Алекс Кимен

РОЯЛЬНИК. Королевская битва. LitRoyal

«Смерть улыбается каждому из нас. Мы можем только улыбнуться ей в ответ».

Марк Аврелий, по мнению Ридли Скотта

«Тот, кто подлинно предан философии, занят на самом деле только одним — умиранием и смертью».

Сократ, по мнению Платона

* * *

* * *

Пролог

«О чем невозможно говорить, о том следует молчать…» — пробубнил себе под нос Ваня, выходя из аудитории, но уже ничего нельзя было исправить. Последний шанс сдать экзамен бездарно потерян. Хотя почему бездарно? Очень даже талантливо и, можно сказать, эффектно. Но такова сермяжная правда жизни: нечего выделываться перед преподом. Это никогда не приводило Ваню ни к чему хорошему, а сегодня вообще закончилось катастрофой.

— Дубов, вы какого года рождения? — с деланым участием спросил Дмитрий Сергеевич, возвращая Ване зачетку. И ехидно улыбнулся, услышав ответ.

— Замечательно, Дубов! Год рождения у вас подходящий — сейчас как раз весенний призыв начался… Желаю послужить на благо Родины! Может, там вас отучат абсолютизировать категорический императив Канта!

Армия… Ваня попытался представить, что его ждет. Похоже, мало хорошего… Он тяжело вздохнул. Ему, ботанику, зубриле, пацифисту и отличнику, угроза провалить экзамен и оказаться в вооруженных силах всегда казалась совершенно фантастической и эфемерной. Не стоило все же выставлять Дмитрия Сергеевича дураком… Хотя бы на второй пересдаче…

Ваня на мгновение прикрыл глаза, вспоминая вчерашний вечер. Ольга молча стоит, приблизившись к стене, глядя на разъяренного отца, мечущегося по комнате.

Отец Ольги, брызжа слюной, кричит:

— Что этот убогий нищеброд делает у нас дома?!

А Ольга равнодушно и безучастно смотрит сквозь Ваню, словно он пустое, никчемное место…

Сколько продлился их скоротечный роман? Три месяца… Три холодных месяца непрерывного, всепоглощающего счастья. Впрочем, в глубине души Ваня всегда чувствовал, что им с Ольгой не светит быть вместе. И эта неожиданная встреча с ее отцом… Что-то подсказывало Ване, что она не была случайной. И от этого было еще больнее.

Оля никогда не была ему ровней. Красавица и спортсменка, выросшая в состоятельной семье, у нее было абсолютно все, о чем можно только мечтать. Почему она была с ним, он так и не понял… Может, хотела поиграть с Ваней, как с очередной безделушкой, и, как только надоест, выкинуть на помойку? Или все же это влияние ее отца? Крупного чиновника Центробанка, для которого отношения дочери с нищим студентом казались кошмаром наяву.

Стала ли вчерашняя сцена причиной сегодняшней катастрофы? Трудно сказать… Однако, когда Ваня услышал издевательские насмешки Дмитрия Сергеевича, в его памяти невольно всплыли презрительные обвинения Ольгиного отца. Он не смог сдержаться. Разозлившись, Иван перечислил все неточности и ошибки, допущенные преподавателем в оценке влияния Канта на Гегеля и Фихте. А это, как известно, фатально.

Оказавшись на улице, Ваня зажмурился: весенние лучи били по крышам, слепили глаза, щекотали в носу. В небе, рассеяв несанкционированный слет галок над площадью, прострекотал желтый полицейский коптер. Весна медленно, но неотвратимо вступала в свои права. Под ногами весело похрустывали искрящиеся тонкие льдинки. Почерневший от городской грязи снег смачно чавкал и рассыпался в серую зернистую крупу, плавился на теплом весеннем солнце, обнажая клочки пожухлой прошлогодней травы.

Ваня полной грудью вдохнул весенний аромат и закашлялся от резкого привкуса озона. Недовольно обернулся — у тротуара, возле видавшей виды желтой «Лады Малины», бесстыдно распахнувшей проржавевший капот, копошился плешивый старичок. Он чертыхался и ковырял отверткой аккумуляторные блоки, недовольно косясь на безмолвно проносящиеся мимо новенькие «Лифаны» и «Чанганы».

Ваня вздохнул и обреченно побрел в сторону метро.

Глава 1

1

Войсковая часть № 13666 дружелюбно распахнула облезлые ворота. Она отгородилась от всего мира высоким бетонным забором с тремя рядами колючей проволоки. Сквозь давно немытое, забрызганное грязью окно трясущегося газика Ваня успел заметить граффити со святым Первозванным Владимиром Владимировичем, оседлавшим двухголового медведя. Граффити венчала монументальная бело-сине-красная надпись: «В чем сила, ботан?»

Автопилот газика явно барахлил — автобус равнодушно проехал мимо входа и резко затормозил перед выскочившим ему наперерез офицером. Лейтенант в серо-зеленой пиксельной гимнастерке сорвал с головы фуражку и принялся махать перед лидаром газика, загоняя автобус к обшарпанному парадному входу. Машина несколькими нервными рывками сдала назад.

Со скрежетом распахнулись двери, и пассажиры стали медленно выбираться наружу.

— Живо! Живо! Выходим и строимся! — конопатый рыжеволосый прапорщик надрывался, подгоняя неторопливо выползающих из автобуса новобранцев.

Новички тревожно озирались, силясь понять, куда их забросила нелегкая солдатская доля. Ваня спустился по скользким пластиковым ступеням и рефлекторно протянул руку шедшей за ним блондинке. Та машинально схватила его ладонь. Они встретились взглядом. На Ваню смотрели огромные голубые глаза. На правом веке девушки потекла тушь, оставив длинный тонкий след, оттенявший бледность ее лица.

— Спасибо! — прошептала девушка и проскользнула мимо.

Ваня невольно проводил ее взглядом.

Грубый толчок в плечо привел его в чувство.

— Что застыл! Давай двигай!

Иван повернулся и, перешагивая лужи, побрел на выложенный покосившимися бетонными плитами плац, где новобранцы уже строились в шеренгу.

* * *

Художник Николай Захваткин

Прапорщик, презрительно хмурясь, прошелся вдоль нестройных рядов:

— Где вас только откопали, нубов безмозглых?! По ранжиру — стройся! По ран-жи-ру! — повторил он по слогам.

— Это как?

Прапор закрыл лицо ладонью.

— По ранжиру — значит, по росту, — сказал вполголоса Ваня и измерил взглядом своего соседа справа. — Меняемся!

Шеренга рассыпалась и построилась вновь.

— Я ваш прапорщик, а по совместительству бог и отец. Зовут меня Сергей Владимирович Мухоморов. Командует нашей частью полковник, герой России четвертой степени, Василий Владимирович Паяльников! А командир нашего подразделения — лейтенант Андрей Владимирович Варенуха! — прапорщик почтительно взглянул на долговязого офицера, со скучающим видом разглядывающего новобранцев.

— А у вас все Владимировичи? — раздалось откуда-то с края шеренги.

Мухоморов недобро прищурился:

— Да, боец. В армии все — Владимировичи! Потому что он… — прапор указал рукой на огромный выцветший баннер на стене казармы с портретом святого Владимира, целующего новобранца в живот. — Он нам как отец родной! А ты сильно умный, раз такие вопросы задаешь? Вышел из строя! Так… А теперь двадцать раз упал-отжался! Быстро!

2

Новобранцы, опасливо озираясь, рассаживались за старые деревянные парты. Когда-то эти парты были покрашены темно-зеленой краской, но теперь она облупилась и осыпалась. Крышки парт украшали многочисленные надписи и рисунки, в большинстве своем совершенно непотребного содержания. На миг Ваня ощутил себя археологом, исследующим древнюю порношаманическую живопись.

В полном соответствии с герменевтической концепцией Поля Рикёра, осознание собственной самости через символическую репрезентацию настигла Ваню в самый неподходящий момент. Он вдруг ощутил острое желание тоже оставить след в армейском эпосе, но, к сожалению, ни ручек, ни карандашей им еще не выдали, и оставалось лишь отколупывать ногтем облезающую со столешницы краску.

В учебке набилось человек тридцать. Некоторых Ваня не видел в автобусе — вероятно, их привезли на другом. Иван с интересом разглядывал своих боевых товарищей по несчастью. Среди них оказались три девушки.

Симпатичная высокая девушка с уверенным волевым лицом нарочито игнорировала окружающую суету, с надменной усмешкой изучая свой маникюр. Большая прядь ее темных волос была окрашена ярко-фиолетовой краской, сразу становилось понятно, что обладательнице такой прически все фиолетово. Хрупкая миловидная черноволосая девушка со смутно угадываемыми азиатскими чертами холодно и равнодушно смотрела на глазеющих на нее парней. У нее были на удивление огромные зеленые глаза, плохо сочетавшиеся с образом кавайной японской девчонки. Третья представительница прекрасной половины человечества — тихая длинноволосая блондинка — скромно сидела в самом дальнем углу. Ее Ваня помнил — она ехала в одном автобусе с ним, забившись на задний ряд.

Вообще, было странно увидеть здесь так мало девушек. Насколько Иван помнил, несколько лет назад была проведена военная реформа по передовому израильскому образцу: срок службы увеличили до трех лет, а девушки теперь должны были служить в армии наравне с мужчинами.

— Смирно! — резкий голос Мухоморова заставил всех вскочить со своих мест.

В учебку нетвердым шагом ввалился полковник Паяльников. На входе он споткнулся, зацепившись о порог, но Мухоморов деликатно поддержал его, умудрившись при этом сделать вид, что ничего не заметил. Полковник потер большим пальцем раскрасневшийся нос, обвел новобранцев мутным взглядом и икнул.

— Здравствуйте, сынки! — сказал он слегка заплетающимся языком и еще раз икнул.

Для новобранцев наставления прапора на плацу не прошли даром. Грянул нестройный хор голосов:

— Здравия желаем, товарищ полковник!

— Вольно! Присаживайтесь, бойцы…

Заскрипели стулья.

— Итак… (ик)… Я проведу для вас вводный урок политинформации. Чтобы вы, будущие бойцы нашей доблестной армии, поняли, кто тут что!

В классе повисла тишина. Новобранцы неловко переглядывались, стараясь не смотреть на пошатывающегося полковника.

— Значит, так! Как все мы знаем, за последние годы в мире многое изменилось… Хотя… едрищенский паровоз, откуда вам это знать? Вы же, блин, тока родились позавчера! Короче, наши партнеры, из числа вероятного противника, внедрили свою бесовскую электро… гне… гхм… — полковник запутался и попытался начать сначала. — Э-л-е-к-т-р-о-г-а-в-н-е-р-а-ц-и-ю! — тщательно проговорил он по буквам. — И у нашей любимой родины перестали покупать ее бесценные ресурсы! Но, к счастью… — полковник сделал многозначительную паузу и поднял вверх указательный палец. — К счастью, мудрое руководство нашей замечательной страны нашло выход из тяжелейшего экономического положения, в которое нас поставил коварный Запад! Вот вы, долбоящеры, никогда бы до такого не додумались!

Из каждого утюга нам кричали, что нужно сократить вооруженные силы, урезать денежное довольствие, ограничить закупки вооружений… Якобы ядерного оружия хватит, чтобы отвадить от наших бескрайних просторов этих корпоративных акул, которые только спят и видят, как бы захватить наши бесценные ресурсы, потерявшие, к сожалению, в цене… — полковник набрал полную грудь воздуха, сжал свою волосатую ладонь в здоровенную фигу, сунул ее под нос сидящим на первом ряду новобранцам и дыхнул на них перегаром. — А вот это — видали?! Хрен вам, хипстерские дрищи!

Наше гениальное руководство придумало, как бороться с коварными буржуями их же оружием! И при этом поднимать профессионализм, техническое оснащение и боевой дух наших вооруженных сил! Есть, значит, такая штука, называется Рояль Батл, версия четыре. Система вутруальной реальности, где буржуи по своей тупости восстановили все тактико-технические характеристики основных видов стрелковых вооружений, имеющихся в мире. Нарисовали кучу карт и локаций ихних западных городов! Вы представьте, какая красота! Какой подарок для наших бойцов! Мы имеем возможность отрабатывать навыки ведения уличного боя в Анкоридже и тактику взаимодействия в условиях лесостепного ландшафта Сувалкского коридора! Короче, все как в жизни: сбрасывают ваше отделение на парашютах над территорией вероятного противника. Задача — найти оружие, боеприпасы, снаряжение и зачистить район от врага. К счастью, у буржуев разрешено частное владение оружием и в каждом доме у них целый арсенал…

— А что, в реальности бойцы без оружия десантируются? — спросил кто-то с задней парты.

Прапорщик Мухоморов побагровел:

— Молчать!

Но полковник успокаивающе похлопал его по плечу и выразительно посмотрел на задние ряды:

— Почему же без оружия? На настоящей войне, у каждого будет штык-нож и саперная лопатка! А оружие вы должны добыть сами — в бою!

Повисла гробовая тишина.

Еще несколько секунд Паяльников буравил класс недобрым взглядом, а потом рассмеялся.

Мухоморов, нарочито оскалился и издал несколько громких смешков.

— Ха-ха-ха… Шутка! В стандартное снаряжение бойца входит АК-74 и четыре магазина. Учите матчасть, бойцы! — Паяльников потер переносицу. — Кстати, по заказу нашего Министерства Обороны ихняя Рояль Батл клопорейшен создала вутруальную модель этого гениального оружия для наших бойцов. И у вас, долбоящеров, будет повышенная вероятность найти его в первые минуты после десантирования. Скажите спасибо! — полковник сделал паузу, но никто не шевельнулся.

Мухоморов сделал шаг вперед и приложил ладонь к уху:

— Не слышу, бойцы?!

По классу прокатилось громогласное эхо:

— Спа-си-бо!

— Ну, так-то… — самодовольно усмехнулся Паяльников. — А теперь главное! Наивные буржуи не только предоставили нашим солдатам возможность отрабатывать боевые навыки, но еще и платят деньги, так необходимые бюджету нашей любимой Родины, и обеспечивают наши вооруженные силы всем необходимым оборудованием! Этих пресыщенных скотов не устраивают, видите ли, боты, управляемые компьютером! Им живых соперников подавай! Ну, мы и подаем! Мы им покажем, как воюют русские богатыри! — взгляд полковника упал на сидящую впереди девушку с фиолетовыми волосами. Он поперхнулся, откашлялся и добавил с гораздо меньшим запалом: — Ну, и русских богатырок тоже покажем… гхм… да…

— Так вы что, чипировать нас хотите, чтобы в вирт засунуть?! — выкрикнул смуглый черноволосый паренек, сидящий за соседней партой.

Мухоморов моментально покраснел и пошел пятнами.

— Молчать! — заорал он. — Я тебя щас…

Но полковник снова успокаивающе взглянул на прапорщика и назидательно поднял палец к потолку.

— Не чипировать, а установить мозговой имплант последней модели! Вы, нищеброды, еще не понимаете, как вам повезло! Сами вы на такую штуку никогда бы в жизни не накопили. Ну, что? Оценили доброту и щедрость нашего замечательного руководства?

В классе опять повисла напряженная тишина.

Мухоморов скорчил страшную рожу и угрожающе шагнул вперед:

— Не слышу, бойцы! Оценили?

— Так точно… — прокатился по залу неразборчивый гул.

Но в этот раз прапорщик, видимо, и не ожидал большого энтузиазма.

Паяльников самодовольно кивнул и продолжил:

— Так что служите Отчизне верой и правдой! Пополняйте бюджет Родины! С денег, которые вражеские клопорации выплачивают нашему Министерству обороны, финансируются пенсии ваших родителей, детские сады для ваших будущих детей и силовые структуры, обеспечивающие порядок и гарантирующие нерушимость наших границ!

Утомившись от долгого спича, Паяльников грузно опустился на стул, кивнул прапорщику и устало прикрыл глаза.

Мухоморов начал рассказывать про устав и распорядок в части, но незаметно для себя быстро скатился в лекцию про международное положение и суверенитет. Ваня слушал его вполуха. Он пытался осознать услышанное. Конечно, все это не было для него откровением, но он никогда не думал, что бои в вирте когда-нибудь станут доступны для него.

Ваня знал про широкое распространение капсул виртуальной реальности в развитых странах. Но в России это было чрезвычайно дорогое и редкое развлечение. Для подключения к вирту необходимо было установить имплант — стимулятор мозговой активности. Большая часть населения просто не могла себе этого позволить. В народе такую процедуру называли «чипированием». Многие искренне верили, что после подобного злые американские корпорации смогут управлять людьми напрямую. «Чипированных» не любили и побаивались. Ходили слухи, что все высшие чиновники и бизнесмены чипированы и «продали» Родину ради виртуальных борделей и прочих безумных развлечений.

Ваня что-то читал про использование виртуальной реальности в армии, но никогда не догадывался, что вся армейская подготовка полностью перенесена в вирт и у всех военнослужащих стоят импланты. Это звучало слишком хорошо, чтобы быть правдой. Ване чудился в этом какой-то подвох, но в чем заключался подвох, он так и не понял.

Перед отправкой в часть Ваня прочел много статей в интернете, но о вирте везде говорилось туманно и односложно. Видимо, обсуждение этой темы не поощрялось. Впрочем, это легко объяснялось отношением большинства населения к чипированным. Наверно, поэтому военная цензура стремилась избежать широкого обсуждения этой темы.

И все же непонятно, почему тут так мало девушек… От армии освобождались только те женщины, которые родили ребенка. Неужели лучше обзавестись крикливым спиногрызом, чем три года отрываться, на халяву погружаясь в восхитительный и волшебный вирт? Хотя о вирте Ваня имел лишь самое общее представление, он всегда мечтал испытать его. Не верилось, что все это правда.

3

После прапорщика перед аудиторией выступил лейтенант Варенуха. Он, как и полагается, прочел лекцию о международном положении. Сравнительно короткую — минут на тридцать, не больше. Выслушав рассказ про коварный Запад, новобранцы стали торопливо расходиться.

Ваня дождался, пока аудитория опустеет, и неуверенно подошел к безучастному Паяльникову, которого так развезло от усталости, что он задремал, сидя за столом.

Неловко откашлявшись, Иван обратился к тяжело сопевшему полковнику:

— Гхм… товарищ полковник… Товарищ полковник! — он осторожно коснулся его плеча.

— Отставить! — прорычал Паяльников, не открывая глаз.

Поколебавшись мгновение, Ваня решил не отступать:

— Товарищ полковник! — более настойчиво позвал он.

Паяльников выругался и открыл глаза:

— Ну? — сонно промычал он. — Слушаю, боец.

— Товарищ полковник… Я хотел сказать… Ой… Точнее, я хотел доложить о том, что я… гхм… пацифист.

Паяльников моментально проснулся и с презрительным недоверием впился взглядом в Ванину физиономию.

— Кто ты?..

— Пацифист, — четко и уверенно повторил Ваня.

Несколько секунд Паяльников сверлил его глазами, а потом на его лице появилось брезгливое отвращение.

— Да… Сочувствую, боец… Но что же делать… Устав не запрещает. Я дам распоряжение, чтобы ты в баню последним ходил… от греха подальше.

Иван недоуменно поднял брови:

— В баню? Почему?

Паяльников хмыкнул:

— Ну… как же… Ты же… ентот… Как его?

— Пацифист!

— Во-во! Он самый. Тьфу, гадость какая! — Паяльников скривился. — Но я тебя не осуждаю, боец. Армия выше диких предрассудков. Даже людям с твоей ориентацией вооруженные силы дают возможность послужить Родине!

Ваню наконец осенило:

— Нет! Товарищ полковник! Вы меня не так поняли! С ориентацией у меня все в порядке. Ориентируюсь я без проблем. Пацифизм и гомосексуализм — это разные вещи.

— Уверен? — с сомнением переспросил Паяльников.

— Так точно! Уверен! Пацифист — это человек, не принимающий насилие, оружие и убийства!

Паяльников снова скривился:

— Один хрен! Так что в баню будешь ходить последним! Нечего мне тут солдат портить! Свободен!

— Эээ… Товарищ полковник! Извините, но ведь…

— Хочешь еще в чем-то признаться, солдат? — нахмурился Паяльников.

— Нет. Но… Что мне делать! Воевать с оружием в руках, даже в виртуальной реальности, противоречит моим убеждениям! Может быть, вы поручите мне какую-то работу, не связанную с жестокостью и убийством? Помогать на кухне, на складе?

— Отправить тебя на кухню или в каптерку? Ишь чего захотел! Ради этого любой «пидофистом» назовется! Короче, боец, выкинь дурь из своей тупой башки! Если не выкинешь сам, прапорщик Мухоморов ее выбьет, он у нас большой по этому делу специалист! А теперь… Кругом! И шагом марш отседова! Еще раз вякнешь, я тебе такой пидофизм покажу! По самое нехочу!

Ваня, понурившись, пошел к двери, вспоминая разговор в военкомате на эту же тему:

Военком брезгливо выслушал Ваню и ухмыльнулся с издевкой:

— По закону Российской Федерации, любые насильственные действия в вирте не имеют никаких правовых последствий и не являются поводом для каких-либо заявлений или претензий. Так что служи, боец! Может, хоть в армии из тебя сделают нормального мужика…

Ваня поежился и вспомнил строки Ильина: «Может ли человек, стремящийся к нравственному совершенству, сопротивляться злу силою и мечом?» Похоже, очень скоро ему предстоит найти собственный ответ на этот вопрос.

4

На ужин в армейской столовой была переваренная гречка с ошметками едко пахнущей китайской тушенки. Толстомордый повар махнул половником — и на Ванину тарелку шлепнулась лепешка бурого неаппетитного месива.

Иван отошел от раздаточного окна и озабоченно огляделся. В столовой было полно народу. Наконец он нашел свободное место рядом с группой галдящих и гогочущих солдат.

Приблизившись, Ваня услышал, как они обсуждают девушек из пополнения:

— А вон та узкоглазая — ничего. Да и блондиночка аппетитная!

— Видать, у них совсем в башке ничего нет, раз в армию приперлись!

— Неужели не хватило мозгов забеременеть?

Огромный, стриженный налысо бугай с татушкой автомата на плече громко чавкнул и хохотнул:

— А может, они просто того… любительницы… Хе-хе-хе, — он неприятно хихикнул, но, заметив стоящего рядом с подносом Ваню, изменился в лице. — А ты чо тут приперся, дух жопокрылый!? Топай отсюда! Здесь места только для дедушек!

— Кого, простите? — недоуменно переспросил Ваня.

Лысый побагровел:

— Ты чо, дух, совсем охамел? — он начал подниматься с лавки.

В этот момент Ваню схватили за плечо и потянули по проходу в дальний конец столовой.

— Давай, вали! Еще увижу возле нашего стола, очко на… — угрозы лысого потонули в шуме солдатских голосов.

Ваня оказался за пустым столом, напротив сел незнакомый лопоухий белобрысый парень. Не говоря ни слова, он взял алюминиевую ложку и с аппетитом принялся уплетать вонючее подгорелое варево. Ваня осторожно решил последовать его примеру. Быстро опустошив тарелку, белобрысый сытно рыгнул и откинулся на спинку железного стула. Ваня все это время перекатывал во рту первую ложку каши, не решаясь ее проглотить.

— Я Паша.

Иван судорожно сглотнул и закашлялся:

— Гх-гх… Ваня… — прохрипел он.

Собеседник усмехнулся.

— Ты тут поаккуратнее, Ваня. С этими отморозками лучше не связываться.

— А кто это?

— Наши чемпионы. Димон и его команда. Постарайся не попасть к ним, хотя у них как раз появилась вакансия.

— Вакансия? Типа мальчика на побегушках?

Паша хмыкнул:

— Скорее, пушечного мяса.

— А разве у них некомплект?

— Да. Ершик демобилизовался. Он совсем конченный был. Хотя и остальные не лучше. Полные мудаки. Но побеждают регулярно…

— А ты?

— Ну, мой отряд тоже неплох. Мы в этом месяце в первую пятерку по результативности входим. На прошлой катке я у фрица одного отобрал классную кастомную АВП-шку. С коэффициентом убойности +137 %. На рынке такая пятьсот криптобаксов стоит. Начфин, когда ее увидел, просто офигел. Дали премию триста рублей и увольнительную. Эх, я оторвался… — Паша мечтательно закатил глаза и невольно потер выцветший фингал под глазом.

— А ты что, меня к себе зовешь? — с надеждой улыбнулся Иван.

Паша фыркнул в ответ.

— Тебе до моего отряда, как до Китая раком! Я так… присматриваюсь, кто есть кто. Да и жалко мне вас — салаг желтопёрых.

Ваня вздохнул и печально отправил в рот очередную порцию каши.

— Ничего… — подбодрил его Паша. — Не тормози, и всё будет в ажуре! Завтра пройдете базовую подготовку, а потом на полигон. Если нормально выступишь, может, и возьму тебя к себе… — Паша посмотрел в сторону девушек, сидящих за отдельным столом, и сочувственно зацокал. — Дааа… А этим я не завидую… Девчонки конкретно встряли…

— Почему?

Паша безнадежно махнул рукой:

— Сам скоро поймешь… — он поднялся, со скрипом отодвинув деревянную скамью. — Ну, бывай, боец. Удачи! Она тебе пригодится…

С кривой ухмылкой Паша направился к выходу из столовой. Иван проводил его взглядом, а затем, невольно посмотрел на девушек. Они с плохо скрываемым отвращением разглядывали содержимое стоящих перед ними алюминиевых мисок.

Ваня заметил, что большинство бойцов тоже косится в сторону представительниц прекрасного пола, многозначительно переглядываясь и похохатывая. Он вздохнул, отодвинул недоеденную кашу и тоже встал. Да… похоже, ему предстоят три очень долгих насыщенных года…

Пока он шел по длинному полутемному коридору, в его голове вертелось смутное воспоминание о том, как говорил Заратустра: «Настоящий мужчина хочет двух вещей: опасности и игры». Так что не стоит недооценивать самую опасную игрушку…

Глава 2

1

— Подъем!

Резкий крик выбросил Ваню из койки. Еще не успев проснуться, он оказался босиком на холодном полу, испуганно прижимая подушку к груди.

— Тридцать секунд на сборы! — вопил Мухоморов, брызжа слюной и раздавая подзатыльники сонным новобранцам.

Неуклюже прыгая на правой ноге, Ваня лихорадочно пытался засунуть другую ногу в болтающуюся штанину, но все никак не мог попасть.

— Живо, живо! Выходим на зарядку… Бегооооом!

Пошатываясь, спотыкаясь и зевая, бойцы потянулись к выходу.

…

Старослужащие на плацу уже вовсю разминались под пристальным взором лейтенанта Варенухи.

— Стройся! — продолжал надрываться Мухоморов.

Варенуха смерил прапора флегматичным взглядом и отошел.

Вскоре неровные ряды солдат расползлись, равномерно заполняя плац. Мухоморов, облаченный в белую застиранную майку, расправил плечи, поигрывая мускулами, и вытянул руки…

Неожиданно среди солдат прошла волна неясного оживления. Бойцы синхронно повернули головы. По нестройным рядам поплыли шуточки и смех.

Мухоморов нахмурился и обернулся, его лицо перекосило: из дверей казармы не торопясь вышли три девушки, которых Ваня приметил вчера.

Форма девушек разительно отличалась от мешковатых штанов и обвисших маек остальных солдат. Как это ни удивительно, но, похоже, для женского обмундирования было сделано исключение в известной армейской тяге разворовывать бюджет. Чувствовалось, что к разработке женской формы были привлечены известные дизайнеры и модельеры. А быть может, армия просто решила сэкономить на ткани…

Девушки были одеты в короткие тесные шорты цвета хаки и облегающие светло-зеленые топы. И, стоило признать, этой троице такая форма подходила идеально, подчеркивая стройные гибкие фигуры.

Художник Николай Захваткин

Даже Мухоморов поперхнулся и нервно сглотнул, прежде чем начал орать на опоздавших.

Он подскочил к девушке с фиолетовым локоном, шедшей первой, и завопил, заглушая марш Стравинского, льющийся из охрипших динамиков:

— Едрищенский паровоз! Солдат! Что это такое?!

Девушка спокойно смерила взбешенного прапорщика взглядом и нарочито медленно осмотрела стоящих на плацу бойцов, застывших с ногами, расставленными на ширине плеч, и неуклюже разведенными в сторону руками.

— Солдатка, товарищ прапорщик!

— Что? — недоуменно моргнул Мухоморов.

— По уставу в редакции от первого апреля двадцать седьмого года, всех служащих, идентифицирующих себя как женщин, положено именовать в корректной лексической форме.

— Эээ… — выдохнул прапорщик, пытаясь собраться с мыслями.

Но девушка продолжала:

— А «ЭТО» — воинская часть номер 13666, товарищ прапорщик. Я всегда готова вам подсказать, если снова забудете.

Повисло тяжелое молчание. Лицо Мухоморова налилось кровью и пошло белыми пятнами.

Шеренга замерла в предвкушении.

— Ах ты, кобыла феминистическая!.. — выплюнул Мухоморов.

— КобылКА, с вашего позволения, — невозмутимо поправила его девушка.

В этот момент к ним подошел лейтенант Варенуха, до этого отстраненно наблюдавший за разворачивающейся сценой. Он успокаивающе положил руку на плечо прапорщика, готового взорваться, и кивком указал на видеокоптер, окрашенный в фирменный фиолетовый цвет «ФрикНьюс», барражирующий за забором воинской части.

— Полегче, товарищ прапорщик. Мы строго соблюдаем устав, как завещал великий Владимир Владимирович, — он повернулся к девушкам. — Встаньте в строй. И знайте, что опоздавшие на физическую зарядку должны сделать десять отжиманий за каждую минуту опоздания. Но… — лейтенант опять покосился в сторону коптера, продолжающего гудеть над высокими липами, растущими вдоль забора. — Но на первый раз мы сделаем исключение нашим доблестным солдаткам…

— Прошу прощения, товарищ лейтенант, — встряла в разговор девушка, чем-то неуловимо напоминающая японку, — но я не идентифицирую себя как женщину. Поэтому прошу не обращаться ко мне, используя феминитивы.

Варенуха моргнул:

— Ааа… А как вы себя идентифицируете?

— В соответствии с тринадцатым параграфом двадцать пятого релиза Конституции РФ, я могу не отвечать на этот вопрос, товарищ лейтенант.

Мухоморов только крякнул, уничтожающе посмотрел на девушек, но смолчал.

Варенуха поборол сковавшее его оцепенение:

— Хорошо! Солдаты, солдатки и… — он на мгновение запнулся и вопросительно посмотрел на блондинку, тихо стоящую позади, но та лишь скромно отвела взгляд. — Встаньте в строй!

Девушка с фиолетовой прядью тряхнула копной волос, перехваченных резинкой на макушке, и спокойно пошла по плацу. Остальные последовали за ней, провожаемые десятками изумленных глаз.

2

После отвратительного завтрака всех новобранцев отправили в медчасть. Иван, как и вчера, не смог заставить себя проглотить подгоревший горьковатый омлет из прокисшего молока. Поэтому одним из первых оказался возле дверей медсанчасти.

Впрочем, троица девушек уже была здесь. Похоже, армейский завтрак отбивал аппетит не только у Ивана.

Стоя перед медкабинетом, Иван испытал знакомое ощущение ожидания прививки. Несмотря на то что обязательная вакцинация от держававируса делались каждые три месяца, он до сих пор не мог к этому привыкнуть. Что-то неприятно сосало под ложечкой, воображение рисовало огромную толстую иглу, протыкающую… кстати, что она должна протыкать? Вряд ли нейроимплант, как обычную прививку от державы, ставят в ягодицу… Ваню передернуло. Он испуганно огляделся. Похоже, не один он испытывал беспокойство перед предстоящим чипированием.

Девушки, стоящие поодаль, с нарочитой беззаботностью перешептывались и хихикали. Но время от времени то одна, то другая бросали в сторону кабинета беспокойные взгляды.

Неожиданно облезлая дверь распахнулась, издав протяжный скрип, и в коридор выглянула хмурая розовощекая медсестра с неестественно пухлыми губами на узком крысином лице.

Она неприязненно оглядела новобранцев и пропищала злым высоким голосом:

— Сначала эти! — указав на девушек.

Ваня, стоявший первым, отошел в сторону, пропуская троицу в шортиках вперед.

— Заходим и раздеваемся! — донесся до Вани писклявый голос из-за неплотно прикрытой двери.

Он неловко отступил вглубь коридора, но голос медсестры не стал тише. Ваня стоял, переминаясь с ноги на ногу, стараясь не вслушиваться в несущиеся из кабинета звуки.

Судя по обрывкам доносящегося до Ивана монолога медсестры, она занималась сканированием и обработкой виртуальных аватаров, сопровождая свои действия ехидными комментариями.

— Что же тебе дома-то не сиделось с такой попой? Давно бы замуж вышла и детей завела…

Из кабинета полилось низкое гудение, перемежаемое прерывистым писком. Видимо, это работал сканер.

— Так… Ага… Посмотрим, что получилось. Хм… Ну… ничего так… Хоть время мое сэкономишь… и денежки для российского бюджета.

Девушка в кабинете что-то неразборчиво спросила у медсестры, и та охотно пустилась в объяснения:

— У нас в армии на каждую курицу вроде тебя пятьсот криптодолларов выделяют на модификацию виртуальных тел. Но ты обойдешься. И так сойдет. И зеленую галочку получишь. Небось за этим в армию и шла?

За дверью опять что-то спросили.

— Это отметка о верификации виртуального аватара. Чтобы все твои кавалеры в Роялке, когда поймают тебя, были уверены, что шпилят образ, в точности соответствующий оригиналу.

Ваня нахмурился и отошел еще дальше, но голос медсестры продолжал следовать за ним.

— …Для вас у нас в армии особый бонус. Уровень чувствительности нашим бойцам ставят на 150 %. За это бюджету дополнительные денежки, а вам и всем мужикам в Роялке — удовольствие.

Иван недоуменно покосился на стоящего рядом новобранца. Но, похоже, для того все услышанное не было новостью.

Он мрачно кивнул Ване:

— Да… Тетка правду базарит. Мне старший брательник рассказывал. Эти буржуйские сволочи чего придумали: за то, что наши им массовку создают, они неплохие деньги отваливают. И дополнительно платят, чтобы солдаты наши на повышенной чувствительности играли и не могли по собственному желанию из вирта выходить. Ты прикинь, когда янки или фриц какой баблоса за подписку в Роялке отвалит, ему на сервере всё подробно напишут: сколько у него противников, кто из них с зелеными галками… И когда он тебя поймает, то видеть будет, что ты самовольно выйти из вирта не можешь. А он — в любую секунду свалит, хотя и шмот свой, конечно, потеряет…

Ваня невольно поежился и покосился на дверь медкабинета.

Его разговорчивый собеседник понимающе кивнул:

— Да… А бабам тут хуже всего приходится. Ты знаешь, что в начале сессии все игроки видят подробную статистику: сколько в противниках ботов, сколько наших, а главное, сколько баб в игре. И если хоть одна на сервер зайдет, за ней охота начинается. Особенно, если девчонка из наших и сама выйти из игры не может… Хотя… — он задумался, что-то припоминая, — слышал я, что у янки есть несколько команд безбашенных радфемок. Причем прокачанных по полной программе. И вот этим лучше не попадаться… По общей информации их сразу не вычислишь. Начинаешь за ними бегать, а они тебя подкарауливают, ловят, и тогда вообще… лютый трындец… Но вообще… — собеседник осекся и тревожно огляделся по сторонам. — Вообще, болтать о таком не стоит… Мы же отдаем Родине воинский долг! Имеет она право требовать с нас, коли растила? Так ведь? В России родился — там и пригодился! Вон буржуи за подписку в Рояльнике по сотне криптобаксов в месяц платят, а нам… три года играй на халяву в свое удовольствие! Настоящий кайф! Ну а бабы должны сами своей башкой думать… Рожать им никто не мешает.

В этот момент распахнулась дверь, и в коридор вышла девичья троица. Девушка с фиолетовой прядью шла уверенно и спокойно, высоко подняв голову и расправив плечи, лицо азиатской девушки было непроницаемым и невозмутимым, а вот блондинка явно была напугана. Впрочем, солдатки… или солдаты… или неопределившиеся сослуживки явно пытались подбодрить растерянную девушку.

— Следующий! — заорала медсестра. — Заходим и раздеваемся!

Ваня тяжело вздохнул и направился в кабинет.

На языке вертелась цитата из Платоновского «Государства»: «Пусть же лучшие жены снимают одежды, раз они будут вместо них облекаться доблестью, пусть принимают они участие в войне и в прочей защите государства и пусть не отвлекаются ничем другим…»

Глава 3

1

Наконец всех новобранцев собрали в огромном зале, заставленном капсулами виртуальной реальности.

Мухоморов под молчаливым руководством лейтенанта Варенухи начал вводный инструктаж:

— Итак, долбоящеры… и долбоящерки, — покосился он в сторону брюнетки. — Рассказываю один раз. Повторять не буду. Кто не понял, у того и проблемы. Сейчас вы войдете в свой первый вирт… — Вдруг он заметил, как кто-то из новобранцев коснулся пульта управления одной из капсул. Его лицо тут же опять побагровело:

— Руками не трогать! Стоять смирно! А ты… — прапорщик ткнул пальцем. — Да. Да! Ты, толстомордый! Три шага вперед! … Так! … А теперь упал-отжался двадцать раз!

— Но я… — робко пискнул солдат.

— Тридцать раз! Живо!

Прапор обвел застывших бойцов ненавидящим взглядом. Если кто из вас — сосок долбоящерных — еще шевельнется или потрогает что не надо… Я ему такое не надо устрою, неделю свою морду от пола зубной щеткой отскребать будет! Понятно?!

— Так точно, товарищ прапорщик! — дружно ухнули бойцы, включая напуганных девушек.

— Хорошо… — прапорщик неожиданно усмехнулся и продолжил совершенно спокойно: — Итак, бойцы, сейчас вы переместитесь на виртуальный полигон, созданный специально по заказу вооруженных сил Российской Федерации. На полигоне опытные бойцы из числа старослужащих проведут вам инструктаж и научат обращаться с оружием. В тренировочном бою рекомендую выкладываться по полной. Наши орлы! Наши лучшие богатыри выберут из вас бойцов в свои четверки на замену демобилизовавшихся товарищей. Им не нужны в отрядах толстожопые, неповоротливые, тупые увальни. Поэтому шансов у вас мало. Но, может, кому-то и повезет… Кто покажет хорошую результативностью по итогам тренировочного боя, тот будет включен в лучшие четверки…

— А в чем нужно показать результативность? — не удержался от вопроса рыжий веснушчатый паренек, стоящий в конце шеренги.

— Распиндяйский жопокрыл! Кто тебе разрешил разевать свой клюв?!

Рыжий испуганно вздрогнул.

— Три шага вперед и двадцать отжиманий! Пошел!

Пока солдат пыхтел на полу, Мухоморов назидательно вещал:

— Ваша результативность измеряется в долбоящерных дятлах, которых вы нашлепаете. Для особо тупых поясняю: чем больше, тем лучше! И при этом сами постарайтесь подыхать пореже. От того, сколько раз вам выпустят кишки, зависит ваш рейтинг. К тому же 150 % чувствительности — это очень неприятно… особенно для таких маменькиных сосунков, как вы! — Мухоморов с издевкой посмотрел на обессиленного рыжего, кончившего отжиматься. — Понял?

— Так точно, товарищ прапорщик, — ответил тот, тяжело дыша.

Мухоморов пренебрежительно кивнул и продолжил:

— Продолжительность игровой сессии — три часа. Но думаю, что даже такие дятлы, как вы, должны знать, что в вирте время идет в три раза быстрее. Поэтому для вас эта славная тренировка растянется на девять часов. Тех, кто только и мечтает сдриснуть назад в казарму, предупреждаю, что самовольный выход из вирта заблокирован. Но если вы хотите освободиться пораньше, это легко устроить. Сдохните десять раз, желательно как можно мучительнее, и игровая сессия для вас закончится. Зато появится много свободного времени, чтобы отдраить наш замечательный сортир, жаждущий чистоты… Ну и бонусом все, кто двинет копыта десять раз до окончания тренировочной сессии, получат по наряду вне очереди. А трое, показавшие лучшую результативность, пойдут гулять в увольнительную…

Ваня слушал прапора и все больше мрачнел… Десять мучительных смертей — и чистка сортира… Не самая веселая перспектива для человека, отрицающего насилие… Впрочем, такая перспектива напугает кого угодно. Да… Похоже, остается искать утешение в словах Боэция. Как же там было? «Сколько бы ни свирепствовали дурные люди, венок мудрого не упадет и не увянет. И не уничтожит чужая порочность славу добрых».

2

Наконец, после продолжительных словесных прелюдий наступил долгожданный и пугающий момент. VR-капсула распахнула свое чрево, и Ваня уселся в мягкое, пахнущее пластиком и дезинфектантом кресло. Опустил голову в ложемент. Перед глазами загорелся индикатор готовности включения псиполя. Начался отсчет: 3… 2… 1… Яркая вспышка и пронзительное чувство, улетающей из-под ног земли

В следующее мгновение Ваня обнаружил себя стоящим на большом асфальтированном плацу. Бездонное голубое небо, легкий ветерок, наполненный запахами и звуками. Неужели это этого не существует? Ваня задрал голову в небо, подставляя лицо теплым лучам ласкового солнца. Трудно было поверить в нереальность своих ощущений. Неужели Дэвид Юм был прав и «ум не имеет перед собой никаких вещей кроме восприятия»? Ведь это значит, что воображаемое имеет не меньшие основания для существования, чем наша реальность.

Острое пронзительное ощущение ускользающего бытия оглушило растерянное сознание. Если это не настоящий мир, то что же такое реальность? Как уличить фальшивку? Что значит быть? Поток бесконечных вопросов водопадом захлестнул его разум.

Впрочем, в следующую секунду Ваня обнаружил способ уловить отличие бытия. На небе, левее яркого солнца, висели огромные буквы статуса:

Учебный сервер ВЧ13666 МО РФ.

До конца игровой сессии — 8:59:34.

Активных пользователей — 43

Вокруг расцветали яркие бутоны сверток вирта, из которых один за другим появлялись солдаты. Отовсюду неслись изумленные возгласы и восхищенные крики. Ваню толкнули в плечо. Слева стоял какой-то паренек.

— Вот это круто! — с восторгом выпалил он. — Блин, ну в точности как в реале… Офигеть…

Ваня кивнул и прислушался к своим ощущениям. Очень странно… Точнее, наоборот, странно, что нет ничего необычного. Такой же мир: свет, запахи, звуки… Он провел пальцем по своей ладони, затем коснулся лица. Интересно… 150 % чувствительности… Заметна ли разница с реалом? Он с усилием ущипнул себя… Непонятно… Или разницу почувствуешь лишь, когда разрывную пулю всадят в тело? Впрочем, времени на рефлексию не оставалось.

Раздался громогласный крик:

— Стройся!

И бойцы торопливо начали выстраиваться в шеренгу.

Ваня обратил внимание на девушек. Их форма в вирте на первый взгляд не отличалась от реальной, но почему-то казалась еще более вызывающей и откровенной. Он заметил, что многие новобранцы бросают на девушек заинтересованные взгляды.

Перед рядами новобранцев появились четверо старослужащих. Среди них Ваня узнал Димона — мрачного жердяя с напыщенной физиономией и нашивкой ефрейтора — и отморозков из его команды — Борю и Рината.

— Ну что, духи… Готовы стать настоящими мужчинами? — брезгливо спросил Димон.

— Нет! — звонко отчеканила брюнетка.

На лице Димона мелькнула презрительная улыбка, он многозначительно переглянулся с Ринатом, проигнорировав выпад девушки, и приказал следовать за ним.

3

Новобранцы столпились возле длинного навеса из горбыля, под которым рядами стояли столы, заваленные разнообразным оружием. Ваня с удивлением рассматривал осыпавшуюся с крыши труху, недоумевая, зачем было с такой детализацией восстанавливать привычное армейское убожество в вирте. Он провел пальцем по покрытому грязью столбу и с удивлением заметил, что палец остался почти чистым. И неожиданно вспомнил вчерашний инструктаж. Мухоморов ведь что-то говорил про это. Коэффициент пачкучести грязи в Рояльнике снижен на 70 %, чтобы отвалившим за игру бабло буржуям было гораздо приятнее расстреливать и резать чистых опрятных противников.

— …Эй, ты! — Ваня получил подзатыльник.

Он встрепенулся и озадаченно посмотрел на дрожащего от ярости ефрейтора.

— Да-да. Ты, чмошник лупоглазый! Я тебе говорю! Сюда подошел и взял в руки автомат!

Иван изобразил дружелюбную улыбку:

— Извините, но я пацифист…

— Что?!

— Я пацифист, — осторожно повторил Иван. — Я против насилия и оружия…

— Твою ж налево… — выругался Димон. Пару секунд он ошарашенно смотрел на Ваню, а потом взорвался: — Долбанный бляхомёт! Если сейчас же не возьмешь автомат, то точно столкнешься с насилием, это я тебе обещаю!

Ваня приосанился. Внутри у него уже давно созрела прекрасная речь, апеллирующая к гуманистическим ценностям и человеколюбию. Он был уверен, что сумеет найти слова и достучаться до этого заблудшего и потерянного человека.

— Жан Жак Руссо писал… — начал было Иван свою речь, но закончить ему не удалось.

Димон поднял зажатый в руках калаш и нажал на спуск. Грохнул выстрел — Ванин живот взорвался от дикой боли. Иван рухнул на землю и прижал ладони к животу. У него потемнело в глазах. Никак не удавалось набрать достаточно воздуха, чтобы выпустить крик из груди. Сквозь наползающую кровавую пелену, застилающую глаза, Ваня заметил девичью фигуру, бросившуюся к нему.

Димон пренебрежительно отбросил метнувшуюся к Ване блондинку и вразвалочку подошел к нему, продолжая прерванное объяснение:

— Как вы поняли, бойцы, из этой дырочки вылетает пуля, и если она попадет в вас, будет бо-бо…

Ваня перекатился набок и скорчился, зажимая ладонями рану, из которой хлестала кровь.

— Вот здесь… — Димон продемонстрировал матовый черный рычажок на автомате, — находится переключатель стрельбы очередями. А вот это — предохранитель… — ефрейтор провел пальцем и снова направил калаш Ивану в живот. Раздался щелчок. Но в этот раз выстрела не было.

Боль была настолько ошеломительной, что Ваня не мог даже стонать.

Димон склонился над ним и с деланным участием спросил:

— Ну что, пацифист? Не нравится насилие?

Ваня помотал головой. Впрочем, его уже всего трясло.

Димон усмехнулся и повернулся к остальным бойцам:

— Итак, урок номер один. Насилие — это хорошо, когда его совершаете вы, а вот когда его делают вам, это плохо… Согласен, боец? — ейфрейтор пнул Ванину ногу.

Зажмурившись, Ваня постарался кивнуть.

— Не слышу? — нахмурился Димон и демонстративно отщелкнул предохранитель, поведя стволом автомата в сторону раненого.

Иван собрал последние силы и выдавил тихое:

— Да…

Ефрейтор поколебался, поигрывая оружием, но наконец, презрительно оскалившись, сунул руку в карман и извлек большой, запаянный в пластиковый пакет шприц.

— Эта штука восстанавливает здоровье, — назидательно сказал Димон, обращаясь к новобранцам. — Очень полезная вещь! Скорость восстановления — 1 % за 10 секунд. В любой момент, если сфокусируете взгляд перед собой, сможете увидеть ваш уровень здоровья. Также у вас на руках будут информационные браслеты. У всех сейчас 100 %, ну… кроме этого дебила.

Димон снова пнул Ваню.

— Выстрел из калаша в живот с такого расстояния сносит около 50 %. Верно?

Ваня уже почти ничего не слышал и не понимал.

— Я тебя спрашиваю! Сколько у тебя осталось?

С Ваниных губ сорвалось нечленораздельное мычание.

— Ну ты совсем идиот! И мычишь так же… Хе-хе… Глаза напряги, долбоящер! Сфокусируйся!

Ваня наконец понял, чего от него хотят, и напряг глаза. Перед его мутным взглядом появился статус бар и смутно различимое число.

— Сорок восемь… — прохрипел Ваня, слизывая с губ кровавую пену.

Димон самодовольно осклабился и с гордым видом покосился на испуганных бойцов.

— Ладно. На первый раз прощаю. Но если еще хоть что-то вякнешь — буду отстреливать пальцы, по одному… Понял?

Иван неуклюже закивал.

— Ну, то-то… — Димон распечатал шприц и повернулся к зрителям. — Если вас ранили или боец из вашего отряда словил пулю, то делаем вот-так… — он с размаху воткнул шприц Ване в плечо.

Ефрейтор продолжал вещать, но Ваня его почти не слышал, он ощутил, как по телу разливается умиротворяющее тепло, а боль начинает отступать. Иван снова сфокусировал взгляд. Теперь это далось легче. Индикатор постепенно наполнялся и менял цвет с желтого на зеленый. Иван вдруг осознал, что его урон составил 52 %, всего половину ХП… Значит, может быть в два раза больнее?.. Его передернуло. Но вместе с уплывающей болью Ваню стала наполнять и какая-то странная эйфория.

Наконец он смог отчетливо разобрать речь ефрейтора:

— …еще и стимулятор! Но учтите, что он добавляет всего 25 % здоровья. Потом его действие заканчивается. Так что наш долбоящер восстановится до 83 %. Зато стимулятор дает обезболивающий эффект и небольшой бонус к скорости и силе. Понятно?

И точно… Ваня каким-то внутренним чутьем, ощутил, что его здоровье больше не растет. Его мутило, а рана на животе хоть и затянулась, но продолжала ныть. Впрочем, стимулирующий эффект лекарства почти полностью убрал все негативные ощущения.

Ваня поднялся и, пошатываясь, подошел к столу, на котором в ряд лежали автоматы.

— Ну чо опять застыл!? — завопил ефрейтор. — Хочешь еще? — Димон угрожающе повел дулом автомата.

Ваня торопливо схватил со стола калаш и лежащий возле него магазин и вопросительно посмотрел на ближайшего бойца. Им оказалась давешняя девушка с фиолетовыми волосами. Девушка демонстративно отщелкнула магазин, показала Ване, как зарядить оружие. Он благодарно кивнул и повторил ее действия.

Художник Николай Захваткин

Началось обучение. Они пробовали разное оружие. Димон обстоятельно и подробно перечислял боевые характеристики, достоинства и недостатки каждой модели. Несмотря на его злобный характер, чувствовалось, что он настоящий профессионал. Димон показал бойцам, как обращаться с оружием, как правильно целиться и плавно нажимать спусковой крючок.

Незаметно для себя Ваня втянулся. Он с удовольствием рылся в куче пистолетов-пулеметов и штурмовых винтовок. Внимательно изучал выгравированные на каждом стволе тактико-технические характеристики: скорострельность, дальность и убойную силу, пытаясь понять, какой ствол будет оптимальным на все случаи жизни. Похоже, не его одного интересовал этот вопрос.

— Товарищ ефрейтор, а какое оружие самое лучшее? — спросил рыжий паренек у Димона, демонстрирующего непривычно угловатый пистолет-пулемет «Вектор».

— Лучшее оружие — между ушами! — скривился ефрейтор. — Но у таких мудозвонов, как ты, такого нет и никогда не будет… — он сделал долгую паузу и словно нехотя добавил: — Но, конечно, есть пушечки поинтереснее, чем этот хлам.

Димон направился к дальнему столу. Новички затихли и последовали за ним. На этом столе лежало оружие гораздо более внушительного вида. Огромная снайперская винтовка, тяжелый пулемет и несколько штурмовых винтовок. При виде снайперки блондинка радостно вскрикнула и потянулась к ней.

— Куда лапы тянешь, курица!

Девушка ойкнула и отступила.

Ефрейтор подхватил винтовку и демонстративно взвесил ее на руках. По рядам бойцов проплыл восхищенный вздох.

— АВП-ешка, — веско сказал ефрейтор и с тихим лязганьем передернул затвор. — На начальных уровнях это самая убойная штука в Роялке. Но просто так ее не найти. Можно подобрать только из дропа. Если, конечно, повезет… Убивает с одного выстрела, но только при попадании в голову. Все остальное оружие максимум наносит смертельную рану. И умирать вы будете медленно и мучительно. Даже если у вас останется 1 % хп, система даст вам тридцать минут побиться в агонии, прежде чем вы сдохнете. Конечно, если ваши боевые товарищи не дадут аптечку, ну, или не пристрелят вас из жалости.

Ваня вспомнил, как он только что валялся на земле, корчась от невыносимой боли, и его передернуло.

— Из стандартного оружия еще только каряк с первого выстрела может вынести. Но дальность у него поменьше — сложнее в бошку попасть. Хотя, если каряк прокачать, он АВП-ешке не сильно уступает. И найти его можно не только в дропе. Впрочем, есть еще и особые стволы, которые можно купить только за реальные бабки или отобрать у врага. Но на базовых уровнях сложности такие почти не встречаются, так что с этим разберемся потом.

Ефрейтор положил на стол винтовку и с явным усилием поднял с обструганных досок огромный пулемет.

— А вот это… моя любимая игрушка «м249», в простонародье — «пила». Хорошая штука. Рекомендую. С первого выстрела не убьет, но так свинцом нашпигует, что потом неделю пулями срать будете.

Глава 4

1

Начались стрельбы. Новички разобрали оружие и стали палить по мишеням. Полигон заполнился едким запахом бездымного пороха и грохотом выстрелов. Ваня выбрал томмиган и начал его изучать. Краем глаза он видел, как блондинка слева от него неуверенно взяла со стола калаш и направила его в сторону мишеней. Автомат изрыгнул пламя и запрыгал в руках девушки. Она не успела моргнуть, как автомат описал широкую дугу, продолжая выплевывать пули.

— Ааа… — завопил ефрейтор, схватившись за плечо. — Долбаная дура!

Ваня прищурился. Индикатор показал, что ефрейтор потерял 11 % хп. Мало…

Блондинка побледнела и уронила автомат на землю. Димон продолжал материться. К нему подбежал второй инструктор. Зашелестел пакет, и в руку ефрейтора воткнулся шприц. Он затих, закрыл глаза и несколько секунд стоял не шевелясь. Прямо на глазах кровотечение из раны остановилось, а на рукаве гимнастерки не осталось пятен.

Придя в себя, ефрейтор подскочил к девушке.

— Ах ты, тварь!! — вопил Димон, трясясь от ярости, — и замахнулся на нее.

Она зажмурилась и испуганно замерла.

Мгновение он нависал над дрожащей блондинкой, занеся кулак. Второй инструктор успокаивающе положил руку ему на плечо. Они переглянулись. Димон кивнул, многозначительно хмыкнул и пробурчал:

— Потом с тобой разберемся… — и отошел.

После этого эпизода новобранцы стали намного осторожнее.

Ваня крепко схватил автомат, прижал приклад к плечу, направил его в сторону мишени и нажал на спуск. Оглушительный грохот ударил в уши, когда томмиган заплясал в его руках.

2

Через два часа интенсивных стрельб у всех новобранцев болели уши и дрожали руки. Ефрейтор остановил тренировку и приказал строиться.

— Ну что ж, мудозвоны, пора испытать вас в деле. Первая катка — три часа. Каждый за себя. Посмотрим, на что вы способны. И предупреждаю, нарушители правил, особенно умники, которые решат объединиться — будут наказаны! Жестоко… Понятно?

По рядам солдат прокатился дружный гомон:

— Так точно товарищ прапорщик!

Димон продолжал инструктаж:

— Боевая зона начинается за той дорогой, — ефрейтор показал на узкую разбитую бетонку вдоль полигона. -

Вдали виднелись покрытые лесом холмы. То тут, то там из-за деревьев выглядывали крыши небольших строений.

— Выходите без оружия. Все снаряжение найдете на месте. Кого шлепнут, тот появится в зоне респауна на плацу. Инструкторы, кроме меня, будут наблюдать оттуда. А я пойду с вами, лошары. А то вы заскучаете… Если захотите взглянуть на стату, посмотрите на небо. — Димон махнул рукой, и на небе появился список из сорока трех имен, рядом с которыми плавали нули. — И еще… Запомните. Я выбираю человека себе в отряд. Лучший отряд в этом дерьмовом болоте. Место у нас нужно заслужить… Короче, советую очень постараться сегодня… — он повернулся к блондинке, которая опять испуганно ойкнула. — Понятно?

Девушка кивнула.

— Ну все, жопокрылы… Полетели, — Димон повернулся к одному из оставшихся инструкторов и кивнул. — Включай таймер.

Тот вытащил из кармана какое-то устройство, похожее на старинный смартфон, и коснулся экрана. На небе, рядом со списком фамилий начался отсчет: 2:59:59; 2:59:58, …

Новобранцы сломя голову бросились через дорогу. Ваня неторопливо побрел следом. После испытанной боли и унижения у него не хватило духа возражать ефрейтору. Но для себя он твердо решил, что сам не будет для других причиной мучений, подобных тем, что недавно пережил сам. Нужно лишь найти укромное местечко и переждать там…

3

Через десять минут блужданий по лесу Ваня набрел на покосившуюся избушку. Замер возле двери из полусгнивших досок, в который раз поразившись проработанности и детализации вирта. Прислушался… Кажется, никого. Осторожно отворив скрипнувшую дверь, он заглянул внутрь. В небольшой, заваленной разной рухлядью каморке на полу лежал АК-74, прямо в лучах солнца, проникающих сквозь грязное стекло. С потолка свисала огромная паутина. Все это странно напоминало заброшенное логово бабы Яги. За исключением валявшегося здесь автомата.

Ваня вошел внутрь и закрыл за собой дверь. Неплохое место, чтоб отсидеться…

Подойдя к лежавшему на полу оружию, Ваня мгновение поколебался, потом отпихнул его ногой, прошел к покрытому облезлым лаком столу, сел на жалобно скрипнувший табурет и выглянул в окно.

Несколько минут он наблюдал за дятлом, который методично долбил кривую березу за окном. Удивительный и живой мир… Неужели все это создано лишь для того, чтобы потешить человеческое тщеславие и жажду крови?

Послышался какой-то шорох. Ваня вздрогнул. Первым порывом его было схватить с пола автомат, но он поборол это желание. Стиснув зубы, он сидел, не спуская глаз с двери. Наконец она распахнулась, и в дом ворвалась девушка фиолетовыми волосами. Она сжимала в руках большую тяжелую сковородку.

Увидев Ваню, сидящего за столом, она замерла и выставила сковородку перед собой, словно щит. Ваня не шевелился. Несколько секунд они молча смотрели друг на друга. Наконец девушка опустила руки. Ее взгляд обежал каморку и остановился на лежащем в углу калаше. Она перевела взгляд на Ваню, ожидая подвоха. Но тот продолжал сидеть неподвижно. Девушка нагнулась, отшвырнула сковороду и подобрала автомат.

— Как тебя зовут? — спросила она без особого, впрочем, любопытства.

Ваня с удовольствием рассматривал ее длинные, стройные бедра.

— Меня зовут Иван, а тебя?

— А я Ната.

— Наташа?

Девушка скривилась.

— Ненавижу это имя… — процедила она сквозь зубы и взяла Ивана на мушку.

Ваня постарался улыбнуться.

— А почему ты сидишь, ничего не делая? — спросила Ната после секундной паузы.

— Я не считаю правильным причинять людям боль. Пусть даже и виртуальную. Я пацифист…

— По-моему, ты идиот, — веско сказал брюнетка и передернула затвор.

Ваня усмехнулся:

— Да. У Достоевского был такой герой, он… — но закончить Иван не успел, раздался грохот.

Ослепительная боль разорвала Ваню и навалилась темнота.

4

Ванино сознание плыло в умиротворяющей темноте. Невозможно было сказать, сколько это длилось. Секунду, минуту, а может быть, целый час…

Наконец Иван обнаружил себя стоящим на плацу. На краю поля, развалившись в шезлонгах, сидели два инструктора. Они встретили Ванино появление насмешливыми возгласами:

— О!

— Первый лузер пошел!

Ваня растерянно огляделся. Затем поднял голову и посмотрел в небо. Нашел свою фамилию в самом конце списка. Убийств — «0», Смертей — «1». Он тяжело вздохнул и отвернулся. Но вот раздался хлопок, и рядом появился рыжий паренек. Торопливо моргая, он начал ощупывать свое тело. Затем так же, как и Ваня, поднял глаза, и принялся разглядывать список.

Хлопки стали раздаваться все чаще и чаще. Из сверток вирта появлялись всё новые солдаты.

Ваня покосился на таймер. Прошло уже пятьдесят минут с начала боя. Большая часть списка успела получить единицы в смертельную графу. Инструкторы громко ржали, комментируя вид перепуганных новобранцев, каждый из которых первым делом начинал ощупывать места смертельных ранений. Кто-то хватался за голову, кто-то продолжал зажимать воображаемую рану на животе или в груди.

Бойцы начали бурно обсуждать итоги первого боя. Судя по рассказам погибших, большую часть застрелил Димон. Одному неудачнику он просто перерезал глотку, другому — свернул шею. Эти двое, испуганно глядя друг на друга, захлебываясь от страха и пережитой боли, торопливо пересказывали детали своей смерти. Вокруг них столпились сочувствующие слушатели.

Наконец поток погибших бойцов начал скудеть. На полигоне осталось семь, затем шесть, пять и, наконец, всего четверо бойцов. Самым странным было то, что все девушки еще были живы.

Потянулось томительное ожидание. Инструкторы тихо перешептывались и хихикали — похоже, у них было свое объяснение этой ситуации.

За две минуты до конца первой катки в центре плаца появилась свертка вирта, из который вывалился разъяренный Димон.

— Вот же сучки крашеные! Твари! — он яростно брызгал слюной, выплевывая каждое слово.

— В чем дело?

— Эти дуры объединились! Я только хотел блондинку…гхм… проучить, как другие бляди со спины зашли и грохнули меня!

За его спиной раздались возмущенные голоса новобранцев:

— И меня!

— И меня.

— Меня тоже…

— Да… Бляди всегда со спины заходят и бьют исподтишка, — понимающе поддакнул один из инструкторов и успокаивающе похлопал Димона по плечу, но тот лишь раздраженно стряхнул его руку и нетерпеливо посмотрел на небо.

Убегали последние секунды. 3… 2… 1…

Наконец над полигоном раздалась переливистая трель. Конец тренировочного боя.

Бойцы столпились, гневно обсуждая случившееся.

Вскоре вдалеке показались три девушки. Они шли вместе, сжимая в руках поблескивающие на солнце автоматы.

Димон нахмурился, подошел к столу с оружием, взял глок. Затем кивнул другим инструкторам — те последовали его примеру. Повисла напряженная тишина. Остальные новобранцы окружили инструкторов, хмуро переглядывались между собой. Все молча ждали.

Наконец девушки пересекли дорогу и приблизились к группе разгневанных мужчин, жаждущих справедливости.

Шедшая впереди Ната самодовольно улыбалась. Блондинка смотрела испуганно и недоверчиво. А лицо девушки с азиатскими чертами было спокойным и непроницаемым.

Ефрейтор вышел вперед, пряча пистолет за спиной. Он постарался выдавить непринужденную улыбку:

— Молодцы… Продолжим… Положите пока оружие…

Девушки переглянулись. Поколебавшись, Ната пожала плечами, подошла к столу и аккуратно положила на него свой автомат. Остальные девушки последовали ее примеру. В следующий миг раздались три выстрела. Вскрикнув, девушки упали на землю, зажимая раны.

Ефрейтор и его помощники прыгнули вперед. Щелкнули наручники. Уже не понимая, что происходит, девушки корчились на земле, стонали, выкручивая скованные за спиной руки, в тщетной попытке прикрыть огромные кровоточащие раны.

Ваня бросился вперед, но его с размаху ударили пистолетом в лицо. В глазах потемнело — он очутился на земле.

— Ну что, твари! Самые умные, да? Полежите, подумайте! — измывался Димон.

Но вид залитых кровью, стонущих девичьих тел тронул даже самых отмороженных. Один из инструкторов распечатал аптечку, и каждая раненая получила лечебный укол.

Девушки, тихо постанывая, медленно приходили в себя.

Но Димон не собирался ждать:

Схватив Нату за волосы, он поднял ее на ноги и насмешливо бросил ей в лицо:

— Ты такая дерзкая… Мне это даже нравится, но никто не имеет права хамить нашему прапорщику! Думаешь, самая умная?

Ната мотнула головой, пытаясь вырваться из его рук.

Димон рассвирепел:

— Вам дали приказ: каждый за себя! Знаешь, что бывает в армии за нарушение приказа?!

Девушка наконец нашла силы ответить:

Я думала, это командная игра…

Димон осклабился:

— Да… командная… И вам, сучкам, сейчас придется поработать в команде. Очень-очень хорошо поработать. У меня тут четыре десятка бойцов, очень недовольных тем, что вы их поимели. Теперь пришел ваш черед.

По толпе новобранцев прошел одобрительный гул.

Ваня вскочил:

— Да вы что тут, совсем с ума сошли?

Новый удар опять опрокинул его на землю. Однако Димон снизошел до ответа.

— Нет, боец. Это подготовка. Элемент боевой подготовки и выработка командного духа. Мы же должны поддерживать другу-друга, не так ли? А как эти курицы могут поддержать бойцов? Ты думаешь, здесь детский сад? Нееет. Здесь всё всерьез. Отряд, который возьмет к себе одну из этих сучек, сразу станет объектом охоты в настоящей игре. Только самые умелые бойцы смогут защитить этих дурочек от сотни озверевших мудаков, обвешанных оружием. Но зачем им это делать? Что эта блядь сможет предложить взамен, а?

Димон повернулся и, схватив за длинную косу испуганную блондинку, поднял ее на ноги.

— Вот ты! Ты понимаешь, что тебя ждет, если попадешь в руки к озабоченным реднекам или этим самурайским извращенцам?

Девушка испуганно моргала, даже не пытаясь что-то ответить.

— Поверь мне, тебе это очень и очень не понравится… — произнес Димон вкрадчиво и похлопал вздрогнувшую девушку по щеке. — Тебе, дорогуша, нужно научиться выполнять приказы и приносить пользу обществу. А на что ты годна?

Среди бойцов послышались насмешливые возгласы и язвительные комментарии.

Ефрейтор отпихнул блондинку и обернулся к третьей девушке. Но та уже нашла силы и, неуклюже перевалившись на бок, встала на ноги, пристально глядя на бушевавшего ефрейтора.

— Короче… — подытожил Димон, оглядывая стоящих перед ним девушек. — Думаю, вы все поняли. Раз не захотели участвовать в одном состязании, мы для вас устроим другое. Мне понравился ваш задор. Но в моем отряде только одно место. Кто из вас справится лучше всех, того возьму к себе. Задача ясна?

— Оставь девчонок в покое! — крикнула Ната. — Это я все придумала! Я их уговорила нарушить правила!

— И что, думаешь, это может их оправдать?

Ната прикрыла глаза:

— Оставь их в покое. Пожалуйста… Я все сделаю, как вы хотите… Не трогайте их. Я сделаю так, что вам понравится.

Димон усмехнулся и посмотрел на остальных инструкторов. Те ухмыльнулись и пожали плечами. Димон хмыкнул, огляделся и кивнул на толпу новобранцев.

— Нас тут много. Думаешь, справишься? — спросил он с издевкой.

— Да… — прошептала девушка, не открывая глаз. — Снимите наручники…

Толпа подалась вперед. Ваня осторожно отполз в сторону. Встал и решительно пошел к заваленным оружием столам. Наверное, впервые в своей жизни он совершенно четко знал, что ему следует делать.

Замерев на мгновение возле штурмовых винтовок, он вспомнил, что инструкторы до сих пор вооружены, и прошел мимо. Сзади донеслись одобрительные возгласы и восхищенный свист. Ваня ускорил шаг. Наконец он нашел, что искал.

Иван подхватил со стола м249 и закинул на плечи широкий ремень. Тяжелый пулемет удобно лег в руки. Вспомнив наставления ефрейтора, Иван проверил магазин, передернул затвор и направился назад.

…

Никто из солдат не успел ничего сообразить. Длинной очередью, в упор Ваня срезал улюлюкающую, гогочущую толпу. В стороны полетели брызги крови и ошметки разрываемых пулями тел. Ваня стрелял и стрелял. Горячие гильзы сыпались на землю. Потом раздался звонкий щелчок, и навалилась тишина.

Ваня с тревогой посмотрел на девушек. Но он выбрал правильный угол стрельбы и их не задел. Ната стояла впереди, на ней остались только короткие облегающие шортики. Она испуганно прижимала руки к обнаженной груди. Ее лицо, тело, плечи были забрызганы кровью незадачливых зрителей. Остальные девушки так и остались стоять позади с наручниками за спиной.

Иван опустил взгляд. «Пила» отлично сделала свое дело. Перед ним лежала груда изувеченных, исковерканных, бездыханных тел. Отвратительный запах свежей крови, горелой плоти, смешанный с кислым привкусом порохового дыма.

Пулемет выпал из рук и повис на лямке, сдавившей шею. Ваня пошатнулся. К горлу подкатывала тошнота. Его бил озноб. Земля ушла из-под ног, и он упал на колени. Ната невольно бросилась к нему. Ваню мутило. Девушка присела рядом, обхватила ладонями его лицо и заглянула в глаза.

— Что с тобой? В тебя попали? — спросила она с беспокойством.

Ваня мотнул головой, силясь прийти в себя. Его взгляд скользнул вниз, на обнаженную грудь девушки. Он почувствовал прилив краски, но не смог отвести взгляд.

Несколько секунд он собирался с мыслями. Ната не шевелясь сидела напротив.

Неожиданно Ваню окатило волной страха:

— Они ведь сейчас появятся снова!

Ната кивнула и встала. Ваня тоже вскочил и бросился к столам с оружием. Схватил со стола «сайгу» и забитый патронами подсумок. В голове билась только одна мысль: он должен защитить девушек.

Лишь выйдя на плац и сжимая в руках заряженное ружье, Ваня осознал, что совершенно незаметно пересек ту границу, которую всегда считал для себя непреодолимой.

Он посмотрел на небо — его фамилия была в первой строке:

«Иван Дубов — 1 смерть, 39 убийств».

Но останавливаться на полпути было нельзя. Он вздохнул и стал ждать.

Секунды ожидания медленно капали одна за одной. Ваня стоял, держа на изготовку дробовик. Краем уха он слышал, как Наташа, негромко матерясь, обшаривает мертвые тела в поисках ключей от наручников.

Откуда-то сверху донеслось разливистое курлыканье. Ваня задрал голову к небу: среди редких облаков, на юг, к далеким несуществующим теплым морям плыл большой журавлиный клин, пересекая гигантские цифры статуса. «Эх… Главное, чтобы эти птицы никого не разбудили…» — подумалось Ване.

Тихий хлопок заставил Ваню вздрогнуть. Боковым зрением он заметил крупную фигуру, метнувшуюся к нему, и рефлекторно нажал на спусковой крючок. Ружье дернулось в руках. Фигура в прыжке словно столкнулась с невидимой стеной и с воплем грохнулась на землю. Красный индикатор жизни над противником показал 1 %.

Наконец Ваня сумел рассмотреть врага. Это был ефрейтор. Корчась от боли, он лежал на земле и скреб ногтями горячий асфальт, пытаясь проползти еще хотя бы пару шагов и добраться до своего врага. С его губ капала кровавая пена, когда он почти беззвучно прохрипел: «Сука…»

Ваня вспомнил наставления Димона. Чтобы команда врага не смогла вылечить раненого с помощью аптечки, его лучше сразу добить.

Ваня навел сайгу на искаженное болью и яростью лицо и снова выстрелил.

В лицо полетели горячие капли… Ваня зажмурился и протер глаза рукавом, размазывая теплую кровь.

Сзади раздался еще один хлопок. Резко развернувшись, Иван торопливо нажал на спуск. Проклятье! Промах… Еще выстрел, и еще… Так, кажется, готов.

Теперь слева! И справа! Черт… Он может не успеть…

Но сзади уже подбежали девчонки.

Весело застрекотал Томпсон, поливая вываливающихся из вирта солдат потоками свинца. Ему вторил дуэт звонко лающих калашей. По полю в тщетных попытках укрыться от убийственного огня, расползались раненые солдаты. Между ними невозмутимо ходила Наташа, добивая выживших. Другие девушки стояли на краю поля, расстреливая появляющихся бойцов издалека.

Плац все больше напоминал скотобойню. Повсюду валялись распластанные тела, в тяжелом душном воздухе пахло гарью и кровью.

После короткой передышки пошла вторая волна респауна.

Димон попытался использовать другую тактику. Только появившись на плацу, он заревел:

— Стой!..

Наташа за его спиной улыбнулась.

— Стою! — хмыкнула она, разрядив в ефрейтора остатки обоймы.

На этот раз восстановившиеся бойцы уже не пытались бежать, понимая, что это лишь продляет их мучения. Ваня с девушками только успевали менять опустевшие стволы и утираться от крови.

Ваня покосился на статистику в небе. Напротив его фамилии теперь красовалась цифра 69 убийств. Но Наташа его почти догнала, прикончив шестьдесят восемь несостоявшихся «ухажеров».

Постепенно поток бойцов начал редеть. Похоже, алгоритм респауна стал растягивать время между оживлениями, чтобы осложнить охотникам их кровавую работу.

До окончания сессии оставалось еще четыре часа. В паузах, между появлением новых противников, Ваня вытащил на плац шезлонги, в которых когда-то отдыхали инструкторы. А Наташа заглянула в командный пункт на краю стрельбища и притащила оттуда ящик холодного пива и ведро, до краев заполненное пакетиками чипсов. Ваня сглотнул слюну, неожиданно почувствовав голод. Он и забыл рассказ инструктора о том, что еда и напитки в вирте восстанавливают силы и здоровье.

— А что? Неплохо! — девушка с азиатскими чертами плюхнулась в шезлонг. На ее непроницаемом лице впервые появилось подобие улыбки. — Даже с васаби есть!

Ваня проверил магазин своего м16, положил его на шезлонг и примостился с краю, стараясь не сводить глаз с заваленного трупами поля.

Наташа запустила руку в ведро.

— Интересно, тут есть с сыром? — проворчала она, шурша упаковками.

— А мне с паприкой, пожалуйста! — попросила блондинка.

Наташа покосилась на Ваню:

— С беконом пойдет?

Иван безразлично кивнул и не глядя взял протянутую упаковку.

— Ну, пора познакомиться с нашим спасителем, — усмехнулась Ната и посмотрела в небо. — Фамилия твоя, как я понимаю, Дубов, а зовут, если я правильно запомнила, Ваня?

— Да.

— Иван Дубов? — фыркнула Наташа. — Класс! А я — Ната. Хотя мы, кажется, уже успели познакомиться…

Ваня помрачнел.

— Екатерина. Ой, то есть Катя! — неловко улыбнулась блондинка.

— Юка! — коротко представилась девушка с раскосыми глазами.

На поле мелькнула очередная свертка. Девчонки переглянулись. Катя села, подняла винтовку с оптическим прицелом, задержала дыхание и плавно нажала на спуск. Громыхнул выстрел. Она немного подождала, разглядывая в оптику пораженную цель, а затем выстрелила второй раз, чтобы добить очередную жертву.

— Классно стреляешь! А чего на стрельбище постоянно косила? — хрустя чипсами, спросила Наташа.

Катя вздохнула:

— Да… Такая история дурацкая получилась…

— Ну расскажи! Расскажи! — подбодрила ее Ната.

