Александра Черчень

Любовь зла! Город драконов

Глава 1.

Про амбициозные планы и личные отношения

Я нервно ходила по комнате под внимательным взглядом Жозефина и от избытка чувств прикусывала ноготь на большом пальце.

Нехорошо, конечно, испытывать хоть какое-то воодушевление в этой ситуации, если учесть, что дракончик до сих пор в руках чокнутой старухи. Но сладить с мандражом все равно не получалось.

Приключение!

– М-да, – прокомментировал мои метания кот. – Вот живешь ты с женщиной. Годами живешь! И вдруг узнаешь про нее ТАКОЕ.

– Какое? – растерянно хлопнув ресницами, повернулась я к Жозику.

В свете моих мрачных дум о судьбах мира, приключении, полном опасностей, древних богах и похищенных братьях, эта фраза фамильяра выглядела так же дико, как памятный магистр Цирис в монастыре.

– То, что она грызет ногти!

Я встревоженно покосилась на руку. Потом на животину, которая в свою очередь пялилась на меня крайне осуждающе.

– Успокоилась? – уже более миролюбиво спросил Жоз. – То-то же. А теперь перестань наконец мельтешить. Садись и рассказывай!

Я подошла к столу, на котором и устроился мой белоснежный любимец, села и как на духу выдала:

– Я рада, и мне стыдно. С одной стороны – это такой шанс, что куда там Большим Тинникам с грибным сбытом! Драконы, опасности, бои… А если с умом, то могут быть и недурные деньги…

– О как… но неловко из-за того, что у всего этого такая грустная причина?

– Именно.

– Мне кажется, что такое чувство испытывают все, кто любит битвы. Хотя вряд ли те же орки, которые буквально дышат боями, переживают по этому поводу.

– Ну я же не орк. Я вообще-то девочка, хоть и ведьма.

Дальше подискутировать мы не успели. В дверь решительно постучали. Притом настолько решительно, что не было никаких сомнений – вопрос серьезный!

Бедное древесное полотно аж задрожало! Мы с котом с опаской уставились на него, боясь представить, кто же может так ломиться. На ум приходили лишь только что обсуждаемые орки.

Но нет…

– Леди Тильда, я требую встречи! – раздался высокий, чуть ломающийся голос моего избранного. – Я… я… решительно требую!

Это мы уже поняли.

Я щелкнула пальцами, и засов отодвинулся. Дверь легко распахнулась, явив нам эльфа, который как раз заносил руку с зажатым в нем подсвечником.

– Это зачем?! – вытаращив глаза, я кивнула на канделябр.

Эльфик чуть покраснел и спрятал штуковину за спину.

– Чтобы было более весомо.

Вполне получилось, кстати! Нужно взять на вооружение: если кто-то не понимает простых аргументов, то берем подсвечник и придаем им веса!

Кажется, эта народная эльфийская мудрость пригодится мне в беседах с Таэрлином. Причем лоэру можно засветить в лоб сразу при встрече, чтобы получилось еще более доходчиво.

Эх, думать о невозможном всегда приятно! А избиение высокородного эльфа канделябром ни за что ни про что относится именно к этой области!

Вирни закрыл за собой дверь, осторожно положил несчастный канделябр на тумбу у стены и отчаянно взглянул на меня. В прекрасных голубых глазах отражалось столько боли и решимости, что я даже забеспокоилась!

Он выглядел прямо как в стихах про сливу! Где летишь за облака и такая жизнь у дурака. В общем, словно собрался помирать.

В этот момент Вирниэль медленно, как надломленное дерево, опустился на одно колено, чуть дрогнувшей рукой достал браслет изящной вязи и протянул мне его со словами:

– Леди Тильда Ронберг, будьте моей женой.

Наши с Жозиком челюсти синхронно отпали, и кот осторожно спросил:

– Вирни, мальчик мой… а тебя не били? По голове, например?

– Она болит, но не из-за физических воздействий. – На нас скорбно смотрели прекрасные эльфийские очи, опушенные длиннющими ресницами, которые уже слегка намокли, слипшись в трогательные стрелочки.

Захотелось обнять чадушко, прижать к себе и вручить рогалик, чтобы не плакал. А потом настучать всем, кто обидел!

Кажется, я превращаюсь в Цирилль.

Ужаснувшись, я взяла себя в руки и строго спросила:

– Вирни, ты чего?

– Я должен тебя защитить.

– От чего? – озадаченно поинтересовалась я, всеми силами затыкая хохот внутреннего голоса, который предлагал спросить не “от чего”, а “как?”. Вирни и защита в одном предложении смотрелись диковато.

– Мы собираемся в полное опасностей путешествие, и я должен нести ответственность! – Эльфенок гордо вскинул подбородок, и я испытала даже некоторое восхищение. При всей истеричности Вирни, что несомненно являлась плодом воспитания, сам каркас личности мальчишки был на удивление твердым и внушал уважение.

– А чем наша свадьба поможет? – осторожно уточнила я.

Разве что помру будучи замужем, но по мне это так себе достижение.

– Ну, кроме ответственности, есть еще одна причина. – Эльф нервно прикусил щеку изнутри. – Кольцо отчима. Он тебя просто не выпустит из Эльхима, Тильда.

Прекрасно.

Чудесно-волшебно-потрясающе!

Видимо мое лицо настолько вытянулось, что Вирниэль решил поддержать.

– Не переживай, я все решу!

Я удивленно посмотрела на мальчика и ощутила легкий укол стыда за то, что считала его раньше совсем уж инфантильным эгоистом.

– Ты же сам не хочешь на мне жениться.

Вирни нервно переплел длинные пальцы и судорожно выдохнул, после чего твердо заявил:

– Хочу я того или нет, но ты моя истинная пара. А это значит, что я несу за тебя ответственность. Что касается брака… кажется, у людей говорят “стерпится – слюбится”. А у нас теперь впереди очень много времени, ведь ты будешь жить куда дольше обычного человека, пусть даже и с даром.

Доселе молчащий Жозефин произнес:

– Вот это да! Слушай, пацан, я тебя отныне уважаю!

Бледная кожа парнишки пошла пятнами румянца, и я поняла, что только что нашла единственную вещь, которую Вирниэль делал не идеально. Это, как ни странно, добавило еще больше теплоты по отношению к нему.

Я подошла, обняла своего истинного за щуплые пока еще плечи и сказала:

– Давай так. Во-первых, мы еще никуда не идем. А во-вторых, я попробую решить этот вопрос меньшей кровью. Ну вдруг получится? В конце концов, какая разница Таэрлину, где я живу и куда мне нужно отлучиться…

– Да! – как-то очень фальшиво поддержал меня Жозик.

– Тем более у него развод сейчас! – припомнила я и воодушевленно заявила: – Так что, скорее всего, ему не до меня.

Ох, как же я ошибалась…

* * *

Будь мне лет пятнадцать, я бы просто свалила из дома, махнув рукой на возможные последствия. Ведь с последствиями оно как? Или будут, или нет. Если будут – будем решать…

Но, к сожалению, время быстрых и неоспоримых решений для меня уже миновало. Я даже слегка завидовала Вирни, который был способен на любые подвиги в любой момент. Но нет – следует заранее выяснить, ждут ли меня проблемы при выезде из Лужаек. И устранить их ДО этого самого выезда.

Что следует делать девушке, желающей встретиться с интересующимся ей мужчиной? Правильно, сидеть у окошка и пялиться вдаль в ожидании его визита.

Не мой случай.

Быстрее будет сходить в префектуру и попросить с ним связаться. Тем более что меня там как раз ждут для дачи показаний.

За два дня, минувших со знаменательного подвига моего эльфенка, я успела отдохнуть и подумать, а потому беседа с градоправителем прошла легко и плавно. Понятно, что в моем изложении все произошедшее выглядело чистой случайностью. Наш юный герой совершенно случайно увязался со мной в лавку Вераиль, это случайно совпало с уходом ведьмы по своим делам, я столь же случайно обнаружила в ее столе артефакт… Да-да, именно я, а не Вирни, каюсь, господин градоправитель, не сдержала любопытства! Ну и провела эксперимент, да, а вы бы удержались? Да, знала, что Вераиль проводит опыты на игрушках, вот и заподозрила, что они живые на самом деле. А артефакторика – родовое занятие Ронбергов, вы же наверняка в курсе!

Не то чтобы Хелвирил мне полностью поверил… Но ведь и предъявить было нечего! Подвиг – он и у эльфов подвиг, и у орков, и у кого угодно!

В общем, вынесли нам с Вирниэлем благодарность от лица жителей Лужаек, магического Триумвирата и градоправителя лично. А также уверили, что могу обратиться по любому вопросу в любой момент – хоть сейчас, хоть через сотню лет. Это я запомнила, конечно, но вряд ли Хелвирил сможет избавить меня от протектората главы рода Шиповника. А вот отыскать его – полагаю, без проблем.

– Насколько мне известно, леди Ронберг, вы находитесь под его протекцией, – с плохо скрытым удивлением сообщил градоправитель в ответ на мою просьбу.

О как. Известно, значит…

– Да, – подтвердила я. – Потому и думаю, что должна сообщить ему о своем отъезде лично.

– Но у вас же, несомненно, есть кольцо протектората? – продолжил удивляться Хелвирил.

Понятно. Стало быть, одна из функций этой дряни – связь.

Я развела руками и честно призналась:

– Представления не имею, как его можно использовать.

Прямые брови эльфа взметнулись домиком, но градоправитель быстро взял себя в руки и любезно пояснил, что кольцо следует надеть на палец и просто позвать многоуважаемого лоэра Таэрлина.

– И это все? – не удержалась я. Неплохо! Сижу это я на дереве в лесу, надеваю перстенек – и опа! Несчастный мужик плюхается передо мной, благородным задом на мокрую ветку…

Но насладиться представшей картинкой я не успела.

– Да, – кивнул Хелвирил и тут же понизил градус моего счастья: – Ваш протектор будет знать, что вы нуждаетесь в нем, и навестит вас, как только у него появится время.

Да демоны его побери!

Распрощавшись с градоправителем и уверив его, что пока что ни в каких услугах не нуждаюсь, я отправилась на ту самую лавочку, где не так давно получила вкусное яблочко и червячка к нему в виде красивого перстенечка.

Что-то подсказывало, что Таэрлин явится сразу. А разговаривать с ним в собственном доме – да под чутким присмотром его же пасынка и моей животинки – желания не было. Еще и дракон может прийти…

Зеленый лужок, голубая речка, нежный шелест ясеня за спиной и – о да! – прекрасноликий эльф, вышедший из портала буквально через пять минут после призыва. Идиллия, однако!

Не желая портить идиллию, я ласково посмотрела в изумрудные глаза мерзавца и не менее ласково его приветствовала.

– Я тоже очень рад встрече, Тильда, – красиво улыбнулся Таэрлин и присел рядом. – Яблоко хочешь?

– Спасибо, очень хочу.

– И еще более рад тому, что ты позвала меня сама. Хотя и я намеревался сегодня навестить тебя, дорогая. Лично сообщить о том, что буквально на днях я буду совершенно свободен.

Идеальные губы растянулись еще шире, являя ряд безупречных зубов. Чуть только остреньких…

– Поздравляю вас, – аккуратно сказала я. – Наверное, свобода для вас многое значит.

– Вне сомнений, вне сомнений! – весело отозвался лоэр, протягивая мне огромное краснобокое яблоко. – И очень скоро мы с тобой обсудим наши дальнейшие отношения.

– Вы мне напишите, хорошо? – попросила я, хлопая ресничками. – А лучше даже приезжайте! Полагаю, дядя будет буквально восхищен вашим визитом.

– Да мы с магистром Теолитом виделись не так давно, – протянул Таэрлин, подтверждая мои самые нехорошие подозрения.

Я впилась зубами в яблоко и попыталась насладиться его душистой сладостью. Вкупе с не менее сладким вопросом:

– Ты собралась домой, милая?

Я закивала, проглотила и невинно ответила:

– Да, конечно! Практику мне зачли. Нужно решать, что делать дальше.

– И какие же планы? – по-прежнему сладко осведомился остроухий гад.

– О, сначала я думаю отдохнуть. И как следует подумать.

– Хелвирил даст тебе разрешение пожить в Лужайках еще некоторое время.

– О, благодарю, но я намерена уехать завтра. Да, скорее всего, завтра! Все показания с меня уже сняли, так что…

Зеленые глаза Таэра обрели явный болотный оттенок, и меня аккуратно, двумя пальцами, взяли за подбородок.

Стиснула зубы, но стерпела.

– Нет, девочка моя, пока что ты останешься здесь. Ближайшие дни я буду несколько занят, а у тебя как раз будет время подумать, как ты того и желаешь. Подумать и принять тот факт, что мы с тобой связаны. А поскольку я уже практически разведен, то связь наша должна окрепнуть… обрести новые грани…

– Какие же?

– Очень и очень приятные, милая. Ох, говорить о своих желаниях напрямую, это чистое удовольствие.

– Рада за вас, – неприязненно ответила я, остро сожалея, что теперь у эльфа нет даже призрачных границ в виде его брака.

Ну а Таэрлин добавил еще одну ложку дегтя в бочку все той же дряни.

– К тому же ты, кажется, забыла, что стала жрицей одного не слишком адекватного бога, м-м-м? Или думаешь, что в столице ни он, ни я тебя не найдем?

Да уж в столице, думаю, мне как-нибудь удастся избавиться от вас обоих! Связи дядюшки… Хотя вот сложилось впечатление, что от Таэрлина дядюшка меня вряд ли будет избавлять. Так что нет. В столицу я не поеду.

– Ты никуда не поедешь, – сказал эльф, словно услышав мою последнюю мысль. – Постарайся с этим смириться. Но можешь попытаться, конечно. Из интереса.

Я отодвинулась, и меня не удержали. Зашвырнула надкушенное яблоко как можно дальше и сумела улыбнуться, глядя на самоуверенную рожу эльфа.

– И что же будет, если я попытаюсь?

– Больно не будет, – уверил мерзавец. – Ну разве что чуть-чуть, если станешь биться о возникший лично для тебя барьер.

– И каков радиус… барьера? – поинтересовалась я.

– Луэжел и его окрестности. Примерно пять километров от центральной площади. Погуляй, попробуй. Как надоест можешь меня позвать… лучше темной ночкой!

– Пожалуй, воздержусь, – сказала я, без труда делая скорбное лицо. Хамить, пожалуй, не стоит. Пока что. – Было очень приятно повидаться с вами, лоэр.

– Вот и мне пора откланяться! – возгласил эльф, словно вспомнив что-то важное. – До встречи, Тильда! Скажем, послезавтра? Здесь же, в это время? Или желаешь поужинать в ресторации Эльхима? Ну подумай, подумай, дорогая! Поцелуешь на прощание?

Наклонился ко мне, и я отшатнулась.

– Не настаиваю! – усмехнулся эльф. – До скорой встречи, мой ценный, мой нервный трофей! И учти, я не так терпелив, как мне самому казалось еще совсем недавно.

Хищник и жертва, ну да.

Я изо всех сил сжала кулаки, удерживая рвущуюся на волю магию.

Что же делать?!

Ведь не может такого быть, что сделать ничего нельзя?!

* * *

Итак, что мы имеем?

Вообще-то Хельга Вотс дала мне сутки на решение всех вопросов, и эти сутки истекли минувшим утром. Конечно, я могу пойти сейчас к ней и изложить ситуацию. Так, мол, и так, нахожусь под протекцией высокопоставленного мерзав… лоэра такого-то, а он мне запретил покидать окрестности вашего благословенного городка. И если у вас есть возможность на этого хитроух… благородного господина повлиять, то помогите-спасите, пожалуйста!

Фу.

Просить о помощи – во-первых, позорно, ибо никто меня не заставлял брать проклятущий перстень, чтоб ему провалиться вместе с хозяином. А во-вторых – крайне глупо, потому что бессмысленно. Боюсь, тут и сам король Эльхима ничем не поможет. Разве что дядюшка задействует все свои немалые связи, добьется аудиенции его величества и каким-то образом его уговорит. А король уговорит Таэрлина. Ага.

Дважды фу, Тильда! Даже думать об этом противно!

А тем не менее леди из Триумвирата уверена, что я уже собрала вещички и усаживаюсь на метлу… Поскольку в префектуре я сегодня была и не сказала ей, что мне все-таки нужна работа в Лужайках.

Эх, чтоб это была самая большая моя проблема…

Вот чем хороша моя соседка – всегда есть, что съесть на нервной почве. В большом количестве.

Я жевала один за одним ягодные шарики, сидя на нашей веранде, болтала ножкой и тупо пялилась в стоящее передо мной блюдо. Блюдо медленно, но верно пустело, уже показалось дно. И не было на том дне ни единого варианта, м-да…

– Когда закончишь с пирожными, пожалуйста, не начинай грызть ногти, – посоветовал мне Жозик, разлегшийся на перилах. – А то мало того, что потолстеешь, еще и на руки не взглянуть без слез.

– Вот и славненько, – откликнулась я. – Может, это приглушит бурные чувства некоторых моральных уродов.

– И не уродов тоже, – дополнил кот. – Вон, смотри, какой красивый мужик к нам топает, а ты уже толстая и мармеладом измазанная. Ужас, просто ужас…

Я оторвала взгляд от вкусняшек и без интереса глянула на дорожку. Ну да, так ничего мужик…

Белоснежный камзол не скрывает мощные плечи, светлые кожаные штаны в обтяжку подчеркивают длинные ноги. Вот редко у мужиков встречаются такие стройные, такие безупречные ноги! У эльфов, как по мне, все же нижние конечности слишком тощие. Как у девиц почти… И одеваются они чересчур уж вычурно, тоже не очень-то по-мужски, если честно. Хотя, конечно, о вкусах не спорят. Но будь я законодательницей мод в эльфийском королевстве, поменяла бы многое. Вот – смотрите! – какой чудесный экземпляр! Идеально одет: дорого, шикарно, но прилично, никакой вульгарности в виде рюшечек и кружевных воротничков.

Тут экземпляр подошел совсем близко, и я его наконец узнала.

– О-ох, Дэс! – выдохнула, не сдержавшись. – Вот это ты… дракон!

– Красавец! – озвучил Жозефин проглоченное мной слово. – Хорошо, что Тильда верна мне одному!

Дотянувшись, я дернула котяру за хвост и жестом указала дракону на свободный стул.

– Вовремя пришел! – радостно возвестил Жозик. – Тиль еще не все слопала, поможешь ей!

– Здравствуй, Тильда. – Дракон галантно поклонился и метнул нехороший взгляд на кота. – И тебе кошечек побольше! – пожелал, усаживаясь напротив меня.

– Не жалуюсь, не жалуюсь! – промурчало наглое животное. – Устал даже от женского внимания. А у вас, уважаемый дракон, как с этим вопросом дела обстоят?

– Жоз!

– Просто хочу развеять странную атмосферу, возникшую здесь с визитом красивого мужчины.

– Это какую же? – с угрозой спросила я.

Пушистый поганец перескочил с перил прямо на стол и, цапнув с блюда самый большой из оставшихся шариков, возгласил:

– Печальная ведьма и дракон, настроенный на радужное будущее! Психологическое противоречие, воздух дрожит и полон невидимых молний, у меня аж шерсть поднимается, видите, видите?

Он понюхал пирожное, встопорщил усы и брезгливо вернул его на место.

– Как можно жрать такую гадость, не постигаю… Вот вы не поверите, но эта несчастная даже рыбу мне забыла купить! О женщины! Но не хотелось бы реализации математической аксиомы.

– Это какой? – осторожно спросил Дэс.

– Плюс на минус дает минус, – вздохнул Жозик. – Так что кушайте гадость во избежание печали. Хотя Тильде явно не помогает…

Дракон вздернул брови и уставился на меня своими невероятными глазами.

– А что случилось, Тиль? Вообще-то я пришел подтвердить свое приглашение. Все дела здесь я закончил. Ты идешь со мной?

– То есть ты уже готов, да? – хмуро спросила я. – А почему при таком параде?

– Почему нет? – пожал он плечами. – Я ведь больше не прячусь. Да и устал, если честно, от простецкого вида… Но в дорогу переоденусь!

– Дэс. Я согласна идти с тобой. Только вот… не получится.

Синие зрачки заметно сузились.

– Почему?

– Потому что я не могу покинуть эти демоновы Лужайки, – буркнула я, отвернувшись.

– Таки будет минус… – вздохнул мой котик. – Сделайте что-нибудь, уважаемый дракон! Ну я вас очень прошу! Ну что-нибудь!

– Просто Дэс, ладно? – попросил его дракон. – Тиль? Какие проблемы? Говори, я все решу.

Экая самонадеянность! И как приятно слышать… Вот да, взял бы он и все решил! Например, перекинулся в истинную сущность и сожрал Таэрлина с потрохами! Можно без… Потроха я захороню лично и честно буду рыдать на могилке! От счастья.

Наверное, и кровожадность, и счастье очень четко отразились на моем лице, потому что на драконьем явственно написалось недоумение.

– Да что с тобой такое, ежик? – спросил он, нахмурившись.

– То, что никто мою проблему не решит, Дэс, – сказала я, выхватывая очередную вкусняшку. – Так что давай просто чаю попьем…

Но он не унялся.

– Не стоит сомневаться, – сказал мягко. – Выкладывай. Все устроится как надо, я тебе обещаю. Мне только надо знать, в чем дело.

Никто! Никто и никогда не говорил мне вот так, прямо, твердо: только скажи, и я все сделаю. Разве что отец, но это было так давно…

Я благодарно посмотрела в грозовые глаза и помотала головой.

– К сожалению, Дэс, помочь мне никак нельзя.

– Ой, да что ты тянешь-то за хвост! – с досадой вмешался Жозефин. – Дэс, она под протекторатом. Колечко сдуру взяла у страшно умного эльфа – ну и попалась. Женщина, что ты хочешь! Избавиться-то никак от этого колечка нельзя.

Я заскрипела зубами так, что и кот, и дракон вздрогнули. Дэс уставился на меня, а Жозик только покосился. И продолжил:

– Словом, запретили ей Лужайки покидать, вот и вся проблема. Но да, сдается мне, что нерешаемая. Не абы кто у нашей девочки протектор.

Я ожидала единственно возможного вопроса: кто же? Но нет.

Дракон склонил голову набок и хмыкнул.

– Надо избавиться от колечка? И только? Никакой орды взбешенных орков, которым ты задолжала?

Вот так, да?

– Издевайся дальше, – кивнула я. – Всего лишь колечко лоэра Таэрлина, знаешь такого?

– Да слышал вроде. – Дэс вдруг сладко потянулся и рассмеялся. – Ну что ты, Тиль? Мне без разницы, лоэр он там или кто. Я просто сожгу эту дрянь. Совсем не проблема.

Драконье пламя! Ну конечно!

Я аж рот раскрыла. Вот так – вот так просто?!

От счастья я подскочила и от избытка чувств поцеловала дракона в щеку. Несколько раз, уж очень большой избыток был.

В общем, моя истинная пара, выползшая на веранду, застала меня целующей ужасно представительного мужика, который и не думал сопротивляться. Куда там! Обнял и уже сам поцеловал. Вот только щечками Дэс решил не ограничиваться!

Так что Вирни мы не заметили, пока не услышали трагическое:

– Тильда!!!

Я отпрыгнула от Дэса и схватила в охапку эльфенка.

– Мы не женимся, Вирни! – заявила с восторгом. – Так что не переживай! В жертву приносить себя не придется.

На героя-избавителя, впрочем, смотреть пока остерегалась. Щеки неумолимо полыхали, но думать о его поступке прямо сейчас я отказывалась.

Все в порядке очереди!

– Да?.. – В голубых глазах плескалось удивление и легкое разочарование. Я едва не хихикнула, видимо, эльф, как истинно творческая личность, уже примерил на себя образ героя, и расставаться с ним так вот сразу не хотелось. – Но как тогда?..

– Да. Понимаешь, в жизни каждой женщины существует момент, когда ей очень нужен дракон! А у нас он даже имеется.

– Ты выходишь замуж за дракона?! – ахнул мальчишка.

– Эм…

Я даже оторопела. Хотя мысль-то, надо признать, логичная!

– Нет, ты что!

Жестокая трагедия на лице эльфика сменилась такой же растерянностью.

– Тогда почему…

– Думай, думай! – посоветовал Жозик. – Ну, вторая попытка?

– …ты с ним целовалась?! – закончил Вирни.

– От радости! – пояснила я. – Догадайся, какой?

Все-таки при всех чисто подростковых реакциях соображала моя истинная пара очень быстро.

– Дракон сможет испепелить перстень! – осененно выдал Вирни.

Ты ж моя остроухая умница!

– Но где будем жечь? – деловито поинтересовался он тут же. – Драконье пламя вещь специфическая, нельзя это делать в лесу. Нам нужна каменная площадка. Притом на территории Луэжела.

Я вспомнила доставучую эльфийскую таможню, на которой проторчала несколько часов, благодаря чему, собственно, была вынуждена по темноте ночевать в лесу и обрела невиданное счастье в лице эльфенка.

– А скал тут совсем нет?

– Кажется, нет… – Вирни задумался. – Разве что найти какое-нибудь старое капище… Ну и еще центр города вымощен камнем.

Угу…

Перспективы одна другой краше. Можно устроить огненное представление на главной площади Лужаек или собрать вещички и навестить Тирола-из-Леса. Сказать: «Здравствуй боженька, мы с тобой обязательно обсудим сотрудничество, но сначала бабахнем по капищу огнем!»

Но миг спустя я окончательно осознала, что у меня действительно есть тот, кто способен решить все мои проблемы.

– Меня не хотите спросить, м-м-м? – усмехнулся дракон. – Я тут все леса, можно сказать, хвостом пропахал. Есть каменная площадка, вполне подходящая. Не очень и далеко, кстати. И кстати, Вирни, ты не передумал?

– Нет, я с вами! – испуганно закивал эльфик. Наверняка решил, что дракон передумал.

– Тогда собирайтесь оба. – Дэс глянул на кота и поправился: – Все трое! Кольцо сожжем – и сразу в путь. К границам Эльхима мы должны подходить полностью свободные от обязательств, и я надеюсь, что больше ни у кого их нет. Так?

Все так.

Все так, думала я, лихорадочно закидывая вещи в подпространственный карман. Торопилась, очень не хотелось столкнуться на выходе с Таэрлином, а ведь это вполне возможно! Конечно, он говорил – послезавтра, но совершенно я не удивлюсь визиту в любой момент.

Пользуясь моей бешеной спешкой, Вирни беспрепятственно сунул в мой карман не только свою одежду, но и любимый комодик. Я только рукой махнула и принялась строчить прощальную записку Милане. Спасибо, что Жозефин не настаивает прихватить кровать.

Мелочи это все. Ведь час-другой – или меньше! – и я буду свободна! Свободна от навязанных обязательств! Свободна идти куда захочу!

Вместе с драконом, который меня буквально спас. В его приключение. По следам сумасшедшей ведьмы. В опасное путешествие по делам этого самого дракона…

Но и это, в конце концов, тоже мелочи, правда?

Глава 2

Дом градоправителя Луэжела

Ночь давно опустилась на Эльфийские Лужайки, солнце упало за горизонт, освобождая простор луне и звездам, но градоправителю не спалось.

Очень трудно спать, когда с тобой скандалят! Даже если делают это в одностороннем порядке.

– Ты-ы-ы! – и так высокий голос лоэры Цирилль взлетел на недостижимую даже для оперных певцов высоту, достигнув практически ультразвука.

Хел поморщился, с трудом подавив плебейский порыв прочистить уши, и кротко признал очевидное:

– Я.

Сверкнув прекрасными очами, эльфийка с хлопком расположила ладони на столе родственника и, подавшись вперед, выкрикнула:

– Ты не сделал то, что я просила! Я же оставила четкие распоряжения о том, что мой мальчик должен забыть про эту ведьму, и мне плевать на методы достижения цели! А что в итоге?

Так как с истеричками лучше не спорить, эльф не менее спокойно, чем в первый раз уточнил:

– Что?

– Он с ней живет! – вновь взвизгнула Цирилль. – Живет, понимаешь?

Безмерно уставшему градоправителю очень хотелось выдать что-то вроде “совет да любовь”, но остатки инстинкта самосохранения посоветовали промолчать.

– Лоэра, боюсь, что ваша просьба была сложновыполнима.

– В смысле? – истерические нотки из голоса исчезли, уступив место змеиному шипению.

И надо признать, что это все уважаемому лоэру давно опротивело. А сейчас в связи с изменившимся семейным положением Цирилль, у прекрасной, но скандальной эльфийки появилось куда меньше рычагов давления. Все же при своем однозначно прохладном отношении к жене Таэр всегда придерживался взглядов, что семья – это семья, и супругу неизменно поддерживал.

– Да в прямом. – Хел поднялся, разом став более весомым, и резко, отрывисто сказал: – Я – градоправитель. У меня много основных обязанностей, а уж дополнительных – как травинок в лесу. На что вы рассчитывали, что я начну мышковать по кустам, следя за подростком и строить злобные козни ведьме?

– Нужно было просто убрать эту девицу из Эльхима! Ты же юрист!

Вот-вот…

Убрать, значит? Наплевав на магический Триумвират, договор с человеческим государством и тому подобные совершенно незначительные нюансы. Действительно, что может быть проще?

Но говорить с Цирилль стоило на более понятном ей языке и оперируя близкими к сердцу материями. Сыном.

– И Вирниэль последует за ней? Он уже ушел из отчего дома в поисках самостоятельности, так попробуйте ему ее дать.

– Ушел… но муж… – Эльфийка запнулась, с усилием сглотнула и продолжила: – То есть бывший муж, он посоветовал подождать, пока мальчик обожжется и вернется! Но он все еще там!

– Если не ошибаюсь, то вы попытались скрасить Вирни его героический исход на неосвоенные территории, – Хел позволил ехидству просочиться в голос.

– Ну не могла же я оставить ребенка без элементарных удобств?!

Ну, допустим, кровать с балдахином и тридцать три подушки вряд ли подпадают под категорию “выживательный минимум”, но у всех свои представления об оном. Да-да, осведомители у Хела работали хорошо, потому о “спасении сыночки из лап коварной ведьмы” он знал много!

Правда, к сожалению, главный осведомитель, недалекий, но деятельный человеческий маг, недавно испарился в никуда. Сразу после того, как разрешилась ситуация с миасой Вераиль. Изначально Хел подозревал, что новоприбывшая темная была в сговоре с ведьмой-кукольницей и собиралась помешать плану-разоблачению. Но в итоге именно Тильда раскрыла светлую и расколдовала детей.

Хорошо, что не всех остальных! Преступники пусть себе остаются куклами – хлопот меньше… Полежат в полицейском подвале до поры до времени, а там видно будет, что с ними делать.

– Так что ты собираешься делать? – Цирилль вырвала молодого эльфа из раздумий.

– Во-первых, проводить вас к телепорту! – ласково улыбнулся эльф, поднимаясь и цепляя матушку Вирни под локоток.

– То есть как… – попыталась было возмутиться та, но именно на этом моменте эльф позволил себе озвучить столь приятный его душе факт.

– Лоэра, хочу напомнить, что мои моральные долги относились в первую очередь к Таэрлину. Потому сейчас, когда вы уже перестали иметь всякое отношение к роду Шиповника, а ваш сын не заступил на пост главы Вечно Зеленой Сосны…

Эльфийка все поняла еще до того, как Хел закончил мысль. Вырвала руку из мягкой хватки дальнего родственника и разъяренной змеей зашипела:

– Ты хочешь сказать, что больше меня не слушаешься?

Великая богиня! Право, это надо постараться, чтобы создать настолько недальновидную женщину, которая вдобавок совсем ничему не учится с годами!

К счастью, они уже спустились на первый этаж особняка градоправителя, где находился телепортационный зал. Хелвирил довел Цирилль до мягко сияющего золотом круга и, вежливо улыбнувшись, произнес:

– Хочу сказать, что я, как добрый родственник, всегда постараюсь выполнить вашу просьбу, прекрасная лоэра. – Он склонился в изящном поклоне, касаясь белоснежной ладони Цирилль номинальным поцелуем. – Всегда счастлив видеть вас в своем доме. Но лучше, если вы все же начнете предупреждать о своих визитах. Боюсь, даже мое молодое сердце не в силах вынести столько радости. Еще и внезапной!

