Макса, который тащил за ноги связанного мужчину. — И вообще, ты слышишь, о чем я говорю?

— Слышу, деда, слышу… — махнул рукой Руди. — Пойдем. Вон и Ари идет.

* * *

— Бились вместе, значит, и товар на всех, — держа руку на рукоятке, произнёс глава наемников из Бравии.

— Бились-то вместе, но если бы не маги наши, то взяли бы вас тепленькими и утыкали, как ежей иглами, — хмыкнул Макс. — Товар наш!

Бравиец кинул взгляд на четыре телеги, доверху груженые дорогим товаром, и недовольно вздохнул.

— Так не делается, — выдал он. — Рука об руку бились, а вы нас с кушем бросить хотите? Не пойдёт. Делим на всех. Наши мечи тоже кровью умылись.

— Не пойдёт, — произнесла Нами, стоявшая за спиной бравийца. — Как угодно считай: хоть по убитым, хоть по делам. Товар наш. Без нас кровью бы умылись, если бы вообще смогли живыми отсюда уйти.

Наёмник обернулся и обнаружил девушку, стоявшую перед ним с тьмой в глазах. Рядом с ней стоял молодой парень со светящимися кулаками и воришка, показательно наполнявший травинку силой.

— Если бы мы в том зале сидеть остались — слова бы не сказал, — покачал головой наёмник, всем своим видом стараясь скрыть волнение, которое у него появилось от вида проявления силы. — Но раз уж и мы кровь этих уродов взяли, значит, и хабар делим на всех, как положено. Не знаю, как у всех свадийцев, но за Волков свадийских слыхал, что чтут наёмничьи законы. Кровь пустил, одно дело делал — изволь делиться.

Макс кивнул и развёл руками, подтверждая слова своего коллеги.

— Ну, если мы уж вспомнили законы наёмников, — подал голос Руди, выкинув пучок травы, выросший у него из травинки. — То давайте вспоминать все.

Руди обернулся к Ари и Нами, после чего незаметно им подмигнул.

— Итак. Если мы будем вспоминать уклады наемников, то должны помнить правило — доля мага свята. А это, простите, две пятых от заработка, — развёл руки воришка.

Бравиец нахмурился и обернулся к Максу. Тот быстро понял затею, и горестно вздохнув, кивнул.

— Доля мага — свята, — кивнул глава наёмников. — Тогда остальное мы поделим на наёмников и разделим…

— И потащите на горбу? — хмыкнул Руди. — Нет, дело ваше, но там по сути только сандал, шелк и специи. Это везут из Картара, дальше на восток. Вы хотите везти это в Свадию? Не поймите меня неправильно, но… Это не самый мудрый поступок.

— Мы можем взять деньгами, — уже прикидывая потери золота в голове, произнёс глава чужого отряда.

— Да, но цены, как в Бравии, мы не дадим.

— Это почему? Вы ведь все равно в ту сторону едите!

— Потому что нам это еще тащить. Лошадей лишних нет. Те, что в стойлах, все раненные. Кто их лечить будет? Я? Бог с ними, с лошадьми. Кто-то еще должен довезти товар, защитить, найти торговца и не продешевить.

— С вами торговец и…

— И он редкостный жмот, — кивнул Руди. — Не думаю, что ваш не жмётся за каждую копейку. А это значит, что ни один возница, ни те пацаны-конюхи, ни его помощник не станут нам помогать, и ни одного мотка шелка к себе на телегу не положит. Добычу-то мы делим между собой.

— Можно ему же товар и продать, — сделал предложение бравиец.

— Можно, но я скажу честно — золотишка у него немного. Монет пятьдесят, не больше. А это значит, что он и трети за товар не отдаст. А я же предлагаю ровно половину от стоимости товара.

— Торговец без денег — не торговец…

— Торговец с большими деньгами, везущий товар — мёртвый торговец, — парировал Руди. — Соглашайтесь, лучшего предложения найти не получится. Вы без единой царапины, с деньгами продолжаете заказ. Идеальные условия!

Бравиец недовольно взглянул на магов, затем на подошедшего старика и сжал рукоятку меча.

— Даже не думайте, — хмыкнул Ларс. — Ваши медальоны только против идиотов годятся.

Он кивнул в сторону Нами и добавил:

— Она вас на голой силе раскатает.

— Хорошо. Половина цены в Бравии от нашей доли, — недовольно буркнул наемник.

— Зря вы так относитесь, — хмыкнул Руди. — Легко пришло, никого не потеряли. Легкие деньги!

Бравиец недовольно глянул на Руди и кивнул.

— Легко пришло, легко уйдёт…

* * *

— Неплохие деньги, — хмыкнул воин, заглянув в кружку с пенным напитком. — Пять золотых только за поход до Бравии!

— Если бы магов этих не было — хрен бы мы так отвертелись и столько заработали, — хмыкнул его собеседник.

Двое из отряда Волков сидели за столом в заведении, который командующий выбрал как место временной дислокации. Здесь же остановились и комания начинающих магов и раб-учитель.

— Так оно, — кивнул воин. — Но девка та все равно шибко красивая.

— Это ты к чему?

— К тому, что ей детей рожать надо, а не по дорогам с нами таскаться.

— Больно ты знаешь, как магам жить, — фыркнул собеседник. — За собой бы приглядел. Ни кола, ни двора, ни семьи… Пропиваешь всё.

— Чей-то сразу пропиваю? У меня заначка есть, — проворчал наемник. — Я на землю и дом коплю! А то, что пью, так это из-за безделья…

Спор между двумя наёмниками продолжился, но внимания на него никто не обратил. Отряд отдыхал, выпивал и расслаблялся как мог. Кто-то усвистал к шальным девкам, кто-то предпочитал продажным женщинам хороший эль, а кто-то пытался понять, как худощавый маг жизни с кудрявой шевелюрой постоянно умудряется выкидывать нужные ему кости.

Во всем этом гвалте в зале сидел задумчивый Макс. Он смотрел на сидевших перед ним Ари и Нами.

— Уговор есть уговор, — недовольно произнёс он, вертя в руках одну из золотых монет.

Перед командующим лежала стопка монет, полагающаяся отряду. Количество монет радовало, но вот то, что план по поездке в Семурские леса полетел коту под хвост, его жутко расстроило.

— Мы планировали отправиться к Стальному хребту, но… планы изменились. Дальше мы сами, — ответил Ари.

— И куда сейчас? — спросил глава наёмников.

— Тебе не стоит этого знать, — покачала головой Нами. — Нам так спокойней, а тебе… тебе оно ни к чему.

— Мы могли бы двинуть вместе, — пожал плечами Макс. — И нам приработок, и вам помощь. Отрядам с наёмниками платят в разы больше, а вы… Пусть я и ошибся в своих выводах, но вы ребята не промах. Да и старик этот… Он же вас учит, так?

— Нет, — покачал головой Ари. — Нам надо затеряться. Дальше мы только сами.

Глава наёмников вздохнул, сгрёб золотые монеты со стола и убрал его за пазуху.

— Жаль. С такими магами можно иметь дело.

Ари хотел съязвить по поводу того, хочет ли он иметь дело с такими наёмниками, но поймав хмурый взгляд возлюбленной, не стал нарываться.

— Дело сделано, — пожал руку парень. — Дальше мы сами.

— Как знаете, — кивнул Макс.

Нами и Ари поднялись из-за стола.

— Но если вам нужна будет помощь наёмников… — произнёс глава отряда. — Мы будем ближе к Шельцу. По крайней мере, планировали там задержаться.

— Буду иметь в виду, — кивнул Ари.

Девушка с парнем подошли к столу, из-за которого встал Руди. Сидевшие рядом наёмники недовольно заворчали, но никто не стал останавливать ушлого воришку, забравшего свой выигрыш в карман.

Оказавшись на улице, где их уже поджидал Ларс с увесистым мешком, они отправились вдоль улицы.

— Где остановимся? — спросил Руди, довольно ощупывая карман с монетами. — Скоро стемнеет и…

— И нам лучше убраться от этой деревни подальше, — ответил маг.

— Деда, так-то это город и…

— Какая разница? — фыркнул Ларс. — Надо понимать, что этот наёмник не имеет ни одной причины, чтобы не настучать о нас тем, кому хотелось бы заполучить ваши головы.

— Деда, ты, конечно… — начал было Руди, но его оборвал Ари.

— Думаешь, сдаст?

— Не вижу причин этого не делать, — кивнул раб-учитель. — Вспомни, что он сделал, когда мы встретились. А теперь ему за это еще и заплатят.

— Уходим, — кивнула Нами не отпуская руку возлюбленного.

— И что? Ночевать в лесу? — проворчал Руди. — Так-то небо хмурое. Как бы не ливануло.

— Лучше ночевать в лесу под дождем, чем сражаться с серьёзным противником, — фыркнул старичок. — Не исключено, что обо мне уже знают, и одиночек никто посылать не будет… И хватит называть меня «деда»!

* * *

Ларс взглянул на посапывающего Руди, лежащего под навесом, который тот сделал из веток и плотного кожаного плаща, и недовольно проворчал:

— Вот ведь накаркал!

Отряд расположился в густой роще, располагавшейся в часе ходьбы от дороги. Ари как обычно лежал в обнимку с девушкой, которая прижималась к нему. Руди лежал на отдельной подстилке, укутавшись тёплым одеялом из шерсти.

Ларс проснулся первым от попавших на лицо капель воды. Это оказался ночной, слабый дождь, но под прохладным ветром он ощущался достаточно противным, чтобы полностью выгнать из головы старика мысли о сне.

— Мерзость-то какая, — недовольно проворчал маг, и подкинув несколько веток в угли, создал легкий поток ветра, который раздул их и заставил весело затрещать. — Ну? Долго будешь делать вид, что мимо проходил?

Ларс поднял взгляд на тьму, скопившуюся у густой ели. Из неё спустя несколько секунд вышла тёмная фигура. Она подошла к разгорающемуся костру и села напротив раба-учителя. Спустя несколько секунд покров растворился.

— Только не говори, что не нашёл тайник, — хмыкнул Ларс, глядя на сидящего перед ним Гюша.

— Тайник на месте, и долг я закрыл, — улыбнулся маг теней. — Спасибо. Это очень выручило, но…

— Но?

— От контракта отказаться не получилось.

— Даже так? — хмыкнул Ларс, и сделав движение пальцами, тут же запустил больше десятка поисковых заклинаний.

— Я пришёл один, — тут же покачал головой Гюш.

Ларс раздумывал несколько секунд и спросил:

— Ты ведь сам прекрасно знаешь все расклады. Что они тебе пообещали, что ты всё же решил закрыть контракт?

— Тут надо задавать другой вопрос. Чем они мне пригрозили?

— Даже так? — хмыкнул старик. — И чем же?

— Смерть, контракт на мою голову, полный и бесповоротный вынос всех моих дел в свет.

— Я думал, там и так все всё знают.

— Все всё знают, но инквизиция раньше закрывала глаза на это, но сейчас за меня возьмутся.

— Припёрли к стенке, — кивнул раб-учитель. — Понимаю и не осуждаю тебя, но… получается, что ты просто выбрал того, кто тебя убьёт?

— Да. Я долго думал об этом, — кивнул он. — Но…

Тут Гюш умолк. Ларс с улыбкой взглянул на него и принялся рассказывать:

— Мой учитель был стар. Очень стар. Я вообще не особо понимаю, как он так долго продержался, но суть не в этом. Он все время ворчал и причитал о том, что раньше было лучше. Дворяне знали что такое честь. Ученики были способнее и сообразительнее. Сила у них была не чета нам и прочее, прочее, прочее… Он мог так ворчать часами.

— Как знакомо, — улыбнулся маг теней.

— Меня это жутко бесило, но я уважал старика, потому что никто даже рядом не мог встать с его мощью, силой и умениями.

— А ты?

— И я не мог… И не могу… И вообще на вряд ли когда-нибудь смогу.

— К чему ты это?

— К тому, что раньше магов учили всех. Не чурались никем. Одаренных было мало, и каждый был на счету, а сейчас?

— Полно идиотов, — вздохнул Гюш.

— Мы учим только тех, у кого есть деньги и влияние. А эти люди зачастую не отличаются сообразительностью. В академиях почти та же ситуация. У кого есть деньги на обучение, тот и учится. Ну, а остальные… — Ларс вздохнул и добавил: — Представляешь, мне пришлось больше пятидесяти лет искать достойного ученика. Запросы с каждым годом падали, а ученики становились всё тупее и тупее. Про дар уже и говорить нечего. Маги в дворянах вырождаются…

— Это так, — кивнул маг теней.

— Если совсем недавно на простолюдинов с даром всем было плевать, то сегодня… Сегодня сильных одаренных уже пытаются убить.

— Да, и мой контракт этому пример, — хмыкнул Гюш.

— Это так. Жаль, что нам придётся это так закончить…

Лучший убийца империи поднял взгляд на раба-учителя и произнёс:

— Вообще-то я пришел сюда не умирать. У меня есть идея.

— М-м-м-м? — вскинул брови Ларс. — И что же ты придумал?

— Ошейник. Такой же, как у тебя. У них есть еще один?

* * *

Глава 8

— Ну, я бы сказал, что это всё больше похоже на театр абсурда, — усмехнулся Ларс. — Сам посуди. Сильнейший маг и опаснейший убийца внезапно пропадают после контракта за головами троицы одаренных. Проходят дни, а вестей нет. У многих появятся вопросы, а когда узнают, что на нас рабские ошейники, то…

— Раньше. По крайней мере, про меня, но это будет раньше, — хмыкнул Гюш.

— М-м-м-м? Почему ты так решил?

Старичок взял в руки белый отшлифованный камешек и положил его на доску, где уже находилось пара таких же камней.

— Вы не одни владеете искусством с обращением крови, — грустно вздохнул маг теней и взял из своего мешочка точно такой же камешек, но черного цвета.

— О-о-о, так твоя кровь в залоге? — вскинул брови Ларс.

— Совершенно верно, — кивнул он.

— Насколько я знаю, такой подход практикует только тёмный ковен, — поднял взгляд на собеседника раб-учитель.

— Тени практикует в полную силу тоже только он, — хмыкнул Гюш.

Ларс задумчиво опустил взгляд на доску и спросил:

— Я правильно понял, что ты додумался занять денег у ковена?

— Я, по-твоему, совсем рехнулся? Нет конечно! Но мои кредиторы выкупили у них мою кровь. «Властвующий сосуд» знаешь ли тоже можно купить.

— М-м-м-м… Печально, — кивнул старик и положил на доску еще один камень.

Задумчиво перебирая в руках еще один, он оглянулся на Ари, который помешивал кашу в котелке, и Нами, которая нарезала вяленое мясо.

— Да. Думаю, в твоём случае это более чем целесообразно, — кивнул маг и щелкнул пальцем по ошейнику.

— Не очень удобно, но вполне можно жить, — кивнул Гюш.

— Кстати, — глядя, как противник кладет очередной камешек на доску, произнёс Ларс. — Если ты тоже собрался включиться в учебный процесс, то…

Тут старичок хмыкнул и поставил на доску свой камень.

— То?

— То с тьмой я согласен. Тут ты подскажешь больше. Остальные — мои.

— Мы уже учеников делим? — усмехнулся маг.

— Мы их уже поделили… Как сферы влияния когда-то, — улыбнулся маг.

— Да-а-а-а… были времена.

В это время со своего места поднялся Руди. Он хмуро потёр лицо ладонями и огляделся.

— Доброе утро, — произнесла Нами.

— Доброе, — буркнул воришка и взглянул на три пенька.

На одном сидел «деда», на втором неизвестный мужчина с ошейником на шее, а между ними стояла расчерченная на квадраты доска, на которую они выкладывали камешки.

— Ари? — повернул он голову. — Что я пропустил?

* * *

Нами оглянулась на Ари, который в стороне пытался под язвительные комментарии повторить приём Ларса, а затем снова взглянула на Гюша.

— Это хорошо, когда у ведьмы есть постоянный мужчина, — произнёс тот, тоже взглянув на одаренного светом.

— Я не ведьма.

— Если не будешь учиться, то обязательно ей станешь, — пожал плечами маг теней. — Как я понимаю, Ларс давал вам только основы контроля, так?

— Да… — смутилась девушка. — Но у меня с ним пока не очень.

— Ларс не сторонник стихий… Я бы сказал, что единственная стихия, которую он по-настоящему понимает — воздух. Его родная, но сейчас уже… Он нечто более сложное. С тьмой приходится работать немного по-другому.

— По-другому — это как?

— Тьма… тьма очень хорошо откликается на чувства. Ощущение страха, ненависти, злобы… Все это очень хорошо ее контролирует.

— Контролировать страхом?

— Да. Как не парадоксально, чем сильнее внутри тебя чувство, тем проще контролировать тьму. Конечно, мастера тьмы уходят от чувств. С помощью особых техник они от них отрешаются, но начинающие… Начинающим без них никуда.

— Это обязательно должно быть… плохое чувство?

— Нет, это может быть любое, но… понимаешь… — темный маг вздохнул и пожав плечами произнес: — Очень трудно удерживать положительные чувства продолжительное время. Да, есть техники, как это сделать при помощи кошек. Ведьмы часто используют кошек как раз по тому, что умиляться и любоваться красотой пушистых зверьков довольно просто. Но это частные случаи. Гораздо проще по началу использовать ненависть, страх, злобу…

Тут Гюш умолк и задумчиво взглянул на девушку.

— Возможно в этом и кроется та слава, что тянется за темными.

Нам снова взглянула на Ари и задумчиво уставилась на камень под ногами.

— Держи, — протянул ей маг теней стеклянный шар. — С этим гораздо проще. По крайней мере он не растворится в руках… сразу.

Девушка взяла стеклянную сферу размером в пол кулака и взглянула на нее.

— Чтобы пробудить подобные чувства, надо вспомнить… Надо вспомнить какую-то плохую ситуацию. Да, можно использовать страх, но страх мешает думать, когда нужно действовать быстро и четко. Я слышал, что ты была рабыней, думаю у тебя немало злости и ненависти внутри. Красивые рабыни… редко живут спокойной жизнью.

Девушка мрачно подняла взгляд на нового учителя, затем опустила взгляд на стекляшку.

— Я знаю, что это тяжело, но именно злость и ненависть дает возможность контролировать тьму. — Гюш вздохнул. — Поймай момент, когда твой разум заполнит это чувство и… по капле, медленно вливай силу в этот шар. Если получится, можешь свернуть ее в какую-нибудь фигуру. Не важно какую, главное, чтобы она тебе подчинялась.

Девушка вздохнула и не сводя взгляда с шара попыталась выудить воспоминания. Тут было и одиночество детства, шепотки за спиной, но они были скорее неудобством, чем реальной проблемой. Нами уже давно привыкла быть одиночкой. Затем всплыли воспоминания о ее втором хозяине.

Нервно сглотнуть, чтобы отпустил ком в горле.

Всплыли воспоминания об убитых людях, о том, как хозяин регулярно надирался и заставлял ее резать себя. Как она резала себе руки, как голой ползала перед ним по полу, слизывая кашу, которую он заставлял ее есть таким способом. Воспоминания наполнили разум и внутри что-то задрожало.

Юная магесса тьмы снова сглотнула от смеси страха и ненависти, после чего аккуратно начала вливать в стеклянную безделушку силу. Внутри шара появился небольшой, на четверть объема, сгусток тьмы. Под ее взглядом тот сплющился в диск, но поверхность его была неровной и дрожала от эмоций, бушующих внутри нее.

— Спокойно, держи чувство и продолжай менять форму, — произнес маг теней, стоявший рядом.

Девушка постаралась изменить форму диска, но дрож только усиливалась.

— Спокойно. Это эмоции. Слишком много…

В голове Нами внезапно всплыл торговец и ее последний день у него. Всплыли воспоминания о том как вокруг умирали рабы, служащие, простые люди.

А потом появился Ари…

Круг выровнялся. Он стал ровным и четким.

Ари слегка улыбнулась, вспомнив, как впервые прикосалась к человеку и тот не умирал. Вспомнила, как ложилась к нему и прижималась, всей душой ощущая тепло его тела.

Вспомнила первый поцелуй, от которого в груди была неимоверная теплота.

Когда девушка всплыла из воспоминаний, в шаре на нее смотрел образ лица улыбающегося Ари. Четкий, ровный, словно спрятанная в стекло небольшая статуэтка.

Девушка подняла взгляд на мага теней.

— Я почему-то так и подумал, — улыбнулся он. — Чудесное чувство. Прекрасное и незамутненное. Запомни его.

Девушка молча кивнула.

— Рад, за тебя… Действительно рад. На моей памяти было всего двое, кто смог пройти этот этап… На подобном чувстве.

— Темных не любят, — тихо ответила девушка, смотря как тьма в шаре медленно испаряется легкой черной дымкой и лицо Ари тает.

— Темных не любят, — кивнул Гюш. — Злиться, ненавидеть, завидовать, презирать… Это гораздо легче чем любить.

Он достал еще один стеклянный шар из сладок одежды и протянул его Нами.

— Тренеруйся. Старайся делать его образ как можно четче. Не обязательно делать образ лица. Можно взять руку или ногу. Чем четче, тем лучше.

Девушка кивнула, но затем спросила:

— А вы? У вас какое чувство было. когда вы учились?

Гюш хмыкнул и признался:

— Этот вопрос неприлично задавать темным. Считается некультурным, но обычно… Это чувство оставляет след на человеке. Ненависть и злобу, которую тянут ученики во время становления, очень трудно скрыть. Мою чувство было… негативным. Я проходил этот этап на ненависти.

Нами задумчиво уставилась в очистившийся от тьмы шар и спросила:

— И как она?

— Она? Она мертва. — Гюш опустил взгляд на землю и добавил: — Ее убил ее муж. Я был не единственным.

Юная темная магесса выдержала паузу в несколько секунд, после чего спросила:

— Вы успели?

— Успели… Я успел сказать ей. Успел прикоснуться. Даже успел заполучить поцелуй. Только вот побыть счастливым я не успел. Ненавижу этого ублюдка.

Маг теней задумчиво хмыкнул.

— Ваши техники не помогают, — произнесла Нами. — Вы все еще помните ее.

— Знаешь, чтобы стать по настоящему сильным темным магом надо отрешиться от эмоций. Полностью… А я не хочу. Не хочу забывать ее прикосновения, ее поцелуй. Ведь эти техники не только заберут ненависть, но и… Все остальное.

— Вам не стать по настоящему сильным темным.

— Не стать, — горько улыбнулся Гюш. — Да и зачем мне быть самым сильным, если ее не вернуть? Для чего?

Девушка задумчиво кивнула, затем взглянула на Ари, которого опять обзывал непонятными словами Ларс, и спросила:

— Чему вы будете учить меня? Убивать? Ларс говорил, что вы убийца. Лучший, но убийца.

— Так и есть, — кивнул маг теней. — Но этому учить я тебя не хочу. Да и зачем тебе это?

— Тогда чему?

— Я научу тебя ловить и уничтожать… убивать… Таких как я.

Нами взглянула в глаза своему учителю.

— Убийца убийц?

— Да. С обычными противниками этот парень справится. Ларс с него не слезет просто так. А вот хорошего убийцу он прошляпит. Тут надо знать, как, кого и каким способом искать. Ты ведь будешь рядом с ним? Значит тебе это нужно по настоящему.

Ларс оглянулся и указал на густую ель, под которой была густая тень.

— Пойдем. Я покажу тебе, как видит убийца и расскажу основы.

* * *

— Чумной флаг, — мрачно произнес Ари, глядя на закрытые ворота постоялого двора.

— Откуда здесь чума? — вскинул брови Ларс, недовольно поглядывая на ворота.

— Может и не чума, — пожал плечами Гюш и устало вздохнул. — Жаль, конечно. Я думал наконец принять ванную и хорошенько выспаться.

— Это все, что вас беспокоит? — недовольно оглянулся парень.

— До другого постоялого двора в нашем темпе минимум два дня пути, — кивнул маг света. — Да, это тоже неприятный момент.

— Кстати, а куда мы вообще идем? — спросил маг теней.

— Без понятия, — хохотнул «коллега». — Да и какая разница?

Ари недовольно оглядел учителей и махнул рукой Руди.

— Идем!

Воришка молча кивнул и отправился за парнем вместе с Нами.

— Эй! Вы куда?

Начинающий маг света не стал отвечать и подошел к воротам. толкнув их он убедился, что те заперты. Затем он громко крикнул:

— Есть кто живой?!!

Двое рабов переглянулись и потянулись за парнем.

— Зачем ты сюда ломишься? — спросил старичок. — Я понимаю, что идти до другого двора далековато, но это не повод лезть в зараженное чумой место.

— Я хочу помочь, — буркнул парень и как следует пнул по воротам. — ЕСТЬ КТО?!!

Ларс вздохнул и оглянулся на Гюша.

— Помнишь, я тебе говорил, что они немножечко… плохо онимют кто они?

— Немножечко?

— Ладно, они как были дуболомами так и остались.

— Эй! — недовольно зыркнул на рабов Руди.

— Что? — возмутился старик. — Скажи я не прав?

— Возможно стоит им объяснить, иначе глупости не продолжатся, — дипломатично произнес маг теней.

Ари обернулся и тяжелым взглядом уставился на Ларса.

— Если вы решили туда сунуться, то для начала стоит узнать, есть ли там вообще живые люди. Это ведь логично, правда? — съязвил раб-учитель и взглянув на руди уточнил: — Ты точно знаешь, значение слова логика?

— Знаю, — кивнул Руди и начал оглядываться, в поисках предмета потяжелее, чтобы врезать вредному старикашке.

— Во вторых, надо понимать, что черная язва, к примеру, магией не лечится. Сила жизни ее вообще усиливает и делает течение заболевания еще тяжелее…

— Черную чуму выжигают светом, — оборвал его Ари.

— Да, но потом человек умирает от огромного количества ран, которые тут же начинают гноиться и…

— И которые потом заживляют силой жизни, — фыркнул Руди. — Ты, деда, учить нас собрался? Мы Катар от чумы спасали.

— Что-то я сомневаюсь, что троица недоучек…

— Там был Янтарный орден, — подтвердил Гюш. — Отряд «Дубовая лоза».

Старик перевел взгляд на коллегу, а затем фыркнул.

— Допустим таким образом можно справиться, но это не город. Помрет небольшой постоялый двор, за пару месяцев гадость выветрится и придет новый хозяин. В чем проблема?

— В том, что умирают люди, — буркнул парень и снова начал пинать ворота. — ЕСТЬ КТО?!!

— Слышишь, деда? Может перестанешь ворчать и поможешь?

Ларс молча поднял палец и сформировав сгусток одной мыслью ударил в ворота.

ХРЯСТЬ!

Никаких взрывов, никакого пламени, но мощные ворота, усиленные стальными пластинами внезапно рухнули на землю в виде груды деревянных щепок.

— Можете не благодарить, — недовольно проворчал старик.

Ари сделал несколько шагов внутрь двора и обнаружил с краю его небольшие земляные холмики. Ровно четырнадцать штук. У края каждого висел деревянный знак единого. С краю, у одной из могил была еще одна яма.

— Живых скорее всего нет, — раздался безразличный голос Люша.

Ари прошел во двор и остановился перед мужчиной, сидевшем на крыльце центрального дома. Он вытянул ноги, откинулся спиной на стену и повесил голову. Руки его были синюшными, покрытыми мелкими желтыми гнойниками.

— Желтая лихорадка, — проворчал старик. — Не вздумай его трогать.

Ари оглянулся назад, затем мрачно взглянул на Руди и Нами.

— Надо найти… найти что-нибудь, чтобы его в могилу затащить.

Воришка тут же кивнул и отправился к сараю, а Нами подошла к Ари.

— Помнишь, псалтырь? — тихо спросила она. — У тебя же остался?

— Только обычный… Для простых церковников. — Ответил парень.

Он взглянул на девушку. Та кивнула ему на могилы.

Поняв все без слов, он кивнул и отправился к лошадям, на которых были остатки их вещей.

—…Зачем? Для чего? — недовольно ворчал Ларс, наблюдая как его ученики занимаются похоронами последнего человека на заставе.

— Традиции, — хмыкнул Гюш. — Глупая традиция закапывать мертвых в землю. Не скажу, что я в восторге, но…

— Чушь… Полная чушь, — недовольно проворчал старик. — Мертвецы под землей — материал для некроманта.

— Ну, мы не в землях Ковена, — хмыкнул коллега.

— А в Бравии запрещена некромантия?

— Насколько я знаю, тут надо выкупать лицензию, — задумался Гюш. — Но конкретно я не интересовался. Кстати! По поводу некромантии…

Маг теней остановил взгляд на Нами.

— Давай пока без этого, — заворчал старик. — Все же, мы на чужой земле. Хоть тут и нет инквизиции, но…

— Тут есть блюстители, — со вздохом признал Гюш.

Тем временем Руди с Ари уже нашли веревки и перетягивали труп к вырытой могиле, у которой начали осыпаться края. Немного помучавшись они стащили его в могилу и принялись закапывать лопатами, которые обнаружила Нами.

Когда они закончили к ним подошли двое рабов и уставились на земляной холм.

— Вы уже не в ордене и не принадлежите церкви, — произнес Ларс, заметив в руках Ари псалтырь. — Вы не обязаны этим заниматься.

— Этим должен заниматься каждый, уважающий себя человек, — ответил Руди.

— Простолюдинские обычаи, — хмыкнул Гюш. — Надо выводить из вас эту муть.

— Какую муть? — хмуро глянула на рабов Нами. — Как оставаться человеком, вне зависимости от силы? Или как поступать по совести?

— Простолюдинское мировоззрение, — покачал головой старик. — Вам надо думать как маги, если вы решили ими стать.

— Если быть магом — это думать только о себе… — буркнул Ари, глядя в глаза раба-учителя. — … то я пожалуй останусь простолюдином.

Глава 9

Ларс недовольно взглянул на Руди, который с улыбкой орудовал ножом и чистил морковь, а затем перевёл взгляд на такой же нож и картофелину в руках.

— Что, коллега? Непривычное занятие? — усмехнулся Гюш, занимавшийся чисткой картошки.

— Не моя стезя, знаешь ли, — язвительно ответил старичок.

— Деда, ты бы не языком болтал, а картошку чистил, — хохотнул Руди. — Бульон скоро дойдет, а у нас ещё ничего не готово.

Ларс недовольно засопел и принялся за картошку, неумело орудуя ножом.

— А силу я почему не могу использовать? — спросил он, пытаясь справиться с незнакомым занятием.

— Потому что вредный ты, деда, — хмыкнул воришка, отбросив очищенную морковину.

— Хватит звать меня деда!

— Хорошо, но тогда я буду звать тебя старый хрыч!

Ларс кинул гневный взгляд на Руди.

— Предыдущий вариант мне нравился больше…

— Деда, так деда, — кивнул начинающий маг жизни.

— Знаю, что это не наше дело, но всё же. Куда мы идём?

— Для начала подальше от Свадии, — отозвался Ари. — Чем дальше мы будем, тем меньше шансов, что нас найдут.

— Если кому-то будет нужно, то вас найдут в любом случае, — покачал головой Гюш. — Тут… тут я бы сказал, надо говорить по-другому. Чем дальше вы окажетесь, тем дороже будет стоить найм убийцы.

— Брось, мы уже за пределами Свадии. Нет никакого смысла их убивать и гоняться по всему континенту, — фыркнул старичок и неудачно срезал кожуру, умудрившись поранить палец. — Вот ведь гадость!

Старик тут же засунул палец в рот и слизнул кровь, сплюнул её на землю.

Нами, сидевшая у котла, едва заметно улыбнулась. Помешав еще раз бульон, она села рядом с Ари и достала стеклянный шар.

— Не могу сказать, что я специалист в чистке картофеля, — задумался Гюш, отложил в сторону очищенный корнеплод и взял в руки другой. — Но с ножами я орудовать умею… И ответа я так и не услышал. Куда мы идём?

Повисла небольшая пауза. Руди и Нами взглянули на Ари.

— У нас есть вы, — ответил парень, задумчиво глядя, как возлюбленная снова воплощает внутри стеклянного шара его лицо. — Вы… Вы плохие учителя.

— Я лучший маг, — тут же встрепенулся Ларс.

— Маг вы отменный, но как учитель, мягко говоря… — тут Ари умолк и с улыбкой добавил: — Снек был лучше. До Гоша вам далеко, но Снек объяснял на порядок лучше и проще.

— Простота признак деградации…

— Поспорю, — хмыкнул Гюш. — Порой простые решения оказываются на порядок лучше, чем сложные планы.

— Как бы там ни было, но большого смысла идти к Стальному хребту у нас нет. Какие бы ни были из вас учителя, но вы есть.

— Гюш хорошо объясняет, — подала голос Нами, закончив с сферой и снова заглянув в котелок.

— Коллега, — хмыкнул маг теней и взглянул на Ларса с превосходством. — Хоть в чём-то мне удалось вас превзойти.

— Вот ещё, — недовольно проворчал в ответ тот и вернулся к своему сражению с картошкой.

— Так, со Стальным хребтом мы разобрались, — кивнул маг теней. — И что дальше?

— Дальше надо найти какой-нибудь городок или село, — задумчиво произнёс парень. — И обосноваться там.

— Село однозначно — нет, — тут же опроверг старик, снова чуть не порезав палец. — Ни алхимических лавок, ни нормального полигона.

— В селе проще, — покачал головой начинающий маг света. — В городе жить дорого. А перебиваться тем, что сворует Руди, у меня желания нет.

— Значит, надо идти туда, где магов мало… или вообще нет. Там и работы полно, и жить будет проще, — подал голос воришка.

— Ты еще скажи, на северное побережье Дракар, — хохотнул Гюш.

— Почему бы и нет? — пожал плечами Ари.

— Молодой человек, — начал ворчать Ларс. — Дракар — непростое место, а если уж говорить про побережье…

— Никаких законов, никаких правил. Только грубая сила, — кивнул маг теней. — Скверное местечко, но именно там… Я бы назвал это меккой наёмников, разбойников и настоящих мастеров мечей.

— И что тут плохого? — спросил воришка.

— Если тебя не смущает то, что можешь лишиться головы, то в принципе ничего особенного, — фыркнул Ларс. — Тебя ведь не смущают зачарованные клинки и техника «Седого лезвия»?

— Понятия не имею, что это такое, — хмыкнул Ари и повернулся к кудрявому другу. — А ты знаешь?

— Мне плевать. Если там есть деньги, то там есть, что сп… Кхэм. Будет, на что поиграть в кости.

— Нами?

Девушка на несколько секунд задумалась, после чего взглянула на возлюбленного и ответила:

— Наставники будут нас искать у Стального хребта.

Ари и Руди задумались.

— Наставники? — уточнил Гюш.

— Их обучали двое из Янтарного ордена, — пояснил Ларс и взглянул на молодого мага света. — Но зачем они вам — я не понимаю.

— Как это зачем? — хмыкнул Ари. — Это наши наставники.

— Но они же не смогут научить вас магии. Только молитвы и…

— Они… они не учили нас магии, — кивнул Ари. — Они учили нас быть людьми.

— В каком смысле? — нахмурился Гюш.

— В прямом. Настоящими людьми, — кивнула девушка и взглянула на Руди.

— Да, Гош хоть и пьянь редкостная, но я по нему скучаю, — вздохнул кучерявый парень.

Ларс недовольно взглянул на коллегу и развёл руками.

— Значит, идём к Стальному хребту.

* * *

Руди опустил голову и извиняющимся тоном сказал:

— Простите, я лишь послушник. Я не имею права проводить подобные ритуалы, — пояснил он.

Мужчина с потасканой кожаной броне кивнул и оглядел команду, стоявшую перед ним.

— У тебя есть псалтирь. Ты знаешь молитвы. Пусть ты и не священник, но его нам тут не найти. Трупы скоро завоняют, а мне хотелось бы похоронить своих ребят по всем обычаям.

Руди оглянулся на Ари. Тот несколько секунд помедлил, после чего кивнул.

— По обычаю священнику положена монета, — дополнил глава наёмников. — Чтобы не нарушать правил, мы денег тебе не дадим, но провизии подкинем. Фуража пару мешков для коней.

Руди кивнул.

— Могилы мы вырыли на пригорке небольшом. Вон за теми кустами. Покойники там же.

Воришка отправился в указанное место, а к главе наёмников, которых встретила компания, подошёл Ари.

— Мы планируем двигаться к границе с Дракаром, — произнёс он, и кивнув на спину удаляющегося Руди, спросил: — Здесь безопасно?

— Безопасно? — хмыкнул наемник. — Вы вообще про местную войну не в курсе?

— Нет, мы прямиком из Свадии.

— Понятно, — устало вздохнул воин и махнул в сторону костра, где уже готовили ужин остальные члены отряда. — Пойдем, разговор будет непростой.

Усевшись на бревно, рядом с костром, он начал рассказ:

— Двое местных герцогов давно друг друга ненавидят. Шемагиилы и Фелькосы давние враги. Каждый из них ведёт длинную речь о том, что натворили противники, но спроси каждого, с чего началось, так уже никто не вспомнит, — со вздохом начал наёмник. — Маги есть и у тех, и у других. Силы примерно равны, но…

Тут наёмник сморщился.

— Наемников они не щадят. Деньги обещают хорошие, но всегда суют на передовую, в самое опасное место.

— А генерального сражения они избегают? — спросил подошедший к ним Ларс.

— Генеральное сражение… Я тоже задавал себе этот вопрос, но уже третий месяц всё сводится к летучим отрядам, что рыскают по селам в поисках противника и попутно режут крестьян. Не знаю, что у них в голове, но мы решили, что умирать за их интриги мы не будем.

— Решили закрыть контракт?

— Ага, — кивнул наемник. — Только вот заплатили нам только половину. А когда мы начали отходить, ещё и всадники прискакали. Восемь человек убили. Если бы не последние медальоны — никто бы не ушел.

Ари взглянул на подошедшую Нами.

— К границе вы вряд ли пройдете, — пояснил глава отряда. — По крайней мере, по этим землям. Если только в обход, по побережью, но там… Своя специфика.

Руди тем временем подошёл к могилам и уставился на порубленные тела. Подняв взгляд на сопровождавшего его наёмника, он произнёс:

— Со спины напали или бились? — уточнил он.

— Бились. Мы бегать не привыкшие, — пожал плечами он. — А какая разница?

— Молитвы разные, — буркнул воришка и открыл псалтирь.

Каждый раз, когда Руди выкручивался из сложной ситуации, глубоко в душе и никогда вслух он благодарил бога за помощь. Так было с малолетства, так было во взрослой жизни, но только сейчас, взяв в руки псалтирь, он начал делать это по-настоящему.

—…прими в царство свое и не обдели хлебом, теплом и благодатью своей…

Чем дальше читал молитву Руди, тем сильнее из него лилась сила. Нет, он не пытался их оживить и вообще действовал неосознанно. Однако трава под его ногами всколыхнулась, местами появились цветы.

В вырытых ямах зашевелились корни кустарника и медленно, словно боясь спугнуть, потянулись к замотанным в плащи телам. Оплетая их, на глазах сослуживцев, они начали образовывать что-то вроде кокона.

—… Во славу Единого и по воле его, — закончил Руди и поднял взгляд от книги.