Катя вздохнула.

— Я в армию идти не собиралась, конечно. Слышала, что девушкам тут совсем тяжело приходится. Я детей хотела. Мальчика и девочку… — она мечтательно улыбнулась, но тут же осеклась и сникла. — В общем, как только мне восемнадцать исполнилось, я сразу же замуж вышла. Он сначала был такой милый, вежливый… Очень богатый. У него отец в крупном банке работает. На хорошей должности…

— Не мужик, а мечта? — с издевкой в голосе встряла Наташа.

Катя поморщилась и кивнула.

— Да… Вначале так и казалось. Но на самом деле он оказался полным… му… — девушка осеклась и покосилась на Ваню.

— Полным мудаком, — подсказала Наташа.

— Да. А его мама…

— Еще хуже?

Катя кивнула.

— Наверное, я сама виновата… — продолжила она после долгой паузы. — Я его никогда не любила. Просто в тот момент мне казалось, что выйти замуж — самое простое решение…

— Ты не виновата! — яростно выкрикнула Наташа. — Это всё дурацкие законы и преступное государство, которое эксплуатирует женщин. Из нас делают или пушечное мясо, или комбинат по производству пушечного мяса! Я поэтому в армию и пошла! Хочу изменить эту систему!

— Как? — невольно вырвалось у Ивана.

— Через три года пойду на госслужбу! В Министерство Юстиции, а потом в парламент! Буду биться за права женщин!

— И для этого ты пошла сюда? — изумился Ваня

— Да! В порочной системе невозможно получить нормальную должность, не отслужив в армии. Система специально создана, чтобы сковать женщин — ограничить нашу свободу!

На поле опять появилась свертка вирта. Катя передернула затвор и подняла винтовку. Еще два оглушительных выстрела распугали ворон, слетевшихся к трупам.

Художник Николай Захваткин

Все опять восхищенно переглянулись:

— Круто!

— Как ты их!

Катя покраснела и продолжила:

— Так вот… У него очень состоятельная семья. У них у всех был нейроинтерфейс. Мне его тоже поставили. В подарок… На свадьбу…

— Хорош подарочек… — хмыкнула Наташа.

— Вообще-то, нейроинтерфейс с установкой стоит как новенькая лада-малина, — вступила в разговор Юка. — Я бы тоже хотела… Я бы тогда тренировалась нормально, перед тем как сюда попасть.

— Я вчера тебя спросить не успела, — повернулась к Юке Наташа. — Ты же говорила, что твои родители из Японии?

— Дедушка с бабушкой. Их родители эмигрировали в СССР после того, как в Японии разогнали компартию. Вскоре после второй мировой…

— Ааа… То есть ты выросла в России?

— Да, — сухо сказала Юка. — Но хочу когда-нибудь поехать в Японию. Посмотреть…

— Так ты для этого в армию пошла?

— Ага. Отслужившим очень легко получить разрешение на выезд… Сами понимаете… — Юка помрачнела, но тут же повернулась к Кате. — Ты так и не дорассказывала про себя.

— Ну да… — вздохнула Екатерина. — Для меня жизнь с мужем превратилась в ад… Знаете, какое-то темное царство… Думала даже утопиться… Но вспомнила про нейроинтерфейс и решила бороться до конца. Купила тренировочный курс по секрету от мужа и прошла обучение. Но инструктор… Козел… Ничего мне толком не объяснил. Я сказала, что хочу овладеть самым мощным оружием в Роялке. И полгода училась из АВП стрелять. Эта винтовка — единственная при попадании в голову с одного выстрела убивает…

— И что?.. — не поняла Ната.

— Ну, ты же слышала, как ефрейтор объяснял. АВП просто так не найти. Его только из дропа подобрать можно. А из других снайперок я никогда не стреляла… до сегодняшнего дня.

— Но у тебя отлично получается, — заметил Ваня.

Катя натянуто улыбнулась:

— Спасибо… — Да. Я сегодня полдня тренировалась. Кажется, разобралась более-менее. Но, конечно, из АВП у меня гораздо лучше получается…

На поле снова появился солдат.

Все посмотрели на Катю. Она вздохнула и подняла винтовку.

Снова два выстрела, и тишина.

— Ну а ты, пацифист? — усмехнулась Наташа, повернувшись к Ване. — Как здесь оказался?

— Из универа выперли… — пробормотал тот и отвел взгляд.

— А где учился? — спросила Юка.

— На философском…

— Где?.. — прыснула Наташа, подавившись пивом.

Ваня приосанился и гордо повторил:

— На философском!

Девушки многозначительно переглянулись, пряча улыбки.

— Ну… За философию! — провозгласила Наташа, подняв бутылку пива.

Они звонко чокнулись, разглядывая покрасневшего Ваню.

— А почему ты решил нам помочь? — с любопытством спросила Катя.

— Поступай так, чтобы максима твоей воли могла бы быть всеобщим законом, — процитировал Иван Иммануила Канта.

Катя недоуменно подняла бровь. Юка пожала плечами.

Ната ухмыльнулась:

— Мне больше нравится: око за око, ухо за ухо, зуб за зуб.

Все невольно посмотрели на усеянное трупами поле.

— Интересно… А мы получим увольнительную как чемпионы? — задумчиво спросила Наташа.

— Что-то сомневаюсь… — сказал Ваня.

На небе пылали цифры.

Ф.И.О. Убийств Смертей

Соловьева Ю. 92 0

Вепрева Е. 91 0

Дубов И. 90 1

Белова Н. 89 0

Таймер показывал, что до конца учебного боя осталось восемь минут.

— Интересно… — задумчиво протянула Наташа. — Кажется, ефрейтор что-то говорил про награду для первых трех мест…

— Да, — поддакнула Катя. — Дадут увольнительную и еще какие-то плюшки.

— А за сколько минут до конца игры отключают респаун?

Ваня почесал затылок:

— За полчаса, кажется…

— Точно! — согласилась Наташа. — Извини, пацифист…

Грохнула автоматная очередь: яркая вспышка боли, и Ваня опять провалился в темноту…

Глава 5

1

Вылезая из капсулы, Ваня был в ярости. Какая подлость! После всего, что он сделал!? Хотелось поймать Нату и хорошенько врезать ей, а потом раздавить эту феминистическую гадину! Он даже представил, как как хватает ее за волосы и начинает… Нет… Ваня глубоко вдохнул и начал медленно выпускать воздух через нос. Так нельзя… Нужно успокоиться. Он должен быть выше этого…

Неожиданно Иван обнаружил на себе десятки злых взглядов. Расстрелянные им бойцы толпились возле контрольного центра и хмуро перешептывались, с опаской косясь на лейтенанта Варенуху, дремавшего за пультом управления. Димон с тремя ефрейторами, прищуривщись, с каким-то нехорошим любопытством наблюдали за ним. Но рядом стоял прапорщик и громко комментировал результаты учебного боя:-

— Да… такого долбознайства я не видел очень давно! Я еще могу понять, как бабы смогли замочить всухую сорок этих толстопузых покемонов… Но как они разобрались с вами — опытными ефрейторами из лучшей четверки?

Димон промычал что-то неразборчивое и смачно сплюнул на пол.

— Короче, как я и обещал, все, кто сдох раньше времени, берут свои зубные щетки и получают по засранному унитазу, — продолжал Мухоморов. — А те три бойца, у которых оказались яйца, получают увольнительную.

Раздался сигнал об окончании игровой сессии, и в дальнем конце зала открылись капсулы, в которых лежали девушки.

Словно по команде, не дожидаясь, пока девушки вылезут из своих капсул, бойцы стали торопливо расходиться. Поколебавшись, Иван бросил презрительный взгляд в сторону Наты и пошел следом за своими боевыми товарищами.

2

Весь остаток этого дня Иван чувствовал себя не в своей тарелке. Вокруг него словно возникла зона отчуждения. Никто не обращал на него внимания. Ваня зашел в полупустую столовую. Большая часть бойцов, под присмотром ехидного Мухоморова занятая наведением лоска в порядком засиженных солдатских нужниках, опаздывала на ужин.

Взяв поднос с жидким картофельным пюре и склизкой серой котлетой, Ваня задумчиво сел за стол и уставился в тарелку. В его голове безостановочно крутилась мысль о том, что случилось в этот день. Раз за разом он вспоминал, как схватил пулемет и начал расстреливать безоружных, ну… почти безоружных людей. В кого же он превратился? И был ли у него другой выход? Неужели все, что он знал, все, во что он верил, все, на что он надеялся, оказалось бессмысленным и пустым? А быть может Паяльников прав: все что происходит в вирте ненастоящее? Ваня прикрыл глаза вспоминая как пули разрывали его тело. По крайне-мере боль была самой настоящей, так же как унижение и стыд. Мог ли он поступить иначе? Особенно, учитывая, как потом Ната обошлась с ним? Или именно в этом и заключается суть морального выбора: у нас нет возможности поступить иначе, невзирая на последствия. Как там поговаривали в гильдии каменщиков: «Fais ce que dois, advienne, que pourra» *…

В столовую, весело щебеча, ворвались девушки. Завидев Ваню, они затихли, переглянулись и, подобрав подносы, молча пошли на раздачу. Ваня демонстративно не глядел в их сторону. Он взял вилку и расковырял плохо прожаренную котлету, внутри которой обнаружился розовый фарш. Его затошнило…

Третий день службы… Осталось продержаться всего 1093 дня…

* * *

* Fais ce que dois, advienne, que pourra (фр.) — Делай, что должно, и будь, что будет

3

Наконец это ужасный день подошел к концу. Ваня чувствовал опустошение и усталость. Глаза слипались. Хотелось упасть на жесткую скрипучую койку и провалиться в забытье. У двери спального помещения стоял Димон. Завидев Ивана, он отступил, пропуская того внутрь. Ваня благодарно кивнул и открыл дверь.

Неожиданно он почувствовал резкий толчок в спину и, споткнувшись обо что-то, грохнулся на пол. Через мгновение свет погас, а Ване на голову набросили одеяло. На него обрушился град ударов. Ногой под дых, потом в темя и в живот.

— Гаси его!

— Будет знать!

— Гандон!

— Урод!

Удары сыпались непрерывно — все злее и жестче.

У Вани из носа хлынула кровь, потемнело в глазах. Что-то хрустнуло. Он свернулся в клубок и обхватил голову руками. Но это не могло спасти от свирепых ударов. Глаза заволокло красной пеленой, и Ваня отключился.

…

Резкий запах заставил Ваню вздрогнуть. Он попытался открыть глаза. Левый глаз заплыл и не открывался. Сквозь едва приоткрывается веко Ваня с трудом различил расплывчатый силуэт медсестры и постарался отвернуться от пропитанной нашатырем ваты, лезущей ему в нос. Тело пронзила острая боль. Он невольно застонал.

— Очухался, — выдохнула она с облегчением.

— Жить будет?

— Да что ему сделается!

— Так скорую можно не вызывать?

— Обойдется…

В голове звенело. По всему телу пульсировала боль.

В руку вонзилась игла. Ваня невольно дернулся.

— Лежи спокойно! — прикрикнула медсестра.

Иван прикрыл глаза и снова провалился в пустоту, заполненную бредовыми образами и воспоминаниями.

Перед ним появилась Ната. На ней были лишь короткие облегающие шорты. Руки были сведены за спиной, из рассеченной брови струилась кровь и капала на обнаженную грудь. Девушка смотрела с вызовом и брезгливым отвращением. Рядом стоял Димон, протягивая Ване тяжелый глок.

— Шлепни эту сучку!

Ваня машинально схватил холодную шершавую рукоять.

— Давай! — приказал ефрейтор.

Ваня поднял руку, тяжелый пистолет подрагивал во влажной ладони.

— Ну, что ждешь? Она заслужила!

Ната спокойно посмотрела Ивану в глаза:

— Я все сделаю, — сказала она тихо. — Только не трогайте девчонок…

— Не слушай эту лживую тварь!

Ваня прицелился.

— Не трогайте девчонок… — повторила Наташа.

Ваня стиснул зубы и развернулся. Грохнул выстрел, и тяжелое, грузное тело рухнуло на пол.

Художник Николай Захваткин

…

Когда Иван очнулся в следующий раз, то обнаружил себя лежащим на жесткой койке в лазарете. С пластикого квадратного светильника бил слепящий свет, заставляя жмуриться. Светильник моргал, пощелкивал и раздражающе гудел. Ваня затряс головой, пытаясь вытряхнуть этот гул из ушей. Голова взорвалась острой болью в затылке. Ваня почувствовал тошноту. И со стоном повернулся на бок.

— Судно давай! Сейчас опять блеванет, — раздался раздраженный женский голос.

Ваниной щеки коснулся холодный эмалированный металл. От него исходил тошнотворный запах. Ваня согнулся и вздрогнул, уже не пытаясь сдержать рвущуюся изнутри желчь.

— Да лежи ты ровно! Опять все изгадил…

— Сейчас за тряпкой схожу…

Ваня откинулся на кровать и прикрыл веки. Все тело ныло, словно по нему три раза пробежал табун мамонтов на водопой и обратно.

Хлопнула дверь, послышался стук тяжелых армейских ботинок. Кто-то встал рядом с его койкой.

— Ну как он? Пришел в себя?

— Пришел, пришел.

— А чо валяется, как бревно?

— Только что глазами лупал. Щас нашатырки еще дам! — отозвалась медсестра.

Ваня торопливо распахнул правое веко.

— Вот! Целехонек!

Над Иваном склонились хмурые лица Варенухи и Паяльникова.

— Ну что, боец! Видишь к чему приводит несоблюдение техники безопасности! — громогласно прорычал полковник.

От удивления у Вани открылся и второй глаз. Он растерянно посмотрел на лейтенанта.

Тот успокаивающе кивнул.

— Несчастный случай, товарищ полковник! Боец Дубов свалился со стремянки во время выполнения поставленной боевой задачи по вкручиванию электрической лампочки! Остальные бойцы отряда пытались его поймать, но безуспешно.

— Что? Слишком далеко улетел?

— Так точно, товарищ полковник!

Паяльников внимательно разглядывал Ванину физиономию.

— Хочешь что-то сказать, боец?

Ваня попытался что-то промычать, но его стон заглушил громкий голос Варенухи:

— За неумение помочь падающему товарищу на все отделение возложено дисциплинарное взыскание!

— Добро… — кивнул полковник, продолжая сверлить Ваню глазами.

— Боец Дубов за проявленное мужество в процессе приведения в порядок осветительных приборов, был представлен к объявлению благодарности с занесением в личное дело!

— Вот молодца! Нашей части нужны такие герои! А то всякие, знаешь ли, бывают… Паскуды. В прошлом году был один… деятель… — Паяльников повернулся к лейтенанту. — Помнишь?

— Так точно, товарищ полковник! Помню. Семецкий Юрий Михайлович, проявил героизм при белении потолка казармы. Был представлен к благодарности, но отказался по причине жалобы на нарушение техники безопасности. О чем сообщил комитету Солдатских Дочерей.

— Да… хороший был боец. А что с ним стало-то?

— Свалился с лестницы и свернул шею.

— По причине нарушения техники безопасности?

— Так точно, товарищ полковник!

— Ну что ж… Бывает… В армии всякое случается. Поэтому все наши мужественные бойцы должны быть всегда готовы грудью встретить любую опасность и невзгоду! Верно, боец? — Паяльников пристально посмотрел на Ваню.

Тот попытался осторожно кивнуть, но ойкнул от острой боли в шее.

— Отлично! Но чтобы техника безопасности соблюдалась и в дальнейшем, предлагаю перевести бойца Дубова в отделение, где подобных нарушений не зафиксировано. — Паяльников посмотрел на лейтенанта — Ваши предложения?

— По итогам разбора учебного боя мной принято решение создать отряд из самых сильных и умелых бойцов, психологически несовместимых с остальными подразделениями. Этот отряд обладает идеальными санитарно-бытовыми условиями и отличается высочайшим уровнем соблюдением техники безопасности!

Полковник скривился, словно от какого-то неприятного воспоминания, и махнул рукой:

— Добро!

— Слушаюсь, товарищ полковник!

— Вопросы, боец? — покосился Паяльников на Ваню.

Тот отрицательно мотнул головой и закусил губу от пронзительной боли.

Паяльников повернулся к медсестре:

— Сколько этот солдат здесь еще загорать будет?

Перед Ваниным взором возникло озабоченное женское лицо:

— Ему неделю лежать нужно, не меньше…

— Комиссия придет через три дня, — шепнул на ухо полковнику Варенуха.

Паяльников сдвинул брови и обвел пристальным взором помещение лазарета, нарочито поморщившись при виде стоящей на тумбочке утки, от которой исходил тошнотворный запах.

— Здесь не созданы оптимальные бытовые условия для нашего героя! Не для того он рисковал своей жизнью!

— Так точно!

— Послезавтра переведите бойца Дубова в место его новой дислокации с улучшенными бытовыми условиями и качественной гигиеной! И чтобы его сотоварищи обеспечили герою уход и диетическое кормление!

— Слушаюсь, товарищ полковник!

Паяльников удовлетворенно кивнул и хлопнул себя по животу, выпирающему из-под застегнутого на одну пуговицу кителя.

— Отлично! Ну что же… Служите, товарищ Дубов! И Родина не забудет ваш подвиг! Вольно! — с этими словами полковник резко развернулся и пошел к выходу, грохоча по полу подошвами тяжелых ботинок.

Глава 6

1

День тянулся бесконечно. Ваня лежал на спине, разглядывая беленый, покрытый мелкими трещинами потолок. Голова была тяжелой, словно наполненный водой воздушный шарик, и точно так же была готова лопнуть в любой момент.

Неожиданно для себя Ваня обнаружил, что практически разучился думать. В опустошенном сознании не рождалось ни одной мысли. Раньше Ваня был бы счастлив спокойно валяться на кровати и размышлять о тайнах мироздания. Теперь же мыслей хватало лишь на то, чтобы обнаружить в своем сознании пустоту.

Я знаю, что ничего не знаю… И не хочу знать…

Но, была в этом и определенная прелесть небытия. Страхи, переживания и тревоги растворились в тупом безразличии и отчужденности.

Но все же где- то в глубине Ваниного мозга зрело беспокойство. Что его ждет?

Внезапно за дверью раздались голоса.

Вот противный и лающий голос медсестры:

— Нельзя туда! Я же вам уже говорила!

Короткий, невнятный ответ. Ваня прислушался.

— Что? Живот болит? И что с того?

Опять тихий девичий голос.

— Ладно- ладно… Сейчас анальгин дам!

…

— Анальгин от всего помогает!

…

— Ну, если не нравится, могу еще клизму поставить.

…

— Что? Анальгин? Ну, пошли!

…

Скрипнула дверь. Ваня повернул голову и с удивлением увидел светловолосую девушку. Та осторожно проскользнула в лазарет и тихо затворила за собой дверь. Как же ее зовут? Кажется, Екатерина…

— Привет! — девушка улыбнулась и робко подошла к его кровати. — Как ты?

Ваня натянуто улыбнулся в ответ:

— Нормально.

— Вот, держи! — зашуршал бумажный пакет, из которого Катя извлекла брикет мороженого с большими синими буквами на плотной серебряной упаковке. С полурастаявшего мороженого прямо на кровать падали тяжелые белые капли.

— Ой! — пискнула Катя. — Извини!

Ваня приподнялся.

— Давай помогу! — продолжая одной рукой держать растекающееся мороженое, девушка схватила подушку и заботливо подсунула ему под спину. — Ешь быстрее, а то совсем растает! Ложка есть?

Иван отрицательно помотал головой.

— Ладно! Давай так… — Катя развернула брикет и сунула его Ване.

Тот, неловко перехватив упаковку, вытянул губы и с хлюпаньем втянул растаявшую белую массу.

— Спасибо.

Катя облизывала липкие пальцы, с умилением наблюдая за Ваней,

— Мы с девчонками только из увольнительной! — она вздохнула, — Сто лет по городу не гуляла! А тут магазин продуктовый неподалеку, мы и подумали…

За дверью послышались шаги.

Катя вздрогнула и замерла.

— Вот таблетки! Захочешь клизму — приходи! — донесся из коридора голос медсестры.

Катя ехидно улыбнулась и прошептала:

— Наташка ее отвлекает…

Ваня кивнул.

— Ладно… — Катя прислушалась к удаляющимся шагам. — Я пойду. Выздоравливай!

Девушка выскользнула из комнаты. Иван проводил ее взглядом и откусил еще. Сладкий холод таял во рту. Ваня посмотрел на упаковку: ванильный пломбир «Ванькино счастье». Он невольно улыбнулся и облизал губы. Очень вкусно…

2

На третий день пребывания в лазарете Ваня уже мог вставать и медленно передвигаться по палате. Он знал, что сегодня его переводят в казарму, и это пугало. Воспоминание об устроенной ему однополчанами встрече вызывало ломоту во всем теле. Ведь лейтенант Варенуха обещал перевести его в отряд лучших бойцов. Ваня помрачнел. Он знал, что лучшей была группа Димона. Вот, блин, попал!

В палату заглянула медсестра:

— Ну что, готов?

Иван кивнул.

— Так давай, выходи! Чего ждешь?!

В коридоре его уже ждал лейтенант Варенуха.

Он с ухмылкой посмотрел на Ваню:

— Как самочувствие, боец?

— Отлично! Товарищ, лейтенант.

— Отлично от чего? — сощурившись, переспросил Варенуха.

— Отлично от того, что было!

— Ну, добро… Добро… Пошли, боец.

Ваня захромал по коридору, силясь не отставать от лейтенанта. Встреченные бойцы останавливались и отдавали лейтенанту честь.

Варенуха с Иваном прошагали мимо актового зала, комнаты отдыха и учебки. Странно. Куда они идут? Ведь спальные помещения в другом крыле корпуса. Где же созданы прекрасные бытовые условия для лучших бойцов?

Варенуха остановился возле караулки и потянул на себя большую тяжелую дверь, слева от входа в караульное помещение.

— Ой! — раздался тонкий девичий голос.

Лейтенант шагнул вперед. Ваня поднял глаза и изумленно замер на пороге.

Перед ним в небольшой чистой и уютной комнате сидели три девушки и изумленно пялились на вошедших. В комнате плавал едва уловимый аромат ванили и лаванды, который всегда появляется в дамских будуарах.

Наташа валялась на кровати и читала какую- то толстую книгу. Катя расчесывала волосы, глядя в маленькое зеркальце, приклеенное скотчем на стене. Юка сидела на полу в позе лотоса.

Художник Николай Захваткин

Но именно она первой пришла в себя.

Юка резко вскочила и звонко крикнула:

— Смирно!

Катя с Наташей переглянулись. Катя поднялась, а Ната осталась сидеть на кровати, с вызовом глядя на незваных гостей.

— Здравия желаю, товарищ лейтенант!

— Вольно, бойцы! — добродушно махнул рукой Варенуха, проигнорировав Нату. — Вот. Рядовой Дубов. По приказу командира части будет квартироваться в этом помещении.

— Что значит квартироваться? — недоуменно спросила Наташа.

Но Варенуха пропустил ее вопрос мимо ушей.

— Обращаю ваше внимание на неудовлетворительное физическое состояние рядового. По предписанию врачей, Дубову нужен уход и полный покой.

Катя засуетилась.

— Конечно, конечно. Ему нужно прилечь. — она огляделась.

По периметру комнаты вдоль стен стояло шесть коек. На них были разложены

белье, косметика и зачитанные толстые журналы.

— Выбирай, Ваня, — Екатерина махнула рукой.

Иван размышлял секунду, а потом направился к дальней койке возле окна.

— Эй- эй! Не так быстро! — вскочила с кровати Ната. Она преградила ему путь и повернулась к Варенухе. — Как это понимать? Полковник Паяльников четко сказал, что девушки будут жить отдельно!

— Ага… С ванной, туалетом и блэкджеком? Я гляжу, у вас тут полный комплект…

Наташа сверкнула глазами.

— Но Полковник Паяльников!.. — начала она.

Но Варенуха оборвал ее:

— Если вас что- то не устраивает, боец, пишите в Лигу Сексуальных реформ. Там вам помогут. Не хотите оставаться здесь — в общей казарме полно свободных коек!

— Но нам обещали!

Лейтенант прищурился.

— Если не ошибаюсь, вы называете себя радикальной феминисткой. Не значит ли это равенство условий службы? А вы, похоже, требуете себе привилегий?

— Нет! Я требую компенсацию за социальную несправедливость!

— Несправедливость? Это когда бойца Дубова чуть не уби… гхм… — Варенуха осекся. — Когда боец Дубов пострадал в результате нарушения вами техники безопасности?

— Какого нарушения?

— Виляния жопой перед солдатами! Вот какого!

— Так мы еще и виноваты?

— Сучка не захочет, кобель не вскочит!

Наташу затрясло от ярости, сжав кулаки она шагнула в сторону лейтенанта. К ней подскочила Юка и что- то успокаивающе прошептала на ухо.

— …кроме того, — продолжал лейтенант, — рекомендую подумать вот о чем. После инцидента на тренировке есть много желающих взять каждую из вас в свою четверку… на перевоспитание. Но боюсь, что ваши убеждения… — Варенуха покосился на Нату, — не позволят вам успешно влиться в сплоченный коллектив. Я поговорил с командиром части, и он разрешил солдаткам создать свою собственную четверку. Но четверка подразумевает четырех человек…

Девушки переглянулись, а затем одновременно взглянули на Ивана, щурящего подбитый глаз.

— А так у вас замечательная группа из трех солдаток, — и одной бабы с яйцами — лейтенант многозначительно указал на Нату и подытожил. — В общем, ваши противники будут очень рады встретиться с таким замечательным коллективом…

Иван опустился на койку, осторожно поднял больную ногу.

Лейтенант поморщился, обвел равнодушно- презрительным взглядом спальное помещение и вышел в коридор, хлопнув дверью.

Глава 7

1

Три девушки, как три фурии, с каменными лицами нависли над Ваниной кроватью: красивые, холодные и беспощадные. Впрочем, на Катином лице мелькнуло что-то вроде сочувствия.

— Что будем делать с этим пацифистом? — нахмурилась Ната.

— Он помог нам, — тихо сказала Юка.

— Типичный мужской снобизм. Он сделал это не ради нас, а чтобы потешить свое мужское эго. Я не нуждаюсь в помощи этих одноклеточных!

Художник Николай Захваткин

— А мне понравилось, как он всех из пулемета расстрелял, — вставила Катя. — Как настоящий… — она покосилась на Нату.

Ваня невинно улыбнулся.

Ната фыркнула:

— Вот! Именно об этом я и говорю! Женщины для самцов лишь средство удовлетворения больных фантазий!

Юка сказала:

— Все это неважно. Теперь он член нашей команды. Вы же слышали, что сказал лейтенант?

Катя шагнула вперед и протянула руку:

— Я — за! — произнесла она звонко.

— Я — тоже, — Юка положила свою ладонь сверху.

Обе повернулись к Наташе.

Та нахмурилась и впилась взглядом в Ивана. Несколько секунд она боролась с собой. Наконец женская солидарность взяла верх.

Она тоже сделала шаг и протянула руку:

— Хорошо. Согласна.

Ваня привстал и протянул девушкам ладонь. Их руки встретились.

— Один за всех?! — усмехнулся Ваня.

— Угу… — промычала Ната. — А нам, как всегда, всё за тебя…

Юка с Катей засмеялись. Ваня осторожно улыбнулся.

— Ладно. Пусть живет. Пока… — процедила Ната сквозь зубы. — Но только без объективации!

— Это как? — удивилась Катя.

— Она не хочет, чтобы я воспринимал вас только как сексуальные объекты, — пояснил Ваня.

— Безо всяких «только»! — отрезала Ната. — Я не допущу никаких шуточек, намеков и пошлостей! Если позволишь себе хоть раз… — она угрожающе сдвинула брови.

Ваня обезоруживающе поднял руки:

— Понял, понял.

— Ага… Как же… Я уже чувствую на себе твой похотливый взгляд.

Ваня, глаза которого в этот момент невольно скользнули на ее облегающую футболку, надетую на голое тело, покраснел и потупился.

— И в мыслях не было… — пробубнил он смущенно.

— Хабетоконтус! — презрительно бросила Ната, взяла книгу и плюхнулась на свою койку.

Катя удивленно посмотрела на нее:

— А причем тут хоббиты?

Ваня вздохнул:

— Полагаю, это латынь. Habeo означает «иметь», ну а contus… точно не знаю, но по контексту можно догадаться.

Катя прыснула. Ната, коротко взглянув на Ваню, снова углубилась в книгу.

Юка равнодушно пожала плечами и отошла.

Катя склонилась над Ваней и заботливо спросила:

— Как ты себя чувствуешь? Болит?..

Иван постарался придать лицу суровое выражение и неожиданно поймал себя на том, что разглядывает глубокий вырез ее майки.

— Нормально, — выдавил он, вспомнив условие Наты, и отвел взгляд.

— Тебе что-нибудь принести?

— Нет. Спасибо.

— Позови меня, если что-то будет нужно, — Катя коснулась его руки.

Ваня благодарно кивнул и закрыл глаза.

2

Вечером за ужином девушки, как обычно, сели за столик в дальний угол, ловя на себе скабрезные взгляды.

К ним вразвалочку подошел Димон и насмешливо фыркнул, обращаясь к Нате:

— Ну чо, не передумала? У меня к команде еще есть место! Если отработаешь — возьму! Мне нравятся горячие штучки!

Ната равнодушно посмотрела сквозь ефрейтора и повернулась к Кате:

— Я забыла, у тебя какой счет в прошлой игре был? Кажется, сто девяносто один?

Девушка пожала плечами:

— Я не запомнила…

— Хорошая была игра.

— Дуры безмозглые! Вам повезло, что этот чмошник с катушек слетел! Но мы его уже проучили. Теперь ваша очередь.

Ната задумчиво размешивала сахар в стакане остывшего чая. Затем достала чайную ложечку, пренебрежительно взглянула не нее и брезгливо положила рядом с большой алюминиевой ложкой.

— …Андреа Дворкин писала, что контосомеры неизбежно прибегают к насилию, когда осознают бесплодность своих попыток впечатлить девушку своими… эээ…

— Столовыми приборами? — Юка подцепила с тарелки кусочек котлеты и демонстративно облизала вилку.

Катя хихикнула.

Димон побагровел и взорвался:

— Запомните! Три игры, и вы станете умолять, чтобы я взял хоть одну из вас в свою команду! Но придется очень постараться!

Он развернулся, пихнув кулаком стол. Посуда запрыгала, задребезжала. Жиденький остывший чай расплылся по столу неаппетитным пятном.

Ната презрительно посмотрела вслед ефрейтору.

— Хорошо, что Ваня не такой, — заметила Катя.

— Не такой?! — вспыхнула Наташа. — Уже повелась на его сладкие речи? Да они все такие! Эгоисты, насильники и психопаты!

— Почему же, по-твоему, он нам помог?

— Чтобы потешить свое мужское эго! В кои-то веки почувствовать себя сильным и значимым! Поймите, мужики — наш классовый враг! Они по определению не могут быть добрыми и бескорыстными. Вся эта инфраструктура мучений и убийств… — Ната красноречиво обвела взглядом столовую, — создана ими, чтобы потешить свое безумное тщеславие. Ненавижу… Да и не ты ли, Катя, сбежала из дома подальше от одного из этих контусомерных уродов?

5

Когда девушки вернулись в комнату, Ната все еще кипела от негодования.

Она швырнула на тумбочку рядом с Ваней тарелку с макаронами и прошипела сквозь зубы:

— На! Жри!

Катя аккуратно поставила рядом стакан компота.

— Приятного аппетита, — сказала тихо.

Юка выложила хлеб и сдобную булочку.

Ваня искренне улыбнулся:

— Спасибо вам, девчонки, огромное!

Он схватил вилку и наколол котлету.

Ната презрительно фыркнула.

— Что я вам говорила! Только бы брюхо набить! Самцы… — с этими словами она упала на кровать и взяла с тумбочки книгу.

Ваня проглотил кусок котлеты и покосился на Наташу.

— Послушай, — задумчиво протянул он. — Давно хотел задать пару вопросов настоящей феминистке.

Ната закатила глаза и устало посмотрела на него:

— Ну?

— Правильно ли я понимаю, что раз ты феминистка…

— Я радфем!

— Да… именно это я и хочу понять. Вот ты только что сказала: «Я радфем!» А вот это «я» — это кто?

Ната отложила книгу и привстала:

— В смысле? Кто «я»?

— Прежде чем определять себя кем-то, себя нужно обнаружить. Сначала ты находишь себя — и лишь затем определяешь. «Я — мужчина» или «я — женщина», «я — человек», «я — солдат»… Но вот это самое «я», оно у тебя где и откуда?

Юка с Катей переглянулись и затихли.

Ната недоуменно хлопала глазами:

— «Я» — ну… это «я»… Тот, кто думает и говорит. Этот… как его… «субъект»! Вот! Что тут непонятного?

— То есть ты придерживаешься точки зрения Декарта? Cogito ergo sum — мыслю, следовательно, существую?

— Да… — осторожно согласилась Ната, ожидая подвоха.

— Вот меня и смущает, что картезианское «я» противопоставляет себя миру. Это «я» одинокого и обреченного существа, заброшенного и напуганного. Неудивительно, что это «я» испытывая страх, легко обвиняет других в своих проблемах, еще более отчуждаясь и погружаясь в пучину одиночества и отчаяния. А ведь еще Аристотель писал, что человек — общественное животное…

Ната не дала ему договорить.

— Ты меня достал! — крикнула она и вскочила. — Вот она, ваша мужская суть! Прячетесь за тысячами слов, покрывая ложь! Все, что ты говоришь: Аристотель, Декарт… — все это выдумка самцов, чтоб проще было контролировать женщин! Мало вам вашей физической силы! Норовите придумать всякий бред, лишь бы оправдать текущее положение вещей. Вам никогда не понять женщин! Ненавижу вас! — швырнув книгу на кровать, Ната выбежала из комнаты.

Ваня виновато поглядел на Юку с Катей:

— Кажется, зря я это начал…

— Ты очень странный… — сказала Юка после долгого молчания.

— У тебя есть девушка? — осторожно спросила Катя.

Ваня помрачнел:

— Была… Но мы расстались…

Девушки переглянулись.

— Почему? — спросила Катя.

Иван вздохнул и признался:

— Она меня бросила.

— А ты с ней говорил обо всем этом? — уточнила Юка.

— Конечно! Это ведь самое главное!

— Понятно…

Девушки переглянулись опять.

Ваня вздохнул, откинулся на подушку и закрыл глаза.

6

Ночью Ваня долго пытаясь заснуть. Болела нога, а голова гудела от разных мыслей. Он никак не мог отыскать подходящую позу и постоянно ворочался, пытаясь лечь поудобнее. Где-то внутри он ощущал беспокойство. Оказавшись здесь, он невольно начал чувствовать ответственность за девушек. Это было странное и непонятное чувство. Несмотря на то, что казалось, что они вовсе не нуждаются в его опеке или поддержке. Но все же внутри что-то болезненно сжималось, когда он представлял, что может с ними случиться, если у него не получится их защитить. Есть ли женщинам место на войне? Пусть даже и виртуальной? Ослабит ли это мужчин, сделает ли их более уязвимыми или, наоборот, они станут сражаться отчаяннее и злее?

Наконец его начал одолевать сон.

Перед глазами опять встала незабываемая картина: связанная девушка из его отряда перед разъяренной толпой. И он никак не может понять, кто это. Но это и не важно.

На этот раз у Вани нет пулемета, лишь голые кулаки и звериная ярость.

Димон стоит рядом и хохочет, тыча пистолетом:

— Смотри! Мудозвон! Только попробуй отвернуться!

Ефрейтор поднимает пистолет, целясь в нее.

— Нет! — Ваня со всей силы толкает Димона и прыгает вперед.

Хватает девушку, прижимает к себе, стараясь укрыть. Грохочет выстрел, и пуля врезается в его тело. Ваня падает, закрывая девушку собой. Ее волосы щекочут его щеку. Она касается его щеки…

Неожиданно Ваня ощутил, что кто-то действительно коснулся его щеки. Так это не сон? Он распахнул глаза, пытаясь хоть что-то уловить в кромешной темноте.

Опять легкое прикосновение. Мягкая ладонь скользнула по лицу. Он почувствовал теплое, нежное дыхание. Короткое касание губ. Сначала неуверенное, просящее. Ваня невольно подался навстречу, пытаясь удержать ускользающее прикосновение. Поднял руку, и она погрузилась в копну мягких пушистых волос. Прижался к сладким девичьим губам, требуя большего, и утонул в ответном бесконечно глубоком поцелуе.

Ее ладонь скользила по его груди, обходя ссадины и синяки. Ванины руки жили своей жизнью, лаская гибкое податливое тело. На мгновение она отстранилась, срывая с себя тонкую футболку. А потом прижалась к нему так сильно, что он целиком ощутил жар ее тела.

Все его чувства многократно обострились. Тихое дыхание, легкий стон, шуршание простыни и скрип кровати. Все эти еле слышные звуки громом катились в ночной тишине.

Первые секунды Ваню охватила тревога. Каждое мгновение казалось, что это какая-то нелепая ошибка, насмешка или розыгрыш. Вот сейчас загорится свет и посыпятся издевательства, насмешки и презрительный смех. С замиранием сердца Иван ждал этого момента, казавшегося неизбежным. Но остановиться не мог. Тело больше не подчинялось его страху. Губы искали поцелуй, ладоням страстно гладили мягкую бархатистую кожу. Непреодолимо хотелось вдыхать запах ее волос, осязать, обладать, владеть этим невообразимым сокровищем.

Но секунда убегала за секундой, и Ваня все глубже тонул в бесконечной ласке и волшебной глубине. В голове не осталось ни одной мысли. Лишь сладкая, манящая пустота. Хотелось, чтобы это длилось вечно — нежные стоны, тяжелое дыхание и судорога сплетенных тел.

Ваня попытался что- то прошептать, но она лишь запечатала его губы коротким насмешливым поцелуем, соскользнула с кровати и растворилась в темноте.

Сколько Ваня ни вглядывался в сумрак, он так и не смог разобрать, кто из девушек приходил к нему. Да и сил на подобные размышления уже не осталось. Он откинул голову на подушку и провалился в глубокий безмятежный сон.

Глава 8

1

Громкая тревожная трель вырвала солдат из объятий сна.

— Подъем! — орал в коридоре дневальный.

Ваня открыл глаза и сел на кровати. Голова закружилась от резкого движения, ноющей болью отозвалась нога.

Девушки уже вскочили со своих коек.

Ивана окатило огнем воспоминаний о прошедшей ночи. По телу прошла сладкая судорога. Может, это был сон? Он прислушался к своим ощущениям. Нет… Сытая усталость во всем теле, вкус девичьих губ и три свежих глубоких царапины на груди… Значит, ночные события были реальностью… Насколько вообще можно говорить о реальности в жизни виртуальных бойцов.

Ваня внимательно разглядывал торопливо одевающихся девушек, пытаясь угадать, кто из них приходил к нему ночью. Казалось, в пылу спешных утренних сборов они совершенно о нем забыли. И эта наивная забывчивость почему-то тронула Ваню до глубины души. Они были очень красивы: изящные и грациозные. Очаровательные фурии, готовящиеся к битве. Каждая по-своему прекрасна. Иван смотрел на них без вожделения, просто наслаждаясь мимолетным моментом прикосновения к волшебству.

Наконец Ната заметила его восхищенный взгляд. Вспыхнула, замерла, прижимая руку к груди.

— Чего глазеешь?! — спросила она возмущенно, но без особого запала. Скорее, по инерции.

Остальные девушки тоже обернулись и удивленно посмотрели на Ваню, словно до этого момента не помнили о его существовании.

Ваня ойкнул и торопливо отвернулся.

— На зарядку! Выходим, строимся! — надрывался дневальный.

Катя, уже успевшая натянуть шорты и обтягивающий топ, подошла к нему:

— Как себя чувствуешь?

— Нормально.

Ваня испытующе смотрел на нее в надежде угадать, не она ли приходила к нему ночью. Но на лице Кати не было ничего, кроме участливого внимания.

— Ты полежи пока. Мы потом тебе завтрак принесем.

Юка подошла к ним, собирая на ходу волосы в хвост, дежурно улыбнулась Ивану и коснулась Екатерины:

— Давай быстрее!

— Побежали!

Иван проводил их взглядом. На лице ни одной из девушек он не смог прочесть даже намека на то, что случилось ночью. Или все же это был сон?..

2

Ваня еще хромал. Но в вирте это не помеха. Нейроимплант подавлял все болевые ощущения, а пока нужно было потерпеть.

Прапорщик Мухоморов ходил вдоль шеренги и давал последние наставления:

— …ваша первая настоящая игра! Теперь вы будете драться с реальным противником! Запомните: никакой пощады! Никаких «джентльменских» соглашений и братаний с врагом! Все это строго запрещено правилами игры! Если окажетесь в игровой зоне вместе с одним из наших отрядов — сражайтесь друг с другом, как с настоящим противником. Иначе корпорация забанит ваш аватар, и тогда вы отправитесь в дисбат. А там бойцы играют совсем в другие игры… И еще рекомендую перед началом боя посетить уборную. Нейроимплант, конечно, помогает мозгу блокировать некоторые физиологические функции, но так вам будет проще и удобнее. Ну что, готовы?

— Так точно, товарищ прапорщик! — громыхнул строй.

— Тогда… по машинам!

Шеренга солдат рассыпалась. Бойцы бросились к капсулам.

— Ну… с богом! — тихо пробормотал Мухоморов, глядя им вслед, и покосился на портрет святого Владимира на стене.

Катя с Юкой помогли Ване забраться в капсулу. Он опустил голову на ложемент. Загорелся индикатор готовности, и начался отсчет. 3…2…1…

Яркая вспышка и секундный полет.

Ваня обнаружил себя стоящим в комнатке с тремя огромными зеркалами. Вокруг струились потоки света, но не слепили глаза, а обтекали Ваню, словно светопад. Он опустил глаза. На нем были лишь зеленые армейские трусы и тонкая футболка. Впрочем, на ногах остались тяжелые армейские ботинки. В комплекте с трусами и майкой они выглядели несколько несуразно. На шее болтались два армейских жетона. Ваня поднес металлическую пластину к глазам и прочел свою фамилию и номер. Затем глянул в зеркало: ссадины и синяки пропали. Иван ухмыльнулся. Хм… А он не так уж плох… Еще бы подкачаться немного…

В верхнем правом углу зеркал загорелись таймеры. До начала боя оставалось двадцать минут.

Перед глазами появился длиннющий текст.

— Необходимо принять пользовательское соглашение. — пропел автоинформатор.

— Принимаю! — не глядя буркнул Иван, продолжая озираться по сторонам.

Его внимание привлекла плавающая в воздухе голограмма: «Выбор одежды — голосовое меню». Иван прищурился и громко сказал: «Штаны».

В зеркалах появилось его отражение в черных спортивных штанах с тремя белыми полосками сбоку и надписью abibas.

Ваня нахмурился и отрицательно покачал головой.

— Брюки!

Изображение в зеркале распалось на множество ячеек, в каждой из которых стоял Иван в брюках всевозможного покроя.

Ваня ткнул наугад, и в зеркале появилось его изображение во весь рост. На нем были черные брюки от фрачной тройки.

— Нее… — пробормотал Ваня. — Джинсы!

— Теперь в зеркале отразилась сотня миниатюрных Иванов в джинсах. Ваня выбрал любимые wrangler.

— Вот эти! — сказал он.

На экране появилась форма заказа и цена «$20». Ваня нахмурился.

— Нет! Есть что-нибудь бесплатное?

Но система проигнорировала его вопрос.

Зато появилось новое предложение:

«Две пары джинс Wrangler по цене одной!»

— Нет.

«Скидка 60 %!»

— Нет!

«Беспроцентная рассрочка на три месяца!»

— Я сказал, нет! Покажи, что есть бесплатно!

Зеркало мигнуло, пошло белой рябью, и в нем снова появился Иван в зеленых труселях и белой майке.

— Вот… блин… — проворчал Ваня.

— Еда доступна в зоне для брифинга. Желаете выйти в общий зал? — дружелюбно промурлыкала система.

— Да! — раздраженно буркнул Иван.

Перед его глазами появилась голографическая стрелка-указатель.

Он развернулся и пошел к двери, кляня по пути потреблядство и консьюмеризм.

3

За дверью оказался огромный холл. Под сводами разносились десятки голосов людей, говорящих на разных языках и наречиях. Ваня разобрал английский, французский и немецкий. В воздухе над большим круглым столом в центре зала плавал таймер. До начала игры оставалось пятнадцать минут.

Вдоль стены тянулась длинная барная стойка, за которой сидели несколько человек с большими кружками пива. В воздухе плавал аромат сдобы и попкорна. Видимо, тут можно было купить и блины, обещанные системой.

Каждый второй здесь был в нижнем белье. Ваня вспомнил инструктаж. Начинающие бойцы попадали на базовый, нулевой уровень сложности, откуда стартовали в игре все новички. И, похоже, многие не были готовы раскошелиться на дополнительную одежду. Интересно, он не замерзнет во время игры? Ваня прислушался к своим ощущениям. Легкая прохлада, но все же достаточно тепло, чтобы не продрогнуть. Хотелось надеяться, что и на местности будет так же.

По рядам посетителей прошла волна оживления. Головы, как по команде, повернулись в одном направлении. Ваня тоже посмотрел туда, и его бросило в жар. Из боковой двери в холл вышла Наташа. На ней были лишь узенькие трусики и тонкий кружевной бюстгальтер. Ну и тяжелые армейские ботинки на ногах. Прищурившись, можно было заметить над ее головой небольшую зеленую галочку.

Ваня торопливо направился к девушке.

Наташу трясло от злости:

— Долбаные объективаторы! Это какими озабоченными мудаками надо быть, чтоб придумать такую дебильную игру!!

Иван натянуто улыбнулся и постарался разрядить обстановку:

— По-моему, ты выглядишь прекрасно!

Ната с яростью посмотрела на него. Казалось, еще секунда — и она бросится на Ваню и выцарапает ему глаза.

— Извини-извини… — пробормотал он скороговоркой.

По залу снова прокатились восторженные возгласы и вздохи. В холле появилась Юка. Несколько секунд она стояла, оглядываясь. Заметив Нату с Ваней, девушка махнула им рукой и пошла к ним. Ваня невольно поразился ее уверенности и спокойствию. Юка шла неторопливо, расправив плечи и гордо подняв голову, не обращая внимания на десятки облапывающих ее глаз. На губах играла равнодушная холодная улыбка.

Последней в зал вошла Екатерина. Как и другие девушки, она была в неглиже. При виде множества игроков она ойкнула и покраснела. Но все же сумела быстро взять себя в руки. Стараясь не смотреть по сторонам, она торопливо протиснулась к своей команде. Девушки машинально подняли руки и коснулись друг друга.

Ваня смотрел на них: беззащитных, нежных, таких ранимых. Хотелось обнять и защитить каждую. Он сжал кулаки, ловя десятки жадных похотливых взглядов, направленных на его боевых подруг. В этот момент он ощущал себя братом, который должен заботиться и оберегать своих сестер.

Юка опустила глаза, изучая этикетку на полупрозрачном бюстгальтере.

— Ну что ж… По крайней мере, они не пожадничали. Victoria Secret… — очень мило.

Ната презрительно фыркнула:

— Не пожадничали?! Это же виртуалка! Они нам и бронелифчики могли надеть!

— Я и говорю… — поддакнула Юка. — Могло быть и хуже.

Ната в ответ лишь скривилась.

— Ладно… Пойдемте посмотрим карту! — предложила Юка.

Они двинулись в центр зала, где на огромном столе была воссоздана голографическая модель места предстоящей битвы.

Ваня попытался прочесть название: Bernsdorf — какая-то городок в Восточной Германии, окруженный квадратами полей и зелеными рощами. Местность рассекала вертлявая речушка. На севере тянулась широкая автомагистраль. То тут, то были рассыпаны постройки — фермы, домики, коттеджи.

Вокруг стола стали собираться и другие отряды. Их бойцы, исподтишка поглядывая на девушек, тихо спорили между собой, обсуждая оптимальное место высадки. Рядом на стойке, словно рекламные буклеты, стопкой лежали карты местности.

— Надеюсь, хоть это бесплатно, — проворчал Ваня и подхватил несколько штук.

Они отошли подальше и сели за небольшой столик в углу, разложив карту. Карта была стилизована под топографический план Генштаба ВО СССР. Судя по легенде, боевая операция проходила на стыке Второго Украинского и Первого Белорусского фронтов. В зоне ответственности 157-й мотострелковой Гвардейской ордена Ленина дивизии, которой противостояла 3-я механизированная бригада Бундесвера.

— Какой бред! — презрительно бросила Ната. — Мальчишки все никак не наиграются в войнушку!

Ваня покосился на таймер. До начала матча оставалось меньше пяти минут.

Он вслух прочел вводную:

— Десантируемся в 15:00 по местному времени. Закат в 21:37. Восход в 6:38. Площадь карты — 50 квадратных километров. Зона сжимается на 200 метров каждый час, со скоростью два с половиной метра в секунду. Через 18 часов зона сожмется до 500 квадратных метров.

Они склонились над картой, изучая местность.

— Предлагаю высаживаться в центре! — уверенно сказала Наташа. — Где бы ни оказался центр зоны, мы сможем быстро туда добраться. Вот, здесь. На краю поселка. Какое-то большое здание. Похоже, школа. На инструктаже говорили, что в крупных строениях можно найти больше оружия.

Художник Николай Захваткин

— А может, в лесу? — осторожно предложила Екатерина. — Вот тут небольшой коттедж. В нем и переждем. Укрепимся. Переночуем, если зона позволит, а на рассвете двинемся к центру.

— А если там не будет оружия? — спросила Юка.

— Паяльников рассказывал, что у нас повышенная вероятность обнаружения АК-74 в первые минуты после приземления. На начальных стадиях игры это дает преимущество, — заметил Иван.

— Ну так что решаем? — требовательно спросила Ната.

— А ты как думаешь? — Юка посмотрела на Ваню.

Тот озадаченно почесал затылок.

— Мне кажется, опасно десантироваться в центре. Ната права — оттуда проще добраться до любого места на карте. Но именно поэтому многие захотят высадиться там. Прятаться и сидеть на одном месте тоже не очень хорошая идея. Активно передвигающиеся отряды соберут лучшее оружие и рано или поздно отыщут нас и выкурят подавляющим огнем.

— Не забывай, что все эти контосомрази сразу начнут искать нас! — презрительно бросила Ната, оглядываясь по сторонам. — И мы должны быть готовы дать им отпор!

Катя неожиданно вскрикнула. Проходящий мимо игрок ущипнул ее за ягодицу и расхохотался:

— Geiler Arsch!

Ваня вскочил, сжимая кулаки.

— Ах ты, сволочь… — он замахнулся, но друзья немца набросились на Ивана и схватили за руки.

— Verdammte Russen! — процедил один из нападавших.

Ваня пнул ближайшего фрица и получил удар в живот.

Девчонки повскакивали. Катя завизжала. Ната дала ближайшему оплеуху. А Юка подхватила барный стул, стоящий рядом, и угрожающе подняла его над головой. Незадачливые драчуны отпрянули. Иван почувствовал, что его руки свободны, и наконец врезал шутнику по уху. Тот попятился.

— Гитлер капут! — крикнул Ваня, пытаясь добраться до обидчика.

Но Катя уже схватила его за плечо:

— Не надо, Ваня! Не надо!

Команда немцев выстроилась в линию перед Ваниным отрядом. Все как на подбор — светловолосые и голубоглазые, за исключением одного смуглого тощего паренька с черными курчавыми волосами. Все они были одеты в серые джинсы и клетчатые ковбойки. Кажется, сегодня Ваня видел в гардеробе дисконт на этот лук.

Раздался свист и подбадривающие крики — вокруг уже начали собираться зрители.

— Fight! Fight! Fight! — скандировала толпа.

Ваня затравленно огляделся. Девчонки стояли за его спиной. Юка все еще держала в руках стул. Он протянул руку и перехватил стул, не отрывая взгляд от противников. Юка шагнула назад и подхватила второй стул.

Но подраться они не успели. Проревел зуммер пятисекундной готовности.

— Scheiße! — сплюнул немец, глядя Ване в глаза.

Его товарищ демонстративно обвел всех девушек пальцем и облизнулся.

Ваня отшвырнул стул и повернулся к девчонкам.

Раздался гудок.

Три… Девушки взялись за руки.

Два… Ваня протянул им ладонь. Ната мгновение колебалась, но все же взяла его руку.

Один… Они стояли кольцом, крепко сжимая ладони друг друга.

— To strive, to seek, to find, and not to yield!{

To strive, to seek, to find, and not to yield. — Бороться и искать, найти и не сдаваться!

Улисс. Лорд Теннисон.

} — продекламировал Ваня Теннисона. И в тот же миг мир вокруг исчез…

* * *

Глава 9

В уши ударил тяжелый рев. Что-то мешало дышать. Ваню тряхнуло. Он открыл глаза и обнаружил себя сидящим в огромном грузовом отсеке десантного вертолета, забитого бойцами. Через тонкую ткань ощутил холодный пластик неудобного сиденья. Грудь сдавливали страховочные ремни. Плечи оттягивал тяжелый рюкзак десантного парашюта. На расстоянии вытянутой руки лицом к нему сидели Катя и Юка. Ната оказалась слева.

Юка смотрела спокойно и невозмутимо. Вертолет снова тряхнуло, и Катя весело взвизгнула. Ваня покосился на Нату. Она застыла с каменным лицом. Ее побелевшие пальцы вцепились в тонкие подлокотники. Ваня положил руку на ее ладонь и повернулся к девушке.

— Ты как? — спросил он, но сквозь гул вертолетного двигателя даже не расслышал собственного голоса.

Юка с Катей тоже сцепили ладони.

— Как ты, нормально?! — теперь уже крикнул Ваня.

Наташа вздрогнула и посмотрела на него, словно только что заметила. Кивнула с явным усилием, впрочем нисколько не ослабив хватку. Ваня успокаивающе погладил ее по тыльной стороне ладони.

На своей руке он обнаружил огромные смарт-часы, а в ухе — горошину миниатюрного наушника. Такие же были у всех бойцов. Ваня коснулся пальцем сенсорного экрана.

Загорелось меню:

— карта

— компас

— информация

— связь

— настройки

Он выбрал режим карты. На экране появилось изображение игровой локации. Слишком мелко… Как же этим пользоваться?

Кроме часов у каждого бойца появился и небольшой подсумок на кожаном ремешке через плечо. Ваня открыл его и заглянул внутрь. Там обнаружился тот самый информационный буклет с картой, что он взял со стойки в холле. Больше в сумке ничего не было. Досадно…

Вертолет снова тряхнуло. Раздался гудок. По отсеку заплясал тревожный оранжевый отсвет мигалки. Ваня всем телом ощутил вибрацию корпуса вертолета, когда медленно стала открываться десантная аппарель.

Между рядами пробежал огромный толстый чернокожий солдат с нашивками сержанта армии США. Парашюта на нем не было. Встав возле открывшейся аппарели, он поднял указательный палец вверх и сделал им несколько круговых движений. Похоже, это сигнал приготовиться.

Бойцы начали отстегивать страховочные ремни и выходить в проход.

Снова гудок. Над аппарелью загорелась зеленая лампочка.

— Ready? Go! Go! — заревел сержант, заглушая свист ветра и гул двигателя.

Солдаты, выстроившись в линию, стали сигать в серую облачную мглу. Но некоторые не торопились прыгать, задумчиво разглядывая что-то на наручных часах. Похоже, они уже успели поставить метку на карте и дожидались оптимального момента для прыжка.

Ваня мысленно выругался, кляня себя за то, что они с девушками так и не успели выбрать место десантирования. Когда же лучше прыгать?

Салон вертолета быстро пустел. Вот осталось всего трое бойцов, не считая Ваниного отряда. Зеленая лампочка над аппарелью торопливо замигала.

Сержант громко выругался и подошел к одному из игроков, все еще не отстегнувшему страховочный ремень. Щелкнул замок. Сержант схватил безвольное тело, подтащил к открытой двери и пинком отправил вниз. Затем развернулся и отправился к следующему.

Ваня обернулся к девушкам.

— Идем! Идем!

Юка с Катей вскочили. Ната подняла на Ваню глаза, в них горел страх. Иван расстегнул ее ремень и помог подняться. Она вцепилась в его руки дрожащими пальцами.

Ваня обнял ее за плечи и повел к выходу. Юка с Катей последовали за ними. Сержант посторонился, пропуская четверку к выходу.

Холодный поток воздуха ударил в лицо. Ваня чертыхнулся и с сочувствием посмотрел на полураздетых девчонок. «Какие все-таки сволочи эти озабоченные разработчики…» — подумал он. Но времени на рефлексию не оставалось. Внизу в кипящих облаках появился разрыв.

— Вперед!

Ваня схватил Нату в охапку и сделал шаг в пустоту.

…

Ветер свистел в ушах, рвался в легкие, заставляя делать короткие осторожные вдохи. Ваня повернул голову: Наташа, не открывая глаз, падала рядом с ним.

Задрав подбородок, в слепящих солнечных лучах Ваня сумел разглядеть силуэты Юки и Екатерины. Главное — приземлиться в одном месте. Иван посмотрел вниз. От головокружительного вида захватывало дух. Идеально ровные квадраты полей. Серебристая, покрытая солнечными бликами речушка, рассыпанные тут и там, словно кубики, домишки.

Его внимание привлекла мерцающая голубая стена, отсекающая горизонт и уходящая в небо. Ага. Видимо, это зона, ограничивающая игровое пространство. А они, похоже, падают, прямо на ее границе… Ваня хорошо помнил, что зона наносит болезненный урон каждому, кто в ней окажется. Так… Нужно изменить траекторию падения, чтобы ненароком не угодить в зловещее голубое свечение. Ваня растопырил ладонь и повернул руку, словно выгребая против течения. Тело послушно изменило направление полета. Но Ната продолжала падать, сохраняя опасный курс. Ваня попытался крикнуть, но захлебнулся в потоке набегающего воздуха.

Проклятье! Он снова стал загребать в сторону девушки. Черт возьми! Быстрее! Он протянул руку к зажмурившейся Нате. Его тряхнуло и отбросило порывом ветра. Проклятье! Он начал барахтаться, пытаясь добраться до Наты.

Ваня схватил ее ладонь как раз в тот момент, когда они пересекли границу запретной зоны. Тело словно окунули в кислоту. Экран на часах полыхнул красным. Кожу обожгло голубым огнем. Ната дернулась и распахнула глаза. Ваня жестом показал ей нужное направление. Она неловко задергалась. Не выпуская ее ладони, Иван опять начал выгребать в сторону границы зоны. Земля стремительно приближалась.

Раздался резкий хлопок, и Нату вырвало из его рук.

Над головой распустился белый купол десантного парашюта. Ваня схватился за стропы, вспоминая инструктаж. Как же управлять этой штукой? Кажется, так… Он потянул веревку и, повинуясь его движению, купол парашюта, слегка изменив форму, начал смещаться в сторону открытого пространства, выходя из зоны. Ваня с тревогой посмотрел на Нату. Она тоже пыталась управиться со стропами. Иван махнул рукой, привлекая ее внимание, и продемонстрировал, за что нужно потянуть, чтобы управлять полетом. Кажется, она поняла его. Через несколько секунд ее парашют тоже изменил направление полета и начал медленно выплывать из голубой мути.

Под ногами кружилась земля. Теперь нужно выбрать точку приземления. Прямо на границе зоны виднелось небольшое строение. Надо постараться добраться туда. Ваня потянул стропы, и парашют послушно изменил курс.

Неожиданно ожил наушник, и сквозь ветер прорвался голос Юки:

— Куда приземляемся?

Ваня мысленно дал себе подзатыльник. Как он мог забыть про наушник?

Он крикнул:

— Вон тот сарай на краю поля!

— Принято! — отозвалась Юка.

— Поняла, — подтвердила Екатерина.

Через несколько секунд в эфире появился голос Наты:

— Хорошо!

Ну что ж… По крайней мере, у них есть связь.

…

Земля ударила по ногам. Ваня споткнулся и упал на живот. Его протащило по земле. Вспомнив инструктаж, он хлопнул по застежке, освобождаясь от тянущих лямок. Парашют, влекомый порывами ветра, сорвало со спины. Ваня остался лежать на земле, пытаясь унять грохочущее сердце. И все-таки это удивительно… Полная реалистичность! Вдруг его обожгло мыслью, что кто-то из противников может приземлиться рядом. На них могут напасть в любой момент! А они совершенно безоружны!

Ваня вскочил на ноги. Нашел глазами девушек, пытающихся разобраться со стропами. Они справятся! Он развернулся и бросился к стоящему неподалеку сараю. Добежав до покосившегося строения, Ваня замер под дверью и прислушался. Кажется, тихо. Дернул ручку. Заперто! Вот блинство!

Он пошел вдоль стены. Заглянул в грязное, покрытое паутиной окно. Ничего не видно. Как же забраться внутрь? Ваня огляделся. Ага… То, что нужно. Сунув руку в крапиву, чертыхнулся и подхватил булыжник, ударил по стеклу. Раздался звон. Теперь вытащить осколки. Быстрее! Нет времени на осторожность. Вот так… Еще удар по деревянному перекрестью. Теперь можно лезть.

Иван с трудом протиснулся в окно. На него пахнуло пылью и затхлой гнилью. Глаза ничего не могли разобрать в навалившейся темноте. Он замер. Вроде никого. Спотыкаясь о какой-то хлам, он на ощупь протиснулся к двери и отыскал щеколду. Эх… Совсем на соплях висит. Нужно было просто дернуть сильнее! Ладно. В следующий раз надо действовать смелее.

Ваня распахнул дверь, и в сарай ворвался теплый летний ветерок. Снаружи уже стояла Юка. Она отпрянула, сжимая кулаки, но, увидев Ваню, улыбнулась.

— Как девчонки? — спросил он.

— Нормально. Уже идут.

Юка шагнула внутрь. Теперь, в свете, бьющем из дверного проема, можно было внимательно осмотреться.

— Рубашка! — обрадовалась Юка, открыв скрипнувшую дверцу покосившегося шкафа.

— О! Штаны! — радостно подхватил Ваня.

Юка надела рубашку и удовлетворенно выдохнула:

— Наконец-то… А то ощущала себя голой! Отвратительное чувство.

Ната с Катей появились на пороге. Они с завистью посмотрели на Юку, примеряющую находку.

Ваня как раз уселся на полуразвалившийся венский стул, чтобы напялить штаны. Но заметил вытянувшиеся лица девушек, и ему стало неловко. Он представил себе, каково это — бегать по лесу в одних ажурных трусиках, и покраснел.

— Вот, — протянул он брюки девчонкам. — Примерьте…

Ната поджала губы. А Катя с благодарностью кивнула:

— Спасибо.

Они продолжили обшаривать сарай.

— Вау! Автомат! — крикнула Юка.

В короткой белой рубашке с закатанными рукавами она походила на привидение. Злобное и опасное привидение с АК-74 в руках. Длинные голые ноги в тяжелых армейских ботинках, выглядывающие из-под рубашки, смотрелись несуразно, но очень соблазнительно. Ваня затряс головой, отгоняя наваждение.

Щелкнул магазин.

— Полный! — удовлетворенно кивнула Юка и передернула затвор.

— Ой! Платьице! — радостно взвизгнула Катя.

Ната с Юкой синхронно повернули головы, разглядывая трофей. Катя держала белое в красный горошек платье с короткими рукавами. Она мгновение поколебалась, но потом повернулась к Нате.

— Хочешь?

Ната скривилась, словно у нее заболел зуб:

— Я не ношу платья! И вообще ничего, что объективирует женщин!

Катя пожала плечами:

— А я надену.

Она уселась на стул и начала стаскивать брюки, затем бросила их Ивану:

— Спасибо!

Ваня покосился на Нату, вздохнул и сунул ей штаны:

— Держи.

Поджав губы, Ната молча взяла их и отвернулась.

В это время Юка продолжала обшаривать помещение.

— Сковородка… — прокомментировала она очередную находку. — И что с ней делать?

Ната, уже натянувшая брюки, подхватила сковороду и несколько раз махнула ей.

— Ничего… — кровожадно усмехнулась она. — Пригодится. Вжарим кому-нибудь по полной!

Юка полезла на чердак:

— Ого! Тут есть рюкзак!

— Кидай сюда! — крикнул Ваня.

Катя нагнулась и заглянула под шкаф.

— Пистолет! — ликующе провозгласила она, шаря в темноте рукой.

Вытащив оружие, Катя подошла к окну и стала рассматривать находку.

— Эээ… обычный Макаров… — проворчала она с досадой.

Ната хмыкнула:

— Ну, всяко лучше, чем сковородка.

— Не скажи… Сковородкой так зафиндюрить можно, мало не покажется! Помнишь, что говорили на тренировке?

Ваня навострил уши. Из-за того, что три дня провалялся в лазарете, он пропустил часть обучающих занятий и не знал многих вещей, о которых стеснялся спросить.

— Помню… — Катя наморщила лоб и процитировала: — Холодное оружие имеет бонус по нанесению увечий и всякие дополнительные эффекты типа оглушения…

— Ага. Не бойся пули, а бойся ложки. Один удар — и череп в крошки! — продекламировала Катя. — А тут целая сковородка! Красота!

Прислушиваясь к разговору девчонок, Ваня развязал рюкзак и заглянул внутрь. В рюкзаке обнаружились три банки китайской тушенки «Великая стена» и две ватно-марлевые повязки.

Юка спрыгнула со стула и отряхнула руки.

— Все! Больше тут ничего нет! — объявила она. — Нужно…

Договорить она не успела. Где-то вдали громыхнул выстрел, а затем прострекотала автоматная очередь. Все застыли, вслушиваясь в отдаленную пальбу. Но вскоре стало тихо. Через разбитое окно доносился лишь шелест ветра и пение птиц.

Охватившую отряд веселость моментально сдуло. Они тревожно переглядывались.

— Нужно бы поставить часового, — наконец сказал Иван.

— Да чего сейчас ставить! Нужно двигаться и искать еще оружие! С этим мы много не навоюем! — заявила Ната.

Катя осторожно подошла к окну и выглянула, сжимая в руках пистолет.

— Никого не видно… — прошептала она.

Знаете, что? — сказала неожиданно Юка. — Нам нужно выбрать командира и договориться выполнять все его приказы. А то мы ничего не можем решить: куда идти… что делать…

Катя осторожно поддакнула. Ваня почесал затылок и кивнул.

Ната махнула сковородкой:

— Согласна.

Все снова замолчали, выжидающе глядя друг на друга.

— Ну, кого выберем? — спросила Ната тоном, подразумевающим однозначный ответ.

Но казалось, Юка не поняла ее намека.

— Предлагаю Ваню! — сказала она.

— Я тоже, — поддержала Катя.

— Но… — начал было Иван, однако Наташа оборвала его:

— Погодите! Этот вопрос надо обсудить!

— А что тут обсуждать? — пожала плечами Юка. — Ваня проявил себя еще на тренировке, когда бросился нас защищать. И сегодня в баре он тоже не испугался…

— И тебе помог в вертолете, — поддакнула Екатерина, глядя на Нату.

— Но… — с сомнением повторил Ваня, — я не уверен, что из меня получится хороший командир… Я никогда никем не руководил. И вообще… Если Ната хочет…

Снова раздались выстрелы. На этот раз гораздо ближе.

Ваня изменился в лице.

— Черт возьми! Выходим, быстро! — прошипел он, подхватил рюкзак и толкнул дверь.

…

Оказавшись на улице, Ваня прислушался. Ничего не слышно. Кажется, выстрелы доносились откуда-то слева. Нужно уходить в другую сторону. Он бегло осмотрел девчонок. Они, конечно, выглядели довольно дико. Белая рубашка с закатанными рукавами и торчащие из-под нее голые ноги. Потертые, обвисшие на коленях штаны, из которых выглядывал изящный женский торс с полупрозрачным кружевным бюстгальтером и сковородкой в руках. И, наконец, белое платье в красный горошек.

Художник Николай Захваткин

— Ты, кажется, хорошо стреляешь? — спросил Ваня Екатерину.

Та развела руками:

— Надеюсь…

— Возьми у Юки калаш.

— Но я из винтовок…

— Стреляй одиночными!

Юка скривилась, но послушно отдала автомат. Макаров Ваня взял себе.

— Всё! Идем! Я впереди. Дайте мне отойти метров на двадцать и выдвигайтесь следом. Катя пусть меня прикрывает. Юка с Натой замыкают. Если начнется стрельба — бегите.

Ваня крадучись двинулся вперед вдоль кольца зоны, сжимая пистолет в руке.

…

Они двигались несколько минут. Вдруг Ваня заметил какую-то фигуру впереди, резко пригнулся и предупреждающе поднял руку. Девушки остановились и присели на корточки.

Ваня осторожно вытянул шею, пытаясь разглядеть неизвестную опасность.

Кажется, там кто-то стоит. Что делать? Отступать? Или, наоборот, воспользоваться преимуществом неожиданности? Он снял «макаров» с предохранителя и поманил Катю. Та осторожно приблизилась, держа калаш на изготовку.

— Вон, видишь? — прошептал он ей на ухо.

От Кати пахло ванилью. Длинные белые волосы щекотали нос.

— Да, — кивнула девушка и взяла неподвижную цель на мушку.

— Подожди. Не стреляй. Что-то тут не так. Почему он стоит на месте?.. Я подберусь поближе…

Катя опять кивнула.

Ваня осторожно пополз вперед. Адреналин кипел в крови. Его трясло от возбуждения и страха. Главное, не торопиться…

Действительно, под деревом кто-то неподвижно стоял. Словно затаился в засаде. Ваня прицелился… Нет! Стоп. Не надо спешить… От подозрительной фигуры в кусты тянулись какие-то веревки. Что это? Иван еще раз огляделся. Нет. Точно, поблизости никого. Он взял человека на мушку и прыгнул вперед. Фигура не шелохнулась.

Пробежав десяток шагов, Ваня изумленно замер перед застывшим игроком. На нем были черные шорты и голубая толстовка. Ваня прищурился, разглядывая уровень здоровья противника — 100 %. Человек спокойно дышал, глядя прямо перед собой, и даже не пытался сдвинуться с места. С его плеч свешивались стропы парашюта, запутавшегося в кустах.

Ваня посмотрел в сторону Кати. Ее не было видно — отличная маскировка! Он призывно махнул рукой.

Вскоре весь его отряд собрался возле странной фигуры. Впрочем, Юка стояла чуть поодаль, напряженно оглядывая окрестности.

— Ааа… — усмехнулась Ната. — Нам про таких рассказывали. Это отключившийся. Точнее, его поставили на паузу. На границе зоны таких часто можно найти. У обычных игроков, которые платят деньги, остается связь. Может, ему кто-то в реале позвонил или вызвал куда-нибудь А может, просто команда не понравилась или локация. Вот он и вышел из игры. Они могут выйти в любой момент. В отличие от нас…

— Так и что с ним делать? — озадаченно спросил Иван.

— Ну как что? Каждый убитый приносит бонусные очки. — Давай!

Ваня поднял пистолет и прицелился. Ему стало не по себе. Было страшно и неестественно целиться в беззащитного человека, который, казалось, был погружен в серьезные раздумья, отрешившись от мелкой мирской суеты.

— Давай, стреляй! — подбодрила его Ната.

— Нет! Подождите! — Ваня опустил пистолет. — Если я выстрелю — нас услышат. Да и патроны жалко. У нас всего один магазин.

— Хм… А ты прав… — согласилась Ната.

Ваня испытал какое-то детское облегчение.

— Да-да. Пойдем дальше!

— Эй! Не так быстро! А сковородка у нас на что? — усмехнулась девушка. — Тебе, может, бонусные очки не нужны, а мне пригодятся!

С этими словами Ната замахнулась сковородой и с размаху врезала застывшему мыслителю по лбу. Тот беззвучно грохнулся на колени. Его шкала здоровья уменьшилась до 70 % и пожелтела.

— Класс! — самодовольно рассмеялась Ната. — Давно мечтала какой-нибудь контосомрази так вмазать.

Она ударила еще раз. И еще. Из разбитой головы жертвы хлынула кровь, впрочем, это не согнало с его лица выражение глубокой сосредоточенности. Он все так же философски взирал на бренную тщету мира.

Наконец у избиваемого остался один процент жизни. Он повалился на траву, глядя в вверх остекленевшими глазами. Над ним не было ничего уже, кроме неба, — высокого неба, не ясного, но все-таки неизмеримо высокого, с тихо ползущими по нему серыми облаками.

— Ну что ж. С почином! — заключила Наташа и нанесла последний удар.

Бездыханное тело лежало на земле.

— Вот блинский еж! Футболку кровью забрызгала! — проворчала Наташа и вопросительно посмотрела на Ваню. — Шорты возьмешь?

— Эээ… — Ваня был настолько шокирован происходящим, что не сразу нашелся, что ответить.

— Ну, как знаешь! — Наташа стянула с трупа футболку и пару раз энергично встряхнула.

Капли крови разлетелись в разные стороны.

— Пониженный процент пачкучести — классная штука! — прокомментировала Ната, натягивая футболку. Потом оценивающе посмотрела на голые Ванины коленки. — Ладно… Давай я надену шорты, а тебе брюки.

Ваня растерянно кивнул.

— Ну так снимай с него, чего стоишь? Или помочь?

— Спасибо, я сам, — выдавил Ваня и перевернул труп на живот.

Глава 10

1

Выбрав укромное местечко под деревом в окружении густого кустарника, Ванин отряд склонился над картой, намечая план дальнейших действий. Карта была бумажной, но отражала обстановку в режиме реального времени. Большой синий круг к северу от их местоположения очерчивал локацию, куда им следовало попасть в течение ближайшего часа. К счастью, граница этого круга располагалась всего в пятистах метрах от их текущего положения и можно было не торопиться.

Ваня пропустил большую часть занятий в учебке, и теперь подробно расспрашивал девушек.

— С какой скоростью сжимается поле?

— Зависит от того, где находится новый центр безопасного района, — терпеливо объясняла Юка. — Новый центр сжатия выбирается рандомно.

— Это как?

— Вот, видишь… — она ткнула пальцем внутрь синего круга, — сейчас зона начнет сжиматься вокруг этого центра. Этот маленький круг внутри большого — новая безопасная зона. Но ты сам видишь — их центры не совпадают. И угадать новый центр — невозможно. Это сделано специально, чтобы игроки не отсиживались в одном месте, а активно передвигались по карте. Из-за того что центры старой и новой зоны не совпадают, скорость сжатия на разных участках отличается.

— Нам говорили, что максимальная скорость сжатия зоны — три метра в секунду, — вставила Катя. — Теоретически можно успеть, если бежать со всех ног.

— А зона сжимается постоянно?

— Нет. Это цикличный процесс. Пятнадцать минут сжимается, затем стабилизируется. После этого игроки увидят центр очередного сжатия, и у них будет сорок пять минут на выбор новой позиции. Вначале битвы у игроков много пространства, и, если повезет, первые несколько часов можно вообще не двигаться, а заниматься сбором снаряжения…

— Понятно… — Ваня задумчиво чесал затылок. — А сколько всего циклов сжатия?

— Теоретически — сколько угодно. А практически — через двадцать четыре часа остается пространство в пятьсот квадратных метров. Там уже просто негде прятаться двум отрядам, и они расстреливают друг друга в упор.