Бывшая жена Таэра порывисто развернулась и скрылась в мареве телепорта.

Хел лишь ухмыльнулся и лениво прикинул, стоит ли говорить этому самому Таэрлину, что так влекущая его ведьмочка собирается сбежать из Лужаек, или не надо?

Наверное, не стоит.

В конце концов все мы заслужили немного развлечений. Сбежать она все равно не сможет, но и на блюдечке Таэр эту девицу точно не получит. Протекторат протекторатом, а соблазнять придется, причем явно долго и мучительно. Ничего, главе Шиповника полезно поохотиться. В последние десятилетия ему все доставалось настолько легко, что это просто возмутительно!

Душа требовала реванша. Пусть и взятого чужими руками.

* * *

– Слушай, Дэс… – пыхтела я, перелезая через очередное заросшее мхом дерево и с усилием затаскивая следом метлу. – А другой дороги не было?

– Была. – Дракон стоял прислонившись к огромному дубу, придерживая локтем сразу две сумки, мою и свою.

Среди всей нашей компании самой медленной оказалась я. Из-за метлы. Разумеется, из-за нее!

Так-так… что он там говорил про дорогу? Я нервно сдула со лба прядь волос, но все же вежливо спросила:

– Так на кой демон мы лезем тут?!

С чего обычно начинаются эпические походы? С того, что вы с героическими лицами мчите навстречу своим первым трудностям! Ладно, лица могут быть веселые, если уверены в благотворном исходе дела.

Мы вроде и были уверены, но как-то не сложилось! Вместо того чтобы овеваемыми ветром и осеняемыми солнцем, величественно шпарить по широкой дороге навстречу светлому будущему… мы лезли по каким-то темным буеракам.

– Потому что лоэр Таэрлин, к моему огромному сожалению, не является идиотом.

В этот момент тяжко вздохнул сидящий на нижней ветке дуба Вирни и буркнул:

– Все же такой низости я от отчима не ожидал! Он же покусился на святое!

– На самку, – мерзко хихикнул кот, а Дэс поддержал его улыбкой.

Захотелось сделать гадость.

Но вместо этого я задала вопрос:

– А как умственные способности эльфа связаны с нашим квестом по бездорожью?

– Ты же не думаешь, что главные дороги не патрулируются? Или что глава рода Шиповника оставит без присмотра интересующую его ведьму и никто из стражей не заинтересуется, увидев тебя? Тем более в такой интересной компании.

Я промолчала, а вот Жозефин, разумеется, нет.

– Это потому, что наша Тилька привыкла к тому, что ее отъезд скорее отмечают всей деревней, а не просят задержаться.

– Жоз!

– А что не так? Вспомни свою практику на четвертом курсе! Если я не ошибаюсь, то на взятку во имя досрочного закрытия твоей практики собирали всем селом.

– У меня только-только дар открылся тогда! Я еще не контролировала… и несколько раз ошиблась.

– А как это – быть черной ведьмой? – мой эльфик задал, судя по всему, давно мучающий его вопрос.

– Да обычно, – буркнула я и с облегченным вздохом запрыгнула на метлу, пользуясь тем, что совсем уж дремучие дебри состоящие из елей и колючих кустарников кончились и впереди расстилался сосновый бор. Стало быть, можно пользоваться метелкой по назначению, а не тащить на собственном загривке.

К сожалению, к интересу Вирниэля присоединился и Дэс, а игнорировать столь нужного мне сейчас дракона было недальновидно.

– Из меня плохая темная ведьма, ребята. Я просто научилась контролировать силу, чтобы избежать стихийных всплесков и не внушить никому негатива. По назначению я способностями не пользуюсь.

– Но почему?

– Потому что во власти темной – негативные эмоции. Можно помочь человеку, очень сильно помочь. Выпить горе, снизить тоску, унять ненависть. Но все эти чувства нужно будет пропускать через себя. Дэс, ты бы хотел разделять с кем-то злобу? Или, быть может, погружаться в желание убивать? Да, это поможет снизить тягу к насилию, но цена… я не готова ее платить. Всеобщее благо обойдется мне слишком дорого.

Я несколько раз быстро моргнула, смаргивая слезы обиды… на дядю, который в свое время давил на то, чтобы я использовала ведьмовские способности на полную катушку.

А я… я не желала работать с эмоциями! В конце концов у ведьм очень много специализаций для тех, кто только чует эмоции, например, но не может на них влиять.

Мне больше по душе травы и стихийная магия!

Кстати, если так подумать, то избрание меня жрицей, весьма иронично. Как раз и не только травки, но и вся живность, и – да-да – природные чары в моем распоряжении!

Устроившись поудобнее, я направила древко вверх и, зависнув над головами у спутников, с наигранной беспечностью поболтала ногами и спросила:

– Куда дальше? И долго ли идти?

– Буквально полчаса.

И действительно. Прошло совсем немного времени, которое пролетело незаметно благодаря легкомысленной болтовне Жозика, и мы вышли на небольшую тенистую полянку. В ее центре зиял узкий разлом. Он смотрелся раной на теле леса. На расстоянии нескольких локтей от щели были лишь голые камни, на которых даже мох не хотел приживаться.

Кот приблизился к краю и заглянул вниз.

– Ого… Тиль, такое ощущение, что лететь сюда можно долго. Интересно откуда в эльфийских лесах такие глубокие ущелья?

Дэс положил наши вещи под ближайшим деревом и неторопливо стянул кожаную куртку, оставшись в темно-зеленой рубашке, которая отлично подчеркивала мускулатуру.

– Есть легенда, что эти ямы ведут к самому Темному богу. И являются способом передвижения для его последователей.

– Это как? – с опаской уточнил Вирни, который держался от щели подальше и даже не сходил с зеленого покрова травы вокруг нее.

– Ну, прыгаешь тут, а выскакиваешь там. – Судя по кивку дракона, выскакивать предполагалось где-то в Восточной Гряде, что пиками виднелась за верхушками деревьев. – Тильда, иди сюда!

Пристроила метлу рядом с поклажей и подхватив по дороге кота на руки, я спросила:

– Что нужно делать?

– Видишь каменный уступ? Спускайся и клади туда перстень.

Избавление от протектората получилось до удивительного простым.

Дэс обернулся в ящера, дунул в разлом темно-синим огнем, который почти сразу вырвался обратно, окутывая рептилию дымом и более холодным оранжевым пламенем.

– Умный драконище! – восхищенно протянул Жозефин. Он не мигая разглядывал полыхающего разными оттенками пламени Дэса. – Тилька, ты же понимаешь, что теперь никто, даже самый чуткий страж или не дай боги друид – не учует эту веселуху?

– Да! Это потрясающе!

– Вообще… – Кот не сильно, скорее предостерегающе выпустил когти и вполголоса проговорил: – Вообще я опасаюсь, как бы мы не сменили шило на мыло. Эльфу-то хоть понятно, что от тебя нужно было!

– Жоз!

– Что Жоз? Между прочим, данная предсказуемость была просто прекрасна! Одержимый желанием мужик – это, конечно, интересно, но вот одержимый идеей дракон… как бы не было хуже!

– Не понимаю, к чему ты.

– К тому, что он очень старается тебя вывести из Эльхима. И вряд ли только для того, чтобы вместе весело шагать по просторам!

– Мне кажется, что у тебя паранойя. – Я успокаивающе провела ладонью по мягкой белой шерсти и даже чмокнула животину между ушей. – Не переживай, все будет хорошо. Ну а даже если плохо, то приручишь себе другую ведьму!

– Дура! – внезапно разозлился фамильяр и спрыгнул на траву.

Я недоуменно посмотрела ему вслед, но продолжить разговор не успела. Дракон перекинулся обратно и, заглянув в дымящийся разлом, удовлетворенно сказал:

– Получилось. В лужицу расплавилось. Вообще забористая штука оказалась – плавиться долго не хотела!

– Отлично! – радостно хлопнула в ладоши я и, щелчком подозвав метлу, закинула на нее поочередно кота и свои вещи, а после запрыгнула сама. – Тогда давайте уже выходить из гостеприимного эльфийского государства. Нужно скорее миновать границу! Мало ли, вдруг у Таэрлина в перстеньке стояли какие-то заклинания, которые уведомляют протектора о том, что вещица уничтожена?

Но, к счастью, мое предположение оказалось ошибочным.

Не минуло и часа, как мы прошли пограничный контроль Эльхима и оказались на широком, длинном тракте, который змеей вился меж холмами и терялся в туманной дымке, что окутывала Восточную Гряду.

Нас ждал путь по следам светлой ведьмы.

Я покосилась на своих спутников, игриво дернула Жозефина за раздраженно машущий туда-сюда хвост и лихим виражом взмыла в бесконечно-синее небо. В этот миг я ощутила родство с небосводом.

Внутри меня тоже шумел ветер! Ветер приключений.

* * *

В каком-то смысле я, конечно, разделяла кошачью паранойю. Ну посудите сами: небо, ветер, дорога… И при всех этих многообещающих обстоятельствах – мы с Жозиком на метле, которая едва-едва превышала скорость бесцельно гуляющего человека. Потому что дракон шел по пути приключений буквально по спирали. Заворачивал в придорожные кусты – и вовсе не за тем, что можно было бы подумать. Просто обрывал задумчиво листики, принюхивался к цветочкам, нагибался к земле… Спрыгивал с невысоких обрывов по сторонам тракта и, махнув нам оставаться на месте, кружил вокруг какого-нибудь большого камня. Вдруг резко уходил к дальнему деревцу во встретившейся рощице и стоял около него, заложив руки за спину и разглядывая крону.

Словом, вел себя очень странно, а на вопросы попросту отмахивался. И я перестала спрашивать. Если на то пошло – веду нас не я.

Вирни сперва пытался ходить за драконом, но это бессмысленное занятие ему быстро прискучило, и эльфик просто неторопливо шагал по тракту, любовался заходящим солнцем и что-то шептал себе под нос. Не иначе, сочинял начало эпической поэмы: «Путешествие юного героя. Песнь первая. Начало пути».

Думать, что Дэс ищет следы старой ведьмы, было как минимум глупо. Вряд ли она топала к своей цели пешочком, отлично умея строить порталы.

– Кстати, ты хоть его спросила, куда вообще мы идем? – негромко спросил наконец Жозик. К этому моменту мы плелись по тракту уже часа два, не меньше.

– Ну…

– Вот я так и думал, – удовлетворенно протянул котяра. – Как там в сказке-то было: и пошли они туда, не знаю куда, чтобы добыть то, не знаю что…

– Что – как раз понятно, – хмыкнула я. – Точнее, кого.

– Да тоже не факт, – прошипел этот пушистый параноик. – Маги, они… такие маги! И вообще, может, это не наш дракон, а вовсе Таэрлин, например.

– Который сжег собственное кольцо? – усомнилась я. – Перебираешь, Жоз.

– И очень даже мог! Чтобы войти в доверие и отмести подозрения!

– Так Вирни бы увидел истинную сущность под любой личиной.

Фамильяр фыркнул и уселся ко мне задом, демонстрируя обиду. Жрать наверняка хочет, вот и вся причина занудства… С голодухи у кота очень портился характер.

А я не то чтобы совсем не запаслась едой, но, честно сказать, особо не старалась. Покидала в подпространственный карман остатки выпечки и забрала с кухни запечатанный кувшин со сметаной – специально для кошачьих нужд. А рыбу да, забыла, и уверена, что Жозик это знает…

Впрочем, его желудочные проблемы непонятного поведения дракона не отменяют.

Тут Дэс вынырнул из очередного обрывчика и радостно вопросил:

– Ну что, готовы?!

– К привалу, надеюсь? – отпарировал Жозефин и распушил хвост. – Уж ночь почти на дворе, а у вас, между прочим, кот некормленый!

Ага, я не ошиблась!

– Сначала портал, потом привал, – заявил дракон и окликнул рассеянно удалявшегося по дороге эльфенка: – Вирни! Вернись!

– А сразу нельзя было в портал? – осведомилась я, мгновенно разозлившись. Как-то не так началось наше приключение! Неправильно. Ну по крайней мере неинтересно.

– Нельзя, – спокойно сказал Дэс. – Отследили бы, а оно нам надо?

И тут до меня дошло!

– Ты следы, что ли, наши заметал?

– Ну да, – удивился этот… этот… Вот был у меня в университете препод такой. По высшей алхимии. Увлекаясь, исписывал доску химическими формулами, забредая в научные дебри так далеко от темы лекции, что и с фонарем ее уже не найти. А потом страшно удивлялся, выяснив, что студенты ничего не поняли.

– Странная методика, – сдержанно сказала я. Ужасно неприятно выглядеть полной дурой. Вон и Жозик надулся…

– Обычная самая, – пожал плечами дракон и вдруг осененно выдал: – О, вас, наверное, такому не учили!

– Не учили, – подтвердила я. – Да и долго как-то. Невыгодно.

– Зато надежно, – пояснил Дэс, молниеносно возводя перед собой арку портала.

А ведь он действительно очень сильный маг. И явно опытный. И явно привык работать в одиночку. Вот зачем ему мы с Вирни? В утверждение, что нас дракону «послала судьба», мне как-то не особо верилось. Что, если Жозик все-таки прав?.. Что, если сейчас я попаду в действительно СЕРЬЕЗНУЮ неприятность?

С этой мыслью я подтолкнула в спину подбежавшего эльфика и залетела в портал сама. Глупые мысли, на самом деле. Раз я уже здесь… Да и нет у меня поводов не доверять дракону. То есть наоборот – я почему-то ему доверяю. Вот нутром чую – не будет мне от него никакого зла.

А интуиция ведьмы, между прочим, штука точная.

В любом случае мы не оказались в логове чудовищ или сырой темнице. Портал вывел на симпатичную полянку, заросшую мелкими ромашками, и дальше думать о добре, зле и паранойе я забыла. С открытым ртом наблюдала за бурной деятельностью Дэса, который в мгновение ока развел костер и полез в свой подпространственный… Нет, не карман! Куда там! Настоящий склад!

На полянке последовательно появились: палатка, довольно маленькая, но прочная на вид, знакомое покрывало в красно-коричневую клетку и еда. Много еды! Очень-очень много еды! В основном мясо, но было и несколько радужных рыбок, зажаренных до хрустящей корочки. Между прочим, весьма дорогое удовольствие.

Все, конец теперь Жозиковой паранойе!

– В тесноте, уж простите, палатка у меня одна, – развел руками дракон, закончив выкладку. – Но зато сытыми!

Вирни наелся первым и полез в палатку, а я почти сразу за ним. В палатке обнаружились три мягких тюфячка. Истинное счастье! У меня уже глаза закрывались. День-то выдался тот еще!

Я уже говорила, что иногда мне снятся страшные сны?

А иногда – не совсем сны…

Глава 3

Про лесных богов и очень странные сны

Глядя в солнечно-желтые глаза огромной змеи, я пыталась вспомнить, к чему вообще снятся змеи. Всплыло в памяти единственное: для девицы такой сон означает скорую потерю невинности.

Спрашивается, кто может посягнуть на мою?

На ум пришел, разумеется, Таэрлин – других претендентов вроде бы не наблюдается. И я содрогнулась от такой мысли: с одной стороны эльф, конечно же, немыслимо хорош как мужчина, а с другой – моим согласием он как-то не особо интересовался.

Но пострадать по такому печальному поводу не успела. Змея неторопливо отвела от меня взгляд и заскользила прочь, двигаясь по спирали. А я засмотрелась на сверкающую чешую. Где-то я уже видела такую… словно выкованную из серебра… В другом сне? В тревожном, странном сне, который и закончился вовсе не радостно, а болезненно.

Да, именно так. Серебряная змея и разноцветные бабочки, садившиеся мне на руку и мгновенно рассыпавшиеся в пыль. А пылинки впитывались в кожу, и ощущение было, будто в меня вонзается множество иголок…

Бабочки появились, стоило про них подумать. Но порхали они перед удалявшейся змеей, и вовсе не беспорядочно. В несколько секунд образовали радужную арку, в которую змея и заползла. А я, почти не соображая, что делаю, двинулась за ней.

В ночной тьме и бабочки, и серебряная змея ярко светились – потрясающе красивое зрелище! Но из арки проглядывало светло-синее небо с четкими полосками облаков и деревья, больше похожие на странные, изломанные геометрические фигуры. Портал?

Уже шагнув в арку, я вдруг осознала, что тот сон был вовсе не сном. Попятилась, подумав – а сплю ли сейчас?!

Поздно.

И арка из бабочек, и змея исчезли.

Я стояла среди редкого леса, на поляне, покрытой низкой синеватой травой. А передо мной…

Ну что сказать – бога трудно спутать с каким-то другим существом. Даже если он больше похож на ожившее дерево без листьев, украшенное длиннющими оленьими рогами.

Я моргнула, и дерево поплыло перед глазами, замерцало и превратилось в мужчину. Без рогов. Без обуви. В короткой зеленой хламиде, открывавшей мощные, но стройные ноги. А лицо – лицо скрывала полупрозрачная пелена, словно клок тумана, не позволяя толком рассмотреть черты. Вот она разорвалась, показав мне длинный прямой нос, вот скрыла его снова, зато теперь я увидела губы, узкие, но так красиво очерченные… А потом туман разошелся повыше, явив глаза – насыщенного оливкового оттенка, мерцающие и глубокие настолько, что в них, кажется, можно было рассмотреть Великую Бездну.

Глаза бога.

Если честно, то до этого сам факт, что древнее божество избрало меня, казался слишком сказочным для того, чтобы быть правдой.

И сейчас… сейчас, жадно хватая каждый глоток ставшего невероятно густым воздуха, я это не осознавала… я это чувствовала.

А еще я чувствовала, что в очередной раз нажила неприятностей, притом таких, что куда там всем предыдущим. Как бы отделаться от высокой чести?! Надо как-то дать понять, что я совсем-совсем ему не подхожу. Я же темная ведьма! Какие ягодки-цветочки?!

– Тирол-из-Леса…

Его имя сорвалось с губ раньше, чем я успела это обдумать. Опомнившись, я чуть склонила голову, но исподтишка продолжала рассматривать бога.

Безумно хотелось спросить, куда же делись рога. Но, судя по древним летописям, стихийные божества вспыльчивы и обижаются по ерунде. И вдруг рога – это интимно?

– Здравствуй, сбежавшая жрица, – ответили мне звучным, даже гулким голосом. Туманчик перед лицом бога в этот момент переместился на его рот.

– К сожалению, я не могла остаться там, о великий Тирол.

Ну а что еще сказать? В принципе-то – правда!

Дымка возле лица Тирола пропала окончательно, а сам он вдруг словно размазался в воздухе, чтобы вновь соткаться в нескольких сантиметрах от меня. Я испуганно расширила глаза, так как его бог оказался… большим. Высокий, крупный мужчина, которому я даже до плеча не доставала. От него пахло влажной землей, грозовой свежестью и древесным соком. Невольно я потянула носом, впитывая в себя этот почти позабытый аромат из детства.

– Правильно ли я понял, – обманчиво мягко начал Тирол. – Ты просто ушла, даже не подумав о новых обязательствах?

Обязательствах?! Прекрасно, шикарно, потрясающе!

И когда же мне про них заявили? Когда светом по глазам шарахнули, змею показали, или, быть может, я должна была прочитать словеса договора о правах и обязанностях на крыльях магических бабочек?

Всего этого я, разумеется, не сказала, хотя очень хотелось. Ограничилась скромным:

– Дело в том, великий господин Тирольской земли, что я не поняла, что именно произошло. Мне всегда казалось, что посвящение в жрицы – это более торжественное мероприятие. В общем, я не поверила своим ушам, глазам и не осознала великой подста… чести, в смысле!

– Лгунья, – промурлыкал бог, коснувшись моего подбородка прохладными пальцами и заставляя запрокинуть голову и вновь взглянуть в темно-зеленые глаза, что медленно выцветали до оттенка молодой листвы. – Тебе же эльф все рассказал, Ти-и-ильда. Тильда… мне не очень нравится это имя, нужно дать тебе новое.

Тирол-из-Леса был не только рогат, но и весьма внушительно когтист. Острые кончики его ногтей впивались в мою кожу ровно настолько, чтобы это было чувствительно, но не больно. Очень говорящая демонстрация.

Я сжала зубы и мысленно соскребла остатки самообладания, одновременно пытаясь рассеять оцепенение страха. Это оказалось весьма сложно: до одури кого-то бояться и до безумия злиться одновременно.

Решив, что прямо сейчас я не буду уверять великого и рогатого, что данное при рождении имя мне дорого, я решила поговорить о насущном.

– Эльфы – это эльфы. В общем, если кратенько, ваше высоко… эм…

– Создатель, повелитель, господин, хозяин, главный мужчина в моей жизни, – любезно подсказал варианты обращения древний боженька.

С-с-сволочь! Кажется лавры главного мудака в моей жизни стремительно уходят от Таэрлина! Хотя чему я удивляюсь, остроухий, может, и не молоденький, но с этим ископаемым ему не сравниться! Опыт как-никак!

– Почему главный-то?! – все же не удержалась я.

– Ты жрица. И пока не отпущу, у тебя есть только я.

Когтистая лапа выпустила мой подбородок и, погладив шею, запустила пальцы в волосы на затылке.

– Э-э-э… прекрасно, – нервно ответила я, стараясь отодвинуться. – В общем, великий боже, я не знала, что мне нельзя покидать вашу территорию. И я не просила меня избирать!

Да и действительно, какого демона-то?! Еще один руководитель моими передвижениями! И только ли ими?

Так, как бы вывернуть диалог к тому, что не соответствующую жреческой должности Тильду надо простить и отпустить?

– Не просила? – со снисходительным смешком переспросил Тирол. – Малышка, боюсь, тут как с истинной парой. Просила или нет, но теперь у тебя есть Вирни.

– Но…

– Нет никаких «но», кроме тех, что скажу тебе я, – сказано это было с такой игривой интонацией, что это в очередной раз взорвало мне мозг.

Отлично! Просто слов нет!

Зато у Тирола слова были. Он отошел на несколько шагов, из травы вновь поднялась змея, заползла по руке бога выше, и тот погладил ее по голове, осторожно касаясь серебряной чешуи.

– Ты даже не поняла, какие дары от меня получила, Тильда, – вновь легкое осуждение, но одновременно безграничное принятие во взоре. – НО! Если все же поняла и не воспользовалась – то это походит не на глупость, а на откровенное неповиновение. А вкупе с твоим побегом я вынужден полагать, что так оно и есть.

– Вы сказали мне всего две фразы! – отпарировала я, очень стараясь говорить нейтральным тоном. – Так что у меня не было возможности что-то понять. Мимолетное видение – согласитесь, что никак иначе расценить нашу встречу просто нельзя.

Бог издал странный звук. Что-то вроде короткого рыка. Змея нервно сжала кольца и соскользнула обратно в высокую траву.

– Я не согласен.

Ну что – сочувствую! И тебе, и себе. Одна надежда – может, это все-таки сон?..

Надежда скончалась, стоило Тиролу шагнуть ближе. Я ощутила его бешеную мощь буквально физически! Словно что-то тяжелое, твердое – и невидимое! – оттолкнуло меня и тут же подхватило сзади, не дав упасть.

А секундой позже оторвало от земли. Я заболтала ногами, и нервы сдали.

– Немедленно поставьте меня!

– Глупая и нахальная, – констатировал бог.

Рта его я больше не видела – только глаза, которые слегка сузились и полыхали уже не гневом. Недоумением.

– Это странно, – задумчиво сказал Тирол. – Ты казалась мне иной. Но я не мог ошибиться. А значит…

– Прекрасный, божественный, древний и великий, что бы это ни значило, я уверена, что совсем вам не подхожу!

Невидимая сила, держащая меня в воздухе, пропала, и я рухнула вниз. К счастью, молча, потому и не орала в лицо поймавшему меня Тиролу-из-Леса. Только глаза вытаращила от избытка чувств, а так ничего, почти адекватно себя вела!

– Слушай, Тильда, настолько вдохновенно от меня еще не отказывались, – доверительно сообщил бог, не торопясь ставить меня на землю. – И надо признать, что сразу после того, как я являлся, кандидатка в жрицы сама узнавала, какие именно плюшки ей причитаются, и к моменту нашего очного общения была невиданно благодарна. А ты?

– А я… вот… – со вздохом отозвалась я и, поболтав ногами, попросила: – Поставьте, пожалуйста? Стоя на собственных ногах, я думаю гораздо продуктивнее.

– Мне нужна жрица, – чуть устало в очередной раз констатировал факт Тирол. – Разумная и послушная, – уточнил, повысив голос. – Выполняющая мои указания! – уже почти прогремел.

– Я подумаю над вашим предложением, – выдала я и сумела не зажмуриться от накатившего ужаса из-за собственных слов.

Да плевать! Не буду я никому подчиняться! Помнится, в последнем семестре мы изучали верования каких-то дикарей с черного континента. Кто знает, какие там обязанности у жрицы бога плодородия родом из темных веков? Исторические примеры сплошь развратны!

– Даже так? – гром сменился почти змеиным шипением. – Ну что ж, подумай. А чтобы тебе думалось лучше, я покажу, что может случиться со жрицей, не принявшей своего предназначения. Смотри сюда, глупая девчонка. Хорош-шенько смотри, внимательно…

С неба одна за одной срывались капли. Они искрились словно маленькие бриллианты, жалили кожу как снежинки в морозную ночь… И собирались в огромную сферу в нескольких шагах от нас.

Меня отпустили, но не успели ноги коснуться земли, как сильные руки рогатого бога легли одна на талию, другая на шею, и пальцы зафиксировали подбородок, не позволяя отвернуться.

Шар стал крутиться все быстрее и быстрее, пока не превратился в огромное зеркало. В нем стояла я. В походной одежде, с растрепавшимися волосами и запавшими от усталости глазами.

– А можно ведь и так. Ты будешь могущественной, ты будешь сильной, и никто не сможет тебе указывать как жить, маленькая ведьма. Никто, кроме меня, конечно, но со мной всегда можно договориться. А сейчас смотри… просто смотри, какой ты можешь быть, – шепнул Тирол, касаясь кончика уха прохладными губами, и мое отражение в волшебном зеркале словно налилось силой и жизнью. Ровная, сияющая кожа, гладкие блестящие волосы, нежные губы, ясные глаза… кажется, он даже полтора размера груди мне прибавил! Молодец какой, прям слов нет. И переодел, разумеется. Девушка по ту сторону была в красивом, но простом платье, с венком в волосах, и к ней льнули все растения вокруг.

– Очень льстит, конечно, но надо сказать, не вы первый с такой формулировкой. Я готова обсудить! Но, во-первых, как образцовый работодатель, вы должны выдать мне аванс!

– Что? – растерянно переспросил бог, а после даже с некоторой брезгливостью и разочарованием уточнил: – Тебе нужны деньги?

Вообще, с такой интонацией о денежках говорить не стоит, так как можно сколько угодно презирать материальное, но деньги нужны даже магическим духам! Не монеты, конечно, но они тоже работают и что-то за это получают.

– Нет, мне нужна защита.

От таких, как ты.

– Магическая?

– Да! Какой-нибудь магический дрын! Вот, допустим, пристает ко мне мужчина, а тут появляется волшебный дрын и дает ему по лбу.

– Эм-м-м…

– Не можете? – уже было обрадовалась я, собираясь в следующей же фразе намекнуть ему, что нет оплаты, нет работы. То есть нет жрицы.

– Могу! – казалось, оскорбился Тирол.

– А оно точно сработает? Понимаете, надо, чтобы и на высших эльфов действовал, и на орков, и на троллей, и на архимагов, да хоть на драконов!

– Будет тебе волшебный дрын! – расхохотался Тирол-из-Леса. – Всякий раз, как мужчина протянет к тебе руки или… что еще. И пропадет он лишь после того, как ты прикажешь.

Ох, действительно? И даже на Таэра сработает? Не верится, но я все равно счастлива!

– Эм… чудесно-прекрасно.

Я несмело пошевелилась в руках божества, и он действительно меня отпустил. Отошел, щелкнул пальцами, и на нем появилась простая одежда. Широкие штаны-шаровары низко сидели на бедрах, и я смутилась и отвела взгляд от почему-то очень интересно выглядящих ямочек на пояснице. Да и спина там оказалась такая, что и не скажешь, что был в изгнании несколько веков!

Там, кажется, вполне хорошо кормили.

– Давай обсудим. – Он повернулся он ко мне, одновременно каким-то очень человеческим жестом перебрасывая волосы со спины на грудь и начиная заплетать их в простую косу. – Я тебе дрын и… и да, Тильда, ознакомься с тем, что получают жрицы по умолчанию!

– Погодите, – я подняла руки. – Вы, наверное, долго… отдыхали. Кроме аванса нужен еще рабочий, так сказать, контракт! Договор.

– В смысле?

– Условия расторжения нашего сотрудничества.

– Стандартные, – нахмурился Тирол. – Ты провинишься, я разгневаюсь и тебя убью – сотрудничество окончено.

– Э-э-э… – Прелесть владения волшебным дрыном уже не так радовала мою душеньку. – А еще?

– Ты меня порадуешь, и я, как милостивый хозяин, награжу и отпущу?

– Это интереснее! Но это, так сказать, ваши условия. А должны еще быть те, на которых я могу уйти сама.

– Это как?

– Ногами.

– Вперед ногами? – ехидно уточнил Тирол-из-Леса. – Так это первый вариант, малышка.

Вдох и выдох! Не бесимся!

– Вы поняли, о чем я.

Тирол несколько секунд недоуменно на меня смотрел, а потом громко, искренне расхохотался, демонстрируя белые, красивые… слишком острые для человека зубы. Вот тебе и бог плодородия. Оно же очевидно хищное!

– Интересная ты девочка… ведьмочка. Хорошо, я тебя слушаю.

– Обычно это обсуждают после некоторых раздумий, – нервно ответила я.

– Отсрочка? – понимающе хмыкнул бог. Сделал паузу и медленно проговорил: – Наверное, связанная с твоим отъездом. Пожалуй, я дам тебе возможность закончить свое дело. И никаких последствий для тебя не будет, если ты пообещаешь… вернуться, Тильда. Всего лишь вернуться.

Жесть какая.

Хотя-я-я!

– Хорошо!

Про сроки мы ничего не говорили! Вернусь помирать в случае чего! Лет этак через двести…

– Не позже, чем через месяц.

– Но… дороги длинные! Нестабильные!

Судя по взгляду, боженька-хозяин-господин-лучший-мужчина-в-моей-жизни разозлился уже серьезно!

– Благодаря способностям жрицы ты можешь перенестись на капище в любой момент!

– А-а-а…

Печаль-беда.

– Тогда, думаю, наш разговор на сегодня окончен. Но, прежде чем ты уйдешь, строптивая и неблагодарная жрица… посмотри в зеркало еще раз.

И я взглянула.

Юная и могущественная красотка все еще была там, но спустя миг ее бесконечно-счастливое выражение лица сменилось на растерянное, а после и на испуганное.

Радующая глаз зелень кустарников и деревьев, что стояли вокруг нее, вдруг сменилась желтым цветом. Но не тем золотом, что рассыпалось по кронам осенью, а мерзкой, словно плесневелой желтизной. Листья на глазах рассыпались в прах, сгнивали и теперь не нежно скользили по пальцам жрицы молодыми побегами, а цеплялись колючими терниями. Раздирали кожу, которая стремительно покрывалась морщинами, иссыхалась, и девушка на глазах превращалась в гнущуюся к земле старуху в лохмотьях. Она кричала, разевая беззубый рот, цеплялась в потрескавшуюся землю скрюченными пальцами, рвала на себе последние волосы…

– Помни, что может быть с той, кто провинился, – не хуже любимой серебряной змеи прошипел мне на ухо Тирол.

А после мир вокруг померк, и я ощутила на себе хватку чьих-то пальцев и низкий голос над ухом:

– Тильда?..

Паника накатила раньше, чем я успела ее осознать. Подняв ресницы, я с трудом сфокусировалась на собственных руках и заорала, увидев, что они расплываются и словно исчерчены морщинами.

