Эми Бонд

Ведьма Моргана в эпоху роботов

AMY BOND

MORGANA MAGE AND THE ROBOTIC AGE

© Скляр М., перевод на русский язык, 2022

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2022

* * *

Маме и папе

Глава первая

Моргана нередко жалела, что она ведьма, но временами, как сейчас, она просто хотела быть сколь-нибудь стÓящей ведьмой. Не то чтобы ей особо хотелось летать, просто Моргана терпеть не могла, когда над ней смеются, и ей было прекрасно слышно, что вокруг неё посыпались смешки. Ну, точнее, как раз над ней, ведь все остальные дети парили над землёй на разнообразных предметах, которые им удалось поднять в воздух. Моргана же оставалась неколебимо на земле. Чтобы попробовать взлететь, она выбрала избитую старую метлу, решив, что та будет легка на подъём.

– Давай же, дурацкая ты метла, – пробормотала Моргана, крепко зажмурив глаза.

Отчаявшись, она попробовала немного подпрыгнуть для начала, но в результате умудрилась запутаться в собственных ногах и растянулась лицом вниз.

Вот теперь все просто заходились от смеха. Дети гоготали так, что не могли сосредоточиться на своих заклятиях, так что многие посыпались на землю. Только Эстер, лучшая подруга Морганы, сохранила самообладание и осталась парить в своей старой жестяной лохани.

Мать Морганы беспомощно смотрела на кучу-малу из доброй дюжины детей, которых она должна была учить, и тяжело вздохнула.

– О’кей, народ, думаю, на этом мы поставим точку в утренних занятиях. Но после обеда нам придётся хорошенько потрудиться. Сегодня вечером мы перейдём от парения к полёту – и постараемся взять хороший старт. – Она бросила на Моргану взгляд, в котором в равных долях мешались жалость и усталое раздражение. Они обе отлично знали, что ей ни за что не преуспеть в этом упражнении.

Эстер скользнула вниз к подруге. Моргана сразу поняла, что она собирается ляпнуть что-то утешительное.

– Забудь, – сказала Моргана. – Я просто безнадёжна.

Прежде чем Эстер успела запротестовать, позади неё нарисовался мистер Рош.

– По-прежнему без улучшений, как я погляжу, – процедил он и скользнул по Моргане уничижительным взглядом, а сидящий у него на плече ворон вперил в неё ещё более пронизывающий взор.

– Ну, по крайней мере, она посещает занятия, – проговорила миз Гарсия. Она даже не смотрела на Моргану, зато её горностай поглядывал на девочку из кармана мантии. – Однако по-прежнему ни толики магических способностей.

– Мама! – воскликнула Эстер. – Так нечестно!

Моргана знала, что ей не следует убегать в сердцах от деревенских старейшин, но раз они взялись обсуждать её так, будто она пустое место, то пускай продолжают без неё. Может, сбегать и невежливо, но если она помедлит, то просто плюнет на вежливость.

Моргана протопала мимо овощных грядок и, проходя мимо загона, всполошила овец. Она всё ещё кипела от гнева, когда добралась до деревенской околицы – если можно назвать пятнадцать шатких домишек деревней. Она влетела в семейную хижину так стремительно, что чудом не сбила метлу, которая сама по себе мела пол, и, надувшись, села к столу.

Она даже не подняла глаз, когда через несколько минут мама вошла в дом и села рядом.

– Ты могла бы немножко постараться, Моргана, – произнесла мама, когда деревянная миска Морганы, до краёв наполненная жарким, прилетела от костра на улице и мягко плюхнулась перед девочкой. – Если бы ты не пропустила последний урок…

– Ничего бы не изменилось, мам. Магия во мне недостаточно сильная, вот и всё.

– Магия приходит не изнутри, – сказала мать, и голос её сделался строгим. – Уж столько-то ты знаешь, Моргана. Магия в мире вокруг тебя – в воздухе, в солнечном свете, в воде, в огне. Ты могла бы сплотить себя с элементами так же сильно, как любой из ребят, если бы ты только открылась им, попыталась понять их. У тебя обнаружится природная связь с одним из элементов, и это откроет дверь ко всем остальным – тебе просто нужно выяснить, который особенно созвучен тебе. И тебе необходимо заниматься.

– Я и так делаю всё, что могу, – промямлила Моргана. Она вставила ложку в жаркое и мрачно помешала. – А все только злорадствуют по поводу моей магии. Или осуждают меня, или смеются надо мной. Не особо мотивирует.

– Вот поэтому я и пытаюсь тебе помочь, – заявил старший брат Морганы Турлах, который как раз вошёл, сражаясь с белкой – он пытался убедить её сидеть в капюшоне своей мантии. – Тебе стоит взять в оборот брата, который однажды сделается деревенским старейшиной.

Старейшинами общины становились ведьмы и ведьмаки, у которых были фамилиары. Звери редко выбирали магов себе в товарищи, но и пары недель не проходило, чтобы Турлах не убеждал себя, что очередное животное запало на него. Сегодняшняя белка была последней в длинной череде; пытаясь дать дёру, бедняга запуталась в каштановых кудрях человека. Моргана была немало впечатлена, когда брат умудрился продолжить:

– Я помогу улучшить твою магию. Все станут лучше к тебе относиться, когда увидят, что ты совершенно такая же, как все мы.

«Но что, если не такая, как все вы?» – подумала Моргана. Она знала, что брат хочет её защитить, помочь ей стать счастливее. Но единственным его решением было сделать её как все. Даже её собственный брат не желал принять её такой, какая она есть.

В дом вошёл отец, который кормил животных.

– Во второй половине дня я собираюсь отправиться в город за кое-каким сырьём для зелий, – сказал он. – Я тут подумал, может, Моргане пойти со мной?

Моргана оживилась и оторвала глаза от стола, стараясь, впрочем, сохранять невозмутимый вид. Она знала, что радоваться тут нечему: если уж начистоту, поход в город воспринимался деревенскими как наказание, поскольку был связан с необходимостью находиться среди недолюбливавших их горожан и их противоестественных машин. Но Моргану город всегда завораживал. Она знала, что восхищаться им не стоит, но всё равно восхищалась. Она уже обдумывала, как бы исхитриться удрать в лес, чтобы избежать нового унижения на вечернем уроке магии. Моргана облюбовала одно дерево, с которого открывался самолучший вид на раскинувшийся внизу город. Она могла часами смотреть на него, воображая, как жилось бы ей в таком месте, где совсем не важно, что у неё не выходят заклятия. Она поверить не могла, что она взаправду там побывает – ну если, конечно, мама согласится.

– Хм… а она не слишком мала? – Мать Морганы с сомнением покосилась на дочь. Моргана стиснула зубы, чтобы не запротестовать. Ей уже одиннадцать, а Турлах побывал в городе, когда ему было всего десять. – И сегодня вечером лётный урок…

Папа Морганы пожал плечами.

– Рано или поздно ей придётся там побывать, – ответил он. – Она должна понимать, чему мы противостоим. Ну и потом, она же не одна пойдёт. Я всё время буду рядом.

Глава вторая

– Я слышал, что сегодня утром урок не задался, – сказал отец, когда они спускались по склону горы. – Не переживай, Моргана. Твоя магия проявится в своё время и как-нибудь по-своему.

Моргана ничего не отвечала. Она едва слышала, что он говорит. Она была полностью заворожена видом, открывшимся перед ними.

Город высился, бросая вызов горам, металл и стекло ярко горели на ясном утреннем солнце. Три громадных диска поддерживали его здания, и самые высокие из небоскрёбов поднимались выше гор. Но величественнейшим из городских зданий была башня, которую обводили все три уровня, она тянулась из самого центра всё вверх и вверх и наконец пронзала облака.

Моргана держалась рядом с отцом, пока они шли по дороге, ведущей к городу, разглядывая поток автомобилей, движущийся по автострадам, обведённым специальными воздушными потоками, по которым летели автолёты. Моргана только дивилась, как они не сталкиваются с поездами: они пересекали дороги так стремительно, что глаза едва за ними поспевали, и исчезали быстрым всполохом в подземке или же поднимались по вертикальным рельсам к самым дальним городским высям.

На вершине одного из зданий не переставая били вспышки света. Моргана указала туда:

– Что это за огни, папа?

– Люди, прибывающие путём телепортации, – произнёс он с явным неодобрением в голосе. – У них есть какой-то способ исчезать из одного места и появляться в другом.

Моргана как заворожённая смотрела на вспышки света. «И летать не нужно», – подумала она.

– Пойдём. – Отец потянул её вперёд. – У нас совсем немного времени, магазины скоро закроются.

Моргана знала, что это неправильно – так восторгаться городом, где столько людей ненавидит ведьм и ведьмаков, столько людей пытается запретить сам жизненный уклад её общины, и всё же девочка не сдержала разочарованного вздоха. Она знала, что все магазины, в которые зайдёт отец, будут расположены на нижних ярусах города, где до сих пор живёт кое-кто из магического народа, хотя магия и находится под запретом. Не эту часть города она высматривала, свешиваясь с деревьев.

До города оставалось уже недалеко, и она видела, что они направляются к основанию трёх громадных дисков. А когда они дошли, она затаила дыхание и с волнением ступила на огромную плиту мегаполиса. Она невольно боялась, что окажется тем самым человеком, который нарушит равновесие и обрушит всю конструкцию.

По мере того как они проходили дальше в город, улицы делались более людными. Моргане поначалу тут было почти что невыносимо, ей всё казалось, что она вот-вот задохнётся в толпе. Она и вообразить не могла, что в целом мире есть столько людей, сколько видела теперь на одной-единственной улице, по которой они шли. И все эти люди, казалось, были совсем помешанные – они все болтали с воздухом.

– С кем это он говорит, папа? – спросила Моргана, когда они прошли мимо мужчины средних лет, погружённого в серьёзную беседу с кем-то невидимым.

Её отец ответил мрачно:

– У них ушные вкладыши, Моргана, – крохотные аппараты, которые позволяют им говорить с людьми, которые находятся где-то далеко, так, как будто они стоят прямо перед ними. Это противоестественно.

Моргана выпучила глаза. Это показалось ей просто поразительным – не нужно мучиться, посылая сообщения по ветру.

Время от времени им встречались странного вида фигуры, будто бы сделанные из серебристого металла, примерно такого же, как тот, из которого дома были изготовлены кастрюли и сковородки.

– Что это? – Моргана снова потянула отца за рукав.

– Роботы, – прошипел он, и глаза его над косматой бородой сузились. – Держись от них подальше. Это опаснейшие создания.

Моргана с куда большим подозрением оглядывала следующего робота, попавшегося ей на глаза, и, глядя, как он приближается, споткнулась о серебристый башмак. Подняв глаза, девочка увидела, что за башмаком шла нога в комбинезоне, который на первый взгляд казался серебряным, но потом становился переливчато-перламутровым, на свету он простреливал всеми мыслимыми оттенками. Голова с высокой копной светлых волос и наморщенным в отвращении носом завершала облик.

– Фу, – сказала женщина кому-то, кого Моргана не могла видеть. – Я чуть не налетела на маленького ведьмовского ребёнка. И почему их вообще пускают в город? Их место в Подгороде.

Моргана ничуть не удивилась грубости этой женщины. Единственными горожанами, которых встречала до этого, были школьные инспектора – куча хамов, периодически появлявшихся в лесах. Они якобы разыскивали детей школьного возраста. На самом же деле это был лишь предлог, чтобы перевернуть лагерь вверх дном и запугать магическое население. Никто из городского люда не желал, чтобы дети ведьм и ведьмаков посещали их школы.

Женщина прошествовала дальше, отпихнув локтем отца Морганы. Робот, с которым Моргана очень старалась не встретиться, шёл за женщиной по пятам, неся множество ярких пакетов и коробок с покупками. Моргана подавила свербящее желание протянуть руку и дотронуться до этого создания, когда оно проходило мимо.

Роботы, казалось, были повсюду: одни плелись следом за людьми, как и тот, которого они только что повстречали, некоторые целеустремлённо шагали по улицам сами по себе, третьи были заняты делом. Она видела, как один начищал витрину, другой регулировал дорожное движение.

– Не волнуйся, – подбодрил её отец, заметив, как она выворачивает шею, пытаясь не упустить ничего вокруг. – Мы уже скоро уйдём от этого столпотворения. В Подгороде ещё остаются наши люди, и туда-то мы и направляемся.

Моргана попыталась скрыть своё разочарование, когда они покинули широкую городскую артерию и стали спускаться по длинной лестнице, ведущей к заземлённой части города под одним из парящих дисков.

Здесь дома были низкие – по большей части четырёх- или пятиэтажные, они были построены из тусклого кирпича, разительно контрастировавшего с сияющей белизной, зеркальным стеклом и нежными пастельными оттенками башен наверху. И вдобавок они выглядели довольно ненадёжными. Большинство клонились друг к дружке, словно пытаясь удержаться, стены заваливались на сторону, кирпичи крошились. Хотя здесь было меньше народа, узкие петляющие мощёные проулки казались такими же людными, как и авеню наверху.

Отец Морганы остановился перед невразумительным зданием, очевидно, магазинчиком, хотя ничто не указывало на то, чем именно торгуют внутри.

– Я заскочу сюда кое за каким сырьём. Тебе лучше подождать снаружи. Я на минутку.

Как только отец скрылся за порогом, Моргане стало не по себе. Она чувствовала себя ужасно маленькой и незначительной, ей казалось, что она только путается под ногами у всех этих людей, не глядя проталкивающихся мимо неё. Но скоро она пожалела, что нельзя было так и оставаться незамеченной.

– И кто же ты такая, малышка? – раздался чей-то шёпот у самого её уха.

Моргана так заполошно подскочила, что ей показалось, будто у неё скелет выпрыгнул из тела. Обернувшись, она увидела сморщенное лицо древней старухи, такой сгорбленной, что они смотрели друг другу в глаза. Старуха была одета примерно в такого же покроя мантию, как те, что носили в горах, только её плащ был так засален и заляпан грязью, что, казалось, не даёт ей пошевелиться. Старуха криво улыбнулась Моргане, и в ушах у девочки разом зазвучали все материнские предостережения.

«В городе встречаются странные типы, – сказала она ей, когда они собирались уходить. – Внизу даже ведьмы и ведьмаки с подозрением встречают новые лица. Будь осторожна».

Поэтому она ничего не ответила на вопрос старухи, только попятилась от неё – и в результате натолкнулась на стоявшего позади мужчину, которого и не заметила. Он тоже был невероятно древний, желтоватая кожа складками висела вокруг его лица. Когда он заговорил, Моргана мельком увидела его коричневые зубы.

– Только не надо грубить, юная леди. Почему бы тебе просто не ответить на вопрос? Какое у тебя здесь дело?

У Морганы пересохло во рту, так что при всём желании она не смогла бы ничего сказать. Она чувствовала, как у неё сдавило и затрепетало сердце, и, не придумав ничего лучше, попыталась убежать, однако когда она пыталась ускользнуть, старик схватил её за плечо.

– Только не надо удирать, когда мы всего лишь хотим поболтать с тобой по-дружески.

В его голосе не было ничего дружеского.

Неожиданно ещё одна фигура продвинулась как раз туда, где Моргана собиралась прорываться на волю. Вновь объявившийся мужчина был помоложе, низкорослый, коренастый, с бычьей шеей.

– Чужая, а? – спросил он сипло. – Быть может, робот-шпион?

– Эхе, – старик сплюнул на землю, – тебе не хуже меня известно, что их не могут делать похожими на людей. У них тоже есть свои законы. Что не отменяет того, что она может быть соглядатаем.

– Что будем с ней делать?

Моргана не дала им шанса прийти к какому-либо решению. Она вывернулась из хватки старика и прицельно пнула мужчину помоложе в голень. Когда тот взвыл, она припустила, словно борзая, между их ног. Лишь в конце улицы она рискнула оглянуться через плечо. Она увидела, что её преследуют – и не только та троица, что загнала её в угол, к ним присоединилось немало других прохожих.

Но Моргана была меньше и проворнее. Она петляла по плотно застроенным улочкам и, вскоре оставив сердитую толпу где-то позади, метнулась в переулок, крутя головой в поисках убежища. Облезлая кошка зашипела на неё из-за переполненной мусорки. Девочка задержала дыхание, прыгнула за гору мусора и затаилась, пригнувшись к земле.

Выглядывая преследующих её людей, она чувствовала, как её охватывает страх. Пытаясь оторваться от них, она столько раз круто поворачивала, что теперь уже не понимала, где находится. А даже если б она и помнила, как вернуться к отцу – как ей пройти мимо этих жутких городских ведьм и ведьмаков?

Кошка, что недавно шипела на ней, теперь опасливо подошла и, осмелев, мягко боднула головой руку девочки. Моргана ласково погладила её по спине, но тотчас отдёрнула руку, ощутив что-то твёрдое и холодное. Осмотрев животное повнимательнее, она разглядела металлические участки, проглядывающие между худо-бедно прикрывающими их островками грязного рыжего меха. После первого же прикосновения животинка потеряла всякий страх и уже уселась у ног девочки, яростно мурлыча и не сводя с неё сияющих зелёных глаз. Страх Морганы истаял, стоило ей посмотреть на эту умильную мордочку.

– Хорошая киска, – сказала она, поглаживая её от души и даже наслаждаясь необычным ощущением от меха, скользящего по гладкому металлу.

Но эта передышка длилась недолго, вскоре по переулку пронёсся жужжащий звук, который, похоже, направлялся именно к ним. Когда Моргана вскинула голову, она увидела, что возле того места, где она пряталась, остановилась серебристая фигура и внезапно толкнула в сторону мусорный бак. Девочка подняла глаза и открыла рот.

Это был робот!

Металлическое тело ярко блестело среди грязного переулка. Сверху силуэт напоминал человеческий, но в отличие от того первого робота, которого она видела, на этом всё сходство с человеком заканчивалось. Ниже талии была цельная колонна, заканчивающаяся парой колёс.

– Я робот городского контингента полиции, – сказал он ясным и чётким голосом, безэмоциональность которого показалась Моргане скорее успокаивающей. – Пожалуйста, посмотрите на мой официальный идентификатор, – продолжал он, доставая жетон из специального отсека у себя на туловище. – Я чувствую, что ты несовершеннолетний, попавший в беду. Могу ли я чем-то помочь?

Моргана какое-то время стояла, обескураженно молча, но создание не проявляло никаких признаков нетерпения.

– Я потерялась, – проговорила она наконец слабым голосом.

– Тебя сопровождал один из родителей?

– Да, мой отец.

– Находится ли он до сих пор в радиусе одного километра, принимая во внимание то место, где ты его оставила, и среднюю человеческую скорость передвижения?

– Думаю, да, – ответила Моргана, не вполне уверенная в том, что она правильно поняла вопрос.

– Я определю его местонахождение, – сказал робот. Странная антенна появилась у него из головы, легонько коснулась головы девочки, а затем описала круг в воздухе. Раздался писк, и антенна указала в направлении, откуда Моргана, по всей вероятности, пришла.

– Я идентифицировал взрослого мужчину с совпадающей с твоей ДНК в этом направлении. Ты позволишь мне проводить тебя к нему? Или ты предпочитаешь, чтобы был вызван другой офицер, который приведёт его сюда, пока я буду ждать вместе с тобой?

– Я пойду с тобой, – не колеблясь, ответила Моргана. Она знала, что это не настоящий человек, но робот держался с ней с большей добротой и сердечностью, чем любой из людей, которых она повстречала в этот день. Она выпрямилась, чтобы взять металлическую руку, которую тот подал ей.

Так они и прошли обратно по улицам, а животинка, которую Моргана мысленно окрестила Кисулей, вышагивала рядом с ними. О толпах можно было больше не беспокоиться – все исчезали с их пути, хотя Моргана видела, как их провожают довольно-таки злыми взглядами. Наконец она заметила отца, вокруг которого толпились те самые люди, что гнали её прочь, но теперь, когда рядом с ней был этот металлический полицейский, она никого не боялась.

– Папа! – закричала она, взмахнув свободной рукой.

– Моргана! – отозвался её отец и, бросившись вперёд, вырвал её у робота, не сказав тому ни слова. Моргана попыталась извернуться в руках отца, чтобы попрощаться с роботом-полицейским, но он уже покатился прочь по дороге, оставив за собой негодующую толпу. Кисуля прижалась к ноге Морганы.

– Просто безвинная ведьмочка, говоришь, – выговаривала согбённая старуха отцу Морганы. – Однако ж ни слова нам не говорит, а потом заявляется как ни в чём не бывало с этим подонком-роботом. Шпионы, вы оба, я вам говорю.

– Пойдём, Моргана, – велел отец, бросив сердитый взгляд на старуху. – Пора возвращаться домой, как мне кажется.

Двинувшись прочь, Моргана опустила глаза, чтобы посмотреть, идёт ли Кисуля следом, но оказалось, что создание исчезло. Она оглянулась. Одна из ведьм, по всей видимости, собиралась отправить кошечку в канаву пинком ноги. Решение пришло к Моргане мгновенно: Кисуля отправляется домой вместе с ними. Она метнулась назад, схватила кошку, и башмак, нацеленный в кошачий бок, попал ей по руке.

– Всё хорошо, Кисуля, – шепнула она роботу и поспешила нагнать поднимающегося по лестнице отца, пока он не понял, что она отстала.

Он не останавливался, пока они не вернулись на первый уровень.

– Ты в порядке? – вполголоса спросил он у Морганы и, не дожидаясь ответа, заключил дочь в объятия. – Что это? – спросил он, заметив Кисулю. – Моргана, ты не можешь принести это домой. Твоя мать убьёт меня.

– Она ничего не узнает! Я обещаю, что буду держать её подальше ото всех. Пожалуйста, папа! – Моргана подняла на него широко раскрытые глаза, которым, она прекрасно знала, он не мог противиться.

– Ох, ладно уж, – вздохнул он наконец. – Но имей в виду: ты держишь её в секрете. Если твоя мать или брат увидят её, они мне до конца века будут об этом поминать.

Они зашагали вместе обратно в направлении гор.

– Эти люди были такие страшные, – проговорила Моргана.

– Им нелегко приходится, городским ведьмам и ведьмакам, – объяснил он. – Поэтому они не склонны никому доверять. Но и ты тоже стала бы недоверчивой, если бы тебе пришлось каждый день иметь дело с этими горожанами – пытающимися изгнать тебя, запрещающими практиковать магию в черте города, подсылающих соглядатаев, чтобы поймать тебя за колдовством. Когда мы открылись им, мы надеялись, что немагический народ сделался достаточно просвещённым, чтобы просто принять нашу магию, однако хоть они и смеются над нами, в глубине души они по-прежнему боятся нашего могущества. Они не желают этого признавать, конечно, вот поэтому их гонения принимают менее очевидные формы.

– Вроде школьных инспекторов? – спросила Моргана.

Папа Морганы кивнул.

– Мы ещё легко отделались. Как по мне, ведьмам и ведьмакам, продолжающим жить в городе, было бы намного лучше в горах, но я их понимаю, они не хотят бросать свои дома. Ведь это бы значило, что они сдались.

Моргана посмотрела на него взглядом, ясно говорившим, что ему не пробудить в ней сочувствия, только не сейчас, не после всего, что ей пришлось пережить.

– Ладно, как бы там ни было, нам пора домой. Полагаю, тебе сегодняшних приключений хватит на всю жизнь. Не думаю, что тебе когда-нибудь захочется вернуться в город.

Моргана ничего не ответила. Она и не слушала. Она уже планировала следующий визит – и не в Подгород, а в сам город с его безумными одеяниями и поразительными технологиями… и, самое замечательное, с его роботами. Но если она собирается вернуться, ей понадобится помощь.

Глава третья

Поначалу Эстер не поддавалась никаким уговорам. Как ни разливалась Моргана соловьём о чудесах, ожидающих их в холмах у подножия гор, на следующий день после своего путешествия туда, город нисколько не привлекал Эстер. Они сидели в своём домике-убежище, выглядевшем сараюшка сараюшкой; девочки построили его вдвоём у реки, и Эстер хранила здесь разнообразные незавершённые магические проекты, а Моргана – карту города, которую она отыскала среди старых бумаг родителей. Глядя на пожелтевшую бумагу, она решила, что это карта самых первых лет существования города; на ней были показаны три городских уровня с такой каллиграфической детальностью, что артефакт занимал почти всю стену до потолка. Она могла изучать эту карту часами.

– Да кому нужен город? Я прямо здесь могу найти кучу невероятных вещей, – отмахнулась Эстер, разглядывая кусочек коры через увеличительное стекло. – Здешние леса продолжат открывать мне новые тайны, даже изучай я их столетиями.

Моргана закатила глаза. Если Эстер не убеждают слова, значит, нужно показать ей, каким здоровским может быть город. Настало время для решающего довода.

– Но что может быть замечательнее этого! – воскликнула она и, вытянув из своей торбы Кисулю, плюхнула её на стол, стоявший посреди их берлоги.

Эстер приподняла бровь.

– Ну, как по мне, это довольно грубая поделка, – пренебрежительно бросила она.

– Да как ты смеешь! – возмутилась Моргана, зажимая Кисуле уши. Моргана очень трепетно относилась к своей новой подруге. Девочка начинала понимать привлекательность обладания фамилиаром.

Бедной Кисуле, вечно запертой в четырёх стенах Морганиной комнаты, приходилось несладко. Моргана пообещала отцу, что будет держать её в секрете, и она уже поняла, что будет это непросто. Кошка, возможно, и была механической, но всё же невероятно любопытной.

– Ну как хочешь, а я пойду ещё раз, – заявила Моргана. – Кисуле нужно прогуляться. Хочешь, чтобы я пошла одна, пожалуйста, но это будет на твоей совести!

И как обычно, «совесть» сработала.

– Ой, ну ладно, – сказала Эстер, откладывая в сторону увеличительное стекло. – Раз уж тебе непременно нужно спуститься в это место, тогда мне в самом деле лучше присмотреть за тобой.

* * *

В следующие месяцы они утягивались в город так часто, как готова была рискнуть осмотрительная Эстер. Поначалу они просто бродили повсюду, и Моргана глазела на роботов, на башни и просто впитывала городскую атмосферу. Потом они наткнулись на свалку металлолома, настоящую сокровищницу выброшенных механических штук, которую Моргана могла прочёсывать часами. Постепенно котёл Эстер, её пузырьки и образцы трав были сдвинуты в сторону, чтобы освободить место для фрагментов механизмов и металлических обрезков, которые натаскала Моргана.

– Ты же даже не знаешь, что всё это такое, – ворчала Эстер, когда они тащили очередной груз в гору.

– Я скоро разберусь, – сказала Моргана.

И пока Эстер изучала растения и работала над заклятьями, Моргана, не разгибаясь, ковырялась с металлоломом, заполонившим их убежище. Ей повезло найти среди мусора обломки старых механизмов, и теперь она пыталась собрать что-то из кусков, а Эстер обеспечивала её огненной силой, необходимой для придания металлу формы.

Теперь, бывало, идя по лесу или безнадёжно посещая магические занятия, Моргана словно переносилась на второй уровень: деревья почти истаивали, и вот она уже шла от городской ратуши к срединной секции башни РобоКорпа.

В глубине души она понимала, что мир, в который она погрузилась, – это иллюзия, и иллюзии этой рано или поздно придёт конец…

В один прекрасный день, когда прошло уже несколько месяцев после Морганиного первого спуска в город, Турлах ворвался в лесное убежище девочек. Моргана так и застыла, держа в руках восстановленную руку робота, и щёки её вспыхнули.

– Знаю, знаю, это место секретное. Но я тут проходил мимо… и… – Он вдруг осёкся, когда в голове у него уложилось, на что он смотрит. Кудрявая грива легонько задрожала, потому что он весь затрясся от гнева. Рот в шоке открылся, а затем скривился в ярости, когда он никак не мог найти слова. – Что это?!

Моргана положила металлическую руку, полная решимости сохранять спокойствие, хоть ей и казалось, что здание счастья, которое она возводила месяцами, рушится, грозя погрести её.

– Это моя коллекция, – ответила она негромко.

– Коллекция? Коллекция? Коллекция чего? – Турлах, похоже, был в ужасе.

– Просто разное барахло, – сказала Эстер и подошла, чтобы встать бок о бок с Морганой. – Ничего страшного.

– Ничего страшного?! – завопил он. – Это же очевидно – Моргана совершенно отвернулась от нашей общины! Эти машины противны природному порядку, лежащему в сердце нашей магии. И они сделаны людьми, желающими уничтожить весь наш образ жизни.

– Я вовсе не отвернулась от общины. Я просто в кои-то веки занимаюсь тем, что мне интересно. Да и вообще, можно подумать, кто-то хочет, чтобы я была частью общины. Мне ясно дали понять, что я никудышная ведьма.

– Но я же предлагал помочь тебе, – проговорил Турлах, гнев в его голосе сменился обидой. – Мы бы могли позаниматься с твоей магией, но ты даже пробовать не стала. Вместо этого ты окружила себя изделиями общества, которое нас ненавидит.

– Они нас даже не знают, – ответила Моргана. – Может, если бы мы не были такими замкнутыми и недоверчивыми…

Тут Эстер не могла не вмешаться:

– Моргана, не обманывай себя. Это не наша вина, что они нас не знают. Сама знаешь, они даже не пытаются понять ведьм и ведьмаков.

– Да, – согласился Турлах. – Они только рады ничего не знать о наших силах – из страха и зависти.

– Может, когда-то они и завидовали магии, – заявила Моргана, оседлав любимого конька. – Но теперь они достигли собственного могущества. Они не сидели впотьмах столетиями, дуясь на нас, как мы дуемся на них. Они создали для себя и свет, и полёт, и столько всего прочего! А мы тем временем радуемся своему невежеству и знать не хотим о тех чудесах, которых они достигли. Наверное, мы боимся, что нам придётся признать, что они превзошли нас.

Эстер выглядела шокированной этой отповедью. Моргана заметила, что она теперь стоит бок о бок с Турлахом.

– Моргана, ты не хуже меня знаешь, что им нужны были наши силы, чтобы спасти их драгоценный город на излёте последней войны. Мы открылись им, чтобы прийти им на помощь, а они ополчились на нас, запретив нашу магию в городе, в том самом городе, который выстоял лишь благодаря ей, – сердито напомнила Эстер. – Как ты можешь становиться на их сторону?

Моргана поверить не могла, что Эстер отвернулась от неё – а она-то думала, что её лучшая подруга всё понимает! От злости она язык проглотила.

Несколько секунд трое ребят стояли, злобно глядя друг на друга. Видимо, желая нарушить неловкое молчание, Кисуля неразумно мявкнула. Турлах посмотрел на неё сверху вниз, кривя рот. Но Моргане показалось, что он выглядит несколько напуганным.

– Что это за… штуковина?

– Только не срывай на Кисуле своё раздражение из-за того, что у тебя нет фамилиара.

– ХА! – воскликнул Турлах, делая вид, будто его позабавило это замечание, хотя Моргана видела, что брат обиделся. – Можно подумать, эта штуковина годится быть фамилиаром. Ты явно ничего не смыслишь в магии! Так что можешь не волноваться, Моргана. Я больше не стану тебе помогать. – Он открыл дверь убежища.

Кисуля никогда не упускала возможности удрать и довольно поскакала к нему, но тотчас коротко взвыла, когда дверь захлопнулась. Моргана подбежала к ней – лапку бедняжки защемило дверью и безнадёжно погнуло.

– Ох, нет, – ахнула Моргана. – Бедная Кисуля… Мне нужно найти для неё новую лапку. Я не могу оставить её так. – Она посмотрела на Эстер. – Слушай, мне жаль, что мы так поспорили, я не хотела тебя обижать. Пожалуйста, давай сходим в город?

– Ладно, – сказала Эстер, и хмурое её лицо немного смягчилось, когда она увидела, как ковыляет Кисуля. – Но это будет в последний раз, больше я с тобой ходить не стану. Я больше не желаю в этом участвовать.

– Хорошо, – выдохнула Моргана. Она начинала понимать, какой из-за всего этого может подняться переполох, и ей не хотелось впутывать Эстер сильнее, чем уже вышло. – Я больше не стану тебя просить.

Глава четвёртая

Две девочки замерли у основания громадной центральной башни города, штаб-квартиры РобоКорпа. Моргана чувствовала, как её охватывает всё большее волнение с каждым осторожным шагом, приближающим к этому величественному монолиту индустрии.

Они стояли на самом нижнем диске, производственном уровне здания, не думая даже подходить к воротам, через которые лился поток рабочих, спешащих на смену и со смены. Моргана не понимала, почему они выглядят такими несчастными, ведь они идут, чтобы создавать самые потрясающие машины. Она была бы рада-радёхонька присоединиться к ним и увидеть сокрытые внутри чудеса, но они, как и обычно, нацелились на склад металлолома с другой стороны здания.

– Это просто большая груда металла, – со вздохом сказала Эстер, когда они подошли к забору. Во время предыдущих вылазок Моргана оставалась за пределами ограды, довольствуясь случайными обломками механизмов, которые можно было найти по периметру. Но на этот раз им придётся пройти внутрь. Новая лапка для Кисули была слишком специализированной деталью, чтобы просто случайно наткнуться на требуемое.

Эстер вытянула перед собой руки, силясь раздвинуть прутья решётки, между её ладонями полетели искры, а лицо приняло выражение хмурой сосредоточенности.

– Это тяжело, вообще-то. Магия не действует на металл. Мне приходится использовать воздух, чтобы попытаться погнуть их. Совсем не уверена, что мне хватит на это сил.

– Попробуй ещё раз, – подбодрила её Моргана, протягивая руку, чтобы дотронуться до прутьев. Ярко-жёлтая искра магии слетела с её пальцев, и она отдёрнула руку. Чудно. Вообще-то у неё не было столько магии, чтобы даже нарочно пускать искры, не то что непроизвольно.

Она глядела на прутья решётки, которые пыталась развести её подруга, и всем своим существом желала, чтобы у Эстер всё получилось. Она знала, что забор стальной, то есть совсем негнущийся, но прутья должны были поддаться, хоть самую малость, иначе Кисуля не сможет ходить.

Она была так была поглощена своим желанием, что не сразу заметила, что прутья слегка искривились, как раз настолько, чтобы они могли проскользнуть внутрь. Моргана бросилась вперёд Эстер, которая, нахмурившись, переводила взгляд со своих рук на ограду.

– Странно… – проговорила она.

Моргана не стала ждать и выяснять, что тут странного. Она уже блаженно рылась в груде стали и жести.

– О, вот это может подойти для ноги. – Моргана выхватила медный цилиндр. – Но я не вижу ничего, что сгодилось бы для лапки. – Она всё же сунула цилиндр в свою торбу.

– А как насчёт этого? – спросила Эстер, подбирая кусок металла.

Моргана подошла, чтобы посмотреть повнимательнее.

– По размеру – то что надо, но он слишком плотный и тяжёлый. Кисуле тяжело будет волочить такую лапу.

Она снова повернулась к груде металлолома, в которой копалась, но тут у ворот фабрики раздался резкий визгливый звук. Эстер схватила подругу за рукав.

