Квин Алиса

Жена напрокат. Любовь (не) предлагать

Алиса Квин. Жена напрокат. Любовь (не) предлагать

Глава 1

– Я дома! – закричала Марина, заходя в коридор их маленькой квартирки и бросая ключи на полочку.

В воздухе витал запах перегара и специй от лапши быстрого приготовления.

– Добрый вечер, Мариночка, – из спальни величаво выплыла Инга Максимовна, свекровь девушки, – сегодня ты что-то долго. – Женщина нахмурилась и посмотрела на невестку, поджав губы. – Уже давно время ужина, а тебя все нет!

Тяжело вздохнув, Марина сняла сапоги, повесила в шкаф пальто и пошла в ванную. День и без того выдался очень напряженный, а тут еще и дома встречают с претензиями.

– Ты меня слышишь? – свекровь потопала за ней.

– Слышу, – не стала спорить Марина, моя руки, – так чего вы до сих пор не поели?

Темные густые брови Инги Максимовны взлетели вверх.

– А ты приготовила? – возмущенно засопела женщина. – Виталик голодный, Машенька только чай пьет! Что ты за мать такая?

Начинается! Едва сдерживая себя, чтобы не наговорить лишнего, Марина прошла на кухню. Открыла холодильник.

– Вот стоит суп, – указала рукой на кастрюлю, – жаркое, салат. Что вам всем мешало поесть?

Свекровь задохнулась от возмущения.

– По-твоему мы должны питаться тухлятиной? – у нее аж очки запотели.

Марина ошеломленно смотрела на мать своего мужа и не могла найти слов.

– Что?

– Она еще спрашивает! – всплеснула руками женщина. – У Виталеньки слабый желудок! Ему необходимо питаться правильно! А у Маши вообще плохой аппетит. Ладно я, свое время уже отжила, мне многого не надо!

– Инга Максимовна! – перебила начинающуюся истерику Марина. – Я приготовила эту еду вчера вечером! Все свежее. Стояло в холодильнике! Нужно было просто подогреть! Хотя Виталик мог бы сам о себе позаботиться, да и Маша любит этот суп. Я специально его готовила!

Марина достала кастрюлю из холодильника и поставила на плиту подогревать.

– Ты предлагаешь мне таскать тяжеленные кастрюли? – не унималась свекровь.

– Не вижу в этом ничего плохого, – терпение девушки уже заканчивалось.

– Я с утра до ночи забочусь о вас! – голос женщины задрожал. В ход пошла тяжелая артиллерия. – Занимаюсь с Машенькой! Ты ведь знаешь, что ее нельзя оставить ни на минуту! Когда ты предлагаешь мне заниматься еще и готовкой? Я уже не в том возрасте, чтобы тянуть на себе весь быт вашей семьи!

– У Маши есть отец! – наконец не выдержала Марина. Она доставала тарелки и ставила их на стол.

– Который работает! – взвилась Инга Максимовна. – Он головы не поднимает целый день, сидит над компьютером! Зачем ему тогда жена, если все приходится делать самому?

– Знаете, что, – Марина повернулась к разбушевавшейся свекрови, – я тоже не на прогулке была! Я была на работе. Нам необходимо скопить денег на операцию для Маши, ипотека, кредит за машину, которую ваш сын разбил, между прочим. Для того чтобы нам хватало хотя бы на еду, я вынуждена брать подработку! И уж простите меня, если вам придется достать кастрюлю из холодильника, чтобы накормить вашего сына! Тогда бы он не питался лапшой быстрого приготовления и не пил бы пиво целый день!

Марина продемонстрировала пустую бутылку на столе и смятый пакетик от «Доширака».

Лицо Инги Максимовны пошло красными пятнами. Женщина хлопала глазами, ее широкая грудь вздымалась и тяжело опускалась. Марина даже испугалась, что перегнула палку, и сейчас свекровь хватит удар.

– Ты… – прохрипела родительница мужа, хватаясь за грудь, – неблагодарная! – Шмыгнула носом, картинно закатила глаза. Глубокий вдох и резкий разворот. Прикрывая стол своим широким телом, завозилась. Послышался стук стакана о стол, звук наливаемой воды, и по воздуху поплыл запах валерьянки. – Я как белка в колесе целый день ухаживаю за твоей дочерью, помогаю по хозяйству. А ведь я пожилая женщина. Не совсем здорова. Мне вредны такие нагрузки… – Она повернулась к Марине лицом, глаза заволокло слезами, губы дрожат. – А тебе тяжело накормить семью ужином? – Шах и мат.

– Приятного аппетита! – Марина кивнула на накрытый стол и вышла из кухни.

Спорить дальше просто не имело смыла. Каждый раз одно и то же! Сначала обвинения, потом предъявление претензий, ну а завершающим аккордом были слезы. Всегда! Первое время Марина чувствовала себя виноватой, старалась как-то угодить, потом страшно переживала, потом привыкла, а сейчас… сейчас уже ничего, кроме глухого раздражения, не испытывала. Но ради дочери она готова была терпеть все, что угодно.

– Привет, – девушка заглянула в комнату. Полумрак, лишь неверный свет от работающего монитора.

Виталий сидел к ней спиной, на голове большие наушники, в руках очередная бутылка пива, на экране виртуальный бой с использованием крупногабаритной техники в виде танков. Муж что-то ругательное кричал в микрофон, остервенело барабаня пальцами по клавиатуре.

– Виталик! – Марина подошла ближе и сдернула с мужа наушники. Тот вскинул голову и со злостью посмотрел на жену. – Вот так ты работаешь?

– Могу я хоть немного отдохнуть? – набычился мужчина, – Целыми днями работаю, как проклятый! Так что, я не могу отвлечься?

– Почему ты не поел? – не стала раздувать конфликт Марина.

– Поел, – он кивнул на пустую тарелку и попытался снова натянуть на голову отвоеванные наушники.

– Ты, может быть, и поел, а Машу почему не покормил? Я же вчера все приготовила! Неужели трудно было ребенку тарелку супа дать?

– Она не просила! – снова начал отворачиваться от жены Виталик. – Говорю же тебе – я был занят!

– Так занят, что не смог покормить собственного ребенка? – Марина сегодня разозлилась окончательно.

Супруг с раздражением стукнул бутылкой о стол. Та жалобно булькнула, и из темного горлышка потекла белая пена.

– Че ты орешь? – процедил Виталик, разворачиваясь к жене. – Сказал же – не просила она есть. Значит не голодная! А я был занят и забыл о времени!

Закрыв глаза, Марина сделала несколько глубоких вдохов, сосчитала до десяти. Нужно прекратить этот разговор. Он все равно пьян и не слышит ее. Злить захмелевшего мужа не стоило. В таком состоянии он запросто мог поднять руку на жену. Пусть проспится, потом поговорят.

– Ужин на столе на кухне, – проговорила жена и вышла из комнаты.

– Привет, малыш, – Марина заглянула в комнату к дочери.

В комнате горел неяркий свет от настольной лампы. Девочка склонилась над столом и что-то усердно рисовала. Услышав голос матери, обернулась, и ее личико озарила улыбка.

– Привет! – Маша всегда так радовалась, когда Марина приходила домой. Девчушка обняла мать и прижалась щекой к ее плечу. – Я соскучилась! – призналась девочка.

– Я тоже, зайчонок! – улыбнулась ей в волосы Марина и поцеловала пахнущую печеньем макушку. – Как у тебя дела?

Девочка с гордостью стала показывать свои рисунки. Рисованием она увлеклась в четыре года. Сидела часами и старательно вырисовывала зайчиков, солнышко, цветочки. Все это очень аккуратно раскрашивала, педантично стараясь не выходить за контуры рисунка. Бабушка Маши, Инга Максимовна, называла увлечение внучки блажью. Ну в самом деле, кому интересна эта мазня?

Марина всячески поддерживала увлечение дочери. Она покупала ей самые лучшие краски, бумагу, карандаши с разной твердостью и цветом, кисти всевозможной жесткости и назначения. Не говоря о холстах, мольбертах и палитрах. Она старалась радовать девочку, чем может.

В школу Маша ходила редко и недолго. Всему виной ее болезненность и диагноз, который врачи поставили пару лет назад – порок сердца. Нужна была операция. Очередь на квоту оказалась огромная, поэтому Марина начала копить и собирать деньги на проведение операции. Устроилась на еще одну работу, стала брать подработки на дом. Девочку перевели на домашнее обучение, чтобы не подвергать ее опасности. Ведь даже самая банальная простуда могла подорвать здоровье девятилетней Маши и угрожать ее жизни.

– Ты голодная? – спросила Марина дочь.

– Немного, – призналась девочка.

Мать нежно провела по темно-русым волосам девочки, заглянула в ее глаза точно такого же цвета, как и у самой Марины – цвета морской волны. Дочь вообще была ее маленькой копией. Такие же нежные черты лица, чуть вздернутый нос, большие сине-зеленые глаза в окружении густых черных ресниц и пышные слегка вьющиеся волосы. От отца Маше достался немного упрямый взгляд и родинка над верхней губой. Когда-то Марина, будучи еще совсем девчонкой, потеряла голову от улыбки Виталия и вот этой самой родинки над губой…

Тряхнув головой, девушка погладила дочь по волосам и повела ее на кухню ужинать.

Глава 2

– Смирнова, – Леночка заглянула в кабинет бухгалтерии, – тебя главный вызывает!

Марина подняла на коллегу уставшие глаза.

– Что случилось? – спросила она.

Коллега сморщила хорошенький носик.

– Понятия не имею, – тряхнула она белокурыми кудряшками, – сказал, что что-то с квартальным отчетом. Иди, а то будет злиться.

Блондинка испарилась так же внезапно, как и появилась на пороге финансового отдела. Марина знала, что спорить с боссом себе дороже. Александр Викторович не терпел никаких возражений, а еще больше он ненавидел ждать. Так что надо поторопиться. Неизвестно, сколько времени Леночка шла в бухгалтерию. Возможно, босс уже кипит от злости.

Поймав на себе сочувствующий взгляд Любовь Георгиевны, Марина перевела компьютер в спящий режим, взяла папку со вчерашним отчетом, одернула юбку-карандаш, поправила очки и вышла из кабинета.

Александр Викторович Давыдов появился в их компании полгода назад. Молодой, привлекательный, он тут же стал объектом обожания у всех сотрудниц независимо от возраста. Но нового босса не интересовали интрижки на работе. Флирт пресекал в самом его зародыше, да и вообще держался довольно холодно, если не сказать высокомерно. Зато Давыдов был настоящим профессионалом, терпеть не мог любые неточности, требовал выполнять малейшие поручения четко в срок и только на высшем уровне.

Марину не интересовали все эти сплетни и томные вздохи по новому руководителю. Зато ей с лихвой хватило плачущей Леночки после того, как той влетело от шефа за опоздание, и того, как на совещании Александр Викторович разнес договор, составленный юристами фирмы для сделки с другой довольно крупной компанией.

Поэтому сейчас Марина шла как на каторгу в кабинет нового руководителя. Какого рода разговор будет происходить там, можно было только догадываться, но Смирнова не обольщалась.

В приемной поздоровалась с секретаршей Лилией Владимировной. Та сидела за компьютером и что-то неспешно набирала одним пальцем.

– Здравствуйте, – Марина приветливо улыбнулась.

Лилия Владимировна подняла на нее глаза и воззрилась сквозь свои стильные очки на пришедшую. Пробежалась глазами по стройной фигурке девушки, поджала густо накрашенные губы, хлопнула тяжелыми от туши ресницами и чинно кивнула.

– Проходите, Александр Викторович вас уже заждался! – проговорила секретарша.

– Я пришла, как только мне передали его просьбу, – пожала плечами Марина.

Лилия Владимировна закатила глаза.

– Хотите сказать, что это мои проблемы? Я иногда просто поражаюсь с этих людей!

Больше Марина не стала слушать вредную тетку, толкнула дверь и вошла в кабинет. В помещении пахло кофе, и витал аромат горьковатой мужской туалетной воды. Босс говорил по телефону. Увидев ее, махнул рукой, а сам продолжил выговаривать кому-то. Тон Александра Викторовича буквально замораживал пространство вокруг. У Марины сжалось сердце от того, что на миг представила, что вот таким тоном он сейчас будет говорить с ней. Ей сейчас было искренне жаль того бедолагу на другом конце линии.

Девушка застыла неподалеку от стола шефа. Сесть ей не предложили, а сама она не решалась сделать нечто подобное в присутствии ее грозного босса. Босс тем временем продолжал угрожающе говорить, при этом взгляд его темных глаз был прикован к посетительнице. Марина старалась не шевелиться, чтобы не вызвать раздражение шефа. Знала, что сейчас выглядит довольно скромно, но стильно. На ней был костюм графитового цвета из узкой юбки чуть ниже колен, белой застегнутой на все пуговицы блузки и приталенного жакета. Густые темно-русые волосы собраны в пучок, на лице минимум косметики, очки в тонкой оправе, не столько для зрения, сколько для работы с компьютером. На стройных ногах туфли-лодочки. Но взгляд темных глаз, зафиксированный на уровне бедер девушки, слегка нервировал.

Смирнова сама исподтишка рассматривала мужчину, что сидел в большом кожаном кресле. Высокий, подтянутый, черные волосы уложены назад, темные, проницательные, почти черные глаза, высокие скулы, упрямый подбородок с легкой щетиной, белоснежная рубашка лишь оттеняла смугловатую кожу, темно-синий костюм, несомненно, от какого-то известного дома моды и дорогущие часы на левой руке. Взгляд скользнул на правую руку – обручального кольца не было. Марина сама не знала, зачем обратила на это внимание. Когда подняла глаза на лицо босса, натолкнулась на насмешливый взгляд мужчины. Его губы чуть дрогнули в намеке на улыбку. Непонятно отчего, но щеки Марины опалило жаром. С чего бы вдруг? Ведь она не сделала ничего постыдного!

Давыдов завершил разговор и посмотрел на Смирнову.

– Здравствуйте, – сдержанно кивнул он, будто и не было секунду назад в его глазах бесенят, когда он поймал ее за рассматриванием его рук.

– Добрый день, – вежливо ответила Марина, все еще не позволяя себе расслабиться.

– Прошу вас, присаживайтесь, – позволил себе полуулыбку босс, – кофе?

Марина опешила, но кивнула. На всякий случай. Лучше не злить его сейчас.

– Лилия Владимировна, – нажал на кнопку селектора Александр Викторович, – будьте добры, два кофе. Вам с молоком? – это уже Марине. Та ошеломленно кивнула. – Один черный, один с молоком.

Отсоединился и посмотрел на свою подчиненную, которая уже была близка к обмороку от страха. Видимо разговор предстоял долгий. И трудный.

– Итак, – начал шеф, беря со стола бумаги, – во вчерашнем отчете есть неточность.

Марина удивленно посмотрела на свою копию того самого отчета. Никакой неточности там быть не могло.

– Этого не может быть! – возразила девушка.

Брови Давыдова поползли к переносице, а сердце девушки ухнуло вниз. Ну все, теперь он ее прибьет!

– Я не вижу в нем вот этих данных, – небрежным жестом бросил страницы на стол так, чтобы Марина могла посмотреть на запись.

– Позвольте, – девушка протянула руку и взяла бумаги.

Она всмотрелась в показатели, заглянула в свои данные.

– В отчете все верно, – подняла глаза на босса Марина.

Александр Викторович все это время пристально за ней наблюдал. После ее ответа он встал из-за стола, приблизился, наклонился, опираясь рукой о поверхность стола и, заглядывая через плечо девушки, указал пальцем в строку.

– Смотрите! – приказал он.

И Марина смотрела. Изо всех сил старалась не отвлекаться на мужчину, так бесцеремонно вторгшегося в ее личное пространство. В этот момент открылась дверь, и в кабинет вплыла Лилия Владимировна с большим подносом. Женщина осмотрела открывшуюся ей картину и продефилировала к столу начальника. Шла секретарша, высоко подняв голову, будто ее совсем не касалось, что некоторые выскочки позволяют себе так фривольно жаться к шефу. Габаритов Лилия Владимировна была немаленьких, хоть и позволяла себе носить довольно узкие и короткие юбки, считая, что тем самым она умело подчеркивает все достоинства ее фигуры. Пусть тонкие шпильки ее каблуков качались под тяжестью дородного тела, зато офис-менеджер компании всегда выглядит стильно.

Водрузив поднос с ароматным напитком на стол, она придвинула чашки к замершим Александру Викторовичу и Марине, поправила волосы и мило улыбнулась.

– Что-нибудь еще? – в медовом голосе помощницы не было и намека на сарказм, при этом глаза были прикованы к Смирновой, которая переводила растерянный взгляд с секретарши на босса.

– Нет, спасибо, – даже не подняв на нее глаз, сказал Давыдов.

Марина посмотрела в след уходящей женщине, едва сдерживая себя, чтобы не позвать ту на помощь. Вряд ли бы эта гиена помогла. Разве что добить…

– Эта строка не вошла в отчет, – снова вернул в действительность шеф.

Марина пробежалась глазами по строкам.

– Да, потому что эти данные пришли на сутки позже, – согласилась девушка, – они войдут в следующий квартал.

Мужчина отошел от нее и сел в свое кресло. Девушка украдкой выдохнула. Ей совсем не по себе было в такой близости к руководству. И вообще, что он сейчас от нее хочет?

Александр взял свою чашку с кофе, отпил из нее, вопросительно поднял брови. Марина послушно взяла свою чашку и сделала то же самое. С трудом проглотила горьковатый напиток и вернула шефу вопросительный взгляд.

– Марина Николаевна, – вкрадчиво произнес начальник таким тоном, что казалось, воздух в помещении замерз, – крайне важно, чтобы именно эти данные попали в отчет именно этого квартала. Сегодня.

– Но…

– Никаких «но»! – слегка повысил голос этот сумасброд. – Сегодня!

Марина не стала больше спорить. Она только кивнула. Бросила взгляд на часы, указывавшие, что уже давно время за полдень, тяжело вздохнула, подумав о том, что сегодня придет домой очень поздно, а значит и подработку, которую обещала сдать на следующий день, придется делать ночью.

– Хорошо, – ответила девушка, поднимаясь на ноги, – я могу идти?

Темные глаза смотрели непроницаемым взглядом.

– Идите, – чуть искривились губы в подобии улыбки, – жду отчет.

Марина вышла из кабинета. Спорить с Давыдовым все равно, что пытаться поймать молнию – весьма малоэффективно и очень опасно. Проще сделать так, как он хочет, хоть и придется переделывать весь отчет. Девушка уже прикидывала, как ей лучше сделать, чтобы пересчитать все с наименьшими потерями.

– Кофе понравился? – не очень любезно поинтересовалась Лилия Владимировна, когда Смирнова вышла в приемную.

Девушка вынырнула из своих мыслей и посмотрела на секретаршу удивленно.

– Что, простите?

Марина сняла очки и потерла переносицу. Она так всегда делала, когда нервничала.

– Будто не понимаешь! – фыркнула вредная тетка, продолжая буравить Смирнову надменным взглядом. – Не каждому посетителю Давыдов кофе предлагает! – пояснили, тем самым поставив в еще больший тупик.

– Мне нужно переделать отчет, – отмерла Марина.

– Я в пять ухожу! – припечатала Лилия Владимировна.

Марина посмотрела на часы, которые висели над головой секретарши.

– Но я не успею! – возразила она.

– Это что, мои проблемы? – насмешливо искривила напомаженные губы помощница шефа, – Мариночка, ты меня просто удивляешь!

Сказала и потеряла всякий интерес к возомнившей о себе невесть что посетительнице. Пусть знает свое место! И нечего тут с начальниками кофе распивать!

Но Смирновой было не до этого. У нее оставалось крайне мало времени для отчета.

Глава 3

Домой вернулась уже после девяти вечера. Конечно, никто уже не ждал ее в приемной. На месте не было ни босса, ни его секретаря. Марина отправила на электронную почту переделанный отчет и поторопилась домой.

– Явилась? – ядовито спросил муж, встречая в дверях.

Странно, что это он решил осчастливить ее своим присутствием?

– Работы много было, – Марина присела на пуфик, разуваясь.

– Это теперь так называется? – прищурился Виталий.

Супруга одарила его непонимающим взглядом.

– Что ты имеешь ввиду?

Он схватил ее за руку и резко притянул к себе. Обдав запахом перегара, злобно прошипел в лицо:

– Рабочий день у тебя до шести часов! Кувыркалась с кем-то!

Марина дернулась.

– Отпусти! – потребовала она. Терпеть не могла, когда муж злоупотреблял с алкоголем. Всегда в такие моменты терял над собой контроль, превращаясь в совершенно другого человека. – Мне больно! Еще раз повторяю – я была на работе! Пришлось переделывать квартальный отчет. А мне вот очень интересно – по какому поводу банкет?

Она многозначительно посмотрела на кухню. Там сидели два друга ее мужа, на столе стояли какие-то закуски, бутылка водки и пепельница. Друзья тихо переговаривались, смеялись.

– Обмываем окончание турнира, – буркнул Виталий и грубо толкнул жену в грудь.

Он направился к друзьям, которые уже с интересом посматривали на супругов.

– Быстренько сообрази нам что-нибудь на стол, – бросил через плечо мужчина.

– Где Инга Максимовна? – спросила девушка, моя руки в ванной.

– Моя мать не будет выполнять твои обязанности! – рявкнул любящий супруг, посматривая на дружков. Те одобрительно ухмыльнулись.

За дверью свекрови громко работал телевизор. Судя по всему, мамочка мужа смотрела свой любимый сериал. Наверняка и Машка голодная до сих пор. Скрипнув зубами, Марина прошла на кухню. Окинула сердитым взглядом изрядно захмелевших гостей. Демонстративно открыла окно, впуская в помещение свежий воздух, взяла со стола пепельницу, полную бычков, и вытряхнула ее в мусорное ведро. Все это происходило в полной тишине. Дружки мужа напряженно наблюдали за действиями хозяйки квартиры.

– В доме ребенок! – безапелляционным тоном заявила Марина, разворачиваясь к медленно звереющим мужчинам. – У Маши больное сердце. Ей вреден дым. Угодно травиться? Прошу! Но делайте это не в нашей квартире!

Мужики переглянулись между собой и засобирались. Супруг начал что-то им объяснять, но Марина уже не слушала. Она пошла проведать дочь.

– Привет солнышко, – улыбнулась девочке, которая с радостью бросилась к матери. – Как дела?

– Хорошо, – ответила Маша, прижимаясь к груди родного человека, – мы сегодня гуляли в парке, – начала рассказывать девочка, как провела свой день.

– Правда? – Марина удивленно подняла брови. Как-то не похоже на ее свекровь, которая шагу лишнего не ступит за пределы двора.

– Да, – кивнула девочка, – мы ходили с бабушкой в банк, а парк был по дороге.

Восторгу дочери не было предела, а вот Марина задумалась. Зачем свекрови нужно было ходить в банк? Пенсию она получает на карточку, оплату никакую не производит. Странно!

– Я очень рада за тебя, малыш! – она погладила дочь по голове. – Кушать хочешь?

– Нет, я поела! – ошарашила ответом непоседа.

– Правда? И что же ты ела?

– Я подогрела себе суп и макароны с мясом, – гордо выдала девочка.

– Сама?

– Да! Бабушка очень устала после прогулки и прилегла отдохнуть, а папа… ну, он тоже поел со мной, а потом к нему пришли друзья, и я ушла к себе.

Марина только головой покачала. Поцеловала дочку в лоб и встала. На кухне ее ждала гора посуды, которой после гостей лишь прибавилось.

– Ты у меня большая молодец! – похвалила мама девочку и вышла из детской.

С грустью подумав о том, что пришлось отложить дела, девушка начала убирать со стола грязную посуду. Стукнула входная дверь. Это Виталий вернулся, проводив гостей. Он зашел в кухню и мрачно уставился на супругу. Его лицо раскраснелось. На улице было все еще довольно холодно, несмотря на весну. Зайдя в теплое помещение, видимо, действие алкоголя сказалось на состоянии мужчины. Глаза медленно наливались яростью.

– Ты! – прохрипел мужик.

Марина обернулась и хмуро взглянула на него.

– Дрянь! – выдал любимый супруг и икнул.

– Виталя, – устало вздохнула Марина, понимая, что сейчас с ним бесполезно спорить, – иди спать. У меня еще полно работы.

Вместо того, чтобы послушаться, он приблизился, прижимая жену к раковине.

– Ты думаешь, что тебе можно шляться с кем попало, а потом приходить домой и позорить меня перед друзьями? – вконец озверел Виталий.

– Не говори глупостей! – взбеленилась Марина, – Я была на работе! А ты вместо того, чтобы сам работать, притащил в дом каких-то алкашей!

– Не смей так говорить о моих друзьях! – зло прошипел он. – Я что, должен пахать, как конь, даже не имея права отдохнуть?

Марина многое могла бы ему сейчас сказать по этому поводу: и о том, как он играет в онлайн-игры целыми днями, о том, что он давно уже не приносил никаких денег в семью, о том, что не занимается ребенком. Но все это в данный момент просто бесполезно. Раздувать скандал на ровном месте не хотелось. Она думала лишь о том, как быстрее выполнить заказ и лечь спать. Завтра рано вставать на работу. К тому же приближается срок оплаты по ипотеке, да и кредит на машину пора оплачивать. Деньги просто необходимы.

– Пожалуйста, – сделав глубокий вдох, попросила Марина, – иди спать! Завтра поговорим!

– Ты будешь указывать мне, что делать? – снова полез на рожон муж.

– Делай, что хочешь, – она взяла полотенце и стала вытирать мокрые руки.

– Ах ты… – Виталий схватил ее за горло и притянул к себе.

– Сынок! – внезапно на кухне появилась Инга Максимовна, – Что происходит?

С ненавистью глядя в глаза жене, Виталий медленно разжал пальцы, покрутил ими перед лицом Марины, сжал в кулак, хрустнув костяшками, и повернулся к матери.

– Все хорошо, мама, просто разговариваем.

Марина схватилась за шею и закашлялась. Виталий вышел в коридор, загремел, споткнувшись обо что-то, громко выругался и хлопнул дверью в спальню.

– Довела, да? – осуждающе покачала головой свекровь.

– Что?

Девушка еще никак не могла восстановить дыхание, она только удивленно смотрела на мать своего мужа, едва сдерживая слезы.

– Шляешься ночами где попало, так еще претензии предъявляешь? – женщина демонстративно выпила свое лекарство и собралась покинуть кухню, когда невестка задала ей вопрос:

– Вы сегодня ходили в банк?

Инга Максимовна остановилась, медленно повернулась и презрительно выплюнула:

– Где я бываю и что делаю, тебя никак не касается! – после чего удалилась к себе.

Марина наконец-то осталась одна.

Быстро приведя кухню в порядок, достала бумаги и села за расчеты. Утром предстояло сдать их заказчику. Спать легла уже в третьем часу ночи. К пьяному храпящему мужу идти не хотелось, поэтому Марина устроилась рядом с дочерью, обнимая девочку и с наслаждением вдыхая запах ее волос.

Утром, едва только будильник начал издавать первые звуки, Марина вскочила, выключила бодрую трель, опасаясь разбудить Машу. Бесшумно оделась и выскользнула в коридор. Поставила вариться кофе, а сама пошла умываться. Из их общей спальни слышался храп. На секунду замерла. Интересно, когда муж успел превратиться из заботливого, любящего человека вот в такое животное? Тряхнула головой и поспешила.

Глоток кофе, не забыть флешку, бумаги и тихо вышла за дверь. На улице едва рассвело. Дворник дядя Юра приветственно помахал девушке рукой. Марина ответила приветливой улыбкой. Они часто разговаривали с мужчиной. Он появился в их дворе не так давно и сильно отличался от других работников метлы. Не гастарбайтер, не алкаш. Полковник в отставке. Болезнь Паркинсона не позволила продолжить военную службу, а дома дядя Юра сидеть не умел. Он жил в соседнем доме и считал свою работу замечательной. «Свежий воздух, гибкий график», – шутил он иногда. Марина очень уважала этого человека. Военную выправку было видно невооруженным глазом. Одет скромно, но всегда в чистое и отутюженное, широкие плечи расправлены, спина прямая и строгий взгляд. Ему даже не нужно было ругаться на местную шпану, с его появлением больше никто не собирался на детской площадке вечерами чтобы «полузгать семки и выпить пива».

– Доброе утро! – поздоровалась Марина.

– Как всегда, ранняя пташка, – улыбнулся ей дядя Юра.

– Надо многое успеть, – не сдержала ответной улыбки девушка, садясь в машину.

Глава 4

К фитнес-центру она подъехала без пяти семь. Величественное здание из стекла и бетона обычно в это время пустовало. Хоть и работу свою начинал в семь утра, мало находилось желающих заниматься спортом в такое время.

Марина зашла, поздоровалась с охранником и пошла переодеваться. Она приезжала сюда три раза в неделю по утрам. Вечером у нее никогда не было времени, даже в те редкие дни, когда удавалось вечером освободиться пораньше, ей хотелось провести свободное время с Машей.

Переоделась в женской раздевалке, спрятала сумку, закрыла шкафчик на ключ и вышла в зал, где стояли тренажеры. Сейчас все они были свободны, можно выбрать любой. Марина посмотрела на свое отражение в зеркале, которое занимало целую стену, поправила косынку на голове и начала мыть пол.

За эту работу платили неплохо. Никого не интересовало, за какое время она справлялась со своими обязанностями. Хочешь, будь в зале хоть целый день, а можешь за час помыть все помещения и быть свободной. Больше всего Марине нравилось, что платили за работу по факту.

Девушка включила аудио плеер, вставила наушники и с энтузиазмом принялась за дело. Помещений в центре было несколько. Если не отвлекаться ни на что, за час вполне можно справиться. На постепенно приходящих посетителей не обращала внимание. Нужно все успеть сделать, принять душ и не опоздать на встречу с клиентом, задание которого делала полночи.

Тихонько подпевая музыке в наушниках, Смирнова вошла в бассейн. Его она всегда оставляла себе напоследок. Самая грязная и кропотливая работа всегда была там. Клиенты центра любили прыгать с бортика. Вода часто выплескивалась и разливалась. Стоки, конечно, были предусмотрены, но видимо строители на чем-то сэкономили или выполнили свою работу недобросовестно, но вода часто оставалась на полу, иной раз превращая его в настоящий каток.

Марина начала собирать воду. Казалось, этому не будет конца и края. Как будто кто-то открыл невидимый кран и из него тонкой струйкой льется вода прямо на пол. Времени оставалось все меньше, а пол категорически не желал становиться сухим. Когда, наконец, результат удовлетворил девушку, она увидела мужские мускулистые ноги, которые прошествовали мимо нее к бортику бассейна. Марина даже не успела поднять голову, чтобы посмотреть на прошедшего мимо мужчину, как внезапно волна брызг окатила и ее саму, и только что вытертый пол.

От возмущения захотелось швырнуть следом за нахалом тряпку, которую судорожно сжимала возмущенная Смирнова, но тип скрылся под водой и все равно ничего не слышал из того, что в сердцах крикнула девушка. От обиды горячие слезы обожгли глаза. Прикусив губу, Марина снова принялась собирать воду, нервно поглядывая на часы. Времени с каждой секундой становилось все меньше.

Послышался плеск, а потом мужской, знакомый такой, голос произнес:

– Простите, вы что-то сказали?

Марина резко вскинула голову. На той стороне бассейна был ее босс. Темные волосы прилипли ко лбу, капельки воды стекали по широким плечам. Хорошо, что между ними было довольно большое расстояние. Девушка качнула головой и резко развернулась спиной к возмутителю ее спокойствия.

– Подождите, – догнал ее голос Давыдова, – мы знакомы?

Вот черт!

Марина сделала вид, что увлечена мытьем полов и поспешно стала продвигаться к выходу. Новый плеск воды за спиной заставил ускориться. Оказавшись за дверью, Смирнова схватила ведро и швабру и почти бегом ринулась в женскую раздевалку. Уже вбегая в нее и закрывая за собой дверь, услышала уже в коридоре:

– Стойте!

И чего пристал?

Марина перестала дышать, замерла, прислушиваясь. От всей души надеялась, что начальство не последует за ней в женскую раздевалку. Да и чего ради он должен бежать за какой-то там уборщицей? В то, что он успел ее рассмотреть и узнать, Смирнова не верила. Но выброшенный в кровь адреналин хозяйничал сейчас в теле перепуганной девушки. Внезапно шаги в коридоре приблизились и ручка, в которую сейчас Марина упиралась поясницей, начала медленно поворачиваться. Отскочила, будто ужаленная, стала затравленно озираться по сторонам, лихорадочно соображая, куда бы спрятаться. Ничего лучше не придумала, поспешила к душевой. В этот момент дверь открылась, впуская стайку молоденьких девушек. От облегчения Марина чуть ведро не уронила. Клиентки начали весело переговариваться между собой, совсем не обращая внимания на уборщицу. Нет им никакого дела до тетки в перекошенной косынке.

Наспех приняв душ, приведя себя в порядок, Марина поспешила на встречу, что была назначена на восемь тридцать в кафе за углом.

С Борисом Денисовичем Марина сотрудничала уже давно. Индивидуальный предприниматель доверял свои финансовые дела только Смирновой. Платил всегда хорошо, поэтому Марина никогда не отказывала ему.

Вот и сейчас они сидели в кафе, пили кофе и обсуждали выполненную работу.

– Мариночка, – лучился улыбкой довольный клиент, – вы просто чудо!

Невысокого роста, пухленький, как колобок, Борис Денисович взял девушку за руку и галантно поднес ее пальчики к своим губам.

– Рада, что вы цените мою работу, – ответила ему улыбкой Марина.

Мужчина протянул конверт, который она взяла, даже не думая пересчитывать. Борис Денисович всегда платил нужную сумму, нередко добавляя к ней приятную премию.

– Спасибо, – поблагодарила девушка и взглянула на часы. – Мне пора на работу.

– Конечно! – засобирался клиент, – Увидимся с вами через квартал.

– Хорошо, если что-то нужно будет, вы знаете, как меня найти.

Они попрощались, и Марина поспешила к стоянке. К офису подъехала без пяти девять, благо место на парковке нашлось быстро.

– Доброе утро, – услышала она за спиной второй раз за утро голос шефа, когда ждала лифт.

Вздрогнула, обернулась.

– Доброе утро, – сдержанно ответила, раздумывая, не сбежать ли на лестницу. А что, для здоровья полезно, для фигуры опять же…

Лифт гостеприимно распахнул свои створки. Давыдов многозначительно посмотрел на Марину, потом в кабинку, будто напоминая, зачем они здесь стоят. Девушка отмерла и первой шагнула внутрь, мужчина последовал за ней. Когда двери закрылись, и кабинка бесшумно заскользила вверх, Смирнова начала нервничать еще сильнее. Сейчас, в замкнутом пространстве, она особо остро чувствовала присутствие босса. Аромат его одеколона щекотал ноздри, пробуждая внутри какие-то странные, совершенно неподконтрольные эмоции.

Неожиданно начальство развернулось и воззрилось на близкую к обмороку Марину.

– Как прошло ваше утро? – почему-то поинтересовалось начальство.

Смирнова сглотнула внезапно ставшую вязкой слюну и моргнула.

– Прекрасно! – выдавила подчиненная, мечтая, чтобы лифт скорее остановился.

Она смотрела в темные глаза Александра Викторовича и чувствовала себя пойманной в ловушку мышью. Взгляд шефа медленно сместился с лица девушки на шею. Его лицо застыло холодной маской. Марина боролась с желанием зажмуриться. Что он там такого увидел?

– Вижу, и ночь тоже прошла великолепно, – процедил Давыдов и отвернулся. В этот момент лифт остановился и распахнул дверь.

Мужчина шагнул в коридор, оставляя Марину одну, которая, потрясенная переменой в его настроении, смотрела боссу вслед.

– Зайдите ко мне после обеда, – сказал он прежде, чем лифт закрылся и увез Смирнову на ее этаж.

Девушка повернулась и посмотрела на себя в зеркало, которое занимало собой чуть ли не большую часть стены. На белой коже на шее темнели багровые пятная. Марина прижала ладонь к горлу. Что подумал сейчас о ней Давыдов? Он ведь сказал что-то про великолепную ночь? Точно! Решил, что это засосы. Горючие слезы стали закипать в ее глазах. Что за день-то такой!

В кабинете у девушки сидели еще четверо из бухгалтерии. Эти точно заметят пятна и сделают свои выводы. Марина быстро распустила волосы, позволяя им упасть на плечи. Немного поправила пряди, дабы прикрыть шею. Без строгого пучка Смирнова выглядела еще моложе и как-то легкомысленнее. Ее часто принимали за совсем девчонку, показывая немного пренебрежительное отношение, хоть и было ей уже почти тридцать лет. Поэтому Мрина старалась придавать своему облику более строгий и официальный вид. Ну, ничего, придется сегодня походить с распущенными волосами, а завтра она обязательно что-нибудь придумает. Надо будет в обеденный перерыв выйти в аптеку, купить что-то от синяков. Может быть, попробовать замазать эти чертовы пятна?

– Доброе утро! – быстро поздоровалась Смирнова, входя в кабинет.

Села на свое место и укрылась за монитором. Коллеги были заняты работой, рассеянно ответили на приветствие и вернулись к своим делам. Облегченно выдохнула и тоже последовала их примеру.

Через пару часов в кабинет заглянула Леночка.

– Приветики! – улыбнулась блондиночка, показывая коробочку с тортиком, – А у меня сегодня именины, давайте чай пить!

– Поздравляю! – Любовь Георгиевна просто обожала такие посиделки, – Девочки, ставьте чайник!

Какое-то время в кабинете царила неразбериха. Доставалась посуда, заваривался чай, резался торт и обсуждались свежие новости.

– А знаете, – заговорщическим тоном начала Надежда Алексеевна, – я видела вчера нашего руководителя в ресторане!

Ее карие глаза сияли. У нее буквально на лбу было написано: «Что я знаю!». Все замерли, кажется, даже перестали дышать.

– Надежда Алексеевна, – пробасила Любовь Георгиевна, когда пауза затянулась, – вы рвете мое старое сердце! Не томите, говорите уже!

Довольная произведенным эффектом, Надежда Алексеевна улыбнулась и продолжила:

– С ним была очаровательная спутница!

Сказала она это таким тоном, как будто открыла страшную тайну. Кто-то разочаровано застонал, кто-то зашушукался, стали сыпать вопросами, кто такая, как выглядит, как зовут. Рассказчица раскраснелась, отвечая на вопросы, которыми девчонки забрасывали ее, перебивая друг друга. Ну надо же! Их драгоценный, неприступный красавец-босс, и с женщиной! Это же какой надо быть красавицей, чтобы охмурить такого.

Марина почти не слушала всю эту болтовню. Ее мало волновала личная жизнь их общего начальника. Да и смешно было бы полагать, что у Александра Викторовича никого нет. Сейчас она думала о том, что ее ждет дома. Как встретит после вчерашнего муж. Повторится ли скандал или наоборот, Виталий все осознал и попытается наладить отношения. Душу грела мысль о сегодняшней заработной плате, да и конвертик от Бориса Денисовича был прекрасным бонусом, ведь сегодня как раз нужно вносить очередной платеж за ипотеку. Деньги спишутся с карты, конвертик можно будет положить в копилку, а деньги за мытье полов в фитнесс-центре останутся на продукты.

– Марина! – голос Леночки выдернул Смирнову из раздумий.

– А? – Марина хлопнула глазами и непонимающе огляделась.

Дружный смех заставил ее вспыхнуть.

– Ты где витаешь? – спросила именинница.

– Да так, – туманно ответила девушка, смущаясь. – Прости, я задумалась.

– Ты на обеденный перерыв будешь выходить? – весело спросила ее коллега.

– Да! Мне нужно в аптеку сходить, ну и в магазин заскочить, – улыбнулась Марина ей.

– Отлично! – просияла в ответ Леночка, – мне тоже нужно в магазин!

– Мариночка, – перевела свое внимание на нее Любовь Георгиевна, – ты сменила имидж?

Внимание всех присутствующих тут же переключилось на Смирнову.

– Тебе идет!

– Красивые волосы!

– Ты чего такую красоту прятала раньше?

Тут же защебетали девчонки. К слову, сама Марина не считала свои волосы красивыми. Да, довольно густые, длиной до лопаток, но цвет ей казался самым обычным – темно-русый. Не блондинка, не брюнетка, да и не рыжая. Обычная! Несколько раз девушка задумывалась о том, чтобы покрасить их в более яркий оттенок. Хотелось быть для мужа красивой, но он отмахивался, говорил, что она ему и так нравится, нечего тратить кучу денег на дорогущие салоны. Такие слова быстро спускали Марину на землю, заставляя отложить все планы подальше. Волосы и волосы, деньги на операцию дочери важнее.

– Да я и не прятала, – смутилась Смирнова, – они мешают просто, да и привыкла я…

– Тебе очень идет! – искренне улыбнулась ей блондинка Леночка.

От ее улыбки стало немного теплее на душе.

Глава 5

В обеденный перерыв подруги вышли в торговый центр. Марина купила в аптеке мазь от синяков, потом они посетили магазин косметики, где выбрали тональный крем, потом им попался чудесный шелковый шарфик. Теперь можно лечить синяки, замазывать их тональным кремом, ну а для надежности пока завязать кокетливый платочек, чтобы точно никто не заметил пятен на горле.

– Как ты это терпишь? – спросила Леночка, когда они уже шли назад к офису.

Девушки довольно близко общались, поэтому блондинка сразу поняла, что прячет под распущенными волосами Смирнова.

– Не знаю, – тихо ответила Марина, – он не был таким раньше. Я думаю, что сейчас у него какие-то проблемы, вот и срывается. К тому же Инга Максимовна постоянно накручивает.

– Послушай, зачем она тебе вообще? – округлила глаза Леночка, – У нее же есть дом в Воронежской области, почему она там не живет? Машка уже большая, ей нянька не нужна, твой благоверный дома все время сидит, присмотрел бы за мелкой. Пусть бы ехала уже ваша бабушка домой!