Ваня поморщился.

— Да… Блин… А можно узнать, сколько сейчас в игре живых игроков?

— Конечно, — Юка продемонстрировала экран своих часов. — Вот здесь, в углу. Видишь? В живых осталось 84 человека. А вот это — состояние здоровья каждого из игроков твоего отряда. У вас с Натой, кстати, 98 %. Вы выходили за границу зоны?

Ваня вспомнил обжигающее прикосновение голубого поля, и его передернуло.

— Да, — он недовольно покосился на Нату.

— Это еще цветочки… — невозмутимо прокомментировала Юка. — В начале игры зона бьет слабо. А вот в конце — болезненность и урон вырастают в десять раз. Так что за границу зоны выйти практически невозможно.

— А я слышала, можно вколоть себе несколько порций стимулятора… — задумчиво сказала Катя. — Это снижает болевой порог и уменьшает урон, наносимый зоной.

— Для начала этот стимулятор нужно где-то найти, — вставила Ната.

Ваня кивнул. По всему выходило, что отряд, который хочет выжить и победить, должен активно двигаться и обследовать местность. Без оружия, лекарства и снаряжения они фактически обречены.

— Ну что ж… Пора идти. Предлагаю исследовать вот эту постройку внутри новой зоны, — Ваня ткнул пальцем в карту.

— Нее, нужно не так, — сказала Юка. И с усилием два раза кликнула на выбранной Ваней цели.

На карте появилась отметка: «Ориентир 1». Раздался синхронный писк на часах каждого члена отряда.

— Компьютер взял азимут. Эта стрелка указывает направление на выбранный ориентир, — прокомментировала Юка. — А цифры — расстояние до цели.

— Спасибо, — Иван сложил карту и спрятал ее в подсумок. Затем осторожно поднялся и выглянул из-за кустов, оглядывая окрестности. — Все тихо. Выдвигаемся в том же порядке, — прошептал он и пошел вперед.

2

Через пятнадцать минут неторопливой ходьбы они достигли намеченной цели и залегли в подлеске, напряженно разглядывая небольшой коттедж, построенный в типично немецком стиле фахверк. Массивные деревянные балки подчеркивали белизну свежеотштукатуренных стен. Крыша была покрыта красной черепицей. Ее венчали резные коньки, словно сошедшие с рекламного буклета «Райффайзенбанка». На подоконниках стояли деревянные ящики с геранью и настурцией. Низкий деревянный забор окаймлял тщательно подстриженный газон. Домик выглядел очень мило и безобидно. Никакого движения внутри дома не наблюдалось.

— Ну что? Идем? — нетерпеливо спросила Ната.

Ваня лихорадочно соображал, как лучше поступить. С одной стороны, хотелось оставить кого-нибудь в резерве — для прикрытия. С другой — у них и так всего два ствола и одна сковородка. Много с этим не навоюешь… Особенно, если противник хорошо вооружен.

Иван еще раз оценивающе оглядел свой отряд. Затем скинул рюкзак с плеч и протянул его Кате.

— Ты остаешься здесь. Держи рюкзак и отдай Юке автомат. Внимательно следи за домом. Если заметишь что-то подозрительное — сообщи. Начнется стрельба — уходи. Понятно?

— Но как же… — начала Екатерина. — Если вас ранят…

— Я сказал, уходи! — прошипел Ваня. — Если понадобится твоя помощь, мы вызовем тебя по рации! Понятно? — повторил он.

Катя поджала губы и кивнула:

— Хорошо.

Художник Николай Захваткин

…

Ваня с Юкой и Натой короткими перебежками стали приближаться к дому. Иван напряженно вслушивался, но шум ветра и шелест листвы заглушали все звуки. Он остановился у калитки, пытаясь рассмотреть какие-нибудь следы на грунтовой дорожке, ведущей к дому. Ничего… Ну ладно. Как там говорил Марк Аврелий? «Смерть нам улыбается в лицо, нам лишь остается улыбнуться ей в ответ».

Поехали!

Ваня дернул ручку. Заперто! Но он уже знал, что делать. С силой пнул дверь ногой, и хлипкая щеколда отскочила. Дверь с треском распахнулась, и Ваня влетел внутрь, держа перед собой пистолет.

Тишина… Кажется, никого нет…

Юка вбежала следом и взяла на мушку лестницу, ведущую на второй этаж.

Ната, прикрываясь сковородкой, вошла последней.

На них пахнуло пылью и какой-то уютной стариной. Словно они попали в сказку братьев Гримм. Интерьер коттеджа выглядел соответствующе. Массивная резная мебель, гобелены, тяжелые шторы на окнах и фарфоровые статуэтки на изящной стеклянной этажерке.

Ваня пересек холл и подошел к высокой белой двери. Юка приготовилась.

Иван резко дернул ручку и отскочил. Опять никого. Похоже, им повезло…

Большая гостиная с огромным круглым столом, покрытым белоснежной скатертью, и шесть стульев вокруг. В углу комнаты возвышался большой камин из беленого кирпича, на котором стояли старинные позолоченные часы. Над камином висела декоративная коллекция холодного оружия.

Ната завистливо присвистнула.

— Красиво живут буржуи!

Ваня прошелся вдоль стен, разглядывая выцветшие черно-белые фотографии, с которых улыбались счастливые, беззаботные люди.

— Даа… Вся наша квартира меньше этой комнаты… — сказал он с досадой.

— Это же виртуалка! — возразила Юка. — Тут можно нарисовать дом любого размера.

— Ты забыла, что рассказывал Паяльников? Все локации воссозданы на основе реальных объектов. Ну представь, какой объем работы нужно проделать дизайнерам, чтоб все это отрисовать? А так… запустил 3D сканер, проехал пару раз по локации, подключил к нейросетке — и готово!

— А дома?

— Ну… Я думаю, вполне можно договориться, чтоб впустили. И тоже сканером пройтись.

Все это время Ната с подозрением разглядывала комнату.

— Знаете, что меня смущает? — спросила она с беспокойством.

— Что?

— Нам говорили, что в каждом доме можно найти оружие… Помнишь, на тренировке? И в учебном бою. И в том сарае… Везде было оружие… А здесь пусто!

— Но мы же всего две комнаты осмотрели, — возразила Юка.

— И дверь на щеколду была закрыта изнутри, — поддакнул Иван. — А тут никаких следов нет.

— Знаете, что… — проворчала Ната, перехватывая сковородку. — Держите-ка дверь на прицеле. На всякий случай…

Ваня кивнул Юке, и та подняла автомат.

Ната начала методично обшаривать помещение. Она нашла несколько платьев, но даже не обратила на них внимание. Ваня шел рядом с ней.

Они заглянули в спальню. Затем на кухню. Везде пусто.

Наконец Ната открыла неприметную дверь с изображением писающего мальчика и чертыхнулась.

— Что такое? — подскочил к ней Ваня.

Ната жестом указала на пол, усыпанный осколками битого стекла. Ваню окатило волной леденящего холода. В этот момент ожила рация.

— К вам идут! — испуганно прошептала Катя. — Двое. Один с дробовиком, а второй с автоматом! И мне кажется, они знают, что вы внутри!

Глава 11

1

— Быстро! — прошептал Ваня, схватив Нату за плечо.

Они бросились в столовую, где осталась Юка.

К Ваниному ужасу, Юка, положив автомат на стол, вертела в руках декоративную катану, которая до этого висела над камином.

— Ты чего? — возмущенно прошипел он.

Но девушка отмахнулась. На ее лице появилась хищная улыбка.

— Она настоящая… — Юка обнажила меч. — И очень неплохая… Работа мастера Фудзивара Канэфуса из Секи.

Ната не глядя сунула сковородку Ивану и схватила оставленный Юкой автомат.

— К нам идут! — прошипела она. И, возможно, кто-то уже в доме!

— Им же хуже! — кровожадно усмехнулась Юка и со свистом рассекла воздух. — Я очень люблю холодное оружие… Не знала, что в игре есть мечи.

— Внимание! Заходят! — крикнула по рации Катя.

Ваня махнул руками, приказывая рассредоточиться.

Ната нырнула под стол. Юка, вжавшись в стену, замерла справа от двери. Ваня встал в углу, держа дверь на мушке, во второй руке он сжимал сковородку, превратив ее в импровизированный щит.

Раздался скрип. Кто-то крадучись спускался по лестнице.

Еще три секунды напряженного ожидания… Дверь с треском распахнулась, и в комнату ворвались двое, непрерывно паля из автоматов. Ваня успел выстрелить два раза, прежде чем его срезало очередью. Простреленную сковородку вырвало из его рук. Он упал, обливаясь кровью. Но сквозь наплывающую на глаза красную пелену Ваня увидел стремительно отточенный прыжок Юки с катаной в правой руке. В полете она полоснула одного из нападавших. Тот упал на колени, схватившись за распоротый живот. Второй нападавший изумленно хлопал глазами, разглядывая проткнувший его насквозь меч. Короткая очередь из-под стола закончила его мучения.

Не останавливаясь, Юка бросилась в открытую дверь, из-за которой уже выглядывали новые противники. Изумленные испуганные крики и беспорядочная пальба. Еще секунда, и все стихло.

— Твою ж налево… — проворчала Ната, вылезая из-под стола.

Ваня, коченея от потери крови и наползающего холода, с трудом повернул руку и взглянул на часы. У него оставалось всего 2 % жизни. Разрывающая боль не позволяла даже сделать вдох. Его охватило одно желание, лишь бы все это быстрее закончилось. Что угодно, лишь бы прекратить невыносимую муку.

Над ним склонились девушки. Юка, прикусив губу, держалась за свое окровавленное плечо. Ната подложила ему под голову какой-то сверток.

— Потерпи… Чуть-чуть потерпи! — захлебываясь бормотала она. — Катя! Быстрее, сюда! Неси рюкзак!

Зажмурившись, Юка привалилась к стене, зажимая рукой рану, из которой ручьем лилась кровь.

— Обыщи этих… — прохрипела она.

Ната бросилась в коридор.

Через несколько секунд она вернулась, держа в руках несколько шприцов!

— Нашла! Нашла! — кричала она, забывшись от радости.

Она коснулась Ваниной щеки:

— Сейчас… Сейчас станет легче…

Зашуршала обертка, и в Ванино плечо воткнулась игла. По телу начало разливаться ватное оцепенение. Индикатор на часах перестал лихорадочно мигать, отсчитывая пульс.

Сделав Ване укол, Ната бросилась к Юке. Теперь Ваня мог разглядеть, что девушка потеряла сорок три процента здоровья. Но она держалась молодцом. Получив лечебный укол, она опустилась на пол и прикрыла глаза.

Громыхнула входная дверь, и в комнату ворвалась Екатерина, сжимая в руках перевязочные пакеты.

— Давай сюда! — скомандовала Ната.

— Может, уже не надо? — выдавил Иван. — Сохраним на будущее.

— Нет! — отрезала Ната. — Нужно остановить кровотечение. Или ты продолжишь терять здоровье. Укол лишь восполняет урон, но не может остановить кровь.

— Хорошо…

Ната задрала Ванину майку и невольно поморщилась. В животе было три огромных отвратительных отверстия из которых хлестала кровь.

— Потерпи… — повторила она и начала прилаживать ватно-марлевую повязку. Катя помогала ей, с ужасом глядя на зияющие раны.

Пока они возились с Ваней, Юка стянула с себя футболку и разглядывала изрешеченное крупной дробью плечо. Кружевной бюстгальтер, измазанный кровью и продырявленный в нескольких местах, казался совершенно абсурдным артефактом на израненном теле.

Закончив перевязывать Ивана, Ната бросилась к Юке.

Катя хотела помочь ей, но Ната сказала:

— Иди наверх и наблюдай, чтобы к нам никто не смог подобраться. А то после нашей пальбы все вокруг уже знают, где мы находимся.

Катя кивнула и подобрала автомат.

— Прикрой входную дверь! — крикнула Ната ей вслед.

Наконец перевязка была закончена. Ната, прищурившись, оценила скорость восстановления здоровья раненых и сделала Ване еще один укол.

Они с Юкой лежали рядом на полу лицом к лицу, прислушиваясь к своим ощущениям и боясь пошевелиться, чтоб не растревожить раны. Время от времени Ваня открывал глаза и тогда мог рассмотреть длиннющие влажные ресницы Юки, сплетенные на кончиках век. Иногда Юка тоже открывала глаза, и он мог видеть пронзительно зеленую плетеную радужку ее удивительно огромных глаз. Несколько секунд они смотрели друг на друга, но потом их веки наливались свинцом и приходилось опять закрывать глаза.

Ната начала изучать трофеи. Первым делом она собрала оружие и патроны и разложила все на белоснежной скатерти, забрызганной кровью. На столе лежали два «м16» с коллиматорными прицелами. Дробовик и револьвер системы Нагана. Три магазина от м16 и один магазин для Калашникова.

Она взяла «м16» и взглянула на приклад. На нем были выгравированы боевые характеристики оружия:

Калибр: 5,56

Убойная дальность: 700 метров.

Чистый Урон: 42

Точность: 0,75

Надежность: 0,85

Ната поморщилась:

— Ерунда, какая-то. Наш калаш и то лучше!

Дробовик:

Калибр: 12

Убойная дальность: 100 метров.

Чистый Урон: 83

Точность: 0,3

Надежность: 0,7

— Мда… Только для ближнего боя.

Она взяла револьвер, откинула ствол и крутанула барабан, проверяя патроны.

— Двух не хватает…

Защелкали магазины.

Наконец Наташа закончила возиться с оружием и вернулась к обездвиженным телам. Обшарила подсумки и рюкзаки, разложила на столе добычу: еще три шприца со стимулятором, пять перевязочных пакетов и семь бубликов.

— Ну что ж… Жить можно… — подытожила она.

2

Через два часа их отряд осторожно двигался через подлесок, поднимаясь на вершину холма. Не самый удачный маршрут. Но слева их поджимала зона, а справа открывалось большое, поросшее алыми маками поле, где они были бы как на ладони. Оставалось лезть вверх. Через десять минут должно было начаться новое сжатие зоны, и за это время им предстояло преодолеть еще почти пятьсот метров.

Новых противников пока не наблюдалось. Лишь изредка ветер доносил торопливое стрекотание автоматов или глухое чавканье снайперских винтовок. После каждой подобной интерлюдии количество живых противников сокращалось. На данный момент в игре оставалось 57 человек.

Внезапно Юка, шедшая в двадцати метрах впереди, предостерегающе подняла руку. Все присели и замерли, напряженно оглядываясь по сторонам. Тишина. Непонятно, что заметила Юка, и от этого было особенно тревожно. Юка знаком показала оставаться на месте и скользнула в кусты. Вскоре сквозь треск помех и шум ветра из рации пробился ее удивленный голос.

— Вы не поверите… — хмыкнула она. — Идите сюда! Тут все чисто.

Переглянувшись, они двинулись к ней.

Продравшись сквозь зеленые заросли, Ваня увидел Юку, стоящую возле ее находки, и ошеломленно замер. Шедшая следом Ната изумленно присвистнула, а Катя, засмотревшись, споткнулась о корень и растянулась на земле.

— Ежкин кот, — пробормотала Наташа. — Да они издеваются!

В кустах, под сенью огромного дуба стоял большой белый рояль фирмы Fazioli.

Глава 12

Катя поднялась на ноги, отряхнула платье и зачарованно подошла к инструменту. Положила руку на белую лакированную крышку.

— Вот это да! — выдохнула она. — Классная штука.

Она подняла крышку и потянулась к клавишам, но Ната ударила ее по руке:

— С ума сошла?! — воскликнула она. — Тебя же услышат! Сейчас все сюда сбегутся!

Катя ойкнула и смущенно убрала руку.

Ваня взял тонкую брошюру, лежащую на рояле:

— Тут инструкция… Очень странно.

Он принялся листать страницы:

— Так… Корейский, китайский, английский, немецкий… Ага… Вот… — он погрузился в чтение.

Через несколько секунд Ваня изумленно фыркнул:

— Блин! Девчонки, вы не поверите!

— Что?

— Тут написано, что разработчики игры понимают потенциальные проблемы, с которыми в игре могут столкнуться девушки. И для корректировки баланса отряды, состоящие из женщин более чем на 50 %, имеют небольшой шанс обнаружить рояль в кустах!

Ната возмущенно фыркнула:

— Обычный сексизм!

Юка с Катей навострили уши.

— Ну хорошо, а что он дает? — спросила Юка. — Как он может повлиять на баланс игры?

— Сейчас… — Ваня перелистнул страницу и прочел: — Если вы настоящая леди, то без сомнения отлично владеете музыкальными инструментами…

Леди из его отряда хмуро переглянулись.

— Любая девушка, исполнившая без ошибок мелодию на этом инструменте, активирует уникальный навык «рояль из кустов». В будущем вы всегда сможете вызвать рояль, сыграв на воображаемой клавиатуре первые десять аккордов активирующей мелодии. После активации навыка, в место, куда направлен взгляд игрока, падает рояль, нанося урон 99 % всем противникам, попавшим в зону поражения. Внимание! Навык можно использовать только один раз в течение игровой сессии.

Иван опустил брошюру и растерянно посмотрел на своих бойцов.

— Кто-нибудь умеет играть на рояле?

Девушки переглянулись.

— Я умею… Но совсем немного… — неуверенно сказала Катя, — А что нужно играть?

— Гимн Европейского Союза.

— «Оду к радости» Бетховена? — Катя обреченно покачала головой. — Я не сумею…

— Если мы тут на рояле начнем тренькать, все сбегутся и переловят нас, как кроликов! — со злостью проворчала Ната. — Да и сомнительный какой-то навык… Один раз за игру уронить кому-нибудь на голову рояль! Как и когда это можно использовать?

— Ну, не знаю… Если обложат в тесном помещении… Может, и пригодится, — задумчиво сказала Юка.

— Меня уже достала вся эта мизогиния! — сжала кулаки Наташа. — Что это за издевательство!

— Ты точно не сможешь сыграть? — повернулся Ваня к Кате.

Та как раз взяла с пюпитра ноты и пролистала их.

— Здесь даже не облегченный вариант, а полная партитура! — сказала она с испугом. — Я уже несколько лет не практиковалась. Без ошибок и без тренировки… Нет… Я не смогу… Ната права. Своей игрой я только привлеку к нам внимание. Извините…

Ната взяла ноты из ее рук и с пренебрежительным оскалом пробежала их глазами:

— Вот козлы! — проворчала она.

— Кто? — переспросила Юка.

— Да все мужики! Сволочи и козлы! Сексисты и гендерные шовинисты!

Катя, сделав большие глаза, как бы незаметно указала Нате взглядом на Ваню.

Но Ната лишь возмущенно фыркнула.

— Все они козлы!

Было неприятно. Но Иван постарался не обращать внимания.

Он устало махнул рукой:

— Ладно… Нет так нет. Давайте двигаться дальше…

Юка с Катей подняли рюкзаки.

— Хорошо! — неожиданно согласилась Наташа. — Я сыграю!

— Ты умеешь? — недоверчиво переспросил Иван и получил в ответ обжигающий взгляд.

— Ну что ж… Минимум одна настоящая леди у нас в отряде есть! — подытожила Юка и улыбнулась.

Ваня, снова взял брошюру и открыл ее на случайной странице. Он все еще чувствовал обиду на Нату. Хотелось как-то ее проучить.

Сделав вид, что читает инструкцию, он сказал:

— Только здесь написано, что играть нужно в обнаженном виде.

— Что!? — вскипела Ната. — Это уже ни в какие ворота!.. Ну-ка, дай сюда!

Ваня успокаивающе поднял руки:

— Ладно-ладно… Прости, пожалуйста… Я пошутил! — он положил брошюру на рояль.

— Все мужики — козлы! — со злостью повторила Наташа и села за инструмент.

Юка поняла инструкцию и тоже принялась ее листать. Неожиданно она поперхнулась, с сочувствием посмотрела на Нату и протянула ей брошюру.

Та пробежала глазами указанные Юкой строчки и просто взорвалась:

— Сволочи! Сексисты! Извращенцы долбаные!!!

— В чем дело?

Юка взяла инструкцию и прочла:

— …если необходимая для активации навыка мелодия будет исполнена игроком в обнаженном виде, то навык «рояль из куста» будет не только наносить физический урон, но и производить мощное светошумовое воздействие, оглушающее всех противников в радиусе тридцати метров на семь секунд.

— Подождите! — робко возразил Ваня. — Но я же пошутил!

— А извращенцы, которые создали это мизогонистическое гетто, — нет! Потому что все мужики — козлы! — прошипела сквозь зубы Наташа, уселась на табуретку возле рояля и начала стягивать с себя футболку.

Ваня покраснел и отвернулся.

— Ботинки снимать? — сухо спросила Ната у Юки.

Та снова заглянула в брошюру.

— Тут ничего не написано… Но, думаю, лучше снять.

— Понятно… — хмуро проворчала Наташа, развязывая шнурки.

— Эээ… Я буду охранять… — пробормотал Ваня.

— А чего скромничаешь-то? Сам же хотел поглазеть? Скажешь, нет? Все вы одинаковые! — со злостью бросила Ната и швырнула в Ваню тяжелый ботинок.

Ваня неловко увернулся и торопливо отступил. Краем глаза заметив, как Катя подошла к Наташе и успокаивающе обняла ее за плечи.

Отойдя от рояля метров на тридцать, Ваня выбрал позицию, откуда хорошо просматривался склон холма, и лег на землю.

Ожила рация:

— Мы с Катей занимаем оборону. Я пойду вверх по склону, а Катя — в сторону обрыва. Ната начинает через минуту.

— Принято!

Ваня заглянул в окуляр коллиматора, прикидывая оптимальное расстояние для стрельбы с этой позиции, а затем выставил прицел на дистанцию пятьдесят метров.

— Готовы? — сухо спросила Наташа по рации.

— Да! — многоголосым хором отозвался эфир.

— Начинаю.

Ване показалось, что когда Наташа коснулась клавиш, даже ветер утих и обратился в слух.

Над лесом прокатился первый торжественный аккорд. И это было не тихое звучание скромной мелодии. Похоже, что виртуальная среда специально усиливала звук.

Мелодия весело и раскатисто потекла по холму, разлетелась над кронами деревьев, вознеслась к облакам. Музыка поглотила все окружающее пространство. Замолкли птицы, замерли деревья, застыли облака. Ода поднималась все выше и выше, заставляя слушателей цепенеть от радости и восторга.

— Едрищенский паровоз… — хрипло прошептала Юка, но в ее ужасе слышалось изумленное восхищение.

Ната не останавливалась ни на секунду. Ее исполнение было по-настоящему мастерским. Музыка лилась неиссякаемым потоком. От мягких и торжественных аккордов по телу бежали мурашки.

«Alle Menschen werden Brüder… — люди братья меж собой» — вспомнились Ивану несколько слов.

Внизу зашуршали кусты, и на открытое пространство вышли трое.

Черт! Ваня приник к прицелу. Нет… Далеко… Нужно подпустить их ближе.

Это оказались те самые фрицы, что приставали к девчонкам в лобби. Три блондина, потерявшие где-то своего черноволосого приятеля. Они изумленно переглядывались, вслушиваясь в мелодию. Не замечая Ваню, они стали подниматься по склону холма, опустив стволы.

Когда противники оказались на дистанции в тридцать метров, Ваня перевел автомат в режим стрельбы очередями и нажал на спусковой крючок. Ничего! Не понимая, что происходит, Ваня все давил и давил на спуск, но выстрелов не было.

Он случайно взглянул на циферблат своих часов и ошеломленно застыл: там мигала желтая надпись: «Временная блокировка огня. Временная блокировка огня.» Проклятье! Ваня опустил автомат и осторожно выглянул, разглядывая троицу.

Те продолжали подниматься по склону. Что делать? К счастью, кажется, они не заметили его. Ваня решил следовать за ними.

Троица протиснулась сквозь кусты и застыла, видимо пораженная видом обнаженной Наты, играющей на рояле. Ваня притаился сбоку, держа их на мушке. Впрочем, и его взгляд невольно соскальзывал на прекрасную нагую пианистку, чьи руки уверенно летали по клавишам. К Ваниному изумлению, немцы не атаковали. Они начали подпевать! Красиво и торжественно немецкие слова вторили мелодии:

…

Festen Mut in schwerem Leiden,

Hilfe, wo die Unschuld weint,

Ewigkeit geschwornen Eiden,

Wahrheit gegen Freund und Feind,

Männerstolz vor Königsthronen, —

Brüder, gält' es Gut und Blut —

Dem Verdienste seine Kronen,

Untergang der Lügenbrut!

…

Ваня когда-то учил перевод европейского гимна. И он невольно выплыл из памяти:

…

Стойкость в муке нестерпимой,

Помощь тем, кто угнетён,

Сила клятвы нерушимой -

Вот священный наш закон!

Гордость пред лицом тирана

Пусть то жизни стоит нам,

Смерть служителям обмана,

Слава праведным делам!

…

Несколько последних аккордов, и торжественная мелодия затихла. Над белой крышкой рояля появилась надпись:

«Навык активирован».

Ната плавно опустила руки на обнаженные колени и посмотрела в сторону зрителей, которые уже поднимали оружие.

Ваня нажал на спуск и срезал их длинной очередь. Лязгнул затвор, когда автомат выплюнул последний патрон.

Троица лежала на земле, но они еще были живы. Ната вскочила и схватила с крышки рояля дробовик.

— Scheiße… — прохрипел незадачливый зритель, когда голая Ната направила на него ружье.

Громыхнул выстрел, и во все стороны брызнула кровь.

Ната передернула затвор. Еще выстрел и еще. Ната продолжала расстреливать безжизненные тела, выпуская один патрон за другим. Ее лицо, грудь и живот были покрыты брызгами крови. Огромные алые капли растекались по обнаженному телу уродливыми красными кляксами.

Ваня невольно отшатнулся. Уловив его движение, Ната резко повернулась, направив на него дробовик. Ее глаза блестели безумным блеском на перекошенном злобой лице. Ваня похолодел. Их глаза встретились.

Несколько бесконечно долгих секунд Ната жгла его взглядом. Ваня зачарованно смотрел на ствол направленного в его живот дробовика и ждал, когда оттуда полыхнет пламя выстрела. Но Ната сумела взять себя в руки и отвела ствол.

В этот момент позади девушки раздался сухой треск автоматной очереди. Это ожил «м16» со стороны северной позиции. Через секунду к ней присоединился веселый лязгающий лай калаша, несущийся с того краю, где засела Юка.

Ваня развернулся и шмыгнул в кусты. Пробежав несколько метров, он примостился под деревом и взял на прицел пологий склон, убегающий вниз.

Через минуту в наушнике раздался голос Наты..

— У нас неплохие трофеи, — сказала она с легким торжеством. — Снайперская винтовка с восьмикратным прицелом, еще один «м16» и АК-74. Несколько гранат и патроны.

— Что за винтовка? — заинтересовалась Катя.

— Эээ… сейчас… kar98k… — сказала Ната, полязгивая оружием. — На вид старье какое-то…

— Каряк, — прокомментировала Екатерина. — Хорошая штука.

— Что у вас случилось? — спросил Иван. — Что за стрельба?

— На меня вышла парочка каких-то идиотов. Видимо, меломанов… — сказала Юка. — Но, представляешь, пока Ната играла на рояле, я не могла стрелять. Пришлось ждать…

— У меня было то же самое… — сказала Катя.

— Может, мы инструкцию невнимательно прочитали? — с сомнением спросила Юка.

— Не важно! — отрезал Иван. — Так что с ними стало? Вы их убили?

— Нет… — с досадой проворчала Юка. — Одного я ранила, но они смылись, куда-то на северо-восток.

— Мои тоже смылись, — отозвалась Катя. — Как бы они нас не обошли…

Ваня ощутил беспокойство:

— Отходим к роялю. Собираем трофеи и уходим!

— Хорошо!

— Поняла!

Ваня последний раз пристально оглядел покрытый редким лесом склон и двинулся к девушкам.

Глава 13

1

Когда стемнело, Ванин отряд вышел к небольшой деревушке в центре карты. Ноги гудели от долгой безостановочной ходьбы. Тяжелые лямки рюкзака оттягивали плечи.

По Ваниным расчетам получалось, что даже после нескольких предстоящих сжатий зоны этот поселок останется внутри безопасного района. По всему выходило, что это отличное место для ночлега. Ваня покосился на часы, проверяя число оставшихся в живых игроков. Последние пару часов эта цифра не менялась, застыв на значении 32. Значит, где-то в округе шастало еще двадцать восемь вооруженных до зубов головорезов. И все они должны были задуматься о ночлеге. Стоило проявить особую осторожность.

Они засели в кустах на краю поля, изучая местность. Катя, прильнув к окуляру, рассматривала расплывающиеся в сумерках постройки.

— Неужели ты что-то видишь в этой темноте? — удивилась Наташа.

— Диаметр основной линзы гораздо больше диаметра зрачка, а значит, собирает намного больше света, — пояснила Катя, не отрываясь от прицела.

— Хочешь сказать, что изображение в прицеле светлее? — изумилась Ната.

— Конечно… — начала Екатерина, но тут же осеклась. — Стоп! Дом возле церквушки. На девять часов. На втором этаже. Кажется, что-то есть…

Весь отряд моментально бросился на землю и затих. «Да… — невольно подумалось Ивану. — Этот день не прошел зря. Отряд постепенно становится слаженной и сплоченной командой».

— А может, показалось… — прошептала Катя через пару минут напряженного вглядывания в темноту.

Ваня задумчиво почесал затылок. Еще десять минут — и даже светочувствительная оптика ее винтовки станет бесполезна. Он еще раз внимательно оглядел окружающий пейзаж. Все тихо. Лишь треск цикад и тонкий писк летучих мышей, вылетевших на ночную охоту.

Он выбрал высокий двухэтажный коттедж на краю поселка, стоявший немного в отдалении:

— Посмотрим вон там. Прикрывай нас, — сказал он Екатерине.

Катя оставалась позади, готовая открыть со своей позиции снайперский огонь.

Ваня наметил маршрут:

— Двигаемся как раньше. По очереди, перебежками. Идем вон до того дерева. Потом к забору. И до сарая. Я первый…

Ната возмущенно фыркнула:

— Ох уж эти самцы! Гонимые инстинктом, норовят быть первыми! Чего ты вперед лезешь? Мог бы, как джентельмен, уступить даме… — впрочем, Ната огрызалась скорее по инерции, без огонька и задора.

— Хорошо, что я не джентльмен, а командир… — холодно ответил Ваня и продолжил: — За мной Юка, потом Наташа. Когда всё проверим — вызовем тебя. — Он повернулся он к Кате. — Всем все понятно?

Девушки кивнули.

— Поехали!

…

Возле дверей коттеджа Ваня остановился. Теперь-то он знал, что даже запертый изнутри дом может содержать неожиданные сюрпризы. Он отправил Юку с Наташей проверить окна первого этажа.

— Видишь входную дверь? — спросил он у Кати.

— Да. На мушке.

— Отлично. Я попробую забраться на второй этаж. Смотри, чтобы нас никто не потревожил.

Ваня скинул рюкзак, закинул за плечи автомат и, повернув за угол, проверил на прочность виноградную лозу, вьющуюся по стене. Должна выдержать!

Из-за угла появилась Ната.

Ваня вопросительно поднял брови. Девушка кивнула и показала жестом, что все ок. Ваня махнул в сторону стены. Ната поняла без слов. Она сцепила ладони замком и сделала упор. Ваня оперся коленом на ее руки, уцепился за гибкую лозу и подтянулся, ощущая, как Ната подталкивает его. Стараясь не шуметь, Ваня влез на небольшой балкончик и заглянул сквозь мутное стекло. Ничего подозрительного… Он снял с плеча автомат и перелез через ограду. Скрипнула балконная дверь, когда Ваня протиснулся внутрь комнаты.

Ничего подозрительного. Вокруг был идеальный порядок. На полу демонстративно лежал АК-74 и два полных магазина. Оружие на месте… Похоже, в доме действительно никого не было с начала игры.

— Юка? Как у тебя? — спросил он вполголоса.

— Все окна заперты и целы, — отозвалась она.

— Все чисто, — подтвердила Ната.

Ваня хотел позвать их в дом, но все же решил сначала проверить первый этаж.

Было очень тихо и темно. Осторожные Ванины шаги гулким эхом катились по мрачному коридору, когда он крался по лестнице. В холле тоже никого не оказалось. На полу Ваня обнаружил ТТ и перевязочный пакет с бутылкой колы.

Он потянулся к ручке входной двери и замер. Щеколда была сорвана. Ваня вздрогнул. Что-то не так. Он опустил глаза. И скорее ощутил, чем заметил какой-то небольшой предмет в простенке у двери. Ваня присел и наконец сумел разглядеть растяжку, идущую к закрепленной в углу гранате.

— Вот черт! — невольно вырвалось у него.

— Что такое? — отозвалась рация.

— Дверь заминирована!

Повисло молчание. Ваня напряженно думал.

— Что делаем? — спросила наконец Юка. — Проверяем другой дом?

— Нет, — Ваня наконец принял решение. — Пусть остается. Я вам открою окно. А растяжку оставим для гостей.

— Неплохая идея! — отозвалась Юка.

* * *

Через пятнадцать минут отряд расположился в той спальне второго этажа, куда Ваня проник через балкон. Он решил, что хорошо иметь дополнительный маршрут для отступления.

Над деревушкой повисла полная луна, освещая мрачные силуэты домов холодным мертвенным светом. Видимость стала значительно лучше. Юка стояла у окна, разглядывая переулок. В руках у нее был бублик и бутылка колы. Она сделал большой глоток и невольно закашлялась.

— Первый раз в жизни пробую эту гадость! — проворчала Юка, переведя дыхание.

— Вот странно… — отозвалась Катя. — Если мы сейчас в вирте, а ты никогда прежде не пробовала колу, как ты можешь ощущать ее вкус?

— В смысле? — не поняла Юка.

— Ну, как ты можешь понять, что вкус виртуальной колы совпадает с ее реальным вкусом?

— Это, кстати, мощный аргумент в пользу того, что мы целиком не живем в виртуальной реальности, как думают некоторые, — прокомментировал Иван.

— Не поняла, какой аргумент?

— Ну… вкус пищи, напитков… Да и вообще, вся наша жизнь… Ведь теоретически создателям всеобщей виртуалки ничего не стоило всех сделать богатыми, здоровыми и счастливыми. Им-то без разницы… Да и еда могла бы быть в целом повкуснее…

— Угу. Если только создателям всего это безобразия нужны наши страдания… — проворчала Ната. — Съела один раз в жизни идеально вкусное пирожное, а потом всю жизнь мучаешься в поисках чего-то подобного. Сплошной сволочизм.

Ната демонстративно разломила свой бублик и впилась в него зубами.

— Ладно… — сказал наконец Ваня, прерывая воцарившееся молчание, перемежаемое аппетитным чавканьем. — Нам нужно отдохнуть. Предлагаю поспать. Рассвет через пять часов. Он подошел к окну, пытаясь разглядеть в лунном свете бумажную карту.

— Мы сейчас почти в центре. Думаю, за это время зона не захватит наш район. Но если что, часовой нас разбудит. Я дежурю первым, потом Юка, Катя и Наташа.

— Опять первый? — возмутилась Ната.

Ваня вздохнул:

— Ладно. Если хочешь, можешь дежурить первой. Но мне кажется, что ты совсем устала и валишься с ног. Может, лучше поспишь?

Ната дернула плечом.

— Обойдусь без твоей снисходительной заботы.

Иван кивнул.

— Ну, как знаешь…

— Знаю, не хуже некоторых!

— Ах, да! — спохватился он. — Еще хотел обсудить с вами вот такой вопрос. Вы назначили меня командиром, но что, если меня убьют?

— Одним контосомером станет меньше!

— Ну, это понятно… Но мне кажется, нужно обговорить очередность командования.

— Ты командир, ты и назначай заместителя, — отозвалась Юка.

— Хорошо. Тогда, своим заместителем я назначаю Нату. Есть возражения?

Девушки переглянулись.

— У матросов нет вопросов, — улыбнулась Катя.

Ната просто кивнула.

— Тогда ложимся спать!

Ната встала, закинула на плечо автомат и села на стул возле окна.

Ваня озадаченно огляделся. В комнате была всего одна кровать.

— Я пойду в соседнюю спальню.

— Нет! — категорически возразила Юка. — Нам не стоит разделяться.

Секунду Ваня сомневался, не стоит ли применить свои командирские полномочия, но потом решил, что Юка права.

— Ладно… Поищу, что можно постелить на пол.

— Не занимайся ерундой! — нахмурилась Катя, уже сидевшая на кровати. — Мы тут спокойно все поместимся. И одеяло всего одно.

— Или ты нас боишься? — нарочито нахмурилась Юка.

Ваня неловко улыбнулся. Ната фыркнула, но промолчала.

Через пару минут Ваня, неловко примостившись с краю кровати, рассматривал профиль Наташи, настороженно глядящей в окно. На его груди лежала рука Кати, которая уже сладко посапывала, прижавшись к нему. Было тепло и приятно. В голову лезли разные мысли. Он ворочался, пытаясь отыскать удобное положение, потом плюнул на условности и положил руку на мягкий Катин бочок. Она улыбнулась во сне и потерлась щекой о его плечо.

2

Ночь была беспокойной. Сначала Ване не давало уснуть то, что Катя горячо дышала ему в ухо. Потом, смирившись с ее волнующей близостью, он начал размышлять о странном феномене сна в виртуальной реальности. Возможно ли здесь полноценно выспаться или это такая же иллюзия, как и все вокруг?

Юка постоянно тянула одеяло на себя. Ваня мерз и все крепче прижимался к Кате. Незаметно для себя он все же уснул. Но в его голове, сквозь зыбкий сон, постоянно крутилась мысль, что скоро нужно вставать. Он недовольно жмурился, надеясь урвать еще секунду теплого забвенья. Наконец он провалился в глубокое забытье.

Острая боль внезапно разорвала его тело. В ушах звенело. Рот был полон крови. Ваня попытался вдохнуть и с ужасом ощутил, как потоки крови заливают горло, проникая в легкие и не давая сделать очередной вдох. Первое, что он увидел, распахнув глаза, — огромный нож, торчащий из его груди. Лезвие прошло насквозь и пригвоздило его к мягкому матрасу. Ваня уже не мог шевелиться, лишь вращал глазами, огромными от ужаса и боли, пытаясь понять, что происходит вокруг.

Глава 14

Наконец ему удалось чуть наклонить голову, и в мертвенно-бледном лунном свете он сумел разглядеть Нату. Она лежала возле стены. На ее шее была огромная резаная рана, из которой пульсирующим потоком била кровь.

Она была еще жива. И смотрела перед собой остекленевшим взглядом. Ее индикатор жизни показывал лишь 2 %. И Ваня с ужасом осознал, что Ната так и останется долго и мучительно умирать. И будет тонуть в боли бесконечные тридцать минут. Если никто не сжалится и не пристрелит ее раньше. Впрочем, его самого ждала та же участь.

Рядом шла ожесточенная борьба. Кровать тряслась, и каждое ее движение отдавалось разрывающей болью в Ваниной груди. Но вот все затихло. Ваня собрал последние силы, пытаясь разобрать, о чем говорят темные силуэты рядом.

— Do you really want to kill them now? (Ты действительно хочешь их прикончить?)

Иван поднял мутный взгляд и попытался сфокусироваться на говорящем.

— Look at them. They are very nice chicks! Aren’t they? (Посмотри. Какие клевые телочки!)

— Ya… Cool. But we are going to leave! (Да… Класс! Но нам пора валить!)

— Wow! Green marks! I like it! (Ого! Зеленые галочки! Мне это нравится!)

— Me too, bro. Me too… (Мне тоже, чувак. Мне тоже…)

— I think we can spend a couple of minutes. (Думаю, мы можем потратить пару минут.)

— Ya… But a couple of minutes may not be enough. (Да… Но боюсь, что за пару минут мы тут не управимся.)

Раздался дружный смех.

Кого-то из девушек рядом схватили и стащили с кровати. Кто-то включил фонарь.

— Are you nuts? We'll be spotted! (Ты с ума сошел? Нас же засекут?)

— No worries. The indicator shows that there's nobody here in a radius of eight hundred meters. (Не боись. Индикатор показывает, что здесь никого нет в радиусе восьмисот метров.)

— Wait till you're banned! (Дождешься, что тебя забанят!)

— I don't give a shit! I'll create a new account. Did I spend forty cryptobucks for nothing? (Пофиг! Новый аккаунт заведу. Не зря же я сорок криптобаксов потратил?)

Прыгающий луч тактического фонаря осветил Юку со связанными за спиной руками. Ее белая футболка была разорвана и заляпана кровью. Лоб рассекала огромная ссадина — ее явно ударили чем-то тяжелым. Юка с трудом стояла на ногах. У нее оставалось всего 17 % хп. Еще несколько секунд возни, и рядом с Юкой оказалась Катя. Уровень ее здоровья показывал 23 %. Она в изнеможении прислонилась к стене.

Художник Николай Захваткин

Луч фонарика скользнул по девушкам, задержавшись на их голых, исцарапанных, измазанных кровью ногах. Раздался одобрительный свист.

— Nice! Very nice! (Хорошо, очень хорошо!)

Затем луч света вырвал из темноты истекающую кровью Наташу.

— Hell, what's going on here? The whole squad of such cute hotties and some strange nerd in the same bed?! (Что, черт возьми, здесь творится? Целый отряд таких милых цип и какой-то странный задрот в одной кровати?!)

— Do you see these morons are from the service team? (Ты видишь, что эти идиоты из сервис-команды?)

— Hinting they can't get out? (Намекаешь, что они не могут выйти?)

— Right. (Ага.)

— Cool! (Класс!)

— You wanted to hang out on the first level. (Ты же хотел поразвлечься на первом уровне.)

Один из нападавших оценивающе посмотрел на Юку.

— I like this chick but she has only 17 % left. It'd be boring and unsportsmanlike. (Эта телочка мне нравится, но у нее всего 17 %. Это будет неспортивно и скучно.)

— Right on. (Согласен.)

Зашуршали аптечки, и Юка с Катей получили лечебные инъекции.

— We'd better plug something in their mouths. Otherwise they'll start yalling… (Надо бы им рот чем-то заткнуть. А то начнут сейчас вопить…)

— Screw that. There's nobody close. Let'm yall. It's even more interesting. (Забей. Тут никого нет поблизости. Пусть вопят. Так даже интереснее.)

— What's wrong with this one? (А что с этой?)

Темный силуэт присел на корточки возле Наты и осветил ее фонарем.

— Fuckingshit, Joe. You wiped her that much that I don't understand if there's any sense to bring her round or it'd be better swatt her for the girl not to struggle. (Черт возьми, Джо! Ты ее так располосовал, что я даже не могу понять, имеет смысл ее приводить в чувство или лучше просто шлепнуть, чтобы не мучилась.)

— Do you think two of them won't be enough? (Думаешь, нам не хватит двоих?)

— Please, help her! — выдавила Катя сквозь кашель. (Пожалуйста, помогите ей!)

— Do you know English? (Знаешь американский?)

— A little bit. (Немного.)

— Good girl… Why on earth shall we help your mate? (Хорошая девочка… И почему мы должны помочь твоей подружке?)

— I don't want her to struggle. You must see that she cannot get out of the virt herself. (Я не хочу, чтобы она мучилась. Вы же видите, что она не может выйти из вирта сама.)

Фигуры в темноте расхохотались:

— We do, pussy! We do! (Видим! Видим! Мы все видим, крошка!)

Ваня снова сфокусировался на Нате. Он заметил, как ее пальцы, сведенные судорогой боли, беспомощно скребут пол.

— Anyway. In case we help her, what would you do for me? (Хорошо. Если мы ей поможем, что ты для меня сделаешь?)

— Anything you want. (Все что захочешь.)

— Wow… — по компании прокатилась волна недоверчивого смеха.

— Listen, Mark. I'm sure it's worth it. We have up the wazoo of all these kits and simulants! It's not a pity for such a thing. (Слушай, Майк. Мне кажется, оно того стоит! Аптечек и стимуляторов у нас дофига. Не жалко на такое дело.)

— Ah, by the way, cutie, — тот, которого назвали Майк, подошел к Кате и схватил ее за подбородок, — Do you know what the beauty of simulants in Roal? (А кстати, милашка, ты знаешь, в чем прелесть стимулятора в Роялке?)

Катя помотала головой.

— The beauty of the simulator is that health is not the only thing it restores! — Майк захохотал. — You feel me? So we'll have a blast till the morning together! (Прелесть стимулятора в том, что он восстанавливает не только здоровье! Сечешь? Так что до утра мы тут с вами оторвемся по полной!)

Катя испуганно дернула головой. Она с трудом разбирала обращенные к ней слова.

Майк резко рванул ворот ее платья, разрывая тонкую ткань. Катя вскрикнула и отшатнулась, но Майк схватил ее за длинную косу и притянул к себе.

— But you promised me anything I want! (Ты обещала все, что я захочу!)

Он сорвал с нее кружевной бюстгальтер.

Катя зажмурилась.

— If you'll just lie here it wouldn't be interesting. (Если ты будешь стоять как бревно, будет неинтересно!)

Ваня собрал последние силы и захрипел, изо рта пошла кровавая пена.

Майк обернулся.

— Damn. This half-corpse annoys me, — он вытащил из кобуры револьвер и навел его на Ивана. (Твою ж мать. Этот полутруп меня раздражает).

— Come on, dude. Let him watch. He'll do around twenty minutes. It's even cooler! — остановил его приятель. (Ты чо? Чувак? Пусть позырит. Минут двадцать он еще протянет. Так же прикольнее!)

Майк задумчиво играл револьвером.

— Hm… You must be right… Let him enjoy. (Хм… Возможно, ты прав…Ну, пусть полюбуется.)

Он сунул руку под подол изорванного платья, щупая Катино бедро, и плотоядно оскалился. Катя зажмурилась и закусила губу.

Несколько долгих секунд она боролась с собой. Вдруг на ее лице появилось подобие улыбки.

— I like it, — выдавила она. (Мне нравится.)

По темным фигурам прокатилась волна энтузиазма.

— I’m a lesbi and have never felt something like this…(Я лесби… И раньше я не ощущала ничего подобного…)

По комнате прокатился изумленный вздох.

— Wow!

— Cool!

— Yes, baby!

— But my besty… I wish she felt the same, — И Катя издала очень волнительный стон. (Но моя подруга. Я хочу, чтобы она почувствовала тоже самое…)

— NP, baby! Three whores are much better than two, right? (Без проблем, детка! Три телочки гораздо лучше, чем две!)

Майк склонился над Натой и сунул ей в лицо фонарь:

— Will you be an obedient girl or you want to continue dying slowly? (Будешь послушной девочкой или хочешь и дальше медленно подыхать?)

Ната захрипела.

— Well, let's say it's the agreement! — (Ну, будем считать это согласием!) хохотнул тот, которого звали Джо. С этими словами он вытащил шприц и воткнул Нате прямо в ее зияющую рану.

Она дернулась и застонала.

Четверка нападавших весело заржала.

— She definitely likes it! — прокомментировал тот, что стоял у двери. (Ей это нравится!)

Сквозь наползающую пелену Ваня видел, как индикатор здоровья Наты стал медленно желтеть. Вот ее взгляд стал более осознанным. Ногти перестали беспомощно царапать паркет, руки поползли по полу, отыскивая правильное положение.

Джо схватил ее за волосы и заглянул ей в лицо:

— Are you really lesbi? Yea… I see… Girl you’ll become a woman soon… — нарочито пропел он. (Ты действительно лесби? Да… Вижу… Детка, скоро ты станешь настоящей женщиной!)

Его приятели прыснули.

Пальцы Наты за скользили по воображаемым клавишам. Аккорд. Еще аккорд. И еще…

Ваня зажмурился.

Три… Два… Один… Ничего…

Из последних сил Ваня открыл глаза.

Джо и его приятель протащили Нату по полу и стали срывать с нее одежду.

Отчаянно вытянув руки, она снова и снова колотила пальцами по полу, пытаясь оживить беззвучные ноты.

«Alle Menschen werden Brüder…» (Люди братья меж собой…) — прошептал Ваня окровавленными губами.

Ната подняла голову и с вызовом посмотрела в глаза врагу.

Раздался невообразимый грохот. Материализовавшийся под потолком рояль с неестественным ускорением грохнулся на головы насильников, издав оглушительный звон, от которого заложило уши, а перед глазами пошли круги. Деревянные обломки разлетелись по комнате, но Ваня уже не видел их, лишь ощутил всем телом капли деревянного дождя.

Голова гудела, как пустая бочка, по которой кто-то долго колотил палкой. Очень долго Ваня не мог различить практически ничего. Вдруг сквозь навалившуюся темноту он ощутил укол в правое плечо, а вслед за тем острую боль и пустоту в груди, в том месте, где только что торчал нож.

Чувства медленно возвращались. Он наконец сумел разглядеть, что творится вокруг. Рядом стояла Ната. Вместо одежды на ней висели какие-то лохмотья, сквозь которые проглядывало нагое израненное тело. Она с тревогой смотрела на него.

— Ты как? — прошептала она с беспокойством.

— Нормально.

Ваня нашел в себе силы сесть и оглядеть комнату. Кругом был хаос. Черные лакированные щепки, толстые стальные струны, куски штукатурки, вывалившиеся клавиши — все горой возвышалось в центре спальни.

Полуобнаженная Юка с катаной в руке со злостью раскидывала обломки, пытаясь добраться до кого-то в центре завала, откуда доносился сдавленный стон. Катя с автоматом в руках безучастно смотрела на бездыханное тело в пиксельном камуфляже.

Убедившись, что в Ваней все в порядке, Ната подошла к Юке. Вместе они наконец выволокли за ноги последнего оставшегося в живых. Это был Майк. Он тяжело дышал, из носа струилась кровь.

Ната кровожадно улыбнулась:

— Well, honey, now I'm ready to show you woman's love… (Ну что, дорогуша, теперь я готова продемонстрировать тебе женскую любовь…)

Майк завизжал, когда Юка коснулась его шеи мечом.

Ваня поднялся и, пошатываясь, подошел к разъяренным девушкам.

— What shall I cut you first? (Что тебе отрезать сначала?) — холодно спросила Наташа у обездвиженного врага.

Иван коснулся ее руки:

— Не надо, Ната. Не становись такой, как они, — прохрипел он.

— А что ты предлагаешь?! — взорвалась девушка. — Все простить?! Забыть о том, что они хотели с нами сделать?! Ты! — она толкнула Ваню в грудь. — Засунь свою гребаную философию себе знаешь куда? Тебе этого никогда не понять!

— А ты чего хочешь? Резать его по кусочкам? Сдирать с него кожу? Что? Что, по-твоему, будет справедливой местью?

Ната тяжело дышала, ее трясло.

— А я просто хочу, чтоб он сдох, — холодно сказала Юка и замахнулась мечом.

Но за мгновение до того, как острие клинка коснулось груди врага, его тело вздрогнуло, мигнуло и растворилось в полумраке. Лезвие с глухим звоном воткнулось в деревянный пол.

— Тикусё! — крикнула Юка и стала рубить пол, на котором только что лежал умирающий враг.

— Что? Куда он делся? — подбежала Катя.

— Этот мудак просто вышел из игры, — с ледяным спокойствием ответила Ната. — Они могут выйти в любой момент… в отличие от нас.

…

Через пятнадцать минут маленький отряд начал приходить в себя.

Девушки обыскали комнату в поисках подходящей одежды. Но почему-то им не попадались удобные брюки или комбинезоны. Лишь короткие юбки и легкие платьица. Очередной повод для Наты заподозрить повсеместный сексизм и объективацию. Но ей было не до того. Девушку трясло от ярости и обиды. Кроме того, она чувствовала себя виноватой в случившемся.

— Не понимаю, как я прозевала их… — постоянно шептала она сквозь зубы, натягивая ситцевое платье.

— Ты разве не поняла? — удивленно спросила Катя и требовательно повернулась к Ване спиной, ожидая пока он застегнет неудобную молнию на платье.

— Что?

— Они же читеры! Жульё!

— Почему?

— Эти твари говорили о каком-то индикаторе, отмечающем всех ближайших противников.

— Я не разобрала…

— Вот понкоцу! — пробормотала Юка. — Ненавижу мужиков!

Ната презрительно поморщилась и похлопала Юку по плечу:

— Я об этом и говорю, подруга!

Ваня осторожно кашлянул:

— Нечего тут кашлять, ковид-31 давно кончился! — взорвалась Ната. — Помню я, что ты мужик! И тебя это нисколько не извиняет! Ты такой же, как они!

— Ваня не такой! — вступилась за него Катя.

— А какой? Ты что, не видишь, как он лапает нас своим похотливым взглядом!

От неожиданного обвинения Ваня вздрогнул и отвел глаза:

— Но… я же ничего…

— Заткнись!

Ваня постарался взять себя в руки. Он нахмурился и с вызовом посмотрел на Нату.

— Рядовой Белова, отставить нытьё! — крикнул он неожиданно для самого себя. — Прекращаем жаловаться и винить всех вокруг! Быстро собираем оружие, аптечки, боеприпасы, еду и уходим, пока сюда не сбежалась толпа таких вот озабоченных извращенцев! — и Ваня выразительно ткнул в обломки рояля.

На удивление, его крик подействовал. Ната перестала препираться. Катя кивнула и начала торопливо собирать с пола рассыпавшиеся патроны для каряка. Юка, смерив его холодным взглядом, спрятала катану в ножны и пошла в соседнюю комнату.

Когда отряд был полностью экипирован и готов выдвигаться, Ната остановилась, обвела всех взглядом и сказала:

— Простите меня. Это я виновата. Кажется, я задремала на посту, и они смогли подобраться незаметно.

— Нет! Ты нас всех спасла! — горячо возразила Катя. — Если бы не рояль…

— Хватит! Обсуждать будем, когда вернемся домой! — прикрикнул Иван.

И это «домой» прозвучало так неестественно и странно, что все замолкли, пытаясь осознать, когда грязная, мрачная воинская казарма успела стать им домом. Но ведь в этом и есть суть человека, неожиданно подумал Иван, вспоминая Мартина Хайдеггера. Человек всегда испытывает ностальгию, тягу повсюду быть дома.

…

В задумчивости Ваня засовывал вещи в рюкзак, стараясь максимально разгрузить девчонок.

— Быстрее! Пора уходить! — подгоняла всех Наташа.

Наконец все были готовы. Ваня осмотрел полуразрушенную комнату, проверяя не оставили ли они что-нибудь. Юка с Катей начали спускаться по лестнице.

— Кажется, всё… — Иван забросил рюкзак за плечи. Но где-то в подсознании свербила мысль, что он о чем-то забыл…

Его вдруг окатило ледяной волной воспоминания.

Он бросился к лестнице:

— Стойте!

Но он не успел. Грохнул взрыв. Зазвенели выбитые стекла. Коридор заполнил удушливый дым, смешанный с запахом сырой штукатурки.

Проклятье! Какой-же он идиот. Забыл напомнить девчонкам про растяжку…

Нату, к счастью, не задело. Ее просто оглушило взрывом. Она сидела на лестнице, зажав уши руками, и трясла головой.

Юку впечатало в стену. Она с удивлением смотрела на свою исковерканную ладонь. Ее правая рука была неестественно вывернута.

Ваня прищурился, вглядываясь в показания индикатора здоровья:

Желтый уровень — 31 %.

Он торопливо сбросил рюкзак и нырнул в него, отыскивая аптечку. Вот… Перевязочный пакет… Стимулятор… Он лихорадочно бросал пакеты на усыпанный стеклом пол.

Позади возникла Наташа и опустила ладонь ему на плечо:

— Помоги Кате, — хрипло прошептала она и схватила шприц.

Катя лежала в углу. Ее завалило обломками полок, сметенных со стены взрывной волной, и кусками штукатурки. Индикатор здоровья лихорадочно мигал красным. Всего 3 %! Ваня бросился к Кате и стал раскидывать завалившие ее доски.

В полумраке Ваня сумел рассмотреть ужасающую картину. Живот Кати был нашпиговал осколками. Щека распорота почти до кости. С губ капала кровавая пена. Катя смотрела в пустоту остекленевшим взглядом. Иван упал на колени и схватил ее за руку.

— Ната! Быстрее! Аптечку! — крикнул он срывающимся голосом.

Катя наконец сумела сфокусировать взгляд:

— Не надо… — прошептала она чуть слышно.

— Что? — невольно вырвалось у Ивана.

— Я так больше не могу… — закашлялась Екатерина. — Я хочу уйти…

Глава 15

1

Восход в вирте оказался удивительно красивым. Розовые облака пенились в лучах утреннего солнца. Небо казалось таким теплым, дружелюбным и радостным, что невозможно было поверить, что под этим небом они обречены испытывать лишь мучения и боль.

Кстати, о боли… Ваня покосился на циферблат. В игре осталось лишь тринадцать человек. Вероятнее всего четыре неполных отряда. Возможно, у его девчонок все-таки есть шанс.

Весь остаток ночи они прошли следуя неумолимо сжимающемуся кольцу зоны. Их поддерживал лишь большой запас стимуляторов, который они обнаружили в рюкзаках американских читеров.

— Быстрее! Быстрее! — торопил Ваня своих подопечных.

Выдохшиеся девушки поскальзывались и оступались на влажной от утренней росы траве, пробираясь сквозь густые кусты.

Ната впереди споткнулась и растянулась на земле. Ваня протянул руку и ухватился за рюкзак, помогая девушке подняться. Вот и еще одна причина, почему мужчинам в игре легче. Банально — сила и выносливость. Кто может тащить на себе больше оружия и боеприпасов, тот имеет стратегическое преимущество.

Замыкающая отряд Юка, казалось, не чувствовала никакой усталости и не испытывала сомнений. Она шла вперед легкой пружинистой походкой, держа наготове автомат. За ее спиной висели ножны с катаной.

Ваня с тревогой обернулся на Екатерину. Казалось, что она до сих пор не пришла в себя. На ее щеке уже не было шрама, но Ваня чувствовал, что ее душа все еще кровоточит. Потухший, опустошенный взгляд девушки безвольно скользил по кустам и деревьям. Казалось, она все еще не может простить Ивану того, что он не позволил ей умереть и сбежать из этой треклятой игры. Ее плечи оттягивал каряк и тяжелый подсумок, набитый патронами. «Как можно помочь ей? — размышлял Ваня. — Или просто оставить ее в покое?»

Иван невольно задумался об устройстве игрового мира. Постепенно разрозненные детали собирались в единое целое, и он смог представить себе общую картину. И картина эта оказалось совершенно отвратительной и мерзкой. Он всегда с уважением и пиететом относился к западной культуре и философии. Казалось, что жители развитых стран, пресловутый «золотой миллиард» не станет лицемерить, лгать, пользоваться слабостью и беззащитностью других. Но то, что Ваня увидел в этой игре, разрушило его наивные идеалы.

Все эти золотые скоты просто наслаждались своим статусом и достатком. Сам Ваня, девушки из его отряда, все русские солдаты были для них лишь удобной вещью, мусором, чьи чувства и желания не имеют никакого веса. Он неожиданно вспомнил происхождение английского слова slave и непроизвольно сжал кулаки.

Все мы для них просто рабы. Уже тысячу лет они используют нас, наших женщин и детей. И ничего не изменилось! Для власти мы лишь пушечное мясо, дешевое сырье, источник бабла. А этим людям, которые изобрели интернет, создали компьютеры и виртуальную реальность, нас совершенно не жаль. Наоборот, они наслаждаются своим всемогуществом и своей безнаказанностью. Сладко врут с экранов и в интернете, что у нас авторитаризм и тирания и что все это нужно изменить. Но ничего не меняют и не хотят менять. Нищета и безысходность жителей стран третьего мира им только на руку. Ведь только так они могут насладиться своим статусом — унижая нас. Если бы мы были свободны, если хотя бы могли по собственному желанию выходить из игры, они не могли бы нас безнаказанно мучить и насиловать.

«Самовольно выходить из игры…» — несколько секунд Ваня смаковал эту фразу. Неожиданно она осознал, что эта мысль возможно гораздо более глубокая и всеобъемлющая, чем казалась сначала. Как же Хёйзинга определял человека? Homo ludens — человек играющий. По мнению Хёйзенги, тяга, потребность в игре одно из определяющих, фундаментальных свойств человека. Но игра и является игрой, когда можно из нее выйти в любой момент. И что же тогда получается? Если ты не можешь выйти из игры? Если не можешь ее остановить по собственному желанию, то ты перестаешь быть человеком, а становишься безвольным, бесправным рабом, вынужденным влачить жалкое существование… В развитых странах высокооплачиваемая работа — это игра, которую ты можешь остановить в любой момент. Выйти. Перезагрузиться. Начать все сначала. А у нас? В нашей обычной серой жизни? Ведь все точно также, как в этом треклятом Рояльнике… Мы не можем остановиться и выйти из этой бесконечной игры. Ни у кого из нас нет ни резервов, ни возможностей. Любая остановка, любой сбой сразу выбрасывает нас из состояния благородной бедности в беспросветную нищету.

Ваня неожиданно вспомнил отца и на его скулах заиграли желваки.

Для нас это не игра… Для нас все всерьез… Мы платим своей кровью, своей болью и своей жизнью. И все это лишь ради того, чтобы золотая скотина, родившаяся с серебрянной ложкой во рту (или куда они там себе ложки запихивают?) могла весело провести субботний вечер, а корпорации — положить в свои бездонные карманы еще несколько криптобаксов.

И никто не хочет ничего менять. Потому что пресыщенных уродов, создавших эту игру и эту систему, устраивает текущее положение дел. Им не нужны новые игроки и конкуренты. Им нужны лишь безвольные и беззащитные рабы.

Ваня ощутил, как в груди загорается яростный огонь. Он снова обернулся на девушек, идущих позади, и сердце его заныло. Такие красивые, нежные и беззащитные, неужели они обречены рано или поздно стать простой игрушкой в грязных лапах этих ублюдков?.. Нет! Никогда! Ваня почувствовал, как деревенеют его скулы. Пока он может драться и дышать, он не допустит этого!

— Ну, чего уставился, — устало выдавила Ната, оправляя зацепившийся за ветку подол короткого платья.

Ваня отвернулся и поправил лямки рюкзака.

Вдруг совсем рядом слева раздался выстрел. Все как по команде бросились на землю. «Да… боль — лучший учитель…» — мелькнула короткая мысль. Ванин взгляд невольно скользнул на часы. Осталось двенадцать врагов. Одним меньше. Это хорошо!

Катя торопливо оглядывала окрестности через оптический прицел.

— На девять часов, — шепнула она и задержала дыхание.

Ваня ничего не видел. Но Юка утвердительно кивнула и подняла автомат.

— Проклятье… — выдавила Катя после долгого молчания. — Ушел.

— Их было трое, — отозвалась Юка.

— Как бы они не зашли с тыла, — забеспокоился Иван. — Куда они двинулись?

— Не могу разобрать… Кажется, к той роще.

Ваня озабоченно огляделся. Нельзя тут оставаться! Их могут обойти и взять в клещи.

— Отходим к границе зоны! — решил он наконец.

— Но ведь через десять минут очередное сжатие, а новая граница почти в километре! Мы не успеем добраться, если отойдем! — возразила Ната.

— Значит, побежим!

— Да сколько можно бегать?

— Столько, сколько нужно! Хватит болтать! — прошипел Ваня и пополз назад.

2

Как ни странно, граница зоны дарила ощущение какой-то защищенности. По крайней мере, можно быть уверенным, что не получишь пулю в спину.

Ванин отряд засел на вершине холма, ощетинившись стволами. Отовсюду грохотали выстрелы. Судя по всему, сразу в нескольких местах шла интенсивная перестрелка. Было жутковато.

Ваня не сводил глаз с часов, следя за тем, как тает число оставшихся в живых.

Десять… Девять… Восемь… Все… Цифра замерла. Скорее всего, остался всего один полный отряд противников. Хотя, разумеется, возможны и другие варианты.

По звуку стрельбы Иван определил примерное положение вражеского отряда и достал карту. Ната смотрела ему через плечо.

— Ну? Куда идем? — спросила она нетерпеливо. — До сжатия три минуты.

У Вани засосало под ложечкой. Все же быть командиром и принимать решения — это тяжелая ответственность…

— Катя, ты кого-нибудь видишь? — спросил он для подстраховки.

— Все чисто!

— Хорошо… — решился наконец Иван и отметил на карте новый ориентир. — Как только начнется сжатие зоны — выдвигаемся сюда.

На запястьях синхронно пискнули часы, подтверджая выбор новой цели.

Ната открыла рюкзак:

— У нас еще семь стимуляторов. Может, ширнемся? Для скорости?

Ваня обвел взглядом девчонок, задержавшись на Екатерине, и нехотя кивнул.

— Давай.

Зашуршали разрываемые пакеты.

— Хм… интересно… а они реально потенцию восстанавливают? — задумчиво пробубнила Ната, втыкая себе иглу в плечо.

— Почему это тебя интересует? — с наигранным любопытством спросила Юка.

— Ну, мы же потенциально опасный противник. Значит, нужно увеличить наш потенциал. Да, командир? — подмигнула Ната Ивану.

Ваня не нашелся, что ответить, и нахмурился:

— Разговорчики! Выдвигаемся по моему сигналу… Готовы?

Голубое свечение зоны колыхнулось и поползло по склону холма.

— Вперед!

3

Ванины глаза были готовы лопнуть от натуги. Тяжелый рюкзак прыгал за спиной, грозя опрокинуть и раздавить незадачливого командира. Иван перескакивал глубокие черные борозды, несясь по свежевспаханному полю, каждую секунду ожидая рокового выстрела. Но пока было тихо. Неужели их не заметили?

Они вбежали в сарай. Юка торопливо захлопнула дверь. Бойцы небольшого отряда прислонились к стенам, пытаясь отдышаться. Действие стимулятора кончилось десять минут назад, и сейчас каждый ощущал дрожь и ломоту во всем теле. Но медлить было нельзя.

Художник Николай Захваткин

— Катя! Чердак! — крикнул Ваня, метнувшись к окошку, затянутому паутиной.

— Сам ты чердак! — с усмешкой огрызнулась девушка и, сбросив рюкзак на пол, стала осторожно подниматься по хлипкой приставной лестнице.

Ваня невольно улыбнулся. Кажется, Катя, наконец пришла в себя.

В этот момент звякнуло стекло и в стену ударила тяжелая пуля, выпущенная из снайперки.

— Ложись!

Они бросились на пол.

Еще одна пуля врезалась в бревенчатую стену, брызнув гнилой трухой.

— Вот черт! Катя, ты его видишь?

— Погоди…

Очередная пуля расколотила маленькое зеркальце, висящее на стене.

— К беде… — коротко прокомментировала Юка, осторожно выглядывая в окно. Наташа дернула ее за рукав, и очередная пуля просвистела у девушки над головой.

Стреляли откуда-то издалека или из винтовки с глушителем, так как выстрелов слышно не было. Но, по крайней мере, было понятно направление, где засел вражеский снайпер.

— Мы тут в ловушке! — крикнула Наташа. — Нужно уходить! — она бросилась к двери.

— Стой! — крикнул Ваня, но Наташа уже распахнула дверь.

Прострекотала автоматная очередь. Наташа вскрикнула и осела, прижав руку к груди. В открытую дверь безостановочно летели пули, вгрызаясь в толстую стену.

— Юка, прикрой меня!

Девушка кивнула и переключила автомат в режим стрельбы очередями.

Ваня пригнулся и бросился к Нате.

Выглянув из-за двери, Юка стала поливать улицу огнем, пока Ваня, схватив Наташу под мышки, оттаскивал ее под защиту толстых бревенчатых стен.

Сверху раздалось громкое уханье Катиного каряка.

— Дверь! — запоздало крикнул Иван, но Юка уже ее закрыла.

— Проклятье! Нас окружили! — чертыхнулся Ваня, разрывая скользкими от крови пальцами перевязочный пакет.

— Кажется, одного сняла! — послышалось с чердака.

Ваня покосился на часы. К его отчаянной досаде, на часах продолжала гореть цифра 8.

— Тикусё! — пробормотала Юка.

В эту секунду в окно влетела бутылка и, звонко дзинкнув, разлетелась огненным дождем.

«Вот и конец игры…» — подумал Иван, глядя на разгорающееся пламя.

Он ощутил, как Ната сжала его ладонь. Нет… Нельзя сдаваться! Резким движением он разорвал оболочку последнего шприца и сделал Нате укол.

Глава 16

1

Можно ли найти выход из безвыходного положения? Или проще сдаться и начать все сначала? Ваня вспомнил, через что им пришлось пройти за последние сутки, и стиснул зубы. Наташа сидела возле стены, запрокинув голову и закрыв глаза. Казалось, что ей уже все безразлично. Юка, схватив дырявое одеяло, пыталась сбить со стены разгорающееся пламя, но огонь уже полз по потолку, пожирая сухие доски. С чердака доносился грохот выстрелов. Катя методично выпускала один патрон за другим.

Надо срочно уходить! Долой рюкзак! Если двигаться быстро, у них появится хоть какой-то шанс. Но нужно захватить пару магазинов. Больше двух, судя по всему, он уже использовать не сможет…

Ваня торопливо высыпал содержимое своего рюкзака. На полу выросла горка рожков, оберток от шоколадных батончиков и перевязочных пакетов. Он схватил два магазина и засунул в подсумок.

Неожиданно Наташа вышла из оцепенения и бросилась к вываленным вещам. Схватила какой-то цилиндр и восторженно посмотрела на Ваню.

— Чего же ты молчал?!

— О чем?

— Это же дымовуха! — она пошарила в полумраке… — А вот еще одна! И еще!

— Блин, если бы я знал, что это…

— Нечего прогуливать занятия!

— Катя, давай сюда!

Екатерина кубарем скатилась по лестнице, ее лицо было черным от сажи. Она упала на колени и закашлялась, выплевывая дым.

— Ты их видела?

— Один на севере. Метров 300 отсюда. Снайпер. Правда, фиговый. Еще двое засели под забором — сторожат выход. Где четвертый — не знаю.

— Я думаю, он с западной стороны, — заметила Юка и вытащила катану.

Полированная сталь мягко запела от прикосновения.

— Ты с ума сошла идти на них с этим? — изумился Иван.

— Не учи меня умирать, — отрезала девушка, перехватывая тяжелую рукоять.

Едкий дым разъедал глаза, заставляя ежесекундно кашлять и зажимать нос. Больше медлить было нельзя.

Они переглянулись. Четыре ладони встретились в едином прикосновении.

— Начали! — крикнул Иван и вырвал чеку. Из жестяного отверстия повалил густой дым.

Шашка полетела в разбитое окно. Затем еще одна и еще. В дверь стали молотить пули. Противники стреляли наугад.

— Подожди, пока они выпустят все… — крикнул Ваня, но Юка уже прыгнула в окно.

— Вперед! Вперед! — закричал Ваня, устремляясь за девушкой.

— Острый осколок распорол ему плечо, когда он протискивался в окно, но он даже не заметил этого. В голове билась мысль, что нужно уходить влево. За спиной он ощущал прерывистое дыхание Наташи. В клубах белого дыма впереди смутно угадывался силуэт Юки.

Раздался громкий визг и лихорадочная пальба. Похоже, Юка добралась до своей цели. Ваня вынырнул из дыма, держа автомат наготове.

Он успел вовремя. Второй противник как раз целился в Юку. Ваня нажал на спусковой крючок. Пуля вошла противнику в спину. Тот вздрогнул, и выпущенная его автоматом очередь ушла в небо. Оружие выпал из его рук. Но еще до того, как его автомат коснулось земли, Юка с разворота махнула катаной, и стальная полоса прошла сквозь горло изумленного врага.

— Минус два, — спокойно констатировала Юка и вытерла окровавленное лезвие.

Ваня оглянулся. Катя со всех ног бежала к пригорку позади дома. Наташа прикрывала ее.

— Пойдем с другой стороны! — скомандовал Ваня и, опустившись на четвереньки, пополз вдоль забора.

Юка убрала катану в ножны и поползла за ним.

…

Катя прильнула к прицелу:

— Проклятье! Я никого не вижу! Ната, что у тебя?

— Тоже ничего…

Девушки замерли, прячась в высокой траве.

— Как бы он не подстрелил Юку или командира… — прошептала Катя, медленно поводя стволом справа налево.

— Сейчас!

Ната скатилась по обрыву и высунулась из кустов. В дерево рядом с ее головой шлепнулась пуля.

— Дура! Прячься! — крикнула Катя и нажала на спусковой крючок.

Тяжелый каряк звонко плюнул огнем. Она замерла, а через секунду раздался еще один выстрел.

— Готов! — радостно прокомментировала Наташа, взглянув на экран часов.

— Ты совсем спятила?! — взорвалась Катя. — Если бы он в тебя попал?!

— Ты же сама говорила, что снайпер фиговый…

Катя сердито фыркнула и снова прильнула к окуляру.

…

— Остался последний! — восторженно крикнула Юка и бросилась вперед.

Ваня мчался следом.

Секунда… Другая… Почему никто не стреляет? Пробежав вдоль стены сарая, они выскочили на тропинку, ведущую через сад. За забором мерцала голубая стена зоны. Куда же делся последний противник? Казалось, что они уже проверили все.

— Катя, Ната, вы его видите?

— Нет!

Вот, черт возьми… Ваня повернулся к зоне спиной и взял на прицел окна небольшого гостевого домика, стоящего на краю зоны. Враг может быть только там…

Лишь каким-то шестым чувством Ваня ощутил колебание воздуха за спиной. В последний момент он успел отпрянуть и грохнулся на влажную траву. Когда заряд картечи пролетел прямо над его головой. Вынырнувший из голубого марева темнокожий курчавый паренек, отбросил двустволку и выхватил огромное мачете, однако реакция Юки оказалась феноменальной. Она присела, уходя от удара, а в следующее мгновение в ее руках сверкнула серебристая катана. Резкий удар, кувырок, еще скользящий удар с оттяжкой. И противник с удивлением смотрит на свой распоротый живот. Ваня наконец сумел вытащить из-под себя автомат и короткой очередью завершил агонию последнего врага.

Заиграли фанфары. В небесной голубизне расцвели гигантские буквы: ПОБЕДА!

Ваня поднялся и уставился в небо немигающим взглядом.

— Победа… — шептал он, пытаясь осознать случившееся.

Резкий тычок в спину привел его в чувство.

Ната сурово смотрела на него:

— Ну что стоишь, как столб! У нас есть еще пятнадцать минут. Нужно проверить оружие!

— Зачем?

— Ну ты и… Ах, да… Ты же не был на последних занятиях, хромоножка… — она фыркнула.

— Хватит издеваться. Лучше объясни нормально.

— В игре встречается кастомное оружие с улучшенными характеристиками, которое можно купить только за реальные деньги. Ну, например, модернизированный калашников с точностью +70 %. Если такой найдешь и станешь победителем — он попадет в твой арсенал. И тогда любой калаш, найденный в следующих играх, станет именно таким — с увеличенной точностью. Понимаешь?

— А если я погибну в игре и у меня его заберут?

— Пока кто-то из победителей не унесет его с поля боя, он останется твоим. Поэтому очень важно в конце игры, после победы, проверить все доступное оружие. Конечно, вряд ли мы что-то найдем. Лейтенант говорил, что на начальных уровнях все бегают только с базовыми стволами…

К ним как раз подошла Катя с двумя винтовками. Услышав последние слова Наты, она озабоченно посмотрела на свое изодранное платье:

— А что с одеждой, не помнишь? Кажется, лейтенант что-то об этом говорил… Не хочу опять голышом перед всеми бегать.