– Тильда, что с тобой?!

Встревоженный голос Дэса прорвался к моему сознанию, и я отшатнулась, закрыв лицо руками и всхлипнув:

– Не смотри на меня.

Глава 4,

которая проливает свет на наши неприятности

– Тильда, что такое? – звонкий голос Вирниэля ввинчивался в уши.

– Тиль, слушай, я, конечно, все понимаю, что все вы, женщины, с утра не красавицы, но это не повод закапываться под одеяло, – мяукал Жозефин.

А я лежала… усмиряла страх и дышала-дышала-дышала. Семь секунд на вдох, задержка дыхания, выдох и снова задержка.

И успокаивалась.

Так…

Этот рогатый поганец меня пугал. Я еще ни в чем настолько не провинилась, стало быть, скорее всего, мне померещилось. Перед глазами поплыло, и все. А подсознание, раздраженное таким оригинальным полусном-полуявью, подкинуло образ того, чего я испугалась.

Я осторожно приподняла край спальника, чтобы пустить в свой кокон немного света, и с замиранием сердца подставила под луч ладонь. И почти сразу облегченно выдохнула.

Все хорошо, это моя рука, моя кожа и возраст все еще мой, судя по всему.

– Так, эльф и дракон, вон отсюда.

– Но…

– Я сказал – вон из палатки, у нас тут женщина в кризисе, и ей срочно нужен кто? Кот! Все!

К дырке прильнул глаз Жозика, а потом весь кот просочился ко мне под одеяло, свернулся клубком рядом с грудью и заурчал. Я крепко-крепко его обняла и закрыла глаза, напитываясь его уверенностью, спокойствием и теплотой.

Повезло мне с фамильяром.

– Рассказывай, – спустя несколько минут решительно потребовал Жоз, посверкивая желтыми глазами в полумраке нашего пододеяльного пространства.

– Мне приснился Тирол, – почесывая кота за ухом, грустно созналась я.

– Тю, – удивился мой белый и пушистый. – И таки шо, там было из-за чего орать?

– Было, – мрачно кивнула я и кратко пересказала сон.

– Уу-у-у, какие грубые методы, – осуждающе покачал головой котяра. Решительно высвободился из моих рук и распорядился: – Вылезай давай, будем думать, что делать. Итак… что мы имеем?

– Бога и неприятности? – предположила я, выпутываясь из спальника и начиная запихивать его в специальный ужимающий мешок.

– Кроме этого, мы имеем дрын и отсрочку! А то и другое, хочу сказать, – весьма хорошо!

– Знаешь, я бы променяла все божественные дубинки мира на то, чтобы меня не трогали, – с печалью в голосе проговорила я, затягивая завязки на мешке и закидывая тот в угол палатки.

– Мы сейчас о реализме, а не о твоих фантазиях. И вообще, Тильда, нормальные девки радовались бы, что за ними такие мужики бегают, а ты нос воротишь.

– Ты про Таэра? – неприятно удивилась я. – Ты на его стороне?!

– Я на твоей стороне. Но не могу не уважать в нем сильного самца!

Ох уж эта мужская солидарность! Помню-помню, Жоз еще при первой встрече почуял наличие у Таэрлина яиц. По крайней мере ментальных!

– В общем, Тиль, как понимаю, Тирол-из-Леса станет нашей проблемой через месяц. Потому что сначала надо разобраться со сбежавшей бабкой. А Таэр тебе уже не страшен, кольцо сожгли, из Лужаек сбежали, так что расслабься. Остроухий альфа-самец остался позади. В конце концов он еще с лоэрой Цирилль не разошелся до конца и вряд ли рванет тебя ловить прямо посреди бракоразводного процесса.

– А беседы с богом? – указала я на тревожащий меня фактор.

– А что? Нажимай на то, что все обсуждения должны вестись в здравом уме и твердой памяти, а не во снах-образах. Надо, кстати, из него побольше вытрясти… – Тут белый засранец мечтательно прищурил глазоньки и облизнулся. – Он же бог живой природы, да? То есть всякую редкую рыбку может поймать или живность? Хочу остроперого сомика и лысого зайца! В общем, я тебе во всем помогу! Вот как вернешься через месяц, так и начнешь со страшной силой обсуждать условия вашего контракта.

– Но я не хочу! – взвыла в ответ. – Ни возвращаться через месяц, ни работать на него!

– Не зарекайся, – туманно ответил кот и, судя по всему, правильно истолковав мой злобный взгляд, быстро выскочил наружу со словами: – Я вижу, что ты уже в порядке! Ждем тебя кушать!

Вот же… к-к-кот! Хотя на кончике языка вертится совсем другое животное, но тоже на букву “к”!

Так что, выбираясь на улицу, я уже была очень бодра, но не сказать, что весела. Все благодаря моей чудесной животине! Как никто умеет приводить женщин в чувство, ага!

У костра хозяйничал дракон, что-то помешивая в котелке и негромко объясняя стоящему рядом Вирни:

– Вот видишь, а теперь, в тот момент, когда первые пузырьки уже начинают подниматься, но до активной стадии кипения, мы добавляем сухофрукты. В таком случае они отдадут часть вкуса каше, но не разварятся.

– Ага… – Вирниэль глядел в глубины котелка с восторгом первооткрывателя, вглядывавшегося в Бездну и даже открывшего одну ее тайну. – А когда сахар добавлять?

– Лично я предпочитаю сгущенное молоко, а его кладу уже в готовое блюдо, – с улыбкой ответил Дэс и, выпрямившись, вручил парнишке черпак с таким торжественным видом, словно это был боевой клинок. – Держи, юный оруженосец! Через пять минут можно снимать котелок с огня, а вместо него подвесь кан с водой для чая.

– Понял! – В этот момент юный эльфик увидел меня и сначала просиял улыбкой, а после встревоженно спросил: – Тиль, ты как?

Дэс тоже развернулся всем телом, отбросил за спину длинную медную косу, что красиво искрилась в свете утреннего солнца, и тихо добавил:

– И действительно, ты как?

Я глядела на встревоженных… друзей? Да, наверное, друзей. Несмотря на то, что знакомы мы были недолго и связывали нас такие странные узы, все равно я ощущала практически необъяснимую эмоциональную близость. Что удивляло.

Ладно Вирни – все же истинная пара, тут хочешь не хочешь, а равнодушной не останешься, но вот дракон…

– Просто кошмар приснился.

В общем, сказать правду у меня язык не повернулся. К чему напрасно тревожить? Все же Тирол – это мое личное дело, не стоит втравливать ребят еще и в эту неприятность. Я сомневаюсь, что в разборках с древним богом мне сможет помочь даже дракон, не говоря уже об эльфенке. Ну и, положа руку на сердце, я сомневаюсь, что Дэс сильно старше меня.

И у него свои заботы.

Брат.

Меня в игрушку превращать не планируют все же, да и, как показала практика, с Тиролом вполне можно договориться.

Мы уже сели есть, и Вирниэль раздал стальные походные миски с ароматной, исходящей белесым паром пшенной кашей, когда из глубины леса раздался какой-то шум и треск.

Дэс нахмурился и медленно отставил свою тарелку в сторону, с прищуром глядя в подозрительную чащу.

Чаща не замедлила ответить ему стрелой, от которой дракон ловко увернулся, а вторую и вовсе поймал в полете.

– Та-а-ак…

Не дожидаясь пока из леса нам прилетит что-то не менее доброжелательное, чем стрелы, я стремительно выбросила перед нами тускло мигнувший щит.

– Надежно? – напряженно спросил дракон, не сводя взгляда с кустов и торопливо отправляя в рот несколько ложек каши.

– Ну… – Я неопределенно пожала плечами и последовала примеру Дэса: начала нервно заедать стресс.

Что-то мне подсказывало, что когда неведомые разбойники выйдут на поляну, то разнесут тут все к чертям. И котелок с едой тоже!

Тонкая душевная организация Вирни не в силах была вынести такое игнорирование стоящего на нашем пороге героического сражения, потому мальчишка возмущенно взвыл:

– Как вы можете есть в таких условиях?!

– Ш удовольшствием, – ответил ему судорожно заглатывающий кусок рыбы Жозик.

В невидимую преграду врезалось копье, которое отпружинило и со свистом улетело обратно. Судя по крику и ругани, кому-то досталось острым концом!

Все посмотрели на меня очень уважительно.

Дракон встал, потянулся и наигранно громко сказал:

– Мне показалось или стучали?

– Нападение! – тонким и звонким до визга голосом озвучил Вирни.

– Нападение! – радостно согласились с ним из ближайших кустов.

Видимо, на случай если мы не догадались!

А затем из леса хлынула отчаянно голосящая лавина… гномилингов!

Надо заметить, что на гномов они были похожи разве что наличием бороды, любовью к шапочкам формата “колпак” и проживанием под землей. Правда, гномы жили в скалах, агномилинги обитали в норах.

В общем, эта толпа миниатюрных нападающих облепила щит, корчила из-за него жуткие рожи, скалила зубы и завывала:

– За родину!

– За Хавлина!

– Погибель врагам!

Мы с друзьями недоуменно переглянулись.

Наши общие мысли озвучил всплеснувший руками Вирниэль:

– Какая родина, вы живете кланом и никому не подчиняетесь, кроме вождя! И обычно естественных врагов у вас нет.

Жозефина же волновало иное.

– Слушай, Тиль, я правильно помню и щит односторонний? – шепотом спросил кот, прижимаясь боком к моим сапогам.

– Ну… да, – так же шепотом ответила я.

Гномилинги торжествующе взвыли и рассредоточились.

– Идиоты! – охарактеризовал нас с фамильяром Дэс.

Достойно ответствовать мы ему не успели по техническим причинам. Гномилинги накинулись все и сразу!

Они забирались по одежде, пинались малюсенькими остроносыми сапогами, тягали за волосы (больше всего доставалось коту и эльфу). В общем, старательно предавали поруганию все мои представления о священном искусстве боя!

Собственно, почему у гномилингов не было естественных врагов? Да они магии не поддавались! То есть все, что я могла с ними делать, – вручную отдирать и пинком отправлять в ближайшие кусты.

Успешнее всего сражался Жоз! Его когтей действительно боялись.

К сожалению, дракон не мог обернуться и атаковать сверху. Коротышек много и большая их часть старалась повиснуть на нас! Вопрос своей собственной безопасности Дэс решил проще, он просто… горел. С мужчины клоками сползала одежда, рассыпаясь пеплом прямо на сильном теле. Коротышки на это смотрели и обходили рыжего по широкой дуге, целиком сосредоточив свое внимание на мне и Вирни.

Эльф же решил, что самая действенная стратегия – шок от звуковой атаки и сила скорости! Потому он визжал на ультразвуке (сразу видно – талант! какой сильный голос!) и бегал по периметру полянки. К сожалению, по кругу, а не по беспорядочной траектории, так что гномилинги просто сосредоточились в центре полянки.

Я же за эти несколько минут перепробовала уже половину своего арсенала и в данный момент топила ближайших гномилингов во внезапно образовавшемся у них под ножками болоте. Сама я стояла на небольшом клочке сухой земли посреди наколдованного безобразия и печально размышляла о том, что делать дальше.

Отодрала от ноги очередного гнома, грустно заглянула в оскаленную мордашку и спросила:

– Ну и зачем?!

В злобных багровых глазенках появилась некоторая осмысленность.

– Плохие. Приказ. Опасность, – с явными заминками выдал тот.

– Кто приказал? – неподдельно заинтересовалась я, а когда увидела, что на лицо гномилинга возвращается непримиримое выражение, то просто присела, держа его кончиками пальцев за кафтанчик над грязевым болотом, и ласково добавила: – Это мы еще не плохие. Плохими можем стать, если, например, все твои барахтающиеся в грязи братцы по оружию потонут.

– Хавлин в кости проигрался! – отчаянно завопил гномилинг. – Демонова бабка потребовала возврата долга!

И тут меня посетили нехорошие подозрения… Знакомая противная бабка у нас была только одна! Миаса Вераиль.

– Долг? Таким вот образом? – поразилась я.

Тот лишь развел грязными ладошками, а после посмотрел мне за спину и на физиономии появилось… торжество!

Я тоже решила поглядеть чему так радуется ближний мой!

К сожалению, у гномилингов с гномами было еще кое-что общее. А именно любовь ко всяким разным дрянным механизмам! Например, к вот этому, более всего похожему на древесный ствол со стальными вставками, который сейчас выкатили на поляну. И дрянь готовилась метнуть в меня очередное копье. Еще два механизма с прилаженными арбалетами и стрелами соответственно, выкатывали из соседних кустов!

– Дэс! – заорала я, намекая, что нашему огненному мужику не помешает заключить в горячие объятия это бревно.

– Понял!

– И арбалеты!

С арбалетами дракон ничего поделать не успел, так как их снес нарезающий очередной круг Вирни. Вот она – эльфийская скорость!

– Мы все равно не сдадимся! – фанатично заверил меня болтающийся в руке “пленник”.

Я уже хотела было сообщить ему, что он наивен. Все же половина колпачного воинства застряла в болоте, треть валяется без сознания под кустами, а их военные машины наша огненная драконья единица практически одолела.

Но в этот момент в чаще раздалось рычание, а после треск, словно кто-то невероятно мощный ломился сквозь ветви. И не один…

Гномилинг усмехнулся, а вот мне стало жутковато.

Особенно когда нечто зарычало настолько громко и страшно, что у меня волоски на коже встали дыбом. А спустя несколько мгновений на поляне появилось два огромных медведя с оленьими рогами.

– Вот же… – сообщил Дэс.

– Эти ей тоже в кости проиграли? – ужаснувшись спросила я.

– Тильда, они не настоящие! – закричал Вирниэль. – Это игрушки!

Кранты это, а не игрушки.

Рога и клыки, а также полыхающие противным ядовито-зеленым пламенем глаза внушали какой-то древние трепет и ужас перед сотворенным. Это все было неправильно. Так не бывает…

– Др-р-ракон, – из горла ближайшего рогатого творения светлой ведьмы раздался гул, складывающийся в слова. – Отступись, дра-а-акон. А то хуже будет!

Дэс ничего не ответил, лишь обернулся огромным зверем и бросился на ближайшего медведя. Они покатились по поляне, неистово раздирая друг друга когтями. Синий ящер казался таким уверенным в себе, таким сильным… именно поэтому меня повергло в шок то, с какой легкостью когти измененных рвали чешуйчатую шкуру дракона.

Дэс взвыл от боли и, шибанув напоследок рогатого мишку хвостом, взлетел в небо. В его глотке заклокотало пламя.

– В сторону! – первым сориентировался Жозефин и, задрав хвост трубой, рванул куда подальше.

Я же призвала метлу и взмыла к кронам деревьев, мысленно стукнув себя по лбу за то, что не догадалась сделать этого раньше. Все же даже бить гномилингов сподручнее с воздуха, а не топить в импровизированном болотце.

Вирни остался внизу и воздел к небосводу руки, с надломом в голосе вопросив:

– А как же я?

Медведи озадаченно затормозили, колпачники замерли… а дракон сплюнул. К счастью, не в эльфа, просто посреди поляны занялся веселый костерок.

– А ты на дерево! – промяукал мой фамильяр, в это время активно перескакивая с ветки на ветку. – Давай залезай, остроухий! Будем из партера наблюдать за битвой века!

– Лучше бы помог, – огрызнулась я, думая, чем бы приложить мишек.

Мишки рычали, поглядывая на нас. Дракон глубоко вдохнул и на выдохе окатил их ревущим столбом жаркого пламени.

Огонь скатился с них как с гусей вода. В зеленых зенках поселилось торжество, а ближайший медведь, с порванным в процессе схватки горлом, прошамкал:

– Шпушкайся, птычка.

Дэс от избытка чувств плюнул в него повторно.

Не поняла… у него же столько видов пламени, и как минимум одно настолько жаркое, что расплавило артефакт. Почему он его не использует?

Но все же в пылу боя было не до размышлений.

Я попыталась усугубить ситуацию с болотом под лапами у рогатых, но те без капли усилий освободились из объятий трясины. Сделать ее еще больше и смертоноснее я не могла по техническим причинам. Болото не может появиться просто потому, что потому. Для болота нужна вода! А я и так стянула всю влагу из ближайшей местности.

Свечкой взлетев в небо, Дэс рухнул на ближайшего медведя, стараясь не попасть под острые как иглы изгибы рогов, которые изгибались словно живые, стараясь ткнуть нападающего в глаза.

Ну а я пока развлекала второго мишку, бросая в него одним заклинанием за другим. И с некоторой детской обидой понимала, что университетская программа к такой паршивой жизни меня совсем не готовила! Я знала как приложить шаровой молнией упыря, как дать в лоб воздушной волной ближнему и дальнему своему. Также я разбиралась в травках на весьма продвинутом уровне, а благодаря способностям темной, могла что-то сделать с эмоциональным фоном противника.

Но в противниках у меня игрушки! У них нет эмоций, весят они столько, что можно окочуриться, пока разгонишь ветер до нужной скорости, а шкуру эта мерзкая бабка пропитала специальным составом. Что у них на когтях, я вообще молчу!

– Вирни, а как у тебя с мечами? – риторически спросила я, в целом ни на что не рассчитывая.

– Хорошо! – обнимаясь со стволом дерева, гордо сказал мне мужчина всей моей жизни по версии богини Природы. – Вот!

И достав из-за пояса кинжал метко швырнул в медведя. И даже попал в глаз!

Миша расстроился и двинул к сосне.

– Слушай, Тиль… – промяукал вцепившийся в соседний ясень Жозефин. – Они же хорошо лазают по деревьям, да?

– У него рога…

Рога моментально втянулись в череп и злорадно ухмыляющееся чучело полезло наверх. Не иначе как отдавать застрявший в нем кинжал владельцу. Мой остроухий герой округлил свои прекрасные очи, быстро поднялся и перескочил на соседнее дерево.

Мимо меня просвистела стрела. Испуганно поджав ноги, я огляделась, и поняла, что гномилинги и не думали сесть в сторонке и насладиться зрелищем! Они притащили еще парочку арбалетов, мерзавцы в красных шапочках!

Мы дружно посмотрели на дракона, который уже оторвал своему противнику одну конечность и, кажется, не собирался на этом останавливаться. В общем, судя по всему, одерживал победу, но отвлекаться на наше спасение совсем не мог!

Я с тоской подумала о тех способностях, на которые намекал Тирол. И они уже проявились при конфликте с Таэрлином, когда я ощущала, что могу приказать самому лесу. Было бы удобно! Или натравить на них местную живность. Не знаю как с игрушечными медведями, а с гномилингами даже белки справятся! Правда, нужны очень злые белки…

Но пока надо что-то сделать самостоятельно. Переплетя пальцы правильным образом и выдохнув формулу заклинания, я сначала пролила на шапочников локальный ливень, зачерпнув его из ближайшего пруда вместе с лягушками, а после заморозила воду.

Злорадно усмехнувшись, отсалютовала отчаянно матерящимся карликам, которые отковыривали от себя куски льда. И развернулась к медведю, спокойная за свой тыл. Арбалеты они не скоро отогреют!

Жаль, что так же нельзя поступить с мишкой. Просто уточнить в глыбе льда и сделать ноги. В идеале ноги делать верхом на драконе, чтобы улететь подальше.

Стиснув древко метлы, я потянулась мысленно к штурмуемой игрушкой сосне. Корни, мне нужны твои корни, хорошая моя… я после верну их обратно в землю, переплету с дерном, напою водой и станешь ты стоять во веки веков. Непоколебимая, стройная, корабельная… а сейчас мне нужна помощь!

Изогнутые корневища дрогнули, выпутываясь из песчаной почвы, обернулись вокруг лапы творения Вераиль и медленно потащили его вниз, начиная опутывать, затаскивать в разверзнувшуюся яму.

Зверь сопротивлялся настолько яростно, что я понимала, что с сосной мне вовек не расплатиться! Одной подведенной водичкой я не обойдусь.

В тот момент, когда я уже обращалась к соседней березе, внезапно открылся сверкающий портал и оттуда вышло двое. Огромный орк, в полном боевом облачении с топором на плече, и высокий, гибкий эльф, с длинными серебряными волосами, заплетенными в затейливую косу, и в легком походном доспехе. За его спиной сверкали две скромные рукояти. Обычная оплетка, явно не единожды знавшая хватку рук владельца. Эти клинки не на парады таскали.

Таэр! И орк тот… забыла, как зовут!

– Мужик с яйцами! – возрадовался Жозефин и заорал. – Скорее спасай нас от рогатых медведей!

– Что? – в красивых глазах мужчины плескалось явное сомнение, но стоило ему увидеть молчаливо раздирающего корни и практически освободившегося зверя, как клинки молниеносно оказались в руках эльфа.

Увидев новую дичь, мишка, которого я спеленала, ухитрился порвать путы и рвануть к эльфу и орку. Мужики стояли спокойно и крайне героически. Только оружие вынули. Когда ревущий монстрила к ним приблизился, то Таэр лишь изящно шагнул в сторону, отставив меч, на который миша и напоролся.

И ни капли не впечатлился!

Я с жадным интересом наблюдала за боем. Наверное, ожидала, что внутри будет набивка, но под шкурой косолапых был лишь ядовито-зеленый туман и нечто похожее на мох.

В этот момент из леса вышел третий рогатый миша. Видимо, запоздавший!

Вирни от избытка чувств (и по банальной причине окончания кинжалов) кидался в него ветками. Жозик вопил, что они сидят на одном дереве и потому, если юному эльфу хочется очень глупо умереть, то пусть он это делает на соседней березе! Вирниэль отвечал, что на березах шишек нет. Жозефин заверял, что ради такого дела он их туда собственнолапно перекинет.

К счастью эльфа и кота, дракон в этот момент окончательно разделался с первым и был совершенно свободен!

– Р-р-разорву! – пообещал нам игрушечный косолапый. Рога у него были еще больше, чем у предыдущих! А еще умудрялись менять форму, у них то вырастали новые острые выступы, то наоборот сглаживались.

Дэс ничего говорить не стал, молча кинулся, но на этот раз сменил тактику. Схватил медведя когтями, взлетел и швырнул на верхушки деревьев.

Я же глядела на выпотрошенного первого зверя и думала. Бросив в его останки заклинанием, я радостно улыбнулась, поняв, что в отличие от шкуры внутренний мох чучел очень даже горит! Развернув метлу, рванула ко второму мишке, которого пытались покрошить на запчасти Таэрлин с приятелем.

Все вместе мы справились. Эльф отрубил лапы, орк голову, а я отвлекала тем, что постоянно поджигала раны.

В это время Дэс оторвал башку третьей несчастной животине и, обернувшись в человека, мрачно уставился на новоприбывших.

Дракон ни капли не стеснялся ни своих ран, ни наготы, и надо сказать, что окинувший его оценивающим взглядом Таэрлин тоже не выглядел смущенным.

Обстановку чуть разрядил орк. Совершенно орковской непристойной шуточкой:

– Слуш, Таэр, мне кажется, у него больше!

Эльф покосился на друга и невозмутимо ответил:

– Это хорошо, что ты признаешь свои недостатки, но право не стоит комплексовать – размер не главное.

Я сначала недоуменно хлопнула ресницами, а после покраснела от гнева, но беглый взгляд, который все же изучил дракона, кроме всего интригующего отметил и то, что на рыжем живого места нет! Особенно кошмарной выглядела глубокая, рваная рана на животе. Все знания анатомии намекали, что кроме кубиков там находятся еще и внутренние органы, и такие повреждения часто летальны!

– Дэс! – лихо приземлившись, я спрыгнула с метлы и подбежала к мужчине. – Тебя нужно лечить!

Дракон словно неверяще посмотрел вниз, и кивнул:

– Да, действительно надо… я сейчас что-нибудь на себя накину.

Я лишь кивнула и рванула к палатке, в которой была и моя сумка. После недолгих раскопок в ее глубинах, я выудила аптечку.

Глава 5

Воссоединительная, а также информативная!

Разложив весь лечебный ассортимент на чистой белой тряпице, я критически осмотрела сначала живот Дэса, а после бутыльки и свертки. Драконья регенерация внушала уважение, так как кровь уже едва-едва сочилась.

Под руку пролез Жозик и критически оглядев мужчину, выдал:

– Спорю на половину хвоста, что когти у тварей были ядовитые.

– Вполне вероятно, – со вздохом признала я, а после взяв в руки большую бутыль с обеззараживающим средством и вату, позвала своего суженного-ряженного. – Вирни!

– Да? – напряженным, чуть вибрирующим голосом откликнулся мой мальчик-колокольчик, который сверлил пристальным взглядом эльфа и орка, расположившихся на другом краю нашего мини-болота, в которое моими усилиями превратилась полянка.

– Обработай, – я кивнула на рыжего, и передала мальчишке все необходимое. Он сначала недоуменно хлопнул ресницами, а после кивнул и повернулся к дракону с таким ярким огнем исследователя в глазах, что лично я бы убоялась!

Сама я достала другую сумочку, на сей раз с реактивами и с хищным интересом уставилась на ближайшую раскуроченную тушу. Ну-ка, где наша лапонька? Во-о-от она, в трех метрах валяется!

Когда ботинки неприятно чавкнули в размокшей земле, я чуть подумала, но решила не тратить остатки сил на осушение. Мне еще сосне долги возвращать!

Анализ вещества на когтях медведя много времени не занял. Когти, кстати, имели весьма интересную конструкцию. Костяное полое тело, в котором размещалась капсула с токсином, что медленно вытекал на острые, металлические кончики.

– Нужна помощь? – легкие шаги эльфа, которому казалось совершенно не мешала влага вокруг, и вопрос. – У меня есть несколько артефактов исцеления.

Я покосилась на присевшего рядом на корточки Таэрлина, но все же неохотно ответила:

– Все не настолько серьезно, – взяла образец, капнула в раствор с выявителем, и полюбовавшись на густо-синий цвет реакции, прокомментировала. – Миаса талантлива, и просто отлично пользовалась возможностями Луэжела. У вас особенные травы.

– Вытяжка?

– Ага… от обычного лиарга. Невнятная травка, что разжижает кровь и препятствует заживлению. Если порезаться обычной и ее сок попадет в рану, то лишь позудит и заживет на денек позже. А вот ваша лиарга отличается от обычной… она много сильнее. В общем, нас спасает то, что у меня есть хорошие лекарства и наш пациент дракон. Если бы они меня так подрали, еще неизвестно что было бы.

– С тобой ничего бы не случилось, – таким уверенным и непоколебимым тоном произнес светлейший лоэр, что мне аж жутовастенько стало!

– С чего это?

– Я чувствую опасность, которая тебе грозит, – улыбнулся в ответ блондин, и подавшись вперед замер в нескольких сантиметров от моих губ. Но стоило мне изумленно округлить глаза, как Таэр лишь улыбнулся, игриво дунул мне на лоб и отстранился. – Потом поговорим. Сейчас нужно решить несколько насущных вопросов.

Решив, что для того, чтобы со злорадным хохотом умотать от эльфа на драконе, мне нужен здоровый дракон, я вернулась к больному. Заявлением Таэрлина ни капли не впечатлилась кстати!

Это, конечно, приятно, мужчина он красивый, но властных решал, мне в жизни хватило в лице дяди!

Когда я приблизилась к оставшимся под деревом друзьям, то сначала озадаченно замерла, а после не удержалась от улыбки.

Так как Вирни с трепетом открывал для себя азы врачевания, а Жозик ему активно в этом помогал!

– Вот, а теперь лей!

– Но это же спирт!

– И что? Лучшее средство!

– Открытая рана, – усомнился здравый смысл эльфика.

– Дракон! – многозначительно протянул кот. – Когда мы еще послушаем как вопит дракон?

– Жоз, а Жоз… – задумчиво так протянул Дэс. – А ведь твоя рыба в моих руках.

– Эм-м-м… – задумался и тотчас пошел на попятный хвостатый садист. – Вирни, слушай, спирт это все же перебор! Давай вот это.

И подтолкнул лапой очередной бутылек, который я, кстати, поостереглась бы капать даже на здорового дракона, не говоря о больном.

– Так, врачи-коновалы, пропустите, – я решительно отодвинула всех участников, достала нужную жидкость и щедро плеснула на живот рыжего. Тот лишь дернулся, а на поверхности раны спустя пару минут образовалась зеленоватая пена, которую я осторожно счистила, далее наложила охлаждающий и заживляющий гель, а после повязку с прокладкой из мха-сфагнума, вываренного в специальных травах.

Дальнейшая обработка пошла веселее и быстрее, так что закончили мы за полчаса. Собрались, и лишь после этого приблизились к невозмутимо ожидающим нас Таэрлину и орку.

Качать права решила я.

– Ну и? – решительно скрестив руки на груди осведомилась у обоих.

– Привет, детка – ухмыльнулся орк, и неторопливо размявшись, встал. – Как дела? Я смотрю мы вовремя!

– Слов нет насколько!

– Это хорошо, что нет, – радостно оскалился в ответ орчара. – Вам бабам, молчать надобно! И вам хорошо и нам приятно!

А-а-а!

От необдуманных поступков меня спас Жозефин, путем запускания когтей в ногу. Очень хотелось высказать свое мнение о его воздействии ответным движением нижней конечностью и встречи оной с его хвостатой задницей, но я воздержалась!

Кот вышел вперед, сел и величественно произнес:

– Что вам нужно ваще?

– От тебя? Ничего! Мне дракон нужен! – потряс нас всех орк, а после кинул Дэсу какой-то свиток. – Любуйся. Ваш с братом папенька нанял лучшего наемника поиска младшенького!

– Что? – очень-очень спокойным тоном переспросил Дэс.

– А этот тут причем? – возмутилась я, и кивнула на Таэрлина.

Эльф ответил мне чарующей улыбкой, и страшными словами.

– Пункт 3.1 данного договора гласит, что исполнитель может привлекать любую помощь, которую сочтет необходимой.

– И таки знали бы вы, сколько Таэр мне заплатил, чтобы я вдруг внезапно осознал, что мне без него никуда! – радостно заржал орк и хлопнул остроухого по плечу.

– Харт, – с легким осуждением посмотрел на него Таэрлин.

В разгар выяснения целей всех присутствующих вмешался тот, от которого вообще ничего не ожидали. Вирни!

– Правильно ли я понял… – в звонком голосе эльфенка прорезались низкие, серьезные нотки, а на мою талию внезапно и очень уверенно легла… чуть дрожащая рука нашего героя. Он откашлялся, и продолжил. – Правильно ли я понял, что Харт Воинственный нанят драконами для поиска младшего брата, украденного Вераиль?

– А если точнее, то бездарно тобой, эльфик, прошляпленного! – орк наклонился, сорвал травинку и прикусил ее, с прищуром глядя на паренька, а после на меня. – На кой демон вы вообще к ней в лавку полезли, недоумки? Дэс, ладно эти идиоты, но ты куда смотрел?

Куда-куда… в другую сторону и потому не досмотрел. Покосившись на побледневшего Вирни, которому пришлось нелегко от напоминания о некоторых поспешных решениях, я тихо вздохнула, оценив мертвенный цвет лица.

Потому заступилась.

– Это особенно интересно слышать от вас. Я слышала, что наемники не пьют на заданиях, а вы вместо решения проблем прохлаждались в трактире.

И если бы он там только пил! Так потом же еще таскался по бабам.

– С тобой кстати! – заржал в ответ орк. – Цыпочка, у всех разные способы добычи информации. И согласись, если бы я не был профессионалом, то драконы бы меня не нанимали.

В беседу вновь вмешался Вирни.

– Я к чему вел. Да, вы тоже преследуете Вераиль, но это же не значит, что станете идти с нами, правда?

На него все воззрились с такой жалостью, что мальчик это почуял и смутился. Щечки порозовели, ресницы дрогнули и опустились… мне вновь захотелось защитить дитятко от злых дядь!

Потому я сначала сняла руку паренька со своей талии, потом ободряюще похлопала его по предплечью и повернулась к остальным.

– Кратко излагайте свои планы. Храт, вы первый.

Орк издевательски стер скупую слезу умиления и проговорил:

– Командирша! А планы просты. Найти ведьму, прибить, вернуть ребенка родителям, пару месяцев пропивать заработанное. Передаю эстафету Таэрлину!