Вокруг была сочная густая трава, яркие красные и желтые цветы и ямы с древесными коконами. Вокруг уже собралась большая часть наёмников. В полной тишине они провожали своих товарищей. Кто-то смотрел на расцветающие под ногами цветы, кто-то на древесные коконы, но общее мнение выразил один из наемников, вполголоса произнесший:

— Хотел бы и я таких похорон…

* * *

— Это достаточно опасно, — произнесла Нами.

Девушка шла рядом с Ари и Руди. Троица шла чуть впереди, а учителя вольготно расселись на телеги, которую им удалось выменять у наемников.

— Опасно, — кивнул Ари. — Но это кратчайший путь. Да и на побережье проблем у нас будет предостаточно. А тут еще есть варианты.

— Если нападут? — уточнила бывшая рабыня.

— Будем биться, — пожал плечами начинающий маг света.

— А если нас принудят примкнуть к одной из сторон? — тут же спросил Руди.

— Откажемся. Нам просто нужно пройти.

Повисла небольшая пауза, которую нарушил воришка.

— Знаете, это… это не похоже на… Не похоже это на войну, — задумчиво произнёс он. — Войска этих герцогов в бой не вступают. Воюют деньгами, на которых нанимают наемников. Но сами войска не суются. Никаких штурмов и прочего. Только мелкие набеги… Мне кажется, что это всё не с проста.

— Я тоже так подумала. Так действуют, только когда хотят показать, что воюют… Или когда чего-то ждут. — кивнула Нами. — Тут что-то другое.

— Вообще-то тут и думать нечего, — выглянул из тени Гюш. — Просто надо знать реалии Бравии.

— Подслушиваешь, — хмыкнул Ари.

— Нет, просто ты не контролируешь собственную тень, — хмыкнул маг теней, полностью вынырнув из тени.

Ари обернулся, заметив недовольное лицо Ларса, оставленного на поводьях.

— И в чем суть? — спросил Руди.

— Суть в том, что Шемагиилы и Фелькосы не только главные враги, но и самые влиятельные семьи в Бравии. Если бы они хоть немного ладили, то уже давно бы контролировали престол и всё государство. Это всем понятно, но обид и гнева накопилось столько, что это почти невозможно. Король Бравии и сам горазд подливать масла в огонь. Ему это в первую очередь выгодно.

— Тогда причем тут эта… недовойна? — спросила девушка.

— Я уверен, что как только произойдет генеральное сражение, появится гвардия короля. Предлог придумают, но у Шемагиилов и Фелькосов откусят все. И хорошо будет, если они сохранят хотя бы головы.

— Тогда почему они просто не помирятся?

— Думаю, ждут. Ждут, пока король решится, чтобы рискнуть всем, — задумчиво произнёс маг теней.

Руди взглянул на Ари, затем на Нами и с сияющим лицом сказал:

— У меня есть идея!

— Только не говори, что ты решил обокрасть и тех, и других, — хмыкнул Ари.

— Причем тут обокрасть! Есть воришки, вроде меня, которые шарят в чужих карманах. Есть те, кто обманывают купцов, впихивая гнилой товар или еще чего. Но это… Это же другой уровень!

— О чем ты?

— Как вы не понимаете? Такой шанс выдается один на миллион! Мы обманем не крестьянина и не торговца, не священника или гвардейца. Мы обманем короля!

Ари взглянул на Нами.

— Обычно у него всегда получается, — пожала плечами та.

Парень вздохнул и взглянул на мага теней, который смотрел на Руди с легким презрением.

— Руди, что тебе для этого нужно?

— Нам нужно добраться до главных среди Шемагиилов и Фелькосов! Один разговор и всё!

* * *

Морщинистый, с глубокой лысиной и с жутко недовольным лицом старик взглянул на собеседника и произнёс:

— Будем ждать столько, сколько понадобится.

— Или пока у нас не кончатся деньги на наёмников, — хмыкнул рыжеволосый мужчина. — Ты ведь не хуже меня знаешь, что к чему. Пока не будет генерального сражения — король не дёрнется.

— Генеральное сражение — это наш приговор. И для Шемагиилов, и для Фелькосов. Фридриг только этого и ждет. Не успеют похоронить погибших, как его гвардия будет у нашего порога. Я, конечно, всей душой ненавижу Фелькосов, но хоронить семью и то, что нажили предки, из-за этих ублюдков не собираюсь.

— Тогда зачем мы вообще устроили эту свистопляску с наёмниками и набегами?

— Эти лисы хотели спровоцировать нас на осаду их замка. Тут и думать нечего, но я хоть и стар, но не выжил из ума.

— Я знаю, что тебе это не понравится, но… — тут рыжеволосый мужчина взглянул на старика, и выдержав паузу, под треск огня в камине продолжил: — Может, всё-таки договоримся?

— С кем? С Фелькосами? Ты с ума сошел? Они изнасиловали твою сестру!

— А мы убили трёх их наследников, причем ни одному не было и десяти лет.

— А проклятье на нашей казне? Ты вообще слушал тёмного из ковена, на какой ключ оно завязано?

— Слушал. Добровольное совокупление членов рода Шемагиил и Фелькоса. Я знаю, отец. Я все знаю, но… давай рассуждать здраво. На кону стоят не обиды. Не подлость и прошлые неурядицы. На кону стоит выживание наших семей. Я прошу лишь одного. Давай попробуем сделать шаг и поговорим?

— Я готов к диалогу, — нехотя закряхтел старик. — Но к первому шагу — никогда. Пусть всё пропадет пропадом, но род Шемагиил склонит голову первым.

— И почему я уверен, что на той стороне сидит такой же упрямый старик, — вздохнул мужчина. — Тогда может найдем посредника?

— Любой посредник сдаст нас с потрохами, и настоящей войны уже не избежать. Это будет бой всех со всеми.

В этот момент тень на стене дрогнула и вытянулась. Старик скосил взгляд на неё и тут же ухватился за медальон на шее.

ХЛОП!

Комнату заполняет чистый, слепящий свет. Тень лопается как гнойник, а из нее вываливается худощавый молодой парень с кудрявой шевелюрой.

Рыжеволосый мужчина хватается за клинок, старик уже выхватил небольшой посох с сияющим красным камнем на вершине и направил его на незнакомца.

— Кто ты такой! Назовись! — рявкнул старик.

— Господи, мерзость-то какая, — начал подниматься незнакомец, отряхивая с себя прозрачную слизь.

Он огляделся и остановил свой взгляд на двух мужчинах.

— Господа Шемагиилы! Меня зовут Руди! — изобразил он поклон.

Несмотря на то, что воришка очень старался, наметанный взгляд главы рода сразу заподозрил в нем простолюдина.

— По какому праву ты вломился в наши покои? — закряхтел старик. — Одно движение, и от тебя и пепла не останется!

— Спокойнее, господа! Спокойнее! Я здесь для того, чтобы провернуть одно очень интересное дельце.

Шемагиилы переглянулись.

— Всё дело в том, что я хочу предложить вам… провести самую масштабную битву в истории Бравии! Самую масштабную и кровавую!

— Мы и без тебя разберемся, умник…

— Вы не поняли. Я предлагаю провести кровавую, масштабную битву, которой никогда не было. И не будет.

— В смысле? — нахмурился старик.

— О-о-о-о-о, господа. Поверьте! Такого никто и никогда не делал! Тысячи свидетелей, море крови, боль и унижение павших. Об этой битве будут слагать легенды, но… На самом деле ее никогда не будет.

— Кто ты такой? — осторожно спросил рыжеволосый. — Ты демон?

— Я? Руди. Меня зовут Руди и в уплату за этот фокус я прошу всего лишь… Увековечить эту битву моим именем.

Глава 10

— Ну, знаешь, — задумчиво произнёс Ларс. — Такого точно никто не делал.

— Кокон из чистой силы, перенос по тени, и при этом предмет живой… и немного мертвый с хорошим фоном силы жизни, — пожал плечами Гюш. — Нет, определенно никто не делал.

— И мы с вами, коллега, уложились в довольно скромные расчеты, — закивал Ларс и похлопал по плотной папке бумаги, завернутую в кожу. — Конечно, надо было бы их перепроверить раз пять… Все же рисковое было дело. Выворачивать семь формул из постулата Гёге… Я все еще не верю, что у нас получилось.

— Перестраховаться не бывает лишним, но я понадеялся на вашу опытность, коллега.

— Льстец, — с легкой улыбкой ответил старик. — В любом случае я доволен. Единственное, что меня смущает — расстояние. Небольшое получилось, по всем меркам.

— Ну, знаете, — вздохнул маг теней. — Насколько я знаю, наши умники из Свадии и метра не смогли пронзить на стыке двух стихий.

— Мы тоже. Моя сила не совсем стихия.

— Моя тоже, но дьявол в деталях, ведь так? — с хитрой улыбкой произнёс Гюш. — Две силы, не принадлежащих одной стихии, и без разграничивающих конструкты, дабы предмет не растворился ни в одной из них. Это же… Можете меня называть последними словами, но я скажу: это гениально!

— Напыщенный, самодовольный и жутко самоуверенный сноб, — кивнул Ларс с довольной улыбкой. — Эту характеристику я оставлю для вас. Ведь мы еще много чего не посчитали от этого приёма.

— О чем вы?

— Слизь. И в первый наш приём и во второй, Руди жаловался на жуткий вой и прозрачную слизь, покрывающую его тело. Что это? Фон? Ошибка в расчетах? Неточность? Или последствия соприкосновения и перемешивания наших стихий?

— Напоминаю, что во время выхода из тени, в обоих случаях срабатывала местная защита, и был удар светом. Как раз это и могло стать причиной подобного эффекта.

— Да, но я что-то не припомню описаний, чтобы тень превратилась в прозрачную слизь, после соприкосновения со светом… Я вообще не припомню такого эффекта в резонансах стихий. Хорошо было бы добыть образец…

В этот момент над Ларсом появилась тень.

— Деда, я хоть и дурак неученый, но… Вы тут на мне свои эксперименты делали? — недовольно спросил Руди.

— Не эксперименты, а проводили практические изыскания. Эксперименты делают идиоты, бросая в котел к целебному зелью средство от запора. Мол, что быстрее, рана заживет или обосрётся, — фыркнул старичок и обернулся.

За спиной стоял воришка с доброй улыбкой. В руках у него был огромный, покрытый мхом дрын. Покачивая его в руках, он недвусмысленно намекал, что собирается его переломить… скорее всего, о хребет старика.

— И между прочим, мы всё посчитали, а первые выкладки я уже давно делал… Просто напарника для этого под рукой не было.

Руди перевёл взгляд на мага теней, затем опустил его на свои руки и нехотя признал:

— Надо было сразу два искать.

— Молодой человек, — тут же засуетился Гюш, понимая, что и ему прилетит по хребту. — Вообще-то мы сделали то, что никто на этом континенте не мечтал! Мы живого… условно живого человека другой стихии протащили на грани двух других… условных стихий через расстояние! Вы должны гордиться!

— А я и горжусь! — невозмутимо кивнул Руди и замахнулся дрыном на Ларса.

— М-м-мать! — шмыгнул в сторону старичок, уходя из-под удара.

— Стой на месте, старый хрыч! — заорал воришка.

— Руди!!! — тут же окликнул его Ари.

— Что? — недовольно обернулся он. — Я веду воспитательную беседу с полоумным стариком!

— Они пришли, — тут же ответила Нами.

Воришка взглянул на дрын, затем на куст, в котором скрылся Ларс, а уже потом на Гюша, который указывал на огромное поле пальцем и кивал головой.

Руди бросил дрын на землю.

— Беседа не закончена, — пригрозил он пальцем.

Расправив плечи, он подошел к начинающему магу света. Тот стоял на холме и смотрел на первые шеренги появляющихся войск. Нами держала его за руку и стояла рядом.

— Итак. Вон те напыщенные идиоты, скорее всего, Шемагиилы… или Фелькосы? — пробормотал Руди. — Хотя какая разница?

— Фелькосы с рыжими плащами, — напомнил Ари. — Не знаю, что ты придумал, но я надеюсь, у тебя выгорит. Деньги нам не помешают… Да и если удастся всё провернуть, мы спасём кучу жизней.

— Не волнуйся. Это будет аферой тысячелетия! — заявил воришка и обернулся к высунувшемуся из кустов Ларсу. — Деда! Заводите свою хреновину! Мне нужно достойно показаться перед этими любителями железок!

* * *

— Ловушка, как есть ловушка, — проворчал старик, из-под шлема которого торчали седые волосы. — Сэм, это дурно пахнет.

— Спокойно, отец. Уговор был на выдвижение семей на общие переговоры. — ответил рыжеволосый рыцарь.

От одной армии, собирающейся в боевые порядки, к противоположной стороне выдвинулось восемь рыцарей, с другой стороны вышло шесть.

Когда между рыцарями оставалось не больше двадцати метров, между ними появилось серое пятно. Оно быстро вылезло, набухло, и из него вывалился Руди.

Отряхивая слизь с плечей, он недовольно проворчал:

— Даже в третий раз гадость…

Оглядев собравшихся мужчин правящих семей, он быстро взял себя в руки. Выпрямившись и расправив плечи, он изобразил поклон и произнёс:

— Господа! Я рад, что вы поверили мне и решили поучавствовать в нашей афере тысячилетия! — торжественно объявил он.

— Мы хотели бы всё-таки услышать ваши конкретные предложения, — уточнил высокий мужчина на богато украшенном коне с рыжим плащом на спине.

— Вы помните, о чем я просил? Телеги, лопаты и топоры.

— Мы помним и всё приготовили.

— Тогда сейчас две армии начинают лепить из земли, палок и дерьма подобие тел, мои друзья с помощью магии превращают их в кукол, и вы возвращаетесь с ними обратно, где устраиваете похороны героев под слезы детей, матерей и жен… Сами же армии прячутся рядом с точкой вероятного нападения гвардии короля.

— Тысячи кукол… где ты собираешься взять столько магов? Ты хоть представляешь, о каких объемах говоришь? Сюда нужно будет пригнать всю академию магии Бравии, чтобы…

— О, поверьте, с объемом силы проблем нет. Это наша забота. Проблема, которая может действительно угробить все планы… в вас.

Тут Руди взглянул в одну сторону, потом в другую и махнул руками.

— Подойдите ближе. Тут нет места вражде. Я расскажу, почему вы угробите всё и потеряете шанс на престол.

Старшие родов спустились с лошадей и пешком направились к воришке. Другие члены родов последовали за ними.

— Итак. Суть в том, что несмотря на смертельную опасность, вы продолжали враждовать. Никаких уступок, никаких переговоров. Если бы мы не проходили мимо… Скорее всего, в течении нескольких месяцев ваших семей бы не стало. Но суть не в этом. Суть в том, что здесь и сейчас семьи Шемагиил и Фелькос должны исчезнуть.

— Что?!! — тут же воскликнули несколько человек.

— То. Либо сегодня. На этом месте. Прямо сейчас. Вы откажитесь от своих фамилий и образуете новый род, который вас объединит и соединит всю Бравию в стальной кулак, либо… — тут Руди вздохнул и принялся выдавать расклады. — Представим, что вы просто отложили обиды и вместе выступили против гвардии короля. Вы разбиваете их, идёте к столице, а на границах уже начинаются шевеления. Все прекрасно знают и с удовольствием следят за тем, как вы грызетесь. Свадия с удовольствием откусит винную долину, Драккар не забудет о рудниках у себя под носом… Вы понимаете, о чем я? А что будет с вами, как только вы войдёте в столицу? Вы же первым делом, вместо жесткого ответа соседям, начнёте резать друг друга. Вы так долго ненавидели друг друга, что уже забыли, с чего всё это началось. Да и какая теперь разница? Какой в этом смысл, если эта вражда ничего, кроме смерти, вам не принесла. Вы даже умудрились проклянуть сокровищницы друг друга.

— От рода нельзя отречься. Из него могут только изгнать, — проворчал глава Шемагиил.

— Тогда изгоните всех из рода. Всех до единого, — пожал плечами Руди.

— Но по одному в каждом все равно останется, — произнёс седовласый глава Фелькос.

— Проблема, конечно, но ненадолго… судя по вашему возрасту, — хмыкнул Руди. — В любом случае. Это не прекратится, если вы не закончите это сами. Это самая сложная часть плана.

Главы родов молча развернулись и отправились к своим родным. Несколько минут разговора были наполнены возгласами, руганью, но спустя минут двадцать споров перед главами начали вставать на колени. Они клали руки на голову представших перед ними, что-то говорили, после чего влепляли им пощечину. Один за другим, через процедуру прошли все.

— Видимо, мысль уже витала в облаках, — задумчиво произнёс Руди, глядя на то, с какой легкостью согласились с таким поступком члены древних родов.

Когда всё закончилось, и главы родов подошли обратно к воришке, тот потёр ладони.

— Отлично! Теперь вы главные актёры в этом спектакле, положившие своих сыновей и внуков на поле боя, — сказал он. — Надеюсь, вы умеете изображать отчаяние.

* * *

— Просто не пей, — настойчиво попросил Снек. — Нам нужно поесть и двигаться дальше.

— В смысле не пей? — возмутился Гош.

— В прошлый раз из-за твоей драки нам пришлось бежать из города, — недовольно проворчал клирик. — Давай хотя бы в этот раз обойдёмся без этих приключений?

— Тебе напомнить дочку пасечника? — с ехидной улыбкой спросил паладин. — Он раза три успел тебе по хребту оглоблей съездить, прежде чем ты унёс ноги.

— Это было взаимно, они была прекрасна и…

— И мы ночевали в холодном овраге, без костра, ибо этот пасечник оказался до жути настойчивым мужиком, у которого оказалось семь братьев.

Снек глубоко вздохнул.

— Ладно, мы оба хороши. Давай так — я не буду искать приключений, а ты не будешь напиваться.

— Пиво и эль, — кивнул Гош.

— Шлюхи или свободные женщины, — кивнул клирик.

Друзья пожали руки и отправились к большому постоялому двору, у которого виднелись телеги торговцев и суетились местные конюхи.

За суетой они проскочили в здание, где с трудом отыскали светящегося хозяина заведения.

— Уважаемый, нам бы переночевать и поесть, — одернул худощавого мужчину в белом фартуке.

— Я ж сказал — кто с Баромом — левое крыло второй этаж. Те, кто с Свадийцем — правое. И чтобы без драк! За каждую скамью спрошу три цены!

— Нет, мы простые путники. К торговцам отношения не имеем.

Хозяин оторвался от разливания пива и осмотрел их.

— Мест нет, — отрезал он, быстро оценив их статус.

— Понимаем, но может быть хотя бы на сеновале? Хмурится, ночью может быть дождь.

— Сеновал свободен, — кивнул он. — По три медяка с носа.

— По три? — недовольно уставился на него Гош.

— Три. Не нравится — лес большой. Места много.

— Пиво у тебя хотя бы не кислое? — спросил паладин, залезая в изрядно похудевший за путешествие кошелек.

— Эль. Пиво не держим, — ответил хозяин, мгновенно забрав все монеты. — Кружку за ужин и еще одну на дорогу. Остальное по медяку за кружку. Есть еще креплёное, вишнёвое…

— Мы обойдемся элем, — тут же отрезал Снек.

Немного потолкавшись в зале, друзья нашли себе место. Усевшись рядом с наёмниками из Бравии, они дождались своей порции гороховой каши, от которой только пахло мясом, и кружки эля.

— Не-е-е-е. Я в Бравию пока ни ногой, — заворчал бородатый воин, сидевший рядом за столом. — Пока вся эта муть не устаканится — там делать нечего.

— Что за муть-то? — спросил сидевший напротив свадиец.

— А, ты еще не слышал? — усмехнулся тот. — Короля грохнули!

— Иди ты!

— Чтоб мне мочу вместо эля пить! Слыхал, как у нас Шемагиилы с Фелькосами грызлись?

— Так кто про них не слышал!

— Так вот все ждали. Вот-вот сцепиться должны были по-крупному. Говорят, даже сражение было. Сверкало так, что в соседних баронствах видно было. И свет там была, и тьмы. Говорят, даже туманом на неделю заволокло те леса. Маги бились знатно.

— Так у вас, вроде бы, не было темных.

— Я тоже так думал, — кивнул бравиец. — Может из ковена притащили кого, может еще что, но бились насмерть. Трупы потом неделю на телегах везли. Хоронили. Только король наш ждать не стал и решил этих драчунов приструнить раз и навсегда. С гвардией пошёл на них.

— И что?

— А ничего. Их одна сплоченная армия встретила. Из тех же Фелькосов и Шемагиилов.

— Но гвардия-то…

— Куда там гвардии, — махнул рукой воин. — Против одного гвардейского штыка десять приходилось. Ладно бы, если бы это крестьяне были какие, так нет. Это войска родовые были. Говорят, что гвардейцев сразу в клещи взяли. Окружили и перебили быстро. Там и у короля голову срубили.

— Вот дела… Это ж что получается, мятеж?

— Он самый, — кивнул бравиец. — Потом эта армия к столице с головой королевской двинулась. Мы когда уходили их разъезды к городу подходили. Говорят, себя кличут Рудиелами. Объединились рода в один и против короля выступили. А тут слух в столице пошёл, что король доигрался, и сам их стравливал не один десяток лет. В общем, дело гнилым пахнет.

— Во дела-а-а-а…

Гош пригубил эля и выразительно взглянул на Снека. Тот молча пододвинул ему свою кружку, а взамен утащил к себе остатки каши паладина.

— Вот тебе и дела. Сейчас слышал, что свадийцы под шумок земли хапнуть хотят, но тут пока не понятно. Вроде как, академия магии вне политики и оборонять город отказывалась. Я за то слышал, но тут уж как договорятся. Пока не устаканится там — лучше не соваться. За наём могут изменником объявить.

— С чего это?

— А кто король? Может ты королю новому служить будешь, а может и ренегату какому. Ну его к демонам!

— Тут тоже верно, — кивнул свадиец.

Гош залпом опустошил кружку, за ней вторую и поднялся.

— Пойдём, завтра в долгий путь, — кивнул он Снеку.

Клирик быстро докидал в себя кашу и тоже встал.

Выйдя на улицу, он обнаружил паладина стоявшего на крыльце.

— Что думаешь, наши?

— А что тут думать? Свет и тьма. Индукция. И… Рудиелы…

— Рудиелы, — усмехнулся Гош. — Этот чертов воришка… Если это он провернул, то я ему…

— Все так, как должно быть. Он там, где должен был оказаться, и сделал то, что должно было случиться.

— Слишком много случайностей, чтобы быть простой случайностью, — кивнул Гош. — Да, Снек. Я все больше верю, что мы всё делали и делаем не зря и по его воле.

— Тогда в Бравию?

— А куда ещё? — хмыкнул паладин. — Судя по всему, они идут к Стальному хребту. Наш путь ведёт туда же.

Снек немного помолчал, а потом спросил:

— Слушай, я… Я много думал по поводу ордена. Мы больше не принадлежим церкви, но мы всё ещё живы.

— Хочешь возродить орден?

— Я больше не вижу целей в своей жизни. Орден был для меня слишком многим, чтобы вычеркнуть из своей жизни.

— Орден защищал людей, верующих в Единого.

— Орден защищал всех. От тьмы и невзгод, от тварей и опасностей.

— Я к тому, что прежде чем создавать орден нужно найти место, где он действительно нужен. Не думаю, что на Стальном хребте он нужен.

— Придумаем что-нибудь, — пожал плечами клирик. — Неужели на континенте нет места, где людям не к кому обратиться за помощью?

— Найдется, конечно, но… орден не создать на пустом месте. Это долго и очень сложно.

— А ты куда-то спешишь или боишься трудностей?

— Я? Ха! Куда я могу спешить? Везде, куда только можно, я уже опоздал.

— Значит, надо делать то, что должен.

— И будь, что будет, — кивнул Гош с легкой улыбкой.

По крыше редкими каплями застучал дождь.

Начало смеркаться.

— Эх, мне бы еще кружечку эля.

— Да, и та повариха на кухне ничего.

— Ага, только на лицо не смотри, и бери её сзади, — хохотнул паладин.

— Особенно сзади, — с видом знатока ответил клирик.

* * *

Товарисчи!

Жив, здоров, работоспособен!

На выходных будет еще одна прода.

Глава 11

Ари повернулся назад и вздохнул.

— В принципе, этого стоило ожидать, — буркнул он и снова взглянул на отряд, преградивший им дорогу. — Мы словно с вывеской «ограбь нас».

Отряд ехал на двух дорогих каретах и еще одной телеге, на которой под навесом везли золото, шёлк и дорогие одежды.

— Руди мог бы и что-то покомпактнее взять.

— Ну, по крайней мере, мы достали неплохой исследовательский набор и парочку важных материалов. А остальное… мне кажется, что он набрал остальное из вредности, — пожал плечами Ларс. — Но вообще, наш вид меня полностью устраивает.

— Это еще почему?

— Потому что у нас очередная возможность попрактиковаться, — пояснил маг и указал на отряд, к которому они подъезжали. — Они ведь не дорогу у нас спросить вышли.

— Это уже третий раз за сегодня, — буркнул парень.

— Поэтому никаких превентивных ударов, — кивнул Ларс. — Для начала первую ступень «Взгляда света».

Парень, державший в руках поводья, на секунду замер, а затем его глаза залились белоснежным светом.

— Защитные амулеты… Не дешевка. На четыре стихии. Еще по одному от тьмы… Не видел таких.

— Значит, не простые бандиты. Наёмники скорее всего, — кивнул Ларс. — Вторую ступень.

Парень помедлил, секунды две ничего не происходило, но в итоге свет в его глазах стал тёплым, а еще через пару секунд приобрёл золотые оттенки.

— Маг… земли. Прячется в дальнем валуне. Средней силы… Вижу заготовленную ловушку… Не знаю такого заклинания.

— Опиши.

— Линии… От камня идут линии. Они плавно изгибаются и переплетаются в узлы.

— Количество узлов?

— Семь… Нет. Девять.

— Петли?

— Нет.

— Хм-м-м… Бравиец. Вероятно, школа жестов, но не факт. Что планируешь делать?

Ари думал несколько секунд, после чего ответил:

— Постараюсь решить миром, — ответил он и поднялся на ноги.

— Я бы вступил сразу в бой, — хмыкнул старичок. — Пока твой подход оправдал себя только с крестьянами.

Парень оглянулся и махнул рукой Нами, которая ехала на месте кучера на карете позади. Девушка кивнула.

Подъехав к воинам, Ари затормозил лошадь и громко произнёс:

— По какому праву вы преграждаете нам проезд.

Один из воинов вышел вперёд, и спокойно уставившись на начинающего мага света, сказал:

— Господа, мы вынуждены предложить расстаться вам с вашими кошельками. В случае вашего сопротивления мы будем вынуждены…

Договорить Ари не дал.

Укутавшись светом, он направил силу вверх, превратившись в столб света. За спиной парня выросла огромная чёрная полусфера, которая тут же же выпустила щупальцы.

На фоне сияющего столба чёрная полусфера ударила по земле щупальцами так, что дрогнула земля. Удар был настолько мощным, что дрогнула земля, в стороны полетели обломки деревьев, а в воздухе повис гул, пробирающий до костей.

Наемники отшатнулись, но не побежали. Перед ними тут же возник широкоплечий мужчина с угольно-чёрной бородой. Он вскинул руку вверх и оглушительным басом провозгласил:

— Остановитесь!

Свет постепенно стал смеркаться, и через несколько секунд Ари смог успокоить поток света. Тьма тоже начала угасать.

— Прошу прощения, — склонился в поклоне маг. — Мы совершили чудовищную ошибку, приняв вас за других людей.

Парень взглянул на недовольного Ларса и с усмешкой спустился на землю. Подойдя к магу, он спросил:

— Откуда про нас узнали?

— Постоялый двор. Конюх сунул нос в вашу телегу. Мы думали, что вы знать, передвигающаяся инкогнито, — признался маг.

— А то, что мы маги, вам разве не сказали?

— А кто это мог определить? — пожал плечами маг земли.

— Этот бой за сегодня мог бы оказаться третим, — вздохнул Ари. — Могли бы и подольше проследить. Не попали бы в эту ситуацию.

Маг взглянул на одного из воинов.

— Они золотом расплачивались, — пояснил тот. — А золото в этих местах редкость. Понятное дело, что слух во все стороны пошёл.

В этот момент с последней телеги к Ари подошёл Руди и с довольной миной уставился на противников.

— Как бы там ни было, мы приносим извинения за чудовищную ошибку и предлагаем разойтись миром, — пожал плечами маг земли.

— Да конечно, — кивнул Ари, но тут вперед вышел Руди.

— Не хотелось бы накалять обстановку, но теперь фраза вашего воина имеет и обратную силу.

— О чем вы? — тут же нахмурился маг.

— Господа, мне не приятно об этом говорить, но мы вынуждены предложить вам расстаться с вашими кошельками, — с улыбкой процитировал воришка воина.

* * *

Дверь открылась, и на пороге показалась Нами и Ари.

Девушка оглядела комнату и неуверенно взглянула на возлюбленного.

Обстановка была шикарной. Резная мебель; огромная кровать с подвешенной к потолку белой занавеской; большая ванная, покрытая золотом; огромный шкаф и большой массивный комод. Так же в комнате находилось пара мягких кресел; стол, накрытый белоснежной скатертью и расставленными приборами.

— Ванная с магическими рунами. Руна пламени — нагревает воду, руна льда — охлаждает, — объяснил слуга, после чего спросил: — Подать обед сейчас?

— Сейчас, — кивнул Ари.

— Будет сделано, — поклонился слуга и удалился, прикрыв за собой массивную дверь.

Нами взяла за руку парня.

— Мне тут неуютно, — произнесла она.

— Мне тоже, но номер выбирал Руди, — пожал плечами начинающий маг света. — Мы тут ненадолго, но раз уж Руди выбрал…

Ари кивнул в сторону огромной ванны, где можно было свободно разместиться вдвоем. Девушка взглянула на неё, затем кивнула и потянула его к окну.

Большое окно, от потолка до пола, было закрыто мутным стеклом разных цветов, создавая разноцветные блики на молодых влюбленных.

Нами расстегнула застежки на куртке Ари и начала стягивать с парня дорожную одежду. Парень занялся тем же и уже через минуту двое молодых людей оказались в наполненной горячей водой ванной. Ари расселся, вытянув ноги, а Нами взобралась на него. Прильнув всем телом, она обняла за шею парня.

— Ты правильно сделал, что не напал на этих наёмников, — прошептала она, перебирая волосы молодого мага света. — Эти смерти были лишними.

— Я не видел раньше, чтобы ты делала щупальца, — улыбнулся парень, поглаживая спину девушки, постепенно опуская руку всё ниже.

— Гюш. Он показал мне это. Называется «Руки тёмного кракена». Ядовитая и мощная штука, — ответила девушка. — Он мало показывает готовых заклинаний, но… Он заставляет думать и смотреть по-другому.

— М-м-м-м? Это как?

— Длина тени, удобство удара, постоянный контроль пульса цели, его защита… Много чего, — задумчиво ответила девушка, нежась от поглаживания Ари. — Это непривычно. Я никогда не думала, что важна величина тени.

— Причем тут тень?

— Тень — это место тьмы рядом с целью. Из тени бить удобнее всего. Ей можно управлять и… Она может стать оружием. Чем она больше, тем сильнее будет оружие.

— Бить из тени человека?

— Бить тенью человека, — поправила Нами. — Но это лишь самый простой и эффективный способ. На тень можно опереться, по тени можно понять, что скрывает противник. Защитные амулеты искажают тень.

— Не знал.

— Я тоже, но… Гюш говорил, что нам нужны трупы для практики.

— Некромантия?

— Нет. Вернее не сейчас. Гюш говорит, что для убийц некромантия не очень важна. Только небольшая область для допроса слепков сознания.

— Тогда зачем трупы?

— Он обещал научить разбираться в теле. Он говорит, что даже старый разложившийся труп опытному убийце может многое рассказать: как умер человек, от чего.

Ари уже опустил руку настолько, что гладил ягодицы девушки. Та в ответ слегка выгнулась и принялась покусывать мочку уха парня.

— А Ларс? — прошептала она на ухо.

— Ларс… Он учит составлять конструкты в голове, — ответил парень, ощущая, как рука девушки скользнула по животу вниз. — Иногда очень сложно, но всё это ерунда. У меня волосы на голове встали дыбом, когда я смог наполнять мысли силой.

— Мысли?

— Да. Представь себе кубик. Вроде он у тебя в воо… воображении. Его нет, но ты можешь наполнить его силой, и он уже выполняет какие-то функции, — задумчиво ответил Ари. — Я… я как-то попытался представить нож и наполнить его силой, но всё, что у меня вышло — вспышка. Всё оказалось сложнее, чем я думал.

В этот момент дверь с легким шелестом приоткрылась, и на пороге показался слуга.

— Ужин, — произнёс он и впустил пару женщин, которые без малейших эмоций расставили на столе блюда и покинули комнату, прикрыв за собой дверь.

— Как-то… — удивился Ари, притопив в ванной Нами.

— Да, как-то… Непривычно.

— Интересно, сколько отвалил Руди за эти номера, — задумался парень и взглянул на девушку. — Может?

Нами скосила взгляд на огромную мягкую кровать и кивнула.

— Думаю, там будет удобнее.

* * *

— Вот! Я же сказал, что уже приноровился! — протянул руку Руди, на которой было несколько семян. Одно из них проросло, а остальные остались нетронутыми.

— В прошлый раз он пару семян сварил, — хмыкнул Гюш, выставив на расчерченное поле черный шлифованный камешек.

— Его дури хватит на то, чтобы и вареное семя проросло, — согласился Ларс, выставляя на доску свой белый камень. — А вообще, меня в тебе поражает количество силы. По-хорошему тебя надо препарировать и тщательно изучить…

— Экий ты кровожадный, деда, — хмыкнул Руди.

— Прекрати называть меня «деда»…

— А ты не увиливай от вопроса. Дальше-то мне что делать?

— Ларс, парень прав. Он хоть и редкостный засранец, но право иметь должен.

— С чего бы это? — фыркнул старичок.

— Ну, хотя бы с того, что мы спим не в конюшнях, пьём прекрасное полусладкое и спокойно играем, несмотря на то, сколько это стоит.

Старичок поднял взгляд от доски, затем перевёл его на воришку.

— Дальше мы заходим в тупик, так как я никогда не учил целителей и понятия не имею, как тебя учить.

— Причем тут целители? — нахмурился парень.

— При том, что магия жизни — ни разу не боевая магия. Нельзя взять, сформировать заклинание и устроить «бу-дум», как те двое, — кивнул на дверь Ларс. — Магия жизни, конечно, многогранна, но в прямом боевом контакте от целителя… Мало толку.

— Я, конечно, поспорю, но если один на один… У мага жизни нет шансов, — кивнул Гюш.

Руди недовольно взглянул на старика, затем на мага теней и спросил:

— А как же… я может дереву какому-нибудь мозгов дам, и оно всем накостыляет или… Или волка кого-нибудь выращу, и он…

— Чтобы дать дереву мозгов, надо сначала их заиметь, — фыркнул Ларс.

— То, о чем ты говоришь, делают друиды. Странные типы, как по мне, — вздохнул маг теней. — И учиться у них… мягко говоря, сложно.

— Это еще почему?

— Потому что они живут в лесах. По мне, так они ближе к говорящим зверям, чем к людям, — задумчиво ответил Ларс. — Да, у них полно «солдат», превращенных из лесных животных, но вот с людьми они… по возможности общаться не любят.

— Совсем?

— Совсем, — хмыкнул Гюш. — Будешь с белками на шишки играть.

Руди хмуро взглянул на учителей и задумался.

— Ну, в любом случае, быть целителем не так уж плохо. Почёт, уважение, деньги, — пробормотал Ларс, смотря, куда ставит свой камень Гюш. — В целительстве на порядок больше привилегий, чем в других профессиях.

— Только вот учить меня ему вы не можете, — закончил Руди.

— Это так, — кивнул старик. — Я могу научить тебя основам, а не тому, что ты делал. Напитывать магией жизни раны без всякого контроля чревато. Но не более того. Для настоящего целительства надо учиться у мастеров.

Руди сложил руки на груди и уставился на кости.

Один камень ложился на доску следом за другим, игра продолжалась, а Руди достал небольшой стакан и встряхнул его. По шуму в нём было понятно, что внутри него кости.

— Итак, деда, Гюш, — произнёс он с довольной миной.

— Его ты называешь по имени, — недовольно проворчал старик.

— У меня к вам предложение, — начал воришка, хитро улыбнувшись.

Маги переглянулись.

— Всё просто. Сыграем в кости. Если я побеждаю, то вы вместе думаете, как сделать меня… боевым магом.

Старик протянул руку и взял в руки стакан. Выудив из него кости, он внимательно осмотрел каждую и произнёс:

— Если я побеждаю — ты перестанешь называть меня «деда».

Руди взглянул на мага теней, тот покосился на плотный мешок с золотыми монетами.

— Половина, — предложил с довольной миной воришка.

— Половина, — повторил Гюш и кивнул. — Хорошо.

Руди взял стаканчик, встряхнул кости, после чего резко перевернул стакан на пол, не дав выскочить костям.

— Ваше слово? — спросил Руди, с довольной миной глядя на старика.

* * *

Ларс недовольно поежился и взглянул на Гюша.

Оба мага сидели голыми, красуясь ошейниками на шее. Перед ними был пылающий камин, а на огромной кровати с собранными подушками с довольной миной дрых Руди.

— По-моему, тут дело было в геометрии кубиков, — задумчиво почесал подбородок маг теней. — Другого объяснения проигрыша в чистую я не вижу.

— Может быть, — кивнул старичок. — Но я склоняюсь к какому-то фокусу. Даже геометрия не могла дать столько удачи.

— Мдя, — вздохнул Гюш. — Что делать будем?

— Честно? Понятия не имею, — хмыкнул Ларс. — Если наш перенос через тень этой недонежити был примерно понятен, то как подступить к боевому применению магии жизни… Я, честно говоря, не знаю.

— Давай думать конструктивно. Прямой удар силы жизни — сразу отбрасываем.

— Жизнь вообще не держит нормальных боевых конструктов…

— Кстати, а почему? — задумчиво спросил Ларс. — Я никогда не задумывался об этом…

— Я не углублялся в эту тему, но… Нет, кто-то точно бы попробовал вывести хоть какие-нибудь конструкты…

Старичок взглянул на Гюша. Заметив его коварную улыбку, он скосил взгляд на спящего Руди и кивнул.

— А почему бы и нет? — пожал плечами он. — В конце концов, можно же идти не напрямую. Кровь — живая. Можно пойти через неё…

Маг теней тут же подошёл к столу и подтащил его к креслам. На него легла бумага и чернила. Учителя приступили к работе.

— Я беру вывод отклика на стандарт Парагила.

— Тогда я займусь… нашим источником.

* * *

Руди проснулся от щекотки.

Что-то прохладное и мокрое скользило по его животу.

Открыв глаза, он обнаружил над собой двух голых мужиков.

— А теперь пару рун на защиту от обратного потока, — произнёс Ларс, с довольной миной выводя кисточкой на животе воришки какой-то знак.

— Вы… вы чё делаете?!! — возмутился Руди и дернулся.