– Я однажды завела этот разговор, – печально улыбнулась Марина, – но все закончилось приездом скорой и скандалом с Виталиком. Он сказал, что я его мать выгоняю из дома.

– Ты или святая, или сумасшедшая! – припечатала подруга. – Я бы уже собрала их вещи и выгнала бы вон! Квартира твоя?

– Квартира наша, – качнула головой Марина, – ипотека оформлена на меня, но у нас совместная собственность.

– А машина?

– Кредит на мне, а оформлена она на мужа. Когда мы ее покупали, у меня даже прав еще не было, зато была официальная заработная плата.

– Ох, Марина, Марина! – покачала головой подруга.

Вернувшись в офис, Смирнова направилась в кабинет руководителя. Зачем он попросил ее зайти после обеда, она не представляла.

– Здравствуйте! – улыбнулась Марина секретарю.

Лилия Владимировна смерила ее надменным взглядом. В глазах застыл лед, а вот губы послушно разъехались в подобие улыбки.

– Здравствуй, Мариночка! – почти пропела вредная тетка, изо всех сил изображая радость на лице.

Девушка не поверила ей ни на секунду.

– Меня Александр Викторович вызывал, – она жестом фокусника достала из сумочки шоколадку, это ее Леночка надоумила, положила на стол перед секретаршей.

– Ой, ну что ты! – захлопала густо накрашенными ресницами Лилия Владимировна, ловко сметая угощение в открывшуюся тумбочку. – Совсем не стоило! Спасибо, дорогая! Не хочешь ты моего похудения!

– Вам незачем худеть! – пошла в атаку Марина, – Вы чудесно выглядите!

Секретарша засмущалась, но возражать не стала, ведь пришедшая в приемную нахалка, по ее мнению, говорила чистую правду.

– Добрый день, – Марина вошла в кабинет и остановилась перед столом босса.

Давыдов что-то писал, поднял глаза на вошедшую.

– Здравствуйте, – он отложил ручку и уже прямо посмотрел на девушку.

Его взгляд прогулялся по стройной фигурке, мазнул по шарфику на тонкой шее, кривым росчерком на лицо легла легкая ухмылка.

– Вы просили зайти после обеда, – напомнила Марина.

Темный взгляд мужчины вернулся к ее глазам. Щеки мгновенно обдало жаром. Марина тут же мысленно обругала себя за это. Чего ради она тут стоит и краснеет как школьница. Гордо выпрямила спину и выдержала чужой непроницаемый взгляд.

– Красивый шарфик! – насмешливо произнес шеф.

Издеваться изволит?

– Будем обсуждать мой гардероб? – выгнула она бровь.

Почему-то эта ситуация здорово злила. Устроил тут спектакль! Да какое его дело до ее личной жизни? Даже если это засос, какое это имеет отношение к работе?

Начальник смелость оценил. Хмыкнул и перестал гипнотизировать взглядом. Махнул рукой.

– Присаживайтесь, – велел он.

Марина только теперь осознала, как она была напряжена, словно натянутая струна. Едва только Александр Викторович освободил от плена темных глаз, она тут же осознала, что только что ему сказала и пришла в ужас. Не иначе черт за язык дернул! Ноги отказались держать, и Смирнова буквально рухнула на предложенный стул, мысленно приготовившись к экзекуции.

– Вы вчера блестяще справились с заданием, – неожиданно начал с похвалы Давыдов, чем окончательно выбил девушку из душевного равновесия, – я получил отчет по почте, за что вам отдельное спасибо. Теперь, благодаря обновленному отчету, в нашей компании увеличится финансирование, что позволит уже в будущем квартале рассчитывать на прирост прибыли.

Марина слушала начальника, совершенно не понимая, зачем он ей это сейчас говорит. Хочет похвалить? Ну, для этого было бы достаточно написать спасибо в ответном письме, а не пугать до полусмерти вызовами в свой кабинет.

Разговор плавно перетек в обсуждение планов и задач на этот месяц. Обозначив все свои требования, Давыдов отпустил Марину. Вернулась в свой кабинет девушка в полном смятении. Она не понимала, почему все эти вопросы было не обсудить с главным бухгалтером. Лилия Владимировна на прощание пожелала девушке хорошего дня, чем добила ее окончательно.

Казалось, этот день не закончится никогда. Машинально выполняя все свои обязанности, отвечая на вопросы коллег, Смирнова следила за стрелкой на часах, которая как назло еле двигалась, будто специально. Наверное, усталость, недосып и переживания последних дней давали о себе знать. Хотелось быстрее вернуться домой, наполнить ванную, устроиться в горячей воде с ароматной пеной, закрыть глаза и ни о чем не думать. Если бы Марина знала, каким будет ее этот вечер, точно не торопилась бы домой, а возможно, сама снова пошла бы в кабинет к Давыдову, лишь бы не принимать участие во всем этом.

Припарковав машину у подъезда, Марина направилась домой.

– Наконец-то! – догнал ее грубый мужской голос у самой двери, – Я устал ждать!

Вынырнув из своих мыслей, девушка обернулась и с удивлением воззрилась на незнакомого мужчину.

– Вы мне? – спросила она, разглядывая незнакомца. Она готова была побиться об заклад – его она видела впервые.

– Тебе, тебе! – щербато заулыбался этот тип. – Ключи от машины отдала!

– Какие ключи?

– От машины! – рявкнул он.

– С какой стати?

Все происходящее уже казалось каким-то странным сном.

– А с такой, что это теперь моя машина!

Градус абсурдности ситуации стал стремительно зашкаливать.

– Не смешно! – Марина приложила к домофону ключ и начала открывать дверь.

– А я и не шучу, – сообщили ей, схватив при этом за плечо.

Смирнова обернулась и посмотрела на здоровенную ручищу, покрытую густыми рыжими волосками и синюшными наколками. В душе шевельнулся страх. Где-то на задворках сознания мелькнула мысль: «Останется синяк», но внезапная боль в плече сразу вымела все размышления из головы.

– Мне больно! – возмутилась девушка, отчаянно вырываясь.

Но мужик и не думал отступать.

– Я сказал – отдай ключи! Или мне вызывать эвакуатор? – он хищно прищурился. – Имей в виду, оплачивать его вызов будешь сама! Я с удовольствием добавлю эту сумму к основному долгу!

– Да что происходит? Я сейчас полицию вызову!

– Вызывай! – милостиво разрешили ей, – Я им с удовольствием покажу вот это!

Свободной рукой мужчина достал из кармана бумагу и протянул прямо к лицу перепуганной Марины.

– Читай! – приказал он.

Марина протянула руку, но взять в пальцы бумагу ей не дали.

– Так читай! – неприятно ухмыльнулся тип. – Хитрая какая!

Девушка послушно всмотрелась в строчки. Она не сразу поняла, что там написано. Пришлось перечитать несколько раз, чтобы смысл дошел до ее разума.

Перед ней был договор купли-продажи ее автомобиля. Ее муж Виталий Сергеевич Смирнов продавал их машину Мазду некоему Дратюнюку Игнату Дмитриевичу за тысячу рублей.

– Убедилась? – заржал Дратюнюк, – Так что хватит выделываться и гони ключи! У меня время – деньги!

– Этого не может быть! – проговорила Марина внезапно пересохшими губами.

– Еще как может! – продолжал скалиться тип.

Лихорадочно соображая, что же делать в такой ситуации, Марина старалась сдержать так не к месту набежавшие слезы. Сейчас не время радовать этого подонка ее слабостью. Гордо выпрямила спину, посмотрела в маленькие поросячьи глазки и заявила:

– Я ничего никому не собираюсь отдавать! Это моя машина! Я плачу за нее кредит и отдавать ее каким-то мошенникам не намерена.

Взгляд мужика совсем потяжелел. Тип сплюнул сквозь щербину поломанного зуба на асфальт и процедил:

– Не хочешь по-хорошему? Будет по-плохому! – жесткие пальцы снова сжали плечо девушки, будто стальными тисками. Не отпуская свою жертву, Игнат второй рукой достал из штанин телефон. – Иди и успокой свою овцу, а то я за себя не ручаюсь! – гаркнул он в трубку. Посмотрел на Марину и победно улыбнулся.

– Марина, все в порядке? – из-за угла вышел дядя Юра и, увидев безобразную картину, решил вмешаться.

– Иди куда шел, дядя! – даже не оборачиваясь, ответил хам.

Дворник не впечатлился его ответом и вопросительно посмотрел на почти плачущую девушку. Та качнула головой и всхлипнула. В этот момент подъездная дверь распахнулась, явив троице разгневанного супруга Марины.

– В чем дело? – мрачно спросил он.

– Виталик, – пискнула девушка, – этот тип утверждает, что ты продал ему нашу машину за тысячу рублей!

– И?

– Это правда? – она не могла поверить, что такое вообще может быть.

– Прекрати меня позорить! – злобно прошипел любящий муж. – Дома поговорим! Отдай Игнату ключи и техпаспорт.

Марина чувствовала, как ее начинает колотить нервная дрожь. Вокруг уже начали собираться соседи и прохожие. Все с большим интересом наблюдали за происходящим, глаза лихорадочно блестели, но при этом никто даже не подумал вмешаться в разгорающийся конфликт.

– Не отдам! – заупрямилась Смирнова.

– Пошли домой! – приказал Виталий, хватая супругу за другую руку и дергая на себя. – Игнат, дай мне пять минут!

Игнат демонстративно посмотрел на часы, скорчил недовольную мину и соблаговолил кивнуть, засунув руки в карманы.

– Идиотка! – Виталий грубо потащил Марину в подъезд. Когда за ними захлопнулась дверь, он прижал супругу к грязной стене и зло зашипел, – Ты хочешь, чтобы меня грохнули здесь?

В глазах мужа пылала ярость.

– Что ты такое говоришь? – пролепетала испуганная девушка.

– Я должен ему целую кучу денег! Благодари бога, что согласился взять машину и подождать немного, а то уже заказывала бы поминки по мне!

Прижимаясь лопатками к облупившейся краске на стене своего подъезда, глядя в обезумевшие глаза собственного мужа, Марина гадала о том, что произошло такого, что ее жизнь стала стремительно меняться?

– Ты с ума сошел? – не выдержала девушка. – Откуда долги? У нас кредит на машину, между прочим! Отдадим ему машину, а банку будем все еще должны? Ну уж нет!

– Мариша, – внезапно сменил тон муж, – поверь мне, сумма, которую он мне за эту машину простит, гораздо больше стоимости нашей Мазды! Неужели в такой момент, когда твоему мужу грозит опасность, ты будешь думать о проблемах с банком? Я верну долг! Обещаю! Просто меня кинули на деньги, сделка не состоялась, а эти парни не умеют ждать. Зато очень хорошо умеют убивать…

Марина во все глаза смотрела на своего мужа, а в ее душе чернильным пятном расплывалось разочарование. И вот за этого человека она вышла замуж, от всей души надеясь, что на всю жизнь? Жить с ним в богатстве и в бедности, печали и радости…

Она достала ключи, безвольно разжала ладонь, позволяя им упасть на пол. На мужа она больше не смотрела, было противно видеть его лицо. В душе ничего не осталось. Пустота. Выжженная пустыня.

Глава 6

Марина развернулась и, не глядя на то, как Виталик падает на колени и хватает ключи, стала подниматься по лестнице.

Дома ее ждала разгневанная свекровь.

– Добрый вечер, Инга Максимовна, – поздоровалась девушка, разуваясь.

– Добрый вечер, – сдержанно ответили ей.

Все это время мать мужа следила за действиями невестки, скрестив руки на груди.

– Что ты там устроила? – не выдержала женщина.

– Что вы имеете в виду? – изо всех сил сдерживаясь, спросила Марина.

– Ты знаешь, о чем я! – взвизгнула свекровь. – Почему ты сразу не отдала ключи этому типу? Зачем подвергла жизнь Виталика опасности?

– То есть вы в курсе дел вашего сына? – прищурилась Смирнова. – Знали, что он влез в долги, и молчали?

Из свекрови будто разом выбили весь воздух. Она как-то сникла и опустила глаза.

– Он хотел помочь, – тихо пробормотала женщина, – хотел Машеньке на операцию собрать! Но ему не повезло… – Инга Максимовна всхлипнула.

В душе Марины не шевельнулось ни капли сочувствия.

– Что он натворил? – только и спросила она.

Свекровь покачала головой.

– Я не знаю. Но эти типы донимают нас уже целую неделю! Они угрожают…

– Что?

Марина просто не могла поверить ушам.

– Я сняла все сбережения с депозита, но этого оказалось мало, – затараторила любящая мамочка, – эти бандиты удвоили сумму! Негодяи!

– Подождите! – Марина вскинула руки вверх. – Какие сбережения вы сняли? У вас были деньги? Вы для этого ходили в банк?

Тетка вскинула голову и со злостью посмотрела невестке в глаза.

– Какое тебе дело до моих сбережений? Знаю я таких! Прикидываются бедными овечками, потом обдирают мужчин до нитки! Даже не мечтай!

Девушка смотрела на свою родственницу и не могла поверить, что вот так просто та могла отдать деньги каким-то бандитам, при этом не обронить ни слова о деньгах, когда речь шла о здоровье и жизни ее внучки.

– Я не хочу больше видеть вас в моем доме! – отчеканила Марина.

Инга Максимовна захлопнула рот. Медленно моргнула.

– Ты выгоняешь меня из дома моего сына? – хрипло спросила она.

– Это мой дом! – девушка говорила медленно, старалась держать себя в руках, но сталь звенела в ее голосе. – Я плачу за квартиру кредит, равно как и за машину тоже. Пусть ключи я отдала, но я эту ситуацию так не оставлю! Я напишу заявление в полицию. Пусть они разбираются, кто кому что должен! А вы… – она сделала паузу, – чтобы завтра вас здесь не было!

Инга Максимовна поджала губы.

– Раз меня выгоняют из дома моего сына, я не останусь тут ни дня! Потом не просите меня приезжать! Ноги моей не будет здесь! Машеньку только жалко. С такой матерью – неблагодарной дрянью, которая думает только о гульках и даже покормить не может собственного ребенка, недолго ей жить осталось!

Это уже был перебор. Сжав кулаки, Марина шагнула к женщине.

– Не смей так говорить о моей дочери! – зашипела девушка, глядя в лицо матери своего мужа.

– Помогите! – внезапно заголосила свекровь, – Убивают!

Это было настолько неожиданно, что Марина опешила. В этот момент распахнулась дверь. В квартиру ввалился невменяемый Виталик.

– Мама! – вскричал любящий сынок, кидаясь к женщине, отпихивая жену, – Что случилось?

Увидев благодарного зрителя, Инга Максимовна закатила глаза и начала оседать на пол. Подхватив дородное тело матери, Виталик, покраснев от натуги, крикнул:

– Чего ты стоишь? Видишь, маме плохо! Вызывай скорую!

Марина смотрела на разворачивающийся перед ней спектакль и понимала, что внутри пусто. Нет ни жалости, ни злости. Ничего. Она повернулась и пошла к дочери. В то, что ее свекровь при смерти, Смирнова не верила. Очередное представление, не более. А вот в то, что у этой скупой женщины были сбережения, девушка подозревала давно, но никаких доказательств у нее не было.

Повинуясь внезапному порыву, Марина решила проверить шкатулку, в которую складывала всю наличность. Там были не все заработанные ею деньги, основная часть хранилась на личном счете, но на текущие расходы она складывала в специально купленную для этого коробочку.

Как и ожидала Марина, шкатулка была пуста.

Стараясь дышать глубоко и размеренно, девушка села на пол, обхватила колени ладонями и опустила на них голову. В детстве она часто пряталась от собственных страхов вот в такой позе. Казалось – весь мир остался там, снаружи. Сквозь этот созданный кокон никто не пробьётся. Ничего не отвлекало от мыслей. Так было легче искать пути к решению.

Где-то там, в другой реальности, звенели чужие голоса. Это приехала скорая. Громче всех кричала «больная». Что-то бубнил супруг. Хлопали двери. Видимо собирали пациентку в больницу. Инга Максимовна настаивала на госпитализации, а сынок вызвался сопровождать мать. Через время все стихло. Марина осталась одна.

– Мамочка, что случилось? – голос Маши вырвал из пучины отчаяния и заставил очнуться.

Марина вскинула голову и посмотрела на девочку. Губы не слушались, но нужно было сказать хоть что-то.

– Иди сюда! – протянула руку и сжала детские пальчики.

Маша села рядом и доверчиво прижалась к ее плечу.

– Не плачь, – попросила малышка, заглядывая в глаза матери.

Марина с удивлением обнаружила, что и правда плачет. Давно уже она не позволяла себе такой слабости. Как-то навалилось все разом. Но сейчас, глядя в голубые глаза дочери, как никогда чувствовала решимость. Надо что-то делать. Пора менять весь этот кошмар, в который превратилась ее жизнь.

– Не буду, – улыбнулась девушка и погладила девочку по волосам, – все будет хорошо!

Сказала и сама не поверила. Сейчас было стойкое ощущение, что она подошла к краю пропасти. Головой понимала, что дальше идти нельзя, но сердце подсказывало – не нужно бояться перемен. Они могут быть к лучшему.

– Собирайся, поедем в гости к тете Свете, – скомандовала Марина.

У девочки загорелись глаза. Она обожала мамину подругу. Та была всегда приветлива и часто баловала Машу чудесными подарками. Правда, виделись подруги довольно редко. Тете Свете категорически не нравился Виталий. Она называла его трутнем и слышать ничего не хотела на тему того, что сейчас тяжелое время, и он работает на удаленке, пока их фирма не решит какие-то проблемы. Впрочем, муж Марины отвечал взаимностью и на дух не выносил лучшую подругу жены.

– Света, привет, – набрала Марина номер подруги, – можно приехать? Мне нужно у тебя на день Машку оставить. Я на выходных ее отвезу к маме в Калужскую область.

– Жду! – не стала задавать лишних вопросов Светлана.

Она прекрасно знала, что если Маринка звонит в такое время, случилось что-то серьезное. Нужно помочь сейчас. Поболтать всегда успеют.

Марина вызвала такси. Собрала детские вещи, себе все самое необходимое в поездку, документы и вышла из квартиры. Закрыла ее на замок, очень надеясь, что муж в суматохе не взял свою связку ключей. Они поговорят. Потом. Когда не будет рядом дочери, которой не нужен лишний стресс, и матери, которая всегда навязывает свое мнение. Проблему с деньгами, с долгами и вообще по сложившейся ситуации они должны решать только вдвоем. Для себя Марина решила – если не будет услышана, то пора прекращать всякие отношения.

Внизу их уже ждала машина.

– Куда едем? – безразлично спросил таксист.

Услышав адрес, кивнул, сообщил диспетчеру, что пассажиров забрал, и повторил адрес.

Машка задремала по дороге. Когда приехали, Марина заплатила за проезд. Водитель достал чемодан из багажника, помог выйти девушке и даже предложил донести вещи до квартиры. Он с умилением посмотрел на девочку.

– Моей дочке примерно столько же, – вдруг признался мужчина. – Она у меня самая младшая. Есть старший сын, но он уже школу заканчивает, а Ритка у нас маленькая принцесса.

Он донес чемодан до двери Светы. Поставил его. Еще раз улыбнулся, глядя на спящую девочку.

– Спасибо, – тихо поблагодарила Марина, ошеломленная внезапной заботой чужого человека.

– Не за что! Вот я немного помог вам, а может быть когда-то кто-то поможет моей жене и моему ребенку. Все в этой жизни возвращается!

Он попрощался и ушел. Марина все еще думала над сказанными словами.

Света открыла, как только Марина нажала на звонок.

– Ну наконец-то! – улыбнулась подруга, пропуская Марину в коридор. – Неси туда! – она махнула рукой в сторону спальни, пропуская гостью с дочкой на руках вперед.

Светлана жила одна. С мужем не сложилось, а своих детей у нее не было, поэтому всю свою материнскую нежность она отдавала Машке, которой приходилась крестной матерью.

– Рассказывай, – сказала она, когда девушки уложили девочку спать, а сами расположились на кухне за чашкой чая.

Марина рассказала. Все, как есть. Она знала, что несмотря на неприязнь Светланы к ее мужу, та не станет радостно кричать: «Я же тебе говорила!». Она просто молча выслушает и поможет. Обязательно поможет. Поэтому и делиться с ней своими проблемами было легко.

– Что теперь ты собираешься делать? – спросила она, когда Марина закончила свой рассказ.

Девушка пожала плечами.

– Завтра возьму отпуск на работе, отвезу Машу к родителям, а потом… – она глубоко вдохнула, задержала дыхание, закрыв глаза, – потом подам на развод.

Ну вот, она это сказала. Хотя сама себе не поверила. Хватит ли решимости?

– Молодец! – похвалила Света, – Сколько можно тащить на себе этих пиявок? Я завтра поговорю кое с кем, надо подумать, как вернуть машину. Кредит-то на тебе, пусть она и оформлена на Витальку, это совместно нажитое имущество! Он не может продать ее без твоего ведома! Завтра же повесить арест на машину и квартиру, чтобы этот гад ничего не мог сделать с ними. А еще заяви об угоне! Пусть этого урода на каждом посту тормозят, и он доказывает гаишникам, что купил ее. У них сейчас общая база, так что пробить на предмет розыска или ареста они могут на месте. То же самое нужно сделать с квартирой. Потому что твой благоверный вполне способен продать ваш долг перед банком этим бандитам. С арестом никто ничего с ней сделать не сможет.

Марина восхищенно смотрела на эту хрупкую брюнетку, с которой дружила с самого студенчества. Света закончила юридический, а Марина – экономический факультет, что не мешало им дружить и бегать на вечеринки. Марина после окончания университета начала работать по специальности, а Света стала дизайнером. Среди ее клиентов числились люди разного социального положения и достатка, но в основном были достаточно обеспеченные и известные личности.

– Свет, я иногда тебя боюсь! – пошутила Марина, с восхищением глядя на собеседницу. – Откуда в тебе столько всего?

– Профессионализм не пропьешь! – хихикнула брюнетка.

Проговорив далеко за полночь, девушки составили план действий и легли спать.

Глава 7

Утром Марина добиралась в офис общественным транспортом. Простояв в пробке больше часа, конечно опоздала на работу. Но на этом неприятности не закончились. В холле девушку встречала саркастическая улыбка ее невыносимого босса.

– Доброе утро, Марина Николаевна! – вежливо поздоровался Давыдов. Слишком вежливо, чтобы можно было поверить в его благодушие.

Смирнова застыла на месте.

«Вот только тебя мне сейчас не хватает!», – в сердцах подумала девушка и изобразила ответную улыбку.

– Доброе утро, – поздоровалась Марина.

– Опаздываем. – Не спросил, констатировал факт начальник.

Марина молчала. Она смотрела Александру Викторовичу в глаза и думала, как же ее все это достало. Ежедневные нервотрепки дома, вечная гонка в попытке заработать больше денег, постоянное нервное напряжение из-за здоровья дочери и вот такие придирки руководства на работе. Внезапно внутри закипела злость. Такая настоящая, поднимающаяся из глубин души ярость. Девушка вскинула подбородок, выпрямила плечи и твердо произнесла:

– Я не была в отпуске три года! Неужели я не могу опоздать на пару минут?

Давыдов слегка опешил.

– Я хочу уйти в отпуск, – не дала ему опомниться Марина. А что, чудесная идея! Можно будет решить все текущие проблемы. По крайней мере, попытаться это сделать. – Прямо сейчас!

Руководство долго сверлило Смирнову пристальным взглядом, затем хмыкнуло и ответило:

– Пишите заявление.

Этим ответом он поставил Марину в тупик. Девушка уже настроилась на то, что придется выдержать длительные препирания, приготовилась отстаивать свое право на отдых. А вместо этого… Так просто?

Пока она приходила в себя от его ответа, Давыдов развернулся и ушел. Марина в обморочном состоянии поплелась к себе в кабинет.

Коллеги с сочувствием посматривали на Смирнову и тихо перешептывались. Девушка не обращала внимания на это, погруженная в собственные мысли. Не верилось ей, что Давыдов просто так отпустит ее в отпуск. Варианта два – уйти в отпуск и за это время решить часть своих проблем, или уволиться и решать свои проблемы. Возможно, вообще уехать к родителям и там найти работу. Так и Маша будет под присмотром, и времени на работу станет больше.

Сделав глубокий вдох, она написала шапку к заявлению. Уходить не хотелось, но ей необходимо сейчас отдохнуть от этого всего, поэтому если не будет другого выхода, то придется менять свою жизнь. На другом листе бумаги Марина написала еще одну шапку для следующего заявления.

В приемной ее встретила Лилия Владимировна. Секретарша стучала ногтями по клавиатуре, при виде вошедшей девушки подняла голову и скривилась.

– Доброе утро, – поздоровалась Марина.

– Доброе! – глядя на Смирнову поверх очков строго проговорила женщина, всем своим видом демонстрируя, что вовсе оно и не доброе.

– Александр Викторович у себя?

– У него с утра много дел, – насупилась секретарша.

– Он сказал, что ждет от меня заявление, – сообщила ей Марина.

На лице Лилии Владимировны вспыхнул неподдельный интерес. Она нажала кнопку на селекторе и медовым голосом произнесла:

– Александр Викторович, пришла Смирнова с заявлением.

– Пусть заходит, – ответил ей голосом шефа селектор.

После принятого решения о возможном уходе, заходить в кабинет босса было не так страшно. Марина открыла тяжелую дверь и шагнула в наполненное ароматом кофе помещение.

– Марина Николаевна, присаживайтесь, – взгляд темных глаз был совершенно непроницаемым.

Смирнова послушно опустилась на стул. Протянула первое заявление. Давыдов взял его, продолжая смотреть на свою подчиненную. Это нервировало даже больше, чем его утренняя нотация. Наконец, он перестал гипнотизировать девушку и уделил внимание заявлению. Несколько бесконечно долгих мгновений, заполошенных ударов сердца, и темный взгляд снова прожег Марину.

Начальник молчал. Девушка нервничала и кусала губы в ожидании его решения.

– Вы хотите в отпуск? – наконец отмер шеф.

– Хочу! – кивнула девушка.

– Насколько мне известно, по графику отпуск вам положен через два месяца, – сказал он.

Надо же, подготовился!

– Совершенно верно! – кивнула Смирнова, – Как и каждый год до этого, но я не была в отпуске, даже компенсацию не получала.

– Но вы хотите уйти завтра. Как я могу оставить фирму без хорошего бухгалтера?

Марина поняла – не отпустит. Найдет причину и не отпустит.

– Тогда возьмите вот это заявление, – не моргнув глазом протянула она ему листок.

Давыдов прочитал. Хмыкнул, выгнул бровь. Снова окинул подчиненную внимательным взглядом.

– Вы уверены? – вкрадчиво спросил он.

Марина не была уверена. Уже. Под взглядом почти черных глаз хотелось спрятаться как можно дальше.

– Уверена! – вздернула подбородок девушка, сжав руки под столом на коленях.

– У вас неприятности? – огорошил вопросом Александр Викторович.

Смирнова вздрогнула, совершенно не ожидая ничего подобного.

– С чего вы взяли? – напряглась девушка.

Мужчина поднялся из-за стола, приблизился и остановился рядом со стулом, на котором сидела Марина. Окунулась в аромат дорого парфюма, кожей ощущая его присутствие. Опустила голову и старалась смотреть прямо перед собой. В поле зрения попадали руки с длинными пальцами, которые Давыдов сложил в замок, край белоснежного манжета, выглядывающего из рукава пиджака, и золотые часы на запястье.

– Причиной вашего заявления является виновник этого? – от его хрипловатых ноток в голосе по спине побежали мурашки.

Марина никак не могла ожидать, что ее босс внезапно протянет руку и поднимет ее голову за подбородок. Прикосновение обожгло кожу, посылая электрические импульсы по всему телу.

– Что? – еле выдавила из себя слово перепуганная девушка.

Она посмотрела на своего шефа, который склонился над ней, но при этом не смотрел в глаза. Его взгляд блуждал где-то ниже.

– Я спрашиваю, – медленно произнес мужчина, совершенно не обращая внимания на то, что происходит с его бухгалтером, – кто оставил на вашей шее эти синяки?

Прикосновение к шее порхнуло крылышками бабочки. Смирнова непроизвольно вскинула руку и прикрыла горло, освобождаясь от чужих пальцев.

– Мне кажется, это немного не ваше дело! – напряженно произнесла девушка, слегка отстраняясь от Давыдова, запоздало понимая, что со всеми своими проблемами совершенно забыла замаскировать синяки от посторонних глаз.

– Возможно, – криво улыбнулся босс, но руку убирать не спешил, – подобные отметины могут появиться либо в результате насилия, либо от… хм… засосов. Что-то мне подсказывает, что это не засосы. Не похожи вы на женщину, ведущую подобный образ жизни и позволяющую с собой так обращаться. Поэтому я склонен полагать, что у вас что-то произошло. От хорошей жизни на шее девушки синяки не образуются!

Затаив дыхание, Марина во все глаза смотрела на своего не в меру проницательного начальника.

– Марина, я хочу помочь! – нетерпеливо вторгся в размышления Смирновой голос Давыдова.

Девушка вздрогнула от звука собственного имени. Как-то слишком уж интимно оно прозвучало от руководства.

– Я разберусь со всем сама, – проговорила она, когда дар речи вернулся, – именно для этого мне нужен отпуск!

– В фитнес-центре тоже будете просить отпуск? – снова ошеломил босс своим вопросом.

Марина покраснела до корней волос.

– Я так и знал, что это были вы! – довольно ухмыльнулся Александр Викторович.

– Это преступление? – тут же ощетинилась Смирнова.

Мужчина покачал головой, наконец-то отошел от своей подчиненной и сел на свое место, сделав вид, что вовсе не услышал облегченного вздоха.

– Конечно, нет, – удивил ее начальник, – даже похвально, хоть мне и непонятны ваши мотивы.

Марина враждебно смотрела на своего босса. Куда ему понимать ее мотивы? У него же на лбу написано, что он понятия не имеет, что такое нужда в деньгах. Каково это, когда считаешь каждую копейку, как собираешь по рублю в копилку и молишься каждый день, чтобы он не стал для дочери последним.

– Мне нужны деньги, – нехотя призналась Смирнова, отводя взгляд, – и время.

Давыдов покивал своим мыслям.

– Я могу выписать вам премию, – сказал он.

– Не буду отказываться, – не стала кокетничать девушка.

– Но это вам не очень поможет? – угадал ее настроение начальник.

Марина согласно кивнула.

– Думаю, получив отпускные и имея достаточно свободного времени, я смогу решить часть вопросов, которые требуют моего внимания, – как можно точнее постаралась донести до руководства свои мотивы. Помолчала, а потом добавила, – Увольнение тоже подойдет.

В кабинете повисла тишина. Каждый думал о своем.

– Вы понимаете, что то, чего вы хотите, – снова заговорил Давыдов, – станет лишь временным решением текущих трудностей?

Она понимала, еще как! Но выхода другого не видела.

– Мне нужно отвезти дочь к моим родителям, – сама не зная почему, призналась девушка. – Она больна, я коплю деньги на операцию. Маше нужен уход. У мужа неприятности, за долги отобрали машину. – Она сделала глубокий вдох и продолжила, – Я хочу попытаться вернуть ее. Если не получится, то долг перед банком придется все равно гасить мне.

По мере того, как она говорила, голос дрожал все сильнее, но откуда-то взялось нестерпимое желание донести до шефа жизненно важную необходимость отпустить ее сейчас. Сама не заметила, как рассказала ему все. Когда опомнилась, было уже поздно. Давыдов смотрел на нее с интересом и молчал. Когда Марина уже подумала, что ничего от него не добьется, он заговорил:

– Я хочу предложить вам работу, за которую вы получите солидную сумму. Думаю, ее хватит сполна, чтобы собрать нужную сумму на операцию вашей дочери.

Сначала Марина решила, что ослышалась, но взгляд начальника был полон решимости.

– Что мне нужно будет сделать? – насторожилась девушка.

– Ничего неприличного или преступного, – улыбнулся Давыдов. – Кроме того, вы уйдете в отпуск, получите все полагающиеся вам выплаты. Я помогу решить часть вопросов, в которых, уверен, буду более компетентен, чем вы. Попрошу своих юристов разобраться в ситуации с машиной.

Это было слишком заманчиво для того, чтобы быть правдой. Так в чем подвох?

– В обмен на это вы поможете мне, – ну, вот они и подошли к самому главному.

– В чем именно?

Марина чувствовала, что после его ответа ее жизнь изменится и совершенно неясно в лучшую или худшую сторону.

– Вы должны притвориться моей женой.

Глава 8

Марина опешила от такого предложения.

– Зачем? – первое, что пришло ей на ум.

– Затем, чтобы меня на самом деле не заставили жениться, – усмехнулся ее начальник.

Это ничего не объясняло. Совсем.

– Вы не хотите жениться?

Александр Викторович тяжело вздохнул и ответил:

– Хочу. Когда-нибудь потом. Моя мама – человек старой закалки. Ее взгляды на жизнь весьма консервативны. Она скоро приезжает из Лондона и полна решимости женить меня во что бы то ни стало. Говорит, что давно уже пора подарить ей внуков. Я к такому, мягко говоря, не готов. Мама даже и невесту мне присмотрела – дочь своей подруги. Предполагаемая невеста устраивает мою родительницу по всем вопросам.

– А вас – нет?

Легкая улыбка скользнула по его губам.

– Не знаю, – пожал он плечами, – мы даже не знакомы. Я не видел ее ни разу. Да, честно говоря, у меня нет и малейшего желания начинать это общение. Но и отказать матери я не могу. Она уже давно не молода и тяжело болеет. Мы долго не виделись. Она все время в больницах за рубежом. Мне не хочется ее огорчать, но и терять свободу я тоже не собираюсь. Вот и сказал ей, что женился совсем недавно. Чтобы она не настаивала на знакомстве с ее «невестой». Сказал, что это был внезапный порыв, что я сделал свой выбор и теперь безумно счастлив. Теперь она мечтает о знакомстве с моей женой. Которой у меня нет…

Ну и ситуация!

Марина с сомнением посмотрела на своего босса. Как-то не верилось, что у него нет кого-то, кто с радостью бы сыграл эту, безусловно, важную роль.

– Но почему я? – решилась она спросить.

– Вы полностью соответствуете идеалу моей мамы, – уклончиво ответил Давыдов, – для меня важно то, что вы замужем, а значит, не будете на самом деле претендовать на роль моей жены.

Это прозвучало немного цинично, но достаточно убедительно.

– Дело в том, что все мои…хм… знакомые, – он споткнулся на этом слове, – совершенно точно не понравятся маме. К тому же никто из них не откажется от возможности на самом деле стать моей законной супругой. Они капризны, избалованы, чаще всего думают только о деньгах.

– Вы тоже предложили мне за это деньги, – напомнила ему Марина.

– Предложил работу, – мягко поправил мужчина, – вы идеально подойдете на эту роль. Вы поможете мне, я помогу вам. Кроме того, вы не лишитесь работы, при этом сможете решить некоторые ваши проблемы. Разумеется, об этом разговоре никто не должен знать. Для всех вы уйдете в отпуск, а дома скажете, что уезжаете в командировку.

– Нужно будет куда-то уехать?

– На несколько дней, не более, – кивнул Давыдов, – максимум на неделю. У моей мамы намечается юбилей, она очень просила, чтобы я был с женой.

Видя, что Марина колеблется, Александр слегка наклонился вперед и добавил:

– Марина, вы очень красивая девушка, если я и хотел бы иметь жену, то был бы рад, если она была бы похожей на вас. Вы умны, трудолюбивы, вы сильная женщина, но при этом вы пробуждаете желание вас оберегать. Но самое главное – моя мама не захочет вас заменить кем-то другим. Приведи я ей модель, моя родительница сделает все ради того, чтобы избавить меня от «продажной девки».

Выдав все это, Александр выжидающе уставился на свою подчиненную.

– А если я откажусь? – тихо спросила Марина.

– Тогда мне будет очень жаль потерять столь ценного сотрудника, – холодно улыбнулся начальник.

Только сейчас Смирнова поняла, что сама себя загнала в ловушку, написав два заявления. Оба листа бумаги лежали перед боссом на столе. В конце концов, что она теряет? Уйти можно всегда. Только…

– Какие будут условия сделки?

– Если вы соглашаетесь, я подписываю ваше заявление на отпуск, – ответил Александр Викторович, чувствуя, что Марина почти согласна, – вы получаете положенные вам выплаты, отвозите ребенка к родным, и через три дня мы с вами встречаемся, чтобы вместе отправиться к моей маме. Делаете вид, что мы женаты. Обещаю, что никаких поползновений на ваше тело и честь с моей стороны не будет, но жить нам с вами предстоит в одной комнате. После окончания пребывания в ее доме возвращаемся в Москву. У вас останется еще куча времени для того, чтобы сделать операцию вашей дочери. Клинику я могу подобрать уже сейчас.

Это были решающие слова, после которых отпали последние сомнения.

– Я согласна, – не веря в то, что говорит это, произнесла Марина, твердо глядя в глаза своему «мужу».

Она выдержала его пристальный взгляд. Давыдов хмыкнул и оставил размашистую подпись на первом заявлении. Второй лист бумаги взял, демонстративно порвал его и выбросил в урну. Нажал кнопку на селекторе.

– Лиличка, подготовьте, пожалуйста, приказ на отпуск Смирновой. Уточните у отдела кадров, сколько именно дней ей положено.

Лиличка на том конце провода как-то невразумительно квакнула.

– Но, Александр Викторович… – начала секретарь.

– Я жду! – слегка повысил голос босс и отключился.

Марина смотрела на него широко раскрытыми глазами и отчетливо понимала – ей конец! Сейчас Лиличка активно начнет ее со свету сживать. Она затравленно посмотрела на ничего не подозревающего начальника. Тот протянул ей еще один лист бумаги и ручку.

– Напишите марку и номер машины, – велел он, – я подключу своих юристов.

Смирнова взяла предложенное, быстро написала все что нужно, даже данные нового владельца автомобиля указала, на всякий случай. Вернула бумагу и снова посмотрела на мужчину.

– Ну все, – Александр пробежал глазами по неровным строчкам, – можете быть свободной. Через три дня встречаемся в аэропорту. Или за вами заехать?

Он выжидающе уставился на свою подчиненную.

– Не стоит! – поспешно ответила девушка, вызвав довольную ухмылку.

– Я так и думал! – хитро посмотрел на нее босс, – Не будем шокировать ваших близких! Значит, я вам пришлю номер рейса и время отправления. Как только будут новости по клинике, я тоже дам вам знать. Перед отлетом вы сможете поговорить с врачом и назначить дату операции.

Марина встала, все еще не веря в то, что только что произошло. Сейчас перед ней был тот самый Давыдов, что обычно нагонял на девушку страх. А ведь всего пару минут назад он говорил с ней совершенно другим тоном, казался другим человеком. Очень надеясь на то, что не пожалеет о принятом решении, Смирнова попрощалась и вышла из кабинета.

– Мариша, – встретил ее радостный голос Лилии Владимировны, – ты в отпуск идешь? С какого числа?

От звука собственного имени девушка дернулась. Никак она не ожидала подобной перемены от вредной тетки.

– С завтрашнего, – ответила Смирнова.

– Так быстро? – округлила глаза секретарша, – Надо же, как повезло! Вот вчера Любовь Георгиевна приходила, тоже просила отпуск, так Александр Викторович не отпустил. Сказал, что сейчас не может оставить фирму без главбуха. А тебе, значит, сразу отпуск предоставил. Наверное, без тебя фирма не рухнет.

– Очень надеюсь на это, – сухо ответила Марина.

Лилия Владимировна недобро хмыкнула и добавила:

– Видимо обещал уже отпуск тебе, вот и не отпустил Георгиевну. Ясно все, кто моложе и красивее, тот и имеет влияние на начальника. Да, Мариша?

Непонятно отчего, но девушка покраснела.

– Это тут причем? – опешила она.

– А разве нет? – невинно выгнула брови секретарь.

– Я не планировала отпуск до сегодняшнего утра! – отчеканила Смирнова, – Александр Викторович не мог вчера отказать Любовь Георгиевне из-за меня!

– Ну да, ну да, – закивала Лилия Владимировна, изображая, что поверила, хотя у нее на лбу было написано: «Я тебя насквозь вижу!».

Дальше Марина не посчитала нужным продолжать этот бессмысленный разговор. Впереди у нее много дел. Надо воспользоваться тем, что ее отпустили, и уже сегодня начать сборы.

Она вышла из приемной. Впереди был очень тяжелый и важный разговор с мужем. Им о многом стоит поговорить до отъезда.

Вернувшись в свой кабинет, Смирнова начала собирать вещи. Коллеги наблюдали за ее действиями в полном молчании.

– Уволил? – тихо спросила Любовь Георгиевна.

Качнув головой, девушка непроизвольно шмыгнула носом.

– Я ухожу в отпуск, – призналась она.

Коллеги обменялись недоуменными взглядами. Атмосфера в кабинете мгновенно изменилась.

– Вот как? – холодно спросила главбух, – А меня не отпустил.

Смирнова передернула плечами.

– Вы были в отпуске в прошлом году. Два раза. – Ответила она, заслужив злой взгляд от женщины.

Больше ее ни о чем не спрашивали. На самом деле прошлый директор считал, что Марина может сходить в отпуск потом. Когда-нибудь. А вот пожилой женщине нужно поддерживать свое драгоценное здоровье. Поэтому Любовь Георгиевна нередко ходила на больничные, в отпуск уходила по расписанию, часто отдыхала в санаториях по путевке от профсоюза. Зато во время ее отсутствия все обязанности главного бухгалтера возлагались на Смирнову. Девушка никогда не брала больничные, предпочитая «умирать» на работе. Ведь за время больничного оплата труда гораздо меньше, о чем ей не забывали все напоминать: начиная со свекрови, заканчивая коллегами.