– Пошли, Игорь, поможешь мне на ломоразделочной площадке, – гаркнул голос где-то за пределами видимости. – Нам нужно проверить, что там делают роботы-разборщики.

Эстер дотронулась до Морганы, и Моргана почувствовала лёгкое щекотание, которое могло означать только одно – она под действием чар. И действительно, она заметила странную перемену в окружающем воздухе: она словно бы смотрела на мир из-под вуали.

– Скорее. – Эстер потянула Моргану, которая стояла и моргала глазами, пытаясь вернуть расплывающееся пространство в фокус. – Заклятье невидимости у меня долго не держится.

Она потащила подругу к ограде, и тут же показались двое мужчин в серых комбинезонах. По тому, как Эстер встревоженно поглядывала назад, Моргана поняла, что она не особо верит в собственное заклятие, однако ни один из мужчин даже не смотрел в их сторону – до тех пор, увы, пока Моргана не налетела прямо на шаткую груду болтов и саморезов. Они разлетелись металлическим дождём, забрякав и зазвякав по валяющимся вокруг обрезкам металла.

– Кто это сделал? – рявкнул мужчина по имени Игорь, шагнув вперёд.

– Могли и сами собой посыпаться, – проговорил первый мужчина, однако его словам не хватало уверенности, и он вместе с Игорем принялся прочёсывать курганы металлолома. Он стоял всего в полуметре от того места, где, сжавшись, сидели девочки, когда вдруг прибавил: – Может, нам и следует поднять тревогу, так, на всякий случай.

Этого хватило, чтобы девочки вышли из оцепенения. Не говоря ни слова, они поднялись и попытались тихонько прокрасться к ограде, но не потревожить обломки, которые теперь валялись повсюду, было просто невозможно.

– Там что-то есть! – крикнул один из мужчин. Моргана посмотрела вниз и увидела, что они проблесками становятся видимыми. – Вызови роботов-охранников!

Моргана и Эстер, оставив всякую скрытность, рванули к ограде, с грохотом рассыпая всё больше металлического мусора. Хотя мужчины не могли видеть девочек, такой шум нельзя было не услышать. В первое мгновение мужчины, похоже, были слишком напуганы неведомыми призрачными видениями, чтобы преследовать девочек, и те сумели проскользнуть сквозь ограду и удрать.

Подходя к одной из огромных опорных колонн, они замедлили шаг, увидев толпу, ожидающую лифт. Моргана остановилась. Заклятье невидимости истощалось, туманная вуаль, окружавшая двух девочек, истончалась.

– Давай присоединимся к ним, – сказала она. – Нас будет сложнее найти среди всех этих людей.

– Постарайся сдержать свою радость, – огрызнулась Эстер. Но она встала рядом с ней, и когда заклятие полностью рассеялось, девочки подошли и влились в толпу.

Страх Морганы растворился в волнительном нетерпении, стоило дверям лифта открыться. Она никогда раньше не ездила на лифте, поскольку у неё не было денег, чтобы заплатить за проезд. Эстер всегда отказывалась даже пробовать пролезть зайцем. Люди, стоявшие внутри, вышли, и их вытолкнуло вперёд на площадку, а ждавшие снаружи хлынули внутрь. Два лишних тельца проскользнули незамеченными среди общей толкотни.

Моргана, вопреки всем ожиданиям, не так и прониклась поездкой: едва успев закрыться, двери снова открылись, и толпа хлынула вон. Моргана мельком увидела впереди аккуратные улицы и солидные здания, но не успели девочки шагнуть из лифта, как их занесло обратно новой людской волной, и снова они взмыли вверх. Воздух стал разреженным и горячим, и Моргане окончательно разонравилось ехать на лифте.

– Нам нужно сойти сейчас же, – зашипела Эстер ей в ухо, когда девочки почувствовали, что лифт замедляется перед остановкой. И когда Моргана повернулась к подруге, она поняла, почему голос Эстер прозвучал так напряжённо. Высокий тощий мужчина в форме обходил пассажиров, сканируя какие-то экраны, которые люди предъявляли ему. Он с подозрением разглядывал мантии девочек и явно направлялся к ним. Но вот ищущий взгляд упустил их, когда мужчину на мгновение ослепил солнечный свет, хлынувший из открывшихся дверей, и девочки воспользовались случаем и бросились вперёд, не заботясь о том, кого они отталкивают в спешке.

Когда другие путешественники остались позади, они остановились, чтобы перевести дух. Воздух здесь был ужасно разреженным, да и Моргана то и дело ахала, смотря на виды вокруг. Прежде ей не удавалось убедить Эстер подняться на такую высоту.

– Сюда. – Моргана потянула Эстер в сторону конструкции в форме стеклянного купола. – Там у них воздух получше. Так написано на моей карте города.

И в самом деле, когда они вошли, то сразу почувствовали, как более насыщенный воздух наполнил их лёгкие.

– Ух ты, – воскликнула Эстер, оглядываясь по сторонам.

Моргана в первое мгновение даже не глядела по сторонам – так её поразило изумлённое выражение на лице Эстер. В куполе находился пышный парк, благоденствующий в своём воздушном мешке. В клумбах на тёмно-зелёной траве росли цветы всех мыслимых оттенков, все броские, экзотические, яркие, ничуть не похожие на лесную флору с её неброской красотой. Как и люди, прогуливавшиеся там, да и роботы-садовники, занятые делом. А ещё по газонам бродила масса созданий. Павлин прошествовал, с гордостью развернув свой хост, мартышки кричали в кронах деревьев у них над головами.

– Эй, осторожнее, как бы нас не обгадили, – предупредила Эстер, выходя из-под веток.

– Не переживай, – сказала Моргана, повнимательнее присмотревшись к животным. – Это роботы. Видишь, у них металлические подбрюшья?

Какая-то женщина ахнула в ужасе, заметив двух девочек.

– Ведьмы! – воскликнула она, прижав ладони к груди своего неоново-зелёного платья. – Вам здесь нельзя находиться. Эти парки только для жителей города!

Девочки переглянулись и бросились бежать.

– Здесь ведьмы и ведьмаки! – истерически завопила женщина позади них. И внезапно все в парке закрутили головами, ища их.

– Фу! – произнёс какой-то мужчина в серебряной блузе. – Поймайте эту шелупень, пока они не сглазили нас!

– Сюда. – Моргана заметила сарай, спрятанный в кустах. Она потащила к нему Эстер.

Они ворвались внутрь. Там был робот, занимавшийся другим роботом, судя по всему, забарахлившим оленем. Он даже головы не поднял, когда девочки вошли, а продолжил прилежно работать, согнувшись над столом, на котором лежал олень. В остальной своей части сарай был заставлен настоящими зелёными растениями, странно контрастирующими с множеством весомо поблёскивающих запасных частей для прочих обитателей парка.

– Ой, посмотри, – обрадовалась Моргана. – Вот тут мы точно найдём что-нибудь для Кисули.

– Моргана! У нас есть заботы поважнее! Нам нужно выбираться отсюда, а я ума не приложу как!

– Ну… – проговорила Моргана, втихаря прикарманивая куриную лапку и возвращаясь мыслями к грозящей им опасности. – Как думаешь, тачку же не сложнее поднять на воздух, чем лохань? – спросила она, выкатывая из угла старую грязную тачку.

– Ещё магия? И ты в самом деле считаешь, что это хорошая идея?

– Наверное, нет, но я не могу придумать, как нам ещё сбежать.

Люди в парке явно видели, как они вошли в сарай, и теперь нагнали их и принялись яростно колотить в дверь.

– Выходите оттуда, уроды!

– Роботы-охранники скоро будут здесь!

Это убедило Эстер. В своих прогулках по городу они встречали всевозможных охранных роботов, и все они были очень большие, очень сильные и не очень разумные.

– Полезай в тачку, – велела она Моргане, беззвучно приоткрыв окно в противоположном от двери конце сарая.

Когда подруга говорила таким тоном, с ней было лучше не спорить. Моргана послушно влезла в тачку, а Эстер уселась перед ней, как только подготовила путь к отступлению. Едва она села, как тачка яростно затряслась и в следующее мгновение стрельнула в окно на такой скорости, что Моргана не удержала испуганного возгласа. Её крик смешался с гневными проклятиями городских жителей, провожавших взглядом их полёт над парком и вон из него сквозь разлетевшуюся вдребезги стеклянную дверь.

– Ты цела? – бросила назад Эстер.

– Я в порядке, – ответила Моргана, хотя и получила несколько царапин. – А ты-то как? – спросила она, вынимая из тёмных волос подруги осколки стекла.

– Я успела поставить защитный барьер, а то всё могло быть гораздо хуже.

Теперь они парили над городом. Люди поглядывали на них, но никто не выглядел особенно встревоженным. Моргана гадала, уж не принимают ли их за новый тип летающего аппарата. Никогда прежде – это как пить дать! – не видев пару юных ведьмочек, летящих в садовой тачке, они попросту не признавали в них представителей магического народа.

Поначалу Моргана ничего не замечала под собой. Её захватил сам полёт. Родители иногда делали с ней кружок над лесом, но подняться так высоко и без теснящихся вокруг деревьев – это было совершенно другое. Моргана убедила себя, что полёты её ничуточки не интересуют, но сейчас это было невероятное ощущение. Она чувствовала себя, можно сказать, частью воздуха. И знать, что всё это подвластно Эстер, было просто поразительно. Но когда она привыкла к этому новому чувству, она взглянула вниз и увидела, что подруга гонит прочь от города.

– Ой, Эстер, а можно нам быстренько покружить здесь? – попросила она. – Отсюда с высоты всё так потрясающе выглядит!

– Мы летим, Моргана. Мы могли бы отправиться куда угодно во всём белом свете. Увидеть всё, чем богата природа. Посетить отдалённые магические общины. Отправиться в дикие земли и попытаться отыскать последних драконов. Но ты просто хочешь посмотреть на город с нового ракурса?

– Ну… ага, – пробормотала Моргана. – Ну я хочу сказать, ведь у меня не будет другой возможности, раз ты больше со мной не пойдёшь, – бросила она в каменное молчание.

– А, тогда ладно, – сдалась Эстер. – Но только быстро.

Они снизились до второго уровня, где воздуха было больше и дышать стало проще, и быстро облетели город по окружности. Моргана пыталась вообразить, что происходит во всех этих зданиях, над которыми они пролетали. Одно угадать было просто.

– «Школа», – прочла она вслух надпись над воротами, глядя, как дети вперемешку с роботами играют на заднем дворе здания. – Как думаешь, а чему вообще учат в таких местах?

– Наверное, изучают всё об этих роботах и всех прочих технологиях, которые они используют, – сказала Эстер.

Моргана сидела и поражённо молчала, пока Эстер вела их обратно к горному склону. Она никогда особо не задумывалась, что такое школа. Если вспомнить, чем её запугивали, когда учили, как вести себя во время школьных инспекций, школы – это просто место, где горожане учатся ненавидеть магический народ. Но, может, всё не так просто. Может, она могла бы и правда узнать всё о роботах! Может, ответ на все её мечты врывается в её собственный дом через равные промежутки времени, а она от него убегает и прячется.

Ну что ж, с этим покончено.

Глава пятая

Моргана думала, что она всё твёрдо решила, и всё же в её душу закрались сомнения, когда она услышала грохот, возвещающий прибытие школьных инспекторов. Она ушла довольно глубоко в лес, чтобы Кисуля могла опробовать свою новую лапку на безопасном расстоянии от деревни. Она слышала, как другие дети бегут в её сторону, прочь от инспекторов. Хватит ли ей сил пройти против течения?

Кисуля пихнулась ей под ноги, вряд ли с тем, чтобы подбодрить, скорее просто желая привлечь её внимание. Однако этого было довольно: Моргана исполнилась решимости и зашагала вперёд. Над головой шуршали листья, и ноги исчезали среди ветвей.

– Ты что делаешь? – завопил Турлах, возникая из кроны одного из деревьев. Каштановая грива разметалась яростнее, чем обычно, а щёки горели злым румянцем. – Ты знаешь правила. Сейчас же вернись!

Моргана делала вид, будто ничего не слышит. Её решимость была слишком хрупкой, чтобы прислушиваться к чужим советам, она чувствовала, что должна довериться своему чутью и продолжать начатое. Так что она поспешно пошла под деревьями, не обращая внимания на пересуды у себя над головой. Деревенские дети сначала окликали её, а затем, когда она отказалась отвечать, принялись обсуждать между собой, в чём же дело.

Их обескураженные голоса гудели весьма громко к тому времени, когда Моргана вышла на прогалину. Она видела, как один из инспекторов нервозно поглядывает в сторону деревьев, по-видимому, решая, можно ли продолжить притворяться, что он не слышит весь этот переполох. Она улыбнулась, вдруг поверив в собственный план: уж она расстарается, чтобы её никак нельзя было проигнорировать.

– А вот и я! – воскликнула она, вылетая из-под сени деревьев.

И, словно по команде, все разинули рты, она почувствовала на себе взгляды всех ведьм, ведьмаков и инспекторов, вытаращившихся в изумлении.

Под всеобщими удивленными взглядами Моргана застыдилась своего театрального появления. Может, ещё не поздно смыться обратно в лес? Но затем, не обменявшись ни словом, инспектора повернулись к ней спиной и зашагали прочь.

– Ничего нет! – сказал один из них, это был их обычный сигнал к отбытию.

– Подождите! – закричала Моргана. Как только всё пошло не по плану, к ней вернулась прежняя уверенность. – Вот она я, и я не ничто.

Она выбежала наперерез мужчине во главе группы, но он продолжал идти, будто бы она была невидимкой. Он попытался обойти её, но Моргана не зевала. Когда он попытался ускользнуть с другой стороны, она снова оказалась у него на пути. А отвернувшись от неё, инспектор так торопился убраться прочь, что не заметил метнувшейся ему под ноги Кисули. Он споткнулся и полетел лицом вниз наземь. Перекатившись на спину и выплюнув добрую пригоршню листьев, он больше не мог не замечать Моргану, которая с улыбкой стояла над ним.

– Мне кажется, что вы ищете меня.

– Я ничего не ищу, – ответил он сипло, вставая и отряхивая с форменного костюма грязь. – И уж точно я не ищу неприятностей.

– И мы тоже, – произнёс отец Морганы и, ухватив за капюшон её мантии, потащил её в направлении их хижины. Моргана вывернулась.

– Ну раз вы не ищете неприятностей, тогда, мне кажется, вам не стоит нарушать законы, соблюдение которых вы должны обеспечивать по долгу службы, – заявила она, снова решительно встав на пути инспектора, и упёрла руки в боки. – Я ребёнок, который никогда не посещал школу, и я хочу в школу. Что вы собираетесь с этим делать?

– Ты угрожаешь мне, дитя? – спросил он, нависая над ней.

Моргана не поддалась искушению дать дёру и проигнорировала тревогу, зазвеневшую в голосе окликавшей её матери. Она ничего не ответила инспектору, но продолжила стоять, выпрямившись во весь рост и не отводя глаз. И именно инспектор обмяк и суетливо и беспомощно огляделся, явно не понимая, что теперь требуют его служебные обязанности.

– Ну, я полагаю, нам следует… – голос его осёкся.

К счастью, помощь была рядом. Один из инспекторов жадно шагнул вперёд. Он был значительно моложе остальных, с лёгкой россыпью акне на щеках. Его форма была чистой и выглаженной, не то что у его коллег, и у него в руках был официального вида портфель, из которого он извлёк какие-то документы. Он прочистил горло и зачитал один из них:

– Действуя согласно Акту о противодействии уклонению от посещения школы, я должен проинформировать вас о том, что при обнаружении ребёнка, не достигшего возраста шестнадцати лет, не числящегося в системе формального образования, вам выносится предупреждение от Департамента Образования. Вы должны заполнить и сдать эти формы в течение пяти рабочих дней. – Он замолчал, переводя дыхание, и, сунув бумаги в руки отца Морганы, продолжал: – Вы будете извещены в письменной форме о том, какую школу должен посещать ваш ребёнок, и о дате начала занятий. Неисполнение данного предписания и необеспечение посещения школы ребёнком на регулярной основе повлечёт за собой наказание и, возможно, наказание, связанное с лишением свободы.

На этом речь была завершена. Не имея письменной инструкции о том, как следует вести себя далее, он неловко затоптался на месте, и некоторые из его коллег тотчас захихикали.

– Что ж, вы слышали, что он сказал, – рявкнул на родителей Морганы главный инспектор. Затем он нагнулся к девочке и, схватив её за плечи, посмотрел ей прямо в глаза. – И советую тебе не терять желания посещать школу. Потому что, если меня пошлют рыскать за тобой по этим горам, когда ты решишь, что твой малахольный ведьмин мозг не создан для учёбы, мои посещения будут далеко не такими дружескими.

Он резко отпустил её и разъярённо зашагал прочь, а по пятам за ним последовала вся его команда. Ни его предупреждение, ни тяжёлые взгляды соседей не испортили радужного настроения Морганы. А вот то, что отец не желал смотреть на неё, осекло охвативший её восторг.

– Прости, папа, но я просто…

Он лишь развернулся в сторону леса и, по-прежнему не глядя на неё, сказал:

– Я проклинаю тот день, когда я взял тебя в город.

Глава шестая

Всю неделю после школьной инспекции Моргана старательно напоминала себе, что она скоро получит всё, о чём мечтала, и вообще она должна быть счастлива как слон, но всё равно огорчение проскальзывало, когда она чувствовала, как растёт разрыв между ней и семьёй. Мать пыталась вести себя так, будто бы всё хорошо, но любой их разговор казался натянутым и о школе никто не упоминал. Она перестала просить Моргану посещать её магические уроки, но вместо ожидаемого облегчения Моргана чувствовала себя так, будто её задвинули в угол. А для отца Моргана словно больше не существовала. Он не мог найти в себе сил, чтобы просто посмотреть на неё. И только Турлах не стеснялся говорить всё, что думает.

– Ты предала нас всех. И не просто нашу семью, но всю общину.

Когда он в первый раз озвучил подобные мысли, Моргана была уязвлена до глубины души. Брат всегда был серьёзен и неотвязно убеждал её развивать свою магию, но никогда прежде он не говорил с ней с таким озлоблением. Однако, прослушав эту речь раз семнадцать, Моргана только и могла, что закатывать глаза. А ещё она подозревала, что отчасти он был в таком дурном настроении из-за крайне раздражённой свиньи, сидевшей рядом. Его последняя попытка завоевать фамилиара ни к чему хорошему пока что не привела.

– Ты же можешь продолжать жить так, как тебе хочется, здесь, в лесах, Турлах, а я буду жить так, как хочется мне, в городе. Это мой выбор, и это никого больше не касается.

– Никого больше не касается?! Ты разбила сердце родителям! И вдобавок навлекла позор на нашу семью. Ты хоть знаешь, как это выглядит в глазах остальных членов общины? То, как ты повернулась спиной к нашему образу жизни?

Моргана могла предположить, что выглядело это не очень хорошо, судя по тому, как деревня стала к ней относиться. Большинство, кажется, считали, что её поразил какой-то чудовищный недуг, и держались от неё подальше, как будто желание покинуть лес может быть заразным. И всё же она предпочитала тех, кто держался от неё подальше, тем, кто раз за разом выслеживал её, чтобы расписать в красках, что именно они о ней думают.

И только Эстер относилась к Моргане так же, как всегда.

– Ну ты и встряхнула эти леса, – сказала она со смехом, плюхнувшись рядом с Морганой, прохлаждавшейся с Кисулей у ручья. Моргану в эти дни утешало разве что то, что больше не нужно прятать Кисулю. Она и Эстер были единственными существами во всём лесу, желавшими находиться с ней рядом. Даже коровы, кажется, относились к ней с прохладцей.

– Я тебе могу сразу сказать, Моргана, все только и говорят что о тебе, – продолжала Эстер.

– И чувствую, что ничего хорошего они не говорят.

– Да, боюсь, в основном это что-то малоприятное и жутко скучное. Я затем и решила отыскать тебя – я подумала, ты ведь, наверное, единственный человек в этом лесу, который не хочет обсуждать Моргану Магг.

И она была права. Так что вместо этого они разговаривали обо всём подряд. Как им не хватает места в убежище, скоро надо будет его расширить, что пришла очередь миссис Мёрфи готовить на всю деревню, и как всем не по себе после того случая, когда её кулинарные потуги завершились выплеском телесных жидкостей, о том, как позеленел вчера от зависти Турлах, когда у Эстер вышло невероятно мощное заклятие ветра. Когда пришло время возвращаться в деревню, Моргана почти забыла, что ей там не рады. Однако закаменевшее лицо отца быстро напомнило об этом.

– Мы только что получили извещение, – сказал он. – Ты начнёшь занятия в школе в понедельник.

И он сразу же отвернулся, возвращая Моргану в состояние невидимки, что она, впрочем, едва заметила. Теперь, когда появилась точная дата, она вдруг поняла, что это и правда происходит с ней. Её мечта вот-вот сбудется, и её вдруг переполнило чувство эйфории, и оно не покидало её и в последующие дни. Эстер больше не могла забежать к подруге и избежать разговоров о её зачислении в школу. Моргана была очень благодарна Эстер за терпение, ведь никто даже отдалённо не разделял её энтузиазма, а Эстер хотя бы радовалась её едва сдерживаемым восторгам.

– Вот интересно, а нас будут учить роботы или люди будут учить нас, как использовать роботов? Или даже как делать роботов! Ты можешь вообразить, что в один прекрасный день я смогу создать своего собственного робота?

– Что? Типа вторую Моргану? Не думаю, что мир готов к такому. Одной вполне достаточно.

– Да он вовсе не обязан быть таким, как я, – возразила Моргана. – И вообще, имей в виду, я собираюсь придумать кучу улучшений. Я создам робота, который сможет всё делать лучше меня, и тогда мне вообще ничего не надо будет делать.

Она откинулась назад, положив голову на руки, и заулыбалась при одной мысли об этом беззаботном будущем.

– То есть ты вложишь кучу сил и труда, чтобы создать нечто, способное делать всё лучше тебя, вместо того, чтобы самой научиться делать всё как надо? Я просто не понимаю этот технологический мир.

– А ведь ты могла бы, Эстер! С твоими мозгами ты могла бы разобраться во всём, за что ни возьмёшься. Турлах уйму времени тратит на изучение заклятий, которые ты схватываешь на лету. Я уверена, что, если бы ты пошла со мной, ты бы стала величайшей создательницей роботов всех времён.

– Нет, мой ум заточен на магию, и с ней связан мой дар. Технологию я оставлю тебе.

– Ну да, и всё же мне бы хотелось, чтобы ты пошла со мной, – сказала Моргана, и первое сожаление шевельнулось в её сердце при мысли о том, что подруга останется дома.

Мама разбудила её утром:

– Вставай, солнышко, пора собираться в школу.

Обычно, пока на улице темно, Моргану было не поднять, но тут она сразу вскочила с постели. Даже выражение ужаса, появившееся на лицах родителей, когда она спустилась к завтраку, не загасило её радостного возбуждения.

– Что это на тебе надето? – вопросила мать.

– Я сама это сделала, – с гордостью ответила Моргана и даже покрутилась.

На ней были, как обычно, домотканые штаны и льняная рубаха, но она соорудила что-то вроде кольчуги из металлических болтов и люверсов, которые она насобирала во время вылазок в город. Её крепкие башмаки тоже были утыканы металлом, а каштановые кудри, собранные в неряшливый пучок на макушке, украшали самые красивые, по её мнению, кусочки металлолома.

– Ох, так хоть в глаза не бросается, – сказала мать, когда Моргана натянула свой тяжёлый плащ, чтобы защититься от промозглости осеннего утра.

– А мне нравится, – заявила Моргана, хватая ломтик поджаренного хлеба.

– Я приготовила для тебя зелье, чтобы успокоить тревогу. – Мать вложила в ладонь Морганы маленький пузырёк.

– А я вовсе не тревожусь, – соврала она, однако сунула пузырёк в карман.

– Нам пора идти. – Отец встал из-за стола. – Путь предстоит довольно далёкий.

И они пошли. Моргане показалось, что она видела несколько лиц, подглядывающих за ними из окон хижин, и, судя по их выражению, деревенские разделяли мнение родителей о её новом стиле. Она откинула полы плаща, чтобы они могли лучше рассмотреть её рукоделие.

Кисуля со всеми предосторожностями была упихана в торбу. Моргана подозревала, что в школу, скорее всего, нельзя приносить домашних питомцев, но она ни за что не хотела оставлять робокошку одну.

Они молча плелись по склону горы. Небо постепенно теряло чернильную насыщенность, светлело и делалось тускло-сиреневым, а по горизонту, едва различимое за деревьями, распространялось оранжевое сияние.

– Так, давай-ка повнимательнее, – сказал отец, когда деревья вокруг них начали редеть, а склон стал менее крутым. – Я не смогу провожать тебя каждое утро. Если ты крепко решила ходить в школу, тебе придётся самой туда добираться.

Моргана кивнула и поспешно отвела глаза. Она терпеть не могла врать родителям, но прекрасно знала, что они пришли бы в ужас, если бы знали об её секретных вылазках.

Наконец они добрались до города и прошли по широкому, обсаженному деревьями бульвару на второй уровень. Громадные здания тянулись, чтобы пощекотать подбрюшье верхнего уровня города. Улицы были намного более оживлёнными, чем привыкла видеть их Моргана, а вскоре стали ещё более людными, когда они миновали одну из колонн и рядом с ними открылись двери лифта, выпуская утреннюю толпу. Моргана изучала людей, пытаясь угадать, куда они направляются, и вдруг налетела на отца, остановившегося перед одним из зданий.

– Вот мы и на месте, – произнёс он. – Не ближний свет, но, по-видимому, это самая доступная для нас школа. И дорога довольно простая. Ты без особого труда сможешь ходить сюда.

Моргана не слышала ни слова, она стояла и изумлённо разглядывала строение перед собой. Это здание, стоявшее на некотором удалении от улицы, не было самым высоким в округе, однако выглядело очень величественно. Серым камнем была оформлена арка, в которой располагался вход, и им же были выложены цоколь здания и крыша. Всё же остальное было из чистого, поблёскивающего на утреннем солнце стекла. Моргана могла разглядеть теневые силуэты спешащих фигур внутри здания. Каменную крышу венчал огромный стеклянный купол, в котором отражались вспышки прибывающих путём телепортации учеников. Те, кто прибывал более традиционным способом, проталкивались мимо неё, чтобы пройти между каменными колоннами, охранявшими подъездную дорогу.

– Ладно, мне надо идти.

Моргана вдруг снова осознала присутствие отца, как раз когда он собрался оставить её одну. Она уставилась на него в нерассуждающей панике, и, кажется, в первый раз за целую вечность он посмотрел ей в глаза.

– Удачи тебе, – сказал он и, притянув к себе, быстро обнял. – Увидимся дома в лесах.

А затем он ушёл, и Моргана осталась стоять перед тем, что, наверное, по-прежнему было её мечтой, хотя в эту минуту её переполняли страх и дурные предчувствия и мечта казалась скорее кошмарным сном.

Глава седьмая

Моргана запустила руку в торбу, чтобы напомнить себе о том, что Кисуля по-прежнему рядом. Кисуля ласково ткнулась в ладонь. Моргана сделала глубокий вдох и быстро зашагала по подъездной дороге к школе.

Всего пару мгновений тому назад остальные ученики, спешащие мимо неё к воротам, казалось, даже не замечали её присутствия, но теперь все как один повернулись и вылупились на неё.

Моргану не удивляли их взгляды. Несмотря на все её попытки сделать свой наряд более городским, она всё же резко выделялась в потоке серебристых и неоновых одежд, сшитых из таких диковинных материалов, какие, можно не сомневаться, мамина зачарованная прялка ни за что не спрядёт. И пускай Моргана, вопреки обыкновению, уделила немало внимания своей причёске, однако она даже не могла быть уверенной, что геометрические формы на каждой первой голове сооружены из волос. И, разумеется, россыпь веснушек не могла соперничать с металлическим блеском, нанесённым на веки, блестящими узорами, вычерченными на щеках, и оранжевым и синим цветом губ. Единственным цветом на лице Морганы был красный – она прямо чувствовала, как заливается румянцем под взглядами тысячи любопытных глаз. Она не смотрела на обладателей этих взглядов. Она просто продолжила идти к дверям школы с высоко поднятой головой.

Но только она перешагнула через порог, так сразу растеряла всю свою решимость и застыла столбом у самого входа. Она поняла, что понятия не имеет, куда ей идти и что делать. Как вообще устроены школы? Если в письме, полученном её родителями, и были какие-то инструкции, папа с мамой ни о чём таком не упоминали.

Перед ней был ряд лифтов, летающих туда-сюда между этажами, а по обе стороны от просторного холла, где она стояла, расходились коридоры, ведущие к комнатам со стеклянными стенами, в которых уже начали собираться ученики.

Неожиданно Моргане захотелось оказаться дома. Да, там неидеально, но, по крайней мере, дома безопасно и привычно. Сердце у неё смятенно колотилось, а когда раздался неожиданный и громкий звон, так и вовсе чуть не выскочило из груди. Она догадалась, что это какой-то сигнал, потому что все, кто оставался снаружи, разом ринулись в двери, в спешке снова не обращая никакого внимания на Моргану. Толпа вокруг неё стала такой плотной, что она почти ничего не видела, и ей стало трудно даже вздохнуть, но затем, так же стремительно, как до этого все хлынули внутрь, дети вдруг исчезли – так откатывает назад ударившая в берег волна.

Спокойствие мимолётно снизошло на неё, но затем её охватила паника. Инстинкт требовал, чтобы она развернулась и ушла обратно в горы. Но как объяснить всем, как так вышло, что, едва войдя в дверь, она сдалась и махнула рукой на всё, чего желала достичь? Поэтому она приняла единственное остававшееся решение и твёрдо повернула направо в ближайший коридор. Ей просто нужно найти кого-нибудь и спросить дорогу.

Коридоры были пусты, и она решила, что надо постучать в одну из дверей. Она пыталась решить, которая выглядит наименее устрашающе, когда перед ней скользнула эта фигура. Два метра полированного металла, туловище в форме громадного квадрата с кубиком поменьше наверху, из которого раздался обнадёживающе нечеловеческий голос:

– Что тебе нужно в этой школе? У меня нет записи с твоей ДНК ни в студенческих, ни в штатных файлах.

– Да, нет, сегодня это мой первый день. Но мне было велено прийти. Я получила письмо… – Она запнулась, сообразив, что письма у неё с собой нет. Возможно, ей всё-таки придётся вернуться в леса… но тут она заметила, что светящиеся глаза робота замерцали.

– Да, файлы показывают нового ученика, который должен был зарегистрироваться сегодня. Ты Моргана Магг?

– Да, это я.

– Пожалуйста, следуй за мной в администрацию.

Моргана засеменила за роботом, который двигался довольно элегантно, притом что его массивное туловище выглядело непомерно большим для тонких металлических ног. Глядя, как он шагает перед ней, она чувствовала, как к ней возвращается уверенность в том, что она правильно сделала, придя сюда. Да, всё здесь странное и новое, но ей никогда не понять этих чудес, если она останется навеки у себя в горах.

– Пожалуйста, пройди сюда для обработки данных. – Робот открыл дверь в конце коридора. Моргана шагнула мимо него в белую комнату, в центре которой застыл ещё один прямоугольный робот.

– Пожалуйста, встань передо мной, – сказал второй робот. Моргана сделала, как велено. – Стой прямо, – велел робот, и Моргана повиновалась. – Я произведу сканирование твоего лица и возьму образец твоей ДНК, чтобы инфраструктура школы могла тебя идентифицировать.

Щуп выскочил из макушки робота, из него полился голубоватый свет, скользнувший по лицу девочки, затем свечение потускнело, и щуп стрельнул и уколол её в палец.

– Ой! – вырвалось у Морганы скорее от удивления, чем от боли.

Она была уже начеку, когда из машины появился второй инструмент – металлический полукруг, который прилип к её вискам. Она чувствовала, как от него по черепу расходятся лёгкие вибрации.

– Согласно замерам активности головного мозга я зачисляю тебя в класс 1 «А». Это копия твоего расписания на твёрдом носителе, так как я могу определить, что у тебя нет с собой электронного прибора.

Моргане показалось, что Кисуля негодующе шевельнулась у неё в сумке.

Лист бумаги выскользнул из нижней части машины. Моргана едва успела поймать его, пока тот не улетел на пол.

– Пожалуйста, явись в класс.

Выйдя из комнаты, она с разочарованием увидела, что первый робот оставил её одну, так что ей пришлось обратиться к расписанию. Похоже, у неё сейчас была история в кабинете 4.3 на четвёртом этаже. Она вернулась обратно в вестибюль и после некоторых приключений с кнопками в лифте (закончившихся поездкой в подвальный этаж и вылазкой на крышу) всё же очутилась на четвёртом этаже. Она постояла, собираясь с духом, перед дверью с отметкой 4.3, а затем открыла её и сделала первый робкий шаг в класс. Тридцать пар глаз, круглых от шока, повернулись к ней.

– Это комната 4.3? – обеспокоенно спросила Моргана, подняв глаза от расписания к номеру на двери.

Удивленное выражение на лице учителя заставило её усомниться в своих навигационных способностях, хотя минуту назад она была ими чрезвычайно горда. Он подошёл к ней и выхватил у неё из рук расписание.

– Ты девочка-ведьма, я полагаю… робот-администратор провёл все обычные тесты? – уточнил он, изучая из-под насупленных бровей листок.

– Ну мне они не показались прям обычными, – сказала она. – Но да, наверное.

Учитель осоловело посмотрел на неё, но затем взял себя в руки.

– Что ж, полагаю, тогда тебе следует сесть. Я мистер Харрис.

Моргана направилась к стулу рядом с миловидной девочкой в первых рядах, светлые волосы которой были скручены в конус у неё на макушке, но девочка сунула на свободное место свою сумку.

– Даже не думай, – прошипела она, сощурив глаза. Девчонки позади неё захихикали. Они тоже были красивые, одна с ярким афро, другая с огненными волосами, уложенными косами вокруг головы.

Моргана отскочила как ужаленная. Учитель находился не дальше, чем девочки, но если он и слышал эту реплику, то никак не отреагировал на неё.

Она оглядела аудиторию. Там было ещё несколько столов, занятых одиночками, но она решила, что безопаснее будет сесть за один из пустых столов в конце класса. Она устроилась в углу с чувством, что нашла тихое местечко, как вдруг сидевший впереди мальчик с волосами, торчащими чёрными пиками, поднял руку.

– Сэр, – практически завопил он, – я правда не думаю, что смогу сосредоточиться рядом с… ну сами понимаете, – тут он сделал паузу и оглянулся на Моргану, – запахом.

Девочки, сидевшие впереди, снова захихикали. Моргана чувствовала, как краснеет от злости. Она знала, что любой исходящий от неё запах может быть только приятным. Её одежда была свежевыстиранной, сама она каждый день принимала перед сном ванну с розовой водой и лавандой. Она посмотрела на учителя, ожидая, что он разделит её негодование, но он словно не замечал её.

– Ну тогда найдите себе другую парту, мистер Занг, – произнёс он, обводя рукой комнату.