Вопреки его ожиданиям, встать у него не получилось. Воришку привязали по рукам и ногам к кровати и сейчас готовили его к какому-то ритуалу.

— Коллега, это, конечно, грубо и некультурно, но вам не кажется, что подопытного стоит усыпить?

— Он — нежить. Вы уверены, что на него подействует снотворное?

— Можно обойтись и без зелий, — пожал плечами Гюш.

— Как я сразу не подумал, — вскинул брови старичок и схватил резной табурет, стоявший рядом с кроватью.

— Вы чего… вы чего задумали? — взволнованно спросил воришка.

— Ничего особенного, — улыбнулся Ларс, замахиваясь. — Просто немного экспериментов. Долг в кости священен, помнишь?

БУМ!

— Лять! — выругался начинающий маг жизни, получив по голове табуретом.

— Крепкий, — хмыкнул старик и влепил по воришке еще раз.

БУМ!

— Убью пень старый! — заорал он.

БУМ!

— Коллега, дайте мне! — тут же выхватил табурет Гюш. — Тут важна точность и скорость!

БУМ!

— СУКИ! ВСЕХ СГНОЮ! — заорал Руди.

БУМ!

— Нет, определенно, это не лучший метод, — задумчиво произнёс Ларс. — Может, попробуем сонное проклятье?

— Ни в коем случае! — возмутился маг теней.

БУМ! БУМ!

— Отказываться от удовольствия насилия — отрицать свою сущность! — авторитетно добавил он и еще раз влепил табуретом по голове Руди.

— АРИ-И-И-И!!! СПАСА-А-А-АЙ! — заорал во все горло воришка.

— Коллега, бейте сильнее! Он сейчас всех перебудет! — всплеснул руками Ларс.

В этот момент дверь распахнулась, и на пороге показался Ари с Нами за спиной.

Перед ними предстала следующая картина.

Камин, столик, заваленный бумагами, Руди голый, покрытый рунами и привязанный по рукам и ногам. Рядом с ним двое голых учителей. У мага теней в руках табурет. Голова Руди покрыта крупными наливающимися шишками.

Гюш не долго думая сунул табурет в руки Ларса.

— Чтобы ты не подумал, но это было его желание, — ткнул пальцем Ларс в воришку. — Мы лишь исполняли карточный долг.

— Я слышала, что некоторые мужчины любят мужчин, — прошептала Нами на ухо возлюбленному.

— Ари! Эти гады меня связали! Они меня…

— Мы делаем из него боевого мага жизни, — кивнул Ларс.

Ари стоял и хлопал глазами. После нескольких секунд раздумий, он шагнул назад и закрыл за собой дверь.

— Ари! Ари! Помо…

БУДУМ!

— Коллега, может, всё же сонное проклятье?

— Да, думаю стоит попробовать его…

БУДУМ!

— Чтоб тебя черти вилами, да в ухо и задницу…

БУДУМ!

Глава 12

— Итак, — произнёс Руди, прикладывая ко лбу, покрытому шишками, прохладный камень. — И что же мы выяснили?

— Фто пфить надо пфыло сильнее, — ответил Ларс опухшими губами.

Поймав гневный взгляд воришки, он тут же втянул голову в плечи.

— На самом деле мы выяснили довольно много, — вмешался Гюш с перемотанной головой и огромным синяком под глазом. — Мы выяснили, что даже самые эффективные конструкты, филигранно составленные, но с силой жизни… Не могут пробить даже ученического щита, которому учат на первом курсе в Свадии.

— Прекрасно. Ради этого стоило надо мной издеваться и получать в ответ. Кстати! В наказание за порчу табурета — вы сегодня без ужина!

— Эфо фы ефо рафпил! — тут же встрепенулся Ларс.

— Да, об его голову, но спровоцировали конфликт вы! — отрезал Руди. — Но мы же сейчас не об этом? Что придумали?

— Фариантоф не фак мнофо, — буркнул старичок.

— Да. Вариантов действительно не много, но… они есть.

— И-и-и-и? — с угрозой протянул воришка, поглядывая на карету, едущую впереди.

— В общем и целом, у нас получились интересные выводы. Мы тут припомнили старые выкладки Сеноксиуса.

— Сено… кого?

— Был такой старый ученый, которому тоже выпало жить с магией жизни, — коротко пояснил маг теней. — Суть в том, что сырую магию жизни… очень трудно блокировать. Да, стоит оформить её в конструкт, и тут даже ученический щит удержит, но вот сырую…

— И что ты мне предлагаешь? Насыщать магией жизни противников? Чтобы у них даже чиреи на заднице прошли? — недовольно поинтересовался ученик.

— В том-то и дело. Можно ведь не насыщать, а забирать. Понимаешь, о чем я?

— Ты хочешь, чтобы я вытягивал силу жизни из врагов.

— Да. Для начала, да. Когда сможешь контролировать свою силу и силу других живых существ, то тут открываются изумительные перспективы.

— Это какие? Понос на врагов насылать? — фыркнул Руди.

— Зачем? Можно ведь просто заставить чужое сердце остановиться, — предложил Гюш и задумчиво кивнул. — Да. Это было бы идеальное убийство.

Руди хмуро оглядел мага теней и перевёл взгляд на Ларса.

— Фто? Он праф. Это пфыло пфы ифеально!

— И как мне овладеть силой на таком уровне?

— У тебя неплохо получалось с ветками и травами, — с коварной улыбкой начал Гюш и достал из кармана жёлтую гусеницу. — А теперь попробуй с насекомыми.

Руди, сморщившись, взял в руки мохнатую жёлтую колбаску и недоверчиво спросил:

— Именно эту?

— Именно эта. Мы вычислили, что у неё минимальная привязка в телесной оболочке.

Руди положил на руку гусеницу и недоверчиво взглянул на учителей.

— Фы флафное не накачивай ее филой, а фабирай, — закивал Ларс.

Руди сосредоточился, остановил взгляд на пытающейся уползти гусенице и попробовал повторить то, о чем его попросили.

Хлюп!

Насекомое взорвалось, обдав начинающего боевого мага жизни жёлтой вонючей слизью.

— Не нафачифай! Болван! — хохотнул Ларс, глядя на рожу воришки.

— Какого?.. — недовольно проворчал он и взглянул на мага теней, пытавшегося на заржать в голос. — Твою мать!

Руди схватился за лицо, которое начало неистово жечь.

—..лять! Чтоб вам старым хрычам!

На руках воришки была ядовитая слизь от гусеницы, что ещё сильнее усилило боль и зуд. Парень соскочил с телеги с огненно-красным лицом и метнулся к канаве.

— Идеально! — поднял ладонь Гюш в сторону старика.

— Прелестно! — кивнул тот и хлопнул по ней своей ладонью.

— Сучьи дети! Я вас портянки мои жрать заставлю! — матерился Руди, отмывая лицо в канаве.

На происходящее сзади Ари и Нами уже толком не обращали внимания. С одной стороны им не нравились издевательства над их другом, а с другой они прекрасно понимали, что двум рабам нужно выпустить пар. К тому же, несмотря на все проблемы в общении, оба учителя преподавали пусть и сложно, но достаточно глубоко, что не могло не сказаться на прогрессе. Ари постоянно практиковал конструкты, как и Нами. Девушка была довольна последней стычкой и просто наслаждалась произведенным эффектом.

Учеба шла своим чередом, как и дорога, ведущая их к Стальному хребту. Голубое небо с перистыми облаками сопровождало их уже третий день. Третий день их путь превращался в мирное и спокойное путешествие.

— Ари, — дернула за рукав девушка возлюбленного.

— М-м-м-м? — оторвался от очередного конструкта парень.

— Смотри, — указала девушка на развилку.

Парень взглянул на дорогу, которая делилась на две ветви. Одна вела вокруг холма, а вторая на сам холм. У дороги, ведущей в гору, на шесте висле отрубленная голова.

— Что-то не так, — задумчиво произнёс Ари и обернулся на телегу, едущую сзади. — Руди! У нас проблемы!

— М-м-м-м? — поднял парень голову от канавы.

— Тут чья-то голова на шесте.

— Гоблины? — удивленно поднялся Гюш. — Вроде, не их территория.

Он повернулся к Ларсу, который улыбнулся разбитыми губами и кивнул в сторону Руди.

— Кто такие гоблины? — спросил взволновано Ари.

— О, молодой человек, — усмехнулся маг теней. — Вам повезло не встретить ошибку природы. Редкостные уродцы. и характер подстать.

— А зачем они насадили голову на шест?

— Ждут пока протухнет. Гоблины считают тухлятину деликатесом, — пояснил Гюш.

— Любой тухлятины? — уточнила Нами, что-то заподозрив.

— Нет. Именно человеческой.

Парень взглянул на девушку, а затем на учителей.

— Получается, они тут…

— Охотятся. На людей, — кивнул раб-учитель.

Ари взглянул на девушку. Та кивнула, и он сел на место. Подстегнув лошадей, он направил их в сторону холма.

* * *

Парнишка был еще совсем ребенком, лет двенадцать, и железный исцарапанный шлем на нём откровенно висел. Доспехи тоже были слишком большие и торчали на плечах. Кожаный нагрудник был настолько большим, что на поясе сходились края, и ремешки, закрепленные там же, не могли его как следует зафиксировать. Именно по этому парень обмотался верёвкой, чтобы хоть как-то удержать броню на себе.

Парень стоял на бревенчатой стене, которой обнесли посёлок. Перед ним располагалось поле, которое они уже много лет засеивали, за ним простирался старый дремучий лес. Над этим всем простирался оранжевый закат, превращающий пейзаж в изумительную картину.

Если бы не мелкие костры, которые готовили гоблины.

— Сегодня пойдут, — произнёс стоявший рядом мужчина в кожаных накладках. — Ты главное не бойся, Даг, и бей что есть сил.

Ребенок оглянулся назад, на посёлок. По центру него, на большом перекрестке, находилось огромное чёрное пятно от погребального костра. Жители деревни не желали, чтобы тела погибших родственников превратились в пир для мелких уродцев.

— Уже не страшно, — ответил парень, снова взглянув на готовящихся штурмовать гоблинов. — Первый раз было страшно.

Мужчина кивнул и указал на фиолетовый огонек на краю леса.

— Шаман. Что делать помнишь?

— Помню, петь, — кивнул парень.

Мужчина вздохнул и присел, опершись на стену спиной, он достал узелок и принялся рассказывать.

— Я таких на юге видал. Одну ночь отстояли, но там молодняк был. Сейчас тяжелее будет.

— А если шамана того, — кивнул парень, задумчиво смотря вдаль.

— Без шамана они резко пыл поубавят, но не уйдут. Будут в окрестностях шастать. Хорошо было бы до шамана ихнего добраться, да не простой гоблин он, — мужчина достал кусок сыра и разломил его пополам. Одну половину он протянул пацану. — Он магией владеет, да и рядом с ним всегда хобгоблины.

— Это которые побольше?

— Эти посильнее и побольше, — кивнул мужчина. — С ними тяжко. Они не дураки, как остальные. И не копья у них, а сабли. Кривые и дерьмовые, но обращаться с ними они умеют. Увидишь такого — меня зови. Сам на такого не лезь.

Парень взял кусок сыра и уселся рядом.

— Долго они на стены лезть будут?

— Обычно раз шесть-семь, — задумчиво ответил мужчина.

Даг прожевал кусок сыра и спросил:

— Откуда вы, Шел?

— Я? С юга, — хмыкнул мужчина. — У меня тоже был дом, тоже было родное село.

— И что с ними случилось?

— Гоблины случились, — ответил мужчина, задумчиво жуя свою пайку. — Один раз они на наше село с утра вышли. Мужики в поле были, а они ордой вышли и путь к селу отрезали. Положили их немало, но… Недостаточно. Старики быстро в селе смекнули и баб с детьми из села отослали. Неделю по лесам шастали и к замку нашего наместника вышли.

— А село?

— Сожгли, а всех кого убили — сожрали, — ответил он. — А потом я к наместнику в отряд пошёл. Пятнадцать лет там отслужил. Еще пяток лет наёмником ходил, а потом вот…

Мужчина кивнул в сторону деревни.

— Осесть решил.

— Ты никогда не рассказывал…

— Те, кому надо — знают. А тебе оно ни к чему было.

— Я бы у тебя за войну учебы попросил, — насупился парень.

— Не к чему оно тебе, — ответил Шел. — Война — дело грязное. Смерти там полно, да и доля тяжкая.

— Но ты-то с деньгами пришел.

— А какая разница, сколько у тебя денег, когда у тебя стрела в шее или из глаза торчит? — хмыкнул мужчина. — Не стоит жизнь твоя никаких денег.

Парень задумчиво вздохнул и снова откусил кусок сыра.

— Все равно, надо было учить нас, глядишь, и не полегли бы…

— Может и так, — кивнул Шел. — Если староста скажет — учить буду, но с клятвой, что ни в наёмники, ни в службу воином никто из вас, пацанов, не уйдёт.

Даг внимательно посмотрел на старшего товарища по оружию, помедлил пару секунд и кивнул.

— Это правильно будет, — произнёс он мысль вслух.

БУМ-БУМ!

БУМ-БУМ!

БУМ-БУМ!

Шел поднялся и взглянул на старый лес, из которого потянулись сотни зеленых карликов, в сумерках имевших темный, почти черный оттенок.

— Жуй быстрее. Уже собираются.

Парень быстро засунул кусок сыра в рот и принялся активно жевать. Мужчина же со всей мочи свистнул, подавая знак остальным мужикам.

— С юга чисто! — закричали женщины, собравшиеся в центре села с ведрами полными воды.

— Запад и восток — чисто! — закричала еще одна, заметив знак от других наблюдателей.

— Видимо, не так их и много, раз с одной стороны прут, — кивнул Шел.

Он перехватил свой короткий клинок, стукнул им о щит и взглянул на мальчишку с копьём.

— Готов?

— Готов! — крепко сжимая копье, ответил парень.

— Тогда начинай.

Парень услышал топот мужиков и подростков, которые с оружием мчались к нему. Он приподнял копье и с силой ударил им по доскам под ногами.

— Ой, ты солнце красное, ой, не сбегай напрасно ты…

Парень затянул песню, смотря на приближающихся к стенам гоблинов. За спиной бежавшие мужики тут же подхватили песню:

— Да не оставь ты нас одних, да с ночью темною…

* * *

— Шаман, — удивился Ларс и взглянул на Гюша.

— Я думаю, их тут не больше тысячи, — кивнул маг теней.

— Количество по большому счету не важно, но вот шаман…

— Ну, коллега, это по сути примитивные ментальные маги, — пожал плечами Гюш.

— А учет того, что они дополняют свои техники основами некромантии, вас не пугает?

— И как вы себе это представляете, — фыркнул маг теней. — Как они могут связать некромантию и ментальную магию?

В этот момент перед двумя магами, наблюдающими за осадой деревянного частокола, произошло кое-что необычное. Там, где они предполагали наличие шамана, произошла сильная фиолетовая вспышка. В небо потянулся огромный сияющий синим клуб дыма, а из него выскочили сгустки.

Эти неизвестные сгустки метнулись в сторону поселения, издавая жуткий вой, от которого даже у опытных магов по спине побежали мурашки.

— Что это такое? — спросил Гюш, всматриваясь в атаку шамана.

— Это то, о чем писал Маверик «Три пальца». Эти зеленые уродцы умеют пленить души павших гоблинов и превращают их в оружие, заставляя их ментально сводить с ума защитников.

— Изумительно, — приоткрыл рот маг теней. — Нет, серьезно, я даже не слышал про такой сплав.

Ари, стоявший рядом, взглянул на Руди.

— Ты тоже слышишь? — спросил он воришку.

— Да. Они поют, — ответил тот. — Поют и бьются.

Нами, стоявшая по правую руку от парня, толкнула его в бок.

— Мы вмешаемся?

— Если честно, то я не вижу большого смысла, — высказал своё мнение Ларс. — С обычными гоблинами они и сами справятся, а вот против этого ментального некроманта нам противопоставить нечего… Почти.

— Да, я думаю, что нам стоит убраться, — кивнул маг теней и покосился на Ларса. — Биться с незнакомыми заклинаниями — редкостная глупость.

Оба учителя повернулись к своим ученикам, которые встретили их хмурыми взглядами.

— Вы ведь не собираетесь лезть в это…

— Пошли, — прошёл мимо них Ари. — Мы справимся.

Ларс выразительно взглянул на Гюша. Без лишних слов и препирательств они отправились в сторону шамана. Подойдя на несколько сотен метров и не обращая внимания на разворачивающуюся битву под стенами поселка, вперед вышел начинающий маг света.

— Ну, и как ты собираешься его атаковать? — с усмешкой спросил Ларс.

Парень взглянул на девушку и кивнул. Та встала рядом с ним.

На секунду сосредоточившись, он сформировал перед собой конструкт, напоминающий пирамиду с вращающимися вокруг неё шарами, и наполнил его силой.

Миг, и перед Ари появилась сияющая точка, которая метнулась к противнику.

— Шар тысячи игл? — удивленно спросил Гюш, стоявший рядом со стариком. — Его можно делать из света?

— Можно, но эффект немного странный получается, — кивнул Ларс, наблюдая, как к шаману движется заклинание.

Каждую секунду, увеличиваясь в размерах, заклинание превращается в сферу, из которой во все стороны начинают бить белые лучи света.

— Оч-ч-чень интересно, — произнёс маг теней и взглянул на Нами.

Та расставила руки в стороны, окуталась тьмой, и что-то шепча себе под нос, вскинула руки вверх. В небо взметнулись пара огромных щупалец, созданных из тьмы. В следующий момент девушка рухнула на колени и со всей силы влепила кулаками в землю. Щупальца исчезли, а вместо них из рук в сырую землю ударили два мощных потока тьмы.

— Я видел подобный вариант, но… — пробормотал Ларс, наблюдая, как вокруг шамана из земли начали появляться чёрные щупальца. — Но он был лишь похож.

— Моя разработка, — гордо отозвался Гюш.

В этот момент от шамана, укрывшегося мутным куполом, вырвалось пять фиолетовых сгустков, которые метнулись к новым противникам.

Чем ближе они подлетали, тем истошнее становились крики. Прямо в лицо Ари летел один из них. За десяток метров до послушника сгусток превратился в морду гоблина, который раскрыл пасть.

— ЙА-А-А-А-А!!!

Заклинание ударило звуком с такой мощью, что парень сморщился от оглушительного рева. В момент, когда заклинание должно было удариться в выставленную защиту, раздался хлопок…

— Умри, умри, умри, умри, умри…

Гоблинская рожа из фиолетового тумана прошла защиту и окутала лицо Ари. Шёпот был настолько громким и оглушительным, что заглушал мысли в голове. Внутри что-то переворачивалось, и парень ударил во все стороны светом, но это никоим образом не подействовало.

Фиолетовая пелена перед глазами, голос, пробирающий до самого нутра, и холод, поднимающийся откуда-то из живота.

— Умри, умри, умри, умри, умри…

Понимая, что сила его не действует, внутри на секунду что-то колыхнулось. Рука потянулась к шее, словно чужая, и когда парень почувствовал, как она прикоснулась к коже и начинает её сдавливать, сделал то, чего давно уже не делал.

— Единый, милостью твоей и силой твоею, — зашептал он молитву. — Во славу Твою и благодать от взгляда Твоего…

Несмотря на то, что шёпот усиливался, парень продолжал читать молитву. Ощущение в голове отступило, рука отпустила шею и перестала сдавливать ее.

—… Не оставь нас без пригляда твоего и дай сил и духа, дабы справиться с трудностями и невзгодами…

Когда голос оказался уже на грани, Ари почувствовал, как его сзади обняла Нами. Её голос прозвучал над ухом, словно гром, который развеял последние остатки вражеского заклинания.

— Живи! Слышишь? ЖИВИ!

* * *

Глава 13

— Живи! Слышишь? Живи!

Ари рывком пришёл в себя, сформировал два отработанных конструкта и атаковал противника. Два луча света, закрученные по спирали, ударили в защиту шамана, вокруг него тут же в небо взмыли огромные черные щупальца, начавшие бить по защите и разбегающимся гоблинам.

— КАХУГА!

Оглушительный рык издал огромный толстый гоблин, выбежавший из леса. За ним вывалились сотни гоблинов, но метнулись не в сторону поселка, который штурмовали оставшиеся воины, а в сторону появившейся угрозы.

— А вот это — плохо, — пробормотал Гюш, хмуро глядя на несущихся на них гоблинов.

Он подобрался и сжал руку в кулак, но тут ему на плечо легла рука Ларса.

— Не вмешивайся, — спокойным тоном произнёс он. — Это их битва.

В этот момент Ари снова ударил, но теперь не лучом. Перед ним возникла вспышка, которая в одно мгновение превратилась в серп и тут же умчалась к гоблинам. Без малейшего сопротивления она прошла сквозь большинство из них, разделив их на две части.

— Что это было? — изумленно повернул голову к старику маг теней.

— Основа магии воздуха, — хмыкнул Ларс.

— Воздушное лезвие?

— Бритва Карса, — кивнул старичок. — Пришлось полностью пересчитать и выкрутиться с тремя острыми углами, но получилось довольно… эффектно.

После одного удара две трети гоблинов превратились в визжащие ошметки на траве. Другая часть гоблинов попыталась было ринуться назад, но рев командира и его бег в сторону Ари, заставили их продолжить атаку.

— Назад, — скомандовала Нами, одернув парня за плечо.

Встав перед ним, она сделала полушаг и замерла так, чтобы одна ступня находилась перед другой, в одной линии. Слегка присев, она отвела одну руку назад, а вторую выставила вперед, ребром к противнику.

— А это еще откуда? — недовольно поинтересовался Ларс, взглянув на мага теней.

— Самарканская стойка? — вскинул брови Гюш. — А что в этом такого?

— Ну, если не учитывать, что это противозаконно и за эту стойку за ней устроят охоту как минимум три академии магии…

— Мы ведь готовим из нее телохранителя и…

— Ты готовишь.

— Да. Я готовлю из нее телохранителя, способного защищать от любых угроз. И если уж воспринимать угрозу в виде обученных магов, то техники магоубийц из Самаркана — лучший вариант.

— А она потянет?

— Грязно, но потянет даже сейчас, — довольно надулся маг теней.

В этот момент со стороны мутного кокона шамана раздался рев:

— КАМАДА! КАМАДА ГНА-А-А-АР!

БУДУМ!

Кокан взорвался тьмой, расплескав вокруг черную густую субстанцию, а уже в следующий миг начали взрываться головы гоблинов.

ПУФ

ХЛЮП

ХРЯК

Тьма взрывала черепные коробки, словно внутри кто-то заложил гремучего зелья. Одна за другой, все ускоряясь и ускоряясь. Итоге все гоблины попадали на землю, перепачканную кровью, ошметками мозгов и черной густой тьмой.

Девушка выпрямилась и обернулась к магу теней. глаза ее были заполнены тьмой.

— Да, грязно. Можно было бы и без взрыва голов. Да, потратила прорву силы, — довольно морщась произнес Гюш. — Но за такое короткое время, такой контроль и такая сложность техник…

— Просто ты ее учишь только убивать, — недовольно проворчал Ларс, ощущая, что выступление его ученика было не столь эффектным.

— Я думал это будет первоочередная задача для всех учеников, — со снисходительной улыбкой подколол он коллегу.

— Да, но Самарканская техника… Это излишне, — недовольно проворчал старичок.

В этот момент к ним сзади подошел Руди с саранчой в руках. Саранча была не простым. Все дело было в том, что одна задняя лапа у нее была в три раза длиннее всего тела и свисала с руки. Другая была вполне нормальной и насекомое пыталось с помощью нее убраться подальше от воришки.

— Я все понимаю, но у меня много вопросов, — недовольно произнес он.

Ларс обернулся к начинающем магу жизни и взглянул на его руку.

— Нервы. Все дело в нервах. Ты вырастил конечность, но теперь силы разума этого насекомого не хватает на то, чтобы управлять этой… конечностью.

— Рад, вашему замечанию и пояснению, — съязвил Руди и подкинув кузнечика со злости дал ему пинка, от чего насекомое, нелепо вращаясь в полете, отправилось в сторону. — Но я вообще-то о своей силе хотел спросить и когда мы уже начнем обучать меня боевой магии, а не этой… Тренировке на жуках.

— Для того, чтобы грамотно убивать, надо научиться хотя бы понимать строение тела, — авторитетно заявил Ларс. — Ты знаешь, где печень? Сможешь ножом проткнуть левый желудочек сердца?

— Откуда в сердце желудки? — хмуро спросил Руди, подозревая учителей в очередном издевательстве.

— Надо будет взять его с Нами, когда найдем подходящих экземпляр, — кивнул Гюш и внезапно дернулся.

Ларс так же подобрался и закрутил головой.

— Эй, вы будете отвечать на мои вопросы? — спросил воришка, но заметил, что оба мага в боевой готовности и уже выпускают силу в подготовленные конструкты.

— Ари! Нами! Ко мне! — крикнул Ларс, поднимая защитный купол.

Гюш в один шаг подошел к руди и рыбкой нырнул в его тень.

— Что происходит? — попытался узнать начинающий маг жизни, но отвечать ему никто не спешил.

Бой у стен поселка заканчивался и под его стенами скопилось уже достаточно мертвых, хрипящих и визжащих от боли гоблинов. Шаман и остатки армии гоблинов не подавали признаков жизни. Опасности было не видно, но оба опытных мага пришли в полную боевую готовность.

— Что случилось? — встревоженно спросил парень, подойдя к Ларсу.

— Что-то темное рядом. Сильное, — напряженно ответил старичок.

Он на секунду замер, а затем выдал сразу больше десятка полупрозрачных конструктов. Три упали на землю, образовав после себя небольшие холмики, пара взлетела в небо, а остальные пять тут же разлетелись по округе.

— Это какая-то тварь? — спросила Нами, тоже создав поисковый конструкт.

— Возможно, — буркнул Ларс, крутя головой и пытаясь поймать отклик боевых заклинаний.

Внезапно он дернулся и развернулся в сторону откуда они пришли.

— На зготовку! — произнес он, слегка присев и приготовившись к бою.

На вершине холма появился черный силуэт. Он сделал пару шагов вперед и замер, уставившись в сторону отряда.

— Готов, — тихо произнес Ари, уже создав контрукт между ладоней в виде сияющего куба.

— Не готов, — раздался голос за их спиной.

Ларс крутанулся и ударил несколькими прозрачными сферами на звку голоса, но ни одна из них не долетела до противника.

Перед ними прямо, с мрачным взглядом стоял мужчина лет тридцати с легкой черной бородой и бледной кожей. Он смотрел на них и спокойно удерживал мощные заклинания прямо перед собой.

— Килименоформиус? — вскинул брови старик.

— Ким. Просто Ким, — хмыкнул он, одним движением пальцев развеяв заклинания учителя-раба. — Рад, что мы знакомы… путь и заочно.

Незнакомец опустил взгляд на свою тень и взмахом руки вышвырнул из нее Гюша.

— Шастать по чужим теням неприлично, — с усмешкой произнес он.

— Какими судьбами, Клими… кли… — прокряхтел маг теней, поднимаясь на ноги.

— Ким. Просто Ким. Не то язык сломаешь, — изобразил легкую улыбку темный. — А здесь я за материалом. По крайней мере, я наделся, что его будет достаточно.

Ари повернул голову, где был темный силуэт и не обнаружив его, взглянул на поселок.

— Ты пришел сюда, чтобы забрать трупы людей? — спросил парень.

— Да. А вот зачем вы тут? — сложив руки за спиной спросил Ким.

— Мы тут проездом, — ответил Ларс. — Увидели метку гоблинов и подумали, что тут нужна наша помощь?

— Мертвых я и сам заберу, — нацепив маску безразличия произнес темный маг.

— Не вам. Людям.

— Хотели оставить меня без материала? — хмыкнул маг.

— Твоей метки тут не было. Мы думали, что… — начал было Гюш.

— Что я буду выдавать мое воскрешение? Или что гоблины в таком количестве, с шаманом, тут оказались случайно?

Ларс взглянул на коллегу, затем на мага.

— Что? Не знали, что я воскрес? — хмыкнул Ким. — Бросьте. Меня уже убивали восемь раз. Неужели думали, что на девятый точно справятся?

Маг втянул носом воздух и медленно выдохнул.

— Но так даже лучше. Проще и без ненужной грязи, — добавил он и взглянул на Ари, затем перевел взгляд на Нами и уже потом на Руди. — Отличные экземпляры.

Ари, все это время удерживавший между ладоней светящийся куб, слегка сместился и подогнул ноги.

— Этим ты меня даже не поцарапаешь, — с легкой усмешкой произнес он. — Вы меня оставили без материала. Войны далеко и у меня нет желания вести нежить за сотни километров. Поэтому вы сделаете то, что я скажу.

— А если мы откажемся выполнять твою волю? — мрачно спросила Нами.

— Умрете здесь и станете частью моего материала. Либо делаете что скажу, либо умираете. Здесь. Сейчас.

Ари взглянул на Ларса и Гюша. Те молча кивнули.

— Что тебе нужно? — спросил парень, внимательно смотря за мимикой незнакомца.

— Отправляйтесь в сторону перевала «Древние врата». Полдня пути на юг.

Небольшое дуновение холодного воздуха и фигура растаяла, превратившись в черную дымку.

— Ларс, кто это был? — повернул голову к старику Ари.

— Тот, кого лучше не знать, — буркнул в ответ недовольный маг. — Вот уж вляпались.

— Как этот хрен до сих пор жив? — недовольно спросил Гюш, отряхивая одежду. — Он по всем правилам уже сдохнуть должен был. Не от казней, так от старости.

— Над ним даже ритуал расщепления души проводили, — кивнул старичок. — Вот ведь живучий засранец.

— А почему мы согласились? — недовольно спросил Руди. — Мы ведь даже не сразились!

— Этими конструктами, что я в него бросил, можно оставить кратер на месте этого села, — хмуро буркнул Ларс. — Он… слишком силен. даже для мага. Хорошего мага. И хватит болтать. Надо выдвигаться к этмоу перевалу.

— Вот так просто? — спросил Ари.

— Да. Килименоформиус не шутит и никогда не щадит. Хотел бы — убил на месте.

* * *

— Кто этот Ким? — хмуро спросил Ари, сидя на телеге.

— Я не могу точно ответить на этот вопрос, — мрачно ответил Ларс, сидевший рядом с парнем. Нами сидела рядом с Гюшем и Руди, ехавшими позади.

— В смысле?

— Был когда-то темный Килименоформиус. Могучий темный, со странным… мировоззрением. Насколько я помню, он был довольно специфичным темным.

— Это как?

— Ну-у-у-у… Я не знаток порядков ковена, но даже до меня доходили слухи о том, какие у темных специальности в почете.

— Некроманты?

— Некроманты… это у темных посредственности. Много силы там не надо, а навыки можно наработать и со временем… которого у некромантов очень много. У темных в почете мастера проклятий. За ними боевые темные и уже после все остальные. Но мастера проклятий — это да.

— А этот… Ким?

— Говорят, что ким был… специфичным некромантом. Он был тем, кого называют «Спиритист». Некроманты специализирующиеся на работе с душами.

— Разве душа…

— Иногда ее можно привязать к предмету или месту. Иногда они остаются на месте сами. Потом силы души иссякают и она уходит на перерождение. По крайней мере так говорят трактаты темного ковена. Я лично таких специалистов не встречал.

Ари задумчиво почесал голову и спросил:

— А за что его хотели казнить?

— За то что он плевал на все правила и несколько раз нарушал закон, — хмыкнул старичок. — Убивал, проводил темные обряды… нет. Облавы на него бы не устраивали, но один раз он осквернил церимониальный зал в академии Бравии. Там до сих пор не могут снять проклятье кровавых стен.

— Проклятье?

— Да. Ким умудрился проклясть церемониальный зал — гордость бравийской академии магов. В день летнего солнцестояния в бравии проходила церемония выпуска учеников. Они становились полноценными магами и им вручали медальоны. Только вот после проклятья в этот день стены исходили кровью. И так уже почти сто семьдесят лет.

— Проклятье не смогли снять?

— Да. Вместо этого этот день перенесли на первый день осени и скорректировали программу обучения.

— Бравийцы наверное сильно обиделись.

— Так обиделись, что его убили два раза. один раз обезглавили, а когда нашли второй раз — сожгли.

— А последний раз его за что?

— Последний раз стальной хребет брали штурмом тысячи призрачных воинов. Не знаю, чего он хотел добиться, но в итоге атаку добили. Я слышал, что у них от какого-то заклинания сгнили все книги и свитки, но в целом заведение не пострадало. Даже потери были минимальны. Пару учеников и одного преподавателя достали.

— Странно, — произнес Ари.

— Он вообще всегда был странным. Я много слышал о нем. И слухов и от тех, кому довелось с ним встретиться.

— Сто семьдесят лет… Он очень давно живет.

— Слишком. У меня есть подозрения, что он уже не человек.

— А кто?

— Может нежить, а может… Всякое может быть, — вздохнул маг.

— А это место… перевал Древних ворот…

— Перевал «Древние ворота». Это место древней битвы. Я не интересовался местной историй, но там была какая-то грандиозная битва и полегли защитники и атакующие.

Ари вздохнул и взглянул на дорогу, которая тянулась вверх, в горы.

— Он очень силен, — тем временем продолжил говорить Ларс. — Слишком силен для обычного человека. Не знаю, как он этого добился, но остановить мои заклинания… Он даже конструкта не создал… Он точно уже не человек. Это другой уровень владения стихией. Может по этому он и не умирает?

Поездка затягивалась. Лошади сбавили темп, но продолжали тащить кареты в горы. По началу хмурое небо и горы встретили их мерзким мелким дождем с холодным ветром, но стоило пройти паре часов, как серые облака опустились ниже и они обнаружили над головой голубое небо. Дорогу и долину позади застелил серый пушистый ковер из облаков.

Еще спустя час стих ветер, солнце начало прогревать камни.

— Это тупик, — задумчиво произнес Ларс, глядя на заваленные скалы, преграждавшие дорогу.

— Когда-то это были ворота, — внезапно появился рядом Ким.

Он осмотрел первую карету, затем вторую, и махнул рукой.

— Дальше идем пешком.

Команда спустилась и подошла к темному.

— Живыми вернуться все, — тихо произнес он, явно угадав немой вопрос группы. — Кроме тебя.

Он указал на Руди.

— Ты и так давно мертв.

Он повернулся и пошел по едва заметной тропинке. Медленно, но уверенно он немного поднялся на склон и пошел по нему, обходя скалы.

— Фракийцы и Инуэсы. Это была пятидесятилетняя война. Год за годом эти ребята успешно друг друга резали, воевали, но… Все когда-нибудь заканчивается. Инуэсы постепенно брали верх и в итоге прижучили основные войска у стального хребта, с той стороны, — рассказывал он по ведя отряд к положенному месту. — Фракийцы были хорошими воинами, бесстрашными. таких в наше время называют героями. тогда это была… обыденность.

Обойдя завалы, они вышли к древней горной дороге, ведущей на небольшой холм. Ким повел их по ней наверх.

— Инуэсы не были трусами или мужеложцами. Они тоже умели сражаться и героев среди них было не меньше. А может и больше. Как бы там ни было, но остатки последней армии Фрола «Четыре пальца» уже не пытались отбить земли Фракии. Они пытались выйти в земли Инуэсы. Сзади их подгоняли отряды «Испепеляющих». Магов же у Фрола почти не осталось.

Они поднялись на холм и с него открылся вид на древние ворота, массивные башни по краям и небольшие строения за ними.

— Этот перевал раньше называли просто «Врата». Это был единственный путь для фракийцев, чтобы добраться в земли Инуэсов и отомстить за горечь поражения… Или попробовать прорваться в тыл той армии, что заняла их земли.

— Что тут произошло? — спросил Ари, рассматривая стены, которые не походили на древние руины.

— Тут должна была состояться битва, но в решающий момент…

Тут Ким поднял руку и провел ей перед собой.

Над вратами и всем перевалом появились серые очертания завалов.

— Гора треснула. Треснула на самой вершине и огромный валун ринулся вниз. Он выбивал другие камни и все это к концу превратилось в…

— Всех накрыло камнями, так? — спросил парнишка оценивая очерки камней.

— Да. Той битвы так и не состоялось, — кивнул Ким и повернулся к нами. — Темная, собери тьму на руку.

Девушка взглянула на Ари. Тот кивнул и они показала ладонь, которая тут же покрылась черной тьмой.

— Попробуй ее на вкус.

Начинающая телохранительница нахмурилась, но затем попробовала тьму.

— Какая она?

— Она… горьковатая… И немного жжется… Как перец.

— Таков вкус злости, ненависти…

— немного отдает… Чем-то пряным, — добавила она.

— Это отдает ощущение безысходности, — ответил Ким. — А теперь развей ее и собери тьму в другую руку.

Девушка сделала как сказали и Ким поднял наполненную тьмой руку к лицу.

— А теперь отпускай силу. Понемногу. Так, чтобы шел легкий черный дымок.

Ари несколько секунд настраивалась, но в итоге, все же сумела сделать то, о чем ее просили.

— Втяни носом тьму, почувствуй ее запах.

Девушка осторожно вдохнула.

Килименоформиус махнул рукой, меркнул свет и на стенах начали появляться призраки защитников. На дороге, за древней заставой появились нападающие. Воины с копьями, мечами, лестницами. Казалось вот-вот они рванут и начнется битва. Копья опущены, клинки взмыты в воздух, но никто никуда не бежит, никто не кричит и не бодрится. Все замерли на месте.

— Чем пахнет? — спросил темный.

— Пахнет… пахнет… я такого никогда не чувствовала, — призналась нами.

— Запомни этот запах, — грустно усмехнулся Ким. — Защитники знали что не удержат заставу… И не сбежали. Фракийцы знали, что в тыл выйти не удастся, а штурмовать заставу придется в ручную, без магов. Они понимали, что большинство из них умрет именно здесь, не дойдя до Инуэсских земель.

Маг выпустил на руку тьмы, отпустил и втянул носом черный дымок от тьмы.

— Запомни этот запах. Так пахнут герои, — хрипло произнес он и повернулся к отряду. — Ваших сил мне хватит, чтобы закончить битву, которая так и не состоялась.

Глава 14

— Занимаемся чёрт пойми чем, — недовольно проворчал Ларс, ведя кистью по плоскому камню. — Я слышал, что он безумец, но думал… немного в другой области.

— Бросьте, коллега, — хмыкнул Гюш, занимающийся тем же самым. — По крайней мере, он нас не убил. А ведь мог.

— Я бы так просто не дался, — проворчал старик.

— Я бы тоже, но… Я уверен, что в той битве мы бы с вами ничего бы не сделали.

Маг теней сделал два шага назад и осмотрел получившуюся руну.

— Знаете, я давно не практиковал рунические записи, — произнёс он. — Я бы сказал, что я их почти забыл.

— Сложная и бесполезная техника, — ответил Ларс.

— Да, но только с помощью неё можно провернуть нечто подобное. Согласитесь, задача, мягко говоря, нетривиальная.

— Дать на короткий промежуток времени привязанным к месту призракам тело? Да, но ты тоже должен согласиться, что подобное могло прийти в голову только такому психу, как Ким.