Покидала кабинет Марина в полной тишине. Ох, кажется, ждет ее «теплый прием» по возвращению из отпуска. Но это все будет потом. Кто знает, что будет дальше, после окончания сделки с Давыдовым? Скорей всего придется уйти из этой фирмы и начать все сначала. Зато тогда уже будет сделана операция Маше и все будет по-другому. Она верила в это. Должна верить…

Вызванное такси уже ждало на парковке. Назвав адрес, Марина положила коробку с вещами в салон автомобиля и сама устроилась рядом.

Глава 9

Возле дома ее встретил дворник. Он помог девушке вытащить вещи.

– Все в порядке? – спросил бывший военный, когда такси скрылось за углом дома, а Марина направилась к подъезду.

– Да, спасибо, – пряча глаза, ответила девушка.

– Я видел вчера, – хмыкнул мужчина.

На это ей нечего было ответить.

– И концерт твоей свекрови тоже видел, – не унимался дворник. – Бежать тебе надо от них, девочка! Они из тебя все соки выпьют!

– Куда бежать, дядь Юр? – устало спросила Марина, доставая ключи из сумочки. – Квартира в ипотеке, куплена в браке. Разводиться и делить ее? Ипотека на мне, как и кредит на машину…

– А твой бездельник отдал ее за долги, – закончил за нее мужчина. Его взгляд сделался суровым. – Знаю я таких. Он где-то работает?

– Работает, – неопределенно ответила Смирнова, – он программист в довольно крупной кампании. Сейчас работает над созданием одной программы, как закончит, получит деньги.

– Ты в это веришь? – с жалостью спросил дядя Юра. – Понимаю, что лезу не в свое дело, но я же вижу, как ты бегаешь от одной работы к другой, а он только за пивом выходит в последнее время, и то чаще мать посылает, да с дружками общается. Вчера как приехал тот хмырь на Гелике, так я сразу понял – все плохо. Попал твой Виталька в переделку. А уж когда увидел, как тот урод к тебе прицепился…

– Дядь Юр, – перебила его Марина, – спасибо вам за заботу! Правда, я очень вам за это благодарна! Но я сама разберусь со всем этим.

Она забрала у него коробку и шагнула в прохладу подъезда. Возле своей двери остановилась. После вчерашнего было немного боязно заходить внутрь. Открыла ключом замок и вошла в коридор. Поставила на тумбочку свою коробку и начала разуваться. В квартире было тихо и темно. На кухне бардак, следы попойки. Грязные тарелки, пустые бутылки. Запах в помещении стоял соответствующий.

Из супружеской спальни слышался раскатистый храп. А вот свекрови не было дома. Тем лучше. Девушка зашла в комнату дочери, собрала ее вещи, учебники, любимые игрушки, краски и холсты. Не хотелось бы, чтобы девочка лишилась удовольствия рисовать на то время, пока она будет у бабушки.

– Явилась, дрянь? – голос мужа заставил вздрогнуть.

Марина медленно повернулась и посмотрела на мужчину. Сейчас, с опухшим лицом, в грязной вытянутой майке и щетиной на щеках, он мало походил на того человека, за которого выходила замуж. Он зло смотрел на нее покрасневшими глазами и слегка покачивался.

– А я вижу, ты и без меня неплохо время провел, – сухо ответила Марина, складывая вещи в сумку.

– Ты довела мою мать до больницы! – рявкнул любящий супруг.

Девушка с сомнением посмотрела на супруга.

– О здоровье твоей матери можно легенды слагать! Не нужно меня попрекать ее приступами! Это ты влез в долги и отдал нашу машину этим бандитам! А виновата я? Ну нет, милый, я не собираюсь сидеть сложа руки и смотреть, как ты гробишь нашу жизнь!

Губы мужа искривила горькая усмешка.

– Правильная такая, да? – протянул он, шагая к ней навстречу, – Считаешь меня неудачником?

Она вернула ему сердитый взгляд.

– Я никогда в жизни тебе этого не говорила! Всегда тебя поддерживала. Даже тогда, когда ты не работал. Решила, что мы справимся, что я смогу заработать сама. Копила деньги и на операцию нашей дочери, и ипотеку платила, кредит на машину… а ты? Что делал ты все это время? Пару раз получил зарплату за программу, а потом что случилось?

– Ты ведь знаешь, что я не могу просто так сесть и написать эту чертову прогу! – повысил голос муж, – Мне нужно время, чтобы настроиться! Вдохновение, в конце концов! Это тебе не тряпкой махать и не отчеты составлять на всем готовом!

– Если так долго нужно ждать вдохновения, может быть, стоит заняться чем-то другим? – ехидно заметила Марина.

На секунду ей показалось, что он ее сейчас ударит. Столько ненависти было в его глазах.

– Как минимум не влезать в долги! – закончила свою мысль девушка и с вызовом посмотрела мужу в глаза.

– Куда ты собираешься? – отмер Виталий.

– Мне нужно уехать в командировку, – Марина продолжила утрамбовывать вещи дочери.

– А Маша где? – не унимался супруг.

Вскинула голову и снова посмотрела на мужа.

– Вспомнил о Маше? – горько спросила она. – Что ты не переживал за нее, когда отдал нашу машину тем уродам и спустил непонятно куда накопленные на операцию деньги?

– Я всегда переживаю за нашу дочь! – крикнул Виталий, сжимая кулаки.

– Да? – выгнула бровь девушка, – Тогда скажи мне, на что ты потратил деньги?

– Я купил танк, – немного подумав, ответил мужчина.

Сначала Марина решила, что ослышалась.

– Танк? За сто тысяч? Ты в своем уме? Зачем? Он ведь даже не настоящий! Танк для компьютерной игры!

– Не ори! – поморщился муж, – Не за сто тысяч.

Марина выдохнула. Значит, не все так плохо.

– За пятьсот, – разбил все ее надежды Виталий.

– Что? – она выронила сумку из ослабевших пальцев.

– Я мог продать его за миллион! – снова повысил голос супруг.

Его зрачки сузились в почти невидимую точку. Девушка поняла, что он совершенно не в себе.

– Где он, этот миллион? Где, я тебя спрашиваю? – теперь уже девушка потеряла самообладание.

– Это ты все испортила!

– Очень удобно! Перекладывать ответственность на меня! – Марина подняла сумку и поспешила выйти из комнаты. Остановилась напротив мужа, вдохнула запах перегара и поморщилась. – Имей в виду, я ситуацию с машиной просто так не оставлю! Я верну ее! А ты… тебя я больше видеть не хочу! Я хочу развестись!

В следующий момент Виталий развернулся к супруге, схватил ее за горло и прошипел:

– Даже не мечтай!

Жесткие пальцы впились в нежную кожу на шее.

– Отпусти! – прохрипела Марина, схватившись за руку мужа.

– Кинуть меня удумала, дрянь? – прорычал взбешенный мужик. – Не на того напала!

Дышать становилось все труднее. Он ведь ее сейчас на самом деле придушит, и никто не поможет. Девушка стала извиваться всем телом, задела рукой комод, на котором стояла большая ваза. С грохотом та полетела на пол, осыпая его осколками. Это немного отвлекло Виталия, Марина со всей силы пнула его в живот. От неожиданности супруг разжал пальцы и согнулся пополам. Не теряя ни секунды, Марина подхватила сумку и рванула к выходу.

– Ссссукаааа! – понеслось ей вслед.

Не помня себя от страха, она схватила туфли и дернула ручку двери, но открыть не успела.

– Стой, я сказал! – дернул ее за руку на себя муж.

Девушка по инерции схватилась за вещи, висевшие на вешалке. Не выдержав такого натиска, вешалка рухнула на пол, по дороге зацепив зеркало с полочкой для ключей. Брызги серебристого стекла полетели по всему коридору, щедро осыпая супругов, яростно сражающихся в проеме двери. Один из осколков больно ужалил руку девушки. Красными каплями кровь застучала по паркету. Казалось, запах крови разбудил в мужчине какие-то звериные инстинкты. Лицо исказилось яростью. Неизвестно, чем бы все это закончилось бы, но в этот момент распахнулась входная дверь, и бывший полковник ввалился в квартиру. Он вихрем вклинился между мужем и женой, загораживая собой Марину. Одно движение, и внушительный кулак врезался в челюсть Виталия.

– Ты в порядке? – повернулся дворник к бледной девушке.

Та только кивнула, зажимая порез на руке. Сквозь пальцы на пол капала кровь. Получивший по лицу Виталий отлетел к стене, схватившись за скулу. Все еще не протрезвевшему мужу много не нужно было. Он оценил соперника, понимая, что возможно сильнее бывшего военного, но только у того удар был как от кувалды, даром что пенсионер.

– Ах ты падла! – с ненавистью вытаращился на обидчика Виталий.

Однако не спешил наносить ему ответные удары. Боль в челюсти слегка отрезвила его. Он переводил взгляд с жены на дворника.

– Рот закрой! – велел ему дядя Юра, – Еще хоть пальцем ее тронешь, по судам затаскаю! Мразь!

Он взял в руки сумку, которую Марина выронила в пылу драки, обнял девушку за плечи, помогая той обуться. За всем этим мрачно наблюдал муж.

– Марина! – крикнул он, когда дядя Юра вывел его жену на лестничную площадку, – Я не дам тебе развод! Поняла? Ты еще на коленях приползешь!

– Да пошел ты! – от души пожелал ему бывший военный.

Только выйдя на улицу, Марина поняла, какой стресс только что пережила. На нее накатила запоздалая истерика. Поняв, что ей совсем нехорошо, дядя Юра остановился, обнял плачущую девушку и погладил ее по голове.

– Не плачь, девочка! Никто тебя больше не обидит!

Мимо проходила соседка с первого этажа, подозрительно покосилась на парочку.

– Идем, тебе надо перевязать руку и остановить кровь, – сказал мужчина и повел девушку к себе.

– Спасибо вам! – поблагодарила Марина, когда ей обработали порез и забинтовали руку.

– Не стоит благодарностей, – улыбнулся дядя Юра, – я заподозрил, что добром это не кончится, вот и поднялся за тобой наверх. Когда услышал ругань и грохот, понял, что пора тебя спасать.

Ее до сих пор колотило от пережитого. Девушка тряхнула головой, прогоняя нехорошие мысли.

– Заявление в полицию писать будешь? – спросил ее хозяин маленькой, но такой уютной квартирки.

– Нет, – покачала она головой, – ни к чему хорошему это не приведет. А вот на развод подам. Потом, как вернусь из командировки.

Мысли метнулись к ее начальнику. Что она ему скажет? Как теперь предстанет перед его мамой с новыми синяками на шее и порезом на руке. Нужно срочно что-то делать.

– У вас есть что-нибудь холодное? – перевела она тему.

Мужчина только головой покачал. Встал, открыл морозильник и достал оттуда пакет с пельменями.

– Держи, только вот, в полотенце замотай, а то еще простудишься, – он передал ей пакет, полотенце и включил чайник на плите.

Глава 10

Проговорив с дядей Юрой еще около часа и немного успокоившись, Марина уехала к подруге.

– Мать моя! – всплеснула руками Света, – Ты где была?

Бросив на свое отражение в зеркале хмурый взгляд, Марина поморщилась. Тушь размазана вокруг глаз, волосы растрепаны и да, новые синяки на шее.

– Заезжала домой, – нехотя призналась она, – поговорила с Виталиком.

Света зло сверкнула глазами.

– Вот урод! – в сердцах выплюнула девушка, – Я бы его по судам затаскала за это!

Она бережно дотронулась до багровых пятен на шее Смирновой.

– Идем, я тебе мазь дам от ушибов.

– Мамочка! – радостно выбежала девочка.

– Привет, малыш! – на лице Марины расцвела счастливая улыбка.

Дочь прижалась к матери, а потом принялась рассказывать, как провела этот день.

– Представляешь, мы голубей кормили! – сине-зеленые глаза Маши сверкали неподдельным счастьем, – Один даже мне на руку сел! Он был такой красивый!

– Да ты что? – удивилась Марина, радуясь легкому румянцу на щеках и блеску глаз ребенка.

Они прошли на кухню. Света, посмеиваясь над торопливым рассказом девочки, достала аптечку и принялась искать обещанную мазь. Марина села за стол и, улыбаясь, слушала Машу.

– А потом мы ели мороженое!

– Ну тебе просто повезло! – засмеялась ее мама, – Меня никто мороженым не угощал.

– Давай я тебя угощу! – просияла отзывчивая малышка, – Тетя Света много купила! Мы принесли домой.

– Тетя Света слишком тебя балует! – Марина выгнула бровь и многозначительно посмотрела на подругу.

Светлана приблизилась и начала наносить на багровые пятна на шее Смирновой тонкий слой мази.

– Да перестань! – отмахнулась она, – Это всего лишь мороженое! Мы чудесно провели время! Правда, Марусь?

Маша напустила на себя самый важный вид и кивнула.

– Вы большие молодцы! – похвалила их Марина. – Завтра поедем к бабушке в гости.

Девочка подпрыгнула на месте.

– Ура! Я так соскучилась!

– Беги, посмотри мультики, – погладила ее по голове Марина.

Девочка упорхнула в комнату, оставив подруг наедине.

– Вижу, ничем хорошим ваша встреча не закончилась, – проговорила Света, когда из комнаты послышалась песенка из «Фиксиков».

Марина не стала спорить.

– Представляешь, он купил танк! – пожаловалась она.

– Танк?

– Ну да. Он играет в онлайн-игру. Там крутятся сумасшедшие деньги. Они продают свои аккаунты по несколько сотен тысяч рублей. Вот и танки тоже.

– Боже, как скучно я живу! – невесело усмехнулась Света. – И сколько же он заплатил за виртуальный танк, если не секрет?

– Полмиллиона, – Смирнова закрыла лицо ладонями.

– Приду-уро-ок! Где он взял столько денег?

На этот вопрос у Марины не было ответа, она лишь могла предположить:

– Заложил машину, мамочка его отдала все свои сбережения, ну и занял у кого-то. Скорей всего у такого же ненормального, как сам. Хотя, я уверена, его просто развели на деньги. Эти «танкоманы» словно секта! Вот и Виталик втянулся в эту игру теперь, как фанатик.

– Да больной твой Виталик, – выдала подруга свой старый диагноз для супруга Смирновой, – бежать от него надо!

– Да я ему и сказала, что хочу развод, а он…

Внезапные слезы заволокли глаза. Девушка всхлипнула. Света обняла ее за плечи, чтобы предотвратить это мокрое дело.

– Ничего, съездишь к родителям с Машкой, отдохнешь! Там все наладится! С работы тебя отпустили хоть?

Неожиданно даже для самой себя Марина покраснела.

– Так, – тут же встала в стойку Светка, – что опять натворила? Немедленно рассказывай!

Марина рассказала о сделке, которую заключила с Давыдовым. Подруга была в шоке.

– Ну, знаешь, – только и сказала она, когда девушка закончила свой рассказ, – от тебя я такого не ожидала! В тихом омуте, да?

– Я сама от себя такого не ожидала, – призналась Марина, – да и от него тоже, если честно! Но он обещал мне вернуть машину и помочь с операцией для Маши. К тому же отпуск дал…

Света задвигала бровями вверх-вниз.

– Какой шалун! – от ее слов щеки Марины снова порозовели, – А что этот твой Александр Викторович? Молод? Хорош собой?

– Света! – вскричала Смирнова, выдавая себя с головой, – Он мой начальник!

– Начальники тоже разные бывают, – многозначительно заметила вредная подруга, – ну так как?

– Молод и хорош собой, – признала Марина.

– Слушай! Ну какой мужчина! Ты бы присмотрелась! И машину вернет, и заплатит за операцию.

– Свет, не неси ерунды! – одернула ее Марина, – Он обратился ко мне только потому, что я замужем и не буду претендовать на его свободу! Я просто на него работаю! Тема закрыта!

– Ага! – кивнула Светка, озорно сверкая глазами.

На следующее утро Марина вместе с Машей уехали к родителям в небольшой городок под Калугой. Она давно не видела близких и страшно соскучилась. Родители жили в своем доме на краю поселка. У мамы Марины, Зины Олеговны, был крошечный огородик и небольшой фруктовый сад. Сейчас, в конце весны, сад цвел буйным цветом. Девушка с наслаждением вдыхала пьянящий аромат яблонь и пила чай в беседке. Наблюдала за тем, как пчела деловито перелетает от цветка к цветку и думала о предстоящей поездке.

Сейчас в родительском доме она чувствовала себя почти счастливой. Маша играла с щенком, что недавно приблудился ко двору. Рыжий, лохматый и крайне дружелюбный, он не отходил от девочки и все норовил ее лизнуть. Маша смешно морщила нос, когда песику удавалось подпрыгнуть особенно высоко и достать до лица малышки.

– Барсик, сидеть! – смеясь, отпихивала она игривое животное.

– Барсик? – озадаченно переспросила мать.

– Я его так назвала, – гордо вскинула нос Маша, – мам, а можно он у нас останется? Давай его заберем потом с собой! Обещаю, я буду с ним гулять.

– Мань, – неопределенно пожала плечами Марина, – давай потом об этом подумаем! Ты пока гостишь у бабушки с дедушкой. Если они разрешат, пусть остается, но пойми, зайчонок, ему будет здесь гораздо лучше, чем в квартире в Москве!

Маша запрыгала на одной ноге по кругу, собакен последовал примеру своей маленькой хозяйки – тоже принялся подпрыгивать и задорно лаять.

– Маш, а почему Барсик? Имя какое-то кошачье! – засмеялась Смирнова.

– И ничего не кошачье! – обиделась за любимца девочка, – Он похож на барсука! Смотри!

В подтверждение ее слов песик смешно протопал короткими лапами по дорожке, потешно виляя коротким хвостиком. Может быть в силу того, что хвост был слишком коротким, а вилять им хотелось до невозможности, поэтому к процессу подключился мохнатый зад Барсика.

Девушка только рассмеялась и не стала объяснять дочери, что Барсиками зовут котов в честь животного снежный барс. Но назвать так собаку в честь барсука мог придумать только ребенок.

– Ты не замерзла? – услышала голос своей мамы Марина.

Женщина приблизилась и накинула на плечи дочери шаль. Девушка с благодарностью улыбнулась маме.

– Спасибо, – она закуталась в вязанное изделие, нежно провела ладонями по узору, – какая красивая!

– Это я сама связала, – не без гордости ответила женщина, присаживаясь рядом.

– Как у тебя только терпения хватает? – восхитилась Марина.

Мама хоть и засмущалась, но отмахнулась.

– Ничего сложного! Зимой вечерами особо делать нечего, вот и развлекаю сама себя.

Они помолчали, глядя, как Машка бегает среди деревьев, играя с новым другом.

– Ты правда не против, чтобы Маша у тебя побыла? – спросила Марина.

– Что ты, милая! Я очень рада! В гости к вам ездить не люблю. Как представлю, что придется встретиться с этой гадюкой Ингой, так и ехать никуда не хочется! Молодец, что приехала! Да и песик этот пусть будет. Давно хотела завести себе такого. Чтобы и маленький был, и звоночком во дворе служил. Такого и прокормить несложно, и всегда даст знать, что кто-то пришел. Да и котов соседских, обнаглевших, должен кто-то гонять!

Марина обняла маму, прижалась лбом к ее пахнущим травами волосам.

– Спасибо! – прошептала она, стараясь запомнить эти минуты счастья.

– Николай! – встрепенулась Зина Олеговна, – Ты обещал Маше кролика показать!

Отец Марины как раз вышел из-за угла дома и помахал своим девочкам. Он нес в руках охапку дров, которые колол на заднем дворе.

– Обязательно покажу! – пообещал мужчина, складывая свою ношу в поленнице, – Идем, егоза, дам крольчонка подержать!

Машка с радостным визгом бросилась к деду, тот увел ее в сарайчик, где жило кроличье семейство.

Через два дня Марина шла по аэропорту, где ждал ее Александр Викторович. Давыдов, как и обещал, сообщил, в каком именно аэропорту они должны встретиться, а также номер рейса.

Поднимаясь по эскалатору, девушка в волнении кусала губы. Чего ждать от этой поездки, она понятия не имела. Иногда даже жалела, что вообще согласилась на такую сомнительную авантюру. Им же никто не поверит! Ну какая из нее и Давыдова может быть пара? Это даже как-то нелепо.

Он стоял к ней спиной, засунув руки в карманы брюк, и смотрел в большое панорамное окно на проезжающие мимо самолеты.

– Вы опоздали, – произнес начальник, не оборачиваясь, едва только девушка приблизилась и замерла за его спиной в нерешительности.

Глава 11

Давыдов приехал в аэропорт немного раньше оговоренного времени. Накануне он получил отчет о проделанной работе. Машину Смирновой удалось вернуть. Он велел доставить ее на парковку фирмы. Так надежнее. На стоянке автомобиль будет под присмотром охраны и камер. Если отвезти ее к дому Марины, нет никакой гарантии, что муженек не найдет ей новое применение.

Самодовольная улыбка преобразила лицо мужчины. Он с нетерпением ждал, как вспыхнут радостью сине-зеленые глаза девушки. Печаль, которая залегла в уголках ее глаз ранее, Александру вовсе не нравилась. Ему нравилось дразнить девушку, наблюдать, как легкий румянец окрашивает розовым ее чудесную кожу, когда Марина сердилась или смущалась.

Он предложил ей эту сделку совершенно спонтанно. Вызвал к себе в кабинет, чтобы снова иметь возможность подразнить девушку. Когда она заявила в холле, что собирается уйти в отпуск, он слегка опешил. Навел справки в отделе кадров. Она на самом деле давно не была в отпуске. Конечно, он был готов ее отпустить. Видел, что сейчас ей это просто необходимо. А вместо этого решил воспользоваться ситуацией, чтобы решить свои проблемы.

Мама на самом деле твердо взялась за его личную жизнь. Со своей очередной пассией он накануне расстался. Слишком много хотела юная модель от завидного жениха. Пока она не была навязчивой, Александра все устраивало. Рядом была красивая женщина, готовая на все. Чего еще нужно мужчине? Но вот девица решила, что растопила ледяное сердце Давыдова и начала качать права. Когда он ей объявил, что их отношения окончены, красотка совершенно искренне не понимала, что именно его не устраивало. И вот звонок мамы с «радостным известием» – она нашла ему невесту. Давыдов был настолько поражен, что не нашел ничего лучше, как сказать, что уже женат. Думал, что мама обрадуется и отстанет от сына с идеей женить его во что бы то ни стало. Не тут-то было! Видимо, Александр плохо знает свою мать. Она воспылала непреодолимым желанием познакомиться с невесткой.

Давыдов как раз закончил говорить с ней по телефону, где мама в очередной раз напоминала ему о своей болезни, что, может быть, это ее последнее желание – видеть жену любимого сына. Конечно, после такого разговора он был зол, как черт, и в этот момент в здание фирмы вошла Марина. Девушка выглядела немного растрепанной, в глазах плескалась паника. Когда на его замечание об опоздании она гордо вскинула подбородок и выдала требование об отпуске, Давыдов даже восхитился. Никто в компании так с ним не разговаривал. А потом…

Смирнова пришла к нему в кабинет как раз в тот момент, когда он на одном из сайтов подбирал себе актрису на роль «жены». Признаться, он уже и забыл, что сказал ей прийти и не сразу понял цель ее визита. Марина протянула заявление на отпуск, потом последовало заявление на увольнение, тем самым поставив его перед выбором. Какая смелая девочка!

Он снова поймал себя на том, что готов продолжать эту игру. Мысли, что она уйдет из фирмы, даже не допускал. Но Марина снова поразила его. Эта холодная, неприступная гордячка внезапно показала свою слабость. Мужчина видел отчаяние в ее глазах. Теперь понятно было, зачем она ходила в фитнес-центр мыть полы. У Смирновой оказались большие финансовые проблемы. Мысль о том, что она может ему помочь в его делах, пришла, словно вспышка. Она идеально подойдет на эту роль: красивая, умная, образованная, молодая. Мама любит таких девушек.

Идеально!

А Марина все говорила и говорила, не замечая, как захлопывается дверца в ее персональной ловушке. Самое главное – он мог ей помочь. Ему ничего не стоило вернуть машину, найти врача, готового провести операцию девочке, но важнее было то, что у Давыдова были на это деньги. Всего на долю секунды после того, как он озвучил ей свое «заманчивое предложение», Александру показалось, что она откажется. Что-то такое промелькнуло на ее личике, будто она сейчас просто встанет и уйдет. Неужели прогадал? Но вот она сделала глубокий вдох и согласилась…

Сейчас Давыдов стоял возле огромного панорамного окна, сжимал в кармане брюк маленькую бархатную коробочку и ждал «жену». Прошло три дня с тех пор, как они расстались. А что, если Смирнова передумала? Если она не приедет?

Напряжение нарастало, как и раздражение на самого себя. Стоит тут и волнуется, как мальчишка на первом свидании. Да он даже ждет не свою женщину! У них сделка, только деловые отношения! Ведь именно поэтому Марина виделась ему как идеальная кандидатура. Или нет?

Тряхнул головой. Сжал зубы. Переместил центр тяжести с пятки на носки. И вот… легкие шаги за спиной, едва уловимое, почти прозрачное отражение в стекле стройной шатенки.

Все-таки пришла.

– Вы опоздали, – протянул Александр, не оборачиваясь, тайком рассматривая свою «жену».

Марина не смутилась. Она открыто посмотрела в глаза своему шефу и ответила:

– На две минуты! Но в здание аэропорта я прибыла вовремя.

Несколько секунд он пристально смотрел на девушку, затем кивнул своим мыслям и внезапно улыбнулся.

– Хорошо.

Что именно «хорошо» пояснять не торопился, но его улыбка вогнала Смирнову в ступор.

Давыдов забрал у нее чемодан, взял под локоть и повел на регистрацию.

– Куда мы летим? – не могла не спросить девушка, с трудом поспевая за шагом мужчины.

Сейчас, находясь рядом с ним, Марина чувствовала себя Дюймовочкой. Даже на каблуках она была ниже своего босса на голову.

Его ответ ошеломил.

– Моя мама не любит большие города, поэтому я не могу уговорить ее прилететь в Москву. Она купила себе дом в пригороде Севастополя.

– Мы летим в Крым? – удивилась Марина, едва сдерживая улыбку.

Крым она любила всей душой. Еще ребенком родители привозили ее летом на море. Девушка отлично училась в школе, имела много грамот, первые места в олимпиадах, поэтому однажды даже довелось провести смену в «Артеке». В то время с удовольствием бывала на всевозможных экскурсиях, а когда их группу привезли в город-герой Севастополь, она просто влюбилась в него. Ее поразила атмосфера, царившая в этом месте. Каждая улица, каждое здание были наполнены своей историей. Ей хотелось бродить по узким извилистым улочкам, утопающим в зелени, наслаждаться потрясающими видами на горы и море. После того, как закончила школу, Марина больше не бывала в Крыму. Учеба в университете, замужество, рождение Маши, а потом… несколько работ и вечная борьба за жизнь дочери. И вот теперь она снова летит в это волшебное место! И пусть сейчас еще не лето, даже к лучшему. Будет не так много туристов и не очень жарко.

– А мы погуляем по городу? – робко спросила девушка.

Давыдов непонимающе посмотрел на нее, будто забыл, что перед этим сказал. Потом на его лице промелькнуло понимание.

– Конечно! – хмыкнул он, – Но для начала давайте обговорим с вами все нюансы.

Марина стушевалась. От радости она напрочь забыла с кем имеет дело и с какой целью собралась посетить полуостров.

Они вошли в VIP зону зала ожидания. До вылета еще оставалось два часа.

– Во-первых, переходим на «Ты», – безапелляционно начал босс.

Кажется, этот пункт будет самым сложным. На всякий случай Смирнова кивнула.

– Мы познакомились на работе, почти сразу влюбились и быстро поженились, – удовлетворенный ее согласием продолжил мужчина, – после свадьбы ты перестала работать.

– Почему? – возмущенно вскину голову Марина.

– Моя жена не будет работать! – холодно заметил Давыдов.

Напомнив себе, что все это не по-настоящему и ненадолго, девушка согласно замолчала.

– Просто поддерживай меня в разговорах, чтобы я ни сказал, и все у нас получится, – заключил Александр.

– А если ваш… твоя мама будет меня о чем-то спрашивать, когда я буду одна?

Его губы дрогнули, когда она запнулась на обращении к нему. Забавно было наблюдать, как девушка смущается. Это было очень кстати. Подобное волнение можно запросто выдать за влюбленность.

– Я постараюсь, чтобы такого не произошло. Но если вдруг так случится, будь умницей и отвечай так, как считаешь нужным, лишь бы это не перечило нашей легенде. Как я уже говорил, – продолжил Давыдов, – жить мы будем в одной комнате. Кровать там довольно широкая, но если тебя это смущает, я буду спать на диване.

– Я буду очень благодарна! – гораздо поспешнее, чем нужно было, проговорила Марина, заслужив еще одну снисходительную улыбку.

– Не передумаешь? – хитро прищурил глаза начальник.

– Нет! – вздернула подбородок девушка.

– Прости, я неудачно пошутил, – признал он.

– А я нет! – нахмурилась девушка.

Внезапно Александр потянулся через стол, за которым они расположились, взял Марину за руку, заставив вздрогнуть от прикосновения. Девушка замерла и перестала дышать. Большим пальцем руки он провел по тонким пальчикам девушки. Задержался на тонком ободке обручального кольца.

– Сними его! – вдруг потребовал мужчина.

Загипнотизированная его взглядом, девушка послушалась. Сняла кольцо и убрала его в сумочку. Выжидающе уставилась на шефа. По его непроницаемому взгляду было непонятно, чего он хочет.

Давыдов достал маленькую бархатную коробочку и открыл ее. Марина уставилась на крупный камень в обрамлении белого золота.

– Оно твое, – тихо сказал мужчина, видя, что девушка никак не реагирует на кольцо.

Вокруг стало тихо. Запоздало он понял, что за ними наблюдают другие пассажиры. Любопытные взгляды почти всех посетителей кафе были прикованы к их столику. Больше ждать от «жены» каких-то действий он не хотел. Снова взял ее за руку, достал кольцо из коробочки и натянул на безымянный пальчик правой руки. «Угадал с размером», – отстраненно подумала Марина. Вокруг послышались вздохи умиления и даже аплодисменты. Личико Марины вновь порозовело.

– Она сказала «Да»! – громко сказал Александр и подмигнул девушке. Аплодисменты усилились, а его «жена» спрятала лицо в ладонях.

– Поздравляем!

– Долгих совместных лет жизни!

– Достатка в семье!

Слышались с разных сторон поздравления.

– Зачем ты это сделал? – сердито проговорила девушка, когда внимание присутствующих слегка ослабло.

– А почему нет? – весело ответил «муж», – Нас здесь все равно никто не знает. Раз заметили кольцо, пусть думают, что я у тебя такой романтик!

Марина не стала дальше развивать эту тему. В конце концов, он ей за это платит. Пусть развлекается.

– А твое кольцо где? – решила поддеть его.

Александр сжал губы в тонкую полоску, но достал второе кольцо и просто надел себе на палец. Демонстративно покрутил рукой перед глазами девушки.

– Вот видишь, – не преминула сказать она, – это не так уж и страшно. Правда? Даже не больно.

Мужчина скривился. Его кольцо было парным к ее, но без бриллианта, зато шире и массивней.

– Пойдем, объявляют нашу посадку, – Давыдов поднялся, протянул руку, помогая Марине подняться, – за время полета нам предстоит познакомиться поближе.

И почему она снова покраснела?

Глава 12

Когда самолет приземлился в аэропорту Симферополя, Марина уже знала, как Давыдов учился в школе, кстати, учился хорошо, какой ВУЗ закончил, какой любимый цвет, какую музыку любит, какие фильмы смотрит. С удивлением узнала, что Александр имеет звание мастера спорта по стрельбе из лука, что в юности он занимался фехтованием, сейчас все это уже в прошлом, только ходит в бассейн и в фитнес-зал.

Марине тоже пришлось поведать о своей жизни. Школу закончила с золотой медалью, без проблем поступила на бюджет экономического факультета. Вела спокойный образ жизни. Рано вышла замуж, родила дочь и все время работала, добившись уважения и заслуживая доверие клиентов. Разумеется, маме Давыдова о замужестве девушки никто говорить не будет, про ребенка тоже не будут афишировать. Смирнова тоже рассказала, какую музыку любит, какие фильмы ей нравятся, хотя она предпочитает чтение книг, нежели сидение перед телевизором. При этом у «супругов» обнаружилось много общего.

– Нам будет легко, – сказал Александр во время беседы.

Познакомившись с «женой» поближе, он немного расслабился и даже пытался шутить. Марина все еще была настороже. Чувствовалась в ней напряженность. Она упорно держала дистанцию начальник-подчиненная.

– Марина, я не кусаюсь, – мягко сказал мужчина, когда коснулся случайно ее, а девушка отдернула руку. При этом он перехватил ее ладонь и слегка сжал. Девушка сделала глубокий вдох и прикрыла глаза.

– Прости! – проговорила Смирнова, – Мне сложно представить, что мы женаты.

– Понимаю, – насмешливые темные глаза обожгли внимательным взглядом, – я твой начальник, тебе трудно представить нас вместе.

Марина кивнула, в душе радуясь, что он все понял.

– Но сейчас ты в отпуске, – заметил Давыдов, – я для тебя не босс, а просто привлекательный мужчина. Разве не так?

От такой самоуверенности Марина улыбнулась.

– Я постараюсь держать себя в руках, – пообещала она.

Из самолета они выходили, держась за руки.

– Привыкай, – велел ей Александр, когда они поднялись со своих мест, и крепко сжал ее пальчики.

Пока ждали свой багаж, Марина посмотрела в окно. Улыбнулась яркому солнцу.

Выйдя из здания аэропорта, сели в такси, благо там были свободные машины. В лицо ударил теплый ветер. Пока мужчины грузили сумки в автомобиль, Марина осматривалась вокруг с замиранием сердца. Едва только сели в машину, Александр снова сцепил свои пальцы с ее. На этот раз девушка не стала отталкивать его. В самом деле, нужно уже привыкать.

Каждую минуту их короткого путешествия Марина наслаждалась видом из окна. Он не всегда отличался от привычного ей пейзажа, но вот вдали показались горные хребты, один раз даже сверкнуло синее море вдалеке.

Девушка бросила взгляд на свою правую руку, украшенную красивым кольцом с внушительным бриллиантом. За время их поездки она как-то привыкла к терпковатому аромату туалетной воды Давыдова. Он был ненавязчивый, в то же время свежий, но чуть горьковатый и удивительно шел Александру. Именно таким и должен быть его аромат.

Ворвавшись в город девичьих грез Марины, такси попетляло по улочкам и замерло напротив довольно большого дома, спрятанного за высоким забором.

Перед воротами стоял темный внедорожник, мотоцикл и легкий красный кабриолет. Александр бросил хмурый взгляд на транспорт под забором дома его матери, расплатился с таксистом и забрал их вещи.

– Что-то не так? – мгновенно уловила перемену в его настроении девушка.

– Все хорошо, – мрачно ответил «муж», потом добавил, – милая.

Марина только головой покачала. Игра началась.

– Сынок! – на дорожке показалась женщина в элегантном светлом брючном костюме, – С приездом!

А вот и мама.

Давыдов обнял женщину, поцеловал ее и развернул лицом к Марине.

– Мама, – торжественно произнес «сынок», – познакомься, это Марина. Моя жена. Марина, это моя мама Вероника Альбертовна.

Женщина впилась взглядом в лицо «невестки». Марина тоже рассматривала «свекровь». Она показалась ей чуть ли не своей ровесницей. Женщина выглядела просто потрясающе. Невысокого роста, миниатюрная, стройная. Густые блестящие волосы каштанового цвета уложены в замысловатую прическу. На лице легкий, почти незаметный макияж, на шее нитка жемчуга, а на ногах туфли-лодочки.

– Позволь мне тебя рассмотреть, как следует, – улыбнулась ей мама Александра, все еще сканируя гостью.

От ее внимательного взгляда у Марины побежали мурашки по спине, но на помощь ей пришел «супруг». Он обнял девушку за плечи, внезапно припал губами к виску Смирновой.

– Мама, у вас еще будет целая куча времени! Рассмотришь еще!

Вероника Альбертовна чуть искривила губы в подобии улыбки, при этом глаза оставались холодными.

– Да что же мы тут стоим! – всплеснула руками мама Давыдова, – Немедленно проходите в дом!

Внезапно накатила паника, уже не было уверенности, что все получится, скорее пришло ощущение, что их ждет провал. Надо бежать отсюда как можно дальше. Легкое касание руки слегка отрезвило Марину. Она удивленно посмотрела на мужскую руку с массивным обручальным кольцом на безымянном пальце, сжимавшую ее тонкие пальчики. Подняла глаза и натолкнулась на успокаивающий взгляд темных глаз. Только сейчас она обратила внимание, что глаза у Александра удивительного цвета темного шоколада.

– Не волнуйся! – одними губами прошептал мужчина, – Все будет хорошо!

И она ему поверила! Вот сразу и безоговорочно. Он не даст ее в обиду, да и глупо кого-то бояться в присутствии ее всемогущего босса. С этой мыслью она шагнула в прохладу коридора.

Навстречу выкатилось белоснежное существо с пронзительным тонким лаем. Неведомое чудо оказалось собачонкой породы шпиц. Вид имело самый воинственный, при этом производило впечатление какого-то небесного создания.

– Матильда! – строго окрикнула животное хозяйка, – Где твои манеры?

Собачка замолчала, принюхалась, подозрительно покосилась на гостей, красноречиво показала им зубы, сделавшись похожей на пробник инопланетянина из фильма «Чужой».

– Мама, откуда ты взяла это чудовище? – весело спросил Александр, не отпуская руки свей «супруги», бодро шагая за родительницей.

– Это мне Виолетта подарила, – кокетливо улыбнулась Вероника Альбертовна, оборачиваясь к сыну. Она подхватила на руки Матильду, погладила ее по голове, засунула в подмышку и, как ни в чем не бывало, продолжила свой путь по широкой лестнице.

Александр бросил взгляд на свою спутницу, давая понять, что не имеет представления, кто такая Виолетта.

– Я приготовила вам самую лучшую спальню в доме, – продолжала говорить мама Давыдова, – уверена, вам здесь будет удобно.

Поднявшись наверх, столкнулись с молодым человеком, который как раз выходил из ближайшей к лестнице комнаты. Он появился в проходе немного неожиданно. Окинул гостей насмешливым взглядом, подмигнул Александру, задержал взгляд на Марине и обратился к Веронике Альбертовне.

– Вероника, прекрасно выглядишь! – он галантно наклонился и оставил поцелуй на щеке женщины. Повернулся к Давыдову и протянул руку для пожатия. – Братец, рад тебя видеть!

Вероника недовольно поджала губы, Александр нахмурил брови, но руку подал. Незнакомец пожал ее, хлопнул гостя по плечу и прожег Марину пронзительным взглядом.

– Познакомишь? – спросил он Давыдова, не отводя глаз от девушки.

Смирнова ничего не понимала. Ей казалось, что ее босс говорил о том, что мама хотела познакомиться с женой единственного сына, но этот тип назвал Александра братом. Мужчина и был чем-то неуловимо похож на Давыдова, но в то же время казался его противоположностью. Одет он был в легкую белую рубашку на выпуск, в такие же светлые штаны, на ногах летние сандалии. Глаза у мужчины были такие же темные в окружении черных пушистых ресниц, но во взгляде плясали настоящие черти. Загорелый, волосы небрежно уложены так, что довольно длинная челка падала на лоб, немного скользя на глаза.

– Знакомьтесь, – отмер Александр, – моя жена Марина. – Хозяйским жестом притянул к себе девушку за талию, – Дорогая, это мой несносный братец Даниил.

– Очень приятно, – решила проявить учтивость Марина и изобразила улыбку.

Даниил озорно улыбнулся, попытался наклониться и взять жену брата за руку для поцелуя. Неуловимым движением Александр заслонил ее собой.

– Попробуй только, и я выбью тебе зубы, – убийственно спокойным тоном произнес Давыдов.

Дан отступил на шаг и поднял руки вверх, демонстрируя покорность.

– Полегче, братик! – хохотнул мужчина, – Не съем я твою жену! Приятно познакомиться, Мариночка!

– Даня! – строго одернула его хозяйка дома.

– Ухожу, ухожу, ухожу! – засмеялся Даня.

Он начал спускаться по лестнице, а Давыдов повел девушку в их «супружескую» спальню.

– Располагайтесь, – Вероника Альбертовна пропустила молодых в просторную спальню, – отдохните с дороги, скоро обед.

Она снова поцеловала сына и сдержанно улыбнулась Марине.

– Кажется, я ей не понравилась, – задумчиво произнесла девушка, глядя на закрывшуюся за свекровью дверь.

Александр повернулся, рассеянно посмотрел на девушку. Он в этот момент думал совершенно о другом.

– Моя мама очень упрямый человек, – сказал он, все еще глядя куда-то в пространство, – уверен, ты сможешь ее очаровать. Но да, ты права, ей вообще никто не нравится сразу. Это ее способ удостовериться в том, какой человек перед ней. Она так всех тестирует. Не обращай внимания.

Мужчина дернул уголком губ и отвернулся в окно. Створка была приоткрыта, впуская в помещение свежий чуть солоноватый воздух. Слышалось пение птиц в листве. Внезапно воздух прорезал резкий звук двигателя мотоцикла.

– Какие черти его сюда принесли? – как будто сам у себя спросил Давыдов.

Марина осторожно приблизилась и увидела, что их окна выходят как раз на подъездную дорожку. В этот момент от дома отъезжал мужчина на мотоцикле.

– Даниил? – спросила девушка.

Он кивнул. По его лицу можно было сказать, что Александр крайне напряжен.

– Ты говорил, что единственный сын, – напомнила она ему.

Снова согласный кивок, а потом кривая улыбка.