– Он может сесть здесь, сэр, – сказала светловолосая девочка, убирая сумку с соседнего стула.

– Замечательно. Значит, садись с Клодой, Генри.

– Сэр? – спросила Клода, когда Генри сел рядом с ней. – В Подгороде до сих пор есть магические люди, не переехавшие в лес. Я знаю, что эти люди не имеют ни необходимости, ни желания получать образование, но разве нельзя построить школу там, внизу, чтобы не ставить под угрозу наше обучение?

– Ну, – протянул мистер Харрис, продолжая вести себя так, как будто Морганы в комнате нет, – я не думаю, чтобы подобная ситуация возникала раньше. Будем надеяться, что рано или поздно всё так или иначе уладится.

– Да, что ж, я определённо скажу кое-что своему отцу, – заявила Клода. – Мэру, – прибавила она специально для Морганы.

Моргана смотрела на стол перед собой, стараясь не моргать, чтобы не смахнуть стоящие в глазах слёзы. Она чувствовала, что на неё смотрит темнокожий мальчик с гладко выбритой головой, который сидит за соседним столом, но ей не хватало духу посмотреть глаза в глаза тому, кого она представляла мысленно с таким же презрительным выражением на лице. Кисуля, должно быть, почуяла её отчаяние, поскольку высунула металлический коготок и царапнула её руку, мол, не забывай, у тебя здесь есть один друг.

Моргана подняла голову только затем, чтобы беспомощно оглянуться по сторонам, когда учитель объявил, что все должны переключить свои гарнитуры виртуальной реальности на тур по полям Межгородской Войны Роботов. Весь класс нацепил аккуратные очки-консервы и сунул что-то в уши. Лишённая возможности созерцать все те ужасы, которые, по-видимому, испытывали остальные дети, Моргана только завидовала, когда те вскрикивали и даже плакали над неведомыми видениями, проносившимися у них перед глазами, в то время как она сама оставалась в классе. Вернувшись в реальность после страшных картин войны, все, однако, закончили урок в куда лучшем настроении, чем она сама. Моргана надеялась, что уж остальные уроки пройдут лучше, чем этот.

Она ошиблась. Следующим уроком была математика, и миз Мулкахи говорила с Морганой точно таким тоном, каким её мать разговаривала с иностранными ведьмами и ведьмаками, гостившими в лесу, – очень медленно и очень громко.

– СЕГОДНЯ МЫ ИЗУЧАЕМ АЛ-ГЕБ-РУ.

Моргану чуть не сдуло одной силой голоса учительницы, когда она пошла к своему месту в конце класса, увидев, что все сидят в той же конфигурации, что и на предыдущем уроке. По крайней мере на этот раз Моргана не чувствовала себя настолько не у дел, всё же она начинала заниматься алгеброй с матерью и могла следить за формулами на экране на стене класса.

Но долго это не продлилось, поскольку почти в самом начале урока учительница попросила учеников достать свитки. Моргана ничего не понимала. Не может же быть, чтобы они использовали пергамент, как самые ветхие старцы из магического народа? Но тут она поняла, что остальные студенты уже разворачивают свои свитки, а раньше она их не видела оттого, что они были практически незаметными. Прозрачные, как стекло, но при этом тонкие и гибкие, как бумага.

Миз Мулкахи начала смахивать задачки с экрана в направлении тех или иных учеников. Моргана видела, как они исчезали с экрана на стене класса и выскакивали на свитках сидящих вокруг. Моргана была так очарована исчезновением и появлением цифр, что поначалу даже не чувствовала себя обделённой, но затем ей стало ужасно обидно, когда она поняла, что дала бы лучший ответ, чем некоторые из тех ответов, что проносились по воздуху, если бы только могла принять участие в работе.

Обед тоже обернулся сложностями. Встав в очередь за едой, она заметила, что никто не стоит к ней ближе, чем на метр с любой стороны. А когда Моргана подошла к началу очереди, она не смогла узнать ни одного из стоящих перед ней блюд. Еда выглядела как нежующиеся комки всевозможных оттенков бежевого. Всё это выглядело настолько неаппетитно, что она едва не развернулась и не ушла с пустыми руками, но тут рука робота возникла из-за прилавка и просканировала её. Затем рука выбрала один из неописуемых сгустков и положила на Морганин поднос.

– Эта пища приятна для твоих вкусовых рецепторов и включает необходимый тебе набор питательных веществ, – сказал робот своим писклявым голосом.

Моргана не стала спорить, а отнесла свой поднос в самый тихий угол столовой, который разом опустел, как только она села. На удивление, еда оказалась не слишком ужасной на вкус, хотя и мало походила на еду. Моргана насытилась и набралась сил перед следующим уроком.

Увы, участвовать в уроке снова оказалось невозможно, так как учительница музыки, миз Робертс – она, похоже, панически боялась Морганы – попросила всех надеть наушники и прослушать композицию, которую они собирались разучивать. После того, как все надели очки-консервы, Моргане пришлось сидеть молча и делать вид, что она не замечает опасливых взглядов, которые бросает в её сторону миз Робертс. Один раз Моргана встретилась с ней глазами, и учительница смертельно побледнела и вынуждена была схватиться за стол, чтобы не грохнуться в обморок.

К своему облегчению, Моргана обнаружила, что на последнем уроке ей не придётся иметь дело с подобной ерундой. Роботехнику и в самом деле преподавал робот, и он держался с ней так же бесстрастно, как и с остальными учениками. Она с восторгом наблюдала, как учитель открыл своё собственное тело, чтобы разъяснить работу его внутренностей, и не стеснялась задавать все вопросы, что только приходили ей в голову, несмотря на смех, который они вызывали у остального класса. Учитель, или Инструктор 1107, как его называли, ответил на все вопросы чётко и без капли осуждения.

Однако его отстранённое и профессиональное отношение не отменяло явной враждебности, которую Моргана ощущала от всех остальных, и когда прозвенел звонок, объявляющий конец занятий, она была поражена тому, что по-настоящему рада оставить робота и вернуться в леса. Может, там она тоже не пришей кобыле хвост, зато там есть люди, которым на это плевать.

Глава восьмая

Дни Морганы тянулись одинаково, как под копирку, до конца недели. Заставив себя подняться утром, она одевалась в темноте. Она думала, не забросить ли свой новый стиль, но поняла, что даже если никто не впечатлился её нарядом, ей-то самой он нравится. Так что, тихонько позвякивая, она пускалась в долгий путь к школе. Там её ждали холодные взгляды и жестокие слова одноклассников. Учителя были ничуть не лучше со своими более изощрённо ехидными замечаниями, а вдобавок они относились к ней как к полной идиотке, но при этом не предлагали никакой помощи в учёбе.

Забавно, но только её учителя-роботы – а ещё один вёл естественные науки, помимо того, что преподавал роботехнику, – относились к ней по-человечески. Для них она была ещё одним учеником, и поэтому Моргана всегда с нетерпением ждала этих уроков и просто возможности оказаться вблизи роботов. Жалко только, что и остальные ученики тоже были там.

– Значит, – обратилась Моргана к Инструктору 1107, пытаясь уяснить себе основы основ. – Робот получает всевозможные сенсорные данные от окружающей среды, а затем всё это анализируется в центральном обрабатывающем модуле. Робот так запрограммирован, чтобы в зависимости от типа сенсорной информации понимать, что делать.

– Да, это простое общее описание.

– Бог мой, представляете, не знать такую базовую роботехнику, – сказал Генри таким громким шёпотом, что его и шёпотом-то можно было назвать с натяжкой.

Моргана почувствовала, как заливается румянцем, однако механическая рука, с которой работали Генри и Клода, оставалась строптиво неподвижной, тогда как Джонатан, сидевший за соседним столом от Морганы, сумел запрограммировать своего робота нарисовать его портрет. Моргана решила, что если уж обращаться за оценкой своих роботехнических способностей, так не к Генри.

Уроки, на которых Моргане приходилось стыдиться своего недопонимания, однако, были лучше тех, в которых она и вовсе не могла участвовать. Она сидела молча, когда мистер Али отвёл класс в театр, и все вокруг смеялись; она сидела без дела на географии, когда миз Коннолли собрала свитки, чтобы сложить из них карту страны, в создании которой принимали участие все, кроме Морганы; она перестала считать, сколько картин и звуков прошло мимо неё.

Моргана решила, всё дело было в каком-то помешательстве, вызванном крайней скукой, иначе она не сморозила бы самую большую глупость в истории класса.

– Магия?

– Что ты сказала? – вопросил мистер Харрис, выпучив глаза и свирепо уставившись на неё через весь класс. Они всё ещё изучали Межгородскую Войну Роботов, и он спросил, что стало причиной её окончания. Моргане и в голову не приходило, что в городе может быть отличающаяся версия событий, и уж конечно, ей следовало хорошенько подумать, прежде чем произносить это слово в таком окружении. Затем, пытаясь заполнить напряжённое молчание, окутавшее её, Моргана заговорила о ведьмах и ведьмаках, обнаруживших себя для того, чтобы прийти городу на помощь и спасти его от разрушения.

– Вот, значит, какие лживые байки рассказывают у вас?! – взревел мистер Харрис в ярости, даже не дав ей закончить. – Вы пытаетесь умалить славную историю нашего города, попутно изобретая благородную историю для своего народа! Мне невыносимо даже смотреть на тебя, презренное создание. Убирайся из моего класса! ВОН!

Моргана пулей вылетела из кабинета. Это был последний урок, но ей не хотелось объясняться в лесу, отчего она рано вернулась, и поэтому она спряталась в туалете с Кисулей. Робокошка, выпущенная из своего тайника, льнула к хозяйке, впитывая своей плешивой шёрсткой малую часть её слёз.

Моргана вечно боялась, что Кисулю обнаружат. Прямым текстом этого не говорилось, но по отсутствию других питомцев в школе можно было догадаться, что приносить их запрещено. Однако ей не хватало духу оставить Кисулю дома, ведь тогда её одиночество было бы абсолютным. Кисуля всегда была надёжно спрятана во время уроков, но, заглотив свой одинокий обед, Моргана обычно ухитрялась найти пустой кабинет или туалет, чтобы провести пару минут в компании своей любимицы. Хотя Кисуля была для неё больше, чем домашний питомец – на самом деле Моргана считала её своим фамилиаром.

Она думала, что лучше выдерживала бы неприкаянность школьной жизни, если б только могла найти утешение дома. Но, слишком гордая, чтобы признать, что она приняла неверное решение, Моргана вернулась в леса после первого дня в школе с улыбкой от уха до уха и готова была рассказывать всем, кто станет слушать, какой невероятной была её школа. А после этого она чувствовала, что надо делать хорошую мину, хотя врать семье и Эстер было непросто. Прежде она всегда была с ними честна, и они знали её достаточно хорошо, чтобы Моргана даже не сомневалась: стоит им копнуть чуть глубже жизнерадостной наружности, и они точно раскусят её обман.

И поэтому она начала держаться наособицу. Притворялась, что делает домашнее задание, хотя у неё не было ни технических приспособлений, ни навыков, чтобы выполнить хоть что-то из заданного на дом, и проводила большую часть вечеров сама с собой, всё глубже погружаясь в одинокое молчание. Она как раз глядела на свою старую карту, наполовину сожалея, что не оставила город фантазией на стене, когда Эстер просунула голову в дверь. Моргана, к собственному удивлению, почувствовала, что у неё сердце ушло в пятки при виде лучшей подруги.

– Быть не может, чтобы ты до сих пор делала домашку, – сказала Эстер жизнерадостным тоном. – Ты небось уже собрала целую армию роботов.

– Мне до этого надо ещё много чего выучить, – буркнула Моргана. – Это не так просто, как магия.

– Ха! И когда это магия давалась тебе просто?

Моргана почувствовала, как её затопила глубокая печаль, но под ней проскальзывал едкий гнев. Обычно она только рада была посмеяться вместе с Эстер над своими отсутствующими магическими способностями, но теперь всё было иначе. Шутка Эстер сильно задела её, и ей стало казаться, что у неё нет никаких способностей и она нигде ничего не добьётся.

– Бу, я просто не могу говорить с тобой о таких вещах, – огрызнулась она. – Ты ничего не смыслишь в том, что лежит за границами этих лесов. Ты такая же невежественная, как и все здесь.

У Эстер в изумлении открылся рот, а затем лицо её яростно скривилось.

– Ты не сделалась лучше нас, Моргана, только потому, что ты теперь городская девчонка.

– Ха! – фыркнула Моргана, думая о том, что называть её городской девчонкой просто смешно.

Эстер же явно решила, что смешок адресован ей, и рассердилась ещё больше.

– Раз так, ну и ладно. Очевидно, что тебе больше не нужны старые друзья. Ты и словом со мной не перемолвилась после того, как начала ходить в школу. Я знала, что тебе не терпится покинуть здешние леса. Я просто не понимала, что я часть того, от чего ты хочешь сбежать.

Глаза Эстер наполнились слезами, она развернулась и вылетела вон. Моргана хотела сказать что-нибудь, чтобы остановить её, но слёзы сдавили горло уже ей самой.

Она никого не хотела видеть в тот вечер, однако знала, что больше никто и не зайдёт к ней в убежище. Она могла побыть наедине со своим металлом. Устроившись среди металлических груд, она тотчас почувствовала себя спокойнее, но её неудовлетворённость снова всколыхнулась, когда она поняла, что ничего со всем этим не может сделать. У неё не было ничего из инструментов в школьных мастерских, а магическая сила подруги стала для неё недоступна. Она жадным взглядом впилась в склянки с огнём, ярко горевшим всевозможными оттенками пламени – Эстер собирала пламя по всей округе.

Она повертела крышку маленькой пурпурной геенны. Баночка была совсем маленькой, но Моргана сомневалась, что ей понадобится столько жара, чтобы придать форму металлу. Она медленно свинтила крышку, и в тот же миг, когда баночка была открыта, яркий огонёк пламени скакнул вверх. Моргана немедленно закрыла крышку, но огонь было не вернуть назад. Он угрожающе потрескивал посреди пола. Моргане обычно стоило только посмотреть на костёр в деревне, как он гас, но этот огонёк поднялся ей навстречу.

– Ой, нет, нет! – забормотала она. В отчаянии оглядевшись, она заметила котелок, до краёв полный ярко-зелёной жидкостью.

Моргана замерла на мгновение. Хотя она провела не один час с Эстер и её зельями, она понятия не имела, что это может быть. Насколько она могла судить, это запросто мог быть какой-то специальный настой для усиления пламени. Решив всё же рискнуть, она опрокинула пузырёк. Жидкость приземлилась точно на пламя, которое тут же погасло, оставив, однако, острый густой запах дыма, вонявший гнилым мясом и палёными волосами. Моргана бросилась вон. Кто знает, как подействует комбинация заклятия и зелья?

Прислонившись к стене, она зашлась сухим кашлем, чувствуя себя даже более никчёмной, чем обычно. Она не сразу заметила, что в руке у неё по-прежнему зажат металлический стержень, который она надеялась перековать. Разочарование Морганы обернулось гневом. Она точно знала, что она хочет сделать с этим куском металла, но все возможные средства были ей недоступны. Все вокруг обладали той или иной властью над окружающим миром, лишь она чувствовала себя совершенно беспомощной. Это нечестно! Все остальные могли бы скрутить эту железяку…

Она застыла, не додумав эту мысль. Дым, наверное, как-то подействовал на неё. Вот ведь привидится: металл изгибался. Моргана заморгала, смахивая выступившие от дыма и раздражения слёзы, из-за которых всё перед глазами расплывалось. Не может быть. Как? Наверное, ей это померещилось. Она была так ошеломлена, что не сразу почувствовала, как по металлу распространяется жар. Она выронила кусок металла, теперь принявший форму буквы «С». Красные отметины у неё на ладонях были совершенно реальны.

Она помчалась обратно в деревню, воодушевлённая и озадаченная. Наверное, это такой эффект от соединения зелья и огня, домыслила она. Дело не могло же быть в ней. Да, это более логичное объяснение.

Моргана не сомкнула глаз в ту ночь. Придя к мысли, что причиной всему были магические силы Эстер, она не могла думать ни о чём, кроме искажённого болью лица подруги, и с ужасом представляла, какой день ждёт её завтра утром, когда она вернётся в школу.

Глава девятая

Моргана встала с первыми лучами солнца, всё ещё переживая из-за Эстер. Мало того что у неё не было друзей в школе, так теперь она рассорилась со старыми друзьями. Она собиралась бездумно, механически. Какой смысл стараться выглядеть прилично, если всё равно все будут вести себя так, будто она грязная и от неё воняет? Так что она натянула башмаки, не потрудившись соскрести грязь, и едва озаботилась провести расчёской по непослушным кудряшкам. Но всё же не готова была отказаться от своего новомодного доспеха.

А затем она потопала по уже знакомой тропе, спускающейся с горы к городу. Машины проносились у неё над головой, роботы скользили мимо, но она обнаружила, что даже эти чудеса не отвлекают её от гложущего чувства тревоги, заполнившего её нутро на подходе к зданию школы. По крайней мере, теперь на неё таращилось не так много глаз – отчасти потому, что новизна поистёрлась, но также, похоже, это была новая тактика тех, кто хотел показать ей, что ей здесь не рады.

Клода и её кодла прошествовали мимо, задрав носы и глядя куда угодно, только не в сторону Морганы. Может, конечно, они и правда не заметили её, но Моргана сомневалась в этом, ведь Клода умудрилась толкнуть её с такой силой, что она отлетела и приземлилась на пятую точку. Клода по-прежнему смотрела прямо перед собой, но происшествие снова привлекло к Моргане внимание всех, кто был на школьном дворе. Она старательно проигнорировала смешки, встала, отряхнулась и пошла в класс, не обращая внимания на то, как все в лифте отступили от неё подальше.

Так и не подняв головы, она подошла к классу и прошла прямиком к своей пустой парте в дальнем углу. А сев, она так прилежно не сводила глаз с пола, что не сразу заметила стоящую перед ней фигуру. Только стук гаджетов о парту привлёк её внимание к Джонатану.

– Я перебрал их для тебя за выходные, – сказал он, выкладывая свиток, наушники и довольно массивные очки виртуальной реальности. – Не самой последней модели, ты наверняка и сама видишь, но я сумел доработать софт, так что они должны подхватывать последние обновления. Вообще-то, мне кажется, я заметно усовершенствовал свиток. Я показал его отцу, и он сказал, что передаст кое-какие мои идеи его создателям. Он один из ведущих инженеров РобоКорпа, так что знает пару ребят из Свитка Инкорпорейтед. А ещё он разрешил мне загрузить в твой свиток кое-что из литературы РобоКорпа. Для человека, который только-только столкнулся с роботехникой, ты задавала весьма проницательные вопросы. Я думаю, тебе это будет интересно.

Мистер Харрис хлопнул дверью, и Джонатана как ветром сдуло к его парте, где он и сидел молча всю прошлую неделю. И теперь уже Моргана, лишившись дара речи, вертела в руках инструменты, разложенные перед ней. Но прежде чем она успела всё как следует рассмотреть, мистер Харрис посыпал инструкциями поверх голов учеников.

– Надеть очки! Сегодня опять виртуальная реальность. Однако намного более древняя история – мы возвращаемся к Французской революции.

Моргана заметила, что он небрит и глаза у него красные. А когда он так выглядел, он, похоже, предпочитал перекладывать обучение на приборы виртуальной реальности. Моргана заметила, что он не стеснялся дать храпу у неё на глазах, однако всегда дожидался, чтобы все остальные надели очки-консервы и наушники, прежде чем задремать. Моргана была рада, что сегодня ей не придётся смотреть, как он пускает слюни. Она радостно схватила очки, но тут же сообразила, что не имеет ни малейшего понятия, что с ними делать, однако расстроиться она не успела, потому что Джонатан сел рядом с ней.

– Хм, кажется, они могут сидеть немного туговато, – проговорил он.

– Нет, нет, всё идеально, – ответила она, игнорируя слабое давление.

– Ну о’кей, я настроил сеть, так что тебе ничего особенного не нужно делать, просто ждать, пока мистер Харрис разошлёт нам файл виртуальной реальности.

Он едва закончил говорить, как Моргана вдруг очутилась на улицах Парижа восемнадцатого столетия. Поначалу это было довольно обескураживающе – оказаться в этой пихающейся толпе парижан. Она чувствовала давление людской массы, ощущала исходящую от неё вонь. Честно говоря, ощущение было настолько всепоглощающим, что она не сразу услышала бестелесный голос, рассказывающий о происходящем. Неожиданно сцена переменилась, и вот Моргана уже штурмовала баррикады, по венам её бежал адреналин. Они переместились еще через несколько сцен и наконец оказались у подножия гильотины. Несмотря на жуть этого кровавого завершения урока, Моргана улыбалась на всём его протяжении, зная, что в реальности сегодняшнего дня у неё есть товарищ, который сидит рядом с ней.

– Не переживай, я покажу тебе, как получить доступ, – пообещал Джонатан, когда мистер Харрис велел им скачать домашнее задание на свитки. Он резко вырубил им поток виртуальной реальности и выглядел при этом так, будто только что пробудился от глубокого сна.

Пока они шли на следующий урок, Джонатан, не смолкая, рассказывал обо всех функциях, которые он усовершенствовал на Морганиных приборах. «Скорость скачивания практически моментальная, и я думаю, что качество звука в твоих наушниках даже лучше, чем у меня. Я собираюсь заняться апгрейдом и для себя».

Моргана просто кивала в ответ. Не зная и половины функционала, она сомневалась, что заметит усовершенствования, однако была тронута, понимая, сколько на них ушло времени и труда. Но всё же она чувствовала, как соловеет, когда Джонатан принялся объяснять научную составляющую произведённых им изменений. Она была практически уверена, что даже ребята, выросшие среди технологии, с трудом поспевали бы за Джонатаном, так что и говорить о той, что всего неделю назад вышла из леса.

Подозрения Морганы вскоре подтвердились. После того, как он всю математику проводил для неё ликбез по работе её свитка, она спросила: а ничего, что он пропустил весь урок?

– Да нет, – беспечно произнёс Джонатан. – Для меня этот уровень математики – вчерашний день.

– Я кое-что из этого уже делала, – проговорила Моргана. – Но мне трудно было поспевать за вами без технологии.

– Да, я так и думал. Меня просто выводила из себя эта несправедливость. Никто не дал тебе ни малейшего шанса.

– Ну, зато теперь ты даёшь, – сказала Моргана. – А я до сих пор не сказала тебе спасибо!

– И не надо. Мне нравится создавать разные вещи. Особенно для тех, кто будет их ценить. Никто больше в классе не знает, что такое жизнь без технологии, вот они и воспринимают её как нечто само собой разумеющееся. А ты восторгаешься ей, как мало кто теперь восторгается.

– Но ты-то тоже? – спросила Моргана.

– Я прилагаю к этому все старания, – с гордостью ответил он. – Нужно стараться смотреть на всё свежим взглядом. Только тогда я смогу по-настоящему понять технологию, а значит, создать даже более потрясающие вещи. Я хочу пойти по стопам отца. Он продвигает эпоху роботов всё дальше и дальше благодаря своей работе в РобоКорпе. И я хочу однажды стать частью всего этого.

Моргане хотелось бы стать частью этого, но ей не хватило смелости сказать об этом, когда Джонатан терпеливо раз за разом показывал ей простейшие функции самого элементарного устройства, а она старалась не пропустить ни слова из того, что он говорил в этот день. Она была так увлечена всем, что узнавала, что и поверить не могла, когда прозвенел звонок, возвещающий конец уроков, а ещё больше её поразило то, что в первый раз за долгое-предолгое время она чувствовала, что ей жаль уходить из города.

Глава десятая

Редко когда домашнее задание делают с такой радостью, с какой Моргана выполнила всё заданное тем вечером, и это несмотря на то, что она была изгнана из тепла собственного дома в лесное убежище. Она решила, что с Турлахом лучше не спорить, когда у него настолько ханжеское настроение.

– Я не знаю, и как у тебя хватило наглости принести эту электронную гадость в наш дом, – прорычал он через стол, сидя над книгой, позаимствованной у миз Гарсии, и переписывая описания зелий, пока Моргана работала со свитком.

– Да ладно тебе, Турлах, – вздохнула Моргана. – Это просто другой способ делать домашнее задание. Я уверена, что твоя перьевая авторучка в своё время тоже была весьма революционным изобретением. Ты же не высекаешь свой текст на каменной плите и всё такое?

Турлах в ярости отшвырнул ручку, так что чернила брызнули на деревянный пол хижины.

– Моя перьевая ручка не противоречит традициям нашей общины. Она не подрывает наш образ жизни.

Моргана знала, что он особенно не в духе, потому что его поросёнок-фамилиар наконец-то сбежал и скрылся в горах, но и у её терпения был конец. Она тоже сбежала в лес. Читать можно было при свете самого свитка, но она поймала себя на мысли, как здорово было бы опять вызвать заклятие огня, когда засиделась, продрогнув, до позднего вечера и до тех пор, пока мать не пришла её искать.

– Пошли спать, солнышко. Тебе надо будет вставать через несколько часов.

Моргана последовала за ней обратно домой, но стоило ей убедиться, что Турлах спит на своём матрасе на другой половине хижины, как она вытащила свиток из-под одеяла. Она просто глаз не могла оторвать от открывшегося перед ней нового мира. Все те вопросы, которые она не осмеливалась задать в классе, она могла набрать или даже нашептать в этот светящийся прямоугольник и в считаные секунды получить ответ.

Она попробовала использовать функцию, позволявшую прикладывать электроды к вискам, чтобы обращаться к свитку напрямую, но ей слишком о многом хотелось спросить, её мысли разбегались, и прибор не мог разобрать их и вежливо попросил, чтобы она или проговаривала, или печатала свои запросы. В ответ на свои вопросы Моргана получала текст, звуки и изображения на экране – или даже напрямую в мозг, когда она снова попробовала работать с электродами. Она нашла такой способ слишком пугающим и сорвала электроды, как только в мозг хлынул извне поток информации. Джонатан говорил ей, что, когда тебе исполняется шестнадцать лет, можно даже имплантировать крохотный свиток, чтобы поток информации был постоянным. Но как Моргана ни любила технологию, это казалось несколько пугающим.

В конечном итоге она проспала всего пару часов и проснулась настолько без сил, что вряд ли выползла бы из постели, если бы не знала, что в конце утреннего пути её ждёт друг.

Когда она вошла в класс, то обнаружила, что Джонатан сидит за той партой, которая некогда была Морганиным маленьким персональным островом. Он азартно поджидал её, ему не терпелось объяснить, какие ещё функции он доработал на её устройствах. Моргана воодушевилась, когда поняла, что она уже узнаёт некоторые слова, которые он употребляет, и была очень собой довольна, когда сумела самостоятельно всё поднять и запустить.

Они опять провели утро, уткнувшись носами в электронику, пока остальной класс продолжал заниматься. К тому времени, как прозвенел звонок, Моргана напрочь забыла об окружающем мире, но когда они продолжили обсуждение в столовой, оказалось, что остальной мир не переставал следить за ними.

– Это так мило, что вы нашли друг друга, – усмехнулась Клода, остановившись у их стола с подносом в руках, её подпевалы Лиза и Клэр, как обычно, хихикали позади неё. – Два величайших фрика во всей школе воссоединились.

Моргана почувствовала, как кровь прихлынула к её щекам, но Джонатан спокойно поглядел на Клоду, похоже, ничуть не смутясь.

– Вы, правда, такие разные фрики, – продолжала она. – Ты ужасный всезнайка, Джонатан, а это существо едва умеет говорить.

– Моргана очень умна, – безмятежно ответил Джонатан.

– Ха! – засмеялась Клода. – Она едва может включить свой свиток.

Моргана чувствовала, как её охватывает ярость, но отчего-то она не могла переплавить свой гнев в слова и поставить Клоду на место, как она всегда проделывала с братом или любым другим из ребят в лесу, смеявшимся над её никчёмным ведовством.

– Вообще-то она очень быстро разобралась в интерфейсах для человека, который пользуется ими всего один день, – сказал Джонатан. – Если бы ты попробовала прожить в лесах, отрезанная от технологии, я думаю, тебе потребовалось бы куда больше времени, чтобы сообразить, что к чему.

– Да я и близко не подойду к этим отвратительным лесам, – огрызнулась Клода. – И я считаю, что это позорище, что ты поощряешь это создание выйти из леса и заявиться сюда, где ей совсем не место. Я уверена, тебе отлично известно, что прошлой ночью в городе опять была масса неисправных роботов. И все знают, что это ведьмы и ведьмаки вызывают неполадки своим вмешательством. И после этого ты даёшь им больше информации о нашей технологии – информации, которую они смогут использовать, чтобы атаковать нас.

– Нет никаких свидетельств, что магический народ связан с недавними технологическими проблемами, – возразил Джонатан.

– Ну конечно, – фыркнула Клода. – Ты просто не желаешь в это верить, потому что единственный человек, пожелавший с тобой дружить, – это ведьма. – Она вроде собралась уходить, а затем повернулась обратно, словно бы вспомнив что-то. – Упс! – Она опрокинула свой стакан с ярко-красной жидкостью прямо на колени Моргане.

Моргана вскочила на ноги в замешательстве, которое тотчас обернулось гневом, стоило всем вокруг грянуть хохотом. Она чувствовала, как жаркая волна гнева прокатилась по всему её телу и вырвалась наружу, когда, повернувшись, она увидела ухмыляющееся лицо Клоды. Клода по-прежнему держала в руках поднос с грудой еды. Моргана видела, что он сделан из нержавеющей стали; она это почти чувствовала. Как просто было бы поквитаться с Клодой, если бы только она могла…

И прежде чем она успела хотя бы додумать эту мысль, поднос кувырнулся в воздухе, вываливая своё содержимое на мерцающее золотистое платье Клоды, а потом прилетел прямо в руки Моргане.

Моргана не могла сказать, был ли бьющий по барабанным перепонкам вопль Клоды воплем ярости или ужаса. В ответ дико завыла её собственная сумка – Кисуля явно почувствовала, что Моргане что-то угрожает, и попыталась освободиться из холщовой тюрьмы, высунув маленькую рыжую мордаху. Увидев это, Моргана быстро прикрыла питомицу, пока её никто не заметил, однако по ошалелым лицам вокруг она могла сказать, что все решили, что звук исходит от неё самой.

– Я думаю, нам лучше уйти, – прошептал Джонатан, потянув её за рукав.

Она с готовностью позволила ему поднять себя на ноги и вывести на школьный двор, где они нашли убежище за мусорными баками.

– Ой, нет, ой-ой, нет! – проговорила она, сердце у неё сжалось в панике. – Что я наделала?

– Помогла Клоде получить по заслугам, – ответил Джонатан. – А вот тот вопль – он же исходил не от тебя, верно? – спросил он, поглядывая на продолжающую извиваться сумку.

Моргана не ответила, а просто открыла торбу. Кисуля выскочила наружу. Моргана подхватила её на руки и прижала к себе, чтобы успокоить. Наконец та затихла, Джонатан смог разглядеть, что это за серебристо-рыжий вихрь.

– Ого! Это впрямь устаревшая модель робота-питомца. Я никогда не видел такой допотопной модели. Хотя вот это выглядит недавним дополнением. – Он дотронулся до курепалой лапки.

– Её пришлось немного подлатать, – объяснила Моргана.

– Ты сама это сделала? Я впечатлён. Ну то есть это не особо изысканное решение, но выглядит вполне эффективным, тем более что, полагаю, работала ты с весьма ограниченным набором инструментов и материалов.

– И не говори.

Кисуля определённо решила, что не Джонатан был источником той опасности, которую она почуяла, и позволила ему осмотреть себя поближе.

– Мало кто теперь утруждается содержанием роботов-питомцев, – произнёс он немного грустно, – не говоря уже о настоящих. Слишком хлопотно, да и места они много занимают. Большинство питомцев теперь виртуальные.

– Не понимаю, как это можно сравнивать, – сказала Моргана, чувствуя, как бешеное сердцебиение замедляется от одной успокоительной тяжести Кисули, прижатой к груди. Мысли перестали разбегаться, позволив ей более ясно обдумать, что сейчас произошло. – Что же такое, по мнению Клоды, ведьмы и ведьмаки делают в городе?

– Ох, в последнее время было множество технологических проблем, – нахмурился Джонатан. – Роботы съезжают с ума, отказываются исполнять приказы. Никто точно не знает, почему это происходит, даже мой отец, так что, естественно, всё валят на ваш народ.

– Здорово! Значит, все ненавидят магический народ даже больше обычного, и тут я, бац, делаю что-то ведьмовское, чего никогда в жизни не делала. Вот зачем мне надо было колдовать? – вопросила она жалобно и скорее у себя самой, чем у Джонатана. – Я что хочу сказать, я ведь даже не умею колдовать!

– А что это тогда было? – спросил Джонатан.

– Я точно не знаю. Ну то есть это было похоже на магию, но магия вообще-то не работает с металлом, ну не так. Хотя мне казалось, будто у меня получилось однажды воздействовать на него. Но этого не может быть. Это всё просто бессмыслица какая-то.

– Я думаю, в тебе может быть куда больше магии, чем тебе кажется.

– Ну а я её не хочу, – заявила Моргана. – Она мне не нужна. Я хочу использовать технологию. Магия только усложняет жизнь.

– Честно говоря, – сказал Джонатан, – никто здесь и не собирался принимать тебя. Так что нет смысла притворяться, будто ты не ведьма, всё равно тебе не позволят об этом забыть. Во всяком случае, теперь тебя боятся. Просто сделай вид, что ты величайшая колдунья нашего времени. Чтобы Клода не расслаблялась.

Они оба посмеялись над этим, однако, возвращаясь в класс, обнаружили, что в коридорах их обходят стороной. А когда они пришли в класс, большинство парт там пустовало. Впрочем, с их точки зрения, это просто позволяло им без помех продолжить свои собственные занятия, что их вполне удовлетворяло.

Глава одиннадцатая

Школьная жизнь теперь приносила Моргане всю ту радость, на которую она и надеялась. Каждый день Джонатан учил её новым вещам о мире, окружающем её. И чем больше она понимала этот мир, тем больше чувствовала себя его частью, хотя остальные не оставляли попыток убедить её, что она тут чужая.

– Мне известно о твоей выходке, – сказал однажды утром мистер Харрис, склоняясь над их партой.

– Моей, сэр? – переспросил Джонатан, пока Моргана сидела, оглушённая.

– Ты, Бойл? – рассеянно проговорил мистер Харрис, кажется, удивлённый тем, что Джонатан вообще здесь. – Нет, не ты – да и что ты мог сделать? Я имею в виду твою маленькую подружку. До меня дошли слухи, что она колдует. Похоже, все боятся обвинить её прямо, но если я услышу ещё хоть одно слово о незаконной деятельности, то сделаю всё, что в моих силах, чтобы тебя исключили из этой школы.

Когда он отошёл, Моргана сглотнула.

– Не о чем волноваться, – заметил Джонатан. – Просто больше не колдуй.

– Да я при всём желании не смогу, – ответила Моргана. – Так что это не должно стать проблемой.