— Да. Псих, но… Возможно, у него другое мировоззрение и цели, — пожал плечами Гюш. — В конце концов, если кто-то узнает, что я надел ошейник добровольно, чтобы получить достойного ученика, то меня тоже будут считать сумасшедшим.

— Тут ты прав, — хмыкнул Ларс. — Мы тоже по-своему безумны.

Тут старик закончил руну и встал рядом с магом теней. Оглядев свой труд, он оглянулся и заметил тёмного, который сидел напротив Руди, задумчиво спросил:

— Не нравится мне их разговоры.

— Думаете, он возьмёт его в ученики?

— Тёмный? Нежить с даром жизни? Сомневаюсь…

В это время воришка задумчиво рассматривал кости, которые перед ним лежали. В четвертый раз Ким выкидывал шесть шестерок и с легкой улыбкой наблюдал за действиями опытного шулера, который не мог понять, что происходит.

— Как ты это делаешь? — недовольно спросил Руди.

— Так же, как и ты. Просто выбрасываю то, что мне нужно.

Парень недовольно вздохнул и вытащил из-за пазухи золотой. Положив его к трём таким же монетам у ног мага, он сложил руки на груди.

— Что ты хотел выиграть? — спросил Ким, взяв одну из монет и повертев в руках.

— В смысле?

— Ты знаешь, что у меня нет денег. Значит, ты что-то хотел получить от меня. Ты играл не ради наживы. Ты хотел чего-то конкретного.

— Допустим, — проворчал воришка, собрав кости и убрав их в карман.

— Что?

— Знания. Если ты достаточно старый и сильный, то мог бы поделиться знаниями.

— От тебя несет силой жизни, но тело твое мёртво. Что тебе может рассказать другой мертвец?

— Как стать боевым магом жизни.

Ким хмыкнул и подался вперед. Втянув носом воздух, он покачал головой.

— В тебе нет зверя.

— Чего?

— В тебе нет зверя. Той части души, что требует сражений. Той сути, что делает из любого человека бойца. Настоящего. Зачем тебе быть боевым магом, если ты не боец?

— Как-то сложилось, что сражаться нам приходится чаще, чем лечить и помогать людям, — недовольно проворчал парень.

— Так может сделать так, чтобы никому не пришло в голову на вас нападать?

Руди поднял бровь и хотел было открыть рот, но тут Ким его перебил:

— Вспомни все, что с тобой произошло в этой жизни. Вспомни земли ковена, вспомни эпидемию чёрной язвы… Когда ты там был, когда помогал людям, разве ты не чувствовал внутри… То самое чувство, что ты жив. То чувство, что ты не бесполезен, и ты действительно можешь что-то сделать.

— Откуда ты?..

— Смерть. Я очень хорошо чувствую смерть и знаю обо всем.

Руди молчал несколько секунд, задумчиво уставившись на монеты у ног тёмного мага.

— Ты ведь не боец, Рудольф.

Воришка дернулся от непривычного звучания полного имени, которое слышал только от шлюхи, которую в детстве считал матерью.

— Не пытайся быть тем, кем не являешься, — произнёс Ким. — Так жизнь идёт проще и счастья в ней больше.

Руди вздохнул и молча кивнул, после чего поднялся и спросил:

— Все делом заняты. А я для чего нужен?

— На этот вопрос ты должен ответить сам, — с усмешкой ответил Ким.

* * *

— Нет, он однозначно псих, — с усмешкой произнёс рыжий молодой парень.

— Два года он собирал нежить, которая разгребала тут каменные завалы, потом он нашёл каких-то магов, чтобы провести ритуал… — задумчиво произнесла светло-русая девушка.

— Для того, чтобы мёртвые могли снова начать резать друг друга, — кивнул парень. — Как думаешь, Миа, на кой черт он это затеял?

— Откуда я знаю, что в голове у полоумного древнего? — хмыкнула магесса.

— Вмешиваться будем?

— Зачем? Не вижу ни одной причины, почему стоит это делать.

В этот момент руны вспыхнули, перевал объяло светом, но в этом свете появились чёрные, поблескивающие тьмой шары. Они начали метать по скалам, находя свои цели. В момент, когда шары почти растворились, со стороны ударил светло-зеленый луч. Ломаной линией пройдя в центр свечения, он разделился и ударил по проявившимся призракам.

Действо продолжалось еще несколько минут, но закончилось внезапно. Свет иссяк, тьма растворилась, а лучи силы жизни превратились в легкий дымок.

— Мощно, — прокомментировал рыжий. — А что за лучи?

— Не будь болваном, Тор, — хмыкнула девушка. — Это жизнь. Он действительно задумал дать местным призракам тела.

В этот момент магическая вакханалия над ущельем улеглась и перед защитниками врат предстала атакующая армия. Несколько секунд ничего не происходило. Воины словно окаменели.

ТУ-У-У-У-У-У…

Рог прозвучал внезапно, и сражение началось. Метнулись вперёд первые атакующие, за ними выдвинулись лучники, выпускающиее смертоносные стрелы в защитников. Ущелье наполнилось звуками рева, мата и команд.

— Твою мать… — прошептал Тор, не сводя взгляда со зрелища. — Нет, он, конечно, псих законченный, но… твою мать…

Девушка же была более хладнокровна и наблюдала, как ожившие призраки принялись друг друга убивать.

— Крови нет, — произнесла девушка, усилив зрение с помощью магии и замети, в как из ран текла белоснежная жидкость.

— Призраки ведь, — хмыкнул парень и вздохнул: — Нет, ну какое зрелище!

Бой шёл своим чередом. Гибли защитники, умирали второй раз нападающие. К стенам уже приставили лестницы, и штурм во всю развивался.

— Хватит пялиться, Тор, — вздохнула девушка. — Работаем.

Парень нехотя поднялся и, еще раз осмотрев поле боя, спросил:

— Может, досмотрим?

— И упустим цель? Даже не думай. Работаем!

* * *

— Почему тела растворяются? — спросил Ари, наблюдая за ожесточенным боем на стене.

— Конструкты нарушены, — пояснил Ким.

— А призраки?

— Обретают покой.

Парень взглянул на Нами и снова повернул голову к бьющимся воинам.

— Вместо крови — свет. Вместо тела — сила жизни. Что делает тьма?

— Связывает. Она связывает души и искусственные тела этих воинов.

За время ритуала древний тёмный маг изменился. Черты лица заострились, кожа приняла пепельный оттенок, а поседевшие волосы однозначно намекали, что маг умудрился сильно постареть.

— Вон тот, в начищенной броне — редкостный позер был, — начал рассказывать Ким. — Коллекция клинков, несколько парадных облачений, но… стоило встать лицом к лицу со смертью…

Ари перевёл взгляд на указанного воина и нахмурился. Тот бился, словно лев, не замечая ран и раздавая клинком удары по противнику.

— Видишь того воина? — указал Ким на стоявшего чуть в стороне солдата. — Стальной выдержки был генерал. Всегда славился своим чутьём и крепкими нервами.

— Почему он просто смотрит?

— Он ждёт… Смотри внимательно.

Воин несколько секунд наблюдал, как у стен уплотняются ряды нападающих, а затем повернулся и поднял руку.

— ДАВАЙ! — заорал он во всё горло.

Из-за стены, из самодельных катапульт, способных едва перекинуть через стену снаряды, полетели первые горшки с маслом. Медленно, грозясь зацепить защитников на стенах, они полетели к цели и с треском ударили о землю и нападавших.

— Это не поможет, — произнёс Ари, смотря, как разгорается дымящаяся смесь.

— Конечно, не поможет. Итог битвы предрешен. Все всё понимали. Все всё знали, — с легкой усмешкой согласился древний. — Атакующие знали — бессмысленно. Защищающие знали, что обречены. Защитники обороняли свои земли. Знали, что фракийцы не пощадят никого и возьмут кровью с их земель, с их родины. А нападавшие понимали, что обратного пути не было. Промедлят — их спалит отряд испепеляющих. Объятые ненавистью, затуманенные гневом, им не оставалось ничего, кроме как пытаться прорваться, чтобы собрать свою кровавую жатву на родных землях врага.

— Этих народов уже не существует, — задумчиво произнёс Ари. — Убивать уже не обязательно. Некого защищать и некому мстить.

— Это так.

— Тогда зачем вы… зачем это всё?

Ким хмыкнул и сгорбился. Спина в районе лопаток округлилась, набухла, и спустя несколько секунд из неё потянулись парочка черных штырей. Они вытянулись назад, затем надломились, образовав угол, и с хрустом превратились в огромные черные крылья.

Парень взглянул на лицо Кима и обнаружил, что он превратился в глубокого старика, покрытого морщинами.

— Души… Души имеют право на свободу. Душу нельзя неволить. Ни умыслом, ни обстоятельствами, — проскрипел старческим голосом Ким и взглянул на Нами, всё это время стоявшую рядом. — Вдыхай полной грудью, тёмная. Времена изменились. Героев осталось мало, и их запах — редкость.

Парень взял за руку Нами, та сжала его в ответ.

Килименоформиус взмахнул крыльями раз, второй и оторвался от земли. Неспешно махая крыльями, он пролетел над полем боя, еще раз осмотрел сражение и устремился вдоль ущелья.

Фьють!

БУДУМ!

Когда он почти скрылся за поворотом, с одной из гор в него ударил огненный росчерк.

Ш-Ш-Ш-Ш-ШАРК!

Скрежет от молниеносного удара стихией воды сопровождался выбросом пара. Фигура древнего окуталась паром. К ней тут же с разных сторону метнулись два мага. Объятый огнем парень и окутаная водой девушка. Быстро, словно снаряды, но стоило им коснуться облака пара, как раздался вскрик полный боли.

Туман в один миг стал чёрным, пламя исчезло, как и вода. На землю сломанными куклами полетели два человеческих тела. А Килименоформиус продолжил полёт. Как ни в чем не бывало, медленно и неторопливо махал крыльями.

Ари взглянул на девушку.

— Ларс говорил, что его многие хотели убить, — пожала плечами она.

Парень опустил взгляд на битву. Бой продолжался. Ожившие призраки умирали.

Умирали инуэсы, защищавшие стены, падая от ударов клинков и заливая стены белоснежной кровью. Погибали фракийцы, пронзенные пиками защитников, валялись на земле, объятые пламенем.

Каждую секунду кто-то где-то погибал. Призраки рубились насмерть, до последнего в том самом бою, что когда-то не смогли закончить.

Серый камень стен все сильнее покрывался белоснежной краской.

У древних ворот, в ущелье «Древних врат» гибли древние герои.

Небо, словно подыгрывая спектаклю древнего тёмного мага, окрасилось в багровый цвет. Солнце медленно опускалось за горизонт.

Вдали, уменьшаясь в мелкую точку, неспешно, размеренно и спокойно махал крыльями Килименоформиус.

— Он совсем не похож на человека, — задумчиво произнёс Ари, провожая взглядом древнего темного мага.

— Он похож на смерть, — отозвалась Нами. — Я её именно так себе представляла.

* * *

Тор лежал на боку и хлюпал кровью, пытаясь кашлянуть.

Рук и ног он не чувствовал благодаря технике, купирующей боль, но внутренние органы настолько сильно повредило, что его слабых навыков выживания просто не хватало. Кровотечение в легком купировать не получилось и парень всем нутром ощущал, как захлебывается собственной кровью.

Перед ним лицом вниз лежала Миа. Девушка едва заметно дышала, но дела у неё обстояли гораздо хуже. Она хрипела, что наводило на мысль, что напарница уже без сознания.

Послышался легкий хруст, маг огня опустил взгляд и обнаружил идущего к ним человека. Туман в глазах не сразу дал разглядеть, кто к ним направляется, но по большому счету это не имело значения. Тор выкладывался по полной, пытаясь справиться с кровотечением.

Незнакомец подошёл к ним и присел. Только сейчас маг огня смог разглядеть, что перед ним оживший мертвец не первой свежести, раздетый по пояс. Молодое лицо было покрыто язвами, кожа на груди покрыта тёмно-синими пятнами, а в одном месте и вовсе разошлась, обнажив белоснежные ребра.

Мертвец прижал рукой место, где разошлась кожа, и хрипло спросил:

— Хочешь жить?

Тор взглянул в мутные буркала мертвеца, затем скосил взгляд на Мию и кивнул в её сторону.

— Спаси её…

Мертвец молча повернул голову, взглянул на девушку и снова перевёл взгляд на него.

— А ты?

Тор собрался с силами и пробулькал, выплевывая кровавую пену:

— Нет… Без неё — нет…

Мертвец поднял руку и выставил указательный палец. Секунда, другая и на нём появляется маленький зеленый огонек. При этом кожа на его лице и руках начинает расползаться, оголяя мышцы и кости. Он прикасается им к груди Тора, который вздрагивает от полученной силы и ощущает, как кровь невероятным образом уходит из легких.

— Ты должен мне жизнь, — хрипит мертвец, поднимается и отправляется к девушке.

* * *

Тор сидел у костра и мрачно смотрел на компанию, расположившуюся напротив. Несмотря на то, что одета большая часть компании была по-походному, располагались они достаточно странно.

Вместо простых походных подстилок и одеял они расставили большой просторный шатер. Взамен постели — перины и шелковые простыни. Больше всего мага огня удивил большой котелок из чистого золота, в котором мертвец варил кашу.

— Смотрите, коллега, — в очередной раз начал пояснять Ларс, сидевший на небольшом стульчике из дерева с мягкой сидушкой. — Три кольца рун да пять комплексов Варнава…

— Один комплекс выступал связующим звеном, — тут же возразил Гюш. — Его не считаем.

— Да, но его потенциал не в воздух же ушёл, — возмутился Ларс. — Сила никогда не уходит в никуда.

— Да, но прямого действия Варнава там не было.

— Хорошо, — вздохнул старичок. — Тогда давайте считать.

Он подхватил палочке и принялся выводить формулы на земле.

— Берём стандарт комплекса Варнава и отнимаем связующие части…

— Их было четыре, — кивнул маг теней. — Но вы видели, как он их связал?

— Через коридор Барафа?

— Да. Я думаю, что он неспроста выбрал именно этот тип связи.

Ларс на нексколько секунд замер, глядя на коллегу и задумчиво сказал:

— А вам не попадался труд Нргала «Червивой книги»?

— Тоже об этом подумали, — довольно улыбнулся Гюш. — Вы ведь про взаимное усиление при противоположных стихиях, так?

— Что если он специально взял свет и тьму и пустил их через коридоры Барафа, чтобы получить эффект индукции? — Ларс от этой мысли замер, словно его зачаровали.

Гюш так же замер, уставившись на недописанную формулу.

— Это надо посчитать! — одновременно произнесли оба мага, подскочили и рванули было к шатру, но им перегородил дорогу Руди.

— Бумагу не дам! — прохрипел он и указал рукой на палочки и формулы на земле. — Палочками своими считайте!

— Это очень важно! — возмутился Ларс.

— Палочкой выводить эпохальные расчеты? — поддержал его Гюш.

— Если получится что-то интересное — запишите на скалах, — хмыкнул Руди.

— В конце-концов, у нас ведь еще есть бумага! — не унимался Ларс. — Что за дикость — писать на скалах?

— Дело не в бумаге, — с хрипотцой усмехнулся воришка. — А в том, что шатёр занят.

В этот момент оттуда послышался слабый стон.

Маги недовольно переглянулись. Ларс насупился и сложил руки за спиной, а Гюш нагнулся к земле и взял в руки веточку.

— Знаете, это забавно, но я думаю, стоит пользоваться тем, что есть, — тут маг теней взглянул на старичка и произнес: — Да и согласитесь, оставить вытесанный вывод наших трудов на скале для потомков…

— Возомнили себя древним? — хмыкнул Ларс.

Старик глубоко вздохнул, поднял прутик и указал в сторону, где был подходящих грунт.

— Пойдемте. Мы не древние, но оставить после себя наследие… идея неплохая.

Оба мага направились за своими научными изысканиями, а Руди подошёл к рыжеволосому парню, на коленях которого лежала девушка.

— Итак, — произнёс он и уселся напротив. — Рад, что мы не доставили друг другу проблем. Кто вы такие?

Парень мрачно взглянул на девушку, а потом вернул взгляд на мертвеца.

— Мы из школы стального хребта.

Руди задумчиво взглянул на руку с иссохшей кожей и спросил:

— А факультет целительства в вашей школе есть?

Глава 15

— Целительские? — осторожно переспросил Тор. — Есть.

— Отлично, — кивнул Руди и взглянул на девушку. — А магов света и тьмы у вас обучают?

— У нас обучают всех вне зависимости от стихии. Оплот Стального хребта учит не основываясь на стихию.

Руди довольно покивал головой, уселся напротив и с довольной миной спросил:

— И как попасть к вам в… оплот?

Тор недоверчиво осмотрел сидевшего перед ним ожившего мертвеца и переспросил:

— А с чего ты взял, что до него дойдёшь?

— В смысле?

— В том, что нежить у нас… не жалуют.

— Насколько «не жалуют»?

— До горстки пепла, — ответил юный маг огня. — Если на нежити нет знака хозяина — она подлежит немедленному уничтожению вне зависимости от степени разумности.

Руди, пару секунд поразмыслив, уцепился за одно слово:

— Что значит «знак хозяина»?

— Магическая метка некроманта, управляющего нежитью, — ответил парень. — Делается некромантом, чтобы отметить свою нежить и дать ей право самостоятельно передвигаться по нашим землям.

— Только вашим?

— Соседям на метки плевать, — поясни Тор.

— А ты такие метки ставить умеешь? — уточнил воришка.

— Теоретически меня этому учили, но я не некромант, — ответил он. — Я знаю, как это делать, но моя сила огонь, и я таким не занимался.

— А она?

— Она — вода.

Руди осмотрел девушку и хмуро поинтересовался:

— Жена?

— Нет. Антипод.

— Кто?

— Маг противоположной стихии. Мы с первого курса оплота ищем себе мага противоположной стихии, чтобы взаимоусилсятья.

— Это каким образом? — удивленно спросил воришка.

Парень смутился и ответил:

— Всеми доступными.

Руди опустил взгляд на поглаживание головы девушки и хмыкнул:

— Если честно, я предполагал что-то подобное, но с первого курса…

— Те, кому посчастливилось найти пару, растут силой быстрее. Контроль четче, а отклик от стихии мгновенный.

— А чужая сила не мешает… В процессе?

— Нет. Наоборот. Она подчеркивает. Когда рядом вода, начинаешь ценить каждый огонек. Каждую искорку. Стихия четче, отклик ярче, пламя жарче.

Руди задумчиво покивал и с усмешкой спросил:

— А женщин некромантов у вас много?

— Мало, и они все… — тут парень задумчиво осмотрел Руди и закончил: — Не очень любят мужчин.

— В смысле?

— Совсем не любят. Чаще любят женщин.

— Да? — удивленно спросил Руди. — Я про такое слышал только про Савальдоских жриц. Там с мужчинами туго.

— Мужчины в жрецах не ходят?

— Нет, они их едят, — хохотнул оживший мертвец. — А почему так повелось?

— Женщин с даром смерти очень мало, — пояснил Тор. — Не спрашивай почему. Такова судьба одаренных. А те, кого угораздило заиметь такой дар, сталкиваются с обратной стороной. Среди одаренных магов жизни почти нет мужчин.

— Как это нет? Я ведь есть.

— Почти. Целители в основном женщины. Такова судьба одаренных. И те девушки, что имеют дар смерти, почти обречены на одиночество. Мужчин с даром жизни немного, и для них нет принципиальной разницы, с какой стихией иметь дело в партнере. Они растут от антипода любой стихии.

— Но антипод жизни — смерть.

— Да, говорят с ними лучше, но… у некромантов специфическая слава. Особенно у женщин.

— Ты просто не слышал про Свадийских шлюх, — хмыкнул Руди и задумчиво почесал голову. — А как поступают в вашу… ваш оплот?

— Сдают экзамен, — пожал плечами Тор. — Только вот вас туда навряд ли примут.

— Это еще почему?

— Бесплатно обучаться в оплоте Стального хребта имеют право только Дракарцы. Остальные обязаны платить.

— М-м-м-м? Думаешь у нас не хватит денег? — хмыкнул Руди.

Юный маг огня скосил взгляд на золотой котелок на огне и перевёл взгляд на воришку.

— По две тысячи золота за каждого, — ответил он. — Не каждый герцог Бравии может позволить такое обучение для отпрыска.

— Ну, парочка может, — хмыкнул мёртвый целитель. — По крайней мере могли до того как мы встретились.

— Тебя точно не возьмут, — покачал головой Тор. — Нежить у нас не учат.

— А это уже наши проблемы, — хмыкнул Руди и достал стаканчик с костями. — Ну, а пока… часть команды занята. Я предлагаю небольшую игру.

Руди осторожно взглянул на кости в стаканчике и произнёс:

— У меня с собой нет денег.

— О, поверь, деньги порой не главное. Иногда — это просто металл. Красивый, блестящий, но всего лишь металл. Я предлагаю сыграть на кое-что другое.

* * *

— Именно поэтому он древний, — произнёс Ларс, глядя на длинную грядку, около двадцати метров, покрытую письменами. — Впервые в жизни ощущаю себя студентом, проверяющим аксиомы учителя.

— Да. Этот Ким… — начал было Гюш и остановил взгляд на последней формуле и индексах, которые им удалось получить. — Не знаю, кто он, но подход завораживает. В первый раз я был уверен, что мы где-то ошиблись в расчетах, но уже ять проверок в четыре глаза и…

— Знаете, коллега, я думаю, что нам всё же надо оставить след на этих скалах и записать всё это, — произнес Ларс.

— Только сделать пояснения и добавить практические выводы, — кивнул маг теней и, поймав недоумевающий взгляд Ларса, пояснил: — Для тех студентов, которые постоянно проверяют аксиомы учителей.

Старичок с легкой улыбкой закивал и направился к огромной скале.

— Как думаете, коллега, эта подойдёт? Склон ровный, на нем будет отлично смотреться…

— Только сначала укрепить структуру. Отвесный склон — не самое надежное место.

Маги с довольным видом отправились к отмеченному месту, но на полпути одновременно остановились, заметив у костра довольно жующего кашу Руди. Перед ним лежала одежда мага огня, сидевшего с офигевшим лицом, напротив.

— Мне кажется или… — начал было маг теней.

— Я тоже заметил, — кивнул Ларс. — Руди заметно восстановился.

Лицо воришки почти пришло в норму, отличаясь лишь бледным оттенком. Руки уже не имели язв, но всё ещё были сухими и с синюшным оттенком.

— Я не понимаю, как это происходит, но по-моему он… Он восстанавливает силу от своих проделок.

— Деда! — махнул рукой им воришка. — У меня два вопроса!

Ларс сморщился, взглянул на Гюша и кивнул головой.

— Пойдём. Этот мелкий пакостник не отстанет, — проворчал он.

Маги подошли к улетающему кашу парню.

— Что за вопрос? — спросил Ларс и, уловив аромат каши с мясом, сглотнул.

— Первый — как соблазнить лесбиянку, — спросил Руди, отчего Гюш закашлялся.

— Я изучаю магию уже не первую сотню лет, — подняв одну бровь, произнёс старичок. — И это первый раз, когда я не знаю, чем ударить спрашивающего.

— Ой, да ладно тебе, неужели нет какого-нибудь заклинания, чтобы женщина на мужика смотрела, а не на бабу?

— Можно вырастить бабе чл… кхе, мужской орган, — предложил Гюш, стараясь не рассмеяться. — Тогда чисто технически…

— Есть еще вариант вырастить сиськи мужику, — тут же поддержал Ларс.

— Да вы два извращенца! — пригрозил им ложкой Руди. — Слушать вас — аппетит себе портить!

— Какой вопрос, такой ответ, — пожал плечами Ларс.

— Ты сказал, что у тебя два вопроса, — напомнил Гюш.

— А второй это не вопрос. Это скорее новости.

— Да? И что же у тебя за новости? — с усмешкой спросил Ларс.

— Деда, ты походу скоро снова станешь студентом, — широко улыбаясь, ответил Руди.

* * *

— Можно, в принципе, попробовать его придушить, — задумчиво глядя в спину Руди, предложил Гюш.

— Удушить мертвеца? — хмыкнул Ларс. — Смешно.

— Удушить? Нет. А вот заставить помучиться — да.

Ларс довольно улыбнулся и кивнул.

— Он будет забавно мотылять ногами в воздухе.

Пока два мага, что были на карете, выбирали месть для Руди, сидящий рядом с воришкой Ари рассказывал свой план:

—… В этом и дело! Этот рыжий знает, как поставить метку. Ставим мне метку, и я свободно добираюсь до этого… Оплота.

— Если на тебе будет метка, то она должна быть чья-то, — задумчиво произнёс Ари. — А если на тебе будет чья-то метка, то ты по сути будешь чьей-то собственностью. Думаешь, тебя примут?

— Примут. Если на мне будет моя метка — никуда не денутся, — кивнул головой Руди.

— А этих ты зачем туда решил запихнуть? И как ты это вообще собираешься делать?

— Этих я собираюсь туда запихнуть из вредности, — заявил воришка.

— Они рабы, значит, по сути собственность. Как ты собираешься это делать?

— Оставь это мне, — пожал плечами воришка. — Что-что, а нужное мне я сделаю.

Ари вздохнул и спросил:

— У нас есть Ларс и Гюш. Нам точно нужен этот оплот?

— Нужен, — кивнул Руди. — И в первую очередь тебе и Нами.

— Это ещё почему?

— Ты видел этих двух? Видел, как бьются маги? Слышал, что говорят о маге в первую очередь?

— Про то, как бьются — да, но при чём тут…

— Когда простолюдины спрашивают о маге, в первую очередь интересуются не его стихией, а о том, какую академию он заканчивал. Когда маги бьются на дуэли, они демонстрируют знаки своих школ. Даже у этих двух на одежде знаки Стального хребта. А что будешь демонстрировать ты или Нами, если случится дуэль? Про какую школу будешь говорить? Про тебя будут говорить — дикий.

— И что в этом плохого?

— В принципе ничего, но ты же не всегда будешь шататься по свободным землям. Ты вообще думал о том, чтобы остановиться? О месте, которое будешь называть домом?

— Думал, но…

— Не подумай, что я навязываюсь, но я бы предпочел жить рядом с вами. И мне кажется, что жить в карете под открытым небом для вас двоих… Может и приемлемо, но не тоже самое, что в своём доме. И уж тем более не то же самое, что жить в своей башне, со статусом и привилегиями.

— Мне привилегии не нужны, — нахмурился Ари.

— Ровно до того момента, как твои привелегии не помогут кому-то выжить, — кивнул Руди. — Привилегии — это не только возможность комфортно проводить время и кичится своим статусом. Привилегии — это инструмент.

— Говоришь как дворянин какой-то, — буркнул Ари.

— Скажешь тоже, — фыркнул Руди. — Когда мы были в Бравии, у тех герцогов я многое там заметил. Очень многое. И какими бы ни были они снобами, но использовали они свои привилегии на все сто процентов.

Парень недовольно вздохнул и взглянул на воришку.

— Хочешь, чтобы мы закончили обучение в Стальном хребте?

— Да. О магах этого заведения я не слышал ничего плохого, а от наёмников — только хорошее.

— Так уж и хорошее?

— Ну, если считать, что само их наличие — основание для отступления, даже при наличии магов, то да. Я считаю это хорошим знаком. Если там готовят лучших магов континента — нам туда.

— Мне не нравится эта идея, — поежился парень, с сомнением поглядывая на дорогу. — У нас есть деньги и учителя. Зачем нам идти учиться? Это ведь и денег стоит немалых…

— У нас наберётся денег на троих, — кивнул Руди. — Да, останемся ни с чем, придется поработать, но денег хватит.

— А эти двое, — кивнул за спину Ари.

— А эти двое — моё дело. Для них я постараюсь, — с коварной улыбкой сказал воришка.

Видя, что начинающий маг свете сомневается, Руди с легкой улыбкой добавил:

— Знаешь, Гош и Снек все равно нас будут искать именно в оплоте.

Ари взглянул на друга и нехотя произнёс:

— Будут. Именно там.

— Ну и чего ты тогда сомневаешься? — хмыкнул воришка.

Ари тяжело вздохнул. Помолчав несколько секунд, он кивнул.

— Оплот Стального хребта. Но как ты будешь выкручиваться — понятия не имею.

* * *

Маргарет взглянула, вытянула ножку и спустилась по ступенькам с кареты. Аккуратные туфельки встали на мощеную камнем улицу.

— Мисс Маргарет, — поклонился встречающий слуга. — Рады снова вас видеть в нашем заведении.

Женщина кивнула и прошла внутрь богато обставленного здания.

Пройдя по мраморному полу, цокая каблуками, она подошла к дивану и вольготно на нём разместилась, закинув ногу на ногу.

— Госпожа Маргарет, — поклонился перед ней мужчина лет пятидесяти с блестящей лысой головой. — Рыжий Гавр или может быть сегодня Седой Шурим?

Девушка вздохнула и с горькой усмешкой ответила:

— Хватит с меня светлых… Сегодня я хочу просто отдохнуть.

— Как пожелаете, госпожа, — еще раз поклонился мужчина. — Общий зал?

Девушка кивнула, и слуга тут же достал из кармана небольшой браслет, который протянул ей. Маргарет надела его на руку, немного поморщилась от мгновенно сдавившего запястье артефакта и поднялась.

— Прошу, госпожа Маргарет.

Заведение было непростым. Сюда не было входа для обычных людей. Здесь собирались маги, и сам хозяин заведения был магом. Это было местом для безопасных встреч, которые обеспечивались браслетами подавителями.

Это было сделано не столько в попытках пресечь споры и конфликты, сколько для того, чтобы наделенные силой под влиянием алкоголя не разнесли заведение, что частенько случалось в других местах.

Да, дорого. Да, сложно, но всё это компенсировалось стоимостью посещения этого места. Один вход сюда стоил десять золотых, что сразу отваживался отсюда простых магов и тем более студентов.

Хозяин, пусть был и небольшой силы, имел довольно прозорливый ум. Он так же заканчивал обучение в оплоте Стального хребта и прекрасно знал потребности власть имущих магов.

Именно по этому он организовал в этом же заведении публичный дом. Да, проституция в Дракаре не приветствовалась и всячески порицалась, но ушлый Зерат, хозяин заведения, обставил всё не как продажную любовь, а как магические услуги.

Здесь каждый маг за определенную сумму мог выбрать себе партнера в зависимости от стихии. Да, одаренные необученные собирались не только по Дракару, но и по всем соседним государствам. Да, им платили отличные деньги, но тем не менее это было чистой воды проституцией. Мужчины для женщин, мужчины для мужчин, женщины для женщин и женщины для мужчин. Любой каприз за звонкую монету.

Маргарет прошла за слугой и по лестнице поднялась на второй этаж здания. Войдя в большие массивные двери, которые перед ней услужливо отворил слуга, она вошла в зал.

Это был не ресторан на набережной, тут не было круглых столов. Да, столы были, но вдоль стен просторного зала. Это было не питейное заведение, и тут было не найти бочек с алкоголем, но в углу находилась барная стойка с бутылками позади, где наливали очень приличное вино, отличное пиво и если хорошо попросить, даже Свадийскую выгонку.

Ближе к середине зала располагались удобные мягкие диваны из Рудазии, которые в последнее время стали неотъемлемой частью интерьера любого приличного помещения. Некоторые стояли друг напротив друга, разделенные журнальными столиками, некоторые образовывали квадрат вокруг стола с готовой к курению «Бравийской башней».

Маргарет окинула взглядом болтающих магов и остановила его на невысоком маге с длинным носом и похожей на крысиную морду физиономией. Тот приветственно помахал ей рукой и похлопал по месту рядом с собой. Девушка взглянула на незнакомого кудрявого парня напротив него и направилась к нему.

— Кьерц, старый пройдоха, рада тебя видеть, — произнесла она, усаживаясь рядом с ним на диван. — Я думала ты уже окончательно уехал из города.

— Я и уехал, — фыркнул в ответ старый знакомый. — Но увы, пришлось приехать ненадолго. Дела, дела…

— Кого ты обставил на этот раз? — с улыбкой спросила Маргарет.

— Никого, — печально вздохнул собеседник. — В этот раз обставили меня.

Маргарет вскинула брови и спросила:

— Ты сейчас пошутил?

— Нет, представь себе. Я тоже иногда проигрываю.

— Такое вообще возможно?

— Когда играю не по своим правилам, — кивнул Кьерц и спохватился. — Прости, я не представил моего протеже.

Он указал на сидевшего перед ним молодого кудрявого парня.

— Знакомься — Рудольф Свадийский.

Маргарет кинула взгляд на парня и нейтральным тоном произнесла:

— Я, конечно, рада знакомству, но появление в подобных местах через куколда, мягко говоря, неприлично.

Парень после этих слов улыбнулся, закатил рукав на руке и продемонстрировал браслет, который на нем находился.

Маргарет на несколько секунд замерла, переваривая мысль о том, как кукла в руках некроманта могла действовать под блокировкой, затем ещё и вскинула брови от понимания, что на нежити находится её собственное имя, выполненное жизнью.

— О, да. Я знал, что ты оценишь этот экземпляр, — закивал головой маг. — Я тоже сначала не поверил. Удивительный феномен.

— Очень… интересный феномен, — кивнула девушка, не сводя взгляда с Руди. — И кто из целителей нанёс этот знак?

— Я сам, — с улыбкой отозвался воришка. — В другом случае я был бы имуществом, а это… накладывает определенные проблемы.

— Вот как? То есть вы, уважаемый Рудольф, являетесь магом жизни и при этом нежитью?

— Мне не приятно относить себя к нежити, — откинулся на спинку дивана Руди. — Но по сути — да. Хотя ничто человеческое мне не чуждо.

Руди поднял бокал с вином насыщенного красного цвета и отпил из него.

— По мне так свадийское будет поинтереснее.

— Свадия далеко, — хмыкнул Кьерц. — До нас доходит очень мало… и дорого.

— Могу ли я предположить, что этот твой протеже и есть причина твоего… возвращения в город?

— Причина? Нет. Повод? Да. Дел накопилось много. Сама понимаешь, работать в тени сложно…

— Но прибыльно, — закончила за него девушка, получив взамен добрую улыбку.

Маргарет закинула ногу на ногу, демонстрируя ножку и задумчиво уставилась на Руди.

— И зачем нежить… — тут девушка уловила, как слегка дернулась бровь Руди, и поправилась: — Хорошо, пусть будет… Пусть будет немёртвый. Устроит?

— Полностью.

— И зачем же немёртвый сюда пришёл? Место, мягко говоря, непростое и достаточно дорогое. Вы ведь не вина местного сюда пришли попить?

— Уважаемая Маргарет, — поставил бокал на стол Руди с каменным лицом. — Вы единственный некромант, кто сюда ходит. По крайней мере, вы одна, у кого финансы позволяют это делать. Только вы могли определить, кто я есть на самом деле без вмешательства ритуалов и артефактов. А это значит…

Тут Руди внимательно взглянул в глаза девушки.

— Что вы пришли ко мне, причем не домой, не на место службы, а именно сюда. В неформальную обстановку…

Руди молча кивнул.

— Итак, я вас слушаю.

— Есть несколько… слабо обученных магов, которые планируют поступить на обучение в оплот…

— Испытания обязательны, — отрезала Маргарет. — Я хоть и обучаю некромантии в оплоте, но не главная рука этого заведения. А даже если бы и была, то никогда бы на такое не пошла.

— Проблема не в испытании, — покачал головой воришка.

— Деньги? — попыталась угадать девушка.

— Деньги у него есть, — хмыкнул Кьерц и с грустью признался: — Причем с момента нашей встречи у него их стало больше.

— Тогда зачем вам я? — приподняв бровь, спросила Маргарет.

— Проблем несколько. Первая — один из этих магов — я.

Маргарет несколько секунд переваривала мысль, после чего тихо рассмеялась.

— Я тоже сильно повеселился, когда узнал причину его интереса к тебе, — закивал коллега.

— Нет, это невозможно, — успокоившись, произнесла Маргарет. — Мы не обучаем нежить и…

— Пункт седьмой устава оплота: Обучение может проходить любой вне зависимости от расы, увечий или подданства, если это не мешает ему усваивать материал. — процитировал Руди изученный документ.

— И какой же вы рассы? — с усмешкой спросила девушка.

— М-м-м-м-м… — протянул Руди и с подколкой повторил слова собеседницы: — Пусть будет «немёртвый».

— То есть вы хотите пройти испытание на общих основаниях и поступить на обучение в оплот под видом никому неизвестной расы «немёртвых»?

— Формально — да. По факту — я хочу попасть на факультет целительства.

Маргарет задумчиво побарабанила пальцами по перилу.

— По большому счету нарушений нет, — произнёс Кьерц, так же задумчиво разглядывая Руди. — Он не имущество. На нём есть метка, но принадлежит он самому себе. По факту, как и любой живой свободный человек. Мёртвый? Да. Нежить? Сомневаюсь. Да и если он и вправду нежить, то даже в этом случае прямого запрета на обучение в уставе нет.

— Спорно, — задумчиво произнесла Маргарет, продолжая барабанить пальцами по креслу. — Решение будет выноситься на общий совет рук.

— Именно поэтому я тут и ищу встречи с вами, — кивнул Руди. — Мне нужно ваша протекция.

— Тут не протекция. Тут прямое поручительство необходимо, — хмыкнула девушка. — Нежить, если вы не знали, имеет свойство подчиняться, помимо своей воли.

— С этим можно не беспокоиться, — хмыкнул воришка. — Если уж мастер крови тёмного ковена не смог подчинить, то…

Маргарет вздохнула и с задумчивым видом сказала:

— Дело непростое и стоить оно будет немало.

— Деньги у него есть, — напомнил Кьерц.

— Меня уже давно мало интересует золото. В нём недостатка нет, — усмехнулась Маргарет.

— О-о-о-о-о… вот ты о чем, — закивал Кьерц. — Последнего мага жизни из этого заведения увела Жаки.

— Эта сука его просто перекупила.

— Да. Такие деньги за мага жизни, в котором силы на три камня… — закивал коллега. — Уверен, что это было сделано из мести.

— Это всё, на что она способна, — фыркнула Маргарет. — Всё никак не смирится с тем, что слишком тупа для статуса руки смерти оплота.

В этот момент девушка с интересом взглянула на Руди.

— Двадцать семь камней, — произнёс Кьерц, заметив, как она разглядывает Руди.

— Двадцать семь, — повторила девушка.

— Кажется, мы нашли предмет для торга, — улыбнулся воришка и, расправив плечи оценивающе осмотрел мага смерти, сидевшую в раскованной позе, закинув ногу на ногу.

— Десять сеансов, — произнесла та. — Без торга.

— Пятнадцать, и мы решаем еще одну проблему, — кивнул Руди, переведя взгляд с соблазнительных ножек на талию, а затем на высокую подтянутую грудь, которая открывалась в вырезе платья.

— Суть?

— Два раба. Один — маг теней. Гюш… насколько знаю, у вас он известен как Гюш «Дыхание смерти». Второй маг Ларс также известный как Ларс «Отрекшийся». Нужно, чтобы они так же поступили на обучение в оплот.

Руди наконец смог оторвать взгляд от груди некромантки и поднял на лицо, которое изображало удивление.