– Для мамы я единственный сын, – уточнил Давыдов. – Мой отец был женат до моей матери. В том браке у них был сын. У нас разница в возрасте два года всего. Потом они с первой женой развелись, папа встретил мою маму, и появился я. Потом мать Дани умерла… Ему было тогда шестнадцать лет. Отец был вынужден забрать сына к себе. Конечно, маме это было не по душе, но не выгонит же она несовершеннолетнего ребенка.

Марина постояла немного молча. Человеческие судьбы порой так непредсказуемы.

– Вы не очень дружны? – решила уточнить она.

– Не то чтобы… сложно дружить с человеком, который тебя всю жизнь ненавидит непонятно за что. Он считал, что моя мама и я виноваты в том, что отец ушел из их семьи, что его мать заболела и умерла из-за него. Вообще считает сам факт моего существования страшным преступлением.

Он замолчал, продолжая смотреть в окно.

– Мда, не думал, что скоро его увижу. Странно, что мама согласилась его принять в своем доме.

Внезапно Александр повернулся, взял Марину за плечи и заглянул ей в глаза.

– Я хочу, чтобы ты понимала, что за человек мой брат, – говорил он торопливо, будто боялся передумать сказать ей нечто важное. – Даня не обделен обаянием, умеет нравиться женщинам, при этом всегда четко знает, чего хочет. Он ничего не делает просто так. Всегда есть расчет. Об одном прошу – не верить ему!

Марина смотрела в его глаза и видела сейчас перед собой не сильного и неприступного мужчину, скорее мальчишку, которому сделали слишком больно.

– С чего ты взял, что я собираюсь вообще разговаривать с твоим братом? – немного обиженно спросила девушка. Почему-то сама мысль о том, что он мог допустить малейшую возможность очарования Марины Даниилом, оскорбляла. – В конце концов, – добавила она, – у нас заключен договор, условия которого я не собираюсь нарушать! Ты меня представил своим родным женой любящей и верной. Вот именно такой я и буду. Или, может, ты забыл, что я замужем и вообще не интересуюсь никакими знакомствами, как бы обаятелен и привлекателен не был твой брат.

Давыдов сузил глаза, всматриваясь в лицо девушки, затем отвел их и проговорил:

– Прости! Я не очень хорошо тебя знаю, зато я отлично знаю своего брата.

– Может быть, меня ты и не очень хорошо знаешь, – не стала спорить Марина, – зато ты знаешь своего сотрудника, который всегда выполняет свои обязанности. Так вот – я и сейчас на работе.

Дальше продолжать этот разговор не было смысла. Она повернулась и пошла в душ. Нужно привести себя в порядок перед встречей с семейством своего босса. Надо же, она пятнадцать минут в доме матери Давыдова, но уже не понравилась ей, ее собаке, а сводный братец ее «мужа» готов устроить Александру подлость, совращая его «жену». Что будет дальше?

А дальше Марина напомнила себе о диагнозе дочери, сумме, которую она получит за эту поездку, и твердо решила во что бы то ни стало сыграть свою роль на отлично. Она покажет его матери, как сильно ее любимый сынок счастлив со своей супругой.

Глава 13

На обед девушка решила надеть легкое платье из голубого шифона с тонким пояском на узкой талии. Платье выглядело простенько, при этом удивительно шло девушке. Пока Давыдов был в душе, Марина высушила волосы, уложила их в прическу, оставив волнами спускаться на плечи. Легкий макияж, призванный скрыть синяки под глазами – последствия бессонной ночи, подчеркнуть глаза и нежный блеск для губ. Это придало свежесть всему облику Смирновой. Пришлось, правда, обновить тональный крем на шее. Синяки, спасибо мази от ушибов, почти прошли, оставив после себя едва заметный желтоватый след, но еще требовали небольшой маскировки.

Элегантные белые босоножки стали завершающим штрихом ее образа. Александр как раз вышел из душа и застегивал рубашку. На нем были светло-серые штаны, по груди еще стекали капельки воды, норовя проложить влажную дорожку к низу живота мужчины. Он застыл в дверях, рассматривая «супругу», все еще держась за пуговицу на вороте рубашки.

Почувствовав пристальный взгляд темных глаз, Марина обернулась. Она как раз вдевала серьги в уши. Увидев, что на нее смотрят, смутилась и отчего-то покраснела. Улыбнулась робко, нервно одергивая платье.

– Прекрасно выглядишь, – хрипло сказал мужчина, приближаясь.

От него пахло свежестью, хвоей и почему-то персиками.

– Спасибо, – смутилась еще сильнее девушка.

Давыдов стоял близко, слишком близко от нее, и это нервировало, но в то же время было очень приятно смотреть в его глаза и вдыхать аромат персиков.

– Как ты будешь меня называть при всех? – внезапно огорошил вопросом.

– Сашей, – выдала Марина, – а есть еще варианты?

Он усмехнулся и поправил складку на рукаве ее одеяния.

– Есть, – уверили ее, – еще можно называть любимый, родной, желанный…

– По-моему, желанный – это перебор, – хихикнула девушка.

– Разве? – мурлыкнул Давыдов, а Марина внезапно осознала, как близко они находятся сейчас друг от друга. Практически дышат одним воздухом, и кажется, этот воздух сгущается, становится как желе. Еще немного, и…

Стук в дверь заставил вздрогнуть обоих.

– Сынок, ну сколько можно вас ждать? – голос Вероники Альбертовны звучал немного капризно.

– Мы сейчас придем, мама, – громко ответил Александр, не отпуская из плена своего взгляда Марину.

Воспользовавшись моментом, она торопливо сделала шаг назад, делая вид, что ей срочно нужно что-то взять на прикроватном столике. Потеряв зрительный контакт с мужчиной, судорожно вздохнула и уже теперь смогла трезво мыслить. Вот что это только что было?

– Готова? – спросил ее Давыдов, когда она снова повернулась к нему.

В его глазах сейчас была лишь решимость и собранность. Девушка кивнула.

– Хорошо, – он сдержанно улыбнулся и взял ее за руку.

Они вместе спустились по широкой лестнице, прошли в столовую, откуда слышались голоса. При появлении гостей присутствующие резко замолчали и обратили свои взоры на вошедших. В полнейшей тишине Матильда с громким лаем кинулась к Марине.

Белое пушистое существо неслось к девушке, словно снежный вихрь, и намерения у него были самые кровожадные. Все замерли, затаив дыхание. Когда собачка оказалась в полуметре, Марина молниеносно наклонилась и подхватила ее под живот. Выпрямилась, подняв Матильду и прижав ее к груди. Собака по инерции еще «бежала», забавно перебирая лапками в воздухе. Потеряв опору под ногами, злюка растеряла и свою кровожадность. И без того большие глаза у псины вылезли из орбит, а рот, ранее искривленный в оскале, от удивления открылся, явив присутствующим маленький розовый язычок.

Девушка погладила ее по голове, прижав торчащие ушки.

– Какая ты хорошенькая! – проворковала Смирнова, прижимая обалдевшую собаку к себе и баюкая на руках.

Матильда захлопнула рот и поджала хвост, издав тонкий писк. Александр даже не успел остановить свою жену, так быстро это произошло. Марина удивленно огляделась, будто увидела присутствующих впервые, широко улыбнулась и смущенно опустила глаза.

За столом сидели трое. Вероника Альбертовна восседала во главе и пристально наблюдала за тем, как невестка прижимается к ее сыну и гладит ее собаку. По правую руку от хозяйки дома сидела немолодая дама в очках с тонкой полоской седины в темных густых волосах, уложенных в строгую прическу. Рядом с дамой затихла девушка. Лицо симпатичное, без косметики, волосы светло-русые заплетены в косу, серые глаза близоруко щурились, силясь рассмотреть происходящее.

– Проходите, мои дорогие, – отмерла Вероника Альбертовна, – Мирочка, дорогая, познакомься с моим сыном Александром и его женой Мариной. Сашенька, Марина – это моя подруга Мирослава и ее дочь Виолетта!

Сашенька улыбнулся, слегка поклонился гостям, обнял за плечи жену, которая продолжала держать в руках притихшее животное.

– Очень приятно познакомиться, – снова улыбнулась Марина.

Мирослава растянула тонкие губы в напряженной улыбке. Ее дочь подняла голову, бросила взгляд на Смирнову, пару мгновений рассматривала девушку, потом как-то сникла и опустила глаза.

– Приятно познакомиться, – проговорила зычным голосом подруга матери Давыдова.

Александр отодвинул стул для жены. Марина наклонилась и опустила Матильду на пол, села на стул. Освобожденный шпиц встряхнулся, крутанулся на месте вокруг себя, звонко гавкнул и ловко запрыгнул на колени Смирновой. Девушка инстинктивно положила ладонь на мохнатый бочок и погладила белую шерсть.

– Матильда, – возмутилась Вероника Альбертовна, – какое безобразие!

– Она мне не мешает, – примирительно сказала Марина, но Матильде было все равно, она удобно устроилась на коленях, скрутилась комочком, положила треугольную мордочку на передние лапки и закрыла глаза, наслаждаясь тем, как ее чешут за ушком тонкие пальчики.

Вероника Альбертовна бросила ревнивый взгляд на свою любимицу и обратилась к сыну:

– Санечка, поухаживай за дамами!

Марина покосилась на «Санечку», тот хмыкнул и принялся накладывать салат в тарелки присутствующих. Дамы заулыбались и что-то защебетали. Давыдов отвечал очень учтиво, даже шутил, вызывая довольное хихиканье гостий. Марина наблюдала за своим боссом. Обращение матери к нему повергло девушку в шок. Она могла представить его Александром, Алексом, Сашей, наконец, но Санечка было за гранью. Пряча улыбку, наклонила голову и посмотрела на посапывающую псинку.

– Кажется, вы ей понравились, – подала голос Мирослава.

– Она не может не нравиться, – Давыдов посмотрел на жену и положил свою ладонь поверх руки девушки.

Марина замерла. Его прикосновение было неожиданным, но нежным и дразнящим, распространяя по коже мурашки. Она подняла на него глаза, натолкнулась на обворожительную улыбку и смутилась.

– Где вы познакомились? – не унималась подруга Вероники.

– На работе, – ответил Александр, слегка сжав пальчики жены.

– Как романтично! – протянула Виолетта, подперев щеку ладонью. – А вы давно знакомы?

– Пару месяцев, – неопределенно отмахнулся мужчина.

– А поженились как недавно? – не унималась гостья.

– У нас еще медовый месяц, – выдал Давыдов.

Марина в этот момент как раз делала глоток сока из бокала и чуть не поперхнулась от его ответа.

– Как мило! – вклинилась ее мать, – Тогда – горько!

Три пары глаз уставились на «молодоженов». Марина слушала гулкие удары своего сердца и смотрела на босса.

– Горько! – поддержала Вероника Альбертовна.

В следующий миг Давыдов наклонился и впился в губы своей жены долгим, обжигающим поцелуем.

Поддавшись безумию, Марина ответила. Несколько заполошенных ударов сердца, и Александр притянул ее к себе еще ближе и углубил поцелуй, лишая рассудка. Девушка забыла обо всем, позволяя себя целовать, полностью отдавшись своим чувствам. Сейчас было совсем неважно, что на них смотрят, что сама Марина замужем, а целует ее собственный босс. Сейчас перед ней был мужчина. Упоительно нежный, бесконечно чувственный, дразнящий и пробуждающий в глубине души давно забытые эмоции и ощущения.

Он оторвался от нее, тяжело дыша, все еще продолжая смотреть в глаза. Оглушенная только что произошедшим, девушка тоже не отводила взгляда от Давыдова. Вокруг раздались хлопки.

– Молодожены такие милые всегда! – бодро заявила Мирослава, принимаясь за еду.

– Поздравляю вас! – довольно сдержанно произнесла Вероника Альбертовна. – Но мне жаль, что я не побывала на вашей свадьбе.

Женщина обиженно поджала губы и с укоризной посмотрела на сына. Тот обезоруживающе улыбнулся и обнял Марину за плечи.

– У нас не было свадьбы как таковой, – сообщил Давыдов, – мы просто расписались и уехали на острова. Только недавно вернулись.

– Неужели нельзя было пригласить друзей, подождать, когда приедет мать? – продолжала гнуть свою линию Вероника Альбертовна.

– Вот поэтому и не стали играть никакую свадьбу, – в тон ей ответил Александр, – потому что не хотели собирать никаких гостей, друзей и родственников. На этом празднике были только мы вдвоем. Нам не нужен никто, чтобы насладиться обществом друг друга. К тому же, если честно, – он слегка понизил голос и чуть-чуть наклонился к столу, – я боялся, что Мариночка передумает и не захочет выходить замуж. Она тоже не хотела никакого праздника.

«Свекровь» одарила девушку таким взглядом, что было сразу понятно, что конкретно она думает о нежелании кое-кого не приглашать мать своего мужа на свадьбу.

– Это так романтично! – восхитилась Виолетта.

Сейчас несостоявшаяся невеста смотрела на Александра горящими глазами. Непонятно, что именно ее так вдохновило – то ли внезапная и таинственная свадьба, то ли то, что Давыдов спешил жениться, пока невеста была на это согласна. Но в ее глазах читалось, что гостья совсем не против была бы оказаться на месте Марины.

– Мариночка, кем вы работаете? – спросила Мира.

– Я бухгалтер, – не стала ничего придумывать девушка. Мало ли, вдруг начнут допрос с пристрастием, а по другим профессиям она не сможет дать вразумительного ответа.

– Очень талантливый и квалифицированный бухгалтер, – с гордостью произнес Александр.

Почему-то его слова заставили щеки Марины вспыхнуть. Его похвала была столь неожиданной, сколь и приятной.

Постепенно разговор начал перетекать на нейтральные более безопасные темы. Мама Александра вспоминала случаи из жизни сына, когда тот был еще совсем маленьким, Мирослава задавала ничего не значащие вопросы, а Виолетта игриво хлопала глазами и очень выразительно краснела, когда ей улыбался Давыдов. Марина слушала чужую болтовню рассеянно, полностью поглощенная воспоминанием о пережитом поцелуе. Никогда в жизни еще ее так не волновали прикосновения чужих губ. Внутри все трепетало от нахлынувших эмоций, касания рук Александра до сих пор горели отпечатками на ее теле. Девушка совсем не понимала, что ей нужно со всем этим делать.

Марина опустила голову и улыбнулась такой маленькой, но очень грозной псинке, что мирно спала сейчас на ее коленях. Погладив мохнатый бочок, девушка закусила губу и напомнила себе, что она только играет роль супруги Александра Викторовича и ничего больше между ними быть не может. Не может! И точка! И только-только она в это стала верить, как рука Давыдова небрежно легла на спинку ее стула, а оттуда плавно соскользнула на плечико девушки. Смирнова замерла, подняла глаза и посмотрела на «мужа». Тот был поглощен беседой с подругой матери и, казалось, даже не отдавал отчета своим действиям. Длинные пальцы, едва касаясь, гладили обнаженную кожу, даже не представляя, какие ощущения пробуждают в Марине.

Мысли мгновенно разбежались в разные стороны и уже не желали подчиняться своей хозяйке, пытавшейся убедить свое тело в том, что это все нужно исключительно ради договора, который они с боссом заключили. Ничего не подозревающий босс внезапно вырвал девушку из ее размышлений.

– Правда, дорогая? – мужчина вопросительно посмотрел на Смирнову.

Внезапно все замолчали и уставились на Марину в ожидании ее ответа. Боже! Она ведь ничего не слышала и понятия не имеет, о чем они только что разговаривали!

– Конечно, любимый! – а что еще оставалось делать?

На красивом лице Давыдова расползлась такая довольная улыбка, что Марина тут же пожалела о своем ответе.

Глава 14

– На что я только что согласилась? – шепнула девушка, когда они с ее мнимым мужем поднимались в отведенную для молодожёнов комнату.

Давыдов бросил на нее удивленный взгляд и картинно вскинул брови.

– Мне уже страшно, – призналась Смирнова, видя, что тот не спешит с ответом.

– Да ничего страшного, – хмыкнул мужчина, – почку продавать не придется.

– Это радует, – если он думает, что так легко от нее отделается, то не на ту напал. – Так ты меня просветишь?

– А о чем ты таком думала в тот момент, когда мы обсуждали этот вопрос? – внезапно спросил шеф.

Марине захотелось врезать по этой лукавой ухмылочке, но вместо этого сама покраснела.

– Кстати, что это было там за столом? – перевела она тему, чтобы скрыть смущение, – Мы ведь договаривались!

– А что такого страшного случилось? – вскинул брови этот нахал, – Я обещал, что приставать не буду. Я и не приставал, ты сама была не против.

Марина резко остановилась. Они как раз поднялись по лестнице и были уже на площадке второго этажа. Давыдов тоже остановился и всем корпусом развернулся к девушке. Он смотрел на нее сверху вниз и прятал улыбку в уголках губ. Смирнова сжимала кулаки и старалась взять себя в руки.

– Не смей больше так делать! – прошипела она.

– Как скажешь, любимая! – громче, чем нужно, ответил Александр, заправляя ей прядь волос за ухо.

Только теперь она поняла, что у них есть зрители. Виолетта стояла в холле и с интересом наблюдала за происходящим. Марина повернулась и толкнула дверь в их спальню, желая поскорее скрыться с глаз назойливой девицы. Следом за ней прочапала в комнату Матильда. Давыдов пропустил собачку и, войдя, закрыл за собой дверь.

– Еще никогда Штирлиц не был так близок к провалу, – покачал головой Александр, многозначительно стрельнув глазами на дверь.

– Прости, – устыдилась Марина. – Но мы оба должны соблюдать наши договоренности. Не так ли?

Она с вызовом посмотрела на мужчину. Тот кивнул, как-то задумчиво глядя на «жену», как будто впервые увидел.

– Если тебе так неприятны мои поцелуи, я постараюсь больше подобного не допустить, – медленно проговорил Давыдов.

Марину этот ответ удовлетворил. Она кивнула, принимая его обещание.

– Так на что я согласилась? – вернулась девушка к заданному вопросу.

Опустившись на кровать, сама не заметила, как запустила пальчики в густую шерсть Матильды, расположившейся наглым образом на мягком матрасе и уже сладко посапывающей.

– Завтра мы все вместе идем в море на рыбалку, – ответил Александр, продолжая пристально следить за каждым движением девушки.

Невольно выдохнув от облегчения, Марина немного расслабилась. Рыбалка – это не так страшно.

– Поэтому сейчас мы собираемся в магазин, – снова вогнал ее в ступор несносный босс.

– Зачем? – округлила глаза Смирнова.

– Тебе нужен купальник, – пожал плечами «муж».

– Нет! У меня он есть!

– Значит, купим новый, – не расстроился Давыдов, – заодно и мне что-нибудь. Я свои плавки дома забыл.

Марина только собралась сообщить ему, что ни капельки не верит, да и ее купальник полностью устраивает девушку, как на столе завибрировал ее телефон. Забыв, о чем спорили, взглянула на экран и поспешила ответить на вызов:

– Алло?

– Дрянь! – вместо приветствия гаркнул ее настоящий муж на том конце.

Судя по всему, Виталий был слегка не трезв.

– Где ты шляешься? – не унимался любящий супруг.

– Я тебе сказала, что уезжаю в командировку, – раздраженно ответила Марина.

– Кувыркаешься там со своим начальничком, да? – продолжал говорить гадости Смирнов.

– Не говори глупостей! – Марина понизила голос, поймав тяжелый взгляд Александра, – Я работаю! А тебе хватит уже пить!

– Я сам решу, что мне хватит, а что нет! – взбеленился Виталий. – Где Маша?

– С Машей все в порядке, – раздражение усиливалось и уже мешало говорить.

– Ты украла у меня дочь!

– Виталик, проспись! Потом поговорим! Никто никого ни от кого не крал!

– Врешь!

– Дай сюда, – внезапно отмер Давыдов, ловко вырывая телефон из пальчиков Марины. – Алло! Марина Николаевна сейчас находится на работе, – произнес таким тоном, от которого по спине побежал холодок. В один момент Александр вновь превратился в надменного босса, – вы мешаете рабочему процессу! Если Марина Николаевна из-за вашего звонка не сможет выполнить мое поручение, это будет грозить ей лишением премии. Это понятно?

Марина во все глаза смотрела на преобразившегося шефа. Она не слышала, что на такую отповедь ответил ее муж, лишь какое-то невнятное блеяние.

– Очень надеюсь, что вы меня услышали! – продолжил приятную беседу начальник девушки, – До свидания!

Отключившись, мужчина вернул телефон Марине и как-то зло посмотрел на нее.

– Все личные вопросы оставьте до возвращения домой, – холодно произнес он. – Собирайтесь, я жду вас внизу.

Хлопнула дверь. Марина продолжала смотреть на кресло, в котором пару мгновений назад сидел ее шеф. Что это было? С чего вдруг он решил вмешаться в ее разговор с мужем и почему так резко отреагировал на его звонок? Матильда тоже не знала ответ на этот вопрос. Собачка лениво открыла один глаз, убедилась, что ее новая любимица все еще здесь и так же негодует по поводу слишком громкого хлопка двери.

Стряхнув с себя оцепенение, Смирнова встала и пошла переодеваться. Сказано – по магазинам, значит по магазинам. Но Александр в чем-то прав. Что если бы этот разговор услышали обитатели дома? Вероника Альбертовна мигом бы поняла, что дело нечисто, да и Мирра со своей обожаемой дочкой тоже успели бы придумать целую историю за время телефонного звонка.

Немного подумав, Марина заблокировала телефон мужа. Отключать совсем не стала, ведь родители могут позвонить или Маша.

Давыдов ждал ее в гостиной. Он до сих пор в бессильной злости сжимал кулаки. Почему его так накрыло, он и сам не понимал. Но отчего-то дико бесило осознание того, Марина всего лишь выполняет свои обязательства, а на самом деле у нее есть семья, к которой Давыдов не имеет никакого отношения. Когда он увидел растерянное личико девушки во время телефонного разговора, внутри будто натянулась тугая пружина. Казалось, еще чуть-чуть, и она лопнет, разнеся к чертям все хваленое самообладание Александра. Не хотелось признаваться, но то, что она отшила его, задевало, царапало самолюбие, но в то же время будило в душе какой-то азарт. Да к черту все! Она здесь по делу. Но все-таки… легкая улыбка придала его лицу озорное выражение. На поцелуй Марина ответила, и ей понравилось. Наверное…

Наверху стукнула дверь, послышались легкие шаги и цокотание маленьких лапок. Марина спускалась по ступенькам, а за ней хвостом семенила Матильда. Когда только девушка успела приручить вредную псинку?

Александр смотрел, как приближается к нему его «жена». В светлых брюках и топе сочного лимонного цвета она казалась еще моложе. Подошла, остановилась напротив, встретилась взглядом с ним, мгновенно выметая все раздражение и остатки недовольства из мыслей Давыдова.

– Я готова, – тихо сказала Марина, даже не подозревая, какие эмоции вызывает сейчас у своего босса.

– Ее тоже с собой возьмем? – указал он взглядом на шпица.

Марина проследила глазами, куда смотрел Давыдов, поняла, о ком это он, и хихикнула.

– Думаю, обещания привезти ей вкусняшку или новый бантик будет достаточно, – улыбнулась ему девушка.

Когда она устроилась на переднем сиденье внедорожника и пристегнула ремни, повернулась к Давыдову и спросила:

– Покажешь мне город?

– Обязательно, – подмигнул он ей, запуская машину.

Они мчались по извилистым улочкам города, а Марина не могла налюбоваться видами, проносившимися за окном. Солнце клонилось к закату и невозмутимо окуналось в прохладные волны Черного моря, окрашивая их в золотой оттенок.

– Так зачем мне новый купальник? Вообще, зачем купальник на рыбалке? – спросила Смирнова.

– Ты ведь не хочешь провести на яхте целый день в одежде, – пожал плечами мужчина, – завтрашний день обещает быть жарким.

Он кивнул на заходящее солнце, будто именно оно дало ее боссу такое обещание.

– А разве нет вероятности того, что сегодня ночью будет дождь? – выгнула брови Марина, кивая на довольно темные тучки, наползающие со стороны гор.

– Минимальная, – довольно хмыкнул Александр. – Скорей всего, тучи там и останутся. Часто они цепляются за горы и там выливают всю свою влагу, не успев донести ее до нас. Ты не поверишь, с какой скоростью здесь меняется погода! Местные жители шутят на этот счет, что если идет дождь, а ты в этот момент моргнул, то рискуешь не увидеть ни капли.

К великому сожалению Марины, Александр повернул в противоположную от бухты сторону, лишь слегка проехав вдоль набережной. Девушка еле сдержала разочарованный вздох.

– Мы на обратном пути обязательно остановимся и погуляем там, – пообещал мужчина, правильно истолковав погрустневший вид спутницы.

– На самом деле, я вытащил тебя, чтобы ты помогла выбрать подарок маме. У нее послезавтра юбилей, будет большое торжество, ресторан, гости. Мы с тобой тоже должны ее поздравить. Но купальник купим, раз уж я обещал, – не удержался от того, чтобы не подразнить ее.

– У тебя есть идеи? – только улыбнулась на это девушка.

– Я думал, ты мне поможешь!

Она только вздохнула. Что тут сказать? Мужчины!

– Я знакома с твоей мамой несколько часов! – возмутилась Марина, – Ты же знаешь ее всю жизнь!

– Да, – не стал спорить Давыдов, – и за это время я ее уже ничем не могу удивить. Столько всего было подарено!

Смирнова задумалась.

– Что последнее ты ей дарил? – спросила она.

– Этот дом, в котором она сейчас живет, – признался Александр.

Да уж, такой подарок трудно переплюнуть.

– Я так понимаю, в доме есть вся необходимая техника? – понимая, что задает глупый вопрос, но все же спросила девушка.

Давыдов даже отвечать не стал, просто посмотрел на нее самодовольно.

– Ясно, тогда вопрос о скатерти, посуде отпадает сам собой?

Снова довольная улыбка и кивок.

– Золото?

– Она не очень любит, но у нее полно украшений.

– Спа-салон?

– Годовой абонемент.

– Путевку?

– Она только что вернулась из Европы, сказала, что соскучилась по своему любимому городу и не собирается покидать его в ближайшее время.

– Телефон, ноутбук, планшет?

– Все это тоже имеется и не в одном экземпляре.

– А ты не пробовал ее спрашивать, чего она хочет? – не выдержала девушка.

– Я спрашивал, – кивнул Давыдов, заворачивая на парковку возле большого торгового центра.

– И?

– И она попросила ее познакомить с тобой!

Кажется, Марина стала понимать, в кого у ее «мужа» такой характер.

– Тогда остается искусство, – выдала девушка.

Мужчина бросил на нее задумчивый взгляд.

– Искусство, говоришь?

– Да! Неважно, что ты ей подаришь! Ей просто нужна твоя любовь. Что-то, что будет напоминать ей, что ты у нее есть. Не твои деньги и связи, а ты! Тот самый мальчик, кого она носила под сердцем, мазала коленки зеленкой и вытирала слезы. Она просто хочет знать, что ты счастлив, хочет гордиться тобой!

Давыдов во время ее тирады смотрел на нее странным взглядом. Сейчас Марина на мгновение увидела перед собой того самого мальчишку с зелеными коленками, которого жалела Вероника Альбертовна. Была в его взгляде какая-то незащищенность и тень растерянности. Один удар сердца, и наваждение исчезло. Снова перед ней был самоуверенный мужчина, немного надменный и капельку заносчивый босс.

– Отличная идея! – непонятно чему обрадовался он, совсем сбив с мысли девушку.

Он отстегнул ремень, вышел на улицу, открыл дверцу со стороны «жены», подал руку и помог выйти из машины. Что именно так обрадовало Давыдова, для Марины так и осталось загадкой, но пока она решила не выяснять, чему он так радуется.

Глава 15

– Я больше не могу! – взмолилась девушка после того, как они обошли почти все магазины в торговом центре и решили выпить кофе в одной из кафешек.

Давыдов поднял брови в притворном изумлении, ухмыльнулся.

– Мы ведь только начали! – поддразнил он. – Думал, все девушки любят шопинг.

– Тебя обманули! – вздохнула Марина, – Не все! Для меня это настоящая пытка.

Давыдов бросил взгляд на пакеты, которые они оставили на соседнем кресле за столом, перевел глаза на девушку.

– Ты не устаешь меня удивлять, – признался он.

– Не вижу ничего удивительного, – передернула плечами Смирнова, – поверь мне, шатание по магазинам – меньшее, что меня привлекает. Свободное от работы время я предпочитаю проводить с дочерью и отдыхать.

Взгляд темных глаз стал еще более пронизывающим и колючим. В этот момент перед ней снова был ее босс. Такой, каким она привыкла его видеть в офисе. Он как будто отгородился ото всех холодной, неприступной стеной. Марина уловила эту перемену. Опустила голову и посмотрела в свою почти уже опустевшую чашку с остывшим кофе.

– Почему ты еще живешь с ним? – внезапный вопрос босса застал врасплох.

Марина сразу поняла, о ком спрашивает Давыдов.

– Он мой муж, – не поднимая глаз, ответила девушка.

– Это аргумент? – не унимался он.

– Для меня – да, – Марина посмотрела на него и решительно вздернула подбородок, – а еще для меня аргумент – моя дочь и ее здоровье. Я многое в своей жизни делаю ради нее. Уж простите, что пустая трата денег на шмотки меня не привлекает!

Выдохнула. Постаралась скрыть свое раздражение за усталостью. Ему на самом деле не понять ее. Так к чему тратить на это силы?

– Поедем домой или еще погуляем по набережной? – сменил тему Александр.

Возвращаться в дом Вероники Альбертовны не хотелось, а вот возможность оказаться на Приморском бульваре казалась такой притягательной.

– Давай погуляем! – не задумываясь, ответила Марина.

Давыдов протянул ей руку, помогая встать из-за стола.

Набережная встретила разноцветными огнями, журчащими фонтанами и разнообразной музыкой. Музыка здесь была на любой вкус. В одном месте играл небольшой оркестр. Молодые ребята играли «Металлику» на виолончели, скрипке и гитаре. Перед ними лежала шляпа, куда прохожие кидали мелочь, кто-то положил туда даже несколько купюр. Люди останавливались, танцевали, хлопали. Новое звучание давно известных песен под шум волн и крики чаек создавало ощущение нереальности происходящего. Через несколько метров мужчина играл на саксофоне, а чуть дальше какая-то дама исполняла «Полет шмеля» на баяне. Под раскидистыми лапами ели один парень пел в микрофон от караоке, заводя толпу вспышками светомузыки, сверкавшей из небольшого чемоданчика.

Давыдов купил Марине сладкую вату на палочке, букетик цветов у проходившей мимо цветочницы в длинном пышном платье и пестрой шляпке. Сейчас девушка чувствовала себя маленькой девочкой, наполненной радостью и любопытством. Крепкая рука мужчины сжимала тонкие пальчики, создавая ощущение защищенности.

От набережной они повернули к бульвару, пройдя под небольшим мостиком. Гулкий звук шагов заскакал, ударяясь о стены, когда Александр провел Марину под ним.

– Какое живописное место! – вздохнула Смирнова, обернувшись на этот памятник архитектуры, увенчанный барельефом с драконами и гербом города.

– Мост влюбленных, – подмигнул ей Давыдов, почему-то вгоняя в краску.

Сквозь полукруглую арку виднелась темная вода моря, часть набережной и парусник, взявший курс на выход из бухты. Зрелище было завораживающее своей красотой и величием, будто неизвестный художник запечатлел этот момент в своем творении.

– Молодые люди, – позвал проходивших мимо подростков Александр, – вы нас не сфотографируете?

Марина удивленно посмотрела на своего спутника, но тот уже протягивал свой телефон рыжему пареньку, потом вернулся к девушке, взял ее за руки и приказал:

– Смотри на меня!

Девушка послушно повернулась и посмотрела снизу вверх в глаза своего босса. Яркая вспышка на миг озарила пару, еще одна… а они все стояли и смотрели друг на друга, не разжимая рук. Александр медленно наклонился, Марина уже чувствовала его дыхание у себя на губах.

Удар сердца.

В темных глазах можно утонуть…

– Возьмите! – прозвучал голос парнишки совсем рядом.

Девушка выдохнула, когда Александр отстранился от нее, пробормотав что-то в благодарность парню, а может быть нечто ругательное, сейчас она не была ни в чем так уверена. Смешанные чувства боролись в душе: облегчение, что поцелуй не состоялся, и вместе с тем разочарование по этому же поводу. Напомнив себе, что давно замужем за другим человеком, а здесь она с боссом исключительно по работе, сделала небольшой шаг в сторону, пока Давыдов забирал свой телефон из рук молодого человека. Когда шеф повернулся к ней, он сразу понял, что Смирнова успела отойти от него. Его темные глаза сузились на миг. Что-то такое промелькнуло на его лице.

– Идем дальше, – взяв ее за руку, повел дальше по аллее, – я знаю одно место.

Неловкость момента под мостом развеяла очарование этого вечера. Накатила усталость. Казалось невероятным, что всего лишь утром они еще были в шумной Москве, а сейчас гуляют под звук прибоя по ее любимому городу, притворяясь супругами.

Под широкими лапами кедров на дорожке расположилась целая выставка картин. Здесь была особенная атмосфера. Художники предлагали свои услуги по написанию портретов, шаржей и картин на заказ. Кто-то работал прямо сейчас, кто-то просто общался между собой. Именно сюда Александр и привел девушку. Какое-то время бродили, рассматривая морские пейзажи, изображения памятников и видов города.

– Вот она! – Давыдов остановился напротив довольно большого полотна.

Марина сразу же узнала это место.

– Отличный выбор! – автор работы приблизился, улыбаясь, – Одна из любимых моих работ.

Марина слушала разговор мужчин лишь краем уха. Босс договаривался о цене, доставке и оформлении, а его «жена» смотрела на картину с изображением моста с драконами на барельефе. Фантастические ощущения захватили девушку. Казалось, они с Александром только что сами покинули пределы этой картины, настолько искусно была выполнена работа художника. Мост изображен в мельчайших подробностях, казалось, даже тени от деревьев на нем вот-вот задвигаются от дуновения морского бриза, наполнявшего паруса проплывавшего мимо корабля, но больше всего привлекала внимание парочка влюбленных, застывших под мостом.

– Как тебе? – вопрос Давыдова вывел ее из состояния, близкого к трансу.

– Просто потрясающе! – выдохнула Марина и улыбнулась.

По дороге домой девушка задремала. Она даже не заметила, как они приехали и остановились возле дома Вероники Альбертовны. Удивленно моргая, огляделась и натолкнулась на насмешливый взгляд.

– Проснулась? – спросил «муж».

В ответ она лишь кивнула.

– Я мог бы тебя отнести в нашу спальню, – продолжил Давыдов, – это ведь наша первая брачная ночь…

Последние слова прозвучали наиболее бодряще. Марина выпрямилась и вскинула подбородок.

– Не забывай, что для твоих близких мы женаты уже довольно давно, так что незачем нам ломать комедию! Нам поверят и без этого.

– Как скажешь, радость моя! – губы мужчины растянулись в улыбке, однако глаза полоснули холодом льда.

Смирнова вышла из машины и зябко поежилась. После уютного салона автомобиля было прохладно, ведь лето еще не наступило, и ночи даже здесь были еще довольно холодные. Поднявшись наверх в их общую спальню, быстро приняла душ, устроилась на широкой кровати и почти мгновенно уснула. Она так устала за этот необыкновенный, но такой бесконечный день, что даже забыла, с кем именно ей предстоит провести эту ночь в одной спальне.

Разбудили Марину крики чаек за окном, бесцеремонно вторгшиеся в сновидения девушки. А ведь снилось что-то приятное, жаль, что теперь уже не получается вспомнить, что именно. Гордые белые птицы всегда ассоциировались у Смирновой с величественным полетом над гладью голубых волн, с морским ветром и размеренной безмятежностью. В реальности они верещали сейчас под окном, будто их резали, за что винили глупые птицы именно Марину. Иначе как объяснить эти вопли?

Все еще лелея надежду поймать остатки сна, девушка попыталась перевернуться на другой бок. Не тут-то было! Одеяло оказалось таким тяжелым, будто на нем лежал кирпич. Нет, даже два кирпича, а то и три… Удивленно потянула одеяло на себя, потом приподнялась на локте и посмотрела на кровать. Поверх одеяла свернулась клубочком Матильда. Псинка изо всех сил делала вид, что спит, полностью игнорируя возмутительницу своего спокойствия.

– Мотя! – позвала ее Марина, пытаясь ногами сдвинуть такую маленькую, но оказавшуюся неимоверно тяжелой во время сна собачку, – Совесть имей!

Мотя совесть не имела и продолжала демонстративно спать. Увы, но, видимо, весь сон передался шпицу, покинув Смирнову. Пришлось вставать. Девушка поднялась с постели, потянулась, подошла к окну, распахнула шторы и выглянула на улицу. Так и есть – чайки сражаются из-за чего-то прямо рядом с домом матери Давыдова.

Давыдов!

Марина вспомнила о боссе и резко обернулась. В комнате кроме нее самой и дрыхнущей собачонки никого не было. Порадовавшись, что Александра нет, пошла в ванную приводить себя в порядок. Спустя несколько минут, она спускалась по лестнице в холл. Из кухни слышался громкий смех.

– Да что ты говоришь! – восторженный голос Виолетты заставил остановиться на миг, – Очень интересно!

– А разве ты не знала? – а это голос Давыдова.

– Нет! Надо обязательно попробовать!

Что там она собиралась пробовать, Марину не интересовало, зато очень не нравился тон девицы. Был он какой-то заигрывающий. Девушка шагнула на порог. В конце концов, жена она или не жена. Чего это вдруг ее муж тут кокетничает с посторонними женщинами? Увиденная картина ее потрясла. Александр стоял у плиты и варил кофе в маленькой турке. На мужчине были лишь легкие брюки и фартук на голом торсе. Стоял он спиной к входу, давая насладиться видом рельефных мышц. За столом сидела Виолетта и сверлила взглядом дыру в той спине.

– Доброе утро! – громко поздоровалась Марина.

– Любимая, – Давыдов обернулся и одарил широкой улыбкой, – доброе утро! А я тебе кофе варю, хотел принести тебе в постель.

Стараясь делать вид, что у нее глаза не вылезают из орбит, Марина тоже улыбнулась мужу. Да, будет что внукам рассказать – ее надменный босс варит ей кофе, чтобы принести в постель. Хотя не факт. У них же есть зрители. Вполне вероятно, он сварил бы этот напиток и в комнате выпил бы его сам. Никто не видел бы, что происходит за закрытыми дверями. Успокоив себя этим, Смирнова приблизилась, получила поцелуй в щеку и села за стол напротив наблюдающей за ними девушки. Давыдов повернулся, налил ароматный напиток в крошечные чашки и поставил их на стол.

– Спасибо! – Виолетта цапнула одну из них и сделала торопливый глоток.

Мужчина стал готовить следующую порцию кофе. Марина опустила глаза на свою чашку, скрывая усмешку. Александр смотрелся очень забавно в женском фартуке со смешными мультяшными пчелками.

– Летточка, ты готова? – Мирослава вплыла в кухню, увидела Марину и поджала губы.

– Доброе утро, – поздоровалась девушка.

В ответ ее удостоили сдержанным кивком.

– Проснулись уже? – деланно удивилась женщина.

Какое-то время они молча завтракали и пили кофе. Потом к ним присоединилась Вероника Альбертовна. Мама Давыдова с утра была веселой и энергичной.

– Ну что вы как мухи сонные? – поторапливала она всех, – Хватит рассиживаться! Нас уже ждет команда! Санечка, что за вид? – она строго уставилась на сына.

«Санечка» окинул себя недоуменным взглядом, подцепил большим пальцем завязку на фартуке, что охватывала шею Давыдова, и спросил:

– А разве мне не идет?

Летта фыркнула. Марина заметила, что девушка всегда бурно реагировала на любую реплику ее босса. Пришлось признаться себе, что это ужасно раздражало и нервировало.

– Я могу снять! – продолжил дурачиться Александр.

Он даже начал медленно развязывать тесемки своего наряда.

Летта затаила дыхание, а Марина решила, что пора прекращать этот цирк.

– Если ты сейчас разденешься, – вмешалась она в стриптиз «мужа», – мы на рыбалку не поедем, а найдем занятие поинтересней.

В темных глазах Давыдова вспыхнул озорной огонек.

– Сынок! – от строгого окрика мамы вся веселость слетела с мужчины, – Выезжаем через полчаса!

Последние слова она произнесла, глядя на Марину, будто это она была виновата.

– Мы все отлично помещаемся в моей машине, – продолжила менторским тоном раздавать указания Вероника Альбертовна, – Саша, ты поведешь!

Саша не стал спорить, увел жену наверх.

– Теперь я знаю, в кого ты такой властный, – шепнула девушка по дороге.

– Ты даже не представляешь, насколько! – хмыкнул Давыдов, все-таки развязав тесемки и скинув несчастный фартук по дороге, заставив щеки Марины вспыхнуть.

Глава 16

Белоснежная яхта с названием «Синяя чайка» величаво покачивалась у причала. Капитан помог взойти на борт Веронике и Мирославе. Александр доставал вещи из машины и повел Марину и Виолетту к пирсу. Внезапно шум двигателя мотоцикла вторгся в спокойствие над утренней бухтой. Редкие прохожие шарахались в сторону от ворвавшегося на пешеходную зону у причала мотоциклиста.

Остановившись у самой «Синей чайки» мотоциклист снял шлем и помахал рукой уже поднявшемуся на борт Александру.

– Привет, братец, – широкая улыбка Даниила не нашла отклика в душе Давыдова, – чуть не опоздал!

– А тебя никто не звал! Не думал, что тебе это будет интересно! – отозвался мужчина.

Марина отчетливо услышала, как скрипнули его зубы.

– Ну что ты! – притворно удивился Даня, расстегивая кожаную куртку, оснащенную защитными пластинами, – Как я могу пропустить прогулку на яхте с прекрасными дамами!

Обхватив шлем рукой, мужчина шагнул на мостки и ловко поднялся наверх.

– Доброе утро! – Даня поклонился и взял Виолетту за руку, поднес ее пальчики к губам, поцеловал, глядя девушке в глаза.