— Да. С одеждой то же самое. В чем победитель заканчивает игру, в том и начинает следующую…

— Ага! — радостно крикнула Катя и бросила оружие на землю. — Я как раз в том домике кое-что приглядела! — она торопливо убежала.

Ната с какой-то неловкостью посмотрела ей вслед и опустилась на колени, изучая характеристики принесенных Катей винтовок.

— Ого! У этого каряка плюс тридцать процентов меткости! Класс!

…

Итоговый улов оказался неплохим:

Каряк с бонусом к меткости +30 %

Три глока импортных с убойной силой +25 %

Три отечественных калашникова с увеличенными магазинами.

А Катя притащила из коттеджа модное голубое платье из джинсовой ткани. Точнее, три платья.

Ваня терпеливо ждал, закинув за спину винтовку, пока девчонки натягивали обновки.

— Одна минута! — громко произнес Ваня, глядя на часы.

Девушки схватили стволы.

Внезапно Юка ойкнула и распахнула глаза, глядя куда-то позади Вани.

— Что там? — он недоверчиво обернулся.

За его спиной мерцала зона. В плотном синем мареве, возле покосившегося забора он не сразу разглядел какое-то странное оружие.

— Что это? — выдохнула Ната, отследившая его взгляд.

Отсюда было невозможно понять, но явно что-то необычное. Иван покосился на часы — оставалось всего 32 секунды. Он сунул свое оружие Нате и глубоко вдохнув, нырнул в убийственное поле зоны, как ныряльщик прыгает за жемчужиной в кишащий акулами океан.

Жгучая боль пронзила его тело до глубины костей. Индикатор здоровья стремительно пополз вниз. Барабанные перепонки были готовы лопнуть, как от избыточного давления. Но Ваня рвался сквозь боль. 10 секунд. 9… 8… Наконец Иван добрался до странного предмета. 3 секунды… Он протянул сведенную болезненной судорогой ладонь. 2…1… И схватил белую шершавую рукоять… 0… Таймер пискнул и обнулился.

Яркая вспышка вырвала Ваню из убийственных объятий вирта.

Он открыл глаза и сглотнул, пытаясь отдышаться. Все позади. Кажется, весь этот ужас позади… Они победили. Победили!

Ваня наконец перевел дыхание и дрожащей рукой нажал на кнопку. Крышка капсулы распахнулась, и он увидел довольных девчонок. Но прежде чем встать из кресла, Ваня кликнул по сенсорному экрану, проверяя доступный арсенал. Странная находка ярко светилась в зеленом окошке. Но сил изучать ее уже не было. Ваня нажал кнопку выключения и выбрался из капсулы прямо в объятия ликующих подруг.

Глава 17

1

Наконец маленький отряд добрался до своей комнаты. Девчонки рухнули на застеленные койки, а Ваня доковылял до окна, осторожно положил на кровать растревоженную ногу и откинулся на подушку.

Всем нужно было прийти в себя.

— И это будет продолжаться каждый день? — со стоном выдохнула Екатерина.

— Можно подумать, обычная жизнь чем-то отличается… — усмехнулась Ната.

— Ну, обычно меня не шпигуют свинцом из дробовика, — проворчала Юка.

Повисла тягучая тишина.

— И все-таки это нечестно… — сказала Катя. — Нам с вами даже выйти из игры нельзя, а эти богатенькие сволочи могут не только сбежать в любой момент, так еще, оказывается, и всякие читы, используют. Вспомни тех безумных американцев. Они же нашли нас с помощью какого-то индикатора…Поэтому и сумели застать нас врасплох.

— Если бы я не задремала, такого бы не случилось… — выдавила Ната.

— Вообще-то, Ваня предлагал тебе отдохнуть… — безжалостно заметила Юка.

Ната покраснела и отвернулась.

Иван попытался разрядить обстановку:

— Все могут ошибиться… Тем более это была наша первая игра. Давайте лучше подумаем, как в следующий раз не доводить ситуацию до рояля.

— Давай потом… — проворчала Ната.

Катя свернулась калачиком. А Юка села на кровать в позу лотоса и, прикрыв глаза, начала делать глубокие вдохи. Ваня неожиданно поймал себя на мысли, что неотрывно смотрит, как вздымается ее грудь, и затряс головой, отгоняя наваждение.

…

В коридоре зашумели. Бойцы торопились в столовую. Ваня почувствовал, как у него скрутило от голода живот.

— Ужин скоро закончится. Не опоздаете? — он с надеждой посмотрел на девушек и невинно улыбнулся.

— Нее, я пас… — проворчала Ната. — После всего, что было, мне кусок в горло не полезет.

— Я тоже не пойду, — отозвалась Юка. — Мяса мне на сегодня хватило.

Ваня вспомнил, как она рассекла последнего врага катаной, и понимающе кивнул. Оставалась надежда на Катю. Она все так же лежала и смотрела куда-то перед собой. Ваня решил ее не беспокоить. Тяжело вздохнув, он с трудом поднялся с койки и заковылял к выходу.

…

В столовой Ваню встретили угрюмые взгляды сослуживцев. Лишь Паша, казалось, не разделял всеобщей неприязни.

Он приглашающе подвинул стул и махнул рукой:

— Эй, чемпион! Давай сюда!

Ваня наполнил поднос, упросив повара дополнительно дать тройную порцию сдобных булочек с чаем, доковылял до Пашиного стола и сел рядом с ефрейтором.

— Ну и навели шороху твои девчонки! — усмехнулся Паша. — Вы сегодня единственный отряд, занявший первое место в своей катке. Поздравляю! У остальных команд день сегодня не задался. Всех повыбивали…. Так что последний час командиры всех четверок следили за вашими подвигами в инфоцентре.

Ваня изумленно поднял брови:

— Следили? Как?

— С большим интересом! — ухмыльнулся Паша. — Даже ставки делали, кого из вас первым шлепнут. Ты, кстати, был наиболее вероятным кандидатом.

— Но как вы следили? Я думал, доступ ограничен…

— Ограничен… Если включить приватный режим. А по умолчанию идет трансляция в сеть.

— Вот блин… — Ваня вспомнил сцену с роялем и покраснел. — А мне посмотреть можно?

— Нее, это отдельно записывать нужно было. Обычно такой фигней никто не страдает. Онлайн нарезку текущего матча еще смотрят, а потом уже никого не парит, кто кого там грохнул. Ведь каток миллионы каждый день…

— А отключить трансляцию самим можно?

— Можно, конечно, в настройках. Но я бы не советовал. На ваш канал уже человек триста подписались. Если наберете подписчиков, сможете деньжат подзаработать. Вообще, народ любит за бабскими командами смотреть. Особенно, когда телочек ловят… Некоторые, кстати, специально подставляются и записывают, а потом выкладывают на твиче… Неплохие бабки, между прочим, рубят.

— А вот там с роялем было… — неловко начал Ваня.

— С роялем? — удивился Паша. — С каким роялем?

— Ты же сказал, что следил за нашим боем?

— Ну не все же время. Последний час. Подставился снайперу по глупости, вот и вылетел раньше… Обычно все смотрят окончание матча. ИИ на лету стычки компилирует, а лишнее вырезает. Время-то в вирте и реале рассинхронизировано. Так что успел я полюбоваться на ваши подвиги.

Ваня приосанился:

— И как впечатления?

— До сих пор поверить не могу, что вы победили. Накосячили, мама не горюй!!

Ваня помрачнел:

— И в чем же?

— Ни тактики, ни стратегии, ни нормальной координации… Хаос и бедлам! Повезло вам только с японочкой. Очень шустрая она у вас. Красиво катаной машет. А в остальном полный провал, особенно со стороны командира…

Паша начал перечислять ошибки, допущенные Ваниной командой в конце игры. Рассказал про то, что любое здание может стать западней, что нельзя рваться напролом, и про неправильно выбранную позицию, и про отсутствие нормальной координации…

Ваня слушал и растерянно кивал. Возразить было нечего. Похоже, ему предстояло очень многому научиться.

— А можешь посоветовать что-то посмотреть или почитать на эту тему?

— Посмотреть… Хм… — Паша почесал подбородок. — Понимаешь, сейчас в интернете полно малолетних буржуинских задротов, считающих себя крутыми тактиками и стратегами. Но если ты их будешь слушать, вообще ничему толковому не научишься… Я рекомендую взять в библиотеке устав воинской службы, наставление по действию мотострелкового отделения, ну или учебник сержанта мотострелковых войск. Там, конечно, лишь азы. Но, тем не менее, очень полезные книжки. Их зря недооценивают…

2

Ваня ковылял по коридору, стараясь не расплескать компот. Булочки, пританцовывали на стаканах, ежесекундно грозя свалиться на пол, поэтому Ване приходилось проявлять чудеса хромоногой эквилибристики.

Неожиданно его грубо толкнули в плечо. Булочки подпрыгнули и грохнулись на рваный линолеум. Кто-то хохотнул за его спиной.

— Чо, прямо доставка АРМмаркета на дом? А мне пивка захватил?

Ваня развернулся. Перед ним, нагло ухмыляясь, стоял Димон.

— Захватил, — Ваня поднял руку и плеснул моченые сухофрукты прямо в небритую рожу ефрейтора.

— Ну прощай, мудозвон… — Димон стряхнул с лацкана гимнастерки раскисшее яблоко и замахнулся кулаком.

Но даже незначительный опыт боев в вирте, как оказалось, дал о себе знать. Ваня нырнул под летящий в его лицо кулак и пнул потерявшего равновесие Димона.

— Ах ты, мудак! — завопил ефрейтор.

Но в этот момент из-за угла показался лейтенант Варенуха.

Димон встал по стойке смирно и отдал лейтенанту честь. Ваня последовал его примеру.

Варенуха пристально взглянул на липкое пятно, расползшееся по гимнастерке Димона, и нахмурился:

— Ефрейтор Курочкин, почему в таком виде?

Ваня не сдержался и прыснул. Курочкин…

Теперь лейтенант посмотрел на него.

— А вы, Дубов, чему так радуетесь?

— Ничему, товарищ лейтенант.

— Ничего не радуют. Радует что! — Варенуха многозначительно поднял палец к потолку. — Понятно, бойцы?

— Так точно, товарищ лейтенант! — хором ответили Димон с Ваней и невольно переглянулись.

— Ну, а раз вы такие понятливые, советую вам разойтись. Причем в разные стороны. Еще раз увижу, что вы тут компотный душ принимаете, получите наряд вне очереди. Вопросы есть?

— Никак нет!

— А стоило бы… Ну да ладно. Свободны!

Димон торопливо скрылся, а Ваня нагнулся и кряхтя собрал раскатившиеся по полу булочки. Тщательно обдув и обтерев их об гимнастерку, он пошел назад в столовую за новой порцией компота.

3

Перед входом Ваня растерянно остановился. Руки были заняты едой. Он изловчился и пнул дверь ногой. Та с грохотом распахнулась.

Девушки вздрогнули. Катя испуганно разлепила глаза.

— Ужин! — провозгласил Ваня, пытаясь скрыть неловкость.

Девушки хмуро переглянулись.

— Опять углеводы! — проворчала Ната, схватив самую большую ватрушку.

Юка равнодушно кивнула, взяла сдобную булку и брезгливо положила на тумбочку.

Глядя на жующую Нату, Катя наконец нашла в себе силы подняться и присоединилась к скромной трапезе.

— Какой-то у этой булки запах странный… Словно ее кто-то по полу валял, — недовольно заметила Ната, откусив еще кусок.

Ваня сделал невинное лицо.

— Приятного аппетита!

— Спасибо.

Катя скептически посмотрела на свою ватрушку, потом понюхала, скривилась и тоже принялась есть.

Настроение понемногу стало улучшаться.

С полным желудком разговор потек в философское русло.

— Я не понимаю… — сказала наконец Катя. — Ведь всем, у кого есть нейроимплант, в вирте доступен огромный набор развлечений. Всякие виртуальные свингклубы, бордели… Можно найти все что угодно для удовлетворения даже самой больной фантазии… Зачем они ищут это в Роялке? Зачем охотятся за нами и ведут себя как дикие похотливые животные?

— Так это же контосомеры! — презрительно фыркнула Наташа. — Убийства и секс — суть их примитивной звериной натуры.

Ваня не удержался:

— Мне кажется, вы путаете животный инстинкт размножения и секс.

— И в чем же различие? — спросила Юка. — Секс и есть инстинкт продолжения рода.

Ваня почесал затылок:

— А вы знаете, что человек — это фактически единственное животное на нашей планете, способное к спариванию постоянно, с момента половой зрелости и до старости? Каждый день, а то и по несколько раз в день…

Ната презрительно хмыкнула, и Ваня сбился.

— Разве у других животных не так? — удивилась Катя.

— Конечно, нет! Практически у всех животных есть определенный период для размножения: гон или нерест, или как там они еще называются… И животные спариваются только для продолжения рода. Это тот самый инстинкт, о котором говорит Юка.

Забыв о больной ноге, Ваня вскочил со стула и ойкнул. Катя озабоченно привстала, но Ваня успокаивающе махнул рукой, перебрался на кровать и продолжил вещать:

— Вам не кажется странным, что почти у всех животных самки в период гона тем или иным образом демонстрируют свою готовность к зачатию потомства? Причем чисто на физиологическом уровне: особый запах, звуки, изменение поведения. А у человека все наоборот! Момент овуляции замаскирован до такой степени, что женщина сама не знает, когда ее организм способен к зачатию. Никакой сезонности, никаких внешних признаков — вообще ничего. Эволюция специально выработала механизм, провоцирующий людей постоянно заниматься сексом. Но при этом дала человеку возможность сравнительно легко контролировать эту потребность. В период гона животное в принципе не может собой управлять. Даже самый послушный и дрессированный пес, гонимый гормональным взрывом, убежит от хозяина, привлеченный запахом самки. Но человек — совсем другое. В массовой культуре, конечно, иногда пропагандируют точку зрения, что это животный инстинкт и человек не может себя сдержать. Но это ложь! Для психически здорового человека это не проблема. Монашество, подвижничество, партия асексуалов — яркие свидетельства, того, что человек может обходиться без этого годами. Что же это за физиологическая потребность, которую можно и вовсе не удовлетворять?

— Ну и зачем тогда человеку секс, если он может без него обойтись? — спросила Юка, видимо, уставшая слушать биологический экскурс.

— Да. И те уроды в игре… Они не были похожи на людей. Скорее на каких-то животных.

— Так это все потому что секс — это человеческое, даже слишком человеческое.

Ната поморщилась, видимо узнав цитату.

— Не понимаю… — помотала головой Катя.

— Потому что секс, ну и не только сам секс, а все, что с этим связано: заинтересованные взгляды, флирт, романтические ухаживания и так далее — это тот социальный клей, что связывает человеческое общество. А человек, как известно, общественное животное. Но в человеческом обществе есть не только любовь и согласие, но и вражда, соперничество, иерархия, и в этих случая также используется секс. Секс не только проявление любви и заботы, это также и проявление власти…

— Так феминистки давно говорят об этом! — не выдержала Ната.

— То есть то, что озабоченные читеры делали в игре, это проявление власти? — поежилась Катя.

— Разумеется. Самоутверждение и попытка подняться в социальной иерархии… — задумчиво протянул Ваня.

— Именно поэтому подобная система и должна быть разрушена! — Наташа стукнула кулаком по тумбочке. Ложка в стакане зазвенела.

— Да… люди веками думали, как изменить это, еще со времен античности. Недаром в Платоновских проектах идеального полиса звучала идея общности жен.

— Это как? — нахмурилась Юка.

— Да как при коммунизме… — проворчала Ната. — Эта же одна из главных идей коммуняк… У всех писателей, воспевающих светлое будущее, в той или иной форме есть на это намек. Ну, там интернаты для детей, как у Стругацких или у Ефремова.

— Именно! Потому что новое, лучшее общество должно быть построено на любви! А секс — это не только власть, но и любовь! — воскликнул Ваня. — Именно любовь позволит победить ненависть и вражду!

— Это как у хиппи в шестидесятых? — с сомнением уточнила Юка.

— В том числе… Понимаете, практически всегда, когда люди начинают думать о новом обществе, где отношения между людьми строятся на других, более тонких, высоких и чувственных отношениях, возникает идея свободной любви. Потому что секс — это то немногое из доступного людям, что позволяет выйти за границы собственного «я». Проникнуть…

Ната хмыкнула.

Ваня осекся, но тут же продолжил:

— Да. Проникнуть или впустить в свой мир другого. Стать одним целым, выйти за границы собственной субъектности…

— Бла-бла-бла… — передразнила его Ната. — Любая симпатичная девушка слышит подобный бред по десять раз на дню. Каждый мужик, который пытается к ней подкатить… ну… если, конечно, у него есть хоть капля мозгов, чтоб сразу не лапать ее за попу, именно с этого и начинает. Бла-бла-бла… Выйдем за рамки субъективности и сольемся в единое целое… Бла-бла-бла… Перейдем на новый уровень человеческих отношений… Бла-бла… А в реальности… Знаешь, после революции, в середине двадцатых, эту идею активно пытались продвинуть некоторые особо одаренные коммуняки. Всякие движения типа: «Долой Стыд!», участники которого бегали по городу голышом. Комсомолка не может отказать комсомольцу в такой мелочи, как секс, и прочий бред… Знаешь, чем это закончилось?

Ваня сник и хмуро кивнул. Но Катя не удержалась:

— Чем?

— А тем! СССР был мировым рекордсменом по абортам! Пять миллионов абортов в год! Только подумайте об этом! Но вообще… если фантазировать про свободную любовь и о том, чтобы девушка не могла мужчине отказать в такой мелочи… Знаешь, как было бы на самом деле?

— Как?

— А как у Аристофана. Там как раз по общность жен шутка была, если читал. Помнишь?

Ваня вздохнул и кивнул.

— И что там? — с интересом спросила Юка.

— Да вот такой закон и был принят в полисе, чтобы девушки не могли никому отказать… Но когда молодой человек захотел своим правом воспользоваться, оказалось, что из гуманистических соображений ему сначала нужно старуху ублажить. Ведь у толстых пожилых дам тоже есть потребность в выходе на новый уровень взаимопонимания и чувственности. Да?

Катя прыснула. А Ната продолжала:

— Когда мужики про свободные отношения думают, им кажется, что будет так, что любая молоденькая красотка им отказать не сможет. Но как-то забывают, что девяносто процентов женщин их идеалам не соответствуют… И уж если мы говорим про справедливое общество, то как с этим быть?

— Но ведь сейчас уже все по-другому… — задумчиво протянула Катя. — Есть вирт, где каждый может выглядеть как угодно.

Ната возмущенно фыркнула:

— Начнем с того, что вирт доступен лишь пяти-шести сотням миллионов людей в развитых странах! А десять миллиардов мечтают не о сексуальных похождениях в вирте, а о том, чтоб как-то свести концы с концами… Ну а кроме того, как ты думаешь, зачем нам с тобой зеленые галочки повесили?

— Зачем?

— Объективация! Вот зачем! Мужикам недостаточно властвовать над абстрактным женским телом, они хотят быть уверены, что владеют именно молодой и красивой…

— Ну, у меня тоже зеленая галочка… — осторожно заметил Ваня.

Девчонки посмотрели на него и переглянулись.

— Да кому ты нужен… — скривилась Ната.

Ваня насупился.

Неожиданно дверь с грохотом распахнулась, и в комнату ворвались два спецназовца в масках и с автоматами на изготовку.

— Не двигаться! — они взяли компанию на мушку.

Глава 18

1

Следом за бойцами в масках стремительно вошел Варенуха в сопровождении незнакомого капитана, несущего большой пластиковый кейс.

— Этот? — спросил офицер стальным голосом.

Варенуха торопливо кивнул.

Офицер огляделся и изумленно вскинул брови при виде девушек. Но ничего не сказал, лишь жестом приказал бойцам проверить помещение.

Спецназовцы внимательно осмотрели комнату, потом опустили автоматы и встали возле двери.

Первой в себя пришла Ната.

— В чем дело? — возмущенно крикнула она, но на нее никто не обратил внимания.

Незнакомый капитан властным жестом сбросил с Ваниной тумбочки разложенные там вещи и громыхнул кейсом, выложив его на лакированную поверхность. Щелкнули металлические защелки, и на свет появились два терминала и пара 3D очков. Капитан распахнул крышку лэптопа и нажал на кнопку. Затем громко выругался и сурово посмотрел на бойцов в масках.

— Петров! Почему устройство не заряжено?

Бойцы неловко переглянулись.

— Опять на дежурстве в «Контру» всю ночь резались?

Спецназовцы синхронно вздохнули и отвели взгляд.

Капитан оглядел комнату:

— Розетка есть?

— Так точно! — откликнулся стоящий навытяжку Варенуха и тоже начал вертеть головой.

Ваня указал на противоположный угол:

— Вон там!

— Только одна? — нахмурился гость.

— Так точно!

Капитан смерил взглядом расстояние:

— Не дотянется… — подытожил он раздраженно. — Удлинитель есть?

Варенуха посмотрел на Нату:

— Боец Белова, бегом к дневальному! Принеси удлинитель и тройник!

Капитан кивнул одному из своих бойцов:

— Проводи.

…

Потянулось ожидание. Ваня начал приходить в себя. Он все еще не мог понять, что происходит, но решил не задавать вопросов.

Через несколько минут вернулась Ната, и терминалы наконец были включены.

— Твою же налево! — проворчал капитан, глядя на экран. — Теперь обновиться ему приспичило! Нужно подождать пять минут.

— Да вы садитесь, товарищ капитан, — улыбнулась Катя. — В ногах правды нет… Может, чайку?

Капитан хмуро покосился на нее, но неожиданно буркнул:

— Ну давай.

Варенуха расслабился и выдохнул:

— Соловьева, Вепрева! Организуйте!

Девушки встали и направились к двери.

Проходя мимо спецназовцев, Катя заботливо спросила:

— А вы будете?

Бойцы переглянулись и кивнули.

— С сахаром?

Опять суровый кивок.

Девушки выпорхнули из комнаты. В этот раз их никто не сопровождал.

…

Через две минуты понукаемый Юкой дневальный кряхтя втащил в спальное помещение стол. Следом появились четыре стула, скатерть, электрический чайник, вафли, четыре стакана и большой кусок подсохшего торта «Шоколадный принц».

Загрузка закончилась, и первый терминал, мигая индикатором, начал установку обновлений. Второй терминал все еще качал апдейт.

Гости вместе с лейтенантом Варенухой уселись за стол. Автоматы были поставлены в уголок. Спецназовцы задумчиво переглянулись, покосились на капитана и закатали маски освободив рты.

Зазвенели стаканы. Захрустели вафли.

— Так что случилось? — невинно спросила Екатерина, подавая капитану блюдце с новым кусочком торта.

— Бу-би-бе… — пробубнил тот с набитым ртом и отхлебнул большой глоток чая.

— Что, простите?

— Это секретная информация!

Терминал томно мурлыкнул: обновление системы завершено. Капитан стряхнул с пальцев крошки, поднялся и сдвинул брови.

— Боец Дубов, вы сегодня участвовали в игре?

— Так точно! — звонко отчеканил Ваня, жадно глядя на оставшийся на тарелке кусочек торта.

— Вы были в одной команде?

— Да, товарищ капитан! — отозвались девушки.

— Встречалось ли вам в игре что-нибудь странное, необычное?

Ваня пожал плечами.

— Это была наша первая игра… — осторожно начал он.

— Опишите последние минуты боя, — потребовал капитан, подключая 3D очки к терминалу.

Ваня начал рассказ.

— Понятно… — оборвал его капитан. В самом конце игры вы подобрали какой-то объект…

— Да. Нашел винтовку на границе зоны…

— Вы взяли ее с собой?

— Взял.

— И теперь она лежит в вашем арсенале?

— Наверное…

— Отлично! Сейчас вы войдете в свой аккаунт через 3D очки. Это вариант облегченного вирта с урезанным функционалом. Возьмете это оружие и передадите мне.

— Как? — Ваня недоуменно поглядел на капитана.

— Я тоже войду в свой аккаунт. В виртуальном лобби игры можно торговать и обмениваться трофейным оружием.

— Хорошо…

— Вы когда-нибудь пользовались 3D очками?

— Конечно. Но без нейроинтерфейса.

— Понимаю. Да, с нейроинтерфейсом погружение гораздо глубже, но полной подмены реальности как в вирткапсуле не происходит. И скорость течения времени как в реале. Ну, если вы пользовались, то полагаю знаете, как управлять системой и передвигаться?

— Знаю.

— Отлично, — улыбнулся капитан. Но тут же опять посерьезнел. — Так… Чтобы не было недоразумений… Для маскировки у меня будет женский аватар. Имя: Лиzа777мр-rus, понятно?

— Так точно!

Но капитан недоверчиво покачал головой и достал из кармана блокнот. Заскрипел карандаш, капитан аккуратно вывел буквы и показал Ивану:

— Запомнил?

— Да.

— Повтори.

— Лиза-семь-семь-семь-эм-эр-рус!

— Хорошо. На всякий случай для идентификации будем использовать пароль: «Вы продаете русский автомат?» Отзыв: «Автомат продан. Могу предложить хромированный наган с шашкой». Понятно?

— Так точно, товарищ капитан. Понятно!

— Повторите!

— У вас продается славянский… ой… нет… русский автомат?

— Хорошо. Отзыв?

— Автомат продан. Могу предложить наган с шашкой.

— Хромированный наган!

— Да. Точно! Извините… Хромированный наган с шашкой…

— И будьте внимательны, рядовой. Там в лобби куча сброда постоянно тусуется. Встречаемся в секторе 42с. Возле барной стойки.

— Слушаюсь! — отчеканил Ваня. — Но, наверное, мне надо…

— Не надо!

— Но, может быть, стоит?..

— Не стоит!

— Тогда, быть может, нужно?..

— Не нужно! Вам поручено ответственное задание! Будьте внимательны и инициативны!

— Так точно, товарищ капитан!

Ваня взял протянутые очки и надел их. Пискнул датчик синхронизации нейроинтерфейса. Ваня облокотился на жесткую спинку кровати, занимая удобное положение и вошел в вирт.

2

Очутившись в уже знакомой комнате с зеркалами, Ваня обнаружил, что одет в те же шорты и футболку, что были на нем в последней игре. Трофейная одежда сохранилась. Это хорошо.

Он огляделся, отыскивая арсенал. Туда вела отдельная дверь. Зайдя внутрь, Ваня обнаружил стойку с одиноко стоящей на ней винтовкой. Холодный металл удобно лег в ладони. Неожиданно Ваня ощутил легкое головокружение. Перед глазами мелькнула мутная рябь, а потом появилась надпись: «Синхронизация». В следующую секунду предметы перед его взором приобрели необычайную резкость. На чем бы он ни фокусировал взгляд, появлялась куча цифр и информации относительно выделенного предмета.

«Оружейный стеллаж.

Расстояние — 158 см.

Материал — vr-пластик.

Прочность — 85.

Вес — 8 кг.»

…

Ваня перевел взгляд.

…

«Дверь межкомнатная.

Расстояние — 273 см.

Материал — vr-Дуб.

Прочность — 115.

Вес — 27 кг.»

…

Также где-то на границе поля зрения появился план помещения.

За второй дверью была обозначен какая-то большая комната или зал. Ваня решил заглянуть туда. Это оказался полутемный тир. Когда Ваня вошел, загорелся яркий свет.

Интересно…

Ваня заметил ряд мишеней. Перед глазами мелькнули услужливые цифры.

«Мишень ростовая.

Расстояние — 3065 см.

Материал — vr-фанера

Прочность — 100.

Вес — мало данных».

Ваня поднял винтовку.

«5,56–30, стд., один.»

Сначала мишень была подсвечена красным. Но когда Иван прицелился, вокруг мишени появилось зеленоватое свечение. Ваня прикрыл левый глаз. Изображение перед правым глазом плавно увеличилось. По мишени поплыло полупрозрачное красноватое пятно, с жирной точкой в центре… Похоже, плотность заливки отмечала вероятность попадания. Удобно… Ваня нажал на спуск.

Грохнул выстрел. Отдача была гораздо ниже, чем у калаша, из которого Ваня стрелял в бою.

Красное пятно на мгновение расширилось, став почти прозрачным, но тут же сгустилось вновь.

Ваня переключил на стрельбу очередями.

«5,56–29, стд, очер».

Заглянув в прицел, Ваня обнаружил, что красное пятно, превратилось в расширяющуюся кверху полосу, словно кто-то сделал кисточкой длинный мазок.

Он нажал на спуск. Винтовка отозвалась послушной смертоносной дрожью..

Да… Очень удобно… Интересно, это просто читерское оружие или что-то иное? Почему из-за нее такой переполох?

Но нужно было торопиться. Любопытно… Ему так и придется тащить винтовку в лобби? Он же привлечет ненужное внимание… Хотя капитан сказал, что там много торговцев оружием…

Ваня закинул загадочное оружие за спину и пошел к выходу.

Возле выхода он задержался, огляделся по сторонам в поисках чего-нибудь, во что можно завернуть оружие. Но ничего подходящего не нашел. Секунду поколебавшись, Ваня потянулся к сенсору открывания двери. Как только он коснулся кнопки, винтовка исчезла с его плеча. В ладони оказалась зажата карточка с изображением оружия. Поднеся ее к глазам, Иван с удивлением обнаружил вместо названия модели и технических характеристик сплошные вопросительные знаки. Все это было очень странно… Но нужно было спешить на встречу с капитаном Лизой.

В большом пустом холле, в который выходили десятки дверей, Ваня увидел прозрачную кабину лифта. Стеклянные двери распахнулись. Мигнул пульт управления. Так-так… Кажется, 42с. Пока Ваня стоял в раздумьях над пультом, распахнулась одна из дверей, и в коридор вышла незнакомая девушка. Увидев открытые двери лифта, она махнула рукой и ускорила шаг. Занеся палец над кнопкой, Ваня с сомнением покачал пальцем, но воспитание победило. Он галантно посторонился, пропуская девушку.

Теперь он мог ее рассмотреть. Тонкие губы, короткие черные волосы, высокие шпильки и мини-юбка, едва прикрывающая бедра. Так… Сейчас не до этого… Ваня поднял взгляд и сфокусировался на системной информации. Над девушкой плавала зеленая галочка. Ого… Ее внешность соответствует реалу! Ваня невольно сглотнул, но в следующее мгновение сумел разглядеть ее имя Лиза777мр-rus. Вот блин! Все очарование незнакомки как рукой сняло. Вместо этого появилось невольное уважение к умению капитана перевоплощаться. Девушка выглядела очень грациозной и женственной. Отличная маскировка… Да еще и шпильки… Как на них ходить? Непонятно…

Лиза выжидающе смотрела не него и молчала.

Ваня невольно вытянулся по стойке смирно.

— Здра… ой… Добрый вечер!

— Привет, — мурлыкнула девушка.

И Ваню снова окатило волной восторженного изумления. Казалось, что он даже ощущает легкий запах духов. Хотя, разумеется, в облегченном варианте вирта это невозможно.

— Ээ… мы поедем, — Ваня скосил глаза на набранные на клавиатуре цифры, — или тут?

— Как хочешь, дорогуша.

Ваня недоуменно захлопал ресницами.

Лицо девушки напряглось, словно она прислушивалась к неведомым голосам. Но через мгновение на ее губах снова появилась томная улыбка:

— Ты продаешь русский автомат? — нежно проворковала она и шагнула к нему ближе.

Но Ваня, помня, что за этим милым соблазнительным телом скрывается суровый капитан, невольно отшатнулся.

— Автомат продан! — звонко выпалил он. — Зато есть хромированный наган с шашкой!

— Хорошо… — хмыкнула Лиза. — Возьму наган. Сколько ты хочешь?

Иван недоуменно пожал плечами:

— Эээ… А сколько ты… вы… можете предложить?

Девушка испытующе посмотрела на Ивана и с сомнением сказала:

— Пятьдесят тысяч хватит?

— Конечно.

— Договорились!

Лиза подняла руку с часами и пробежала пальцами по клавиатуре.

— Давай!

Ваня вытащил из кармана карточку с автоматом и протянул девушке.

Их руки соприкоснулись. Пискнул сигнал приема платежа.

На Ваниных часах мигнула зеленая надпись:

«Поступление ₡50 000$».

В тот же миг карточка с изображением чудо-винтовки выскользнула из его пальцев.

— Ну, бывай! — усмехнулась Лиза и чмокнула его.

Ваня даже не успел отстраниться. С брезгливым отвращением он потер виртуальную щеку, глядя вслед неспешно удаляющейся девушке. Ну капитан дает! Как можно так достоверно воспроизвести женскую походку. Ваня тряхнул головой и вышел из кабинки. Пора возвращаться…

Двери за его спиной захлопнулись.

Ваня сделал несколько шагов. Сзади раздался шелест открывающихся дверей. Он обернулся.

В дверях лифта возвышалась какая-то странная тетка с пухлыми, ярко накрашенными губами, накладными ресницами и неестественно большим бюстом. Она бросилась к Ване, но подвернула ногу и грохнулась на пол.

До Вани донеслась отборная брань.

Ваня ошалело скосил глаза и вздрогнул. Над дамочкой не было никакой галочки, зато плавало до боли знакомое имя: Лиzа777мр-rus.

Глава 19

— Какого хрена ты делал в этом долбаном лифте?! — вопил капитан прямо Ване в лицо.

Vr-очки и терминалы валялись на полу. Капитана трясло от ярости. Он споткнулся о провода и со злостью пнул пластиковый кейс.

— Но я был уверен, что это вы… — выдавил Ваня, разглядывая ржавую ножку соседней кровати..

— Ты что, не видел, что у этой стервы зеленая галка?!

— Видел… Но думал, это маскировка…

— Маскировка?! Да ты совсем идиот! Галку подделать невозможно!

— Я не знал… А еще… У нее было ваше имя…

— Какой же ты олень! Мля… — уже кричал капитан. — Какое имя она назвала?!

— Лиза777мр-рус. Как вы и говорили…

— Не может быть! Вспоминай, долбоёнышь!

Ната хмуро посмотрел на орущего капитана. Тот не выдержал, подскочил к Ване и сунул ему под нос нацарапанное на листочке имя. — Так?

— Ну да… Вот в точности… Хотя… — Ваня замер ощутив как по спине побежали капли холодного пота. Как же он облажался! Он еще раз посмотрел на листок и поникшим голосом признался. — Там «з» — русская была…

— Что?

— Русская «з» в слове Лиза. А у вас — латиница… Я и не заметил…

— Какой же ты олень… — со стоном повторил капитан, прикрыв ладонью лицо.

— Но ведь она сказала пароль! Правильный пароль! — нашелся вдруг Ваня.

— Пароль? — хмуро переспросил капитан, но в его глазах появился интерес. Он на секунду задумался, а потом застыл, осененный догадкой. Недоверчиво покосился на окно. Подошел, коснулся рукой стекла.

— Одинарное… — Твою ж налево! — буркнул он себе под нос и схватил коммуникатор.

— Петров! Тут была какая-то активность?

Выслушал ответ, сморщив лоб.

— Нет! Не может быть, чтобы совсем ничего! Смотрите внимательнее! Думайте! Что-то было! Не могли же они сюда жучков напихать!

Опять напряженная тишина. Казалось, все в комнате навострили уши, пытаясь расслышать, что бормочет коммуникатор в ухо капитану Лизе-МР.

А тот опять наморщил лоб:

— Что? Дрон «Фрик-ньюс»?! Млин! Чего же ты раньше не сказал! Он же лазером со стекла звук на раз-два пишет! Электронную пушку! Дроны на перехват! Мля-мля-мля… Опоздали…

Капитан грохнул по столу кулаком, смахнув последний кусок вафельного торта на дырявый облезлый линолеум. Ваня проводил его полет тоскливым взглядом.

Капитан Лиза продолжал орать, сыпля приказами:

— План «Крепость-3»! Закрыть воздух! Все полицейские дроны в радиусе километра сюда! А этот долбаный «Фрик-Ньюс»… Чтобы их представитель с полным отчетом о маршрутах был через час у меня в кабинете на Лубянке!

Бойцы в масках торопливо запихивали в кейс разбросанное по комнате оборудование, напряженно косясь на бушующее руководство.

Капитан отключил коммуникатор и проворчал себе под нос:

— Бесполезно… Все равно на хакеров все повесят…

Он сурово оглядел комнату. Иван изобразил на лице максимальное раскаяние.

— Ну, дятел… — процедил капитан, уперев в Ваню ненавидящий взгляд. — Если узнаю, что ты в этом замешан, я тебя лично в порошок сотру! Понял? Твое счастье, что нельзя шум поднимать… Но я еще вернусь…

Он пошел к выходу, но остановился перед дверью и обернулся:

— Надеюсь, никому здесь не нужно объяснять, что все случившееся совершенно секретно? Я пришлю вашего особиста — он соберет с вас расписки о неразглашении. Если хоть крупица информации уйдет… тут может произойти несчастный случай… — капитан покосился на Варенуху и скривился. — Тем более, что в этой части такое частенько случается…

— Так точно, товарищ капитан, — хором откликнулся Ванин отряд.

Хлопнула дверь, и они остались одни.

Долго никто не произносил ни слова. Наконец Ваня кряхтя встал с кровати, подошел к столу, нагнулся и поднял с пола полуразвалившийся кусок «Шоколадного принца». Вздохнул. Снял с торта чей-то длинный белый волос, тщательно сдул пыль, вопросительно глянул на девушек.

— Кто хочет?

Но никто не шевельнулся, соседки лишь ошарашенно следили за его действиями.

— Ну, как хотите, — устало улыбнулся Иван и с аппетитом захрустел сладкой вафлей.

Продолжая жевать, он доковылял до стола, взял стакан и налил себе чаю. Сел на стул. С шумом отхлебнул и поглядел на облезлый потолок.

— Интересно, что можно купить на пятьдесят тысяч криптобаксов? — Ваня задумчиво погладил больную ногу.

Девушки изумленно переглянулись.

— Пятьдесят тысяч? — невольно вырвалось у Кати.

— Ага… Лиза оказалась очень щедрой… В отличие от этого хрыча.

…

Деньги… Ваня прежде никогда особо не задумывался о деньгах. Да и, сказать по правде, их у него никогда не было. Небольшая стипендия позволяла лишь сводить концы с концами. Впрочем, во всей стране это было обычным делом. Работящая бедность. Когда человеку, ежедневно вкалывающему по 12 часов на двух работах, едва хватало денег, чтобы оплатить непосильные проценты по ипотеке и не умереть с голоду. Несправедливость… Тотальная несправедливость…

Ваня вспомнил последний экономический крах. Как обычно, все началось в США, и, как всегда, сильнее всех пострадали бедные страны. На этот раз треклятые янки изъяли из обращения свои доллары, заменив их цифровой международной криптовалютой. Ему было всего восемь лет, но он отлично запомнил страх и пустую безнадежность в глазах родителей, когда рубль за день обесценился в три раза, а многолетние сбережения превратились в тыкву. Это совершенно раздавило отца — непрактичного и наивного профессора истории. Отец всегда отлично мог объяснить причины и следствия исторических и социальных процессов, безошибочно предсказывал политические решения и экономические кризисы, но никогда не умел воспользоваться результатами своих прогнозов. Из веселого, умного, уверенного в себе человека Отец превратился в раздавленного и опустошенного старика, ежедневно прикладывающегося к бутылке.

Ваня стиснул зубы… Если бы эти деньги появились у него хотя бы пять лет назад, отец остался бы жив… Теперь рак излечим, но лишь для тех немногих в стране, кто способен платить за высокотехнологическую помощь. Другим достаются мизерные квоты и многолетние очереди. Дожить до конца которых шансов почти ни у кого нет. 50 000! Даже одной пятой этой суммы с лихвой хватило бы на операцию и реабилитацию… Неужели какая-то идиотская виртуальная игрушка может стоить дороже, чем жизни пяти человек?!

Деньги… деньги… Всё упирается в деньги, а они давно уперлись сами в себя, остальное запрещено…

Богатые богатеют, а бедные становятся все беднее. Когда мировая финансовая криптовалюта перешла на принцип Proof-of-Stake все стало только хуже. Чем больше у тебя было денег, тем больше их становилось каждый день. А человек у которого ничего нет с каждым днем получал все больше этого «ничего».

…

Весь вечер они провели в кабинете особиста части. Им пришлось подписать кучу бумажек и раз десять подробнейшим образом изложить не только историю потери винтовки, но и в деталях пересказать всю игру. Их отпустили только поздним вечером.

Лишь опустив голову на подушку, Ваня вдруг вспомнил вчерашнюю ночь и ощутил, как по телу прокатилась сладкая волна. Как подобное могло вылететь у него из головы? Хотя, учитывая все события сегодняшнего дня, это было неудивительно.

Неужели и вправду к нему вчера в ночи приходила одна из его боевых подруг? Сейчас невозможно было в это поверить. Ваня задумался, кто же это мог быть… Он по очереди перебирал каждую из девушек, вспоминая их улыбки, движения, взгляды… Нет. Не было никаких намеков и никаких догадок… Непостижимо.

Тогда Ваня подумал, а чего бы он хотел сам? Какую из девушек мечтал бы видеть в своих объятиях… Странно, но даже на этот, казалось бы, простой вопрос не было однозначного ответа. Каждая из них была по-своему удивительно красива, женственна и восхитительна. Он вдруг с удивлением подумал, а может, это любовь? Но можно ли любить сразу троих? Абсурд…

Ваня прислушался. С женской половины комнаты слышалось лишь легкое посапывание. Все уже давно спят, а он забивает свою голову всякими глупостями.

Что было, то прошло. И больше никогда не повторится… Ваня повернулся на бок и закрыл глаза, тут же провалившись в глубокий сон.

…

Его опять разбудило прикосновение теплых губ. Неужели снова? Ванино сердце загрохотало в сладком предвкушении. Он коснулся в непроглядной темноте мягкого нежного тела.

На губах застыл невысказанный вопрос. Самый дурацкий из всех возможных: «Кто ты?» Ваня вовремя сообразил, что подобный вопрос разрушит всю волшебную сладость этого мгновения.

Неужели он не сможет понять этого сам?

Скрипнула кровать, когда девушка прильнула к его губам.

У него перехватило дыхание. Кружилась голова, и грохотало в висках.

Ваня попытался вернуть ускользающий контроль над ситуацией. Он коснулся ее щеки… провел пальцами по губам… И каждый раз, когда ему казалось, что он нашел ответ, он убеждался в своей ошибке. Еще несколько секунд бессмысленных попыток, и Ваня капитулировал. Сдался бушующему океану нежности и ласки. Окружающий мир исчез.

Глава 20

Вторая игра уже не вызывала у Ваниной команды особых страхов и опасений. Подъем, зарядка, отвратительный завтрак и короткий инструктаж — все как всегда. Хотя о каком «всегда» можно говорить после семи дней в армии. Семи бесконечных дней… Крошечный отрезок времени на фоне отмеренных трех лет службы.

Но предстоящий бой уже не пугал своей неопределенностью. Где-то глубоко внутри у Вани появилась странная уверенность, что они обязательно победят.

…

На этот раз у них уже была одежда, сохранившаяся после предыдущей игры. Так что, хотя девушки и привлекли всеобщее внимание, никаких неприятных инцидентов не произошло.

Карман жгли свалившиеся с неба деньги.

Ваня глянул на прайслист возле бара.

Два напитка по цене одного!

«Кровавая Мэри» — 50 %

«Винторез» — 30 %

Катя дернула его за руку.

— Ты же не собираешься выкидывать деньги на этот виртуальный мусор?

— А что такого? Я всегда хотел попробовать Dom Perignon… И вас угостить… Может, отметим?

Катя скривилась:

— Я пробовала. Шампанское как шампанское. Не забивай голову ерундой. Деньги можно потратить гораздо эффективнее.

Они сели за столик.

Юка подошла последней. На ее лице читалась досада, а в пальцах была зажата пластиковая карточка с нарисованной катаной.

— Я так надеялась побегать с ней игре… Взяла из арсенала, а на выходе катана превратилось в это… Вот… — она пренебрежительно помахала пластиком. И что с ней теперь делать?

— Мне кажется, холодное оружие сохраняется, — задумчиво сказала Наташа. — Ты молодец, что взяла его с собой. В лобби с оружием нельзя. Но в игре оно у тебя должно появиться.

Юка недоверчиво скривилась и села за стол.

Ваня вытащил электронную кредитку, найденную в кармане шорт. На ней горели соблазнительные цифры. Пока еще оставалось время, нужно было решить этот вопрос.

Он открыл меню контактов и сделал три транзакции.

Девушки одновременно вздрогнули, получив невидимое посторонним оповещение. Со стороны это выглядело странно.

Катя открыла было рот, но, взглянув на подруг, ничего не сказала. Говорить особо было нечего. Они уже начали понимать друг друга без слов.

…

На этот раз почти треть локации занимала окраина какого-то польского города. Ваня задумчиво смотрел на серые корпуса складов и промышленных зданий. В этом лабиринте легко можно было заблудиться.

— Ну что? Действуем как в прошлый раз? — предложил он. — Прыгаем в самом конце и добиваем тех, кто выйдет из игры?

— Думаешь, мы одни такие умные? — нахмурилась Ната.

После короткого обсуждения они выбрали точку десантирования. Одинокий хутор на противоположном от города конце карты.

Прозвенел зуммер пятисекундной готовности. Несколько беспокойных мгновений, и они снова оказались в трясущейся вертушке.

…

Высадка прошла без приключений. Во время короткого полета Ваня все время крутил головой, пытаясь разглядеть места десантирования других игроков. Кажется, поблизости противников не было.

К восторгу Юки, катана и вправду появилась у нее за спиной. Девушка достала ее и со свистом рассекла воздух.

— Без нее чувствую себя голой! — она кровожадно оскалилась.

Ваня тактично промолчал.

Неожиданно он хлопнул себя по лбу:

— Совсем забыл! Нужно отключить трансляцию нашей игры!

— Трансляцию? — удивленно крикнула Ната сквозь гул вертолетного двигателя.

Ваня кивнул и поднял часы. Как же это сделать? Его пальцы забегали по экрану. Девушки тоже углубились в изучение настроек.

— Ага! Нашла, — сказала Юка. — Настройки. Дополнительное. Информация. Видеоконтент.

— Спасибо, — кивнул Ваня.

…

Торопливый осмотр старого коттеджа и хозяйственных построек принес два Калашникова, «м416» и ремингтон. Они также обнаружили два коллиматорных прицела, три аптечки и пару рюкзаков. Но дополнительных патронов не нашли. Зато в каждом автомате стоял полностью снаряженный магазин.

На кухне Наташа прихватила увесистую чугунную сковородку «Тефаль».

— Ты же не потащишь ее с собой? — с беспокойством спросил Ваня.

Ната нахмурилась и прикусила губу.

— Да… наверное, ты прав… — согласилась она после секундного раздумья. Хотя эта тефалина для меня… ну, как талисман, что ли, — неловко призналась она.

Поймав удивленный Ванин взгляд, Ната все же вернула сковородку на плиту.

Спрятавшись в сарае, команда приступила к дележу трофеев.

Один коллиматор поставили на «м416», которым вооружилась Катя.

Второй коллиматор прикрутили к калашу. Его Ваня взял себе.

Из-за последнего калаша разгорелся спор. И Юка, и Ната хотели заполучить именно его. Ремингтон почему-то не вызывал ни у кого особого доверия.

Ване пришлось выступить судьей.

— Так… Помповик хорошо работает на средней дистанции и в ближнем бою. Но для ближнего боя у Юки есть катана, и воспользоваться ремингтоном она не сможет… Значит, пусть его возьмет Ната. Думаю, так будет эффективнее!

— Но… — начала было Наташа, однако Ваня оборвал ее.

— Давайте не спорить! Я так решил!

— Хорошо, — на удивление легко согласилась девушка.

…

Оставалось лишь осмотреть гараж. Ваней владело какое-то детское любопытство. Рыскать в чужих домах и копаться в вещах, выбирая полезные для выживания предметы, оказалось очень увлекательно. Каждую секунду чудилось, что вот в следующей комнате, в очередном шкафу, вон в той постройке обязательно найдется что-то такое, что изменит баланс сил — в их пользу, конечно.

Так что последнюю дверь Ваня взломал с тайной надеждой. Девушки стояли неподалеку, напряженно оглядывая периметр. Но их тоже мучило любопытство.

Катя осталась снаружи, а Ната с Юкой шмыгнули за Ваней внутрь полутемного помещения.

В гараже, как и следовало ожидать, обнаружилась машина. Старая, видавшая виды легендарная «Тесла Модель F» красного цвета с грунтованным черным капотом.

Ваня подошел к машине и пнул колесо. Дернул дверь. Она со скрипом открылась.

— Ну и старье… — презрительно буркнул он и начал осматривать шкаф.

В машину заглянула Ната и сморщила нос.

— Тут хотя бы автопилот есть?

Однако Юка не разделяла их скепсиса. Она протиснулась в салон и села на облезлое потрескавшееся сиденье, обитое когда-то черной кожей. Провела ладонью по рулевому колесу, коснулась приборной панели. Нагнулась, открыла бардачок и удовлетворенно хмыкнула, обнаружив там рожок от калаша, полный патронов. Затем откинула козырек над водительским сиденьем. Ей в руку упала ключ-карта.

— Ого! Сможем поехать… Если, конечно, заведем.

Ната фыркнула:

— Как? Тут даже автопилота нет, только ассистент водителя. Этому драндулету лет двадцать, не меньше!

— Я умею водить, — улыбнулась Юка, нажимая кнопку старта.

Машина ожила. На экране появилась системная информация.

Юка глянула на индикатор заряда батареи:

— Семьдесят восемь процентов — часов на пять хватит.

— Ты шутишь? — удивилась Ната.

— Ничуть. Зачем топать пешком, когда есть машина?

Девушки вопросительно посмотрели на Ивана.

— Что скажешь, командир?

— Хм… — Ваня задумчиво почесал затылок. Затем достал из подсумка скомканную карту и разложил на капоте автомобиля.

Граница зоны была совсем рядом, а сжатие должно было начаться через десять минут. Пора было выдвигаться в безопасный район. Но машина, конечно, все меняла. На автомобиле можно было спокойно объехать все интересные локации, собрать оружие, боеприпасы и снаряжение, а не таскать их на собственном горбу… Единственное, было непонятно, насколько поездка в машине безопасна. Немного подумав, Ваня решил, что риск оправдан.

Он отметил большой склад внутри новой безопасной зоны.

— Двигаем сюда! Там наверняка много интересного.

Девчоночьи лица расплылись в улыбке.

— Поедем в авто? Кр-р-расота! — пропела Наташа.

Со скрипом открылись гаражные ворота, и «Тесла», пронзительно повизгивая электродвигателем, выкатилась наружу.

— Катя, ты где? Давай сюда! — скомандовал Иван в микрофон.

Зашевелились кусты, и показалось дуло автомата.

Девушка недоверчиво рассматривала автомобиль:

— А он не развалится по дороге?

— Сейчас узнаем, — усмехнулся Ваня и распахнул переднюю дверь.

— Эй-эй! Поаккуратнее. Не хлопайте!

Ванин отряд удобно разместился в видавшем виды салоне.

Катя открыла окно и выставила ствол автомата. Ната, посмотрев на снайпера, последовала примеру подруги.

Юка прислушалась к шуму двигателя:

— Почему такой странный звук? Словно ишак вопит!

— Может, для игрового баланса? — предположил Ваня.

— В смысле?

— Ну, машина явно дает преимущество. Даже такая рухлядь. Вот, наверное, и добавили звуковое сопровождение, чтоб все вокруг знали…

— Ну, окей. Главное, чтобы ехала… — пожала плечами Юка и двинулась вперед.

…

Перемещаться на машине оказалось очень легко и приятно. Они обшаривали одно за другим все доступные здания. Вскоре два небольших багажника и тесный салон теслы были забиты патронами, аптечками и едой.

Отряд теперь был вооружен тремя «м416» и винторезом. В подстаканниках под приборной панелью лежала пара гранат. Рядом, воткнутая в просвет между сиденьями, торчала Юкина катана.

Они расслабились. «Тесла» неслась по ровной асфальтовой дороге. Из хрипящих динамиков лилась ария Германа из «Пиковой Дамы». Хрустя чипсами и запивая их энергетиком, компания весело подпевала:

Что наша жизнь? Игра!

Добро и зло — одни мечты.

Труд, честность — сказки для бабья…

После этих строк Ната насупленно замолчала и уставилась в окно.

Дорога петляла среди деревьев. Юка, не переставая петь, сбросила скорость и повернула руль. Ваня громко и немузыкально подтягивал:

…

Так бросьте же борьбу,

Ловите миг удачи!

Пусть неудачник плачет,

Пусть неудачник плачет,

Кляня, кляня свою судьбу!

Высокая сосна на обочине вдруг пошатнулась и стала медленно заваливаться, словно гигантский шлагбаум. Юка ударила по тормозам.

Наташа схватила автомат. Но было поздно. Пулеметная очередь прошила машину насквозь. Затем полетели гранаты. Одна. Вторая. И снова застрочил пулемет.

Последним, что Ваня успел разглядеть, было белое пламя взрывающихся аккумуляторов.

Глава 21

— Ну что, чемпионы? Накатались? — Мухоморов глянул насмешливо.

Ванина команда вылезла из капсул виртуальной реальности и теперь растерянно озиралась.

— Что стоите, как столбы? Для лузеров у нас особая программа! Вы почему партию просрали? Правильно! Потому что задроты и идиоты. Идиотизм, как известно, не лечится. А вот физическую форму вам в армии выправят. За каждый недоигранный час в вирте — пробежка один километр. Так что двадцать два километра — бегом марш! А потом займемся физподготовкой, — прапорщик обернулся к дежурному ефрейтору. — Проконтролируй этих дятлов!

Тот козырнул и, цыкнув зубом, оценивающе посмотрел на девушек.

— Товарищ прапорщик, — озабоченно выдавил Иван, — я еще не могу бегать… Нога…

Мухоморов скривился:

— Ну ладно. Тогда тебе — сорок раз подтянуться на турнике!

— Сколько?

— Едрищенский паровоз! Ты еще и глухой? Если плохо слышишь, повторяю: сорок пять раз! Это пять раз по девять, если не знаешь.

— Но вы же сказали… — начал было Ваня, но Ната дала ему подзатыльник и дернула за рукав.

— Заткнись! — прошипела она ему в ухо и потащила за собой.

…

Через час Ваня пожалел о том, что прокатился на виртуальной «Тесле». Через два — что нахамил Дмитрию Сергеевичу на экзамене. Через три — что родился на свет. Руки отваливались. На ладонях пузырились кровавые мозоли. Плечи болели.

Сил больше не было, а приставленный Мухоморовым ефрейтор продолжать орать:

— Давай!! Не рассиживайся, лузер! Еще один подход! Мышцы накачал в качалке, а поможет в виртуалке!

Мимо как раз очередной раз пробежала толпа неудачников, погибших сегодня раньше времени. Девушки бежали в конце. Юка держалась неплохо. А Катя с Натой едва передвигали ноги.

— Вперед! Вперед! Шевелите булками! — крикнул ефрейтор им вслед.

Впрочем, его сальный взгляд подействовал не хуже крика. Ната выпрямилась и ускорила бег.

…

— Сорок три… Сорок четыре … Ну, глиста на палочке! Хватит ногами дрыгать! Последний раз… Так… Ну! Сорок пять!

Пальцы соскользнули, и Ваня рухнул на песок.

Ефрейтор посмотрел на часы.

— Ежкин кот… Два часа на турнике корячился. Сопляк!

Ваня уже ничего не слышал, лишь тряс гудящей, как улей, головой.

Ефрейтор оценивающе глянул на него и злорадно усмехнулся.

— Отлично! А теперь физподготовка!

— Что? — прохрипел Ваня.

— После разминки нужно наконец нормально потренироваться. Бегом в спортзал!

…

Ваня с трудом доковылял до большого серого корпуса, куда дежурные сгоняли взмокших бойцов, закончивших пробежку. Солдаты тяжело дышали и негромко переругивались, хмуро глядя себе под ноги.

Девчонки вползли последними

В большом, выстланном матами зале уже прохаживался незнакомый инструктор. Его узкая зеленая майка несколько несуразно смотрелась на накачанном, покрытом наколками теле.

В зале набилось человек двадцать взъерошенных, перепуганных бойцов. Мухоморов уже был тут.

— Ну что ж, лузеры… На ваше счастье, сегодня с чемпионата вернулся наш любимый инструктор по самбо, старший прапорщик Василий Иванович Туча… — Мухоморов сделал выразительную паузу.

Солдатские ряды нескладно грянули:

— Здравия желаем, товарищ старший прапорщик!

Мухоморов пожал Туче руку и хлопнул по плечу:

— Покажи этим лузерам…

Тот лишь ухмыльнулся и повернулся к рассевшимся на полу солдатам.

— Я инструктор по самбо. Кто из вас, нубов, знает, что это такое?

Ваня поднял руку:

— Ну?

— Самбо — самооборона без оружия. Система рукопашного боя, разработанная в тридцатых годах в СССР.

Туча хмыкнул:

— Мозговитый нуб. Молодец, возьми с полки пирожок!

Ваня невольно улыбнулся и покосился на девушек. Катя одобрительно кивнула, а Ната закатила глаза и сморщила нос.

— …Короче, — продолжал старший прапорщик, сурово глядя на бойцов, — разные идиотские ушу, кунг-фу, карате и прочую хрень — сразу забудьте! Нелепое кривляние, чтобы произвести впечатление на нервных барышень…

Ната демонстративно фыркнула.

Туча, не глядя, щелкнул пальцами:

— Встала! Упор лежа принять! И десять отжиманий! Вперед!

Ната сверкнула глазами, но промолчала и опустилась на пол.

А Туча продолжал вещать. Похоже, он оседлал любимого конька:

— Всякая эта дурацкая энергия: цинь, янь, хреянь и прочее — сказки для детского сада.

Ваня посмотрел на Юку. Ее лицо было непроницаемым, но глаза сердито блестели.

— Ну, а про дебильную философию я вообще молчу. Путь воина — мудовина… Короче. Если хотите выжить и победить, то принцип один: знание — сила! Не вера во всякую пустую дребедень. А простое знание анатомии, физиологии и физики! Понятно?

— Так точно, товарищ старший прапорщик!

— Хорошо… Так. Ты… Да, ты, жердяй! — Туча выбрал самого рослого бойца в зале. — Выходи сюда!

Солдат ухмыльнулся и, покосившись на товарищей, вышел вперед, поигрывая мускулами. Он был на полголовы выше инструктора.

— Ну! Чего стоишь как столб. Нападай!

Боец сжал кулаки и встал в стойку.

— Давай-давай, — подбодрил его прапорщик.

Солдат резко шагнул и махнул кулаком, целясь Туче в челюсть. Прапорщик ускользнул с линии атаки, ловко перехватил руку нападавшего и с разворотом дернул, перекинув бойца через плечо. Тот перелетел через инструктора и смачно грохнулся на пол.

— Понятно? — выпрямился прапорщик, оглядывая сидевших перед ним солдат.

Так точно! — грянул хор восхищенных голосов.

— Хорошо! Разбились по парам!

Началась тренировка.

Юка встала в пару с Наташей. Катя, с трудом отбиваясь от жаждущих сразиться с ней солдат, протолкалась к Ивану.

— Зачем это нужно?.. — проворчала она и покосилась на инструктора, стараясь встать в правильную стойку. — Уж лучше на стрельбище время потратить. Моя винтовка убойнее любых кулаков.

Ваня сочувственно вздохнул и тоже встал в стойку.

Бороться с Катей было легко и приятно. Она весила меньше пятидесяти килограмм, и Ваня, глядя на инструктора, играючи повторял все приемы. Перекидывал девушку через плечо, через бедро и через грудь. Бросал ее на пол. Проводил бросковые связки и удержания. Даже больная нога и ноющие после подтягиваний руки почти не мешали.

Катя смешно морщилась, с кряхтением поднимаясь после очередного броска, но сама одолеть Ваню не могла. Даже несмотря на то, что он старался ей поддаваться. Когда она попыталась провести бросок через плечо, то потеряла равновесие и, ойкнув, рухнула под Ваниным весом.

— Это что за хрень?! — крикнул Туча, ткнув пальцем на Катю. — А ты, толстомордый? — повернулся он к Ивану. — Почему поддаешься? Думаешь, противник в бою будет таким же любезным?

Он подошел к Кате и встал рядом:

— Так… Левую ногу вперед… Колено согнуть… Да не так сильно! Теперь смотри… Физику в школе учила? Молодец. Используй рычаг. Знаешь, что это? Отлично! — Туча взглянул на Ивана. — Ну? Давай!

Ваня медленно шагнул и протянул руку к Кате.

— Болван! Хватит дурака валять, а то я тебе сейчас сам наваляю. По-настоящему нападай! Живо!

Ваня кивнул и бросился в атаку. То ли в этот раз Кате повезло, то ли действительно подсказки прапорщика пришлись к месту, но у Кати все получилось. Она ушла с линии атаки, подставила бедро и с протяжкой дернула Ванину руку. Иван ойкнул и, кувырнувшись со всего размаха, грохнулся на мат. В ушах зазвенело.

— Во! Молодец! — похвалил прапорщик. — Теперь понимаешь, что такое самбо? Это борьба для умных. Не нужно делать чужую работу. Твой противник сам себя уронит, и чем он тяжелее и быстрее, тем ему хуже. Помнишь, чему равна сила?

— Знанию? — спросил Иван, с трудом поднимаясь с пола.

— Какому знанию, идиот?! Это у тебя знаний нет нихрена! А сила равна массе, умноженной на ускорение! Понятно?

— Так точно, товарищ прапорщик! Понятно!

— Так… еще раз. Вперед!

В этот момент в зал вошел хмурый Димон со своим отрядом.

Туча глянул на них и усмехнулся:

— Ага… еще лузеры подоспели. Ну, чего стоите? Пробежку закончили? Хорошо. Тогда делимся по парам и начали! — и прапорщик двинулся вдоль неровных рядов бойцов, неумело машущих руками.

…

Димон вразвалочку подошел к Ивану и ткнул в него пальцем.

— Я вот с этим.

Катя категорически замотала головой:

— Нет!

— Хе-хе. Смотрите, его баба защищает! Что, зассал, урод?

— У него нога!

— Не нога, а рога! Он же олень!

Все вокруг весело заржали.

Ваня положил Кате руку на плечо.

— Не волнуйся… — сказал он максимально уверенно.

Но на самом деле единственное, в чем он был уверен, это то, что в такой ситуации нельзя отступать и показывать свой страх.

Прапорщик, привлеченных шумом, подошел, но вмешиваться не стал.

— Ну что, сосунок? — усмехнулся Димон, расправляя плечи. — Готов? Или только баб привык тискать?

Катя вспыхнула. Ната с Юкой встали за Ваниной спиной.

Иван принял стойку. Димон осклабился и бросился в атаку.

Отпрянув, Ваня попытался схватить противника, как учил Туча, но Димон двигался очень быстро. Ванина рука скользнула по плечу Димона, а в следующую секунду он почувствовал, что взлетает. В последний момент Ваня судорожно согнул колено, зацепил ногой голень противника, и они оба повалились на пол.

Еще секунда, и Ваню прижали к полу. Вокруг раздались одобрительные возгласы.

— Да!

— Так его!

— Давай-давай!

Ваня уперся ладонями в грудь противнику и что было сил оттолкнул его. Лодыжки обхватили шею врага. Ваня напряг спину, и Димон, расцепив захват, повалился на пол, придавив больную Ванину ногу..

Ваня невольно вздрогнул и вскрикнул.

Прапорщик махнул рукой:

— Брейк! Хватит тут изображать битву озабоченных тюленей! Разошлись.

Ваня сел и начал растирать ногу.

Оценивающе глянув на него, Туча нахмурился:

— Продолжите в следующий раз… Когда этот олень перестанет хромать на обе ноги.

Димон самодовольно оскалился:

— Да я этого сосунка в порошок сотру!

Туча хмыкнул:

— Ну да… Мы уже успели полюбоваться…

Неожиданно вперед выступила Юка. Не говоря ни слова, встала в пару с Димоном и приняла стойку.

В первый миг тот даже не понял, что происходит. А потом заржал:

— Ха-а-а… Ты чо? Хочешь со мной, киска?

По лицу девушки скользнула легкая тень, но она ничего не ответила, лишь сжала кулаки и чуть присела.

— Я буду нежен… — осклабился Димон и, разведя руки, двинулся на хрупкую фигуру.

Казалось, что гора хочет раздавить мышь.

Ваня с тревогой следил за Юкой. В глубине души он надеялся, что скорость и реакция позволят ей увернуться от огромных волосатых кулаков и продержаться хотя бы несколько минут в схватке с амбалом. Впрочем, ее шансы выглядели близкими к нулю.

Но Юка не стала бегать, уклоняться или юлить. Когда Димон с рычанием бросился на нее, она коротко и резко ударила ногой.

Противник с мычанием рухнул на колени, схватившись за пах. По рядам солдат прокатился сострадательный вздох.

— Су-у-у-к-а… — простонал Димон.

— Это не по правилам! — возмущенно завопил татуированный бугай из его команды.

— Думаешь, противник в бою будет таким же любезным? — хмыкнула Юка.

— Не подставляйся рассерженной девушке, — поддакнула Наташа, восхищенно глядя на подругу.

Бойцы насупленно молчали. Даже Ваня, сидящий на полу, с некоторым сочувствием смотрел на корчащегося рядом Димона.

Юка равнодушно взглянула на поверженного противника:

— Помню, ты что-то вещал про элемент боевой подготовки и спрашивал, как курицы могут поддержать бойцов… Теперь ты знаешь, как и что я могу тебе подержать.

— Сука… — повторил Димон и закрыл глаза.

Туча хмуро взглянул на девушку:

— Так, боец, надеюсь, личные разборки закончились? В следующий раз выбирайте противников вашего уровня, понятно?

— Так точно!

— И без членовредительства… Во всех смыслах этого слова.

— Хорошо.

— Кстати, бойцы! — сказал прапорщик, обращаясь уже ко всем. — Для повышения квалификации рекомендую посмотреть запись последнего чемпионата. Вы убедитесь, что рукопашный бой решает гораздо чаще, чем это принято думать!

Ваня навострил уши и вопросительно посмотрел на Нату.

— Товарищ старший прапорщик, а что за чемпионат? — осторожно спросил один из новобранцев.

— Ну как же? Международный чемпионат по Королевской битве. Призовой фонд — десять миллионов криптобаксов. Участвуют лучшие в мире команды, в том числе из нашей страны. Зайдите в библиотеку. Там есть вся информация и записи игр. Между прочим, три года назад команда из нашей части заняла призовое место. Четверо бойцов получили ценные призы и досрочно закончили военную службу…

Среди слушателей прокатилась волна оживления.

— Круто!

— Десять лимонов!

— Офигеть!

Однако Туча охладил их энтузиазм:

— Рано радуетесь. Таким толстожопым увальням, как вы, ничего не светит. Только ежедневные тренировки, отличная физическая форма и слаженное взаимодействие помогут добиться успеха! В общем, как завещал великий Владимир Владимирович: «Учиться, учиться и еще раз учиться!» Понятно?

— Так точно, товарищ старший прапорщик! Понятно! — грохнул дружный хор голосов.

— Ну, а раз вам все понятно, продолжаем тренировку! Разбились по парам и вперед!

Глава 22

1

Болело все: спина, ноги, руки, даже уши. Сорванные волдыри на ладонях горели.

— Подъем! Сорок пять секунд!

— Ооо… — застонал Ваня, опуская ноги на пол и покосился на девчонок.

Похоже, девушки тоже ощущали последствия вчерашней физподготовки. Все, кроме Юки. Будто вчера она не бежала два десятка километров, а потом не отрабатывала приемы самбо несколько часов.

Наташа держалась за бок. Катя, постанывая, массировала шею.

— Девчонки! Быстрее! Каждая минута — десять отжиманий! — напомнила Юка.

— Ох, ёёё… — промычала Ната.

Ваня почесал затылок.

— У меня нога! — неожиданно сообразил он и невольно улыбнулся. — Не могу…

— Филонишь, гад! — с завистью прошипела Наташа.

Ваня развел руками, с сочувствием глядя на девушек.

Ночью никто не приходил к нему, и, сказать по правде, сегодня он был этому даже рад.

Отвернувшись к стене, девушки торопливо натягивали зеленые топы. Вид обнаженных девичьих спин, еще вчера такой волнующий, казался сегодня естественным и обыденным… Впрочем, не менее прекрасным.

Ваня начал заправлять свою койку. Ната опустилась на колено, завязывая шнурки. Катя пыталась собрать растрепавшиеся за ночь волосы.

Юка была уже готова.

— Бегите! — сказал Ваня, глядя на незаправленные постели Кати и Наташи. — Я застелю.

Девчонки исчезли.

Дохромав до измятой Катиной кровати, Ваня аккуратно расправил одеяло. Взбил подушку и положил ее сверху. Секунду поколебавшись, он взял подушку и прижал ее к лицу. Сделал глубокий вдох. Катя пахла ванилью и ромашками. Он закрыл глаза, пытаясь вспомнить… Она или нет? Непонятно…

После перенесенного в детстве ковида Ваня плохо разбирал запахи. Досадно…

Он подошел к Наташиной кровати. Под подушкой обнаружилась недоеденная ватрушка. Застелив одеяло, Ваня с сомнением взял подушку Наты. Мускус и кардамон… Тоже чем-то знакомый запах… Тот или нет? Странно…

Оставалась уже застеленная койка Юки. Брать с ее кровати подушку Ваня не решился, но все же наклонился, пытаясь уловить ее аромат. Лотос и сандал. И этот запах он уже слышал. Ну а как могло быть иначе, если они жили вместе…

Ваня вздохнул. Ничего не понятно…

…

После завтрака всех бойцов собрали в учебке.

Усевшись рядом с девушками, Ваня взглянул на Юку.

— Ты чего хмурая?

Юка вздохнула:

— Катану жалко.

Только сейчас Ваня вспомнил, что Юкин меч остался в прошлой игре. Да… без этого смертоносного клинка его команде придется туго.

Ната успокаивающе положила руку подруге на плечо:

— Не переживай. Если победитель не унес ее после игры, она вернется в твой арсенал. Не думаю, что кому-то нужна катана из взорванного автомобиля.

— Смирно! — раздался крик дежурного, и бойцы вскочили с мест.

В учебке появился хмурый и невыспавшийся Варенуха. На его шее почему-то был пластырь.

— Так… На сегодня начало боевого дежурства откладывается. Корпорация анонсировала долгожданное обновление Рояльника до версии пять-ноль. Сейчас быстренько пройдемся по обещанным нововведениям, — подслеповато щурясь, Варенуха включил планшет и провел пальцем по сенсорному экрану.

— Самые значительные изменения геймплея с момента появления игры… — пробубнил он, читая рекламный слоган… — Так, так, так… любопытно… Главное улучшение — полностью переработанный и более продвинутый ИИ. Затем — новые принципы создания локаций. Раньше использовались только реальные карты. Теперь ИИ на лету будет вклеивать разные необычные POI, в которых можно будет найти модифицированные стволы и снаряжение. Обещают, что это разнообразит геймплей.

По аудитории прошла волна удивленного шепота.

Варенуха поднял глаза и строго посмотрел на сидящих бойцов. Разговоры утихли.

Лейтенант продолжил:

— Так… что тут еще… Новые дополнительные ачивки, дающие спецспособности… Хм… Линии ачивок будут раскрываться с помощью мини-квестов… Что это такое, интересно… Далее — увеличение числа и разнообразие дропов. Новые виды оружия и снаряжения. Появление экстремальных событий… — Варенуха опустил планшет и оглядел солдат. — Ясно? Какие вопросы, бойцы?

Воцарилась тишина. Солдаты молчали, пытаясь переварить вываленную на них информацию.

— Товарищ лейтенант! А какие ачивки обещают?

Варенуха снова прищурился, вглядываясь в текст.

— Цепочки ачивок будут подбираться ИИ в соответствии с вашим уровнем игры и уже полученными достижениями… Понятно?

Бойцы переглянулись: ничего не понятно. Но спрашивать что-то, похоже, было бесполезно.

Ощутив всеобщей скепсис, лейтенант решил подбодрить солдат.

— Зато! — он многозначительно поднял палец к потолку. — Цену подписки на игру поднимают на двадцать процентов! А вы продолжите играть бесплатно! О такой службе можно только мечтать! Правда, бойцы?

— Так точно, товарищ лейтенант! — нестройно прокатилось по рядам.

— Вот и хорошо. Через тридцать минут сбор у терминалов. Свободны!

2

На этот раз Ванин отряд десантировался рядом с небольшим поселком в Массачусетсе. Для старта Иван снова выбрал одинокую ферму на краю карты. К большой Юкиной радости, у нее в арсенале сохранилась катана. Выбив дверь, девушка решительно вошла в дом, помахивая мечом. Но клинку не удалось напиться вражеской крови. Внутри никого не было.

Отряд торопливо собрал оружие и снаряжение. Два калаша, «м16» и каряк. Полный комплект! Да еще и с двумя коллиматорными прицелами и шестикратной оптикой. Теперь они были готовы сразиться хоть с самим чертом!

С чердака Катя с Ваней провели рекогносцировку. Их внимание привлек темный особняк на вершине одинокого холма, возвышающегося над вершинами елей.

Ваня глянул на карту. Предстоящее сужение зоны не затрагивало этот район.

— Пара часов у нас есть, — подытожил он.

— Хочешь осмотреть тот дом?

— Да. Он выглядит многообещающе.

Катя нахмурилась:

— Не знаю… Какой-то он уж очень мрачный.

Ваня фыркнул.

Девушка прильнула к прицелу винтовки, оглядывая странное сооружение.

— Кажется, чисто, — словно нехотя сообщила она.

Иван осмотрел свой отряд. Девушки в одинаковых голубых платьях смотрелись особенно мило. Невольно улыбнувшись, Ваня засунул в рюкзак последнюю найденную обойму и скомандовал:

— Выдвигаемся!

…

После утомительного пятнадцатиминутного подъема через темный густой лес Ванин отряд вышел на открытое пространство. До неуклюжего громоздкого сооружения оставалось около двухсот метров по давно не стриженному газону, окружавшему высокую каменную ограду.

Оглядевшись, Катя выбрала удобную позицию и скользнула в кусты, взяв дом на мушку.

— Готова! — раздался ее голос в наушнике. — Пока все чисто.

Первым побежал Иван. Он промчался по траве, усыпанной белым клевером, разгоняя тучи жужжащих шмелей, и прижался к серой холодной стене. Огляделся. Прислушался. Кажется, все спокойно. Он махнул рукой.

Через минуту к его спине прижалась запыхавшаяся Наташа. Ваня жестом показал ей двигаться влево и осторожно пошел вдоль забора.

Вскоре их догнала Юка. Они по очереди протиснулись в полуоткрытую заржавевшую калитку и теперь могли вблизи рассмотреть это странное громоздкое сооружение в готическом стиле. Крышу дома украшали гипсовые горгульи, с их рапростетрых крыльев свисали лохмотья старой черной краски. Горгульи подслеповато щурились, недовольно глядя на незваных гостей. Неприветливые морды застыли в хищном оскале.

Дом выглядел зловещим и неуютным. Юка с Натой переглянулись.

— Точно хотите туда пойти? — спросил Иван.

Юка фыркнула:

— Конечно!