— Что?

— Я не буду спрашивать о том, как на них оказались рабские ошейники, но задам другой вопрос: на кой черт? — выдала Маргарет.

— А вам никогда не хотелось поиздеваться над старым и опытным магом?

— Нет, — смутилась девушка.

— Отказываться от издевательств над более опытным и сильным коллегой — отрицать свою сущность, — авторитетно заявил воришка, после чего добавил: — Что? Имею я право на изощренную месть или нет?

— С них придётся снять рабские ошейники, когда они пройдут испытания.

— Без проблем, — пожал плечами Руди. — Я же правильно понял, что обучение в оплоте нельзя прервать и сбежать?

— Прервать — нельзя. Сбежать — можно, — кивнул Кьерц. — Правда, только вперед ногами.

— Отлично! Нам это подходит! — кивнул Руди.

Маргарет задумчиво взглянула на воришку и добавила:

— Двадцать процедур.

— При условии, что в процедурах буду вести я, — заявил парень.

Кьерц, с улыбкой наблюдавший весь этот торг, усмехнулся.

— Вести в процедуре? — приподняла бровь девушка. — А целитель потянет?

— Потянет. Главное, чтобы объект не сбежал, — усмехнулся Руди.

Девушка поднялась и протянула руку, изображая фракийскую традицию.

— Сделка?

— Сделка, — кивнул Руди и пожал руку.

— Первая процедура немедленно в качестве предоплаты, — не отпуская руки, произнесла она.

— Вино, фрукты брать? — уточнил воришка.

— Только если умеешь ими пользоваться, — приподняла бровь Маргарет.

Глава 16

— Кьерц, дружище! Сколько лет! Сколько зим! — пробасил огромный верзила.

Высокий широкоплечий мужчина подошёл к сидевшему за столом магу и хлопнул его по спине.

— Здравствуй, Марат, — кивнул в ответ мужчина.

Здоровяк наклонился и заглянул в лицо знакомого.

— А где «Бородатый дуболом»? Где «Камни вместо мозга»? — с ехидцей спросил здоровяк и прислонил огромную ладонь ко лбу Кьерца. — Ты, случаем, не заболел?

— Я тут вспомнил, чего мне не хватало в Рице, — задумчиво произнёс носатый маг и отщипнул от ноги кусочек мяса. — Не хватало твоей тупости. Никто не нёс чушь, никто не творил глупостей…

— Ты еще скажи, что в Рице никто на кулаках не дерётся, — хмыкнул Марат и, погладив бороду широкой ладонью, бесцеремонно уселся напротив.

— Представь себе, ты единственный маг в окрестностях, кто специально ищет ссор для драки на кулаках.

— Вы просто не цените хорошего удара по морде, — фыркнул Марат. — Кстати, тебя какого черта занесло в город?

— Дела, — беспечно пожал плечами Кьерц. — Накопилось слишком много дел, которые без меня решить невозможно.

— А это не те дела, связанные с группой магов, прибывших недавно?

— М-м-м-м? — оторвался от еды маг и, взглянул на собеседника, изображая недоумение. — Какой группой магов?

— Боги, свершился тот день, когда я рассказываю слухи Кьерцу, а не он мне! — театрально вскинул руки к потолку здоровяк. — Пять магов прибыли несколько дней назад в город.

— И?

— Они заселились в «Королевскую длань» на второй этаж.

— И?

— У них нет никаких знаков различия, но при этом немало денег. Кто попало в «Королевскую длань» не селится.

— Знаешь, чем отличаются мои «слухи» от твоих? — вздохнул Кьерц.

— Чем?

— Тем, что я не болтаю попусту, и всегда говорю точную информацию, — маг взял салфетку и подчеркнуто уточнено вытер рот. — Группа магов, о которой ты говоришь — дикие. Пришли они сюда к началу обучения в оплоте. Это будущие студенты. У них нет гербов, и при этом они селятся в самом дорогом заведении города. Можно было бы сделать вывод, что это люди, которые не хотят, чтобы знали о их происхождении, при этом они имеют деньги и, скорее всего, будут обучаться за деньги.

— Так дикие или дворянчики, которые скрываются? — хмуро спросил Марат.

— Дикие. Это я тебе говорю как человек, который привёл их в город и посоветовал приличное место.

Марат недовольно взглянул на собеседника и проворчал под нос:

— И зачем было ломать комедию?

В этот момент зал затих, а оба собеседника встрепенулись и взглянули друг на друга.

— Мне не показалось? — уточнил Кьерц, глядя на Марата.

— Смерть и ещё что-то… — кивнул здоровяк, сжал кулаки и поднялся. — Если мы его почувствовали тут, то снаружи…

Тут старый пройдоха скосил взгляд на тушку курицы на блюде. Та едва заметно зашевелилась, начав грести крылышками.

— Если это нападение, то… — начал было Марат.

— Это не нападение, — ответил Кьерц и с усмешкой добавил: — Это Маргарет.

* * *

— А вы ожидали большего? — с усмешкой спросил широкоплечий мужчина в официальной мантии преподавателя с эмблемой силы земли. — Фамилия Фольц уже представила своих кандидатов. Сомневаюсь, что мы увидим тут что-то стоящее.

— Я понимаю ваше настроение, Жагой, но порядок есть порядок, — спокойным тоном ответил старичок. — Может, нам еще удастся увидеть хотя бы пятнадцать камней.

— Пятнадцать? — хмыкнул маг земли. — Вы очень оптимистичны, господин Хорт. Даже для Главной руки.

— А вы слишком пессимистичны для Старшей руки земли, — ответил старичок и взглянул на Старшую руку смерти. — Маргарет, вы обещали нам показать вашу находку.

— Моя группа будет следующей, — довольно улыбнулась девушка и скосила взгляд на двери, в которые вошёл Руди.

Парень прошёлся по просторному залу, осматривая расставленные по кругу двести камней и каменные фигуры воинов и магов с посохами, находившихся в нишах.

Он встал по центру комнаты в обозначенном звездой месте и повернулся к сидевшим в ложе рукам оплота.

— Рудольф Свадийский. Жизнь, — громко произнёс он и, расстегнув рубашку, сбросил её на пол.

— Приступайте, Рудольф, — бесстрастно произнёс Хорт, не обращая внимания на фырканье подчиненного, уже решившего, что неизвестный маг в очередной раз решит устроить представление, чтобы выторговать себе скидку на обучение.

Руди спокойно вздохнул и выпустил силу в звезду под ногами. Без всяких фокусов, без проявлений силы и изменения тела, которым зачастую хотели поразить опытных преподавателей пытающиеся поступить целители.

Звезда наполнилась силой, и на стенах одним за другим загорались камни. Первый, пятый, десятый…

Камни загорались одним за другим, но на них никто не смотрел. Все смотрели на Руди, который прямо на их глазах сначала начал усыхать, затем покрылся язвами, а спустя двадцать камней и вовсе превратился в настоящий оживший труп. Кожа местами расползлась, показались кости и внутренние органы.

Когда Руди выдал всё, что смог, каменная фигура мага за его спиной ожила. Она сделала пару шагов вперед, оглушительно ударила посохом по земле и оглушающим басом, от которого у простого человека задрожало бы все внутри, произнесла:

— Двадцать семь камней! Чистая жизнь!

Фигура вернулась на своё место и замерла.

Хорт же дождался, пока камни вернут силу владельцу, наблюдая, как парень возвращается в нормальное состояние. Когда он восстановился, то спокойно поклонился и уставился на преподавателей.

— Это возмутительно! — произнес Жагой. — Ты притащила на вступительные экзамены нежить!

— Это не нежить, — хмыкнула Маргарет. — Это «немёртвый».

— Что за немёртвый? — тут же сморщился маг земли. — Мы все видели! Его настоящее тело мертво, а…

Главная рука поднял ладонь, призывая подчиненного умолкнуть. Он внимательно взглянул на руку смерти и спросил:

— Кому он принадлежит?

Маргарет спокойно протянула руку и подсветила метку над Руди.

Хорт взглянул на претендента на обучение и поджал губы, обнаружив там рунную запись «Собственность Рудольфа Свадийского». Он недовольно взглянул на девушку, а затем перевёл взгляд на руку тьмы.

Сидевший все поступление с каменной маской тёмный маг впервые за все выступление проявил эмоции. На его лице была легкая улыбка.

— Кельт, что ты скажешь?

— Мне нужен «Кровавый спрос», — произнёс он и скосил взгляд на главу.

— Не считаю нужным, — тут же произнесла рука света — женщина с серебристыми волосами, среди которых виднелись стальные пряди. — Проводить кровавый ритуал ради выяснения каких-то мелочей…

— Они собираются взять на обучение нежить!!! — воскликнул Жагой. — Это по-вашему мелочь?!!

— Нет ни одного правила в кодексе оплота, запрещающего нежити учиться, — беспечно пожала плечами женщина.

— Вы с ума сошли!

— Жагой, — мрачно взглянул старший маг оплота и мрачно осадил: — До конца мероприятия я забираю у тебя право слова до моего обращения.

Маг земли гневно зыркнул на претендента, затем попытался открыть рот, но сведенные мускулы челюсти и губ, от одного слова Хорта, не позволили произнести ему ответа.

— Вы же понимаете, что если он нежить, то достаточно опытный некромант сможет взять над ним контроль? — задумчиво произнёс маг с эмблемой силы огня на мантии.

— Я не смогла, — ответила Маргарет и с усмешкой спросила: — Вы ведь считаете меня достаточно опытным некромантом?

— А вы пробовали? — взглянул огненный на нее.

— Пробовала, — кивнула она. — Всеми доступными способами.

Маг огня хмыкнул и с трудом спрятал улыбку.

— Тогда у меня нет вопросов.

Рука света тем временем взглянула на Маргарет и произнесла:

— Я хочу удостовериться, что в нем нет злых намерений, — произнесла она и взглянула на мастера жизни, не сводящего взгляда с Руди. — Господин Эмиль?

— Согласен, — кивнул он. — Тело парня живо, кишечник работает, как и мозг, но сердце стоит, и он не дышит. Я не видел такого и… у меня сомнения.

— Госпожа Церебра, карты вам в руки, — кивнул Хорт.

Женщина исчезла в белоснежной вспышке и через мгновение появилась в такой же вспышке рядом с Руди. Она осмотрела его, остановила взгляд на его глазах и произнесла:

— У нас подозрения, что твои намерения не чисты. Есть мнение, что ты пришёл сюда, чтобы навредить оплоту и его репутации. Чтобы развеять их, и доказать, что твоя мёртвая сущность — не воля других и не твой злой умысел, ты должен переформатировать свою силу в свет. Ни одна тёмная сущность или подконтрольная тьме тварь не сможет этого сделать. Знаешь ли ты приёмы для этого?

Руди поначалу смутился, на несколько секунд задумался, но тут же кивнул.

— Есть один приём, — кивнул он.

— Отлично, — кивнула Церебра и сделала шаг назад. — Покажи его, и мы будем считать, что испытание тобой пройдено.

Руди огляделся, взял рубаху и достал из её кармана старую потасканую нитку, которая местами уже успела разлохматиться. На ней висел простой металлический медальон с изображением церкви Единого. Под удивленным взглядом руки света парень надел его на шею, опустился на колени и негромко, но так, чтобы было слышно преподавателям, начал читать единственную молитву, которую выучил на зубок. Молитву по усопшим:

— Благослови Единый, на пороге Твоем стоящего. Обними его как сына, поцелуй как родную дочь и прости ему все прегрешения перед Тобой, ибо слаб он духом и уже обделен порочным телом…

Парень читал молитву, непроизвольно выпуская силу. Сила хлынула не в круг, а в стороны, постепенно превращаясь из зеленоватого свечения в чистый свет.

Рука тьмы, до этого сидевший с улыбкой, заржал во весь голос, отчего на него уставились преподаватели, никогда не слышавшие его смеха. Маргарет морщилась от исходящего от Руди света, а стоявшая перед ним Церебра замерла.

Она стояла перед мёртвым, который не смог умереть, читал молитву о упокоении Единому богу и освещал её чистым, незапятнанным светом.

Женщина со стальными волосами не моргала, но на глазах появилась влага. Скапливаясь по уголкам век, она превратилась в сталь. Секунда, другая, строчка от Руди, еще одна, и по щекам сильнейшей магессы света потекли слезы.

Стальные капли оставили росчерки на щеках, скопились на подбородке и серебряными каплями упали на каменный пол, огласив звоном зал, в котором слышался только тихий, но уверенный голос Руди.

Перед глазами руки света прошла жизнь воришки, перед ней была служба мертвецом, сохранившим память в ковене. Перед её глазами была эпидемия чёрной язвы в Кратосе. Перед ней был весь путь.

А Руди продолжал молитву, делая то, что получалось у него в магии лучше всего. Он искренне читал молитву по усопшему. Тому самому старику, что так и умер в той подворотне.

Может быть, его жизнь оборвала чёрная язва.

А быть может он умер раньше от голода.

* * *

Ларс хмуро оглядел оставшиеся двадцать человек и вздохнул.

— Никогда не думал, что окажусь в подобной ситуации… второй раз.

— Да, коллега, — кивнул Гюш. — Чувства, мягко говоря, странные. Но… Вы заметили? Никаких показательных выступлений, как в Свадии.

— Ну, насколько я знаю, этот элемент тут всё же имеется, но не имеет такой важности, как у нас.

— В смысле показательные выступления всё же присутствуют?

— Да, но насколько я понял, впечатляющие результаты влияют только на стоимость обучения.

— Вот как? А критерии?

— Арагорнские камни, — хмыкнул старичок. — У них не смотрят на технику или навыки. Проход только по силе.

— А если претендент попадётся сильным? Это сколько камней надо для…

— Двести великих камней, — кивнул Ларс. — Именно столько в том зале.

— Вы серьезно? Откуда тут столько…

— Налог. Любой маг, работающий за пределами Дракара, обязан платить налог с каждого контракта, — хмыкнул Ларс. — Я не удивлюсь, что у них ещё столько же в запасе. И здесь их нет только потому, что еще никто не наполнил все двести камней.

— Это… очень необычно.

— А еще крайне любопытно, — кивнул старик. — Вам ведь тоже интересно, сколько у вас будет?

— Ну, не то, чтобы это цель для меня, но… да. Было бы любопытно, — признался маг теней и скосил взгляд на Ари и Нами. — Особенно интересно, сколько камней будет у них.

— Ну-у-у-у… Если честно, то я не сомневаюсь, что результат будет впечатляющим. Если они повторяют заученный прием без оплошностей, то думаю, смогут рассчитывать на скидку.

— Согласен, но… Если честно, коллега, меня коробит то, как мы подошли к вопросу, — Гюш вздохнул и взглянул на массивную дверь, которая открылась, и из которой вышла заплаканная девушка, которая с рыданием умчалась в сторону выхода, где её тут же поймал богато одетый мужчина.

— Вы об эффективности?

— Да. Эффективность этого приема, несмотря на всю красоту, мягко говоря, не на высоте, но… — тут Ларс с усмешкой взглянул на парня, вошедшего в зал на трясущихся коленях, и закончил. — Цель. Мы создавали этот прием для красивого эффекта, а никак не для эффективности. У нас была задача, и мы с ней прекрасно справились.

— Все равно…

— Цель, коллега, — перебил собеседника старичок. — В первую очередь цель. Да и прописная истина о том, что зрелищные заклинания зачастую бесполезны, никуда не делась.

— А хотелось бы…

— Да, хотелось бы, но… для начала надо избавиться от этих… — тут Ларс щелкнул пальцем по стальному ошейнику.

— Да. Вы правы, — кивнул Гюш и сменил тему. — Судя по тому, что Руди из зала не вышел, то он прошёл. За наших подопечных я не переживаю, а… а вы что-то подготовили?

— Да, но…

— Будете демонстрировать мощь?

— Не совсем. Хочу немного… порвать ткань мироздания, — с легкой усмешкой объяснил Ларс и, заметив, как округлились глаза мага теней, тут же поправился. — Всего лишь раздвинуть нити миров, но это же по сути…

— Вы… вы владеете техниками…

— А зачем я по-вашему отказывался от стихий, — хмыкнул Ларс и с усмешкой спросил: — А вы?

— Я думал как бы представиться преподавателям, но… — тут маг теней вздохнул и признался: — Некоторые из преподавателей были моими заказчиками.

— Вот как?

— Да. Поэтому я представлюсь прозвищем для местных и просто продемонстрирую объем силы и стихию.

Ларс кивнул.

— Да. Думаю, это будет оптимальным вариантом.

В этот момент дверь приоткрылась, приглашая следующего кандидата. Перед дверью стояли Ари и Нами.

— Боишься? — тихо спросила девушка, стоявшая по правую руку от парня.

— Есть немного, — кивнул тот и взял за руку бывшую рабыню.

— Я рядом, — кивнула она, крепче сжимая его ладонь.

— Мы справимся, — решительно заявил он и сделал несколько шагов внутрь.

Войдя в зал и располагаясь в центре, парочка взглянула на учителей.

— Еще одни ваши… протеже? — с ехидцей спросил Жагой.

— Еще парочка, — кивнула Маргарет.

— Представьтесь, — громко произнёс Хорт, не обращая внимания на перепалку подчиненных.

— Ари из Свадии, — сказал парень, не отпуская руку девушки. — Безродный. Свет.

— Нами из Кратоса. Безродная, — произнесла девушка. — Тьма.

Кельт, так и не спускавший улыбку с лица, подался вперед. Втянув носом воздух, он хохотнул, но больше не издал ни звука.

Ари повернулся к Нами. Погладив её лицо ладонью, он её поцеловал и крепко обнял. Дождавшись, когда девушка так же обнимет его, он прошептал:

— Начинай!

Тьма вылилась щедрым потоком, тут же образовав сферу вокруг обнимающейся парочки. Несколько секунд, и через нее ударили лучи света. Пробивая себе дорогу сквозь поток тьмы, они образовали бреши, но вопреки ожиданиям преподавателей, индукции нет. Более того, тёмная сфера начала вращаться. Лучи начали вращаться с ней, образовав на угольно-черной сфере белоснежные разводы.

Секунда тянется за секундой, сфера превращается в чёрный мрамор с белоснежными разводами.

Преподаватели замерли под звук гула от напряжения силы. Сфера набирает обороты, и когда на секунду показалось, что свету внутри тесно, и он сейчас смешается, и наступит индукция, она внезапно раскрывается.

Раскрывается, словно бутон прекрасного цветка. Один слой лепестков за другим. Черные, белые и лепестки мраморной текстуры.

В центре этого цветка виднеются две обнимающиеся фигуры. Тёмная, как сама ночь, девушка и сияющий ярче солнце парень.

Цветок делает два оборота и замирает.

Миг и свет вместе с тьмой опадают на пол.

— Ты умница, — шепчет парень, целуя макушку девушки.

— Ты тоже, — тихо отвечает тьма.

Церебра стоя наблюдает за этим представлением не в силах прогнать стихию из глаз. Хорт замер, не спуская глаз с камней по периметру зала, наполненных тьмой и светом ровно на половину. Такое Главная рука увидел впервые. Кельт, рука тьмы, был единственных, кто мог издавать звуки. Это был смех.

Он смеялся заливисто, с истеричными нотками, но это был единственный звук в зале.

Темный, проронивший за весь поток студентов едва ли десяток слов, ухахатывался и не мог остановиться.

— Сто камней! Чистая тьма! — произнесла худощавая статуя мужчины вышедшая из ниши и тут же добавила: — Сто камней. Чистый свет!

— Надо будет добавить камней, — не сводя взгляда с парочки произнёс Хорт. — Думаю, тут было бы больше…

* * *

Хорт сидел на своем месте и бездумно смотрел на последнего претендента, который, сглатывая ком в горле, смотрел на преподавателей. За его спиной было семь камней голубого цвета, что свидетельствовало о его чистой стихии воздуха. Количество же было пограничным, и парень стоял на краю лезвия.

— Хватит, — буркнул Жагой, мрачно сверля взглядом кандидата. — У нас и так полно сильных магов в этом году.

Глава не ответил, продолжая стеклянным взором смотреть на претендента.

Над ложем экзаменаторов повисла пауза в несколько секунд, которую нарушил голос руки ветра:

— Беру.

— Да брось Зик, он слабак, — вздохнул маг земли.

— Потенциал не раскрыт. Он может. На лице метки стихии, — беспечно пожал молодой русоволосый экзаменатор. — Да и стихии моей в этом году мало.

Жагой перевёл взгляд на главную руку. Тот в ответ молча кивнул.

— Претендент Ли, — объявил рука воздуха. — Добро пожаловать!

Парень выдохнул, ноги подкосились, и он, развернувшись, поковылял к двери, ведущей на внутреннюю площадь, где его поджидали остальные.

— Руки оплота Стального хребта. Приём кандидатов…

— Да пошли они нахер! — раздался оглушительный бас.

БУДУМ!

Дверь распахнулась с пинка, и на пороге показался закованый в потасканую и местами помятую стальную броню воин. За его спиной находился худощавый мужчина с недовольным лицом.

— Я не это имел в виду, когда говорил, что нам надо пройти сквозь этот зал, — проворчал он.

Воин тем временем прошел по залу и уставился на обалдевших от такого поведения преподавателей.

— Куда делись те, кто прошёл ваше испытание? — хмуро спросил воин, глядя на магов.

Главная рука ордена спокойной вздохнул и указал на другую дверь.

— Все они там, — произнёс он и добавил: — Но чтобы пройти в ту дверь, надо сдать испытание.

Воин хмуро оглянулся на мужчину за его спиной.

— Наваляем?

— Гош, ты хотя бы спроси, что за испытание, — вздохнул мужчина.

— Не хочешь надрать им задницу, тогда просто пошли дальше, — фыркнул воин и направился к двери, но тут звезда под его ногами вспыхнула и образовала барьер.

— Наглецов у нас принято испепелять, — произнёс рука огня, укутавшись пламенем. — Глава, можно я…

— Нет, — не сводя взгляда с двух неизвестных, произнёс Хорт.

Гош влепил кулаком по барьеру, отчего на секунду в зале полыхнуло светом, а затем обернулся к Снеку.

— Давай сегодня без глупостей. Просто выполним условия и пройдём к нашим ребятам, — вздохнул клирик.

— К вашим ребятам, — едва слышно произнёс главная рука и громко обратился к двум незнакомцам: — Представьтесь, кандидаты!

Двое друзей переглянулись. Вперед вышел Гош. Вытащив клинок из ножен, он сделал резкий росчерк в воздухе, оставив белоснежную полосу, образующую круг в воздухе, затем еще один резкий взмах, от которого круг превратился в знак Единого из света, висящего перед ним.

— Гош из Свадии. Паладин. Свет, — громко произнёс он, уперев кончик меча в каменный пол под собой и сложив кисти на рукоять клинка.

— Снек из Свадии. Клирик. Свет, — сказал за ним напарник, встав справа и чуть позади паладина.

Хрот задумчиво вздохнул и перевёл взгляд на Маргарет.

— Это уже не мои, — тут же открестилась рука смерти.

Главная рука снова перевела взгляд на незваных кандидатов.

— Чтобы пройти испытание, вы должны продемонстрировать свой самый мощный приём, сила которого отразиться на этих камнях.

Гош оглядел статуи и огромные камни силы на стенах, затем взглянул на Снека и пожал плечами.

— Ритуал тут рисовать неуместно, — с кислой миной ответил клирик. — Придётся по-походному.

— Давно не практиковались, — кивнул воин.

Клирик встал за спину паладина и принялся что-то шептать. Воин перехватил клинок, крутанул его в руке и, наполнив его силой, вонзил в каменный пол перед собой.

БАХ!

Кончик лезвия вошел в камень, зафиксировав оружие. Сам же паладин окутался светом. Он стянул перчатки, шлем и отбросил их в сторону.

— Жми! — скомандовал паладин напарнику.

ХЛОП!

Зал залило светом, но он не стоял на месте. Он закручивался вокруг паладина и втягивался в него. За пару секунд воин превратился в сверхновую звезду, а когда тело его переполнилось светом, он выхватил клинок и вскинул его над головой.

— ВО ИМЯ ТВОЁ! ЗА ВОЛЮ ТВОЮ! — громогласно объявил паладин.

Свет погас, и в зале резко стало темно, словно руны на стенах потеряли яркость. Под потолком появилось серое облако, а с него через пару секунд медленно и неторопливо начали падать искры.

Оранжевые искорки, рваной траекторией, словно светлячки, устремились вниз. Опадая, как первый снег в безветренную погоду.

— Янтарный орден, — тихо прошептала Церебра.

Слезы отпустили, и по ее щекам больше не текли стальные капли, но глаза так и не отпустило. Стихия руки света никак не хотела уходить.

Хорт глубоко вздохнул, не сводя взгляда с незапланированных кандидатов и в полной тишине преподавателей, впервые столкнувшихся с такой магией, произнес:

— Это будет самый сложный год. Самый сложный на моей памяти…

Он поднялся и перевёл взгляд на камни над головами паладина и клирика, что продолжали творить янтарные искры. Все они сияли белоснежным светом.

— Да, выпуск будет самым сильным за все времена, но год… год будет очень сложным.

Искры падали всё реже, призыв янтарного света иссякал, и когда с потолка сорвалась последняя искра, из ниши вышла статуя закованного в броню воина.

— Двое кандидатов, двести камней! Чистый свет! — громогласно объявил он, и оглушительно врезал своим клинком по щиту, после чего встал на место.

Хорт поднялся на ноги и громко произнес:

— Кандидаты! Я поздравляю вас с поступлением в оплот Стального хребта! — произнес он. — Вы не являетесь подданными Дракара, поэтому обучение для вас составит две тысячи золотых!

— Сколько?!! — тут же вскинулся покачивающийся от усталости Гош. — Ты охренел, старый?!!

— Моя протекция, — тут же вмешалась Церебра, не сводя взгляда со Снека, который вышел из-за спины воина с окровавленным лицом, от бегущей из носа струйки крови. — Полная.

— Слишком много светлых, — не переставая улыбаться, произнёс рука тьмы. — Но я понимаю. Такой шанс бывает не у всех древних, что уж говорить про нас.

Хорт кивнул и, обратившись к двум претендентам, добавил:

— Для вас обучение будет бесплатным.

— То-то же, папаша, — хмыкнул паладин.

Он нагнулся, поднял шлем и перчатки, второй рукой ухватил клирика и, завалив его себе на плечо, всеми силами стараясь не шататься, отправился к выходу.

— Надеюсь, тут хотя бы кормят нормально, — проворчал он. — А может, даже наливают.

Глава 17

Гляделки продолжались около минуты.

Хорт молча рассматривал двух магов, на шее которых красовались рабские ошейники, а те, соответственно, Главную руку оплота, по сути являющуюся ректором.

— Испытания, я так понимаю, для нас не будет, — произнёс Ларс.

— А есть смысл? — хмыкнул Хорт. — Меня больше интересует, зачем это всё?

— На самом деле, мы делаем это не по своей воле, — признался Гюш и щелкнул пальцем по ошейнику. — Это скорее…

— Пакость одного хитрозадого… — начал было маг, но осёкся. — Одного друга нашего хозяина.

Главная рука хмыкнул и задумчиво уставился на стол с бумагами.

— Дело сложное. Рабы в обучении оплота были, но… это были особые случаи, которые вошли в историю заведения.

— Если дело в ошейниках, то по условию, поставленному нашим хозяином, мы получим свободу после того, как получим статус учеников оплота.

— Это многое решает, но… — тут Хорт поджал губы и добавил: — Вы же понимаете, как бывает обычно. Сейчас оплот нейтрален Свадии, но история преподносит порой удивительные события, и вполне может стать так, что Свадия станет нам врагом. А тут два подданных Свадии, обучающиеся нашим техникам и…

— Не поймите не правильно, — перебил ректора Гюш. — Но мы подданные Свадии… довольно условно. Я тот, связи с кем не афишируют. В Дракаре я известен как Гюш «Дыхание смерти».

— Высококлассный маг-убийца, — кивнул Хорт.

— А меня вы можете знать как Ларс «Отрекшийся», — пожал плечами старичок.

— Маг убийца из Свадии и самодур без стихии, — вздохнул Главная рука. — Судя по тому, что я слышал о вас… Удивительно, что вас еще никто не убил. Вы насолили многим.

— Мы слишком много знаем, — хмыкнул Гюш. — Слишком много, чтобы верить, что наша смерть пройдёт без последствий.

— И слишком много умеем, чтобы нас просто так убить, — кивнул Ларс.

Хорт выдержал паузу, внимательно рассматривая собеседников, после чего произнёс:

— Это очень скользкий момент, но… Мы можем решить этот вопрос. С определенными условиями, — ректор достал из стола небольшую шкатулку и открыл её, демонстрируя мумифицированную руку, замотанную в белые ленты с рунами. — Знаете, что это такое?

— Не знал, что вы храните длань первого императора Дракара, — вскинув брови Ларс.

— Смена подданства на магической клятве, — задумчиво предположил маг теней. — Это на магии смерти?

— Руны магии крови, коллега, — хмыкнул Ларс, указав глазами на древний артефакт. — Причем часть из них родовые. Под клятвой будут даже наши дети.

— У меня их нет, — пожал плечами Гюш.

— Но если появятся, то они тоже будут под клятвой.

— А вы хорошо подкованы в чтении рун, — заметил Хорт.

— Профессиональная любознательность, — пожал плечами старичок.

— Я предлагаю вам сменить подданство, а взамен вы бесплатно и без обязательств обучаетесь в нашем заведении, — предложил Хорт и, немного подумав, добавил: — С возможностью привлечения вас в качестве приглашенных специалистов по отдельным темам.

— Платного привлечения, — задумчиво уточнил Ларс.

— Пусть будет платного, — кивнул ректор. — Я уверен, что вам есть о чем рассказать нашим студентам.

— То есть вы принимаете нас как преподавателей? — нахмурился Гюш.

— Нет. Я принимаю вас как образованных студентов. Вы ведь без труда сдадите зачеты по медитации и прочим начинающим дисциплинам. Вопросы и проблемы могут возникнуть только на среднем уровне и то только за счет разночтений теоретических выкладок.

— Ну, на счет теоретических выкладок… у нас есть опыт больших расчетов, — хмыкнул Ларс и скосил взгляд на Гюша, который с улыбкой кивнул коллеге.

— Очень рад, что у вас было время для подобных изысканий и главное — цель, — с грустью произнёс Хорт. — Но я благодаря своему опыту могу вам посоветовать…. как бы то сказать… Я бы посоветовал вам на первых порах отбросить всю спесь и попробовать вникнуть в наши техники и в наш подход. Как в обучении, так и в магии.

Видя, как хмурятся два мага-раба, он пояснил:

— Вы привыкли жить и работать по-другому. Ваши техники отработаны, и попытки заставить вас работать иначе вызовут у вас внутри отрицание. Ведь вы делали по старому, и было всё нормально. Причем отличный результат! Зачем вам подчиняться нашим правилам и требованиям? Затем, чтобы научиться смотреть на магию нашими глазами, через наши подходы и наши требования. Если у вас получится смотреть нашими глазами на магию, при этом зная и имея опыт Свадийской школы, то…

— Мы будем понимать все слабости и сильные стороны свадийской и дракарской школы магии, — поджав губы, кивнул Ларс и взглянул на Гюша.

— Для меня дракарские маги были самыми тяжёлыми заказами, — признался маг теней.

— Именно поэтому я прошу вас отринуть спесь, знания и попробовать стать студентами снова. После того, как смените подданство, разумеется…

— Знаете, коллега, я считаю это… хорошим предложением. По сути нас ничего не держит в подданых Свадии. И вас, и меня многие бы с удовольствием придушили.

— Увы… увы… — вздохнул Ларс и взглянул на Хорта. Прокашлявшись, он кинул взгляд на коллегу и сказал: — Мы готовы дать клятву, но у нас один скользкий вопрос.

— Какой?

— Допускается ли между студентами… выяснение отношений.

— Магические дуэли? Конечно, но под присмотром старших товарищей и преподавателей, а также согласно дуэльному положению оплота и…

— Нет, я не про дуэли, а про… физические… Скажем так. Если кто-то из учеников решит набить морду другому ученику?

Ректор удивленно взглянул на старика, а затем перевёл взгляд на мага теней.

— Это допускается, хоть и порицается. Как преподавателями, так и среди учеников. Кулачные бои — это признак бессилия и…

— Нас устраивает, — кивнул Гюш, сдерживая коварную улыбку.

— Да. Общественное мнение нас интересует меньше всего, — кивнул Ларс и взглянул на артефакт. — Итак? Мы готовы сменить подданство.

* * *

Гош оглядел толпу галдящих подростков, живо обсуждающих поступление, и спросил:

— И как мы тут их найдём?

— Раньше у тебя таких проблем не было, — хмыкнул Снек.

Паладин хмыкнул и заорал во всю глотку:

— Ари, полным псалтирем тебе по хребту!.. АРИ!

— Можно так-то было и просто обойти этих ребят, — проворчал клирик. — Ты высокий, быстро бы заметил.

Гош пожал плечами и указал в сторону от толпы. От стены к ним шла троица. Ари с улыбкой до ушей, немного смущенная Нами, а Руди с деловой и самодовольной физиономией.

— Если Единый меня не обманывает, то ты подрос, — произнёс Гош, когда парень подошёл к нему.

Обняв его и крепко сжав в объятиях, он услышал ответ:

— А ты ни капли не изменился.

— Мы шли по вашим следам, — с улыбкой объяснил Снек, так же обняв послушника. — Вы оставили их столько, что трудно было их не заметить.

— Это был долгий и очень сложный путь, — кивнула Нами.

— Всё потом, всё потом, — обнимая клирика, сказал парень и, на секунду замерев, спросил: — А что вы тут делаете?

— За вами пришли, — удивленно произнес Гош. — Там несколько магов нас испытание какое-то заставили сдавать. Немного полыхнули янтарем и сняли все вопросы.

Ари взглянул на Нами, а потом на Руди.

— То есть вы испытание прошли, — уточнил воришка.

— Так. У меня ощущение, что мы с тобой что-то упустили, — хмурясь, произнёс Снек и взглянул на Гоша.

— Вообще-то это были вступительные экзамены на обучение в оплоте, — произнёс Ари. — И судя по тому, что вы это испытание прошли, то вы теперь… студенты.

— Да ладно, — отмахнулся паладин. — Не собирался я учиться и…

— Закончить обучение можно только по решению преподавателей или в виду скоропостижной смерти, — вклинился Руди.

Гош скосил взгляд на Снека.

— Нет, я догадывался, — пожал плечами он. — Но ты даже слушать меня не стал.

— Ты мог предупредить!

— Я и предупреждал, но ты же сам решил, что тебе надоело ждать и молоть языком, — развёл руками клирик. — И пинком открывать дверь в зал испытаний было не обязательно.

— Я…

— Тебя даже название зала не смутило, — оборвал попытку оправдаться паладина друг.

— И что теперь делать? — растерянно спросил он, глядя на улыбающиеся лица послушников.

— Учиться, — пожал плечами Ари.

Паладин взглянул на толпу подростков, часть из которых косилась на них, затем перевёл взгляд на довольную физиономию друга и мрачно произнес:

— Я плохо читаю…

— Это дело опыта, — пожал плечами Снек.

— И пишу медленно…

— Если тренироваться, то все получится, — вмешалась Нами.

— Я не склонен к обучению, — попытался привести последний аргумент Гош.

— Так все говорят. Но стоит приложить немного усилий… — раздался голос Ларса, подошедшего к ученикам. — И всё получится!

— Это что за хмырь? — тут же уставился на него паладин.

— Знакомься, — хмыкнул Руди. — Два напыщенных, самодовольных умника, считающих себя умнее всех. Тот, что старый — Ларс, тот, что помоложе — Гюш.

— И какого хрена они тут делают? — спросил паладин и скосил взгляд на их рабские ошейники.

— Эти двое — мои рабы, — пожал плечами Ари. — Не спрашивай. Это долгая история и не для этого места.

— Потом послушаем, — кивнул клирик.

— Ари, — обратился старичок к парню. — Испытания мы не проходили, но с ректором уже договорились. Нам нужно снять ошейники и поменять подданство на дракарское. После этого мы будем зачислены в студенты.

— Сейчас?

— Да. После этого будет деление на группы и размещение в общем доме студентов.

* * *

— Группа один! — громко произнёс Хорт, стоящий на трибуне перед новоявленными студентами. — Сельм Фарат, Сиг Любверт…

Ректор перечислял фамилии студентов и громко называл каждого. Студентов поделили согласно их силе и стихии. Принцип был известен только преподавателям, что вызывало зачастую непонимание среди студентов, но недовольство никто высказывать не рисковал.

— Цель. Главное — цель, — произнес Ларс, стоявший рядом с Гошем. — Если есть цель, которая тебя цепляет, то никакие трудности тебя не остановят.

— Цель, — вздохнул Гош оглядываясь по сторонам. — Легко сказать, когда она у тебя есть.

— Ну-у-у-у-у, — протянул стоявший рядом Гюш. — Чем вас не устраивает цель возрождения вашего ордена… допустим на территории Драккара?

— А какая тут связь?

— Прямая. Вы можете назвать себя самым сильным паладином в ордене?

Гош недовольно глянул на мага теней и нехотя произнес:

— Нет. Есть и посильнее.

— И дело не только в размере силы, так? — уточнил Гюш. — Есть ведь те, кто и на клинках вас одолеют?

— Есть.

— А это значит, чтобы воссоздать орден, вам необходимо стать намного сильнее.

— Тут силу увеличивают? — хмуро спросил паладин.

— Нет. Тут учат её использовать. Причем так, как не делают свадийские маги или церковники. А это шанс. Шанс получить те навыки, которые сделают вас другим.

— Другой — не всегда сильнейший.

— Другой — это не такой, как все, — кивнул Ларс. — Но ты должен признать: обычным способом тебе лучшим не стать. Даже просто сильнее.

— Откуда знаешь? — хмуро спросил Гош.

— Я изучал церковные техники, — признался старичок. — И это… нет, не тупик, но чем дальше и сильнее, тем сложнее продвигаться вперед.

— А у магов не так?

— Так, но у нас есть варианты. Можно углубиться в стихию, можно искать схожую, чтобы объединить усилия двух стихий, в конце концов, можно просто отречься от стихий и работать с чистой силой. А вот у церковников такого хода нет. Только свет и молитва.

Гош недовольно вздохнул и толкнул в плечо Снека, стоящего чуть впереди.

— А ты что думаешь?

— Что? — обернулся клирик. — А… Я думаю, что сиськи у той девушки просто изумительны!

— Это Маргарет. И сиськи там подтянутые, соски слегка задраны, а в постели она прямо… — начал было Руди, надувшись от важности, как индюк.

— Два извращенца, — буркнул паладин. — Я про обучение!

— А… — смутился клирик. — Обучение очень важно! Представь, что мы сможем, если сумеем работать как маги, при этом не забывая молитв и наших принципов! Это будет…

Тут Снек умолк, заметив за спиной паладина молодую девушку с рыжими волосами и россыпью веснушек на лице. На ней было обтягивающее платье, которое подчеркивало небольшую, но подтянутую грудь и прекрасно облегало талию.

— Ставлю бутылку крепленого, что он тут хрен до яиц сточит, — буркнул Гош, проследив за взглядом клирика.