Ее щеки порозовели, но взгляд Летта не отвела.

– Мариночка! – Даниил повернулся к Смирновой.

Но та ничего даже ответить не успела. Ее «муж» шагнул вперед, загораживая собой от ретивого братца и буквально прорычал:

– Исчезни!

Пару мгновений братья напряженно смотрели друг на друга. Такие похожие, но одновременно разные – почти одного роста, высокие, широкоплечие, с фигурой атлета, темно-каштановые волосы, смуглая кожа и пристальный взгляд темных глаз. Александр был облачен в белую футболку и светлые брюки, а Даниил в черных кожаных штанах, черной футболке и расстегнутой куртке казался его противоположностью. Морской ветерок игриво трепал волосы обоих, делая их похожими на задиристых мальчишек.

– Простите! – один из парней команды яхты приблизился и потянулся к канату.

Мужчины расступились. Марина взяла босса за руку и слегка потянула его. Александр сжал тонкие пальчики. От него волнами исходила аура агрессии.

– Мне больно! – буквально взмолилась Марина, когда боль в руке от его хватки стала почти невыносимой.

Давыдов перевел на нее пылающий взгляд, посмотрел на бедную ладошку у себя в руке и вместо того, чтобы отпустить ее, притянул к себе ближе девушку. Только она могла сейчас погасить вспышку этого гнева.

Оказавшись прижатой спиной к бортику палубы и грудью к широкому торсу, обтянутому эластичной футболкой, под которой перекатывались тугие мышцы, девушка замерла.

«Господи, какой он большой!», – мелькнула мысль, когда Марина смотрела на него снизу вверх. Так сильно он еще не нарушал ее личного пространства, даже когда целовал тогда… Так! Вот об этом думать сейчас не стоит! Она просто знала, чувствовала, что нужна ему в эту минуту, только она способна потушить этот пожар, полыхавший в его глазах.

Где-то далеко слышался шум волн, крики чаек, голоса команды, и вообще весь мир находился в другой реальности.

Сейчас их было только двое.

– Саша… – позвала Марина.

Вместо ответа Давыдов обхватил ее лицо ладонями и смял ее губы поцелуем. Целовал зло, неистово, но в то же время очень нежно и настойчиво. Поддавшись порыву, девушка обвила его шею руками и прижалась еще крепче к сильному телу.

Спустя пару ударов сердца Александр отпустил ее. Немного отстранился, тяжело дыша и все еще продолжая обнимать свою «жену». Она не пыталась сопротивляться, понимала, что так нужно, да и не хотелось…

– Прости, – выдохнул мужчина ей в волосы по прошествии нескольких мгновений, – я не должен был…

– Все хорошо, – Марина уткнулась лбом в его грудь, – я понимаю.

Они постаяли так некоторое время, думая каждый о своем.

– Мне хочется его убить, когда я вижу его рядом с тобой, – неожиданное признание заставило замереть.

– Даниила? – удивленно спросила девушка.

Подняла голову и заглянула в его глаза. Ох, зря она упомянула имя брата. В глазах шефа снова начал разгораться огонь.

– Да, – сухо ответил Александр.

– Но это глупо, – улыбнулась ему девушка, – ты ведь понимаешь, что я не позволю ему ничего лишнего! Зачем так реагировать?

– Он нравится женщинам и знает об этом. Уверен, что может получить каждую.

– Ты тоже!

Давыдов как-то странно на нее посмотрел. От его взгляда девушка смутилась.

– Я хочу сказать, что ты тоже нравишься женщинам и мог бы… – она запнулась.

– Каждую? – недоверчиво переспросил он.

– Почти, – Марина отстранилась от Александра.

Ей совсем не нравилось, какой оборот начал принимать их разговор.

– В любом случае, на мой счет можешь быть спокоен, я не поддамся очарованию твоего брата. И вообще, что за бурная реакция?

Яхта медленно уходила в море, разрезая килем бирюзовые волны. Марина смотрела на удаляющийся берег и ждала ответа.

– Однажды я был готов жениться, – внезапно признался Александр.

Это было неожиданно. Девушка повернулась и посмотрела на мужчину.

– Правда?

– Да! – Он сжал пальцы на перилах так, что костяшки побелели. – Ее зовут Елена…

И так он произнес ее имя, что в душе шевельнулась ревность. Понимая, что не имеет никакого права на подобные эмоции, Марина мысленно отругала себя за это.

– Что случилось? – осторожно спросила она.

– Все до банальности просто, – невесело хмыкнул Давыдов, продолжая сверлить взглядом морскую гладь, – за несколько дней до свадьбы я застал ее в постели с моим братом.

В первую минуту Смирнова даже не знала, что ему ответить на это. Вот почему ее босс до сих пор не женат, понятно теперь его отношение ко всем женщинам. Не верит он больше никому. Теперь понятно, почему так остро реагировал на все поползновения Даниила к его «жене». К слову, вполне себе аргумент не объявлять никому о свадьбе. Сейчас их сговор стал для девушки более логичным. Не удивительно, что мама так легко поверила в их брак.

– Я не знаю, какая была Елена, – тихо начала Марина, легко коснувшись его ладони, – понимаю твою боль, тебя предали сразу двое близких людей.

Давыдов повернулся и бросил на девушку тяжелый взгляд, от которого тут же побежали мурашки по спине. Но ведь она ни в чем не виновата! Расправила плечи и вскинула подбородок.

– Все женщины разные! И если одна предала, это не значит, что и другие такие же, как твоя бывшая невеста!

– Уверена? – красивые губы, что пару минут назад целовали нежно и страстно, искривились в холодной усмешке. Он резко наклонился и провел кончиком пальцев по щеке Марины, заставив вздрогнуть.

– Уверена! – ответила твердо и сделала один крошечный шаг в сторону.

От греха подальше.

Это не укрылось от пристального взгляда темных глаз.

– Хочешь сказать, ты верная?

Он будто ударил ее этими словами. Сделала глубокий вдох и спокойно ответила:

– Да!

– Неужели?

– Я никогда не изменяла своему мужу и не собираюсь этого делать. Считаю неприемлемым жить с человеком, от которого хочется пойти налево. Это неуважение, прежде всего к самому себе!

Марина с вызовом смотрела на своего босса, который по мере того, как она говорила, хмурился все больше.

– Очень надеюсь, что твой муж действительно этого заслуживает! – сухо проговорил он, скользнув взглядом по все еще горящим после его поцелуя губам.

Нервно облизнув их, девушка решила не развивать эту тему.

– В любом случае спасибо, что рассказал о Данииле, – произнесла она, – в любом случае я бы не позволила ему себя скомпрометировать, теперь буду знать, чего можно ждать от твоего брата. Только очень прошу – не реагируй так на любое его действие! Неужели ты не понимаешь, что он все делает нарочно? Не обращай на него внимания!

– Хорошо, – сдержанно кивнул Александр, – но и ты держись от него подальше!

– Слушаюсь, шеф! – улыбнулась Марина.

Он взял ее за руку и повел к каютам. Их разговор оставил не очень приятный осадок в душе, но кто она такая, чтобы спорить? Осталось всего несколько дней. Они вернутся в Москву, и все будет, как и прежде.

Мысли метнулись к настоящему мужу. Настроение мгновенно испортилось. Последний их разговор чуть не стал для девушки фатальным. Она твердо решила уйти от него и начать жизнь сначала. Тем более будет на что.

Марина покосилась на Александра, который тихо разговаривал с матерью. В чем-то он прав. Ведь именно сейчас сама Марина с ним из-за денег. Ведь не будь их сделки, она никуда бы не поехала и уж тем более не стала изображать из себя любящую жену. Наверное…

А если честно? Если честно, то Давыдов очень привлекательный мужчина и сопротивляться его напору становится все сложнее, и кто знает, если бы они успели пообщаться немного ближе до его предложения, согласилась бы девушка на эту поездку не за деньги? На этот вопрос она предпочитала не отвечать даже самой себе. Ведь она верная жена. Верная и все тут! Может быть, после развода… Снова одернула себя. Не нужно думать о глупостях! Давыдов сам ясно дал понять, что обратился к ней только потому, что она замужем и не станет претендовать на его свободу.

– Мариночка, – окликнула девушку «свекровь», – иди к нам! Сейчас обогнем этот мыс и будем ловить рыбу!

Девушка вздохнула и пошла к матери своего работодателя, который стоял рядом с родительницей и следил за каждым движением своей «жены». Когда речь зашла о рыбалке, Марина не думала, что Вероника Альбертовна на самом деле собирается орудовать удочкой.

Подошел капитан и начал рассказывать, как нужно обращаться с рыболовными снастями. Марина внимательно слушала, но сильно сомневалась, что у нее что-то получится.

– Важно не пропустить момент, когда нужно будет наматывать леску на катушку, – рассказывал мужчина, наглядно показывая, как и что нужно делать, – крутить надо плавно и без резких движений. Смотрите!

Он ловко закинул за борт яхты ставку, позволяя ей отлететь достаточно далеко в море, а затем начал медленно подтягивать ее на себя, наматывая на катушку леску. Все с интересом наблюдали за приближением добычи. Капитан вытянул ставку, теперь стало видно, что на ней висит несколько рыб.

– Ух ты, как здорово! – хлопнула в ладоши Виолетта.

Мужчина довольно улыбнулся ей, снимая улов с крючков. Там было три бычка и две ставридки.

– Начало положено! – подмигнул капитан, передавая свое орудие для ловли рыб Летте.

Затем под чутким его руководством девушка закидывала удочку и подтягивала леску назад, как показывали ранее. Один раз даже вытащила две рыбки под бурный восторг ее матери.

Команда выдала удочки всем желающим и всячески помогала им в этом веселом, но оказавшимся не таким простым деле.

– Даня, а ты чего не рыбачишь? – спросила Вероника Альбертовна.

– Я не рыбак, – обольстительно улыбнулся ей пасынок, – я охотник!

– Тогда чего потащился с нами? – недовольно пробурчал Александр, заслужив строгий взгляд матери.

– По тебе соскучился, братик, – ничуть не смутился Даниил.

Марина как бы невзначай толкнула «мужа» локтем.

– Прекрати! – тихо сказала она ему.

Девушка хмурилась, между ее изящных бровей пролегла морщинка, которую непременно захотелось разгладить. Какое-то время Давыдов смотрел на нее, борясь со своими желаниями, а когда решился прикоснуться к Марине, она радостно вскрикнула и начала быстрее крутить катушку.

– Что ты стоишь? – взволнованно сказала она, – Помоги мне!

Александр не сразу понял, что именно она от него хочет, но когда увидел улов «жены», перехватил у нее удилище и ногой подвинул к ним ведро. На ставке не было ни одного свободного места. Все крючки оказались заняты рыбой.

– Ничего себе ты фартовая! – крикнула Летта, с завистью глядя на то, как Давыдов снимает улов.

Марина радостно улыбнулась ей, сама не веря в то, что у нее это получилось.

– Стойте! – голос мужчины из команды, который внезапно оказался рядом, заставил вздрогнуть.

Александр как раз собирался взять за голову очередную рыбку, чтобы снять ее, но мужчина перехватил его руку и покачал головой.

– Эта рыба ядовитая, как змея, – серьезно сказал он.

Марина удивленно посмотрела на безобидную с виду рыбешку – небольшая, красивая, похожая на обычного бычка, она не казалась опасной.

– Это морской дракончик, – вынес свой приговор подошедший к ним капитан. Он ловким движением перехватил виновницу переполоха за жабры, затем перерезал ножом леску, на которой крепился ее крючок, и показал всем дракончика.

– Вот, смотрите! – он ножом указал на гребень, расположенный на голове, – Это его корона. А вот здесь, – легкое движение на самый длинный шип, – ядовитая игла. Один укол на самом деле приравнивается по степени опасности к укусу змеи. Многие неопытные рыбаки не знают об этой рыбине ничего и гибнут по дурости, уплывая на рыбалку в своей лодке. Им кажется – чего страшного? Ну укололся, пройдет, а потом может даже до берега не доплыть.

– Ужас какой! – проговорила Вероника Альбертовна, – выбросьте эту пакость в море, пусть там плавает!

– Зачем? – удивился капитан, – Эта пакость, как вы изволили выразиться, очень вкусная, к тому же почти без костей.

С этими словами он безжалостно отрезал голову дракончику и бросил тельце в ведро, а голову с опасными шипами выбросил за борт.

Глава 17

После этого инцидента веселье от процесса куда-то делось. Теперь улов рассматривался более тщательно. Дракончики попадались еще несколько раз, команда помогала пассажирам справиться с ними. А потом жарили рыбу на мангале, который оказался приделанным к борту кораблика снаружи.

– Очень вкусно! – похвалила Виолетта, кокетливо хлопая глазами, когда ей предложили еще одну порцию блюда.

Ее мать недовольно поджала губы, глядя на то, как дочь в открытую флиртует с молодым человеком из команды.

– Летта! – сквозь зубы произнесла она, когда та в очередной раз протянула свой бокал для вина.

– Что? – невинно подняла брови девушка. Ей налили прохладный напиток. Сделав большой глоток, растянула губы в улыбке и невинно посмотрела на мать. Лишь блеск в глазах выдавал, что Летта слегка навеселе.

– Оставь в покое девочку, – меланхолично посоветовала подруге Вероника Альбертовна, – молодость так скоротечна!

Мирослава сердито посмотрела на приятельницу.

– Вот именно! Молодость не вечна, а она ведет себя совершенно непотребным образом! С такими темпами она вообще замуж не выйдет.

Осторожный взгляд в сторону Александра, а потом на Марину. Что-то было в этом обвинительное. Как будто Вероника не сдержала данного ей обещания. Та тоже посмотрела на сына и его пару. В глазах мелькнуло что-то похожее на гордость.

– Главное же не сам факт быть замужем, – задумчиво проговорила она, – суть в том, чтобы найти свою половинку и быть с ней счастливой.

Мира продолжала сверлить взглядом «семью» Давыдовых.

– Думаешь, они счастливы? – спросила она.

– Кто знает! Но я никогда не видела своего сына таким! Он не отходит от этой девочки ни на шаг! Будто я укушу ее! – Вероника хохотнула, – Это так мило! Я рада за них!

Подруга фыркнула.

– А как же Виолетта?

– А она тоже найдет свое счастье, – беззаботно улыбнулась Вероника.

– Но ты пригласила нас чтобы…

– Я пригласила вас обеих на мой юбилей! – оборвала ее Давыдова, которой этот разговор стал надоедать, – Да, я надеялась, что мой Сашенька станет прекрасным мужем твоей дочери, но кто ж знал, что он уже встретил Мариночку.

– Я думала, она тебе не понравилась, – продолжала развивать тему Мирослава.

Вероника Альбертовна нахмурилась.

– Скажем так, – не стала юлить она, – после случая с Еленой я не слишком доверяю пассиям своего сына.

– А ты уверена, что эта не будет еще хуже?

– Уверена! Она совсем другая! Чем-то напоминает меня в молодости, хотя не так беззаботна. Что-то в ней есть такое… я никак не могу понять. Взгляд у Марины такой, будто она прожила сотню лет.

Внезапный крик с кормы заставил женщин вздрогнуть.

– Смотрите! – Марина смотрела в море и куда-то показывала рукой.

Женщины, не сговариваясь, поспешили к тому месту, где стояли Смирнова и Давыдов.

– Что там? – любопытно высунулась Летта.

– Смотри! – Марина показывала на волны.

Мгновение. Другое. Из глубины показался гладкий черный плавник и тут же скрылся под водой. В паре метров от этого места вынырнула еще одна темная спина морского обитателя.

– Дельфины! – восторженно взвизгнула Виолетта, даже в ладоши хлопнула.

В этот момент один из дельфинов выпрыгнул из воды, взмыв над ней довольно высоко, и грациозно снова скрылся в волнах.

– Какие они красивые! – восторженно проговорила Марина, не отрывая взгляда от моря.

– Рыбы как рыбы! – фыркнула Мира, – Чего было так орать? Я думала, ты там труп увидела!

– По-вашему, труп гораздо интереснее дельфина? – вкрадчиво поинтересовался Давыдов.

Подруга его мамы развернулась и ушла к шезлонгу. Не считала она разглядывание морских тварей увлекательным занятием.

– Мама, дельфины не рыбы! – покачала головой ее дочь, которой зрелище очень даже нравилось.

– Какая разница?

Общий восторженный возглас после очередного кульбита дельфинов стал ей ответом.

– Они услышали шум мотора и приплыли, – улыбнулся капитан, – звук под водой расходится далеко, дельфинам это очень нравится, и они часто сопровождают корабли.

Мужчина повернулся и крикнул своему помощнику:

– Григорий, включи музыку!

Музыка и так звучала фоном, поэтому Марина удивилась подобной просьбе, но когда над волнами заиграла запись симфонического оркестра, удивилась еще больше. Завораживающие звуки классической музыки в потрясающем исполнении понравились и дельфинам. Животные стали выпрыгивать из воды гораздо чаще, будто красуясь и танцуя. Вскоре к ним присоединилась еще одна пара с другой стороны яхты.

Какое-то время они сопровождали белоснежный кораблик, особенно радуя своим присутствием девушек, затем скрылись в волнах и уплыли.

– Это было потрясающе! – улыбнулась Марина, взглянув на своего «мужа».

– У тебя глаза такого же цвета, как волны, – внезапно сказал он хриплым голосом, потом тихо добавил, – это ты потрясающая.

Он чуть сжал ее ладошку, а потом отступил и отошел от бортика. Девушка ошарашенно смотрела ему в след. Неожиданный комплимент не просто удивил, заставил сердце замереть, а потом заныть. Давно никто не говорил ей ничего подобного. Впервые за последние несколько лет Смирнова почувствовала себя женщиной. Просто женщиной, а не тяговой лошадью, в которую стала превращаться. Что она видела все это время? Дом, семья, работа, а потом еще одна работа и еще… Вечные придирки свекрови, готовка, претензии мужа, долги. Она с тоской посмотрела на яхту, на море, на мужчину, который ее сюда привез. Сказка, роль, в которой она сейчас играет, все это было из другой реальности, не для нее…

– Чего грустишь? – голос Даниила вывел из задумчивости.

Марина посмотрела на брата своего босса. Тот облокотился на перила и разглядывал простирающееся перед ними море.

– С чего ты взял, что я грущу? – настороженно спросила она.

– Выражение лица у тебя было такое, будто что-то случилось, – мужчина перевел взгляд на свою собеседницу, – вы поссорились?

– Нет! Откуда такие выводы?

Она раздраженно дернула плечом.

– Он хмурится, – кивок в сторону Александра, который отошел к столику, – а ты вот-вот заплачешь.

Он пожал плечами, мол, и так все понятно.

– Все в порядке, – сама не веря в эти слова, ответила Смирнова, – но мы сами разберемся.

Она пошла к «мужу», чтобы не создавать никаких проблем ни себе, ни ему. Прекрасно понимала, что после случая с Еленой Александр чувствует себя уязвленным, и быть новым поводом для этого ей совсем не хотелось. В кармане завибрировал телефон. Взглянув на экран, девушка улыбнулась и остановилась. Ответив на звонок, отошла немного от всей компании.

– Алло! – не могла сдержать улыбки Марина, – Привет, котенок!

– Мамочка! – голос Машеньки стал настоящей радостью, – Привет!

– Как у тебя дела?

– Все хорошо! Я помогаю бабушке! Представляешь, она научила меня вязать!

– Да ты что? – удивленно воскликнула ее мать.

– Да! Я связала кукле шарф!

– Молодец! Теперь она точно не простудится!

Марина не могла сдержать улыбки. Она повернулась и случайно встретилась глазами с Даниилом, который все это время заинтересованно наблюдал за ней. Поймав ее взгляд, он широко улыбнулся, как бы говоря – ну вот, я же говорил! Разорвав зрительный контакт, Смирнова повернулась к нему спиной и продолжила разговор с дочерью, но лопатки все еще жег чужой взгляд.

– Как ты себя чувствуешь? Ничего не болит?

– Все хорошо! – голосок девочки звенел колокольчиком. Она спешила поделиться с мамой самыми последними и важными новостями. – Соседская кошка Мурка родила котят. Они такие хорошенькие! Мам, давай возьмем себе одного!

– Но они же еще совсем маленькие! – возразила Марина, – Пусть подрастут хоть немного, а потом посмотрим.

– Хорошо, а пока я буду за ними ухаживать, мне тетя Катя разрешила.

– Договорились!

– Ты скоро приедешь? Я скучаю!

– Я тоже очень соскучилась, – вздохнула девушка, – как только закончу работу, сразу же приеду. Обещаю! Люблю тебя очень, целую!

– И я тебя!

Отключив телефон, Марина повернулась, чтобы пойти к остальным, но столкнулась с Виолеттой.

– Кого это ты там любишь и целуешь? – спросила дочь Мирославы.

Марина спокойно убрала телефон и посмотрела в глаза нахалке.

– Я должна перед тобой отчитываться? – поинтересовалась Смирнова у Летты.

– А разве нормальная жена будет кого-то там целовать тайком? Ты ведь отошла ото всех, чтобы тебя никто не слышал! – у Виолетты горели глаза, она напала на след и не собиралась отступать.

Марина посмотрела на нее с жалостью.

– То есть ты считаешь, что целовать можно только мужчин?

Летта хлопнула глазами, а Марина продолжала:

– Мне тебя очень жаль, если ты на самом деле так думаешь! А отходить во время важного для тебя разговора от шумной компании нормально, ведь хочется услышать каждое слово дорогого человека!

Девушка не считала необходимым продолжать этот дурацкий разговор. Она обошла наглую девицу и поспешила к «мужу». Ей вслед полетело:

– Значит, Александр будет рад услышать о твоих шашнях?

Остановилась. Сделала глубокий вдох. Медленно повернулась и снова взглянула в глаза приставучей гостье.

– Ты можешь прямо сейчас пойти и уведомить его об этом. Но не думаю, что тебе это хоть как-то поможет обратить на себя внимание моего мужа!

Чувствуя глухое раздражение, Смирнова подошла к компании и опустилась на подлокотник кресла, в котором сидел Давыдов. Продолжая рассказывать что-то веселое, Александр положил свою ладонь на руку Марины и погладил ее. В такой простой, почти обыденной ласке не было ничего необычного, зато таилось множество нежности.

Летта тоже последовала за Мариной. Она села на шезлонг рядом с матерью и взяла в руки журнал. Нервно его раскрыла и стала сердито листать страницы, не принимая участия в разговоре. Зато все это время бросала на Смирнову загадочные взгляды. От нее не укрылось то, что Давыдов гладит по руке свою «жену».

– Летточка, – встрепенулась Мирослава, видя, как дочь нервничает, – что-то случилось?

– Все в порядке, мама! – фыркнула девушка, снова подарив взгляд Марине.

– Ну я же вижу, – не унималась Мира, – ты сама не своя!

– Да все хорошо! Просто стала свидетелем пикантного разговора.

Мирослава проследила глазами за взглядом Виолетты и удивленно подняла брови. Стало тихо. Все выжидающе смотрели на Марину. Давыдов с интересом перевел взгляд на «жену». Девушка вздохнула, молча достала телефон, разблокировала экран и показала журнал вызовов Александру. Он несколько секунд всматривался в него, потом улыбнулся и сказал:

– Маша звонила?

Марина кивнула.

– Как у нее дела? – продолжил мужчина.

– Все хорошо, передает тебе привет, – улыбнулась девушка.

Присутствующие с интересом наблюдали за ними.

– Спасибо!

– Кто такая Маша? – встряла Мирослава.

Вероника Альбертовна молча наблюдала за происходящим.

– Маша, это… – начала Марина, – моя…

– Сестра! – закончил за нее «муж», – Она болеет сейчас, и Мариночка очень переживает за нее. Девочке предстоит сложная операция. Когда мы вернемся в Москву, начнем подготовку к ней.

Все потрясенно молчали. Летта поджала губы и смотрела, как Александр улыбается Марине.

– Есть еще вопросы? – немного грубо спросил Давыдов.

Виолетта качнула головой.

– Отлично! – дернул уголками губ Александр, – Тогда мы, с вашего позволения, пойдем, поплаваем в море.

Не давая возможности Марине возразить, он подхватил ее по локоток и повел в каюту переодеваться.

Глава 18

– Ваши поклонницы, Александр Викторович, скоро начнут рвать мне волосы! – пошутила Марина, спускаясь за своим боссом по лестнице.

– Что я слышу? – притворно удивился Давыдов, – Вы ревнуете, Марина Николаевна!

От возмущения Смирнова оступилась и непременно бы упала, но была подхвачена Александром и аккуратно поставлена на ноги.

– Осторожно! Я знал, что я сногсшибательный мужчина, но думал, тебя этот рок обошел стороной! – Он держал девушку, крепко прижимая к себе, отчего стало как-то неловко, и Марина покраснела.

– Так и есть! – храбро ответила Смирнова и прикусила губу.

Ей не поверили.

Давыдов провокационно улыбнулся и отпустил свою жертву, а потом наклонился и прошептал на ухо:

– А ведь я не шутил, когда говорил, что мы идем купаться. Не могу дождаться, когда увижу тебя в купальнике!

Он отошел и скрылся в каюте, а Марина еще некоторое время стояла и смотрела ему вслед с гулко стучащим сердцем.

Купальник она надела, но выбрала самый закрытый из тех, что у нее были, причем не тот, что они купили накануне, а тот, что привезла с собой. Сверху накинула легкую тунику, почти полностью окутавшую стройную фигурку. Не стоит забывать, что не стоит давать ни малейшего повода для обоих братьев. Один слишком активно проявляет интерес, а второй… вторым с каждым днем все больше увлекается сама Марина, и с этим надо что-то делать. Причем срочно!

Немного подумав, взяла большие солнцезащитные очки. Вспомнились слова Александра о том, что у нее глаза такого же цвета, как море. Губы сами собой стали растягиваться в улыбку, но вовремя спохватившись, девушка мысленно обругала себя и спрятала глаза за темными стеклами очков. Вот так! Теперь ее глаз вообще не видно! И пусть некоторые ничего такого о себе даже не думают.

Когда Марина вышла из каюты, Давыдов говорил по телефону. На широкие плечи мужчины было небрежно наброшено полотенце. Как только хлопнула дверь, Александр обернулся, и его взгляд стал непроницаемым. Невозможно было даже предположить, о чем он думает сейчас. Темные глаза задержались на складках шифона, который струился вдоль стройного девичьего тела, одновременно скрывая и подчеркивая все достоинства фигуры Смирновой. Не укрылись от внимания босса и широкие очки в пол-лица. Видимо сей аксессуар не очень впечатлил мужчину, потому как теперь его взгляд был прикован исключительно к губам Марины.

Девушка дополнила свой туалет широкополой шляпой, которую до этого держала в руках.

– Ты во всем этом будешь плавать? – насмешливо поинтересовался Давыдов, продолжая таранить ее взглядом.

– Да! А что?

Боже, какое счастье, что ее глаза сейчас скрывают темные очки! Сама Марина бессовестно таращилась на собственного шефа и не собиралась даже оставлять это занятие.

А посмотреть было на что! О том, что у босса отличное телосложение, Смирнова помнила еще с тех пор, как увидела его в фитнес-центре в бассейне. Но в тот раз все произошло слишком быстро, и сама Марина весьма стремительно покинула место встречи, поэтому хорошо рассмотреть своего работодателя в плавках не успела. Зато сейчас он стоял во всей своей красе и широко, нагло так, ей улыбался. Точно что-то задумал! Плавки сидели идеально на узких бедрах. С трудом заставила себя поднять глаза от этого предмета одежды своего начальника, но тут же замерла, скользнув взглядом по кубикам пресса. Да, не зря Давыдов проводит много времени в спортзале! Широкая грудь и мускулистые плечи, слава богу, прикрывало полотенце.

На фоне такого раздетого Александра Марина почувствовала себя монахиней.

– Думаю, тебе будет не очень удобно плавать в этом саване, – усмехнулся он.

Он еще и насмехается!

– Это моя пляжная одежда! – нахмурилась Смирнова, понимая, что он прав.

– Идем! – приказал Давыдов, беря девушку за руку.

Пришлось подчиниться. Они спустились на нижнюю палубу, откуда можно было легко попасть в воду.

Александр снял с себя полотенце и бросил его на шезлонг, а потом снова наклонился к самому уху его «жены» и прошептал:

– Твой пляжный наряд ничего не скрывает! Так что смело его снимай, я буду ждать тебя!

Вода оказалась прохладной, но очень освежающей. Довольно быстро тело привыкло, и уже не было так холодно. Марина послушалась своего «мужа», сняла тунику и скользнула в воду, в первые секунды забыв как дышать от холода. Зато волны мгновенно остудили пылающие щеки, подарив душевное равновесие.

Но ненадолго.

Вынырнувший прямо перед ней из бирюзовых волн Давыдов с коварной улыбочкой устремился к девушке. Тихо пискнув, она ушла под воду с головой, шарахнувшись в сторону. Перед глазами мелькнули мужские мускулистые ноги и плоский низ живота, но долго находиться в глубине Марина не могла, всплыла на поверхность, как только кончился воздух. За это время она отплыла на довольно большое расстояние от своего босса, который оглядывался в поисках беглянки.

– Вот ты где! – хохотнул Александр, едва только увидел ее голову над волнами, и сам нырнул в попытке догнать «жену».

Так они дурачились в воде, то брызгаясь, то догоняя друг друга. На верхней палубе стояла Вероника Альбертовна и пристально наблюдала за каждым действием своего сына. Женщина прихлебывала кофе из крошечной чашки, пряча улыбку. Как давно она не видела своего Сашеньку таким беззаботным и веселым. Как будто сейчас ему было двадцать лет, когда он юный и влюбленный привел знакомить свою девушку с мамой.

Как тогда…

Нет! Все же совсем иначе. Та любовь была какая-то болезненная и больше похожая на зависимость. Одно Вероника понимала точно – без той девушки ее сыну было бы гораздо хуже, поэтому она решила не лезть в отношения Александра и Елены. Девушка казалась ей приличной и достойной, хотя материнское сердце всякий раз сжималось, когда она видела будущую невестку. Та была очень приветливая, улыбчивая и всегда приторно-вежливая. Александр не видел никого и ничего, кроме своей ненаглядной девушки. Известие о том, что они подали заявление в ЗАГС, стало настоящим шоком. Всегда покладистый и рассудительный сын даже слушать ничего не желал. Вероника Альбертовна перестала спорить, от души надеясь, что он на самом деле будет счастлив с этой девушкой.

Она видела, что что-то происходит между Еленой и Даниилом. Пасынок слишком активно уделял ей знаки внимания. К тому же Даня на тот момент имел свой бизнес и довольно неплохо зарабатывал, а Саша едва только окончил университет и лишь начинал строить свою карьеру.

Кто знает, выбрала Елена деньги, или на самом деле ей было лучше в обществе брата Александра, но случилось то, что случилось.… Сначала бывшая невеста все отрицала и плакала, потом умоляла о прощении, даже угрожала сделать с собой что-нибудь. Но Александра будто подменили. Больше он не слушал никакие аргументы, смотрел на девушку как на пустое место. Сказал, что больше ее для него не существует.

Вероника боялась, что Саша убьет брата. Но он оказался гораздо мудрее.

– Почему? – только и спросил он тогда Даниила.

– Потому что мне так захотелось! – явно провоцировал тот Александра, – Подумаешь, девка! Да таких тысячи! А брат у тебя, между прочим, один! Ты мне спасибо должен сказать! Не я, так кто-то другой, ты даже не узнал бы об этом. А так, хорошо, что понял, какую шлюху в дом привел, до свадьбы.

После этих слов Александр все-таки не сдержался и ударил его. Один раз. Потом плюнул на пол и ушел. С тех пор братья почти не общались.

Ничего удивительного, что сын так остро реагирует на любое общение Даниила с Мариной. Не хочет повторения. Вероника тяжело вздохнула. Она долго ждала, что сын оправится от удара и начнет строить свою жизнь заново, но он полностью ушел в работу, заполнив свободное время случайными связями. И вот сейчас появилась Марина… совсем другая, не похожая на Елену, которая растопила сердце Александра.

Шум и плеск воды привлек внимание женщины. С бортика спрыгнул Даниил, за ним нырнула Виолетта. Давыдова посмотрела на резвящуюся парочку и только головой покачала. Она познакомилась с Мирославой в Израиле, когда проходила там очередной курс лечения. Мира понравилась Веронике своей непосредственностью и прямолинейностью. Она всегда говорила то, что думала, не делая скидку на окружающих и совершенно не заботясь о том, что о ней подумают.

Оказалось, что у подруги есть незамужняя дочь, которая недавно окончила университет в Италии, получив профессию дизайнера. Летта была скромной, воспитанной, симпатичной и очень начитанной девушкой. Вероника была уверенна, что такая девушка обязательно должна понравиться ее сыну, но почему-то сын очень холодно принял известие о приезде предполагаемой невесты, заявив, что уже женат. Веронику чуть удар не хватил от подобной новости. Почему-то перед глазами тут же возник образ глупой пустышки-красотки, не думающей ни о ком, кроме себя. Ей достаточно было видеть ленту Саши в соцсетях, чтобы сделать свои выводы о его образе жизни. И тут – жена! Чего можно ожидать? Конечно, Вероника Альбертовна непременно должна познакомиться с ней!

Признаться, Марина не очень понравилась матери Александра в тот момент, когда она вышла из машины. Рядом с ее харизматичным сыном девушка выглядела слишком обыденно, как серая мышка. Но сине-зеленые глаза на бледном личике казались маленькими кусочками моря. Стильная одежда не выпячивала все достоинства стройной фигуры, зато очень выгодно подчеркивала все, что нужно. Видно было, что Марина очень нервничает, рука Александра сжимала тонкие пальчики, как бы давая понять, что он рядом и никому не даст ее в обиду, что конечно не укрылось от внимательного взгляда матери.

Показательным стало то, как Марина отреагировала на появление Даниила, которого Вероника Альбертовна сама пригласила после того, как узнала о свадьбе сына. Лучше сразу выяснить, что из себя представляет невестка. На лице Марины не появилась даже тень интереса к брату своего мужа. Она смотрела прямо и спокойно, зато когда поднимала глаза на Александра, в ее взгляде тут же просыпались солнечные лучики. Девушка забавно краснела и смущалась, когда получала внимание Саши. Он тоже был поглощен своей супругой. Между ними буквально искры летали. Каждый взгляд, каждое прикосновение были наполнены нежностью и трепетом. А тот поцелуй в столовой, инициатором которого стала сама Вероника! Было в нем что-то бережное и в то же время очень чувственное, так не целуют женщину, которая является лишь источником наслаждения плоти. Так относятся только к той, кто становится хозяйкой души. Но и реакция Марины тоже оказалась многогранной. Девушка отдалась поцелую, но при этом не была готова тут же удовлетворить все малейшие капризы мужа, оставив все свои чувства для времени, проведенного наедине. И вот именно этим отношения сына и его жены напомнили женщине об отношениях с ее мужем в молодости, а это означало одно – сын нашел свою любовь, а значит, будет счастлив с ней.

Видно было, что Виолетта никак не привлекла внимание Александра. Вероника Альбертовна поразилась перемене, произошедшей с дочерью подруги с тех пор, как приехал Александр. Она мгновенно превратилась из скромной, воспитанной девочки в игривую, слегка распущенную девицу. Поняв, что от Сашеньки ей внимания не добиться, она принялась строить глазки Даниилу, но и не только ему. Внимания Летты удостоились молодые парни из команды яхты, даже капитану, разменявшему шестой десяток, достались лучики тепла от игривой девицы. Вот даже сейчас, плавая в волнах моря, она стала позволять себе слишком многое в обществе Даниила.

Взгляд вернулся к паре сына и его жены. Они как раз перестали дурачиться и собирались вернуться на борт. Саша вылез на палубу первым и помогал Марине последовать его примеру. И снова эти бережные прикосновения и горящий взгляд заставили женщину улыбнуться. Теперь можно быть спокойной, ее сын в хороших руках, ведь у самой Вероники осталось не так много времени.

Глава 19

Утро началось суматошно. Впереди ждал наполненный солнцем день. Юбилей Вероники Альбертовны грозил перерасти в настоящее стихийное бедствие. Постоянно кто-то приезжал, что-то привозил, хлопали двери, слышались возбужденные голоса и лай Матильды. Возмущенная собачка носилась за всеми посетителями, норовя ухватить кого-нибудь за пятки. Ей казалось недопустимым будить в такую рань ее любимицу, которая и так старается не высовывать свой нос из комнаты.

Накануне Марина и Александр вернулись домой уставшие и даже не позаботились о том, чтобы взять бедное животное к себе в комнату. А ведь Мотя ждала, между прочим! Едва только она услышала звук шагов и уловила знакомый запах, тут же рванула со всех своих коротких лапок навстречу открывающейся двери, но была бесцеремонно поймана странной женщиной, величавшей себя хозяйкой Матильды. И с чего она вообще взяла, что имеет право распоряжаться собачей жизнью?

Пока Мотя осознавала, что ее не пустили к обожаемой человечке, на нее нацепили ужасный пышный бант и принялись кормить чем-то невероятно аппетитным. Собачка соблаговолила откушать, а когда была отпущена на свободу, дверь, за которой скрылась невероятно вкусно пахнущая девушка, оказалась закрытой. Досадливо потоптавшись на месте, Матильда заняла свое место у порога комнаты и принялась охранять. Минут пятнадцать. Пока не заснула. И вот явно в корм было что-то добавлено! Иначе как объяснить, что Мотя заснула на посту? Да так крепко, что даже не поняла, когда из комнаты вышел мужчина. Тот самый, что не дает девушке побыть наедине со своей собачкой. Но почему же она до сих пор не вышла?

Пританцовывая перед закрытой дверью, Матильда от усердия даже встала на задние лапки. Жалобное скуление само собой переросло в отчаянный «Гав!».

– Мотя, уйди с дороги! – велела ей Верника Альбертовна, когда псинка, увидев ее, кинулась под ноги и стала вертеться, надеясь, что ее наконец поймут и откроют заветную дверь.

Как еще можно объяснить этим недалеким людям? Поцарапала передней лапой дверь. Требовательное:

– Гав!

Женщина покачала головой и, постучав, крикнула:

– Мариночка! К тебе посетитель!

О, боги! Собачьи мольбы были услышаны!

– Входите! – услышали они из спальни.

Едва только дверь приоткрылась на достаточное расстояние, чтобы в нее поместился довольно упитанный шпиц, Мотя нырнула внутрь и со всех лап ринулась вперед.

Марина нашлась сидящей у зеркала и расчесывающей волосы. За это она тут же была затоптана запрыгнувшей на колени собачкой и нещадно вылизана. Матильда с радостью воспользовалась моментом и тем, что руки девушки были заняты.

– Мотя, фу! – смеясь, Смирнова подхватила пушистое тельце и сказала, держа не в меру любвеобильное существо на вытянутых руках, – Что на тебя нашло?

Она еще спрашивает!

По инерции Мотя продолжала лизать воздух и не сразу поняла, что ее прервали самым варварским способом. Остановилась и обиженно засопела.

– Соскучилась! – улыбнулась Вероника Альбертовна, наблюдавшая за этой сценой. – В первый раз вижу, чтобы это чудо кого-то так обожало! Признавайся, чем ты ее купила?

Марина с трудом угомонила псинку и вернула ее на колени, но от процесса глаженья ей отвертеться не удалось.

– Сама не знаю! – призналась девушка, улыбаясь. – Вероника Альбертовна, поздравляю вас с днем рождения!

На что «свекровь» замахала руками.

– Все потом! Все поздравления скажешь в ресторане! А сейчас я хочу похитить тебя у твоего любящего супруга и отправиться в салон красоты готовиться к торжеству.

– Хорошо! – Марина улыбнулась и поднялась.

Вероника прошествовала к выходу.

– И называй меня «мама», – тихо попросила она, – ты ведь теперь жена Саши, значит мне как дочь.

Женщина вышла из комнаты, а Марина стояла, ошеломленная внезапной просьбой, прижимая к себе притихшую Матильду. Тугой комок стоял в горле. За все время брака с Виталием у нее не возникло даже мысли так назвать свою настоящую свекровь. Инга Максимовна держалась холодно и высокомерно. Да и Виталий никогда не называл тещу мамой, хотя у той иногда проскакивало обращение к нему «сынок». А тут… совершенно чужой человек…

– Мама, – прошептала Марина, глядя в закрытую дверь.

Матильда шевельнулась в ее руках и заглянула в лицо. Ее хозяйка чем-то расстроена? Непорядок! Может быть, ласковый лизь в нос ее приободрит?

В салоне красоты их уже ждали. Поехали наводить красоту все женщины, проживающие в доме. Виолетта вела свою машину. Тот самый кабриолет, который Марина видела на подъездной дорожке дома матери Александра. Водитель из Летты получился очень отчаянный. Девушка лавировала среди других автомобилей, перестраивалась из ряда в ряд, петляя между другими участниками дорожного движения. Остальные водители сердито сигналили нарушительнице скоростного режима.

– Летточка, – взмолилась Мира через несколько минут такой езды, когда машинка юркнула в очередной виток серпантина, – поосторожней! Так мы до салона не доедем!

Дочь лишь хохотнула, но скорость сбавила.

– Мама, я еду медленней, чем тот троллейбус! – дернула плечиком Виолетта.

– Вот и продолжай так же ехать! – велела ей мать.

– Ненавижу ползать, как улитка! – пробурчала девушка.

Марина не была с ней согласна. Пейзаж города проносился за окном на приличной скорости, а если учесть, что верх кабриолета был откинут, и солоноватый, пахнущий морем ветерок весело врывался в салон и играл волосами, создавалось ощущение, что скорость гораздо выше, чем была на самом деле, иногда становилось немного страшно. Девушка даже пожалела, что согласилась на эту поездку. Не хватало еще, чтобы они врезались куда-нибудь, и Машка осталась без матери.

В прохладное помещение салона они входили слегка растрепанные и взвинченные.