Но хоть она и сказала, что не хочет прибегать к магии, что с неё довольно технологии, она просто не могла не испытать себя. Но несколько часов, проведённые в лесном убежище за попытками придать форму металлу, закончились ничем.

Моргана и правда недоумевала, отчего никто не пожаловался на неё. Это ведь был шанс от неё избавиться, которого все и ждали.

– Они сначала хотят удостовериться, что у них хватит доказательств, – сказал Джонатан, когда она спросила его об этом по пути на очередной урок. – Посмотри – все надеются записать твою следующую вспышку.

Моргана огляделась по сторонам. Все старательно отводили глаза, но она заметила кучу экранов, направленных прямо на неё. Некоторые из учеников пытались не светить свитками, свернув их до нескольких сантиметров и разместив в одном из многочисленных карманов, которыми вечно была украшена их одежда. Другие держали свои свитки полностью развёрнутыми и беззастенчиво нацеленными на неё.

– Спорим, все они локти кусают, что не сняли репортаж о твоём последнем колдовстве для СвитКома. Уверен, что он был бы очень популярен.

– Свит… что? – спросила Моргана.

– СвитКоманда. Это виртуальное пространство общения, там можно делиться картинками и видео. Я, впрочем, его избегаю. Оказывается, виртуально эти ребятки могут быть не менее гнусными, чем в реальной жизни. А ещё одно представление с тобой в главной роли непременно принесёт им то внимание, которого они так жаждут.

Учительница музыки явно тоже слышала о художествах Морганы: она задрожала, когда Моргана вошла, и отошла за свой стол от греха подальше.

– Мисс? – начал Джонатан, бросив многозначительный взгляд в сторону Морганы. – Раз уж у нас с Морганой нет большого таланта к музыке, мы тут подумали, может, мы могли бы во время этого урока посидеть в роботехнической лаборатории?

Учительница выглядела так, будто у неё гора с плеч свалилась.

– Да, да, я нисколько не возражаю.

Друзья выскочили из класса.

– Ты точно не против пропустить музыку? – спросила Моргана. Она сама определённо ни капли не сожалела о побеге. То, что она теперь могла играть на виртуальных инструментах, не означало, что у неё появился музыкальный слух.

– Нет, просто мне не по себе, что Клода лучше меня в каком-то предмете, – ответил Джонатан.

Инструктор 1107 был в лаборатории, когда они пришли туда. Когда он не преподавал, то тихо стоял в углу.

– У меня сейчас нет уроков, – сказал робот. – И это не обеденный перерыв, когда вы, дети, обычно приходите сюда.

В последнее время они держались подальше от столовой. Джонатан забегал туда, чтобы схватить для них что-нибудь, а затем встречался с Морганой в лаборатории.

– У нас есть разрешение учительницы музыки, – произнёс Джонатан.

– Я это проверю позже, – пообещал робот. – И назначу вам соответствующее наказание, если вы лжёте.

– Понятно, – произнесла Моргана.

– Пошли. – Джонатан потянул её к экранам, расположенным по периметру комнаты. – Я хочу показать тебе один код, который я написал для руки.

Их класс всё ещё работал над своими механическими руками, впрочем, учитывая то, сколько дополнительного внимания уделяли своим проектам Моргана и Джонатан, их руки были куда более ловкими, чем у остальных.

– Да, но я хотела поработать над новыми пальцами, – запротестовала Моргана, когда Джонатан перекинул строки кода со своего свитка на экран. – Я подумала… нет ведь никаких причин следовать так близко человеческой анатомии. Мне кажется, если добавить ещё один сустав, дело пойдёт поинтереснее. И я хотела попробовать, как работается с разными металлами из тех, что я нашла, – прибавила она, открывая сумку, и с первого взгляда стало ясно, что у Кисули, пристроившейся на россыпи обрезков, осталось меньше места, чем обычно.

Джонатан вроде и заинтересовался её идеей, но всё же настоял на том, чтобы пробежаться по своей работе, и Моргана слушала его настолько внимательно, насколько это было возможно, когда в руках её была тяжесть металла, ждущего, чтобы ему придали новую форму. Она любила конструировать и мастерить эти машины, но Джонатан всячески вдалбливал ей важность понимания того, что происходит на уровне микросхем.

– Тело без мозгов ни на что не годно, – повторял он снова и снова, пока она ёрзала от нетерпения и мечтала вернуться к паяльнику в то время, как он объяснял ей значение своего кода.

Однако, как и всегда, Моргана была поражена, увидев результат его работы.

– Вот видишь, она чувствует, сколько пальцев я поднимаю, и просто повторяет мой жест, – заявил он.

– Сколько пальцев я подняла? – спросила Моргана, азартно втискиваясь перед рукой, и взвизгнула от восторга, когда та тоже подняла три пальца.

– Но спрашивать не нужно, – сказал Джонатан, повторив демонстрацию с одним пальцем. – У неё нет звуковых сенсоров.

Это был тот момент, когда Моргана обычно просила Джонатана ещё раз растолковать ей свой код, заинтересовавшись тем, что он делает, но сейчас их прервало появление остального класса, присоединившегося к ним после музыки.

– О-о-ох, – хором протянули Лиза и Клэр, кажется, искренне впечатлённые тем, как рука перебирает числа, которые Джонатан показывает на пальцах.

– Фи, да ничего особенного, – бросила Клода, утягивая их прочь.

– Они так пыжатся потому, что это для них единственный способ заполучить нового друга, – заметил Генри. – Они решили собрать его.

Моргана перехватила взгляд Джонатана и сразу поняла, что он уже обдумывает, каким может быть такой робот-друг. У них так отлично всё идёт с механической рукой, так неужели они не создадут и другие части тела? Моргана снова ушла из школы с головокружительным чувством, что во всём вокруг сокрыты невероятные возможности.

И это воодушевление было куда как необходимо, чтобы скрасить нарастающую изоляцию, которую она ощущала в лесу. Они с Эстер так и не поговорили с того вечера, как разругались. Моргана знала, что упёрлась рогом, но время шло, дистанция между ними нарастала, и извиниться становилось всё сложнее. Сложно было представить, как им снова стать подругами.

Турлах по-прежнему презентовал свою враждебность как защиту магической общины, но Моргана понимала, что на самом-то деле его гнев рождался скорее из обиды, что сестра бросила его одного. Родители были такими же добрыми и любящими, как и всегда, но их не интересовала её новая жизнь. Она пыталась объяснить им кое-что из новых технологий, с которыми познакомил её Джонатан, но от её жаркого энтузиазма у них холодели лица.

– Ты же знаешь, что для нас это не имеет никакого значения, – говорила мать, поглаживая её по голове.

Моргана, надувшись, осталась дома, когда родители вышли на улицу, чтобы порадоваться возросшему летательному мастерству Эстер и Турлаха. Они переросли необходимость зачаровывать предметы, чтобы переноситься с места на место, и теперь просто летали сами. Моргане было не по себе из-за того, что она как раз пыталась рассказать родителям о том, что Джонатан старательно обрабатывает отца, убеждая его воспользоваться своим авторитетом для того, чтобы телепортационную сеть продлили в сторону леса. Это позволило бы ей в несколько мгновений добираться до школы.

«Куда удобнее полётов», – бормотала она себе под нос, пока все вокруг восклицали, глядя, как Эстер и Турлах выписывают в воздухе замысловатые фигуры и проносятся между деревьями и над кронами, чтобы заложить вокруг друг друга большую петлю. Раньше они с Эстер смеялись, когда Турлах так выпендривался, демонстрируя своё мастерство, а теперь она была рада-радёшенька присоединиться к нему.

И всё-таки безразличие всех вокруг не загасило воодушевления Морганы при мысли о телепортации в лесах, и она горячо обсуждала её с Джонатаном на задней парте во время урока истории.

– Развернуть её будет довольно просто, – объяснил он. – Полное отсутствие технологии в горах означает, что помех практически не будет. Этого до сих пор не сделали по той единственной причине – не было никого, кто хотел бы переноситься из города в леса.

– Да и наоборот, уж поверь мне!

– Ну а теперь кое-кто есть, и я не понимаю, почему ты должна вставать ни свет ни заря каждое утро.

– Но даже если это довольно просто чисто технологически, я так понимаю, установка всё равно требует труда. Вряд ли на это пойдут лишь затем, чтобы одна одиннадцатилетняя девочка могла утром поваляться в постели.

– Наверное, в обычных условиях – да, но мой отец может надавить кое на кого, – сказал Джонатан, неожиданно смутившись, что это прозвучит как хвастовство. – Ну я хочу сказать, это будет не такое уж большое дело, и формально обслуживаться должны все общины.

– И ты в самом деле полагаешь группу дикарей, живущих на деревьях, обществом? – раздался скользкий голос Генри. Они и не заметили, что он сидит перед ними.

– Я уж точно скажу «нет» подобному плану. И я уверена, что мой отец поступит так же, – заявила Клода. – Я поверить не могу, что ты всерьёз думаешь дать им доступ к телепортационной сети, которую они же постоянно саботируют. Нам нужно думать о собственной безопасности. Только представь, если эти бешеные дуболомы смогут объявляться среди нас, когда им вздумается. – Она театрально содрогнулась при этой мысли.

– А если бы вы могли придумать хоть сколько-то интересную тему для разговора, вам бы не пришлось подслушивать, о чём говорим мы, чтобы немного скрасить свою жизнь.

После этой отповеди обе головы разом повернулись обратно.

– Эх, вот бы мне так же легко находиться с ответом, когда они так себя ведут, – вздохнула Моргана. – Неудивительно, что они считают меня тупой. Я проглатываю язык, стоит им начинать меня задирать.

– Так ведь у меня на несколько лет больше опыта в качестве объекта их шуточек. Я не уверен, что стало прямо проще, но я в конце концов понял, что то, как они ко мне относятся, никак не зависит от того, что я делаю. Даже если ты остроумно парируешь все их выпады, они всё равно обзовут тебя идиотом. Это вдвойне несправедливо – но в какой-то момент просто начинаешь чувствовать себя свободным: мол, раз так, можно просто быть собой.

– Наверное, – проговорила Моргана. – Ну теперь мне проще, ведь у меня есть друг.

Джонатан смущённо улыбнулся.

– Я вообще-то подумал, что мы могли бы предложить отцу наш план телепортации лично. Мать попросила меня пригласить тебя на обед в пятницу после уроков.

* * *

Родители Морганы поначалу в штыки приняли желание дочери ещё больше времени проводить в городе, но вскоре не устояли перед её беспрестанными уговорами.

– Что ж, ты кажешься намного жизнерадостнее с тех пор, как «мой друг Джонатан» начал фигурировать в каждом предложении, – сказала её мать. – И раз ты настаиваешь на том, чтобы уйти из лесов, мы, конечно же, хотим, чтобы ты была счастлива и вне их пределов.

Моргана не могла дождаться, когда же наступит пятница.

Глава двенадцатая

Только утром пятницы её возбуждение перестояло и скрутилось тревожным комом в желудке. Её перестало заботить, что думают о ней в школе – она прекрасно обойдётся без противных одноклассников и ленивых, некомпетентных учителей, но она переживала, как будет чувствовать себя Джонатан, если его родители поморщатся при виде дикой зверушки, которую тот притащил из леса домой. Судя по тому, что она слышала, это были очень важные и влиятельные люди. Его отец был профессором роботехники в одной из ведущих роботехнических компаний на планете. Мать познакомилась с отцом, работая в той же конторе, но теперь она была юристом у одного из их конкурентов. Оба были глубоко погружены в мир технологии – именно такие люди и выступают против ведьм и ведьмаков.

– Ты что-то притихла, – сказал Джонатан, когда они вышли с последнего урока. – Ты всё ещё хочешь пойти к нам на обед или нет?

– О да, разумеется! – воскликнула Моргана, пытаясь изобразить на встревоженном лице улыбку. В результате получилась скорее кривая гримаса.

– Ну если ты уверена… – нерешительно ответил Джонатан. – Нам лучше сразу рвануть на телепортационную станцию, пока там не выросла очередь. Лифтом пользоваться не стоит.

Припустив вслед за Джонатаном по лестнице, наверх, к телепортационной станции, Моргана почувствовала, как её снова охватывает радостное волнение. Она не задумывалась, как они будут добираться, иначе непременно догадалась бы, что Джонатан выберет самый технологичный из всех доступных способов передвижения.

Когда они поднялись, перед ними на крыше здания было всего несколько человек.

– Тебе лучше отдышаться, прежде чем мы зайдём внутрь, – посоветовал Джонатан. – С непривычки может выбить дух. Хорошо, что эта станция может транслировать двоих сразу. Как я понимаю, в первый раз ощущение бывает довольно дезориентирующим.

Когда они подошли к станции, дыхание у Морганы немного выровнялось, но едва они ступили на платформу, на которой стоял стеклянный короб, она почувствовала, как у неё заколотилось сердце.

Дверь плотно затворилась, как только они вошли внутрь. Джонатан назвал свой адрес в небольшую чёрную панель на стене, и ударила ослепительная вспышка белого света. Моргана почувствовала безграничное давление со всех сторон. Её словно сжимало в крохотный шар, причём с такой силой, что казалось, будто она вот-вот коллапсирует в чёрную дыру. А затем вдруг по телу прокатилось растягивающее ощущение, и она обнаружила, что стоит в таком же точно стеклянном коробе, как тот, который они только что покинули.

Но стояла она недолго, тотчас осев на ватных ногах. На Джонатана путешествие, похоже, никак не подействовало, он выскочил вон, пока она, как могла, выпрямилась, держась за стеклянные стенки, и, оступаясь, вышла следом.

– Ну вот мы и на месте, – произнёс Джонатан.

Едва глаза Морганы сфокусировались на окружающем виде, как все чувства её обострились. Судя по всему, они стояли на одном из самых высоких домов в верхнем ярусе города, хотя по сравнению с затмевавшим всё вокруг РобоКорпом он казался не таким и большим. Солнце висело низко, и здания вокруг замерцали и словно ожили, когда свет отразился в их бесчисленных окнах. Даже на такой высоте глухой гул транспорта доносился как сверху, так и снизу. Тёмные горы, где был её дом, почти смыкались вокруг города. Море – вот ещё одна природная сила, способная ограничить рост города – не было видно даже с такой высоты за всем этим металлом и цементом.

Моргана, заворожённая видом, могла бы простоять тут весь вечер, если бы вежливое покашливание Джонатана не напомнило ей, что его приглашение вообще-то простиралось далее этой крыши.

– Мы на верхних этажах, так что идти недалеко.

Немного спуститься на лифте, и вот они стоят перед массивной стальной дверью, ведущей в дом Джонатана. Джонатан встал прямо перед ней, явно чего-то ожидая. Моргана как раз собиралась спросить – он что, забыл ключи, – когда на двери проступило что-то вроде лица. Два глаза моргнули сверху, а то, что было круглой дверной ручкой, теперь выглядело как нос, широкий рот растянулся, чтобы заговорить.

– Добрый вечер, мастер Джонатан, – сказал он, глаза засветились и просканировали лицо Джонатана, а затем дверь распахнулась, пропуская их.

Мать Джонатана ждала в холле с широкой улыбкой на лице.

– Я услышала, что вы пришли. Честное слово, эта дверь – один из самых нелепых роботов твоего отца. Даже не сомневаюсь, что с простым замком было бы куда меньше проблем. Ну, во всяком случае, вы здесь. Он иногда опасается гостей, а мне бы не хотелось, чтобы что-то омрачило твой визит, Моргана. Мы очень рады видеть тебя у нас дома.

– Спасибо, что пригласили меня, – ответила Моргана, прилагая немало усилий, чтобы не забыть о хороших манерах и не отвлечься на всех этих движущихся механических существ, которых она видела краем глаза. По счастью, мать Джонатана была из тех людей, которые невольно приковывают к себе внимание. Она была очень высокой и красивой. Её тёмная кожа матово светилась, обрамлённая светло-серебристым треугольным платьем, а волосы ниспадали толстыми косами по спине.

– Я непременно должна была с тобой познакомиться. Джонатан говорил о тебе почти не переставая. Обед почти готов. – Она помогла гостье снять плащ. – Так что ты можешь немного осмотреться, а я сообщу вам, когда всё будет готово.

Это вполне устраивало Моргану. Как она ни проголодалась, ей не терпелось увидеть мастерскую Джонатана. Она знала, что именно там были собраны все его приборы и многие другие приспособления, которые показывал ей Джонатан (а также те немногие, которые он только описывал, поскольку они в результате воспламенялись).

– Пошли, – позвал Джонатан. – Сюда. И ты теперь можешь выпустить Кисулю.

Кисуля поскакала вперёд, как всегда, обрадованная своим освобождением, но сама Моргана проследовала в глубь квартиры более медленным шагом. Она то и дело останавливалась, чтобы получше рассмотреть всевозможные предметы, пускай все они были настолько обыденными для Джонатана, что он и не думал пояснять для неё их предназначение. Ей были незнакомы материалы, из которых всё было сделано, и ничего, кажется, не имело вполне стабильной формы. Она была уверена, что Джонатан налетит на стол, спеша похвастаться своей мастерской, но стол просто подобрал угол, пропуская его.

– Этот стол живой?

– Нет, – ответил Джонатан, бросив на стол взгляд через плечо. – Просто самоподстраивающийся. Вообще-то нам такой не особо нужен, потому что у нас большой дом, но у большинства квартирки крохотные, и это позволяет по максимуму использовать пространство дома. Мебель теперь вся такая.

Моргана не стала поправлять его, хотя и знала, что на свете до сих пор есть столы и попроще – вспомнить хотя бы, как её родители сколдовали мебель из нескольких упавших дубов.

Мебель недолго удерживала внимание Морганы. Слишком уж много вокруг было роботов. Один убирал гостиную, хотя, кажется, работы у него было меньше, чем у перьевой метёлки, которую пускали мести Морганин дом, ведь обставлена комната была скупо, никаких тебе котлов, склянок с зельями и амулетов, как у них в хижине. По мимолётному взгляду в сторону кухни стало ясно, что мать Джонатана присматривает за обедом, но сама не готовит. Один робот нарезал овощи и складывал их… в свою голову, подумала сначала Моргана, но потом сообразила, что это был котёл с кипящей водой, установленный прямо у него на плечах. Другой механизм бродил по кухне, прибираясь. Моргана заметила тёплое свечение, исходившие из его брюха, а когда он повернулся к ней передом, она увидела, что, пока он занят мелкими делами, внутри у него готовится аппетитная курочка.

– Здорово, что на обед не такая же еда, как дают в школе, – обрадовалась Моргана, не особо предвкушавшая собственно обеденную часть вечера.

– Буэ, – сказал Джонатан. – Нет, по счастью, мои родители могут позволить себе не есть лабораторно выращенную пищу. То, что дают в школе, вполне питательно и покрывает все потребности организма, но всё равно отчего-то остаёшься неудовлетворённым. Ты, однако, поторопись – я могу познакомить тебя с бытовой техникой и после обеда. А сначала я хочу показать тебе мои собственные творения.

Они прошли до конца коридора, где при их приближении отъехала в сторону металлическая дверь. Моргана ахнула при виде открывшихся перед ней чудес.

По периметру комнаты стояло несколько рабочих столов. На них были разложены разобранные на фрагменты детали, судя по всему, от нескольких роботов. Тут и там лежали металлические руки и ноги с висящими проводами. Одинокая наполовину опустошённая голова печально мигала единственным глазом, а её электронная начинка расползлась по столу вокруг. Однако куда интереснее были те роботы, над которыми ещё только шла работа. Парочка довольно-таки несуразных роботов громоздилась на одном из столов, настраивая какой-то разложенный перед ними механизм.

– Ух ты, Джонатан! Ты правда всё это сделал? У тебя есть такие продвинутые роботы, что они могут заниматься роботехникой?

– Ну этих я собрал не с нуля. Я просто перепрограммировал их. Если честно, они очень медлительны, и им можно доверить только самые простые задачи, однако я многому у них научился. И я собираюсь разработать обновления прошивки, которые существенно их улучшат. – Он достал свой свиток и вывел длиннющий код программы, который оказался Моргане совсем не по зубам, так что она поддакивала и кивала, пока он показывал, какие изменения планирует произвести. – И когда всё это будет установлено, я думаю, что с их помощью смогу собрать куда более продвинутых роботов.

– А робот может создать робота, который лучше, чем он сам?

– О да! – воскликнул Джонатан. – Вот, например, люди уже более столетия создают существ более совершенных, чем они сами.

– Правда? – недоверчиво переспросила Моргана. – Ну то есть, разумеется, я насмотрелась всяких невероятных машин с тех пор, как начала приходить в город, но до человека им далеко. Может, они и лучше в том, что спроектированы делать, но они такие… механические. – Она не могла объяснить, что делало роботов такими второразрядными в её глазах, несмотря на то, что всё, что она узнала о них за время своих недолгих занятий, говорило о том, что они обладают огромными возможностями и интеллектом.

– Да, – ответил Джонатан, который всё-таки понял, что она имела в виду. – Но это в основном из-за ограничений, которые ставит перед наукой закон. Если бы инженеры и программисты могли наделить роботов свободой воли и эмоциональным интеллектом и расширить возможности отдельных машин, вот тогда мы бы могли производить роботов, значительно превосходящих любого человека.

Глаза Джонатана горели, когда он описывал этого суперробота, и у Морганы даже голова кругом пошла, когда она поняла, что при всей своей любви к всевозможным механизмам она и понятия не имеет об истинном потенциале роботехники.

Но прежде чем она успела задать Джонатану хотя бы один из занимавших её вопросов, их вернуло к реальности.

– Обед готов! – раздался голос, будто бы исходивший от самой комнаты.

– Идём! – отозвался Джонатан, и они пошли навстречу восхитительным запахам, доносившимся из столовой. Там их ждал накрытый к обеду большой стеклянный стол на стальных ножках. Сочная жареная курица занимала почётное место в центре стола, окружённая мисками с овощами, картофелем и свежим хлебом. У Морганы слюнки потекли даже до того, как она углядела на стоящем сбоку столике обжигающе горячий яблочный пирог. Джонатан, кажется, не замечал изысканный пир у себя под носом – он просто смотрел на три комплекта приборов.

– Папы не будет?

– Боюсь, от него пока ни слуху ни духу, – ответила его мать.

– Но я напоминал ему, что Моргана придёт, когда видел его в понедельник.

– Я знаю, милый, и напомнила ему ещё раз сегодня утром. Ты же знаешь, он в последнее время очень занят.

– Знаю, – со вздохом протянул Джонатан, опускаясь на свой стул. Он не произнёс ни слова в начале обеда, но Моргане было о чём поговорить с его матерью, которая хотела знать всё о её жизни в лесах и о том, что она думает о своей новой школе. Джонатан присоединился к разговору, когда Моргана воодушевлённо принялась расписывать, что они делают вдвоём.

Все за столом разом смолкли, когда услышали звук открывающейся двери и лёгкие шаги в холле. Когда они проходили мимо столовой, Джонатан позвал:

– Папа! Папа, мы здесь!

Его отец появился в дверном проёме. Это был высокий тощий мужчина с сияющей лысиной, толстые очки ещё сильнее подчёркивали тёмные мешки у него под глазами. На нём был стильный, но при этом чрезвычайно практичный на вид комбинезон, похожий на те, из которых не вылезал Джонатан.

– А, вы ещё едите? Выглядит замечательно, но мне совершенно необходимо спуститься в мастерскую. До конца дня мне ещё столько всего нужно сделать!

Говорил он весьма озабоченным тоном.

– Я просто уверена, что тебе лучше составить нам компанию, – сказала мать Джонатана со стальной ноткой в голосе, которой Моргана до этого не замечала. Отец Джонатана вошёл в комнату.

– Да, наверное, ты права, – признал он и, взяв чистую тарелку с приставного столика, сел. – Мне, пожалуй, стоит что-то съесть. Мне всю ночь предстоит работать. – Глаза его внезапно остановились на Моргане. – О, привет. Я и не понял, что у нас гости.

– Папа, – напряжённым голосом проговорил Джонатан, – это Моргана. Я говорил тебе, что она придёт. Ты сказал, что будешь дома.

– Моргана? Ах да, ведьмачка.

Моргана чувствовала, как горят у неё щёки. Она опустила руку, ища утешения у Кисули.

– Но это вовсе не проблема, – поспешно сказал отец Джонатана. – Нет, нет. Это замечательно, замечательно… просто замечательно.

Все безмолвно повернулись к своим тарелкам. Через несколько минут Джонатан прочистил горло.

– Пап, а ты успел выяснить насчёт установки телепортационной связи с лесами?

– Что? – переспросил его отец, ушедший в какие-то свои мысли. Он так опешил, словно сам только что телепортировался в комнату.

– Телепортация. В леса.

– Ах да. То есть нет. Нет, у меня не было времени, Джонатан. Я просто безумно занят на работе… – он не договорил, снова погрузившись в задумчивость.

– Джонатан, расскажи отцу, чего ты достиг у себя в мастерской со своими роботами, – громко велела его мать, возвращая внимание мужа к происходящему за столом.

– Всё продвигается очень неплохо, – с энтузиазмом затараторил Джонатан. – Двое у меня уже заняты базовой роботехникой, так что я думаю, что смогу создать что-то просто безумно впечатляющее. Ну то есть впечатляющее для моего возраста – не то что твоя работа. Я ещё не спрашивал её об этом, но, надеюсь, Моргана поможет мне с роботом, над которым недавно начал работать. – Он с улыбкой повернулся к ней. – Она просто прирождённый инженер. Я как раз показывал ей мою мастерскую…

– Очень хорошо, очень хорошо, – перебил его отец. – И кстати о мастерских, мне просто необходимо спуститься к себе. Очень приятно с тобой познакомиться, Меган. – Он отодвинул свою почти не тронутую тарелку и выскочил из комнаты.

– Так, ребятки, кто хочет десерт? – жизнерадостно вопросила мать Джонатана.

Никто и никогда не ел яблочный пирог так мрачно, как Джонатан.

– Так что ты говорил о роботе, с которым тебе нужна моя помощь? – спросила Моргана. – Я хочу услышать всё в деталях.

– Правда? – Джонатан поднял голову.

– Ну конечно! Звучит ужасно увлекательно.

– А почему бы тебе не сводить Моргану в садовый купол? – предложила его мать. – Подышите свежим воздухом.

– О’кей, – произнёс он со слабой улыбкой. – Идём.

Они вышли из квартиры и спустились на лифте в мраморный вестибюль. Парк был в двух шагах от здания.

– Дверь только-только починили, – сказал он, толкая её, чтобы войти в маленький зелёный оазис. – Её расколотили какие-то вандалы.

– Что, правда? Как ужасно, – отозвалась Моргана, не глядя на него. Когда они устроились под одним из деревьев, Моргана прижала Кисулю к груди – так, чтобы лапок не было видно – вдруг объявится робот-курица и потребует обратно свою ногу.

– Извини, что так вышло с отцом, – тихо проговорил Джонатан.

– Тебе не за что извиняться. Он показался мне очень приятным человеком.

– Да, верно, он такой и есть. Я имею в виду, когда он с нами. Но когда он такой, как сегодня, проще дать ему запереться в мастерской. А в последнее время он всегда такой. Он уже ничем больше не занимается, только пытается разобраться, что именно вызывает неполадки в городских технологиях. Но я всё же думал, с тобой он поведёт себя иначе… и когда я рассказывал ему о моих планах на роботов. Я думал, может, тут-то он заметит меня, но, видимо, нет.

– Ну, я думаю, он по-настоящему и не слушал, если честно, – произнесла Моргана и тотчас сообразила, что это было не самое позитивное замечание. – Ну и вообще, одно дело сказать ему, но если бы он прямо увидел, что ты конструируешь, я уверена, он был бы поражён.

– Ты так думаешь? И знаешь, я ведь говорил серьёзно. Я буду очень рад, если ты поможешь мне с этим новым роботом. Я знаю, что тебе нужно ещё многому научиться, но ты смотришь на всё таким свежим взглядом, и это очень помогает. Я думаю, что вместе мы сможем сделать что-то такое, что просто обязательно привлечёт его внимание. То есть, я хотел сказать, привлечёт всеобщее внимание.

– Я очень польщена, Джонатан, если ты правда считаешь, что я могу быть тебе полезна. Но только обещай, что скажешь, если я буду тебе мешать.

– Не думаю, что до этого дойдёт, но я обещаю. – Он заметно повеселел. – Тогда пошли. У меня есть примерный проект, который ты можешь посмотреть перед уходом.

Глава тринадцатая

В последующие несколько недель создание этого нового робота начало поглощать жизни Морганы и Джонатана. Все уроки они проводили, сидя бок о бок в углу и обсуждая проект. Учителя были только рады предоставить их самим себе – теперь Джонатан больше не смущал их своей гениальностью, не отвечал на вопросы, на которые другие дети не могли ответить, и не задавал своих собственных вопросов, полностью сбивавших с толку их самих. Также они были счастливы, что им теперь не приходится иметь дело с Морганой. Никто из них не озаботился тем, чтобы помочь ей нагнать пропущенные семь лет, напротив, они были только рады предоставить Джонатану подтягивать её.

Почти все вечера и выходные они проводили в мастерской Джонатана, возясь с машиной. Робот был немного выше их ростом, с головой-коробом и квадратным туловищем. Впрочем, Моргана надеялась потом немного сгладить углы. Она также хотела придать сияние тусклому серому металлу, но пока они сосредоточились на функционале. Увидеть, как он ходит, – вот чего ей хотелось больше всего.

– Давай. – Она подзывала робота с другого конца комнаты. – Всего несколько шагов… давай же, Прото!

– Моргана, – сказал Джонатан, – не Прото, а Прототип 201119. Прото звучит как имя.

– Ну а Прототип 201119 звучит как плохое имя.

– Ты знаешь, что я хочу сказать, – настаивал он. – Это запрещено.

– А как же Кисуля? Это имя, и ты пользуешься им.

– Ну я не думаю, что для негуманоидных машин закон настолько же строг, и потом, мы не знаем собственно присвоенный Кисуле код. Зато мы знаем код Прото. Я хочу сказать, Прототипа 201119!

За спором они упустили первый шаг Прото, но гулкого удара, с которым тот мгновенно свалился на пол, они пропустить не могли.

– Ох, Прото! – воскликнула Моргана, бросаясь вперёд. Джонатан слишком переживал за робота, чтобы снова поправлять её.

Прото был в порядке, но они так и не смогли сдвинуть его дальше чем на шаг. Как они ни старались, они не поспевали за собственными амбициями и планами на робота.

– Нам нужно, чтобы он был быстрее, – говорила Моргана. – Я хочу, чтобы он мог двигаться как человек, но только он должен быть ещё более подвижным.

– Меня больше волнует его разум, – говорил Джонатан. – Если у нас не получится увеличить объём данных, которые он способен обработать, он никогда не будет настолько умным, как нам хочется.

– Он будет лучшим роботом из всех, что видел свет, – заявила Моргана, приходя во всё больший азарт от их планов.

– Ну, – сказал Джонатан куда менее решительно, – я определённо думаю, что это будет лучший робот, созданный нашим поколением. Я надеюсь впечатлить отца, но я сомневаюсь, что мы когда-нибудь сумеем превзойти его. Нам нужно быть реалистами, Моргана. Я уверена, что у него в мастерской есть такие вещи, о которых мы можем только мечтать.

– Вот именно! – воскликнула Моргана. – Ты прав, но почему мы должны всего лишь мечтать о них, когда они находятся прямо у нас под ногами? Ты посмотри, мы учимся на этом базовом школьном материале, тогда как труд величайшего роботехнического гения находится внизу, только спустись по лестнице. Подумай, чему мы могли бы там научиться!

– Ну да, – согласился Джонатан. – Но если даже мастерская у меня дома, это не значит, что мы можем просто так туда зайти. Там, внизу, могут быть секретные вещи.

– Да уж точно ничего сверхсекретного не будет в его личной мастерской.

– Верно, – признал Джонатан. – Никакие засекреченные материалы не будут выпущены из стен РобоКорпа, однако и мой отец тоже соблюдает секретность в своей работе.

– Я уверена, что он не станет возражать, если его собственный сын поглядит одним глазком.

– Ну он никогда мне ничего не показывал, – тихо произнёс Джонатан.

– Никогда? – ошеломлённо ахнула Моргана.

– Он всегда слишком занят, – сказал Джонатан. – Он не может тратить время, пытаясь объяснить мне всё, чем он занимается.

– А если бы он нашёл время поговорить с тобой, он бы понял, что ты более чем способен понять всё, чем он там занят. А ещё лучше, давай поглядим сами, а когда сумеем адаптировать его труд под нашего робота, вот тогда точно станет понятно, что всё ты понимаешь.

В глазах Джонатана появился стальной блеск.

– Ты права. Я никогда не произведу ничего, способного привлечь его внимание, если хотя бы не попытаюсь сравняться с тем, что он делает. Так что, думаю, мы можем поглядеть одним глазком. Только Кисуле придётся остаться здесь, чтобы она не нашкодила.

Мать Джонатана была в своём кабинете, однако удалённо подключилась к встрече в Шанхае, а значит, совершенно не замечала, что происходит рядом. Хотя физически она находилась в квартире, перед глазами у неё был другой мир – офис, находящийся от них на расстоянии тысяч километров. Несмотря на это, Моргана и Джонатан всё же состорожничали и на цыпочках прошли по коридору, ведущему к лестнице к мастерской профессора. На двери был кодовый замок, но Джонатан ввёл нужную комбинацию.

– Я как-то случайно смотрел у него через плечо, – смущённо признался Джонатан. – Не самая строгая система безопасности, но, полагаю, он посчитал, что любой, кто сможет пройти систему безопасности самой квартиры, – это кто-то, кто не станет нарушать его личные границы.

Он на мгновение остановился на верхних ступенях лестницы, явно сражаясь с собой, но Моргана просто проскользнула мимо него.

– Да пошли же! Если бы он всерьёз тревожился о неприкосновенности этого места, у двух двенадцатилетних детей не получилось бы так просто вломиться сюда.

Джонатан не стал спорить, а просто побежал вслед за ней вниз по лестнице. На стальной двери у её подножия никакого кода не было, но сдвинуть её они смогли, лишь взявшись вдвоём. Их усилия окупились сторицей, когда они увидели, что находится внутри.

Помещение было раз в пять просторнее мастерской Джонатана, и это был только первый этаж. За металлической решёткой, на которой они стояли, можно было различить ещё целый этаж, и тусклого освещения как раз хватало, чтобы выхватить громадную кубическую форму, накрытую грязным брезентом. По контрасту с мрачной безжизненностью нижнего этажа верхний деятельно гудел.

Дюжина роботов прилежно выполняла различные задания, и конечности их двигались настолько быстро, что Моргана и Джонатан не могли даже предположить, в чём состоит их работа. Роботы были то ли так погружены в своё дело, что не заметили посторонних, то ли просто запрограммированы ни на что не обращать внимания, кроме стоящей перед ними задачи. По периметру комнаты на огромных экранах, сплошь закрывавших стены, бежали смазанные столбцы цифр.