Осмотр периметра, ставший уже привычным делом, показал, что, скорее всего, особняк не тронут и внутри никого. Но Ваня решил перестраховаться и влез в окно.

Его встретила мрачная глухая пустота, пропитанная затхлым холодным воздухом. Время внутри будто остановилось.

Нужно было убедиться, что дом пуст. Ваня двинулся по залу. Его осторожная поступь вдруг превратилась в зловещий грохот, раскаты которого гулко разлетались по укутанному сумраком холлу, казавшемуся бесконечным. Со стен мрачно смотрели портреты каких-то неизвестных, но явно не очень приятных личностей. Пол покрывал толстый слой пыли. За Ваниной спиной отпечаталась неровная одинокая тропинка. Все говорило о том, что люди давно покинули это место. Но, по крайней мере, здесь не стоит ожидать засад и растяжек. Можно позвать девчонок.

Ваня вернулся к окну. Свесившись, протянул руку Нате и втащил ее наверх. Юка влезла последней. Оглядевшись, она нахмурилась, перекинула винтовку за спину и ловким движением вытащила тихонько звякнувшую катану.

— Не нравится мне здесь… — неожиданно призналась Ната, но тут же прикусила губу.

— Катя, ты как? — спросил Ваня по рации.

Наушник захрипел и зашуршал в ответ. Что за чертовщина? Ваня постучал пальцем по коммуникатору.

— Катя! Ты меня слышишь?

Опять шипение.

— Проклятье!

Ваня высунулся из окна.

— Ваня! Что у вас? — раздался в наушнике взволнованный Катин голос.

— Почему-то пропадает связь, словно этот дом блокирует сигнал, — с беспокойством произнес Иван. — У тебя все в порядке?

— Да… — Катя замялась и с сомнением спросила: — Может, мне лучше к вам?

Ваня почесал нос и обернулся на Юку с Наташей, которые настороженно разглядывали картины.

— Хорошо. Наверное, так будет лучше.

…

Через несколько минут маленький отряд был в сборе.

Пока Ваня затаскивал Катю в окошко, Ната с Юкой начали осторожно исследовать огромный зал. Вскоре появились первые находки. Отворив протяжно скрипнувшую дверцу огромного шкафа, среди вороха ветхой пыльной рухляди, Юка нашла кольт и коробку патронов. Ната, обыскав стоящий в углу сундук, отыскала дробовик и забитый патронташ.

— Опа… — озадаченно сказала Юка, разглядывая найденные боеприпасы. — А пули-то тут непростые…

— В смысле? — растерянно спросила Екатерина.

— Смотри, — Юка протянула ладонь, на которой лежал блестящий патрон, зажатый в медную гильзу.

— И что?.. — Катя взяла патрон.

— Посмотри, из чего отлита пуля.

Катя прищурилась. По ее лицу скользнуло недоумение. — Это то, что я думаю?

— Да. И мне это не нравится, — решительно сказала Юка и, спрятав катану в ножны, стала торопливо заряжать револьвер.

— Проверь патроны к дробовику, — посоветовал Ваня Наташе.

Та открыла патронташ и взглянула на маркировку.

— Не может быть… — проворчала она. Но, глядя на Юку, торопливо снаряжающую барабан кольта, отвела затвор и положила патрон в патронник.

— Уходим? — испуганно спросила Катя.

В этот миг за их спиной с грохотом захлопнулись толстые, обитые железом ставни.

— Поздно… — с сожалением выдохнул Иван и поднял автомат.

Глава 23

1

Катя бросилась к окну и дернула засов.

— Ваня, помоги! Заело!

Без особой надежды Иван подскочил к девушке и вцепился пальцами в железную щеколду. Бесполезно….

Под высокими сводами прокатился то ли вздох, то ли шелест, то ли сырое дуновение ветра. Стало еще темнее.

Ваня подождал, пока глаза привыкнут к сумраку, и огляделся.

— Куда идем? — громко спросила Наташа и вздрогнула от того, что ее голос эхом прокатился по пустому дому. — К выходу? — добавила она шепотом.

Особой надежды так просто выбраться из зловещего дома не было, но попробовать стоило.

— Держимся вместе! — скомандовал Иван.

Стараясь не шуметь, хотя и понимая бессмысленность такой осторожности, они крались по скрипучему дубовому паркету. Вот и парадная дверь. Огромная, лакированная, с изящной резьбой. Ваня схватился за массивную литую ручку в виде морды волка. Ничего… Он навалился всем телом. Дверь даже не шелохнулась. Лишь тонкий луч света пробивался замочную скважину. За его спиной, прижавшись друг к дружке, стояли его боевые подруги. Он сел на корточки и заглянул в щель меж створками дверей.

— Закрыто на замок, — подытожил он и поднялся. — Нужно искать ключ!

— Ага… а ключик лежит в черном-черном сундуке, запертом в черном-черном шкафу, который стоит в черной-черной комнате… в самом дальнем конце этой халупы, — язвительно сказала Наташа, стараясь унять дрожь.

— Да мы тут год будем искать и ничего не найдем!

— А это что? — Юка сняла со стены выцветший плакат в тонкой деревянной рамке. — Хм… Escape and Rescue Plan… Winston-Salem FD. Забавно…

— Как-как? — переспросила Ната.

— Salem Fire Department, — повторила Юка.

— Салем? Отлично! — выдохнула Наташа и хищно улыбнулась. — По крайней мере, всё становится на свои места.

— Ага… А было на чужих… — усмехнулся Ваня и склонился над схемой.

И точно: в самом конце запутанного лабиринта комнат, лестниц и коридоров зеленой стрелочкой была сделана отметка Emergency Exit.

— Ежкин кот! — Юка разломила тонкую рамку, вытащила лист картона и протянула его Ване. — Веди нас, командир!

— Ну, идем… — хмуро согласился он.

…

У лестницы Юка остановилась и удивленно вскрикнула:

— Смотрите!

На стене висел изящный меч-бастард. Его эфес тоже украшала голова волка.

Юка сняла меч со стены и осторожно провела пальцем по лезвию.

— Серебро, — коротко шепнула она и, не глядя, сунула свой револьвер Ивану.

Взвесила меч в руке. Проверила баланс.

— Длинноват, — недовольно подытожила она, перехватив меч обеими руками. — Но хотя бы так. Теперь я готова!

Они начали подниматься наверх.

Лестничный проем привел их к четырем запертым дверям. Ваня дернул ближайшую ручку. Заперто. Юка попыталась открыть соседнюю. Тот же результат.

— Странно. Тут даже нет замочных скважин. Но, судя по схеме, нам нужно именно туда, — задумчиво пробормотал Иван.

— А гранаты у нас есть? — спросила Наташа.

— Неа, — отозвалась Юка.

— Хорошо, попробуем иначе, — Ваня отступил на шаг и поднял автомат, целясь ближе к дверной ручке.

Катя зажала уши. Ната отошла в сторону.

Короткая оглушительная очередь прозвучала как раскаты грома. Резко запахло порохом и гнилью. Но дверь и не думала поддаваться. Вопреки ожиданиям, пули увязли в деревянном шпоне, как в масле. Остались лишь едва заметные отверстия.

— Это нечестно! — возмутилась Катя. — Физика должна работать!

— Так же, как химия, биология и география… — проворчала Ната.

Они переглянулись.

— Может, серебром? — задумчиво предложила Юка.

— Нет… Скорее всего, тоже бесполезно… — Ваня почесал затылок. — Здесь какая-то загадка. И четыре двери неспроста. Нас же четверо…

— Хорошо. Давайте одновременно.

Они выстроились в ряд. Руки легли на дверные рукоятки.

— Раз… Два… Три! — скомандовал Ваня и потянул первую дверь.

На этот раз раздался протяжный скрип.

— Стойте! — крикнула Катя. — Не входите туда! Давайте не разделяться!

Она сунула свою винтовку в щель и отпустила дверную ручку. Дверь аппетитно чавкнула и, разломив каряк пополам, захлопнулась, проглотив длинный ствол.

Остальные двери с грохотом закрылись.

— Черт! Черт! — Катя отбросила остатки своей винтовки.

— Его-то нам здесь и не хватает… — нервно сглотнула Наташа, испуганно глядя на свою ладонь, из которой выскользнула дверная ручка.

— Ну что? Похоже, придется все же разделиться…

— Как меня все это достало! — с чувством сказала Наташа.

— Ну… Есть простой способ выйти из игры в любой момент, — холодно отозвалась Юка.

— Как? — недоуменно спросила Катя, отряхивая ладони.

Ната брезгливо скривилась и выразительно приставила два пальца к виску.

— А последний процент?

— Кому-то придется помучиться тридцать минут…

— Нет уж! Я так не хочу!

— Тогда вперед! — решил Ваня.

— Подождите! У меня теперь нет оружия! — забеспокоилась Катя.

— Держи! — Иван протянул ей револьвер Юки.

— А ты?

— Постараюсь обойтись этим… — Ваня хлопнул по своему «м16».

— Какой-ты бессребренник… — хмыкнула Наташа.

Юка с сомнением покачала головой, но ничего не сказала.

Они снова встали каждый у своей двери.

— Готовы?

— Да!

— Вперед!

…

2

Захлопнувшаяся за спиной дверь поглотила все звуки и последние отблески света. Ваню оглушило могильной тишиной. Густо разливалась непроглядная темнота. Ваня коснулся шершавой стены, обитой шпоном, и осторожно двинулся вперед. Шаг. Один. Второй. Третий. Стоп. Впереди стена… Тупик? Хотя нет. Всего лишь поворот. Сердце глухо ухнуло в груди. Еще несколько шагов. Еще одна дверь.

«Как там Эпиктет советовал бороться со страхом? Осмыслить и принять… Чего я сейчас боюсь на самом деле? Боли? Смерти? Неизвестности? Не стоит беспокоиться о том, что нам неподвластно».

Глубоко вздохнув, Ваня взял «м16» на изготовку и открыл очередную дверь.

Он оказался в большой комнате. Сквозь высокое витражное окно в комнату лился вязкий сиреневый туман. У окна стоял большой резной стол, заваленный какими-то бумагами. Посередине комнаты возвышалась огромная кровать с балдахином. Вдоль стены напротив окна стояли открытые шкафы, заставленные пыльными фолиантами.

Ваня озадаченно прошел мимо кровати, коснувшись изящных резных стоек. Да уж… Не хотелось бы уснуть в таком месте…

Он подошел к полкам и взял первую попавшуюся книгу. На обложке с трудом разглядел тисненую надпись: «Malleus Maleficārum». Открыл книгу наугад. К его удивлению, текст внутри оказался на русском языке:

«Как распознать оборотня».

Он перевернул страницу:

«Как победить вампира».

«Как бороться с волколаком».

Понятно… Ваня захлопнул книгу и поставил на место. Провел пальцем по корешкам: Dracula, Carrie, «Вій», «Рождение Богов», подшивка журнала Mind за 1950 год… Нда… Интересная подборка.

Откуда-то издалека донеслось глухое бормотание. Ваня вздрогнул и повел автоматом, всматриваясь в сумрак… Ничего… Он зажмурился, вспоминая наставление Эпиктета. Нельзя давать страху поселиться в твоей душе.

За спиной раздался протяжный скрип. Ваня вздрогнул и поднял оружие. От резкого движения несколько тяжелых томов с глухим стуком шлепнулись на пол..

Дверь, через которую он вошел, открылась, и из нее показалась… Катя.

Уффф… На сердце отлегло. Он опустил «м16» и помахал ей.

— Эй! Я здесь!

Катя наконец заметила его и тоже махнула рукой.

Они шагнули навстречу друг другу. Катя бросилась к нему на шею и крепко прижалась, дрожа всем телом. Ее руки были холодны как лед. Ощутив ее губы на своей шее, он невольно отпрянул и неловко поправил сползшую лямку автомата.

— Ты в порядке? — спросил он заботливо.

— Да… — прошептала Катя, призывно глядя ему в глаза.

— Как ты оказалась здесь?

— Пошла за тобой.

— Но ведь дверь была закрыта?..

— Я очень испугалась…

Катя снова прижалась к Ване и положила голову ему на грудь. Он зарылся лицом в ее волосах, стараясь ощутить теплый цветочный запах. Нет… Все иначе… Жаль, что запах в вирте не соответствует реальности.

Его руки невольно скользнули по тонкой ткани и коснулись полуобнаженной спины. Она подняла на него глаза и улыбнулась.

— Я рада, что нашла тебя здесь…

— А где Ната с Юкой?

— Не знаю.

Неожиданно Ваня сообразил, что у Кати нет револьвера.

— Подожди, а где твое оружие?

— Я его потеряла.

— Как?!

— Когда я прошла через дверь, кто-то бросился на меня в темноте. Я стала стрелять. Расстреляла все патроны, но его было не остановить. Я чувствовала огромные зубы… — Катя всхлипнула. — Оно хотело сожрать меня! В последний миг я сунула ему в пасть револьвер и побежала…

Ваня сочувственно обнял дрожащую девушку.

— Ничего… Ничего страшного. Теперь мы вместе.

— Я не могу стоять. Меня не держат ноги…

Катя взяла Ваню за руку и увлекла за собой. Откинув тонкую полупрозрачную занавеску, села на кровать и облегченно выдохнула.

Ваня снял с шеи автомат, положил его на краешек постели и сел рядом.

— Мне нравится быть с тобой вдвоем… — шепнула Катя, заглядывая ему в глаза.

Ваня почувствовал неловкость:

— Нам нужно идти…

— Да-да… Сейчас… Две минутки… — Катя откинулась и упала на мягкую перину. Ее длинная коса змеей струилась по белоснежному покрывалу.

Ваня невольно опустил глаза на ее стройные длинные ноги, выглядывающие из-под короткого голубого платья. И у него что-то сжалось внутри. Он нервно сглотнул…

— Иди ко мне, — прошептала Катя.

Она взяла его ладонь и положила себе на живот.

Ванина рука скользнула по тонкой ткани, опускаясь к ее обнаженному бедру. Катя томно прикрыла глаза и облизала губы.

Ваня вздрогнул. Каждую секунду он поражался нереалистичности всего, что происходило вокруг. И этот вызывающий нарочитый жест… Он совсем не вязался с Катиным образом… Хотя… Быть может, именно Катя приходила к нему по ночам? Это объяснило бы все. Все, кроме этого вульгарного жеста.

Ваня резко выпрямился и убрал руку с Катиной ноги. В голове лихорадочно мелькали мысли. Что делать?

Катя, уловив его сомнения, расстегнула молнию на боку, изящно выгнулась и стянула с себя тонкое голубой платье. Ваня, как завороженный, уставился на ее грудь, которую почти не скрывал кружевной полупрозрачный бюстгальтер. Ему потребовалась вся сила воли, чтобы отвести взгляд.

Он вскочил:

— Подожди! Я кое-что видел. Мне кажется, это подсказка!

Ваня бросился к письменному столу, схватил гусиное перо, обмакнул его в хрустальную чернильницу и торопливо стал писать на первом попавшемся листе.

Катя изумленно следила за ним.

Быстро нацарапав пару слов, Ваня с силой дунул на еще влажные чернила и подошел к девушке, стараясь не смотреть на ее обнаженное тело.

Протянул ей листок:

— Вот… Как ты думаешь, что здесь написано?

Катя взяла бумагу и опустила глаза.

Несколько мгновений она не моргая смотрела на него, а затем ее лицо стало расплываться в улыбке. Ваню отпустило. Он тоже улыбнулся в ответ.

Но Катина улыбка продолжала расти. Она становилась все больше и больше. Ее рот расползался, расплывался вширь. Ваня отпрянул. Катя… Точнее уже, несомненно, лжекатя открыла усыпанный острыми зубами рот, из которого вывалился длинный склизкий извивающийся язык, и издала низкое протяжное шипение.

Ваня отпрыгнул и бросился бежать. Смачно чавкнув, существо взвизгнуло и бросилось за ним.

Глава 24

1

Ваня мчался по длинному извилистому коридору, чувствуя за спиной холодное дыхание неведомой твари. Едрищенский паровоз! И чем сейчас могут помочь советы Эпиктета с Марком Аврелием?!

Дверь впереди распахнулась, и в коридор прямо перед ним выскочила Катя.

— Ложись! — она подняла револьвер.

Ваня распластался на полу. Над головой грохнул выстрел. Затем еще, еще и еще… Ваня видел лишь толстые подошвы армейских ботинок

Позади раздался протяжный вой.

— Живучая тварь, — проворчала Катя, продолжая выпускать одну пулю за другой.

Глухое рычание, тяжелый стон… и, наконец, тяжелый стук рухнувшего тела.

— Готова! — спокойно сказала Екатерина и опустила дымящийся револьвер.

Ваня сел на пол и прислонился к стене:

— Уф… — он дрожащей рукой вытер вспотевший лоб.

— Ты как? — Катя села на корточки возле него.

Только сейчас Ваня смог ее разглядеть, и его брови невольно поползли вверх. Катя была без платья, в точно таком же полупрозрачном бюстгальтере и узких трусиках танго. Длинная коса струилась по ее груди.

— Эээ… — Ваня смотрел на нее и не знал, что сказать.

Катя поймала его растерянный взгляд и тяжело вздохнула:

— Все мы совершаем ошибки…

Ваня неловко поддакнул.

— Идем?

— Идем… Хотя… постой, — чувствуя себя полным дураком, Ваня спросил: — Ты продаешь русский автомат?

Катя усмехнулась:

— Автомат продан. Остался никелированный наган с шашкой.

Они обнялись.

— Жаль, у меня закончились патроны…

— А я вообще свое оружие там оставил, — Ваня махнул рукой вглубь коридора.

— Что будем делать? Может, вернемся?

Ваня сунул руку в карман и достал план эвакуации.

— Мы сейчас вроде здесь… Осталось немного — пройти вперед по этому коридору, и там большой зал.

— А где девчонки?

— Думаю, тоже выйдут туда. Рано или поздно…

Где-то раздалось тяжелое уханье далеких выстрелов.

— Это Ната! — уверенно сказала Екатерина. — Бежим?

И они припустили по коридору на звук ожесточенной пальбы.

2

В большом обеденном зале шла настоящая битва. Мелкие зубастые существа с визгом и лаем бросались на двух девушек. Ната с Юкой стояли плечом к плечу в дальнем углу, отбиваясь от оравы наседавших монстров.

Серебряный клинок стремительно чертил в воздухе смертоносные руны. Наташин дробовик торопливо плевался картечью. Перед ними возвышалась куча бездыханных существ. Черная шерсть летела клочками.

Ванин взгляд упал на коробку на полу.

— Катя! Патроны!

Несколько зубастых морд одновременно обернулись на звук его голоса.

Вот блинский ёж… Ваня схватил дубовый столик, стоящий возле стены. Плотоядно скалясь, насколько тварей с радостным визгом бросились на новую лакомую добычу.

Катя упала на колени и трясущимися руками оторвала картонную крышку.

— Быстрее! Быстрее! — крикнул Ваня, прикрывая девушку, и двинул первого монстра тяжелой столешницей. Тот взвизгнул и отскочил, прихрамывая на передние лапы.

Еще один! Ваня крутанул стол, и толстая резная ножка вошла в глотку зубастой твари. Та зарычала, пытаясь выплюнуть застрявшую в зубах деревяшку.

Вот долгожданный щелчок взведенного курка.

Бах! Бах!

Голова твари лопнула, забрызгав стены черной смердящей кровью.

Блин… Как воняет!

Катя продолжала палить. Даже в полутемном помещении ей удавалось точно попадать в цель.

Бах! Бах! — еще один труп.

Бах! Бах! — еще и еще.

— Я пустая!

— Заряжай, я прикрою!

Катя опять опустилась на колени. Ваня продолжал орудовать столом, раздавая монстрам дубовые тычки направо и налево. Он бросил взгляд в сторону Юки с Наташей — девчонки держались.

Еще несколько мучительных секунд, и комната вновь наполнилась грохотом и запахом пороха, смешанного с кровью.

Через пять минут все было кончено. Ваня со столом наперевес шагнул вперед. Сдвинул кучу лохматых трупов, расчищая дорогу. Катя пошла за ним.

Художник Николай Захваткин

Юка с Наташей, тяжело дыша, стояли в углу, окруженные горой поверженных монстров. Теперь Ваня наконец мог рассмотреть девушек. Изорванные платья, залитые черной кровью, дрожащие руки и широко распахнутые от ужаса глаза.

— Вы целы? — Ваня наконец опустил тяжелый стол.

Девушки невольно ощупали себя.

— Кажется, да… — поморщилась Наташа. — Только вывихнула плечо…

— Я одного не могу понять, — выдохнула Катя. — Кто в здравом уме может платить за подобное?

— А по-моему, прикольно, — усмехнулась Юка, вытирая серебряное лезвие о портьеру.

— Ну да, — съязвила Ната, — особенно если можешь выйти в любой момент, а не ждать, пока монстры начнут рвать зубами твое тело…

— Что нас не убивает, то делает нас сильнее! — вставил Ваня.

— Блин, как ты достал со своей философией! — возмутилась Ната.

— Других командиров у меня для вас нет.

Наташа махнула рукой и с интересом посмотрела на Катю.

— А ты чего в таком виде? Куда платье дела?

Катя потупилась:

— Ну… Так получилось…

— Понятно…

Ната с Юкой многозначительно переглянулись.

— А вы? Кого-нибудь встретили, кроме этих гремлинов?

— У меня полный бред… — усмехнулась Наташа. — Прикинь, я вышла в какой-то будуар, и там ко мне стал клеиться этот пентюх, — она кивком указала на Ваню. Но, подумав секунду, уточнила: — Ну… не он сам, а какая-то унылая копия.

— А ты что? — растерянно спросила Катя.

— Что я? Дробовик же под рукой. Делов-то…

Ваня невольно поежился.

— И ты сразу поняла, что он фальшивка? — с завистью уточнила Катя.

— Я что, по-твоему, разбираться буду? Если кто ко мне полезет, я сразу стреляю!

— Понятно… — Катя сникла и отвела взгляд. — А ты? — повернулась она к Юке.

— У меня то же самое. Копия Вани пыталась в постель затащить.

— И ты тоже догадалась, что это не он?

— Да. Почти сразу. Ванечке и в голову бы не пришло меня лапать, — она с улыбкой посмотрела на Ивана. — Да, малыш? А это дебил зубастый сразу ко мне полез. Ну и огреб соответственно.

— Можно подумать, я робкий юноша, который не знает, как подступиться к девушке, — недовольно проворчал Иван.

— А разве нет? — улыбнулась Ната.

— Нет! Я мужчина в полном расцвете сил!

Девчонки прыснули.

Ваня насупился.

— Ты просто хорошо воспитан, — попыталась успокоить его Катя. — Сейчас почему-то многие путают воспитание и маскулинность. А мне, например, нравятся воспитанные мужчины.

Ната бесцеремонно фыркнула:.

— Это поэтому ты без платья?

Катя покраснела.

— Так! Хватит болтать! — Ваня решил прибегнуть к командирским полномочиям. — Осматриваем помещение и ищем выход из этого нехорошего дома. Катя, загляни вон в тот шкаф. Может, там есть какая-нибудь одежда.

…

Брезгливо зажав носы и перешагивая через изувеченные трупы, отряд разбрелся по залу. По полу летали клоки шерсти. То тут то там чернели лужи запекшейся крови.

Катя отыскала зеленое бархатное платье с изящным вырезом на спине и рукавами-фонариками.

— Какой ужас… — прокомментировала Юка. — Давай хоть подол подрежу, — она вытащила катану.

— Не трогай! — Катя прижала платье к груди.

— Уверена?

— Да!

— Ну, как знаешь, — Юка пожала плечами.

— Ой, смотрите! Что это? — из кармашка платья Катя вытащила крошечный хрустальный флакон. Подняла его, силясь разглядеть содержимое в тусклом свете, пробивающемся из небольших окон. — Тут какая-то жидкость… Ага… Вот этикетка… Black Blood. Кто это такое?

— Не вздумай это пить! — посоветовала Юка.

Катя вытаращила глаза:

— Фу, какая мерзость! Да мне и в голову бы не пришло!

Вслушиваясь в разговор девушек, Ваня озабоченно почесал затылок. Что-то все это напоминало, но он никак не мог вспомнить, что именно.

Пока девушки изучали находки, Ваня отыскал двустволку со снаряженным патронташем. Взглянув на маркировку, он убедился, что пули серебряные. Блин! Неужели ещё не всё?

Он перекинул патронташ через плечо и зарядил ружье.

Ната покосилась на него, хмыкнула и продекламировала:

«Мы видим город Петроград

В семнадцатом году:

Бежит матрос, бежит солдат,

Стреляют на ходу…»

Ваня угрюмо поддакнул, поправляя сползающий патронташ:

— Ага. Долой господ! Разработчиков Роялки — долой!

Они обменялись короткими улыбками. Все-таки приятно понимать друг друга без лишних слов и быть на одной волне. Даже с радикальной феминисткой.

Ната открыла комод и удивленно присвистнула.

— Что там у тебя? — спросил Ваня.

— Иди сюда!

Перешагивая через смердящие трупы, Иван пошел к ней.

Ящик комода оказался доверху забит стимуляторами, аптечками и ватно-марлевыми повязками.

Ваня снял с плеч рюкзак и твердо сказал:

— Не нравится мне это.

— Что мы нашли аптечки? — удивилась Наташа.

— Нет… Что нам дали столько аптечек… Боюсь, это неспроста.

В этот момент парадная дверь в конце зала содрогнулась от мощного удара.

— Ох ты ж, блинский еж… — выдохнула Ната.

— Катя, Юка! Сюда! — крикнул Ваня, разрывая обертку от шприца со стимулятором.

Ната без слов поняла его и тоже схватила шприц.

В зал ворвался зловещий черный ураган.

Глава 25

1

Ваня с Натой одновременно схватили ружья.

Бах. Бах. Бах. Серебряная картечь ударила в черное облако. Но это не оказало никакого видимого эффекта, впрочем, как и невидимого.

Дрожащими руками Ваня судорожно переломил двустволку и стал запихивать в нее патроны. Вдруг его окутал холодный чёрный вихрь. На Ваню дохнуло могильным холодом. Он почувствовал мягкое прикосновение к шее, и в следующий миг его тело сотрясла восхитительная сладостная дрожь.

— Ооо… Ох… — с простонал он.

Хотелось, чтобы этот миг длился вечно. У него кружилась голова.

С трудом разлепив веки, он увидел, что к нему прижимается обнаженная девушка с неестественно белой кожей. Девушка оторвалась от его шеи и взглянула ему в глаза. Ванино сердце словно пронзили ледяной иглой. Как она прекрасна! Ее алые губы потянулись к нему. Ваня прикрыл глаза, предвкушая волшебный поцелуй.

Сверкнул серебряный клинок, и девушка с нечеловеческим воплем, от которого заложило уши, обратилась в черный вихрь, унесшийся вдаль.

Ваня вдруг ощутил ужасную, ломающую боль во всем теле. Ноги больше не держали его. Он грохнулся на пол и, скорчившись, застонал.

— У него осталось лишь 30 %! — крикнула Катя. — Ната, аптечку!

— Ааа… — Ваня почувствовал, как игла вошла ему в плечо и закрыл глаза.

Пора бы уже и привыкнуть.

Когда он открыл глаза, Катя сидела рядом, заботливо держа его за руку. Над ним возвышалась Юка, держа наготове серебряный клинок. Ната лихорадочно палила из ружья, но, похоже, это лишь раззадорило живучую нечисть.

Еще миг, и зловещее черное облако окутало Наташу. Она застыла. Перед ней материализовалось бледное обнаженное тело. Ната издала слабый стон и задрожала в гипнотическом экстазе.

— Абазурэ! — крикнула Юка и махнула клинком.

Но в тот миг, когда серебряное лезвие коснулось неестественно бледного тела, существо опять превратилось в черный дым и взлетело в потолку.

Теперь на пол рухнула Наташа. Катя бросилась к ней. Укол. И еще один…

Запас аптечек стремительно таял.

Что делать? Что делать?! Ваню била дрожь. Спокойно. Нужно подумать. Не может быть, чтоб не было никакого решения. На них напал вампир. Как же его победить? Кажется, он что-то недавно читал…

Ваня взглянул на Катю, одетую в зеленое бархатное платье, и похолодел, осененный зловещей догадкой.

— Катя, флакон у тебя?

— Да, — прошептала девушка, судорожно водя стволом револьвера.

— Я думаю, это яд для вампира.

— Что?

— Яд для вампира, — повторил Ваня. — Если она выпьет его, то станет уязвимой!

— И как ее заставить выпить это?

— Я покажу! Дай сюда флакон!

Катя недоверчиво посмотрела на Ваню, опустила руку в карман и достала флакон. Она уже собиралась протянуть ему зелье, но вдруг ее лицо озарила страшная догадка.

— Ты с ума сошел!

— Это единственный выход.

— Она тебя убьет!

— Она сейчас нас всех убьет!

Катя поднялась и провела ладонями по платью, оправляя длинный бархатный подол.

— Флакон был в этом платье. Я его надела и нашла зелье. Значит, это должна сделать я!

— Подожди! — крикнул Ваня, но было поздно.

Резким движением Катя откупорила хрустальный сосуд и проглотила содержимое. Ее тело сразу же свело болезненной судорогой. Она застонала и упала на пол. Ваня порывался броситься ей на помощь, но Юка удержала его.

— Подожди.

— Ааа… — Катя корчилась на полу.

Уровень ее здоровья стремительно падал. Вены на руках и лице начали чернеть. Тело сотрясалось от резких болевых спазмов. Это выглядело ужасно.

— Ваня, заряжай! — коротко бросила Юка, не сводя с Кати глаз, и сунула ему двустволку.

Наконец Катины стоны привлекли внимание зловещего существа.

Темная тень порхнула к девушке, и в следующее мгновение мертвенно-бледное обнаженное тело припало к Катиной груди.

Ваня поднял ружье.

Юка коснулась его плеча и прошептала:

— Не торопись…

У Кати осталось 20 % здоровья.

Пришедшая в себя Наташа со стоном села и подтянула к себе дробовик.

15 %… 10 %… Всё… Больше ждать нельзя!

Ваня выстрелил дуплетом. Наташа тоже начала палить. Серебряная картечь прошила тело монстра. Существо издало отчаянный вопль и отпрянуло от Катиного тела. Из прекрасной полупрозрачной девушки оно на глазах превращалось в уродливую старуху с высохшей кожей. Ее тело покрывали зияющие раны, из которых хлестала черная кровь… На этот раз чудовище не растворилось в сумрачной мгле, а, оскалив клыки, с воем кинулось на Ивана.

Юка прыгнула вперед и махнула мечом. Голова монстра покатилась по грязным каменным плитам.

Ваня, схватив аптечку, бросился к Кате, у которой уже оставалось всего 3 % хп. Торопливо сделав укол, он положил Катину голову себе на колени. Ее тело, шея и лицо были покрыты сеткой распухших черных вен. Девушка стонала и приходила в себя.

— Все хорошо… — Ваня нежно погладил ее по щеке и положил руку на горячий лоб. — Все хорошо, — повторил он.

2

Наконец, ощетинившись стволами, они вышли к дальней комнате зловещего особняка. Открыв дверь, все невольно зажмурились. Комнату заливал яркий солнечный свет, бьющий из шести больших окон. К счастью, здесь не было никаких монстров. Здесь вообще ничего не было, кроме большого шкафа.

Катя зашла последняя. Она с грохотом захлопнула за собой дверь и прислонилась к ней спиной:

— Уф… Неужели добрались?

— И это все? — разочарованно протянула Наташа. — Ради этого мы пробивались сюда?

Ваня подошел к окну. Внизу расстилался пасторальный пейзаж. Зеленая лужайка, окруженная живой изгородью, большая клумба, поросшая фиалками. Очень мило…

Он открыл оконную раму, и в комнату ворвался свежий ветерок, наполненный цветочным ароматом и пением птиц.

— Выход есть! — удовлетворенно констатировал Ваня, высунувшись из окна и увидев ржавую металлическую пожарную лестницу. — Уходим?

— Подожди! — Юка подошла к шкафу.

Ната встала рядом, подготовив на всякий случай дробовик.

Юка распахнула дверь и невольно отскочила, схватившись за меч.

Из шкафа с грохотом вывалился скелет и повис на толстых ржавых цепях. На его черепе был странный черный шлем, казавшийся несуразно высокотехнологичным и не вписывающийся в готическую обстановку этого мрачного места.

Юка опустила меч и обхватила шлем руками. Потянула. От черепа отделилась нижняя челюсть и с тихим стуком упала на пол.

Взвесив шлем на руках, Юка удовлетворенно кивнула:

— Похоже, кевлар.

Юка с интересом рассматривала находку. На лобовой части крепились какие-то визоры, которые можно было опустить на глаза.

Катя с отвращением взглянула на голый пожелтевший череп и покосилась на Юку:

— Ты же не будешь это надевать?

— А что такого?

— После скелета? Фу…

Юка перевернула шлем, провела пальцем по внутренней поверхности и принюхалась:

— Почти не пахнет.

Потом посмотрела маркировку бронезащиты и удовлетворенно хмыкнула:

— Плюс двести процентов. Отлично! Даже АВП-шка с первого выстрела не пробьет! — с этими словами она нацепила шлем на голову. — Ничего так. Удобно…

Катя с уже гораздо большим интересом протянула руку и постучала костяшкой пальца по гладкой матовой поверхности.

— Неплохо…

Юка опустила визоры на глаза и невольно вздрогнула:

— Ух ты!

— Что такое? — нетерпеливо спросила Катя

— Эээ… подожди секунду… — Юка стала вертеть головой, затем выглянула из окна. — Прикольно…

— Ну, что там?!

— Даже не знаю, как описать… Куча всякой тактической информации…Удобно, но непривычно.

— Дай попробовать, — попросила Катя.

— И мне! — заинтригованная Наташа подошла ближе.

— Держите! — Юка стащила шлем.

Минут десять девушки играли с находкой. Ваня терпеливо ждал, поглядывая из окна. Но пока не было видно ничего подозрительного.

Наконец очередь дошла до него. Иван надел шлем и опустил визор.

Все поплыло перед глазами, но через миг он увидел знакомую картинку. Все это было очень похоже на то, что он видел с помощью проданной «Лизе» винтовки. Только, кажется, шлем показывал еще больше информации.

— Интересно, это читерство или нет? — задумчиво спросила Юка.

— Не знаю… — протянула Наташа.

— Мне кажется, это было бы читерством, если б можно было видеть сквозь стены, включать автоприцел или находить других игроков… — размышляла Екатерина. — А здесь просто много дополнительно инфы. Она лишь помогает лучше ориентироваться и точнее предсказывать результат своих действий. Например, сразу понятно, прострелит пуля преграду, за которой прячется противник, или нет.

— Но ведь тут цветная маркировка вероятной зоны попадания!

— Ну да. Как в коллиматорном прицеле, но чуть информативнее. Это же не автоприцел.

— Ну не знаю… Как-то это на грани нарушения правил, — нахмурилась Юка.

— Если б такое оружие было читерским, за него бы не платили десятки тысяч криптобаксов, — заметил Ваня. — Слишком высокий риск бана. Да и нас бы не заставили пройти через весь этот бредовый ужас ради этого. Помните ту винтовку, которую хотел отнять капитан? Она давала примерно те же возможности…

— Значит, этот шлем у нас тоже отберут? — расстроилась Катя.

Ваня задумчиво почесал затылок:

— Или что-нибудь придумаем…

— Чтобы сохранить шлем, для начала нужно победить в этой игре, — заметила Юка.

— Да… Мы торчим здесь гораздо дольше, чем следует, — нахмурился Ваня.

— Кто сейчас наденет шлем? — спросила Наташа.

Иван осмотрел своих воинок.

— Предлагаю отдать шлем Кате. Она снайпер. Ей тактическая информация важнее.

Девушки кивнули.

— Эх, жаль, я потеряла свой каряк, — вздохнула Катя, натягивая шлем.

— Пока возьми мой «м16», — Наташа сняла с плеча автомат.

— Спасибо, — кивнула Екатерина, повесила автомат на шею, подобрала подол платья и полезла в окно.

Глава 26

1

Через полчаса Ванин отряд быстро шагал через лес, петляя между высоких сосен. Деревья покачивались на ветру. Переливчато пели птицы. После мрачного затхлого особняка они словно очутились в совершенно ином мире.

— Как же хорошо, — улыбнулась Наташа, подставляя солнцу лицо.

Катя, шагающая в зеленом бархатном платье, не удержалась и закружилась в воображаемом танце. Подол платья взлетел в веселом вихре. Ната с Юкой переглянулись.

— Тебе в нем вообще удобно? — проворчала Наташа.

— Не очень, — улыбнулась Катя. — Но оно мне нравится.

— Ага. И очень подходит к твоей шляпке, — Ната постучала по кевларовой броне.

— Ну и что! Зато красиво! Наконец-то снова чувствую себя девочкой!

— А до этого кем чувствовала? Мальчиком?

— Ну точно не девочкой. Какой-то… солдаткой.

— А что, можно новый гендер добавить к существующим сорока пяти… — подключился к разговору Ваня. — Гендер — солдат.

— Ага. Сексуальная ориентация «всегда готов!».

— Нее… Это пионерский гендер… Солдатский: «так точно, товарищ прапорщик!»

— Фу… — поморщилась Катя.

Идущая впереди Юка подняла руку:

— Внимание!

Все моментально очутились на земле и замерли, напряженно оглядываясь по сторонам.

— Слышите? — прошептала Юка.

Ваня зажмурился, вслушиваясь в какофонию лесных звуков. До него донесся отдаленный гул.

— Да… — отозвалась Наташа. — Кажется, самолет…

И точно. Между верхушками деревьев мелькнула крылатая тень.

Катя поправила визоры и подняла голову.

— Hercules C-130. Высота 3 854 метра. Скорость 545 километров в час.

— И что это значит? — задумчиво пробормотала Наташа.

Самолет исчез за деревьями. Все поднялись.

— Это значит, что где-то рядом сбросят дроп! — уверенно сказала Юка. — И нам бы он совсем не помешал!

— Может, уже сбросили?

Все повернулись к Кате.

Девушка неопределенно пожала плечами:

— Аппарель была закрыта. И самолет явно снижался. Полагаю, что они еще не сбросили его.

Ваня открыл карту и начертил траекторию полета.

— Ну что ж… Это стоит проверить. Пойдем вдоль его маршрута, — он отметил новый ориентир. — Хотя бы вот до этой точки. А там будет видно.

Синхронно пискнули часы, зафиксировав новое направление, и маленький отряд снова двинулся в путь.

…

Выйдя из леса, они увидели столб ярко-оранжевого дыма прямо посреди спелого пшеничного поля.

Катя медленно поворачивала голову, изучая информацию.

— Двести семьдесят метров, — прошептала она, подкручивая прицел.

Юка тоже подкорректировала прицел своего калаша.

— Идем? — нетерпеливо спросила Ната.

— Подожди… — сказал Ваня.

— Так… вижу… Трое на десять часов, — еще тише прошептала Катя и подняла «м16». — Триста восемьдесят пять метров.

Ваня прищурился. Ага. Точно. Теперь он и сам сумел различить троих игроков, целеустремленно ползущих к дропу. Сигнальная дымовая шашка почти прогорела, и ветер рассеял последнее оранжевое облако.

Иван принял решение:

— Мы с Натой обойдем их слева. Юка с Катей остаются здесь и начинают стрелять, когда они переберутся через кусты и выйдут на открытое пространство.

Девушки кивнули.

Ваня забросил ружье за спину и торопливо пополз вдоль лесной опушки. Ната последовала за ним.

…

Через несколько минут, когда Ваня с Наташей осторожно двигались по дну ирригационной канавы, в наушнике раздался голос Кати:

— Приготовились…

Ваня глянул на часы — до намеченной точки оставалось проползти еще пятьдесят метров. Похоже, они не успевают.

— Огонь!

Со стороны леса раздался сухой треск автоматных выстрелов.

Ваня сорвал со спины ружье. Ната последовала его примеру.

— Один готов! — радостно доложила Катя.

— Я, кажется, тоже подстрелила одного! — отозвалась Юка.

— Третий идет на вас!

Ваня прислушался. Точно! Сквозь шелест травы к ним приближался испуганный топот. Еще миг, и в канаву спрыгнул вражеский игрок.

Выстрелы слились в один залп.

— Еще минус один! — прокомментировала Ната.

Ваня перевел дух.

— Интересно, а где четвертый?

Ната лишь пожала плечами и склонилась над прострелянным телом.

— Хм… «м416» — пригодится…

…

Через три минуты Ваня с Наташей уже подбирались к большому пластиковому контейнеру, перехваченному широкой стропой. Среди колышущихся пшеничных колосьев в порывах теплого ветра рвался на волю грузовой парашют.

Ваня дернул фиксатор и открыл крышку.

— Ого! — не удержался он от восторженного возгласа. — Здесь АВП! Два кевларовых бронника и шлема! Красота…

В этот момент Ваня ощутил сокрушающий удар, и лишь когда его голова коснулась земли, до него долетел звук отдаленного выстрела. Боль была повсюду. Ей был пропитан воздух, она сочилась по влажной земле. Она рвалась изнутри. С огромным трудом Ваня сконцентрировал внимание на индикаторе здоровья — 1 % хп. Еще один выстрел, и всё закончится. «Надеюсь, Ната успела спрятаться», — мелькнула последняя мысль.

— Я его не вижу! Не вижу! — хрипел наушник Катиным голосом.

— Иду к вам! — раздался голос Юки. — Ната! Быстрее! Прячься в канаву!

Но Ната не собиралась прятаться. Подхватив Ваню, она потащила его по траве, прикрывая своим телом. Один метр. Второй… Вражеский снайпер медлил, выбирая подходящий момент. Еще пара шагов…

Раздался выстрел, и Наташа безмолвно рухнула на Ванино тело.

— Вижу! — резко бросила Катя.

Со стороны девчонок раздались выстрелы.

— Готов!

— Держитесь! — крикнула Юка. — Я рядом!

…

Через пять минут после укола Ваня наконец сумел пошевелиться. Ната так и лежала рядом, уронив голову ему на грудь. Он коснулся холодного лба девушки, покрытого испариной. Ната отозвалась тяжелым стоном.

— Ага… Очухался? — улыбнулась Юка. — Сейчас еще стимулятора добавлю. Потерпи!

Снова тонкая игла пронзила кожу, и по телу разлилось живительное тепло.

Ваня сел, осторожно опустив голову Наташи на колени. Его ладонь непроизвольно погладила растрепавшиеся волосы девушки. Ната открыла глаза. Коснулась его ладони. Прижала ее к щеке… Потом резко встрепенулась, оттолкнула его руку и села.

— Спасибо, — хрипло сказал он потрескавшимися губами.

Ната отвернулась, так ничего и не ответив.

Ваня осмотрелся. Первое, что он увидел, была довольная Екатерина, баюкающая тяжелую винтовку.

— Вы только посмотрите! Десятикратная оптика! Плюс двадцать процентов к точности и десять процентов к убойной силе! Да еще и глушитель! Теперь мы им всем покажем!

…

Уже три часа Ванин отряд сидел на чердаке пятиэтажного дома возле шоссе, отделяющего городок от густого зеленого леса. Катя спряталась в глубине, поставив винтовку на пыльный деревянный стол, вытащенный Иваном на середину. Все остальные вели наблюдение, осторожно выглядывая из слуховых окон.

— Новые клиенты. Двое. На пять часов. Дальность — четыреста метров, — тихо сказала Юка.

— Вижу! — кивнула Катя, поправив визоры на шлеме. — Трое, дальность четыреста пять, — задержав дыхание, она плавно нажала на спусковой крючок.

Загрохотали выстрелы. В ушах стоял звон.

— Двое готовы.

Катя торопливо перезарядила винтовку.

— Уходит… — досадливо поморщилась Юка.

— Спрятался за деревом, — отозвалась Екатерина. — Вероятность прострелить ствол — восемьдесят пять процентов, — она снова нажала на спусковой крючок.

— Еще минус один.

Ваня покосился на циферблат часов. В живых оставалось лишь восемь врагов. Катя уже пристрелила пятнадцать. Такими темпами они скоро закончат.

Послышался гул двигателя.

— Автомобиль на девять часов.

— Вижу, — Катя развернула винтовку к другому окну.

— Сколько у тебя патронов? — забеспокоился Ваня.

— Хватит, — уверенно сказала Катя, подкручивая прицел.

Новая серия выстрелов. Машина дернулась, завиляла и врезалась в столб. Еще пара выстрелов. Взрыв аккумуляторных блоков подбросил автомобиль. Полыхнуло пламя. Еще минус три противника.

…

Наконец все враги были повержены.

Оглушительные фанфары и сладкое ощущение победы. Ваня мечтательно задрал голову в небо.

Ната дала ему подзатыльник:

— Не тормози! Нужно собрать трофеи!

Они бросились обыскивать тела последней четверки, лежащей под кустами возле ограды.

— Что будем делать со шлемом? — озабоченно спросила Катя. Ей явно не хотелось расставаться со своим сокровищем.

— А как они узнают, что мы нашли в шкафу? — спросила Юка

— Но ведь они как-то пронюхали про винтовку… — почесала нос Наташа.

— Ну… не знаю… — протянул Ваня. — Во-первых, в прошлый раз у нас была включена трансляция. А во-вторых, после общения с капитаном Лизой у меня осталось четкое ощущение, что они давно охотились за той винтовкой и специально вели наблюдение за ее владельцем. — он почесал затылок и добавил: — А о том, что появится в этом особняке, никто не мог знать заранее. Я думаю, нужно просто еще поискать шлемы. Да и вообще всякого снаряжения и оружия. Чтобы этот шлем затерялся на фоне остальной добычи. Может, тогда что-то сможем оставить себе.

— Хватит болтать! — прикрикнула Ната. — Время!

И отряд дружно бросился собирать лут.

…

Через пятнадцать минут Ваня стоял на полянке, увешанный оружием и снаряжением. На голове, сползая на лоб, возвышалась стопка из трех шлемов. На шее болтались три калаша, два «м16» и каряк.

Катя с трудом удерживала целых две АВП-шки. Ее супершлем сверху прикрывала найденная в ближайшем сарае стальная каска. У Наташи в руках была целая охапка дробовиков. На голове был мотоциклетный шлем с наклейкой в виде черепа. А Юка взвалила на плечо «м249», на шею повесила сайгу. Ее голову тоже украшали два натовских шлема АСН.

Ваня не отрываясь смотрел на секундомер: 3… 2… 1…

Конец игры!

Глава 27

1

Оказалось, что Ванина команда закончила игру одной из первых. Лейтенант Варенуха, дремавший в кресле возле контрольных мониторов, открыл глаза и равнодушно взглянул на вылезающих из VR-капсул девушек. Затем посмотрел на панель управления и удивленно поднял брови.

— Победили? — в его голосе послышалось изумление, смешанное с невольным уважением.

— Так точно, товарищ лейтенант!

— Шустрые вы… Хвалю.

Загудели сервомоторы, и поднялась крышка капсулы в ближайшем ряду. Оттуда вылез расстроенный Димон.

Варенуха опять покосился на контрольную панель.

— Так-так… Ефрейтор Курочкин… Не повезло вам… Ну давайте, бегом на физподготовку!

Димон, бросив угрюмый взгляд на девушек, отдал лейтенанту честь и, опустив голову, торопливо пошел к выходу.

— Ну а вы… богатыри и богатырки… раз так быстро управились, можете сдать трофеи начфину и получить увольнительную. Свободны!

— Спасибо, товарищ лейтенант! — хором грянула Ванина команда.

…

Начфин — усталый черноволосый толстячок с проседью в висках и погонами старшего лейтенанта — сидел за лакированным столом и быстро барабанил пальцами по клавиатуре, подслеповато щурясь на огромный монитор. Рядом с ним лежали VR-очки.

— Здравия желаю! — отчеканил Ваня, зайдя в кабинет.

Начфин оторвался от монитора и покосился на девушек, вошедших следом.

— Ну, что стоите? Надевайте и заходите в систему! — он указал на четыре шлема, лежащих на столе.

Девушки принялись распутывать переплетенные провода, тянущиеся к грязным потертым системникам на полу.

Катя исподтишка поглядывала на лейтенанта, а он продолжал с нескрываемым интересом смотреть на них. Юка с Натой переглянулись.

Ваня сел в кресло и надел шлем.

К его удивлению, он оказался в том же самом кабинете. Начфин все так же сидел за своим столом напротив. Причем Ване показалось, что даже облезлый угол стола соответствует реальности. Отличалась лишь внешность начфина. Теперь перед Иваном сидел мускулистый черноволосый красавец с волевым лицом и аккуратно подстриженной бородкой.

Возле Ивана появились девчонки. Ваня очередной раз убедился в странной ограниченности упрощенного вирта. После VR-капсул эта подделка казалось искусственной и фальшивой. Все чувства, кроме зрения и слуха, притупились. Впрочем, это не относилось к визуальной составляющей. Изображение было предельно достоверным, а девчонки, как всегда, выглядели прекрасно.

— Здравия желаю! — повторил Ваня.

— Вольно, бойцы. Поздравляю вашу команду с победой!

Лейтенант с интересом принялся рассматривать девушек. Сейчас они были одеты как на памятной тренировке. Короткие шорты и облегающие футболки. Взгляд лейтенанта скользнул на стройные ноги Кати.

Ваня решил его отвлечь:

— Товарищ старший лейтенант, а откуда вы знаете, что мы победили?

— Сюда приходят только победители, — усмехнулся старлей и наконец глянул на Ваню. Хмыкнул и бросил: — Ну, сдавайте свои находки.

— А себе мы можем что-то оставить? Для следующих игр…

— Можете. Но сначала покажите трофеи. Их нужно оприходовать… — начфин звонко щелкнул по клавише, и в дальней стене появилось четыре двери.

Одну из дверей окружала зеленая рамка. Ваня направился к ней. За дверью оказался его арсенал. Иван пошел вдоль оружейных стоек, собирая оружие, принесенное с последней схватки. Теперь он мог спокойно разглядеть его характеристики. Ничего особенного… Иван покосился на шлемы и бронежилет. Может, их пока не трогать? Он взвалил на себя автоматы и пошел к выходу.

У двери оружие ожидаемо превратилось в пластиковые карточки. Ваня вышел в кабинет и положил их перед лейтенантом.

Тот нахмурился:

— Почему всего шесть? За вами числится… — он покосился на виртуальный монитор, — десять элементов.

— Там шлемы и броник. Разве их тоже нужно сдавать?

— Нужно, нужно. Всё нужно! Родина в опасности! Дефицит бюджета в прошлом году составил шесть процентов! А вы тут бронежилеты прячете!

— Никак нет! — Ваня вытянулся по стойке смирно.

— Бегом в свой арсенал и несите остальное.

Ваня помедлил секунду и осторожно сказал:

— Товарищ старший лейтенант, а вот в прошлый раз мы тоже выиграли… Но ничего не сдавали…

Начфин прищурился и покачал головой.

— Эх, боец… Ты бы думал, прежде чем такие вопросы задавать. Ты, похоже, забыл, что в прошлый раз случился технический сбой?

— Да?

— Да!

— Так точно! Вспомнил! Был технический сбой, и сдать оружие не получилось!

— Хорошо. Поторапливайтесь боец. Одна нога здесь, другая там.

…

Когда Ваня, сжимая в ладони пластиковые карточки, вернулся в кабинет, там уже стояли девушки. К его удивлению, на Кате было надето зеленое бархатное платье. Ната с Юкой тоже переоделись в трофейную одежду и выглядели очень соблазнительно.

Его очаровательные боевые подруги обступили лейтенанта и что-то ворковали ему, разложив на столе карточки со своими трофеями.

Начфин недовольно покосился на Ивана:

— Так, боец, давай по-быстрому! Видишь, я занят!

— Так точно! — Ваня положил на стол оставшиеся трофеи.

Начфин торопливо начал их перебирать:

— Хлам… Хлам… Мусор… Ежкин крокодил, боец! Зачем ты все это притащил!? Мне же теперь это оприходовать надо! Ладно… Давай сюда!

Он начал сканировать карточки.

— Иосиф Владимирович, у вас такой классный аватар! — сказала Катя. — Мне очень нравятся мужчины с бородой…

Начфин, расплывшись в улыбке, разглядывая девушку.

— Екатерина! Не отвлекай товарища старшего лейтенанта! — с наигранной суровостью нахмурилась Юка. — Вот, посмотрите мои трофеи! — она нагнулась над столом так, что прямо перед глазами лейтенанта оказалось глубокое декольте ее голубого платья.

— Ээ… — снова промычал тот, не отрывая глаз от соблазнительного разреза.

— Может быть, вам как-то помочь? А то мы столько всего ненужного притащили… — пропела Ната, подходя к начфину с другой стороны.

Иван осторожно кашлянул:

— Товарищ старший лейтенант, а какое оружие можно себе оставить?

Начфин посмотрел на Ваню, словно уже забыл о его существовании. Похоже, ему не терпелось избавиться от командира этого милого отряда.

— Можно оставить по две единицы каждого типа… — начал было лейтенант, но девушки вдруг затараторили:

— Иосиф, а расскажите, какое оружие самое дорогое?

— Я не хочу расставаться с этой винтовкой!

— А холодное оружие тоже нужно сдавать?

Начфин собрался:

— Девушки, подождите минутку. Сейчас я отпущу этого бойца и займусь вами.

Девчонки переглянулись.

Лейтенант начал собирать разбросанные по столу карточки.

— Так, всего сорок восемь единиц… Блин, запутался, где чье. Ладно. Сами разберетесь, — он снова взглянул на Ваню. — Определился, что оставляешь?

— А вы что посоветуете?

Начфин посмотрел на стопку уже отсканированных карточек:

— Тут один мусор. Сам решай.

Ваня тянул время.

— По два элемента? — переспросил он.

— Иосиф, а как работает этот сканер? — Ната взяла со стола карточку и поднесла ее к терминалу. Раздался писк.

Начфин кивнул и покосился на монитор:

— Да. Правильно. Вот смотри… Теперь этот «м16» оприходован и занесен в систему. Видишь? Карточка стала зеленого цвета. Но это ерунда. Характеристики стандартные. Ничего не стоит…

— А если я все-таки захочу его оставить?

Лейтенант пожал плечами.

— Бери, — он протянул карточку Нате. — Но лучше побереги место для стоящего оружия.

Ната взяла еще несколько карточек. Снова запищал сканер.

Начфин нахмурился:

— Вообще-то… — начал было он.

Но Наташа уже ткнула пальцем в монитор:

— А вот этот калаш? Он лучше.

— Хм… Да… Тут плюс двадцать процентов к убойной силе. Примерно три криптобакса.

— Всего лишь?

— Ой, а можно мне тоже попробовать! — улыбнулась Юка и поднесла к сканеру еще несколько карточек.

Ната поймала Ванин взгляд и подняла ладонь. Ее пальцы сжимали карточку с кевлавровым шлемом.

— А платье к какому типу снаряжения относится? К бронежилетам? — спросила Екатерина. — Его тоже нужно сдавать? Или можно себе оставить?

— Сдавать платье? — недоуменно переспросил начфин.

— Да… — Катя захлопала ресницами. — Я вот не знала, поэтому решила надеть и вам показать… Или нужно снять?

— Ээ…

— Ну, если Родина требует… — вздохнула Катя и повернулась к Юке. — Поможешь расстегнуть?

— А я пока вам помогу… — тихо сказала Наташа и поднесла карточку к сканеру.

Взвизгнула молния, и Катя, изгибаясь всем телом, начала освобождаться от тяжелого бархата. Ваня шагнул к столу и не глядя взял несколько зеленых карточек. Юка сунула ему карточку со шлемом.

— Я возьму вот это!

Платье Кати скользнуло на пол, и оказалось, что на ней обычные армейские шорты. Однако сверху остался лишь полупрозрачный бюстгальтер. Начфин уставился на стройное гибкое тело.

— Товарищ старший лейтенант, разрешите идти? — громко спросил Ваня.

— Покажи, сколько взял.

— Шесть штук, — Ваня демонстративно пересчитал зеленые картинки. — Калаш, «м16», каряк, два шлема и бронежилет.

— Свободен! — старлей мельком взглянул на Ванины трофеи, что-то отметил на мониторе и снова принялся пялиться на Катю.

Ваня торопливо спрятал карточки в карман и пошел в свой арсенал.

…

Сняв VR-очки Иван посмотрел на девушек. Он никак не мог привыкнуть, что у всех в армии стоит нейроинтерфейс. С ним погружение даже в урезанный вирт выглядело со стороны совсем иначе. Девушки словно окунулись в спокойный глубокий сон. Лишь легкое подрагивание пальцев, учащенное дыхание, еле заметное напряжение мышц, говорили о том, что девушки не спят.

Ваня встал, отправил форму и вышел в коридор.

Через пять минут открылась дверь кабинета. Раздался хор девичьих голосов.

— До свидания, Иосиф Владимирович!

— Спасибо товарищ старший лейтенант за увольнительную!

— Очень рада была с вами познакомиться!

Девчонки выскочили из кабинета, давясь от смеха.

— Какой милашка! — подытожила Катя, закрыв дверь.

— А вот и командир! — улыбнулась Юка.

Ваня покачал головой и нахмурился:

— Девчонки, а вы не перегнули палку?

Ната фыркнула:

— Смотрите, а он, кажется, ревнует!

Катя захохотала и прижалась к Ваниному плечу:

— А кого из нас ты ревнуешь больше?

Иван почувствовал, что краснеет.

— Я вас не ревную! — обиженно буркнул он. Но мне не нравится, когда вы так себя ведете.

— Почему? — усмехнулась Наташа.

— Разве это непонятно? — хмыкнула Юка. — Мы же члены ЕГО отряда!

— Полагаешь, он считает нас свой собственностью?

— Разумеется. — улыбнулась Юка и потянула Ваню за собой, взяв его за руку. — Но это вполне объяснимо: Ваня о нас заботится и поэтому считает, что имеет право навязывать нам свою мещанскую мораль.

— Это не так! — запротестовал Ваня, но вырываться из игривых объятий Кати с Юкой не спешил.

— Конечно, это не так! — поддакнула Катя, — Ванина мораль, вовсе не мещанская! Ну, а то, что он ее нам навязывает, чего вы от него хотите? Он же еще совсем маленький и не знает как устроена реальная жизнь. — Да, малыш? — она погладила Ваню по растрепавшимся волосам.

Он постарался не обращать внимания на колкости:

— Маленький, да удаленький! — пробурчал он. — А мораль не может быть моей, мещанской, дворянской или еще какой. Мораль одна единственная!

— Ага. Мораль, как осетрина. Может быть только первой свежести, а все иное — аморально! — подытожила Наташа.

— Ладно, — пойдем быстрее, — сказала Юка, нам ведь увольнительную дали! Нужно отпраздновать.

Глава 28

С грохотом захлопнулась тяжелая дверь, и Ваня с девушками оказались на залитой солнцем липовой аллее. Высокие деревья, окутанные зеленой дымкой распускающейся листвы, отбрасывали длинные тени.

Ваня сунул руку в карман и вытащил смартфон.

— Так. Сейчас шестнадцать часов. У нас есть четыре часа. Куда пойдем?

Девчонки, уткнувшиеся в экраны своих телефонов, казалось, его не слышали.

— Куда пойдем? — повторил Ваня.

— Сколько звезд можно поставить нашей части? — задумчиво спросила Катя.

— Ты что, на Яндекс-картах отзыв пишешь? — усмехнулась Ната.

— Нее… в Трипадвайзере.

— Тогда пять! Пусть янки завидуют!

— Вот блин. У меня авторизация в Гуглограме слетела… — проворчала Юка.

— Ну конечно, столько времени не заходить…

— А вот интересно, почему в части запрещают пользоваться гаджетами и выдают их только в увольнительную? — Ваня недовольно посмотрел на девушек, торопливо свапающие экраны своих смартфонов.

— Так это же и так ясно, — отозвалась Ната, не отрываясь от телефона, — чтобы нам стало скучно и мы больше выкладывались в Рояльнике.

— Или развить командный дух и живое общение, — улыбнулась Катя

— Чтобы не фоткали что не нужно и не писали гадостей! — отрезала Юка.

Повисло молчание. Они так и стояли в десяти метрах от входа в воинскую часть.

Ваня открыл приложение «Потратьбанка» и отправил матери перевод. Нужно ей написать…

Его отвлек довольный голос Екатерины:

— Ого, у меня в Гуглограме пять тысяч лайков набралось после нашей последней увольнительной и восемьсот новых подписчиков!

— А у меня девятьсот новых соратниц… Сейчас селфи сделаю! — бросила Ната, поправляя волосы.

Юка ничего не сказала, но Ваня, заглянув ей через плечо, увидел, что статистика Гуглограма показывает прирост подписчиков на двадцать тысяч человек. Ничего себе! Он и представить не мог, что Юка настолько популярна. Надо будет на нее подписаться.

Зайдя в свой аккаунт, Ваня увидел четыре новых лайка. Мда… Он спрятал телефон в карман.

— Слушайте, мы что, так и будем весь вечер в телефоны втыкать? Давайте договоримся сегодня не тратить на это время!

Катя вздохнула и кивнула:

— Да… Наверное, так будет правильно. Пойдемте гулять!

— Согласна! — отозвалась Ната. — Сейчас, только фотку выложу.

Юка спрятала телефон:

— Пошли!

…

Когда они вышли на оживленный проспект, вся улица удивленно уставилась на них. Во всяком случае Ване так показалось. Даже в форменных зеленых юбках и гимнастерках девушки выглядели классно. Встречные мужчины просто поедали их глазами и так мерзко улыбались, что Ване хотелось чуть ли не каждому дать в нос. Как девчонки терпят такое? Но девушки, похоже, давно привыкли и не обращали на это внимания.

— Ну, что? По мороженому? — предложила Катя.

— Лучше в кафе. Хоть поедим нормально, — сказала Наташа.

— Давайте в ресторан! — улыбнулся Ваня.

Раньше он никогда не мог позволить себе ничего подобного. Но теперь… Возможность шикануть кружила голову.

— В таком виде? — нахмурилась Катя. — Нет уж!

— Кафе — отличная идея, — заметила Юка. — Давайте в «Мармеладницу»!

…

— Очень мило, — улыбнулась Катя, оглядывая интерьер, выдержанный в розовых тонах.

— Ага. Только бантиков не хватает, — проворчала Наташа.

— Сойдет, — подытожила Юка и направилась к столику возле окна.

Похоже, что солдатки были здесь нечастыми гостями. Немногочисленные посетители проводили их взглядом.

Раздавая меню, миловидная официантка заинтригованно улыбалась, не сводя с Вани глаз.

— Чего она на меня уставилась? — буркнул он, когда девушка отошла.

Ната оторвалась от изучения меню и покосилась на официантку.

— Пытается понять, почему мы с тобой, — объяснила она.

— А чего тут непонятного? Мы же… эти… сослуживцы… Или как правильно? Однополчане?

— Угу… многоармейцы… — уточнила Ната. — Все одинокие многоармейцы ходят в сопровождении прекрасных солдаток… Так… я буду пиццу и греческий салат.

— А мне нравится с Ваней гулять, — улыбнулась Катя. — По крайней мере никто не достает предложениями познакомиться.

— А обычно достают? — озадаченно спросил Ваня.

Девушки переглянулись и раскрыли меню.

Наконец они сделали заказ. Ната полезла в карман за смартфоном.

— Нет! Мы же договаривались! — запротестовал Ваня.

— Ну хорошо, — вздохнула Ната, убирая телефон. — Тогда давайте обсудим наши планы.

— А у нас есть планы? — удивилась Юка.

— Должны быть. Если мы хотим хоть чего-то добиться.

— Я не хочу ничего добиваться. Я хочу домой! — устало сказала Катя.

— Вот! Уже план! — улыбнулась Наташа. — Что скажешь, командир?

— Домой? И как вы предлагаете туда отправиться?

— Пешком, на автобусе или убере.

— Самоволка?

— Ты у нас такой дурак по субботам или как? — промурлыкала Ната.

— Ну а как еще?

— Если ты не в курсе, объясняю: девушки умные, поэтому занимаются стратегическим планированием и определяют цели. А детали — это уже мужская проблема.

— Эх. Вы такие умные, а еще и строем ходите. Даже завидно… — вздохнул Ваня и почесал затылок.

— Строем тебе ходить никто не мешает. Ну а то, что Иванушкой родился, это не к нам.

— Ну ладно… — вздохнул Ваня. — Тогда есть дурацкая идея, как попасть домой. Помните, Туча рассказывал про чемпионат?

— Так… уже интересно… — подняла бровь Юка.

— Подожди… Ты всерьез предлагаешь выиграть мировой чемпионат по Рояльнику?! — ошарашенно спросила Катя.

— Ты же слышала, что говорил прапорщик. Кто-то из нашей части занял призовое место.

— Да. Девятое, — уточнила Юка. — Это случилось еще шесть лет назад, когда не было такой конкуренции. Я посмотрела записи прошлогодней финальной игры. Они там просто монстры…

— Ну, с монстрами мы сегодня разобрались, — самодовольно улыбнулся Ваня.

— Это утопия…

— Ну, вы меня спросили про план, я ответил. Кроме того, вы же сами сегодня видели, как сильно изменилась игра после обновления. Мне кажется, это увеличивает шансы новичков.

— И шлем мы нашли… — поддакнула Катя.

— И рояль всегда под рукой… — пробежала Ната пальцами по столу.

— Интересно, как вообще можно попасть на этот чемпионат?

— Пройти квалификацию, — ответила Юка. — Команда должна получить десятый уровень и войти в семерку сильнейших в своем регионе.

— Откуда ты знаешь? — удивился Ваня.

— Победа была моей первой идеей, когда я узнала про чемпионат. Я пошла в библиотеку и убедилась, что это практически нереально.

— Попытка не пытка! — хлопнул по столу Ваня.

— Угу. А пытка не попытка.

— О, кажется несут! — сказала Катя.

Официантка поставила на середину стола большую упаковку картофеля фри.

— Фу… Кто заказал эту гадость? — поморщилась Катя, глядя на картошку.

— Я! — гордо сказал Ваня и подвинул к себе упаковку.

— Терпеть не могу картошку! — категорически заявила Наташа, вытащила из упаковки одну хрустящую соломинку, отправила ее в рот и скривилась. — Отвратительно!

Катя тоже протянула руку, взяла несколько соломинок и принялась жевать:

— Как ты вообще можешь это есть?

Юка ничего не сказала, но тоже последовала примеру подруг.

Ваня тяжело вздохнул, с тоской глядя на стремительно тающий запас картошки.

— Может, для вас еще заказать порцию?

— Пфф… — фыркнула Наташа. — Я такое не ем! — с этими словами она схватила еще несколько соломинок и опять принялась жевать.

Снова подошла официантка и начала расставлять тарелки. На столе появилась большая пицца, порция спагетти, мисо суп, лонг-ролл «Филадельфия», три порции греческого салата.

— Неужели мы все это съедим?

— Конечно, — уверенно кивнула Ната и подцепила кусок пиццы с круглой деревянной доски.

Зазвенели тарелки. Залязгали вилки и ножи. Воцарилось сосредоточенное жевание.

— …но вы же понимаете, сколько нужно потратить сил? — не выдержала Юка, возвращаясь к разговору о чемпионате. — Нам нужно всерьез заняться физподготовкой, тренировками, стрельбой. Отработать тактику…

— Никто не говорит, что будет легко, — промычала Наташа.

— Призовые десять миллионов криптобаксов… — задумчиво сказала Юка.

— Ну, эта сумма распределяется между всеми победителями, — уточнил Ваня.

— Да. Пять миллионов первому месту, три — второму, два — третьему. Но даже если получится занять третье место, это по пятьсот тысяч на каждого… — подтвердила Юка.

— Хватит делить шкуру неубитого медведя! — не выдержала Катя.

— А если занять первое место, то по миллиону с четвертью… — мечтательно протянула Ната. — Представляете? Этого хватит на всю жизнь!

— И что бы ты сделала с миллионом? — поинтересовался Иван.

— Открыла фонд поддержки женщин, попавших в трудную жизненную ситуацию.

— А я — приют для котиков, — вставила Катя.

— Я бы хотела объехать весь мир… Но глядя на ваши мечты, чувствую себя как-то неловко, — потупилась Юка.

— Интересно, как это — жить, не думая о деньгах? — спросила Наташа, разглядывая свое отражение в лезвии ножа.

— Деньги далеко не всё, — вздохнула Катя.

— Не всё… но очень многое. Когда ты уверена в завтрашнем дне, чувствуешь себя совершенно иначе, — заметила Юка, — Вы знаете, что раньше, до введения криптобаксов, во многих западных странах обсуждался проект безусловного базового дохода?

— Это как? — удивилась Катя.

— Авторы этой идеи исходили из того, что каждый человек от рождения имеет право на достойную жизнь и уверенность в будущем.

— То есть в такой системе можно не работать и просто получать пособие? Как было в Европе?

— Ага, — поддакнула Наташа. — Раньше так и было. Безусловный доход так и не ввели, но маргиналам раздавали пособия направо и налево. И закончилось это вполне предсказуемо. Никто не хотел работать, но все хотели получать деньги. Больше и больше.

— Так и сейчас то же самое, — заметила Юка. — Только если раньше в западных странах пособия выплачивались за счет их же работающих граждан, то теперь, по сути, эти пособия выплачиваются за счет эксплуатации граждан беднейших стран. Принцип эмиссии криптобаксов Proof-of-Stake — у кого их больше, тот и получает больше и устанавливает правила.

— А правила таковы, что бедным остается лишь порочный круг нищеты, — подтвердил Ваня.

— Это когда люди все силы тратят на получение самого необходимого? — Катя сделала большой глоток апельсинового сока.

— Да. Высокие доходы возможны только при высокой эффективности труда. В индустриальную эпоху она достигалась за счет капитала: ну, там станки, машины, заводы. А сейчас это знания. Эффективный труд — это очень квалифицированный труд. Для хороших доходов необходимо хорошее образование. А это годы дорогостоящей учебы и непрерывная практика. Человеку, которому не на что купить еду или нечем заплатить за квартиру, не до обучения.

— Поэтому безусловный базовый доход и бесполезен! — подытожила Наташа. — Он растит лишь иждивенцев и нахлебников.

— И что же делать? — погрустнела Катя.

— Ничего. Такова природа человеческого общества. Высокая конкуренция подталкивает эволюцию, — вздохнула Юка.

— В том-то и дело. Нужна конкуренция, — согласился Ваня. — Честная и открытая конкуренция идей и знаний. Но то, что мы видим сейчас, больше похоже на монополию.

— В смысле? — удивилась Юка. — Любой может много учиться, много работать и получать высокий доход. Какая же это монополия?

— Нет. Не любой. Богатые монополизировали доступ к образованию. Да и вообще ко всем ресурсам. Но свои ресурсы они тратят не на решение глобальных проблем вроде экологии или бедности, а на демонстративное потребление, заставляя бедных чувствовать себя еще более ущербными.

— Ну… ты же бедный, но умный? Значит, не все так плохо, — улыбнулась Катя.

— Спасибо на добром слове, — вздохнул Иван. — Но тут дело не в уме. А в навыках. А вот навыков у меня, честно говоря, не много. Я и на философский смог поступить лишь потому, что туда никто не идет. Бесполезная наука… но веселая!

— Да уж, обхохочешься… — скривилась Наташа. — Но всё это пустые слова. В мире полно несправедливости. Конечно, мы должны с этим бороться в меру своих сил. Но под силу ли нам что-то изменить?

Повисло молчание. Все сидели погруженные в невеселые мысли.

Подошла официантка и поставила на стол чайник.

Юка приподняла крышку и вдохнула клубящийся пар:

— Улун… мой любимый. Давайте налью.

Ваня взял горячую чашку. Она обжигала ладони, как идеи жгли его сознание.

Он не выдержал:

— А мне кажется, что в базовом доходе есть здравое зерно. Только он должен быть не безусловным, а условным.

— Это как? — подняла бровь Наташа. — Для получения дохода нужно выполнить какое-то условие?

— Да. И это условие — образование. Сейчас столько онлайн-курсов по всевозможным областям: программирование, дизайн, математика… Но почти все они платные. А кроме того, у работающего человека просто нет времени и сил, чтобы повышать свою квалификацию.

— И ты предлагаешь платить тем, кто учится?

— Да, но не только им. Условный базовый доход можно выплачивать и тем, кто учится, и тем, кто учит. Россия, конечно, не самая богатая страна, но по сравнению с той нищетой, что царит в Африке, у нас все отлично. А многие африканцы или жители стран Латинской Америки… они не имеют возможности учиться банально потому, что не знают языков и там нет учителей. Жители развитых стран могут их учить онлайн, и обе стороны могут получать за это деньги. Это будет не только обучение, но и обмен опытом, культурой, мировоззрением. Конечно, нужно наладить контроль за процессом обучения, но современные нейронные сети отлично справятся с мониторингом. И, конечно, базовый доход надо выплачивать при условии, что учащиеся будут сдавать тесты, делать контрольные и так далее. Причем некоторые курсы можно сделать совсем простыми, чтобы даже малообразованный человек не испытывал трудностей в обучении и мог получать доход.

— А смысл?

— Решение проблемы глобальной бедности и образования.

— Разве это не приведет к инфляции?

— Не думаю. Сейчас работают практически те же механизмы. Деньги постоянно вбрасываются в систему, как дропы с самолета. И как в Рояльнике, самое лучшее снаряжение из дропа достается тем, кто ближе всего к кормушке и лучше всего вооружен и подготовлен. Поэтому почти всю выгоду получают богатые. Но свои сверхдоходы они вкладывают в активы: недвижимость, акции, альтернативные криптовалюты. Цены на активы растут с огромной скоростью, делая, например, недвижимость в привлекательных местах совершенно недоступной не только для покупки, но даже для аренды. Центробанки производят деньги и сжигают их, раздавая богатым.

— А ты предлагаешь раздавать их бедным?

— Не раздавать, а тратить на обучение и образование. По сути, это будет своеобразный майнинг криптобаксов, только не сжигая бессмысленно гигаватты часов электроэнергии и не замораживая миллиарды в резервных фондах. Сейчас эмиссия глобальной криптовалюты привязана к объемам имеющихся средств. Кто держит на счету больше денег, тот и получает больше. А нужно просто внести в систему новые принципы денежной эмиссии.

— Да что мы тратим время на эту фигню! — не выдержала Наташа, сердито звякнув чашкой. — Какие-то наивные фантазии! Мечтатели никогда не смогут изменить правила денежного обращения!

Опять повисла тишина.

— А вы знаете… — сказала вдруг Катя. — Я понимаю, что звучит глупо, но теоретически существует возможность изменить глобальную финансовую систему.

— Ты о чем?

— Мой старший брат… Он в банке работает. Он, кстати, меня с моим бывшим и познакомил, — Катя вздохнула и затрясла головой, отгоняя неприятные воспоминания. — Так вот, он рассказывал, что правила работы мировой криптовалюты подчиняются определенным алгоритмам…

— Ну разумеется! — фыркнула Ната. — Это же всем известно. Но для того, чтобы изменить эти правила, нужно контролировать 51 % активов. А это миллионы компаний и миллиарды людей. Их действия скоординировать нереально.

— Не совсем, — улыбнулась Катя. — Брат как раз об этом и говорил. Крупнейшие центробанки держат на своем балансе более 60 % активов. То есть именно они диктуют правила и получают доход от владения деньгами.

— Пфф… — Ната махнула рукой. — Это еще сложнее. Двести независимых стран. Двести банков.