— Да, молодых особ тут хватает, — хмыкнул Гюш.

— А если учитывать, что тут придерживаются подхода противоположных стихий, — с улыбкой добавил Ларс.

— Это еще что? — хмуро спросил Гош.

— Поощряются половые связи между учениками противоположных стихий, — пояснил маг теней. — Это позволяет молодым магам серьёзно прогрессировать и развивать дар.

Гюш нахмурился и обвёл взглядом студенток.

— Это обязательно? — спросил он.

— Нет, но желательно, — пожал плечами Ларс. — Мне как старику это вряд ли грозит, но…

Тут маг без стихии задумчиво погладил подбородок и с усмешкой произнес:

— А почему бы и нет?

Гюш усмехнулся и кивнул головой.

— Да, это будет занятно.

— Я, конечно, разделяю ваш оптимизм, но… — обернулся к ним Руди. — Как вы себе представляете это? Деда, ты вообще в зеркало смотрелся?

— Если я задамся целью, то за полгода могу привести себя в порядок, — тут же надулся старичок. — Несколько вариантов зелий и тренировки через основной узел, и я…

— Ты останешься тем самым дедом, — фыркнул Руди. — Можешь выглядеть на восемнадцать, но дедом ты быть не перестанешь.

— Руди никогда не стеснялся грубостей, — хмыкнул Снек. — Как и Гош, но он отчасти прав. Думаю, даже если вам удастся завладеть парой молоденьких девиц, вам самому это быстро наскучит.

Ларс недовольно вздохнул и недовольно хмыкнул:

— Посмотрим.

— И десятая группа, — раздался голос Ректора.

— Нас не объявляли, — произнес Ари. — Групп всего десять. Наверное, это будем мы…

— Скарс из Гербера, Лидия из бухты Большой ковш…

Имена перечислялись, но никого из компании так и не упомянули.

— Я сейчас не понял, — хмуро произнес Руди.

— В этом году оплот идет на нарушение привычных традиций, — тем временем произнёс Хорт. — В этом году мы образуем специальную группу, выделяя отдельно оставшихся учеников. Группа ноль: Ари из Свадии, Нами из Кратоса, Руди Свадийский, Ларс «Отрекшийся», Гюш «Дыхание смерти», Снек и Гош из Янтарного ордена.

— Ну, вот, — усмехнулся Руди. — Маргарет выплатила долг.

— О чем мы не знаем? — с усмешкой спросил Гюш.

— Небольшое пари, — хмыкнул Руди. — И я в нем победил.

— Пари? А подробнее?

— Пари в спальне остаются в спальне, — гордо ответил воришка и подмигнул. — Но выиграл я его без уловок.

* * *

— Я сваливаю, — твердо произнёс Гош, глядя на свиток с перечнем правил поведения студентов.

Компания сидела за столом, доедая ужин.

К слову, кормили в огромном помещении, разделенном по цветам. Каменный пол под первым курсом был покрыт белым мрамором. Под вторым был синим, под третьим красным, а под четвертым черным.

— В чем дело, Гош? — спросил Снек, отвлекшись от куриной ножки, которую с удовольствием обгрызал.

— Седьмой пункт, — грустно произнёс паладин. — Они запрещают пронос алкоголя на территорию оплота!

— А выходить в город тебя не устраивает? — спросил Нами.

— А первому курсу запрещено покидать стены оплота, — ответил паладин. — Шестой пункт.

— Вообще-то множество настоек на факультете зельеварения делается на крепком спирте, — заметил Ларс. — Если тут постулат оплота железен, то… Там производят спирт самостоятельно.

— Спирт? — хмурясь, переспросил Гош, услышав незнакомое слово.

— Прозрачное вино, — пояснил Снек. — Или как его еще говорят «Слезы богини воды».

Гош замер и округлил глаза.

— Они тут готовят Слезы Сувады… — сглотнул паладин.

Руди поперхнулся напитком из ягод и уставился на паладина.

— Что? — возмутился Гош. — Я, может, всю жизнь мечтал зелья варить!

— Цель, — с довольной миной улыбнулся Ларс. — Главное в движении вперёд — это цель!

Глава 18

— Это трудно, я согласен, — произнес Гюш, глядя на Ларса. — Но это факт. Мы просто студенты.

Старичок глубоко вдохнул, затем медленно выдохнул и взглянул на преподавателя.

— Вы хотите, чтобы мы выпустили всю силу?

— Да, — кивнул сухой старичок с длинной рыжей бородой и сверкающей лысиной. — Медитация — очень важный элемент нашего обучения. Вы не сможете почувствовать силу по-настоящему, если внутри вас её будет полно. Только пустое тело сможет уловить малейшее дуновение, легчайший порыв вашей стихии. Именно поэтому мы и проводим эти методики.

— И вас не смущает, что тут полноценные маги и достаточно сильные ученики? — уточнил Ларс.

— Боитесь разнесёте тут всё? — хмыкнул преподаватель. — Посмотрите внимательно на стены. Рунная вязь составлена столетия назад, и ни один студент не смог её нарушить. А если уж быть честным, то и ни один преподаватель.

— Свет, тьма и жизнь, — задумчиво пробормотал Гюш и взглянул на коллегу.

— Мы ведь просто студенты, — ехидно хмыкнул тот и спокойно уселся на пол в специально отведенное место, пробормотав: — Отбросить предрассудки и попробовать вникнуть в материал…

Нами уселась на соседние место с Ари, с другой стороны разместился Руди. Снек и Гош также заняли отведенные рунами места.

— Итак. Для начала выпускаем всю силу в каменный пол под вами до начала головокружения. Как только закружится голова, поток останавливаем. Это первый шаг в нашей медитативной технике.

— И всё же я спрошу, — заняв позу лотоса, произнёс Ларс. — А что будет, если силы окажется слишком много?

— Я же говорил, что…

— Если ее окажется настолько много, что она перевалит коэффициенты Редрихта?

— Если она достигнет такого уровня, то рунная система сбросит излишки в небо. На моей памяти такое мог провернуть всего один студент. Он смог настолько наполнить силой огня это помещение, что в небо ударил луч огня толщиной в палец. Но поверьте, это был действительно выдающийся ученик.

— Предусмотрели, — хмыкнул Гюш.

— Ей, Эксиль, а можно я просто посижу? — недовольно спросил Гош, все время поправлявший мантию.

Паладин жутко бесился от того, что ему запретили носить доспехи и обязали надевать студенческую мантию. Предложение напялить доспехи поверх мантии тоже отмели.

— Задание обязательно для всех, — надавил преподаватель. — И не Эксиль, а господин преподаватель.

— Да ладно тебе, старый, — хохотнул Руди. — Давай уже начинать, а то ноги затекут сидеть в такой позе.

Старичок гневно зыркнул на воришку и заметил довольную улыбку на лице Ларса.

— Приступайте, — буркнул он, сложив руки на груди.

Поначалу ничего не происходило. Сила медленно выходила от каждого студента и текла по рунной вязи, распределяясь по общему плетению.

— Вполне достойный уровень, — поджав губы, произнёс преподаватель, наблюдая за потоком силы. — Думаю, первая группа выдала не хуже.

— Эй, вы двое! — рыкнул Гош. — Хватит халтурить!

Ари взглянул на паладина, затем на Нами и пожал плечами.

— Я же как лучше хотел, — сказал он и кивнул девушке.

В этот момент руны вспыхнули, Эксиль шарахнулся в сторону, а затем в залитом ослепительным светом зале раздался голос Руди:

— Ломать не строить! Давай жару!

Сила ударила во все стороны, она рвалась из рун и заполняла весь зал. Тьма и свет, не смешиваясь, закружились водоворотом и ударили в потолок, где находилось большое стекло, закрытое пластинами из специального камня. Вниз полетели осколки дорогого минерала, обломки свода зала, а вверх ударил свет, тьма и жизнь. Туда же рвались сгустки теней и огромные полупрозрачные шары, бьющие в стороны разрядами чистой силы.

Грохот стоял такой, что заложило уши. Сквозь грохочущий гул света, сквозь вибрацию потоков тьмы, от которых дрожали легкие в груди, сквозь свист жизни и треск чистой силы доносился рев Гоша:

— Дави, твою мать! Развалим эту хреновину!

— У-У-У-УА-ХА-ХА-ХА! — орал Руди, медленно, но уверенно превращаясь в нежить. — ЖАРУ! ЕЩЕ!

Буря стихий продлилась еще несколько минут. Стены крошились, рвались цепочки рун, но в итоге всё начало стихать. Свет угасал, тьма чёрным туманом оседала вниз. С неба, через дыру в потолке, падали янтарные искорки под вой растворяющихся теней.

Между учениками так и продолжал стоять Эксиль. Только теперь его борода была белоснежной с черными прядями. На голове, не видевшей волос уже несколько десятилетий, торчала торчком рыжая шевелюра, среди волос которой проскакивали искорки.

— Мощно получилось, — прохрипел Снек, вытирая пот со лба.

— Давно так не выкладывался, — кивнул Ларс, стараясь справиться с тяжелым дыханием.

— Полностью согласен, — кивнул Гюш, облизнув пересохшие губы.

— Зато красиво, — вставил слово Ари, стараясь справиться с головокружением.

— А кто-то что-то чувствует? — спросила Нами, понимая, что суть задания заключалась в чем-то другом.

Повисла небольшая пауза, которую нарушил Гош.

— Жрать охота…

Паладин поднялся и, покачиваясь, поплелся к выходу.

— И вообще, когда у нас там зельеварение?

* * *

Дверь открылась, и на пороге показался необычный гость. Несмотря на то, что он был высоким и широкоплечим, с прямой осанкой и отличным телосложением, лицо его явно отражало усталость и отсутствие сна в последнее время. А если учесть, что одет он был в помятый расшитый золотом пиджак с геральдикой правящего рода Дракара, то дело принимало очень необычный поворот.

— Ваше величество, — поклонился Хорт вошедшему в кабинет высокому широкоплечему мужчине. — Чем обязан вашему визиту?

— Добрый день, Главная рука, — кивнул тот и уселся в кресло рядом с журнальным столиком. — Рад, что ты в здравии.

Заметив, как посетитель ловко ушёл от вопроса, Хорт подошёл к шкафу и открыл дверцу, за которой стояли тёмные бутылки с напитками специально для гостей.

— Свадийского?

— Розового? — уточнил мужчина.

— Есть и розовое, — кивнул Хорт, выуживая пару бокалов из ниши и бутылку с вином.

— Хорт, мы с тобой давно знакомы, и у меня есть правило не вмешиваться в то, что происходит в оплоте, — начал он. — Но старший братец меня окончательно доконал.

— М-м-м-м? — вскинул брови ректор, разливая по бокалам вино. — И что же произошло?

— Хватит придуриваться. Фарги все уши прожужжали братцу и напускали слухов, от которых волосы на голове шевелятся. Я только их приструнил, и они уткнулись, как у нас в университет принимают наёмных убийц, свадийских магов, церковников и чудовищно сильных учеников. И среди них нет ни одного дракарца! Старший Фарг уже не постеснялся ткнуть пальцем в твою честь и обвинить в подготовке к перевороту.

— Публично?

— Завуалировано. В приватном разговоре с моим человеком.

— Быстро сработал, — хмыкнул Главная рука. — Но поспешил, не выяснив подробностей.

— Будь добр просвети меня, потому что я уже не знаю, что говорить брату. Ты хоть представляешь, что такое пытаться остановить гнев нынешнего правителя Дракара?

— Начнём с того, что оба свадийских мага на момент поступления были рабами, — сказал ректор, наблюдая, как меняется лицо собеседника. — А владельцем этих рабов был подросток с чудовищным по всем меркам даром света.

— Та-а-а-а-ак.

— Я, как и вы, был обеспокоен тем, что эти двое станут учениками оплота. Тем более что оба они подданные Свадии. Именно поэтому я применил дарованный оплоту артефакт императорской семьи.

— Длань первого императора… — хмурясь, произнёс собеседник. — И они приняли кровные узы с правящей династией?

— Приняли, — кивнул Хорт. — Оба этих мага теперь преданнее любого придворного. Они физически не смогут навредить династии и будут служить во имя и славу семьи Гердер.

— Хорошо, — вздохнул мужчина. — А что с церковниками?

— Простите, за фамильярность, но… — Хорт вздохнул, пригубил вина и продолжил: — Роберт, ты же прекрасно знаешь, что происходит в Свадии. Причем я уверен, что знаешь побольше моего.

— Церковь прогнулась под правящую династию, — вздохнул тот.

— А про Янтарный орден…

— Распустили.

— Эти два церковника бывшие члены ордена. Группа «Дубовой лозы».

— Я слышал, что группа проблемная…

— Но при этом всегда справлялась со своей задачей. И их всегда было только двое. При этом остальные три свадийских студента их послушники.

— Это может стать проблемой, — вздохнул Роберт. — Если они объединятся, то…

— В том и дело, — кивнул ректор. — Они уже объединились. Я согласился с предложением Руки смерти и собрал их в одну группу.

— Зачем?

— Затем, что их сила слишком огромна, чтобы объединять их с другими студентами. Их знания и навыки на другом уровне, и смысла держать их рядом с молодыми и необученными нет. Хотя и мы попробуем подтянуть слабых за счёт этой группы.

— А как же?..

— Всё просто. Я собираюсь провести через клятву всех членов группы.

— Как вы собираетесь это сделать? Шантаж или…

— Нет. Это надо сделать по-другому. Я еще рассматриваю вероятности, но в моих планах сделать так, чтобы они сами пришли с такой просьбой.

— Сами?

— Сами, — кивнул Хорт. — Это будет долгий и сложный процесс, но самые преданные слуги как раз и получаются из тех, кто приходит за этим самостоятельно.

Брат правителя вздохнул и произнёс:

— Придётся повозиться, чтобы заткнуть Фаргов. Это будет проблемой.

— Проблемой? — хмыкнул Хорт и подошёл к окну, закрытому шторами. — Настоящая проблема — вот это!

Он раздвинул шторы, за которыми открывался вид на огромный круглый комплекс, созданный специально для практических тренировок и дуэлей. Из него в небо бил столб тьмы и света. В воздухе над ним летали темные тени и шаровые сферы, с треском бьющие по сторонам молниями.

— Что это? — не сводя взгляда с происходящего, спросил брат императора.

— Медитация. Пока это просто медитация спецгруппы. Что мы будем делать, когда они будут обучаться практике — понятия не имею! Вот это проблема.

* * *

— Добрый день, — поздоровался Ларс, войдя в помещение.

Следом за ним зашёл Гош, глазеющий по сторонам и рассматривающий убранство огромной лаборатории со склянками всех возможных форм.

— Профессор Варус?

— Он самый, — кивнул взлохмаченный мужчина в очках, рассматривающий на свет фиолетовую жидкость в колбе. — Чем могу…

Тут он обернулся и с удивлением обнаружил перед собой двух взрослых мужчин в форме первокурсников.

— Удивлён, — вскинул брови Рука зельеварения. — Действительно удивлён. Редко, когда среди поступивших студентов можно встретить…

Тут он замялся, и за него закончил Ларс:

— Взрослых людей. Причем не просто взрослых, но и в меру опытных.

— Даже так, — поправил профессор очки. — Специализация?

— Чистая сила. Меня тут знают как Ларса «Отрекшегося».

Варус поставил колбу, наклонил голову и подошёл к собеседнику.

— Отрекшийся свадиец и заканчивал свадийскую академию…

— А теперь сменил подданство и ищет знаний в оплоте Стального хребта, — кивнул старичок.

— Иногда я думал, что меня нельзя удивить жизненными историями, но вам удалось, — хмыкнул алхимик и, взглянув на Гоша, спросил: — И что вас привело ко мне? Основы зелий для первокурсников начнутся на следующей неделе…

— Профессор, у нас две проблемы, и их не решить… Простой магией. Ну, если вы, конечно, не владеете в совершенстве магией крови.

— Магией крови, — повторил Варус. — Заинтриговали. В чем суть?

— Знаете, я в силу своей неопытности… Нет, не той. Всё дело в подходе заведения к правилу противоположных стихий.

— М-м-м-м… Вы о поощрении половых связей между студентами разных стихий? Да, на самом деле это иногда превращается в проблему. Молодые и горячие головы устраивают дуэли, выясняя, кто достойнее руки очередной одаренной… Но я не думаю, что у Ларса Отрекшегося будут проблемы?

— Нет, дело не в этом. Дело в том, что… В последнее время я не уделял должного внимания телу и… Упустил один важный момент, который… для каждого мужчины…. является непременным атрибутом, — спотыкаясь и виляя, произнёс Ларс, при этом умудрившись немного покраснеть. — Я думал, у меня будет время для техник Шарота. Рассчитывал хотя бы на пару месяцев, но…

— Местные девушки смотрят не на лицо и стать, — хохотнул Варус. — Они смотрят на уровень силы, так?

— Ага, — расплылся в улыбке Гош. — Его уже пытались зажать в коридоре.

— Понимаю, — кивнул профессор зельеварения. — Это по-настоящему сложный вопрос… особенно в нашем возрасте. Мне тоже порой достаётся, но… Это отдельные особы.

— Я пришёл к вам с просьбой о помощи. У меня действительно безвыходное положение.

— Понимаю, но увы. Зелья для студентов выдаются только в качестве вознаграждения, — развёл руками Варус.

— Кого надо отмудохать за «Слезы богини воды»? — тут же расправил плечи паладин.

— Отму… что? — поправил очки Варус.

— А, это вторая наша проблема, — нехотя произнес Ларс. — Мой соотечественник жутко страдает без… Алкогольной продукции.

— Пронос алкоголя в оплот запрещен.

— Да, мы читали правила оплота, — кивнул старичок. — Но ведь никто не запрещает его изготавливать тут, ведь так?

Варус затравленно оглянулся на дверь в небольшой кабинет и произнес:

— Нет. Алкоголь улучшает всасывание и хорошо растворяет… некоторые вещества. Мы используем его в зельеварении…

— Вот и мой друг… Страстно желает научиться изготовлению спирта.

— Прямо спать не могу, — кивнул Гош.

Варус нахмурился и покачал головой.

— Если цель сам спирт — увы. Я ничем не могу вам помочь и…

— Я посуду могу мыть, — оборвал его Гош. — Или картошку чистить… ну, или что у вас тут.

— Предлагаете себя в качестве лаборанта в свободное время? — задумчиво произнёс Варус и оглядел бардак в лаборатории.

— Если научите, то да! — твердо заявил паладин.

— Я не буду учить вас перегонке спирта до тех пор, пока в этом не появится нужда, — сложил за спиной руки профессор. — Начнем с простых отваров, которыми как раз будет заниматься первый курс, а там посмотрим. И учтите, я крайне требователен к лаборантам! Сбежите ведь через неделю.

Ларс обвёл бардак в лаборатории и хмыкнул.

— Видимо, поэтому у вас их и нет.

— Я упертый, — твердо произнес паладин, закатав рукава и продемонстрировав огромные лапища. — С чего начинать?

— Отлично, — кивнул Рука зельеварения и взглянул на Ларса.

— Чистая сила, без примеси стихий, — произнес тот, сформировав на руке полупрозрачный шар. — Это отличный способ провести несколько экспериментов, не так ли?

Варус взглянул на руку студента с прозрачным сгустком, затем перевёл взгляд на Гош и кивнул.

— Хорошо, но учтите! Спуску не дам!

* * *

Снек взял пару тарелок, поставил на поднос и вышеёл в общий зал. Обведя взглядом столы для первокурсников, он заметил группу девушек с метками тёмной силы.

— Отлично, — произнес он, заметив заинтересованные взгляды девушек, и направился к ним.

Он уже приблизился к столу, где они сидели, как перед ним возник высокий широкоплечий парень.

— Только попробуй, свадиец, — пригрозил он, прожигая взглядом клирика. — Я тебя так отделаю, что забудешь, где родилась твоя задница.

Снек сделал шаг назад и удивленно уставился на парня. Высокий, мощный, русые волосы и татуировка на лице в виде одной опускающейся линии со лба к щеке.

— А ты, собственно…

— Не лезь, слышишь? — возник рядом с ним второй. — Свадийцам тут не место.

Снек хотел было что-то сказать, но тут на его плечо легла рука Руди.

— Он просто искал нас, — с улыбкой объяснил воришка и утянул за собой клирика.

— Какого черта? — возмутился клирик, пока Руди тащил его к столу, где расположилась компания.

— Это семья Фаргов. Крепкие ребята и достаточно сильные, — пояснил он. — И это не просто сильные студенты. Это одна из семей Дракара, претендующая на власть.

— И что? Мне теперь нельзя общаться с местными девушками?

— Нет. Тебе нужно просто избегать с ними конфликтов. Это пока мы тут, в оплоте, всё можно решить один на один. Когда-нибудь мы его закончим, и проблем они могут принести немало. К тому же эти двое тёмные, живут в общежитии для тёмных и следят, чтобы иностранцы не совались к их девушкам.

Снек сел за стол к компании и возмущенно спросил:

— А как же взаимодействие противоположных стихий? А как же правила…

— У них достаточно влияния, чтобы плевать на правила и устанавливать свои порядки, — пояснил Руди. — Тут всё сложно. И если уж тебе приспичило, то обрати внимание на других тёмных девушек. Среди них есть не дракарки.

— А вдруг у них уже есть пара? — спросил клирик.

— Это определяется по вот такой нашивке, — указал воришка на Ари и Нами, у которых на груди была нашита эмблема с крестом. У Нами был белого цвета, а у Ари черного.

— Получается, если у девушки нет такой штуки на мантии, то она… — тут Снек вытянулся и завертел головой, словно хищник, почуявший добычу.

— Гош, ты почему не ешь? — спросила Нами, заметив состояние паладина.

Тот сидел, втянув голову в плечи, и бездумно смотрел в тарелку, где находилась большая порция свежей отварной картошки, политой соусом. Рядом с ней лежало несколько кусков вареной моркови и огромная, хорошо прожаренная котлета.

— Варус… тот зельевар… — тихо произнёс он.

Все взглянули на паладина. Тот не моргая пялился в тарелку.

— Что он?

— Он взял меня лаборантом… Он попросил меня почистить клубни для отвара… — Гош начал белеть, но взгляда от тарелки так и не отвёл. — Я взял клубень, а он как картошка… Шершавый, с глазками… Так и не отличишь. Потом я взял нож и начал ее чистить… А потом…

Гош сглотнул и, оторвав взгляд от еды, обвел собравшихся.

— Потом картошка открыла глазки и маленький рот… Она беззвучно орала… А я спускал с неё шкуру…

В полной тишине он взглянул на клирика и произнёс:

— Снек… мне надо исповедоваться…

Глава 19

Разделение студентов по месту жительства официально в оплоте не существовало. Комнаты выдавались случайно и по большому счету преподавателям было всё равно, кто и с кем живет, но негласное правило среди студентов все равно существовало.

Нет, сила и стихия студентов при расселении не интересовали. Студентов, как не странно, интересовало происхождение. Так, лучшие комнаты в большом каменном здании занимали одаренные правящего рода и семьи Фарг. Это были большие просторные комнаты с богатой мебелью и небольшим балконом. Тут надо отметить, что оплот отношения к обстановке в комнатах не имел никакого отношения. Этим занимались непосредственно студенты.

Студенты Дракара занимали центральные и верхние этажи, стараясь выбирать комнаты подальше от северной стороны здания. Здесь была уже обычная мебель, установленная еще администрацией оплота.

Приезжие же маги довольствовались тем, что оставалось — полуподвальными комнатами и комнатами у северной стены, где зимой умудрялись промерзать каменные стены от дующих с гор ветров.

— А вам не кажется, что селить нас в этом… — тут Гюш задумчиво взглянул на небольшую постройку, до появление особой группы приспособленную как склад. — В этой халупе?

— Всё же стоимость обучения тут заоблачная, — кивнул Ларс. — А вместо комнаты мы получили это убожество. Кстати, Рудольф. Ты обещал, что сегодня из города привезут нормальную мебель.

Руди недовольно зыркнул на старика и произнёс:

— Еще раз меня так назовешь, деда, я тебе…

— Что? — вскинул довольно брови маг и, сложив руки за спиной, с довольной миной продолжил идти к небольшому домику.

Подойдя поближе, он заметил, что на крыше появилась заплатка, а на небольших окнах занавески. Подойдя еще ближе, он заметил молодую девушку в мантии и знаком тьмы на груди.

— О, а вот это интересно, — с улыбкой произнёс Ларс и оглянулся на остальную компанию. — Интересно, к кому она пришла?

— Точно не к Ари, — твердо заявила Нами.

— Делаем ставки, — с усмешкой произнёс Руди. — Светлых, кроме Ари, осталось двое.

— Ставлю на Снека, — хмыкнул Ари.

— Поддерживаю, — кивнул Гюш.

— Я тоже думаю, что к Снеку, — кивнула девушка.

— Снек, — однозначно заявил Ларс.

Сам клирик оценивающе оглядел девушку. Довольно высокая, черные волосы и карие глаза. Приятные черты лица и небольшая грудь. Мантия скрывала фигуру, но опытный глаз уловил вполне приличные обводы бедер. Что-то решив в голове, клирик хмыкнул и кивнул своим мыслям.

— В принципе довольно неплохо, — произнес он и ускорил шаг.

Подойдя к девушке, он вежливо склонил голову и произнёс:

— Меня зовут Снек. Когда-то я был членом Янтарного ордена и…

— Кто из вас Гош? — спросила она.

На паладине с хмурым выражением лица скрестились взгляды всей компании.

— Я. Чего надо?

Незнакомка оглядела его оценивающим взглядом, затем кивнула в сторону и произнесла:

— Пойдём. Дело есть.

Паладин, тащивший стопку книг, бумаг и писчих принадлежностей, вздохнул и сгрузил всё другу.

— Какого хрена ей надо? — проворчал он и отправился за девушкой.

Отойдя с ней достаточно далеко, чтобы их не услышали, Гош спросил:

— Ну? Чего?

Девушка молча без всякого предупреждения выхватила нож и резким взмахом попыталась полоснуть паладина по лицу. Гош же, несмотря на свое скверное настроение, отреагировал мгновенно. Поймав руку с ножом, он вывернул запястье, но тут же получил удар кастетом под ребра. Недолго думая, он дернул противника к себе, одновременно нанося удар коленом.

— Пфух!

Девушка поперхнулась и упала на колени.

— Тебе делать совсем нехрен? — недовольно спросил паладин, поднимая нож с земли.

— Сойдёт, — тяжело дыша произнесла незнакомка.

— Что сойдёт?

— Ты сойдешь.

— Совсем дура? — недовольно буркнул Гош. — В следующий раз челюсть сломаю!

Паладин повернулся, но его за руку схватил незнакомка. Воин уже перехватил кисть, но остановился.

— Не кипятись. Так надо было.

— Для чего?

— Мне партнёр нужен, — произнесла она. — С сопляками возиться не собираюсь и местных вельмож на дух не переношу.

— Спарринги что ли? — хмуро спросил Гош.

Девушка оглядела паладина и спросила:

— У тебя сколько камней?

— Каких?

— На испытании, в зале приёма претендентов сколько камней у тебя было?

— Когда уходили, белыми были все, но нас двое было, — пожал плечами Гош. — А причем тут…

— У меня всего двенадцать, — оборвала его незнакомка. — Мне нужно увеличить резерв, а для этого нужен светлый.

— В смысле?..

— В прямом. Договор простой — спим три раза в неделю. Ты свой дар увеличиваешь, а я свой. Никаких извращений, никаких ухаживаний. Ты поможешь мне, я помогу тебе.

Воин оглянулся назад, где оставшаяся компания с интересом наблюдала за ними.

— Я как бы… я с мечом лучше, чем в постели. Тебе бы к вот тому, клирику. Он хотя бы…

— Я с тряпками не сплю, — отрезала девушка.

Воин растерянно почесал голову и спросил:

— А других светлых…

— Вас всего восемь мужчин на весь курс, а старшие все заняты, — пояснила она и, заметив сомнения на лице воина, добавила: — Грудь у меня нормальная. Могу показать…

— Да, мне как бы… кхэм, — воин снова оглянулся на компанию и, понизив голос, оправдался: — Мы в ордене под обетом были. У каждого только один грех был… И мой был не женщины.

— В смысле?

— В прямом. У меня… у меня как бы… Не так много опыта, — опустив взгляд, пояснил воин.

— А у нас всех приличных воинов разбирали еще до совершеннолетия, — усмехнулась девушка. — Так что у меня опыта тоже немного.

Гош вздохнул и еще раз оглядел незнакомку.

— Звать-то тебя хоть как?

— Договоримся — скажу.

Паладин кивнул, но тут же предупредил:

— Я с учебой не очень и… времени будет мало. Да и еще я помощником к Варусу зельевару попросился. Так что…

— Я сама тебя найду, — кивнула она и направилась по тропинке к зданию, где проживали студенты, но сделав два шага, обернулась и представилась: — Зайра из Гультов.

— Гош из Свадии, — кивнул паладин.

— Гош, и сделай нашивку. Рвать волосы мелким дурам нет ни времени, ни желания.

— Тогда и ты пришей, — кивнул паладин.

Девушка пошла дальше, а Гош задумчиво провожал ее взглядом. Нет, он не пялился на ягодицы, но привычку наступать с пятки на носок заметил сразу, как и характерные для мечника мозоли на руках.

Воин отправился к друзьям. Первый задал вопрос Снек:

— Ну? Ты ей что-то сделал? Или она кровная обидчица?

Паладин взглянул на друга, нахмурился и нехотя ответил:

— Снек, меня только что сняли… Как бабу в квартале красных дверей.

— Да ладно, — хохотнул клирик. — Ты сейчас серьёзно?

— Да, — кивнул паладин и толкнул дверь, ведущую в дом. — Еще и застолбили, словно взяли на зарплату.

Гош взглянул внутрь дома и замер.

Дверь вела в просторный зал с креслами, диванами и камином. Стены были выкрашены, углы выровнены, пол застелен отполированной доской, а под потолком висела магическая люстра.

— А где сарай? — спросил воин и оглянулся на Руди.

— За деньги даже из сарая можно сделать приличное жилье, — авторитетно заявил Руди, заходя внутрь и придирчиво осматривая сделанный ремонт.

— Я стесняюсь спросить, сколько это всё стоило? — вошёл следом Гюш.

— Дорого. На внешнюю отделку у местных строителей мне не хватило, — пожал плечами Руди и добавил: — Хотя это и к лучшему. Меньше будем выделяться.

— Снек! Иди сюда! — выглянул из двери в коридоре паладин. — Наш воришка где-то спёр золотой унитаз!

* * *

Руди надел рубашку и принялся застегивать пуговицы.

— Ну, теперь мы в расчете, — произнёс он со вздохом. — Должен признать, это было… достаточно приятный долг.

Маргарет, лежавшая на кровати без сил, приподняла голову и с хрипотцой произнесла:

— Обычно… обычно маги жизни не столь… Активны.

— М-м-м-м? — обернулся Руди. — Это ещё почему? Простимулировать силой пару мест не такая уж и сложная задача. Даже для меня, такого недоучки.

— Так и есть, но для того, чтобы это имело хоть какой-то смысл… надо хоть немного увлечься партнером.

Воришка обвёл взглядом тело Маргарет и задумчиво уточнил:

— А кто-то может остаться равнодушным с такой красоткой?

— Может. Мысль о том, что я некромант… многим не даёт сосредоточиться на моём теле.

— Вот как, — хмыкнул Руди и подхватил мантию. — Получается целители… чистоплюи?

— Я бы не сказала… Но по-большому счету это так. Как-то мне признался один… целитель, что мысль о том, что я копаюсь в трупах его не покидает.

— В таком случае неплохо помогает алкоголь.

— Чтобы забыть, с кем ты, нужно много алкоголя, а с таким количеством вина внутри… Мужчина уже мало на что способен.

— Печально, — вздохнул Руди. — Меня твоя специализация особо не волнует.

— Тогда и проблем с выбором пары у тебя не будет, — улыбнулась рука смерти. — Уже присмотрел кого-то?

— Мы только начали обучение. Я еще толком некроманток не видел.

— У вас разве не было стихийных лекций?

— Это те, где читают по отдельной стихии? Были, но я же не пойду на лекцию к некромантам.

— Зря. Советую. Для понимания жизни, полезно сходить на лекции по стихии смерти, — задумчиво произнесла Маргарет. — К тому же сейчас, когда еще дают основы, а не конкретику и техники.

— Обязательно загляну, — хмыкнул Руди. — Если Фарги опять бычить не начнут.

— Семья Фарг… — вздохнула мастер смерти. — Вечно от них проблемы. Дожили до того, что они свои правила в оплоте устанавливают.

— Да, мой наставник… Один член моей группы уже столкнулся с ними. К счастью, удалось избежать конфликта. Правда, с еще одним придётся что-то придумать.

— М-м-м-м?

— Здоровяка захомутала местная девушка. Зайра из Гультов. Насколько я понял, она дракарка. Пока прецедентов не было, но…

— Гульты… Проблем не будет, — усмехнулась Маргарет. — Скорее у Фаргов будут проблемы.

— В смысле?

— В прямом. Гульты не большой, но… очень… — женщина сделала неопределенный жест рукой, подбирая слова. — Агрессивный род. Да. Пожалуй, это будет максимально близко.

— В смысле агрессивный?

— В прямом. Потом сам увидишь… Да, и предупреди, чтобы твой «наставник» придерживал коней в конфликтах с Фаргами. Потом могут быть серьезные проблемы.

— Насколько серьезные?

— Смертельно серьезные. Фарги довольно мстительные. А эта девушка из Гультов… Сама решит ситуацию. Если Фарги вообще решатся на неё давить.

— Хм, это радует, — улыбнулся Руди от перспектив очередного спора.

Парень с задумчивым лицом принялся натягивать мантию, уже обдумывая план очередного спора с Ларсом.

— Целитель-мужчина — это редкость, — тем временем потянулась рука смерти. — Как и женщина-некромант.

— Странно, — хмыкнул Руди. — Я думал, что сила не выбирает по полу.

— Проклятье стихии и особенности жизни под ней, — протянула девушка. — В городах девушке-некроманту проще. Тут есть хоть какое-то понятие о магии… В селах же можно угодить на костер или оказаться связанной в колодце, только потому, что от выброса силы ожила крыса.

— Понимаю, — хмыкнул Руди. — В селах до сих пор мрак. Я раньше думал, что так только в Свадии.

— Так везде, но у нас хотя бы есть возможность простолюдинам получить образование.

— Но они все равно не возвращаются в села.

— А кто туда пойдет после жизни в сытости, тепле и роскоши? — с горькой усмешкой произнесла Маргарет и поднялась с кровати. — А если еще и с магией смерти, то все становится… очень сложно. Деревенским ведь не объяснишь, что труп — это инструмент.

— Был опыт?

— Был, — кивнула некромантка. — Кстати, завтра я буду читать лекцию по основам распределения силы смерти в природе. Можешь заглянуть.

— Обязательно. Надо будет взглянуть на девушек, — кивнул Руди и еще раз оглядел голую Маргарет.

— Если никто не приглянется, то мои покои для тебя всегда открыты, — подмигнула некромантка. — Кстати, приглядись к одной особе.

— Уже сватаешь мне кого-то? — усмехнулся Руди.

— Не то чтобы сватаю, но есть одна первокурсница. У нее обожжена щека и помутнел один глаз.

— Если у вас там все такие, то я пожалуй…

— Ее успели снять с костра. Какой-то умник додумался накидать в огонь Волчьей ягоды и у наших целителей затруднения с её лечением, — вздохнула Маргарет. — Это, конечно, поправят, но на это потребуется время. Сама она вполне миленькая и силы на тридцать камней.

— Насколько я понял, это много.

— Много, и главное по количеству рядом с твоим даром.

— Это важно?

— Да. Чем больше разница в даре, тем меньше эффект от… взаимосвязи.

— Получается, что ты от нашей связи…

— Это лучше, чем ничего, — призналась Маргарет. — К тому же эффект роста будет сохраняться какое-то время.

— Слушай, а почему ты не воспользуешься связью с рукой жизни? — нахмурился Руди. — Насколько я знаю, он достаточно сильный и…

—…Предпочитает мальчиков. Помоложе, — с усмешкой закончила фразу мастер смерти. — Увы. Это тоже работает.

Руди озадаченно почесал голову и остановил взгляд на оголенной груди Маргарет.

— Ты не представляешь, насколько я рад, что рука смерти — женщина.

* * *

— Твою мать! — раздался гневный выкрик Гоша из другой комнаты, где он терпя подначки и подколки Ларса в пятый раз переписывал лист, на котором в очередной раз умудрился сделать ошибку.

— Ничего, зато выучишь коэффициенты Ламбра, — донесся довольный голос старичка.

— Да, в плане кропотливости и внимания Гошу еще придётся серьёзно подучиться, — кивнул головой Снек, усевшись в кресле гостиной.

— Он справится, — вздохнул Руди, поглаживая небольшую птичку в руках. — Он не глупый, хоть и всегда старался таким казаться.

— Да, но вот внимание к мелочам… порой очень важно. Особенно в магии.

— Ларс, несмотря на то, что жуткий сноб, был прав. Главное цель. Заставить Гоша переписывать таблицы по разведению растворов и их зависимости от температуры… Это еще додуматься надо.

Руди на пару секунд замер, а спустя еще пару секунд его руки засветились. Над птицей мелькнули пара зеленых фигур и тут же исчезли.

— Что ты делаешь с этой птицей? — взглянул клирик на воришку.

— Поймал в саду. Вчера ветер был сильный. Сломала крыло.

— Пытаешься срастить кость? Не проще насытить силой?

— Малое исцеление Крита. Старый пид… Рука смерти на занятии сказал, что при отточенным навыке оно может сращивать кости.

— Но это заклинание для мягких тканей, так?

— Так, — кивнул Руди. — Хочу попробовать довести этот навык до уровня сращивания костей.

— Делать что-то неправильно, получать плохой результат и снова повторять это действие раз за разом — это признак безумия, — с улыбкой произнёс Снек. — Ты ведь не думаешь, что наложив это заклинание тысячу раз, оно внезапно начнёт сращивать кости?

Руди удивленно взглянул на Снека.

— Я думал, это заклинание станет привычным, и сила будет распределяться по-другому.

— Руди, это так не работает, — хмыкнул клирик. — Тут дело в другом.

— В чём?

— Пока я сам не разобрался, но…

Снек задумчиво почесал лоб.

— Я наблюдал за рукой света. И вот, что я заметил…

Бывший член Янтарного ордена поднял руку и создал небольшой шарик света на ладони.

— В учебниках пишут о последовательности создания определенных частей заклинания. Ларс мне объяснял и показывал мысленное построение, поэтому я выбрал его. Когда я ему показывал то, что пишут в учебниках, он жутко ругался. И суть в том, что заклинание мастера, по его мнению, строятся по-другому и в ином порядке.

— Тогда зачем в книгах пишут так?

— Потому что начинающему очень трудно воспроизвести заклинание в мастерском порядке. Чисто физически.

Ларс погасил сияющий шарик и, сосредоточившись, замер. Через десять секунд концентрации на его руке появилась крошечная точка, сияющая так, что у воришки заслезились глаза.