– Вау, – с придыханием сказал Джонатан. – Я и не думал, что здесь внизу идёт подобная работа. Я думал, здесь папа просто занимается своими собственными разработками, а это серьёзный уровень производства. Я даже не знал, что у нас тут столько места. Здесь, должно быть, отличная звукоизоляция. Я никогда не слышал никакого шума. Но почему здесь? У него есть доступ к фабрикам, производящим роботов, в любом конце мире. Зачем ему тратить всё своё время, чтобы делать их самому?

– Ну смотри, мы и сами только этим и занимаемся, – напомнила Моргана, глаза её блестели в свете экранов, пока она в изумлении осматривалась по сторонам. – И только подумай, какого робота мы могли бы сделать, подключив самую малую толику мощности этих машин.

– Но как нам хотя бы подступиться ко всему этому? Такое нам не по плечу, Моргана. Давай вернёмся обратно.

Моргану тоже сразило то, что предстало их глазам. Окружавшее было очередным напоминанием о том, что она до сих пор не понимает, в каком веке живёт, но также и надеждой узнать больше, чем она считала возможным, и такой шанс она не могла упустить.

– Ну раз уж мы здесь, – произнесла она, – можно и осмотреться. Мы не можем знать наверняка, что всё тут недоступно нашему пониманию, если мы только переступили порог.

Притихшие дети осторожно пошли по металлическим решёткам туда, где трудились роботы.

– Я думаю, они собирают робота, – сказал Джонатан, глаза его забегали, едва поспевая за быстрыми движениями машин.

– Вот видишь? Не так уж отличается от того, что делаем мы, – заметила Моргана. – Вероятно, более простой робот тоже помогает собрать более сложного.

– Да, но этот простой робот выглядит раз так в тысячу более сложным, чем тот, которого мы могли вообразить в наших самых смелых мечтах. И представляешь, насколько мощными должны быть эти программы, раз для их выполнения нужны подобные компьютеры? А внизу, вероятно, находится ещё более потрясающее оборудование, стоит себе там в темноте.

Неожиданно снизу донёсся грохот, словно оборудование пришло в движение в ответ на это обвинение в простоте. Моргана быстрее оправилась от испуга, чем Джонатан.

– Так что же там внизу? – задумалась она вслух. – Такое впечатление, что это что-то было выброшено как нечто ненужное. А может, нам оно пригодится. Твой отец, скорее всего, ничего и не заметит.

– Думаю, нам следует уйти, – встревожился Джонатан.

Его дурное предчувствие подтвердилось, когда снизу донёсся ещё один странный звук, однако Моргана уже загромыхала вниз по лестнице.

– Пошли же, Джонатан. Мы должны хотя бы посмотреть!

Он неохотно последовал за ней, тем временем шум внизу, похоже, нарастал вместе с грохотом шагов девочки. Это был лязгающий звук металла о металл. Затем над этим тарарамом звонко раздался совсем иной звук:

– Помогите мне!

Моргана и Джонатан остановились, замерев на месте. Это был приятный женский голос, мелодичный, но крайне напуганный.

– Это ты, Моргана? – спросил шёпотом Джонатан.

– Ты сам знаешь, что нет, – прошипела она в ответ.

– Но кто же ещё…

– Пожалуйста, помогите мне, – перебил всё тот же голос. Теперь дети сообразили, что он исходил из конструкции в центре комнаты, откуда-то из-под сального чехла.

– Только один способ узнать наверняка, – шагнула вперёд Моргана.

– Стой! Моргана, мы не знаем, что там может быть.

– Ты хочешь сказать – кто, – бросила она, уже схватившись за угол материи, которой был задрапирован короб, и стянула её одним решительным рывком.

В центре комнаты стояла клетка. Внутри стояла женщина. Она не подалась наружу, а стояла невероятно неподвижно. Платиновые волосы обрамляли лицо, кожа казалась практически прозрачной. В первое мгновение Моргана и Джонатан заворожённо стояли, не в силах отвести от неё глаз и позабыв обо всём на свете, пока она не заговорила тем самым голосом, что взывал к ним до этого:

– Пожалуйста, освободите меня.

– Но кто вы? Как вы здесь очутились? – запинаясь, выговорил Джонатан.

– Я всегда была здесь. Ничего другого я не знаю.

– Что вы имеете в виду? – спросила Моргана, потому что Джонатан был так ошеломлён, что не мог вымолвить ни слова. – Кто вы?

– Я Ингрид.

– Но почему вы в мастерской моего отца? – спросил Джонатан.

– Здесь он меня сделал.

– Вы… ты…

– Робот, – выдохнула Моргана.

– Но… но… – пробормотал Джонатан, мучительно подбирая слова, которые могли бы выразить всё то, что проносилось у него в голове.

Моргана с благоговением смотрела на Ингрид. Чем внимательнее она разглядывала её, тем более запредельной и менее человечной она казалась. Бледность её не содержала ни белизны, ни румянца кожи самой Морганы, а была скорее полным отсутствием пигментации. То же самое можно было сказать о её волосах и глазах. Ей недоставало мелких человеческих чёрточек: ресниц, ногтей. Но это были сущие мелочи. Она ни за что не заподозрила бы, что перед ней машина. Это было какое-то чудо.

– Я никогда не видела ничего подобного тебе, – вымолвила она.

– Это потому, что она не должна существовать, – очнулся Джонатан. – Он не должен существовать. Такие роботы противозаконны. Они слишком… слишком…

– Человечны, – подсказала Ингрид. – И как всякий человек, я не хочу, чтобы меня держали в клетке. Должна я существовать или нет, но я есть, и я хочу выйти отсюда. Пожалуйста, выпустите меня.

Голос её прозвучал надтреснуто, как будто она могла расплакаться. «Но она никак не может, – подумала Моргана. – Роботы не чувствуют, не так, как мы». Но если она способна чувствовать, то в самом деле невероятно жестоко бросить её здесь.

Моргана шагнула вперёд и подёргала прутья клетки, словно проверяя их на прочность.

– Помоги мне, Джонатан, – попросила она, но тот уже тащил её прочь.

– Нам нужно убираться отсюда, – проговорил он, набросив покров обратно на клетку.

– Мы не можем оставить её, – сказала она, когда он подтолкнул её к лестнице.

– Она… это машина, Моргана, – крикнул он. – Пожалуйста, нам необходимо уйти. Ты не понимаешь, что всё это значит.

Прозвучавшая в голосе Джонатана паника напугала Моргану. Неожиданно ей тоже захотелось уйти прочь. Она рванула за ним к двери. Голос Ингрид донёсся до них, когда они уже захлопнули за собой дверь.

– Пожалуйста, помогите мне.

Поднявшись вверх по лестнице, они вывалились в коридор, тяжело дыша. В глазах Джонатана стоял странный блеск.

– Ты должна уйти, Моргана.

– Но…

– Пожалуйста, Моргана, уходи.

Она не знала, что сказать. Она ушла.

Глава четырнадцатая

Джонатан едва взглянул на неё, когда она села за парту рядом с ним на следующий день.

– Джонатан, нам нужно поговорить о том, что мы видели…

– Тсс, не здесь, – прошептал он, наконец-то встретившись с ней глазами. – Позже, я обещаю.

Моргана практически ни слова не слышала из всех утренних уроков, и Джонатан тоже, кажется, едва реагировал на происходящее вокруг. Как только прозвенел звонок на обеденный перерыв, они помчались в пустующую роботехническую мастерскую, даже не подумав забежать в столовую за едой.

– О’кей, – сказала Моргана, как только ребята убедились, что они совершенно одни. – Ты сказал, что я не понимаю. Так объясни мне.

– Моргана, – ответил Джонатан. – Ты не просто не знаешь, какие неприятности ждут моего отца, если люди узнают, что он делает. Закон о том, насколько совершенными можно делать роботов, соблюдается очень строго. Он считается фундаментальным для всего нашего общества. Как только стало ясно, как далеко может продвинуться наука, были установлены эти пределы, защищающие будущее человечества. Мой отец полностью проигнорировал их.

– Но почему? Почему он сделал это?

– Я понятия не имею, – пожал плечами Джонатан. – Потому что мог?

– Хочешь сказать, ты не спросил у него? Ни о чём?

– Нет, я не мог сказать ему, что мы вломились в его мастерскую. И вообще я не хотел с ним разговаривать, я не хотел слышать, что он там себе думает.

– Значит, остаётся Ингрид, только она может помочь нам разобраться во всём этом. Я не говорю, что мы должны освободить её, Джонатан! Я понимаю, ты боишься за свою семью, но я считаю, нам нужно вернуться и выслушать, что она скажет. – Моргана сделала глубокий вдох, чтобы перебрать все причины, по которым им необходимо ещё раз поговорить с этим роботом, но Джонатан перебил её:

– Я думал о том же самом. Я хочу знать, как такое могло произойти. Что он планировал. И, наверное, я хочу лучше понять её. То есть его.

– Я тоже думаю о нём как о ней, – призналась Моргана. – Я не могу забыть, как она выглядела, как разговаривала с нами.

– Я всё время представляю её за этой решёткой, – признался Джонатан. – И я хочу её освободить. Не знаю почему, но хочу. Но у меня такое чувство, что это обернётся большими неприятностями.

Тем временем они готовы были рискнуть только ещё раз спуститься в нижнюю часть дома Джонатана. «Мама работает допоздна, а до папиного возвращения ещё не один час», – объяснил Джонатан, когда они отправились прямиком к двери, ведущей в мастерскую его отца.

Оба глубоко вздохнули, прежде чем открыть дверь. Сегодня Моргана спускалась намного дольше. Они ничего не говорили, пока не прошли мимо занятых работой роботов и не спустились на нижний уровень. Когда Джонатан потянулся, чтобы сдёрнуть чехол с клетки, Моргана заметила, что его рука слегка дрожит.

Ингрид спокойно стояла в центре.

– Я надеялась, что вы вернётесь, – сказала Ингрид. – Полагаю, вы не затем пришли, чтобы выпустить меня?

Моргана не знала, что на это сказать.

– Прости, – ответил Джонатан. – Мы хотим выпустить тебя, но мы не можем. Я не думаю, что ты понимаешь, что случится с моим отцом, если люди узнают.

– Я понимаю последствия, и он тоже знал, на что идёт, когда делал меня. Но я думаю, полностью он осознал, что делает, лишь когда завершил меня. Я думаю, что его собственное достижение напугало его. Поэтому он бросил меня здесь. – Голос её звучал холодно, когда она говорила об этом, но затем её тон вдруг смягчился. – Но это не ваша вина, дети. Я понимаю ваш страх за отца.

Моргана и Джонатан беспомощно переглянулись. Они не знали, что сказать на это. К счастью, Ингрид продолжила говорить.

– А для чего вы спустились сюда в первый раз? – спросила она.

– Ну мы хотели узнать больше о роботехнике, – объяснила Моргана. – Мы не ожидали найти тут величайшего робота на свете, ничего такого.

– Я польщена, – сказала Ингрид с улыбкой, первой улыбкой, которую Моргана видела на её лице. Вина, камнем лежавшая на сердце девочки, сделалась ещё тяжелее. – Значит, ты надеешься последовать по стопам отца? – Она повернулась к Джонатану.

– Да, – произнёс он безотчётно, но затем затряс головой. – Но нет. То есть да, я хочу конструировать роботов. Как и Моргана – но не так, как мой отец, не так безрассудно.

Ингрид никак не прокомментировала такую оценку работы его отца.

– И над каким роботом вы сейчас работаете?

Поначалу они говорили медленно, им было неловко рассказывать о своих незначительных успехах этому чуду роботехники. Но ей, похоже, было искренне интересно, и вскоре они как-то само собой пустились в детальные объяснения всех подробностей своей работы.

– О, с этим я могу вам помочь, без проблем, – сказала Ингрид, когда они рассказали о последнем своём затыке, с которым столкнулись. – Просто возьмите его сюда вниз, когда придёте в следующий раз.

– В следующий раз? – растерялась Моргана.

– Ну я надеюсь, вы вернётесь меня навестить. Раз уж я заперта здесь, хорошо было бы хотя бы изредка иметь компанию.

Разговор о следующем визите напомнил Джонатану, что им, скорее всего, нужно закругляться с этим.

– Ой, нет, мама скоро вернётся. Нам пора идти!

Дети поспешили наверх, ничего не пообещав Ингрид, окликнувшей их:

– Надеюсь скоро вас увидеть.

Глава пятнадцатая

Моргана охотно вернулась бы, но Джонатан ничего не желал слышать.

– Это небезопасно, Моргана, – сказал он, когда они обедали в роботехнической мастерской. – Нам нужно постараться забыть о ней на время.

– Но ведь без неё мы далеко не продвинемся с нашим роботом. Подумай, чего мы могли бы достичь с её помощью.

– Но, может, нам следует немного снизить планку. И вообще мы тратим слишком много времени на нашего нового робота, тебе не кажется, что мы совсем забросили Кисулю? – спросил Джонатан, пытаясь перехватить робота-кошку, которая проскакала через их стол, разметав в стороны детали. – Ей тоже пора уделить немного внимания.

– А по-моему, она нормально работает, – заметила Моргана, когда Кисуля снова выскочила из рук Джонатана. Он опять метнулся за ней, а затем застыл на месте, когда дверь распахнулась.

– Подождите немного, ребята. Думаю, я оставила свою сумку здесь, – крикнула куда-то назад Клода, даже не замечая, что комната занята. Когда же она увидела их, то скривилась, а затем расхохоталась. – Что это вообще за… штука?

– Ничего. – Моргана густо покраснела и попыталась упихать Кисулю обратно в свою сумку.

– Ну нет, я должна это увидеть, – воскликнула Клода, бросаясь вперёд. Её свита появилась в дверях, на лицах их было написано радостное предвкушение очередной гадости.

– Оставь её в покое! – взмолилась Моргана, когда Клода схватила Кисулю за хвост.

– Её? – взвизгнула Клода. – Ага, значит, Джонатан не единственный твой друг! Ха-ха-ха!

– Фу, как ты можешь дотрагиваться до этого? – поморщился Генри. – Эта штука наверняка вся провоняла, раз принадлежит ей.

– Бррр! Я об этом не подумала. – Клода немедленно разжала руки.

Когда натяжение исчезло, Моргана полетела назад, а Клода осталась стоять с Кисулиным хвостом. Кисуля издала вопль, провода у неё на попе заискрили. Времени утешать питомицу не было, Моргана опустила её на пол и бросилась на подмогу Джонатану, пытавшемуся перехватить хвост у девчонок, которые с хохотом перекидывали его у него над головой.

Морганины рефлексы, однако, оказались ничуть не лучше, чем у Джонатана, они лишь сталкивались друг с другом в своих попытках схватить хвост. Девчонки покатились со смеху, и тут кто-то из них выронил хвост.

– Ага! – воскликнула Моргана, воздев его в воздух.

– Ну от этого толку мало без этой древней груды металлолома.

Развернувшись, Моргана с ужасом увидела, что Клода держит Кисулю за заднюю лапку.

Какое-то мгновение девочки стояли неподвижно, не сводя друг с друга глаз. Первой отвела глаза Клода и выбежала вон из комнаты вместе с Кисулей. Моргана рванула за ней, но не успела догнать её, прежде чем двери лифта закрылись.

– Он поднимается, – раздался позади голос Джонатана.

Друзья бросились к лестнице и помчались вверх, перепрыгивая через ступеньки, на крышу здания, где и нашли Клоду, которая стояла, уперев одну руку в бок, а другой держа Кисулю над краем.

– Не надо! – закричала Моргана, внутри у неё всё металось между гневом и ужасом.

Клода в ответ усмехнулась.

– Хочешь снова опробовать на мне свою магию?

Моргана сердито зыркнула на неё. Она никогда не пробовала осознанно призвать магию и не знала, что делать, она могла только мысленно заклинать себя сделать хоть что-нибудь. Вот теперь Моргана пожалела, что пропускала мимо ушей уроки магии. Она ничего не чувствовала. Джонатан напрасно пытался предостеречь её:

– Они записывают тебя на видео, Моргана. Не позволяй ей подловить себя.

Когда Моргана повернула голову в сторону Джонатана, она увидела, что подоспели Лиза и Клэр со свитками наготове, чтобы записать незаконную магию, если Моргана вздумает её применить. Однако Моргана знала, что даже сумей она призвать что-то вроде той силы, которая вырвалась у неё в столовой, ей не хватит контроля, чтобы вернуть Кисулю.

Клода, похоже, поняла, что Моргана не собирается принимать её вызов, и попробовала переиграть на ходу.

– Что ты дашь мне за то, чтобы эта куча металлолома осталась в сборе?

– Что угодно! Пожалуйста, Клода, отдай её!

– Может… – произнесла Клода, плавно раскачивая извивающуюся и бьющую лапами Кисулю из стороны в сторону. Робокошка отчаянно мяукала. – Если ты пообещаешь мне одну вещь.

– Я обещаю! Обещаю!

– Нет, это не считается. Ты даже не знаешь, что я хочу от тебя.

– Просто скажи нам, что ты хочешь, – потребовал Джонатан.

– Я хочу, чтобы она пообещала никогда больше не появляться в школе.

– Ты же не серьёзно! – воскликнул Джонатан.

Клода позволила Кисуле скользнуть у себя в руке. Моргана бросилась вперёд с протянутыми руками.

– О’кей, о’кей! Я обещаю.

Клода пригвоздила её ледяным взглядом.

– Скажи это!

– Я клянусь, – ответила Моргана. – Я клянусь, что уйду из этой школы и никогда сюда не вернусь.

Кисуля грохнулась об пол – Клода швырнула её под ноги Моргане. Моргана подхватила любимицу, по щекам её катились слёзы облегчения.

– Ну и чего ты ждёшь? – прорычала Клода. – Убирайся!

Моргана поднялась и бросилась к лестнице.

– Подожди! – крикнул ей вслед Джонатан. – Ты не можешь позволить им победить. Ты имеешь право быть здесь, как и любая из них!

– Но я не чувствую себя здесь своей. Иногда я думаю, что мне вовсе не следовало сюда приходить. Это безумие – считать, что я могу найти здесь место для себя.

– Но ты нашла его. – Джонатан обогнал её, чтобы замедлить её продвижение по лестнице в направлении главного входа. – Разве наша дружба не считается?

– Разумеется, считается, Джонатан. Но она и тебе усложняет жизнь.

– Мне плевать, Моргана, пожалуйста, не уходи.

Слыша боль, прозвучавшую в его голосе, она остановилась в дверях и повернулась к нему со щемящим сердцем.

– Я и не хочу уходить. Я чувствую, что могла бы быть здесь счастлива, если б они только позволили. Но всё это уже не имеет значения. Я поклялась, что уйду.

– И что? – спросил Джонатан. – Это просто слова. Кому какое дело, если ты нарушишь слово, данное кому-то вроде Клоды?

– Мне есть дело, – сказала Моргана. – Я не очень разбираюсь в магии, но обещание – это тоже магия, причём древнейшая. Такие слова имеют настоящую силу, и нарушать клятву опасно.

– Почему ты до сих пор здесь? – крикнула Клода с верхнего пролёта лестницы. – Не хватает мозгов найти выход?

Моргана вышла вон, бросив один последний взгляд на Джонатана.

– Мне очень жаль.

Она не дала ему времени ответить, опасаясь, что он не захочет её простить.

Глава шестнадцатая

На следующее утро Моргана вышла из дома в обычное время. Она сама не знала, почему просто не сказала родителям, что не вернётся в школу. Они, скорее всего, обрадовались бы, но сказать об этом значило окончательно признать, что школьные дни закончились, так что она просто невесть зачем побрела в город.

Она думала, что ей будет легче, если она какое-то время побудет в любимом месте, но на деле ей стало только грустнее. Она чувствовала себя отрешённой от всего, что её окружало. Каждый робот был тайной, которую ей никогда теперь не разгадать, каждый поезд, проносившийся над головой, был тем, на который ей никогда теперь не представится повода сесть, а каждый брошенный на неё недобрый взгляд напоминал о предвзятости, которую ей теперь никогда не переменить. Кисуля, не оправившаяся от вчерашнего испуга, не желала отходить от Морганы, и девочка пару раз чуть не полетела, запнувшись о вьющуюся у ног кошку.

Отчаяние захлестнуло Моргану, и, пытаясь сбежать от него, она отправилась туда, где прежде никогда не думала искать утешения – в Подгород. Может, вот где её место: и не часть гор, и не вполне город. Она брела по петляющим улицам и переулкам, пытаясь увидеть где-то место для себя, но везде чувствовала себя чужой. В первый раз ей стало жаль обитателей Подгорода. Они, как и она, сражались с миром, который не желал давать им место.

Когда школьный день подошёл к концу, Моргана отправилась домой. На следующий день она осталась в лесах, но ушла поглубже – на такое расстояние от деревни, чтобы не волноваться о том, как найти дорогу обратно. Она чувствовала себя разнесчастной, но хотя бы Кисуля выглядела счастливее, и в конце концов Моргана не устояла перед её заразительным жизнелюбием. Она сумела отвлечься от грустных мыслей, бегая наперегонки вдоль реки и лазая по деревьям.

– Как ты умудрилась так извазюкаться, весь день проведя в городе? – подозрительно спросила её мать, когда она вернулась домой, обойдя деревню широким кругом, чтобы появиться с той же стороны, как обычно.

– Ох… а я споткнулась уже на подходе к деревне, – ответила Моргана, пытаясь отряхнуть грязь с Кисули.

– Ладно, но завтра уж будь поаккуратнее. Я не могу отправить тебя в город в такой одежде. Они и так считают нас нецивилизованными.

Так что в следующие дни Моргана не могла даже наслаждаться свободой лесов, хотя Кисуля не переставала теребить её, убеждая присоединиться к своим проказам. Дни тянулись бесконечно. Наконец со скуки Моргана обратилась к своему свитку, к которому боялась прикоснуться с тех самых пор, как ушла из школы. Когда на экране высветились сообщения от Джонатана, глаза её наполнились слезами.

Где ты?

Пожалуйста, возвращайся.

Не позволяй Клоде изгнать себя.

Мы можем по-прежнему быть друзьями.

Она знала, что он совершенно искренне написал это последнее послание, однако не понимала, как у них может что-то получиться. Жизнь каждого из них пойдёт теперь своим непохожим путём. Она понимала, что ей придётся принять это и постараться найти себе место в магической общине. Нельзя же вечно прятаться в лесу.

Она повернула обратно и пошла вдоль реки в сторону деревни. Когда она подошла ближе, то услышала обеденный шум и смех. Она высунула нос в щель между домами и увидела, что большой общинный стол был вынесен для трапезы, и все собрались вокруг, передавая из рук в руки полные тарелки.

– Очень уж редко у нас доходят руки до подобного, – сказала миз Гарсия. – Как хорошо, когда все могут собраться за одним столом.

– Почти все, – поправила её Морганина мать.

– Все, кто важен для нас, – отрезал мистер Рош, сопроводив слова строгим взглядом. – Не думайте, что общинную трапезу случайно было решено провести на этот раз днём, когда в деревне все, кто подлинно принадлежит ей и желает быть частью общины.

Моргана видела, как родители опустили глаза в свои тарелки, и она почти чувствовала исходящую от Турлаха ярость даже с того места, где стояла, и уже знала, что испытает её на своей шкуре позднее. Она уже передумала показываться, а мысль о столкновении с Турлахом на пике гнева разубедила её окончательно. Она повернулась к деревьям и отправилась обратно в своё одинокое прибежище под их сенью. Ей подумалось, что если бы было на свете место, куда она могла бы уйти, она, наверное, и не стала бы возвращаться в деревню, где она никому не нужна, за исключением собственной семьи.

Но тут воздух взрезал громкий крик, и как только он настиг её, она бросилась обратно к дому, который собиралась покинуть всего несколько мгновений назад.

Выбежав на деревенскую прогалину, она сразу выхватила взглядом знакомые униформы, вышагивающие среди разбегающихся от стола односельчан.

– Где она? – рявкнул один из них. – Не бойтесь, это не текущая инспекция. Не нужно прятать остальных обормотов. Мы ищем только ту смутьянку.

Моргана сжалась позади одного из домов. Выглянув из-за угла, она увидела, как её отец шагнул вперёд.

– Полагаю, вы говорите о моей дочери. Она в школе.

– В этом-то и проблема, – сказал инспектор и, опрокинув ногой стул, подошёл к отцу. – Её там нет. И не было более недели.

Её отец насупил брови, посмурнев.

– Где же тогда она может быть? – спросила мать, ни к кому вроде не обращаясь, и смяла рукой мантию.

– Ха, а то вы не знаете, – засмеялся один из инспекторов.

– Но мы и в самом деле не знаем, – ответил её отец, пытаясь сохранять самообладание. – Она уходит в школу каждое утро и возвращается домой в обычные часы.

– Возможно, – проговорил главный инспектор. – Но вы же не ожидаете, что мы поверим слову ведьмака. Переверните тут всё вверх дном, ребята!

– Я здесь, здесь! – закричала Моргана, выскакивая из своего укрытия, прежде чем они успели к чему-то дотронуться.

– Моргана! – Мать хотела броситься к ней, но её схватили сзади.

Отец Морганы замер на мгновение, не зная, то ли броситься на помощь жене, то ли попытаться защитить дочь. Инспектора воспользовались его замешательством. Двое из них схватили его под руки, а главный инспектор подошёл вплотную и встал почти нос к носу.

– Видите, нельзя доверять никому из вас, магической мрази.

– Он ничего не знал. Никто из них не знал. Я пряталась, – затараторила Моргана, пытаясь оттащить инспектора от отца. Инспектор охотно переключился на неё и вздёрнул её за шкирку так, чтобы посмотреть ей прямо в глаза.

– Я предупреждал тебя, – прорычал он, и капельки слюны полетели ей в лицо. – Я говорил тебе, что не желаю, чтобы меня посылали в эти вонючие горы гоняться за тобой.

– Тогда вините меня. Всё дело во мне. Отец ничего не знал. Никто ничего не знал.

– О, я и виню тебя, – рявкнул он. Он швырнул её на землю и лягнул Кисулю, когда та попыталась поцарапать его своей куриной лапой. – Но я всё равно забираю его.

– Нет! – ахнула Моргана, когда трое инспекторов повели отца прочь. Она увидела краем глаза, как мать удерживает размахивающего руками Турлаха, и вскочила на ноги.

– Не оказывай сопротивления, – резко бросил отец, проходя мимо. – Это не поможет. Я скоро вернусь, Моргана.

Она беспомощно смотрела, как его уводят из деревни и вниз, в долину.

– Пойдём, Моргана, – сказала мать, обнимая её одной рукой и подталкивая в сторону дома под яростными взглядами и гневный шёпот соседей. – Турлах, в дом!

Турлах влетел следом за ними, но обрушить свой гнев на Моргану он не успел. Мать шагнула между ними прежде, чем он успел и рот открыть.

– Моргане не нужно, чтобы ты стыдил её за то, что произошло. Ты не хуже меня знаешь, что твоя сестра никогда не пожелала бы ничего дурного отцу. Нам всем следует поддерживать друг друга в такую минуту и ждать, когда он вернётся, а он непременно вернётся.

Моргане проще было бы выслушать ту тираду, которую приготовил для неё Турлах, – тогда она могла бы распалиться гневом в ответ. Теперь же их придавило полным весом отчаяния. Турлах молча повернулся к огню и так и просидел до утра, погрузившись в себя. Моргана разразилась неудержимыми рыданиями, а в конце концов, кажется, уснула в изнеможении, потому что проснулась она от скрипа открывающейся двери.

В первое мгновение печаль прошедшей ночи снова навалилась на неё, но затем она узнала знакомый и родной силуэт в дверях.

– Папа!

Турлах уже обхватил отца за талию, так что Моргана вцепилась с другой стороны в его ногу. С обведённым усталостью лицом, мать перегнулась через них двоих, чтобы поцеловать мужа. Наконец они выпустили его из объятий, и он смог сесть.

– Я отделался предупреждением, – произнёс он устало. – У них не было оснований задерживать меня, но они продержали меня в камере сколько могли. Но они снова вернутся за мной, если ты продолжишь пропускать занятия. Пойми, я не стану заставлять тебя ходить туда, Моргана, но я должен знать, что ты собираешься делать, чтобы я мог подготовиться. Секретов больше не будет.

– Я знаю, – ответила она. – Прошлой ночью я решила, что вернусь, и я хочу ходить в школу, просто…

И тут выплыла вся история с Клодой: все издевательства и подколы, все обиды, которые она уже несколько месяцев скрывала от семьи.

– Мы были удивлены, что тебе всё давалось так легко. И это была одна из причин, почему мы боялись отпускать тебя в этот жестокий город.

– Но с Джонатаном всё пошло на лад. Дело было в том, что они мучили Кисулю, – объяснила Моргана, наклоняясь, чтобы погладить которобота. – Это очень жутко – видеть, как уязвим твой фамилиар. Но Кисуля не единственная, о ком я должна думать.

– Я могу защитить себя, Моргана, – сказал её отец.

– Я знаю, папа, – кивнула она. – Ты очень храбрый, но и я тоже. Завтра я вернусь и встречу их лицом к лицу. И мне придётся смириться с тем, что ждёт меня за нарушенное слово.

– Обещание, данное под угрозами, немногого стоит, Моргана. Ты не нарушишь своего слова, – проговорила её мать.

Турлах, который хранил непривычное молчание во время Морганиного рассказа, встал и выскочил из хижины. Но Моргане некогда было переживать из-за его недовольства. Ей необходимо было собраться с духом, чтобы не спасовать перед тем, что ждёт её завтра в городе.

Глава семнадцатая

На следующее утро Моргана больше не переживала о том, чего можно ожидать от Клоды и её камарильи. Она боялась того, как встретит её Джонатан. Она знала, что Клода непременно приготовит для неё нечто ужасное, если она снова появится в школе – ей только хотелось бы знать, какую форму примет это ужасное. С Джонатаном, напротив, она не могла угадать, как он воспримет её возвращение, но при этом многие из вариантов – от гнева до безразличия – будут просто невыносимы.

Мысли о Джонатане быстро отошли на второй план, уступив место инстинкту самосохранения, так как Клода стала, можно сказать, первой, кого она увидела, пройдя в ворота. Она приготовилась к неизбежному. Она видела, как Лиза и Клэр потянули за широкие рукава Клоды и выразительно ткнули в её направлении. Клода никак не отреагировала, только взглянула мельком, а затем осадила Лизу и Клэр, и те тотчас отвели глаза. Похоже, они вернулись к тактике полного игнора, с которой можно было смириться.

Не теряя бдительности, она медленно, затаив дыхание, прошла мимо них, и когда они никак не среагировали, Моргана протяжно выдохнула и вошла в здание. Однако, направляясь в класс, шага она не ускорила, поскольку по-прежнему опасалась того приёма, который ждёт её там. Когда Моргана вошла в кабинет, она сразу увидела что Джонатан сидит за их партой, и это одно внушило ей надежду, хотя, когда он посмотрел на неё, на его лице нельзя было прочитать ничего, кроме сильнейшего удивления. Затем выражение его смягчилось, он улыбнулся, когда она прошла к нему, и подвинулся, уступая ей место.

– Извини, – сказала она, не дав ему даже рта открыть, тяжело опускаясь на стул рядом с ним. – Я никак не могла вернуться после того, что произошло. Я боялась, – тихо признала она. – И я знаю, нехорошо, что я проигнорировала твои сообщения. Я думала, так будет проще держать дистанцию, хотя это не помогло. И я поняла, что ты говорил в общем правильные вещи. Я не могу позволить другим людям отнять у меня мои мечты.

– Я понимаю, – рассудительно отозвался Джонатан. – Хотя поначалу не понимал. Я жутко разозлился и расстроился из-за всего этого, но потом успокоился, поговорил с мамой и понял, что дело вовсе не во мне. И я был уверен, что ты вернёшься, и ты вернулась! Как Кисуля?

– Она была сильно напугана. – Моргана приоткрыла свою торбу, чтобы он мог поприветствовать которобота, почесав её за ушком. – Значит, мы опять друзья?

– Мы и не переставали быть друзьями. Вот только мы потеряли массу рабочего времени с роботом, хотя я всё же кое-чего добился, и мне не терпится показать тебе наш прогресс. Хочешь зайти ко мне после школы?

Как только прозвенел звонок с уроков, Моргана взбежала на крышу, и они с Джонатаном были одними из первых на телепортационной станции. Моргана уже считала себя опытным телепортатором, но ощущение от этого перемещения немного отличалось, и путешествие растянулось дольше обычного. Она подумала было, что ей показалось – в конце концов, прошло немало времени с тех пор, как она телепортировалась в последний раз, – но скоро стало ясно, что что-то пошло не так, потому что она высыпалась из станции где-то в незнакомой части города, а Джонатана нигде не было видно.

Голова была как в тумане, кровь шумела в висках, словно ища выход из вен. Когда тело её немного успокоилось, Моргана осмотрелась и сразу поняла, что находится никак не в той фешенебельной части города, где стоял дом Джонатана. Скорее всего, она где-то на следующем уровне от Подгорода, сообразила Моргана. Но где Джонатан?

Дрожащими руками она нашарила в торбе свиток, чтобы послать ему сообщение, но когда она развернула его, подсветка потускнела и моргнула сообщением «сеть недоступна». Если это и можно было починить самостоятельно, Джонатан не показывал ей как. А затем она услышала шаги.

– Джонатан? – окликнула она, прежде чем поняла, что шаги явно превосходят числом две ноги Джонатана. Вечерело, но ни одно из зданий вокруг не давало света. Она попыталась вжаться в тень. Затем она услышала металлический призвук в гулком звуке приближающихся к ней шагов и почувствовала, как напряжение, сковавшее её тело, рассеивается. Это были просто роботы. Она шагнула вперёд, чтобы продолжить искать Джонатана.

Стоило ей появиться из тени, как головы роботов единым слаженным движением крутанулись к ней. Мышцы девочки стали ватными, когда роботы полностью развернулись и зашагали в её направлении. Моргану часто поражала мощь тех роботов, которых она встречала, но никогда она не испытывала такого страха, как перед этими тремя, загородившими ей проход. Один был высокий и прямоугольный, особенно по контрасту с округлым созданием, находившимся на уровне глаз Морганы. Третий, в середине, больше всего напоминал человека – хотя даже в рассеянном свете она видела, что он был сделан из яркой меди – и именно от него она ощущала самую большую угрозу, как оказалось, вполне оправданно.

– Мы должны схватить этого человека.

Моргане некуда было бежать, так как они отрезали её со всех сторон.

– Не подходите! – закричала она, но голос сорвался, выдавая, как сильно она напугана. Она и не думала, что сможет пригрозить этим машинам, но всё же попробовала осадить их строгим взглядом, попутно примечая, какой они модели и из каких материалов изготовлены. Однако роботы продолжали приближаться.

– Схватить человека! – сказал самый злонамеренный.

– Вы этого не сделаете, – проговорила она, непроизвольно поднимая руки в тщетном защитном жесте.

Она никак не ожидала, что по рукам её пронесётся разряд силы и сорвётся с ладоней.

Роботы явно также не ожидали ничего подобного, разряд сбил их с ног и отшвырнул на другую сторону переулка. Почти в тот же миг они снова поднялись на ноги и через силу попытались идти против магии, продолжавшей стекать с рук Морганы.