– Я попрошу Сашу за нами приехать! – пообещала Вероника Альбертовна, когда они с Мариной шли за девушкой-администратором в кабинет массажа.

– Да я лучше на том троллейбусе поеду, чем сяду еще раз в машину Виолетты, – согласилась с ней Марина.

«Свекровь» хмыкнула и покосилась на «невестку».

– Она тебе не очень нравится? – напрямую спросила Верника Альбертовна.

Марина пожала плечами.

– Какая разница? На данном этапе мы лишь соседи по вашему дому. Детей мне с ней не крестить, так что не вижу смысла в том, чтобы симпатизировать дочери вашей подруги. Мы уедем, встреч я с ней искать не буду.

– Я понимаю, – согласилась мать Александра. Потом подумала и добавила, – Не думала я, что Летта станет себя так вести. Прости! Если бы я знала о вашей свадьбе, никогда бы не пригласила ее. Да и за Даниила прости, ты ведь знаешь историю про Елену?

Марина кивнула, неприятно поражаясь, как кольнуло сердце.

– Если бы я была с тобой знакома раньше, не позволила бы этому оболтусу приехать сюда.

– Все в порядке, – заверила ее девушка, – я не обращаю внимания ни на кого. У каждого свои недостатки и право на ошибки. Другое дело, какие выводы из них делают, и как к этому относятся окружающие. Меня не интересует Даниил, и я не Елена!

– Я знаю, девочка, – улыбнулась ей Верника.

Следующие пару часов они провели в приятных процедурах и разговорах ни о чем. Вероника рассказывала смешные истории, произошедшие с маленьким Сашей в детстве, о том, как они жили с ее мужем, какие трудности в жизни смогли преодолеть. Оказывается, в этой семье не всегда был достаток и изобилие. Им пришлось хлебнуть всякого, но при этом муж и жена не опускали рук и всегда и во всем поддерживали друг друга. Отец маленького Александра не бросил и Даниила. Пока была жива его мать, он высылал им каждый месяц почти половину своего заработка, а потом, когда той не стало, забрал к себе старшего сына и помог встать на ноги. В это время Виктор начал свой бизнес, который неожиданно пошел вверх.

– Даня открыл свое дело, – продолжила свой рассказ Вероника Альбертовна, а Саша заканчивал университет. Витя настоял на том, чтобы он учился в Америке. Говорил, что только капиталисты могут научить как следует управлять деньгами.

Марина слушала ее рассказы с большим интересом. Трудно было представить ее начальника маленьким мальчиком, но женщина говорила о нем с такой любовью и гордостью, что девушка невольно «увидела» того ребенка, о похождениях которого столько услышала.

За время пребывания в салоне им сделали массаж, несколько спа-процедур для лица и волос и довели до совершенства ногти.

– Такие походы не только приводят в порядок внешность, – философски заметила Вероника Альбертовна, – но помогают еще восстановить баланс в душе.

Марина редко бывала в подобных заведениях. Маникюр делала сама, изредка покрывая ногти лаком, волосы не красила совсем, а вот стричься ходила к знакомой в парикмахерскую недалеко от дома. Ей сложно было судить о пользе салона в восстановлении баланса в душе. Возможно, так оно и есть. Конечно, все это было приятно, но вряд ли в скором будущем она сможет себе это позволить. Даже сегодняшний поход оплачивала Вероника Альбертовна, которая даже слышать ничего не хотела о том, чтобы Марина сама заплатила за свои процедуры.

Мирослава и Виолетта выбрали себе другие услуги салона, поэтому матери с дочерью не было рядом, когда общались между собой Вероника и Марина. Без присутствия этой парочки девушка смогла расслабиться в обществе «свекрови».

– Ты сегодня будешь королевой этого вечера! – пообещала мама Александра, когда они выходили из здания салона.

Девушка смутилась.

– Этот вечер принадлежит вам! – не согласилась она с женщиной.

Та в ответ тихо рассмеялась.

– Милая, когда мой сын увидит тебя такой, он потеряет голову. Снова.

На парковке их ждал Александр. Он говорил по телефону и стоял к ним спиной. В этот момент он обернулся и посмотрел на маму и «жену», выходящих из дверей. Говорить он тут же перестал и просто смотрел на приближающихся Марину и Веронику. Взгляд темных глаз был, как всегда, непроницаем и сейчас был прикован к личику «жены».

Глава 20

Приятная неторопливая музыка наполняла собой помещение ресторана. Давыдов вел в танце свою «жену» и улыбался краешком губ. Он был рад тому, что Марина произвела впечатление на его маму, позволив той поверить, что сын счастлив в браке и больше не нуждается в подборе невест. Только вот… скоро они вернутся в Москву, и игра прекратится. Пусть и очень приятная для него игра, но от того, как Александр стал воспринимать Марину, реальность не изменится. Она ему не принадлежит…

Аромат ее духов, мягкая улыбка и смешинки в бирюзовых глазах будили в его душе нечто новое, свежее и невероятно теплое. Сегодня, когда Давыдов увидел «жену», выходившую из салона вместе с его мамой, он поразился преображению девушки. И дело даже не в изменениях во внешности, другим стал ее взгляд. Поселилась в нем какая-то искра, как будто пропала усталость и затравленность.

– Ты прекрасно выглядишь! – решился сказать Александр.

Изящные бровки взметнулись вверх.

– Спасибо! – улыбнулась Марина, – Наконец-то ты заметил!

Она хотела за шуткой скрыть свое смущение, но предательский румянец упрямо расползался по ее щекам.

– Я всегда это замечаю! – неожиданно мужчина прижал партнершу по танцу к себе и выдохнул эти слова в ушко, – Только не всегда могу об этом сказать.

– Неужели?

Александр крутанул девушку на месте и вновь притянул к своему телу. Музыка слегка ускорилась, совершенно немыслимым образом придав танцу чувственности.

– Сомневаешься? – усмехнулся он.

– Ну что вы, Александр Викторович! Как я могу? – притворно удивилась Марина.

– Тогда мне стоит говорить тебе комплименты чаще!

– Не буду отказываться!

Ей нравилось его слегка поддразнивать. Нравилось, как он улыбается ее словам, как смотрит на нее, как притягивает к себе во время танца, как обнимает…

– Но я боюсь привыкнуть, – Марина опустила ресницы.

Она имела в виду все.

– А ты не бойся! – прошептал Давыдов.

Музыка закончилась, а они все продолжали стоять в центре зала, глядя друг другу в глаза.

– Перейдем к поздравлениям нашей дорогой именинницы! – бодрый голос ведущего доносился как будто издалека.

Послышались аплодисменты.

– Нас ждут, – проговорила Марина, первой отступая от мужчины.

– Да, пора вручать подарки, – согласился с ней Давыдов.

Держась за руки, они вернулись за стол. Поздравить с юбилеем Веронику Альбертовну пришло неожиданно много людей. Марина думала, что соберутся только близкие, но тут были и друзья, и бывшие коллеги, даже какие-то дальние родственники. Было сказано много добрых слов и пожеланий, произносились тосты и преподносились подарки. Когда ведущий объявил, что теперь поздравление должен сказать сын юбилярши, в зале померк свет и наступила тишина.

На стене загорелся экран, на котором появилось изображение «Моста влюбленных».

– Дорогая моя, любимая мама! – раздался голос Давыдова со стороны экрана, – Сегодня у тебя день рождения! Здесь собрались твои самые близкие и дорогие тебе люди. Все они любят тебя. Я тоже очень сильно люблю тебя!

На экране появилась фотография того самого моста, но сейчас под ним стояли молодые Вероника Альбертовна и высокий, статный мужчина с темными волосами и твердым взглядом. Родители Александра. Они держались за руки и смотрели в камеру.

– Здесь вы познакомились с папой, – продолжил Александр, – полюбили друг друга и построили свою семью.

Фотография невесты и жениха.

– Вам многое пришлось пережить, но никакие тяготы не смогли вас сломить. Вы пронесли вашу любовь через всю свою жизнь. Вы научили любить и меня.

Новая фотография «Драконьего моста», но теперь под ним стояли трое – мужчина и женщина, державшие за руки смешливого мальчишку.

– Мама, ты дала мне жизнь, прекрасное образование, опору под ногами, но самое главное, ты дала мне ту безграничную любовь, на которую способна только мать. Именно она дарит крылья, именно она не позволяет опустить руки, когда тяжело, именно она позволяет верить в себя и идти дальше.

На экране сменяли одна другую фотографии разных эпизодов из жизни семьи Давыдовых. Все они были наполнены любовью и радостью.

– Я очень тебя люблю и хочу подарить тебе частичку того самого места, с которым у тебя связаны самые лучшие воспоминания!

Снова на экране появилась фотография «Моста влюбленных», в арке которого стояли родители Александра. Постепенно изображение стало меняться, на глазах превращаясь в картину, в которой Марина без труда узнала ту самую, которую они купили, гуляя по вечернему городу.

Экран погас, а в зале загорелся свет. Сначала приглушенно, затем разгорелся ярче. На маленькой сцене стоял Александр с огромным букетом из белых роз, а ведущий держал в руках картину, которую миг назад все видели на экране. Давыдов шагнул к матери, которая не сдерживала слез, и обнял ее.

Марина тоже поняла, что плачет. Так красиво и необычно было признание сына в любви к матери. Вообще подарок получился весьма трогательный и особенный. Она вспомнила тот вечер, когда они с Александром обсуждали, что же подарить Веронике Альбертовне. Приятно было осознавать, что именно она натолкнула Давыдова на идею вот так поздравить маму. С каждым днем личность ее начальника приобретала новые черты, а может быть, просто раньше она не замечала и не догадывалась, каким может быть ее шеф.

Александр пригласил свою маму на танец и теперь кружил ее под музыку в центре зала. Девушка наблюдала за ними и смахивала все катящиеся по щекам капельки. Видно, что сын сделает для своей матери все… даже найдет идеальную жену. Все ради того, чтобы родительница была счастлива. И Марина стала той самой идеальной женой. Только вот сейчас от этого на душе было противно. За это короткое время девушка прониклась к Веронике Альбертовне большой симпатией. Но непокорная совесть не позволяла жить спокойно. Она грызла и нашептывала гадости по поводу морального облика Смирновой. Марина чувствовала себя самозванкой, воровкой, вторгшейся в чужую жизнь и наживающейся на любви сына к матери. Так нельзя! Это неправильно! Чувство вины и стыда затопили сознание девушки, заворачиваясь в тугой комок и не давая дышать.

Сделала глубокий вдох и закрыла глаза. Спокойно! Завтра они уедут и все прекратится. Она не будет больше обманывать, не будет притворяться чужой женой. Ей бы со своим законным супругом разобраться…

Пользуясь тем, что все внимание присутствующих приковано к виновнице торжества и ее сыну, девушка покинула застолье и вышла на широкую веранду. Здесь было гораздо больше воздуха. Бесподобный вид на главную бухту города, освещенную гирляндной огней на набережной и большой луной, отвлек от печальных мыслей. Зябко поежившись, девушка обхватила себя руками за плечи и глубоко вздохнула. Стало немного легче. Чувство вины перед Вероникой Альбертовной отступило, но все еще продолжало терзать сердце Смирновой тревожными звоночками.

– Заскучала и ушла?

Марине даже не нужно было оборачиваться, чтобы понять, кто стоит за ее спиной.

– Просто решила проветриться, в зале слишком душно, – спокойно возразила она и все-таки повернулась лицом к брату своего босса.

Даниил одарил ее кривой улыбкой, достал из кармана пачку сигарет, зубами вытащил одну из плоской коробочки и чиркнул зажигалкой.

Марина наморщила нос. Она просто ненавидела запах дыма. Когда к ее мужу приходили гости, они всегда курили на кухне. Потом вся квартира насквозь прованивалась никотином.

– Красиво, правда? – совершенно не обращая внимания на недовольное выражение лица девушки, сказал старший из братьев Давыдовых и вальяжно приблизился, облокотившись о перила.

– Красиво, – не стала спорить Марина, делая шаг назад.

Непонятно было что именно сейчас ей больше не нравится – запах дыма или непозволительная близость брата Александра.

Ее движение не осталось без внимания. Мужчина удивленно перевел взгляд на свою руку, в пальцах которой была зажата сигарета. Он понимающе кивнул и спрятал руку за спину. Как будто это могло помочь.

– Ты потрясающая девушка, Марина! – задумчиво произнес Даниил.

Марина уже повернулась, чтобы уйти, но при этих словах остановилась.

– Я просто не узнаю своего брата, – прозвучало следующее признание.

Смирнова продолжала стоять, так и не повернувшись к собеседнику лицом. Он явно что-то хочет, но поддаваться на его провокацию не стоит.

– Да и ты не похожа ни на одну из его пассий. Даже на Елену.

Имя бывшей невесты Давыдова хлыстом разрезало вечерний воздух.

– Я и не должна быть на нее похожа! – гордо вскинула подбородок Марина и повернулась к мужчине.

По хищной улыбке, росчерком легшей на его красивое лицо, она поняла – именно этого он и добивался.

– Ревнуешь? – вопрос сопроводился глубокой затяжкой.

Красный огонек на миг озолотил зрачки темных глаз пристально наблюдавшего за ней мужчины, добавив его облику нечто демоническое.

– Не понимаю, почему я должна ревновать к женщине из прошлого моего мужа? – девушка расправила плечи и демонстративно помахала ладошкой перед носом, разгоняя дым.

– Он любил ее, Марина, – без тени своей шутовской манеры произнес мужчина.

– Любил, – не стала отрицать очевидного девушка, которой этот разговор начал надоедать, – а она его предала. Как и ты!

Снова мелькнул в темноте красный огонек, а потом, сделав красивую дугу, полетел вниз в черную воду.

– А что, если не было ни предательства, ни измены? – вкрадчиво спросил мужчина, отталкиваясь от перил и делая шаг навстречу к ошарашенной девушке.

– Что? – тихо спросила она.

– Не всегда то, что мы видим, на самом деле то, что кажется, – Даниил приблизился к Марине и остановился напротив нее.

Какое-то время они смотрели друг на друга, как будто в первый раз увидели. А потом внезапно мужчина подмигнул ей и вернулся в здание ресторана, оставив Смирнову размышлять над своими словами.

Глава 21

– Марина? – Давыдов появился на веранде неожиданно.

Смирнова не знала, сколько времени прошло после ухода Дани. Появление босса вывело ее из ступора.

– Все в порядке? – участливо спросил Александр, приближаясь.

Она не знала, все ли в порядке. Почему-то информация, которую она узнала несколько минут назад о Елене, стала неожиданной. Что, если узнав об этом, ее «муж» захочет быть счастливым со своей бывшей невестой? Она должна ему сказать! Может, хотя бы ее Давыдов послушает? Но почему так трудно это сделать?

Закрыла глаза и судорожно вздохнула. Кивнула.

– Просто захотела подышать, – прозвучало не очень убедительно. Сама себе не поверила.

Темные глаза босса прищурились.

– Это мой брат выходил пару минут назад?

Спорить глупо.

– Да, это был Даниил, – пришлось признаться, но смотреть на своего шефа девушка не могла.

Длинные пальцы подцепили подбородок и прочно зафиксировали, не давая опустить голову, вынуждая смотреть в глаза мужчине.

– Он тебя обидел? – рычащие нотки скорее напугали, чем успокоили Марину.

Покачать головой в таком положении не получалось, зато покатившаяся по щеке слеза не укрылась от них обоих.

– Я его убью, если это он тебя расстроил! – мрачно пообещал Александр, притягивая ее к себе.

Оказавшись в сильных объятиях, прикусила губу и постаралась взять себя в руки. Отчего-то такая простая и невинная ласка, как поглаживание по волосам, взбудоражила в душе еще большее волнение. Девушку затопили эмоции. Здесь было и чувство вины перед Вероникой Альбертовной за весь этот спектакль, даже перед незнакомой Еленой, как будто она украла что-то у бывшей невесты, и тоска от того, что ждет ее дома. В то же время хотелось остановить вот это самое мгновение, в котором сейчас ее обнимали сильные руки, и хрипловатый голос шептал успокаивающие слова, обещая, что все будет хорошо. И хотелось в это верить. Он сможет сделать так, что все будет хорошо! Только… пора признаться самой себе, что теперь без него будет плохо… «Что же я наделала!», – пульсировала лишь одна мысль в голове, а тело просто таяло от прикосновений Давыдова.

– Он не расстраивал меня! – нашла в себе силы хоть что-то сказать и подняла лицо вверх, заглядывая в глаза мужчине.

– Тогда что случилось? – все еще ничего не понимал Александр.

– Все в порядке, просто я… я все время думаю, что мы плохо поступаем с твоей мамой, – решила сказать частичную правду. Ведь на самом деле эти мысли тоже ее мучили.

На его лице промелькнула тень. Губы сжались в тонкую полоску, а глаза блеснули в темноте.

– Не нужно об этом думать! – глухо произнес он.

Эти слова немного отрезвили. Марина попыталась отстраниться, но столкнулась с сопротивлением. Ее нежно, но при этом крепко продолжали держать.

– Я не отпущу! – совершенно серьезно прошептал Александр, наклоняясь к ее губам.

– Елена тебе не изменяла! – не зная, зачем это говорит, поспешно сказала девушка.

Давыдов замер. Он не успел дотронуться до ее губ своими губами, но остановился в опасной близости, опаляя дыханием кожу, вызывая совсем неприличные желания и толпы мурашек на спине.

– Что? – прозвенел вопрос в прохладной тишине.

– Она не предавала тебя и не изменяла, – почему-то Марина считала важным сказать ему об этом сейчас. Иначе будет жалеть об упущенной возможности всю оставшуюся жизнь. И пусть этим признанием разобьет собственные надежды на хоть какое-то будущее с этим человеком, но она не может, не имеет права молчать!

– Причем. Здесь. Елена? – медленно, разделяя каждое слово, спросил Александр.

Его лицо выглядело бледным на фоне темного, покрытого яркими звездами, неба. Грохот залпа запущенного фейерверка, взметнувшегося над вечерней бухтой, едва ли перекрывал грохот сердца Смирновой. Она смотрела в темные глаза ее шефа и видела отблески огненных цветов, старалась выровнять дыхание и взять под контроль мечущиеся мысли. Получалось плохо. Однако от нее ждали ответа.

– Ты любил ее!

– И?

Прикусила губу и тряхнула головой.

– Ты любил ее, – почему-то ей казалось важным произнести это вслух, чтобы не было больше никаких иллюзий, – но вы расстались только потому, что ты думал, что она тебе изменила. Но если измены не было, значит, она не виновата, и вы можете быть…

На этих словах мужество покинуло Марину и она замолчала. Под пристальным взглядом Давыдова теперь она чувствовала себя глупо.

Какое-то время он молчал, а когда заговорил, девушка поняла, что глупое сердце готово присоединиться к праздничному салюту в честь юбилея Вероники Альбертовны.

– История с Еленой произошла много лет тому назад. – Сказал Александр, – Я был молод. Возможно, не было никакой измены. Я не знаю. Но спустя два месяца она вышла замуж за моего брата и родила ему двоих детей. Мальчика и девочку. Я давно простил и ее, и Даниила. Но больше не верил женщинам. Был уверен, что мне никто не нужен. Моя жизнь, моя свобода… только это было важным для меня.

Он сделал паузу.

– Но появилась ты… чужая. Не моя. Я поступил подло, воспользовавшись ситуацией. Прости. Но хоть на время, но ты стала моей женой. Ты будто пробудила меня, вернула мне сердце. Завра мы уедем и наш контракт закончится. А я не знаю, что с этим делать. Не знаю, как смогу тебя отпустить. Вернуть тебя в ту жизнь, где ты моешь полы и прислуживаешь мужу, который не понимает, что за сокровище ему досталось? Это выше моих сил!

Марина потрясенно смотрела на Александра. Все это казалось волшебным сном. Но ее ждет реальность, с которой нужно разобраться.

– Я не могу… – девушка выскользнула из его рук и сделала шаг к выходу, – это неправильно!

– Марина! – с горечью произнес Давыдов, не освобождая ее от плена своего взгляда.

Она чувствовала себя загнанной в ловушку дичью. Где охотник наставил на нее ружье и вот-вот нажмет на спусковой крючок.

– Я не свободна, – тихо, как-то обреченно напомнила ему.

– Я знаю! – рявкнул босс, – Это поправимо! Просто подумай!

– Вот вы где! – радостный голос Вероники Альбертовны не дал возможности ответить Марине ни «Да», ни «Нет». – А я везде вас ищу! Вы пропустили фейерверк!

– Мама, – Александр нехотя перевел взгляд от «супруги» к родительнице, – мы с Мариной смотрели салют здесь. Отсюда открывается отличный вид на бухту!

Хозяйка вечера подозрительно посмотрела на парочку, показавшуюся ей какой-то взъерошенной. Милые бранятся, только тешатся, так что ничего необычного она не заметила.

– Идем к гостям! – велела мама Александра, – Тетя Арина и дядя Гена уже собрались уезжать, а ты с ними даже не поговорил!

Не терпя возражений, она взяла Марину и сына за руки и повела их в зал. Вечер продолжился в беседах и знакомствах. Все это время Марина улыбалась, старалась быть приветливой и отвечать на вопросы. Изредка ловила на себе задумчивый взгляд Давыдова и боролась с двумя желаниями: забыть обо всех условностях, правилах приличия и позволить себе окунуться в водоворот эмоций и просто побыть счастливой, или сбежать отсюда как можно дальше, чтобы не видеть этих темных глаз и не вспоминать все время вкус поцелуя мужчины, разбудившего в ней желание быть женщиной.

Борясь с обоими этими желаниями, Марина старалась держаться как можно дальше от Давыдова и поближе к его матери. Даже когда они вернулись из ресторана домой, девушка не торопилась подниматься в спальню, отведенную «супругам», а согласилась на чашечку чая в обществе Вероники Альбертовны и Мирославы.

Александр прекрасно понимал, что Смирнова избегает его общества и не стал давить, предоставив девушке время на размышления. Повода ему отказывать он не видел. Марина сама поймет, что им хорошо вместе. Он чувствовал, как она тянется к нему. И дело сейчас не в деньгах, которые конечно решили бы все ее жизненные трудности. Она не из таких, кто гонится за выгодой. Именно это и цепляло в девушке больше всего. Ее независимость, стремление помочь близким, но самое главное – ее порядочность и верность. Она действительно верная! И сейчас это может стать проблемой для них обоих. После того, что натворил ее муж, ожидаемо было, что терпение Марины подойдет к концу.

Но ведь это не значит, что она, выйдя из прошлых отношений, тут же бросится в другие. Нет! Эта гордячка скорее найдет себе еще десяток работ, лишь бы остаться независимой. Такая девушка должна любить. Только тогда она позволит отношениям случиться.

Нельзя давить!

Александр потер рукой немного шершавый подбородок. А ведь утром брился! Красивые губы дрогнули в улыбке. Еще есть время для того, чтобы Марина приняла правильное решение.

Давыдов снял рубашку и пошел в ванную комнату. Разделся, шагнул в душевую кабинку и включил воду.

Марина рассеянно слушала разговор двух подруг. Вероника и Мирослава обсуждали прошедший вечер и строили планы о походе в театр. Скоро должен состояться спектакль московской труппы, гастроли которой проходили по всему полуострову.

– Жаль, вы так рано уезжаете! – Вероника Альбертовна дотронулась до ладоней Смирновой, в которых та теребила салфетку.

Девушка грустно улыбнулась. Ей тоже было жаль. Время, проведенное в обществе Давыдова и его матери, казалось ей волшебным. Она с наслаждением окунулась в чужую жизнь и не хотела возвращаться в свою, где ее ждали упреки Инги Максимовны, долги мужа и вечная гонка с единственной целью заработать деньги на операцию Маши. Но ведь деньги на это у нее теперь есть? Даже в клинике уже есть договоренность. Еще совсем немного, и дочь будет здорова. Разве это не прекрасно? К тому же рядом может оказаться мужчина. Заботливый, понимающий Александр, способный оградить от любых проблем, взять за руку и сказать, что все будет хорошо, просто успокоить и помочь справиться с любой проблемой. А еще он будет смотреть так, как будто в ней сосредоточен весь мир, весь смысл жизни, пробуждая в душе самые немыслимые желания, будоража кровь, позволяя быть рядом с ним слабой.

Он сказал: «Подумай!». И она думала! Только об этом и думала! Было ли ей страшно? Еще как! До дрожи, до слабости в коленях, до мурашек по коже. Но всякий раз, когда перед глазами вставало насмешливое лицо ее «мужа», сердце срывалось в стремительный забег, а затем падало в пропасть под названием «Сомнение». Сомнение – именно это она чувствовала.

– Мариночка, – только сейчас она заметила, что Вероника Альбертовна и Мирослава смотрят на нее вопросительно, – ты устала?

Видимо ее только что о чем-то спросили, а Смирнова не услышала вопроса. Тряхнула головой.

– Устала, – пришлось признать, одновременно принимая решение. – Простите меня, пожалуйста! Я пойду. Завтра рано вставать. Муж заждался…

На слове «муж» она даже не запнулась. Легкая улыбка преобразила личико девушки. Приятно так называть мужчину, который предлагает новое будущее.

Вероника понимающе улыбнулась и закивала. Ее подруга недовольно поджала губы. Но Марине было не до чьих-то недовольств. Отстраненно она подумала, что Летта не стала с ними пить чай, хотя обычно проходу не давала, вынюхивая что-то. Но это даже к лучшему. Попрощавшись, Смирнова вышла из кухни, направилась к лестнице, улыбаясь своим мыслям.

Глава 22

Горячие тугие струи воды били в лицо, вынуждая держать глаза закрытыми. Душ позволял привести мысли в порядок и дать телу расслабиться. Давыдов выдохнул сквозь сжатые зубы, прогоняя наваждение. Взгляд сине-зеленых глаз преследовал его даже во сне, становясь навязчивой идеей. Если бы он знал тогда, когда решил предложить Марине притвориться его женой, что она разобьет весь его привычный мир на тысячи осколков, заполнит собой его, станет центром вселенной, то… то все равно сделал бы это предложение. Не нужно играть в прятки с самим собой! Ведь не зря он выбрал именно Смирнову на эту роль. Искал повод просто поговорить, нарушал все мыслимые правила, заставляя девушку приходить к нему в кабинет вместо ее начальника отдела, искал возможность посмотреть в эти строгие глаза цвета морской волны и услышать голос…

С силой потер лицо, прогоняя видение и прислушался. Показалось, что хлопнула дверь в спальню. Значит, Марина вернулась в комнату. Захотелось быстрее ее увидеть. Взял с полочки пузырек с шампунем и намылил волосы. Ароматная пена потекла по лицу, глаза защипало. Давыдов зажмурился, продолжая мыть голову.

Прохладный воздух ворвался в ванную комнату. Щелкнула задвижка. Мужчина замер. Он хорошо помнил, что входя в ванную, замок не закрывал. Был уверен, что никто не войдет туда, пока он моется. Неужели это… Надо срочно смыть эту чертову пену!

Он не успел не то, что смыть шампунь, даже додумать эту мысль. Маленькие нежные ладошки легли на широкую спину, заставляя забыть обо всем. Александр замер. Волна желания прокатилась по телу, заставляя мышцы напрячься. Женские руки на его теле выводили немыслимые узоры, дразня и пробуждая древние инстинкты. Эти руки знали, что делают. Они умело порхали по мокрой коже, вызывая электрические разряды. Когда смелые пальчики стали продвигаться к рельефу живота, опускаясь все ниже, Давыдов перехватил ладошки девушки, заставив вскрикнуть от неожиданности.

Еще несколько дней назад он с радостью бы ответил на столь откровенный призыв, кем бы ни была эта соблазнительница. Не стал бы размышлять, что подумают о нем, и как к этому отнесется его очередная пассия. Но сейчас это была НЕ Марина! И пусть блудливые руки смогли зажечь в нем искру, но разум при этом не желал никого воспринимать. В тот момент, когда гостья приблизилась, он уловил дыхание на коже между лопатками. Нахалка просто не могла быть Мариной! Она была гораздо выше, и кисти рук у нее были слишком холенными, да, пальцы хоть и тонкие, но не такие изящные, как у его «жены», к тому же на безымянном пальце правой руки не было кольца, которое Давыдов сам надел Смирновой.

– Что ты здесь делаешь? – спросил он, резко разворачиваясь.

Виолетта досадливо наморщила носик.

– Ты не рад? – кокетливо захлопала ресницами она.

– Нет!

– А мне кажется, ты обманываешь! – девушка не сдерживала улыбки, глядя на обнаженного мужчину, который не смущался своей наготы.

Взгляд Летты красноречиво опустился на низ живота.

– Ты очень даже рад! – победно улыбнулась девица и резко подалась вперед, впиваясь поцелуем в его губы и прижимаясь всем телом к мокрому Давыдову.

Не ожидав подобного напора, мужчина сначала растерялся, но быстро взял себя в руки и оттолкнул обезумевшую блондинку.

– Летта! – тяжело дыша, проговорил он, – Что с тобой происходит? Уйди отсюда!

Но Летта уходить даже не думала.

– Ты ведь хочешь, чтобы я осталась! – ее горящий взгляд был прикован к паху Давыдова.

Ее тонкий, почти прозрачный пеньюар тоже намок и не думал ничего скрывать. Напротив, старательно выделял все, что только выделялось на девичьем теле.

Выключив воду, Александр сделал шаг вперед, выходя из кабинки, но при этом встав почти вплотную к томно вздыхающей Виолетте. Потянулся, задев упругую грудь в соблазнительном белье, сдернул с крючка полотенце и обернул его вокруг бедер.

– Убирайся! – тихо, но твердо сказал Давыдов.

– Алекс, – проворковала Летта, – мы оба знаем, что ты меня хочешь! Я же вижу, какие взгляды ты бросаешь на меня, когда твоя мышь этого не видит!

И если раньше у нее еще оставался шанс на нормальное уважительное общение с Александром, то словом «мышь» она подписала себе приговор. Больше мужчина не слушал ни слова. Он молча обхватил хамку вокруг талии и просто вынес за пределы их с Мариной спальни.

– Зайдешь еще раз, – пригрозил он, – и я вытащу тебя за волосы и приведу к твоей матери, пусть она научит тебя достойному поведению с женатыми мужчинами! Ты меня поняла?

Дождавшись кивка, закрыл дверь и вернулся в ванную. Летта досадливо кусала губы, пытаясь взять себя в руки. Как он смел так поступить с девушкой! Да он… Да она… Со злостью стукнула кулаком по двери и тут же прикоснулась к ней спиной. Тяжело вздохнула. В этот момент на лестнице послышались шаги.

Марина поднялась на второй этаж и остановилась, удивленно глядя на полуголую девицу, жмущуюся к дверному косяку их с Александром спальни.

– Летта? – спросила она непослушными губами.

Самодовольная ухмылка на губах с размазанной помадой исказила лицо гостьи. Томно прикрыла глаза и чуть прогнулась в спине, выпячивая грудь вперед. От этого движения полы полупрозрачного халатика раздвинулись, обнажив плоский животик, на котором виделись красные следы от рук.

Виолетта снова улыбнулась и вскинула подбородок. Провела ладонью от груди к животу. Поморщилась.

– Скорее всего останется синяк, – пожаловалась нахалка, – у Александра крепкая рука…

Марина сжала руки в кулаки, изо всех сил сдерживаясь. Скандал. Вот чего добивается эта ненормальная! Она ждет, что законная жена устроит скандал и подаст на развод, а Летта сможет занять ее место. Только вот она не в курсе, что нет никакой семьи у Марины с Александром. А значит, нечего разрушать. Давыдов свободный мужчина и может развлекаться, с кем захочет. Тогда почему так больно?

– Пошла вон! – тихо проговорила Марина, все сильнее сжимая кулаки, чувствуя, как ногти впиваются в ладони.

Она не должна выяснять отношения с девицами легкого поведения. Такого пункта не было в ее договоре.

Оттолкнувшись от двери, Летта прошла мимо Смирновой, оставляя мокрые следы на полу. Марина вошла в спальню, плотно прикрыв за собой дверь. Постояла, прикрыв глаза, пытаясь взять себя в руки. За дверью ванной комнаты шумела вода. Только ни о чем не думать! Быстро юркнуть в постель и сделать вид, что спишь. Завтра все это закончится. Осталась всего одна ночь…

Накрылась одеялом по самый нос и отвернулась к стене. Шум воды прекратился. Хлопнула дверь.

– Марина? – Александр приблизился, – Ты спишь?

– Спокойной ночи, Александр Викторович, – сдержанно проговорила девушка.

– Спокойной ночи… – растерянный ее холодностью ответил Давыдов.

Решив, что Марина приняла решение, он тоже лег спать на свой диван. От злости хотелось скрипеть зубами и крушить все вокруг. Но ведь так от нее ничего не добьешься.

– Поговорим утром, – пробормотал он себе под нос.

Утром поговорить не получилось. Когда Давыдов проснулся, Марины уже не было в комнате. Постель была тщательно застелена, вещи убраны. На первый взгляд ничто не свидетельствовало о том, что Смирнова вообще когда-то здесь была. Лишь тонкий аромат ее духов доказывал, что девушка ему не приснилась.

– Трусиха, – покачал головой Александр и стал собираться.

Через час нужно было выезжать в аэропорт. Раз Марина избегает разговора сейчас, значит в самолете она никуда не денется. Нужно набраться терпения.

Марина нашлась на кухне в обществе его матери. Матильда привычно расположилась на коленях девушки.

– Доброе утро! – бодро поздоровался Давыдов, привалившись на косяк дверей кухни.

– Сашенька! – на лице Вероники Альбертовны расцвела счастливая улыбка, – Доброе утро! Садись, сейчас завтрак будет готов!

Лениво оттолкнувшись от косяка, мужчина приблизился к «жене». Марина упорно что-то рассматривала в своей чашке с ароматным кофе. Он по-хозяйски поцеловал девушку в щеку, отметил про себя, что «жена» напряжена, хотя и не отстранилась, но пальчики на чашке аж побелели.

– Доброе утро, – улыбнулась Марина, переведя взгляд на собаку у себя на коленях, та как раз встрепенулась и боднула ладонь хозяйки, мол, давно не гладились.

– Ты вчера рано ушел спать, – наливая кофе, сказала Вероника Альбертовна.

– Устал просто, – пожал плечами сын.

Марина негромко фыркнула, что не осталось незамеченным для Александра. Он покосился на девушку.

– Собака будет скучать, – задумчиво произнес он, глядя на ладони, скользящие по белоснежной шерсти.

Обручальное кольцо было на месте. Именно оно вчера не позволило Давыдову совершить ошибку. Вернее, отсутствие кольца. Страшно представить, что могла подумать Марина, вернувшись в комнату, если бы он не выставил Летту. А если бы она пришла на несколько минут раньше и застала бы эту нахалку в душе с ним. Глухая злость накатила волной. Он сжал кулаки и сделал глубокий вдох.

– Будет… – Вероника Альбертовна тоже смотрела на распластавшуюся на коленях девушки псинку, – Мариночка, пожалей бедняжку!

– Что? – не поняла Смирнова. Она тоже задумалась о своем и не сразу сообразила, что хочет от нее «свекровь».

– Забери это чудо себе! – не стала ходить вокруг да около женщина.

– Но… я не могу! Она ведь ваша! – растерялась девушка.

– Можешь! – уверила ее мать Давыдова.

– Но ведь вам ее подарила Виолетта… – она запнулась на имени девицы, которую вчера застала в полуголом виде у дверей спальни. Шум воды в душе до сих пор стоял в ее ушах. Давыдов спешил смыть грех? Да какой там грех! Он ведь ей никто и ничего не должен. Нужно же мужчине расслабляться. Особенно, когда жена ненастоящая.

– Ну и что? – удивилась Вероника, – Знаешь, мне иногда кажется, что она подарила мне собаку, потому что сама не справлялась с ее скверным характером. Да что там говорить! Я тоже не справлялась! Эта красотка признает только тебя, деточка! Ты ведь тоже ее полюбила?

Марина кивнула. Поначалу она побаивалась эту пушистую воительницу, но от такой искренней привязанности Матильды сама быстро прониклась к псинке нежными чувствами.

– Вот видишь! Вам обеим будет только хорошо! – пришла к выводу Давыдова.

Марина беспомощно посмотрела на Александра. Он же начальник, в конце концов! Что делать в такой ситуации она не знала, дополнительных распоряжений по этому поводу у нее не имелось. Начальник прищурился и улыбнулся.

– Я буду ее навещать иногда, – окончательно добила Вероника Альбертовна.

– Но нас в самолет не пустят с ней, – предприняла последнюю попытку к сопротивлению Марина.

– Ерунда! – отмахнулась Верника Альбертовна, – Она проехала со мной половину Европы, неужели из Симферополя в Москву ее не пустят? У нее есть все необходимые документы, переноска. Мотя привычная к полетам!

Марина посмотрела на собачку. Та, как будто понимая, что говорят о ней, вскинула острую мордочку и посмотрела на свою обожаемую хозяйку такими умилительными глазками, что девушка не выдержала и хихикнула.

– Маша будет рада, – заметил Давыдов.

От этих слов она дернулась, как от удара. Медленно повернула голову и впервые за это утро посмотрела своему «супругу» в глаза. Это был удар на поражение, и Александр об этом прекрасно знал.

– Маше нужно ложиться в больницу, – напомнила девушка, не зная, как реагировать на его провокацию.

– Тем более! – не сдавался Давыдов, – Представляешь, как она обрадуется, что ты привезла это чудови… чудо!

– Гав! – согласилась с ним Матильда.

– Хорошо! – сдалась Марина.

Она решила поговорить с «мужем» потом. Что он затеял? Знает же, что домой везти собаку она не может. Неизвестно, как отреагируют на это ее настоящий муж и свекровь. С Виталия станется, он и собаку за долги отдаст. Везти ее к родителям? Там своей живности хватает. Вон Машка Барсика какого-то притащила. Но маленький теплый жмущийся к ней комочек не хотел ее отпускать, взывая к чувствам девушки.

– Мы в ответе за тех, кого приручили! Помнишь? – лукаво спросил Давыдов.

«Кто бы говорил, Александр Викторович, кто бы говорил», – подумала Марина, но вслух ничего не стала произносить.

Глава 23

Такси под названием «Телепорт в аэропорт» несло их в центр полуострова. Таксист попался на редкость общительный. Он рассказывал о красотах города, о том, какие дороги строят местные власти, какие изменения произошли с регионом за последние годы. Не умолкал ни на минуту.

Александру пришлось сесть рядом с ним. Ведь клетка-переноска для Матильды заняла половину сидения в небольшой «Реношке». Чему Марина была рада. Перспектива снова оказаться наедине со своим начальником ее не радовала. Перед глазами упорно стояла довольная ухмылка Летты, а в ушах шумела вода в ванной. Она, идиотка, чуть не позволила себе поддаться собственным эмоциям. От одной только мысли, что она могла увидеть в комнате, зайди на несколько минут раньше, становилось тошно. Хорошо, что так все вышло. Что не переступила эту грань, что не позволила чувствам взять верх.

Так будет лучше! Для него она забавное приключение, курортный роман, а он… А он ее босс! И нечего о нем думать в ином ключе! Нечего, и точка!

Мотя обижалась. Она сопела и переступала с лапки на лапку. Куда ее опять везут? Что за запахи в салоне? Хорошо хоть хозяйка рядом и дает полизать свою восхитительно пахнущую руку. Можно потерпеть даже ненавистную клетку.

Александр слушал таксиста краем уха и поглядывал на «жену». С тех пор, как они покинули дом его матери, Марина будто отгородилась от него невидимой стеной. Она вообще делала вид, что путешествует только с собакой.

В аэропорту им тоже не удалось поговорить. Матильду категорически не хотели пускать в салон самолета при регистрации.

– Но у нас есть все документы! – начал спорить Давыдов.

– Собака с клеткой превышает восемь килограмм, – не сдавалась девушка за стойкой.

– На пятьдесят граммов! – возмутился Александр.

– Это превышение! – не уступала девушка.

Марина слушала эти препирательства, перевела взгляд на забившуюся в угол клетки псинку и открыла дверцу.

– Что вы делаете! – возмутилась девица с регистрации.

Александр Викторович тоже обернулся и с интересом взирал на манипуляции «жены». Марина ни на кого не обращала внимание. Она не без труда вытащила на свет божий перепуганного шпица, погладила пушистую голову, даже поцеловала ее в макушку, оставив след розовой помады на ошалевшей морде собаки, а потом сняла кожаный ошейник и положила его в карман. К слову, ошейник был такой, что могла позавидовать любая модница! Он был украшен сверкающими камнями. Марина подозревала в них родство с кристаллами Сваровски. Затем запихнула назад возмущенную Матильду, закрыла дверцу и снова поставила клетку на весы.

– Проверьте еще раз, – миролюбиво сказала Смирнова.

Весы показали семь килограмм восемьсот пятьдесят грамм. Девица смерила Марину пристальным взглядом.

– Хорошо, – выдохнула она, – можете забрать ее в салон.

Давыдов подхватил клетку и повел Марину в зал ожидания.

– Кофе будешь? – спросил босс у нее.

Девушка мотнула головой. Ничего не хотелось. Давыдов сжал губы.

– Марина, ты ничего не хочешь мне сказать? – не выдержал молчания он.

– Не хочу, – не стала спорить Смирнова.

– Что ты собираешься делать дальше? – решил зайти с другой стороны мужчина.

– Меня волнует только здоровье дочери! – напомнила Марина.

Давыдов кивнул, не сводя темных глаз со своей подчиненной.

– Я знаю, – сказал он, – клиника ждет Машу.

– Очень на это рассчитываю, – сдержанно улыбнулась она.

– Марина, – Александр вдруг потянулся через стол и взял ее ладони в свои, – с твоей девочкой все будет хорошо! Ее будут лечить лучшие врачи страны! Это вопрос решенный. Я спрашиваю о ТЕБЕ! Что ты будешь делать? Неужели ты продолжишь вот такую жизнь?

– Какую? – каким-то бесцветным голосом спросила девушка, но руки не убрала.