– Сопровождаю Храта, – в отличие от весьма эмоционального орка тот был спокоен и невозмутим. – На всех этапах.

– Не-не, дружище, пропивать свою зарплату с тобой я больше не буду! – тотчас возмутился зеленомордо-клыкастенький. – Мне хватило одного раза! Ты хуже бабы, ей богу! Спустил все за три дня… коллекционное вино ему подавай, видите ли.

Таэр лишь усмехнулся, но не обиделся, а откорректировал план:

– Тогда все пункты кроме загула.

– Отлично, просто шикарно. Тогда что вы ТУТ делаете?

– Так вы по следу идете, а мы за вами. И вообще, предлагаю объединить усилия. Дэс, как тебе эта светлая мысль?

Судя по лицу дракона – не очень. Но рыжий недаром был умным и сдержанным мужиком, он не сразу отправил орка по матушке, а вежливо спросил:

– А собственно почему она должна мне нравиться?

Харт хохотнул, отложил топор и начал загибать пальцы по очереди:

– Потому что я обаятельный и это раз. Потому что ты идешь за хитрой и старой ведьмой, а в спутниках у тебя ведьма-недоучка, кот и… – несколько секунд орк смотрел на Вирниэля, но все же сжалился. – И подросток. Ну и вишенкой на этом тортике станет тот факт, что я шаман. А еще у меня есть информация, которой не владеешь ты. Я знаю куда именно направляется Вераиль. Ее точку назначения. И нам не нужно идти за ней след в след, мы можем сработать на опережение.

– Очень интересно, – все с тем же каменным лицом ответил дракон. – А тогда зачем тебе, такому обаятельному наша команда?

– Шутишь? – кажется началось откровенное издевательство, так как орк вновь стал загибать пальцы. – Во-первых, у вас кот обаятельный. Во-вторых, в спутниках ведьмочка с креативным мышлением, и героический эльф. Очень метко бросаешься шишками, пацан, я прям восхитился. У тебя большое будущее! Ну и вишенкой – кто же станет отказываться от такой боевой единицы как дракон?

В этот момент вступил Таэрлин.

– Ну и в заключение – Вирни все еще под моей опекой.

– Ты же разводишься с мамой! – возмутился мой избранный.

– В процессе, – согласился эльф, а после улыбнулся. – Но по документам я все еще мессир твоего клана. Стало быть, отвечаю и за тебя, и за Тильду.

Ответственный такой, прям с ума сойти! Кто-то бежит от такого как от огня, а наш героический Таэр не щадя живота своего отвечает за ближних и дальних! Сволочь.

Впрочем, кроме злости к Таэрлину у меня было вполне искреннее восхищение, как к остроухому гаду чрезвычайной изворотливости. Он очень быстро адаптировался в новых условиях, и умудрялся даже в провальной вроде как ситуации увидеть шанс на реванш.

Как сейчас. Тильда сожгла колечко? Не беда, у нас еще пасынок имеется.

Я с оценивающим прищуром посмотрела на интригана, который ответил мне безмятежным взглядом. И я отчетливо понимала, что для того, чтобы выйти с Таэром хотя бы вничью, мне потребуется ледяное спокойствие и самообладание.

В конце концов эти игры могут быть интересными. Да, я не особо их люблю, но если мне навязали партию, то почему бы не получить от нее удовольствие?

Следующие несколько минут я слушала диалог дракона и орка. Они все же договорились, что мы будем путешествовать вместе.

Когда Дэс, отвернулся от Таэра и Харта, то чуть поморщился и я поняла, что ранения все же дают о себе знать и эта показная невозмутимость нашей огнедышащей рептилии дорого стоила.

– Можешь не говорить, – пренебрежительно фыркнул Жозик, когда Дэс встал рядом. – Ты прогнулся под этого гаденыша! Я про остроухую сволочь, ведь даже идиоту понятно, что если бы не приятель, то орк бы сам выполнял заказ, и не подумал бы тебя искать.

– Жоз, мне плевать как ты это назовешь, – тихо ответил дракон и лишь нехорошо сверкнувшие глаза, дали понять, что спокойствие это наносное. – Но я должен найти своего брата, и если для этого нужно путешествовать с этими двумя – я согласен.

– А если мы нет? – Вирни воинственно выступил вперед внезапный как упырь при свете дня.

– И правда, – интереса ради поучаствовала я в назревающем саботаже.

– То я никого не держу, – кулаки рыжего едва заметно сжались, а после расслабились и в голосе мужчины появились мягкие нотки. – Тильда, не буду отрицать, что мне очень важна твоя помощь, но если ты захочешь развернуться и уйти…

Тяжелый вздох был весьма говорящим финалом фразы.

Из-за спины Дэса раздался насмешливый голос.

– Так и скажи “тогда я поищу другую девственницу”. Хотя если учитывать, что нужна черная ведьма, то будет проблематично. Да еще и такую, чтобы стоило поманить приключением, и она вприпрыжку метнулась следом.

– Что?! – ошеломленно выдохнула я, не думаю, что я столь разносторонне полезная девушка.

– То, что черные ведьмы, те, что девственницы для драконов очень пользительные, – развел руками Таэр, и подмигнув едва ли не дымящемуся от злости Дэсу, добавил. – Во мне кровь крылатых, так что я многое знаю, о мой чешуйчатый друг.

Так… девственницы и драконы. Он что сожрать меня планировал?!

– Минуточка! – торопливо перебила я. – А как было надобно употреблять ведьмаческих девиц?

– По назначению, – по тонкому лицу Таэра расплылась улыбочка, за которую захотелось по этому самому лицу съездить. А потом, с другой стороны, для симметрии!

На этом моменте в диалог вступил Жозик.

– Тильда, ну не жрать же! Действительно, все темные боги, как же я сам не вспомнил! Только облом, наша девственница еще не созревшая.

– В смысле? – совсем уж испуганно уточнила я.

– Ей еще нет двадцати лет!

Гы, то есть девственниц надо выстаивать как винишко? Никогда не думала, что у меня и бутылочки игристого столько общего!

На меня все озадаченно посмотрели. В глазах каждого мужика отражался напряженный мыслительный процесс.

Озвучил общий финал математических подсчетов, как ни странно, Вирниэль.

– Ты же закончила свой университет. Тебе должен быть двадцать один год.

– Экстерном закончила, – злорадно просветил кот. – Как только наша девочка стала ведьмочкой, то перешла на экстернат. В академию ведьм переходить не стала, а сокурсники относились паршиво, вот и…

– Жоз, – прервала я чрезмерно словоохотливого кота.

– В общем не пригодна она для увеличения сил.

– Что за увеличение?! – наконец сумела вставить свои пять копеек совсем неосведомленная я. – С чего вы вообще взяли этот бред?!

На меня посмотрели с отчетливой жалостью.

– Я тебе потом расскажу, – решительно заявил Жозефин, а после вскарабкался на высокий пень, так удачно стоящий посреди нашей компании, и сообщил. – Значит так. Как альфа-самец альфа-самцам заявляю. Это моя ведьма! И каждый кто попытается протянуть к ней лапы останется без самого дорогого.

– Без жизни? – наивно предположил мой цветочек Вирни.

– Без яиц! – категорически рявкнул белоснежный пушистик. – А это досадно, мой юный друг! Ты пока еще не оценил всю прелесть их наличия, но поверь, без них тоскливо.

Таэр с самым скучающим выражением лица разглядывал свою ладонь, поворачивая ее так и эдак, а после словно невзначай проговорил:

– Знаешь Жоз… если обратиться к статистике, то кастрированных котов гораздо больше, чем кастрированных эльфов или драконов, не говоря уже про орков. Так что ты бы подумал.

– Знаешь, Таэр… – в том же тоне ответил мой смелый защитник. – Любому аналитику знакомо слово “погрешность”.

– Знаете, ребята… – не выдержала уже я. – Альфа-самцы, что б вас! Если бы девственницу надо было сожрать, то у вас были бы хоть какие-то шансы. А сейчас давайте уже собираться, да идти дальше. Пока вы тут статистикой меряетесь, ведьма непонятно где находится, и непонятно что делает с ребенком. Он же все осознает!

Все моментально устыдились, а после наш разношерстный отряд двинулся собираться. Лететь было решено на Дэсе, так как нашей точкой назначения являлся драконий город Нэос. Крылатые – сильные маги и окружили свои горы защитным пологом, который сбивал телепортацию. И, собственно, мы практически к нему подошли, через несколько часов начиналась граница владений драконов.

Можно было дойти до Нэоса и ножками, но это вообще запредельно долго. По небу-то добираться придется почти два дня!

Потому я решила перенести выяснения отношений на вечер. Сейчас устраивать скандал и трясти Дэса насчет его планов на мою персону не имело смысла.

Глава 6

О драконьих интригах и эльфах-мерзавцах

Полет на драконе! Это нечто… невероятное! Удивительное!

Надо сказать, что среди моих знакомых не было никого, кому повезло бы прокатиться на загривке крылатого ящера лично, так что все что все мои знания об этом процессе были почерпнуты из лирической баллады “Пронзая облака”.

Оная повествовала о любви драконьего князя и простой девушки-пастушки. И уж не знаю, что именно он там пронзал, раз дева испытывала такой восторг, но уж точно не облака!

Во-первых – дракон – это быстро! То есть ты просто физически не можешь задумчиво устремлять взгляд в синюю даль, ветер настолько сильно хлещет по лицу, что едва-едва получается приоткрыть глаза.

Во-вторых, дракон парит неравномерно. Его сносит то вниз, то вверх, из-за чего к горлу коварно подкрадывается сдуру съеденный перед полетом бутерброд. Поганка-сосна вытянула из меня столько сил, что пришлось подкрепиться.

Ну и в-третьих – в небе холодно! Очень! И так как летим мы быстро, то все тепло выдувает – только свист стоит. К счастью, у меня есть кот. Он поставил щит на меня и, после некоторых уговоров, на Вирниэля, чему последний был просто счастлив. Я уже думала начать злорадно хихикать, глядя на Таэрлина, так как эльф не производил впечатления холодоустойчивого существа, но, к сожалению, у мессира рода Сосны с собой была вязанка амулетов, среди которых оказался и воздушный щит.

Предусмотрительность проклятого эльфа внушала уныние!

Летели мы просто невероятно долго. Внизу проносились долины, расчерченные темными изгибами ущелий, а после сменялись лесами и невысокими холмами, покрытыми вереском и кустарниками. Но с каждым часом холмы становились выше, а их вершины все более обнаженными. Проступали первые, еще невысокие драконьи горы.

Когда мы приземлились на стоянку, я практически свалилась с дракона, несмотря на услужливо подставленное Дэсом крыло. Меня честно попытался поймать только что спустившийся Вирниэль, но парня оттеснил Таэрлин, в руки к которому я и свалилась как спелый плод.

– Все в порядке? – невозмутимо поинтересовался эльф и не думая спускать меня с рук.

А я смотрела на него, и ощущала как всю меня наполняет грусть. Потому что выглядел Таэр просто-таки возмутительно хорошо, словно и не просидел на драконе весь день. Свеженький, бодренький… у меня такая гладкая и красивая кожа бывает только после двух масок и трех кремов!

В общем я предавалась нехорошему чувству зависти.

– Я в порядке и отпусти пожалуйста, – со вздохом ответила эльфу.

Он лишь кивнул, огляделся и пошагал в сторону поваленного бревна. Поставил меня на землю, а после снял куртку и бросил на дерево. Подошедший орк заржал:

– Хрена ты джентльмен! – а после плюхнулся на приготовленное для меня место, смачно потянулся и заявил: – Слушай, раз ты сегодня такой обходительный, приготовь ужин, а? Умотался я – с ума сойти.

Таэрлин лишь ухмыльнулся… а после орка унесло в кусты орешника, что росли за бревном. И отправил он туда здоровенного зеленого шамана буквально одним ударом!

Ворчливый голос из зарослей проговорил:

– Злобная твоя ушастая морда. Мог бы просто сказать, что не настроен сегодня готовить! Нет же, сначала бьем… все как у моей второй жены. Сначала сковородкой, потом объясняется, что конкретно ей не понравилось.

– Харт.

В голосе эльфа было столько выразительного предупреждения и обещания тяжелой жизни, что даже я впечатлилась.

– Понял, понял… пойду кого-нибудь поймаю.

– Меня всегда радовало, что ты понимаешь меня с полуслова. Вот она – дружба.

– И не говори… – глухо отозвался удаляющийся в перелесок лучший друг!

Эльф развернулся ко мне, и сказал:

– Отдохни. Ты очень много сил отдала во время сражения, тебе нужно восстанавливаться.

– Эм… хорошо.

– Вирни! – остроухий позвал шатающегося под весом сумок эльфенка. – Пойдем за ветками для костра.

В общем, не успела я моргнуть глазом, как этот тип уже все решил. С Дэсом договорился, что тот займется палатками для нас, мальчишку утащил за собой в чащу, а орка еще раньше отправил за едой.

Я молча обалдевая сидела на деревце. Подошел кот, запрыгнул и с некоторыми нотками уважения в голосе, проговорил:

– Вот это организаторский талант. Сразу видно обширную практику. Его тут все терпеть не могут, но все равно умудрился занять место неформального лидера.

Я лишь вздохнула.

Дракон покопавшись в сумках достал какой-то фрукт странной формы и хлебную лепешку, а после дополнив это фляжкой, подошел ко мне.

– Тебе нужно подкрепиться, – в глазах рыжего было сожаление, замешанное на упрямстве.

– И поговорить, – с намеком произнесла я, но все предложенное взяла. Покрутив сине-фиолетовую фруктину, поинтересовалась: – Что это, кстати?

– Нуори. Отлично восстанавливает силы магов, а ты действительно выложилась.

– А… – я с опаской надкусила угощение. Мякоть оказалась желто-оранжевого цвета, с отчетливой кислинкой. – Рассказывай, интриган. Зачем тебе ведьма. Да еще и девственница.

– При определенных условиях можно увеличить собственную силу. А еще – невинные черные ведьмы после двадцати лет – идеальные жертвы.

Я подавилась. Кот же не смолчал.

– Вот же ты крылатая сволочь!

– Все не так страшно, как звучит, – защищался рыжий. – Дело в том, что место, к которому стремится Вераиль охраняется духами камня. Чтобы пройти без потерь нужно подношение. Что-то достаточно вкусное… ходят слухи, что самый изысканный деликатес для них – ведьмочки. А уж невинные – вообще сказка.

Жозик распушился, становясь зрительно больше и разъяренно зашипев, спросил:

– То есть ты действительно считаешь, что Тильду должно ободрить то, что кровушки ее хотят испить какие-то каменюки?

Я продышалась, сделала несколько глотков воды, а после решительно остановила вновь назревающий скандал:

– Стоп! – кот покосился на меня крайне обиженно, но прислушался. – Дэс, почему ты не сказал раньше? И когда планировал просветить?

На последней фразе я все же не удержалась от сарказма. Все было обидно!

Всегда обидно, когда ты срываешься навстречу приключениям и душа распахивает крылья, а потом оказывается, что тебя хотели использовать. Прелесть рыжеволосого драконища стремительно падала в моих глазах.

– Тильда, скажи честно, если бы я тебе на старте похода заявил, что от тебя потребуется кровь, но ты не переживай, не вся, ты бы пошла?

Я задумалась.

Ответил Жоз.

– Конечно не пошла бы, потому что я бы не пустил! Кто знает сколько конкретно тебе нужно кровушки и не проще ли будет отдать этим каменным кровопийцам всю Тильду разом?!

– Вот именно потому и промолчал. Решил, что на месте разберемся.

Прекрасно… просто чудесно.

Решив обдумать это позже, я перешла к более актуальным вопросам.

– Расскажи чуть подробнее о том месте куда стремится наша светлая ведьма. Надо признать, что никогда не слышала о живом камне.

– Это одна из тайн Нэоса.

Я добросовестно выдержала драматическую паузу, но Жозик не обладал достаточным трепетом перед драконьими сокровищами знаний, потому буркнул:

– Давай бодрее подбирай слова, крылатый.

Дэс зло сверкнул на фамильяра глазами, скорее всего мало кто был смел настолько, чтобы разговаривать с драконом в таком тоне. Но кот на эти выразительные взгляды вообще не реагировал!

Я же покрутила лепешку в руке, и решительно впилась в нее зубами. Если честно, то все эти тайны и секреты уже утомили. И обидели. Наверное, самое противное для нас не само предательство, после которого ты хотя бы занят активным разгребанием последствий. А вот такие мелкие моменты, когда понимаешь, что тобой просто сыграли в темную… это разочарование. Разочарование как гниль, отравляет весь плод хорошего отношения к человеку. В данном случае к дракону.

Уже не хотелось любоваться блеском солнца в медных волосах, и дыхание не перехватывало от широкой, обаятельной улыбки. Конечно, все еще может измениться… но сейчас мне милее корка хлеба в руке. А это что-то да значит, не так ли?

– Тиль… – в голосе Дэса было столько муки от безвыходности, что на какой-то момент мое сердце дрогнуло.

Я со вздохом проговорила:

– Это было неприятной неожиданностью. И мне кажется, что если ты составишь себе труд поставить себя на мое место, то поймешь, что именно я испытываю.

– Я искренне считал, что у меня нет других вариантов. И твой кот только что подтвердил, что я прав. Скажи честно, Тиль, если бы Жозефин ультимативно сказал, что тебе не стоит со мной идти, что бы ты сделала?

Я пожала плечами и сказала правду, которую мы оба знали.

– Взяла кота, эльфа и ушла бы сразу после того, как ты уничтожил кольцо.

Притом в свете информации о девственности и крови, которой придется заплатить за проход, мне даже не было бы стыдно за нарушение слова.

– Вот видишь.

Медноволосый сел рядом с Жозефином. Притом ютиться пришлось на краю бревна, так как мой белоснежный защитник и не подумал убрать свой пушистый хвост. Думаю, в любой другой ситуации кота бы просто спихнули, но сейчас… сейчас все иначе.

– Вераиль похитила Арвиса не для экспериментов, а для жертвы, – наконец глухо признался Дэс. – Мои родители и брат год назад были в Луэжеле проездом. Они вообще любят путешествовать и показывать детям мир… все мое детство тоже прошло в дороге. Тирольская земля – это нечто удивительное и волшебное, потому я понимаю, почему они туда отправились.

– Год?! – зацепилась я за иное. – Он у этой мерзавки, что порочит звание светлой уже ГОД?!

– Да, – в одном этом коротком слове было столько муки, что становилось жутко.

– Как он пропал?

– Накануне родители посетили одно из древних капищ Тирола-из-Леса. Оно заброшенное, и давно уже не активное, но сила бога все равно чувствуется. Эльф, который показывал моим родным Тирольскую землю, рассказал, что существует сказание, что в Папоротниковую Ночь на капище можно загадать заветное желание и оно сбудется. Не более чем миф, отголосок прошлого… но Арвис поверил, ночью сбежал и отправился на капище. И пропал.

Белоснежный хвостище медленно сполз вниз, освобождая место на бревне. Дракон придвинулся чуть ближе.

– И неужели никаких следов? – вопросительно мяукнул кот.

– Никаких, – покачал головой Дэс. – До капища он точно добрался, а вот дальше следы теряются. А на одном месте он словно воспарил в воздух. Не обратился, там только следы человеческой обуви.

– В прыжке вы не обращаетесь?

– Дети такого еще не умеют.

– Слушай, но вы же драконы… там все Лужайки по травинке перебрать должны были, чтобы найти ребенка.

– И перебрали. Ничего не нашли. Я не мог сидеть на месте, потому отправился сам. Долго слушал, искал информацию, и что-то начал нащупывать лишь после того, как устроился на работу к Хелвирилу и узнал, что Вераиль не просто светлая ведьма, но еще и дежурный-маг экспериментатор, который может любое существо обратить во что-то другое. Тогда я предположил, что именно она поймала тогда Арвиса у капища. Отсутствие иных следов кроме брата тоже объяснимо – метла. И мы почти добрались! Почти справились… но она сбежала и прихватила с собой единственную игрушку. Брата. Самый ценный экземпляр своей коллекции.

– А причем тут жертва?

– Слышала легенду, о том, что если поднести богу дар жизни, то он исполнит любое твое желание? Это восходит к тем временам, когда все боги были лишь сильными стихийными духами. К ним взывали, им платили… в основном кровью, честью и жизнью, Тильда. Кое-что из этих традиций осталось неизменным.

– Так… – я напряженно побарабанила кончиками пальцев по коленям. – А почему она тогда не сделала этого? У нее был год, а под боком капища Тирольской земли и собственно ее бог. И вот кто его разбудил, получается! Вераиль!

– Потому что как ты верно сказала, Лужайки и все окрестности прочесывали так, что деревья дрожали. Она затаилась. Благо ее пленники хранились на виду и выглядели настолько мило, что ни у кого бы не возникло мысли о том, что это живые дети.

– То есть вариант с Тиролом Рогатым у нее пропал… и она рванула в долину драконов? Туда, где ее порвут живьем за то, что она умыкнула драконенка? Бред же!

– Увы. Земли драконов делит на две части Хаор. Туманный каньон. Нейтральная территория, которая никому не принадлежит… в которую не ходят живые. В центре возвышается гора Живого Камня. На вершине расположено капище Террахора. Древнее, забытое божество драконов.

– Шо, опять? – ошеломленно выдохнул Жозик. – Куда не плюнь всюду древние боги! Спокойно не пройдешь, обязательно в них вляпаешься!

– Я бы говорил о них с большим уважением, – покачал головой Дэс. – И да, Террахор – один из стихийных божеств. Мы тогда только выползли из земных недр, что неистово извергались, и земля медленно остывала. Драконы поклонялись ему много тысяч лет назад, на заре своей цивилизации.

– Кровавенько было? – со знанием дела осведомился фамильяр. А кот неслабо увлекался мифологией, я даже конкретно для него брала в библиотеке книги-кристаллы, куда книги надиктовывались.

– Именно. Спустя несколько тысячелетий мы уже не хотели следовать его заветом.

– Так и скажи, ритуальное поедание самых красивых и сильных членов стаи уже почему-то не радовало! – вновь козырнул знаниями Жоз.

Но Дэс на провокацию не повелся и ровным тоном продолжил рассказ.

– Террахор разгневался и проклял крылатый народ. Тогда появился Туманный Каньон и человеческая ипостась. Слабая человеческая ипостась со всеми ее эмоциями и желаниями, с которыми приходится жить.

Ничего себе заявления! Прям страдальцы-драконы.

Хотя, наверное, действительно страшно вдруг превращаться из большого и бронированного в маленького и мягонького.

– Как понимаю теперь в этом вашем Хаоре водится много всякой жутко зубастой нечисти? – предположила я. Ибо свято место пусто не бывает, и там где исчезает самый сильный хищник(читай дракон), обязательно появляется много гораздо более мелких.

– В том числе и они, да.

– А Вераиль рванула туда потому, что с Тиролом не прокатило, а закалывать ребенка в храме какой-нибудь матери Природы совсем уж некрасиво. Служители не поймут. А чем ей Темные боги не угодили?

– По тем же причинам. Они уже слишком… цивилизованы. Как и их служители. Нельзя взять алтарь, убить там ребенка и счастливо жить дальше. Потому ваход был найден – древние. И достаточно сильные для того, чтобы исполнить ее, видимо не простое, желание.

Мы немного помолчали. Я размышляла о рассказанном Дэсом и надо признать, что мороз шел по коже! Все же я искренне считала, что ведьма поторопится спрятаться в какой-то лесной хибарке, и там-то мы ее и накроем!

А тут бац – и у нас словно по заказу Вирниэля появляется не просто цель, а ЦЕЛЬ. Древние капища, ужасные боги, коварные старушенции. Геройствуй – не хочу.

Я, надо признаться не хотела. Но при мысли о том, что сейчас подняться и уйти, бросить ребенка в лапах этой психопатки… ну уж нет!

Из мыслей меня вырвал голос Жозика.

– Слушай, а как твои родители успели нанять орка?

– После того, как Вирни упустил старуху, я известил старших рода. Родители решили подстраховаться, вдобавок орк как шаман обладает невероятной силой. Той, которой у меня нет. Именно он смог отследить направление бегства и сделал вывод о том, что светлая ведьма направляется в Хаор.

– Полезный товарищ, – сделал вывод кот. – Жаль, что у него друзья такие настырные, а так прям то, что надо для операции по спасению.

Именно в этот момент из-за деревьев показался тот самый “настырный”. Шел легким, поистине эльфийским шагом, а в руках нес охапку дров.

Позади него более всего напоминая стог из сухих веток ковылял мой несчастный избранный. Я вскочила, сунула флягу в руки дракона, и поспешно поблагодарив его, рванула помогать своей истинной паре, параллельно бросив недовольный взгляд на Таэрлина. Загонял мне мальчика, злыдень!

– Тильда? – вопросили из стога, а после категорично заявили. – Не надо мне помогать, я справлюсь! Я сильный!

Ти ж моя прелесть!

– А ты уже пришел, – заворковала я, веточку за веточкой забирая у эльфенка. – Прямо тут и будет костер.

– Да? – недоверчиво поинтересовался подошедший Жоз.

– Да! – рявкнула в ответ.

– Ну хорошо, – облегченно выдохнул Вирниэль, и ссыпал все добытое на траву, а после повернулся к Таэру и спросил. – А что теперь?

– А теперь мы будем разводить огонь.

– Как? – с живым интересом спросил парнишка, у которого похоже чуть поубавилось неприязни к уже почти бывшему отчиму.

– Вот так. – эльф сложил шалашик из веток, полюбовался на него и крикнул. – Дэс, поспособствуй!

Мордашка эльфика вытянулась. Он, очевидно, уже предвкушал добычу искр из огнива и кремня, а тут банальный огненный шар.

Скучно господа!

Глава 7

Об откровенных разговорах и совести

Лагерь организовали буквально минут за двадцать. Дэс позвал разочарованного в кострах Вирни и показал ему как ставить палатку. Я мысленно улыбалась, глядя на все это, и ощущала, как в глубине души просыпается что-то теплое и мягкое по отношению к эльфику. Я действительно была за него в ответе. Особенно здесь. В это путешествие он сорвался в основном из-за меня. Нет, конечно, стоит учитывать, что Вирни бы устремился в прекрасные и неизвестные дали по практически любой причине. Но все же катализатором стала я.

Я перевела взгляд на Харта, который сидел на противоположном конце поляны и разделывал пойманного зайца. Глядя на то, как алые ручейки стекают с доски и медленно впитываются в землю, я задалась вопросом:

– А эльфы едят мясо?

Ну действительно, у нас тут два представителя этой расы, что составляет треть отряда, стало быть, их потребности мы не можем игнорировать.

Орк лишь рассмеялся.

– По-разному. Мясоеды у эльфов, как среди людей вегетарианцы. Встречаются, хоть и не очень часто. Что говорить о наших спутниках, то конкретно Таэр мяса не ест… он его мерзавец, жрет! Когда в последний раз в стойбище гостили, его все мои жены прокормить не могли! А еще эльф…

Таэрлин, который как раз ставил над костром распорку, чтобы повесить туда котелок, усмехнулся и ответил:

– Вот напомню я тебе про это все, когда ты в следующий раз станешь грабить мои погреба на пиво, раков и мясную нарезку. Хочу заметить, что по объективным причинам, я куда менее вместительный, чем ты.

– А еще мелочный, – зеленокожий сделал несколько надрезов на шкурке, а после снял ее с тушки как чулок.

Со стороны палатки раздались какие-то невразумительные звуки, а после Вирниэль унесся в кусты. Звуки определились с назначением.

– Слабенький у тебя сынишка, – пренебрежительно хмыкнул орк, небрежно выковыривая что-то из тушки. Зрелище действительно было не самым приятным, так что я эльфенка понимала.

– Воспитанник, – поправил друга Таэрлин, почему-то покосившись на меня. – И вот он как раз был убежденным вегетарианцем. По примеру матушки.

– А я давно говорил, что бабу стоило или поиметь так, чтобы вся дурь из башки вылетела, или на хрен сослать в дальние стойбища. То есть поместья, – наставительно проговорил шаман, беря тесак покрупнее и разрубая зайца на несколько частей. – В итоге она испортила мальчишку. И хоть ты и не отец, но был ответственным!

– К сожалению, Харт, возможности выслать Цирилль у меня не было. Брачный контракт не подразумевал таких вольностей, а также диктовал, что ее слово – главное в воспитании ее сына. Я и так с трудом смог настоять на его учебе в рядах стражи.

Первые рекомендации орка, он, кстати, опустил и комментировать не стал! Впрочем, как я понимаю, Таэрлин не хотел поддерживать с супругой никаких отношений, и если вспомнить, что представляла из себя лоэра, его даже можно было понять.

– Но… – начал было орк.

– Закроем тему, – с обманчивой мягкостью попросил эльф. – Я не желаю обсуждать свой брак. Тем более, не тет-а-тет. И вообще… Дэс, напомни в какой пропорции с водой варится гречка?

Мне стало неуютно от этого разговора, потому я встала, поманила пальцем припаркованную возле сосенки метелку, и сообщила:

– Я буквально на полчасика.

– Далеко не улетай, – практически хором попросили Таэрлин и Дэс.

Доселе молчащий кот мерзко расхохотался, но ничего не сказал.

Я запрыгнула на древко, чуть отрегулировала сползшее сидение и взмыла над кронами деревьев. Хотелось присмотреть себе какую-то полянку для уединенного сидения.

Мне нужно было подумать. О многом.

К счастью, рядом обнаружилась не то что поляна – озерко! Небольшое, лежащее в каменных ладонях берегов, наполненное голубой, сверкающей в лучах заходящего солнца.

Как понимаю оно находилось совсем близко от нашего лагеря, и наши кулинары брали воду как раз из впадающего в озеро ручья. Долетев, я чуть покружила над водным зеркалом, почти идеально гладким в эту безветренную погоду, и приземлилась на берег в отдалении.

Камни были большими, пологими, отполированными временем и проходившим тут тысячелетия назад ледником. Глядя на эти монументальные глыбы, невольно осознавали, насколько человек маленькая песчинка перед лицом времени.

Сняв куртку, я бросила ее на остывающий после жаркого дня гранит. Села, со вкусом потянулась, щуря глаза на закатные лучики, напоследок согревающие мое лицо, воду озерка и зеленые вершины леса.

Итак, Тильда.

Что мы имеем?

А имеем мы откровенно… хм-м-м… жопную ситуацию, да простит меня дядюшка за такие выражения. Благо его тут нет, а вот жопа очень даже есть.

По рождению я, конечно, леди, но все же обычно леди плодятся и размножаются дома, радуя мужа сильными наследниками, а не пытаются максимально оригинально самоубиться. Еще и в такой компании! Пожалуй, сам факт моего путешествия с таким табуном мужчин уже окончательно поставил бы крест на репутации, если бы я не была магически одаренной девушкой. Нам, к счастью, позволено больше.

В общем, кроме зловещих обязательств перед Тиролом-из-Леса, моя прогулка за светлой ведьмой обросла кучей интересных подробностей.

Впервые в моей головушке появилась мысль, что есть риски просто не выжить! Да, сопровождают меня сильные бойцы, но это скорее значит, что в Туманном Каньоне нас встретит не менее зубастая тварина.

Я уж молчу о боге. Забытом, стало быть, скорее всего весьма недовольным этим фактом. Плохо то, что древние капища часто очень отличаются друг от друга. Одни безопасны и к ним даже путешественников водят, а вот другие… там настолько тонка грань, что бог может услышать твои потайные мысли и желания, даже если они не были озвучены.

Те божества, что известны и которым часто молятся, они, разумеется, уже чутка глуховаты и так просто их не дозовешься, хотя они конечно помогают страждущим дабы поддержать веру в себя и собрать больше последователей.

Но вот боги без паствы… каждое обращение к ним – слышно. А лично мне как-то не хочется, чтобы меня услышал кровожадный бог драконов, которого забыли от греха подальше даже сами драконы.

Я приуныла. А рядом даже кота не было, чтобы развеять хандру.

Кусты за моей спиной демонстративно хрустнули. А после еще и еще.