— Не двести, а всего лишь пять.

— Пять? — удивился Ваня.

— Да, — кивнула Екатерина. — Это вообще очень интересно. Я сама не знала. Оказывается, достаточно скоординированных действий всего пяти конкретных банков, чтобы полностью переписать правила, по которым функционирует мировая экономика. Причем никто не сможет этому помешать.

— Ну, нам-то в России ловить нечего, — вздохнула Наташа.

— Как раз наоборот… Конечно, доля активов российского центробанка очень мала. Кажется, три процента или около того. Но четыре крупнейших банка: европейский, японский, гонконгский и, разумеется, ФРС США — в сумме контролируют сорок восемь процентов. Понимаете? По сути, у России мало влияния, но есть право вето. Брат мне долго всё это объяснял. Вроде как нашей стране удалось этого добиться, потому что у нас есть какая-то должность в ООН…

— Россия — постоянный член совета безопасности ООН, — уточнил Ваня.

— Да-да. Точно. Вот и когда после глобального финансового кризиса вводили криптобакс, Россия получила три процента, а остальным центробанкам достались крохи. Так что достаточно решения всего пяти банков, и мир может стать совсем другим…

— Бла-бла-бла… — подытожила Наташа. — Ну какой смысл нам все это обсуждать? Мечты наивных детишек сделать мир лучше…

— Ну, на этом фоне идея выиграть чемпионат по Роялке уже кажется вполне реальной, — рассмеялась Юка.

— Да уж… — кивнул Ваня и взглянул на часы, висевшие над барной стойкой. — Ого, мы уже час здесь сидим! Может, лучше пойдем прогуляемся?

Девушки кивнули.

Ваня позвал официантку:

— Можно счет?

— Вам разделить?

— Не надо. Я оплачу.

Официантка кивнула и отошла.

— Эй-эй. Не торопись! Что значит «я оплачу»? — возмутилась Наташа. — Мы что, по-твоему, не можем сами за себя заплатить?

Девушки достали свои смартфоны.

— Почему же. Я не сомневаюсь, что вы можете за себя заплатить. Но мне было бы приятно угостить вас.

— Я никогда не позволяю мужчинам платить за себя! — кипятилась Ната.

Катя тяжело вздохнула. Наташа сердито посмотрела на нее:

— Что ты вздыхаешь?

— А я никогда в жизни за себя не платила. Меня всегда молодые люди угощали… Это плохо, да?

Ната остыла.

— Это нормально. Не ты придумала эти мизогинистические правила! И ты не должна себя винить, что подверглась социальному давлению. В конце концов, эти контосомеры должны возмещать женщинам нанесенный ими ущерб.

— А какой ущерб тебе нанес Ваня? — с любопытством спросила Юка.

Ната задумалась.

— Положим, что никакого. Но именно поэтому я хочу заплатить за себя сама. Чтобы не чувствовать себя обязанной.

— А когда ты его пристрелила, после того как он нам помог на тренировке, ты чувствовала себя обязанной? — продолжала Юка.

Ната нахмурилась. Ваня невольно отвел взгляд. Он заметил, что официантка стоит возле стойки, с любопытством прислушиваясь к их разговору, и не торопится подойти, хотя счет уже явно был готов.

— А давай у Вани спросим? — Юка повернулась к Ивану. — Ты рассержен на Нату за тот случай?

Ваня постарался уйти от ответа:

— Сегодня Ната спасла меня, закрыла собой…

— Я понимаю, что ты ее простил, но тогда? Ты был рассержен, расстроен, зол?

— Разумеется.

— А если бы так поступил мужчина, ты бы ему отомстил?

Ваня задумался:

— Скорее всего, да. Что-нибудь я бы постарался сделать…

— То есть к женщине, совершившей подлость, ты относишься иначе, чем к мужчине?

Ваня моргнул.

— Это очень сложный вопрос. Я бы не хотел обобщать таким образом. Все зависит от конкретной ситуации.

— Хорошо. Но если мы говорим про тот случай?

— В том случае Ната была на взводе. Вам угрожали мужчины, меня вы не знали и находились в состоянии стресса.

Юка закатила глаза:

— У меня такое ощущения, что я говорю с роботом! Тебя разве не злит поведение Наты? Тогда и сейчас?

Ваня пожал плечами и посмотрел на Нату. В ее огромных карих глаза он увидел то ли страх, то ли боль, а может, отчаяние. Он не удержался и взял ее за руку. Она вздрогнула, но не стала вырываться.

Ваня перевел взгляд на Катю, затем на Юку, взял и ее руку и вздохнул:

— Я не знаю, что ответить, и не хочу ничего говорить. Мы знакомы чуть больше недели, но у меня никогда в жизни не было никого ближе вас, как бы странно это ни звучало. После всего, что мы прошли, и через что нам еще предстоит пройти… мне кажется, что мы одно целое. «Вы» и «я» превратились в «мы». Можно ли злиться на себя? Конечно, можно. Но тогда и винить надо лишь себя.

Катя, сидевшая на диване рядом с Ваней, придвинулась к нему и крепко прижалась. Юка сжала его ладонь. Ната тяжело вздохнула и закрыла глаза.

— Ваш счет! — отчеканила официантка, с грохотом опустив на столешницу платежный терминал.

Ваня молча достал свой телефон и оплатил счет.

Глава 29

1

Кажется, никогда в жизни Ваня не чувствовал себя таким счастливым. Прогулка по вечернему городу была наполнена беззаботностью и весельем. Прохладный ветерок развевал волосы, щекотал в носу и будоражил весенними запахами и звуками.

Девчонки дурачились, перешучиваясь и подтрунивая над Ваней. Юка с Катей шли, взяв его под локти с двух сторон. Ната пристроилась рядом с Юкой, взяв ее под руку. Ваня шагал по влажному потрескавшемуся асфальту, перепрыгивая через бегущие с водосточных труб ручейки, и невольно улыбался до ушей, чувствуя мягкие руки и горячие плечи девчонок. Прохожие с любопытством и завистью глазели им вслед.

— А у тебя много девушек было? — спросила Катя у Вани с лукавой улыбкой.

— Эээ… В каком смысле «было»?

Девчонки хором прыснули.

— В любом, — уточнила Наташа.

— Одна… — вздохнул Ваня, но вдруг вспомнил ночную гостью и покраснел, сообразив, что она находится прямо здесь. Подумав немного, он поправился: — Две!

Юка сочувствующе кивнула:

— Сбился со счета? Понимаю…

— Нет! Я… Гхм… Просто… — Ваня пытался найти подходящий ответ. — Тут как считать…

Ната прикрыла ладонью глаза. Катя давились от хохота.

— А действительно, Ваня! Как считать-то? Ты сам что думаешь? — с серьезной миной спросила Юка, пытаясь удержать смех.

Ваня постарался подыграть девчонкам:

— Ну, можно считать своей девушкой ту, с которой встречался и ходил на свидание…

— Ага… в детском саду… — кивнула Наташа.

— Можно считать ту, с которой целовался…

— В третьем классе, — уточнила Юка

— Ну и… — Ваня неловко замялся и отвел взгляд. — Если был секс.

— О! Вот это уже по-взрослому! — прокомментировала Ната.

Катя еще крепче прижалась к Ваниному плечу, заглянула ему в глаза и замирающим голосом спросила:

— Ваня, а ты со сколькими девушками на свидание ходил?

Стараясь сохранить невозмутимость, Ваня почесал затылок:

— А если мы встречались в парке и я помогал делать математику, это считается?

— Нет! — хором отрезали девушки.

Ваня вздохнул:

— Тогда одна.

— Значит, ты однолюб? Одна девушка на всю жизнь? — восхищенно спросила Катя.

Ваня понурился:

— Хорошо бы. Но она меня бросила…

— Бедненький… — Катя с сочувствием погладила его по голове.

— А целовался ты со сколькими? — продолжила расспрос Юка.

Иван завис, понимая, как странно прозвучат его слова, но ответить иначе ему показалось еще более странным. И он признался:

— С двумя!

Юка возмущенно ткнула его кулаком в плечо.

— Ах ты, ловелас!

Несмотря на шуточность удара, кулачок у нее оказался твердым, как камень, и Ваня невольно потер плечо.

— Как это получается? — возмутилась Катя. — Встречался с одной, а целовался с двумя?!

— Какой ты ветреный мужчина! — прокомментировала Наташа.

— Ну… Ваня опустил глаза. — Так получилось.

— Следуя математической прогрессии, секс у тебя был с тремя? — уточнила Юка.

— Нет… — Ваня затряс головой, потом еще раз испытующе поглядел на девушек, они смотрели на него с искренней наивной непринужденностью, невозможно было поверить, что одна из них приходила к нему ночью…Его окатило горячей волной, он непроизвольно сглотнул и твердо сказал: — Секс был с двумя!

— То есть одну ты уломал, даже не сводив на свидание? — уточнила Ната. — И тебе не стыдно?

Ваня почувствовал, как его лицо заливает краска.

— Так получилось… — повторил он.

— Вот это настоящая страсть! — с деланой завистью вздохнула Катя.

— А чего тут удивительного? — спросила Юка. — Ваня ведь вон какой красавчик! Ни одна перед ним не устоит!

— Нда… Две точно не устояли, — уточнила Наташа.

Девушки переглянулись.

Ваня наконец справился с неловкостью и решил позволить себе фривольность.

— А у вас сколько было молодых людей? — спросил он как можно увереннее.

— Для секса? — уточнила Юка.

— Да! — с вызовом отрезал Ваня.

Юка взглянула на небо и наморщила лоб:

— У меня двести пятьдесят шесть!

— А у меня пятьсот двенадцать! — тут же откликнулась Наташа.

— А я со счета сбилась… — тяжело вздохнула Екатерина.

У Вани невольно брови полезли на лоб. Две секунды он растерянно хлопал глазами, а потом наконец сообразил:

— Это неправда! Двести пятьдесят шесть и пятьсот двенадцать — это восьмая и девятая степени двойки!

— Ваня! Ты такой умный! — с восторгом прошептала Катя, еще теснее прижимаясь к нему.

— Так нечестно! — возмутился Ваня. — Я вам всё рассказал, а вы надо мной смеетесь!

— Я не смеюсь, — заметила Наташа. — Слушаю тебя, и мне хочется плакать…

…

Солнце постепенно клонилось к закату. Длинные тени деревьев раскрасили дорогу черными полосами, которые перемежались с золотыми лучами заходящего солнца, словно они шли по тигровой шкуре. Запах весны кружил голову и пьянил кровь.

Над головами, натужно жужжа пропеллерами и маневрируя меж путаницей проводов, проносились курьерские беспилотники. Где-то вдалеке взвыла сирена. Высоко в небе мелькнул желтый силуэт полицейского коптера, за которым хищной голодной стаей ринулись пестрые новостные дроны.

Теперь с Ваней под руку шагали Юка с Наташей, а Катя кружила вокруг, собирая букетик из мать-и-мачехи. Один пушистый цветок уже желтел за ее правым ухом.

Из-за кустов на дорожку вышла тощая трехцветная кошка. Заметив Катю, кошка подняла трубой облезлый хвост и, жалобно мяукнув, принялась тереться о ее ботинки. Катя села на корточки и стала чесать худую тонкую шею. Кошка щурилась и требовательно урчала.

Ната покосилась на кошку с подозрением:

— А она не заразная?

— Глупости! — отрезала Катя. — Руки помою.

Опять зашуршали кусты, и из-за ветвей показалась еще одна кошачья мордочка. Новая гостья была черной, как уголь. Она торопливо пересекла дорожку и подбежала к Юке. Девушка села на корточки и коснулась выгнутой черной спины. В кустах снова зашуршало. Похоже, здесь обитал целый кошачий прайд. Через пару минут девушек обступил десяток тощих облезлых кошаков.

— Они голодные… Колбасы случайно ни у кого нет? — задумчиво протянула Катя и выжидающе посмотрела на Ваню.

В первый момент он растерялся и даже машинально похлопал себя по карманам, словно пытаясь отыскать случайно завалявшийся за подкладкой ломоть колбасы. Ната толкнула его в бок и так выразительно посмотрела, что Ваня наконец сообразил, что делать.

Он тяжело вздохнул и огляделся. В дальнем конце бульвара светилась красная вывеска «Шестерочки».

— Сейчас схожу, — сказал он и высвободил свою руку из Наташиной ладони.

— Лучше корма купи, а не колбасы! — крикнула ему вслед Юка.

Ваня, не оглядываясь, кивнул и махнул рукой.

Посмотрев на часы, он понял, что надо торопиться. У них оставалось чуть более часа. Он ускорил шаг.

В магазине Ваня взял упаковку кошачьего корма, задумчиво постоял возле холодильной камеры, выбрал четыре эскимо. Как назло, в автокассу была очередь. Иван стоял за степенным мужчиной в потертом сером пиджаке, надетом поверх обвисших на коленках синих трениках Abibas. Мужчина что-то бормотал себе под нос и лелеял массивную бутылку с прозрачной жидкостью — взбалтывал ее, смотрел на свет, любуясь поднимающимися кверху пузырьками. Ваня оценивающе взглянул сначала на литровую бутылку, затем на отливающую синевой физиономию покупателя. В его голове всплыли слова Солона: «Ничего сверх меры!». Он вздохнул и кивнул стоящей позади него женщине. Выбравшись из очереди, торопливо вернулся к морозильной камере и взял еще одну порцию мороженого.

…

Уже издалека Ваня заметил что-то неладное и прибавил шаг. Возле девушек стояло трое парней. Судя по прыщавым физиономиям, одинадцатый-двенадцатый класс, не старше. Но все они были рослые, крепкие и, судя по мутным бегающим глазам, совершенно отмороженные.

Увидев спешащего Ваню, Ната сделала большие глаза и мотнула головой, как бы предупреждая, чтобы он не подходил к ним. Но Ваня, разумеется, проигнорировал ее немое предостережение.

Гопники скалили зубы и ржали, как заправские жеребцы.

— Слышь, красавица, как тебя зовут? — спросил один из них, схватив Катю за локоть.

Катя отшатнулась и вырвала руку.

— Ты чо такая резкая? Нормально же разговариваем!

У Вани засосало под ложечкой. Про такие ситуации он, конечно, слышал, но сам с подобным никогда не сталкивался. В первую секунду он растерялся, не зная, как себя вести. Поэтому просто молча протиснулся между девушками и вышел вперед, закрывая их.

— Ха… Глянь, теперь солдатик подкатил! — заржал самый высокий.

— Зацени, он нам мороженку принес! — усмехнулся его конопатый приятель и потянул руку к пакету, который Ваня держал в руках.

Катя взглянула на Ваню большими испуганными глазами. Его обожгло волной гнева, но Ваня постарался взять себя в руки. Гнев никогда не приводит ни к чему хорошему.

— А чо, вы реально солдаты? — с сомнением спросил третий. — А мы думали ряженные телочки.

Иван не глядя сунул Кате корм и пакет с мороженым и демонстративно расправил плечи.

Троица оценивающе покосилась на Ваню и переглянулась.

— Нападение на военнослужащих относится к категории особо тяжких преступлений, — заметила Юка и положила Ване руку на плечо.

— А мы несовершеннолетние, нам ничего не будет! — усмехнулся конопатый.

— Будет. Все вам будет! — многообещающе сказала Юка. — Сначала мы вам по шее дадим, а потом в полиции добавят.

Самый здоровенный не сводил с Юки осоловелого взгляда. Неожиданно он странно хмыкнул и сунул руку в карман.

Ваня поднял кулаки, оттеснив Юку плечом.

Однако ничего страшного не случилось. Бугай вытащил смартфон и ткнул пальцем в экран. Посмотрел на Юку, снова на экран и опять на Юку.

— Слышь, — сказал он совершенно другим голосом, — а ты случаем не Юки888?

Юка скривилась:

— Да. Это я.

У парня отвисла челюсть. Несколько секунд он ошарашенно пялился на девушку, а затем восторженно завопил:

— Фигасе, пацаны, зацените! Ведь это же она! — он сунул приятелям свой смартфон.

Конопатый тоже изменился в лице и хлопнул себя по ляжке:

— Точно! Юки! Я тебя люблю!

— Во-во, смотрите! — продолжал вопить бугай, глядя в смартфон. — Да ведь эта же фотка из «Мармеладницы»! Которая на площади Ленина! Точно! Я фотку лайкнул сегодня и подумал: что-то знакомое! Твою ж мать… Юка…

Ваня кашлянул и сурово взглянул на восторженного фаната. Тот смутился.

— Сорян. Это я так… От полноты чувств. Слушай, Юки, а можно с тобой сфоткаться?

Юка натянуто улыбнулась:

— Конечно.

Мальчишки обступили Юку и стали по очереди совать Ивану свои телефоны:

— Братан, сделай фотку!

— И мне!

— Меня тоже сфотай.

— И всех троих нас вместе!

За спиной Ваня услышал перешептывание Наташи с Катей.

— Какой-какой ник? … Восемьсот восемьдесят восемь? … Ааа! … Ничего себе! … Почти два миллиона подписчиков! … Обалдеть…

Обстановка разрядилась.

Заискивающе улыбаясь, школьники продолжали восторженно пялиться на Юку:

— Короче. Если вас кто пальцем тронет, вы про меня скажите. Меня Витёк зовут. Меня тут каждый знает!

— Приятно познакомиться.

Витёк отвел Ваню в сторону:

— Слышь, братан. А ты Юки типа телохранитель?

Ваня поперхнулся:

— Ну… типа того…

— Офигеть! Она такая классная!.. Бля буду… Слышь, а она реально карате знает?

Сурово нахмурив брови, Ваня кивнул:

— Реально. Накостылять может одной левой!

— Ахренеть! — Витёк мечтательно закатил глаза. — Погодь, а ты ей тогда зачем? Я видел записи ее тренировок — она же сама любого уроет!

Его взгляд скользнул на пакет с мороженым. Он хлопнул себя по лбу:

— Ааа!! Понял! Ты типа на подхвате?

— Угу… Типа того.

— Бля, братан… Как тебе повезло!

Ваня вздохнул:

— Да уж… Очень повезло.

— Она в жизни в сто раз круче и красивее, чем в Гуглограме! — Витёк сглотнул и еще ближе приник к Ваниному уху. — Слышь, а у нее реально парня никогда не было?

Ваня опешил:

— С чего ты взял?

— Я на нее уже три года подписан. Ни одной фотки с мужиком не видел. Ну, конечно, если той истории с Ранниковым не считать.

— Какой истории?

— Бля… Чувак, да ты чо, с луны свалился? Это же во всех ньюсах было полгода назад! Блогер такой известный, Ранников. Их на какой-то фестиваль пригласили, и он к Юки клеиться стал, а она ему руку сломала. В прямой трансляции. Прикинь?!

— Ааа… Ну да… помню, — кивнул Ваня, пытаясь отделаться от назойливого фаната.

Решив, что теперь все в порядке, Катя села на корточки и открыла пакет с кормом. Кошачье семейство, спрятавшееся было в кусты, опять появилось на дорожке. Катя высыпала пригоршню корма на асфальт. Громко урча, коты набросились на еду. Катя чесала их пушистые спины и нашептывала что-то ласковое. Наташа села рядом и тоже принялась гладить котиков. Юка не выдержала и присоединилась к ним.

Ее фанаты расплылись в улыбках, достали свои смартфоны и начали щелкать девчонок.

— А чо вы в форме? Вы реально служите? — удивился Витёк.

— Ну… так… — Ваня постарался уйти от прямого ответа. — Совместный проект с Министерством обороны.

— Круто!

Витёк оценивающе взглянул на девушек и продолжил расспросы:

— Слышь, а эти две кто? Ученицы?

— Ага. Типа кордебалет…

— Кар. бля… чо?

— Кордебалет, — уточнил Ваня и добавил: — Я пошутил.

Но собеседник его особо не слушал:

— Крууутааа… — протянул Витёк, продолжая поедать девушек взглядом. — Бля буду, какие клевые телочки! Как же тебе повезло, братан!

Ваня покосился на часы.

— Осталось полчаса! — громко сказал он.

Девушки поднялись. Катя перевернула опустевший пакет и вытряхнула остатки корма. Юка с Натой отряхнули пальцы и с надеждой посмотрели на Ваню. Он сунул руку в карман и вытащил флакон санитайзера, купленный в магазине.

— Держите!

— Ты такой предусмотрительный! — восхитилась Катя и чмокнула его в щеку.

Юка покосилась на восторженных фанатов.

— Молодец! — похвалила она Ваню и взяла его под руку.

Среди мальчишек прокатился завистливый вздох.

Юка на прощание махнула им рукой, и Ванин отряд быстро зашагал в сторону своей части.

…

Быстро слопав полурастаявшее мороженое, девушки принялись расспрашивать Юку о ее популярности. Но она отвечала без особого энтузиазма:

— … Да это вышло случайно… Я ничего специально не делала. Выкладывала фотки и видео с тренировок, вот и все. Так и набрались подписчики. Сама не знаю, что с этим делать.

— Ну, можно же спонсоров найти! Рекламу продавать! — удивилась Ната.

— Не хочу я этим заниматься. Не нравится мне вся эта маркетинговая фигня. Раздражает. Я не люблю привлекать внимание.

— Подожди-ка, — Ната наморщила лоб. — А не ты ли руку какому-то козлу сломала в прямом эфире?

Юка вздохнула:

— Угу… Теперь это всё, что обо мне знают люди: девушка, сломавшая руку какому-то козлу…

— Блин! Мы с соратницами это потом два месяца обсуждали! — восхитилась Ната. — Я бы этому мудаку не только руку сломала, но и кое что еще!

Юка усмехнулась:

— Не переживай. Кое до чего я тоже дотянулась. Просто на видео не все попало…

Ната согнулась от хохота:

— Юка, я тебя обожаю!

— А я тебя теперь бояться буду… — осторожно заметил Ваня.

— Не бойся. Я малышей не обижаю. Как завещал Лао-Цзы.

— Лао-Цзы ничего такого не говорил… — обиженно буркнул Ваня.

— Эх, Ваня, ты такой умный, но такой дурачок! — вздохнула Ната и покачала головой.

— А что ты еще хотела от человека с таким именем и фамилией? — пожал плечами Иван, открывая перед девушками тяжелую дверь проходной.

Глава 30

1

После такого восхитительного вечера на ужин никто из Ваниного отряда не пошел. Девушки отправились в свою комнату, которую с легкой Юкиной руки теперь называли «кубрик», а Ваня решил зайти в библиотеку.

К его удивлению, он встретил там Пашу. Ефрейтор сидел за учебным компьютером и глядел на экран. Заметив Ваню, Паша приветственно поднял ладонь и опять уставился в монитор.

Ваня подошел и сел рядом.

— Это полуфинал прошлогоднего чемпионата. Смотри, как грамотно идут, — Паша ткнул в экран.

Пара игроков, вооруженных «м416» с коллиматорными прицелами, быстро продвигалась вглубь одноэтажной застройки небольшого городка то ли в Италии, то ли в Испании. Ваня никак не успевал прочесть мелькающие надписи на выцветших вывесках. Игроки действовали молча, обмениваясь лишь короткими жестами. По очереди они перебегали от одного укрытия к другому. У первого бойца за спиной висел помповый дробовик, у второго — каряк с десятикратным прицелом. Пока один двигался, второй прикрывал его, напряженно высматривая любую возможную опасность.

— А где остальные? Убили? — спросил Ваня.

— Нет. Идут по параллельной улице, — Паша указал на миникарту, где рывками двигались четыре зеленые точки.

Ваня глянул на положение зоны. Граница была совсем рядом, и через три минуты должно было начаться сужение.

Идущий впереди поднял руку и присел, указав на приземистый дом с зеленой крышей, расположенный на другой стороне улицы. Его партнер сдернул с плеч винтовку и приник к прицелу. Потянулись секунды напряженного ожидания.

Ваня даже не заметил, как и сам пригнул голову, словно заглядывая в снайперский прицел.

Бах!

Снайпер на экране торопливо передернул затвор.

И снова: бах, бах — гулко и раскатисто, но уже откуда-то сбоку.

— Вторая двойка подключилась, — прокомментировал Паша и нажал кнопку на клавиатуре.

Изображение изменилось.

Другая пара спряталась за дощатым забором. Снайпер просунул тяжелую АВП-шку в просвет между штакетником. Его напарник, сжимая «м16», напряженно озирался по сторонам.

Снова раздались выстрелы.

— Двоих убрали. Молодцы, — заметил Паша.

В следующий миг два игрока, по одному из каждой пары, бросились вперед. Снайперы остались на своих позициях. Еще секунда — и в окна полетели гранаты.

Два взрыва раздались почти синхронно, и штурмовая группа прыгнула внутрь.

Паша вскрикнул от восторга и хлопнул ладонью по столу.

— Вот это чистая работа!

— Да… Красиво… — протянул Ваня, пораженный слаженностью действий и сыгранностью команды.

Зона начала сжиматься.

Паша увеличил карту:

— Ну, ты бы куда пошел в их ситуации?

Ваня ткнул пальцем в экран:

— Сюда. До этого дома триста метров, и он на новой границе зоны. Я бы там засел…

Паша ухмыльнулся:

— Ну-ну. Смотри…

Быстро собрав боеприпасы и аптечки, отряд игроков двинулся дальше. Было похоже, что они действительно идут к тому дому, который выбрал Ваня. Но только заходить внутрь они не стали. Всё так же разбившись на пары, четверка залегла в кустах, взяв дверь дома на мушку.

Выбор позиции оказался удачным. Через пару минут три игрока из другой команды, ощетинившись стволами, подбежали к этому же дому.

Загрохотали выстрелы.

— Блин! Как четко работают! — восхитился Паша. — Одни хедшоты. Учись, салага!

— Однако… — Ваня озадаченно почесал затылок.

А команда на экране опять двинулась вперед.

— Обрати внимание: они не прячутся по домам. Движение — залог победы!

Ваня взглянул на статистику. В этой катке в живых оставалось всего десять игроков. И у него уже не было сомнений в том, кто одержит победу. Справиться с терминаторами на экране было невозможно.

Пока Ваня размышлял об этом, четверка на экране походя застрелила еще пару противников. Снайперский огонь с наводчиком оказался очень эффективным.

— Офигеть… — выдохнул Паша. — Не представляю, как можно победить этих монстров…

А «монстры» не останавливались. Спокойно и размеренно, как танки, они продолжали движение к центру карты.

Вот ведущий пары, шедший впереди, остановился и поднял руку, привлекая внимание партнера. Снайпер прикрытия прильнул к прицелу. Тишина… Но ведущий, кажется, нашел что-то интересное. Выглянув из-за укрытия, он махнул рукой, подзывая партнера.

Коротким броском снайпер преодолел открытое пространство и упал рядом. Молчаливый вопросительный жест. Ведущий ухмыльнулся и продемонстрировал снайперу свою находку. Изящный женский бюстгальтер. Снайпер покрутил пальцем у виска и постучал своему партнеру по каске. Тук-тук. Третий «тук» разнес каску вместе с головой. Бах. Бах. Снайпер тоже уронил простреленную голову. Неподалеку началась пальба.

Ваня непроизвольно вздрогнул.

— Блин! Что происходит? — Паша торопливо ударил по кнопкам, переключая вид.

Но смотреть было уже особо не на что. Один из игроков валялся на земле, из его шеи торчал арбалетный болт. Второй полз по земле, оставляя кровавый след. Перед ним появилась изящная женская фигура с арбалетом в руках. Ее короткие волосы были окрашены во все цвета радуги.

— Бляха… — выдохнул Паша. — Амазонки.

— Кто? — растерянно спросил Иван.

— Есть один женский отряд в Штатах. Просто звери.

На экране появилась вторая девушка. В коротких шортах и с шотганом в руках. Она передернула затвор и разрядила ружье в голову раненого.

Девушки хлопнули друг друга ладонями. Раздались победные фанфары. Game Over.

— Ежкин кот! — Паша устало откинулся на спинку стула. — Вот как с такими воевать?

— А я не понял, зачем лифчик был нужен? — озадаченно спросил Иван.

— Ты что, не просек, что ли? Психологический трюк. Выбить из колеи, заставить потерять концентрацию. Хороший ход… Какого мужика лифчик не собьет с толку?

Ваня пожал плечами:

— У нас кубрик ими завален. Куда ни гляну, везде валяются…

— Повезло… — тоскливо выдохнул Паша.

— Да я пошутил.

Завязался разговор. Ваня расспрашивал Пашу о тактике взаимодействия в группе, о схемах движения и о принципах выбора стартовых локаций.

Паша охотно делился своим богатым опытом.

— А вот интересно, бой в реальности хоть чем-то напоминает этот цирк? — задумчиво спросил Иван.

Паша помрачнел:

— Напоминает. И гораздо больше, чем хотелось бы. Только ошибки фатальны, и никакая аптечка уже не поможет. Думаешь, зачем солдатам повышенную чувствительность выставляют? Боль должна напоминать о смерти!

Ваня распахнул глаза от изумления:

— А ты воевал в реальности?

Паша осекся и встал:

— Так… Я из-за тебя на ужин опоздал. Будешь уходить — выключи свет, — и он торопливо пошел к двери.

Ваня проводил его удивленным взглядом.

…

Вернувшись в кубрик, Ваня застал девушек, распивающих чай с конфетами за «трофейным» столом. «Ну хоть какая-то польза от капитана Лизы», — подумал он и выложил перед ними стопку книжек и брошюр, описывающих тактику действия отрядов специального назначения.

При Ванином появлении девушки замолчали и переглянулись. Почему-то лица их были серьезными и хмурыми.

Ваня напрягся:

— Что-то случилось?

— Ничего, — отозвалась Юка.

— Я вам не помешал?

Девушки проигнорировали вопрос.

— Что принес? — Юка взяла верхнюю книжку и повертела в руках. — «История подразделений специального назначения СССР/РФ», — она удивленно подняла брови. — Зачем тебе эта рухлядь?

— Хочу почитать. Чтоб глубже погрузиться в тему.

— Ну-ну.

В комнате повисло какое-то тяжелое молчание. Ваня никак не мог понять, в чем дело. Они так хорошо погуляли сегодня… Что же случилось? Он вгляделся в их лица. Ната отрешенно смотрела куда-то в пустоту. Катя сочувственно гладила ее по руке.

Ваня не выдержал и сел рядом:

— Ната, у тебя все хорошо?

— Все прекрасно.

— Может, тебе что-то принести?

— Да отстань ты уже от меня!

На мгновение Ваня опешил. Затем поднялся и молча вышел в коридор. Было странно и неприятно. Он покосился на часы на стене. До отбоя еще полчаса. Постояв в нерешительности несколько секунд, Ваня вспомнил, что решил всерьез заняться физической подготовкой. Что делать? В любой непонятной ситуации можно сделать десять отжиманий… или подтягиваний. Он отправился на спортивную площадку.

Через пятнадцать минут, когда Ваня болтался на перекладине, силясь повторить подход, из сумрака вышла Юка. Она критически глянула на его потуги и ухмыльнулась. Ваня разжал пальцы и спрыгнул на землю.

— Пошли спать, — позвала она.

— Пошли… — мрачно буркнул Ваня.

Они молча пошли рядом.

— Как Ната? — не выдержал Иван.

Юка вздохнула:

— Не сердись на нее. Я понимаю, что ты чувствуешь, но ей тяжело…

— С чего это? Что я сделал не так?

— Наоборот…

— Не понял.

Юка опять вздохнула:

— Ты же понимаешь, что Ната не любит мужчин.

— Скорее ненавидит.

— Да. Так тоже можно сказать.

— И что?

— Мог бы и догадаться, что эта ненависть имеет какие-то основания…

— Можно ненавидеть некоторых людей за их поступки, но ненависть по гендерному признаку я считаю необоснованной.

— Блин, Ваня, как ты умудряешься так свои мысли формулировать?!

— Как?

— Занудно…

Ваня обиженно засопел, но промолчал.

Потом все же спросил:

— Я все равно не понимаю…

— Знаешь… — Юка старалась тщательно подбирать слова, — у Наташи есть личный опыт. Очень болезненный и отвратительный. Который ломает женскую психику, понимаешь? И она имеет все основания так относиться к мужчинам. Как бы категорично это ни звучало.

— Но я же стараюсь ей показать, что мужчины могут быть другими.

— Да. И рушишь ее картину мира.

— То есть чем лучше я себя веду, тем больнее ей делаю?

Юка остановилась, крепко сжала Ванину руку и посмотрела ему в глаза

— Я в тебя верю. Ты умный и хороший. Ты что-то придумаешь, я знаю.

— Предлагаешь просто не обращать внимания на ее слова?

— Просто продолжай быть собой.

Ваня вздохнул:

— Иногда это тяжело.

— Я понимаю.

Юка прильнула к нему, и он ощутил сладкий вкус ее губ.

Он растерянно моргнул и невольно коснулся ее щеки. Она на мгновение прижала его ладонь, а потом отпрянула и потянула его за собой:

— Пошли! Через десять минут отбой.

2

В кубрике Ваня искоса глянул на Наташу. Она лежала на кровати, читая толстую книгу. Ваня прищурился, вглядываясь в название: Мишель Фуко. «Признания плоти». Хм. Четверытй том «Истории секусальности». Любопытная книжка… Очень захотелось прокомментировать дискурс-анализ французского философа, но Ваня сдержался. Все же он ощущал какую-то обиду, смешанную с досадой… Интересно, почему великодушие дается тяжело, а мелочность легка?

Наконец прозвучал отбой. После всех событий этого дня Ваня моментально провалился в сон. Ему опять снилась Ната. Вот она стоит перед ним и держит в руках пистолет, целясь ему прямо в лоб. Одна секунда, другая, третья… Вот сейчас грохнет выстрел, и его голову разорвет смертельный удар. Еще миг. Ната что-то прошептала одними губами и повернула руку, направив дуло пистолета себе в висок. Выстрел. И ее тело, залитое липкой горячей кровью, падает на землю.

«Нет!»

Ваня вздрогнул и открыл глаза.

Спокойно. Это всего лишь сон. Всего лишь сон…

Его внимание привлек какой-то звук. Шёпот? Стон? Нет… Тихий плач. Еле слышные судорожные вздохи. У него сжалось сердце. Он помедлил, прислушиваясь, откуда идет звук. Несколько секунд он колебался, но потом не выдержал. Откинул одеяло. Встал. Плач прекратился. Осторожно нащупывая дорогу в темноте, Ваня пересек комнату. Замер на мгновение, собираясь с духом, и наконец присел у изголовья Наташиной кровати. Протянул руку. Его ладонь опустилась на промокшую подушку и коснулась мокрой от слез щеки.

Даже сквозь темноту он словно видел, как напряглось тело девушки. Ее холодная ладонь судорожно вцепилась в его руку. Острые ногти вонзились в кожу. Ваня склонился над Наташей и коснулся губами покрытого испариной лба. Ее ладонь легла на его лицо, ногти девушки скользнули по его щеке, оставляя глубокие царапины. Но Ваня продолжать целовать ее лоб, брови, веки, из которых ручьем лились горячие соленые слезы. Наташу била дрожь. Она тяжело всхлипывала, силясь подавить рыдания.

Ванино сердце разрывалось от жалости. Он не знал, что делать, и просто продолжал касаться губами ее лба, гладить волосы, руки, плечи. Целовать тонкие пальцы, которые так и норовили вонзить в него острые ногти. Его предплечье обжег болезненный укус, потом еще и еще. Она кусала и царапала его все сильнее и яростнее, продолжая хранить молчание. Лишь тяжело дышала, сдерживая судорожные всхлипы. Но при этом все теснее прижималась к нему. Ее ладони тянули Ваню в кровать. Поколебавшись мгновение, он лег рядом. Ната уткнулась ему в грудь и замерла, изредка вздрагивая всем телом. Ваня положил ей на щеку ладонь и стал дышать запахом ее волос. Она затихла.

…

Второй раз Ваню разбудил болезненный щипок за плечо. Ваня вздрогнул и открыл глаза. За окном брезжил рассвет, наполняя комнату мягким прозрачным светом. Он посмотрел на Нату. Она глядела на него со странной смесью испуга, возмущения и благодарности. Увидев, что он проснулся, Ната мотнула подбородком, указывая на его койку. Ваня кивнул и выбрался из-под одеяла. Прохладно…

Он глянул на девушку, напряженно следившую за ним. Наклонился и мягко поцеловал. Она оскалилась, прихватив зубами его нижнюю губу. Потом закрыла глаза, разжала зубы, и ее язык коснулся его губ.

Еще миг, и она оттолкнула его.

Ваня поднялся и зашлепал босыми пятками по холодному полу. До подъема еще пара часов. Нужно постараться выспаться.

Глава 31

1

Утром Ваня первым вскочил с койки. И сразу глянул в сторону Наты — она сидела на кровати, придерживая одеяло подбородком и настороженно косясь на подруг. С ним встречаться взглядом она, похоже, не хотела..

— Подъем! Подъем! — голосил в коридоре дневальный.

Торопливо застелив кровать, Ваня начал завязывать шнурки, стараясь не глазеть на переодевающихся девушек.

Юка усмехнулась глядя на него:

— Что? Нога больше не болит? Надоело притворяться?

— Я решил, что наш отряд должен усиленно заниматься физподготовкой, если мы хотим чего-то добиться.

— Слова не мальчика, но мужа! — прокомментировала Юка.

Катя пыталась собрать растрепавшиеся за ночь волосы.

— Поможешь? — попросила она Юку, которая уже была готова.

— Давай.

Проходя мимо Вани, Катя вдруг остановилась и удивленно уставилась на его физиономию. Он невольно поднял руку, ощутив на щеке саднящую царапину.

— Эээ… Ночью в косяк въехал… — торопливо ответил Ваня на вопросительный взгляд..

— Ага… — кивнула Катя, ее взгляд скользнул ниже.

На левом предплечье был четко виден след укуса.

Ваня потер его ладонью и передернул плечами.

— Дурацкий косяк…

Рядом возникла Ната и оценивающе посмотрела на его боевые раны.

— Ну, ты береги себя. Ты нам еще нужен, — усмехнулась она и шмыгнула в ванную.

…

На этот раз им предстояла высадка во Франции. Небольшое провансальский городок, затерянный в бескрайних полях, иссеченных реками и каналами. Они примостились за столиком в виртуальном лобби, ожидая начала игры, и принялись рассматривать новую локацию. Ваня наметил место десантирования. На краю карты, возле небольшой фермы, неподалеку от съезда с автострады Париж-Марсель.

— Так, ребята, пока у нас есть десять минут, чтобы обсудить тактическое взаимодействие… — начал было он.

— Ребята? — возмутилась Ната. — Какие мы тебе ребята?

— Ну хорошо, девчата…

Ната дала ему подзатыльник.

— Нападение на военнослужащих относится к категории особо тяжких преступлений… — прокомментировал Ваня, потирая затылок.

— Ближе к делу! — нахмурилась Юка.

— Я считаю, нам нужно продумать, как действовать в различных ситуациях.

— В смысле? — удивилась Ната.

— Ну… Вот Катя — снайпер. Но в одиночку снайперу работать не очень удобно.

Катя кивнула:

— Да. Когда все внимание на дальней цели, поле зрения и внимания сужается, вокруг почти ничего не видишь. Да и за несколькими целями не уследить. С наводчиком, конечно, проще.

— Вот! — согласился Ваня. — С другой стороны, Юка великолепна в ближнем бою. От меня, допустим, толку не много, но я сильнее… — Ваня запнулся и покосился на Нату.

— Ага. Сила есть — ума не надо.

— Да. И я об этом. Кроме того, если со мной что-то случится, Ната — мой заместитель. Поэтому я и предлагаю действовать парами. Мы с Юкой будем штурмовой группой. А Катя с Натой — прикрытие.

— Не уверена, что нужно разделяться… — задумчиво протянула Ната. — Может, лучше сконцентрировать силы на главном направлении? Трое атакуют, один прикрывает…

— А мне кажется, нужно использовать тактику «на живца», — усмехнулась Юка.

— Это как? — удивился Ваня.

— Да очень просто. Оглядись вокруг.

Ваня недоуменно оглядел полутемное лобби: переливающийся зеркалами бар, уютные диваны, за которыми, сурово уставившись на разложенные на столах карты, сидели нереалистично накачанные юноши, с интересом поглядывающие в сторону девушек.

— И чего?

— А то, что любая из нас, особенно в одиночку и без оружия, привлечет внимание… Трое остальных просто ждут в засаде… Понимаешь?

— Понимаю, что это слишком рискованно, — нахмурился Ваня. — И… как-то не спортивно.

Юка закатила глаза.

— А мне кажется, невозможно четко всё спланировать, — заметила Катя. — Тут больше от конкретной ситуации зависит.

— Согласен, — отозвался Ваня. — Поэтому нам нужно продумать и проговорить все возможные сценарии

— Ответ может дать лишь практика… — сказала Юка.

— Да. Будем экспериментировать, пробовать разные схемы. Главное, делать это осознанно и методично, — кивнул Ваня, — Как завещал нам лорд Бэкон.

…

Первым разочарованием этой игры стало отсутствие шлема.

Катя сердито топнула ногой:

— Так нечестно!

Юка постаралась успокоить ее:

— Ты же знаешь, как устроена игра. Нужно просто найти любой шлем третьего уровня, и он превратиться в наш.

— И где его взять? Можно подумать, нам каждую игру шлемы третьего уровня попадаются!

— Хватит болтать! — поторопил их Ваня. — Может, в том доме как раз такой и отыщем.

Но шлема там, к сожалению, не оказалось.

Собрав весь лут, они засели на чердаке, планируя дальнейшие действия.

Добыча была довольно скромной: три калашникова, дробовик и пара револьверов. К счастью, калаши оказались прокачанными: с увеличенной точностью и убойной силой, именно такие, что лежали в их арсеналах.

Ваня закрепил на калаше единственный найденный коллиматорный прицел и протянул автомат Екатерине.

— Ну, как действуем? — спросила Юка.

— Надо обыскать как можно больше домов, — сказал Ваня.

— Может, попробуем найти машину? — предложила Ната.

— Ага… И чем это закончилось в прошлый раз? — нахмурилась Катя.

— Наша ошибка была в том, что мы расслабились и ехали по дороге.

— А где мы должны были ехать? — удивилась Катя.

— Точно не по шоссе. Через поле или по лесу…

— И лучше на двух машинах, — добавила Юка.

Они склонились над картой.

— Вот! — Ваня ткнул пальцем, выделяя соседнюю ферму. — Посмотрим здесь.

2

Стратегия оказалась успешной. Через час в их распоряжении оказался старый, видавший виды джип и каряк с десятикратным прицелом. Вскоре произошло первое боестолкновение.

Они действовали парами. Спрятав джип в подлеске они пошли через лес. Катя с Натой засели на пригорке, а Юка с Ваней осторожно подкрались к дому, который в этот момент как раз обыскивала компания каких-то ротозеев. Юка вытащила свою катану. Теперь она уже не казалась смешным и бесполезным оружием.

Первым выстрелом Юка выбила маячившего в окне наблюдателя. Ваня швырнул в окно гранату, и они с Юкой ворвались в дом, почти не встретив сопротивления.

Юка вытерла катану, разглядывая изрубленные тела.

— Ты все-таки осторожнее… — проворчал Ваня, забинтовывая ей простреленное плечо.

— Может, все-таки лучше штурмовать тройкой? — спросила Ната, появившись в дверях.

— А если бы нас сейчас здесь подстрелили? — спросила Юка. — Ты бы пришла и нас подлатала. Всегда должен оставаться резерв…

— Ну не знаю…

— Ладно, меньше слов, больше дела! Ищем оружие, — сказал Ваня и присел возле распластанного на полу тела.

На этот раз им улыбнулась удача. В чулане, под грудой старого белья Ваня отыскал свой шлем.

— Бинго!

Когда довольный Ваня вернулся в гостинную, Катя сидела на полу, разобрав два найденных «м416».

— Ты чего? — удивился Ваня.

— Я на днях читала про эту винтовку. У «м416» модульная конструкция. Очень удобно. Вот смотри, у этой винтовки увеличенная убойная сила. Но на ней стоит обычный ствол. А здесь удлиненный ствол с глушителем и увеличенный магазин. Вместе настоящая вундервафля получится!

В гостинную заглянула Юка.

— В гараже еще одна тачка… — она осеклась, заметив шлем в Ваниных руках и расплылась в улыбке. — Класс!

…

Дальше все было быстро и легко. Они ехали попарно. Юка с Ваней сидели в головной машине. Ната с Катей следовали за ними на расстоянии трехсот метров, стараясь держать их в поле видимости.

Время от времени по головной машине открывали огонь. Пока Ваня торопливо маневрировал, Катя высаживалась из машины прикрытия и расстреливала издалека невезучих охотников. Ее арсенал пополнился АВП-шкой, и теперь практически каждый ее выстрел уменьшал число живых соперников.

Они три раза полностью пересекли безопасную зону из конца в конец. Затем Катя выбрала пятиэтажное здание госпиталя почти в центре карты.

— Предлагаю засесть на крыше. Оттуда открывается прекрасный обзор, особенно на мосты через реку. В игре осталось всего десять человек. Думаю, сверху мы их всех быстро перещелкаем.

Юка с Ваней заехали во внутренний двор больницы. Юка подрулила к заднему выходу, притормозила. Ваня выскочил, не дожидаясь полной остановки машины, и чуть не растянулся на асфальтовой дорожке. Но все же удержал равновесие и бросился к полуоткрытой двери.

— Чисто, — сказал он, заняв удобную позицию.

Юка, сделав круг по двору, подъехала к выходу.

Под прикрытием Ивана она потратила несколько секунд, чтобы забрать из машины два рюкзака, и тоже забежала внутрь.

Заняв оборону, они вызвали вторую машину.

Через пару минут отряд соединился.

Вчетвером они прошагали через холл, заваленный мусором, сломанной мебелью и битым стеклом. На потолке помаргивали вырванные с корнем покореженные светильники.

Юка закинула за спину автомат и достала катану.

— Ты чего? — удивилась Ната.

— Мне так спокойнее.

Ваня подошел к эвакуационному плану, стараясь отыскать лестницу.

— Почему здесь такой разгром? — задумчиво протянула Катя. — Прямо декорации к постапокалиптическом сериалу.

— Для антуража? — пожала плечами Юка, напряженно вглядываясь в темный коридор.

— Кажется, нам вон туда, — указал Ваня и двинулся по коридору, хрустя рассыпанными по полу осколками.

— Все-таки это странно, — пробубнил Ваня себе под нос.

— Что? — отозвалась шедшая позади Ната.

— Все это… — Ваня многозначительно обвел рукой заброшенную больницу. — Такое ощущение, что мы наблюдаем какой-то метасюжет. Множество мелких, незначительных деталей. Может, если внимательно их изучить, можно восстановить общую картину?

— Ты имеешь в виду только эту игру? — уточнила Катя.

— Нет. Вообще все игры. Мне кажется, есть что-то, что связывает их в единое целое…

— Давай топай! — Ната пихнула его в спину. — Меньше болтай, а то нас подстрелят ненароком и без всяких «метасюжетов».

Ваня лишь скептически помотал головой и направился к административной стойке.

— Блин, да что ты там делаешь?

— Пара минут! — Ваня просительно поднял руку, продемонстрировав два пальца.

Ната раздраженно сплюнула и посмотрела на Юку с Катей.

— Юка, возьми на себя лестницу. Катя — ты к окну, а я пригляжу за этим коридором, пока командир играет в детектива.

Ваня открыл шкаф и провел пальцами по желтым картонным папкам. Он вообще не представлял, что ищет и зачем. Ему просто вдруг стало интересно, что происходит вокруг. Впрочем, стопки бумаг на французском, которым Ваня не владел, вряд ли могли хоть что-то ему рассказать.

Его взгляд упал на массивный сейф, спрятанный под стойкой администратора. Он сел рядом. Цифровая клавиатура. Нажал наугад одну из кнопок. Раздался тихий писк. Хм… Еще одна загадка. Где же может быть код?

Ваня начал методично обшаривать стол и стойку. Журналы, тетради, бумажки, рецепты… Так… вот несколько разноцветных стикеров, налепленных с краю разбитого монитора. Нет… Все не то.

Он стал рассуждать. Если это загадка игры, то вряд ли очень сложная. Нужно просто хорошенько подумать. Так… Он вернулся к сейфу и еще раз осмотрел клавиатуру. Под каждой цифрой были нанесены по три буквы латинского алфавита. Может, нужно искать не цифровую комбинацию, а слово? Какое-нибудь простое и понятное слово. Попробуем самое очевидное…

Ваня набрал «ROYALBATTLE». Сейф противно пискнул и подмигнул красным светодиодом. Мимо…

Хорошо. А если по отдельности? Ваня перепробовал: ROYAL, BATTLE, HOSPITAL. Затем, почесав затылок, взял со стола бумажку и набрал по французски: HOPITAL. Опять ничего! После пятой неудачной попытки сейф перестал реагировать на нажатие кнопок. Вот черт! Заблокировался! Придется ждать.

Раздались шаги. Ваня схватил с пола автомат и вгляделся в глубину темного коридора. К нему подошла Ната.

— Ну? Долго ты еще?

— Смотри, что я нашел! Сейф!

Наташа поморщилась.

— И что?

— Там наверняка что-то интересное!

— Наверняка… — безразлично согласилась Ната.

— Нужно его открыть!

— Так открывай.

— Не могу подобрать пароль. Уже всё перепробовал!

— Всё — это что?

— Ну, название игры, госпиталь — по-английски и по-французски… Что может быть еще? Должно быть что-то простое…

Ната задумчиво теребила фиолетовую прядь.

— А где мы сейчас находимся? Как вообще называется это место?

— Эээ… — Ваня вертел головой, ища подсказку.

Его взгляд упал на надпись над стойкой: Le Centre Hospitalier d'Avignon.

— Точно! Авиньон! Как же до меня сразу не дошло! — Ваня отчаянно хлопнул себя по лбу.

— Смотри последние мозги себе не выбей, — хмыкнула Ната.

— Так… сейчас… — Ваня коснулся пальцем кнопок. — Все еще заблокировано… Ната наморщила лоб, явно силясь что вспомнить:

— Авиньон… Авиньон… Хм… Что-то знакомое…

— Разумеется! — самодовольно хмыкнул Ваня.

Лицо Наты осветилось вспышкой озарения:

— Ага. Вспомнила! — но она тут же помрачнела. — Слушай! После того дурацкого Салема мне эти исторические аллюзии в Рояльнике совсем не нравятся! Давай-ка лучше свалим отсюда по-хорошему!

— Ты что! — возмутился Ваня. — Мы же там шлем нашли! Может, здесь тоже что-то крутое отыщем.

— Ну да. Боевой папский посох Иоанна XXIII, с помощью которого он лишил девственности триста монахинь.

Сейф все не оживал. Заинтригованная Ната тоже принялась озираться в поисках подсказок. Ее внимание привлекла небольшая репродукция, висевшая на стене за креслом администратора.

— А это что за хрень? — брезгливо спросила она.

Ваня проследил ее взгляд и нахмурился. Он поднялся, подошел к прилепленной скотчем картонке и озабоченно почесал затылок. Затем сорвал репродукцию со стены, сдул с нее пыль и поднес к глазам. Чертыхнулся.

— В чем дело?

— Я почти на сто процентов уверен, что, когда я сюда пришел, этой репродукции не было.

— Может, просто не заметил?

— Может быть… Но эта картинка… — Ваня мрачно взглянул на Нату. — Она не случайна!

— В смысле?

— Знаешь, как она называется?

— Ну?

Ваня протянул Наташе картонку, и она смогла прочесть мелкий шрифт:

— «Les Demoiselles d’Avignon» Pablo Picasso. — Ната скривилась. — Ну и что тебя смутило?

— Я читал эссе об этой работе. Очень значимая работа Пикассо. На русском она называется «Авиньонские девицы».

— И что? Очередная мизогинистическая мазня. Пять изуродованных женщин. Какая-то пародия… И это называется искусство?

— Меня беспокоит другое… Сначала у этой картины было иное название…

— И какое?

Ваня смущенно отвел взгляд:

— «Философский бордель».

— Что? — вскипела Ната.

— Первоначально название этой картины — «Философский бордель», — повторил Ваня. — И мне кажется, это очень толстый намек…

Он перевернул репродукцию и продемонстрировал нацарапанные карандашом цифры:

— А вот и подсказка. 1907 — год создания этой картины.

— И это, по-твоему, простая подсказка?

— Похоже, что ее приготовили специально для нас…

— Философский бордель… — протянула Ната, словно смакуя это словосочетание. — Вот мудаки!

— Ага… — согласился Ваня, сел на пол и набрал комбинацию на дверце сейфа.

Тот пискнул и мигнул зеленым огоньком. Дверца с лязгом открылась. В сейфе обнаружился большой запечатанный конверт из белого картона, на котором чернели буквы: «Top secret».

Неужели не могли придумать ничего оригинальнее. Ваня торопливо разорвал бумагу и вытащил листок бумаги и магнитную ключ-карту доступа. На ней была нарисована смутно знакомая физиономия. ФИО почему-то было написано по русски:

Декарт Рене Жоакимович. 1596 г.р. ДОПУСК — ВЕЗДЕ.

На листе был нарисован план подвала с выделенной красной зоной.

— Зашибись… — прокомментировала находку Ната, прочитав имя на карточке. — Это типа тонкий французский юмор? И почему указан только год рождения?

Ваня растерянно пожал плечами.

— Пошли посмотрим?

— Что? Ты с ума сошел? Забыл, чем все закончилось в особняке?

— Предлагаешь пропустить эту возможность?

Ната тяжело вздохнула.

— Хорошо, давай спросим у девчонок.

Увидев находку, Катя с Юкой переглянулись.

— Я что-то не горю желанием лезть в подвал… — осторожно заметила Катя.

Юка многозначительно махнула катаной:

— А я готова.

— Двое против двух… — нахмурился Иван, — Может, разделимся?

— Нет уж! — категорично отрезала Ната. — Идем вместе, раз ты не можешь угомониться.

Катя лишь тяжело вздохнула и поправила шлем.

— Идем… — обреченно кивнула она.

Глава 32

1

Лестницу в подвал они обнаружили довольно быстро. Внизу уже не было гор мусора и битого стекла. Лишь тускло освещенные белые стены убегающего вдаль мрачного коридора, по которому гулким эхом разлетались их напряженные голоса. Минут десять он петляли по таинственному лабиринту и наконец остановились возле массивной железной двери, на которой крупными красными буквами было написано: «Zone restreinte».

— Кажется, здесь… — неуверенно сказал Ваня, невольно пугаясь звука собственного голоса, катящегося под низкими сводами.

Девчонки взяли оружие на изготовку. Юка, поколебавшись мгновение, все же спрятала катану и сняла с плеча «м416».

— Ну давай, не тяни! — раздраженно шепнула Ната.

Ваня поднес ключ-карту к считывающему устройству. Щелкнул замок. Ваня схватился за ручку и с усилием толкнул массивную тяжелую дверь. Та бесшумно распахнулась.

Они оказались в большой лаборатории. Вдоль стен стояли столы, заставленные компьютерами, непонятными приборами и пробирками. В центре лаборатории возвышался огромный куб, сваренный из толстых стальных листов. Он был украшен многочисленными красными транспарантами с непонятными надписями.

— Что за иероглифы? — спросила Ната.

— Точно не японский, — отозвалась Юка.

— Судя по портрету товарища Мао, это китайский, — заметил Ваня.

Юка утвердительно кивнула:

— Да. Очень похоже.

— Какая-то китайская комната… — разочарованно протянула Катя. — Смотрите, в ней тоже есть дверь.

Она потянулась к ручке.

— Не трогай! — хором крикнули Ваня с Наташей.

Катя испуганно отдернула руку.

— Но тут же ничего нет. То, за чем мы пришли, наверняка внутри.

— Не торопись, — Ваня задумчиво почесал затылок и прошелся вдоль стен, с которых свисали широкие красные ленты, расписанные желтой краской. — Ага. Вот оно! — удовлетворенно сказал он и крикнул девушкам: — Идите сюда!

Ната, стоящая в дверном проеме, убедилась, что дверь не стремится захлопнуться, подошла к Ване.

— И что это такое? — озадаченно спросила Катя, разглядывая небольшой железный ящик, который Ваня выдвинул из стены странной комнаты. — Тут же пусто!

Ваня переглянулся с Натой.

— Думаешь, это оно? — озадаченно спросила девушка.

— Ну а что это еще может быть? — усмехнулся Ваня. — «Китайская комната», как верно заметила Катя.

— И что с этим делать?

— Сейчас посмотрим… — Ваня начал осматривать лабораторные столы.

Его внимание привлекла знакомая репродукция Пикассо, тоже висевшая на стене. Он сорвал ее и перевернул. Сзади была приклеена пластиковая папка с какими-то бумажками.

— Ага. Нашел! — Ваня вытащил листы и разложил их на столе. — Хм… Три бланка для вопросов… Занятно.

— Я ничего не понимаю! — возмутилась Катя. — Объясните мне!

Ваня опять почесал затылок, задумчиво перебирая листы бумаги.

— «Китайская комната»… — протянул он, — это мысленный эксперимент, предложенный американским философом Джоном Сёрлом. В комнате находится человек. Ему через небольшую щель, — Ваня жестом указал на железный ящик, — передают вопросы на китайском языке. Но этот человек не знает китайского. Однако у него в комнате есть подробные инструкции, описывающие точную последовательность действий, которые ему нужно совершить, чтобы дать правильный ответ на заданный вопрос. Таким образом для спрашивающего создается полная иллюзия того, что человек внутри комнаты знает китайский.

— И что? — Катя растерянно хлопала глазами. — Зачем это нужно?

— Это иллюстрация того, как сложно определить, что такое сознание и разум. Как понять разумно существо, с которым ты общаешься, или нет? Только следя за его поступками, реакциями и ответами на твои вопросы. Китайская комната просто наглядно демонстрирует, что у наблюдателя возможна ошибочная иллюзия понимания. Тот, кто отвечает на вопрос, может совершенно не понимать, что ты спрашиваешь, но ты будешь уверен в обратном.

Катя озадаченно хлопала ресницами, слушая Ванины объяснения.

— Не бери в голову, — Ната успокаивающе похлопала Катю по плечу. — Очередная бессмысленная и бесполезная контосомерная фигня.

— Ну, может, и не такая уж и бесполезная… — отозвался Ваня. — Нам дали три бланка. Вряд ли просто так.

— Думаешь, можно задать три вопроса? — изумилась Юка.

— Ага.

— Кому?

Ваня пожал плечами:

— Китайской комнате.

— А вопросы тоже на китайском нужно задавать? — озабоченно уточнила Катя.

— Надеюсь, нет, — вздрогнул Ваня. — Это был бы совсем уж маразм.

— Угу. А это, по-твоему, не маразм? — саркастически усмехнулась Ната. — Ладно, давай быстрее! Спроси какую-нибудь ерунду, и валим отсюда!

— Хм… — Ваня взял со стола карандаш и прикусил его кончик. — Что спросить-то?

Повисла тишина. Девушки сосредоточенно хмурили лбы.

— Может, спросим про чемпионат? — предложила Юка.

— Отличная идея!

Ваня начал писать: «Как нашей команде победить в мировом чемпионате по Королевской битве?»

— Такая формулировка подходит? — он посмотрел на девушек.

Девчонки кивнули.

Ваня подошел к ящику. Аккуратно положил в него бланк с вопросом и задвинул внутрь комнаты.

Раздался грохот, словно кто-то в комнате хлопал тяжелыми железными дверцами. Через минуту ящик лязгнул и вылез наружу.

Ваня опустил в него руку, вытащил листок и прочитал:

— «Кто знает врага и знает себя, не окажется в опасности и в ста сражениях. Тот, кто не знает врага, но знает себя, будет то побеждать, то проигрывать. Тот, кто не знает ни врага, ни себя, неизбежно будет разбит в каждом сражении».

— Сунь Цзы, «Искусство войны», — прокомментировала Юка.

— Ёшкин матрёшкин! — выругалась Ната. — Что за дурацкий ответ?! Хоть «сунь», хоть «высунь» — ничего не понятно!

— Да… Несколько расплывчато… — согласился Иван. — Наверно, надо спросить иначе.

— Как? — подняла брови Наташа.

— Ну… например… — Ваня опять взялся за карандаш.

«Ты будешь помогать нам?» — написал он на новом бланке.

Опять лязгнул ящик, и потянулось ожидание.

Через минуту китайская комната выплюнула ответ:

«Следуй за белым кроликом».

— Да етижи пассатижи! — чертыхнулась Ната. — Он просто издевается!

— Кто? — зачем-то уточнила Катя.

— Конь в пальто! — Ната злобно пнула железную стенку. Та гулко громыхнула. В комнате послышался тихий скрежет.

— Ну, как минимум нам говорят о том, что выиграть в чемпионате реально, — отозвалась Юка.

— Почему бы просто не написать, что нужно делать? — кипятилась Наташа.

Катя удивленно взглянула на нее:

— Почему? Написано же: «Следуй за белым кроликом.» Все понятно…

Ната возмущенно посмотрела на нее.

— Хорошо! — торопливо крикнул Ваня. — Давайте потом обсудим! Сейчас нужно написать третий вопрос.

— Может, так и спросить у этой железки: «Что конкретно нужно сделать, чтобы победить в чемпионате?» — предложила Юка.

— Нужно конкретно следовать за кроликом, — хмыкнула Ната.

— Или следовать за конкретным кроликом… — отозвалась Юка.

— Или конкретно следовать за конкретным кроликом… — вздохнул Ваня. — Но вряд ли мы узнаем больше.

— Ну а ты? Что хочешь узнать? — спросила его Наташа.

— Эээ… — Ваня опять почесал затылок. — У меня много вопросов.

Наташа саркастически проследила за его жестом.

— Ваня, — спросила она с наигранным интересом, — скажи, а как думают дураки?

— Что? — Ваня опешил и уставился на Нату.

Его рука непроизвольно потянулась к затылку. Он на мгновение замер и торопливо пригладил волосы.

— Не знаю! — с обидой пробурчал он.

— А я знаю, — широко улыбнулась Ната, повторяя его излюбленный жест.

— Отстань!

— Хватит над Ваней издеваться, — усмехнулась Юка и погладила его по руке. — Он же не виноват, что так думает. Правда? Какой ты хотел задать вопрос, милый?

Ваня вернулся к размышлениям:

— Хочется спросить что-то по-настоящему важное!

— Например?

— Например… В чем смысл жизни?

— Ох ты ж… — простонала Ната, прикрыв ладонью глаза.

— А мне кажется, это хороший вопрос! — вступилась за Ваню Екатерина. — Я бы тоже хотела знать ответ.

— Сорок два! — выпалила Наташа.

— Что?

— Сорок два! — повторила Ната уже медленно.

Катя растерянно хлопала глазами.

Ваня успокаивающе погладил ее по руке:

— Не обращая внимания. Она просто шутит.

— Но я не понимаю… — с обидой в голосе отозвалась девушка.

— Она намекает на одну книгу, где для поиска ответа на вопрос о смысле жизни построили суперкомпьютер, и тот дал ответ «сорок два», — объяснил Ваня.

— Ааа… Путеводитель по галактике! Я читала, — отозвалась Юка.

— А я — нет, — вздохнула Екатерина.

— Ладно! Хватит болтать! Что спрашивать будем? — не выдержала Наташа.

— Может, стоит узнать, с кем мы говорим? — задумчиво протянула Катя.

Ваня одобрительно кивнул:

— Хорошая идея! Знай своего врага и знай себя…

Он опять схватил карандаш и начал заполнять последний бланк:

— Как сформулировать вопрос? «С кем мы говорим?»

— С китайской комнатой! — отозвалась Наташа.

— Ну хорошо. Как тогда?

— Может, просто: «Кто ты?» — предложила Юка.

— Сойдет! — кивнула Ната.

Ваня нацарапал короткий вопрос и засунул его в ящик.

Опять скрип и грохот.

— Ну и что там? — нетерпеливо спросила Ната, следя за тем, как Ваня извлекает ответ из ящика.

Он пробежал глазами буквы и разочарованно выдохнул:

«Cogito egro sum».

— Что? — переспросила Катя.

— Это латынь: «Мыслю, следовательно, существую» — ключевой тезис философии Декарта.

— А при чем тут это?

Ваня озадаченно пожал плечами:

— Очередная загадка.

— Короче, тест Тьюринга не пройден, — скривилась Ната и пнула металлическую стенку китайской комнаты. — Дурацкая железяка!

— Думаешь, это искусственный интеллект?

— Ну а кто еще может так тупить? Зря только потеряли кучу времени. Пойдемте отсюда!

— А открывать комнату не будем? — удивилась Катя. — Там же наверняка есть что-нибудь полезное! Навороченное оружие или броня! Кроме того, я хочу узнать, кто эти ответы пишет.

— Я догадываюсь, кто, — хмуро проворчал Ваня. — И боюсь, вам это не понравится.

Четверка замолчала, с подозрением глядя на массивную железную дверь.

— Ну и что там, по-твоему? — спросила Юка, глядя на Ивана.

Ваня подошел к двери, приложил ухо, прислушался. Пнул дверь ногой, снова прислушался и озадаченно покачал головой.

— Я думаю, там философский зомби.

— Что?! — хором вскрикнули девушки.

— Философский зомби, — повторил Ваня и вздохнул. — Это концепт, предложенный другим философом — Дэвидом Чалмерсом. Он описывает существо, внешне неотличимое от человека, но у которого отсутствует сознательный опыт «квалиа». Опять же его реакции и поведение неотличимы от поведения обычного человека, но он ничего не чувствует и не понимает. Однако по его поведению понять это невозможно.

— А… Поняла! — улыбнулась Катя. — У него как бы нет души.

Ваня вздохнул.

— Не совсем… Просто…

— Короче, ты уже запарил! Чем больше говоришь, тем больше сам путаешься! — не выдержала Ната.

— Я, по-крайней мере, поняла, что существо там неотличимо от человека, — заметила Юка. — Это упрощает задачу, — она вытащила катану.

— А вот это не факт! — с сожалением сказал Ваня. — Судя по тому, как тут все устроено, там может быть что угодно.

Ната взяла ключ-карту и еще раз внимательно ее рассмотрела.

— Ага… Теперь понятно, почему тут указан лишь год рождения, — она перевела свой «м416» в режим автоматической стрельбы.

Все подняли оружие. Ваня подошел к двери китайской комнаты и взялся за ручку.

— Готовы?

Синхронный кивок.

— Хорошо. Три… Два… Один… Начали.

Как только Ваня дернул ручку двери, в лаборатории погас свет.

Все происходящее слилось в один миг. Загрохотали выстрелы. Они палили наугад. Вспышки пламени выхватывали из темноты зловещий оскал. Существо издало голодный рык и бросилось на них. Юка взмахнула катаной. В лихорадочно мерцающем свете выстрелов, словно в покадровой съемке, было видно, как лезвие рассекло полусгнившую шею существа и голова, выпучив лишенные век глаза, рыча и повизгивая, запрыгала по полу. Прокатилась по неестественной траектории, подпрыгнула и вцепилась гнилыми зубами в голую Катину лодыжку.

Катя вскрикнула и, опустив ствол автомата, разрядила его в скалящуюся рожу. Та разлетелась, разбрызгивая ошметки гнилой плоти.

— Тикусё! — отчаянно крикнула Юка, рубя катаной останки философского зомби.

Но было уже поздно.

Под потолком что-то заискрилось. Несколько раз мигнув, загорелся слепящий свет, заставляя их жмурится и прикрывать ладонями глаза.

Катя лежала на полу. Из ее прокушенной ноги ручьями сбегала кровь и прямо на глазах начинала неестественно чернеть.

— Черт! Черт! Черт! — отчаянно крикнула Ната и упала на колени возле подруги.

Ваня уже открывал аптечку. Один укол. Второй укол. Стимулятор. Похоже, все бесполезно… Катино тело выгнулось дугой, она стонала от разрывающей боли.

«Как же так? Как вышло?» — Ваня никак не мог понять, как этот долбаный философ добрался до Кати.

— Не вини себя… — Юка коснулась его руки. — Это читерство. Все было подстроено так, что зомби в любом случае укусил бы одного из нас.

Катя каталась по полу, не в силах терпеть ужасную боль. Ее пальцы скрючило, а глаза почти вылезли из орбит. На нее страшно было смотреть.

Ваня стремительно поднялся.

— Мы должны найти лекарство! Наверняка тут где-то есть вакцина! Если все подстроено, то ее не может не быть!

Ната кивнула и нырнула в китайскую комнату, а Ваня с Юкой принялись обшаривать лабораторные столы.

Катя уже не стонала, а кричала от боли.

— Есть! — раздался голос Наташи.

Она выскочила в лабораторию, сжимая в руках белый листок.

— Вот! Вот! Смотрите!

Ваня дрожащими руками выхватил у нее бумагу:

«Entrepôt de vaccins — 4e étage. Salle 42-B. ZombiVid-1882. Utiliser dans les 15 minutes».

Юка схватила с пола автомат.

— Бежим!

— Я с тобой! — крикнула Ната.

Ваня глянул на Юку:

— Я останусь с Катей.

— Мы вернемся через десять минут!

Девушки выскочили из лаборатории.

Потянулись томительные минуты ожидания.

Ваня не мог найти себе места. Он мгновение за мгновением прокручивал в голове все случившееся. Можно ли было этого избежать? Нет, похоже, Юка права — всё это подстроено и избежать этого было невозможно. Но почему опять укусили Катю?

С Катей уже начали происходить зловещие метаморфозы. Изо рта пошла зеленая пена, смешанная с желчью. Челюсть стала подергиваться и клацать зубами. Глаза налились кровью. Проклятье! Почему так долго! И что делать, если Юка с Натой не успеют? Ваня невольно покосился на автомат, лежащий на полу. Может, на всякий случай, связать Катю? Но это было выше его сил.

Ваня сел рядом со стонущей девушкой и положил руку ей на лоб. Горячий…

— Проклятье… — с отчаянием бормотал Ваня. — Проклятье!!

Но вот в коридоре послышались торопливые шаги. Хвала богам!

— Еще несколько секунд! — прошептал он на ухо Екатерине. — Всего несколько секунд! Потерпи!

Ваня с надеждой посмотрел в сторону двери. На пороге мелькнула женская фигура. Грохнул выстрел, и пуля врезалась в его грудь. Он упал на Катю, заливая девушку своей кровью. В лабораторию ворвались четверо. Брюнетка в короткой юбке и трое громил в камуфляже, бронежилетах и с «м416» в руках.

Сквозь наползающую пелену Ваня пытался разглядеть нападавших. Брюнетка отпихнула ногой автомат, до которого Ваня безуспешно пытался дотянуться, и присела возле него.

— Привет, красавчик! — усмехнулась она. — Давно не виделись!

Он держала в руках странную, до боли знакомую винтовку.

— Лиза… — прохрипел Ваня, кашляя кровью.

— Рада, что узнал меня, — улыбнулась девушка. — Но зови меня Кристина. Я давно тебя искала. Нам нужно поговорить…

Глава 33

1

Укол стимулятора окончательно привел Ваню в чувство. Он обнаружил себя сидящим на лабораторном стуле со скованными за спиной руками.

— Очухался?

Лиза… или как ее там, Кристина? насмешливо похлопала его по щеке:

— Подъем, дорогуша!

Ваня с тревогой огляделся.

Рядом с ним, вдоль стены, на таких же стульях, со связанными за спинами руками сидели его подруги.

Его сердце упало. Вот черт… Он отыскал глазами Екатерину. Она была бледна, но, кажется, ей было гораздо лучше.

— Катя, ты как? — с тревогой спросил Ваня.

— Нормально… — тихим голосом ответила девушка.

— Мы успели, — отозвалась Наташа. — Но попали в засаду.

— Не повезло! — усмехнулась Лиза-Кристина. — Скажи спасибо, что я сделала твоей подружке инъекцию…. Хотя было бы любопытно посмотреть, в кого она превратится… Ну да ладно, детишки, оставим пока обмен эмоциями и перейдем к делу, — она покосилась на бравых парней с автоматами, стоящих возле двери.

— Hey guys. Wait outside! (Эй, парни, подождите пока снаружи!)

— Yes, ma'am. (Да, мэм), — козырнул самый высокий и кивнул своим спутникам.

— Just take the guns! (Только возьмите стволы!) — Кристина указала на стоящее возле стены оружие Ваниной команды. — А мне пока хватит и этого, — она помахала перед Ваниным лицом черным глоком.

— Come on guys! (Пошли, парни!).

Бойцы собрали все оружие, вышли из лаборатории и прикрыли за собой дверь.

— Какие они у тебя дрессированные! — усмехнулась Ната.

— Завидуешь? Это тебе не на побегушках бегать. Я умею обращаться с мужчинами, — Кристина легкой походкой прошла по лаборатории, с любопытством рассматривая «китайскую комнату», пнула рифленой подошвой ботинка останки философского зомби и озадаченно покачала головой. — Мда… Даже не буду спрашивать, что тут произошло. Мне, честно говоря, по барабану. Но вы, конечно, умеете вляпываться во всякое дерьмо. Уважаю…

Она подошла к лабораторному столу, прочитала бланки с ответами, удивленно покачала головой, затем подхватила репродукцию Пикассо. Наморщила лоб, что-то припоминая, усмехнулась: — «Философский бордель…» Очень интригующе… — Кристина вопросительно посмотрела на Ваню. — Познакомишь меня со своими… как там… авиньонскими дамзелями?

Ваня стиснул зубы.

Кристина подошла к нему, поигрывая пистолетом:

— Давай быстрее. Я не люблю ждать!

Ваня вздохнул. Пока не было смысла сопротивляться. Наоборот, стоило попробовать разговорить словоохотливую лже-Лизу.

— Екатерина, Наталия, Юка, — назвал он имена своих подруг.

— А ты?

— Ваня… эээ… Иван Дубов.

— Иван Дубов? Прекрасно! — Кристина пружинящей походкой прошла вдоль четверки пленных. — Ну что ж, дамзели и господин, поздравляю вас! В вашей унылой жизни появился шанс! Отличный, уникальный шанс изменить свою дерьмовую судьбу.

— Ну а конкретно? Что тебе от нас нужно? — с вызовом спросил Ваня.

— Всего лишь небольшая помощь. Вот и все.

— Помощь в чем?

Кристина прищурилась и оценивающе глянула на него.

— То, что я расскажу, секретная информация, но это секрет Полишинеля. Все, кому нужно, отлично обо всем осведомлены. Эта игра… — Кристина сделала широкий жест, — эта игра — отличный полигон для тестирования современных военных технологий и для тренировки спецназа, — она многозначительно указала взглядом на дверь, за которой дежурили бойцы ее команды. — Все страны пользуются этим. API игры позволяет разрабатывать любые модели оружия, брони и другого военного снаряжения, чем активно пользуются инженеры-разработчики. Разумеется, всё это тестируется и обкатывается на закрытых серверах и в отдельных локациях. Хотя иногда бывают всякие идиоты… — Кристина невольно усмехнулась и оправила юбку. — Закомплексованные юнцы, жаждущие произвести впечатление на девушку, сперев у папочки секретный прототип… Ну, вы понимаете…

— Это ты про ту винтовку? — уточнил Ваня.

— Не понимаю, о чем ты, — усмехнулась Кристина.

— Угу, — хмуро кивнул Иван.

— Ну так вот… Все это прекрасно работало в Роялке. Инженеры ваяли пушечки, спецслужбы и корпорации резвились, пытаясь спереть друг у друга перспективные прототипы. Всем было весело и хорошо.