– Содержать своего мужа и его мать, – воодушевленный тем, что она его слушает, заговорил мужчина, – работать на нескольких работах, тянуть на себе все! Посмотри на себя! Ты молодая красивая девушка! Умная, образованная, воспитанная! Ты достойна большего!

Пока он говорил, Смирнова смотрела на столешницу, на которой лежали их руки. Взгляд выхватил кольцо.

«Мне не хочется ее огорчать, но и терять свободу я тоже не собираюсь. Вот и сказал ей, что женился совсем недавно», – в ушах звучали слова Давыдова, которые он произнес в тот день, когда предлагал ей сделку.

Возможно, она для него красивая и привлекательная. Но не более! Самое главное для такого мужчины, это его свобода! Он об этом говорил не один раз. Так какая разница, что она собирается делать дальше? Да, она твердо решила уйти от мужа, но это не значит, что готова позволить вытирать об себя ноги своему боссу. Через два часа они будут в Москве. Сделка закончилась. У него была «жена», а у нее будет шанс вылечить Машку. Остальное все неважно.

Марина стянула с пальца кольцо и вложила его в ладонь своего работодателя.

– Мне нет необходимости больше его носить, – проговорила девушка.

Александр выдохнул сквозь сомкнутые зубы и сжал кольцо в кулак.

– Спасибо, что помогли с клиникой для Маши, что вернули мне машину. Спасибо за эти несколько чудесных дней, Александр Викторович, – проговорила девушка, – наш договор завершен, так что притворяться больше нет смысла. Простите, мне нужно позвонить!

С этими словами Смирнова ретировалась. Ей было невыносимо оставаться в плену его глаз.

Александр проследил взглядом за удаляющейся хрупкой фигуркой. Неужели она все это время просто играла? Это так не похоже на нее. Камень в кольце впился в ладонь. Он все еще хранил на себе ее тепло.

Отойдя на безопасное расстояние, Марина набрала знакомый номер.

Гудок.

Еще один.

– Маринка! – голос Светы на том конце был веселый, – Привет! Как дела?

– Привет! – улыбнулась девушка, – Все хорошо. Через пару часов буду в Москве.

– Отлично! Как все прошло? Как твой секси-босс?

От простого вопроса Марина покраснела до кончиков ушей. Поймав на себе взгляд Давыдова, поспешно отвернулась.

– Босс как босс, – ворчливо сказала она. – Света, мне нужна твоя помощь!

– Что нужно сделать? – тут же подобралась подруга.

Марина знала, что Света не откажет ей в просьбе, но все равно просить было как-то стыдно. Не любила она ни от кого зависеть. Но выбора сейчас особо нет.

– Можно мы с Машкой у тебя поживем? – набралась смелости Марина, и тут же добавила, – Недолго! Ты ведь знаешь, ей скоро предстоит операция, а в квартиру, где живет Виталик, я ее вести не хочу. Потом она будет в больнице, а я займусь разводом.

– Решилась-таки? – обрадовалась Света. – Молодец!

– Я уже давно решилась, – хмыкнула Смирнова, – не хочу иметь с ним ничего общего!

– Правильно! Я даже набросала тебе иск. Ну, чтобы ты потом не тратила время еще и на это.

– Света…

– Не благодари! – засмеялась подруга. – Я все гадала, пойдешь ты до конца или нет. Я тобой горжусь! Насчет жилья не беспокойся. Я тебе всегда рада!

– Только… – Марина не знала, как сказать о том, что в их семье пополнение, – в общем, Свет, я пойму, если ты откажешься…

– Что еще? – насторожилась девушка.

– Да все в порядке. Просто мне подарили собаку…

– Везет тебе! – засмеялась Светка, – Уверена, Машка будет счастлива!

– Ты даже не спросишь, что за собака? – все еще напряженно спросила Смирнова.

– Ты так говоришь, будто это не собака, а динозавр! – весело засмеялась подруга, – Если ее пускают в самолет, то и в моей квартире ей будет комфортно.

Марина улыбнулась.

– Тебя встретить? – внезапно спросила Света.

– А твоя работа? – растерялась Смирнова.

– Я взяла отпуск на неделю, – отмахнулась Светлана, – так что могу приехать. Потом поедем, заберем Машку у твоих родителей.

Очень заманчивое предложение!

Марина снова поймала пристальный взгляд босса. Мгновенно предложение подруги показалось просто подарком небес. Все сильнее хотелось оказаться от него как можно дальше, чтобы не видеть его темных глаз, не ощущать запах одеколона и не иметь соблазна дотронуться до Александра. Хватит! Отдых закончился, пора заниматься своими делами!

Попрощавшись со Светой, набрала номер Маши.

– Привет, мамочка, – как-то грустно ответила дочь.

У Марины сердце ухнуло вниз.

– Маша, что случилось? – спросила перепуганная мать.

– У меня нет больше Барсика, – вздохнул ребенок.

– Какого барсика? – ничего не понимала Смирнова.

– Ну, Барсик! Собачка моя!

Не сразу эта информация дошла до сознания девушки.

– Тот щенок, которого ты притащила к бабушке? – на всякий случай уточнила она.

– Да! – обрадовалась девочка. – Его больше нет… – убитым тоном сообщила она.

– В каком смысле нет? – вновь насторожилась Марина. Ей совсем не хотелось, чтобы накануне операции у дочери был стресс.

– Теперь это не Барсик, – начала пояснять Маша, – а Бобик. Дурацкая кличка! Правда?

– Правда, – машинально повторила мать.

– Вот и я так говорю! А Коля говорит, что это его пес, и зовут его Бобик. Представляешь?

– Безобразие! – совершенно серьезно ответила Смирнова, с облегчением понимая, что все-таки с ее ребенком все в порядке.

– Он пришел со своими родителями, – продолжила ябедничать Маша, – и забрал моего Барсика!

На последнем слове голос девочки задрожал.

– Маша! – позвала дочку Марина, – Не плачь, пожалуйста! Я скоро приеду и привезу тебе подарок! Вот увидишь, тебе понравится!

Поговорив с подругой и дочерью, Марина ощутила, что как будто камень с души свалился. Все-таки квартирный вопрос ее слегка пугал. Она понимала, что переехать жить к родителям она прямо сейчас не может. Она должна быть рядом с дочерью после операции. Но при этом Смирнова боялась, что Света не захочет принимать у себя еще и собаку.

Настроение ощутимо поднялось. Осталось только пережить полет в соседних креслах рядом с Давыдовым.

А Давыдов хмурился и наблюдал за переменой выражений на личике Марины. Интересно, с кем это она так щебечет? То улыбается, то краснеет. Поймала его взгляд и отвернулась. Скорей всего это муж. За все время их общения Александр понял одно – Марина очень порядочная. «Верная», как она однажды про себя сказала. Когда-то отсутствие верности разбило в дребезги отношения с любимой женщиной, и вот теперь эта же чертова верность ставит крест на новых возможных отношениях с девушкой, которая перевернула весь его холостятский мир, заставив думать только о ней, желать только ее. Той, которая заставила забыть прошлое и позволила мечтать о будущем.

Он сжал кулаки и скрипнул зубами. Ну конечно, Марина говорит с этим слизняком мужем! Теперь они решили свои финансовые проблемы, можно жить дальше. Естественно, Марина любит своего супруга! У них семья, ребенок, совместные проблемы и имущество. Теперь проблем нет. Зато все остальное осталось…

Объявили посадку на самолет. Марина вернулась к столику и взяла переноску с Матильдой.

– Дай мне, – скомандовал Давыдов, – она тяжелая!

Больше не терпя возражений, он пошел на посадку. Марине ничего не оставалось делать, как только поспешить за своим начальником.

Глава 24

Как ни странно, но во время полета Давыдов будто забыл о своей подчиненной. Был подчеркнуто-вежливый, но без необходимости не заговаривал с ней.

– Курица или рыба? Напитки? – приветливая стюардесса остановила свою тележку рядом с ними.

Александр вопросительно посмотрел на свою спутницу.

– Нет, спасибо, – качнула головой девушка.

– Ничего не нужно, – улыбнулся он бортпроводнице.

Та одарила его ослепительной улыбкой и покатила свою тележку дальше по проходу.

– Ты ничего не ешь, – сказал мужчина, когда стюардесса ушла.

– Я не голодна, – сдержанно ответила Марина и отвернулась к иллюминатору.

Она мысленно представляла себе, как их лайнер пролетает над полуостровом и прощалась с этим прекрасным местом. Эти несколько дней, наполненные яркими эмоциями, навсегда останутся с ней в ее памяти.

Матильда потребовала к себе внимания. Вообще, собачка переносила дорогу довольно неплохо. Поскуливала иногда, но вела себя прилично. Марина изредка наклонялась к ней и прислоняла ладонь к решетке. Довольная Мотя благодарно тулилась острой мордочкой к ней и влажно сопела мокрым носом.

На самом деле подобные манипуляции отвлекали и саму Марину от мужчины, сидевшего в соседнем кресле. Сначала она думала, что Давыдов начнет все тот же разговор. Думала, что ему ответить. Проигрывала в голове различные сценарии развития событий. Что ответить, как сказать… А этот гад молчал! Более того, он даже прикрыл глаза, делая вид, что спит.

Так и не дождавшись от Александра каких-то действий, Марина прикусила губу. И ей бы радоваться, что наконец ее оставили в покое, и никто больше не претендует на внимание замужней женщины. Только на душе было пусто. При этом чем дольше длилось молчание, тем больше ее обуревали эмоции. Здесь было все: и досада, и замешанное на ревности раздражение, но в то же время робким ростком поднимало голову сомнение. А правильно ли она делает, отталкивая такого мужчину? Но вспомнив торчащую под тонкой тканью пеньюара грудь Виолетты, мигом выгоняла все мысли об этом из головы.

Давыдов потерял к ней всякий интерес с тех пор, как закончился их контракт. Больше нет смысла притворяться и строить из себя идеальную семью. А ведь именно о такой семье она и мечтала всю жизнь! Заботливый муж, который желает спокойной ночи и доброго утра, подающий руку, выходя из транспорта, тот, который спросит – не холодно ли ей, удобно ли, тот, который не позволит поднять тяжелую сумку, тот, который скажет: «Все будет хорошо!». И «хорошо» будет на самом деле! Потому что именно он возьмет ситуацию под свой контроль и решит все проблемы. И ведь при этом совершенно неважно, сколько этот мужчина зарабатывает. Деньги решают многое, но самое главное – должно быть мужское плечо и желание оградить свою женщину от всех ненастий.

Возможно, в ее воображении Александр и был именно таким. Он виделся ей идеальным мужчиной, целеустремлённым и решительным. Но тогда это все не вяжется с образом полуголой девицы на пороге их спальни. Это Марина и Александр знали, что на самом деле никакой семьи у них нет, но Летта же не подозревала о фарсе. Только сейчас девушка поняла, как смеялась над ней Виолетта, когда смогла соблазнить Давыдова. А ему хоть бы что! Расслаблен и невозмутим. Продолжает играть роль заботливого супруга.

Гад!

Отвернулась к овалу иллюминатора и закрыла глаза, делая глубокий вдох. Но веки обожгли нестерпимо горячие слезы и предательски покатились по щекам. Хорошо, что босс не видит повышенной влажности на соседнем кресле. Не будет задавать лишних вопросов. Небось сидит и вспоминает вчерашнее приключение, как сытый кот.

Мерное покачивание и эмоциональные нагрузки сделали свое дело. Девушка постепенно задремала.

– Пожалуйста, оставайтесь на своих местах и пристегните ремни! – раздался усиленный динамиком голос стюардессы. – Наш самолет совершает посадку в Москве! Повторяю…

Марина с трудом разлепила веки и огляделась. Спросонья не сразу поняла, где находится. Давыдова рядом не было. Проверила ремни, протянула руку для контакта с Мотей и еще раз окинула взглядом салон. Ее босс обнаружился у неприметной дверки, ведущей в туалет. Почему-то в мокрой рубашке и мило улыбающегося хорошенькой стюардессе.

И тут не растерялся!

Кобель!

Мужчина вернулся и сел на свое место. Заметив взгляд Смирновой, обезоруживающе улыбнулся.

– Стюардесса нечаянно пролила на мою рубашку сок, – зачем-то пояснил он, будто его кто-то о чем-то спрашивал, – она несла его тому малышу, – он неопределенно махнул в сторону хвоста самолета, – но самолет качнуло, и она чуть не упала. Вот и разлила сок. Я использовал целую кучу салфеток, но придется возвращаться в столицу в мокрой рубашке.

Марина слушала это путаное объяснение и не понимала – зачем ей эта информация? Ведь ей совсем нет никакого дела до того, как Давыдов флиртует с посторонними женщинами.

Или есть?

Москва встретила проливным дождем. Пока ждали багаж, Марина смотрела сквозь панорамное окно, следила за проползающими по стеклу каплями и старалась не думать о том, что скоро расстанется со своим боссом. Время вышло, пора возвращаться домой. И пусть на душе так же тоскливо, как и погода за окном, но после дождя всегда выходит солнце, а значит, надо жить дальше!

Забрав чемоданы, они пошли к выходу из здания аэропорта.

– У меня машина на стоянке, – сказал Давыдов, – тебя подвезти?

– Нет, спасибо, – качнула она головой, – меня встречают.

Темные глаза сузились. Мужчина рвано выдохнул.

– Что ж, – сказал он, – хочу сказать спасибо.

– Пожалуйста, – Марина не отвела взгляда, она старалась оставаться спокойной.

Мимо проходили люди. Мужчины и женщины спешили на свои рейсы, кто-то возвращался домой, кто-то встречал прибывших, кто-то провожал. Толпа обтекала двоих, застывших в дверях здания. Александр смотрел на такую хрупкую, но очень сильную девушку и боролся с желанием обнять и прижать ее к себе. В тот момент, когда он почти решился на это, Марина протянула ему руку для рукопожатия.

– Спасибо вам, Александр Викторович, за чудесную поездку, – проговорила она.

Давыдов дернул уголком губ, хмыкнул, пожал протянутую руку и ответил:

– И вам спасибо, Марина Николаевна, за великолепно проделанную работу, – сухо произнес он.

Он как будто ударил ее. Воздух закончился в легких, а сделать новый вдох никак не удавалось.

Вымучив улыбку, Смирнова освободила ладошку из захвата начальника.

– Всего доброго, – слова прощания давались с трудом.

– До свидания! – Александр подхватил свой чемодан и вышел на улицу.

Марина смотрела ему вслед и сдерживала слезы. Не хватало еще, чтобы Светка увидела ее заплаканные глаза.

Вдох. Выдох.

– Гав! – возмутилась Мотя.

Девушка посмотрела на свою собачку и грустно улыбнулась.

– Ушел, да, – поведала она.

Вздохнула, поставила переноску на чемодан и осторожно покатила его к выходу.

Света ждала неподалеку. Подруга подбежала к Марине с огромным розовым зонтом.

– Ну, слава богу! – проговорила она, – Я уже думала, что перепутала время прилета!

Она взяла в руки переноску, поднесла ее к лицу, оценила злющий оскал шпица, уважительно хмыкнула и спросила:

– Это и есть твой волкодав?

– Матильда, – представила псинку подруге.

– Светлана Валентиновна! – ответила девушка и звонко засмеялась, – Боевая она у тебя!

– Есть такое, – согласилась Марина, – меня защищает. Давай отъедем от аэропорта и остановимся, надо ее выгулять и покормить.

– Хорошо, – согласилась Света, загружая чемодан в багажник автомобиля, – я знаю кафешку недалеко, заодно и мы перекусим, а то я голодная, как зверь. Мы ведь сейчас за Машкой едем? – дождавшись кивка, она снова улыбнулась, – Ну, а ты мне пока расскажешь, как все прошло.

Они сидели за круглым столиком в кафе и пили кофе. Матильда, нагулявшаяся и совершенно счастливая, распласталась на коленях любимой хозяйки. Подозрительно поглядывала на шумную подружку Марины. Ну а вдруг она решит ее обидеть! На всякий случай надо периодически показывать ей острые зубки. Хотя она угощает такой вкусной колбаской…

– Много не давай, – сказала Марина, когда подруга протянула очередной кусочек угощения Моте, – а то ей плохо будет.

Света засмеялась и погладила белую пушистую спинку.

– Такая лапочка! – умилилась подруга, – И с характером, вся в тебя!

Смирнова не была с ней согласна, но спорить не стала.

– Ну, так и что? – вернулась к разговору Светлана.

– Ничего, – пожала плечами Марина.

– Что, вот прям голая? – выгнула смоляную бровь брюнетка.

– Ну… почти.

– Почти не считается! – возмутилась Света, – Вообще, с чего ты взяла, что она была с ним?

– Я не знаю, – пришлось признаться, – но… она так выглядела. Помада размазанная, да у нее на животе видны были отметины от пальцев. Еще она сказала, что Саша в душе, а когда я зашла, он на самом деле был в душе.

Света покачала головой.

– Смирнова, ты дура? – подруга всегда славилась тем, что не церемонилась и не подбирала выражения, – Можно подумать, что мужик моется в душе только после секса!

Марина удивленно смотрела на девушку.

– Да может быть, она вообще мимо шла, возвращалась от другого, а тебя просто решила задеть, ведь она явно рассчитывала на то, что найдет себе тут жениха красивого и богатого. А тут ты явилась и все планы коту под хвост.

– Света, от кого она могла идти?

– Да хоть от того же Дани, – не унималась брюнетка, – Сама же говорила, что он любимец женщин.

Марина покачала головой. Ей нравился ход мыслей подруги, хотелось думать, что Летта не была с Александром, если бы не одно «Но».

– Дани не было в доме в этот момент, – грустно сказала Марина, – он уехал на мотоцикле сразу после ресторана. А я была внизу все это время и видела бы его, если бы он вернулся.

Светка нахмурилась, побарабанила пальчиками по столешнице.

– Вот чую одним местом подставу, а в чем именно, понять не могу, – проговорила она, – а ты сама со своим Сашей разговаривала? Что он говорит?

– Я не буду с ним говорить! – сразу напряглась Марина, – Как бы я к нему ни относилась, он ясно дал понять с самого начала, что не желает никаких отношений. Он и меня выбрал для этой роли только потому, что я замужем и не буду претендовать на его свободу.

– Угу! – хмыкнула брюнетка, – Не верю! Думаю, что вы оба ненормальные! Ты ведь собралась уходить от мужа. Ты больше ему ничего не должна! Тебе ведь было хорошо с Давыдовым? Хорошо! И не просто так он тебе все это сказал в ресторане. Он протянул тебе руку, а ты от нее отказываешься.

– Я тоже думала, что он хотел продолжения наших отношений, – согласилась Марина, – но потом эта Летта, а потом и он сам как-то отдалился… Сказал спасибо за проделанную работу…

Проглотила тугой комок в горле и перевела взгляд на окно.

– Конечно! А ты представь на секундочку: он почти признался тебе в любви, ждет твоего решения, а ты приходишь и говоришь: «Александр Батькович, у меня муж и ребенок. Наша сделка кончилась», – она смешно пародировала голос Марины, – Сама подумай! Мужик пережил предательство в прошлом. Он встретил тебя, влюбился… не кривись, влюбился-влюбился! Я такие вещи сразу вижу. Так вот, а ты его оттолкнула и уехала. Да его гордость заползла под лавку и там сидит, умываясь слезами!

Марина не знала, как на это реагировать. Хотелось бы, чтоб это было правдой, но его холодный взгляд в тот момент, когда они прощались, разбивал последние крупицы надежды.

Глава 25

За разговорами дорога казалась не такой утомительной, и к вечеру девушки уже добрались до дома родителей Марины. В окне уютно горел свет. Едва только Света заглушила машину и погасила фары, открылась дверь на крыльце, а спустя пару мгновений и калитка.

– Марина? – Зина Олеговна куталась в шаль и улыбалась.

Девушка обняла мать.

– Привет! – с наслаждением вдохнула родной запах волос она.

– С приездом! – Зина Олеговна подняла голову и заглянула в глаза дочери. Обняла ее лицо ладонями, жадно рассматривая каждую черточку. – Ну что же вы стоите! – Спохватилась женщина, – Идемте в дом! Светочка, здравствуй!

– Здравствуйте, теть Зин! – брюнетка тоже обняла маму подруги. – Сейчас, только вещи заберем.

Марина помогла подруге вытащить чемодан и достала переноску с Мотей.

– Маша уже спит? – спросила Марина.

– Нет, – засмеялась Зина Олеговна, – она ждет тебя. Соскучилась. С трудом заставила ее подождать в доме, а то простудится еще, а ей нельзя.

– Мамочка, мамочка! – Машка вихрем вылетела с кухни и повисла на шее матери, когда они вошли.

Марина прижала девочку к себе, поцеловала ее русую макушку.

– Привет, солнышко! – выдохнула она, наслаждаясь объятиями, – Я так соскучилась!

– И я! – призналась Маша. Она удивленно посмотрела на переноску, – А что это?

Марина только сейчас вспомнила, что привезла Мотю с собой.

– Это мой сюрприз, – засмеялась девушка.

Она опустилась на колени, открыла переноску и вытащила упирающегося шпица.

Машка села прямо на пол рядом с матерью. Она удивленно округлила глаза и уставилась на Матильду, которая настороженно следила за ней черными бусинками глаз. Псинка осторожно принюхивалась. Ну а вдруг начнут обижать? Хотя не похоже. Ребенок подозрительно сильно был похож на хозяйку, даже пахло от нее почти так же.

– Мама… – шепотом произнесла девочка, она переводила взгляд с собачки на маму, – это… это что, собака? Мне?

– Ее зовут Матильда, – кивнула Марина.

Она смотрела, как огромные сине-зеленые глаза ее дочери медленно наполняются слезами, щеки наливаются румянцем, а розовые губки слегка дрожат, и была счастлива, что Маша так радуется собачке.

– Можно мне ее подержать? – дрожащим от волнения голосом спросила девочка.

– Конечно, только у нее непростой характер. Осторожней.

Марина протянула белый пушистый комочек Маше. Осторожно, будто хрустальную вазу, девочка взяла собачку и прижала ее к груди, а потом всхлипнула и опустила личико в шелковистую шерсть.

Матильда хоть и была возмущена тем, что хозяйка передала ее в руки странной девочки, но прижалась к ребенку и затихла. От малышки исходила какая-то особая энергия. Светлая и очень приятная.

– Она просто чудо! – сквозь слезы улыбнулась девочка, баюкая на коленях притихшую Мотю. – Спасибо!

Когда Маша унесла собачку к себе в комнату, Марина и Света остались поговорить с родителями на кухне.

– Я звонила в клинику, – сказала Марина, – нас ждут через два дня.

– Слава богу! – воскликнула Зина Олеговна, – Мы сделали все необходимые анализы. Так что все готово. Но так не хочется расставаться!

Марина взяла маму за руку, поднесла ее ладонь к губам и поцеловала.

– Мы скоро увидимся! Ты же знаешь, что как только Маша поправится, мы переедем жить сюда и будем видеться часто.

На лицо женщины набежала тень.

– Ты все же решила уйти от мужа? – спросила она.

– Решила! И даже не переубеждай меня! Нам с Машей так будет лучше!

– Хорошо, только не нервничай. Я понимаю, что ты обижена на Виталика, но он тоже переживает!

– Мама, – Марина раздраженно дернула плечом, – ну с чего ты это взяла?

– Он звонил мне вчера, – призналась женщина.

– Что? – вклинилась молчавшая до этого времени Света.

– Что он хотел? – холодно осведомилась Марина.

– Хотел поговорить с тобой, – Зина Олеговна чувствовала себя виноватой перед дочерью, но и зятя стало жалко, – ему очень плохо, Мариш.

– Пить надо меньше! – снова вклинилась Светлана.

– Мама, – сделав глубокий вдох, произнесла Марина, – он отдал деньги, которые я копила на операцию, бандитам. Нашу машину тоже! Ты понимаешь, что я не могу больше жить с таким мужчиной? Только благодаря моему начальнику машину мне вернули. Он же договорился с клиникой и оплачивает лечение Маши. А ты представь на секундочку, что было бы, если бы Александр Викторович не стал мне помогать? Виталик не думает ни о ком, кроме себя. Как и его мать. Да я… даже квартиру готова им оставить, лишь бы они оставили меня в покое!

– Ну, это ты совсем погорячилась, – поморщилась Света, – на тему квартиры мы еще поговорим. Сейчас в тебе говорит гордость, тебе хочется быстрее прекратить эту историю и забыть о браке, как о страшном сне. Но ты о дочери подумала? Это ваша квартира! И ей она тоже принадлежит. Так что не разбрасывайся чужим имуществом!

– Я просто хочу, чтобы у тебя все было хорошо, – вздохнула Зина Олеговна, – если так тебе будет лучше, то я всегда поддержу!

– Спасибо, мамочка!

Утром Марина, Света и Маша вернулись в Москву. Мотя с девочкой подружились и души не чаяли друг в друге. Собачка не отходила от маленькой хозяйки ни на шаг, позволяла делать себе забавные прически, стойко сносила все укутывания в одеяло, даже разрешила покатать себя на коляске вместо куклы. Но когда дочка решила попробовать нарядить собачку в кукольный наряд, Марина воспротивилась, пообещав купить Матильде гардероб, но специальный для собак, чтобы тот не доставлял никакого дискомфорта своей модели. Кажется, Маша и Мотя с радостью приняли ее предложение.

– Я просто поражаюсь, – делилась Смирнова с подругой, – когда я в первый раз увидела Матильду, клянусь, мне показалось, что она бежит меня убивать! Такая злая была! А Машке позволяет делать с собой все, что та захочет.

– Ничего удивительного, – смеялась Света, – собаки чувствуют людей. Мотя никогда не обидит ребенка, тем более твоего! Ты ведь ее обожаемая хозяйка, а Машка – продолжение тебя! И это очень хорошо, что ты привезла дочери собачку. Ей сейчас просто необходимы положительные эмоции.

Марина тоже об этом думала, но она сама очень нервничала. Предстоящая операция вселяла надежду, что Маша поправится, но она, как любая мать, не могла не переживать о том, как все пройдет.

В клинике их уже ждали. Девочке приготовили отличную палату, в которой Маша чувствовала себя как дома. Устроив дочь, Марина пообщалась с лечащим врачом, обсудила все нюансы, задала все интересующие ее вопросы и немного успокоилась. Оставалось только назначить день операции.

* * *

Как мучительно медленно тянется время. Секунда за секундой, словно в вакууме капля воды, бесконечно долго перекатывается, никуда не спеша. Стрелка часов застыла. Остановилась. Как и все внутри, будто заледенело, обрастая толстым слоем холодного кокона. Звуки пропали, исчезли запахи и вкусы. Не осталось ни-че-го…

Стук в дверь и робкое:

– Александр Викторович, я принесла документы на подпись, – Леночка боязливо заглянула в кабинет шефа.

– Проходите, – он приглашающе махнул рукой на стул рядом со столом.

Девушка приблизилась, но сесть так и не решилась. Она настороженно наблюдала за выражением лица Давыдова. С тех пор, как он вернулся из той командировки, почти не выходил из своего кабинета, почти не разговаривал и как будто вообще потерял интерес ко всему, что происходит на фирме.

– Присаживайтесь, – босс оторвал взгляд от настольного маятника-антистресса, разглядыванием которого занимался последние полчаса, – что у вас?

Девушка протянула бумаги, приготовленные для подписи. Вообще в отделе кадров творилось черт знает что. Смирнова ушла в отпуск, тут же главный бухгалтер Любовь Георгиевна взяла отпуск за свой счет. Пришлось быстро подбирать кандидата на ее замену, а поскольку Марины тоже не было, кандидаты были так себе, но делать нечего. Отдел кадров был вынужден принимать срочные решения, переставлять людей, готовить приказы. И все это легло на плечи бедной Леночки, ведь ее непосредственный начальник слег с сезонной простудой. Весна в этом году в Москву пришла довольно поздно, а потом и вовсе передумала и решила уйти назад, оставив вместо себя проливные дожди и холодный ветер. Девушка сама тайком попивала на работе горячие противопростудные напитки, боясь заболеть.

Давыдов просматривал принесенные ею документы, а Леночка украдкой оценивала светло-бронзовый загар начальника и суровое выражение лица. Что же это за командировка такая у него была?

Но Александру не было дела до умозаключений кадровички. Он впился взглядом в знакомое имя, которое выхватил, читая приказ. «… назначить на должность Смирновой Марины Николаевны на время отпуска…». Руки непроизвольно сжались в кулаки. Сколько времени прошло с тех пор, как они попрощались в аэропорту? День? Два? Неделя? Все слилось в один тугой комок из глухой злости, ревности и боли, а еще… сожаления… Отпустил. Зачем?

Ведь на самом деле он просто не смог побороть свой страх, переступить через сомнения, отпустил… думал, так будет лучше. Кому? Ей? Наверное…

Взял со стола ручку и поставил размашистую подпись на первом приказе. Леночка облегченно выдохнула. Шеф показался ей немного странным, она даже боялась, что сегодня он ее отправит и ничего не подпишет. И все опять придется разруливать ей.

Стараясь не думать больше о взгляде бирюзовых глаз, Александр подписывал документы.

– Какое сегодня число? – поинтересовался Давыдов, сверяя даты в бумагах.

– Двадцать четвертое мая, – с готовностью ответила девушка.

Рука над столом замерла, так и не поставив очередную подпись.

Двадцать четвертое… сегодня назначена операция для Маши…

Покосился на часы. Нужно позвонить в клинику и узнать, как все прошло. Он же оплачивает операцию, делает пожертвования для клиники, имеет же он право знать, как здоровье у маленькой пациентки, за самочувствие которой он так переживает? Быстрее бы закончились эти чертовы бумаги!

Глава 26

– Вам туда нельзя! – послышался возмущенный голос Лилии Владимировны из приемной.

Неясный шум привлек внимание и Леночки.

С грохотом распахнулась дверь. На пороге стоял высокий мужчина в кожаных штанах, ботинках на толстой подошве, черной футболке и мотоциклетной куртке нараспашку. Вот в рукав той самой куртки и вцепилась Лилия Владимировна хваткой, коей позавидовал бы любой бульдог.

– Александр Викторович занят! – не оставляла надежды воззвать к разуму гостя секретарь.

Мужчина окинул кабинет веселым взглядом, подмигнул вмиг покрасневшей Леночке, посмотрел на мрачного Давыдова и широко улыбнулся.

– Братец, мне тут говорят, что ты занят! – иронично проговорил он.

– Тебе не врут, – безразлично ответил хозяин кабинета, – Лилия Владимировна, пропустите!

Женщина разжала пальцы, подозрительно переводя взгляд с одного мужчины на другого. Поправила съехавшие на нос очки и поджала губы. Гость взял ее ладонь и поднес ее к губам.

– Мадам, вы потрясающая женщина! – проворковал незнакомец.

От удивления у Лилии Владимировны глаза чуть не вылезли из орбит, рискуя сломать оправу очков. Она приоткрыла рот и томно выдохнула.

– Даниил, войди в кабинет и оставь в покое моего секретаря! – холодный голос Давыдова заставил женщину отмереть и ретироваться на свое рабочее место.

Даниил шагнул в кабинет. Александр поставил последнюю подпись и протянул бумаги девушке.

– Елена Дмитриевна, можете идти, – сказал он.

Леночка послушно поднялась, забрала документы, зыркнула на гостя, ведь страсть как было любопытно, что это за тип такой, что может вот так без стука вваливаться в кабинет Давыдова.

– Спасибо, – все еще медлила она.

– До свидания, – не оставил выбора шеф.

За это время и незнакомец приблизился. Он как-то странно посмотрел на кадровичку, чем вогнал ее в краску. Дольше задерживаться уже было просто неприлично, и девушка поспешила уйти.

– Елена? Серьезно? – почему-то в голосе незваного гостя скользили смешливые нотки.

Закрывшаяся за спиной дверь не оставила больше надежды услышать что-то еще, оставляя двух мужчин наедине.

– Ты принимаешь на работу сотрудниц только благодаря имени Елена? – Даниил выгнул бровь и с ухмылкой посмотрел на брата.

Тот не отреагировал.

– Что ты здесь делаешь? – холодно спросил он.

– А что, я не могу навестить младшего братишку? – в притворном изумлении раскинул руки Даниил, – Может быть, я соскучился?

– Навестил? – не стал принимать участие в этом представлении Александр. – Можешь быть свободен, у меня дела!

– Еще нет! – Даня нахально уселся за стол и откинулся на спинку кресла. – Не хочешь меня кофе угостить?

– Не хочу.

– Ой, да перестань! – скривился Даниил, протянул руку и толкнул шарик на антистрессе. Маятник отлетел, чтобы вернуться и толкнуть собой своего соседа. Тук-тук-тук! – Неужели ты до сих пор на меня злишься из-за Елены?

Александр встал из-за стола. Недобро глянул на гостя и повернулся к нему спиной, глядя на город, расстилающийся перед ним.

– Не злюсь, – тихо признался после небольшой паузы, – теперь…

Выдохнул сквозь сжатые зубы, тряхнул головой. Ведь действительно не злится больше. Осознание пришло только сейчас, что глухая боль, терзавшая все эти годы, куда-то отступила. Он только сейчас понял, что Елена больше не занимает главное место в его жизни. Не тогда, когда он увидел ее спящую на плече его брата, ни на и свадьбе, когда любимая женщина стала женой другого, ни даже тогда, когда она родила ему детей. Только сейчас, когда он позволил себе думать о другой женщине, о Марине, ворвавшейся в его жизнь и сердце. Марина…

Краем глаза увидел, что брат тоже приблизился и встал рядом.

– Я попрощаться приехал, – признался Дан, – и попросить прощения…

– Попрощаться? – Александр с интересом посмотрел на брата, – Ты уезжаешь?

Тот пожал плечами.

– Да, мне предложили проект в Токио, нашлись инвесторы, так что поеду покорять Страну Восходящего солнца.

Что-то в его голосе было обреченное, несмотря на напускную веселость.

– А… жена? – осторожно спросил Давыдов.

Он сильно сомневался, что Елена согласится переехать.

– А нет у меня больше жены, – внезапно повернулся Даниил и посмотрел Александру в глаза, – она ушла от меня.

Сейчас, глядя в глаза своему брату, Александр испытывал сочувствие. Не было ни злорадства, ни удовлетворения.

– Елена нашла себе американского миллионера и укатила в Штаты. Детей, конечно, забрала с собой, – с горечью произнес Даниил.

– Мне жаль…

Старший брат дернул уголком рта.

– Жаль? Вот почему ты такой? Ты святой? Скажи, что я это заслужил! Ведь это я увел у тебя невесту. Просто хотел сделать тебе больно. Знаешь, как я тебя ненавидел! С тех пор, как отец нас бросил, мечтал, чтобы ты узнал, что такое боль, когда близкий человек тебя предает, отворачивается от тебя, будто ты пустое место.

Давыдов ошеломленно смотрел на брата.

– Но ведь я не виноват в том, что наш отец ушел от твоей матери, – проговорил он.

– Не виноват. Это я сейчас понимаю. Это был выбор отца. Да я даже не смог возненавидеть Веронику! И от этого еще паршивее. Елена была милая, смотрела на тебя влюбленными глазами. И я все время думал – а почему не я? Почему моему младшему брату достается все? Разбогатевший отец дал тебе все, у тебя была полная семья с любящими родителями, даже самая красивая девушка досталась тебе. Просто так…

Они помолчали, думая каждый о своем.

– Я решил сделать все, лишь бы отнять у тебя ее, – продолжил свою исповедь Даня, – стал оказывать ей знаки внимания, дарить дорогие подарки. Ты об этом знал? Нет? Я так и думал! Я видел, что Елена колеблется. С одной стороны у нее был ты со стопроцентной вероятностью брака и перспективы беззаботной жизни, с другой я, уже обеспеченный, но не думающий о семье. Я решил помочь ей сделать выбор… В тот вечер мы немного выпили, расслабились…

– И ты ее соблазнил, – закончил за него Давыдов, сжимая кулаки.

– Хотел… – с улыбкой признался Даниил, – но не успел, она заснула. Я ведь не насильник. Отнес ее в комнату и уложил спать. Не могу сказать, что мне это не понравилось…

Александр развернулся и со всей силы ударил брата по лицу, вкладывая в этот удар всю накопившуюся ярость. От неожиданности Даниил отлетел к столу, зацепил рукой письменные принадлежности и телефон. Все это с грохотом полетело на пол. Лилия Владимировна открыла дверь и с любопытством заглянула внутрь.

– Все в порядке? – спросила она, глядя на шефа, который просто кипел от ярости.

– Дверь закрыла, быстро! – рявкнул на нее Давыдов, делая шаг к брату и хватая его за куртку.

Дверь в кабинет хлопнула, а Александр притянул к себе соперника и зло проговорил:

– Какая ты скотина! Из-за своего эгоизма всем испортил жизнь: Елене, мне, даже себе! Ты совсем больной? Почему ты мне тогда не сказал, что ничего не было?

Даниил улыбнулся. Из его разбитой губы текла кровь.

– В ту ночь не было, зато было в следующую, – с отвращением произнес он, только непонятно было, к кому именно он испытывает эти чувства, – она сама ко мне пришла! Я тебе говорил, что Елена не та, кем всегда хотела казаться! Расчетливая, эгоистичная, корыстолюбивая дрянь!

– Отличная пара для тебя! – Давыдов медленно разжал пальцы и оттолкнул Даниила.

Ему было противно думать обо всем этом.

– Сначала я просто хотел сделать тебе больно, – Даниил опустил голову, – а потом сам потерял голову и не заметил, как влюбился… Прости меня!

Александр отвернулся от него. Много лет они избегали этого разговора. Время притупило боль, причиненную близкими людьми, оставив только горечь на губах и сожаление о прошлом.

– Я давно тебя простил, – сказал чистую правду Александр.

Сейчас между братьями будто рухнула стена, разделявшая их все эти годы, будто не было женщины, вставшей между ними. В то мгновение они были просто сыновьями своего отца, каждый со своей судьбой.

– Простил, когда встретил Марину? – улыбнулся Дан.

– Раньше, – признался Александр, – но ты прав! Марина очень меня изменила.

Печальные нотки не укрылись от внимания брата.

– Тебе с ней повезло гораздо больше, чем мне с Еленой, – хмыкнул он.

Повезло… Это как сказать. Повезло ее встретить, но не повезло полюбить ту, кто была чужой женой.

– Она просто потрясающая женщина! Береги ее! – голос Даниила доносился словно издалека.

Внезапный телефонный звонок не дал ответить Александру. Давыдов подошел к столу, взял трубку и нажал на «прием».

– Слушаю! – настороженно произнес он, бросив взгляд на часы, а потом нахмурился. – Что-то случилось?

Даниил с интересом наблюдал за сменой выражения лица у брата. Вмиг не осталось и доли той решительности, которая была буквально минуту назад. Сейчас мужчина был растерян и взволнован.

– Что? – этот вопрос он выкрикнул и стукнул кулаком по столу, – Нет! Я не давал никаких указаний! Деньги вернуть не требовал! Да как вообще такое может быть? Когда это случилось? Мама девочки в курсе? Что значит, вы не знаете? А кто должен это знать?

Давыдов выдохнул сквозь сжатые зубы, слушая собеседника, потом не выдержал и перебил:

– Значит так! Деньги никому никуда ни под каким предлогом не отдавать! Я сейчас приеду, пусть служба безопасности подготовит мне все записи видеонаблюдений. Да! Я хочу увидеть, как это произошло! И молитесь, чтобы девочка нашлась, и с ней все было в порядке! Если с Машей хоть что-нибудь случится, я разберу вашу клинику по камешку, а вам всем впаяю такой иск, что вы все пожизненно будете отрабатывать! Это ясно?

Давыдов отшвырнул от себя несчастный телефон, будто это была ядовитая змея. Схватился за голову и провел пальцами по волосам.

– Что случилось? – осторожно спросил Даня.

– Маша пропала, – как-то глухо произнес Александр, выключая компьютер и закрывая сейф.

– Маша? Сестра Марины?

– Дочь…

Ответ стал неожиданностью для Даниила.

– У Марины есть дочь? – переспросил он.

– Есть. И ей нужна операция на сердце. Сегодня ее должны были провести… но явился ее отец, подписал отказ от операции и забрал девочку.

– Вот говнюк!

– Не то слово! Эта сволочь еще пыталась стребовать деньги, которые заплатили за операцию. Сказал, что раз лечения не состоялось, нужно вернуть деньги. Но он просчитался. Договор клиника подписывала со мной. Марина была просто представителем несовершеннолетней. Найду урода – убью!

– Я помогу! – улыбнулся Даниил.

Александр недоуменно уставился на брата.

– Ты хочешь помочь? Почему? – спросил он.

Даниил растянул губы в хищной улыбке.

– Ну, это же Марина! Кстати, где она?

– Не знаю! Доктор сказал, что она приехала утром, не застала дочь, выяснила, что папашка забрал девочку, и уехала. Вот это меня и беспокоит больше всего! Куда она могла поехать?

Александр набрал номер Смирновой.

«Абонент не отвечает или временно недоступен», – бесстрастный женский голос посеял в душе еще большую тревогу.

– Поехали! – скомандовал Даниил, – А по дороге ты мне все расскажешь!

В приемную вышли вместе. У Лилии Владимировны глаза снова совершили попытку покинуть свое место и обжиться на лбу. Секретарь даже привстала. Ведь она совершенно отчетливо видела, как Давыдов бил гостя. Сейчас они выходили вместе, кажется, вполне довольные друг другом.

– Лилия Владимировна, – сказал шеф, – меня сегодня уже не будет. Отмените все встречи и на сегодня, и на завтра. Завтра меня тоже скорей всего не будет. До свидания!

Больше не собираясь тратить ни секунды, Александр Викторович поспешил к выходу. Даниил задержался. Он щелкнул каблуками, склонил голову в намеке на поклон.

– Мадам, – произнес он, – разрешите откланяться!

Не дожидаясь ответа, поспешил за братом, оставив секретаря хлопать глазами.

Пока шли к парковке, Александр рассказал в двух словах о жизненной ситуации Марины.