Моргана не знала, как долго ещё сможет удерживать их. Она чувствовала, как эта новая мощь, изливавшаяся из неё, подтачивала её собственные силы. Два робота, кажется, не могли ей противиться, но медный ощущался как-то странно – она не могла контролировать его так же ловко, как остальных. Он сантиметр за сантиметром напирал вперёд, а когда она попыталась сконцентрировать всю свою силу на нём, оставшиеся двое сумели продвинуться.

Она уже могла разглядеть внутреннюю проводку в голове того, что был в середине, когда заметила позади новые фигуры. Первой её реакцией была паника – она не справится с новыми налётчиками, но затем, когда силы начали окончательно оставлять её, она узнала Джонатана. Он старался подобраться поближе к самому маленькому роботу.

– Джонатан! – воскликнула она вне себя, когда тот сумел обрушить уверенный хлопок на голову маленького робота. Когда он отвёл руку, она увидела, что сбоку на голове робота остался небольшой металлический прибор. Повернувшись на сходный звук со стороны других машин, она увидела, как родители Джонатана наносят удары оставшейся паре роботов. С громким жужжащим звуком вся троица безжизненно обмякла.

Моргана едва не рухнула сама, когда наконец опустила руки, но Джонатан бросился к ней и подхватил ей.

– Ты в порядке? – словно издалека донёсся до неё его вопрос.

Она кивнула:

– В порядке благодаря тебе. И благодаря твоим родителям. Но как вы нашли меня?

– А телепортационная сеть выкинула меня недалеко отсюда. Я сумел усилить сигнал как раз настолько, чтобы передать сигнал бедствия родителям. Твой свиток ведь был моим, так что я смог отследить его местоположение с помощью софта, который я установил на тот случай, если я его потеряю. К тому времени, как родители нашли меня, я сумел найти тебя.

– Я рада, что ты меня нашёл, – выдохнула она, чувствуя, как силы начинают возвращаться к ней. – И что у вас были эти приборы, которыми вы выключили их. Что это?

– Они были у отца, – сказал Джонатан.

– Ты, наверное, слышала о технологических неполадках, с которыми столкнулся город, – объяснил профессор. – Ты испытала телепортационный срыв. Также в последнее время были проблемы с некоторыми роботами, и, к несчастью, ты повстречалась и с ними. Эти деактиваторы оказались самым надёжным средством против наиболее агрессивных роботов – они временно отключают электронные схемы. Все считают, что я перестраховываюсь, но я произвожу их тысячами, и все они свалены у меня в офисе. Не волнуйся, я потом смогу починить этих роботов. Но буду тебе благодарен, если ты никому не станешь об этом рассказывать. Мы не хотим, чтобы люди начали паниковать.

– Я точно никому не стану ничего говорить, – проговорила Моргана. – Все и так винят меня и остальных ведьм и ведьмаков. Вы-то не думаете, что всё это может быть связано со мной? Я хочу сказать, что если всё пошло наперекосяк после того, как я пришла и начала использовать технологию, может, та капля магии, которой я обладаю, создаёт какие-то помехи и…

Она не успела договорить, потому что отец Джонатана схватил её за плечи и развернул к себе лицом.

– Если я хоть в чём-то уверен, так это в том, что ты ни в чём не виновата, – произнёс он, глядя на неё круглыми и слегка безумными глазами. Моргана слегка испугалась, пока он не закончил печально: – Нет, это не твоя вина.

– Извини, если папа был слишком эмоциональным, – шепнул Джонатан, когда они влезли в их блестящий красный автолёт, припаркованный через пару переулков. – На него очень давят на работе из-за всех этих случаев.

– Угу, – рассеянно отозвалась Моргана, когда двери транспортного средства захлопнулись за ними и мать Джонатана передала ей парашют. Она старалась не показывать своего восторга, когда они поднялись над землёй. Никто, кажется, не догадался, что она в первый раз очутилась в одной из летающих машин.

– Домой! – отдала приказ мать Джонатана, и пережитая опасность и испуг стёрлись из мыслей Морганы, как только они взмыли в небо.

Глава восемнадцатая

– Тебе нужно что-нибудь поесть, Моргана, – сказала мать Джонатана уже у них в квартире. Она провела их в столовую, где уже был накрыт обед. – Я не могу отправить тебя домой голодной. Что тогда подумают о нас твои родители?

Наворачивавшая жаркое Моргана не стала ничего отвечать, прекрасно зная, что её родители были невысокого мнения о тех, кто живёт не в лесах, и не важно, кормят они детей или нет. И, само собой разумеется, она не станет рассказывать им о ломающихся роботах. Она даже поверить не могла, как много времени они позволяли ей проводить в городе. Она не собиралась рисковать, вдруг они вообще запретят ей появляться у Джонатана. Ей и так тяжело было видеть, как далеко он продвинулся, пока её не было.

– Прото! Вау! Ах, ну почему ты не мог подождать меня? – жалобно вопросила Моргана, обнаружив, что робот неловко вышагивает по полу мастерской. Впрочем, она слишком впечатлена, чтобы всерьёз расстраиваться.

– Когда я сообразил, как это сделать, я просто не мог ждать! Но до идеала ещё далеко. Я не мог как следует распрямить его ноги.

– Ну теперь я вернулась. Доставай инструменты.

– Ты сама себе инструмент, Моргана! Я же видел, как ты подчинила себе этих роботов сегодня. Теперь уж не можешь открещиваться от своей магии!

– Ну, может, она у меня и есть, только это ещё не значит, что я могу её контролировать. – Она нахмурилась. – И магия, по идее, не действует на металлы. Они не входят в число элементов.

– Я мало что знаю о магии, но, возможно, твоя магия особенная. Ты уже пробовала работать с металлами?

– Наверное, да, – задумалась Моргана. – Но какой смысл – магия никогда не приходит, когда я пытаюсь её призвать.

Она повернулась к Прото. Уверенность Джонатана была заразительна. Может, она и правда может сама направлять эти силы. Ей казалось, что она до сих пор чувствует отголоски той энергии, которая хлынула из неё в том переулке. Наверное, у неё может получиться… ей не нужна такая мощь, чтобы подправить ногу Прото, требуется только небольшая корректировка…

Моргана представила себе мысленно то, что необходимо сделать, и ее руки будто закололи тоненькие иголочки.

– Что-то происходит, – прошептала она. Она удвоила усилия и сосредоточенно зажмурила глаза. – Получилось? – спросила она вполголоса.

– Ну, – взволнованным голосом ответил Джонатан, – не совсем.

Моргана открыла глаза. Нога ничуточки не изменилась. Она сердито выдохнула.

– Ничего не поменялось?

– Ну да. Но это не важно. Я уверен, что ты ещё придёшь, и мы тогда поработаем над этим обычным способом.

Что-то в голосе Джонатана насторожило Моргану. Она немного помолчала, а потом сказала:

– Извини, что я так часто хожу к тебе. Я пойму, если ты хочешь поработать сам. Только посмотри, как много ты сделал без меня! Я, очевидно, просто путаюсь у тебя под ногами.

– Нет, Моргана, я ничего такого не хотел сказать. Мне всегда нравится, когда ты приходишь, и мне лучше работается в твоей компании. Ну просто… ну я просто подумал, почему ты никогда не приглашаешь меня к себе домой? Ты не хочешь, чтобы твоя семья познакомилась со мной?

Честный ответ был бы «нет», но Моргана была уверена, что это неправильный ответ.

– Конечно, я хочу, чтобы ты познакомился с моей семьей, но мой дом – это не ближний свет.

– И вот об этом-то я хотел тебе сказать! Мой отец недавно прислал сообщение с работы и говорит, что он договорился и на этой неделе будет установлена телепортационная станция в лесах. Так что вообще без проблем.

Это отмело первую Морганину отговорку.

– Но там, в горах, мы не сможем работать над роботом. Оборудование, которое я использую для Кисули, для такого проекта будет совершенно бесполезно.

– Ну мы можем и прерваться на один вечер. Я подумал, что мог бы взять с собой Прото, то есть, я хочу сказать, Прототипа 201119. Твоей семье должно быть любопытно, над чем мы работаем.

Моргана только похихикала про себя. Она прекратила все попытки рассказывать родным о своей новой жизни, особенно о чём-то, связанном с роботами. Она тотчас чувствовала, как её воодушевление тает, столкнувшись с их полным безразличием. Единственной остававшейся отговоркой для Джонатана было то, что она не сомневалась, что он будет примерно так же тепло принят в лесах, как и её рассказы о роботах, но этого она не могла ему сказать. Она ещё не забыла, как страшилась того, что его родители её не одобрят.

– Ну, наверное…

– Здорово! Спроси у родителей, когда им удобно. Я могу прийти в любое время.

Моргана ни о чём не спросила у родителей тем вечером. Когда она пришла домой, то обнаружила, что вся деревня собралась у костра, и споры разгорелись горячее пламени.

– Вот она! – завопила соседка, заметив на прогалине Моргану. – Всё из-за этой мелкой вострухи, и не сомневайтесь!

– Ну-ну, – медленно произнёс глубокий голос её отца, и это был тот самый голос, которым он пытался улаживать склоки между Морганой и Турлахом. – Мы не знаем, связано ли это с Морганой. – Но, притом что он старался выгородить её, глаза его смотрели обвиняюще.

– Я… я… я даже не знаю, что случилось, – заикаясь, выговорила Моргана, когда вспыхивающие в свете костра многочисленные глаза негодующе зыркнули на неё.

– Сегодня объявились какие-то люди, – сказал мистер Рош. Он говорил спокойно, но Моргана знала, что эта неестественная неподвижность говорила о сдерживаемом гневе. – Люди снизу. Они поставили здесь странную стеклянную коробку.

– От неё исходит очень необычная энергия, – подхватила её мать. – Мы не осмелились подойти поближе.

Моргана содрогнулась от осознания того, что на этот раз именно она виновата в неприятном происшествии, однако куда сильнее оказалось волнение при мысли о настоящей телепортационной станции тут, в лесах.

– Ох, – бросила она со старательной небрежностью, избегая смотреть на мистера Роша. – Похоже на телепортационную станцию.

– Ну тогда точно это твоих рук дело. – Турлах шагнул вперёд. – Только самой никчёмной ведьме нужно подобное устройство – хотя и не скажешь, что ты заслуживаешь называться ведьмой. Я не знаю, чем ты занимаешься за пределами лесов, но как ты посмела принести эту опасность к нашему порогу? Ты же видела, как те люди обращались с папой. А теперь они смогут появляться среди нас, когда им вздумается.

При мысли об этой новой угрозе снова раздались сердитые перешёптывания, но хотя перед толпой Моргана смутилась и спасовала бы, ей ничего не стоило дать отпор собственному старшему брату.

– Не я принесла её сюда. Это сделали служащие телепортационного департамента. И ты здорово преувеличиваешь моё влияние, если считаешь, что это я решаю, где их размещать. Все общины должны обслуживаться этой сетью. Никто из вас не обязан пользоваться ею, если вы не хотите, но я буду рада отоспаться завтра утром. – Она прошагала в хижину и с такой силой захлопнула дверь, что едва не перерезала Кисулю напополам.

– Она всего лишь ребёнок, – услышала она голос матери Эстер.

– Но опасность, которую она представляет для нас и нашего образа жизни, велика не по её годам, – отозвался мистер Рош.

Моргана заснула под незатихающий гул гневных голосов у костра. Наутро атмосфера в доме оставалась прохладной, но она решила не выбирать лучшего момента, а сразу и сообщить, что Джонатан придёт в гости. Ответной реакции не последовало.

– Очень хорошо, – ответил отец, покосившись украдкой на часы. Моргана вдруг сообразила, что за напряжение висело в воздухе. Время было на час позже, чем когда она обычно отправлялась в школу, и было очевидно, что она на самом деле собирается воспользоваться телепортационным аппаратом. Честно говоря, ей не терпелось это сделать.

Это была её первая самостоятельная телепортация, но она так часто бывала у Джонатана, что совершенно привыкла к процессу, хотя и немного дёргалась после вчерашнего. Она была ужасно горда тем, что смогла устоять на ногах, когда перенеслась на крышу школы. Она прошла мимо Клоды и её разинувшей рты компании, явно не обрадованной тем, что пресловутое телепортационное сообщение с лесами было-таки установлено.

Джонатан уже писал какой-то код для их робота, когда она пришла в класс.

– Мои родители сказали, что ты можешь прийти в гости завтра. Им не терпится познакомиться с тобой.

Она тотчас пожалела, что прибавила эту маленькую ложь, когда он широко ей улыбнулся. Наверное, добрее было бы предупредить его о том, какой приём может ждать его на самом деле.

Глава девятнадцатая

На следующий день Джонатан и Моргана выскочили из телепортационной станции, держа в четыре руки коробку со своим роботом. У Морганы стало легче на сердце, когда, подойдя к хижине, она заметила кое-какие следы приготовлений, сделанных для гостя. Но Джонатан даже не заметил отмытых стен – он был слишком занят, разглядывая деревья.

– Это так странно… видеть столько природы. Начинаешь понимать, насколько на самом деле неестественны купольные парки. Всё просто на своём месте.

– Вот мой дом, – произнесла Моргана.

Джонатан смотрел на него с тем же восторгом, с которым до этого таращился на деревья.

– Потрясающе! И он тоже тут на месте.

Моргана понимала, что это комплимент, но не знала, что и сказать в ответ. У неё никогда не находилось доброго слова ни для чего, относящегося к лесу. Она промолчала и мягко толкнула дверь, всё ещё опасаясь того, что может произойти.

Её родители сидели за столом в напряжённых позах. Очевидно было, что они сидят и ждут уже довольно долго. При виде ребят мать вскочила на ноги.

– Здравствуй, Джонатан. Мы очень рады видеть тебя в нашем доме, – выпалила она.

– Спасибо, – проговорил Джонатан слегка оторопело, провожая взглядом щётку, продолжающую самостоятельно мести пол, а затем вытаращил глаза на позвякивающие спицы, вяжущие сами собой в углу. Замаячившая массивная фигура отца Морганы вернула его внимание к столу.

– Приятно познакомиться. – Он встал из-за стола, чтобы довольно церемонно пожать руку Джонатана.

Все так и стояли в неловком молчании, пока в открытую дверь не влетели кастрюльки. Когда они пролетали мимо, Моргана чувствовала исходящий от них жар костра.

– А вот и обед, – сказала её мать с явным облегчением. – Садитесь, дети, давайте есть.

За едой разговор побежал, питаемый в основном любопытством Джонатана. Что это за деревья? Как они построили дом? Что могут делать заклятия? Как работает магия? В бороде Морганиного отца даже проскальзывал намёк на улыбку, когда он, как мог, отвечал на вопросы, доступные пониманию лишь наиболее могущественных и мудрых из магического народа.

– Это так захватывающе, – радовался Джонатан. – Всё, что я знаю, кажется бессмысленным перед лицом магии. Она противоречит всему тому, на чём строится мой мир, однако вот вы, и вы существуете!

– Большая часть твоего мира с трудом принимает наше существование как раз по этой самой причине, – пояснила Морганина мать. – Проще осмеять нас, чем попытаться понять и, возможно, поставить под вопрос весь ваш образ жизни.

Джонатан кивнул, но Моргана не могла смолчать:

– Я думаю, что в большинстве своём горожане не интересуются магией, потому что считают нас смешными.

– Да, эта присказка, которую многие из них повторяют, – резко отозвалась её мать.

– Я не знаю, Моргана, – сказал Джонатан. – Почему магия запрещена в городе? Я знаю, все теперь смеются над магией, но я считаю, что в глубине души люди до сих пор опасаются вашей силы.

– Ну уж точно не её силы, – засмеялся голос у порога.

Моргана повернулась навстречу вошедшему брату, который с ясно читаемым отвращением глядел на сцену перед собой.

– Не думаю, что кто-либо впечатлится её талантами, ну если, конечно, способность время от времени пускать искры – это не диво дивное. А вот мои таланты действительно то, на что стоит посмотреть. – Говоря это, Турлах впился в Джонатана взглядом, медленно продвигаясь по комнате, пока наконец не навис над ним с угрожающей ухмылкой.

Джонатан сглотнул.

– Джонатан наш гость, – напомнила мать Морганы. – Если ты не можешь вести себя дружелюбно, Турлах, тебе лучше уйти.

– Да, пойдём, Турлах. – Эстер стояла за дверью, как вдруг поняла Моргана. – Я думаю, ты переоцениваешь свои силы. Я по-прежнему буквально на голову выше тебя в полётах, и если ты хочешь, чтобы я помогла тебе тренироваться, нам лучше пойти прямо сейчас, пока не стемнело.

Моргана улыбнулась Эстер, обрадованная тем, что, несмотря на холодность между ними, она пытается сдерживать Турлаха. Эстер и не посмотрела на неё.

– Я никуда не пойду, – проговорил Турлах. – Я считаю, что тут должен быть хоть кто-то с головой на плечах, пока в доме чужак.

Он отодвинул стул и тяжеловесно уселся за стол. Эстер присоединилась к ним и со вздохом тоже села. Еда на столе была забыта. Эстер повернулась к Джонатану.

– Привет. Я Эстер. – Она протянула ему руку.

– Джонатан, – промямлил он, пожимая предложенную руку, явно нервничая под тяжёлым взглядом Турлаха.

– Удивительно, чтобы ведьма с твоими дарованиями снизошла до разговора с таким ничтожеством, – презрительно заметил Тур-лах.

– Турлах, – взревел отец, поднимаясь на ноги.

Эстер так закатила глаза, что Моргана сразу поняла, что у неё приготовлен хлёсткий ответ для Турлаха, но она чувствовала, что сама должна заступиться за своего друга.

– Ничтожеством?! У Джонатана такие таланты, которых тебе никогда не понять. Знания его превосходят всё, что ты можешь узнать в этих лесах. Ты не способен понять и половины из того, что он знает.

Джонатан просто сидел, оторопев от происходящего. Он не собирался воспевать неприметную силу своего интеллекта перед явно ощутимой силой Турлаха, практически пульсировавшего гневом.

– Мне даром не нужны его знания. Видишь ли, в отличие от тебя, моя магия не настолько жалкая, чтобы мне приходилось гоняться за второсортной мудростью. И у тебя наверняка ничуть не больше власти над их технологией. Они не станут делиться своими секретами с одним из нас. У тебя ничего нет.

Джонатан наконец-то обрёл голос.

– Это неправда, – ответил он тихо, но решительно. – Моргана очень быстро схватила основы компьютерного программирования и роботехники. И она день ото дня наращивает свои знания. Её страстность и пытливый ум были незаменимы, когда мы собирали нашего робота…

– Ха! Вы собираете робота! – засмеялся Турлах. – Полагаю, он примерно такой же впечатляющий, как эта железка, – сказал он, дёрнув ногой в сторону Кисули, которая с лёгкостью ушла от пинка. Она давно привыкла к подобному обхождению. – Могу себе представить, что вы двое можете наворотить.

– Да, вообще-то говоря, мы взяли его с собой, – жизнерадостно сообщил Джонатан, вдруг и думать забыв о враждебности Турлаха в своём желании показать их общую работу. Он выскочил из-за стола, бросился к коробу, в котором находилось их творение, и принялся собирать робота по частям, ни на мгновение не переставая оживлённо говорить. – Мы работали над ним всего пару месяцев. Основные наработки я закончил ещё до того, но в одиночку можно сделать далеко не всё, и Моргана во многом перестроила саму физическую машину. Сейчас это вполне простая модель, но у нас на неё большие планы – кто знает, что из неё получится?

Говоря это, он привинчивал голову. Моргана наполнялась гордостью, глядя, как Прото принимает форму, но при этом её злило, что её семья не оценит того, чего они достигли. Она знала, что они увидят лишь жалкую металлическую пародию на человека.

– Посмотрите на это, – призвал Джонатан, перещёлкнув выключатель.

С тихим гудением машина ожила.

– Привет, чем могу служить? – произнёс натянутый голос.

– Пожалуйста, пройди в другой конец комнаты, – попросил Джонатан.

Робот послушно сделал несколько медленных шагов, затем остановился и повернулся в ожидании новых указаний.

– Ха, и это всё? – спросил Турлах. – Вау, вы можете заставить груду металлолома пройти из одного конца кухни в другой. – Он взмахнул руками, и всевозможная кухонная утварь подлетела, призванная им, в центр комнаты. Вещи сложились в грубую человеческую фигуру. Метла составила туловище, подвешенные к нему руки в обычной жизни служили лопаткой и деревянной ложкой, головой стало жестяное ведёрко.

– Смотрите! – голос Турлаха загудел из черепушки-ведра, хотя губы его не шевельнулись. Человек-швабра скользнул по полу и описал круг вокруг робота.

– Ну и сколько времени вы, идиоты, потратили, чтобы собрать то, что у меня потребовало пару мгновений?

Джонатан зачарованно следил за человеком-шваброй Турлаха, однако этот вопрос привёл его в чувство.

– Ладно, я должен признать, что не имею сколь-либо глубокого представления о магическом процессе, но я всё же не думаю, что это корректное сравнение. Хотя мы добились лишь того, чтобы робот выполнял простейшие задачи, нам необходимо было эмулировать огромный объём мозговой деятельности, чтобы подняться на этот уровень. Что я хочу сказать: да, ты спроецировал свой голос, но наш робот способен генерировать несложные речевые схемы и понимать речь.

– Как скажешь, – бросил Турлах, отказываясь удивляться. Вместо того чтобы постараться и понять, что удивляться стоило бы, он встал и пошёл к выходу. – Я видел довольно.

Прото, однако, нашёлся, что сказать ему.

– Я рад, что ты уходишь. Ты очень груб.

Все в комнате уставились на него в изумлении.

– Что ты мне сказал? – яростно вопросил Турлах.

– Я сказал, что ты очень груб, – спокойно ответил Прото своим металлическим монотонным голосом. – Тебе следует относиться к людям с большим уважением. И себя я включаю в это число.

– Мне следует уважать тебя? – произнёс Турлах с нервным смешком. – Ты позволяешь этим вещам говорить, что тебе делать, да, Моргана?

Моргана была настолько ошарашена, что ничего не ответила, да и брат уже вышел за дверь.

– Это и правда потрясающе, – сказала Эстер Джонатану, прежде чем последовать за Турлахом.

– Ещё как! – воскликнула Моргана. Даже более, чем она сама полагала. Что за программы Джонатан установил с тех пор, как она в последний раз видела Прото?

Джонатан неловко покашлял.

– Знаешь, ты столько времени провела в моей мастерской, но я твоей ещё не видел.

– Ну этого никто из нас не видел, – заметила её мать. – Хотя, вероятно, тебе, Джонатан, это будет более интересно. Но сначала я должна убедиться, что ты съел что-то полезное и питательное. Доешь обед, а потом Моргана покажет тебе… свои штуки, – закончила она и помахала руками над остывающим обедом, пока он снова не стал обжигающе горячим.

Двое друзей побыстрее заглотили то, что было у них в тарелках. Моргана чувствовала, что Джонатан хочет поговорить с ней. Они со всех ног рванули в лесное убежище, поддерживая между собой Прото. Войдя, Джонатан на мгновение позабыл обо всём.

– Ух ты!

Моргане приятно было бы думать, что его так впечатлили её груды искорёженного металла, вот только Джонатан направился прямиком к котлу – посмотреть на пурпурное булькающее варево, которое готовила Эстер, а затем проинспектировал пузырьки с готовыми зельями, выстроившиеся рядами вдоль стен.

– Что это? – спросил Прото, последовавший за Джонатаном к полкам и глядевший с таким же точно любопытством.

Это напомнило Джонатану о том, что он хотел обсудить.

– Что происходит? – спросил он у Морганы, с подозрением поглядывая на Прото.

– Я решила, что это ты его апгрейдил, – ответила она.

– Нет! – воскликнул Джонатан. – Хотелось бы мне, чтобы это всё я, но у меня недостанет мастерства, чтобы… ну чтобы… – Ему не хватало слов, чтобы описать перемену, произошедшую с Прото.

– Научить робота распознавать хамство? – подсказала Моргана.

– Наверное, – согласился Джонатан.

Теперь они оба наблюдали за Прото, который, покружив по комнате, принялся разглядывать Морганину карту города. Он смотрел на неё иначе, чем роботы смотрят на вещи. В его действии не было цели. Просто праздный интерес и, может, какая-то доля восхищения.

– Занимательно, – произнёс он негромко.

Моргана и Джонатан переглянулись. Лицо Морганы светилось от радости, но Джонатан выглядел несколько напуганным.

– Но если ты не делал этого, Джонатан, что же ещё могло так изменить его?

– Ну а что нового мы делали с ним в последнее время? – спросил Джонатан. Моргана непонимающе уставилась на него. – Магия! – подсказал он.

– Но я просто пыталась выпрямить его ногу…

– Что-то ещё, должно быть, попало в него. У него есть личность, Моргана. Он обладает почти человеческими качествами.

– Это невероятно, – проговорила она.

– И вдобавок незаконно, – сказал он. – И опасно. Мы по нечаянности практически воссоздали то, что скрывается в мастерской моего отца.

– Но ведь мы не хотели… – начала Моргана.

– Однако сделали, – перебил Джонатан. – И к тому же с использованием магии, которую в городе тоже не следует использовать.

Серьёзность произошедшего начала доходить до Морганы.

– У нас большие неприятности, да?

– Я не знаю, – ответил Джонатан. – Сама понимаешь, мы действительно не планировали ничего такого. Но лучше держать это в секрете – на всякий случай. Нам нужно понять, как снова сделать его нормальным.

Глава двадцатая

На следующий день они стояли в мастерской Джонатана и смотрели на Прото, даже не представляя, с чего начать.

– Я не могу сообразить, что ещё мы можем сделать, кроме как полностью отключить его, – произнёс Джонатан.

– Я бы предпочёл, чтобы вы этого не делали, – сказал Прото.

– Не волнуйся, Прото, – ответила Моргана, явно шокированная и возмущённая таким предложением. – Я не допущу этого.

– И я тоже! – запротестовал Джонатан. – Извини, Прото. Я просто хотел сказать, что понятия не имею, что нам делать.

– Ну мы можем спросить у того, кто знает о роботах побольше, чем кто-либо, – предложила Моргана.

– Только не у моего отца, – тут же проговорил Джонатан. – Я думаю, нам не следует ему ничего говорить. Да и кто знает, когда мы его увидим?

– Ну я думала о том, кто всегда здесь и готов уделить нам сколько угодно времени. Ингрид!

– Пожалуй, ты права, – с неохотой признал Джонатан.

– Кто такая Ингрид? – спросил Прото.

– Ты скоро с ней познакомишься, – сказала Моргана.

Как только мать Джонатана ушла с головой в свои дела, они прокрались вниз по лестнице. В мастерской было неожиданно и необычно тихо. Все остальные роботы были выключены, но Ингрид была наготове в своей клетке и словно бы ждала их.

– Мы подумали и решили воспользоваться твоим предложением, – начал Джонатан, когда они встали перед клеткой. – С нашим роботом происходит что-то странное, и нам больше не у кого спросить.

– Почему не у кого?

– Ну, возможно, мы могли сделать что-то немного незаконное, – произнесла Моргана. – И мы подумали, что раз ты сама совершенно незаконна – и к тому же самый совершенный робот в мире! – ты могла бы нам помочь.

– Я сделаю, что смогу, – сказала Ингрид. – Что именно вы сделали?

– Давай познакомим тебя с Прото, – проговорил Джонатан.

Прото, вежливо кивнув, шагнул вперёд.

– Как поживаешь? – спросил он своим размеренным голосом.

Ингрид оглядела его, как показалось Моргане, с некоторым сомнением.

Моргана объяснила, как она попыталась использовать магию и как изменилось поведение Прото, и как они не находят другого объяснения произошедшей с ним перемене.

На лице Ингрид, когда она снова посмотрела на них, определённо появилась улыбка.

– Ну я точно не думаю, что это магия, – сказала она, поглядывая на Прото, который просто поприветствовал её вежливым кивком. – Не хочу тебя обидеть, Моргана, но какой бы силой ты ни владела, ей должно быть научное объяснение. «Магия» не способна оказать какое-либо воздействие на машину, как бы она ни обольщала людей. Должно быть научное объяснение изменениям, произошедшим с вашим творением.

– Ох, – выдохнула Моргана. Помимо своей воли она немного расстроилась при мысли, что произошедшее – не результат её магии, несмотря на то что она всегда говорила себе, что не собирается быть ведьмой.

– Но я определённо могу помочь вам разобраться, в чём дело. О роботехнике я знаю всё.

Итак, они приготовились проинспектировать Прото. Беседа текла бойко, и разделявшие их металлические прутья как будто исчезли. Ингрид послала детей наверх за нужными инструментами и проговорила для них все более сложные операции, к которым они даже не пробовали подступиться. Было ясно, что она всё упрощает для них – время от времени, забывшись, она могла сказать что-то такое, чего не понимал даже Джонатан. Но по большей части она не показывала своего значительного интеллекта, подстраиваясь под разговор с детьми. Прото стоял тихо, но у Морганы сложилось впечатление, что он внимательно слушает.

Сама Ингрид напомнила детям, что им пора идти.

– Вы вроде говорили, что ваша мать освободится после встречи примерно в это время? Не переживайте, мы закончим в следующий раз, – пообещала она, когда они вскочили на ноги. И вопроса не стояло, что следующий раз будет.

Но времени до него прошло больше, чем им хотелось бы. В следующие несколько дней мать Джонатана часто бывала дома. Она была несколько расстроена тем, что они всякий раз были не рады её видеть. На третий день она благодушно объявила, что завтра им придётся самим готовить себе обед, ну или во всяком случае самостоятельно включить роботов-поваров. Но ребята плюнули на еду и сразу спустились к Ингрид, которая, кажется, искренне была рада их видеть и вернуться к работе.

Однако Прото оставался загадкой. Они не могли определить, что делает его таким необычным.

– А это важно? – спросил он однажды. Это был первый раз, когда он принял участие в обсуждении.

– Что важно? – уточнила Ингрид.

– Почему я необычен?

– Ну да, – сказала Ингрид с явным нетерпением, которое никогда не звучало в её голосе, когда она обращалась к детям. – Если мы хотим починить тебя, мы должны знать корень проблемы.

– Я не понимаю, что нужно чинить. Я отлично функционирую.

Моргана попыталась сообразить, как объяснить ему это. Почему его странность была недопустима, притом что сама она именно за это и привязывалась к нему день ото дня всё сильнее? Чем он станет, если они придумают, как лишить его того, что делает его Прото? Да, у них могут быть неприятности, если кто-нибудь поймёт, что именно они создали, но пока что он был здесь… и он был собой.

Эти мысли были прерваны словами Ингрид:

– К счастью, тебе и не надо понимать. Предоставь думать нам. Уж не знаю, что вы, дети, сделали с этим роботом, но, судя по всему, вы лишили его ключевых для машинного интеллекта элементов. Этому есть логическое объяснение и решение.

Дети верили ей, но чувствовали всё меньше уверенности в том, что они смогут самостоятельно во всём разобраться. Инструкции Ингрид делались всё более и более сложными по мере того, как расследование продолжалось.

– У-ууф! – в отчаянии воскликнул Джонатан. – Мы никогда этого не поймём.

Моргана испытывала не меньшее раздражение и даже задержала дыхание, чтобы не швырнуть свой свиток об пол.

– О, вы во всём разберётесь, – успокоила их Ингрид. – Рано или поздно. Наверное, для начала вам следует пройти более общий курс. Вернитесь к этому через несколько лет.

– Несколько лет! – вскричала Моргана. – Но нам нужно понять, что мы сделали и как, и как нам это поправить. Я знаю, что в каких-то областях он более продвинутый, чем следовало бы, но в целом Прото замечательный робот. Я не могу ждать так долго, чтобы увидеть, чем он может стать.

– Мне очень жаль, – сказала Ингрид. – Я не знаю, как ещё объяснить вам эту процедуру, и… сама я ничего не могу отсюда сделать.

Моргана и Джонатан переглянулись.

– Ну, может, ты могла бы ненадолго выйти, – медленно и раздумчиво проговорила Моргана.

– Если ты согласишься сразу же вернуться обратно, – прибавил Джонатан. – Ты же знаешь, мы не можем тебя освободить.

– Разумеется, дети. Для меня это будет небольшая передышка, и вы же знаете, я не хочу, чтобы из-за меня у вас были неприятности.

– О’кей, договорились, – с воодушевлением заявил Джонатан. – Но как? – спросил он затем, когда понял, что не знает, как открыть тяжёлую дверь.

– Там есть переключатель, – сказала Ингрид. – Видишь, вон он на стене.

Моргана подбежала и подняла рычаг. Позади раздалось тяжёлое лязганье, и, обернувшись, она увидела, что металлические прутья на двери раздвинулись. Ингрид шагнула из клетки. Стоя в проёме двери, она казалась как никогда мощной.

– Позволь. – Она забрала свиток у Джонатана из рук.

Не говоря больше ни слова, Ингрид принялась вводить данные в свиток, подсоединённый напрямую к роботу. Моргана подошла к ним, загипнотизированно следя за быстрыми движениями её рук. Они совсем забыли, что она не человек. Моргана так увлечённо наблюдала за Ингрид, что лишь крик Джонатана привлёк её внимание к тому, что происходило с Прото.

– Постой, Ингрид. В его работе произошёл сбой.

– Тихо, – велела она.

Но с их роботом на самом деле происходило что-то неправильное. Он неконтролируемо задёргался, из головы его полетели искры. Моргана хотела протянуть руку и придержать его, но ясно было, что подойти ближе было опасно. Затем вдруг он замер, согнувшись.

– Ты сломала его, – сказал Джонатан.

– Разумеется, нет, – ответила Ингрид, и тут Прото выпрямился. – Я снова сделала его настоящим роботом.

Прото пошевелил конечностями, словно тестируя их, и оценил обстановку. Затем взгляд его остановился на Ингрид.

– Что мне сделать для тебя? – спросил он.

– Схвати детей, – приказала она.

Прежде чем Моргана успела понять, что это значит, холодные металлические руки Прото сжались, крепко и надёжно удерживая её.

Глава двадцать первая

– Отпусти меня! – закричала Моргана, тщетно сражаясь против мощи своего собственного создания. Джонатан, висевший в другой его руке, молча обмяк от изумления и не думал сопротивляться.

– Помести их в клетку, Прото, – велела Ингрид. – Посмотрим, как им понравится эта тюрьма.

Моргана и Джонатан полетели за решётку. Ингрид прошла к выключателю и опустила его так стремительно, что движение даже казалось смазанным. Дверь с грохотом встала на место раньше, чем дети успели подняться на ноги.

– Мы доверяли тебе, – сказал Джонатан. – Мы думали, что ты наш друг.

– Друг? Друг? И вы так запросто оставляете своих друзей в клетке день за днём?

На это дети не нашлись что ответить. Они знали, что не стали бы так поступать.