— Но что-то пошло не так? — с усмешкой уточнила Ната.

Кристина скривилась:

— Да. Что-то пошло не так. Эти дебилы из корпорации с чего-то взяли, что игрокам скучно просто бегать по лесам и шмалять друг в друга из обрезов. Они решили, так сказать, разнообразить досуг игроков… Мудаки!

— Ты про недавнее обновление? — уточнила Юка.

— Ага. Тупой искусственный интеллект пришел к выводу, что будет забавно собирать уникальные прототипы с закрытых серверов и раздавать их всем подряд за выполнение идиотских квестов… Обычный баг, но с печальными последствиями.

— Подожди… — изумленно моргнул Ваня. — Хочешь сказать, что та винтовка — прототип реального оружия?

— Догадливый. Молодец!

— Но… как же… вся тактическая информация… Ведь в реальности ее невозможно вывести на сетчатку глаза!

— А нейроинтерфейс на что? Спецподразделения в нормальных странах уже давно работают с этой системой. Даже в Рашке уже сообразили, что к чему…

При слове «Рашка» Ваня нахмурился.

— Можно подумать, ты не в России родилась…

— Я родилась в Одессе!

— Ага… На Малой Арнаутской… — вставила Ната.

Кристина пропустила ее замечание мимо ушей.

— Но теперь моя Родина совсем другая страна! И я служу именно ей. У вас тоже теперь появился такой шанс…

— Зашибись, — усмехнулась Наташа. — Прямо Promised land and American Dream.

Кристина только саркастически усмехнулась.

— Объясни нормально, что тебе нужно? — спросила Юка.

Кристина кивнула:

— Объясняю. После обновления в Роялке появилась возможность получить самые современные прототипы реального оружия, разработанного в разных странах, за прохождение дополнительных заданий… Ну, типа этого бардака, — она покосилась на обезглавленное тело великого философа. — Но принцип, по которому искусственный интеллект выбирает команды для раздачи квестов, пока что не понятен. Судя по всему, приоритет у тех, кто правильно решает поставленные задачи.

— То есть мы везунчики? — уточнил Ваня.

— Типа того.

— Да уж. Повезло так повезло, — отозвалась Наташа.

— Почему бы просто не отключить всю эту систему и не вернуть все как было? — спросила Катя.

Кристина удивленно посмотрела на нее:

— Заставить международную корпорацию с оборотом в сотни миллиардов криптобаксов плясать под нашу дудку? К сожалению, ты переоцениваешь наши возможности. На них, конечно, надавили… Но толку мало. Обещают пофиксить пару багов через месяц. Но фарш обратно уже не провернуть. Прототипы уже расползлись по всему миру.

— Я все равно не понимаю, зачем мы тебе нужны? — спросил Ваня. — Ну нашли мы пару прототипов, и что с того?

— А я не говорила, что мне нужны только вы. Спецслужбы сейчас проводят беседы со всеми перспективными командами, которых так или иначе выделил искусственный интеллект игры. Уж этот-то список нам удалось стрясти с корпорации…

— И что нужно делать?

— Нам нужны прототипы, которые вы сможете найти. Но не все, а только те, которых нет в нашей базе.

— И всё?

Кристина хитро усмехнулась.

— Нет. Не всё. Вы еще сами не поняли, какие это открывает перед вами перспективы. Думаю, в будущем вы станете очень полезны… — Кристина осеклась, видимо, сообразив, что сболтнула лишнее. Она нахмурилась. — Детали я вам объяснять не собираюсь.

— А если мы откажемся? — спросил Ваня.

— Это будет ошибкой. Очень большой ошибкой. Во-первых, вы уже предоставили нам две модели… А скорее всего, три, — Кристина пнула ногой небольшой ящик. — Полагаю, что там ваш трофей за философский маразм, но достать я его не могу… Если наши коллеги узнают об этом, вместе с соответствующей легендой, и получат подтверждение денежных переводов, то у капитана Васильева появится к вам очень много вопросов… Отправитесь в места не столь отдаленные за измену Родине. А там любят таких красавчиков и красавиц… Открою вам небольшой секрет: на заключенных из России с нейроинтерфейсами очень большой спрос… — она многозначительно указала на репродукцию Пикассо. — Вам точно понравится!

Ваня невольно вздрогнул.

— …а во-вторых, — продолжала Кристина, — до окончания этой игровой сессии есть еще семь часов. И поверьте, мои ребята помогут вам провести это время незабываемо и очень насыщенно. Так что вы все равно согласитесь… Бонус к такому варианту — много унижений и боли. А оно вам нужно?

— Будешь мучить женщин?

— Я — нет. Но… А ля гер, ком а ля гер, как говорят лягушатники. Понятно?

Повисло молчание. Ваня лихорадочно обдумывал, что можно сделать. Он настороженно покосился на Нату — ее руки были туго стянуты за спиной проводом, оторванным от монитора. Похоже, шанса на рояль у них нет…

Ваня решил тянуть время.

— А если мы согласимся? Как это будет работать и что мы с этого получим?

— Умница! — Кристина подошла к нему и похлопала по щеке. — Мне нравится деловой подход! Ближе к телу! Как говорил Мопассан… Итак… — Кристина принялась мерить лабораторию шагами, — с передачей прототипов проблем не возникнет. Неудачная катка в Роялке приводит к потере снаряжения. Как, например, сегодня… Ведь даже сильные команды время от времени проигрывают. Убивать вас будем быстро и безболезненно. Насчет этого не беспокойтесь.

— Но ты же знаешь, мы обязаны сдавать лут!

— Ну а как вы сохранили тот шлем? Кстати, очень любопытный экземпляр. Судя по всему, сделано на Святой Земле. Очень кошерная работа. Я и не знала, что они так далеко продвинулись… Мой шеф будет очень доволен.

— Это вышло случайно, — соврал Ваня.

— Как-то у вас подозрительно много случайностей. Это уже смахивает на систему, — усмехнулась Кристина.

— Мне кажется, у тебя нереалистичные ожидания, — заметил Ваня.

Прищурившись, Кристина пристально посмотрела на него, словно обдумывая ответ. Наконец она сказала:

— Я понимаю твои опасения. И возможно, часть образцов у вас отберут. Но, поверь, капитан Васильев очень быстро сообразит, что к чему, и поймет, что если он будет забирать у вас все образцы, то вы не сможете получить новые. Так что часть прототипов вам оставят. Более того, мы вам тоже будем подкидывать интересные штуки время от времени. Капитану понравится. Но дело даже не в этом. Вся эта чехарда с прототипами лишь первый шаг. Когда вы вольетесь в систему, у вас появится допуск и новые возможности. Большие возможности. А я всегда работаю на перспективу… Понятно?

Ване многое было непонятно. Но он решил не показывать виду. Похоже, Кристина была на сто процентов уверена в их согласии. И это пугало.

— А какой нам интерес влезать во все это? — осторожно спросила Наташа.

— Ваш интерес самый практический! Вы уже получили пятьдесят тысяч. И поверьте, это мелочь по сравнению с тем, что вы реально можете заработать. Анонимные секретные криптосчета. Отследить невозможно. Вам понравится! Ну а кроме того… — Кристина многозначительно помахала бланками с ответами китайской комнаты. — Я вижу, что вас интересует чемпионат! С этим мы тоже можем помочь…

— Как? — изумилась Юка.

Но Кристина проигнорировала ее вопрос.

— Есть и главный приз! Рано или поздно вы окажитесь за границей. Политическое убежище. ВНЖ и гражданство! Прощай, немытая Россия!

— «Будут деньги. Дом в Чикаго, много женщин и машин»? — усмехнулся Ваня.

Но Кристина не узнала цитату.

— Чикаго не советую. Та еще дыра, и зимой холодно. Брр… — она передернула плечами. — Лучше Ки-Вест, ну или хотя бы Сан-Диего.

Кристина подошла к Нате и коснулась ее фиолетового локона.

— Тебе на Ки-Весте точно понравится, дорогуша.

— Ну допустим… — протянул Ваня. — А что если мы согласимся, а потом передумаем?

— Попробуйте рискнуть… Я записываю наш разговор. Ваше формальное согласие, перевод денег, передача технологий — всё это будет ждать своего часа.

— Твои амбалы меня не испугают, — с вызовом сказала Наташа.

— Ну-ну… — усмехнулась Кристина.

Ваня нахмурился:

— Но мы тоже хотим получить гарантии. Ты, конечно, красочно всё описала. Но как только мы станем тебе не нужны, ты достанешь эту запись и избавишься от нас. Так ведь?

— Я согласна с Ваней, — подключилась к разговору Юка. — Нам нужны гарантии!

— Пока всё это только слова и пустые обещания, — добавил Ваня. — Если мы действительно тебе нужны, докажи это!

Кристина фыркнула, но было видно, что она слегка озадачена.

— Что ты от меня хочешь?

Ваня задумался.

— Ну… не знаю… Ты говоришь, что записываешь наш разговор. И, конечно, он останется у тебя в качестве доказательства, но я бы не хотел, чтобы ты показывала нашу беседу всем подряд направо и налево. Пусть этот разговор компрометирует и тебя. Поделись с нами закрытой информацией, ну… или сделай что-нибудь… Чтобы я согласился.

Ваня поглядел на девушек, которые с явным удивлением слушали своего командира. Нате никак не удавалось ослабить путы. Проклятье!

Катя не выдержала:

— Ваня! Что ты такое говоришь!

— Молчать! — Кристина подскочила к ней и влепила пощечину.

— Еще раз поднимешь руку на кого-нибудь из девчонок — и можешь смело засунуть свое предложение знаешь куда?

Кристина пренебрежительно оттолкнула Катю, подошла к Ване и нацелила глок ему в пах.

— Куда? — игриво уточнила она.

— Туда!

— Прямо туда?

— Да!

Кристина задумчиво мерила шагами лабораторию, барабаня пальцами по черному стволу пистолета.

Она как бы рассуждала вслух:

— Конечно, боли вы не выдержите и согласитесь на всё. Но вряд ли такое сотрудничество будет долгосрочным и эффективным. В конечном итоге это выведет вас из игры, но пользы принесет мало… Ты прав, — посмотрела она на Ваню, — мне интереснее уговорить вас по-хорошему… Что я могу тебе предложить?

Ваня неловко покосился на связанных девушек и многозначительно опустил глаза. Кристина недоуменно застыла, хлопая ресницами, потом ее лицо скривилось.

— Что? Ты серьезно?

— Ну, вряд ли ты станешь хвастаться подобным. Какая-никакая, а гарантия. Кроме того, этим ты докажешь, что готова поддерживать нашу команду во всём.

— Пфф… Не могу поверить, что ты такой озабоченный.

— Ладно. Предложи что-нибудь другое. Или расскажи то, что нам не следует знать.

— Ага! Раскатал губу! — фыркнула Кристина.

— Ну, тогда пусть на записи останется тот факт, что у тебя был шанс склонить нас к сотрудничеству по-хорошему, но ты отказалась.

Кристина презрительно посмотрела на девушек:

— Три бабы! Как вы умудрились довести мужика до такого? Не понимаю! — она оценивающе взглянула на Ивана. — Впрочем, это даже забавно…

Она подошла к углу, где были свалены в кучу рюкзаки, взяла один, вытряхнула на пол содержимое и подошла к Ване. Бросив рюкзак на пол у Ваниных ног, она подняла глок и многозначительно продемонстрировала его.

— Ты же понимаешь, что будет со всеми вами, если потом ты пойдешь на попятную?

— Понимаю…

— Хорошо, — она откинула волосы и победоносно взглянула на связанных девушек, которые непонимающе следили за ее действиями. — Учитесь, как нужно обращаться с мужчинами!

Она встала коленями на рюкзак. Ее рука коснулась Ваниной ширинки, вторая продолжала сжимать пистолет.

— Ого! — многозначительно усмехнулась она. — Чувствую, дело пойдет!.

Она попыталась расстегнуть тугую пуговицу, но никак не получалось сделать это одной рукой.

— Кто придумал эти дурацкие пуговицы? — лукаво спросила она, подняв на Ваню насмешливый взгляд.

Он выдохнул и закрыл глаза, откинув голову на спинку стула.

Кристина положила пистолет. Ее ловкие пальцы начали расстегивать пуговиц одну за другой. В следующий миг Ваня с силой ударил ее коленом в нос. Кристина отлетела на пол. Ваня привстал, придерживая стул, пнул ногой пистолет и всем своим телом грохнулся на оглушенную девушку. Спинка стула перебила трахею. Кристина дернулась и захрипела, из ее горла пошла кровавая пена.

Юка уже сдвинула свой стул, прижавшись спинкой к Наташе. Они лихорадочно дергали провода, стягивающие их руки. Через несколько секунд девушки бросились к Ивану. Ната подхватила пистолет, а Юка коротким ударом прекратила агонию незадачливой шантажистки.

— Дверь! — крикнул Ваня.

Ната навалилась на дверь всем телом. Снаружи отчаянно начали дергать ручку.

— Держись! — крикнула Юка Наташе, лихорадочно ощупывая тело Кристины.

Катя, дергаясь, пыталась подвинуть стул ближе к подругам.

— Есть ключ!

Щелкнули наручники, и Ваня подскочил к двери.

— Ручку! Держи ручку! — прохрипела Ната с красным от напряжения лицом. На ее шее вздулись вены.

— Держу!

Юка уже развязывала Катю.

— Черт! У нас всего один ствол! Они нас перестреляют! — с отчаянием крикнула Ната.

Юка уже встала рядом, тоже уцепившись ладонями за ручку, на которую с огромной силой давили снаружи. Еще несколько секунд, и им всем конец!

— Ната! Рояль! — крикнула Катя, подбегая к ним.

— Точно! На счет десять!

Ната отошла от двери и ударила по воображаемым клавишам.

Десять… Девять…

Катя взяла глок на изготовку. Ваня с Юкой продолжали держать дверь, но их ладони постоянно соскальзывали.

Пять… Четыре…

Катя дирижировала зажатым в ладони пистолетом. Ваня приготовился.

Три… Два… Один…

Ваня с Юкой резко дернули дверь. Один из атакующих от неожиданности потерял равновесие и растянулся на полу. Наташа наконец увидела цель. В тот же миг на троих бойцов обрушился белый рояль. От грохота ломающегося шпона и мощного «ля» зазвенело в ушах. Катя выскочила в коридор. Три громких хлопка, и наконец навалилась тишина.

Глава 34

1

Из-за звона в ушах Ваня не услышал победных фанфар.

Лишь включившийся таймер показал, что у них осталось лишь пятнадцать минут на сбор снаряжения.

Ваня остановился и вытер ладонью вспотевший лоб. Наконец он заметил, что девушки как-то странно смотрят на него.

Он нахмурился:

— В чем дело?

— Штаны застегни, — поморщилась Ната, продолжая буравить его взглядом.

Ваня смущенно повернулся спиной и застегнул пуговицы, но девушки продолжали следить за ним со странным выражением лиц:

— Да что я опять сделал не так? — не выдержал Ваня.

Катя вздохнула:

— Ты все сделал так. Только знаешь… Бить женщину в такой момент…

— Довольно подло… — добавила Юка.

В глазах остальных девушек читалась полная солидарность.

— Ну а что я должен был сделать? Это был единственный шанс!

— Никто и не спорит. Ты молодец. Но все-таки… — Юка вздохнула.

Ната хлопнула ладонями:

— Ладно. Давайте быстрее соберем оружие!

Ваня подхватил знакомую винтовку:

— Порадуем капитана Лизу!

— Интересно, а что здесь? — Катя присела на корточки перед желтым пластиковым контейнером. Ее пальцы скользнули по металлическому замку. — Не открывается, — разочарованно протянула она.

— Дай-ка я попробую! — Ната села рядом и дернула крышку. Затем с усилием подняла контейнер, перевернула его, ощупывая гладкую поверхность. — Блин! Никак!

— Может, разломать? — Юка потянулась за своей катаной.

— Подожди! — Ваня взял трофейную винтовку и навел ее на контейнер. Перед глазами появилась информация:

«Закрытый контейнер.

Расстояние — 35 см.

Материал — vr-СПЕЦполимер.

Прочность — 999.

Вес — 12 кг».

— Так просто его не открыть, — с досадой проворчал он.

— И что делать с этой бандурой? — нахмурилась Наташа.

— Предлагаю взять с собой. Может, сумеем вскрыть его в арсенале?

— А что если ключ нужно искать где-то в другом месте? — задумчиво протянула Юка.

— Или купить, — усмехнулась Ната.

— Купить?! — возмутилась Катя. — Ну это вообще гадство!

Ната пожала плечами:

— Бизнес есть бизнес! Потратив столько сил на получение этой хреновины, невольно потратишься, чтобы узнать, что внутри.

— Хорошо! — решил Ваня. — Берем ящик с собой. Потом разберемся.

Раскидав обломки рояля, они собрали снаряжение бойцов Кристины. Три «м416» с впечатляющими характеристиками: +30 % к стабильности, дальности и +25 % к убойной силе.

— Иосиф будет доволен! — подмигнула Катя.

Наконец все было готово. Обвешанные оружием и снаряжением, они стояли в центре лаборатории. Таймер отсчитывал последнием секунды:

30… 29… 28…

Катя встрепенулась и, звякая автоматами, висевшими на ее тонкой шее, подошла к столу. Схватила бланки с ответами китайской комнаты и репродукцию Пикассо.

— Зачем тебе этот мусор? — нахмурилась Наташа.

— На память! — простодушно улыбнулась Катя.

Таймер обнулился, и их выбросило из игры.

2

Каждое возвращение в реал оглушало серостью и обыденностью. Как ни странно, именно реал больше напоминал сон. Тяжелый, скучный, занудный, вечно повторяющийся сон, от которого невозможно проснуться.

Лейтенант Варенуха все так же мирно дремал в своем кресле.

Услышав гудение сервомоторов вирткапсул, он открыл один глаз. Лениво кивнул победителям и сладко зевнул.

Ваня подошел к девчонкам.

— Думаю, на этот раз нам придется все рассказать капитану.

— И лишиться нашей добычи? — возмутилась Ната.

Ваня развел руками:

— Ну а что делать? Если мы промолчим, это действительно могут расценить как измену… Так что я иду к нашему особисту.

Ната лишь тяжело вздохнула и нехотя поплелась за Иваном.

…

Через полчаса в кабинет, где под хмурым взглядом особиста Ванин отряд томился от скуки, влетел капитан.

Все вскочили и вытянулись по стойке смирно.

— Здравия желаем, товарищ капитан!

Капитан Лиза, которого Кристина назвала Васильевым, с любопытством разглядывал девушек.

— Хм… Не ожидал снова вас увидеть… Ну да ладно. Вольно, бойцы!

Он повернулся к особисту части:

— Какой сейчас статус периметра?

— Все чисто, товарищ капитан!

— Точно?

— Так точно! Два раза проверили. И включили барьер.

— Ладно… Ну рассказывайте, что тут у вас приключилось.

Ваня подробно и обстоятельно пересказал встречу с Кристиной.

— Вот сучка! — выругался капитан. Впрочем, в его голосе слышалась и какая-то ревнивая зависть. — Вот они значит как… Ну что ж… Тут есть с чем работать. Значит, сделаем так…

…

Через час их наконец выпустили из кабинета. Голова гудела от новой информации. Ваня озадаченно пытался осмыслить услышанное. Девушки шли рядом, задумчиво глядя под ноги.

Нужно было заглянуть к Иосифу Владимировичу. Хотя капитан Васильев обещал, что теперь они смогут оставлять себе любое оружие на свой выбор. Ваня с улыбкой и некоторым злорадством подумал, что теперь начфин останется без женского внимания.

Было очень жаль шлем и винтовку. Кате пришлось передать их капитану, войдя в систему прямо в кабинете особиста. На этот раз в вирте обошлось без эксцессов. Обидно было остаться без артефактов. Впрочем, капитан намекнул, что они смогут получить кое-что назад, после того как эти предметы изучат соответствующие специалисты.

Капитана также очень заинтересовало содержимое таинственного контейнера, но даже он не смог открыть этот ящик. Зато им опять дали увольнительную. Приятно все-таки побеждать…

3

«Мармеладница» встретила победителей знакомым розовым уютом. У них было всего полтора часа. Сделав заказ, отряд погрузился в молчание.

— Думаете, компьютер действительно выбрал нас? — задумчиво спросила Ната.

Ваня задумчиво помешивал чай, звякая ложечкой.

— Может быть… Может быть…

— А почему философским зомби оказался Декарт? Разве он не был математиком? — спросила Катя, схватив пригоршню картофеля фри. На этот раз Ваня предусмотрительно заказал две порции.

— Декарт в каком-то смысле является ключевой фигурой в философии Нового времени, возможно, поэтому искусственный интеллект выбрал именно его, — предположил Ваня, взяв с тарелки кусок пиццы. — А тезис Декарта «cogito ergo sum» стал поворотной точкой, положившей начало процессу формирования современного рационального человека. Именно благодаря Декарту мир в глазах человека потерял свою целостность и разделился на субъекта и объекты.

Разглагольствуя о Декарте, Ваня для наглядности размахивал пиццей, словно символом рационального мышления.

— Да не маши ты! — проворчала Ната и, воспользовавшись его замешательством, откусила самый кончик, обильно покрытый сыром.

Ваня вздохнул, с тоской разглядывая изувеченный кусок пиццы, но Катя отвлекла его от печальных размышлений:

— Получается, что искусственный интеллект намекает нам, что разум — это что-то типа инфекции, превращающей людей в зомби?

— Не разум, — уточнил Ваня, — а рационализм. Тезис Декарта стал отправной точкой в поиске научной истины. Когда я говорю «я мыслю, следовательно, существую», это значит, что факт своего существования или, точнее, факт своего присутствия в мире я могу считать непреложной истиной. И уже на этой истине строить другие…

— А что тут не так? — удивилась Юка, хрустя листиком салата. — Звучит логично.

— Ну… из этого, казалось бы, простого и понятного тезиса вытекает очень много неприятных последствий.

— Каких, например?

— Первое следствие из этого тезиса — субъектно-объектная оппозиция. Мир теряет свою цельность и становится лишь набором разрозненных фактов. Второе следствие — одиночество. Обнаружив и осознав себя, субъект вместе с этим осознает свое тотальное одиночество. Весь европейский индивидуализм берет свое начало именно здесь.

— Ну а разве это не так? — тихо спросила Ната, перекладывая на Ванину тарелку обгрызанную корочку. — Мы же с рождения обречены на одиночество, запертые в своем сознании.

Ваня усмехнулся и поднял указательный палец:

— Вот! Вот они, последствия великой рациональной эпидемии! Мы не просто принимаем свое одиночество как истину, мы даже не можем представить, что может быть иначе!

— А разве может? — не выдержала Катя.

— Конечно! Существует целый ряд философских течений, предлагающих другой взгляд. Но я не буду занудствовать, читая вам об этом лекцию. Есть практики, лежащие на поверхности, которые мы часто не замечаем и недооцениваем…

— Ну какие? — усмехнулась Ната.

— Какие?.. — с улыбкой переспросил Ваня. — Например, любовь!

Девушки растерянно переглянулись, а Ваня продолжал вещать:

— Любовь как раз и является тем, что позволяет нам уйти от одиночества. Преодолеть нашу оторванность и противопоставление другому. Жан Поль Сартр как-то написал: «Ад — это другие». Но парадокс нашего положения заключается в том, что и Рай — это тоже другие. Еще в Древней Греции возникло представление о том, что люди — это не целое, а лишь части целого, соединяемого любовью. Именно любовь позволяет нам преодолеть все барьеры и слиться в единое целое. Причем мы можем преодолеть границу нашей телесности в прямом смысле. Проникнув… гхм… ну, или впустив другого в себя…

— Ты про секс? — уточнила Юка, утащив с Ваниной тарелки отложенную напоследок оливку.

Ваня осекся и покраснел:

— Ну… да. В том числе… Хотя это скорее метафора…

— Я понимаю, — за оливкой Юка стащила последнюю помидорку.

Ваня с сожалением покосился на стремительно пустеющею тарелку. Но его мысли неудержимо летели вперед:

— А кроме любви есть дружба и творчество! И это если говорить только о самых очевидных вещах!

Опять повисло молчание.

На столе появился Ванин чизкейк. Отказавшиеся от десерта девушки потянулись за вилками.

— Мне все равно не очень понятно, почему индивидуализм делает нас зомби? — спросила Катя, обмакнув кусочек чизкейка в карамельную подливку. — А ничего так… Вкусно!

— Зомби — это тоже всего лишь метафора… — начал было Иван.

— Угу… Метафора… — проворчала Катя и невольно потерла рукой укушенную в вирте лодыжку.

Ваня неловко поежился и погладил Катю по руке:

— Дурацкая, конечно, метафора, но очень яркая. Недаром зомби-апокалипсис так прочно вошел в нашу культуру. Суть в том, что он уже давно начался. Просто мы этого не замечаем. Точнее, не хотим замечать. Одинокий и потерянный субъект пытается всеми силами унять пожирающий его внутренний голод. На самом деле это, конечно, страх одиночества и заброшенности. Но субъекту кажется, что можно победить этот страх, если… ну, не знаю… купить модный прикид и навороченную тачку. А отсюда потребительское безумие, стремление идти по головам ради… Да я даже не знаю, ради чего! Но зомби четко видит свою цель и идет к ней несмотря ни на что.

— Блин! Может, хватит?! — не выдержала Ната, накалывая на вилку большой кусок чизкейка. — Хорош нас грузить!

— Правду говорить легко и приятно, — усмехнулся Ваня, — а вот слушать — не очень…

— Знаешь… — задумчиво сказала Катя, — вот ты говорил, что секс — это способ выйти за границы субъекта. Лекарство против всеобщего зомбирования… Мне бы очень хотелось, чтобы ты оказался прав. Но… Я вспоминаю своего бывшего мужа… У нас был секс. Но ничего похожего на близость и цельность, о которых ты говоришь, я никогда с ним не ощущала.

— А с кем-то другим?

Катя покраснела.

— С другим… Ну… я не знаю… Я… — она смущенно замолчала.

Ната под столом наступила Ване на ногу.

Он откашлялся:

— Ну, разумеется, сам по себе секс не панацея и не решение всех проблем. На мой взгляд, секс без любви не имеет смысла. Более того, он разрушителен для человеческой психики. Как для мужчин, так и для женщин…

— Ого! — Ната с любопытством посмотрела на Ваню. — Значит, ты бы не дал соблазнить тебя красивой девушке, если б не любил ее?

— Эээ… — Ваня завис, хлопая ресницами.

— Боже мой, Ваня! — Юка с ужасом уставилась на него. — А если бы сегодня Кристина добралась до тебя и обесчестила? Как ты смог бы жить с этим?

— Ну Ваня же герой! — заметила Наташа. — Он был готов пойти на жертвы ради нашего спасения!

— И сломать себе психику! — улыбнулась Катя.

— Эх… Было бы чего ломать… — вздохнул Ваня и махнул официантке, чтобы та принесла счет.

Как ни странно, на этот раз никто не возражал против его желания заплатить за всех.

Уже вечерело. Они вышли из кафе. Свет фонарей расталкивал голубой сумрак, рождая хороводы теней. У них оставалось еще десять минут. Нужно было спешить. Хорошо, что часть совсем рядом. Взявшись за руки, они ускорили шаг, подставив улыбающиеся лица прохладному весеннему ветерку. Весело перешучиваясь, шлепали по лужам, перепрыгивали через ручейки. Так хотелось насладиться последними минутами беззаботности и свободы.

Вот впереди показались знакомые проржавевшие ворота и серая дверь проходной. Катя вдруг сбилась с шага и остановилась.

Ваня дернул ее за руку:

— Идем скорее.

На лице девушки появилась странная гримаса. Ваня с беспокойством проследил ее взгляд. Неподалеку от проходной стоял огромный черный мерседес с тонированными стеклами и российским триколором на номерном знаке.

— Вы чего? — удивленно обернулась Ната. — Опоздаем же! — но, заметив испуганное выражение на Катином лице, она остановилась.

— Катя? Что случилось?

Екатерина зажмурилась и тихо пролепетала:

— Вы идите… Я догоню…

Глава 35

1

Из черного лимузина вылез крепкий молодой человек с аккуратно подстриженной бородкой а-ля ван Дейк. На нем были серые брюки и замшевые светло-коричневые туфли, его синий пиджак сидел идеально. В руках он держал черную кожаную папку. Брезгливо перешагнув через газон, он уверенной походкой двинулся к застывшей Кате.

Ваня остановился, с подозрением глядя на незнакомца. Юка с Натой стояли рядом.

— Здравствуй, Екатерина, — холодно бросил молодой человек и недовольно покосился на Ваню.

Впрочем, когда его взгляд пробежал по стройным ногам Катиных подруг, в его глазах появился огонек интереса.

— Добрый вечер, девушки.

— Добрый… — хмуро ответил Ваня.

Незнакомец презрительно поморщился и повернулся к Кате.

— Нужно, чтобы ты подписала эти бумаги.

Щелкнув застежкой, он открыл папку и извлек несколько листов, испещренных мелким текстом.

— Но… — Катя невольно шагнула назад. — Я…

— Ручка есть? — молодой человек хлопнул себя по карману и вытащил красивый серебряный «Паркер». — Держи!

Катя обреченно вздохнула и взяла протянутую ручку.

Молодой человек положил бумагу на папку и подставил Кате импровизированный стол.

— Эй-эй! Не так быстро! — нахмурилась Ната. Она повернулась к Кате. — Сначала прочитай!

— Девушка, я попросил бы вас не вмешиваться, — нахмурился незваный гость. — Не могли бы вы дать нам поговорить наедине?

— Не могли! — твердо сказал Ваня и схватил трепещущие на ветру страницы. — Екатерина проконсультируется со своим юристом.

В первый миг молодой человек опешил, но в следующую секунду его лицо исказил гнев:

— А ты чего лезешь не в свое дело?! Кто это вообще такой? — набросился он на Катю.

Она как-то сразу ссутулилась, съежилась и испуганно заморгала.

Ваня шагнул вперед, оттесняя незнакомца от дрожащей Екатерины.

— Ваня… Не надо… Тихон, я сейчас все подпишу, — шепнула Катя.

— Не вздумай! — Ната положила Кате руку на плечо.

Юка вышла вперед и встала рядом с Иваном.

Ваня сжал кулаки.

— Я командир и непосредственный начальник этого подразделения, — отчеканил он. — И я запрещаю своим бойцам общаться на улице с подозрительными субъектами.

— Я ее муж!

— Объелся груш, — равнодушно прокомментировала Юка.

Похоже, поддержка друзей придала Кате уверенности.

— Ты мой бывший муж, Тихон! Мы в разводе!

Ваня сделал еще шаг, все дальше оттесняя гостя.

— Слышали, молодой человек? — сказал он сухо. — Присылайте ваши предложения заказным письмом на абонентский ящик. Воинская часть номер 13666. До встречи!

Ваня посмотрел на девушек:

— Бойцы! Приказываю вернуться в расположение воинской части!

Юка вытянулась по стойке смирно:

— Так точно, товарищ командир.

Ната обняла Катю за плечи.

— Эй-эй! Не так быстро! — Тихон оттолкнул стоящую на его пути Юку и попытался схватить Катю за локоть.

Иван перехватил его руку и вывернул холеную ладонь.

— Ааа! Пусти, больно! — завопил Тихон.

С силой оттолкнув незадачливого муженька, Ваня сказал:

— Держите себя в руках, молодой человек, — затем взял Катю за руку, и они направились к проходной.

Им вслед неслись злобные ругательства и угрозы. Впрочем, останавливать их Тихон больше не решался.

2

Оказавшись в родном кубрике, девушки усадили Катю за стол. На свет был извлечен пронесенный контрабандой кипятильник. Позвякивая чашками, Ната выразительно взглянула на Ваню.

Тот вздохнул:

— Пойду поподтягиваюсь немного.

— Поподтягивайся, — кивнула Юка.

Ваня кивнул и вышел в коридор.

На выходе из казармы он столкнулся с лейтенантом Варенухой, за спиной которого стоял Паша.

— Дубов! Отлично! Следуйте за мной, боец.

Ваня козырнул и поплелся за лейтенантом.

Через пару минут, миновав прачечную, гараж и склад стройматериалов, они вышли к низкому невзрачному строению, возле которого, беспокойно помигивая желтой мигалкой, стоял бронированный армейский робот-доставщик. Покосившись на бойцов, Варенуха закрыл ладонью клавиатуру и набрал код. Пискнул замок, и дверь склада распахнулась.

Робот-доставщик въехал внутрь. Загорелся свет, и Ваня увидел ровные ряды стеллажей, заполненных коробками, ящиками и контейнерами. Варенуха достал смартфон и что-то набрал на экране. Робот-доставщик издал резкий сигнал и, шипя пневмоприводом, открыл грузовой отсек.

— Так. Выгружаем на стеллаж 17с, — приказал лейтенант, сверившись со смартфоном. — Только аккуратно!

Ваня заглянул в багажное чрево робота, и его глаза округлились. Там высился десяток желтых пластиковых контейнеров. Очень знакомых контейнеров. Без надписей и какой-либо маркировки.

На пару с Пашей он быстро перетаскали контейнеры на указанное место.

— Молодцы! — похвалил их Варенуха, включая сигнализацию на складе. — Свободны!

Ваня снова козырнул и пошел за Пашей.

Спортплощадка находилась рядом с казармой, так что им было по пути.

Пройдя десяток шагов, Ваня не вытерпел и спросил у ефрейтора:

— Слушай, а что за шутки мы разгружали?

Паша скривился:

— Меньше будешь знать — лучше будешь спать!

— Тоже не знаешь?

Паша пропустил его вопрос мимо ушей, но Ваня попытался разговорить собеседника.

— Просто мне эти контейнеры показались знакомыми. Где-то я их видел… Кажется, в какой-то игре…

— Да, в последнее время в Рояльнике вообще чертовщина творится, — нехотя поддакнул Паша. — Чего только не попадается.

— А ваша команда что интересного находила?

— Да… фигню всякую… Попалась недавно заброшенная деревня какая-то…

— Так они же все заброшенные!

— Нее. Там другое было. Все какое-то ветхое, зловещее, совсем не похоже на обычную локацию. И надписи такие…

— Какие?

Паша, похоже, уже жалел, что вступил в разговор.

— Никакие. Не бери в голову!

— Ну так вы нашли там что-нибудь интересное?

— Да мы и искать не стали. Свалили оттуда по-быстрому, и все.

— Понятно… — разочарованно кивнул Иван.

— А вы? — Паша испытующе посмотрел на Ваню. — Что интересного находили?

В Ваниной памяти всплыл суровый лик капитана Васильева, когда тот брал у его команды подписку о неразглашении. Поэтому он вздохнул и махнул рукой:

— Тоже ничего такого. Ерунда всякая…

Они как раз пришли на спортплощадку. Уже почти стемнело. Лишь свет из окон казармы бросал тусклый отблеск на неуклюжие спортивные снаряды.

Ваня подошел к турнику и потер ладони, примеряясь к перекладине.

Паша с удивлением остановился:

— Ты чего?

— Хочу потренироваться немного.

— Перед сном?

— А чего такого?

Ваня подпрыгнул, схватился за перекладину и начал подтягиваться, с шумом выдыхая воздух.

Паша изумленно следил за ним.

Когда Ваня, тяжело дыша, спрыгнул на землю, Пашино лицо осенило догадкой:

— Ааа… Не хочешь в казарму идти?

Ваня замялся.

— С чего ты взял?

— Ничего. Просто… — Паша посмотрел на Ваню с некоторым сочувствием. — Тяжело с девчонками живется?

— Почему? — возмутился Ваня. — Они очень хорошие.

— А почему ты тогда по улице слоняешься, как неприкаянный?

— Ну… Мне кажется, иногда девушкам нужно побыть одним. Без меня.

Паша сочувственно похлопал его по плечу:

— Будет некуда пойти, заходи к нам!

Ваня вздохнул:

— После того случая как-то не очень тянет…

— Да не боись. Пацаны уже всё забыли. Никто на тебя зла не держит. Тем более ты никого не сдал. А смерть в игре уже давно обыденностью стала…

Ваня неопределенно мотнул головой

— А вообще, все тебе завидуют! — усмехнулся Паша.

— Чему это?

— Всему! Уж очень они клевые! — Павел испытующе посмотрел на Ваню. — Слышь, скажи по секрету, а у тебе с кем-то из них что-то было?

Ваня нарочито возмутился:

— Нет, конечно!

— Ну и зря.

— Они мои боевые товарищи!

— И что с того? Будто с боевыми товарищами нельзя отношения заводить.

Ваня молчал, не зная, что ответить.

Паша тоже замолчал. Но было видно, что его мучает какой-то вопрос.

Наконец он решился:

— Слушай, а та японочка… Не знаешь, у нее есть кто-то?

Ваня пожал плечами.

— Уж очень у нее лицо знакомое. Словно видел ее где-то раньше, а где — не могу вспомнить… — Паша наморщил лоб.

Из темноты раздался призывный крик:

— Ваня!

На площадку вышла Юка.

— А, вот ты где. Я тебя везде ищу. Пошли! — она подошла к Ване и взяла его за руку.

В глазах Паши появилось ревнивое удивление. Он выпятил грудь и расправил плечи:

— Привет!

Юка коротко кивнула и потянула Ваню за собой.

— Хорошего вечера! — крикнул им вслед Паша.

Краем глаза Ваня видел, как ефрейтор провожает их взглядом.

…

— Как Катя? — спросил Ваня, шагая рядом с Юкой.

— Перенервничала. Порассказывала про этого мудака всякого. Прямо оторопь берет… Ну почему все мужики такие козлы?! — сердито выдохнула Юка.

— Сам удивляюсь, — пожал плечами Ваня и открыл перед Юкой дверь, пропуская девушку вперед.

Катя с Наташей в потемках, обнявшись, сидели на кровати. Ваня подошел к ним. Катя потянула его за руку и усадила рядом. Прижалась к нему, положив голову на плечо. Рядом уселась Юка и обняла Ваню с другой стороны. Раскинув руки, Ваня обхватил всех девушек. Даже Наташа прижалась щекой к его ладони, положив голову на плечо подруги.

Они долго сидели не шевелясь и не говоря ни слова. Ване казалось, что он чувствует биение трех сердец. И он прислушивался к этому неровному беспокойному ритму.

Из коридора доносился тяжелый топот, крики смех. Наконец прозвенел отбой, и воцарилась тишина. А они так и сидели вместе, слушая дыхание друг друга.

Вдруг Катя подняла с его плеча голову и тихо спросила:

— Ты об этом и говорил сегодня? Именно так люди выходят за границу собственного «я» и становятся одним целым?

Ваня вздохнул:

— Я не знаю… Я же теоретик. Философия дает нам идеи. Весь вопрос в том, как воплотить их в реальности…

— Мне кажется, у нас получается, — шепнула Катя в ответ.

Ваня еще крепче обнял девушек и закрыл слипающиеся глаза.

…

Он смутно помнил, как поднялся поздним вечером. Руки и плечи затекли и кололись сотней крошечных иголок. Стояла непроглядная темнота. Он на ощупь пробрался в ванную, щелкнул выключателем и в тусклом, бьющем в узкую дверную щель свете лампы разнес по кроватям спящих девушек. Каждая из них казалась настолько прекрасной, нежной и беззащитной, что его сердце сжималось от какого-то болезненного восторга, когда он прикасался к ним, поправляя одеяло или подушку. Затем Ваня разделся и забрался под одеяло. Почему-то ему вспомнилась Кристина, убитая им сегодня. Он вспомнил испуганные, осуждающие взгляды своих подруг. Да… вышло не очень красиво. Ваня вздохнул, закрыл глаза и провалился в сон.

Но выспаться не удалось. Сквозь сон он ощутил прикосновение. Кто-то нырнул к нему под одеяло. У Вани перехватило дыхание, когда он ощутил обжигающее прикосновение мягких губ на своей груди, животе, все ниже и ниже… По телу прошла сладкая судорога. В висках зашумело. Он блаженно зажмурился. Осознание того, что кто-то столь прекрасный, как одна из его подруг, может бескорыстно дарить ему подобное наслаждение, кружило голову, наполняло восторгом и восхищенной благодарностью за дарованное ему чудо.

Глава 36

1

Стоя в арсенале своего аккаунта, Ваня с грустью смотрел на стеллаж, где когда-то стояла его особая винтовка. Да… Ничего не поделаешь. Придется обходиться тем, что есть. В гардеробе Ваня выбрал серые джинсы и черную водолазку. Через пару минут он уже сидел в лобби, ожидая девчонок.

Первой, как обычно, вышла Юка. На ней традиционно были короткие шорты и зеленый топ. Подойдя к столу, она остановилась и выжидающе посмотрела на Ваню. Он подвинулся, но Юка не сводила с него вопросительного взгляда.

— Ну как? — спросила она.

Ваня неловко улыбнулся:

— Все хорошо. Садись.

Юка вздохнула.

В конце зала показалась Ната. Ваня махнул ей рукой.

Усевшись на диван, Ната уставилась на Юку:

— Ого! Новый цвет волос?

Ваня растерянно взглянул на Юку и торопливо добавил:

— Да, я как раз хотел сказать. Тебе очень идет!

Юка поджала губы и ничего не ответила.

Появилась Катя. Увидев, Юку она восторженно хлопнула в ладоши:

— Супер! Такой необычный оттенок! Темный шоколад?

— Черный каштан, — Юка тряхнула прядью.

— Мне очень нравится! — улыбнулась Катя. — Я тоже думала цвет поменять. Но зависла, когда выбирала. Вот думаю, что лучше — золотистый лен или пшеничный?

— Конечно, золотистый лен! — хором отозвались Ната с Юкой.

Ваня озадаченно почесал затылок:

— И не жалко вам на это тратиться?

Катя нахмурилась. А Ната тяжело вздохнула:

— Эх, Ваня… Ты вроде умный-умный, а такой дурачок, что просто диву даюсь.

Ваня отвел взгляд.

Юка решила скрасить неловкость:

— Для смены прически и мелких деталей можно использовать бонусные баллы. Ты что, никогда конструктор внешности не открывал?

— Нет. А зач… гхм… — Ваня осекся, но тут же добавил: — Ну, просто как-то времени не было. Обязательно посмотрю!

Девчонки снова переглянулись.

— Ладно. Давайте решим, куда будем высаживаться, — Ната развернула карту.

Они склонились над ней.

— Ого! Да это же Нью-Йорк! — воскликнула Юка. — Манхэттен!

— Класс! Давно хотела погулять в Нью-Йорке, — улыбнулась Катя.

— Да уж… Та еще прогулочка… — проворчал Ваня, разглядывая план.

— Давайте начнем с набережной, в районе Вест Сайда, — предложила Ната.

— Смотрите! А здесь что? Настоящий авианосец стоит? — удивилась Юка.

— Кажется, да. Времен Второй мировой.

— Круто. Зайдем?

— Мы же не на экскурсию отправляемся, — запротестовал Ваня.

— А что такого? Совместим полезное с приятным.

Ваня нахмурился:

— Мне кажется, у нас уже какое-то нездоровое головокружение от успехов. Вспомните, как нас подловил отряд Кристины в Авиньоне. С настоящими профи нам не справиться.

— Как скажешь, командир, — улыбнулась Юка.

Неожиданно за их спинами раздался громкий возглас:

— Ого! Какие люди! Ну привет! — подошедший к их столику Димон бесцеремонно уселся на диван рядом с Натой. Трое бойцов возвышались за его спиной.

Девушка брезгливо поморщилась и отодвинулась.

Ваня нахмурился:

— Вообще-то мы здесь разговариваем…

— Хааа… И с нами поговорите. Что, западло?

— Да.

Димон вскипел:

— Ах ты, мудак! Совсем охамел?

Юка с усмешкой посмотрела Димону в глаза:

— Прапорщик просил меня избегать членовредительства. Но могу не сдержаться…

— Ты чо, думаешь, самая крутая?

— Да.

— Тебе тогда повезло, а сегодня повезло мне. Готовьтесь, детишки. Встретимся в Нью-Йорке! Обещаю, вам понравится! Особенно тебе, узкоглазая!

Ваня вскочил. Димон тоже встал.

— Спокойно, командир, — Юка поднялась и положила Ивану руку на плечо. — С этим уродом мы разберемся в игре.

— Ага. Помечтай, детка! Впереди вас ждет очень жаркий денек!

Прозвенел сигнал пятисекундной готовности.

— Живите пока!.. — сплюнул Димон и осклабился. — До встречи в игре!

2

Полет на трясущейся вертушке уже стал привычным и не дарил ярких эмоций. К сожалению, они сидели далеко от иллюминаторов и не могли разглядеть город. Лишь через широкие ворота открывшейся аппарели можно было увидеть хаотично мелькающие крыши небоскребов.

Ваня выбрал место посадки. Синхронно пискнули часы.

Бот-сержант уже выпихивал из вертолета замешкавшихся игроков.

Ваня посмотрел на своих бойцов.

— Ну, что? Готовы?

Девчонки кивнули.

Несколько секунд нетерпеливого ожидания.

— Go! Go! Go!

Ошеломляющее ощущение свободного падения и, наконец, резкий хлопок.

Теперь можно осмотреться.

Под Ваниными ботинками переливалась искристыми бликами широкая гладь реки. Ваня жадным взглядом впился в разворачивающуюся величественную панораму, отыскивая знакомые ориентиры. Вот где-то вдалеке справа мелькнула статуя Свободы. А вот и стройный силуэт нового здания Всемирного Торгового Центра. Слева виднелись несуразные очертания мостов через Гудзон. Впереди небо было усыпано белыми снежинками парашютных куполов. Так. Хватит глазеть. Нужно выбрать место для посадки.

В наушнике раздался голос Кати:

— Ух ты! Как здорово!

— Красиво! — поддакнула Юка.

Ваня решил поумерить их восторг:

— Не отвлекаемся! Курс на набережную! Летим к сорок второй!

— Принято! — синхронно отозвались девушки.

Юка рядом потянула стропы парашюта, меняя курс.

Несколько пьянящих минут полета. Ваня собрался:

— Так… Уже близко… Приготовиться! Высаживаемся на крышу! — скомандовал Иван.

В этот момент резкий порыв ветра закружил его парашют.

— Держитесь!

— Осторожнее!

Крыша стремительно приближалась. Ваня лихорадочно вцепился в стропы. Юка чертыхнулась. Катя взвизгнула. Лишь Ната не издала не звука.

Сгруппироваться… Удар! Ваню потащило по крыше. Он торопливо хлопнул по застежке и выскользнул из парашютной сбруи. Прокатился по крыше и треснулся плечом о жестяной вентиляционный короб. Уфф…

Ваня вытер ладонью покрытый испариной лоб. Огляделся и заметил Наташу. Парашют рывками тащил ее к краю крыши… Она пыталась уцепиться хоть за что-нибудь, но ее растопыренные пальцы загребали лишь пустоту.

Ваня бросился к ней.

— Держись!!!

Еще один рывок. Ната со всего размаху врезалась в кирпичную загородку, окаймляющую крышу. Парашют взметнулся вверх. В порывах резкого ветра, дующего со стороны Гудзона, он выгнулся, подобно парусу.

Ваня прыгнул к Наташе. Их пальцы соприкоснулись. Еще один рывок, и Ната выскользнула из его рук.

— Ааа! Ната!!!

Ваня бросился к краю крыши. Описав дугу, парашют со смачным хлопком припечатал Нату к кирпичной стене, скользнул вниз и зацепился за выступающую балку.

Черт! Черт!

Ваня сжал кулаки. Спокойно. Только без паники.

— Ната! — крикнул он.

— Я тебя слышу, — отозвался наушник.

Девушка старалась говорить спокойно, но ее голос дрожал.

— Держись! Я иду!

Ваня лихорадочно соображал. С крыши Нату не вытащить. Нужно спуститься на пару этажей вниз.

— Что у вас стряслось? Вы где?! — раздался в наушнике голос Юки.

Ваня бросился на поиски лестницы.

— Я на крыше какого-то небоскреба! Нату сдуло вниз! — крикнул он, дергая железную дверь. — Проклятье! Заперто!

— Так… сейчас… — в голосе Юки звучала тревога. — Ага. Вижу Нату. Блин… Как это случилось?!

Ваня заметил лежащий возле вентиляционной шахты дробовик и схватил ружьё.

— Я вас вижу! — повторила Юка. — Мы с Катей приземлились на соседнем здании, через дорогу. Оно еще выше, чем ваше…

Торопливо засовывая патроны в патронник, Иван вернулся к двери. Прицелился в замок. Грохнул выстрел. Еще один. Дверь качнулась. Ваня разбежался, со всего маха ударил ногой и чуть не скатился по лестнице, начинающейся сразу за дверью.

— Я открыл дверь! — крикнул он. — Ната, держись!

— Хорошо, — отозвалась рация голосом Наташи.

— Юка, ты ее видишь?

— Да. Не знаю, сколько она так провисит. Ее раскачивает ветром.

— Черт! — Ваня бежал по лестнице.

Перепрыгивая через ступеньки, он спустился на два этажа и распахнул дверь.

Перед ним открылся длинный полутемный коридор, тускло освещенный парой плафонов. Он замер, пытаясь сориентироваться. В какую сторону идти? Кажется, налево…

На дверях висели таблички с номерами квартир. Похоже, это жилой дом. Попробуем сюда. Остановившись возле двери, Ваня поднял дробовик. Мгновение помедлил, коснулся ладонью двери. Буковый шпон. Может, обойтись без лишнего шума? Отойдя на пару шагов, Ваня снова разбежался и ударил плечом в дверь. Раздался треск, и дверь распахнулась, пропуская его внутрь.

Ваня вбежал в квартиру и бросился в ближайшую комнату. Выглянул в окно. Наты не видно…

— Юка! Посмотри, где я! — крикнул он, дергая окно.

Не открывается! Недолго думая, Ваня схватив стул, зажмурился и с размаху высадил стекло. Со звоном посыпались осколки. Осколок чиркнул по щеке. Вот блин!

— Так. Вижу разбитое окно, — отозвалась Юка. — Ты не с той стороны! Если встанешь спиной к окну, тебе нужна левая стена!

— Понял!

Заглянув еще в пару комнат, Ваня убедился, что все окна этой квартиры выходят не туда, и снова выскочил в коридор. Миновал несколько дверей.

Коридор повернул. Еще куча дверей. Так… Попробуем вот эту. Снова разбег. Удар и треск ломающегося дерева. Ваня опять бросился к окну. Вдоль окна перед его глазами проскользнула голая нога, обутая в тяжелый армейский ботинок. Есть!

— Ната! Я тебя вижу! Я здесь! — крикнул Ваня, дергая задвижку.

К счастью, это окно поддалось. Загремела оконная рама. Он коснулся ноги Наты. Так… Что теперь? Если она расстегнет застежку, то просто выскользнет из его рук. Или они свалятся вместе…

— Ваня, это ты?!

— Я здесь! Здесь! Подожди секунду!

Иван обежал глазами комнату. Подбежал к массивному шкафу, скрипнула тяжелая дубовая дверь. Что тут? Аптечка, револьвер магнум, патроны, бронежилет… Блин! Все не то…

Попробуем другую створку. Ящик с постельным бельем. То, что нужно!

Ваня схватил простынь и скрутил ее жгутом. Подбежал к окну. Привязал импровизированную веревку к батарее. Снова порыв ветра, и Ната, как гигантский маятник, заскользила вдоль стены.

— Быстрее! — крикнула Юка. — Она сейчас свалится!

Торопливо сделав из кончика простыни петлю, Ваня просунул в нее ладонь и сделал несколько оборотов, наматывая ткань на руку.

— Ната! По моей команде открывай застежку!

— Хорошо.

— Так… Приготовились… — Ваня высунулся из окна, следя глазами за раскачивающимся телом девушки. — Три… Два… Один… Давай!

Он обхватил ее колени, и в тот же миг она скользнула вниз. Ваня сжал руку, схватив ее за талию. Ната повисла у него на шее. Белая ткань натянулась и опасно затрещала.

Ваня напряг мускулы, втягивая их обоих в окно. Еще чуть-чуть… Еще… Уф! Тяжело дыша, они рухнули на пол.

Девушка с шумом выдохнула, словно последние минуты забыла, как дышать. Ваня обнял ее. Она прижалась к нему, дрожа всем телом и судорожно глотая воздух, словно пойманная в сети золотая рыбка.

В ухе раздался встревоженный голос Кати:

— Вы как?

— Все нормально. Целы!

— Хвала богам! — отозвалась Юка. — Все. Мы спускаемся вниз, собирая по пути оружие.

— Хорошо! — ответил Ваня, переводя дух. — Мы тоже соберём снаряжение и спустимся к вам. Встречаемся через полчаса у выхода из нашего здания!

— Да, командир!

Наташа продолжала прижиматься к Ване, спрятав голову у него на груди. Теперь она дышала ровнее, но ее все еще била дрожь. Ваня коснулся щеки Наты. Ее лоб покрывала испарина. Он прижал ее и стал целовать зажмуренные веки. Она замерла, вцепившись пальцами в его руки.

Ваня отстранился, с беспокойством глядя на девушку:

— Все хорошо? Ты в порядке?

Она облизала пересохшие губы. И прошептала:

— Как я ненавижу эту игру!

Наконец она распахнула глаза, несколько раз хлопнула длинными ресницами. Увидев Ванино лицо она вздрогнула:

— Что с тобой? Ты весь в крови!

Ваня поморщился:

— Щеку о стекло порезал. Ерунда!

Ната обхватила его лицо, осторожно поцеловала его щеку, провела ладонью, вытирая кровь и наконец осторожно лизнула порез языком. Ваня повернул голову. Их губы встретились. Ванино сердце заколотилось еще сильнее, чем минуту назад, когда они висели над бездной.

Ее губы были мягкие и со вкусом соленой крови. Их хотелось пить бесконечно. В Ваниной голове мелькнуло воспоминание про сто пятьдесят процентов чувствительности. Кажется, в этот момент он действительно ощутил все сто пятьдесят, а то и двести процентов.

Его рука скользнула вниз, по ее стройному телу. Коснулась мягкой бархатной кожи на ее животе. Пальцы сами скользнули под тонкую ткань.

В этот миг острые зубы вонзились в его нижнюю губу.

— Ай!

Ната фыркнула, но не оттолкнула его, а просто положила голову ему на плечо.

Так они и сидели обнявшись, тесно прижимаясь друг к другу.

Прошло несколько минут. Наконец Ната пришла в себя. Они встали. Оглянулись по сторонам. В распахнутое окно врывался прохладный ветер, задирая занавески и кружа по комнате обрывки бумаги. Взгляд Наташи упал на валяющийся на полу дробовик. Она нагнулась и подняла его.

Вместе они принялись обшаривать квартиру в поисках оружия. Улов оказался неплохим: пара рюкзаков, двустволка и два магнума. Плюс аптечка и бронежилет.

Копаясь в вещах, Ваня ощущал какую-то неловкость.

— Извини… — пробормотал он, стараясь не глядеть на Нату, натягивающую бронежилет.

Она подошла к нему:

— Не извиняйся.

Ваня сгреб ее в охапку и впился губами в ее губы. Она пискнула, пытаясь оттолкнуть его. Уперлась ладонями в его грудь, но он не отпускал ее, пока не ощутил ответный поцелуй. Они стояли и целовались, не в силах оторваться друг от друга.

Вдруг ожила рация. Уши разорвал звук выстрелов, сквозь которые прорвался крик Кати:

— Нас зажали! Мы на десятом этаже!

Снова пальба.

— Твою ж налево! — выругалась Ната и подхватила рюкзак с дробовиком.

Они бросились к двери.

Глава 37

1

— Катя! Юка! Ответьте! — кричал Ваня, подбегая к лифту.

Рация молчала. Оставалась надежда, что в горячке боя Юке просто не до нее.

Ваня нетерпеливо ткнул кнопку лифта: не работает. Он посмотрел на часы. Индикаторы здоровья Юки с Катей уже пожелтели.

Ната дернула его за рукав:

— Бежим!

Они рванули к лестнице.

Выскочив на лестничную площадку, Ваня посмотрел на номер этажа — тридцать восьмой. Едрищенский паровоз!

Перепрыгивая через ступеньки они бежали по лестнице. Гулкий грохот катился вниз, рассыпаясь тысячекратным эхом.

— Катя! Юка! — продолжал вызывать Ваня, хватая ртом воздух.

Вдруг рация ожила.

— Юку ранили, — прошептала Екатерина. — Мы забаррикадировались в квартире номер пятнадцать, но долго так не протянем.

— Мы идем! Еще чуть-чуть!

Ваня смотрел на пролетающие мимо цифры:

— Одиннадцатый этаж… Десятый… Девятый…

Дыхание срывалось, в боку кололо, сердце отчаянно колотилось. Блин! Каким образом в вирте так детально передается усталость?

Ната бежала следом.

На площадке первого этажа Ваня остановился. Тут может быть засада. Нужно действовать осторожно. Он посмотрел на индикатор часов. Шкала здоровья Юки уже покраснела, Катина оставалась бледно-зеленой.

Ната скинула рюкзак и извлекла два шприца со стимулятором.

— Все, что есть.

— Давай!

Ваня протянул ей руку и ощутил укол.

Он прислушался, пытаясь уловить какой-нибудь шум. Тишина. Но это ничего не значит. Они так грохотали, сбегая по лестнице, что противник, если он есть поблизости, наверняка притаился и ждет удобного момента, чтобы напасть.

Ваня подошел к окну. До земли метра четыре. Можно рискнуть. Он распахнул створку.

— Выйдем здесь, — шепнул он Наташе, напряженно оглядывая пустынную улицу.

Она кивнула и выглянула наружу.

— Высоковато.

— Давай руку.

Уцепившись за Ванину ладонь, Ната вылезла в окно. Прыжок. Оня мягко спружинила ногами. Болтающийся на шее дробовик звякнул, зацепившись за асфальт.

Сняв с шеи ружье, Ната спряталась за мусорный бак, напряженно оглядываясь по сторонам.

— Чисто!

Ваня прыгнул следом. Приземлился на обе ноги и прокатился по земле, гремя оружием.

— Катя, ты как? — тихо спросил он.

Но наушник молчал.

Вот холера!

— Бежим!

Они завернули за угол. Вот и сорок вторая улица. Дом напротив.

Ваня задрал голову, разглядывая небоскреб, одетый в стекло. Так… Десятый этаж.

— В холле, возможно, засада, — прошептал он Нате. — Попробуем найти другой вход. Если обойти здание…

Но она отрицательно замотала головой:

— Нет времени! Не будут они разделяться. Для них это бессмысленно и только ослабляет отряд.

— Хорошо, — решился Ваня. — Идем через главный вход. Я первый. Ты прикрываешь!

…

Ната оказалась права. Холл был пуст. Они пробежали мимо стойки консьержа, ища пожарную лестницу.

Она нашлась в самом конце коридора. Распахнув дверь, они прислушались. Тишина. Неужели они опоздали? Ваня посмотрел на часы. И у Юки, и у Кати индикаторы здоровья начали зеленеть. Ваня похолодел, сообразив, что это значит.

— Похоже, их схватили, — сказал он с отчаянием.

Наташа нахмурилась, на ее щеках заиграли желваки.

— Идем быстрее!

Поднявшись на девятый этаж, они остановились, стараясь восстановить сбитое дыхание.

— Квартира номер пятнадцать, — одними губами напомнила Ната.

Ваня кивнул. У него всего два патрона в двустволке, времени на перезарядку не будет. Это не хорошо… Он нащупал висящий на поясе магнум и расстегнул кобуру.

Крадучись они поднялись еще на один пролет. В двери было небольшое окошко, сквозь которое можно было увидеть полутемный коридор. Через грязное стекло Ваня сумел разглядеть номер на ближайшей двери: 1007. Значит, они рядом. Ваня попытался представить планировку этажа. Жилой небоскреб. В центре лифты, а вокруг — коридор, в противоположных концах которого два ответвления с выходами на пожарную лестницу. Возможно, в коридоре стоит часовой.

Ваня прислушался. Вроде бы тихо. Он сделал знак Нате, и она беззвучно отворила дверь. Ваня осторожно протиснулся внутрь и перехватил ручку, давая Наташе проход.

Слева доносился приглушенный звук голосов. Ваня прокрался до поворота и осторожно выглянул. Метрах в пятнадцати в коридор лился свет через выломанную дверь. В падающей на противоположную стену тени был виден силуэт часового.

Иван махнул рукой, подзывая Нату. Они переглянулись. Было очевидно, что внезапно напасть невозможно. Даже если они застрелят охранника, отряд внутри квартиры успеет подготовиться.

Ната пошевелила пальцами в воздухе, изображая игру на пианино.

Ваня нагнулся к ее уху:

— Но ты так вырубишь только одного.

— Оглушающий эффект! — напомнила Наташа.

Ваня с сомнением закусил губу. У него не было уверенности, что это сработает, но другого выхода, похоже, не было.

Он кивнул:

— Давай.

Положив ружье на пол, Ната, расставила руки и взмахнула ладонями.

Ваня торопливо зажал уши пальцами следя за движениями напарницы.

Аккорд… Еще аккорд… И вот… последний удар!

Раздался грохот и ударная звуковая волна прокатилась по этажу. Ваня схватил двустволку и бросился вперед. Наташа неслась следом.

Перемахнув через груду досок, бывших секунду назад первоклассным роялем, они влетели внутрь. В холле их встретили пять запертых дверей. Твою ж налево! Ваня бросился налево. Ната метнулась вправо.

Пусто! Пусто! Есть!

Ваня вбежал в большую светлую спальню с огромными окнами, выходящими на Гудзон. У стены, держась за уши, ошарашено тряс головой коренастый парень с «м416» в руках. Ваня выстрелил в него дуплетом — тот впечатался в стену. Второй сидел на кровати, почему-то держась ладонью за окровавленное лицо. Ваня наотмашь, как дубинкой, врезал двустволкой по перекошенной физиономии. Потом еще, и еще, и еще.

За спиной грохнул выстрел из дробовика. Ваня обернулся и успел увидеть, как Ната, с искаженным от ярости лицом, разрядила ружьё в третьего противника.

Взгляд Вани скользнул по Кате. Она, съежившись, сидела в углу, прикованная наручниками к батарее. Юка лежала на кровати. Ее руки были разведены в стороны и привязаны к спинке. Изорванный в клочья топ почти не закрывал обнаженную грудь. Черные шорты были спущены до колен. Она тяжело дышала, глядя на Ваню.

Сзади раздался еще один выстрел — Ната добила оглушенного Ваней врага.

Иван торопливо подбежал к Юке и начал развязывать ее.

Когда руки девушки наконец были свободны, она резким движением села на кровати и сжала кулаки. По ее телу прошла дрожь. Несколько секунд она сидела на краю, спустив ноги на пол. Затем привстала. Натянула шорты. Глубоко вздохнула, выпрямила спину, уселась в позу лотоса, закрыла глаза и стала медленно вдыхать и выдыхать воздух.

Ната обшаривала трупы в поисках ключа.

— Нашла! — сказала она и склонилась над Екатериной.

Щелкнули наручники, и девушки обнялись, сидя на полу.

Ваня нагнулся, поднял с пола автомат, проверил магазин, передернул затвор и направился в коридор. Нужно быть настороже.

2

Пока Ваня сторожил в коридоре, девушки обыскали соседние квартиры.

Улов был неплохим. Каждый из них обзавелся рюкзаком и бронежилетом. Катя отыскала каряк с десятикратным прицелом, остальные члены отряда вооружились «м416». Пять аптечек, четыре стимулятора, восемь гранат, три дымовухи и целая куча бинтов. Теперь повоюем…

Юка ходила погруженная в себя. Ваня решил ее не дергать.

Стоя на страже в нише коридора, он остановил Катю, как раз закончившую обыскивать очередную квартиру.

— Ты как?

— Нормально.

— А как Юка? Может, мне поговорить с ней?

Катя устало коснулась ладонью щеки, подбирая ответ.

— Я… я не знаю… Вы успели в последний момент. Эти сволочи ее связали, начали раздевать, и она сломала одному нос. Он просто обезумел… Кричал что-то… Не представляю, что бы он сделал с нами. Я очень испугалась. Хорошо, что вы пришли… — Катя на мгновение прижалась к Ване. — Спасибо.

Ваня лишь тяжело вздохнул.

В коридоре появилась Наташа. Проводив глазами удаляющуюся Катю, она коснулась Ваниной руки:

— Давай я постою. Посмотри за Юкой.

Ваня кивнул.

…

Он нашел Юку в большой светлой столовой. Она стояла, прижавшись лбом к огромному стеклу с видом на Гудзон и рассматривала открывающуюся панораму.

Ваня подошел и встал рядом. Они долго молчали.

— Очень красиво, — заметил Ваня.

— Я бы хотела увидеть это по-настоящему… Не в вирте, а своими глазами…

— Да. Было бы здорово.

— Ты веришь в бога? — неожиданно спросила она.

Ваня удивленно покосился на Юку, но она, не отрываясь, продолжала рассматривать город.

— К сожалению, нет. Я не верю в бога.

— Почему «к сожалению»? Ты жалеешь о том, что не веришь, или о том, что его нет?

— И то, и то. Его, к сожалению нет. Мы заброшены и одиноки. И надеяться можем только на себя.

— А я верю. Каждый раз, когда вижу красоту, я словно чувствую его прикосновение, и губы сами собой шепчут молитву и благодарность. Я благодарю его за то, что он подарил мне возможность чувствовать, ощущать и видеть этот мир и его красоту…

— Но ведь если бог есть, то он создал и всё остальное: боль, злость, ненависть, отчаяние.

— Он просто создал нас свободными. И то, что мы порой выбираем зло, — это наша вина.

— Даже то, что произошло сегодня? Разве в этом есть твоя вина?

— Это не важно.

— Для меня это важно.

Юка наконец посмотрела на него:

— Ты же понимаешь, что не сможешь все время нас спасать? Рано или поздно ты опоздаешь или совершишь ошибку. Невозможно все время побеждать…

Ваня кивнул:

— Невозможно. Но я постараюсь. Человек должен совершать невозможное. Иначе нет смысла жить.

Юка вздохнула.

— Спасибо, что успел.

Глава 38

1

Через полчаса они осторожно двигались по Пятидесятой улице в сторону Восьмой авеню. Судя по карте, на этот раз площадь доступной для игроков зоны была гораздо меньше, чем обычно. Возможно, это компенсировалось многоэтажностью застройки. До них часто доносились гулкие выстрелы из тяжелых винтовок вперемешку с лихорадочной пальбой.

Прижимаясь к стенам, они делали короткие перебежки, стараясь не выходить на открытое пространство. Но пару раз по ним открывали огонь откуда-то сверху. К счастью, безрезультатно.

На перекрестке с Девятой авеню они засели, прячась за тележкой продавца хот-догов. Перед ними открылся целый ряд небольших кафешек.

— Может, перекусим? — предложил Иван.

Девушки переглянулись.

— Ты нас приглашаешь? — усмехнулась Наташа.

— Конечно. Выбирайте! — он махнул рукой.

Катя улыбнулась и прильнула к прицелу, разглядывая вывески.

— Предлагаю вон тот суши-бар. Наклейки на стекле — пять звезд в трипадвайзере и четыре с половиной в Йелп.

— Думаешь, там будет еда? — удивилась Ната.

— Посмотрим!

Ваня шел первым. Заглянув к витринное окно, он убедился, что внутри никого нет, и осторожно открыл дверь. Сверху звякнул колокольчик. Ваня вздрогнул и замер, настороженно водя стволом автомата.

— Ну как? — зашипел наушник голосом Наты.

— Все чисто. Подходите!

Через минуту девушки уже разглядывали небольшой уютный зал.

— Так, что тут можно съесть? — хмуро проворчала Ната, открывая холодильник. — Ого! Полный комплект! — с этими словами она вытащила огромную разделочную доску, уставленную всевозможными разновидностями суши.

Все повернули головы, даже Катя оторвалась от оптического прицела.

— Красота! — улыбнулся Ваня.

Юка цокнула языком:

— Класс!

Ваня заглянул за стойку:

— Какой чай будете?

— Мне жасминовый! — отозвалась Катя.

— А мне улун.

Ваня зазвенел чашками. В бойлере обнаружилась горячая вода. Иногда все-таки вирт преподносил приятные сюрпризы.

Ната не удержалась, схватила пальцами суши с угрем, обмакнула в плошку с соевым соусом и отправила в рот.

— Ммм… объеденье!

— Есть же палочки! — возмутилась Юка.

— Ааа… ерунда.

Они встали за барную стойку, лицом к выходу, положив оружие прямо на толстую мраморную столешницу.

— Ну что, заглянем в музей Естественной истории? — предложила Ната, проглотив очередную суши с угрем.

— Куда? — удивился Иван, выбирая суши с лососем.

— Ну, в American Museum of Natural History, — повторила Ната уже по-английски. — Он же совсем рядом с Центральным парком.

Ната разложила карту:

— Вот тут. В районе Восьмидесятой улицы. А мы сейчас на Пятидесятой. Всего тридцать кварталов пройти.

Ваня прищурился, изучая план города:

— Лучше в музей Метрополитен заглянуть. Он почти напротив, только парк пересечь.

— Я слышала, что в Нью-Йорке все музеи бесплатные… Классно, да? — добавила Наташа.

— А я в музей Гуггенхайма хочу, там… — начала было Катя, но осеклась, схватила винтовку и прильнула к прицелу.

Ее чашка опрокинулась и зазвенела. По стойке растеклась горячая ароматная лужица.

Все невольно похватали оружие и напряженно замерли, наблюдая за входом.

— Нее… показалось… Извините… — Катя опустила каряк и налила себе новую чашку чая.

Все выдохнули и потянулись к суши.

Ната как ни в чем не бывало вернулась к разговору:

— …Гуггенхайма? Там же только временные выставки.

— Интересно, а что там демонстрируют в вирте? — задумчиво спросил Ваня.

— Да ну ваши музеи, — скривилась Юка, ловко схватив палочками суши с большой розовой креветкой. — Давайте в зоопарк в Центральном парке махнем! Там Алекс с Марти живут.

— Кто? — удивленно поднял брови Иван.

— Ну, лев Алекс из старого мультика, там еще пингвины были.

— Ааа… Помню, — кивнула Катя. — Я в детстве смотрела.

— «Улыбаемся и машем!» — подмигнула Юка.

Ваня со звоном опустил чашку на стол:

— Ладно. Хватит фантазировать! Тут бы до конца игры дотянуть…

Девушки синхронно вздохнули и помрачнели.

Вдруг Ната напряглась и подняла руку.

Все замерли.

— Слышите? — спросила она с тревогой.

— Нет.

Все напряженно вслушивались в тишину. Наконец Ваня отчетливо уловил гул двигателя.

— Машина!

В следующую секунду огромный джип протаранил витрину. Единственное, что они успели сделать, — схватить оружие. Передние двери машины распахнулись. Ваня лишь успел разглядеть искаженное злостью лицо Димона, поднимающего пулемет.

— Ложись! — завопил Иван.

Зал наполнился грохотом выстрелов и тяжелым запахом пороховых газов. На пол посыпались осколки посуды, деревянные щепки и куски штукатурки.

Ваня рефлекторно схватил гранату, вырвал чеку и перекинул ее через стойку. Юка тут же бросила дымовую шашку. Пальба стихла.

Раз… Два… Оглушающий взрыв и едкий густой дым.

— Ходу! Ходу! — крикнул Ваня.

Выскочив из-за стойки, он не глядя выпустил длинную очередь, схватил на ощупь чью-то руку и потянул за собой в сторону кухни. В тот же миг ожил пулемет, и маленькое кафе превратилось в филиал камерного ада.

Они выскочили на кухню. Ваня придержал дверь, пропуская девчонок вперед.

Ната! Катя! Юка! — все целы! Хвала вирту!

Он поднял автомат и, не целясь, расстрелял остатки обоймы. Рядом Юка, присев на колено, тоже выпустила целый рожок. Черт! Рюкзак с боеприпасами остался в зале, а в подсумке лишь два магазина.

Пока Ваня возился с магазинами, Юка перекинула автомат через плечо и извлекла меч.

— Идите! Я прикрою! — приказал Ваня.

Юка бросилась к служебному выходу. Катя с Наташей бежали за ней. Ваня продолжал палить наугад сквозь клубящуюся дымовую завесу.

Чуть замешкавшись у выхода, Юка перехватила катану и толкнула дверь. Но едва она оказалась на улице, раздалась автоматная очередь. Юка бросилась вперед, хватая грудью тяжелые свинцовые пули, но сумела дотянуться до врага. Катана проткнула стрелка, и тот рухнул на землю. Девушка повалилась на него.

— Юка! — отчаянно завопила Ната, бросаясь к подруге.

Катя присела на колено и подняла винтовку, прикрывая подруг.

Выскочив на улицу, Ваня увидел, как Ната делает лечебную инъекцию Юке, у которой оставался лишь один процент здоровья.

— Последняя аптечка! — с отчаянием прошептала Наташа.

Ваня лихорадочно соображал. Восстановление здоровья займет пятнадцать минут, да и с одной маленькой аптечки удастся восстановить не более пятидесяти процентов. Вот холера!

Он подбежал к распростертой на земле девушке, сунул Наташе автомат и, крякнув, взвалил Юку на плечи. Она застонала, прикусив губу.

— Бежим! — крикнула Ната.

Катя уже заняла позицию на углу.

Скрипнула дверь, через которую выбежал Ваня, и в тот же миг Катя нажала на спусковой крючок. Пуля врезалась в косяк. Дверь захлопнулась.

— Давайте! Я прикрываю!

В горячке боя Юка казалась легкой, как перышко. Ваня бросился бежать. Наташа двигалась рядом, напряженно водя стволом автомата по сторонам.

Вокруг теснились небоскребы. Ваня невольно вжимал голову в плечи, каждую секунду ожидая рокового выстрела.

Они успели добежать до следующего перекрестка, когда по ним опять открыли огонь. Ваня никак не мог сообразить, откуда палят. Что делать? Спрятавшись за грузовиком с простреленными колесами, он осторожно опустил Юку на землю. Ее здоровье прибавило уже десять процентов. Но ей все равно было очень плохо.

— Катя! Ждем тебя на углу, — тихо сказала Наташа. — Беги, а я прикрою. И старайся держаться левой стороны. Похоже, кто-то засел в розовом небоскребе.

— Принято, — спокойно отозвалась Екатерина. — Иду к вам.

Ваня взял у Наташи свой автомат и тоже выглянул из-за фургона. Заметив вдалеке чей-то силуэт, показавшийся из-за угла, Ваня нажал на спуск. «М416» плюнул огнем. Проклятье! Промазал. Рядом с ним тут же шлепнулась пуля, разбрызгав серую бетонную пыль. Ваня нырнул назад и торопливо заморгал, пытаясь очистить глаза от песка.

Рядом Наташа тоже открыла огонь.

— Вижу их, — сказала она. — Димон с пулеметом за углом. Как бы они не обошли нас…

Ваня напряженно следил, как Катя короткими перебежками двигается в их сторону. Еще чуть-чуть… Откуда-то сверху грохнул выстрел, и Катя упала на землю. Индикатор ее здоровья окрасился желтым.

Ваня невольно дернулся, порываясь бежать, но Ната поймала его за рукав.

— Катя! Ты как?

— Попали в ногу, — прошипела Екатерина. В ее голосе слышалась не столько боль, сколько злость и досада.

— Я иду!

— Нет! Они выманивают тебя! Снайпер может добить меня в любой момент. Но он ждет, пока кто-то из вас придет мне на помощь.

— Плевать!