Обернувшись, я увидела, как из-за дерева выходит Таэрлин. Губы невольно изогнула улыбка, а в душе вспыхнула искра благодарности… эльф вполне мог подойти настолько неслышно, что я бы ощутила его присутствие только если бы он похлопал меня по плечу. Но поняв, что мне как человеку это будет стоить седых волос и кучи нервов лоэр заранее выдал свое присутствие.

– Здравствуй, – невозмутимо поздоровался остроухий, и наклонившись, сорвал парочку длинных травинок. Подошел ближе, стянул с себя кожаный жилет, оставаясь в обтягивающей зеленой рубашке, и сев рядом, сообщил: – Надеюсь, что ты не возражаешь.

– Надейся, – ни капли не обнадежила я блондина и попыталась было встать, так как уединение перестало быть уединенным.

– Подожди, – мужчина придержал меня за ткань рукава. Но сделал это настолько быстро, что это даже не показалось нарушением границ.

Я, с одной стороны, испытала удовлетворение, так как то, как вел себя эльф в Луэжеле раздражало до крайности. А с другой стороны – разочарование! Да, острое такое разочарование!

Очень уж хотелось испытать противомужиковую дубину от Тирола!

Посмотрела еще раз на Таэра. На совершенные, как у статуи черты лица, серебряные волосы, собранные в сложную косу, на широкие плечи, которые было совсем уж странно видеть у эльфа. Все же воинская специфика дает о себе знать. Видимо несмотря на мирное время и должность при дворе этот эльф не забрасывал тренировки.

В общем глядя на все это мужское великолепие и вспоминая, что именно оно себе позволяло в моей адрес – хотелось возмездия! В данном случае божественного!

Ну же, потрогай меня, противный!

В общем я села обратно. Как настоящая черная ведьма!

Даже развернулась к Таэрлину, всем своим видом выражая готовность к диалогу.

– Мы неправильно начали, – вдруг заявил эльф. – Я сделал не те выводы о твоей личности, к сожалению, мужской напор тебя скорее раздражает. Потому временно предлагаю забыть о всех моих притязаниях.

Радость то какая!

– Не вопрос! – с готовностью согласилась я. – Сейчас возвращаемся в лагерь, ты так и быть можешь перекусить, а после орк, думаю не откажет и создаст для друга портал.

– Боюсь сценарий не очень хорош, – с усмешкой покачал головой эльф, а после покопавшись в сумке, достал оттуда грушу, яблоко и положил первую возле меня. – Угощайся.

Сам с хрустом откусил от красного плода, и продолжил:

– Девочка моя, давай забудем разногласия и подумаем о том, как выжить в той передряге, в которую ты ввязалась, хорошо? Сейчас слишком много проблем, чтобы решать что-то на личном плане. Так что выдыхай, я смирю свои желания.

– Думаете, что без вас я не справлюсь? – интереса ради поинтересовалась я, борясь с желанием запустить грушу в эльфа. Она как раз спелая была, мякоть почти просвечивалась… стало быть при столкновении с эльфячьей головой разлетится на куски и украсит прическу!

Опека – это прекрасно! Это чудесно! Но нельзя же до бесконечности создавать вокруг человека искусственную среду и решать все его проблемы?! Сложность в том, что взамен от тебя требуют свободу. За тебя решают.

Я не хочу такого.

– Справишься, конечно, – невозмутимо продолжал жевать яблочко Таэр, даже не зная, что находится в шаге от скандала. – Но не забывай, что ты не одна. А теперь скажи честно, сможешь ли защитить еще и мальчика?

Я открыла было рот, а после… замерла и закрыла. Так как да, все мои навыки были заточены на одиночные сражения. Я не командный боец. Да и дело даже не в группе, а в том, что если у нас есть подзащитный, то все свои навыки смело можно делить на два.

Я молодая ведьма. Способная, сильная, но молодая. У меня еще недостаточно опыта.

Если бы это была обычная прогулка по человеческим землям, да или даже эльфийским – Вирниэлю точно ничего не угрожало бы. Но план нашего путешествия: драконий город, Туманный каньон и капище Террахора, к которому рвется безумная светлая ведьма.

– А еще вы мало знаете о Вераиль, – окончательно добил Таэр. – Согласись это минус.

– Дэс ее изучал, – парировала я, и добавила. – Он работал на Хэлвирила и…

Осеклась под скептическим взглядом лоэра.

– Тильда, ты же сама понимаешь, что данные нанимателя и простого работяги очень отличаются.

Почему-то то, что он пренебрежительно назвал Дэса простым работягой меня уязвило.

– Орк знает… о ведьме? – уточнила я. – Ведь именно он наемник.

В моих словах спокойно читалось “Не мог же ты, падлюка такой отправить верного друга на смертушку верную, не предоставив ему данных о враге?”.

– Я что, похож на дурака? – хмыкнул в ответ Таэр. – Конечно же он знает не все.

Коварный какой.

То есть выкинуть эльфа в родные пенаты все же не получится. Обидненько.

Я все же откусила от предложенного угощения. Сок растекся по языку приторной сладостью, на смену которой почти сразу пришла освежающая кислинка.

– И что вы предлагаете?

Сказать эту фразу для меня стоило некоторых усилий. Потому что она, по сути, означала мою капитуляцию. Мое согласие на условия эльфа, а это было поистине паршиво.

Таэрлин являл собой тот прекрасный образчик личности, имеющий ментальную пасть крокодила. Ему дай пальчик, он не то что руку, он всю тебя слопает.

В общем я с трепетом клала столь дорогую конечность в пасть аллигатора, а он глядел на меня с таким сочувствием и пониманием, что прям тьфу!

– Тильда, я ничего не предлагаю. Я просто буду рядом. Всегда.

Я вспомнила богатый, хоть и недолгий опыт нашего знакомства, и совершенно честно призналась:

– Звучит очень зловеще.

Эльф лишь расхохотался, отбрасывая за спину серебристую косу, и покачав головой, проговорил:

– Наверное в этом есть какая-то насмешка богов. Столько лет женского внимания, почти поклонения… мне было достаточно лишь выразить желание, и леди была бы в моей постели этой же ночью. А тут я трепетно признаюсь девушке, что желаю оберегать ее, быть рядом… и она отвечает, что ей жутко от этих перспектив.

Я окинула Таэрлина чутка скептическим взглядом, и не удержавшись… сказала гадость!

– А вы уверены?

– В чем?

Ох, видят боги, скорее всего я об этом еще пожалею! Но смолчать не могу!

– В своей популярности у прекрасного пола. Я, конечно, заранее извиняюсь! – Таэр судя по веселой злости в глазах ни капли мне не поверил, но не перебивал. – Но как я поняла, у эльфов, как и у людей есть своеобразные каноны красоты. И у вас последние лет пятьдесят в моде златовласые и самое главное высокие мужчины. Эти же портретики тиражируются и в человеческих государствах, да и на обложках всякой беллетристики могучие эльфы именно такого окраса страстно сжимают в объятиях всяких барышень.

Надо сказать, что я прекрасно понимала, что намекать мужику, что волосы у него не модного цвета, а рост вообще для эльфа низковат – не самая хорошая идея.

Но насколько опьяняющая! Надо заметить, что с появлением Тироловой дубины пьянящих мыслей стало гораздо больше, чем раньше, и провокации становились сладким плодом, который так и манил. Что не очень умно ввиду того, что воочию заветную дубинушку я до сих пор не видела!

– Тильда, Тильда… – эльф склонился ко мне, и я лишь выпрямилась в ответ, подавив в себе желание отстраниться, уступить. – Дерзкая ведьмочка. Наглая девочка.

Он был так близко, что моего лица касалось ровное, спокойное дыхание, отдающее мятой. Чуть розоватые губы изгибались в загадочной улыбке, и лишь в омуты зрачков с каждым мгновением затапливая радужку глаз, давая понять, что Таэрлин к такой близости не равнодушен.

Я тоже была не равнодушна! Я трепетала! Я ждала! Я забывала про дыхание…

Никогда не думала, что буду настолько хотеть поцелуя мужчины. Я готова потерпеть, лишь бы потом материализовался божий дар и отомстил за все мои страдания разом!

Прерывистый вдох. Мой.

Многозначительная усмешка. Его.

Таэрлин протянул руку, коснувшись ворота моей рубашки, скользнул по ткани к первой застегнутой пуговице. на три пальца ниже ключиц, а после мягко коснулся второй и третьей круглой жемчужинки, вдетой в петлицу.

Я то краснела, то бледнела и внутренне голосила, борясь с желанием вскочить и врезать светлейшему лоэру самостоятельно.

– Впервые вижу столь сильные эмоции. И что удивительно, они сугубо отрицательные. Ты не ждешь моих поцелуев, твои глаза не туманятся желанием, – задумчиво проговорил Таэрлин, напоследок обведя пуговицу кончиком пальца и рывком отстраняясь. – Но я подожду. В конце концов я обещал не трогать тебя и не торопить до того момента, как мы не решим проблему с драконами.

А-а-а-а!

Я возмущенно хватала ртом воздух, а эльф поднялся, со смаком потянулся… и начал расстегивать на себе рубашку. Под моим потрясенным взглядом темно-зеленая ткань полетела на камни, а после крупные, но изящные ладони мужчины легли на пояс штанов. Серебряная коса скользнула со спины на грудь, касаясь кончиком живота, с явственно видимыми кубиками пресса.

Я очень старалась думать о том, как он умудрился волосы до колен так компактно заплести.

Расстегнулся ремень, а после и несколько пуговиц ширинки. Только на этом моменте я поспешно отвернулась, и призвала метлу. готовая не то улетать, не то совершать покушение на высокородного остроухого.

– Что ты делаешь?!

Думать о волосах уже не получалось.

– Собираюсь купаться, – невозмутимо ответил Таэр. – Все же весь день в пути. Тебе тоже не помешало бы освежиться, кстати.

– Я потом, – невнятно пообещала, залезая на метлу и рывком взмывая в воздух.

Где-то внизу совершенно бесстыдный эльф стянул совершенно всю одежду и быстро, не рисуясь зашел в воды озера и нырнул.

– Чтоб тебя монстры сожрали! – пообещала я, разворачиваясь к лагерю.

Время он решил мне дать…

Самое грустное, что врядли его в том озерке действительно схарчат. Самый страшный крокодил там именно Таэрлин.

Глава 8

О мужских претензиях и городе драконов

В общем обратно я летела не очень ровно и очень нервно.

Душа жаждала реванша, а ее обломали. Хотелось быстро лечь поспать, встретить в сновидении Тирола и высказать рогатому, все, что я думаю о его крутых как горы, божественных бонусах.

А еще я внезапно ощутила, что день на драконе действительно был не простым, а потому залезть в прохладную озерную воду – очень привлекательная мысль. Нужно после ужина будет отлететь подальше(еще подальше!) и поплескаться. Может кота взять, обсудить с ним ситуацию с глазу на глаз.

Все же в одном Таэр действительно был прав.

Я влезла в проблемы и затащила сюда же мальчишку-эльфенка. И пусть технически он всего на год меня младше, но что такое восемнадцать для эльфа? Младенец!

В общем на поляну я спикировала, заложив крутой вираж, соскочила с метлы, и одним броском отправила ее на облюбованное парковочное место возле дерева.

– Зла-а-а-я, – протянул Жозик, а после выкрикнул. – Слыш, Тильда, а у нас уже еда готова! Ребята, надо накормить нашу ведьму, тогда она подобреет.

– Ты ж моя прелесть! – с некоторой долей иронии, отозвалась я, присаживаясь на походный коврик, в трех шагах от костра.

Вирниэль, который как раз аккуратно нарезал на доске что-то похожее на сыр, покосился на фамильяра и с некоторой ноткой уважения, проговорил:

– А вы хорошо разбираетесь в женщинах.

– Мальчик мой, – снисходительно протянул Жоз. – Когда ты познаешь столько же кисок сколько и я, тоже сможешь сказать, что знаток женских душ. А пока – совет. Девушки как животные. Если хочешь завоевать благосклонность, то дай ей вкусненького. И снова дай. И опять дай. И…

– Я думаю, что Вирни уже понял, – перебила я своего пушистого “знатока”, с благодарностью принимая из рук эльфенка бутерброд и кружку с чаем. Подмигнула чуть порозовевшему мальчишке, и добавила: – Ты быстро учишься!

– Не перебивай, – недовольно мявкнул Жозефин. – Так вот мой, остроухий юный друг, кроме голода физического настоящий мужчина должен знать, чем утолить голод по прекрасному.

Впилась зубами в булку с сыром, блаженно прищурилась, а после чуть сьехидничала:

– Жоз, неужели ты перестал придерживаться мнения, что самое прекрасное, что могут увидеть твои киски это тебя?

– Я не перестал, я чуть подкорректировал и расширил свою позицию. Например, киски могут любоваться мной в свете заката, под луной, или рядом с чудесным водоемом.

– Это все прекрасно… – я с умилением наблюдала за тем, как Вирни накладывает мне в миску гречку с кроликом. – Но где Харт и Дэс?

– Дракон улетелел на разведку, – ответил эльфенок. – Как понимаю в Неос просто так не попадешь, потому нужно найти нужный перевал с пространственным переходом. А орк просто ушел… ничего не говорил.

– Хм-м-м… – кот прищурил глазоньки и возбужденно переступил передними лапками выпуская коготки. – Значит касаемо Таэра у тебя вопросов нет?

Я замерла с занесенной над кашей ложкой, кожей ощущая внимательный взгляд фамильяра и возмущенный своего суженного-ряженного.

Если честно первое что захотелось сделать – соврать. Что просто он меня не интересует, вот и не спросила!

Признаваться в том, что мы вдвоем сидели на берегу со старшим эльфом, было почему-то стыдно, словно я сделала что-то предосудительное.

Но я встряхнула головой, и невозмутимо ответила.

– Вопросов нет, потому что этот демонов следопыт меня нашел на берегу и толкнул замечательную речь про ответственность за ближних своих. И торжественно пообещал, что будет рядом.

Фух.

А каша-то вкусная. Я прожевала, запила чаем… и едва не подавилась от его пламенного взгляда. Эльфенок швырнул поварешку обратно в котел, выпрямился во весь свой немалый, хоть и доходяжный рост, и срывающимся, злым голосом сообщил:

– Это возмутительно!

Точеное лицо, гневно поджатые губы, трепещущие крылья носа… И волосы так красиво сверкнули в свете закатного солнца! Я аж залюбовалась!

Сунула в рот еще одну ложку, прожевала и уточнила:

– Что именно?

– Ты моя женщина – и я буду тебя защищать. Это мой долг, это моя обязанность, это моя… честь, можно сказать!

Блин, кажется, назревает скандал.

– Вирни… – осторожно начала я, отставляя тарелку и отодвинулась, освобождая рядом с собой на коврике место. – Иди-ка сюда… А теперь расскажи, с какого именно момента ты сменил свою позицию, и я твоя женщина?

Скулы мальчишки чуть порозовели, но он выпрямился еще сильнее, и выдал речь:

– Так было с того самого мига, как великая богиня связала нас узами предназначения. Ты женщина, а я мужчина! Ты опекаемое мною существо, для комфорта которого я должен сделать все, и немножечко больше. Я! А не Таэрлин или Дэс.

Я покосилась на кота, которого явно прямо-таки распирало ответным спичем, но он мужественно держался. Я тоже была не совсем в настроении объяснять подросткам что есть что, и слова – это прекрасно, но стоит соотносить громкие заявления со своими возможностями.

Пока я думала как реагировать на речь своего истинного, он продолжал.

– Но даже если говорить лишь о бытовых ситуациях… Тильда, ты даже не обсуждала со мной ничего! Приняла решение, посоветовавшись с котом! С котом! Словно я ребенок и годен лишь на то, чтобы прицельно швыряться шишками!

– М-ня-у, – протянул Жозефин, вскочил на четыре лапы, и распушив хвост, добавил. – А ну-ка пойдем выйдем. Поговорим как мужчина с мужчиной, раз ты претендуешь!

Выглядело забавно!

Но я героически сдержалась и никак не прокомментировала триумфальное и очень гордое шествие за ближайшие кусты, из-за которых почти сразу раздался хоть и громкий, но невнятный шепот.

Начинал, разумеется, Жоз.

– Ты… знания такая штука… девки вообще дурные… надо наблюдать и в нужный момент оп-па!

– Но она… а они… и вообще, – а это уже Вирни.

Ох уж эти взаимоотношения! Сложнейшая штука. Совсем не представляю, что со всем этим делать. Ведь наверняка каждая вторая девица была бы счастлива до визга, если бы на нее обратил внимание Таэрлин. Лорд, красив, богат и говорить красиво умеет! Филигранно лапшу на уши вешает!

Да и Дэс… несмотря на то, что в глубине души на дракона все еще теплилась обида за его попытку вслепую меня использовать, в целом я его понимала. Если на кону стоит жизнь твоего мелкого братишки, то интересы едва знакомой ведьмы не учитываются. Тем более, что скармливать он меня там никому не планировал.

Ну, я надеюсь…

Я со вздохом вернулась к поеданию каши, как к единственно понятному мне на данный момент процессу.

Спустя несколько минут пришел орк. Почти неслышно приблизился к костру, и без лишних слов поставил рядом со мной плошку с ягодами, добродушно проворчав:

– Держи. Это алолика, она полезная. Вам, бабам, нужно полезное есть. Нежные вы.

Я улыбнулась на эту грубоватую, но трогательную заботу, и приняла плошку с яркими ягодками, и сказала:

– Спасибо.

– А где все? – оглядел пустую поляну Харт.

– Дэс на разведке, Таэрлин гуляет, а у Жозика и Вирни – мужской разговор, – совершенно честно ответила я.

Ягодки были прекрасные. Душистые, со сладким дурманным ароматом и легкой кислинкой во вкусе.

– Слушай, ведьма… я может, конечно, чего-то в жизни не понимаю, но мужские разговоры с котами – это странно!

– Да нормально, – отмахнулась в ответ, аккуратно складывая в ладошку десяток ягод, чтобы насладиться вкусом. – Жоз, конечно, дурной иногда, но умный. Особенно в том, что касается психологии.

– Как знаешь… но ввиду твоих отношений с эльфенком, я бы поостерегся доверять его этой усатой морде. Лучше сама воспитывай!

– Зачем?

– В смысле? У тебя есть возможность воспитать под себя спутника жизни. В целом это хорошо.

– А что, если мне пока не нужно? – я вперила в орка пристальный взгляд. – Что, если мне нужна учеба, жизнь, развитие, а вот мужчина как спутник пока не требуется. Кот вполне устраивает, ей богу. И не одна и не мешает.

– Вот потому ведьмы замуж и не ходят, – заржал степняк. – Действительно, если есть с кем пообщаться, тем более если у спутника характер отчаянного ходока, то зачем под боком ходок настоящий.

– Вот почти сразу поняла, что ты орк незаурядного ума!

– Так выпьем же за это, – он порылся за пазухой и вытащил мягкий кожаный бурдюк. – Будешь? Отборный самогон!

Я прислушалась к себе, но поняла, что не настроена, потому вежливо отказалась. Помыла свою тарелку чистящим заклинанием, и поползла в палатку спать.

В надежде, что этой ночью мне тоже привидится мерзавец Тирол и я смогу многое спросить у него на тему божьих даров!

* * *

К сожалению или, к счастью, его рогатое божество не изволило явиться пастве в моем единственном лице. А между прочим зря! Если у тебя как у бога не так уж много последователей и еще меньше жрецов и поклонников, то не стоит пренебрегать призывом.

Так что спала я безоблачным сном и настолько крепко, что даже не ощутила, когда ко мне присоединились соседи по палатке: дракон, кот и эльфенок.

Зато проснулась я довольно рано и от забористого такого перегара!

Открыла глаза, потянула носом, скривилась и выползла на свежий воздух, на поиски еды.

Оказалось, что Таэрлин и Харт по-простому ночевали в спальниках недалеко от костра. Орк на земле, а вот эльф, судя по пустующему гамаку – предпочитал иной вариант.

Солнце поднималось над лесом, рассеивая туман, что застилал вчера холмистые дали. Горизонт причудливо изрезали горы. Самые невероятные горы из тех, что я видела…

– Доброе утро, – раздался мелодичный голос Таэра, а после легкие шаги. Я ощутила некоторую благодарность и даже восхищение чуткостью эльфа. Он мог ходить совершенно бесшумно, но понимал, что внезапно появление за спиной у человека вызовет лишь негативные чувства. Потому предупреждал.

– Доброе, – рассеянно вернула приветствие я, не отрывая взора от панорамы. – Как… красиво.

Этим словом врядли можно было описать драконьи горы, но они действительно были прекрасны. Они вздымались ввысь столбами, то невысокими, то настолько внушительными, что будь сейчас пасмурно, верхушки терялись бы в облаках.

– Ты не была в драконьих городах?

– Была, – возразила я. – Дядя брал с собой в Каос. Но тот высокогорный, снежный и… монументальный, а эти совсем другие.

– Иная климатическая зона, – в голосе Таэра отчетливо слышалась мягкая улыбка. – Драконы летают быстро, потому мы преодолели очень большое расстояние за вчерашний день. Держи, кстати.

Перед моим носом появилась кружка с чаем. Нос щекотал тонкий аромат мяты и хвои, и заглянув в глубину напитка, я увидела еще и лесные ягоды.

– Спасибо…

Если честно такая забота подкупала и заставляла стыдиться своей агрессии. Это все равно что орать на кого-то, а он тебе в ответ конфетку. Или еще что-то хорошее. Хотя в моем случае “хорошее” – как правило еда! И, кажется, данный конкретный эльф таки шо-то понимал за эту жизнь!

А в следующий момент эльф сделал просто восхитительную штуку! В другую руку сунул мне булочку с корицей и… ушел.

Действительно ушел, избавляя от неловкости!

Я села на ближайшее бревнышко и приступила к раннему чаепитию.

И к думам.

Глядя на потрясающие горы драконов мне было о чем подумать. Например о том, что мир велик и прекрасен, в нем есть множество невероятных вещей, о которых я даже не думала. Просто потому, что о них не знала.

И что пределом моих желаний могут быть не Большие Тинники с грибочками, а нечто большее…

Весь мир передо мной. Я ведьма, я молода, и я хочу его видеть. Во всем многообразии.

Разберусь с отягчающими обстоятельствами и сразу начну смотреть!

Выберусь живой из этого приключения, вытащу Вирниэля, избавлюсь от жреческих планов Тирола и брачных дядюшки. Всего-то, действительно…

Я чутка приуныла, но сладкая сдоба с терпкой, пряной ноткой корицы, как всегда, позволила примириться с действительности. А несколько глотков теплого травяного чая зарядили оптимизмом.

Что мы можем сделать в данный момент, Тиль?

Можем заняться воспитанием Вирни! Ведь он действительно моя истиная пара и мы друг за друга в ответе. Более того – мы друг другу зачем-то нужны. Не только я ему, ведь тут и ежу понятно, что если бы не наша встреча, то он до сих пор сидел бы под крылышком у Цирилль, что точно не пошло бы юному эльфу на пользу.

Мне он тоже важен. Пока не понимаю чем именно, но думаю это придет.

Да и кто знает, кем станет этот эльфенок в будущем? Если убрать шелуху вредного потакания капризам, то под ней ощущается весьма твердый стержень личности.

Раздался душераздирающий стон, моментально выдернувший меня из созерцательно-размышлительного настроения.

– Ой, как плохо-то… – с трудом проговорил мой суженый ряженый со стержнем, выползая из палатки. – Мать-Природа, помоги.

– Не поможет! – авторитетно заявил орк, расстегивая свой спальник и энергично из него выползая. – Во!

Эльфику был протянут вчерашний бурдюк. Вирниэль побледнел, а после пошел пятнами, демонстрируя вызывающую восхищение палитру зелени на физиономии, а после бросился в кусты.

Раздавшиеся оттуда звуки недвусмысленно заявили, что вчера кому-то было настолько же хорошо, насколько сейчас плохо.

– Та-а-ак, – зловеще протянула я, которая раньше рассчитывала на то, что амбре шло от дракона. Он взрослый, он может сам решать надираться или нет. – Вы споили мне мальчика?!

– Я мужчина, – слабо заявил Вирни из кустов, но почти сразу прервался по техническим причинам.

Я даже промолчала, злобно уставившись на орка.

– Цыпочка, ты таки зря наезжаешь, – цыкнул зубом Харт. – Не там виновника ищешь.

Хм?

– Жоз!

– Только не ругайся, – скромно выползая из палатки попросил фамильяр. – Оно само получилось. И вообще кто знал, что его так развезет.

Я лишь выругалась, отставила кружку, и рванула к своей поклаже искать зелья от тошноты и для выведения токсинов.

Когда спустя полчаса привела несчастного в чувства, то повернулась к остальным членам команды, уперла руки в боки и с максимальной угрозой в голосе, заявила:

– Так, хочу ответственно заявить, что мне ваши методы превращения мальчика в мужа не нравятся. Не смейте спаивать мне эльфенка!

– Я могу сам решать!

– Можешь, – кивнула я, засовывая так и чешущиеся на предмет подзатыльника ладони в карманы. – Но не в походе, ладно? Потому что сейчас мы вместо того, чтобы собираться, лечимся и выясняем отношения!

Все молчали.

Я уже предвкушала какой нотой завершить воспитательный процесс, когда мне нагло помешали. Очень нагло.

Из поднебесья раздался свист, хлопанье крыльев, а после в центр поляны врезалась искрящаяся шаровая молния. Вскинув голову к небесам, я не поверила своим глазам.

– Это же…

– Горгулы, – мрачно закончил за меня Таэрлин, и решительно приблизившись, повесил мне на шею два амулета. – Синий – щит, красный телепортация в родовое поместье. Если что активируй.

– Но… – открыла было рот я, чтобы выразить свое мнение на счет одиночного побега.

– У Вирни есть такие же, – словно прочитал мои мысли эльф, а после мягко отодвинул в сторону, и оценивающе глядя в небо, где кружили небольшие с такого расстояния фигурки, вдруг с досадой сказал. – Все же отвратительно, что лучник из меня никакой.

Да? Эльф и плохой лучник? Все равно что сказать, что из орка получиться хорошая балерина, но сейчас не о том.

Потому что горгулы это вообще ни разу не весело. Я искренне считала, что это сказки, а вернее легенды о пропавших артефактов, которые ходили среди студентов.

Что в давние-давние времена один из мастеров-изменяющих сделал себе маленькую армию из крылатых существ с каменной кожей, по которой гуляли электрические разряды. В когтистых лапах эти разряды были способны превращаться в молнии, а после использоваться для атак.

Армию мастер не просто сделал, а привязал к какому-то предмету. Говорили, что вообще к шапке!

В общем, когда я это слушала на студенческих попойках, то не рассчитывала столкнуться в реальности, стало быть, много информации пропускала мимо ушей.

Сказки жеж.

Сейчас эти самые “сказки” в каком-то совершенно невменяемом количестве парили над нами и просто оглушительно голосили. После первой атаки орк с размаху воткнул в землю свой посох и над нами теперь дрожало марево щита.

– А бабушка Вераиль полна сюрпризов, – сплюнув, сказал Харт, и повернувшись к Таэру, осведомился. – Какие планы?

– Они летающие, – пожал плечами эльф. – Будем сбивать заклинаниями? Хотя для начала просто поменяй характеристику щита со впитывающего на отражающий.

– Ты видел, как они мельтешат?! – возмутился зеленокожий. – Какое сбивать. А вот щит – мысль хорошая.

– Заклятье массового поражения? – предложила я, подходя ближе и подхватывая на руки на удивление молчаливого кота.

Что я ценила в своей животине – умение вовремя заткнуться. Кот прекрасно понимал, где он компетентен и может что-то посоветовать, а где ситуация совсем не располагает к болтовне и сарказму.

– Тильда, а как черная ведьма ты что можешь сделать? – поинтересовался орк, кладя руку на навершие своего посоха и вычерчивая какие-то символы. Щит вокруг нас дрожал и менял цвет с зеленоватого на голубой.

Первая же врезавшаяся в него молния вернулась обратно выпустившей ее горгулье.

– Если бы они были живыми – поработала бы с эмоциональным фоном. Но это искусственные каменные создания.

– Дэс? – позвала я молча разглядывающего перекошенные каменные морды дракона.

В целом это логично, они летают, он летает – пусть бьются!

– Думаю над тактикой боя, – спустя секунду ответил рыжий, и в ответ на вопросительный взгляд Вирниэля, пояснил. – У них когти из того же материала, что и у медведей. И горгулий гораздо больше.

Ага, то есть если очертя голову на них кинуться, то могут хорошо покоцать. Даже бронированного дракона, не говоря уже о нас.

Грустно!

– Они нас слышат? – вдруг спросил Вирниэль.

– Ща проверим! – оживился Харт и запрокинув голову, заорал. – Эй вы, уродцы летающие? Вы тупые мазилы! И слабаки! Несколько десятков на троих!

– Ф-ф-фас же ш-шестеро! – возмутились сверху.

– Подросток, баба и кот, не считаются, так что на троих!

– Слышат, в общем, – подытожил итоги диалога Вирни и понизив голос внес на удивление конструктивное предложение. – Давайте их оглушим? Достаточно сконцентрировать мощную звуковую волну и отправить ее вверх.

Я размяла пальцы, вспоминая нужную формулу и предложила орку.

– На счет три. И приготовьтесь все!

Зеленый лишь ухмыльнулся.

Раз…

На кончиках моих пальцев задрожали искры.

Два…

Я рухнула на землю, а голубой щит мигнул и пропал.

Три!

Широко развела руки и оглушительно хлопнула в ладоши.

Во все стороны рванула звуковая волна. Она гнула деревья, сминала крылья горгулам, что визжали и крутились на месте, практически падая на землю.

Дэс разбежавшись, в прыжке оторвался от земли, сразу оборачиваясь в ящера и влетая в еще недавно четкий строй нападающих. Разметал их, рассредоточил, рванул когтями парочку подвернувшихся, щибанул хвостом третью и дунул обжигающим пламенем в беспорядочно сбившуюся кучку.

Так вот одним махом горгулов стало на четверть меньше.

Я уже было возрадовалась и начала думать о том, как быть с остальными, как из лесной чащи вылетела стрела.

– Да сколько ж можно! – возмутился кот. – Тильда, они почти в меня попали. Обидь их в ответ!

– Щас! – щедро пообещала я.

Впрочем посмотрев на выбравшуюся из глуши банду наиклассических разбойников, несколько усомнилась.

Выглядели ребята внушительно и очень злобно.

Десяток отборных громил ласково скалились во все неровные зубы, многозначительно поигрывая в огромных лапищах разнообразным убивательным инструментом.

– Классические-то какие… – пробормотал Жозефин.

Разбойники и правда были словно сошедшие со страниц энциклопедии о преступных лесных элементах.

Внезапно они расступились и вперед выкатилось нечто колобкообразное роста “метр в прыжке”. Отчаянно рыжие волосы пламенели так, что дракону можно было позавидовать, а в улыбке открывался золотой запас маленькой деревушки, как минимум.

– Так вот вы какие, – спокойно произнес очевидно главарь шайки. – Ведьма, тебе передают последний совет остановиться и бросить эту компанию смертников.

Надо сказать, я очень удивилась тому факту, что предложили это именно мне, а не тому же Таэрлину, например.

Но даже если у меня и была мысль внезапно образумиться и улететь в закат(нет), то вариантов мне не оставил драгоценный фамильяр.

Невесть с чего осмелевший кот вышел вперед, гордо распушился и… и лучше бы молчал!

– Вы, компания лесных дегенератов! Да-да, я к тебе обращаюсь, брачная ошибка колобка и обезьяны! Если хотите уцелеть, то бросайте прямо тут ценности и золотые зубы, а мы вас, так и быть не тронем!

А-а-а!

“Брачная ошибка” осатанела от ярости, со свойственной рыжим скоростью сравнялась по цвету с помидором и заорала:

– Убить их всех! Кота вообще четвертовать!

– Живодер! – гордо мявкнул в ответ кот, покрылся пеленой защиты и подло свинтил нам за спину.