– Так вы не женаты! – хохотнул Дан.

– Пока нет, – отмахнулся Давыдов, – сейчас не это самое главное! Надо найти их! Ты не представляешь, что за тип этот муженек! У меня давно руки чесались свернуть ему шею. Еще когда я в первый раз увидел синяки на теле Марины! А после такого просто закопаю!

– Я потом буду требовать с тебя все подробности вашей авантюры, – хмыкнул Даниил, – ты мне расскажешь, как решился на такое. Ты прав, сейчас главное найти девочек. У меня есть знакомые в розыске. Толковые ребята. Могут пробить геолокацию по номеру телефона.

– Хорошо, а я снова объявлю машину Марины в розыск, так мы хотя бы будем знать, куда она могла поехать, – согласился Александр.

Даниил снова посмотрел на младшего брата, будто впервые увидел его.

– Я даже не хочу спрашивать, когда и зачем ты это уже делал, – сказал он. – Поехали на мотоцикле, так будет быстрее!

Несколько мгновений Давыдов колебался, потом качнул головой:

– Нет, машина нам тоже нужна, мы ведь не повезем больного ребенка на мотоцикле, когда их найдем.

Даниил кивнул, признавая правоту брата, и сел на свой байк.

– Тогда я вперед, а ты догоняй!

– Да, только я сначала заеду в одно место по дороге.

Глава 27

Во дворе дома, где жила Марина, ее машины не было. Впрочем, это было ожидаемо, но Александр на всякий случай решил заехать и проверить. Кто его знает, может быть все это умелый развод на деньги богатенького лоха? Не хотелось так думать, да и Марина не была похожа на женщину, способную на такое. Зато она могла ради дочери согласиться на что угодно, а если ее муж связался с бандюками, это добром не кончится.

Вышел из машины, набрал номер квартиры на домофоне, послушал гудки. Никто так и не ответил. Тогда он стал набирать все номера квартир в этом подъезде по очереди. На третьем номере ему повезло. Кто-то открыл подъездную дверь, даже не спросив, кто там. Но Александру сейчас было не до беспечности жителей этого дома. Он бросился по лестнице вверх. Остановился у двери, прислушался. Тихо. Нажал на кнопку звонка. Один раз, другой. Нет ответа. Тогда он начал стучать кулаком по холодному металлу двери, вымещая свое раздражение на ней. Результата нет. Тут приоткрылась соседняя дверь. Оттуда высунула любопытный нос тощенькая старушка.

– Ты чего шумишь? – дребезжащим голосом взвыла она, – Я сейчас вызову полицию! Это что за безобразие? Нет покою ни днем, ни ночью! Все ходют и ходют! Чего вам всем надо? Нет там никого! Уехали они!

Давыдов задумчиво посмотрел на бабульку.

– А кто ходит-то? – осторожно спросил он.

– Да много кто ходит! То бандиты с дубинками, то вот такие как ты – важные в костюмах, при часах! – она выразительно кивнула на левую руку Давыдова. – Думают, раз прилично оделись, цацки нацепили, стали уважаемыми людьми? Сталина на вас нет!

– Да погоди, мать! – слегка повысил голос Александр, – Чего хотят?

– Знамо чего хотят! – фыркнула старушка, – Денег! А денег у Смирновых никогда и не было!

Ничего нового он от нее не узнал. Больше не тратя времени на выслушивание рассуждений об образе жизни соседей, Давыдов спустился и вышел на улицу.

Не нравилось ему все это. Очень не нравилось.

Дворник, подметавший недалеко от подъезда тротуар, подозрительно косился на чужака. Большая тонированная машина, дорогой костюм – все это говорило о том, что человек не из простых.

– Уберите машину, – как можно вежливее сказал дядя Юра, – а то сейчас приедет «мусорка», не ровен час, поцарапает еще.

Надоели эти визитеры!

– Простите! – незнакомец не спешил убирать свою иномарку, ну что же, сам виноват, пусть потом претензии не предъявляет, – Вы всех в этом дворе знаете?

Бывший полковник нахмурился и крепче сжал древко метлы, чтобы в случае чего можно было дать по шее этому прохиндею.

– Возможно, – уклончиво ответил дворник.

– Семью Смирновых знаете? – не унимался подозрительный мужик.

– Знаю. А тебе чего?

– Я… – Давыдов запнулся на этом слове, – Я друг Марины. Она пропала… скажите, она приезжала сегодня?

Дворник перестал мести и окинул незнакомца более внимательным взглядом.

– Друг? – переспросил он.

– Да. Близкий.

Вот теперь дядя Юра понял, что человек перед ним не похож даже отдаленно на тех типов, что приезжали раньше. Было в нем что-то неуловимое. Смотрел мужчина прямо, глаза не бегали, да и движения у него были уверенные, не дерганные. Этот человек зарабатывает себе на жизнь не вымогательством.

– Да ведь Марина уехала давно, – решился сказать дворник. – Девочку забрала и уехала. Достала ее эта сумасшедшая семейка! А через пару дней и муженек ее со своей мамашей свалили. Инга Максимовна делала вид, что больна, а на самом деле сын снимал ей квартиру. Хотели Марину совсем заездить. После скандала с машиной у свекрови не было выбора. Либо уехать домой в деревню, либо пожить на квартире и подождать, пока невестка остынет. Не в первый раз такое.

– Давно это было?

– Так недели две уже! И с тех пор каждый день сюда приезжают какие-то уроды. Все ждут возвращения Витальки.

– Марина не появлялась? – еще раз уточнил Давыдов для своего успокоения.

– Нет.

– Спасибо вам большое! – Александр протянул мужчине руку для рукопожатия.

Дядя Юра пожал ее.

– Не за что, – кивнул он, – я тоже переживаю за девчонок. Присматривал за ними, даже вмешался пару раз, когда Виталька руки распускал.

Давыдов рыкнул и сжал кулаки.

– Вот моя визитка, если вдруг она появится, или еще что-то произойдет, дайте, пожалуйста, мне знать!

Александр протянул мужчине прямоугольную карточку. Дядя Юра взял.

– Еще раз спасибо! Всего хорошего! – Давыдов сел в машину и поспешил в клинику.

В клинике он пошел сразу в приемную главврача. Оттуда доносились возмущенные голоса. Голос брата он узнал сразу, а вот женский голос не слышал никогда.

– Александр Викторович, – главврач обрадовался вошедшему Давыдову и поднялся ему навстречу, – рад приветствовать вас!

– Добрый день, – сдержано поздоровался Александр. Окинул взглядом притихших Даниила и незнакомую брюнетку. – Что здесь происходит?

– Я представляю интересы моей клиентки, – отмерла брюнетка, – хочу подать иск на клинику и требую записи камер момента, когда благодаря халатности сотрудников больницы была похищена дочь Марины Смирновой.

Давыдов изумленно выгнул бровь. Хозяин кабинета беспомощно посмотрел на него.

– Дамочка, – наклонился к ней через стол Даниил, – а я представляю интересы Давыдова Александра Викторовича, который оплачивал операцию девочки, а теперь неизвестный требует эти деньги перевести ему на счет. Так что записи видеонаблюдений заберу я.

– Вам какие-то деньги важнее здоровья ребенка? – распалялась брюнетка.

– Нет, – ничуть не смутился Давыдов-старший, – но если мы найдем того, кто требует деньги, мы найдем и девочку.

– Прекратите! – слегка повысил голос Александр, – Вы оба правы! Девочка сейчас лишь способ добыть деньги для ее отца, – зло процедил он сквозь зубы. – Вы Светлана? – спросил он девушку.

Та кивнула, присматриваясь к мужчине.

– Александр, – коротко представился он, а затем повернулся к врачу, – как могло такое произойти?

Вопрос прозвучал холодно и очень жестко. Доктор побледнел.

– Понимаете, – начал путанно объяснять он, – отец девочки находится в законном браке с ее матерью и имеет одинаковые юридические права, как и Марина Николаевна. Он пришел рано утром, устроил скандал, что не давал своего согласия на проведение операции для его дочери. Заявил, что не согласен с рисками, которые могут возникнуть во время ее проведения. Написал заявление и забрал ребенка.

– Что за бред? – взвилась Светлана, – В документах, которые заполняла Марина, данных об отце никто не указывал! Даже в лицах, кому можно разглашать течение болезни, он не был записан. Марина мой телефон писала!

– Девушка, я вам еще раз повторяю, – взмолился врач, – отец девочки показал паспорт, в котором русским по белому было написано, что он находится в зарегистрированном браке с Мариной Смирновой, а Маша – его дочь. Вы понимаете, что мы не имели права ему отказывать?

Брюнетка поджала пухлые губки.

– То есть вас не смутило, что ребенку жизненно необходима эта операция?

– Смутило! Но проводить ее мы не имеем права без согласия родителей!

– Мы тратим время, – оборвал спор Давыдов, – покажите нам записи, нужно искать девочку.

Через час у них на руках были записи, на которых было хорошо видно, как Виталий уводит Машу.

– Мы не можем подать официально в розыск, – сказал Даниил брату, когда они выходили из здания больницы, – ведь о пропаже ребенка не было заявления от родителей. Можем только обратиться за помощью к знакомым.

– Но Марина тоже пропала, – скрипнул зубами Александр.

– А она взрослая! О ее пропаже могут принять заявление только через три дня.

– Зато мы можем привлечь Виталика за вымогательство денег, – приблизилась к ним Светлана, которая все это время прислушивалась к разговору.

Мужчины как по команде посмотрели на девушку.

– И откуда ты взялась такая умная? – улыбнулся ей Даниил, разворачиваясь и пристально всматриваясь в брюнетку.

Светлана проигнорировала его вопрос. Она откинула смоляную прядь и приблизилась к Давыдову.

– Я знаю, что Марина помчалась искать Машу, – заговорила девушка, – сейчас от ее придурка-мужа можно ожидать чего угодно. Она подала на развод, Виталик не отпустит ее просто так. Но я даже предположить не могла, что он будет мстить через болезнь ребенка! Вы ведь можете ей помочь?

– Я все для этого сделаю, – совершенно серьезно ответил Александр.

Глава 28

Марина смотрела на пустую кровать в палате своей дочери и не могла поверить в происходящее. Этого просто не может быть! Это какой-то страшный сон! Рядом что-то бормотала медсестра, говорила, что не имела права отказать отцу. Смирнова обернулась и спросила бесцветным голосом:

– Когда?

– Час назад, – с готовностью ответила перепуганная сестричка.

– Почему мне не позвонили?

– Так… ваш муж сказал, что вы ждете в машине… Ой! – девушка прижала ладошку к лицу, – Так вы не хотели отменять операцию? А как же… Степан Михайлович!

Медсестра побежала по коридору, догоняя одного из врачей. Марина проводила ее безразличным взглядом. Все краски в мире выцвели, стали блеклыми, в ушах стоял гул, во рту пересохло. Взгляд лихорадочно метался по палате. Почти все вещи Маши остались здесь. Телефон на тумбочке, ее лекарства. Лекарства! Несчастная мать застонала. Девочке необходимо их принимать регулярно, неужели Виталик так ослеплен ненавистью, что не думает о здоровье девочки? Да конечно не думает! Иначе не стал бы ее забирать отсюда.

Трясущимися руками она достала свой телефон, открыла телефонную книгу, нашла там номер мужа, разблокировала его и нажала на вызов. Развернулась и пошла по коридору. Больше не было смысла оставаться здесь.

Гудок. Второй.

– Мама! – голос Маши полоснул по сердцу матери и будто сорвал внутреннюю пружину. Девушка всхлипнула и разрыдалась. – Ты плачешь? Мама! – Марина пыталась справиться с собой, делала вдох и не могла произнести ни звука. Неясный шум и грубый голос: – Дай сюда! А вот и наша мама! Ну, привет, дорогая супруга!

– Виталий, как ты мог? – надломленным голосом проговорила Марина, с трудом выталкивая каждое слово. – Где Маша?

– Как я мог? – взвился муженек, – Как ты могла? Ты бросила меня, оставила разбираться с отморозками! Ты хоть понимаешь, что после того, как у них забрали машину, меня поставили на счетчик! Сумма растет каждый день. Я не собираюсь подыхать из-за того, что моя жена дрянь!

– Виталик, – взмолилась Марина, – давай поговорим!

– Я хотел с тобой поговорить! – закричал на том конце разъярённый муж, – Ты не хотела меня слушать!

– Но Маша тут причем? Ты ведь ее отец! Ты знаешь, что ей нужна операция! Зачем ты ее забрал?

– Заткнись! – прошипел супруг, – Она как-то дожила до сегодняшнего дня, может еще потерпеть немного! Уверен, твой любовник еще раз заплатит, а эти деньги сейчас нужны мне!

– Где Маша? – не помня себя от страха, закричала Марина.

– Хочешь увидеть Машу? – слышно было, как Виталик ухмыляется, – Привези мне машину и отдай деньги, которые заплатила за операцию!

Марина прикусила губу, не позволяя панике накрыть ее с головой. Время, ей нужно время. Главное найти Машу, а там она что-нибудь придумает.

– Хорошо! – сказала она, – Говори адрес!

До указанного места доехала почти не разбирая дороги. Ужас и паника гнали девушку на пределе допустимой скорости. Марина ехала бы быстрее, но не хотела привлекать к себе внимание сотрудников ДПС. Прощаясь, муж явно дал понять, что не следует никому говорить о месте встречи, тем более привлекать сотрудников полиции. Смирнова верила, что Виталик не способен причинить вред их дочери, но червь сомнения прочно поселился в душе и настаивал быть осторожной.

Навигатор предупредил о следующем повороте, и Марина свернула на проселочную дорогу. Впереди было поле, справа посадка. Дорога вконец испортилась. Машину подбрасывало на ухабах. Телефон, лежавший на пассажирском сидении, на очередной кочке подпрыгнул, будто живой, и упал на пол. Видимо, упал не очень удачно. Экран мигнул и погас. Девушка даже не обратила на это никакого внимания. Это меньшее, что ее волновало в ту минуту.

Посадка кончилась, а дорога уперлась в разветвление.

– Поверните направо, – скомандовал механический голос.

Марина послушно вывернула руль и покатила по грунтовке.

– Прямо три километра, – указал направление прибор.

Дорога свернула в лесок, пересекла ручей и вывела в небольшую деревеньку, если можно так назвать пять покосившихся домиков. Худая черная корова паслась на обочине, уныло провожая взглядом красный автомобиль, казавшийся здесь совершенно неуместным, как будто сбежавшим из другого мира или времени.

– До конца маршрута осталось двести метров, – порадовал навигатор.

Стрелка на экране показывала на последний дом, стоявший на опушке леса.

– Вы приехали. Вы приехали.

Марина провела пальцами по экрану, встроенному в приборную панель, выключая его. Заглушила мотор и вышла из машины. Ничто не указывало на то, что в доме хоть кто-то живет.

Скрипнула входная дверь. На крыльцо вышел Виталий. Марина не сразу узнала в этом мужчине своего супруга. Одет он был в охотничий костюм защитного цвета, под глазами пролегли глубокие темные круги, черты лица заострились и осунулись. Его глаза блестели как в лихорадке, а на губах блуждала какая-то дикая улыбка. В руках мужчина держал обрез.

Виталик молча смотрел на жену, привалившись на дверной косяк.

– Привет, любимая! – наигранно-жизнерадостно проговорил супруг.

Марина настороженно рассматривала человека, с которым прожила столько лет и даже не подозревала, что внутри него прячется дикий зверь.

– Где Маша? – проигнорировала приветствие девушка, не сводя глаз с оружия в руках мужа.

– Маша ждет тебя! – широко улыбнулся Виталик.

Отстраненно Марина отметила, что в улыбке не хватает парочки зубов, да и нос мужа выглядит иначе, будто съехавший на бок.

– Нравлюсь? – снова щербато улыбнулся Виталик.

Девушка сочла за благо промолчать.

– А ты шикарно выглядишь, – признал мужчина, – посвежевшая, загоревшая. Где шлялась, милая? – вопрос прозвучал почти ласково, однако от него у Смирновой по спине побежали мурашки. Глаза мужа не выражали и сотой доли ласки, с которой он говорил, напротив, смотрели с больной ненавистью.

Марина не стала отвечать на провокацию.

– Зачем тебе оружие? – напряженно спросила она.

– А ты думаешь, я здесь живу, потому что воздух вокруг свежий? На меня ведется охота! И если я завтра не отдам им нужную сумму, меня закатают в асфальт! И это не просто слова!

Он махнул стволом.

– Зайди в дом, – велел он, – там поговорим.

Марина осторожно приблизилась к крыльцу. Поднялась по ступенькам. Виталий все это время пристально наблюдал за ней. Когда девушка поднялась и остановилась прямо перед ним, какое-то время так и стоял, всматриваясь в глаза жены. Марину замутило от запаха перегара и немытого тела. Видимо, что-то такое отразилось на ее лице, супруг хмыкнул и сделал шаг в сторону, пропуская девушку в дом. За спиной захлопнулась дверь, отрезая чету Смирновых от всего мира.

Марина осматривалась в полумраке помещения. Пахло пылью и плесенью. Чувствовалось, что здесь уже давно никто не жил.

– Где Маша? – снова повторила она свой вопрос.

– Деньги привезла? – похоже, Виталия интересовал только этот вопрос.

– Я привезла тебе машину, – Марина очень надеялась, что теперь, глядя в глаза друг другу, она сможет убедить мужа, что здоровье их ребенка сейчас важнее всего, – пожалуйста, скажи, где наша дочь! Ей необходима операция! А деньги… обещаю, я найду тебе нужную сумму!

Виталий приблизился вплотную.

– Куда. Ты. Дела. Деньги? – выделяя каждое слово, спросил он.

– У меня их нет! – только сейчас Марина поняла, какой дурой она была, что поехала на встречу к мужу и никому об этом не сказала. Он же ненормальный! – Все ушло на лекарства и подготовку к операции. Ты ведь сам забрал часть денег!

– Ну ты ведь заплатила за лечение в самой дорогой клинике города! Значит, они у тебя были!

– Деньги на лечение Маши дал мой начальник…

Марина не успела договорить. Сильная, обжигающая боль пронзила ее щеку. Схватившись за лицо, девушка зажмурилась в ожидании, когда мир перед глазами перестанет кружиться, а в ушах прекратится противный звон.

– Проститутка! – выплюнул муж, потирая руку, – Я так и знал, что нашла себе любовника и кувыркалась с ним за деньги все это время! Дрянь!

Следующий удар уже не был для Марины неожиданным, и она выставила вперед руку, стараясь прикрыться, что еще больше разозлило Виталика. Он ударил ее в живот, заставляя согнуться пополам и убрать руки от лица, после чего схватил одной рукой за волосы, поднимая голову вверх, а второй рукой взял за шею. С удовольствием наблюдая, как жена беспомощно хватает ртом воздух, а в глазах полыхает ужас, растянул губы в улыбке.

– Ну ты и сука, Маринка! – протянул он, – Если денег не будет до утра, я тебя отдам этим отморозкам! Будешь им отрабатывать должок. У тебя это хорошо получается, раз заработала такую сумму так быстро!

Он чуть сжал пальцы на горле девушки, а затем потянул ее вверх, вынуждая выпрямиться, и в сторону. Грубо втолкнул ее в крошечную комнатушку, швырнул на пол и закрыл дверь. Марина осталась одна в полной темноте. Здесь не было ни выключателя, ни окна.

Глава 29

Сжавшись в комок, девушка старалась восстановить дыхание. По лицу катились слезы отчаяния и боли. С трудом поднявшись на ноги, Марина на ощупь стала продвигаться к двери. Дернула за ручку. Ожидаемо, дверь оказалась запертой. Дернула еще раз. Сильнее. Не помогло. Стукнула по деревянному полотну.

– Выпусти меня! – крикнула Смирнова, – Ты с ума сошел?

– Посидишь пока тут, – глухо прозвучал голос ее мужа.

В отчаянии девушка прижалась спиной к двери и опустилась на пол. Ее мысли будто парализовало. Мозг отказывался воспринимать вот такую реальность. Когда-то у нее была семья. Они с мужем любили друг друга. Родилась Маша. Появились трудности. Ведь девочку нужно было лечить. Но они обожали свою дочь и были готовы ради нее на все. Работали, как-то справлялись с трудностями. Что с ними стало? В какой момент все пошло не так? Супруги отдалились друг от друга, стали чужими людьми, врагами… Сейчас их разделяла не просто дверь в чулан, в котором оказалась заперта Марина, теперь между ними была пропасть.

Страх за жизнь дочери не позволял мыслить здраво. Она старалась гнать от себя дурные мысли, но те навязчиво кружились в голове.

– Виталик, – всхлипнула она, – пожалуйста! Маше нужно лекарство! Ей будет плохо!

Муж ничего не ответил на это, но через некоторое время она услышала:

– Это я. Как она? Хорошо. Дай ей ее таблетки. Нет! Я решаю этот вопрос! Все! Пока.

После этого стало немного легче. Пусть он не забрал лекарства из больницы, но он же знает, что нужно давать дочери, а купить новую упаковку можно в любой аптеке.

– Алло? Здравствуйте! Сегодня должна была состояться операция моей дочери. Да! Мария Смирнова. Да, я подписал отказ от оперативного вмешательства. Я хочу вернуть деньги, которые были перечислены на счет больницы. Как это деньги не возвращаются? Услуга не была оказана! Верните деньги за нее! Значит так, если вы сегодня же не вернете оплату на мой счет, я на вас в суд подам! Шарлатаны!

Что-то загремело.

– Твою мать!

Виталий ругался и лупил в стену кулаком. Марина снова сжалась. Слишком были свежи воспоминания о том, как у ее мужа случались вот такие приступы неконтролируемого гнева. Сейчас она даже порадовалась, что между ними есть преграда в виде двери, иначе запросто могло достаться и девушке.

Как странно тянется время в темноте. Когда человек оказывается один на один со своими страхами и мыслями, не имея представления, как долго это длится, реальность начинает восприниматься совсем по-другому. Может быть прошло всего несколько минут, а может быть уже целые сутки.

Марина смотрела в пространство перед собой и прислушивалась к звукам шагов через стену, как хлопала временами входная дверь, оставляя девушку одну в этом страшном доме, иногда до нее доносился запах дыма. Отвратительная привычка мужа всегда вызывала у Смирновой тошноту. Сейчас это помогало поддерживать связь с реальностью.

Усталость и эмоциональная перегрузка взяли свое. Несколько раз девушка проваливалась в тревожный сон, но просыпалась от каждого шороха и скрипа половиц в соседней комнате. В очередной раз, уплывая в бессознательность, Марина услышала вдалеке шум мотора. В памяти шевельнулось что-то, но тут же затихло. Прошло еще немного времени. Снова скрипнули половицы. Виталик тихо ругался сквозь зубы, перемещаясь по комнате. Потом что-то загремело, послышалась громкая ругань, грохот выстрела и какая-то оглушающая тишина после него.

Девушка отползла от двери. Испуганно закрыла рот руками, пряча рвущийся наружу крик. Громкие мужские голоса, неясный шум, а затем распахнулась дверь ее темницы. Яркий свет щедро пролился в чулан, почти ослепляя перепуганную Смирнову. В проеме стоял мужчина с обрезом в руках.

– Марина? – голос Давыдова в этой хибаре прозвучал невероятно, почти фантастически.

Александр уронил оружие на пол и шагнул внутрь. Воспринимая происходящее за часть своего бреда, Марина попятилась.

– Она здесь! – крикнул кому-то через плечо ее начальник, потом повернулся и снова посмотрел на девушку, – Марина, ты чего? Не бойся! Это же я!

Не дав ей опомниться, сократил между ними расстояние и обнял, крепко прижимая ее к груди, а потом зарылся лицом в волосы.

Оказавшись в кольце сильных рук, вдохнув знакомый аромат морского бриза, она осознала, что все это происходит на самом деле. Он нашел ее, спас…

– Саша! – выдохнула Марина, теснее прижимаясь к мужчине, – Это правда ты!

– А ты ждала кого-то другого? – с улыбкой спросил он.

– Нет! – призналась девушка, – Я вообще никого не ждала…

Ее ответ не понравился Давыдову. Он нахмурился и чуть отстранился. Взял девушку за подбородок, вынуждая посмотреть на себя.

– Глупая, самонадеянная девчонка! Почему ты ничего мне не сказала?

Марина растерянно хлопнула глазами.

– Не хотела грузить тебя своими проблемами. Зачем тебе это нужно было бы?

В темных глазах шефа полыхнуло что-то странное.

– Затем, – хрипло сказал он, – что я люблю тебя! Все твои проблемы – это мои проблемы, и я никогда больше не позволю тебе их решать самой! И не надо мне говорить, что ты замужем и не нуждаешься в моей заботе! После вот этого, – он обвел взглядом чулан, в котором они до сих пор стояли, – я не отпущу тебя ни на шаг!

– Ты ненастоящий? – подозрительно спросила Марина, вызвав его улыбку.

– Самый настоящий! – в подтверждение своих слов Давыдов наклонился и нежно поцеловал ее.

– Вполне убедительно! – улыбнулась Марина, но тут же скривилась от боли в разбитой губе.

Александр нахмурился и чуть повернул ее голову на свет. Увиденное ему не понравилось.

– Я его убью! – зло прошипел Давыдов.

Он взял девушку за руку и вывел в комнату. Теперь свет в помещении не казался таким ярким, как она думала. Просто от длительного сидения в темноте воспринимался ослепляющим. Сейчас уже глаза адаптировались. В доме горела одна лампочка. За окном было темно. Марина ошарашенно смотрела на людей в униформе и бронежилетах, которые, казалось, заняли собой все помещение. Она даже не сразу увидела Виталика, который сидел в наручниках, с разбитым лицом, заплывшим глазом и окровавленным носом. Смирнова смотрела на мужа и видела совершенно чужого человека, который кроме отвращения и гадливости не вызывал никаких эмоций. Будто какое-то мерзкое животное. Нет, ни одно животное в мире не способно на такие поступки.

– Девочки здесь нет, – к ним подошел мужчина в форме и с автоматом в руках.

Марина и так знала, что Маши тут и не было никогда, но все равно сердце пропустило удар. Она беспомощно посмотрела на Александра. Он сжал ее пальцы и сказал:

– Мы найдем ее! Обещаю!

– Он разговаривал по телефону с кем-то, – вспомнила Марина, – говорил дать Маше лекарство. Я думаю, что это была Инга Максимовна.

Давыдов опустил глаза и покачал головой.

– Мне жаль, – тихо сказал он, – но Даниил и Света были у твоей свекрови дома. Там нет никого.

– Даниил и Света? – Марина округлила глаза.

– Потом все расскажу, – пообещал мужчина.

Послышался издевательский смех, постепенно перерастающий в истерический хохот.

– Не все можешь, да, урод? – сквозь смех выплюнул Виталик, с ненавистью глядя на Давыдова.

– Я могу гораздо больше, чем ты можешь себе представить, – совершенно спокойно ответил Александр.

Марина приблизилась к мужу. Встала напротив него, заглянула в глаза.

– Виталь, – заговорила она, – все кончено! Нет смысла больше мучить дочь. Скажи мне, где она!

Муженек осклабился.

– Обойдешься!

– Ты злишься на меня, – не сдавалась девушка, – но при этом страдает твой ребенок.

Слово «твой» она выделила интонацией.

– Ты ведь ее отец, я не верю, что ты желаешь ей зла…

Загнанным в угол зверем смотрел на нее тот, кого она считала мужем. В его глазах не осталось ничего человеческого, только жажда крови и бездна ненависти.

– Твоя дочь может умереть только потому, что ее мать грязная подстилка, – сплюнул кровь на грязный пол Виталий, – вот и живи теперь с этим! С этими, – он кивнул на свой конвой, – тоже натурой будешь расплачиваться?

В следующий миг он полетел на пол вместе с опрокинутым стулом. Давыдов оттеснил Марину в сторону и уже склонялся над поверженным врагом, занося кулак для следующего удара. Девушка вскрикнула и вцепилась в локоть Александра.

– Саша! – закричала она, – Не надо! Я прошу тебя! Он того не стоит!

Мужчина в форме, который чуть раньше подходил к ним, сказал:

– Сань, девушка права. Давай мои бойцы с ним поговорят. Он быстро им все расскажет. Тем более, он ранил одного из наших…

Марина содрогнулась, вспомнив грохот выстрела. Ведь Виталик мог ранить кого угодно и даже убить. А если бы это был Давыдов? От одной только мысли ей стало нехорошо.

– Пойдем на воздух, – придержал девушку Александр.

На негнущихся ногах она вышла на улицу. Дом был оцеплен. Рядом стоял микроавтобус с тонированными окнами и две полицейские машины, а чуть поодаль валялся черный мотоцикл. Девушка вспомнила, что слышала в полусне звук мотора. Значит, не показалось…

– Как ты меня нашел? – спросила Марина, начиная дрожать.

Мужчина снял с себя куртку и накинул ей на плечи. Самодовольно улыбнулся и кивнул в сторону ее «Мазды».

– Когда я в первый раз искал твою машину, – сказал он, – я обратился за помощью к старому приятелю – майору ФСБ Кравцову. Тот нашел ее довольно быстро, и я решил, что раз ситуация с мужем у тебя такая, то стоит обезопасить твою машину от угона. Вот и поставил на нее джи-пи-эс жучок. Ну, а когда мне позвонили из клиники и сказали, что твой муж требует деньги за операцию, начал звонить тебе. Ты была недоступна. Вот и выяснил через спутник, куда тебя занесло. Телефон твой все это время в сети не появлялся, и я снова обратился за помощью к Кравцову, и вот мы здесь.

Он гладил дрожащую девушку по волосам и вспоминал свой ужас, когда они ворвались в дом, но Марину там не увидел. Эти несколько секунд, пока он не увидел замок на двери и не открыл его, показались вечностью.

– А Даня и Света? – вспомнила об этой странной парочке Марина.

Александр улыбнулся.

– Даниил явился ко мне в офис, – стал рассказывать он, – у нас состоялся очень трудный разговор, а потом позвонили из больницы. Дня сказал, что хочет помочь. Мы поехали в клинику, там познакомились с твоей подругой. Боевая она у тебя!

– Светик очень хорошая, – возразила Марина.

– Хорошая. – Не стал спорить Александр, – Она сказала, что знает, где живет твоя свекровь, что возможно Машу там и прячут. Вот они с Даниилом поехали туда на моей машине, а я на его мотоцикле рванул к тебе.

Марина смотрела на своего героя, а ее сердце то замирало, то билось сильнее, тонула во взгляде темных глаз и не желала возвращаться в действительность. Сказанные им слова любви до сих пор гремели фейерверком в голове. Он склонился к ней, обжигая дыханием. Уже почти привычно закружилась голова от ожидания поцелуя, когда вот так, всего миллиметры отделяют их друг от друга, когда мгновение тянется мучительно долго, когда одновременно хочется остановиться, но еще больше хочется ощутить его вкус на губах.

– Саня, – голос Кравцова заставил вздрогнуть, – есть адрес! Он признался!

Глава 30

Марина рвано выдохнула и схватилась за рукав Давыдова.

– Едем! – взволновано сказала она.

Александр посмотрел на друга, тот протянул ему бумажку с адресом.

– Езжайте, – сказал майор, – мы тут сами с ним закончим, – он кивнул в сторону дома. – Все равно нужно подождать следственный комитет. Торопитесь, верните девочку! Группу быстрого реагирования туда направлю, чтобы избежать проблем.

– Поехали на мотоцикле, – Давыдов повел девушку к нему, – на нем мы приедем быстрее, чем на машине.

– Не переживайте о ней, – кивнул Кравцов, – мы ее пригоним к Саше домой.

– Даня, – Александр уже говорил с братом по телефону, – да, Марина со мной. Сейчас пришлю тебе адрес, Маша там. Мы тоже выезжаем, скоро будем.

Марина с опаской посмотрела на взревевшего монстра, когда Давыдов запустил двигатель мотоцикла.

– Не бойся, – сказал ее спаситель, – только держись за меня крепче!

И она держалась! Изо всех сил прижималась к сильному телу мужчины, который мчал ее к пропавшей дочери. Который нашел ее, не взирая на то, что даже не мог предположить, где она. Который ради нее и Маши может совершить невозможное…

В город они действительно приехали довольно быстро. Гораздо быстрее, чем Марина добралась до дома, в котором ее ждал Виталий. Оказалось, все это время Машу прятали на окраине в спальном районе в съемной квартире. За девочкой присматривала Инга Максимовна. Когда Даниил и Света приехали к ним, она даже открывать им не стала. Сказала, что не собирается ни с кем говорить, но когда явилась команда майора, быстро передумала и стала уверять, что вообще понятия не имеет, что такого натворил ее сынок. Говорила, что внучку ей привез Виталик, ведь Марина после ссоры не давала видеться с ребенком, а живет она тут, потому что родная невестка выставила ее из дому. Как только Даниил со Светланой хотели забрать девочку, вредная тетка начала кричать, что нельзя забирать Машу у родной бабушки и отдавать ее совершенно посторонним людям. ФСБэшники посовещались между собой и приняли решение ждать мать девочки, чтобы вернуть ребенка ей.

Марина птицей взлетела на пятый этаж старой «хрущевки», вихрем ворвалась в квартиру, где сейчас обитала ее свекровь, и упала на колени рядом с кроватью спящей Маши. Стала обсыпать личико девочки поцелуями, щедро поливая его слезами.

Девочка спросонья не могла понять, что происходит. Сначала приехала тетя Света с незнакомым дядей, бабушка кричала, пила лекарство, потом приехали какие-то люди, показали бабушке документы, после чего бабушка расстроилась еще сильнее, а потом… потом она заснула.

– Мама? – улыбнулась Маша, – Почему ты плачешь?

– Я не плачу! – улыбнулась она сквозь слезы, – Я очень люблю тебя!

– Я тоже люблю тебя! – Девочка обняла мать. – Только не плачь, пожалуйста!

– Хорошо, я не буду! – пообещала Марина.

– Принесла тебя нелегкая! – свекровь сложила руки на груди и встала на пути.

– Отойдите, Инга Максимовна! Или я за себя не ручаюсь!

– Будешь бить старуху? – взвилась женщина. – Что от тебя еще ожидать? Сломала жизнь моему сыну, хочешь и внучки лишить?

– Ваш сын сломал жизнь себе сам! Да и внучки мог лишить, ведь он забрал Машу из клиники в тот день, когда должна была состояться операция.

Инга Максимовна бросила недобрый взгляд на Давыдова, который маячил за спиной у девушки мрачной тенью, поджала губы и хмыкнула.

– Думаю, мой сын был прав, ты падшая женщина! Неизвестно еще, моя ли внучка Маша? А то, может быть, все это время нянчила подкидыша!

– Бабушка… – Маша смотрела на нее огромными глазами, полными слез, – что ты говоришь?

– Ничего такого, что не может быть правдой! В нашей семье все здоровые, откуда мог взяться больной ребенок?

Марина сделала шаг к матери своего мужа. Та испуганно отступила.

– Значит все это время, когда вы кричали о своем больном сердце, вы врали? – прищурилась девушка.

Инга Максимовна захлопнула рот и отступила, освобождая проход.

Давыдов вывел Марину с дочерью на улицу, усадил их в свою машину. Света принялась обнимать подругу и причитать на тему того, какая та дуреха, что ничего ей не сказала, а поперлась искать своего ненормального мужа. У Марины не было уже сил на эти разговоры. Она клятвенно пообещала Светлане, что обязательно принесет ей свои глубочайшие извинения, но потом.

Даниил молча обнял Марину с девочкой, потом сказал, что никогда еще в своей жизни так не боялся.

Александр позвонил майору и сказал ему, что девочка нашлась.

– Спасибо тебе, я твой должник! – сказал он своему приятелю.

Попрощался с братом, поблагодарил его за помощь и пошел к машине.

– Подвезешь меня? – Светлана дотронулась до плеча Даниила.

Тот удивленно выгнул бровь.

– С удовольствием, – улыбнулся он.

Света села сзади и обняла Давыдова-старшего. Они оба думали о том, что Александру и Марине нужно поговорить наедине.

Смирнова этого не видела, она обнимала заснувшую дочь, и сама не заметила, как провалилась в сон.

Проснулась в незнакомой комнате на широкой кровати. События прошлой ночи обрушились страшными воспоминаниями. Резко села в постели и огляделась. На стене горел ночник, тускло освещая спальню. Рядом спала Маша. От облегчения захотелось плакать. Судорожно всхлипнув, прикусила губу и осторожно поцеловала дочь. Щемящее чувство нежности затопило все ее существо.

Неужели все закончилось?

Осторожно встав с кровати, вышла в коридор и огляделась.

– Не спится? – голос Александра застал ее врасплох.

Резко повернулась и посмотрела на Давыдова, наблюдавшего за ней в проеме дверей.

– Нет, а тебе? – улыбнулась девушка.

– Я охраняю ваш сон, – напустил на себя важный вид он.

Марина приблизилась к мужчине.

Несколько секунд они просто смотрели друг на друга, а потом она первая сделала последний шаг, обвила его шею руками и потянулась к губам. Отдаваясь поцелую без остатка, они срывали друг с друга одежду и бросали ее на пол. Александр приподнял Марину, она обвила его талию бедрами, продолжая наслаждаться поцелуем. Больше не нужно было слов, не требовались какие-либо доказательства их чувств. За них говорили их тела и разрывающая душу любовь, которую они столько времени скрывали даже от самих себя.

Это было самое чудесное на свете утро. Проснувшись, Марина с наслаждением вдохнула аромат кофе. На прикроватной тумбочке ее ждала кружка с бесподобным напитком. Девушка села в кровати и сладко потянулась. Все, что здесь произошло ночью, настойчиво крутилось в памяти, вызывая румянец на щеках и сладкое томление внизу живота. Александр был невероятно нежным и очень страстным. Заставлял выкрикивать его имя вновь и вновь, срывая с ее губ признания в любви и возвращая их каждым своим прикосновением.

– Проснулась, соня? – Александр заглянул в спальню.

– Доброе утро! – краснея, ответила девушка.

Мужчина тоже улыбнулся, подошел к кровати и поцеловал Марину.

– Доброе утро, любимая!

– Который час? – встрепенулась она.

– Скоро двенадцать. Маша уже позавтракала. Я позвонил в клинику, они готовы провести операцию завтра. Сегодня будем отдыхать!

Эпилог

– Ну, как она? – Александр встал, увидев доктора, выходящего из операционного блока.

Он несколько часов провел в этом ужасном коридоре, сходя с ума от беспокойства. Никогда раньше не замечал, как угнетают белые стены больницы. Здесь будто все пропитано тревогой за жизнь близких людей.

– Все прошло хорошо, – устало сказал доктор.

– Мне можно к ней?

– Пока нельзя. Скоро мы переведем ее в палату, и там вы сможете ее увидеть.

– А моя дочь?

Доктор улыбнулся тепло и беззаботно.

– С девочкой все в порядке! Три восемьсот, пятьдесят три сантиметра. И мама, и ребенок чувствуют себя отлично. Все хорошо! Не переживайте!

– Спасибо, доктор!

Давыдов снова опустился в кресло.

Дочь! У него родилась дочь!

Он был так же счастлив, как в тот момент, когда Марина сказала ему «да». Как давно это было!

Прошло три года с тех пор, как Маше сделали операцию. Операция прошла успешно, и девочка чувствовала себя хорошо. Она даже смогла вернуться в школу, завести себе друзей и поступила в художественную школу, о которой мечтала столько лет.

Бывшего мужа Марины осудили на десять лет лишения свободы. Адвокат на суде пытался доказать, что действовал Виталий в состоянии аффекта и вообще имел психическую нестабильность. Но суд не принял это во внимание.

Выяснилось, что Смирнов узнал об операции дочери от матери Марины. Он звонил ей несколько раз, умолял позволить встретиться с дочерью. Но теща была непреклонна, она лишь обмолвилась, что девочку готовят к операции в очень хорошей клинике, и ей нельзя нервничать. А дальше было дело техники. Больниц, в которых проводились подобные операции, не так уж и много.

Поскольку Виталий был осужден, развели их с Мариной довольно быстро, и вскоре Давыдов сделал ей предложение. Свадьбу сыграли так, как и рассказывали матери Александра, когда притворялись перед ней супругами. Вероника Альбертовна так никогда и не узнала, что Марина и ее сын на самом деле поженились совсем недавно. Зато была счастлива узнать, что у нее есть внучка Маша. Марина рассказала ей, что Маша на самом деле ее дочь от первого брака. Новая бабушка души не чаяла в девочке, заваливала ее подарками и всячески баловала. А через год Вероники Альбертовны не стало. Сильная духом женщина так и не смогла победить страшную болезнь рак, но она умерла в кругу семьи, рядом с ее любимыми детьми и внучкой.

Вынырнув из воспоминаний, он набрал номер Маши.

– Папа? – голосок девочки, как всегда, заставил его улыбнуться, – Как мама? Есть новости?

– Есть, у тебя родилась сестричка!

Марина держала на руках крошечный сверток и улыбалась. Она никак не могла налюбоваться на своего маленького ангела.

В дверь постучали.

– Войдите! – сказала счастливая мать, не отрывая взгляда от малышки.

В проеме дверей показался букет из белых роз просто немыслимого размера. Александр вошел в палату и с нежностью посмотрел на жену.

– Привет! – сказал он.

– Привет! – ответила она, счастливо улыбаясь.

– Можно мне ее подержать? – волнуясь, спросил Давыдов.

– Конечно!

Бесконечно бережно мужчина взял малышку на руки, осторожно прижал ее к себе, жадно всматриваясь в крошечное личико.

– Она такая красивая! – прошептал он и посмотрел на жену.

Впервые она увидела в глазах мужа слезы.

– Ее зовут Вероника, – тихо сказала Марина.

Александр снова посмотрел на дочку.

– Здравствуй, Вероника! – улыбнулся он.

Конец

Content

Квин Алиса Жена напрокат. Любовь (не) предлагать

Алиса Квин. Жена напрокат. Любовь (не) предлагать

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Эпилог