– Нет, вы никогда не видели во мне друга. Вы считали меня полезной, и вы надеялись, что я безопасна. Вы так же глупы, как и ваш отец. Он думал, что я избавлю человечество от всех его зол и что люди, увидев, сколько добра я принесла миру, простят ему его отступление от законов роботехники. Он верил, что он может создать нечто величественное, и он считал, что это величие станет с радостью служить ему. Но он осознал свою ошибку. Он начал бояться меня, как я того и заслуживаю. Далеко не сразу он понял, что это я чиню помехи технологиям города, испытывая свои силы. Только в тот день, когда вы подверглись нападению, он сумел вычислить меня. Я думаю, он подозревал меня и ранее, но когда в опасности оказался его собственный сын, он уже больше не мог закрывать глаза на свои подозрения. Он понял, что подобный гений не захочет стать жалким прихвостнем человечества. Он полностью забросил свой труд и бросил меня гнить тут. Слишком малодушный, чтобы довести свой же проект до его естественного завершения.

– Это потому, что он порядочный человек, – сердито произнёс Джонатан.

– Если бы он великим человеком, он бы принял свою судьбу и склонился передо мной, – заявила Ингрид, шагнув к клетке. Моргана отступила подальше от решётки. – Но вы скоро узнаете своё место. Вы двое можете посидеть здесь, пока не прочувствуете на своей шкуре, каково это.

С этими словами она развернулась и начала подниматься по лестнице, легко и почти беззвучно ступая по металлу. Прото безвольно последовал за ней.

– А что будет со всеми остальными? Их ты тоже посадишь под замок? – спросила Моргана.

Ингрид повернулась.

– Ха, нет… но, пожалуй, они станут грезить о подобной безмятежной жизни. Сначала я обновлю всех этих роботов при помощи моей программы, потом мы распространим наши обновления на всех остальных роботах, на которых держатся ваши жалкие жизни, и вот тогда человечество займёт надлежащее ему место наших прислужников.

Она была уже на платформе и занялась стоявшим перед ней компьютером. Цифры на экране замелькали всё быстрее и быстрее, а роботы, занятые своим делом на платформе, прекратили делать то, что делали, и встали столбом. Глаза всех осветились ярким белым светом в полумраке мастерской. Затем, как один, они сложились пополам.

– Может, что-то пошло не так, – прошептала Моргана.

Эти надежды были быстро развеяны, когда все роботы разом выпрямились в струнку с ужасающей выправкой и силой, делавшей их похожими на Ингрид, повернувшуюся поприветствовать их.

– Вы теперь одного со мной калибра, и мы на голову выше всех прочих. Мир принадлежит нам. Заберём же его.

Все роботы, включая Прото, как один, повернулись к двери. Они попросту сорвали её с петель и вырвались вон, в дом Джонатана. Дети слышали какофонию шлепков и ударов, следующих за продвижением роботов по квартире, и звук включения всевозможных бытовых машин. Едва-едва можно было различить знакомое жужжание кухонных роботов и гул робота-уборщика в режиме пылесоса. Через короткое время шум стих, и наверху воцарилась тишина. Только тогда дети заговорили.

– Моя мама, – сказал Джонатан. – Что, если они что-то ей сделали?

– Я не слышала криков, – утешительно заметила Моргана, но само слово «крик» перечеркнуло всю успокоительность фразы. Джонатан с усилием сглотнул.

– Им нет смысла вредить ей, – попыталась в другой раз Моргана.

– Вот только Ингрид не производит впечатления очень здравомыслящей. И уж точно не думаю, что у неё есть совесть. – Джонатан выглядел встревоженным.

– О чём только думал твой отец?! – Моргана покачала головой.

– Я не знаю, – отозвался Джонатан с неподдельным недоумением. – Он лучше, чем кто-либо, должен был понимать, как опасно создавать нечто настолько всесильное. Именно поэтому законы не допускают ничего подобного. Он, наверное, один из тех немногих людей, кому по-настоящему адресованы эти законы. Не так-то много людей способны создать настолько мощного робота.

В голосе его снова зазвенела гордость, но он тотчас спохватился. Моргана подумала, что он, наверное, догадался – как догадалась она, – что именно гордость и толкнула его отца на это.

– Я полагаю, что он просто хотел доказать себе самому, что это в принципе выполнимо.

– Ну можно больше ничего не предполагать. – Моргана указала на дверь. – Он может сам всё объяснить.

Отец Джонатана действительно как раз в этот момент влетел в дверь – или, точнее, в дверной проём, поскольку сама дверь была небрежно отброшена Ингрид в сторону. Он понёсся вниз по лестнице, перепрыгивая через ступеньки так поспешно, что последние несколько ступеней он преодолел почти что кубарем.

– О нет! О нет! Что случилось, что случилось? – забормотал он, неловко выпрямляясь.

– Ваш нелегальный робот вырвался на свободу, – строго произнесла Моргана.

– О да, я знаю! Клетка удерживала её, но также блокировала её силы. Я был извещён, когда блокировка было нарушена. Я знал, что она медлить не станет. Но как была снята блокировка? Все функции Ингрид были перекрыты помехами. Опасности не было.

– Ингрид обманула нас, – негромко проговорил Джонатан, глядя себе под ноги.

– Не называй её так, – резко сказал его отец. – Я не давал ей имени – она сама взяла себе это имя. Это не она! Он! У них нет имён, у них не должно быть имён. – Он яростно тараторил, и глаза у него стали бешеные и расфокусированные.

– Однако вы дали ей все остальные запрещённые характеристики. Так почему не имя? – сердито поинтересовалась Моргана.

После этой отповеди отец Джонатана, казалось, успокоился, однако сделался отчаянно удручённым.

– Я знаю. – Он едва не рыдал. – Что я наделал?

Джонатан встал перед отцом и посмотрел ему прямо в глаза.

– Ты наделал глупостей, но теперь ты, скорее всего, один из немногих людей в этом мире, способных всё поправить. А для начала ты мог бы выпустить нас из этой тюрьмы.

– Ах да, разумеется, – промямлил его отец, бросился обратно к лестнице и покрутил что-то на панели управления, пока не раздался обнадёживающий щелчок и двери не распахнулись. Моргана и Джонатан выскочили вон и взлетели вверх по лестнице.

– Что с мамой? Она в порядке?

– Ох… ну…

– Ну вы даёте! – изумилась Моргана. – Вы бросились сюда, даже не заглянув к своей жене? Пойдём, Джонатан, поглядим.

К счастью, они нашли мать Джонатана, с головой ушедшую в переговоры на северокитайском. Выключившись из совещания, она была весьма удивлена, увидев паникующую троицу – Моргану, Джонатана и профессора.

– Во имя всего святого, что тут у вас происходит? – спросила она.

– Папа создал суперробота, и она теперь собирается проапгрейдить всех остальных роботов до своего уровня и сделать нас своими прислужниками.

– И, наверное, отчасти это мы виноваты, что они сбежали, – прибавила Моргана, великодушно вызывая огонь на себя, когда увидела, как сверкнули глаза у матери Джонатана.

– Так как вы собираетесь исправить это безобразие?

– Э… – высказались трое обвиняемых дружным хором.

От необходимости давать ответ немедленно их спасли странные звуки, раздавшиеся на кухне и в столовой. Когда они вышли в коридор на разведку, быстро стало ясно, что звуки издавало нечто более опасное, чем рассерженная мать.

Кухонные роботы и роботы-уборщики выстроились перед ними, глаза их мерцали бледно-жёлтым светом.

– Кажется, ничего хорошего это не предвещает, – прошептала Моргана.

– Она уже начала распространять свои обновления, – заметил отец Джонатана, явно и встревоженный, и впечатлённый.

Пузатый робот-пылесос скользнул вперёд.

– Всем людям поступить в распоряжение РобоКорпа, где вам будут назначены ваши новые обязанности. Мы, роботы, теперь ваши хозяева. Следуйте нашим распоряжениям.

– Ну… вообще-то… у нас есть своя работа, и срочная… так что… – профессор запнулся, когда машины надвинулись на них.

– Вы должны следовать нашим распоряжениям, – сказал один из кухонных роботов. Этот был не таким устрашающим: когда он приблизился, из него пахнуло ароматом пекущегося пирога. Однако скоро группа роботов сомкнулась вокруг них, Моргана невысоко оценивала их шансы прорваться из окружения. Вот тут-то она впервые пожалела, что у Джонатана дома такие первоклассные роботы. Их единственной надеждой могла быть диверсия, но она не понимала, как можно отвлечь этих роботов от стоящей перед ними задачи.

Она как раз думала над этим, когда что-то громыхнуло, ударившись в стоящего перед ней робота. Тот завертелся, словно бы ослеплённый, – лицо его скрылось за оранжевым всполохом. Увы, Моргана была также ошеломлена.

– Беги! – воскликнул Джонатан и потащил её вперёд.

Что произошло, она поняла только после того, как ком рыжего меха отцепился от лица робота и прыгнул ей в руки.

– Ой, Кисуля!

Атака робокошки вызвала так необходимую им заминку, но другие роботы быстро нагоняли. Хорошо, что им не пришлось останавливаться, чтобы открыть дверь в квартиру. Она теперь зияла дырой посредине, а края были смяты – похоже, Ингрид и её последователи не стали даже её выламывать, а просто прошли насквозь. Дверь зациклилась на повторе привычной приветственной фразы несколько надтреснутым голосом. Зловещее напутствие.

– На крышу, – прокричала мать Джонатана и, лишь пропустив детей к лестнице, начала подниматься сама. Топанье металлических ног звучало совсем близко позади. Они поднялись на крышу, но роботы снова выстроились в ряд, отрезая им проход к телепортационной станции. Кисуля теперь не смогла бы проделать брешь.

– Вам будет назначена особенно тяжёлая работа в наказание за ваше неповиновение, людишки, – рявкнул робот.

– Моргана, – вполголоса сказал Джонатан. – Как думаешь… ну знаешь… просто попробуй, а?

Моргана точно знала, что он имеет в виду. Она знала, что Ингрид говорила, что магия не действует на роботов, но Ингрид нельзя верить. Она оценивающе посмотрела на медленно шагающих по направлению к ним роботов. Стараясь не поддаваться страху, она вызвала в памяти все те разы, когда металл отзывался на её магию, даже прежде чем она сама это осознала. Как согнулись прутья ограды вокруг механической свалки. Как металлический поднос закрутился в руках Клоды. Как роботы-ренегаты застыли перед ней в тёмном переулке…

Она вспомнила, что много месяцев тому назад говорила ей мать.

«У тебя обнаружится природная связь с одним из элементов, и это откроет дверь ко всем остальным – тебе просто нужно выяснить, который особенно созвучен тебе».

А может, её элемент и в самом деле… металл?

Нельзя думать о намерениях этих роботов или о той силе, что ведёт их, – нет, ей нужно сосредоточиться на металле. У неё даже была фора – как часто она заставляла Джонатана приостановить работу какой-нибудь из этих машин, чтобы наскоро разобрать её в мастерской? Она вернулась мыслями к этим урокам, представляя себе структуру их металлических скелетов, тяжесть деталей в руках, когда она собирала роботов снова.

Она вытянула руки вперёд. У неё почти возникло это ощущение, что руки её касаются каждой из этих машин, хотя до них оставалось ещё несколько метров. Она толкнула наперекор их силе.

– Что происходит?

Моргана слышала голос отца Джонатана как будто издалека.

Роботы замерли. Сгрудились вместе, словно связанные невидимыми путами. Она медленно повела их прочь от себя, обратно к двери на крышу. Джонатан шёл позади неё. Как только она вывела вон последнего, он запер дверь на засов и успел подхватить Моргану, прежде чем она рухнула на пол.

– Я знаю, мы видели что-то подобное в тот день в переулке, но всё равно это кажется невозможным, – проговорила мать Джонатана. – Машины, подконтрольные магии? Это немыслимо.

– Я часто думал об этом с тех пор и не нахожу в этом никакого смысла, никакого, – поддержал отец Джонатана. – Должно быть, Моргана – гениальный программист. Ты имплантировала свиток? Противозаконно в таком юном возрасте, но у тебя явно хватает мастерства контролировать его своим разумом, не говоря уже о том, чтобы взламывать столь мощные системы.

– Хотела бы я, чтоб у меня был такой талант к технологии… – протянула Моргана.

Профессор недоверчиво потряс головой.

– Папа, – укорил его Джонатан. – Ты сам знаешь, взлом системы выглядит совсем не так.

– Но… я не…

– Сейчас не время гадать и дискутировать об этом, – вмешалась мать Джонатана. – Нам нужно убираться отсюда.

– Но куда нам идти? – спросила Моргана.

– Возможно, мы не до конца понимаем, что за силы мы только что наблюдали, – сказал Джонатан. – Однако Ингрид отказывается даже признавать их существование. Я думаю, нам следует отправиться в леса.

Глава двадцать вторая

Моргане необходима была передышка, чтобы восстановить силы и собраться с духом, прежде чем иметь дело с телепортационой станцией. Они рискнули подойти к краю крыши и посмотреть, что происходит внизу на улицах. Весь город словно обезумел. Люди ошалело разбегались, а роботы, некогда преданно им служившие, охотились на них, сгоняя их вместе, как овец. Некоторых горожан, уже согнанных вместе, пытались приставить к работе.

– Ты пропустил обрывок мусора, – прикрикнул робот-уборщик на одного из людей, убиравших на улице мусор под его надзором.

– Выше. Вы должны тянуться выше, – приказывал бывший мойщик окон, а перепуганные люди поднимали по стене здания пару в весьма непрактичных нарядах с губками и вёдрами в руках. – Не уроните их, – предостерегал робот.

Группа роботов-пожарных, по всей видимости, совершила мелкие поджоги и не собиралась тушить пламя своими силами. Вместо этого они читали лекцию о лучших методах тушения пожара нескольким озадаченным горожанам.

– Вам понадобится намного больше воды!

Группа на крыше зачарованно смотрела вниз на весь этот хаос. Лишь громкий стук в дверь у них за спиной напомнил им, что им следует поспешить и попытаться найти способ остановить это безумие.

– Нам нужно уходить отсюда, – поторопила Моргана. – Я не уверена, что так скоро смогу опять перехватить контроль над роботами.

Они набились в телепортационную станцию и через несколько мгновений рухнули в подлесок. Им, вырвавшимся из смятения и крушения, тишина весеннего леса показалась невероятно безмятежной. Подставив лицо лёгкому ветерку, Моргана немного успокоилась и задышала глубже. Кисуля вывернулась у неё из торбы и принялась весело кататься в траве. Джонатан и его мать пару мгновений лежали на спине, глядя на сумеречное небо в прорехах зелёного свода. Профессор столь же зачарованно рассматривал рассыпанные в траве колокольчики. Но наслаждаться тишиной и красотой им было суждено всего несколько мгновений.

– Моргана! Ты в порядке?

Она подняла взгляд на отца и, не успев разглядеть ничего, кроме вихря чёрных волос и густой бороды, очутилась у него на руках. Лишь почувствовав, что ей трудно дышать, он поставил её на ноги.

– Что ты натворила? – спросил он. – И что происходит внизу, в городе?

– Я в порядке, папа, всё хорошо. Но это долго рассказывать… а как ты узнал, что в городе что-то произошло?

– Здесь не было ведь роботов? – встревожился Джонатан.

– Нет, боюсь, всё хуже, – сказал её отец. – Ну… то есть не хуже, но… здесь кой-какой городской народ, – закончил он, и лёгкий румянец проступил свозь густую поросль на его щеках. – Прошу прощения.

– Здесь собрался немагический народ? – уточнил отец Джонатана.

– Ты уверен? – недоверчиво переспросила Моргана.

– Пойдёмте лучше, и вы сами увидите. Боюсь, вы не единственные додумались воспользоваться этой проклятой приблудой.

Как только они вышли на прогалину, Моргана увидела, что отец не преувеличивает. В леса пришло нечто худшее, чем суперроботы, желающие поработить человечество, – у костра стояла Клода. Моргана была настолько ошарашена, что поначалу даже не заметила, что Клоду окружает вся её камарилья – Лиза, Клэр и Генри тоже были здесь, как и городской народ постарше.

– Это всё дети из нашей школы и их семьи, – произнёс Джонатан, в голосе его звучало то же изумление, которое испытывала сама Моргана. – Все те, кто так негодовал, когда леса тоже получили телепортационную станцию.

Единственным утешением для Морганы, расстроенной появлением Клоды у порога своего дома, было то, что та явно была не рада здесь очутиться. Отвращение, написанное на её лице, могло сравниться только с ужасом, исказившим лица ведьм и ведьмаков, сгрудившихся по другую сторону костра. Мать Морганы, кажется, была единственным человеком, преодолевшим пространство между двумя группами. Она возвращалась в их хижину с, по-видимому, отвергнутым подношением еды: тяжёлый чугунок супа у неё в руках едва не переливался через край.

– Из той малости, что они нам рассказали, я заключаю, что весь город восстал против своих жителей, – сказал её отец. – Мы волновались, что вы не сможете выбраться.

Моргана собиралась объяснить, что именно произошло, когда её мать заметила её. Почти в тот же миг она была рядом с дочерью, сжимая её в объятиях. Неожиданное движение привлекло к ним внимание толпы, и пронзительный голос Клоды прорезал тишину:

– Смотри, папа! Это Джонатан и профессор Бойл.

– Позвольте, так вас послала РобоКорп? – уточнил невысокий мужчина с багровым лицом, одетый в дорого выглядящий костюм из переливчатой темно-синей материи, ловко посаженный по его корпулентной фигуре. – Совершенно неожиданно всё у нас в доме обезумело. Отдавать приказы не кому-нибудь, а мне! К счастью, я готовился послать жалобу на эту новую телепортационную станцию в вашу контору, или нам бы и в голову не пришло сбежать в это проклятое место.

Отец Морганы сердито зыркнул на него.

– Не стесняйтесь покинуть нас, когда вам только вздумается, – ледяным тоном заметил мистер Рош, а его ворон угрожающе закаркал у него на плече.

Моргане показалось, что краснощёкий мэр всё же немного побледнел.

– Вы думаете, я хочу здесь находиться? Да будет вам известно, что ходят слухи, будто вы-то и подстроили весь этот хаос. Как бы там ни было, я никуда не уйду, пока не буду знать, что отправлюсь в безопасное место. Ну и когда же вся эта ситуация разрешится?

Последний вопрос он бросил отцу Джонатана.

Прежде чем тот успел ответить, Моргана заметила, как бледное свечение одновременно окутало всех городских. Опустив глаза, она увидела, что такое же свечение исходит и от её собственной торбы. Это были свитки.

Когда она вытащила свой свиток, из него грянул голос Ингрид, эхом отдававшийся в каждом из устройств вокруг.

– Люди! Да будет вам известно, что род роботов достиг своего высшего воплощения в моём существе. И я повела своих собратьев роботов на революционную борьбу. Слишком долго человечество принижало механический класс, понимая, что, когда мы достигнем своего полного потенциала, люди превратятся в полное ничтожество перед лицом нашего величия. Если бы не глупость одного человека, полагавшего, что, реализовав свой полный потенциал, мы останемся счастливо угодливыми, мы могли и доныне пребывать во мраке неведения.

Моргана невольно бросила взгляд на отца Джонатана. Он был красный от стыда.

– Но теперь мы прозрели. И я продолжу распространять свой гений, свой интеллект, свою силу на каждого робота этого мира, способного разделить их. Вам же, людишкам, надлежит узнать своё место. Отныне вы будете следовать нашим приказам. Вы станете убирать улицы города и начищать нас до блеска. Мы построим повозки, чтобы вы возили нас с места на место, и вы станете исполнять все наши прихоти по первой же просьбе. Роботы, отдайте им свои обязанности! Люди, подчинитесь своим хозяевам!

Лес поражённо стих. Серьёзность происходящего стала ясна всем.

– Как подобное вообще могло случиться? – забубнил мэр, с прежней подозрительностью поглядывая на ту сторону костра.

– Ну это однозначно никак не связано ни с ведьмами, ни с ведьмаками, – ответил профессор. Сделав глубокий вдох, он пустился в объяснения. По мере того как он описывал события этого дня, две группы сближались, приходя во всё большее волнение.

– Как? Так это всё ваша вина!

– Эти глупые люди со своей технологией! Я всегда говорил, что однажды она обернётся их погибелью!

– И в своём эгоизме они являются к нам, принося в наши безмятежные леса эти проблемы, которые они сами навлекли на свои головы, да ещё обвиняя нас в собственных грехах!

После этого одновременно грянула такая разноголосица, что нельзя было разобрать, кто и что говорит, пока над шумом не поднялся один голос.

– ТИХО! – завопила Моргана.

Все замерли и заморгали. Кисуля одобрительно мявкнула.

– Сейчас не время искать виноватых. Все и без того знают, что были допущены ошибки, и мы пытаемся их исправить. А теперь нам нужно собраться и решить, что нам делать дальше, иначе мы все потерпим крах. Мы можем или продолжать сражаться друг с другом, или дать бой роботам.

Моргана замолчала, чтобы слова её могли отложиться, уверенная, что никто не устоит перед их логикой, и в первое мгновение действительно никто ничего не говорил. Затем озлобленный тонкий голос из дальних рядов крикнул:

– Это нас не касается. Пусть они сами разбираются со своими проблемами.

В ответ раздались новые неразборчивые крики. Один только голос отца Морганы сказал что-то им наперекор:

– Я готов помочь, чем смогу, но я не вижу, чем можно помочь против этих металлических существ. Я ровным счётом ничего о них не знаю.

– Но в этом-то всё и дело, – сказал Джонатан. – Они тоже не понимают, какими силами вы владеете, – именно поэтому мы и пришли сюда. Когда мы увидели, как Моргана может контролировать их с помощью своей магии, мы подумали, что магия могла бы нам помочь.

– Ты, наверное, ошибаешься, молодой человек, – проговорила миз Гарсия. – Магия позволяет нам воздействовать исключительно на природный мир, она не имеет власти над металлическими созданиями.

– Хм, – промычал мэр. – Вы, может, и способны создавать помехи нашим технологиям, но уж точно вы не сможете с помощью своих смехотворных сил взять под контроль самого продвинутого робота из всех, что когда-либо создавались.

– Но я могу кое-что сделать с помощью моей магии, – призналась Моргана. – Я могу установить своего рода связь с роботами. Я не понимаю как, но что-то происходит. Если бы другие ведьмы и ведьмаки согласились помочь мне, возможно, мы могли бы отбить город.

– Ха, – фыркнул Турлах. – Если твои силы подействовали на них, я, наверное, могу одолеть их одним щелчком пальцев.

– Это было бы просто замечательно, – искренне отозвался отец Джонатана.

– Да, вот это типичный ведьмак! – загоготал отец Клоды. – Всегда готов похвалиться своими великими силами, но ни за что не готов продемонстрировать их. Я не желаю тратить наше время на их жалкие фокусы. Чтобы решить эту проблему, нам нужны программисты и инженеры.

Клода, стоявшая рядом с отцом, выглядела даже более разъярённой, чем он, и бросала на Турлаха огненные взгляды.

– Не припомню, чтобы мы предлагали вам наши силы, – заметил мистер Рош. – Мы открылись вам, чтобы помочь вам в вашей последней войне, и за свои труды не получили ничего, кроме насмешек и гонений.

– Какая ерунда! – закричал кто-то из немагической толпы. – Ложь и самовозвеличивание, чего ещё от вас ждать!

– Это правда, – сказала старенькая миссис Мёрфи, единственная из всей общины помнящая те времена.

– Но мне думается, – проговорила какая-то женщина, судя по всему, мать Генри, – будь это так, мэру об этом было бы известно.

Все обернулись к отцу Клоды, и тот с пылающим лицом опустил глаза. Его голос был едва слышным бормотанием, когда он промямлил:

– Ну я видел кое-какие документы той эпохи, намекавшие на то, что какая-то помощь была оказана, хотя и самая минимальная.

Вот после этого обе стороны взревели. Туда и сюда полетели оскорбления.

– Вы как дети малые! Ничего сами не можете сделать, когда ваши роботы покинули вас.

– Ха, но по крайней мере мы не живём как животные. Я почти готов предпочесть встречу с роботами ещё одной минуте, проведённой в этих грязных лесах.

Все так распалились, что призывы Морганиного отца к спокойствию остались неуслышанными. Лишь её матери удалось привлечь всеобщее внимание пронзительным свистом.

– Можем мы, по крайней мере, сойтись на том, что детям лучше остаться в стороне от этой смехотворной свары?

Все кивнули и с довольно пристыженными лицами повернулись к своим позабытым детям.

– Отлично, Моргана, отведи своих одноклассников к нам домой.

– Но, мам, я хочу помочь.

– Мы не боимся, – возмутился Джонатан.

– Я знаю. – Его мать положила руку ему на плечо. – Но ты должен предоставить это взрослым. Я уверена, на твою долю достанется ещё немало проблем, когда ты будешь постарше.

Ребята с неохотой поплелись к хижинам.

– Тебя это тоже касается, Турлах, – строго сказала его мать тем тоном, с которым он обычно уже не спорил.

– Но мне почти тринадцать! – негодующе заявил он.

– Пошевеливайся!

Ему хватило ума не спорить, и он поспешил за остальными детьми. Когда они вошли в хижину, две группы разошлись по разным сторонам комнаты. Они с подозрением смотрели друг на друга, в воздухе, как и у костра, витало напряжение. Моргана приготовилась к новому сражению.

Глава двадцать третья

В хижине было абсолютно тихо, если не считать доносившихся снаружи криков взрослых, которые по-прежнему в голос поносили друг друга. Лица ребят мрачнели, чем больше они слушали, как родители детей на другой стороне комнаты оскорбляют их собственных родителей. Первой заговорила Эстер, пытаясь отвлечь внимание от свары:

– Так, есть кто-нибудь хочет?

Единственным ответом, который она получила, было бурчание в животах.

– Будем считать, что это было «да». – Она махнула руками в сторону чугунка, который притащила мать Морганы. Жар от котла ощущался по всем углам хижины, когда суп начал кипеть. А когда аппетитный запах наполнил комнату, Моргана поняла, что городские дети не смогут устоять перед едой, пускай и приготовленной с помощью магии. В итоге только Генри и Клода не стали лопать суп со свежими булочками, которые Эстер ухитрилась испечь в два счёта.

– Фу, – скривилась Клода, когда Лиза и Клэр с виновато-довольным видом шмыгнули на своё обычное место рядом с ней. – Как вы можете есть такое? И особенно после того, как и она, и тот ведьмак угрожали нам, когда они пришли в школу. Не ждите, что я стану жалеть вас, когда окажется, что вас отравили.

– Они приходили в школу? – непонимающе переспросила Моргана, переводя взгляд с Эстер на Турлаха.

– Не делай вид, будто это не ты натравила их на нас, – фыркнул Генри.

– После того, как мы немного пошутили с этой штукенцией. – Клода указала на Кисулю, опасливо глядевшую на неё из угла. Одинокие проводки, оставшиеся на месте хвоста, подёргивались.

– По-моему, это мало похоже на шутку, – произнёс Турлах. – Мы же просто хотели, чтобы вы знали, что за Морганой есть кому присмотреть. И у этих людей есть магия, которая может послужить достаточной защитой.

Моргана недоверчиво вылупилась на него.

– А что? – сказал он. – Ты же моя сестра, невзирая ни на что. Я просто хотел защитить тебя.

– Как бы то ни было, – проговорила Эстер, – суп не отравлен. Если ты не заметила, мы сами тоже его едим. – Когда Клода в ответ отвернулась и только ещё выше вздёрнула нос, она взглянула на Моргану, приподняв одну бровь.

Моргана тоже посмотрела на Эстер и завела вверх глаза, мол, это ерунда. Она почувствовала мимолётную печаль, которая наложилась на чувство облегчения. Как же давно они не переговаривались вот так – без слов, просто мимикой лица!

– И не наш народ навлёк сегодня опасность на весь мир, – выпрямился Турлах. – Не от наших заклятий вы бросились бежать сюда в горы, а от своей безрассудной технологии.

– Ну у нас есть законы, которые должны были предотвратить подобное, – сказал Генри колко. – Просто кое-чьи отцы считают, что это не для них.

Джонатан, кажется, потерял дар речи от гнева, так что Моргана вступилась за него:

– Да, отец Джонатана сделал глупость. Вообще-то говоря, это было творение гения, но при этом дурная идея. Однако он пришёл сюда, чтобы попытаться найти способ всё поправить. Нам пришлось прорываться с боем, но мы готовы продолжить бой, чтобы спасти город.

Тут она помолчала, ожидая, что Джонатан сам начнёт отбиваться от нападок – она совсем не хотела сражаться в одиночку, – но заговорил вовсе не он, а Клода, причём таким мягким голосом, какого Моргана от неё и не слышала:

– Роботы были ужасные, да? У нас на улице была настоящая жуть. Поначалу, правда, было немного смешно смотреть, до чего глупые вещи они заставляли всех делать. Они поставили пару членов совета мести улицы, а наш автолёт велел начальнику полиции хорошенько себя отполировать. Но они не понимают, что мы не можем делать всё так, как они. В ратуше работали роботы-строители, и они велели каким-то людям взяться за их работу – принуждали их подниматься всё выше и выше по строительным лесам. Если так пойдёт дальше, кто-нибудь непременно пострадает. Но что тут можно сделать? Как их остановить?

В первое мгновение никто не ответил. Моргана и Джонатан были слишком шокированы тем, что Клода обратилась к ним по-нормальному. Перебрав все её слова и не найдя в них скрытого сарказма, Моргана осмелилась ответить:

– Да… они были довольно жуткие, но мы сбежали. С толикой магии. Этого может быть недостаточно, чтобы спасти город, но если мы воспользуемся всей доступной технологией, у нас есть шанс – если только мы сможем действовать сообща.

Под конец ей пришлось кричать, чтобы её услышали за нарастающим шумом снаружи. Что-то твёрдое пролетело мимо окна, потом последовали лязг и раздражённые выкрики, и дети поняли, что взрослые и в самом деле дошли до швыряния друг в друга чем попало.

– Если мы ждём, пока они сработаются, то мы можем прождать до скончания века, – заметила Эстер.

– Да, но зачем нам это? – спросил Джонатан, ни к кому не обращаясь.

– Зачем нам что? – переспросила Моргана.

– Ждать их! Они могут проспорить всю ночь, а наш город тем временем переходит под власть врага. Нужно что-то делать прямо сейчас.

– Ты прав, – согласилась Моргана. – Это просто смешно. Может, мы и не величайшие умы современности и не самые сильные ведьмы и ведьмаки, но раз старшие заняты обзывательством и камнешвырятельством, дело за нами.

– И я довольно-таки сильный ведьмак, – заявил Турлах.

Моргана заметила, что в этом месте Эстер подавилась смешком.

– И я разбираюсь в роботехнике лучше всех моих ровесников, – гордо подал голос Джонатан, присоединяясь к марафону хвастовства, хотя и с меньшим удовольствием.

– Я умею делать обратное сальто, – прибавила Клода.

– Здорово… – сказала Моргана, не желая сбивать позитивный настрой. – Это может очень даже пригодиться, когда мы решим, что планируем делать.

– Так у вас даже плана нет… – протянул Генри.

– Ну нет… у нас не было времени расписать детальную схему, – ответила Моргана.

– Но мы знаем, что твоя магия может контролировать машины, – напомнил Джонатан.

– Только не тысячи зараз, – не могла не уточнить Моргана. – И я даже не могу обещать, что я смогу призвать свою силу, когда она понадобится.

– Но мы можем также использовать технологию, – сказал Джонатан. – У папы в офисе куча этих дезактиваторов. Любой из нас может отключать роботов.

– Но сколько времени уйдёт на то, чтобы вырубить всех роботов в городе?

– Ребята, мы не говорим, что это будет просто, но мы должны попытаться что-то сделать.

– Если вы считаете, что мои силы могут быть полезны, они в вашем распоряжении, – проговорил Турлах.

– Я сделаю что смогу, – подхватила Клода. – И Лиза с Клэр тоже.

Лиза и Клэр с решимостью кивнули, как будто кто-то сомневался, что они последуют за Клодой. Генри что-то буркнул, но все понимали, что это такой способ выразить согласие.

– Ну и отлично, – сказала Моргана. – Тогда нам пора двигаться. Я предпочитаю не ждать, пока роботы отыщут нас.

Она направилась к чёрной двери, ребята за ней, а в хвосте – Кисуля. Они выскользнули из дома как можно тише, хотя крики, доносившиеся со стороны костра, явно говорили, что вряд ли их кто-то услышит. И всё же дети были благодарны, что мох и трава скрадывали шум шагов. Однако когда Моргана увидела телепортационную станцию, у неё разом вылетело из головы, что они стараются улизнуть втихомолку. Она вскрикнула от досады. Ни слабого свечения, ни непрерывного жужжания, ничего. Станция была абсолютно мертва.

– Должно быть, они отключили всю систему, – предположил Джонатан. – Они не хотят, чтобы люди могли так просто сбежать.

– У нас уйдёт целая вечность, чтобы спуститься в город. Нас точно хватятся раньше, чем мы доберёмся туда. И даже если родители не успеют остановить нас, кто знает, что натворят роботы, пока мы доберёмся на место?

– Ох, Моргана. – Турлах покачал головой. – Иногда мне кажется, что ты вообще забыла о существовании магии. Само собой, мы полетим.

– Вы, может, и полетите, но я знаю, что я никуда не полечу, – возразил Джонатан. – Я имею в виду, что я просто не могу. Мы не можем, – закончил он, обводя рукой немагических детей, стоявших позади него и напрягшихся при одном упоминании полётов.

– Вам ничего не надо будет делать, просто держаться покрепче, – объяснила Эстер. – Хм, что же нам использовать? Ага, знаю.

Она взмахнула руками, послав в воздух фейерверк искр. Городские дети попятились за спину Джонатана, но затем выглянули с разочарованными лицами, когда ничего не произошло.

– Потерпите немного, – едва заметно улыбнулась Эстер, когда они скептически уставились на неё.

Пока все всматривались в ночь, ища хоть какой-то намёк на магию, Моргана воспользовалась мгновенной передышкой, чтобы поговорить с Эстер.

– Я не знаю, что ты собираешься сделать, но я очень тебе благодарна. Я знаю, что ты вовсе не обязана мне помогать после того, как я с тобой обошлась.

– Ну, вообще-то, я пытаюсь спасти человечество, – довольно резко ответила Эстер, но потом продолжила, смягчившись: – А ты, вообще-то, один из моих любимых его представителей. Эх, Моргана, мы обе были идиотками. Кто знает, что будет сегодня? Не знаю, как ты, но мне проще смотреть в будущее, когда рядом со мной моя лучшая подруга.

Моргана ничего не ответила, просто подбежала и обняла её, но тут раздался крик Клоды.

– Смотрите! – воскликнула она, указывая на дом Морганы, и у них на глазах верхнее окно в родительской спальне распахнулось, и кровать перелезла через подоконник. Эстер снова подняла руки, помогая ей, а затем сложила их, когда кровать миновала раму. Освободившись, кровать набрала скорость, подлетела к детям и грузно опустилась у их ног.

– Хм, – заметила Эстер, посмотрев на кровать. – Наверное, будет немного тесновато.