— Разница в уровнях эффекта колоссальна, но и времени на такой подход нужно на порядок больше, — выдохнул клирик, впитав шарик обратно. — Думаю, тебе стоит поговорить с Ларсом. Он в этом деле разбирается достаточно хорошо.

Руди задумчиво взглянул на птицу, а затем на дверь, за которой Гош в очередной раз переписывал таблицу.

— Эй! Деда! — крикнул воришка. — Спорим, ты не разберешься, почему заклинание не работает!

Снек покачал головой.

— Он достаточно стар, чтобы не вестись на такие простецкие уловки…

Руди с коварной улыбкой взглянул на клирика, а спустя несколько секунд дверь открылась и из неё показался, Ларс.

— Я тебе не деда, Рудольф, — произнёс он и хмуро взглянул на птицу в руках воришки. — Второй клюв пытаешься ей вырастить?

— Нет, кость срастить, — пояснил Руди и повторил заклинание, изученное на занятии по целительству.

Дождавшись окончания, Ларс с жалостью взглянул на воришку и пояснил:

— С таким подходом и этим заклинанием у неё не крыло срастется, а действительно вырастет второй клюв… Или третье крыло.

— С чего бы это? — фыркнул Руди. — Я все делаю правильно!

— С того, что база на основе роста живого, — вздохнул Ларс и, подойдя к Руди, прислонил ухо к его макушке.

Постучав пальцем ему по лбу, он с досадой произнёс:

— Я так и думал. Тут пусто.

— Хватит ёрничать, — недовольно буркнул тот и отмахнулся от старичка. — Объясни нормально!

— Основа роста для сращивания мягких тканей. В первую очередь растут мышцы, кожа и подкожная клетчатка. Если применять ее при отсутствии ран в таком виде много раз, то в итоге начнётся рост. Что может расти у птицы?

— Перья?

Снек нагнулся и заглянул в ухо воришки.

— По-моему тут сквозное отверстие, — авторитетно заявил он. — В первую очередь будет расти кожа, потом мышцы и уже потом кости. А у тебя даже крыло не зафиксировано. Для заклинания перелом ничего не значит. Кость не соприкасается — значит, это две разные косточки. Что надо делать? Расти. Еще раз пятьдесят повтори заклинание в переломе появится сустав или хрящ.

Руди хмуро взглянул на птицу.

— И как тогда срастить этим заклинанием перелом?

— Переверни пару фигур и иди в последовательности от обратного.

— Чего?

— Начни с конца его составлять, — выдохнул Ларс. — Боги, с какими тупицами приходится работать!

— Эй! Ларс! — раздался крик паладина. — Я закончил!

— Иду-иду, — кивнул старичок, с довольной миной возвращаясь к паладину.

Руди с победоносным выражением взглянул на Снека.

— Это была хорошо поставленная ложь, — хмыкнул клирик.

— Но-но! — погрозил пальцем воришка. — Не ложь, а блеф! Это принципиально разные вещи!

Глава 20

— Когда мне передали новости о моем курсе стихийных занятий, я был… в недоумении, — произнёс Ларс, глядя на Главную руку оплота.

— Я этого и ожидал, — кивнул Хорт. — Но ваши уроки не призваны обучать вас.

Старичок вскинул брови и открыл было рот, чтобы спросить, но его перебил собеседник.

— Это для меня. Я хотел бы понять суть вашего пути.

Ларс закрыл рот и задумчиво оглядел помещение.

— Здесь защита получше, чем в зале медитации.

— Благодаря вашим усилиям… Мы начали разработку новой рунной защиты.

— Главное цель, — кивнул Ларс. — Но горячая головешка у задницы тоже неплохо.

— И не поспоришь, — хмыкнул Хорт. — Давно у наших рук не было такого проекта.

— Нет худа без добра, — кивнул отрекшийся маг.

— Итак, — вздохнул ректор и спросил: — Почему же вы отреклись от стихий?

— Порог, — вздохнул Ларс. — Я подошёл к порогу и…

— Не смогли его преодолеть?

— Нет. Свой порог я преодолел и разочаровался.

Хорт удивленно взглянул на собеседника.

— Все дело в том, что стихия… Любая стихия ограничена. Огонь не сможет гореть в воде. Да, греть и испарять, но гореть по-настоящему не может. Воздух не может разогнать потоки в камне и прочее…

— У любой стихии свои недостатки и преимущества.

— Да, но… после порога, когда ты уже не просто взаимодействуешь со стихией, а… Можешь ей повелевать. После этого всё становится ещё сложнее и в тоже время слишком примитивно.

— И вы решили уйти от стихии?

— Нет. Не так, — покачал головой Ларс.

Он поднял руки ладонями вверх и собрал в них силу, образовав пару прозрачных шаров.

— Дело было немного по-другому. После того, как я разобрался с проклятьем в гробнице одного рода, оказалось, что… — тут Ларс улыбнулся от воспоминаний. — Оказалось, что сокровищница в гробнице пуста.

— Обокрали?

— Нет. Вся охранная система была в рабочей системе, — покачал головой отрекшийся. — Просто предыдущий глава умудрился проиграть состояние в карты.

— Даже так, — хмыкнул Хорт.

— Ну, а мне за работу была предложена расписка… Но я выбрал один трактат из библиотеки этого рода. Это были мемуары Садариска «Вечное око». Именно там я узнал о понятии «чистой силы».

— Чистой?

— Да. Той самой, что соединяет стихии, через которую ведутся перевод одной силы в другую. То, что находится между водой и огнем, ветром и землей. Даже между жизнью и смертью.

Хорт оглянулся и пододвинул к себе небольшой табурет, стоявший у стены. Усевшись на него, он задумчиво взглянул на Ларса и спросил:

— Я читал теории о чистой силе, но ни в одном не нашел конкретных выводов и математической основы под это. Признаться честно, вы первый, кого я вижу в живую, кто использует «чистую силу». До меня доходили слухи о подобных магах, но чтобы конкретно о каком-то маге… И тем более проявления этой чистой силы. Нет. Такого не было.

— Рад, что я первый, кто достиг на этом поприще столь высоких успехов, — усмехнулся Ларс. — Всё-таки с чистой силой работать не в пример сложнее.

— И в чем же сложности? — хмурясь, спросил главная рука.

— В том, что законы построения заклинаний с ней работают совершенно по другим принципам.

— О чем вы?

— Огонь прекрасно воспламеняет древесину и совершенно бесполезен против камня… До определенных температур. Водой можно резать камень, но бить простыми заклинаниями по воздушным щитам… мягко говоря не особо эффективно. С чистой силой, при стандартном подходе, прямые удары неэффективны в принципе. Против любой стихии.

— Усложнение техник, — хмыкнул Хорт.

— Да. Представьте, что пришлось пройти мне, работая с силой, о которой ты ничего толком не знаешь?

— Это был долгий путь.

— Это был очень сложный, очень тернистый путь проб и ошибок, — кивнул Ларс и улыбнулся. — Но этот путь я с гордостью называю самым интересным в моей жизни.

— Даже так?

— Именно. Все заклинания, все законы приходилось составлять по новой. Что-то пересматривать, а от чего-то и вовсе проклинать свою глупость.

Хорт хмыкнул и с улыбкой спросил:

— И что же по-вашему было самой большой глупостью?

— Коэффициенты рассеивания, — поджал губы Ларс. — Представляете?

— Они там другие?

— У чистой силы их нет.

Ректор нахмурился и, сложив руки на груди, спросил:

— Как это возможно?

— А вот так, — развёл руками старичок. — Артефакты, построенные на чистой силы, не рассеивают её со временем. Эти же артефакты не источают силы, поэтому обнаружить их стандартными способами невозможно.

— Это… очень…

— Да. Это по-настоящему очень удивительные свойства. Я бы даже сказал, опасные, но… в каждой бочке меда есть своя ложка дегтя.

— И в чем же она?

— Артефакторика на чистой силе по факту невозможна, — тут Отрекшийся поджал губы и добавил: — Нет, не так. Она возможна, и я ей занимался, но… Есть один момент, который перечеркивает все преимущества таких артефактов.

Ларс развеял сгустки, сложил руки за спиной и спросил:

— Каков основной вывод Тарика «Семь пядей» в трактате по основным стихийным материалом?

— Стихийные материалы чаще всего возникают там, где есть постоянных выход стихии. То есть не материал определяет наличие стихии, а стихия определяет наличие таких материалов.

— А теперь представьте себе место, где выходит чистая сила.

Хорт открыл было рот, но замер. Он задумчиво уставился на собеседника и после десяти секунд размышлений произнёс:

— Получается, если не существует таких источников силы, то и материала, впитывающего и сохраняющего такой тип силы, тоже не существует?

— Совершенно верно, — вздохнул Ларс и достал небольшое кольцо из меди, которое протянул ректору. — Я вливал в этот металл силу на протяжении пяти лет, пытаясь изменить его свойства. Всё, чего я добился — крохи вместимости.

Хорт взял в руки кольцо и, активировав артефакт, выпустил небольшой лучик света, продержавшийся всего пять секунд.

— А как же камни? Может, ими…

— Камни дают засветку. При желании опытный маг найдёт и совершенно пустой камень. Это сводит на нет все преимущества чистой силы.

— Печально, — вздохнул Хорт. — Но вы ведь не оставили попыток?

— Конечно нет, — хмыкнул Ларс. — Но пока нет результатов, смысла рассказывать о них нет.

— Тоже верно, — кивнул ректор. — А что же с вашими заклинаниями?

— Несмотря на трудности, всё оказалось намного… лучше.

— В чем?

— Для начала мы с вами должны понимать, что мало кто понимает, как себя вести против чистой магии. Да, есть определенные сложности с комплексными щитами, но сам факт того, что против чистой силы никто и никогда не делал защиты, даёт преимущество.

— Как и растерянность противника, — кивнул Хорт.

— Ну, а если говорить непосредственно о заклинаниях, то… Вы очень удивитесь от моих последних выводов.

— Сгораю в нетерпении.

— С первых удачных попыток создания заклинаний на этой основе я обнаружил, что очень часто между ними проскакивают молнии. По началу я не обратил внимание на это и посчитал, что это переход рассеивания чистой силы в стихию воздуха.

— Вы ведь сказали, что у чистой силы нет рассеивания.

— Это я узнал намного позже, — кивнул Ларс. — Чем сильнее и сложнее заклинание, тем чаще я наблюдал молнии. После того, как я занялся разработкой и выводом заклинаний для оценки, то наткнулся на множественные сходства формул со стихией воздуха.

— Чистая сила близка к воздуху?

— На самом деле нет. Просто формулы с молниями оказались на проверку переходом к чистой силе.

— Погодите, получается, что молнии воздушников ничто иное как…

— Да. И когда я понял, то жутко напился, — кивнул Ларс. — Я исследовал это почти год, а когда меня осенило, то… Я три дня не спал и проверял расчеты. Молния — это выброс чистой силы через принципиальные основы заклинаний воздуха.

— Заклинания воздуха концентрируют чистую силу или преобразуют её из стихии воздуха? — тут же спросил Хорт.

— В зависимости от школы и подхода, но факт остается фактом. Молния — это чистая сила.

Хорт уставился стеклянным взглядом на солнечный луч, падавший из окна.

— Это… это очень серьёзные исследования, — произнёс он. — Я надеюсь, вы всё записали?

— Да, но все записи в тайнике, — кивнул Ларс. — Но это все мелочи, когда я подошёл к самому удивительному.

Ректор поднял взгляд на собеседника.

— Это еще не всё?

— Нет. Молния прекрасна, опасна, но… бессильна против огня, земли, смерти и тьмы со светом. Делать ставку на неё… мягко говоря неразумно.

— Согласен.

— Поэтому я продолжил работать с чистой силой, оставив молнию как побочный эффект. Чем дальше продвигался, тем сильнее становилось сопротивление.

— О чем вы?

— Вы знаете это. Перед порогом всегда так, — хмыкнул отрекшийся. — Делаешь шаг вперед, открываешь для себя очередную грань, а спустя еще один шаг, понимаешь, что всё это чушь, и приходится делать два шага назад.

— Увы, — кивнул Хорт.

— Так и я пытался разработать новые, более сильные и сложные заклинания, но постоянно обнаруживал в них критические изъяны, полностью сводящие на нет все эффекты.

— И чем всё закончилось?

— Тем, что я устал и начал пересматривать основы, — горько улыбнулся Ларс. — Представляете, каково это начать пересматривать основные законы, которые вывел десятилетия назад?

— Для этого надо иметь много мужества.

— А еще времени, денег и возможностей, — кивнул старичок. — Но это того стоило.

Ларс слегка присел, развёл руки и растопырил пальцы. Вокруг него образовалась оболочка из дрожащего воздуха. Мелькнули прозрачные, словно из стекла, фигуры, руны и просто невнятные росчерки. Затем за спиной Отрекшегося показались белесые лучи, что ударили в стены комнаты.

В груди у Хорта перехватило, он вскочил с табурета и внезапно уставился на луч солнца под ногами.

Он прекрасно знал, что по ходу движение светила сейчас он должен был медленно незаметно двигаться к его обуви, но на глазах главной руки он едва заметно двигался от него.

— Время… Ты управляешь временем! — ошарашено произнёс он.

Заклинание исчезло, Ларс выпрямился и с улыбкой покачал головой.

— Нет. Это не время.

Дверь открылась, и в комнату вошёл сам Хорт, а за ним в комнату и Отрекшийся.

— Они нас не видят. Нет, это не смещение во времени. Это складка пространства. Ни вы, ни я не смогут прикоснуться или навредить им. Я просто согнул пространство, получив своего рода карман. То, что мы видим, просто побочный эффект.

Хорт перевёл ошарашенный взгляд на Ларса.

— Это… самое странное, что я видел за всю мою жизнь, — прошептал он.

— А теперь представьте меня, попавшего в карман.

Миг, и фигуры собеседников исчезли, луч резко вернулся на место, и в дверь снова вошли копии Хорта и Ларса.

— Я был уверен, что замуровался в этом кармане и никогда не выберусь. А все записи, где бы я их не делал, исчезали за один цикл.

— И как вы выбрались?

— Я очень быстро считал, — хмыкнул Ларс. — Ну, а промежуточные ответы писал на себе. Наши с вами тела — единственное, на что не влияет цикл.

Рывок, оглушительный хлопок, и фигуры исчезают, луч солнца встаёт на место, и всё приходит в норму.

— Это было очень необычно, — вздохнул Хорт от понимания, что перед ним произошло. — И требует глубочайшего изучения.

— Оно идёт и никогда не останавливается, — кивнул Ларс. — Когда я смогу выйти из оплота, то обязательно доставлю сюда свои труды. Думаю, в этом месте, несмотря на все его недостатки, они найдут понимание и своих последователей.

Хорт задумчиво почесал подбородок и вкрадчиво начал:

— В виду особых обстоятельств, я могу…

— Это неправильно, — покачал головой старичок. — Правила должны работать для всех. Как только появится исключение, то правила перестанут быть железными.

Ректор вздохнул и кивнул головой.

— Вы правы. Вы чертовски правы…

* * *

— Твою мать, — фыркнул парень и передёрнул плечами, когда из зала начали выходить ученики с метками силы смерти. — У меня от них мурашки по телу.

На груди парня была отметка силы земли. Рядом с ним стоял парень того же возраста и сморщился от вида будущих некромантов.

— Или мне кажется, или от них действительно пахнет мертвечиной.

— Хрен его знает, — поёжился первый и усмехнулся. — Глянь, среди них и девки есть.

— Хотел бы я посмотреть на идиота, кто с ними свяжется, — хмыкнул второй.

Двое учеников отправились дальше по коридору огромного здания, а к вышедшим начинающим некромантам спокойно, сложив руки за спину, отправился Руди.

Он шагал, выпятив грудь, уверенно и всем своим видом старался показать ширину своих плеч. Подойдя к ним, привлёк внимание, он оглядел девушек и остановил взгляд на одной из них, которая прикрыла длинной челкой половину лица.

— Если пришёл посмеяться, то учти — на обеде твоя куриная ножка попытается спастись бегством, — мрачно осматривая воришку, предупредил подошедший долговязый парень.

— Что? А, нет. Я по делу, — задумчиво ответил Руди, оторвав взгляд от девушки.

— Чего надо?

— Я со стихией жизни, — ответил Руди.

— И что?

Воришка почесал голову и пояснил:

— Если ты не в курсе, то тут придерживаются правила взаимоусиления стихий…

Парень оглядел Руди с ног до головы и спросил:

— Ты сейчас серьёзно?

— А ты хочешь сказать, что вас целительницы не растаскивают?

— У нас только одного целительница захомутала… да и та хромая.

— Шели? — вскинул брови Руди. — А остальные?

— Скорее всего, с тёмными связались, — пожал плечами собеседник. — Как видишь, нашивок ни у кого нет.

— Странно. Я думал, жизнь только со смертью.

— Некоторые предпочитают держаться от нас подальше, даже несмотря на очевидную выгоду.

— Бывает, — хмыкнул воришка и протянул руку собеседнику. — Руди из Свадии.

Парень хмуро взглянул на протянутую руку, затем оглянулся, но в итоге пожал её.

— Неко Гремберский.

— Слушай, Неко. Я тут… общался с Рукой смерти и так как целителей мужского пола в этом году нет, то она меня попросила… кхэм. Присмотреться к девушке с ожогом на лице. Это ведь она?

— Улья, — кивнул парень. — Рука смерти сама попросила?

— Да. У нас с ней почти одинаковое количество камней. Она сказала, что это будет самым эффективным способом развития дара.

— Думаю, у тебя ничего не выйдет, — покачал головой парень. — У нее хоть и немало камней, но…

— Что?

— Она почти не говорит и не общается. Ночью просыпается от кошмаров. Наши девчонки говорят, что ей снится костёр. Даже слухи были, что её с костра сняли. А ожог целители снять не могут, потому что какой-то умник волчьи ягоды в огонь накидал.

— Мда, — хмыкнул воришка. — Она вообще не говорит?

— Говорит, но… односложно. Силу выплёскивать умеет, но с контролем проблемы.

Руди задумчиво хмыкнул и спросил:

— Но ты же не будешь против, если я за ней… немного поухаживаю?

Начинающий некромант наклонил голову и спросил:

— Ты сейчас не шутишь?

— Да, а что? — пожал плечами Руди. — Но если у вас вместо цветов дарят сердца мёртвых или ремни из кишок, то я…

— Ты хотя бы поинтересовался, как это происходит у старших курсов? — хмыкнул Неко. — Тут не любовные интрижки. Всё по-деловому. Договор, график, обязанности и ответственность за невыполнение.

Руди хмыкнул и взглянул на собеседника.

— А разве тут не бывает по-другому? Обязательно нужна просто выгода?

Теперь смутился уже начинающий некромант.

— Нет, но… тут так не принято.

— Кем?

— Всеми.

— Я не с ними, — уверенно заявил Руди и взглянул на первый курс стихии смерти, который уже с интересом разглядывал его.

К его удивлению, он заметил, что две девушки из пяти уже умудрились достать какие-то листки, скрученные в трубочку.

— Среди них есть те, кто подпишут договор на любых условиях, — заметил Неко.

Руди снова перевёл взгляд на Улью. Та отвернулась от него и постаралась спрятаться за спины товарищей.

— Да, но теперь уже мне стало слишком интересно.

— Что именно?

— Как звучит её голос, — ответил Руди и уверенно направился к девушке.

В полной тишине он прошёл к студентам и представился парням, за которыми спряталась Улья.

— Доброго дня! Меня зовут Руди, я из Свадии. Не поможете ли вы мне?

Парни переглянулись и недоумевающе уставились на воришку.

— Да, да! Вы можете мне помочь! — кивнул Руди, но заметив, как изменились их лица, а затем вспомнив, что говорила Маргарет о профессоре целительства, тут же сморщился. — Нет. Не то, что вы подумали, извращенцы! Я хотел вас попросить расступиться!

Парни сделали шаг в разные стороны, и Руди увидел перед собой девушку, лицо которой оказалось действительно симпатичным. Грудь была, хоть до выдающихся размеров ей было далеко. Талия тоже просматривалась под мантией.

— Улья, я правильно понял?

Девушка кинула короткий взгляд на воришку и опустила его, после чего кивнула.

— Улья, у меня к вам просьба о помощи. Нет, никакого договора и прочей чепухи. В обмен могу предложить немного шоколада из запасов и чай с жасмином. Дело недолгое.

Девушка замерла, не поднимая взгляда. Истолковав ее молчание по-своему, Руди тут же добавил:

— Без вашего согласия — пальцем вас не трону.

* * *

— Да, избушку нам выделили не очень, но при наличии средств и желания можно сделать всё, что душе угодно, — авторитетно заявил Руди, вышагивая по тропинке, которая вела к месту жительства специализированной группы. — А ты на каком этаже живешь?

— В подвале, — односложно ответила Улья.

Всю дорогу Руди пытался разговорить девушку, но выходило это откровенно паршиво.

— Ты не из Дракара? Или некромантов не очень переносят?

— Второе. Мы все в подвале.

Руди хмыкнул и, подойдя к дому, указал на дверь.

— За этой дверью без сомнения самые сильные первокурсники!

Он толкнул её и вошёл внутрь.

На диване, сложив руки на груди, сидел Снек и Гюш. У обоих было по огромному синяку под глазом. Нами сидела на качелях из чистой тьмы и, болтая ногами, с удовольствием покачивалась. Ари расположился в кресле, умудрившись занять в нём позу лотоса с закрытыми глазами.

— Так, — произнёс Руди, оглядев неполную компанию. — По-моему я что-то пропустил.

— Ларс сломал половину лабораторного оборудования во время стихийного занятия. Сказал, что немного сжал пространство, но Варус в бешенстве и брызжет слюной от одного упоминания нашего «деды».

— А эти двое когда подрались?

— Они не дрались. Им надавал Гош, — пожала плечами девушка.

— За что?

— Он поставил основу для какого-то зелья в бочке. Засыпал туда зерно и какой-то порошок. Сегодня эта основа начала жутко вонять. Снек с Гюшем решили, что оно прокисло, и вылили эту дрянь.

— А наш паладин жутко расстроился?

— Не то слово, — буркнул клирик.

— Вот тут, тут и тут, — раздался приглушенный голос Ларса.

— ДА ТВОЮ МАТЬ! — взревел Гош.

БУДУМ!

Дверь с грохотом открылась, и на пороге комнаты показался разъяренный здоровяк. Оглядел комнату гневным взглядом и остановил его на Руди.

— Скажи, что ты принёс вина, иначе… иначе я точно что-нибудь или кого-нибудь сломаю.

Руди обернулся к Улье и с улыбкой произнёс:

— Я не принес вина, но привёл того, кто нам поможет его достать!

Глава 21

— Ты в последнее время на нервах, — заметил Снек, взглянув на Гоша.

— Ну, знаешь, — вздохнул паладин. — Хрен с ней, учёбой. Сложно, но можно. Хрен с вином. Это тоже можно пережить.

Снек взглянул на редкий лес у стены и задумчиво спросил:

— Тогда что же тебя беспокоит?

— Зайра, — выдохнув, ответил Гош и опустил взгляд.

— Та девушка, что пыталась тебя порезать? — вскинул брови клирик.

— Да, понимаешь…

— Да ладно. Не поверю, что ты не был с женщиной.

— Был конечно. До того, как попал в орден.

— Значит представляешь себе, как это делается, — пожал плечами клирик.

— Дело не в этом. Дело в… Помнишь, мы давали обед?

— Такого не забудешь.

— И у меня только один грех. А как быть с…

— А ты вспомни клятву. Кому ты давал обед.

— К чему ты это?

— К тому, что согласно тексту, мы давали присягу и обет главе ордена, а не богу, — хмыкнул Снек. — По поводу своей клятвы можешь не беспокоиться. Лучше беспокойся о том, чтобы в грязь лицом перед молодой девушкой не ударить.

— Тоже мне проблема, — фыркнул паладин. — Мы же не соревнования устраиваем.

— Да, но чем… приятнее процесс, тем эффективнее… как там сказал Руди? Процедуры?

Гош вздохнул, помолчал несколько секунд, после чего гневно взглянул на клирика.

— Вот спасибо, друг! Одно опасение развеял, зато подарил другое.

— О, а вот и наши посланцы, — хмыкнул Снек.

Из леса показался Руди и Улья, несущие за спиной по огромному привязанному бутылю. Они подошли к стене и подняли голову к двум ожидающим их ученикам.

— Ну, не стой, Гош! — шикнул на друга клирик.

Тот подхватил веревку и скинул её вниз. Друзья взялись за конец и приготовились.

Внизу же парочка перехватила веревку и, немного поднапрягшись, создала два сгустка силы. Соединив их, они спровоцировали индукцию, которая тут же окутала стену.

— Давай!

Гош рванул веревку и вытащил Улью, после чего скинул вниз веревку и вытащил оттуда Руди.

— Тихо! — скомандовал Снек и, оглянувшись по сторонам, пробежался глазами по отметкам рун, которые смог обнаружить. Удостоверившись, что защита стен в покое, он кивнул Руди. — Чисто. Уходим!

* * *

— Что-то слишком просто, — буркнул Гош, кинув взгляд на Снека.

— Ларс обследовал защиту оплота, — пожал плечами клирик. — У неё три степени защиты, и сейчас включена только первая, да и то… не полностью.

— А если бы была включена?

— На третьей ступени нас бы на этой стене зажарило, на второй спеленало, а на первой мы по ступеням бы поднимались, а о нас уже знали, — пожал плечами Снек. — В любом случае, он учёл все последствия.

Гош глубоко вздохнул и взглянул на Ари. Нахмурившись, он спросил:

— Почему мне от твоего взгляда стыдно?

— Может потому, что ты нарушаешь правила?

— Дурацкие правила я соблюдать не буду, — буркнул паладин.

— Они дурацкие только потому, что тебе не нравятся, — хмыкнул Ари. — Я против твоего поступка.

Гош вздохнул и взглянул на большое круглое здание, облицованное белым мрамором.

— Отчасти ты прав, но… Варус не подпускает меня к своей штуке, которая даёт спирт.

— Может потому, что он уверен, что ты с ней не справишься? — с улыбкой спросил Ари. — Чем ты вообще у него занимаешься?

— Посуду после студентов мою, готовлю ингредиенты, — пожал плечами паладин.

— А что ты сделал, чтобы он доверил тебе более сложную работу? — спросил парень.

Тот нахмурился и неуверенно пожал плечами.

— Ты ведь не думаешь, что зелье или сложный отвар доверят посудомойщику? — кивнул Снек.

Паладин хмуро оглядел спутников и недовольно буркнул:

— У меня получилось отличная притирка от прыщей на занятии. Даже Варус оценил.

— Притирку делали все, и не получилась она только у парочки самонадеянных студентов, — хмыкнул Снек. — Если хочешь, чтобы Варус тебе доверял, то тебе надо показать, что ты не такой, как все.

— Что я лучше?

— Что ты трудишься усерднее, что тебе это по-настоящему интересно. — покачал головой Снек. — Тогда и результаты у тебя будут лучше.

— Легко сказать, — буркнул Гош. — Зельеварение для обученного мага — это…

— Третья рука, — перебил его клирик. — Зелья можно применить без мага, и если зелье по-настоящему сильное и отлично приготовлено, то с помощью него, без затрат сил мага, можно натворить таких дел… Ты ведь сам помнишь.

— Такое зелье не каждый сделать может, — начал оправдываться Гош, припомнив, как один раз сошелся с бойцом под зельем и чуть не лишился жизни.

— Так может и надо стать тем… который «не каждый»? — хмыкнул Снек. — Зелья это ведь не только притирки, настойки… Это ведь еще и яды. А еще, если ты помнишь, есть зелья, которые наносят на оружие и придают им свойства на время. А присадки для металла кузнецам для артефактов кто по-твоему делает?

Паладин нахмурился и нехотя признал:

— Я об этом не думал, но если оно так, то…

Компания подошла к дверям, в которые уже прошли парочка светлых. Ари огляделся и обратился к паладину:

— Слушай, Гош, я не буду тебе запрещать. Я не в праве это делать. Не по статусу, да и по-человечески… В общем, я тебя прошу отложить это вино в дальний угол или где-нибудь закопать. Постоит, никуда не денется. А сам попробуй добиться всего… По правилам.

— Он прав, — кивнул Снек. — Главное ведь цель, так? А если ты будешь таскать вино через стену, то какая может быть цель? Вино навредит не только тебе, сколько твоему пути к силе. Той, что может сделать тебя совершенно другим.

Паладин взглянул на клирика, потом на уже бывшего послушника и нехотя кивнул.

— Хорошо…

— Тогда пойдём, — кивнул Ари на дверь. — Стихийные занятия обязательны.

Компания прошла в зал и, пройдя в огромный зал, присоединилась к остальным ученикам. Не успела группа светлых загомонить, как к ним вышел высокий молодой парень.

— Первокурсники, прошу за мной, — произнёс он, приглашая их рукой в другое помещение, гораздо меньшее по размеру. Специальная группа тоже потянулась за ними, но внезапно раздался женский голос:

— Гош из Янтарного ордена!

Паладин обернулся и обнаружил посередине зала женщину со стальным оттенком волос.

— Ты идёшь со мной.

Компания переглянулась, но последовала просьбе молодого парня. Гош же отправился к незнакомке, пытаясь вспомнить, где её видел.

— У меня отдельная программа? — спросил он, подойдя к женщине.

— Меня зовут Церебра. Я рука света в оплоте, — произнесла та и, не заметив ни малейшей реакции со стороны собеседника, спросила: — Кем ты был в ордене?

— Паладин, — пожал плечами Гош, не став скрывать прошлого.

— Паладин… По сути воин света?

— По силе — да. По смыслу — нет.

— Вот как? И в чем же принципиальная разница?

— В пути. Воины света нередко наёмничают, используют свет для усиления через заклинания. Мы действуем по-другому.

— Как?

— Молитва, свет в груди и вера в Единого.

Церебра кивнула и, поймав взгляд Гоша, произнесла:

— Я слышала, что Янтарный орден распался. Власть в церкви Единого Свадии захватили инквизиторы, тесно связанные с королем. Ты всё ещё считаешь, что служишь церкви?

— Я служу Единому, — покачал головой паладин. — Всегда служил и буду продолжать. Да, раньше было проще. Церковь была нашей опорой, но если Единый так решил, то наш путь будет пролегать врозь.

— Зачем пришёл сюда?

— Я сюда не шёл, — пожал плечами воин. — Судьба привела. Да и поступили мы сюда… по случайности.

— Случайности? — подняла бровь Церебра.

— Да. Мы просто шли за послушниками и опоздали. Они успели пройти испытание, — пожал плечами воин.

— Но вы не отказались от обучения.

— Снек на этом настоял, — кивнул паладин. — С одной стороны я был против, но умом понимаю, что двигаться дальше, делая так, как делал… Неразумно.

— Вот как, — вздохнула женщина. — Я не ошиблась в вашем выборе.

— Рад, что оправдал ожидания, — хмыкнул Гош.

— Что же. У меня есть для тебя путь. Тот путь, который… тебе более подходит.

Гош с сомнением осмотрел женщину и произнёс:

— Я привык полагаться на клинок и сталь, поэтому…

— Именно поэтому я предлагаю тебе путь «Небесных клинков».

Церебра подняла руку, миг, и из её ладони ударил короткий луч, который за долю секунды превратился в сталь.

— Призыв меча? — нахмурился паладин.

В следующий миг за спиной Церебры полыхнуло белым светом. Ее фигуру окутала сталь, за спиной появились стальные крылья, и она полностью превратилась в закованного в броню воина.

— Никаких призывов. Всё, что на мне — это моя сила. Мой клинок всегда при мне, как и моя броня, — женщина махнула огромными крыльями и приподнялась над землей. — На земле, в воздухе и воде. Где угодно и когда угодно Небесные клинки готовы к бою.

Гош поджал губы и, сам того не заметив, опустил руку к поясу, где обычно крепил клинок. Пару взмахов крыльями, и Церебра опустилась на змелю. Крылья в один миг превратились в блестящую пыль, которая так и не долетела до пола. За ней последовала броня, и последним было оружие.

— Этот путь тяжек и сложен. Придётся не только учиться свету, но и посещать тренировки с оружием… Как только его сможешь воплотить.

— На счет тренировок… — начал было паладин, но рука света не дала ему договорить.

— Умеешь биться в воздухе? А в воде? — с усмешкой поинтересовалась она.

Гош помолчал несколько секунд, после чего признался:

— Не доводилось.

— Тогда придётся тренироваться, — хмыкнула Церебра.

Паладин раздумывал несколько секунд, после чего кивнул.

— Да. Мне это интересно.

— Интереса мало, надо работать над этим. Это долгий и сложный путь, который отнимет много времени и сил. Да и просто так я тебя обучать не стану.

— Дорого берёшь?

— Ни единой монеты, — ответила Церебра. — Только клятва.

— Клятва?

— Да. Клятва на крови, что пальцем не пошевелишь, чтобы навредить Дракару, правящей династии или оплоту Стального хребта.

Гош молчал несколько секунд, после чего спросил:

— Это случаем не присяга верности Дракару получается?

— Она самая. Откажешься — можешь считать, разговора не было.

Паладин задумчиво покачал головой:

— Я не готов дать такую клятву. По крайней мере, пока не посоветуюсь с друзьями.

— Время у тебя есть, — кивнула Церебра. — Но учти — у многих уходили годы, чтобы создать самый обычный нож. Сколько это займёт у тебя…

— Раньше начнешь — раньше закончишь, — кивнул Гош.

* * *

Гош протёр тряпкой последнюю колбу и поставил её в ряд к остальным. Оглядев порядок в лаборатории, он довольно кивнул и, повесив тряпку на специальный крючок на стене, вздохнул:

— На сегодня всё.

Подняв мантию, брошенную на один из стульев, он хотел было её уже надеть, но тут заметил на столе раскрытую книгу. В ней были сложные формулы и несколько пояснительных замечаний. Но взгляд приковавший Гоша был направлен не на них. Наверху страницы находилось название зелья «Чистый разум», а рядом другим почерком была приписка «От похмелья».

Гош оглянулся и, не обнаружив посторонних, аккуратно взял в руки книгу. Перелистнув страницу, он принялся читать техническое описание зелья, периодически спотыкаясь на незнакомых словах.

— В принципе понятно, — произнёс он, дочитав страницу, но затем нахмурился и, почесав лоб, добавил: — Только ничего не понятно.

Паладин пододвинул стул и, положив книгу на стол, перечитал техническое описание ещё раз, затем ещё раз и ещё…

— Нет, так не пойдёт, — буркнул он и оглянулся на шкаф с книгами. — Где-то тут я видел терминологический словарь.

Таская к столу одну книгу за другой, постоянно натыкаясь на пробелы в знаниях, он добирал ещё одну книгу и ещё. В итоге дошло до того, что на небольшом столе не хватило места для книг. На четвертый час потуг паладин услышал над ухом голос Варуса:

— Я рад, что у вас огромная тяга к знаниям, но солнце садится.

— А? — поднял голову Гош.

— Я говорю, что солнце садится, — хмыкнул зельевар.

— А… — нахмурился Гош. — Да… Я тут… Засиделся, в общем.

— Могу я узнать, что вы с таким трудом искали в этих книгах?

Паладин вздохнул и, почесав лоб, попытался вспомнить, с чего началось.

— Я… я тут описание одного зелья увидел. Кто-то книгу забыл открытой на столе.

— И что это была за книга?

Порыскав на столе среди кипы книг, Гош выудил первопричину своей задержки.

— Вот. Зелье «Чистый разум», — указал он.

Варус пробежал взглядом по техническому описанию и усмехнулся.

— Это зелье для третьекурсников. Вам до него далеко.

— Так, вроде, всё понятно. Вымочить, отварить, перегнать пары раствора, охладить, настоять и от… от… оттитровать.

— Если говорить простыми терминами — да, но если нарушать технологию… Побочные эффекты перечеркнут основной.

— Но технология-то описана.

— Это упрощенное описание процесса, — с улыбкой ответил Рука алхимии и перевернул страницу. — Сама технология вот тут.

Гош взглянул на формулы, после чего перевёл хмурый взгляд на преподавателя.

— А сейчас научиться его делать мне можно?

— Сколько раз у вас было зельеварение? — спросил преподаватель.

— Один.

— А сколько вы уже здесь?

— Вторую неделю.

— Посчитай количество занятий в неделю, умножь на количество недель в году и ты поймешь, сколько тебе придется изучить, прежде чем ты доберёшься до этого зелья.

Гош прикинул в уме, немного подумал и спросил:

— А можно зельеварение посещать чаще?

— Чтобы увеличить количество уроков по зельеварению, тебе придётся убедить в этом Главную руку оплота. Не думаю, что он на это пойдёт.

Гош еще немного подумал и спросил:

— Но прямого запрета на изучение дисциплины дополнительно нет, так?

— Это так, — кивнул Варус.

Гош постучал пальцами по столу и, прищурившись, взглянул Варусу в глаза.

— А если я сам возьмусь изучать программу вперёд и… иногда буду спрашивать вашего совета?

Варус расплылся в довольной улыбке.

— Я с удовольствием тебе помогу, — кивнул он, но тут же пригрозил: — Но без практической части я к твоим вопросом буду глух!

Гош прокашлялся и, выпрямив спину, кивнул:

— Хорошо, учитель!

Варус с довольным видом прошёл к шкафу и выудил из него несколько листов прошитых ниткой.

— Это график и список тем для изучения. Можешь ориентироваться по нему. С темы на тему не перескакивай. После каждой темы устный зачёт и практика. Все необходимые книги здесь. Список литературы на последней странице.

Вручив бумаги Гошу, он сложил руки за спиной и с довольной миной отправился прочь из лаборатории.

— Смешивание твердых ингредиентов, — прочитал Гош первую тему и тут же открыл последний лист, где указывалась литература для изучения. — Два трактата… И страницы указаны.

Паладин вздохнул и, почесав подбородок, взглянул на шкафы с книгами.

— За лень в ордене палками били… хоть там и было проще.

Он снова взглянул на список и пробежал его глазами. Перелистнув страницу, он остановил взгляд на двадцать седьмом пункте.

— Подготовка основы для спиртосодержащих зелий, — с придыханием произнес он и сглотнул. — Всего двадцать семь тем… двадцать семь…

В этот момент дверь скрипнула, и в неё проскользнула Зайра. Девушка обвела взглядом лабораторию и бросилась к Гошу.

— Нет времени объяснять! Раздевайся!

— Что? — ошарашено уставился на нее паладин. — Прямо тут?

— Говорю же! Нет времени объяснять! — вспылила девушка и принялась снимать мантию.

Скинув одежду, она выудила флакон полный наполовину и схватила Гоша за подбородок.

— Пей!

— Зачем?

— Пей говорю! — залив флакон в рот паладина, она быстро скинула нижнее белье.

— Может хоть до нашего домика доберёмся? — спросил паладин и замер, ощутив, что в штанах резко стало мало места.

— Заткнись и снимай штаны!

* * *

— Если не успеем мы, то успеет кто-то другой, — произнёс парень с нашивкой воздуха на груди.

— Тебе не все равно? — хмыкнул второй. — Отымеет её другой, слушок разнесём и дело в шляпе. Свадиец останется без дракарки, а эта деревенщина будет помалкивать. Или у тебя на неё планы?