А через три секунды я узнала, что полтора десятка разбойников это действительно очень много. Особенно если по деревьям у них сидит команда поддержки и периодически пытается тебя подстрелить.

Я практически сразу оказалась в центре треугольника. По краям от меня встали Таэрлин и Вирни. Орк и дракон были крайне заняты горгульями, потому ни мы им, ни они нам помочь не могли.

Засветив ближайшему разбойнику в морду усыпляющим заклинанием, я за несколько минут растратила почти все свои заготовки. Спотыкайки, запутанки, из-за которых мужики не могли идти по прямой, а также чары от которых слабели руки. Несколько топоров рухнули на землю и судя по воплям, в лучшем случае отдавили ноги.

На меня с воплем несся очередной детина, и я начала плести другое и с отчаянием поняла, что не успеваю.

Меня дернули за рукав и только поэтому оружие просвистело мимо. Таэр обхватил меня за талию, прижимая к себе, а второй рукой достал самым кончиком меча поперек горла нападавшего.

– Умница, – выдохнули мне на ухо. – Очень дельно вывела из строя половину команды.

Почти сразу эльф меня отпустил и вернулся к своей убивательной деятельности.

А я… я стояла, смотрела на свою залитую кровью одежду, подрагивающие руки, в красных каплях и на искаженное предсмертной гримасой лицо человека, валяющегося у моих ног.

– Тильда справа! – вдруг раздался крик Вирни.

Я повернулась… и не смогла. Заготовки условно безопасных чар кончились и плести новые долго. Самые простые заклятия – боевые. Те, которые убивают. Те, которые должны, просто обязаны срываться сейчас с моих пальцев, но не получается.

Кидаться смертельным пламенем в искусственных медведей было просто, да и в сотворенных каменных горгулий тоже, но вот люди… живые люди, которые действительно умрут.

Я оцепенела, глядя на несущегося на меня воина. На пальцах дрожал пульсар, но в полет я его не отправляла.

А вот он отправил. В меня швырнули какой-то серебристый порошок, я чихнула и… поняла, что искрящиеся на кончиках пальцев огоньки пропали. И новые образовываться не собирались!

– Ведьма не опас… – закончить фразу не успел, мимо моего уха просвистел кинжал, вонзаясь в глазницу противника.

Меня схватили за шиворот и тотчас засунули в условно безопасное место за спины эльфов. Я растерянно наблюдала за боем, понимая, что у меня шок и надо приходить в себя, но не получалось.

Вирни присел, и пользуясь тем, что его прикрывает Таэрлин, рывком подтащил к себе тело разбойника и вытащил из него кинжал. Совершенно спокойно, даже деловито.

В чувство меня привела здоровенная лапа, что высунулась из-за дерева и утащила меня к себе.

– Какая цыпочка, – радостно оскалился разбойник, ни капли не дезориентированный потерей своих боевых товарищей.

И положил лапу мне на грудь.

Пожамкал.

Именно в этот момент с триумфальной трелью в воздухе появилась дубинка и от души засветила покусившемуся на мои прелести в лоб.

Детина рухнул вниз, а я посмотрела сначала на дубину, после на затаившуюся в кустах парочку лучников.

С дерева раздался громкий шепот.

– Тиль, я тебя прикрою защитой, а ты беги к ним!

– Жоз?!

– Они практически подстрелили Вирни! Он уворачивается куда хуже старшего эльфа, да и вообще отвлекается постоянно.

– Что значит беги к ним?

– Дубина Тирола! И у тебя остались способности темной ведьмы.

Я поняла…

И чувствуя себя самой бездарной ведьмой этого мира поползла к лучникам. В пяти шагах выпрямилась, встала на колени и рванула ворот рубашки на груди, закатала рукава, а после потянулась к мужикам своей силой, будя в них мужское начало. Они синхронно ко мне обернулись и застряли взглядом в декольте.

– Баба…

Я ойкнула и попятилась, рассчитывая, что сопротивление включит в них режим охотника. И таки оказалась права. На ходу расстегивая штаны эти мерзкий типы рванули ко мне, и стоило им коснуться обнаженной кожи рук, как материализовавшаяся дубинка вырубила алчущих женского тела лучников.

Ко мне на полусогнутых лапах подполз кот. Ободряюще похлопал меня хвостом по колену и сказал:

– Не переживай, мы никому не скажем, как ты их завалила!

Все боги разом, стоило ли учиться столько лет?

Вдруг со стороны поляны прилетела огненная вспышка, а после раздались душераздирающие крики. Я зажала уши и забилась к корням дерева. Слушать как сгорают заживо это ужасно… это невыносимо. Мне хотелось лишиться слуха, зрения и обоняния разом…

Через несколько минут меня нашел Таэрлин.

– Ш-ш-ш… тихо девочка, все хорошо, – он легко подхватил меня на руки, прижимая к своей груди и развернулся к поляне.

Я судорожно рванулась, но объятия эльфа на какой-то миг стали стальными, а после бархатный голос сказал:

– Я обойду поляну. Дэс на соседней, мы грузимся и улетаем. Все закончилось, Тильда. Потерпи немного.

Это оказалось неожиданно просто – довериться.

Или у меня не было сил на то, чтобы воевать и отстаивать свое право идти собственными ногами? Мне просто было плохо.

Перед глазами поочередно мелькали то картины искаженных предсмертной мукой лиц, то мои же руки, обагренные кровью, то невыносимо яркое пламя в просветах деревьев и крики. Крики, крики, крики…

Я задрожала.

Дальнейшие действия слились в пелену. Меня посадили на дракона. Я рассеянно заметила, что шкура Дэса вся в мелких, кровоточащих царапинах, которые превращали ярко-синюю чешую в темную. На колени залез Жозефин, заурчал, окутывая теплом. За спиной кто-то сел, и ободряюще сжал мое запястье.

Мы резко, рывком взлетели.

Небо приближалось, и на горизонте раскрывали свои объятия бесконечные горы, что терялись в туманной дали, пронизанной солнцем.

Глава 9

Город драконов, моральные терзания и плата за информацию

В Нэосе дракон сел на площадку на вершине одной из скал, обратился в человека и церемонно обратился с просьбой к встречающим.

Представился, напомнил о каких-то обязательствах перед родом, попросил позаботиться о спутниках и потерял сознание.

Дракона тотчас утащили в какую-то купель, очевидно, лечиться, а нас пригласили вниз.

Так что сейчас, после приема душа и переодевшись в любезно предоставленное хозяевами платье, я сидела на подоконнике в выделенной комнате и смотрела на водопад, что падал в туманную бездну, в которой с трудом можно было разглядеть горные сосны, стелющиеся по горам.

Скалы-колонны, вздымающиеся в небо, состояли преимущественно из песчаника и кварцита, а стелющиеся волшебные туманы превращали драконьи горы в парящие.

Говорят, в давние времена скалы Нэоса действительно стояли на земле, но после какой-то магической катастрофы недра дрогнули и основания гор-столбов рассыпалось в прах. Но они не рухнули.

Отвлекая меня от мыслей об истории драконьего города, в дверь раздался стук.

Я с удивлением уставилась на полотно, не ожидая никого кроме кота, а он, однако, не стучит. Ну и ни разу ушедший на разведку Жозик не возвращался раньше, чем через час.

Открывать если честно не хотелось.

После всего, что произошло я была не в силах размышлять вспоминать или тем более принимать какие-либо решения. Особенно отравляло то, что Таэрлин оказался совершенно прав.

Я не могла полноценно защитить ни себя, ни Вирниэля.

– Тиль!

Ага, точно мой суженный-ряженный пришел.

– Тильда, открой, – уже более мягким тоном продолжил Вирни.

Я со вздохом встала, отворила дверь ровно настолько, чтобы визитер понял – приглашать не планирую.

Но в руках у коварного эльфа был поднос с чайником, двумя чашками и горкой эклеров!

Открыла дверь.

– Все же отчим опытный мужик, – с завистью выдал эльфик проходя в комнату. – Я еще подумал: а чем могут помочь сладости, но он сказал бери и не думай.

Опять Таэрлин!

– Стало быть ты засланец, – констатировала факт я, закрывая за ним дверь.

– Ага, – парень оглянулся и решительно направился к огромному окну с широким подоконником, где отлично поместился поднос и по бокам осталось достаточно места для нас. – Мы кидали жребий.

У-у-у, не засланцы, а засранцы!

– Никто не хотел идти? – съехидничала в ответ.

– Наоборот, все хотели, орк едва не набил нам морды за эту честь. Но мне повезло!

Губы дрогнули в улыбке, и я примостилась на подоконнике, подхватив с кресла плоскую подушку.

Вирни как джентльмен разлил нам чай, притом изяществу его движений можно было позавидовать. Дядя нанимал мне преподавателей, и одним из разделов обучения была именно чайная церемония. Так вот, именно такого идеального наклона заварочного чайника и той высоты, на которой он располагался над чашкой от меня старался добиться учитель, но не особо преуспел! А тут… совершенство!

Вирниэль аккуратно поставил чайник, взял блюдце и передал мне так, чтобы стоящая чашка смотрела ручкой чуть влево, для удобства того, кто принимает напиток.

Восхитилась еще больше и прокомментировала:

– Твоему воспитанию уделяли много внимания.

– Да, знания этикета матушка проверяла особенно тщательно.

– И ты действительно хорош.

Серьезный разговор начался с места в карьер настолько быстро, что я даже не успела на него настроиться.

– Тиль… пожалуйста не думай о том, что произошло.

Чашка чуть дрогнула в руках.

– Я и не думаю.

– Обманываешь, – покачал головой мой чересчур проницательный юный друг, а после закатал рубашку на запястье и показал татуировку. – Это не просто игрушка, Тильда. Она жжется если тебе плохо.

Гадство, никакой личной жизни. Даже не пострадаешь от души.

– Вирни, это в любом случае не так просто. Нельзя взять и не думать!

– Я тоже убивал впервые, – вдруг сказал эльфик. – Раньше это случалось только в тренировочных иллюзиях. Но после первого раза в ней я блевал в кустиках несмотря на то, что это все было не настоящим. Наши маги иллюзионисты ребята с фантазией! В реальной жизни все оказалось не настолько зрелищно как в том, что они рисовали.

Надо сказать, что слышать от утонченного поэта слово “блевал” было еще более удивительно, чем не так давно лицезреть сам процесс. Все же самогонка есть самогонка, никого не щадит, а тут… В общем я заела впечатления пироженкой.

– Тогда ты тем более должен понимать, что нельзя после всего этого сказать “не переживай”.

– Тиль, скажи честно. Тебя беспокоит сам факт отнятой жизни или что-то другое? И переживаешь ли ты за всех убитых нами уродах?

Я чуть подумала, параллельно с этим опустошая чашку, а после призналась:

– Наверное то, что я оказалась бесполезной. И перед лицом настоящей опасности я способна лишь на ярмарочные фокусы, а не на сражение.

Сказать это вслух оказалось неожиданно просто. Так бывает, что ты носишь что-то внутри и сама мысль о том, что мир услышит эти слова кажется жуткой и кощунственной.

Это даже не вскрытие раны, это моральное обнажение.

И оно заключается в признании – я слаба.

Я так долго доказывала всем в своем окружении, что могу быть тем, кем я захочу. Я так долго вырывалась из под влияния дяди, круга ведьм… да того же Таэрлина!

Считала, что справлюсь со всем. А в итоге оказалась слаба.

Первая же дверь в самостоятельной жизни, которую я попыталась распахнуть нахрапом, засветила мне в лоб такой обраточкой, что до сих пор пальцы дрожат.

Вирни взял поднос, переместил его на столик и сел рядом со мной. Но если я расположилась на подоконнике подобрав под себя ноги, то бесстрашный эльфийский мальчишка свесил свои конечности прямо в пропасть за окном.

А после сказал:

– Помнишь как архимаги сражаются в крупных битвах?

– Что?.. – недоуменно хлопнула я ресницами в ответ, не успевая за течением его мыслей.

– То, – беспечно усмехнулся эльфик и заболтал ногами. Закатные лучи солнца плясали бликами на металлических набойках его сапогов. – Обычно маги стоят особняком, в центре архимаг, который вершит какую-то глобальную для противника гадость. И как думаешь, до него долетают стрелы? Отвлекается ли он на то, чтобы покрошить в капусту ближайшую пехоту?

– Нет.

– Правильно, – кивнул эльф и перекинув вперед волосы, начал рассеянно заплетать простую, без изысков, косу. – Потому что у архимага своя задача. Он в целом не должен стоять в переднем ряду. Разве что того требует задуманная гадость.

– К чему ведешь?

– К тому, что ты повела себя согласно ситуации. На нас напали внезапно. Два разных отряда, притом такой боевой мощи, что с ними не каждая боевая пятерка профессиональных наемников справится. Это только в сказках доблестный воин крошит десяток других доблестных на неровные кусочки.

– То есть я молодец и не стоит расстраиваться? – я даже не пыталась скрывать ехидство. – И то, что я едва ли не сползла в обморок это тоже нормально?

– А ты часто изучаешь богатый внутренний мир ближнего своего? В самом прямом из смыслов. Тильда, поверь опытному воину, даже здоровенные мужики не с первого раза начинают спокойно относиться к тому, что перед ними противник раскладывает окровавленные кишки.

Перед глазами полыхнула картинка, и я ощутила позыв склониться над пропастью. Удерживало разве что то, что, если кто-то из хозяев-драконов выглянет в окошко – неловко получится.

– Ты отличная девчонка и очень талантливая ведьма и маг, – вдруг сказал эльфенок, и немного неуклюже похлопал меня по плечу в жесте поддержки. – Не расстраивайся от того, что ты не можешь делать сто дел одновременно.

– Угу… Вирни, слушай…

– Что?

– А тебе самому как?

Эльф немного помолчал, не сводя взора с горизонта, а после пожал плечами и тихо ответил:

– Я, кажется, еще не осознал. Смотрел на них, на кровь, на оружие, когда вытирал… и ничего не чувствовал, Тильда. Тренировочные иллюзии отобрали у меня свежесть восприятия и спасибо им за это, но я испытываю еще и страх…

– Страх?

– Да, – прозрачные голубые глаза наконец-то посмотрели прямо на меня. – Так не должно быть, не так ли? Что ты кого-то убил и ничего не ощущаешь. У нас с тобой две крайности одной реакции.

Я глубоко вдохнула, после судорожно выдохнула и развернувшись, тоже свесила ноги за окно. Мы сидели, наблюдали за драконьими горами в туманной дымке, за тем, как солнечные лучи пляшут на крышах остроконечных домиков, что ютились на скалах точно гнезда ласточек.

– Точно хочешь идти дальше?

Мы оба знали, что я спрашивала о Туманном Коньоне.

Эльф притянул одно колено к груди, потянулся всем телом и весело сказал:

– Конечно. А то как я буду стихи писать? Видишь ли, настоящему мастеру для стоящей поэмы нужно самое что ни на есть героическое приключение!

Я лишь покачала головой.

Наше милое уединение нарушила скрипнувшая дверь и ворчливый голос Жозефина.

– Тильда, так и знай, если ты внезапно прониклась остроухой прелестью пацана и тебе выжгла мозги ваша избранность – я тебя не брошу! Душевнобольных друзей не бросают!

Я, даже не оборачиваясь, чуть подвинулась освобождая место на подоконнике, на которое Жоз и запрыгнул.

– Красиво… – спустя полминуты резюмировал кот. – Но отдыхать нам тут недолго. Подслушал беседу Дэса с хозяином этой скалы. Наш дракончик выпрашивал позволения войти в Хаор с территории местного клана. И кажется ему таки дозволяют.

Значит, уже скоро…

* * *

Спать я ложилась в сорочке вопреки обыкновенному гораздо более обнаженному виду, когда на теле оставалась лишь тонкая маечка и шортики. Почему я вдруг озаботилась целомудрием? Просто четко помнила, что когда случилось прошлое рандеву с Тиролом, во сне я очнулась в тех вещах, в которых ложилась спать. Благо так как ночевали мы в палатке и спальнике, я не раздевалась.

А сейчас – мало ли.

И правильно! Совершенно правильно!

Потому что стоило мне смежить веки, как я ощутила, словно ухнула в глубокий темный колодец. И даже неба из него не видно… лишь мгла вокруг и ветер, что шевелит волосы и одежду.

Я не знаю сколько падала… наверное даже успела заскучать, потому, когда вокруг внезапно посветлело и проступили очертания уже знакомого капища, то я обрадовалась… но падение не прекратилось, хотя каменный пол покрытый ржавыми пятнами лишайника был всего в локте подо мной.

– Здравствуй, жрица, – звучно поприветствовал знакомый голос.

С некоторым трудом получилось слезть с воздушной подушки, и я развернулась к божеству.

На этот раз Тирол-из-Леса вольготно расположился на каменном постаменте в центре площадки. Ложем ему служил мох, темно-зеленый и даже на вид настолько мягкий, что мог бы соперничать с лучшими перилами, а на бедра обнаженного по пояс(в лучшем случае!) древнего было небрежно наброшено покрывало.

Совершенно чудное покрывало, кстати, сотканное из лепестков цветов.

Почему я так заинтересовалась покрывалом?

Рогатый бог был настолько совершенным образчиком мужчины что, даже вскользь глянув на мощную грудь, сильные руки и напряженный живот, мне жизненно важно было отвлечься на пересчитывание листков и пестиков.

– Тильда? – судя по насмешке в мягком баритоне, его божественная светлость являлась до отвращения догадливым мужчиной.

Вот гадство, а! Еще нянюшка мне говорила, что мужики туповаты и часто не понимают чувств женщин, потому им надо все говорить максимально кратко и понятно.

А у этого с толкованием моего смущения никаких проблем не возникло! Вот же… ископаемое.

– Здравствуйте, – со вздохом поздоровалась я, решительно переводя взгляд с васильков сразу на лицо Тирола.

– Как тебе мой подарок? – живо заинтересовался бог, и не дожидаясь ответа, закончил. – Хотя знаю, что отлично.

И тут я вспомнила!

Все вспомнила!

– Плохо он работает!

– В смысле? – на солнечной полянке разом помрачнело и стало душно, как перед грозой.

– В прямом, – чуть оробев, продолжила я. – С Таэрлином он ничуть не помог.

– А он тебя трогал? – лукавый прищур темных глаз бога и вкрадчивое мурлыканье. – Как мужчина женщину.

– Нет.

– Вот как начнет, а дубина не прилетит – так и будешь составлять мне официальную претензию, – явно издеваясь заключил боженька, а после невинно спросил: – Как у тебя дела? Все ли хорошо? Не обижают ли?

– С чего такой интерес? – настороженно поинтересовалась я, нервно сжимая пальцы на мягкой ткани сорочки и мимолетно удивляясь тому, насколько в этом сне все настоящее.

– Ну, ты у меня одна как-никак. Не могу же я совсем-совсем не интересоваться жизнью своей очень ценной единственной жрицы?

Стало неуютно. Я потерла одну лодыжку о другую, но тут за спиной раздался странный скрежет, словно камень шел трещинами, а после что-то сильно, но мягко ударило меня под колени и я, не удержав равновесия… села.

– Я подумал, что так будет удобнее, – с угрожающим гостеприимством пояснил Тирол.

Бог оттолкнулся рукой от ложа и неторопливо сел. Мышцы перекатывались под светлой кожей, покрывало сползло еще ниже… может попросить, чтобы на меня снизошло великое благо в виде одетого покровителя? Раньше я обнаженных мужчин видела только в морге на уроках анатомии, и само собой они никакого внутреннего трепета не вызывали. Разве что вполне понятные физиологические процессы, все же вскрытие – дело нелицеприятное, даже если проводится не твоими руками.

Впрочем, воспоминания о памятном подвальчике, где нам демонстрировали внутренние органы, пораженные разнообразными проклятиями, подействовали тонизирующе.

Решила, что самое безопасное место на теле у Тирольского духа это рога, я туда и посмотрела. Чуть поверх макушки, прямо меж ветвистых рогов.

Так, а теперь надо выдать нечто подхалимское.

– Светлейший Тирол, что вам надо?

Не получилось.

– Да-а-а, – протянул мой собеседник, скрещивая руки на груди. – Почтения в тебе маловато. И вообще, Тильда, никогда бы не подумал, что скажу это, но глаза у меня… ниже!

Пришлось смотреть.

Тонуть, пропадать и с каждой секундой все глубже погружаться в бездну оливковых глаз древнего бога. Он не сходил с места, но был все ближе. Он не касался меня, но я ощущала эхо дыхания на своей коже.

– Что мне надо?

Губы Тирола не размыкались, но его звучный голос звучал отовсюду. От вибрирующих под моими ступнями камней, в шелесте листьев, в дальних отзвуках шумящего меж корней ручья. Внутри меня.

– Мне нужно пробуждение моего края. Избавление от гнета Природы. Выздоровление растений и животных… думаешь им самим нравится быть ядовитыми? Они страдают, мучаются и я слышу это. Непрерывно слышу.

Я с усилием опустила взор на свои же ступни, стараясь сконцентрироваться на них.

Тирол, конечно, интересный. И позиция у него любопытная. То есть сам проклял по принципу “а не доставайся же ты никому!” а теперь плохие все остальные?

Интересно, а кто был на Тирольской земле до рогатого божества? Сильно сомневаюсь, что столь плодородный край являлся ничейным и природный дух там был один-единственный.

– Смотри в глаза, Тильда…

Мой взгляд словно силком вернулся к красивому лицу божества, и я вновь утонула в бесконечно-темных зрачках. А после… после я ощутила все то, о чем говорил мужчина.

Прочувствовала.

Животных, что по привычке питались травой и веточками кустарника, а после сдыхали от яда. Сами ощущения растений, чью природу ломали, а структуру перестраивали. Воду, которая из освежающей и чистой стала мутной и грязной.

Краю пришлось долго учиться так жить…

Мое сознание чуть-чуть отпустили, и я вновь ощутила себя собой, а не частью леса. Надо сказать, что если это и есть обязанности жрицы – растворяться в своем крае и своем боге, то мне они не очень нравятся.

Я – это я. Может звучит эгоистично, зато очень здраво с душевной точки зрения.

– Можно вопрос? – на выдохе произнесла я, и пока не передумала, выпалила: – В чем сакральный смысл? Сначала самому изменять все, а после пытаться исправить.

– Самому? – изогнутая бровь вопросительно изогнулась, а после Тирол горько усмехнулся. – А, ты про те прекрасные сказки, что это я отправил землю?

– А не ты?

– Та, кого вы зовете Природой.

От таких новостей у меня был шок. Не то чтобы полный и окончательный, но достаточно внушительный, ибо милость и доброта Матери-Природы возводилась в абсолют, также как и любовь эльфов к разнообразной травке-муравке.

Но безоглядно верить все равно не спешила.

– И как можно все спасти? – осторожно просила я.

– Я бог плодородия, – пояснил мне Тирол таким тоном, будто это решительно все объясняло.

Мне мигом вспомнились все те мифы и легенды полные разврата, и я недоверчиво уставилась на боженьку.

– И?

Впервые в жизни мне не хотелось быть умной, сообразительной и догадливой девочкой!

На красивом лице древнего отразилась мыслительная деятельность.

– А ты не знаешь как боги изобилия и плодородия приносят процветание своим землям?

– Вливают силу? – максимально наивно поинтересовалась я, и уточнила. – Свою.

– Мыслишь в верном направлении, но выводы ошибочны и скромны. Силу вливают, но не свою, а ту, что рождается в кульминации.

А-а-а-а!

– Нет! – решительно и твердо заявила я.

– Да, – многозначительно оскалился в ответ Тирол-из-Леса и прогулялся по моему телу задумчивым взглядом, словно уже примеривался откуда начать возрождение земли Тирольской. Дело все ж ответственное!

– Насколько я помню, то обязанности у жриц разные. И вряд ли в какие-то вменяется то, что силком придется…

Я покраснела, пытаясь подобрать фразу. У Тирола со стыдом проблем не было, потому он самым глумливым тоном закончил:

– Кульминировать. Ты права, обычно как-то все на добровольных основах происходит, – в голосе божества добавилось степенной торжественности. – И да возляжет жрица с богом, и родится в слиянии мужского и женского начал поток энергии, дарящий урожай и благоденствие!

Перед моим внутренним взором замелькали картинки этого самого возлегания. Притом судя по ассортименту и разнообразию, большую часть которого я даже вообразить не могла, за такой внутренний театр стоило сказать спасибо тому вот рогатому!

Я потрясла головой, стараясь вытрясти из нее развратные образы и зацепилась за первую попавшуюся мысль в голове:

– Слушай, а за что Природа так на тебя обиделась?

Видения прекратились, а лицо мужчины закаменело, но он все же ответил:

– Ревность. Я не думал, что природный дух также будет подвержена этому низменному собственническому чувству.

– А-а-а! – глубокомысленно протянула я, осознав, что у Тирола с Природой однако были отношения, а потому почему-то уточнила. – И часто ты со жрицами… благоденствием занимался?

– Я бог лесов, полей и плодородия, – прищурил глаза древний дух. – Конечно часто.

Действительно, чему это я удивляюсь.

А вообще надо как-то отвлечь его от возлегания. Я совсем-совсем не готова начинать свои обязанности с таких вещей!

Решила начать с лести!

– О великий господин, могучий бог, главный мужчина в моей жизни… а что вы знаете о Туманном каньоне?

– Ты о месте, которое также называют Хаором? Там находится капище моего можно сказать коллеги. Столь же невезучего.

– Чего можно ждать о той земли? Я слышала, что это нейтральная территория и драконы туда почти не ходят. Ну а слухов настолько много, что вычленить из них правду почти не представляется возможным.

– Да, драконы не любят быть слабыми, а потому ссылка в Хаор для них подлинная мука, – задумчиво кивнул Тирол. – Что касается информации… у всего есть своя цена, ты же понимаешь это, не так ли?

Ну конечно, а на что еще рассчитывать имея дело с древним прохиндеем?

– Какова твоя?

– Мы это уже обсуждали, – лукаво прищурился бог.

– Кульминация животворящая? – не поленилась повторить я, засунув подальше свой стыд.

– Я уже понял, что ты девушка стеснительная и не любишь живую природу, – расхохотался в ответ рогатый. – Так и быть, сойдемся на поцелуе.

Вот гадство, да?

Живешь ты, живешь, думаешь, что будешь совершать подвиги, встречаться с непознанным и тому подобным образом прославлять себя в легендах! А выясняется, что непознанное так и норовит предложить что-то неприличное!

– Нет, – неуклонно повторила я.

– Правда нет? – красивая бровь бога изогнулась. – Жестокая Тиль. Не хочет целоваться и пусть весь отряд поляжет в ловушках на пути к горе. Никаких наслаждений, наша жрица скорее помрет, чем испытает удовольствие.

Спокойствие и только спокойствие. Я сделала несколько длинных вдохов, а после доброжелательно улыбнувшись, проговорила.

– Нельзя так все передергивать.

– О, я даже не начинал! – как-то на редкость пошло усмехнулся Тирол, проводя по животу ладонью все ниже и ниже… а мои глаза от шока становились все больше и больше!

Так, моя твоя не понимать.

Рогатый поднялся, сверкнув своим оленьим достоянием в лучах пробивающегося сквозь кроны солнца, и я украдкой перевела дух. На нем все же были штаны. Зачем в таких условиях покрывальце из васильков-незабудок немного не понятно, но что поделать.

– Тильда… – тоном змея искусителя начал бог. – Ты все же подумай.

Его высокая фигура рассыпалась на серебристые искры, чтобы спустя мгновение собраться в огромную змею, что с ленивой грацией обвила мой каменный трон вместо со мной. Положила большую голову на спинку кресла, игриво тронула холодным языком шею, от чего я испуганно вздрогнула.

Вокруг снова как по команде запели птички, а из листвы вспорхнули бабочки. Летали вокруг, а на их крыльях сверкала, переливалась голубая пыльца, что отражалась в желтых глазах змеи затейливыми искрами.

– Мелочь, за спасение. Мелочь за твою жизнь… большая помощь холмам и лесам, и все растения, от самых больших до крохотных будут благодарны своей жрице. Будут ждать ее, а как дождутся станут тянуться лепестками и веточками, чтобы с благодарностью коснуться твоей кожи. Всего один поцелуй жрица. разве ты не хочешь быть уверенной в том, что со всем справишься? Опять же… Вирни.

Я мрачно посмотрела в золотые глаза. Змей торжествующе прищурился в ответ.

Вот никогда не думала, что пасти рептилий могут настолько говорящим образом ухмыляться! Но могут.

– Хорошо, – мрачно сказала я. – С меня поцелуй, а с тебя информация, так?

– Так, – подтвердил Тирол, вновь оборачиваясь в мужчину, и не успела возрадовавшаяся я быстренько скрепить сделку, как бог уточнил: – Но настоящий поцелуй, моя жрица. Долгий, страстный… ты отдашься мне в нем.

– Что?!

– Не будешь сдерживаться, – с лукавым прищуром уточнил Тирол. – Не будешь закрывать в себе эмоции. Они нужны мне, девочка.

Так вот что ощущают загнанные в угол люди.

Выбор без выбора! Тирол бог не только плодородия, но и мотивации.

– Хорошо, – мрачно кивнула я, поднимаясь с жесткого сидения, и неловким движением одергивая сорочку.

Было неуютно. Я не знала куда деть руки, ноги, да и в целом всю себя.

Не хотелось даже думать о том, что я сейчас в первый раз в своей жизни буду целоваться не потому, что захотела, а потому что заставили(ладно, заменим это словом “замотивировали).

Я сама не заметила, как сделала два шага вперед, останавливаясь на самом краю площадки. Тирол находился на двух степенях ниже, из-за этого наши лица были на одном уровне.

Смотреть на него было мучительно, а не смотреть было нельзя.

Рога пропали и по плечам сейчас рассыпались длинные, темные волосы настолько густые и плотные, что их поток казался единым. Блестящие, красивые… жаль, что Тирол точно не пользуется специальными средствами и нельзя спросить, как добиться такого эффекта!

Просто организма у него такая… плодородная! Сильная. Чтоб она провалилась!

Сильная организма здоровенного мужчины напротив не торопилась никуда пропадать вопреки всем моим ожиданиям.

– Девочка, – в голосе Тирола слышалась улыбка, и он медленно поднял руку, касаясь пряди моих волос. – Сколько убеждений в голове. Сколько иллюзий. Сколько целей и мечтаний. Ты знаешь, что прекрасна?

Болотные омуты глаз напротив затягивали и с каждым мгновением мне становилось все сложнее дышать. Словно в каждом новом вдохе содержалось все меньше и меньше кислорода, и приходилось хватать ртом еще и еще.

– К чему столько лишних слов? – с трудом выпуталась я из очарования бога. – Просто… давай я расплачусь.

Сама качнулась навстречу, но Тирол лишь рассмеялся, уворачиваясь от моих губ и ловя в объятия. Сомкнул руки на талии, погладил напряженную спину, игриво дунул на шею, обнажая ее от рассыпавшихся волос и приникая губами к нежной коже, под которой судорожно пульсировала жилка.

– Поцелуи – это не то, с чем стоит торопиться, – горячий шепот коснувшийся влажной кожи заставил напряженно застыть в объятиях, а последовавший за этим нежный укус – вздрогнуть.

Тирол смеялся. Низко, мелодично… и я терялась, пропадала как в звуках его голоса, так и в прикосновениях. Он не торопился. Гладил плечи, мягко скользил по рукам, и достигнув ладоней переплетал наши пальцы. Освобождал их, и касался лица… скулы, нос, губы… и после властное движение, которым он обхватил шею, заставляя изогнуться и запрокинуть голову.

Чуть сжал волосы у самых корней, и от этого простого, и в обычной жизни неприятного жеста, моя кровь словно превратилась в раскаленную лаву. Его губы были уже насколько близко к моим, что обжигали горячим дыханием.

– Просто отпусти себя. Я знаю, чего ты хочешь…, – шепнул бог, закрывая глаза и целуя…

Первое прикосновение было нежным и медленным как разлив реки после дождя. Как вода постепенно затапливает луга, так и Тирол завоевывал мой рот. Касался губ своими, нежно гладил языком, приглашал… ко взаимному танцу. И я дрогнула, подаваясь ему навстречу.