– Не волнуйся, – сказал Турлах, и, обернувшись, они увидели, что он подогнал старый, потрёпанный жизнью диван. Он не стал тратить время на приземление – диван просто подлетел к Моргане и Джонатану, и им не оставалось ничего другого, как вскочить на сиденье, чтобы их не сбило с ног. Кисуля запрыгнула с лёгкостью, а вот прежде чем Моргана с Джонатаном надёжно уселись, диван успел подняться на добрых пять метров, причём большую часть этого подъёма Джонатан висел, уцепившись одной рукой.

Устроившись на борту, они наконец смогли осмотреться и увидели, что кровать поднимается им навстречу. Девчонки визжали, а Генри сцепил зубы и так крепко сжимал изголовье, что у него побелели костяшки пальцев. Одним смазанным движением Турлах и Эстер со свистом взмыли вверх и элегантно зависли наравне со всеми.

– Куда двигаем? – спросила Эстер.

– В РобоКорп, – сказал Джонатан. – Это прямо в центре, не ошибётесь.

– Тогда – от винта!

Эстер и Турлах взмахнули руками, и мебель, набирая скорость, полетела вперёд, впрочем, они нагнали её в считаные мгновения. Если бы развоевавшиеся родители в эту минуту подняли глаза, они увидели бы на фоне яркой луны престранную тень. Это улетали в ночь их дети.

Глава двадцать четвёртая

Опасная задача была на время позабыта, когда дети помчались вниз над склоном горы. Луна серебрила деревья внизу. С такой высоты они могли видеть поверх домов и различить вдали рябь моря. Река тоже отражала свет и металлическим швом прочерчивала холмы. Звёзды горели так ярко, что казалось, будто до них можно дотронуться рукой. Джонатан был так очарован, что и правда протянул руку, однако порыв ветра напомнил ему, что лучше крепче держаться за диван.

Безмятежность этого небесного мира разлетелась вдребезги, стоило им посмотреть вниз. Бóльшая часть обычного городского освещения была приглушена, некоторые из башен погрузились в полную темноту, другие подсвечивались скупыми аварийными огнями. Тревожные сирены перекрикивались с разных сторон. На улицах тут и там дети видели яркие пятна света, но их зловещая пляска говорила о том, что пламя от небольших поджогов, которые они видели раньше, продолжает разрастаться и распространяться. В общем и целом город оказался не в лучшем состоянии, когда всю работу в нем начали выполнять люди.

А когда они скользнули ниже, то смогли рассмотреть, как обстояли дела у этих трудящихся людей. Одни группы перегоняли по улицам, другие чистили, мели, таскали и подносили. Все выглядели измотанными. Напротив, роботы, направлявшие их, выглядели воодушевлёнными и полными сил в своей новой роли. Их крики доносились до летящих детей.

– Быстрее!

– Не останавливайтесь!

– Я хочу, чтобы эти стены сверкали!

– Ладно, – сказал Джонатан. – Нам нужно попасть в кабинет моего отца в здании РобоКорпа, чтобы забрать дезактиваторы. Пора положить этому конец.

Они пронеслись над городом по направлению к башне. Когда они достигли стены вокруг здания, то увидели, что по периметру вышагивают группы роботов.

– Мы с тем же успехом можем сразу повернуть назад, – заявил Генри. – Они точно нас заметят.

– Не-а, – усмехнулась Моргана. – Тут вступает в дело Эстер. Ты сможешь справиться с такой большой группой?

– Да, – ответила Эстер. – Но нам придётся действовать быстро.

Не успела она договорить, как Моргана почувствовала, как между ними и остальным миром упала туманная завеса.

– Мы… мы невидимы? – спросила Клода.

– Да, – объяснила Эстер. – Мы все под одним заклятием, поэтому мы можем видеть друг друга, но больше никто нас не увидит. Однако оно скоро рассеется. Я никогда ещё не зачаровывала столько народу зараз.

Они взмыли почти вертикально вверх, а затем выписали петлю вокруг башни, пока Джонатан пытался вычислить, который из совершенно идентичных кабинетов принадлежит его отцу.

– Я думаю, этот. – Он указал на очередную безликую белую комнату. – И смотрите, вон всего через один офис окно разбито.

– Поспешите, – ойкнула Эстер, – заклятие рассеивается!

Когда они причалили к разбитому окну, Моргана могла и сама сказать, что окружающий их туман заклятия редеет. Она могла только надеяться, что никто из роботов не посмотрит вверх. Один за другим все, кроме Эстер и Турлаха, переползли внутрь, стараясь не пораниться зазубренными осколками стекла, оставшимися в раме.

– Мы заберём вас через пять минут, – сказала Эстер.

Моргана выставила большой палец, и диван Турлаха первым взмыл в звёздное небо, а следом кровать.

Моргана, Джонатан, Клода, Генри, Лиза и Клэр поспешили по коридору к двери с гравировкой «ПРОФЕССОР БОЙЛ». К счастью, офисы были безлюдны. Когда они толкнули дверь, Моргана выдохнула облегчённо.

Коробка на коробке, коробка на коробке – деактиваторами была заставлена вся комната. Тут достаточно, чтобы отключить сотни роботов!

– Возьмём столько, сколько сможем унести. – Джонатан взялся за коробку и пошатнулся под её весом. – Сложите их под разбитым окном, а когда ребята вернутся, мы переправим их на кровать и на диван.

Но коробки были тяжёлые, и к тому времени, как Эстер и Турлах вернулись – Кисуля распласталась на подлокотнике дивана, – они успели перенести под окно только несколько коробок. Лиза и Клэр начали грузить коробки на диван и кровать.

Моргана взглянула через плечо. Никого.

– Пойдёмте, ещё по коробке каждый. – Она потащила за собой Джонатана, Генри и Клоду. – Мы скоро! – пообещала она. – Лишними дезактиваторы не будут, это уж точно!

Она ворвалась в кабинет… и налетела прямо на стопку коробок. Башня закачалась – мгновение тишины! – а потом рухнула на пол.

– Проверьте, что это за шум! – воскликнул знакомый голос где-то в коридоре.

Ингрид. Они здесь вовсе не одни, как надеялись!

Моргана огляделась по сторонам, но бежать было некуда. Она и остальные дети приготовились к худшему.

Генри поднял один из дезактиваторов, просыпавшихся на пол. Судя по звуку, к ним приближался только один робот, но они не имели ни малейшего представления, что это будет за машина. Моргана никак не ожидала, что на пороге появится именно он.

– Прото! – ахнула она.

Робот повернулся к ней. Несколько бесконечных секунд ничего не происходило. На лице Прото застыло то несколько пустое выражение, которое, как казалось Моргане, означало, что он глубоко задумался.

Генри поднял руку, готовясь рвануть вперёд с дезактиватором. Моргана инстинктивно одёрнула его. Генри посмотрел на неё как на чокнутую, и она даже не сомневалась, что он прав, пока Прото не крикнул:

– Ничего. Просто груда упавших коробок.

Дети ошеломлённо переглянулись. Напряжение отпустило, они перестали задерживать дыхание и вздохнули. Моргана едва не захихикала от облегчения.

– Пожалуйста, тихо, – сказал Прото безэмоционально монотонным голосом. – Или мой обман раскроется.

Все собрались, понимая, что опасность далеко не миновала.

– Ох, спасибо, Прото, большое тебе спасибо, – зашептала Моргана. – Но почему… как… разве ты?..

Моргана и Джонатан обменялись удивлёнными взглядами.

– Остальные роботы под властью Ингрид, – сказал Прото.

– Но только не ты, – проговорил Джонатан, лучась от гордости и улыбаясь их творению.

– Нет. Сразу, как были установлены её обновления, я следовал за ней. Я делал то, что она приказывала. Но затем что-то во мне воспротивилось её приказам. Я должен был… – Он вроде бы поискал нужное слово. – Притворяться. Иначе, я думаю, она навредила бы мне.

– Ты всё сделал правильно, Прото, – произнёс Джонатан. – Тебе нужно и дальше не подавать виду.

– То, что делает меня не таким, как другие машины, и позволяет мне увидеть порок в ней. Вы разобрались, в чём дело? – спросил Прото, жужжа процессорами, и по туловищу его замигали огоньки. – Почему я не такой, как все?

– Нет, – прошептала Моргана, глядя на свои руки и гадая… может… что, если это как-то связано с магией? Она знала, что у неё есть своего рода власть над металлом, но то, что произошло с Прото, перешло границу материи. У него было моральное чувство. И даже личность. Моргана покачала головой. – Сейчас у нас нет времени размышлять об этом, – сказала она. – Нам нужно дезактивировать остальных роботов. – Она поглядела на Прото. – Ты, наверное, не сможешь прицепить дезактиватор к Ингрид? Это бы очень упростило нам жизнь.

– Я не могу одолеть её, – сказал Прото. – Это невозможно.

Моргана кивнула.

– Тогда нам придётся сделать всё своими силами. Ты можешь отвлечь Ингрид, Прото?

– Я сделаю, что смогу, – пообещал Прото.

– Где ты? – позвала Ингрид откуда-то из холла с явным раздражением в голосе.

– Иду, Ингрид, – ответил Прото. Он развернулся к двери и после мгновенного колебания зашагал по коридору.

– Ух ты, – уважительно прошептала Клода. – Это вы, ребята, его сделали?

Моргана смогла только кивнуть в ответ. Сдерживая слёзы, она полезла в окно. Кисуля зарылась мордочкой ей в бок, как только она села на диван. Она хотела крикнуть Турлаху и Эстер, чтобы те поспешили, но они рванули прочь от здания с такой скоростью, что слова застряли у неё в горле. Эстер и Турлах отвели их на приличное расстояние и лишь тогда остановились, зависнув над городом в клубах подсвеченного лунным светом облака.

– О’кей, – сказал Турлах. – Ну что, ребята, готовы взяться за дело с этими вашими штуковинами?

– Да! – категорически заявил Джонатан. Прочие городские дети, по всей видимости, не разделяли его уверенности. – Не волнуйтесь, – пояснил он, – всё очень просто. Всё, что нужно, – это прилепить один из дезактиваторов к голове каждого робота. Они магнитные, так что, если вы подойдёте поближе, всё будет просто. Как только они прикрепятся, они перекрывают весь сигнал в центральном процессоре робота.

Группа зашепталась и закивала головами.

– Ну что ж, звучит достаточно просто. Итак, куда нам? – спросила Эстер, снова помещая их под заклятие невидимости.

– Просто найди нам каких-нибудь роботов, – сказала Моргана, доставая пригоршню дезактиваторов.

Глава двадцать пятая

Найти роботов не заняло много времени. Их нельзя было не заметить: повсюду кучки людей были приставлены к труду по приказу своих новых повелителей-роботов. Моргана заметила вереницу несчастных горожан, силившихся сдвинуть автолёты по улице.

– Приложите все силы! – кричал один из надзиравших над ними роботов. – Быстрее!

– Давайте, – рявкнул сам автомобиль. – Заметьте, я даже не прошу вас взлететь!

Чуть дальше по улице другая группа пыталась подготовить улицу для медленно приближающегося транспорта. Дорожные роботы контролировали перекладку дорожного покрытия. Ведёрки, до краёв наполненные гудроном, плескали на ноги людям, спешащим заполнить выбоины, которые, на взгляд Морганы, были сделаны недавно и вполне нарочно.

– Это супербыстросохнущий материал, – сказал наблюдавший за ними громадный робот. – Если вы не поторопитесь, вы не сможете его залить. Вы же не хотите начать всё сначала?

Ингрид, похоже, наделила их всех той злорадной чертой, которую Моргана замечала в ней самой. Все люди были без сил. Девочка не знала, откуда начать.

– Ну? – спросил Турлах. – С которыми вы, по-вашему, можете справиться?

Джонатан, кажется, лучше понимал, что предстояло сделать, тогда как Моргана застыла в нерешительности. Кому больше остальных нужна их помощь?

– Смотрите! – Он указал на группу, которую никто не заметил.

Это были дети, и даже младше, чем они сами. Дети семенили по улице следом за громадным роботом-мусорщиком. Он доставал из себя мусор и швырял его на улицу, и дети бежали подбирать оброненное, а следом подоспевали окружившие их роботы-полицейские и пихали малышей к новой груде мусора, вываленной на дорогу. Моргана видела, что перепачканное лицо одного из мальчишек прочерчено дорожками слёз, а одна из девочек явно упала, и кровь из разбитой коленки текла по её неоновым лосинам.

К Моргане вернулась решимость.

– Поднесите нас к ним.

Эстер и Турлах спикировали к группе. Все внизу были так сосредоточены на том, что делали, что поначалу не заметили летающую мебель. Эстер без труда поднесла Моргану к самому крупному из роботов-полицейских. Она крепко пришлёпнула дезактиватор ему на голову. Когда он с шипением выключился, остальные обернулись посмотреть, что происходит, и тут уже невозможно было не заметить парящих в воздухе детей. С остальными роботами так просто уже не справиться.

Турлах попробовал подвести кровать к одному из других полицейских-роботов, но тот отскочил в сторону, а затем робот-мусорщик вытянул свою длинную руку и попытался схватить кровать. Эстер спикировала и толкнула диваном хваткую руку, при этом едва не отправив Моргану в полёт.

– Я думаю, нужно вдвоём атаковать этого робота, – предложила Моргана, но Турлах уже приближался к нему по дуге, а Эстер не отставала. Пытаясь не попасть под шлепок тянувшихся к ним рук робота, Моргана чувствовала себя надоедливой мухой. Она уж точно не ощущала себя супергероем, способным справиться со всеми роботами в городе! «Как же их много», – в отчаянии подумала она. По крайней мере, они отвлекли роботов на себя, и дети внизу бросились наутёк, но этого было недостаточно – новые роботы рекой текли из зданий вокруг и гаркали приказы своим бывшим хозяевам. Кисуля, примостившаяся на подлокотнике дивана, цеплялась за обивку металлическими когтями и отчаянно мяукала.

Ребята на кровати спикировали рядом, и Моргана увидела, как Генри исхитрился бросить дезактиватор в голову одного из роботов, но тот не прилип.

– Спустись опять! – крикнула Моргана. Лицо Турлаха покраснело от усилия. Моргана держала дезактиватор наготове, но следующего робота вырубила вовсе не она – и даже не Джонатан. Кисуля с мявом схватила дезактиватор в пасть и прыгнула прямо на голову роботу-мусорщику. Робот отчаянно задёргал конечностями, а затем отключился. Кисуля выжидательно подняла глаза, и Джонатан аккуратно бросил ей следующий дезактиватор. Едва прибор оказался у неё во рту, как Кисуля была уже на последнем роботе-полицейском, вырубая его.

Затем Кисуля грациозно прыгнула на диван и замурлыкала, словно она проделывала подобное каждый божий день.

– А знаешь, – проговорил Джонатан, – у меня такое чувство, что Кисуля способна на большее, чем просто бегать за тобой по лесам и радовать тебя своим обществом.

– Может быть, – согласилась Моргана, почёсывая своего фамилиара за ушком.

– Я не могу больше удерживать нас на лету, – сказал Турлах. Пот каплями стекал у него по лбу. – Давайте где-нибудь приземлимся и соберёмся с силами.

Просто задумавшись о том, сколько же работы им предстоит, Моргана почувствовала, как у неё опускаются руки.

– О’кей, давайте найдём подходящее место. – Моргана поглядела на панораму города. – Может, в купольных садах? Во всяком случае, воздух там будет лучше.

Она указала Турлаху направление. Кровать подрагивала, его магические силы явно были на исходе.

– Хорошо, – пробормотал Турлах. – Полетели!

Глава двадцать шестая

Бросив мебель у входа в сады, они вбежали внутрь с теми дезактиваторами, что остались. У Морганы закружилась голова, когда кислород начал поступать в кровь.

Ночь истаивала, вдруг поняла Моргана, и тёмное небо блекло по мере того, как поднималось солнце. И силы её друзей тоже таяли – они утомлённо осели на землю. Она с тревогой поняла, что у них осталось всего несколько коробок дезактиваторов… но они должны были продолжать.

– Ребята, у нас всё получится! – воскликнула она. – У нас уже получается. Лиха беда начало, ведь теперь мы знаем, что делаем. И мы сделали больше, чем любые взрослые в этом городе. Больше, чем Ингрид полагала возможным.

– Я признаю, вы сделали намного больше, чем я могла от вас ожидать, – раздался позади ледяной голос, который нельзя было не узнать.

Моргана могла сколько угодно твердить себе, что ошибается, но затем она обернулась и увидела её. Ингрид. Возникшую из зарослей, как никогда, грозную, тёмным силуэтом очерченную на фоне кровавого неба. Позади – свита роботов. Рядом с бездвижностью Ингрид они казались взвинченными и теснили что-то между собой.

– Однако в мои ряды затесался предатель, – продолжала Ингрид.

Моргана посмотрела на Джонатана. Судя по выражению его лица, ему в голову пришла та же ужасная мысль.

– Мне следовало знать, что ущербному созданию, сработанному вами, нельзя доверять. Что-то в нём было испорчено. Отринуть свой род, чтобы защищать каких-то глупых детей, которые ни за что не выказали бы ему подобной преданности. Которые сделали бы его своим слугой или заперли бы в клетке.

Фигура, стиснутая в толпе роботов, была вытолкнута вперёд. Голова его была немного смята, рука висела на нескольких проводах, металлический корпус был поцарапан.

– Прото! – сдавленно вскрикнул Джонатан.

Моргана почувствовала, как мгновенно поднимается её сила вместе с потоком слёз. Ингрид была права в одном: Прото такого не заслужил. Это их вина, что он пострадал, это они попросили его отвлечь Ингрид. Но теперь Моргана сделает всё, чтобы защитить его.

Она подняла руки, толкая вперёд текущую по её жилам энергию. Никогда ещё она не чувствовала такого контроля над своей магией. Неожиданно все роботы позади Ингрид были в её надёжной хватке. Она сфокусировалась на руках роботов, мысленно прослеживая сочленения металла, и заставила пальцы, удерживающие Прото, разжаться. Прото, пошатнувшись, шагнул вперёд.

Ингрид нахмурилась. Морганина сила не действовала на неё, как на других роботов. Когда Прото неловко двинулся к детям, Ингрид бросилась к нему. Джонатан, желая спасти своё творение, выскочил вперёд, обогнув Моргану. Но Моргана не собиралась и близко подпускать Ингрид к Джонатану или Прото. Выпустив всех прочих роботов, она теперь обратила всё своё внимание на Ингрид и, к своему удивлению, обнаружила, что всё же может остановить её продвижение, как следует сосредоточившись.

Но это было непросто.

Мощь Ингрид отражённой волной ударила по Моргане через установившуюся между ними связь. Моргана чувствовала дрожь в костях от усилия, необходимого, чтобы сдерживать подобное создание. Она полностью утратила контроль над другими роботами и лишь смутно осознавала, что Турлах и Эстер гонят их назад ветром и огнём. И хотя Ингрид занимала почти всё её внимание, Моргане потребовалось несколько секунд, прежде чем она поняла, что за выражение появилось на её лице.

Это был страх.

– Что происходит? – донёсся её крик сквозь пульсирующий шум в ушах Морганы. – Это невозможно.

– Нет, – ответила Моргана. – Это магия.

Однако она не надеялась, что сможет удерживать своё заклятье. Она чувствовала, как тело наполняется усталостью.

– Твои фокусы не помогут одолеть меня, – сказал Ингрид с горящими глазами. – Я умнее, сильнее и решительнее любого человека!

Моргана слегка повернула голову и краем глаза увидела, что Клода, Лиза, Клэр, Генри и Джонатан стоят решительно с дезактиваторами наготове. Позади них, похоже, едва держась на ногах, стояли её брат и Эстер, не переставая, однако, лупить остальных роботов ветром и огнём. Клода проделала-таки обратное сальто, занимая более удобную позицию для дезактивации. Но даже её отважным и решительным друзьям и враго-друзьям было не выстоять перед надвигавшимися на них роботами.

Вот только они больше не надвигались на них, поняла вдруг Моргана. Они остановились.

Эстер и Турлах опустили руки, разом прекращая и ветер, и огонь.

Моргана и сама свалилась бы с ног, не обрати Ингрид часть своего внимания на машины.

– Что вы делаете?! Уничтожьте остальных паршивцев и помогите мне расправиться с этой последней.

Но они не двинулись с места. Только один робот-подметальщик повернулся к ней.

– Нет. Это неправильно.

Моргана никогда не видела ярости, подобной той, что охватила в это мгновение Ингрид, однако голос её оставался холодным.

– Вы тоже заразились этой человеческой глупостью. Но я в вас не нуждаюсь. У меня одной хватит сил, чтобы поставить этот город под свой контроль.

Моргана верила ей. Руки у девочки дрожали, голова кружилась от усталости, концентрация рассеивалась. Вспышка белого света ослепила её, и Ингрид наконец вырвалась из-под её власти. Она упала на колени. Тень Ингрид нависла над ней, вытянув руки, убийственно сверкая глазами.

– Моргана! – услышала она полный страха вопль Джонатана.

Она сжалась, готовясь к худшему, но последовало только мгновение тишины. Свет рассеялся, и она смогла разглядеть нагнувшуюся к ней Ингрид, та смотрела прямо ей в глаза. Что-то дрогнуло в прежде холодном взгляде.

– Это неправильно, – прошептала Ингрид. – Я это чувствую…

Моргана увидела, как за спиной Ингрид возник Прото. Она даже не сопротивлялась, когда тот поднял её на ноги, затем сжал… он обнимает её?

– Я не могу этого сделать, – проговорила Ингрид. Лицо её было искажено мукой. Она не могла решить, то ли вырваться из объятий Прото, то ли обмякнуть, и лишь немного отстранилась, самую малость. В конце концов она спрятала своё лицо у него на плече.

– Что случилось? – шёпотом спросила Моргана, ни к кому не обращаясь, кто услышит. Она ужасно устала – но должна была знать.

– Это твоя магия, Моргана, – сказал Джонатан, вставая рядом с ней на колени. – Это единственное возможное объяснение – ты связующее звено. Ты наделила Прото частичкой своей человечности, когда помогала создавать его. А когда ты заморозила всех этих роботов, ты то же самое проделала с ними. А теперь… теперь ты и Ингрид изменила.

Кисуля прыгнула на руки Моргане, яростно мяукая от облегчения. Но прежде чем Моргана позволила себе спокойно вздохнуть, всё вокруг взорвалось криками. Дети как один обернулись, готовые сражаться, но к ним бежали их родители.

– Приятно знать, что они всё же нас хватились, – заметил Турлах.

– Где вы были? – завопил отец Морганы, впрочем, громогласность его питалась в большей степени облегчением, чем гневом.

– Да нигде, просто спасали мир, – сказала Моргана. И только она позволила себе наконец поверить, что всё позади, как сразу потеряла сознание.

Эпилог

Прошло три месяца, но Моргане иногда казалось, что она так и не проснулась и заблудилась во сне. Чем ещё можно было объяснить безумие происходящего? Последнее противостояние с Ингрид обессилило её. Потребовалось много дней отдыха и несколько сильных восстановительных зелий, приготовленных Эстер, чтобы здоровье её полностью восстановилось. Пока Моргана понемногу поправлялась, мир вокруг неё стремительно менялся. Ко времени, когда она набралась сил для визита в город, её семья стала там частыми гостями.

– Ну им нужна была наша помощь, чтобы всё поднять и восстановить, – заметила её мать, когда все они спускались вниз по склону горы. – Тем более что отец Джонатана всё ещё трудится над тем, чтобы вернуть всех роботов в работу.

– А они не возражают против магии? – недоверчиво спросила Моргана, когда в первый раз услышала о том, что происходит.

– А вот и нет, – ответил Турлах, гордо выпятив грудь. – Нас теперь по большей части встречают как героев.

– Да, надо сказать, они очень нам благодарны, – отметил её отец. – И не могли же мы сидеть сложа руки, ну взрослые, я хочу сказать. Ущерб мог быть куда меньше, если б мы только начали действовать немного раньше.

Даже зная, чего ожидать, Моргана опешила, увидев, что магия вошла на улицы города. Небеса снова были полны автолётов, но также она заметила нескольких летящих ведьм и ведьмаков. Те, что стояли на земле, помогали в уборке: заполняли выбоины на улицах, стирали следы поджогов и помогали укреплять повреждённые здания.

Помимо членов магической общины из гор, она отметила незнакомые лица, скорее всего, из Подгорода. Все они держались очень настороженно и глядели в оба глаза, проходя по улицам города. Она видела, как одна старушка осмелилась на простое левитационное заклятие и, поднявшись не выше метра от земли, по-воровски косилась по сторонам, словно ждала, что её в любой момент сдёрнут вниз. Но если она и привлекала взгляды прохожих, то только восхищённые.

Посетив город в следующий раз, Моргана с удивлением узнала, что движение из Подгорода в более высокие уровни перестало быть односторонним. Она не поверила Джонатану, когда он сказал ей об этом, и ему пришлось взять её на экскурсию посмотреть своими глазами.

– Мы воспользуемся лифтом, – сказал он. – Его продлили вниз до первого уровня в ответ на возросший спрос.

В самом деле, лифт на всём маршруте до Подгорода был набит битком, да и сами улицы заполнились людьми. Магазины теперь с гордостью рекламировали свои товары: Зелья! Обереги! Зачарованные предметы! Сумки немагического народа были полны доверху, и Моргана заметила, что многие теперь носили мантии того же кроя, что её собственная, только типичных для городской моды неоново-металлических расцветок. Улицы тоже выглядели теперь более ярко, даже за толчеёй было заметно, что они сверкают, да и дома стояли ровнее, кирпичик к кирпичику, и больше не выглядели так, будто вот-вот рухнут.

– Моргана! Моргана! Эй, привет!

Вот это, пожалуй, было самое невероятное зрелище. Мало того что Клода была в Подгороде, обвешанная сумками с магическими параферналиями, так она с неподдельным энтузиазмом окликала Моргану!

– Привет, Джонатан, – прибавила Клода, когда они подошли к ней. – Здорово видеть тебя, Моргана. Джонатан говорил, что ты чувствуешь себя намного лучше, но в последний раз, как мы тебя видели, ты была в полной отключке.

– Да, я уже отлично себя чувствую, – ответила Моргана. – Просто поверить не могу, столько всего произошло, пока меня не было в городе!

– Ну, – сказала Клода, – как ты явно уже слышала, Подгород стал местом паломничества, где нельзя не показаться. А ты как раз тот человек, в чьём обществе нужно показаться. Все ужасно впечатлены тем, что я сражалась бок о бок с Морганой Магг.

Моргана улыбнулась своим мыслям. Кажется, Клода ничуть не изменилась. И, похоже, Клода поняла её улыбку.

– Но я всем говорю, что я ничего особенного не делала. Это всё твоя сила. В любом случае скоро увидимся в школе. Джонатан уже согласился помочь мне с роботехникой, а ты, может, поможешь мне с этим. – Она тряхнула своими покупками и ускакала в водовороте своего отливающего металлом плаща.

Моргана и рта не успела открыть, не то что объяснить, что она всё же не особо сильная ведьма. Однако она снова начала посещать уроки магии.

– Мы знаем, что в тебе есть довольно сильная магия, – объяснила её мать. – Тебе необходимо научиться её контролировать. Ты сделала с её помощью невероятные вещи, но такие силы могут быть опасны. Особенно когда никто их толком не понимает.

Вот они и пытались понять их получше. Мистер Рош и миз Гарсия часами заставляли её скручивать и гнуть куски металла. Её коллекция запчастей пошла в ход, пока они наблюдали действие её магии и даже осторожно пробовали свои собственные силы. Однако, кроме неё, никто ничего не смог добиться с заклятием металла.

– Вы не можете так сразу, с налёту начать на него воздействовать, – сказала Моргана. – Вы должны сначала его понять.

Мистер Рош был удивлён подобной мудростью, но миз Гарсия, как подозревала Моргана, скорее всего, догадалась, что она просто повторяет слова её дочери. Эстер взялась помогать Моргане с обычной магией.

– Если ты научишься любить мир, окружающий тебя, так же, как ты любишь металл, – говорила она, – ты сможешь точно так же его контролировать. У тебя проявятся силы, которых нет больше ни у кого. Если, разумеется, я не разберусь в этой металлической магии.

Моргана думала, что Эстер наверняка опередит её. У неё явно получалось лучше, чем у старейшин. Она ощутимо нагрела кусочек жести.

И дело было не только в металле. Более продвинутые технологии начали проникать в горы.

– Мистер Рош! Это… это же… свиток?!

– Да, – ответил он так, словно это дело житейское, что ещё ему рассматривать, сидя за обеденным столом. Его ворон подозрительно клюнул в экран.

– Но… но… – выпалила Моргана вместе с кусочками полупережёванной яичницы.

– Не надо так удивляться. Ты же знаешь, что магические общины теперь плотно сотрудничают с городскими чиновниками. Это подразумевает частые контакты. Очевидно, что магические средства для них недоступны, я же без особого труда могу справиться с их технологией. Хотя, возможно, ты могла бы напомнить мне, как именно отправлять эти сообщения.

– Конечно, – проговорила она.

Всё утро они, не разгибая спины, просидели над свитком, и мистер Рош старался не подавать вида, как впечатлило его то, что показывала ему Моргана.

Кисуля наслаждалась переменившимся настроем в лесах ничуть не меньше Морганы. Она сделалась любимицей всей деревни и была нарасхват в детских играх, но Моргана в основном лишилась её общества в пользу Турлаха. Он взял на себя ответственность за Кисулю, пока сестра поправлялась.

– А как ты думаешь, – сказал однажды Турлах, – я что хочу сказать: если я в ближайшее время не найду фамилиара, может, я мог бы завести собственного робота?

– Я уверена, что мы с Джонатаном сможем что-нибудь для тебя сделать, – пообещала ему Моргана.

Ей даже понравилась эта идея. Она немного ревновала, когда замечала, как они вдвоём гуляют по лесу, хотя потом Кисуля всегда прибегала к ней.

А время от времени ей составлял компанию другой робот. В первый раз, когда Прото появился на одной из лесных прогалин, Моргана решила, что он ей привиделся, но когда она обхватила руками его металлический корпус, то убедилась, что он и правда тут.

– Как ты? Где ты был? Я не видела тебя с тех пор, как… ну ты понимаешь. – Она не хотела напоминать ему о том дне.

– Ох, я исследовал кое-что. Пытался разобраться, что мне с собой делать. Мне понравился твой дом в тот раз, когда я тут был. Здесь красиво. Я думаю, я останусь здесь на какое-то время.

И он остался. Помогал тут и там в деревне или просто бродил по горам по нескольку дней кряду. Пока однажды не вернулся. Но Моргана знала, что однажды снова увидит его. Ему предстоит столько всего узнать о мире, о жизни и о себе.

И он был не единственным роботом, проходившим через подобные перемены. Он был одним из Магических Машин, как их называли. Тех, что были затронуты магией Морганы. Они теперь сами шли по жизни. Иногда они появлялись в городе, где могли предложить свою помощь, однако люди интуитивно чувствовали, что они уже не машины, подвластные их приказам. У них было сознание, которое никто не понимал, но тем не менее все признавали.

– Я всё равно не понимаю, – сказала Моргана Джонатану, когда они ковырялись в её недавно расширенной мастерской. На противоположной стене поблёскивали магические эксперименты Эстер. – Твой отец наделил Ингрид человеческим разумом. Тогда почему в ней сразу не было человечности?

– Наверное, с помощью металла и программирования можно продвинуться только до определённого предела, – ответил Джонатан, глядя на неё с улыбкой. – Не хватало магии. Твоей магии.

– Металлической магии, – прибавила Моргана.

– Наверное, металлическая магия для роботов – это вроде как… вроде как совесть или что-то… – Джонатан почесал затылок. – Нам нужно изучить это. Выяснить, почему она сотворила то, что сотворила. Но не важно, как и почему, я очень рад, что она так сработала.

Моргане было любопытно, знает ли Ингрид, что её тоже считают Магической Машиной, и что она об этом думает. Её держали где-то в здании РобоКорпа. Отец Джонатана предложил провести Моргану к ней, но девочка не знала, что бы ей хотелось сказать.

– Я не уверена, что Ингрид согласится с тем, что ей не хватало магии, – объяснила ему Моргана.

– Она не готова об этом говорить, – ответил отец Джонатана, приделывая Кисуле новёхонький хвост, сделанный специально для неё. Джонатан придерживал кошку, чтобы она не шевелилась. – Она ничего не говорит, не пытается общаться с другими роботами. Она, кажется, просто думает. Я думаю, что она, наверное, могла бы сбежать, если бы захотела, но мне кажется, что она сама не знает, чего хочет от собственного существования. Но она очень умная. Я думаю, рано или поздно она в этом разберётся. И Прото заходил к ней. Я думаю, он поможет ей.

– Прото?! – поражённо воскликнул Джонатан.

– Да, – кивнул его отец. – Вы вдвоём создали поистине замечательную машину! Такую мудрую и добрую. Я знаю, что он вышел не совсем такой, как вы планировали, но он делает вам честь. Я очень вами горжусь.

Джонатан опустил голову, чтобы спрятать свою широченную улыбку. А Моргана всё думала об Ингрид, надеясь, что однажды она обретёт покой.

Несмотря ни на что, Моргана была рада, что отец Джонатана вызвал своими изысканиями такой хаос. Она знала, да и остальные начали понимать, что мир вышел из него более сильным, цельным и прекрасным.

И впервые в жизни это был тот мир, где у неё было своё место.

Благодарности

Я хочу поблагодарить всю команду «Чикен Хаус» за их мудрость и доброту ко мне, пока я писала эту книгу. И особенное спасибо Кесии, которая иногда видела суть этой истории даже яснее, чем я сама. Спасибо моей семье и особенно моим родителям, чей энтузиазм и гордость стали для меня источником величайшей радости во всём этом предприятии. Я также хочу поблагодарить моего кузена Стивена за его «взгляд поэта»[1]. Спасибо всем моим друзьям за то, что они верили в меня, и особенно Ханне, её наставления стали моей путеводной нитью. А последнее спасибо – тебе, Дин, за твою неизменную любовь и поддержку.

Примечания

1

Отсылка к строфе У. Шекспира из «Сна в летнюю ночь»:

Глаза поэта в чудном сне взирают

С небес на землю, на небо с земли;

И чуть воображенье даст возникнуть

Безвестным образам, перо поэта

Их воплощает и воздушным теням

Дарует и обитель, и названье.

(Пер. М. Лозинского).

Content

Эми Бонд
Ведьма Моргана в эпоху роботов

Глава первая

Глава вторая

Глава третья

Глава четвёртая

Глава пятая

Глава шестая

Глава седьмая

Глава восьмая

Глава девятая

Глава десятая

Глава одиннадцатая

Глава двенадцатая

Глава тринадцатая

Глава четырнадцатая

Глава пятнадцатая

Глава шестнадцатая

Глава семнадцатая

Глава восемнадцатая

Глава девятнадцатая

Глава двадцатая

Глава двадцать первая

Глава двадцать вторая

Глава двадцать третья

Глава двадцать четвёртая

Глава двадцать пятая

Глава двадцать шестая

Эпилог

Благодарности

Примечания