— Да сдалась мне эта баба-гром, — фыркнул воздушник. — Я же тебе говорил, она мне в коридоре в лицо шипела и ножом в ребра тыкала. бешеная сучка. Это теперь дело чести. Хочу её отыметь разок.

— Ну, резковата, да, — кивнул собеседник. — Но и ты хорош. Зачем её за зад лапал?

— Затем, что право имею! — возмутился первый. — Или по-твоему семья Фарг будет спрашивать у каких-то деревенщин разрешения? И вообще, ты уверен, что зелье сработает правильно?

— Твой кузен с третьего курса сказал, что увеличил концентрацию в три раза. Эффект будет тот же, но сразу… Правда, и длительность минут двадцать от силы.

— Ферим знатный растяпа. Как бы он что-нибудь не перепутал. Может, он слабительное сделал, и она в туалете?

— Я проверил на этом этаже…

В этот момент из коридора послышался женский стон.

— Твою мать! — ругнулся воздушник. — Не успели!

Осторожно пройдя по коридору, и проверив несколько дверей, они подошли к лаборатории. Не успел воздушик дернуть ручку, как дверь сама открылась, и на пороге показалась Зайра, поправляющая мятую мантию.

— Чего надо, уроды? — взглянула она на них.

— Мимо проходили, — сделал каменное лицо воздушник. — Нам бы в лабораторию.

— Валяй, — хмыкнула девушка и, пройдя мимо них, отправилась дальше по коридору.

Двое студентов переглянулись и молча вошли в помещение, заполненное столами и стеклянной посудой.

— Что, думаешь? Может, она сама себя ублажала? — спросил спутник воздушника.

В этот момент за их спиной раздался звук глотков. Обернувшись они обнаружили совершенного голого Гоша с половым органом в полной боевой готовности, который опустошал литровую колбу с водой.

Допив ее, он взглянул на двух магов и, вытерев рот, произнес:

— Проходите, не бойтесь…

Он протянул руку, закрыл дверь, после чего добавил:

— Уходя не плачьте…

Глава 22

— Знаешь, мне кажется, это перебор, — задумчиво предостерёг Гюш, который сидел рядом с Ларсом.

— Ну-у-у-у-у… — протянул старичок. — Правил, ограничивающих количество… «партнеров», нет, поэтому не вижу причин волноваться.

— Я не о правилах, а о количестве.

Двое магов сидели в кресле и наблюдали, как Снек с довольной миной пришивал на мантию восьмую нашивку от очередной поклонницы.

— А мне вот кажется, что вы просто завидуете, — улыбнулся клирик, откусывая нитку. — Посмотрите на меня. Я так же, как вы, не молод, так же владею какой-никакой силой, но у меня уже восьмой официальный партнер, согласившийся делить со мной все тяготы и невзгоды, а у вас…

Тут клирик взглянул на двух магов и с усмешкой добавил:

— А у вас «чистые мантии».

— Мы более разборчивы в связях с противоположным полом, — начал оправдываться маг теней.

— Не стоит кривить душой, — покачал головой Ларс. — У нас действительно с этим проблемы.

— У меня нет проблем, — сложил руки на груди Гюш.

— Тогда почему ты до сих пор без нашивки?

— Потому что не нашел достойную кандидатуру, — хмуро ответил он.

— Кстати, Ларс, к тебе же приставала какая-то девушка?

— Да, но вчера я обнаружил её с нашивкой, — пожал плечами старичок. — А кроме нее… я оказался никому не интересен. Гюш, а в чем заключается сложность выбора? Я видел девушек с даром света на стихийном занятии. Среди них есть довольно симпатичные особы.

Маг теней сделал неопределенный жест рукой и нехотя ответил:

— Я ищу специфические параметры.

— Цвет волос? Рост? — задумчиво поинтересовался отрекшийся от стихии маг.

— Сиськи! — хохотнул Снек, наблюдая, как прославленный убийца начинает краснеть. — Простите, я хотел сказать «грудь».

Ларс удивлённо взглянул на смущенного коллегу и спросил:

— Неужели вам настолько…

— Да, кто-то берет количеством. Да, у кого-то чувства. Да, кто-то просто ищет, с кем бы спустить пар. Я предпочитаю выдающиеся формы, — надувшись, ответил Гюш. — Что в этом такого?

— Ничего, — пряча улыбку, согласился старичок. — Это дело вкуса.

— Да, в этом ничего нет, но вот, чем вам не угодила Баю, я не особо понимаю, — пожал плечами клирик.

— Кто?

— Баю. Второкурсница из целителей. Выдающихся размеров и форм особа, — с легкой интригой произнёс Снек и, расправив мантию, мельком кинул взгляд на мага теней, тут же добавив: — Третий размер гарантировано, но я бы вообще дал четвертый.

Гюш приподнял одну бровь.

— Разница в годах обучения не является причиной для отказа от… партнерства, — кивнул Ларс.

— Надо будет присмотреться к этой… Баю, — задумчиво протянул маг теней.

— Ну, а с вами, уважаемый Ларс, всё намного сложнее, — вздохнул клирик и надел мантию.

— М-м-м-м? У вас для меня есть совет?

— Да, но я думаю, вы и без меня его прекрасно знаете. Без стихии вы ведь можете выбрать любую незанятую девушку, так?

— Не думаю, что любая будет раду такому партеру, как я, — хмыкнул в ответ отрекшийся маг. — Я хоть и начал заниматься своим телом, более менее сносно я буду выглядеть не раньше, чем через полгода.

— Да, и на эти полгода вы можете заняться теми учениками… которым не везёт с партнерством.

— Хотите, чтобы я ублажал дурнушек? — хмыкнул маг.

— Если бы дело было только в дурнушках, — вздохнул Снек. — Вы в курсе, что от начинающих некромантов держаться подальше?

— Не интересовался этим вопросом.

— А ведь среди них есть девушки. Я пару раз оставался и наблюдал за занятиями студентов. И среди второго курса и даже среди старших курсов встречаются девушки без нашивок. Понимаете, о чем это говорит?

Ларс задумчиво постучал пальцами по перилу.

— Логическая причина этому существует?

— Логической — нет. А вот предрассудков хватает. Начиная с того, что от некромантов пахнет мертвечиной, и заканчивая тем, что за попытку найти еще одного партнера они наказывают жуткими проклятиями. Слухов полно.

— Но все же у некоторых девушек есть нашивки, — вмешался Гюш.

— Есть, — кивнул Снек. — Но договоры там… Я пообщался с одной третьеклассницей с нашивкой. Ей удалось выбить себе место третьим партнером у светлого. И в договоре прописана плата.

— Плата? — нахмурился Гюш.

— Да. За право получать «процедуру» раз в месяц она платит своему партнеру, который, к слову, даже не из целителей. У него дар света.

Ларс с сожалением покачал головой.

— Я много думал и считал, что такой подход в развитии дара довольно эффективный. Это серьезно усиливает студентов на первых парах. И мне всё время казалось, что где-то есть подвох. Слишком уж всё гладко выглядит. Я вёл расчеты и даже разговаривал с преподавателями…. Но чтобы проблема лежала в простых предрассудках…

— Увы, это неизбежно. Уверен, что у студентов в Свадии с даром смерти тоже немало проблем.

— По факту их нет, — вздохнул отрекшийся маг. — Таких уникальных либо сжигают на кострах, либо они попадают в лапы инквизиции. А что уж там происходит… Вы должны знать лучше меня.

— Слышал, что их держат на цепи. Делают из них…

Будум!

Дверь открылась от удара и знатно влетела в стену. На пороге показался Гош. Лицо его было покрыто ссадинами, мантия измята и заметно оттопыривалась в районе паха.

— У меня три проблемы, — заявил он и остановил взгляд на Ларсе. — Первая — чем отличается пудра от порошка?

— Если вы про алхимию, то тут деление происходит по фракциям, из которых она состоит, — пожал плечами отрекшийся от стихии маг. — Пудра крайне мелкая. На ощупь фракции не чувствуются, а вот к порошкам относятся фракции более крупные. Если пальцами вы чувствуете частицы, то это уже порошок… Да, может, огласите список проблем?

Паладин достал из кармана пустой флакончик и бросил его Гюшу.

— Это зелье сварил какой-то оболтус с третьего курса. Эффект от него не проходит. Надо как-то… его остановить.

Гюш повертел в руках пузырек, откупорил и понюхал, затем он перевёл взгляд на Гоша и задумчиво уставился на оттопыривающийся участок мантии.

— Коллега, как вам такая задачка? Зелье без запаха и цвета.

Ларс принял флакончик, повертел его в руках и прикинул, сколько капель можно будет собрать.

— На «Элементарный круг» не хватит… Даже если разведём… Хм… Будет интересно…

— А с лицом-то у тебя что? — спросил клирик, задумчиво смотря на паладина.

— Поговорил с хозяевами этого зелья, — буркнул Гош.

— А они теперь говорить могут? — мрачно поинтересовался клирик.

— Говорить? Сейчас — нет.

— А ходить?

— И ходить нет.

Снек глубоко вздохнул и спросил:

— А кто это были?

— Не знаю, — пожал плечами Гош. — Но один «фаргами» какими-то грозился.

Клирик мрачно взглянул на Ларса и Гюша.

— У нас проблемы.

* * *

Хендрикс хмуро взглянул на парня, лицо которого было покрыто свежими шрамами.

— И всё?

— Да, — вздохнул он.

— То есть ты спокойно шёл в лабораторию поздно вечером, столкнулся с Зайрой из Гунов, затем прошёл внутрь и на тебя напал этот Гош из спецгруппы, так?

Парень опустил взгляд и кивнул.

— Силус, ты меня за идиота держишь? — спросил парень.

— Честно, так было…

Хендрикс резко встал и с размаху влепил по лицу собеседника пощечину.

— Ферим сделал тебе зелье «Животного желания». Он уже за это ответил. Твой дружок Гер подсунул это зелье Зайре. Он тоже за это уже ответил. Остался…

— Эта мразь посмела открыть открыть рот на нашу семью…

— Эта дура открыла пасть на тебя, а ты…

— Я ФАРГ!

Парень вздохнул и резко получил еще одну пощечину.

— Ты Фарг! А это значит, что ты обязан вести себя подобающе, а не лапать Гультов и ожидать, что тебе это сойдёт с рук.

Силус поджал губы, но смолчал.

— Убирайся с моих глаз, и чтобы я тебя не видел, — процедил Хендрикс.

Проследив за членом рода, он дождался, когда тот выйдет, и резко выдохнул, спуская пар. Немного успокоившись, он обернулся к девушке с золотистыми волосами и спросил:

— Что думаешь?

— Выбора нет. Ответ должен быть обязательно, — пожала плечами блондинка. — Не будет ответа, и слухи о избиении младшего Фарга превратятся в «Безнаказанное избиение Фарга».

Парень сложил руки за спиной и задумчиво взглянул в окно.

— Из-за одного идиота нам придётся устраивать дуэли. Послать бы этого кретина…

— Размажет, — покачала головой девушка. — Ты ведь знаешь, почему собрали эту спецгруппу?

— Знаю, — вздохнул Хендрикс.

— Пойдёшь сам?

— А у меня есть выбор? — хмыкнул парень. — Сопляка Силуса он одним чихом размажет.

Девушка уселась на резной стул и закинула ногу на ногу.

— Не боишься? — спросила она. — Все таки дури у него немало.

— Сила не показатель, — хмыкнул Хендрикс и расправил плечи. — Опыт и навыки…

— Он из Янтарного ордена, — напомнила девушка. — Думаешь, у него мало опыта?

Парень с досадой вздохнул, выдержал паузу в несколько секунд и спросил:

— У тебя есть другие предложения?

— Вместо того, чтобы рисковать головой, можно попробовать договориться.

— Договориться? Думаешь, что он публично извинится? Он же…

— Он взрослый мужчина и воин, повидавший на своем веку многое. Не думаю, что у такого человека много гордости, — видя, что Хендрикс сомневается, она вздохнула и добавила: — Если ты с ним поговоришь — хуже уже не будет, но может, всё решится по-другому: без дуэлей и рисков головой. Подумай об этом…

Девушка встала и кинула взгляд на роскошную кровать посередине комнаты.

— Пришло время отрабатывать контракт, — кивнула она на ложе.

— Да, прости, Сьюзи, я… — мотнул головой парень. — Эти первогодки вечно создают проблемы.

— Это не повод увиливать от обязательств, — хмыкнула девушка, стягивая мантию со знаками магии жизни. — Да, и завтра не приходи.

— А как же…

— Хочу попробовать с Грогом, — пожала обнаженными плечами девушка. — Ты стал отставать по силе, и мой темп тоже снижается.

— Я тебя понял, Сьюзи, — нахмурившись, кивнул парень и, скинув мантию, принялся снимать нижнее белье. — Да, и спасибо.

— М-м-м-м? — потянулась девушка и с усмешкой спросила: — За то, что тебя выбрала член правящего рода?

— Нет, — поджал губы парень. — За дельный совет.

* * *

— Пройдёт время, и вы сами это почувствуете, но до того… — высокий и худощавый мужчина обвёл аудиторию взглядом и закончил: — До этого момента — понимание источников силы смерти принципиально важно и необходимо. Иного пути нет. Только заученные на зубок постулаты.

Преподаватель умолк и в полной тишине аудитории, заполненной студентами с силой смерти, махнул рукой двум скелетам, которые схватили тряпки и принялись вытирать с доски.

Сам же преподаватель, сложив руки за спиной, молча покинул аудиторию.

— Мощный, — прошептал кто-то из второкурсников. — Второй раз слушаю эту лекцию, но до сих пор мурашки по спине.

Ученики зашуршали свитками и толстыми кожаным тетрадями с записями и начали собираться.

Улья была одной из тех, кто не просто взирал на преподавателя со страхом, а скрупулезно записывал то, что он говорит. Она сложила свои записи в небольшую кожаную сумку, спрятала писчие принадлежности и потянулась с остальными к выходу.

Стоило ей покинуть аудиторию, как она тут же обнаружила улыбающегося Руди. Девушка тут же опустила взгляд и, обойдя воришку, попыталась пройти дальше.

— Да ладно! Ты даже не скажешь мне «привет»? — тут же пристроился он.

— Я больше в таком участвовать не буду, — не поднимая взгляда, произнесла она.

— М-м-м-м? Разве было не весело?

— Нарушать постулаты оплота — не весело, — буркнула она, крепче прижимая к себе сумку.

— А мы и не нарушали.

— Проносить алкоголь в постулат запрещено…

— Это говорилось для тех, кто проходил в ворота, — отмахнулся Руди. — Да и больше этого не потребуется… наверное.

— Тогда что тебе от меня надо?

— Ну-у-у-у…. я подумал, что сладости и ароматный чай… Мягко говоря, недостойная плата за такой риск. Поэтому я решил у тебя узнать, чем могу отплатить за твою помощь.

Девушка не сбавляя темп ходьбы тихо ответила:

— Не втягивай меня больше в свои дела.

— Ну-у-у-у-у… Тебе разве не скучно тут учиться? Учеба, зубрежка, сон, еда и по новой. Учеба, зубрежка…

— Меня всё устраивает, — стараясь добавить твёрдости в голос ответила Улья.

— Тебе, конечно, виднее, но… — Руди с коварной улыбкой взглянул на девушку и резко ускорил шаг. Встав перед ней, он начал идти назад так, чтобы видеть её лицо. — Давай так: ты проводишь со мной один вечер. Если ты после этого скажешь, что тебе со мной не интересно — я к тебе больше не подойду.

Девушка покраснела и остановилась, наконец, подняв взгляд на Руди.

— Проводишь со мной вечер, а не спишь, — фыркнул Руди. — Господи, о чем вы только девчонки думаете?

Улья покраснела еще больше, а воришка продолжил давить:

— Погуляем, я покажу тебе действительно интересные места в оплоте, о которых ты даже не догадывалась. Заглянем в одно очень вкусное место и посмотрим, как тренируются старшекурсники…

— И ты ко мне больше не подойдешь? — уточнила девушка.

— Да, — кивнул парень и указал взглядом за спину девушки. — Буду приставать к твоим однокурсницам.

Улья обернулась и обнаружила, что вся женская половина пялится на них, собравшись кучкой.

— Пошли, — буркнула она и пошла вперед.

Руди с довольной миной продолжил идти перед ней задом наперёд.

— Великих открытий не обещаю, но интересно будет! Точно!

* * *

— З-з-зачем? — пробормотала Улья, оторвав взгляд от цветущего сада внизу. — Зачем мы сюда залезли?

— Вот! Вот для этого! — воскликнул Руди, указав пальцев на нос девушки.

— Что? — обернулась та. — Где? Ты надо мной издеваешься!

— Да нет же! Мы тут для того, чтобы ты перестала смотреть себе под ноги и наконец посмотрела на меня! — всплеснул Руди.

— Ты… ты совсем сумасшедший?

— Самую малость, — показал пальцами воришка. — Нет, эта цель не единственная, но всё же… одна из основных.

Руди обернулся и обвёл рукой перестроенный купол в зале для медитации.

— Ну чем не красота?

— Что красивого в крыше-полусфере? — хмуро спросила Улья.

— Согласен, раньше с барельефами и рунами смотрелось лучше, — кивнул Руди. — Но сейчас начнётся самое лучшее.

— О чём ты?

— Что ты делаешь в это время, Улья?

— После занятий я иду в библиотеку, — задумчиво произнесла девушка.

— А после — в комнату для медитации, — кивнул Руди. — Надеешься поднять свой объем силы в одиночку.

Начинающая некромантка взглянула на воришку и спросила:

— Следил за мной?

— Нет. Просто часто гуляю, — хмыкнул парень. — Когда выложишься там полностью — идёшь в комнату и ложишься спать натощак, как советовал учитель, так?

— Так.

— Тогда ты не могла это видеть, — пожал плечами Руди и указал на огромное круглое отверстие.

— Что я должна была увидеть? — спросила девушка.

— Видела тренировочные залы, где занимаются старшекурсники?

— Они там отрабатывают заклинания, и оно хорошо защищено…

— Для специальной группы они слишком хрупкие, — хмыкнул Руди. — Поэтому двое моих друзей ходят заниматься сюда.

— Тут же… — начала было девушка, но внезапно из огромного сферического отверстия ударил луч света.

— ВО ИМЯ ЕГО И ВО СЛАВУ! — раздался оглушительный рев Гоша.

Поток света резко усилился, и на высоте сотни метров над головами студентов внезапно раскрылся лепестками, создавая белоснежный покров.

— Деда до ума довёл, — с гордостью произнёс Руди, смотря, как белоснежный покров расползается над оплотом.

— Твой дедушка?

— Нет. Я сирота. Деда — это старик без стихии. Отрёкся от неё на старости лет. Он с нами из-за рабского ошейника.

— У него…

— Уже нет. Рабов сюда не принимают, — покачал головой Руди. — Мы его пленили в рабство, когда он хотел нас убить.

Когда белоснежный покров расползся над корпусами и зданиями оплота, которые объединяла одна массивная каменная стена. С него медленно, выписывая сложные витиеватые траектории, начали падать оранжевые искорки.

Девушка подняла голову и уставилась на невообразимое зрелище широко открытыми глазами. Реди улыбнулся и невольно залюбовался лицом девушки прекрасным, несмотря на шрам от ожога на всю щеку.

— А этот «деда»… — не отрывая глаз от падающих на нее искорок, начала Улья. — Это он сделал?

— Нет. Это сделали мои наставники. Гош и Снек. Гош — алкаш редкостный. Жить без выпивки не может и звереет без нее. Мы с тобой ему за вином ходили. Снек — бабник. Не знаю, как у него это получается, но он постоянно находит приключения себе на… на одно место.

— Говоришь, словно они очень плохие люди. У плохих людей не бывает чистого света в силе.

— Нет, они хорошие. По-настоящему хорошие, хоть и… со своей тьмой в душе. Гош все пытается утопить что-то в вине. Снек же… мне кажется, он пытается найти…

— Что?

— Может одну самую лучшую, а может и замену…

Яркие красочные искорки в приближающихся сумерках были особо красивы. Разгоняя первые тени своим мягким светом, они заполняли всё вокруг, оседая на крышах и листве деревьев в саду.

На это зрелище из корпусов вывалилось посмотреть множество народа. Студенты, молодые руки-преподаватели стихий и даже персонал, не владеющий магией.

— Это… очень красиво, — тихо произнесла девушка, оглядывая оплот, покрытый янтарными светлячками.

— Очень, — кивнул Руди. — И самое главное, что они безвредны для всех… почти.

Девушка повернулась и уставилась на Руди, который поднял ладонь. На ней лежала одна янтарная искорка. Кисть была серого цвета, ногти черные. Кожа на её глазах начала расползаться.

Лицо воришки было бледное. С одной стороны, где прикоснулась такая же искорка, была голая кость и едва заметные остатки сухожилий. Правый глаз был мутным, словно умер уже очень давно.

— Что с тобой? — сглотнув, спросила девушка.

— Как бы тебе сказать, — задумчиво сказал Руди, не сводя взгляда с искорки. Рот его скривился в попытке выдавить улыбку. — Дело в том, что я мёртв. Уже давно.

— Ты…

— Человек, который благодаря своему дару жизни не смог по-настоящему умереть, — с усмешкой пояснил парень и поднял глаза на девушку. — А ты?

Девушка подняла взгляд с искорки на ладони портового воришки и уставилась в живой глаз Руди.

— А я благодаря нему не смогла сгореть.

Глава 23

— Именно так, — кивнул Эмиль. — Если вы думаете, что гной — это мёртвая ткань, то спешу вас огорчить. Гной — живой, хоть в нём и можно обнаружить отголоски стихии смерти. Именно поэтому мы можем смело говорить о том, что без первичной обработки гнойной раны, без её очистки смысла вливания силы жизни нет никакого. Вы только усугубите ситуацию.

Старшая рука жизни обвёл взглядом аудиторию, полную студентов, которые записывали за ним, и остановил взгляд на Руди, который, подперев рукой подбородок, рассматривал преподавателя.

— Вам, Рудольф, видимо, это известно. Или вы полагаетесь на свою память?

— Известно, — кивнул воришка.

— Вот как? И кто же вас обучал столь тонким и важным моментам?

— Жизнь, — пожал плечами Руди. — Довелось участвовать в серьёзном переплете… Для целителя.

— Вот как? Я удивлён. И что же вы называете «серьёзным переплетом для целителя»?

— Эпидемия чёрной язвы, — пояснил парень. — Мы зашли в Кратос, когда она там случилась, и оставались там до полного конца этой эпидемии.

— Вас, естественно, никто оттуда не отпустил, — хмыкнул Эпиль. — Увы, участь целителей во время чумы весьма печальна…

— Мы оказались под воротами, когда город уже был заражён.

Главная рука жизни приподнял бровь и спросил:

— Зачем?

— Потому что считали это правильным поступком, — ответил Руди, словно это было само собой разумеющееся.

— Если ваши спутники имели те же… особенности, что и вы, тогда я понимаю…

— Моими спутниками были наставник Снек, наставник Гош и мой друг — Ари. Мы осознанно шли на риск, и это сыграло нам на руку.

— Каким же образом?

— У нас было много силы света. Мы выжигали грязь из язв, чистили их, а уже после я работал чистой силой жизни.

— Интересная у вас… практика, — кивнул Эмиль. — Рад, что у вас есть понимание по этой теме, но не думайте, что для вас будут поблажки на стихийных занятиях.

Главная рука вздохнул и громко заявил:

— Сегодня у нас будет первая серьёзная практика. Людей вам никто не доверит, но на несколько свиней мы можем рассчитывать.

— Практика будет на кухне? — спросила одна из девушек.

— Практика будет на полигоне, — ответил Эмиль и взглянул на Руди.

— У других будет практика по атаке, — ответил он. — А мы будем спасать бедных хрюшек, чтобы они еще потренировались.

— Кхэм, — кашлянул преподаватель. — Грубо, но, по сути, верно. На этом больше вас не задерживаю.

Студентки дождались, пока преподаватель выйдет, и зашуршали бумагами, собирая вещи. Руди же подхватил сумку и собирался уже уйти, но тут одна из студенток — высокая рыжеволосая красавица — обратилась к нему:

— Ты правда был в Кратосе во время эпидемии чёрной язвы?

— Был, — кивнул воришка.

— Страшно было?

— Нет. Было очень грустно, — честно ответил парень и одним из первых вышел из аудитории.

Перед входом его встретила Улья в компании нескольких девушек с метками стихии Смерти на мантиях. Она держала перед собой кожаную сумку. Опытный взгляд воришки быстро заметил, что та что-то прячет в кулаке.

— Вот уж кого не ожидал тут встретить, — улыбнулся он и направился к девушке.

Та оглянулась на подруг, и те с легкими улыбками тут же отошли подальше. Лишившись поддержки подруг, девушка снова опустила взгляд в пол.

— Как приятно, когда тебя встречают, — вздохнул Руди и спросил: — Есть желание прогуляться? У меня до стихийного занятия часа три, не меньше.

— Знаю. У нас будет после вас, — кивнула девушка.

— А… Значит, хрюшек будете потом мучать вы, — улыбнулся Руди и внезапно спросил: — Сможешь заставить хрюнделя танцевать на задних лапах?

— Что? — подняла на него удивлённый взгляд девушка.

— Ну, у вас же некромантия будет, — пожал плечами парень. — Мёртвые обычно слушаются хозяина. Так почему бы не развлечься? Не всё же ходить с мрачными лицами… Да, кстати! Ты ведь меня не просто так ждала?

— Я… — девушка смутилась и снова опустила взгляд. — Я хотела сказать спасибо за вчерашнюю прогулку.

— И согласна прогуляться еще раз! — заявил воришка, подхватил её за руку и потащил по коридору. — Я тут в кости с поваром играл, и он мне проиграл два кусочка его фирменного медового торта. Его только для преподавателей делают!

— П-п-погоди, — вырвалась девушка. — Мне нужно кое-что тебе сказать.

Руди приподнял бровь и взглянул на Улью.

— Я… как бы… — девушка начала краснеть и отвела взгляд на сокурсниц, которые ей активно жестикулировали.

Руди проследил за её взглядом и, хмурясь, спросил:

— Что-то случилось? Помощь нужна?

— Типа того, — залившись краской, ответила начинающая некромантка и разжала кулак, в котором оказалась нашивка. На черном фоне был вышит белыми нитками раскрытый глаз. — … Будешь моим… партнёром?

Руди взял эмблему и задумчиво принялся её рассматривать. Истолковав это по-своему и покраснев ещё сильнее, Улья едва слышно от сжимающего горло волнения произнесла:

— Я готова на любые условия.

Руди молча взглянул на девушку и с улыбкой ответил:

— Нет, если не хочешь медовый торт — дело твоё, но я от законного выигрыша отказываться не намерен.

— Ч-ч-что?

— Я говорю, лечить свиней с пустым желудком не собираюсь. Тем более что есть возможность положить в него медовый торт!

— Я… я про…

— А, ты про это? — хмыкнул Руди и убрал нашивку в карман. — Без проблем. Если тебя не пугают половые связи с нежитью, то какие в принципе могут быть проблемы?

Девушка впала в ступор и сжала ручки сумки так, что заскрипела кожа.

— Эй, ты как? — нагнулся немного воришка, чтобы взглянуть на красное лицо девушки.

— Я… нормально, — тихо ответила девушка, подняла взгляд и снова заметила сокурсниц. — Какие… какие условия?

— О чем ты? — нахмурился парень.

— Договор…

— Договор? А, ты об этой чуши, что тут творят? — улыбнулся начинающий целитель. — К чёрту договор!

— Как к чёрту?

— Вот так. К чёрту договоры и правила этих идиотов.

— А как же тогда…

— А как люди за этими стенами живут? Что-то не помню, чтобы кто-то составлял договоры, когда ухаживал за девушкой.

Улья покраснела еще больше, хотя казалось, что сильнее быть уже не может.

— Ты в порядке?

Девушка молча кивнула.

— Тогда пойдём, — кивнул Руди, с трудом оторвал кисть девушки от сумки, взял за влажную от волнения ладонь и потащил за собой. — Вперёд! Медовик невероятно полезен для некромантов и целителей! Я не вру! Вот увидишь! Запляшет твой хрюндель, как миленький!

* * *

Церебра подошла к стойке с оружием, а затем повернулась к Гошу.

— Сабля? Или все же палаш?

— Прямой двуручный, — покачал головой паладин.

Церебра вытащила пару учебных мечей и бросила один ученику.

— Правила? — спросил паладин, взвешивая оружие в руке.

— Без применения силы. Посмотрю, на что ты способен.

Преподаватель и ученик встали друг напротив друга. Небольшая пауза, и Гош, провернув клинок в руке, сделал выпад.

Дзынь!

Дилинь!

Огромные длинные мечи засвистели, ловя удары противника и выбивая искры. Противостояние и обмен ударами длились всего несколько секунд, но Церебра быстро почувствовала, что противник сдерживается.

— Перестань осторожничать! В полную силу! — рыкнула она, выдав еще несколько быстрых ударов, что с таким оружием было на пределе её возможностей.

Гош отпрянул назад, метнулся в сторону и, рванув к противнику, со всей мощи провёл горизонтальный удар.

ДЗЫНЬ!

Церебра успела его перехватить, но от мощного импульса пошатнулась назад. Понимая, что противник сейчас этим воспользуется, она взмахнула клинком, стараясь не допустить Гоша на ближнюю дистанцию.

Гош пригнулся, пропуская клинок над головой, крутанул двуручник кистью, словно тот был пушинкой и, метнувшись вперед, сделал резкий удар снизу вверх.

Гр-р-р-р-р…

ДЗЫНЬ!

Клинок прочертил глубокую борозду в мелкой гальке арены, выбил искры из мгновенно покрывшегося сталью тела Церебры и ударил ей в подбородок.

Старшая рука света отшатнулась и схватилась за горло, на котором была глубокая борозда от оружия противника.

— Двуручник вам не по руке, — покачал головой Гош. — Не ваше оружие.

Женщина окуталась светом, а через несколько секунд сбросила с себя стальной покров.

— Кто тебя учил? — спросила она, уже по-другому смотря на ученика.

— Сначала уличные банды, потом старый вояка, потом наёмники… Учителей было много. Последним был главный паладин Янтарного ордена.

Церебра молча кивнула.

— Оружие не ваше, потому и проиграли. Думаю, с полуторником или палашом у меня не было бы шансов, — вздохнул воин.

— Может быть, — кивнула женщина и, подойдя к стойке с оружием, поставила в него изрядно поцарапанный клинок. — Я рада… рада, что с фехтованием у тебя всё хорошо. Значит, можно пропустить этот этап.

— Вы и фехтованию учите? — хмыкнул Гош.

— Не все одарённые приходят к нам с… богатым опытом.

— Многие наёмники не умеют читать, — кивнул Гош. — Что уж говорить о магии.

— Пойдём, — улыбнувшись уголками губ, Церебра кивнула на небольшую дверь, которую паладин воспринял как кладовку.

Гош поставил в стойку оружие, после чего направился вслед за преподавателем.

— Это комната… чем-то похожа на зал для медитации, — заметила она. — Но суть в другом.

Она подошла к столу, на котором лежали длинные иглы сантиметров семь длиной. У каждой была небольшая шляпка на конце.

— Похоже на пыточную, — заметил паладин.

— Те, кто выбрал путь стали, её так и называют, — кивнула она. — Это достаточно больно.

Церебра взяла одну из игл и продемонстрировала ученику.

— У каждого одарённого в теле есть сеть каналов и узлов, по которым циркулирует сила. Чтобы ты мог выйти за пределы своего тела, чтобы клинок в руке и крылья стали частью тебя, придётся создать узлы вне твоей плоти.

— Клинок, который ты призывала — часть тебя?

— Да. В этом суть нашего пути, — кивнула она. — Сначала мы составляем карту твоей сети, затем начинаем воздействовать на её центры. Эти иглы покрыты рунами. Они заставляют твое тело формировать новые узлы. Это время для усиленных тренировок заклинаний. Ты будешь призывать крылья и оружие, а твоя сеть будет стимулироваться иглами.

— И так пока у меня не появятся новые узлы силы за пределами тела?

— Да, — кивнула Церебра.

— Я готов, — кивнул Гош, задумчиво покосившись на иглы.

— Помнишь про условия? — уточнила старшая рука света.

— Помню.

* * *

Гош шел с задумчивым видом по тропинке к дому.

Принятие присяги правящему роду Дракара было не его личным решением. Он уже давно обговорил этот поступок со Снеком, и они вместе решили, что если Янтарный орден воскреснет в той или иной форме, то лучше места, чем Дракар для этого не найти.

Клирик и паладин прекрасно понимали, что их всеми правдами и неправдами будут пытаться заманить в подданство правящему роду, поэтому решили выторговать себе максимальные преференции. Нет, никто не надеялся на протекцию со стороны правителей. Да и на право создать свой безземельный род тоже. Гош и Снек надеялись получить максимум от оплота, получив доступ к максимально эффективным и важным для них техникам в работе с силой.

— Доброго вечера, — послышался голос Хендрикса, вышедшего из кустов.

Паладин взглянул на молодого парня, затем огляделся и, хмурясь, спросил:

— Чего надо?

Парень вздохнул и, сделав несколько шагов вперёд, признался:

— Если честно, то мне жутко неловко. Все таки прячущийся по кустам представитель рода Фарг — это, мягко говоря, не рядовое зрелище.

— Знавал я одного Фарга, — хмыкнул паладин, сжав кулаки и слегка подогнув ноги.

— Вот только давай без этого, — сморщился Хендрикс. — Драться на кулаках я с тобой не собираюсь. Магической дуэли тоже хотелось бы избежать.

Гош задумчиво оглядел собеседника, а затем оглянулся.

— Зачем тайность?

— Затем, что у нас серьезные проблемы.

— У нас?

— Да. У тебя и меня. — Парень сложил руки за спиной и подошел к паладину. — У меня сложное положение. Ты избил члена моего рода. Я знаю, что этот идиот получил по заслугам, но надо понимать, что род — это семья. Просто так я оставить это не могу, так как я старший Фарг в университете. При всем этом мне не хочется выносить сор из избы и распространять наш конфликт за стены оплота.

— Боишься, воспримут как слабость?

— А как еще трактовать избиение члена твоей семьи?

Паладин хмыкнул.

— И вот мы подходим к главной проблеме — моей реакции на это. Логичной была бы магическая дуэль. При этом по традиции за кровь родственника надо платить кровью.

— Размажу, — без всякой угрозы ответил паладин. — Ты мне не ровня.

— Спорное утверждение, — покачав головой, произнес Фарг. — Одной силы недостаточно, чтобы быть уверенным в победе. Я не сектант какой и не некромант. Знаю, что надо делать с такими как ты.

— Но понятия не имеешь, что делать с паладинами, за плечами которых десятилетия войны с тварями, магами и прочим отребьем.

Хендрикс сморщился, но, вздохнув, свернул тему в другую сторону.

— Как бы там ни было, но рисковать твоей или моей головой из-за наглости одного молодого идиота… сомнительное решение. Не так ли?

Паладин пожал плечами.

— От драки, даже насмерть, никогда не убегал.

— Я и не прошу это делать. Я хочу решить это всё без кровопролития с достойным выходом обеих сторон.

— Вот как? — вскинул брови Гош. — И как ты себе это представляешь?

— Я предлагаю тебе придумать откуп. Ты получишь от меня, в меру моих сил, откуп, а взамен публично извинишься за избиение моего родственника.

Паладин несколько секунд недоумевающе смотрел на Фарга, после чего переспросил:

— Ты пытаешься подкупить меня, чтобы заставить меня извиниться?

— По сути да. Хорошо подумай, прежде чем отвергать моё предложение. Я не пятый сын двоюродного брата правящей ветви. Мой долг будет железным, пока я не умру.

Паладин задумчиво хмыкнул. Несколько секунд поразмышляв, он произнес:

— Я не буду извиняться перед этим наглым сопляком. Такие гнилые люди, как он, недостойны извинений. Даже от простолюдинов.

Фарг разочарованно вздохнул, но Гош продолжил:

— Но, чтобы разрешить ситуацию, я готов принести извинения всему роду Фарг. Публично.

Хендрикс сначала нахмурился, а затем расплылся в улыбке.

— Думаю, это будет отличным выходом из ситуации…

— Но сделаю я это только после того, как этот недомерок публично, с признанием вины, извинится перед Зайрой из Гультов.

Парень замер, нахмурился и быстро разложил в голове все последствия этого поступка. Прикинув варианты, он молча кивнул.

— Это может пойти нам на пользу… — пробормотал он и поднял взгляд на паладина. — Согласен. Так и поступим, но… мне надо будет подготовить почву и вправить мозги Силусу, чтобы он не напортачил.

— Иногда мозг правится только в ручную, — хмыкнул Гош и, заметив непонимание на лице собеседника, пояснил: — Чтобы выбить дурь из головы, зачастую эффективнее всего по ней чем-нибудь треснуть.

* * *

Гош с довольным лицом вошел в дом и обнаружил в гостинной Зайру. Девушка сидела в кресле с чашкой чая и хмуро поглядывала на человека напротив.

Огромный, широкоплечий мужик в стеганой куртке, которую обычно надевали под стальные латы, сидел, развалившись на диване, и недовольно поглядывал в огромную пивную кружку.

— Что за мерзость? — спросил он. — А пива у вас нет?

— В оплот запрещено проносить алкоголь, — ответила Зайра и взглянула на вошедшего Гоша.

— Доброго вечера, — произнес паладин, задумчиво смотря на парочку в гостинной. — А где…

— Ари и Нами на совместной тренировке под руководством Ларса, — пояснила девушка. — Гюш со Снеком, под присмотром Руди, отправились на поиски… нашивок.

— А что тут делаешь ты и…

— Знакомься, — вздохнула Зайра. — Мой отец — Иль из Гультов. Глава рода Гультов.

Мужчина поставил кружку на стол и поднялся.

Ростом он оказался выше паладина на пол головы, а ширина его плеч вызвала у паладина чувство зависти.

Мужчина молча подошел к Гошу и без замаха, резко ударил кулаком тому по лицу. Удар был такой, что, показалось, засвистел рассекаемый воздух.

Паладин, смекнувший что к чему, резко присел и ударил в ответ в живот, целясь в солнечное сплетение. Противник не стал уворачиваться и принял удар, но вместо выдоха отца Зайры или стона от удара, раздался хруст косточек кулака паладина. Ощущение было, что он со всей дури влепил кулаком по скале.

Иль резко перехватил руку и, дернув к себе паладина, взял его на удушающий прием, обхватив рукой горло. Сдавил тот так, что у Гоша захрустели позвонки в шее. Сознание быстро начало темнеть, а над ухом раздался бас противника.

— Ну, здравствуй… зятёк…

Резкий рывок, смещение корпуса и Гош подныривает под противника, сумев оторвать его от пола. Перекинув его через себя, он падает с Илем на спину, специально приземляя тело отца Зайры на голову.

— Ну, здравствуй, тесть, — тяжело дыша, произнес вскочивший Гош, тут же влепив ногой мужчине по лицу. — Рад знакомству!

Content

Вишневский Сергей Викторович Янтарный свет: ...Имеет.. [СИ]

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23