И тогда все изменилось.

Такой могла бы быть гроза в лесу. Когда стихия лютует настолько сильно, что все гнется под ее натиском. Когда вода смывает все… весь стыд, все сомнения, все глупости из головы. Когда руки, вдруг ставшие жесткими и властными сминают одежду и тело под ней. Когда прижимают так сильно, что между вами даже воздух не проскользнет.

Властно проникает языком в рот, уже не спрашивая позволения. Кусает губы, делая больно ровно настолько, насколько тебе самой хочется. Где-то глубоко-глубоко в душе.

Именно оттуда поднимался пожар, разбуженный этим ветром.

Сила, энергия… и я ощущала, как она рассыпается вокруг и летит на крылья ветра, на крыльях силы бога все дальше и дальше.

Когда Тирол отстранился, я приходила в себя еще десяток секунд, и даже не возражала, когда он подхватил меня на руки и отнес в то самое каменное кресло.

Совершенно спокойный и невозмутимый, как будто ничего и не произошло.

Хотя врядли для бога лесов и плодородия все случившееся было в новинку.

– А теперь про Хаор. Слушай, Тильда…

И я слушала. Слушала, чтобы хоть как-то заткнуть пожар эмоций внутри себя в котором так тесно переплелись стыд и страсть, что разделить их казалось уже непосильной задачей.

Глава 10

В которой особо ничего не происходит

Утро было столь прекрасно и упоительно, сколь паршиво мое настроение.

Встала я уже расстроенная. Как и в прошлый раз сон вовсе не ощущался как сон, потому детали и не подумали покинуть меня через десяток минут после пробуждения.

– Ты расстроена, – озвучил очевидное Жозефин после того, как я вышла из ванны, надо полагать ничуть не радостнее, чем в нее заходила.

– Тирол снился.

– О! – кот оживился, и его хвост возбужденно ходил из стороны в сторону. – Судя по твоему лицу ничего приятного не происходило.

Мне очень хотелось соврать! Вот ей богу! Но это было бы нечестно, а еще откровенно некрасиво.

– К сожалению приятное как раз было. Как и полезное. Я многое узнала про Хаор.

– У-у-у… как понимаю древний рогатый не просто так по доброте душевной тебе все рассказал?

– Правильно понимаешь. И отвернись!

Фамильяр фыркнул, но послушно сел ко мне спиной. Отбросила полотенце, быстро натянула белье, штаны и набросил рубашку на плечи, села на кровать, чтобы сладить со шнуровкой на щиколотках.

– Ага… – Жоз начал делать то, что получалось у него очень хорошо, хоть и очень раздражающе. Рассуждать. – Древний бог, который имеет мало последователей, мало ресурсов и жрица у него одна, и та сбежала. Бог плодородия. Интима хотел?!

Кот даже подпрыгнул и резко повернулся, выпучив желтые глазища. Я тоже шарахнулась, и рубашка на груди распахнулась. Испуганно хватанув ртом воздух, швырнула в хвостатого полотенцем.

Жоза снесло куда-то на пол, откуда мученически раздалось:

– Тиль, я же кот… КОТ. Фамильяр! Я, конечно, мужик, но не настолько, чтобы тобой впечатляться как всякие там эльфы, драконы и боги.

От перечисления поклонников мне окончательно поплохело и захотелось всплакнуть. Но вместо этого я оделась и решила поесть.

Хозяева-драконы, видимо были не против нас приютить, но мысль о том, что мы будем ходить по их дому – крылатым категорически не нравилась. Потому поднос с кашей, ароматным кофе и двумя булочками вновь принесли в комнату.

– Неправильная ты баба, Тильда, – уже за завтраком поведал мне кот. – Скажи кому, что у женщины есть истинная пара, скакала бы от счастья до потолка!

– Истинная пара – юный эльф, – не поленилась напомнить я. – С мегерой-мамой в придачу, а еще он поэт и постоянно ищет приключений на задницу. И при первом знакомстве плакал и заверял, что я худшее, что случилось в его жизни.

Мой белоснежный друг проигнорировал контраргументы и перешел к следующему пункту.

– Дракон – огромный и сильный ящер. Рыжий, красивый и смотрит с тоской в глазах. Его точно можно было бы дожать до серьезных отношений! А ты?

– А я прекрасно помню, что тоска в глазах нашего чешуйчатого друга лишь потому, что ему неловко за обман. А целоваться всем мужчинам нравится, так что это вообще можно не считать.

– Зануда. Ладно, а Таэрлин? Высокородный лоэр, придворный высокого ранга, красивый мужик… и самое главное очень инициативный! В данном случае дожаться до серьезных отношений надо тебе.

– Сказать, где я вижу такую инициативу или сам придумаешь?

– Идем дальше – Тирол-из-Леса, – Жоз был непреклонен. – Это вообще БОГ!

– Что означает, что проблем от него больше, чем от всех вышеперечисленных, – вздохнула я.

– Неужто совсем отвратно целуется и все остальное?

– Как ты верно сказал – бог. Тысячелетия опыта. Как он может целоваться плохо? До “всего остального” мы не доходили и надеюсь не дойдем.

– Поясни мне конкретно чем именно ты недовольна? Как понимаю никто тебя даже ни к чему не принуждает!

– Наверное тем, что выбор мне дают такой, что фактически его нет. А еще все что я могу сделать для команды для выяснения деталей похода – поцеловать мужика.

– Ты бы порадовалась. Международные шпионки знаешь как ради того же стараются? И поцелуями не обходятся! Просто цена у всего своя, потому стоит четко осознавать готова ли ты ее платить. И если уже уплачено, то гордиться собой, а не заниматься самобичеванием.

В словах кота несомненно был резон, потому я со вздохом признала неизбежное, а именно его правоту.

Да и вообще, если расценивать это приключение с точки зрения опыта, то оно вообще бесценно и уникально. И будем честны – целовался Тирол потрясающе! Стало быть, скажем миру спасибо за это интересное приключение и подумаем, как избежать его повторения.

А пока к насущному.

– Где поселили всех остальных? Надо рассказать все, что узнала о Хаоре. И вообще уточнить сколько именно мы тут планируем отдыхать.

– Собственно я тебе нес светлую весть, что касалась этого вопроса. Как понимаю Дэс не только лечился, но еще и полезное дело умудрился сделать. На пару дней снял дом… столб… в общем скалу! И мы туда сегодня переезжаем.

– Как-то драконы совсем не гостеприимны, – покачала я головой, отставляя тарелку, и обращая сосредоточенный взгляд к сумкам.

Скорее всего Дэс не просто так отдохнуть захотел. Все же поход в Хаор это не развлекательная прогулка. И если до разговора с Тиролом у меня были хоть какие-то иллюзии на эту тему, то сейчас целиком пропали.

Перед тем, как соваться в наполненный туманами каньон нужно подготовиться. И как следует экипироваться.

– Дело не в драконах, а в том, что мы свалились на голову кровникам-должникам, – просветил Жоз, благодаря своей пронырливости уже бывший в курсе вопроса.

– Хм-м-м… – я даже замерла над сумкой с вещами, прервав ревизию. – Так кровники или должники?

– Два в одном. Конкурирующие кланы, но то ли дед, то ли дядя нашего дракона спас их самую породистую самку.

– Жоз!

– Виноват – самую завидную невесту-драконицу с роскошной родословной и генетикой. И это не мои слова, не надо так осуждающе на меня смотреть. В этом доме разве что слуги не обсудили за кого конкретно выдать девицу с однотонной шкурой без подпалин и сильной магией, чтобы приумножить силу и власть рода.

Ничего себе тут селекция. Возможно, моя ситуация с дядей – детский лепет по сравнению с судьбами высокородных крылатых девушек.

– Слушай, но если должники, то они, наоборот, должны хотеть как можно скорее откупиться, разве не так?

– Тут уже вопросы к нашему дракону. Видимо хочет подольше оставить клан обязанными, если даже гостеприимством не пользуется. В общем, тут проще самой спросить. Или совсем про это не думать.

Я согласилась, по-быстрому провела ревизию запасов и оставшееся время до прихода Дэса потратила на то, что набросала в блокнотике список покупок.

Раздался глухой стук в дверь.

– Войдите! – крикнула я, убирая карандаш в специальный чехол на между пружин, скрепляющих блокнот.

– Доброе утро, Тильда, – в проеме появился бледный, но выглядящий вполне здоровым Дэс. – Надеюсь, что ты хорошо отдохнула. Мы сегодня переезжаем, так что если тебе понадобится помощь слуг для сбора вещей, то могу прислать кого-нибудь.

– Не стоит, – открыто, по-дружески улыбнулась в ответ я. – Я уже готова. Жоз предупредил.

На лице рыжего отразилось удивление, но он лишь кивнул. Я подхватила вещи, метлу и в сопровождении кота вышла из комнаты.

Вниз мы спускались вопреки моим ожиданиям по лестнице. Но если сначала я настроилась на длительное преодоление ступеней, радуясь, что это все же путь вниз, а не вверх, то с каждым пролетом все с большим удивлением посматривала в высокие, стрельчатые окна в разломах горной породы.

Мы двигались настолько стремительно… словно телепортировались.

И правда, преодолев всего четыре пролета мы спустились с облаков на землю. На большой площадке перед этим своеобразным домом нас ждали остальные ребята из команды.

Ждали нас давненько. Лишь Таэр стоял ровно и спокойно, а орк сидел на корточках и курил, не обращая внимания на осуждающие взгляды немногочисленных прохожих. Вирни маялся, нарезая круги по идеально круглой площадке.

– Наконец-то, крошка! – возрадовался орк, пружинисто поднимаясь. – Рад тебя видеть, но кровавые боги, могла бы чистить перышки активнее.

Я открыла рот от возмущения, но ничего ответить на столь наглый поклеп не успела.

– Это я задержался, – тихо сказал Дэс. – Пришлось побеседовать с главой… дополнительно. Тильда на момент моего прихода была уже готова.

– Правда? – неподдельно удивился орк, а после повернувшись к Таэру, заявил. – Слыш, я, кажется, начинаю тебя понимать! За бабу, которая собирается сама, быстро и без напоминаний, можно и пободаться!

К счастью, все орка проигнорировали.

Да и вообще сейчас нас интересовало другое. Например, Нэос вблизи.

Величественный, прекрасный, он казался застывшей песней, почему-то воплощенной в камне.

Внизу, если не задирать голову к облакам, если не видеть этих бесконечно высоких скальных столбов, он казался почти обычный городом. Этаким причудливым симбиозом эльфийской и человеческой культуры. Или это люди как раз взяли от драконов? Попытку гармонично вписать строения в камень.

Нэос утопал в молочной дымке, ведущей себя очень странно. В один момент все, что мы могли различить – вывеску на ближайшем доме, а в другой, открывалось солнце и высокий скалы, в которых жили драконьи семейства.

Я шла и с каждой минутой, с каждым выхваченным из туманной дымки зданием, в моей душе поднимались волны восторга. Тот самый, детский, который почти неслышным звоном рождается где-то в глубине души, но с каждым мигом звук нарастает. Пока не становится набатным звоном, в такт с которым бьется твое сердце.

До места назначения добрались как раз когда вышло солнце, так что была возможность оценить невысокую (всего этажа четыре) скалу.

Мы поднялись по ступеням, настолько невысоким, что было непонятно зачем их вообще делали. Право, пять сантиметров – совсем не высота. Дэс приложил бляшку-ключ к металлической пластине на косяке. В глубине что-то щелкнуло, и массивная деревянная дверь распахнулась, пропуская нас в помещение.

Первым в дом зашел кот. Не согласно традиции, а просто потому что хотел.

– Ничего так… – прошествовал через просторную прихожую, где тщательно вытер лапы о светлый коврик и двинулся дальше.

– Жоз, это не придверный же, – простонала я, заваливаясь вслед за любимцем.

Фамильяр, разумеется, меня проигнорировал, у него были гораздо более важные задачи – изучение непознанного!

Я с грустью поняла, что кажется в наших с котом отношениях мной бессовестно помыкают.

– Тут мы проведем пару дней, – проговорил стянувший сапоги дракон. – Первый этаж скорее технический. Второй – спальни. Третий – этаж кухня, столовая и гостиная. Четвертый – помещения для мастерских и лабораторий.

Мы разбрелись по комнатам.

Я выбрала первую попавшуюся спальню, чем заслужила еще один уважительный взгляд от орка.

– Тильда, ты бы покапризничала, – вдруг сказал Жозик, когда за нами закрылась дверь.

– В смысле?

– А то еще немного и тебя, всю такую непритязательную, украдут в степи по завершении задания. Харт, конечно, мужик мощный, но мне кажется тебе не понравится быть любимой женой в гареме. Притом с твоим характером, любимой тебе быть крайне недолго!

– Не преувеличивай, – насмешливо фыркнула я в ответ.

– Что отравила бы всех жен и одна осталась? – неподдельно заинтересовался фамильяр.

– Угу, с тебя бы начала, – буркнула я в ответ, бросая сумку на небольшой диванчик у стены и выглядывая наружу.

– Злая! – припечатал Жоз.

До земли было всего пара десятков метров, и я видела, как сновали по широким улицам человекоподобные драконы и представители других рас. А над головой то и дело слышался шум огромных крыльев.

Видимо посадочная площадка была на вершине любого “дома”. По сути удобно! Врядли будет комфортно словно ящерица цепляться за камни, оборачиваться на ходу и запрыгивать в окно!

Но долго разглядывать улочки и размышлять про особенности драконьего быта времени не было. Нас ждал совет.

Оный решили совместить с обедом. Собрались в просторной, светлой столовой, у которой отсутствовала часть стены, а потому нам был обеспечен приток свежего воздуха и бодрящего страха, потому что пройти к столу минуя обрыв никак не получалось.

– Что б эти… архитектурные изыски, – Жоз вцепился в меня всеми лапами и даже когти выпустил. В кои-то веки я его не ругала за подобное так, как если бы мне было на кого залезать и что выпускать – то вела бы себя точно так же!

Кормили у драконов неплохо, и даже с претензией на оригинальность! Мясо нескольких видов, гарниры, десерт и даже легкое вино.

От последнего я благоразумно отказалась, потому как голова нужна будет четкая и ясная. С чистой совестью напиться можно будет после окончания всей этой эпопеи.

– Дэс, а почему мы задерживаемся? – нахмурилась я, переплетая пальцы. – Так торопились, а теперь…

– Рассказывай, – поддержал меня орк. – Почему мы тут прохлаждаемся? Врядли старая ведьма любезно согласится нас подождать, если узнает, что отстали.

– Я чувствую примерное местонахождение брата, – глухо ответил дракон. – Он еще не в Хаоре, а это значит у нас есть немного времени на то, чтобы подготовиться. Как показала практика, в данный момент у Вераиль больше неприятных сюрпризов для нас, чем у нас для нее.

– Я бы сказал больше – пока она обыгрывает нас на голову. Хорошо что живы остались, – резал правду-матку в глаза Харт. – Жизнь не сказочка.

– Вот именно поэтому нам нужно быть экипированными лучше. Да и поход к Террахору это не визит к бабушке на пирожки.

Угу. Божество это вам не это! И даже не то самое.

Как жаль, что я спала на лекциях про древних богов. Если часть с развратными ритуалами наша группа еще прослушала с интересом, то всему остальному внимали только ботаники.

А я это… не ботаник. И зря!

Глядишь не пришлось бы обменивать информацию на поцелуи.

Кстати, пришла пора ею делиться.

Я кашлянула, привлекая к себе внимание остальной команды, и сказала:

– В целом Дэс прав, и нам не помешает получше подготовиться. Просто не будет. Ну и у меня есть ряд новостей, которые могут быть нам полезны.

– Неужели? – вполне натурально удивился Таэрлин, откидываясь на спинку стула.

Лукавые глаза эльфа сверкнули, но я лишь вернула ему любезный оскал, выдаваемый за улыбку, и начала говорить:

– Как вы все знаете, практически любое воззвание к стихийному богу – это ритуал. Нельзя просто так прийти, постучать по крышке алтаря и попросить великого и ужасного снизойти к просьбе. Великий может и снизойдет, да только вряд ли вопрошающему понравится результат. Потому Вераиль действительно не будет торопиться – она станет проводить ритуал по всем правилам. А у Террахора они свои. Особенные.

Я с сочувствуем покосилась на дракона, потому что это мне просто вот так вот отвлеченно рассуждать о ритуалах, а у него там маленький брат. И так белая кожа Дэса казалась алебастровой. Ни кровинки в лице.

– Допустим, – орк лениво ковырялся в зубах специальной палочкой. – Но как понимаю наша задача состоит в том, чтобы не дать ведьме завершить свое дело. Зачем нам знать про обряды?

– Потому что обряд начинается с того момента, как мы ступаем на земли Пустынного Каньона, – со вздохом ответила я.

– М-м-м… Кажется, я что-то подобное слышал. – в диалог вступил Таэрлин, и с усмешкой, с отчетливым пафосом произнес. – Неделя крови, неделя боли, неделя испытания Террахора. Тот, кто на закате седьмого дня взойдет на гору из живого камня, тот получит право на заветное желание. Но с тех пор счастливца уже никто не увидит!

– Прекрасно, – мрачно протянула я, впечатленная полной формулировкой нашей неприятности, и не удержавшись прямо взглянула на Дэса. – Ты же знал! Не мог не знать!

– То, что Каньон в обычное время и в Террахорову неделю это две разные вещи? – в глазах дракона вина смешивалась с упрямством. – Да, знал. Но мы справимся.

– А предупредить не судьба? – взвился мой кот, и я успокаивающе положила руку на вздыбившуюся белую шерсть. – Все, мы никуда не идем! Идите к чертям со своими священными целями. Тильда забирает меня, мальчишку и мы уезжаем.

Теперь на месте от возмущения подпрыгнул Вирниэль, что раньше слушал все с открытым от восторга ртом, а теперь перепугался, что героический подвиг уплывает из-под носа.

– Как это? Я не хочу!

– А с истиной парой хочешь быть? – коварно спросил Жоз.

На лице эльфенка отразилась мучительная борьба.

– Хватит! – прервала я эту бессмысленную болтовню. – Никто никуда не уходит. Но Дэс, у меня вопрос, почему ты не можешь нанять нормальную команду?

– Потому что вы все неравнодушны к судьбе моего брата, – выдал нам крайне внезапную версию Дэс. – Прямо или косвенно. Вирниэль ощущает себя виноватым за происшествие в Лужайках и желает спасти, ты пойдешь чтобы сделать доброе дело и закрыть чувство вины глубоко в душе.

– О чем это он? – неподдельно заинтересовался Вирни.

– Не важно, – медленно покачала головой я, хотя на самом деле это было очень важно. Откуда он узнал о МОЕМ брате? И как понял, что я действительно не сверну сейчас с пути просто потому, что не могу допустить смерти еще одного мальчика, когда В ЭТОТ РАЗ я могу сделать хоть что-то!

– За тобой идет лоэр Таэрлин, – дракон с явным неудовольствием смерил эльфа тяжелым взглядом, а тот лишь иронично отсалютовал бокалом в ответ. – И каковы бы ни были его истинные мотивы, но боец сильный и пригодится. Орк идет ради денег. Все связаны. Так или иначе.

На несколько мгновений воцарилась тишина, а после Жоз скептически мявкнул:

– А почему нельзя было замотивировать деньгами еще кого-то? Конечно, наличие в наших рядах бравого орка, это очень ценный вклад, но как понимаю ресурсы представителя драконьей аристократии этим не исчерпываются. Можно было нанять сработанную команду.

– Потому что боги – это боги. Ментальная связь, основанная на презренном металле – тонка. Те, кто идут только ради наживы никогда не достигнут горы в Террахорову неделю.

– Прекрасно, – я отодвинула бокал с соком, ощущая, что аппетит окончательно испарился. – Ты не пробовал делиться информацией за один раз? А то с каждым уточнением все страшнее и страшнее.

– Так сбежали бы.

Ответил мне, впрочем, не дракон, а прямолинейный орк. Он одним махом вылил в себя остатки вина из огромного кубка, без стеснения утерся рукавом, а после добавил:

– Как понимаю нашему драконьему лордику очень нужны героические идиоты в рядах спасательной команды. Но даже идиоты обычно не идут на верную смерть. Все же хочется возвращаться с победой, а не как говорили в старину “на щите”.

У орков была такая традиция. Что погибших в сражении вождей домой приносили на их же боевых щитах, благо размеры позволяли.

Я покосилась на Вирниэля и по специфическому выражению лица поняла, что эльфика разрывает от желания высказаться, но, как ни странно, он пока не дает себе волю. И судя по ответному взгляду, предоставляет в данный момент выбор мне.

Волнительно.

И надо сказать не особо приятно. Груз ответственности вообще такая, далекая от комфорта штука.

– Ладно… – я нервно переплела пальцы, понимая, что несмотря на такую ситуацию отступить не смогу. – Вирни…

Но я не успела максимально деликатно высказать мысль о том, что остроухим юношам будет очень комфортно подождать пару недель в Нэосе пока мы вернемся.

– Я иду с тобой! Это не обсуждается, – гневно сверкнув голубыми глазами Вирни добавил. – И на всякий случай – по эльфийским законам я уже могу принимать решения. Даже если это решение умереть!

Я перевела взгляд на его отчима и в одно короткое слово вложила весь призыв образумить парня.

– Таэрлин.

Но, к сожалению, судя по всему достопочтенный лоэр тратил много времени на интриги при дворе, а вот воспитанием пасынка почти не занимался, потому что ответил мне не он, а наш юный стяжатель подвигов.

– А он никак не может на меня повлиять! Он мне даже не родственник больше.

В последней фразе не прозвучало “ибо не фиг было с мамой разводиться, сволочь”, но вполне подразумевалось.

Жоз остановил попытки уберечь избранного одной короткой фразой, в которой звенели саркастические интонации.

– Тилька, да что ты переживаешь? Помрет и помрет, не надо будет голову ломать над тем, что делать, – поймав мой возмущенный взгляд, добавил. – А если серьезно – нужно идти вместе. Если учитывать, что Туманный каньон помимо вполне реальных жутиков славится историями о том, что там многое мерещится, то способности Вирниэля будут более чем кстати.

Вирни гордо развернул плечи.

– Да, все верно, – кивнул дракон, подтверждая информацию.

– Что за способности? – неподдельно заинтересовался Таэр, аж подавшись вперед.

Орк же скрестил руки на груди, всем своим видом показывая, что в наши около семейные разборки лезть не будет. Да и я решила, что их пора заканчивать.

Следующие полчаса рассказывала ребятам о том, что узнала от Тирола-из-Леса, а после мы переместились в одну из гостиных, где на столе уже была развернута огромная карта, на которой был подробно изображен Хаор. Туманный каньон был длинным, извилистым и вопреки названию – не был единым. Скорее двумя извилистыми ранами на теле земли, в месте пересечения которых возвышалась исполинская гора.

Нэос располагался у восточного края Хаора и, хотя Тирол и говорил, что лучше заходить в это проклятое место с запада, у нас не было времени на то, чтобы туда лететь. За пару дней бы не управились, да еще и подготовиться не успели.

В свою комнату я отползла очень поздно. Орк, наглядно демонстрируя кто тут самый опытный вояка, насел на меня и долго выпытывал все данные, даже самые незначительные.

Так что когда я оказалась в спальне, то просто рухнула на постель и обняв кота почти сразу провалилась в сон.

Глава 11,

рыночно-закупательная

Утро встретило меня приятным ароматом кофейных зерен.

Стоя у окна, я расчесывала волосы, смотрела, как пробуждается Нэос. Чем дальше, тем больше в душе появлялось спокойствия и умиротворения. Чашка кофе, стоявшая на подоконнике, добавляла утру прелести. Красивая кружечка из расписного фарфора появилась на круглом столике еще до моего пробуждения, но личность благодетеля оставалась загадкой.

– Что довольная такая? – сумрачно спросил взъерошенный Жоз, сидящий на туалетном столике и вылизывающий бок.

Вот уж у кого за минувшую ночь настроение ни капли не изменилось.

– Сомнения исчезли. Теперь я четко вижу всю картину. Она, конечно, паршивая, но я окончательно решила, что пойду туда. Нет двойственности – нет душевного раздрая, – после секундной паузы отозвалась я, делая очередной глоток. Интересно все же, кто принес эту прелесть, скрасившую мне пробуждение? Двери закрыты, окна тоже на защелках, так что варианта два. Или это взломщик, или телепортатор.

Дэс, стало быть? Я только улыбнулась в чашку. Подарки от дракона, конечно, приятны, но лишь как плюшка для самолюбия. Никакой романтики с рыжим аферистом у нас уже не может быть, несмотря на все оправдания и великие цели.

Кто у нас там еще из окружающих? Таэрлин, насколько я помню, для порталов пользуется камнями-накопителями, а с их помощью можно перенестись на стационарные площадки или по заранее известным координатам. А я как-никак нахожусь не на уровне земли. Слабо представляю себе светлейшего лоэра, который полночи корпит над формулами, чтобы верно рассчитать точку выхода в комнате на третьем этаже. А после рано утром приходит на кухню, с красными от недосыпа глазами варит мне кофеек и телепортирует его сюда!

Я даже хихикнула над этой абсурдной фантазией.

Поймав вопросительный взгляд кота, который ради такого дела даже оторвался от прихорашиваний, я пояснила:

– Да вот, гадаю кто принес, – приподняла чашку.

– А тут и гадать нечего, – раздраженно махнул хвостом Жозефин и повернулся к зеркалу, критически оглядывая правый бочок, с безупречно, на мой взгляд, лежащей шерстью. – Пахнет твоим поклонником.

– Которым? – осторожно уточнила я.

– Который самоуверенный мудила. У тебя такой один, – любезно пояснил фамильяр. – Кстати, чем дальше мы от Лужаек, тем больше у него меняется запах. Едва уловимо, но все же…

– И что это значит?

– Потеет мужик? – хохотнул кот. – А я откуда знаю? Наблюдениями делюсь, и все.

– А-а-а…

– Тильда, и все же, ты уверена? Ты же понимаешь, что поход в Каньон в Террахорову неделю – это не то же самое, что по болотом прошвырнуться и кикимор с упырями пугануть?

– Понимаю. – Я отставила пустую уже чашку, села на стол возле зеркала и, серьезно глядя в янтарные кошачьи глаза, проговорила: – Это мое искупление, Жоз. Мне нужно.

– Из-за брата? Может, уже расскажешь, что именно случилось и почему ты так себя винишь?

Проницательный мой.

Я почесала любимца за ухом и с улыбкой помотала головой. После подхватила на руки, не слушая воплей о том, что я испорчу ему укладку и вообще, он с левой стороны еще не причесался.

– Ты и так красивый!

* * *

Команда ждала меня в одной из нижних гостиных.

Вирни с мечтательным взглядом и листочком, кажется, сочинял нечто соответствующее ситуации.

Таэр развалился в кресле и читал местную газету, орк чистил оружие, Дэс неподвижной статуей застыл возле окон. Темный взгляд дракона был устремлен вдаль, и в нем сплелась такая боль и мука, что меня продрало ознобом.

– Тильда, – дракон повернулся ко мне, и его взор чуть просветлел, а на губах появилась мягкая улыбка. – Доброе утро! Ты, как всегда, чудесно выглядишь.

– Спасибо, – помимо воли на щеки плеснуло румянцем.

Девочки такие девочки! Вроде давно уже известны истинные цели этого коварного ящера, а на комплименты все равно ведусь.

– Приветик, цыпочка, – отсалютовал мне орк. – Твоя свежая физиономия приятно радует с утра. Аж сам взбодрился!

Комплимент номер два был настолько неоднозначным, что я даже застыла и недоуменно хлопнула ресницами.

Вирни оторвался от своего листа и оживленно уточнил:

– Мы соревнуемся в одах прекрасной даме? Тогда у меня есть на эту тему небольшой стихотворный…

Душа Жозика не выдержала.

– Стоп! – Он спрыгнул с моих рук на пол, плюхнулся на пушистую задницу посреди комнаты и обвел всех недовольным взглядом. Не знаю, как у маленького кота получалось выглядеть величественно и опасно, но получалось! – Значит так, а ну прекратили! Собрались и пошли в ваши оружейные лавки! Нашли время паясничать.

Все озадаченно замолчали, и в этой тишине неожиданно громко прозвучал шелест складываемой Таэром газеты.

– М-да… Жозефин, что тебя настолько беспокоит?

– То, что вы все радостно претесь на верную смерть и тащите за собой Тильду и мальчишку!

Эльф медленно поднялся, подошел к коту и, присев, чтобы оказаться с ним практически на одном уровне вдруг серьезно сказал:

– Я не позволю случиться плохому. И ты не позволишь. А значит, твоя девочка в целости и сохранности покинет Хаор. Мое слово… – Таэрлин поднял руку, и на его коже сверкнул зеленый символ магически засвидетельствованного слова.

Все молчали. Я лихорадочно пыталась вернуть глаза в орбиты и поднять челюсть.

– М-да… – спас ситуацию, как всегда, орк. – Значит, ты все же окончательно меня бросаешь? Вот так и теряешь друзей! По одному! Появляется баба какая-то – и все. Цыпа, надеюсь ты не в обиде? Ты телочка что надо, но…

– А-а-а-а, хватит! Дэс, где там твои магазины?

И да, я позорно сбежала. Из дома, от ситуации, от пристального взгляда эльфийских глаз.

Дверь хлопнула за спиной, прохладный воздух мазнул по лицу, остужая щеки. Вокруг сновали люди – или нелюди, – высоко в небе, где-то в тумане, слышалось хлопанье огромных кожистых крыльев.

Я поправила сумку, ремень которой тянулся через грудь, и, сжав пальцами плотную ткань, царапнула ее ногтями. Мысленным усилием вернулась к списку покупок.

Рядом встал Вирниэль. Покосился на меня и сообщил:

– Я тоже буду рядом.

И сейчас это не прозвучало нарочито или выпендрежно, наоборот… в его словах отчетливо слышалось желание поддержать. Парень еще толком не знал как, но очень хотел.

Моей ладони коснулись его прохладные пальцы, и, чуть помедлив, я сжала их в ответном жесте.

Все же истинная пара – это временами даже хорошо. Иногда понимание того, что ты не один в этом мире, – бесценно.

– Нам туда, – указал подошедший Дэс. – Мы поселились практически в центре, так что до нужного квартала буквально несколько минут.

И действительно.

Торговые ряды оказались… да возмутительно обыкновенными, разве что более чистыми, и домики, в которых располагались лавки, были сложены из огромных каменных валунов. Если не задирать голову, то можно подумать, что я вновь в родной столице, где прошло детство и юность.

Но наверху были они… столбы и драконы в тумане. Редкий рык разорвал небеса, и голоса оживленных торговцев чуть примолкли, но вскоре вновь вернулись к прежней громкости. Крылатые ящеры тут уже никого не удивляли.

Орк практически сразу от нас отделился, сообщив, что его специфическое снаряжение боевого шамана вряд ли пригодится кому-то из присутствующих. Таэрлин с нажимом попросил Дэса ЛИЧНО показать ему какие-то артефактные лавки. А когда тот попытался сказать, что юные ведьмы на драконьих рынках нуждаются в сопровождении, то Жоз лишь фыркнул, и заметил, что вряд ли тут опаснее, чем в Хаоре. Куда этот самый дракон и собирается затащить юную ведьму.

В общем, я осталась с котом и Вирниэлем. Когда мы отошли на десяток метров, я заметила:

– Ну вот, обрубил на корню все Дэсовы джентльменские порывы.

– А нечего, – ворчливо отозвался мой белоснежный друг. – Про то, как он о тебе волнуется, нужно было думать ДО того, как втравил в неприятности.

На защиту дракона встал Вирниэль.

– Тильда все же не пара ему, да и вообще чужая девушка. То есть как бы она ему ни нравилась, эти отношения не имеют будущего. Стало быть, их нельзя положить на чашу весов, если на другой стороне лежит жизнь брата.

– Какой ты у нас понимающий, – саркастично заметил Жоз, задрав голову и распушив хвост. – Наверное, потому, что упустил мелкого дракона.