— Стой!

Ната открыла подсумок:

— Ага! Есть! Последняя.

Она вытащила дымовую шашку.

— Готов?

— Да!

— Катя, я кидаю дымовуху. Двигайся!

— Принято!

Зашипел химический запал, и дымовуха, описав широкую дугу, упала в нескольких метрах от раненой Екатерины. Девушка тут же покатилась по земле. Рядом расцвели фонтаны асфальтовой крошки, но она успела нырнуть в спасительное облако.

Ваня уже бежал к ней. Торопливо нагнувшись, он сгреб Катю в охапку. Девушка застонала и закусила кулак, продолжая второй рукой цепляться за винтовку.

— Брось ты ее!

— Ни за что!

Через несколько секунд они были в сборе. Дым уже почти рассеялся, и можно было разглядеть, как отряд Димона короткими перебежками подбирается к ним. К счастью, снайпер на небоскребе тоже заметил его отряд и открыл огонь.

Нужно срочно уходить! Но куда?

Здоровье Юки уже доросло до отметки 30 %. Иван перевязывал Катину ногу, стараясь остановить кровь.

— Ваня! — окликнула его Юка.

— Что? — он обернулся.

— Смотри!

Он проследил ее жест и недоуменно покачал головой:

— И что? Просто дурацкая реклама батареек.

— Ты что, забыл?

— О чем?

— Ответы из прошлой игры.

Ваня сглотнул.

— Блин… Точно! — он еще раз посмотрел на рекламный плакат: неугомонный розовый кролик с идиотским упорством колотил по белому барабану. Рядом виднелся указатель: 50 Street Station. Downtown to South Ferry (1).

Как же они сразу не заметили!

— Юка, ты дойдешь?

Девушка невольно коснулась пробитого пулями топа на груди, сделала глубокий вдох и присела.

— Дойду.

Хорошо. Я понесу Катю.

— А разве кролик не должен быть белым? — поморщилась Катя, баюкая раненую ногу.

— Какая разница!

— Ну, не знаю… Как-то не нравится мне этот кролик… Какой-то он недобрый…

Пулеметная очередь прошла над их головой, осыпав краской и кусками штукатурки.

— Блин! Уходим!

Ваня закинул Катю на плечо. Юка, морщась и держась одной рукой за грудь, шла рядом. Ната замыкала отход.

2

Внизу клубился сумрак. Они сбежали по лестнице и свернули за угол. Сюда еще долетали остатки дневного света, но ниже стояла непроглядная темнота.

— Симатта!! — раздраженно выругалась Юка и прислонилась к стене, переводя дыхание.

Ваня осторожно опустил Катю на пол и взял в руки автомат.

— Вообще ничего не вижу! — прошипела Ната и медленно пошла вперед.

Ваня двинулся следом.

— О! Что-то нашла! — отозвалась из темноты Наташа.

Раздался щелчок, и у нее в руках появился луч света.

— Тактический фонарик! — прокомментировала она. — Сейчас, прикреплю к автомату.

Ваня подошел к ней, пытаясь осмотреться в беспорядочно прыгающем луче.

— Сейчас… Сейчас… — бормотала Ната.

— Тебе помочь?

— Сама разберусь.

— Хорошо.

Вот фонарик что-то вырвал из темноты. Ваня протянул руку. Есть! Аптечка! И еще одна! И еще! Отлично!

Он бросился к Юке и Екатерине. Зашуршала обертка. Иглы вошли под кожу.

Катя наконец выдохнула и призналась:

— Как хорошо! А то у меня от боли чуть глаза не лопнули!

— Да уж… — отозвалась Юка и замерла, прислушиваясь к своим ощущениям. — Так гораздо лучше.

Сверху неслась пальба.

— Похоже, нас отрезали, — нахмурилась Катя.

— Ну так мы же не зря сюда спустились. Пройдем внизу. Скоро сжатие зоны. Как раз успеем.

Ната наконец справилась с креплением фонаря. Они с Ваней двинулись в темноту, осматривая холл. Подойдя к турникетам, они обнаружили в кабинке контролера целый арсенал: десять магазинов, три аптечки, рюкзак и коробку патронов для каряка.

— Супер! — улыбнулся Ваня. — Полный комплект. Теперь мы им покажем!

Когда они вернулись ко входу, у Кати с Юкой уже было по восемьдесят процентов здоровья. Еще десять минут, и можно будет идти. Пальба сверху утихла. И это беспокоило.

— Что решаем? — спросила Ната. — Идем по верху или внизу?

— Думаю, разумнее идти через метро. Только темнота немного напрягает.

— Мне кажется, у турникетов я видела щитовую. Может, попробуем включить свет?

— Думаешь, здесь есть электричество?

— Да кто поймет этот дурацкий вирт… То разгром, то полный холодильник свежих суши и горячая вода.

— Ну что ж. Стоит проверить.

Сверху донесся знакомый голос:

— Эй, телочки! Готовьтесь! Мы идем!

Одновременно раздалось звяканье, и что-то тяжелое запрыгало по ступенькам.

— Граната!

Ваня бросился на Юку с Катей и повалил их на пол. Ната упала сама.

Раздался взрыв. Засвистели осколки. Что-то чиркнуло по спине.

— Ааа!

Ваня стиснул зубы и невольно покосился на индикатор здоровья. Девяносто три процента. Царапина!

Индикаторы девушек показывали, что с ними тоже все в порядке. Но Ваня уточнил:

— Все целы?

— Да! — хором отозвались девушки.

— Уходим! Быстрее!

Все вскочили. За их спиной снова послышался зловещий звон, словно железный колобок, сбежавший от бабушки с дедушкой, катился по лестнице, почуяв долгожданную свободу.

— Бежим!

Сзади опять грохнул взрыв.

Ната устремилась вперед. Свет ее фонаря прыгал по полу, тускло освещая путь.

Вот и турникеты. Где же эта щитовая?

Катя, шедшая позади, остановилась:

— Мне кажется, я слышу какой-то странный шум.

— Где?

— Там… впереди… внизу…

Ваня остановился и прислушался. Хм… Непонятно. Действительно, странный звук. Может, ветер?

— Я нашла рубильник! — обрадовалась Ната.

Ваня на всякий случай поднял автомат:

— Врубай!

Раздался щелчок. Под потолком испуганно заморгали лампы, и словно тяжелый вздох прилетел со стороны тоннелей.

Юка, прикрывшая ладонью глаза, нахмурилась:

— Что за ерунда?

Но сверху уже слышалась перекличка отряда Димона. Вниз полетела еще одна граната.

— Вперед! — скомандовал Ваня и первым перепрыгнул через турникет.

Девчонки последовали за ним.

Еще одна лестница. Ваня шагнул через несколько ступеней и застыл, ошарашенный открывшимся зрелищем. Девушки позади тоже замерли. Даже затылком он ощутил охвативший их ужас. Но, казалось, и у него самого волосы на голове зашевелились от страха.

В ярком слепящем свете он увидел шевелящееся море тел, голов, рук. Вся станция была забита гигантской толпой смердящих, разлагающихся, но все еще движущихся тел. Они то ли шептали, то ли бормотали, и тяжелые, зловещие, леденящие душу звуки наполняли подземку.

Катя испуганно пискнула, и в тот же миг на них уставились тысячи белесых, пустых, голодных глаз.

— Вот тикусё… — выдавила Юка.

Издав голодный рык, ближайшие зомби бросились на них. Море колыхнулось, и широкая волна гнилых тел потекла вперед.

— Валим отсюда! — закричал Ваня, открывая огонь.

Глава 39

Ната неслась рядом с Катей. Юка следом. Ваня немного отстал.

Перемахнув через турникет Наташа бросилась к выходу по облицованному белой плиткой коридору.

— Бегите! — кричала она срывающимся голосом. — Дима! Беги!

Возможно, именно эти слова и спасли Нату в тот момент. Услышав, что его назвали Димой, ефрейтор озадаченно моргнул и замешкался, прежде чем нажать на спуск.

Ната мчалась прямо на него, подняв растопыренные ладони. Заброшенный за плечи автомат ритмично хлопал по спине.

Она кричала:

— Беги! Беги! Спасайся, идиот!!

Из тоннеля донесся гулкий рев.

Димон невольно шагнул назад. Наконец он увидел Ивана, сжимающего автомат. Но, вопреки ожиданиям, Ваня, игнорируя нацеленный на него пулемет, развернулся и дал длинную очередь куда-то вниз. Метро ответило голодным ревом.

— Твою ж…! — Димон с ужасом обернулся на своих бойцов. — Валим отсюда!

В тот же миг лавина гнилых тел выплеснулась в коридор. Ефрейтор нажал на спуск. «М249» загрохотал, перемалывая первую волну зомби. Куски гнилого мяса, вырванного пулями, летели вокруг. Но зомби продолжали валить, хватая зубами на лету ошметки плоти и кровожадно урча.

Ваня встал рядом, отбросил опустевший рожок и начал стрелять.

— В голову! Целься в голову! — закричал он в ухо Димону.

В наушнике раздался голос Юки:

— Командир, мы заходим в черное здание позади вас. Бойцы Димы с нами.

«М249» продолжал с огромной скоростью пожирать пулеметную ленту. Горячие гильзы блестящим водопадом сыпались на ступеньки лестницы.

— Отходим! — закричал Ваня.

Димон затряс головой, пытаясь сквозь звон в ушах разобрать хоть что-то.

Пулемет отрыгнул последний патрон. Звонко щелкнул затвор.

Ваня дернул Димона за рукав:

— Бросай эту бандуру! Бежим!

Скинув с шеи ремень, Димон размахнулся и швырнул тяжелый пулемет в наступающую лавину. Они развернулись и припустили во весь дух.

Волна мертвецов за их спиной колыхнулась, ожила и потекла вверх. Зомби толкались, урчали, кусали друг друга, скользя и падая на мокрых от черной крови ступеньках.

— Небоскреб напротив. Заходите справа через холл. По коридору направо. В конце коридора лестница. Мы ждем вас там! — непрерывно повторяла Наташа.

Димон за спиной вскрикнул. Ваня обернулся. Ефрейтор упал на землю. Клацающая зубами полусгнившая мумия держала его за ботинок. Димон колотил второй ногой по ее сломаным пальцам, но она продолжала тянуть ефрейтора к себе.

Ваня остановился и поднял автомат.

Сверху громыхнул выстрел. Голова зомбака лопнула, забрызгав ефрейтора зловонной жижей. В ухе прозвучал голос Кати:

— Бегите! Я вас прикрою!

Ваня схватил оцепеневшего Димона за шкирку и с усилием поднял его. Сверху опять громыхнул выстрел. Голова ближайшего зомби смачно чавкнула и раскрылась уродливым бутоном.

Ваня ощутил, как к горлу подкатывает тошнота.

— Давай, давай! Двигай! — крикнул он ефрейтору и забежал в разбитые стеклянные двери.

Через холл по коридору направо… Ваня едва не растянулся на скользком мраморном полу, еле вписавшись в поворот. В конце коридора их уже ждали.

Юка с Наташей присели на колено, бойцы Димона стояли за их спинами, держа коридор на мушке.

— Нагнитесь! — закричала Наташа, открывая огонь.

Грохнувшись на пол, Ваня с Димоном на четвереньках поползли вперед. Над их головой бушевал свинцовый ураган.

— Быстрее! Быстрее!

Злобный рев позади усилился. Казалось, все здание ходит ходуном от топота тысяч гнилых ног.

Димон с Ваней проскользнули мимо своих товарищей и влетели на лестницу.

— Отходим! — скомандовала Наташа.

Бойцы гурьбой влетели на лестничную площадку. Ваня с ефрейтором с грохотом захлопнули тяжелую железную дверь.

Юка подперла ручку двери автоматом и устало опустилась на ступеньки:

— Уфф…

— Что это за хрень?.. — ошарашенно выдавил один из бойцов Димона.

С улицы донесся тоскливый голодный вой, от которого по спине побежали мурашки.

— Поднимайтесь сюда! — позвала Катя. — Я на втором!

— Сейчас! — ответил Ваня и обернулся к ефрейтору:

— Идешь?

Стоявший возле стены Димон вышел из оцепенения и оглядел свой отряд. Его бойцы испуганно и ошеломленно таращились друг на друга. Ефрейтор расправил плечи и подтянулся, достал из кобуры револьвер и крутанул барабан, проверяя патроны.

— Ладно, пошли. Посмотрим, что здесь творится, — кивнул Димон и хлопнул по плечу черноволосого паренька. — Ринат, постой пока здесь.

— Есть!

Ваня озабоченно почесал затылок:

— Надо бы проверить все двери… — он огляделся в поисках плана здания. — Ага. Вот!

Сняв со стены схему эвакуации, Иван подозвал Юку.

— Здесь есть вторая лестница и выход на парковку. Проверишь?

— Хорошо, командир.

Димон посмотрел на девушку и неожиданно сказал:

— Новый цвет? Тебе идет!

Юка натянуто улыбнулась:

— Спасибо.

Ната усмехнулась и выразительно взглянула на Ваню. Он потупился.

Проходя мимо Рината, Юка остановилась, оценивающе осмотрела его разорванную рубашку и поморщилась:

— Эх… Надо было рукоятку при ударе довернуть.

Ринат невольно вздрогнул и отшатнулся:

— Не надо!

При этом его взгляд скользнул по пробитому пулями Юкиному топу. Он с интересом рассматривал то ли дырки от пуль, то ли то, что они открывали.

…

Все, кроме Юки и Рината, поднялись на второй этаж.

Из открытых дверей донесся голос Кати:

— Идите сюда!

Они вошли в просторный зал, уставленный канцелярскими столами. Было видно, как торопилась Катя, стараясь разбить толстые стекла угловых окон. Пол был усеян стеклянной крошкой. В одном из несдавшихся Катиному напору окон до сих пор торчал застрявший офисный стул. В помещении гулял прохладный ветерок, подхватывая и кружа рассыпанные листы бумаги, испещренные столь любимым юристами мелким текстом. Прямо у окна стоял наспех придвинутый стол, на котором лежала Катина винтовка и три обоймы. С улицы доносились стоны, вой и рычание.

Торопливо оглядевшись, Ната сказала:

— Командир, я пройду по этажу и соберу оружие.

— Хорошо.

Димон кивнул двум своим бойцам:

— Вы тоже!

— Есть!

Ваня с Димоном выглянули в окно и озадаченно переглянулись. Внизу под окном колыхалось море живых, а точнее — бывших живых тел.

— Нда… — протянул ефрейтор. — Полный звиздец…

— А вот интересно, — задумчиво сказала Екатерина, разглядывая грызущихся друг с дружкой ходячих мертвецов, — эти зомби философские или нет? — она вопросительно посмотрела на Ваню.

Он лишь устало покачал головой:

— Честно говоря, мне пофиг.

Димон растерянно моргнул:

— Философские? Чо за тема? Не понял.

— Не бери в голову, — отмахнулся Иван.

— Вы чо, таких уже видели раньше?

— Одного, — нехотя признался Ваня. — В прошлой игре.

— Фигасе!

— Он меня укусил, — призналась Катя. — Не представляешь, как было больно… и страшно.

— И что вы сделали?

— Долгая история, — отмахнулся Ваня.

— Ну расскажи.

— Зомби — пристрелили. Точнее, Юка ему бошку снесла катаной. А Катю вылечили.

Димон озадаченно почесал макушку:

— Выходит, от этих тварей есть какое-то средство?

— Скорее всего, — согласился Иван.

Внезапно в его наушнике раздался напряженный голос Юки.

— Командир! Слышу выстрелы неподалеку.

Ваня поднял руку:

— Тихо!

И точно — до них донеслось несколько тихих хлопков.

Димон прислушался:

— «М416» с глушаком. Стреляют одиночными. Метров двести от нас.

— Юка, ты где?

— Я на парковке. Четвертый уровень.

— Там чисто?

— Да.

— Кого-нибудь видишь?

— Сейчас…

Ефрейтор вопросительно посмотрел на Ваню. Катя настороженно водила винтовкой, пытаясь хоть что-то разглядеть в оптический прицел. Иван наконец сообразил, что Димон не слышит Юку, и сказал:

— Похоже, зомби кого-то обложили неподалеку…

Ефрейтор понимающе кивнул.

Ваня застыл в напряженном ожидании.

В наушнике снова раздался голос Юки:

— Да. Я их вижу. Ребята попали. Они засели в какой-то кафешке на углу Пятидесятой и Девятой. На втором этаже. Их окружили и давят массой. Видимо, там нет другого выхода. А зомбаки ползут прямо друг по дружке. Скоро доберутся…

— Что делаем? — с тревогой спросила Катя.

Димон отмахнулся:

— Забей! Самим бы тут продержаться.

Все трое невольно выглянули в окно. Среди мертвецов наблюдалось оживление. Они лихорадочно крутили головами, ревели и словно прислушивались к звуку пальбы. Наконец толпа зомби колыхнулась и медленно поползла вверх по улице в сторону Девятой авеню.

— Ну всë. Кранты… — прокомментировал ефрейтор.

Катя вопросительно посмотрела на Ваню.

Тот вздохнул и спросил:

— Юка, в гараже есть что-нибудь толковое?

— Да. Вижу пару элетрохаммеров.

— А ключи?

— Сейчас проверю…

Но Ваня решил не терять времени.

Он махнул рукой:

— Катя, поднимайся выше и выходи на ту сторону! Прикроешь нас! Ната, давай быстрей сюда!

— Есть!

— А я для Катечки АВП-шку нашла! — отозвалась Наташа.

— Супер! Передай ей и дуй к нам. Встречаемся у выхода на парковку. Четвертый уровень.

— Принято!

Димон изумленно таращился на Ивана:

— Вы чо? Серьезно? Нахрена вам это?

— Ты можешь остаться, — бросил Ваня и вместе с Катей выбежал в коридор.

— Едрищенский жопокрыл! — ругнулся ефрейтор и рванул следом.

…

Въезд на парковку закрывали железные жалюзи. Уже несколько минут они пытались отыскать пульт управления.

— Протараним? — нетерпеливо предложила Юка.

— Нет! А то зомбаки проникнут на парковку и нам сюда уже будет не зайти.

Один из бойцов Димона, покрытый татушками, бритый налысо здоровяк Боря, поглаживал найденный «печенег». Он самодовольно усмехнулся и похлопал по тяжелому пулемету:

— Ничего… Этот малыш тут устроит зачистку.

— Нет! — отрезал Ваня, внимательно изучая декоративные панели, закрывающие парковку. — Сделаем иначе. Давайте за мной!

Он прыгнул на место водителя. Юка с Наташей торопливо забрались в машину. Команда Димона села во второй автомобиль.

С тихим урчанием элетрохаммер рванул вперед. Описав широкую дугу, машины поднялись на второй уровень.

Сделав круг, чтобы удостовериться в безопасности планируемого маневра, Иван спросил:

— Все пристегнулись?

— Да! — хором отозвались девушки.

— Держитесь! — Ваня вдавил педаль в пол.

Тяжелый джип рванул вперед, с громким треском пробил загородку второго этажа и, смачно хлюпнув, шлепнулся на плывущую по улице толпу зомбаков, размалывая гнилые тела бешено вращающимися колесами.

Машина, словно гигантская неуклюжая жаба, три раза подпрыгнула и рванула вперед, сметая ревущую толпу.

Снова раздался громкий хлюп — джип Димона тоже прыгнул вниз.

— Приготовься открыть люк! — крикнул Ваня сидящей позади Наташе.

Через тридцать секунд электрохаммер с размаху врезался в гору шевелящихся тел, штурмующих кафе.

Ваня до предела выкрутил руль и, дернув ручник, втопил педаль газа. Им владела волна пьянящей эйфорий. Он никогда не делал подобного, но часто видел в кино. На удивление, это сработало. Джип закружил, раскидывая покореженные тела.

Джип Димона с визгом затормозил неподалеку.

— Открывай люк!!! — крикнул Ваня, подруливая под окно.

Осажденные, поняв что пришла подмога, отчаянно махали руками, продолжая палить по лезущим отовсюду зомбакам.

Ната распахнула люк. Через секунду машина качнулась — первый человек приземлился на крышу джипа. Еще миг, и в люк просунулось гибкое тело.

— Ёжки матрёшки! — воскликнула Ната. — Опять ты?!

Ваня изумленно обернулся. На заднем сиденье, тяжело дыша, взлохмаченная и измазанная черной кровью, сидела Кристина. Что за хрень?!

Но разбираться времени не было. Зомби уже окружили машину и начали карабкаться на крышу.

Из люка машины ефрейтора показался Боря, сжимающий пулемет. Отщелкнув сошки, он поставил пулемет на крышу и открыл огонь.

Ванина машина снова качнулась. На этот раз гораздо сильнее. В люк протиснулся один из бойцов Кристины.

— Hi! — пробормотал он. — Thanks guys! Fucking zombi …!!! — но, разглядев сидящую рядом Наташу, он осекся и заморгал.

Джип опять качнулся. В люке появилась новая пара ног. На заднем сиденье торопливо завозились, освобождая место. Кристина, тихо матерясь, полезла в багажник.

— Быстрее! — крикнул Ваня, приоткрыв окно. — Шнелле! Фастер!!!

В люк просунулась испуганная физиономия. Извиваясь и вопя, последний боец пытался влезть внутрь.

Машина затряслась, когда очередная волна зомбаков облепила ее со всех сторон. Пулемет Бори захлебнулся и затих.

Ната с бойцами тянули за руки незадачливого воина, чьи ноги торчали из люка. Несколько зомбаков, довольно урча, вцепились зубами в его ботинки.

Сверху загрохотали выстрелы. Катя одного за другим отстреливала голодных мертвяков, залезших на джип.

— Газу! Газу! — крикнула Ната.

Ваня нажал на педаль, и машина рванула с места.

Глава 40

Впереди, отчаянно виляя и разбрасывая бросающихся под колеса голодных мертвяков, мчался джип Димона.

— Как вернемся в здание? — спросила Юка, подпрыгивая в вихляющей машине. Одной рукой она вцепилась в рукоятку над дверью, а второй — уперлась в бардачок.

— Может, через люк? — отозвался Иван, стараясь удержаться за передней машиной.

Димон рулил так уверенно, что казалось, он знает, что делает. Ваня решил следовать за ним. Джип ефрейтора просигналил, заложил крутой вираж и рванул ко въезду на парковку. К Ваниному изумлению, ворота гаража начали стремительно открываться. Он крутанул руль и поддал электрического газу.

К счастью, основная масса зомбаков отстала, и вокруг бродили лишь несколько десятков тварей. Привлеченные громкими звуками, они бросились к распахнувшимся воротам. Как только Ванин джип въехал на парковку, жалюзи начали быстро опускаться, но несколько зомби все же прорвались внутрь. Железная створка с хрустом придавила одну из тварей. Зажатый воротами зомбак, злобно вереща, царапал пол, пытаясь освободиться. Между воротами и бетонной плитой остался широкий просвет. Бегущие следом зомби бросились на землю и, извиваясь, полезли в щель, пытаясь протиснуться внутрь.

Ваня ударил по тормозам.

— Надо закрыть ворота!

Юка кивнула и, с трудом развернувшись в тесном салоне, вытащила катану из ножен. Сзади раздались щелчки — бойцы меняли обоймы.

— Все готовы?

Глухое «да» вперемешку с «yes» напряженно прозвучало в салоне.

— По моей команде…

Джип Димона, сделав круг, вернулся к воротам. Проезжая мимо Ваниной машины, Димон резко увеличил ход и зацепил бампером одного из мертвяков. Тот грохнулся на пол и захрустел под широкими колесами, остальные твари отпрянули. Похоже, какие-то остатки интеллекта у них все-таки сохранялись. Димон попытался повторить трюк, но теперь твари лишь ловко отскакивали в сторону.

Юка, с тревогой следившая за воротами, крикнула:

— Командир! Двое уже почти пролезли!

Ваня кивнул и скомандовал:

— Вперед! Бей гадов!

Одновременно распахнулись дверцы машины, и шестеро бойцов выскочили наружу. Кристина, чертыхаясь и матерясь, пыталась перелезть через задние сиденья. Загрохотали выстрелы. На землю полетели осколки черепов и желеобразные мозги.

Катана Юки кружила в смертоносном танце. Девушка подбежала к воротам и несколькими отточенными движениями рассекла пролезающих под воротами зомбаков. Димон подскочил к ней и принялся отпихивать разрубленные тела прикладом автомата. Загудел доводчик, и решетка с лязгом опустилась на бетонную плиту.

— Уф… — устало выдохнул Димон. — Кажется, все…

— Командир, как у вас? — раздался встревоженный голос Екатерины.

— Все нормально.

— Подходите на первый этаж. Ринат нашел комнату охраны.

— Принято, — отозвался Ваня.

…

Через пять минут бойцы всех трех отрядов собрались в небольшой комнатушке без окон, зато с мониторами, передающими изображение с многочисленных камер наблюдения.

Довольный Ринат сидел за пультом управления и важно щелкал кнопками, переключая вид.

— Отсюда можно управлять всем небоскребом, — самодовольно заявил он. — Вот управление лифтами. А вот — ворота парковки.

Ваня с беспокойством рассматривал плотную толпу зомбаков, окруживших здание. Кажется, их стало еще больше.

Он посмотрел на Кристину:

— Ну что? Может быть, выйдешь из игры? Мне кажется, пора обратиться в службу поддержки Рояльника и выяснить, что тут творится.

— Выйти из игры? — насмешливо переспросила девушка. — Издеваешься? Да я именно такой ситуации и ждала!

— Чтобы тебя зомбаки сожрали? — уточнила Ната. — Так это без проблем. Могу выкинуть тебя отсюда в любой момент!

— Рискни! — Кристи с вызовом шагнула к Нате.

Ваня поспешил разнять шипящих девушек:

— Спокойствие, только спокойствие! Давайте жить дружно!

— Я совершенно спокойна! — отрезала Ната.

Ваня оценивающе посмотрел на сопровождавших Кристину бойцов.

— А как насчет твоих спутников? Что если отправить одного из них?

Кристина задумчиво прикусила губу, но неожиданно самый широкоплечий боец поднял руку и сказал с сильным американским акцентом:

— Ми с коллигс останемся охраньять дорогой мисс Кристи.

Димон с уважением хлопнул его по плечу:

— Классно по-русски базаришь! Как зовут?

— Менья зовут Сэм.

— А я — Димон. Гхм… Точнее, Дмитрий. А где ты так болтать научился?

— Вест пойнт.

— Ого! Ты, я вижу, крутой чувак!

— Йес. Лайк боилд эгг.

— Чо?

Кристина, прищурившись, разглядывала Сэма. Не поворачиваясь, она пояснила:

— Крутой, как вареное яйцо.

Димон заржал.

— I don't remember how you told me that you know Russian, dear, — промурлыкала Кристина.

Сэм лишь равнодушно пожал плечами:

— Let's not discuss it now, lady.

— То есть выходить из игры никто из вас не намерен? — уточнил Ваня.

— Я точно не собираюсь, — отрезала девушка.

— Ми тоже останьемся, — добавил Сэм.

Ваня вздохнул.

— Понятно…

К ним подошла Екатерина.

— Смотрите, что мы еще нашли! — сказала она и продемонстрировала черную уоки-токи с короткой толстой антенной.

— И зачем нам рация? — удивилась Наташа.

— Ну как же. Наша связь работает только внутри одного отряда. А так мы можем координировать действия всех бойцов.

— И сколько ты нашла таких штук? — поинтересовалась Юка.

— Две.

— Может, попробовать включить?

Ваня щелкнул выключателем и вывернул громкость на максимум. Комнату заполнил треск и шум статических помех.

Сэм подошел к нему и протянул руку:

— Кэн ай попробовать?

Ваня протянул ему рацию.

Сэм нажал несколько кнопок:

— Это дежурный ченел Нью-Йорк Полис Департмент, — пояснил он и прислушался. Эфир молчал. Сэм вздохнул и нажал кнопку вызова. — Pan-pan, Pan-pan, Pan-pan! This is Sam. We are at the intersection of West 50th street and Broadway. There are twelve people. We need help. We are surrounded by zombies.

(Пан-пан, пан-пан, пан-пан. Это Сем. Мы на перекрестке 50-й и Бродвея. Тут 12 человек. Нам нужна помощь. Мы окружены зомби).

Опять тишина.

Сэм повторил вызов.

На третий раз рация ожила. Сэм даже подпрыгнул от неожиданности.

— Yes! Yes! I hear you!

Ваня напряженно морщился, пытаясь сквозь шипение и треск разобрать доносящийся из рации слабый голос.

Кристина стояла рядом и переводила разговор.

— Один отряд из четырех человек. Их тоже обложили зомбаки. Им удалось отбиться. Они засели в Рокфеллер-центре.

Ваня повернулся к Сэму:

— Попроси их выйти из игры.

Сэм кивнул, стараясь разобрать голос, доносящийся из рации.

Кристина прислушалась к ответу и усмехнулась:

— Они тоже не хотят. Говорят, наконец-то стало интересно.

Ваня недоуменно переглянулся с Наташей.

— Как-то это странно и подозрительно… Не похоже на совпадение.

Наташа кивнула.

— Ну так чо делать-то будем? — озадаченно спросил Димон. — Через пару часов сюда придет зона. Нужно двигаться!

Это понимали все. Но как выбраться и, главное, что делать дальше, было непонятно.

— Так… — сказал наконец Ваня. — Давайте рассуждать логически. Мы уже поняли, что это необычная игра. Похоже, что система хочет что-то нам показать или рассказать…

— Или поиздеваться над нами, — усмехнулась Наташа.

Ваня глянул на часы:

— На текущий момент в живых в игре осталось тридцать восемь человек, и шестнадцать из них уже могут координировать свои действия. Пока без связи двадцать два человека. Скорее всего, это шесть или семь команд… Может, стоит попытаться связаться со всеми?

Кристина кивнула:

— Согласна. Думаю, что и уоки-токи нам дали не случайно. Прежде я их никогда в игре не встречала. Наверное, это намек, что нужно установить связь и скоординировать наши действия.

— Я предлагаю Сэму с рацией подняться повыше. Где-нибудь на двадцатый этаж. Если работа радиостанции симулируется правильно, то с большей высоты будет больший охват.

— I agree, — кивнул Сэм.

— А здесь мы организуем координационный центр, — продолжил Ваня. — Ната и Юка, вы составляете список вышедших на связь отрядов, о которых вам сообщит Сэм. Отмечайте на карте. Нас интересует состав, местоположение, вооружение и любая информация о том, как появились зомбаки и как с ними бороться.

— А кто назначил тебя главным? — возмутилась Кристина.

— Ты же сама признавала, что наш отряд уже не первый раз сталкивается с подобными квестами. И пока что мы побеждали.

— Я согласен, — поддакнул Димон. — Пусть Иван командует. Кто-то ведь должен… А они быстрее всех фишку просекли.

— Так, может, именно они и начали всю эту заварушку! — усмехнулась Кристина.

— Ну и пусть. Раз заварили кашу, пускай и расхлебывают. Тебе с твоим вестпойнтом я подчиняться не стану!

— Ладно, — хмуро буркнула Кристи. — Пускай командует.

Ваня кивнул и продолжил отдавать распоряжения:

— Ната, нужно обязательно предложить всем, кто с нами свяжется, выйти из игры.

— Хорошо.

— Я думаю, что всем отрядам стоит раздать позывные, — добавила Кристина.

— Толково… — поддакнул Димон.

— Наш отряд будет «Альфой»! — тут же откликнулась Ната. — Твой… — она посмотрела на ефрейтора — «Браво».

— Ладно… — махнула рукой Кристи. — Тогда наш — «Чарли».

Пока распределяли имена, Юка уже разлиновала найденный листок.

Сэм с Екатериной отправились наверх.

Димон отвел Ваню в сторону:

— Слушай, а что это за телочка с америкосами? Откуда ты ее знаешь?

— Да… — Иван отмахнулся. — Сталкивались пару раз.

— Я чего-то не пойму, она из наших?

— Не знаю уж, кто для тебя «наши». Но она вроде бы из Одессы.

— Ааа… — Димон скривился. — Тогда понятно…

— И что тебе понятно?

— Всё понятно.

…

В течение часа на связь вышли еще три отряда. Ната составила список всех бойцов. Удивительно, но среди всех осажденных не нашлось ни одного желающего выйти из вирта.

— Может, для этой игры специально отобрали тех, кто играет до конца? — предположил Иван.

— Ну и как бы компьютер это понял? — поморщилась Кристина.

— Устоявшиеся паттерны поведения, прежний опыт…

Кристи пожала плечами:

— Не знаю… Я часто из игры выхожу.

— А может, ИИ знает, что на этот раз ты выходить не будешь?

— Откуда?

Наташа усмехнулась:

— А вдруг он управляет твоими желаниями?

— В каком смысле? — нахмурилась Кристина.

— В самом прямом. Откуда ты знаешь, что принимаемые тобой решения на самом деле твои? Особенно когда твои мозги подключены к системе?

— Что за чушь! Виртуальная среда не может влиять на наш разум!

— Вот это как раз большое заблуждение! — усмехнулась Наташа. — Наша способность принимать независимые решения вообще очень сомнительна, а уж в виртуальной реальности и подавно.

— То есть компьютер дергает нас за ниточки? Как марионеток? Блокирует или возбуждает какие-то зоны в мозгу? Активирует нейронные связи? Управляет нашими желаниями?

— Об этом нужно спрашивать нейрофизиологов. Но я не думаю, что система работает так грубо. Это ведь можно зарегистрировать и заметить.

— А как тогда?

— Совокупность образов, аллюзий, ассоциаций. Допустим, вирт захочет управлять нами… Тогда он все сделает так, чтоб нам казалось, что это наше собственное решение.

— Нет. Это невозможно!

— Ну хорошо, — продолжала Ната, — Предположим, вирт не может влиять на твой разум и на твои решения. А как насчет реала?

— А при чем тут реал?

— Ну, в реальности твои решения от чего зависят?

— От меня самой! — отрезала Кристи.

Наташа рассмеялась:

— От тебя самой? А ты сама-то откуда взялась? Кто или что сформировало твое сознание, твой разум, твою способность делать выбор? — она кивнула на Ивана. — Вон Ваню спроси, он в этом деле большой специалист.

— В каком деле? — насторожилась Кристина.

— Да во всей этой лабуде… Кто мы да что мы… Что нами движет и все такое.

В глазах Кристины загорелся огонек любопытства. Даже заинтригованный Димон подошел ближе.

— Ну и что ты обо всем этом думаешь? — Кристина взглянула на Ваню.

— Возможно, Ната права, — осторожно сказал Иван. — Вообще, есть мнение, что наше сознание не более чем иллюзия. Так что не факт, что мы можем делать свободный выбор.

— Что значит «иллюзия»? — удивилась Кристина.

— То и значит. Некоторые ученые и философы полагают, что сознание и разум — самообман. Нам только кажется, что у нас есть сознание и свобода воли. Мы уже обсуждали это в прошлой игре, когда встретили первого зомби.

При словах «прошлая игра» Кристина нахмурилась.

— Полагаешь, поэтому здесь начался зомбиапокалипсис? Компьютер нам на намекает, что мы и есть зомби?

— Компьютер нам бы мог намекнуть, если бы сам обладал сознанием. Но мы же знаем, что сильный искусственный интеллект еще не создан. И я очень сильно сомневаюсь, что он может случайно появиться в подобной игре.

— Думаешь, за этим кто-то стоит?

Ваня вздохнул:

— Я не знаю.

— А как же подсказки? — неожиданно спросила Юка.

— Какие подсказки? — заинтересовался Димон.

Кристина наморщила лоб, пытаясь вспомнить:

— Ааа… Что-то там было про белого кролика…

Ваня кивнул. Ему в голову пришла неожиданная идея. Он повернулся к Наташе:

— Свяжись с Сэмом. Пусть он спросит отряды, с которыми есть связь. Может быть, им попадался на глаза белый кролик. Впрочем… — добавил он, вспомнив начало истории с зомби, — любой кролик сойдет.

Затрещала рация. Ната вызвала Сэма. Дожидаясь ответа, Ваня стоял и рассматривал карту, на которой были отмечены известные отряды. Все они были разбросаны в разных частях Манхэттена вокруг Центрального парка. Интересно… Где же кроличья нора?

— Командир! — крикнула вдруг Ната, держа возле уха шипящую рацию. — У «Фокстрота» контакт с белым кроликом! Квадрат кило-октоэйт!

Глава 41

На пустынный Нью-Йорк неотвратимо накатывала ночь. Зажатые между небоскребами улицы заливало вязкой непроглядной тьмой. Лишь верхние этажи и острые шпили еще светились в лучах падающего за воображаемый горизонт виртуального солнца.

Плотную тишину разрывал натужный гул колонны машин, несущейся по Пятьдесят девятой улице. Яркий свет ксеноновых фар вырывал из темноты искаженные дикой яростью выцветшие лица, с отчаянным воем бросающиеся под колеса в тщетной попытке утолить ненасытный голод.

— Entrance to the underground parking from Eighty-fourth Street! We are waiting for you there. (Въезд на подземную парковку со стороны Восемьдесят четвертой! Ждем вас там), — прохрипела черная рация.

— Got it! See you guys! (Принято! До встречи, парни!) — отозвался в эфире голос Сэма.

Его машина, идущая первой, вильнула, сбив очередного зомби, и резко повернула, на миг осветив фарами позолоченную фигуру всадника, влекомого крылатой Никой.

— Памятник генералу Шерману, — тоном занудного экскурсовода прокомментировала Кристи, сидящая за Ваниной спиной.

— Это который танк? — уточнила Ната, вцепившись в подголовник переднего кресла.

— Ага.

— Да… Танк бы нам сейчас не помешал.

Через несколько минут они уже подъезжали к музею Метрополитен. Ваня замедлил ход. Девушки прильнули к окнам, пытаясь в темноте разглядеть указанный «Фокстротом» ориентир.

На фасаде музея колыхался на ветру огромный баннер. Temporary exhibition: The Birth of Tragedy from the Spirit of Music. The misunderstood genius of Friedrich Nietzsche. (Временная выставка: Рождение трагедии из духа музыки. Непонятый гений Фридриха Ницше).

Юка, сидевшая на первом сиденье рядом с Ваней, прищурилась, всматриваясь в изображение усатого философа на фоне нотной партитуры.

— До чего же на нашего Горького похож!

Кристи недоуменно потерла глаза:

— Ну и где этот долбаный кролик?!

Девушки притихли, разглядывая плакат.

Наконец Катя крикнула:

— Ага! Вот же он!

— Где? Я не вижу!

— Вон смотри. В нижнем ряду. Где перечислены спонсоры.

Ната фыркнула:

— Ты имеешь ввиду логотип «Плейбоя»?

— Ну да.

— Это бред! Мы что, сюда прорывались ради какого-то пошлого логотипа?!

В салоне повисло молчание.

Кристи пнула спинку сиденья водителя:

— Рули давай! Не тормози! Там разберемся.

Ваня прибавил газу, и машина поехала вдоль длинного фасада, серого в вечернем сумраке.

…

Повиляв по подземной парковке, погруженной в кромешную тьму, они уперлись в баррикаду из припаркованных вплотную машин. Свет фар, отразившись в оружейной оптике, вырвал из мрака перекошенные в напряженном ожидании лица. Перед баррикадой уже стояло несколько машин с открытыми дверями.

— Shit! Turn off the light!

Ваня торопливо выключил фары.

Густую тьму разрывали несколько лучей тактических фонариков.

— Пошли!

Они одновременно распахнули двери и окунулись в тяжелый непроглядный мрак, наполненный рычанием, вздохами и стонами. Позади со стороны въезда слышался скрежет, шуршание и топот.

— They are coming! Faster! Faster! (Они идут! Быстрее! Быстрее!)

Ваня подскочил к помятому капоту черной теслы и помог девушкам перебраться через завал. В спину им дышали Димон со своими бойцами.

Кристи начала перекличку:

— «Альфа», «Браво», «Чарли», «Дельта», «Эхо», «Фокстрот», «Индия» — на месте. От «Гольфа» информации не поступало…

В луче фонаря появилось зубастая пасть.

— Fire! Fire! — завопил незнакомый паренек в костюме супермена.

Гараж наполнился грохотом и вонью.

Ваня выстрелил в зомбака, пытавшегося протиснуться между электрохаммером и теслой. За спиной мертвеца колыхалась зловонная толпа.

— We must retreat! (Нужно отступить!) — Сэм старался перекричать грохот выстрелов. — Go! We will cover you! (Отходите! Мы вас прикроем!)

— Уходим! — крикнул Ваня и дернул за плечо Катю, посылающую пулю за пулей в безостановочно катящуюся волну тел.

Подбежав к тяжелой металлической двери, Ваня открыл ее и заглянул внутрь. Чисто! Он призывно махнул рукой. Первой, держа катану наперевес, забежала Юка, за ней Катя, Кристина и Ната. Затем стали отходить бойцы из других отрядов. Вскоре на небольшой площадке перед лифтом было не протолкнуться.

Последним к двери подбежал Сэм. Ползущий по бетонному полу зомби с перебитыми ногами вцепился ему в голень. Выстрелом в упор Ваня размозжил зомбаку голову и с усилием захлопнул дверь.

Оказавшись в холле перед лифтом, Ваня в изнеможении облокотился о стену. Нужно было перевести дыхание. Десяток фонариков в тесном помещении полном людей рисовал фантасмагорический танец теней на стенах и потолке. Обессилевшие бойцы садились на пол, перезаряжая оружие.

Ваня повернулся к Сэму:

— Как нога? Не прокусил?

Сэм закатал штанину и ощупал свою голень.

— Окей, — выдавил он с видимым облегчением.

— Хорошо, — постарался улыбнуться Иван.

Кристина присела на корточки рядом с ними:

— Ну так что делаем дальше? Зачем мы сюда приперлись?

— Думаю, нам нужно попасть в зал, где организована выставка, реклама которой висит на фасаде. Надеюсь, там есть какая-то подсказка.

К ним подошел темнокожий паренек с открытым подсумком:

— Do you need a stimulant? (Вам нужен стимулятор?) — спросил он, протягивая пару шприцов.

Ваня с Сэмом переглянулись.

— Yes! We do! Thanks bro! — благодарно кивнул Сэм, взял лекарство и передал один шприц Ивану.

После инъекции Ваня привычно прикрыл глаза, прислушиваясь к ощущению силы и радости, разливающимся по телу. Нельзя сидеть на месте. Нужно двигаться.

Командиры других отрядов это отлично понимали.

Димон толкнул Ваню в плечо:

— Ну чо? Идем дальше?

Иван повернулся к Сэму:

— Где находится зал временных выставок?

— Ай донт ноу. Ви кэн посмотрьеть у дженерал энтранс.

— Интересно, тут тоже полно зомби? — задумчиво спросил Димон.

Сэм лишь недоуменно развел руками.

— Ай донт ноу, — повторил он.

Стоящая рядом Кристина огляделась и неожиданно прильнула к Ване:

— Мое предложение все еще в силе… — прошептала она ему на ухо.

Ваня торопливо отстранился.

— Спасибо. Нет, — сказал он твердо и пошел к сидящим на полу девушкам.

Димон проводил его завистливым взглядом.

…

Наконец они решились двигаться дальше. Эхо шагов разносилось по огромным залам, погруженным во мрак.

— Тут экспозиция Древнего Египта, — заметила Кристина. Несмотря на негодующие взгляды Кати она старалась держаться возле Ивана.

— Только мумий нам не хватало! — нахмурилась Ната.

Идущие впереди бойцы отряда «Индия» сердито зашикали, требуя сохранять тишину. И не зря. За следующей дверью пряталась голодная тварь. Юка бросилась к ней, замахнувшись катаной, но уже грохнул дробовик. Голова зомби лопнула, как гнилой арбуз. Эхо выстрела покатилось по пустому музею. Ответом ему стал голодный вой и глухое злобное рычание, несущиеся со всех концов.

— Shit! — выругался Сэм.

Командир «Индии» влепил чернокожему пареньку, держащему в дрожащих руках дробовик, смачную оплеуху. Но было поздно. Послышались торопливые шаркающие шаги.

— Go! Go! — Крикнул Сэм и бросился бежать.

Затрещали автоматы, и двое зомби в форменной одежде музейных смотрителей упали на пол.

Бойцы побежали вперед, с грохотом врываясь в очередной зал. Отряд Димона, движущийся последним, торопливо запирал двери, в которые тут же начинали ломиться идущие по следу зомбаки.

Наконец они добрались до центрального входа. Кристина с Сэмом схватили со стойки рекламную брошюру. Щурясь в слепящем свете фонарика, они вырывали друг у друга бумагу, торопясь понять, куда нужно двигаться дальше.

— Я знаю! — крикнула Кристина. — Это греческие залы. Нам налево!

Пока они выясняли маршрут, остальные бойцы напряженно озирались по сторонам.

— I never thought I'd end up in a museum. (Никогда не думал, что окажусь в музее), — пробормотал чернокожий паренек и посветил фонариком в сторону входа.

Прыгающий луч фонаря вырвал из темноты искаженные голодной злобой лица, прильнувшие к стеклянным дверям.

— What the hell! — взвизгнул он, подскочив от неожиданности и испуга.

Зомби за дверью начали биться о стекло.

Димон схватил паренька за шкирку и потащил за собой:

— Давай быстрее! Двигай!

Позади раздался звон.

— Бегом! Run! Run!

Они опять рванули вперед.

При виде темного силуэта Ваня невольно поднял автомат, но тут же ощутил успокаивающее прикосновение. Катя держала его запястье.

— Это просто статуя, — выдохнула она.

Точно! Ваня пригляделся. Вон еще статуя и еще. Диана с обнаженной грудью и торс греческого атлета. Эх… Погулять бы здесь пару часов.

Сзади раздался вопль.

— They are here! They are here! (Они здесь! Они здесь!)

Кристи дернула его за руку:

— Бежим! За мной!

Промчавшись по залу, уставленному статуями, они повернули за угол.

— Вот черт! Здесь даже дверей нет! — выругалась Ната, окинув взглядом выставочное пространство.

Кристина потянула Ваню в центр зала к большой стеклянной витрине.

За их спинами под руководством Сэма бойцы подтаскивали ко входу большую мраморную плиту с античного саркофага.

— Шмок! — выругалась Кристина. — Я ничего не вижу! Ни чудо-лекарства, ни супероружия. Вообще ничего! Одни долбаные книги! Что это за хрень! — она с отчаянием пнула пластиковый стенд с портретом усатого философа.

Ваня успокаивающе поднял руку. Он светил фонариком сквозь стекло, пытаясь разглядеть выставленную книгу.

— Так… «Die Geburt der Tragödie aus dem Geiste der Musik». Издательство 1872 года.

— Ну и что?!

Ната с Катей подошли к Ване. Юка стояла неподалеку, держа катану наготове.

— На русском языке работа называется «Рождение трагедии из духа музыки».

— И что с того?

— Думаю, это и есть подсказка. Так…

Он наклонился над открытой книгой и прочел, сначала про себя, а потом торопливо перевел вслух на русский:

«Чем является музыка в зеркале образности и понятий? Она является как воля… как противоположность эстетическому, чисто созерцательному, безвольному настроению… музыка является — как воля. Ибо для выражения её явления в образах, лирик пользуется всеми движениями страсти — от шёпота симпатии до раскатов безумия. Стремясь инстинктивно выразить музыку в аполлонических символах, он представляет себе всю природу и себя в ней лишь как вечную волю, вожделение, стремление».

— Полная белиберда! — подытожила Кристина.

Ваня выпрямился и задумчиво почесал затылок.

Бойцы продолжали строить баррикаду у входа.

Сэм с любопытством подошел к ним. Остальные командиры тоже косились в их сторону.

Ваня размышлял вслух:

— Так… Эта книга написана во многом под влиянием дружбы Ницше с Рихардом Вагнером. Ницше считал рождение античной философии величайшей ошибкой, погубившей свободный греческий дух. Сократ, по его мнению, совершил чудовищное преступление, открыв ящик Пандоры в виде рационализма — мышления мелких лавочников и черни. Ослепленные жаждой наживы, они предают свою сущность, предают греческий миф, выраженный в высокой античной трагедии. Вся эта безмерная псевдолюбознательность, ненасытная лихорадка поиска, бездомное скитание, жадное стремление протолкаться к чужим столам, легкомысленное обожествление современности или тупое, безразличное отвращение от всего…

— Ты намекаешь на этих? — уточнила Кристина, многозначительно кивнув в сторону импровизированной баррикады, откуда уже доносился голодный рев.

— Я ни на что не намекаю, — отрезал Иван. — Я лишь пытаюсь восстановить ход мыслей Ницше и, возможно, автора этого квеста.

— Ну и что? При чем тут музыка?

— Ооо! — усмехнулся Ваня. — Музыке здесь отведена центральная роль. Именно она является воплощением могучего духа греческой трагедии. Безмерной, невыразимой скорбью пронзающей человека до самой глубины и одновременно облагораживающей его. Именно в этом и заключалась идея Вагнера и Ницше. Эстетика порождает этику. Обыватель приходит в оперу, слушает цикл «Кольцо Нибелунга» — там суммарно часов пятнадцать музыки — и духовно перерождается. Становится буквально новым человеком — возвышенным и прекрасным, с чистой душой и благородным сердцем.

— Подожди, — скептически фыркнула Ната. — Я, кажется, слушала эту нудятину про Нибелунгов. Там же последняя часть называется «Гибель богов». При чем тут духовное перерождение?

— Ну так это самое логичное и естественное, — усмехнулся Ваня. — Что-то кончается, что-то начинается. За гибелью неизбежно следует новое рождение. Рождение богов. Точнее, сами люди и станут подобны ушедшим богам и даже превзойдут их.

— То есть искусство спасет мир? — уточнила Ната.

— Как всегда! — улыбнулся Ваня.

— Короче! — не выдержала Кристи. — Я ничего не поняла! Что делать-то нужно?

Ваня подошел к следующей витрине и с трудом сдержал самодовольную улыбку.

— Ну, что я говорил? — спросил он, указав на нотную тетрадь.

— А это что? — нахмурилась Кристина.

Иван наклонился, читая мелкий текст.

— Рихард Штраус. «Так говорил Заратустра». Упрощенная партитура для фортепианного квартета и барабана.

— Твою ж налево! — выругалась Ната, прикрыв ладонью глаза.

Глава 42

«Горе! Приближается время, когда человек не родит больше звезды. Горе! Приближается время самого презренного человека, который уже не может презирать самого себя.

Смотрите! Я показываю вам последнего человека.

„Что такое любовь? Что такое творение? Устремление? Что такое звезда?“ — так вопрошает последний человек и моргает.

Земля стала маленькой, и по ней прыгает последний человек, делающий все маленьким. Его род неистребим, как земляная блоха; последний человек живет дольше всех.

„Счастье найдено нами“, — говорят последние люди, и моргают.

Они покинули страны, где было холодно жить: ибо им необходимо тепло. Также любят они соседа и жмутся к нему: ибо им необходимо тепло.

Захворать или быть недоверчивым считается у них грехом: ибо ходят они осмотрительно. Одни безумцы еще спотыкаются о камни или о людей!

От времени до времени немного яду: это вызывает приятные сны. А в конце побольше яду, чтобы приятно умереть.

Они еще трудятся, ибо труд — развлечение. Но они заботятся, чтобы развлечение не утомляло их.

Не будет более ни бедных, ни богатых: то и другое слишком хлопотно. И кто захотел бы еще управлять? И кто повиноваться? То и другое слишком хлопотно.

Нет пастуха, одно лишь стадо! Каждый желает равенства, все равны: кто чувствует иначе, тот добровольно идет в сумасшедший дом.

„Прежде весь мир был сумасшедший“, — говорят самые умные из них, и моргают.

Все умны и знают все, что было; так что можно смеяться без конца. Они еще ссорятся, но скоро мирятся — иначе это расстраивало бы желудок.

У них есть свое удовольствьице для дня и свое удовольствьице для ночи; но здоровье — выше всего.

„Счастье найдено нами“, — говорят последние люди, и моргают…»

Мелкий текст с трудом читался сквозь запыленное стекло, покрытое бликами. Ваня хмурился, с трудом подбирая слова.

— И чо это за хрень? — спросил Димон и непроизвольно моргнул.

— Так говорил Заратустра, — пожал плечами Иван.

— Это типа мы — последние люди? Страдаем фигней и моргаем?

— Все вопросы к Ницше, — усмехнулся Ваня.

— Но вообще, что-то в этом есть… — Димон озадаченно почесал макушку.

— А может, это про зомбаков? — задумчиво спросила Катя. — Последние люди — очень символично. А я еще удивлялась, почему они постоянно моргают…

— Хватит болтать! — устало выдохнула Ната. — У меня всего две обоймы осталось. Что будем делать?

— Звучит, конечно, бредово, но я так поняла, нужно где-то Штрауса сыграть? — уточнила Кристина.

— Похоже на то, — вздохнул Иван.

Кристина разглядывала партитуру:

— Фортепианный квартет и барабан… Полная шиза. Где нам музыкантов взять, где инструменты? Да и вообще, где играть? И что в итоге произойдет?

— Ты-то чего переживаешь? — хмыкнула Ната. — Ты же можешь в любой момент выйти.

— И отдать вам очередную секретную пушку? Хренушки!

— Значит, будешь играть на барабане! — похлопал ее по плечу Димон.

Кристина с негодованием сбросила его руку.

— Еще раз меня коснешься — сломаю!

Димон обезаружиающе поднял ладони и отступил.

Последний раз смерив его взглядом, Кристина вздохнула и призналась:

— Я на скрипке играла в хайскул. И в колледже… немного.

— А я думала, ты из Одессы, — удивилась Катя.

— Ну да. Там всех детей на скрипке играть заставляют. А потом мы сюда переехали, и понеслось…

— Отлично! Двое музыкантов уже есть! — улыбнулся Ваня. — Нужно расспросить других игроков.

Сэм, стоящий неподалеку и напряженно вслушивающийся в разговор, кивнул и направился к сидящим в углу возле стены бойцам «Фокстрота».

Ваня с Катей подошли ко входу, перегороженному большой мраморной надгробной плитой. Ее подпирали пара древних статуй и несколько скамеек. Сквозь щели между плитой и стеной высовывались почерневшие сухие пальцы и скребли полированную мраморную поверхность. Четверо бойцов напряженно следили за попытками нескольких зомби протиснуться внутрь. Но импровизированная баррикада пока держалась.

— Как будем уходить? — озадаченно спросила Катя.

— Мне кажется, я видел еще одну дверь в противоположном конце зала.

Катя кивнула и неожиданно прильнула к Ивану:

— У нас ведь все получится? Правда? Я как вспомню того вампира и зомби, всë тело болеть начинает. Не хочу, чтобы меня сожрали заживо!

Катю передернуло. Ваня под завистливыми взглядами обнял ее за плечи и поцеловал в лоб.

— Все будет хорошо. Я не дам вас в обиду.

До них донесся раздраженный крик.

— It is fuking bullshit! You are crazy! (Это гребаное дерьмо! А ты псих!) — долговязый веснушчатый паренек с калашом в руках брызжа слюной кричал в лицо Сэму.

Они подошли ближе.

— В чем дело? — спросил Ваня у хмурой Кристины.

— Это командир отряда «Эхо», и ему явно не нравится наш… гхм… твой план, — объяснила Кристина. — Он говорит, что напротив нас, через парк, находится двадцатый участок Полиции Нью-Йорка. Он уверен, что там достаточно оружия и боеприпасов, чтобы справится с любым количеством зомбаков.

— А остальные?

— Его отряд хочет пойти с ним.

Ваня вздохнул:

— Мы же не можем их удержать.

— Но у них есть ударник.

— Что?

— Тот темнокожий паренек. Он в хайскул играет на ударных в школьном бэнде.

К ним подошли Юка с Наташей, привлеченные криками.

— Что происходит? — Ната с тревогой смотрела на хмурого Ваню.

— Похоже, в наших рядах раскол. Некоторым мой план кажется безумным.

— Ты хочешь сказать не «некоторым», а «всем»? — фыркнула Ната.

— Ты тоже так думаешь?

— Разумеется! Ничего бредовее я в жизни не слышала!

— Чего же ты не идешь с ними? — насупился Иван.

— Потому что ты наш командир, — усмехнулась Ната и пихнула его в плечо. — Не боись! Если надо, я и одна сыграю!

— Но ведь тут ясно написано, что нужен фортепианный квартет!

— Пофиг! Это всё настолько безумно, что я не верю, что есть хоть какая-то разница.

— А мне кажется, разница есть, — вступила в разговор Юка. — Система явно толкает нас к кооперации.

— Угу. Операция-кооперация. Хорошо бы хотя б примерно понять, на чем играть и где…

Сэм, исподлобья следивший за сборами команды «Эхо», обернулся:

— Ай хэв ан айдиа.

— Какую идею?

— Ви говориль про вайт раббит.

— Ну?

— Эт фёрст я думаль ит воз фром зе Матрикс муви.

Ната насмешливо фыркнула, но Сэм не обратил внимания на ее усмешку:

— Йес. Я понималь твой сарказм. Я вспомнить. Эктюалли ит воз фром зе бук.

— Ага. Фром зе бук, — поддакнула Наташа. — И в Матрице тоже фром зе бук.

— Йе, ай гот ит. Поньяль… — поправился Сэм.

— Блин, как-то хреново вас в вашем Вест Пойнте учили…

Сэм лишь развел руками:

— As the saying is: что ест, то ест.

— Прямо как зомби, — усмехнулась Ната.

Но Ваня осуждающе посмотрел на нее:

— Оставь Сэма в покое. Что ты к нему привязалась?

Ната извиняющеся подняла ладони:

— Сорри, май френд. Без обид.

Сэм лишь отмахнулся:

— Со… эз ай сейд, ит сиимс я зналь, куда нам нужно гоу.

— И куда гоу?

— Тут рьядом. Фор ор файв хандред… эээ… четырьеста ярдс. Там есть скальпчер. Элис ин Вондерлэнд.

— Алиса в стране чудес?

— Йес.

Ваня посмотрел на Наташу.

— Прямо в парке? — уточнила Юка.

— Йес.

— Полагаешь, там есть рояль?

— Я не знать экзектли, бат ай хоуп.

Они разочарованно смотрели на сборы отряда «Эхо». Бойцы «Фокстрота» переглянулись. Двое из них подошли к командиру «Эха» и принялись о чем-то говорить.

Ната покосилась на Кристину:

— Останови их… или хотя бы барабанщика.

— Что я, по-твоему, должна сделать?! — возмутилась Кристи.

— Ну, ты же у нас профи убеждения, — прищурилась Ната.

Кристина скривилась:

— На что ты намекаешь? Это женская солидарность настоящей феминистки?

— Ты бы лучше вспомнила о женской солидарности, когда угрожала натравить на нас своих молодцев! — Ната с презрением кивнула на Сэма.

Ваня тяжело вздохнул и выразительно посмотрел на Нату:

— Боец Белова! Отставить разговорчики! Проверить обеспеченность боеприпасами всех бойцов!

— Как скажешь, командир, — хмуро проворчала Ната и отошла.

Ваня повернулся к Кристине:

— Поможешь с переводом? Мой английский не настолько хорош.

— Без проблем.

Иван вышел в центр зала:

— Ребята! Две минуты! Послушайте меня, пожалуйста… — он повернулся к Кристине.

Тряхнув головой, она убрала за ухо выбившуюся черную прядь и перевела:

— Guys! Two minutes! Please listen to him!

Все взгляды обратились на Ваню. Бойцы из «Эхо» переглянулись и нехотя прекратили собирать рюкзаки. Воцарилась тишина.

— Задумайтесь на секунду, чего вы хотите? Ради чего все это? Зачем вы пришли в эту игру? Да и вообще, зачем мы пришли в этот мир? Почему остаемся здесь и страдаем, несмотря на то что в любой момент можем уйти? Быть может, потому, что не хотим, не умеем сдаваться и отступать, даже когда борьба безнадежна? Мы привыкли убивать и умирать. По сути, мы занимаемся здесь лишь умиранием и смертью. Я уверен, что все мы оказались в этой игре не случайно. У каждого из вас был свой путь сюда. Я не знаю, Кто или Что стоит за всем этим. Но знаю, что разгадка существует. Каждый из нас пришел сюда своей дорогой, в одиночку, но здесь мы научились действовать вместе, сообща, как единое целое, вопреки разногласиям и вражде. Мы вступили на территорию чего-то нового и неизведанного. И я уверен, что нам стоит пройти этот путь вместе до конца и узнать, что нас ждет в конце кроличьей норы.

Ваня умолк, вслушиваясь, как Кристина неторопливо и торжественно пересказывает его слова. Насколько он мог понять, ее перевод был достаточно точен. И похоже, им обоим удалось подобрать правильные слова и взять нужный тон.

По рядам бойцов прокатилась волна энтузиазма. Они зашептались, переглядываясь и подталкивая друг друга. Бойцы «Эха» обступили своего командира и начали совещаться.

Ната хлопнула Ваню по плечу, Юка ободряюще кивнула, а Катя улыбнулась. Ваню чуть отпустило, но нельзя было терять время. Он повернулся к Кристине:

— Опроси всех. Нужно найти играющих на альте и виолончели. Как думаешь, это реально?

Кристина пожала плечами:

— Не знаю… Но ты недооцениваешь американские школы. Здесь в миддл и хай скул очень серьезно относятся к музыке. В каждой нормальной школе свой хор, бенд и даже оркестр человек на пятьдесят. Так что шансы есть.

И шанс действительно был. Вскоре перед Ваней помимо темнокожего барабанщика топтался здоровенный детина с детским лицом и худощавый азиатский паренек. Они соредоточенно листали нотные тетради, изредка бросая заинтересованные взгляды на стоящую рядом Нату.

Пока музыканты планировали выступление, Ваня собрал командиров всех отрядов. Они начали обсуждать маршрут и порядок движения. Нужно было преодолеть всего четыреста метров. Но как это сделать по кишащему зомбаками парку? К счастью, в задней части выставочного зала была еще одна дверь. Судя по плану музея, за дверью начиналась галерея итальянской скульптуры эпохи Возрождения, в конце которой был выход в парк.

Этот отрезок пути не вызвал особых вопросов. А вот дальше будет сложнее.

— Может, попробовать вернуться в гараж? — предложил Димон. — Проедемся на тачках.

Кристина перевела его предложение и с сомнением прищурилась:

— Как мы попадем в гараж? Старым путем уже не пройти. Будем блуждать по музею? И не забывай, что творилось на парковке! Там все кишело зомбаками. А если идти через улицу, то выходит нужно пройти те же четыреста метров.

— Yes, — поддакнул Сэм. — More over, звук привлекать еще больше зомби… Ногами ми ходить вери квайт.

— Других вариантов нет, — подвел итог Ваня. — Пойдем через парк. Все согласны?

Командиры отрядов закивали.

— Отлично! Тогда проверяем снаряжение и боеприпасы. Выходим через пять минут.

….

Сквозь стеклянный купол галереи Возрождения лился холодный свет полной луны. Бойцы осторожно крались вдоль галереи, где, подобные мертвецам, в полной тишине стояли бледные мраморные статуи.

Вдруг Димон, возглавляющий отряд, предостерегающе поднял руку. Идущие впереди бойцы испуганно остановились. Ваня сделал несколько шагов и тоже замер. По его спине невольно побежали мурашки. За стеклянной стеной, отгораживающей парк, шевелилась безмолвная толпа. Можно было разглядеть белки глаз и гнилые лязгающие зубы прильнывших к стеклу зомбаков. Хорошо, что зомби пока не разглядели окутанных темнотой людей.

— Отходим! — зашипел Димон, пятясь назад.

Стоящий рядом с Ваней темнокожий паренек испуганно отпрянул и толкнул стоящий за его спиной постамент с мраморнойю вазой. Она качнулась. Ваня судорожно протянул руку в тщетной попытке остановить падение. Но не успел…

Со звонким грохотом ваза лопнула, разлетившись мериардами мраморных брызг. Толпа зомби ожила, тяжело выдохнула и подалась вперед. Захрустело проламываемое стекло, и твари стоящие в первых рядах грохнулись на пол под напором толпы голодных товарищей. По их распростертым телам уже карабкались новые монстры.

— It looks like Black Friday… — невольно прошептал паренек, завороженно глядящий на текущую сквозь разбитую стену толпу.

— Fire!!! — завопила Кристина, и галерея наполнилась грохотом и огнем.

— Run! Run! — заорал Сэм, увлекая за собой отступающих товарищей.

Он дернул какую-то дверь, за которой оказалась лестница, и понесся наверх, перепрыгивая через ступени. Непрерывно паля по бегущим зомбакам, отряд Димона дал время остальным укрыться на лестнице..

— Уходите! — крикнул Ваня, придерживая дверь. — Бегом сюда! Мы вас прикроем!

Бойцы Димона побежали к Ивану. Автомат ефрейтора сделал последний выстрел и замолчал. В тот же миг две твари вцепились в него. Стоящая рядом с Ваней Юка бросилась к ефрейтору. Сверкнула катана и головы зомбаков покатились по мраморному полу.

Димон поднялся, с ужасом глядя на прокушенную ладонь. Разрубив еще двоих зомбаков, Юка обернулась и увидела испуганно-обреченный взгляд ефрейтора. Она не медлила ни секунду. Еще один взмах катаны — и отрубленная по локоть рука Димона упала на пол.

— Ааа! — завопил он.

Ваня прыгнул к нему. Бойцы «Дельты» бросились следом, отстреливая лезущих к Димону зомбаков.

Кровь хлестала из обрубленной культи. Димон мычал, забывшись от боли. Ваня торопливо нагнулся и кряхтя поднял ничего не соображающего ефрейтора на плечо.

Через десять секунд они уже были за дверью. Катя склонилась над Димоном, перетягивая культю импровизированным жгутом. Ната, присев на корточки, уколола стимулятор.

Димон прикрыл глаза и застонал. Ваня сел на пол рядом с ним, упершись спиной в запертую дверь, из-за которой доносился голодный рев. Наконец-то можно перевести дух…

…

— Это выход на крышу, — объясняла Кристина. — Там находится The MET roof garden bar.

— Настоящий бар? — уточнила Ната.

— Да, — кивнула Кристина. — Моё любимое место в этом музее. Оттуда открывается шикарный вид на парк. Но сейчас мы здесь в ловушке. Боюсь, выхода отсюда нет.

Вдруг ожила рация, прикрепленная клипсой к Ваниному карману.

— Go upstairs! Здьесь ест кое-чем интересно!

— Ты как? — спросил Ваня у ефрейтора.

Тот разлепил глаза и кивнул:

— Уже лучше…

Ваня протянул ему руку. Неловко выставив культю, Димон поднялся и посмотрел на стоящую рядом Юку.

— Спасибо.

Она улыбнулась:

— Всегда пожалуйста!

— Ладно. Пойдемте наверх.

…

Кристина была права: с крыши действительно открывался потрясающий вид. Ване показалось, что луна в вирте светит гораздо ярче, чем в реале. Весь город словно светился сказочным светом. Луна отражалась в зеркальных окнах сотен небоскребов, окружающих парк. Бездонное небо было усеяно звездами. Но эту прекрасную картину портили зловещее рычание и вой.

Иван подошел к Сэму:

— И что вы нашли?

— Я думать, это есть уан море хинт фор ас, — ухмыльнулся Сэм и указал на четыре странных приспособления, закрепленных на краю крыши. Они походили на пулеметы или на пушки, заряженные гарпунами, к концу которых крепились прочный синтетические тросы.

— Что это?

— Это штурмовые пневморужья американского спецназа, — пояснила Кристина. — Используются для заброски тросов на удаленный объект.

— То есть мы сможем спуститься по этим штукам, обойдя зомбаков?

— Думаю, да. К счастью, они нацелены как раз в нужную нам сторону.

Ваня улыбнулся:

— Какое совпадение!

Катя склонилась над одним из ружей, выбирая цель, куда можно выстрелить гарпуном.

— That big oak will do, — сказал Сэм, указав на развесистое дерево, смутно виднеющееся в мутном сумраке.

— Окей! — кивнула Катя и нажала на спуск.

Глухо хлопнул пневмопаторон. И гарпун со свистом умчался в темноту, увлекая за собой тонкий канат.

— Есть!

Вскоре в темноту убегали все четыре троса.

Первым вызвался идти Сэм с двумя своими молчаливыми товарищами. Юка решила присоединиться к ним.

Она спрятала катану в ножны, взяла автомат, перекинула его ремень через трос и приготовилась к спуску.

— Осторожнее! — не удержался от напутствия Ваня. — Ты сильно разгонишься. Постараться затормозить ногами.

Юка улыбнулась и ничего не ответила, лишь покрепче ухватилась за автоматный ремень.

— Let's go! — скомандовал Сэм и первым скользнул в ночную темноту.

…

Десантирование проходило организованно и спокойно.

Один за другим игроки подходили к тросу и слетали вниз.

Уже спустившиеся бойцы страховали своих товарищей, не давая им с разгону врезаться в деревья.

Сложнее всего оказалось обеспечить спуск раненому Димону. Для него из нескольких ремней соорудили страховочную обвязку. Но все обошлось, и он благополучно спустился на землю.

Ваня уходил последним. Он несколько раз обернул автоматный ремень вокруг ладони, перекинул его через трос и, ухватившись за другой конец, перелез через загородку. Перед его глазами шевелилась толпа зомби, плотно окруживших музей. Интересно, сколько этим зомбакам понадобится времени, чтобы добраться до музыкального квартета? Пара минут? Может, этого хватит… Хотя в парке наверняка бродят еще сотни голодных тварей. Но все же несколько минут объединенный отряд сможет выдержать. Самый большой вопрос в том, что случится потом… Ваня оттолкнулся ногами и быстро заскользил по дрожащему канату.

…

Юка шла впереди, держа наготове клинок. Она уже зарубила несколько зомби. Причем ей удалось сделать это почти беззвучно. Так что пока удавалось не привлекать к себе лишнего внимания.

Несколько напряженных минут блуждания в тени деревьев, и вот наконец впереди показалась какая-то громоздкая конструкция. Через несколько секунд они вышли на небольшую круглую площадку, в центре которой возвышалась скульптурная композиция, плохо различимая в темноте. Рядом с ней, в лучших литературных традициях, стоял белый рояль, на крышке которого лежали альт, скрипка и виолончель. А сбоку от него стояло несколько больших барабанов и медные тарелки. Вокруг было расставлено четыре нотных пюпитра.

Музыканты переглянулись и подошли к своим инструментам. Бойцы заняли круговую оборону.

— Надеюсь, на этот раз одежду можно не снимать… — проворчала Ната, поднимая крышку рояля.

Ее товарищи торопливо укрепляли фонарики над нотами.

Она посмотрел на квартет:

— Are you ready?

Утвердительный шепот в ответ.

Бойцы, плотной стеной окружившие музыкантов, подняли оружие.

— Ну, начали… — сказала Ната и опустила пальцы на клавиши рояля.

Как и в прошлый раз, звук инструмента оказался ошеломительным и оглушающим.

Заратустра Штрауса не говорил, а кричал. Ровный гул первых аккордов нарастал с каждой секундой увеличивая громкость и напор.

Вдалеке раздался рев. Казалось, что от топота тысяч ног задрожала земля.

— Пипец… — прохрипел Димон, когда из-за деревьев показалась первая волна зомбаков.

Загрохотали выстрелы.

Но музыкальный гром все нарастал и нарастал. И даже пальба не могла заглушить торжественные звуки.

Вот к квартету присоединился барабан:

— Па-бам! Па-бам! Па-бам! — грохотал он, перекрывая рев голодных монстров и отчаянную пальбу.

Звук поднимался все выше и выше. Тяжелое торжество мелодии каким-то странным образом гармонировало с безумной картиной атаки голодных мертвецов.

Еще один аккорд. И еще один. Пальцы Наташи отчаянно били по клавишам рояля.

Ваня стрелял и стрелял, невольно захваченный кровавым безумием. Было жутко и восхитительно. К счастью, мелодия оказалась короткой.

Ната не торопилась. Несмотря на рвущихся к ней зомбаков, она ни разу не сфальшивила и не сбилась с темпа. Еще несколько секунд, и наконец раздался финальный аккорд.

После грохота музыки и боя, над Центральным Парком, да и над всем Манхеттеном повисла тишина. Казалось, что все замерло и застыло. Даже ветер, даже листья на деревьях замерли, наслаждаясь тишиной. И вдруг словно легкая голубая волна прокатилась по рядам зомбаков, плотно обступивших отчаянно сражающихся бойцов, и все зомби разом рухнули на землю.

Победа? Неужели это победа? Ваня не мог поверить глазам.

Он смотрел на упавшего возле его ног монстра, который только что пытался вцепиться ему в горло. Зомби замер. По телу мертвеца прошла дрожь, и вдруг он открыл глаза. Ваня судорожно поднял автомат и застыл. Он встретил разумный, осознанный взгляд. Неощутимый миг — и вдруг оказалось, что возле Ивана лежит не разлагающийся труп, а испуганный светловолосый паренек. Он удивленно хлопнул глазами, растерянно ощупал свое тело и поднялся.

Все зомби вокруг зашевелились и начали вставать с земли. Но это были уже не голодные безумные твари, а обычные парни. Они изумленно озирались, пытаясь понять, где они оказались и что происходит вокруг.

— What is a fuck? — пробормотал блондин и вопросительно посмотрел на Ваню. — I just died in the game. But where am I now? (Я только что умер в игре. Но где я сейчас?)

Ваня развел руками:

— This is New York, dude!

— Really? Cool… But I still don't understand what's going on. (В самом деле? Клево… Но я все еще не понимаю, что происходит.)

Ваня вздохнул:

— Me too, bro. Me too.

Иван поднял голову и ошеломленно замер.

В бездонном ночном небе над Манхэттеном горело и переливалось всеми оттенками зеленого, голубого и фиолетового полярное сияние.

Зомби вокруг стремительно превращались в обычных игроков. По удивленным возгласам и крикам Ваня понял, что это обычные игроки, которых убили в одной из сотен тысяч идущих в данный момент партий.

Удивленные и ошеломленные, они стояли, подняв головы к небу, рассматривая удивительную, фантастически красивую картину.

Ната огляделась, подняла руки, и вокруг опять полилась восхитительная музыка. На этот раз она играла лунную сонату Бетховена. Ваня подошел к Нате и коснулся ее спины. Юка с Катей не сговариваясь встали рядом. Юка взяла его за руку, а Катя положила голову ему на плечо.

Они стояли, слушали, как Ната играет на рояле, и смотрели, как в Нью-Йоркском небе расцветают всполохи, рожденные солнечным ветром.

А рядом замерли тысячи игроков со всего мира. Игроков, которые только что убивали друг друга в бесчисленных виртуальных схватках. Но сейчас, забыв обо всем, они просто стояли, смотрели в небо и слушали восхитительную музыку. И их становилось все больше и больше.

Вдруг небо замерло. По нему прошла кривая рябь. И вместо полярного сияния на небе появилась гигантская надпись:

System Error… Reboot…

В следующий миг Ваню окутала темнота. Все его чувства исчезли, кроме странного ощущения в правой руке.

Ваня поднял руку и поднес ее к глазам. В его ладони светился золотистый чип-ключ с изображением белого кролика. Он глубоко вздохнул и устало прикрыл глаза. Вот и конец игре…

Game over.

КОНЕЦ ПЕРВОЙ КНИГИ

Content

Алекс Кимен
РОЯЛЬНИК. Королевская битва. LitRoyal

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Глава 37

Глава 38

Глава 39

Глава 40

Глава 41

Глава 42