Эльфенок покраснел от гнева, потом побелел от стыда и уже открыл было рот для ответного спича, но я успела вмешаться:

– А ну хорош! Закрываем тему. Хотя бы потому, что никто меня силком никуда не тащит. Это мое решение, и Дэс на него никак не повлиял. Разве что на пути встретился.

Все взаимно надулись. Наверное, рассчитывали, что я приму сторону кого-то одного и предам всяческому порицанию другого. А вот нет! Нам надо жить дружно.

Впрочем, фамильяр долго не умел концентрироваться на плохом. Сразу же отыскал что-то хорошее!

– Тиль… – вдруг стукнул меня лапой по ноге Жозик. – А я тебе сильно нужен?

– А что? – Проследив за его хищным взглядом, я увидела пушистую рыжую кошку, что сидела на подоконнике одной из лавочек и лениво умывала лапой острую мордочку. – А-а-а… Жоз, в такие моменты думать о кисках!

– Я отправлюсь в рискованный поход, из которого могу не вернуться! Когда мне еще думать о женщинах? В общем, справишься ли ты без меня? Вроде как обсудили, что именно нужно, так что…

– Иди, – обреченно отмахнулась я. – Но вечером жду тебя до… ма…

Окончание моей фразы уже досталось пустоте. Кот растворился в толпе, и я, мысленно пожелав ему удачи, двинулась в противоположную сторону. Туда, где заметила фиолетовую вывеску мастеров зелий.

Зелья совершенно зря недооценивают. Временами они куда лучше артефактов!

Раздел магической химии в последние годы развивается просто взрывообразно. Оказалось, что если совместить некоторые растворы и добавить искру магической энергии, то эффект может быть потрясающим. И вся прелесть состоит в том, что это распространяется не только на боевые области, но и на лечебные и даже бытовые.

В общем, я мысленно перебирала те вещества, которые нужно было купить, и не ждала неприятностей. А зря.

– Тиль, смотри какие кинжалы!

– Вирни, нам нужно идти…

– А перья? – Мой суженый-ряженый застыл у очередного прилавка с фанатичным блеском в глазах и тотчас запустил загребущую лапу в развал всевозможных писчих принадлежностей. – Ты посмотри, это же из крыла северного феникса! Такой окрас бывает только у них!

– Именно! – Словно из-под земли возник гоблин и расплылся в улыбке. – Молодой господин говорит все правильно. И эта невообразимая редкость может достаться вам всего за три золотых!

Я скептически посмотрела сначала на “невообразимую редкость” в руке эльфика, взирающего на меня с восторгом и мольбой, а после на развал таких же перышек.

– Как понимаю, сейчас где-то на севере бегает стая ощипанных фениксов? – Я скрестила руки на груди.

У дяди было такое перо. Он трясся над ним, как скупой над своим богатством, и хвастался при первой же возможности. А то перо было вообще из хвоста! Ну и само собой, что отданная за него сумма исчислялась в десятках, если не сотнях золотых.

А эти… В общем – гоблинская подделка!

– Вирни, это в лучшем случае гусь. Просто крашеный, – со вздохом пояснила я и еще несколько секунд наблюдала, как вытягивается от разочарования лицо моего избранного.

Физиономию торговца тоже стоило видеть! Особенно после того, как я щелкнула пальцами и с кожи сорвалось несколько фиолетовых искр. Все мысли о том, что можно устроить скандал и обвинить меня в наветах, буквально испарились из глаз гоблина.

– Госпожа так проницательна! – льстиво, вполголоса заметил нелюдь и, подняв руки к груди и развернув их раскрытыми ладонями в мою сторону, продемонстрировал традиционный для этого народа жест примирения. – Я подарю вам перышко. Берите, молодой господин, берите!

– Давай возьмем? – И ресницами так “хлоп-хлоп”. – Все равно оно красивое…

Дальше ситуация не стала лучше. За перьями последовала бумага, за бумагой нож для ее резки, инкрустированный перламутром. После жилеточка с обережной вышивкой, которая должна отводить стрелы. В общем, я начала скучать по Жозу, который, несомненно, смог бы совладать с дорвавшимся до покупок эльфенком.

И все это нам уже не дарили, разумеется.

– Тебя мама на рынок не водила, что ли?

– Нет, конечно, – с удивлением покосился на меня сереброволосый и прекрасный избранный, отвлекаясь от разглядывания ловца снов. Я уже даже не пыталась его образумить вопросами на тему, где именно в Хаоре он будет его вешать.

– Берите, молодой воин! – Торговка, древняя, как местные скалы, старуха с чешуей на руках, подслеповато смотрела на нас. – Сама нити тяну, сама плету… силу вкладываю в каждый узел. Ловец спасет вас от духов и дурных сновидений.

– Тиль?

Я обреченно протянула монету.

Если за вещи нужные для похода, я платила из того мешочка, что выдал Дэс, то за такие мелкие покупки было оттуда брать просто стыдно.

В общем, когда мы все же добрались до зелий, я уже была измотана дальше некуда и даже немного зла. Потому еще на пороге предупредила Вирниэля, что ТУТ мы для него покупать ничего не будем. В ответ парень округлил глаза и возразил, что и все до этого мы покупали не для него, а для нас.

А-а-а!

Я не готова становиться женой! Да и матерью, если уж не то пошло. А тут, кажется, есть риск приобрести две социальные роли по цене одной.

Тем временем, нарушая унылое течение моих мыслей, наконец-то показалась деревянная вывеска с фиолетовыми буквами “Зелья и травы”.

Вирни я оставила в соседней лавке с кинжалами и мечами, под честное слово, что он никуда оттуда не денется. Пусть даже ему станут предлагать самые красивые перья в мире!

Ступеньки глухо скрипнули под моими ногами, дверь с натугой открылась, и меня увлек внутрь терпкий аромат разнотравья. Этот запах разбавляли холодные нотки железистого тронция.

Да, я знаю, что железо не пахнет, но те пары, что выделялись от химических реакций, конкретно для меня ощущались именно так.

В лавке было двое. Пожилой гном сидел за столом в отдалении, в защитной маске и плотных перчатках он измельчал в ступке, какое-то вещество. Судя по тусклому зеленоватому свечению – что-то магически обогащенное. Второй гном, судя по всему, юный родственник, так как гномы редко допускают чужих к семейному делу, стоял за прилавком.

Увидев меня, он вежливо улыбнулся, аккуратно отодвинул в сторону досочку с серебристым порошком, который расфасовывал по бумажным пакетикам, и поприветствовал:

– Удачного дня и высокого неба, госпожа!

Я уже открыла рот, чтобы ответить, но раздался ворчливый голос старого мастера:

– Какое высокое небо, остолоп? Это же ведьма, а не драконица.

– Послушной волшбы и тихих упырей! – не растерялся парнишка. – Что вам угодно? У нас есть отличные зелья на все случаи жизни.

Если честно, то мой опыт в компоновке наборов для выживания был удручающе скуден. Все же специализация совсем другая, и ничем серьезнее изгоняния тех самых упырей с деревенского кладбища я заниматься не должна была. Даже если найду там нечто совсем ужасное, то по уставу следовало вызывать боевых магов, а не геройствовать в одиночку.

Я неполную минуту выглядывала лавку, разложенные по полкам флакончики, коробочки и мешочки, а после повернулась к гному за столом и сказала:

– Мне то, что поможет пройти Хаор в Террахорову неделю.

Рука мастера дернулась. Из ступки поднялась зеленоватая пыль, чтобы осесть на столе и на перчатках, что тотчас начали рассыпаться на волокна. Гном быстро стащил защиту, рывком сдернул очки и, смерив меня пристальным взглядом, проговорил:

– Такая молодая, а уже такая идиотка. Зачем тебе в Хаор?

Я даже не подумала обидеться. Ввиду всего, что я знала про это место, подобная характеристика была более чем ожидаема.

– Искупление, – совершенно серьезно ответила я.

В темных, глубоко посаженных глазах мастера появилось понимание. Он встал, и, прихрамывая, двинулся ко мне.

– Специализация у тебя какая?

– Черная сторона ведьминского дара, университетский курс темной магии. Начинала образование на факультете артефакторики. Плюс боевая травница. Могу работать с энергией до седьмого уровня.

– Угу… деньги?

– В средствах не ограничена.

Кошель дракона был изрядно тяжел, и бренчали в нем монеты весьма крупного номинала. Ну а если не хватит, то в нагрузку к деньгам Дэс выдал мне перстень. Аналог чековой книжки в человеческих государствах. Любые расходы обладателя записываются на счет рода драконов, чей герб изображен на печатке.

Из лавки я выходила хоть и с малым объемом пакетов, но находилось в них такое богатство, что еще прошлым летом я бы не задумываясь отдала годик жизни за возможность протестировать это в деле.

Набор мазей на все случаи жизни. То есть колотых ран, резаных, магических ожогов или обычных. Зелье, что позволит не спать несколько дней. Раствор, что временно увеличивает магический ресурс мага, притом фактически без последствий. Дико дорогая штука, кстати.

Набор взрывоопасных веществ, которым можно разнести любой камень. Набор маленьких шариков, которые нужно стиснуть перед броском, а после швырнуть во вражину. И поджарит того не хуже, чем после фаербола!

Летучий порошок, который реагировал на словесную формулу, а его разрозненные крупинки объединяла кристаллическая решетка, подобная атомной, и можно было переходить любые ущелья по воздуху, словно по земле. Да, вроде бы при наличии метлы и дракона это не так уж важно, но ситуации бывают разные, а маленький мешочек карман не тянет.

И еще много-много всего!

Моя ведьминская душенька была довольна!

К счастью, Вирни был там, где я его оставила. Притом эльфеныш не скучал! Он нашел общий язык с юным сыном хозяина оружейной лавки и сейчас… читал ему стихи! И не только ему, возле моего юного дарования собралась уже маленькая толпа и с волнением внимала какой-то героической балладе. Отбить Вирниэля у внезапно обретенных поклонников оказалось сложно, но я справилась.

Уже на выходе с рынка я замерла, глядя на прилавок чуть в стороне от основного потока, на котором были разложены дико красивые ткани.

– Красавица, смотри какие шали! – воскликнул худой арбинец, гибкий как змея и смуглый, что зрелый инжир в его родных землях. Поправил чалму, улыбнулся, заметив мой взгляд, и добавил: – Лучший шелк для тебя!

– Спасибо, – помотала я головой, и собиралась уже уходить, как на запястье сомкнулись узловатые пальцы.

– А ты подумай. Может, есть у меня то, что нужно? Ткани – это не только красота и изящество, есть такие одежды, что защитят лучше доспеха, и такие веревки, что весят словно паутинка, а тянутся настолько сильно, что с ними можно спускаться в самые глубокие ущелья.

Хм… а вот фраза про ущелья меня заинтересовала.

Я повернулась, и усмехнувшийся арбинец сделал приглашающий жест, увлекая меня мимо прилавков в приятный полумрак его лавки.

А там… там действительно были сокровища.

Мы с Вирни подобрали себе по комплекту нижних рубашек и, как бы это ни звучало, – портков. Эльфу не хотелось мерить нечто столь обтягивающее и не соответствующее привычному стилю, но пришлось.

Зато в этом можно спать на земле даже без походных ковриков и не замерзнуть!

Была мысль прикупить чудодейственные портки и всем остальным, но, представив физиономии мужиков при торжественном вручении этого дела, я хихикнула и отказалась от идеи.

Также я прикупила тонкую веревку, что растягивалась на невообразимую длину и могла выдержать… ну не дракона, конечно, но орка точно.

Ну и… девочка я или не девочка? Я не удержалась и купила красивый пуховый платок. О его свойствах арбинец ничего не сказал. Сообщил, что выложил из какой-то коробки и не запомнил, из какой именно и какие чары на вещицу наложены.

Так что будет сюрпризом!

Глава 12

О подарках и древних легендах

Уже когда мы шли обратно, я заметила, что Вирни сначала задумчиво глядел себе под ноги. Потом мрачно. Я уж было озадачилась вопросом, чем ему так не угодила мостовая, как ход быстрых эльфийских ног начал замедляться. Теперь остроухий едва тащился.

Судя по потрясенному выражению лица, на парнишку свинцовой тяжестью свалилась какая-то жизненная истина, и сейчас он мучительно ее постигал.

Я уже хотела попросить поделиться тяжкими думами, как вдруг парень вскинул голову и потряс меня. Одной фразой, кстати!

– Я виноват.

– В чем? – не на шутку перепугалась я.

Когда Вирни в последний раз был виноват – он упустил драконенка. Так что если все его свершения происходят с таким же размахом, то стоит держать ухо востро!

– Деньги, – эльф вновь покрылся краской стыда. – Я совсем-совсем не подумал. У меня же нет своих денег… сейчас. Стало быть, ты тратила на меня личные сбережения. Ты! На меня!

Вот так вот, посреди драконьего города нас внезапно настиг кризис взросления.

– Так. – Я подошла поближе и, чтобы Вирни было чем заняться кроме самобичевания, передала ему практически все свои пакеты. Физический труд прочищает мозги – пусть тащит! – Это все мы обсудим, когда придем домой. Все не так страшно. Можем даже Жоза взять, кажется, он произвел на тебя впечатление своей маскулинностью.

Впрочем, серьезный разговор пришлось немного отложить. Стоило нам появиться на пороге, как со второго этажа спустился орк и сначала стиснул меня в приветственных объятиях, а потом пожал руку эльфенку.

– Цыпочка, хоть в чём-то ты нормальная баба! – пробасил Харт, глядя на многочисленные свертки в руках у Вирни.

– Ну-у… – неопределённо пожала я плечами.

Но Вирниэль выпрямился, развернул плечи и твёрдо сказал:

– Увы, но кажется, что нормальная баба тут я. Покупки в основном для меня.

– Знаешь, малой, от Таэра тебе стоило все же что-то другое перенимать, – расхохотался в орк.

– Он тоже много покупок делает?..

– Скорее, редкости любит, – немного подумав, ответил Харт. – А вообще, крошка Тиль, я тут не просто так приперся же. Подарок у меня для тебя есть!

– Для меня? – недоверчиво переспросила я.

– Точно. – Шаман сграбастал меня за плечи и увлек на второй этаж. Там взял с изящного комода яркую коробку и вручил. – Вот. Вы же, девочки, любите всякую вкуснятину. А в Нэосе делают лучший в мире шоколад. Я всегда женам беру, вот и тебе решил подарить. А то ходишь кислая. Шоколад – он для радостного выражения бабского лица зело полезный.

Я подозрительно смотрела на коробку. Соседство в одной фразе «тебе и женам» как-то настораживало.

– Бери-бери! – Харт впихнул сладости мне в руки и вполголоса добавил: – Я без умысла. Просто жалко. Вы с эльфенышем как куры в ощип попали. Хорошие дети в плохой компании.

Я уже думала было проникнуться неожиданным сочувствием, так как себя действительно периодически было очень жалко. А во все остальное время терпимо жалко!

Разом вспомнила все свои неприятности. От Таэра до Хаора и лесного бога. Лидировал Тирол, так как если от всего остального я могла спастись хотя бы в смерти, то тут далеко не факт. Есть немало легенд о том, как божества вытаскивали людей с того света.

Но не успела я сердечно поблагодарить орка за вкусняшки, как с лестницы с удивительным для кота грохотом спустился Жозефин. Недовольный как демоны знает что и даже слегка потрепанный.

Видимо любовь не удалась.

– Пытаешься умаслить мою ведьму?

– Конечно, – ни капли не постеснялся зеленый шаман. – Твоя ведьма это не просто пятьдесят килограмм симпатичного тельца, но и примерно четыре литра крови, которая нам понадобится на горе. Так что вот – инвестирую. От шоколада и мяса кровушка быстрее восполняется. Мясо в столовой, кстати.

Я возмущенно смотрела на ржущего наемника, когда на верхнем пролете лестницы появились босые ступни. Ноги были настолько изящны, что я разом осознала, что никому кроме эльфа они принадлежать не могут. Вообще, я внезапно поняла, почему некоторые скульпторы уделяли столь пристальное внимание именно рукам или ногам своих моделей.

Это действительно могло быть красиво.

Спустившийся через несколько секунд Таэрлин потрясал своим одновременно домашним, но весьма впечатляющим обликом. Домашние свободные штаны с низкой посадкой, льняной удлиненный жилет, что небрежно расходился на груди, открывая красивые, литые мышцы.

Я зависла. Кот зашипел. Орк заржал и прокомментировал:

– Я смотрю в ход пошла тяжелая артиллерия?

– Не понимаю о чем ты, – с королевским достоинством проигнорировал его выпад Таэр.

Тут наконец-то отмер Вирни. И право лучше бы и дальше стоял потрясенный!

– Таэрлин! Это возмутительно, немедленно прикройся! Своим откровенным видом ты вводишь в смятение мою избранную!

Шаман приобнял эльфенка за плечи и доверительно прошептал на острое, возмущенно оттопырившееся ухо:

– Пацан, ты не поверишь, но в том и цель.

В глазах старшего эльфа мелькнул смех, а после он невозмутимо направился к выходу из комнаты, со словами:

– Как понимаю вы в столовую? Как раз время ужина.

Жоз ехидно поинтересовался.

– Не замерзнешь? Там окна открыты. Сквозняк и все такое!

– Я эльф, – все с той же невозмутимостью отозвался сереброволосый лоэр. – Голая кожа мне совершенно не мешает.

– Подтверждаю, – охотно кивнул орк. – Как он совершенно голый драпал по сугробам когда к северной леди не вовремя явился муж – любо дорого было посмотреть.

– Угу. Потому что бежали вместе и тебя как раз догнали и хорошо так потрепали.

Я потрясла головой, стараясь не вдумываться в смысл этих слов и решительно сообщила.

– Общее прошлое у вас несомненно бурное, но я бы предпочла остаться в неведении о его деталях.

И ушла. Переодеваться!

А в комнате… в комнате меня ждал еще один подарок. Восхитительный, прекрасный, просто чудесный подарок.

* * *

Она была прекрасна. От изгиба древка до единого полотна веточек, подогнанных друг к другу настолько плотно, что даже просветов не было.

Нос щекотал свежий запах морилки и древесный. Тонкий и едва ощутимый, все же материал для волшебных метел очень долго сначала вымачивается в специальных растворах, а после бережно высушивается.

Едва дыша, я кончиками пальцев провела по полированному стержню, нажала на упругое сиденье обтянутое хорошей кожей и повинуясь мелькнувшей в голове догадке, перевернула метлу. И да, на той стороне были выгрированы буквы: “А-Д”.

Форма “Анкер-Досер”!

У меня даже пальчики дрогнули и вовсе не из-за того, что такая метла, была дорогой. Нет, анкеры отличались как раз очень, нет даже не так… ОЧЕНЬ бюджетной ценой. Но их делал всего один мастер выпускал он ограниченное число летательных аппаратов в месяц.

Стало быть достать такую метлу – маленький подвиг.

И кто же у нас такой героический?

Пока я любовалась подарком в комнату зашел Жозефин, запрыгнул на кровать и самодовольно спросил:

– Нравится?

Я с удивлением развернулась к коту.

– Ты ее уже видел, что ли?

– Я на нее вообще вдоволь насмотрелся пока сюда левитировал, – широко зевнул в ответ фамильяр.

– Так это ты?!

Как у меня глаза не выпали из орбит я не знаю.

Жоз недовольно сверкнул желтыми радужками.

– А ты догадливая. Даже не знаю в кого такая умница…

– Но как?!

– Знакомства, – еще раз зевнул кот. – Связи.

– В драконьем городе?! Такие, что можно достать анкер? – позволила себе вслух озвучить эти сомнения я.

– Вот такое ощущение, что ты совсем в меня не веришь. Тильда, ты вообще что о фамильярах знаешь?

– М-м-м… магические спутники ведьм. Если ведьме повезет, то при посвящении один из духов ею заинтересуется и вселится в принесенное с собой животное, – заученно оттарабанила я.

– Говорю ж гения, все помнишь. Итак, а как ты думаешь откуда берутся магические духи с навыками колдовства?

Я озадаченно замолкла. Не то чтобы я не интересовалась данным вопросом, скорее за время моего недолгого дополнительного обучения у ведьм любопытство в этом направлении не поощряли. Даже не так. СОВСЕМ не поощряли.

– Люди? – рискнула высказать шокирующее предположение я.

Ну а что, после Вераиль и ее кукол я уже ничему не удивляюсь.

– Маги-преступники, – неохотно ответил Жоз. – Теоретически они лишаются памяти. Остаются лишь знания.

Я озадаченно молчала, не зная что меня шокирует больше. То ли то что кот преступник, то ли то, что в прошлом у него настолько интересные связи, что стоит ему куда либо явиться даже в виде белого кошары, ему на блюдечке поднесут редкий анкер. И только ли его?

Но я решила зайти с наиболее безопасной, как мне казалось, стороны.

– Ты вспомнил?

– Не все… В данном случае вспомнил то, что в Нэосе живет один коллекционер, что собирает разные модели метел. И он мне должен.

Это ж как надо задолжать, чтобы даже смерть кредитора не послужила оправданием.

– Расскажешь? – все же решилась я.

– А ты про брата? – вернул мне коварную подачу фамильяр.

Руки сами собой сжались вокруг древка.

Я не знаю, что со мной, если честно. С одной стороны это вроде бы так просто… в этом нет ничего такого, что стыдно бы было рассказать.

Но стоит хотя бы представить ту давнюю ночь, как у меня холодеют пальцы, а горлу подступает тяжелый ком, парализуя способность к речи.

Оправдывая мое мнение о нем как о мудром животном, Жозефин к счастью не стал настаивать.

А я как умная девушка тоже решила не копаться в прошлом фамильяра. Оно успеется… после Хаора. Если все будет в порядке. Ну а если нет, то вряд ли меня станут интересовать такие вещи.

Ужин прошел благополучно.

В хвастовстве, если честно он прошел. Сначала мы подробно рассказали о том, что именно купили, а после собрались в гостиной для того, чтобы показать.

Дэса с нами не было, и это, как ни странно, подействовало на компанию расслабляюще. Какая ирония. Мы все идем за ним, но нас тяготит его общество.

Как же быстро меняется отношение к мужчине. Еще неделю назад я напоминала себе, что нельзя влюбляться в обаятельного дракона, даже если он хорошо целуется. Особенно если он хорошо целуется!

А сейчас… сейчас все иначе.

Я сидела в кресле поджав ноги, руки грела чашка с чаем, которую передал Таэрлин и следил за тем, чтобы напиток в ней не кончался.

Кстати, на эльфа было сложно не обращать внимания. Он оделся, но это не особенно помогло ситуации. Тонкая кофта обтягивала его торс подобно второй коже и оставляла еще меньше простора для фантазии, чем жилетка. Особенно сейчас, когда он сидел ко мне спиной и периодически подавался вперед, чтобы посмотреть многочисленный арсенал, разложенный Хартом на ковре. Мышцы лениво, завораживающе перекатывались.

Жозик сидевший у моих ног поднял переднюю лапу, полюбовался на выпущенные когти и со всей дури всадил их в мою ногу. Я подпрыгнула и возмущенно уставилась на животину. Тот не менее возмущенно на меня.

Я прямо-таки бегущей строкой читала там все прегрешения Таэрлина в алфавитном порядке.

Подавив желание пихнуть негодника в ответ, я перевела взгляд на Вирни. Парнишка сидел в противоположном углу комнаты и с чрезвычайно одухотворенным выражением строчил что-то на листе бумаги. Тем самым крашеным гусиным пером, кстати. Хоть использует, и то хорошо! Мой брат в детстве просил много всяких игрушек и потом они пылились в его комнате, а после выбрасывались на свалку. Часто ни разу не востребованные.

Помрачнев, я вновь посмотрела на Таэрлина. Во-первых – там было на что полюбоваться, а во-вторых, я не просто так на него пялилась. А дела ради, да-да!

В зеленых глазах эльфа периодически сверкали искры лукавства, а это значило, что внимание мое он несомненно заметил. И зная Таэра – обязательно попытается закрепить успех!

Тут-то я его и разговорю.

И верно. Спустя полчасика я дожевала все пирожные, а Жозик успел задремать на спинке моего кресла, с которого пытался усиленно бдить за моим моральным обликом. Таэрлин поднялся, сказал, что хочет спуститься на кухню, чтобы захватить чего-нибудь еще, и попросил меня составить компанию. Рук у эльфа только две, хоть и ловких!

Я послушно повелась на шитую белыми нитками причину.

Все же расспрашивать о Тироле при остальных не хотелось.

Кухня в драконьем доме была просторной, чистой и оснащенной последним словом магической техники. Силовые поля на шкафчиках, чтобы продукты медленнее портились, холодильные камеры, печи на кристаллах, которые нагреваются, стоит коснуться выпуклости на передней стенке.

Лепота! В таких условиях даже я бы готовила.

Эльф жестом позвал меня за стол. Широкие доски столешницы из цельного массива, покрытого лишь лаком для проявления текстуры дерева, массивные ножки… даже не ножки, а ножищи, что упирались в каменный пол. Я осторожно примостилась на столь же монументальном стуле и мимолетно порадовалась, что у Таэра не получится сесть вплотную к мне.

– Ну?

Судя по всему, высокородный лоэр решил не ходить вокруг да около, да и мой интерес не остался им незамеченным и был истолкован верно: как призыв к диалогу.

И слава святым корешкам!

– Расскажи мне о Тироле. И о жрицах.

– М-м-м-м… ты наконец-то решила поинтересоваться данным вопросом? – в мшисто зеленой зелени глаз мелькнуло лукавство.

– «Наконец-то»? – откровенно возмутилась я. – Я всего несколько дней как этой самой жрицей стала. А потом случилась целая череда событий, которая совсем не располагала к задушевным беседам.

Таэр чуть сжал зубы, из-за чего мужественная линия подбородка стала еще четче, и резко ответил:

– Если бы ты не сбегала из Луэжела, то спокойно бы сидела в моем имении и постигала все, что могло бы понадобится. К твоим услугам были бы все мои ресурсы, все знания, а это, поверь, немало.

Ну офонареть теперь.

Если честно, в моей голове много чего варилось. Доминировало желание скандала и потребность высказать авторитарному остроухому все то, что я думаю о его взглядах на жизнь и отношения.

Но у лоэра Таэрлина кроме массы несомненных достоинств был ряд таких же внушительных недостатков. И главным для меня являлось то, что он совершенно не слышит других. Есть его мнение и неправильное. А если неправильное вдруг доминирует силой или хитростью, то эльф на какое-то время затаится, а после внезапным, смертоносным броском возьмет реванш.

В общем, если резюмировать эту мысль, – с Таэром было совершенно бесполезно спорить!

Самая правильная тактика – игнорирование. К ней я и приступила.

– И все же, раз мы уже не в Лужайках, то поделишься знаниями?

– М-м-м… – Этот оценивающий взгляд я уже не так давно видела. – А что мне за это будет?

– Низко торговаться в таких вещах. Все же в Хаор идем, вдруг я чего-то еще не знаю о божественных подарочках? Я, конечно, о многом уже догадалась и кое-что использовала, но вдруг есть неведомые плюшки, и они помогут нам в пути?

– М-да… смотрю, на флирт ты решительно не настроена. Хорошо, Тиль. Если кратко, то Тирол Рогатый дарует своим последователям возможность воззвать к силам природы. А степень воззвания регулирует сам бог. Кто-то может ускорить рост растений, кто-то – попросить их о защите, кто-то – менять их свойства.

– Например? – озадачилась я сутью последнего.

– Ну вот варишь ты зелье и вдруг понимаешь, что забыла накопать корешки мяты. А она очень нужна! Тогда берешь любой другой корешок и меняешь его суть.

– И он становится мятой?!

– Да.

– Обалдеть, – восхищенно выдохнула я. Кажется, сотрудничество с Тиролом перестает быть таким уж бесполезным!

– Именно. – В уголках губ эльфа появилась улыбка. – Ну и в качестве бонуса для совсем уж избранных – можно попросить помощи бога в любой момент жизни. Правда, оплата будет соответствующей.

Вот же корыстная рогатая сволочь. За все ему плати.

– А как можно разорвать контракт? – с надеждой спросила я. – Неужели все только с разрешения самого Тирола-из-Леса? Должен же быть какой-то выход!

– Есть, конечно, – подтвердил Таэр. Но не успела я радостно пискнуть и пуститься в пляс, как он тотчас бахнул на ложечку меда корыто дегтя: – Обратиться к другому богу, и он сможет избавить от уз. Если захочет.

Ну блин. Хрен редьки не слаще.

– Вопросы кончились? – Эльф протянул руку и игриво дернул меня за выбившуюся из косы прядку.

– В целом да, – чуть подумав, ответила я. – Как понимаю, за деталями превращения растений одно в другое – это не к тебе?

Он лишь загадочно улыбнулся. Встал, вскинул руки, со смаком потягиваясь и вновь позволяя оценить то, как филигранно одежда облепляет мышцы, а после двинулся к холодильнику.

– Думаю, нас уже заждались.

Таэрлин критически оглядел выставленный на полках ассортимент и спросил:

– Радость моя, чего ты хочешь?

Я подошла ближе, подныривая под руку эльфа, ткнула в пирожные и шоколадные конфеты и попросила:

– Давай без неуместных нежностей?

– Почему бы не да? – невозмутимо пожал плечами Таэр, выставляя на стол все, что мне понравилось. – Ты меня действительно радуешь. Стало быть, радость моя.

Я серьезно заглянула в яркие зеленые глаза и сказала:

– Ну не нравится мне. Ощущаю себя дискомфортно.

– Ты первая девушка, которая напрягается от комплиментов. Харт прав – уникальное создание. Хоть воруй. – Эльф достал с боковой полки несколько бутылок пива и выставил на поднос рядом со сладостями. Натюрморт смотрелся забавненько.

– Воровать не надо, – тотчас предупредила я в ответ и, не удержавшись, спросила: – Зачем ты это делаешь?

– Пиво достаю? – делано удивился Таэрлин, выгибая серебристую бровь. – Ты не поверишь – я его люблю И Харт любит, а он как-никак мой друг. А о друзьях надо заботиться!

Забота, выраженная в пиве, – это интересно!

– Я про другое.

Таэр озадаченно почесал длинный нос, что смотрелась удивительно по-человечески… и достал блюдо с колбасной нарезкой и копченым мясом.

– Закуску достаю?..

– Таэр!

Снова захотелось заключить эльфа в объятия, дабы ему прилетело тироловской дубиной. Хотя, возможно, она не работает, если инициатор я? Печалька.

– Ладно, ладно, не злись. Просто меня действительно удивляет твой вопрос. Я же… мужчина, если ты не заметила.

Минута молчания. Так как заметить я, конечно, заметила, а вот связь не уловила.

– И что? – тупо уточнила я.

Таэр закрыл дверку, прислонился к ней боком и, наклонившись ко мне, вкрадчивым шёпотом заговорил. Каждое его слово словно язык пламени вспыхивало между нами. Они сыпали искрами, словно наяву жаля кожу, они медленно оседали на пол и еще какое-то время пылали, словно в попытке прожечь камень. Тщетной попытке.

– То, что если я испытываю чувства к девушке, то мне свойственно это проявлять. Настаивать. Завоевывать. Владеть.

Последнее слово он выдохнул практически мне в губы.

Я вздрогнула.

– Прекрасно, конечно. Но знаешь… не трогает.

– Вообще? – вновь эта дико раздражающая усмешка. Самоуверенность на красивом лице Таэрлина начисто стирает все позитивно-любовательное впечатление от его телосложения.

Вообще никогда не думала, что можно действительно совершенно отстраненно глядеть на мужчину и оценивать его… без эмоций.

Подозреваю, что даже голый Таэр кроме стыда вызвал бы разве что тот же исследовательски-эстетический интерес, что и статуи в музее искусства.

В некотором роде это даже обидно.

Когда мне еще будет суждено вот так вот упасть в пучину страсти с опытным и властным мужчиной?

Мелькнула крамольная мысль, а что, если вот оно и есть – действие истинной пары? И что мужчину я в своей жизни разгляжу только в Вирниэле, и то, когда он подрастет?

От таких мыслей немедленно захотелось выпить.

Потому я самым деловым тоном спросила:

– У нас только пиво или еще и вино есть?

– Гранатовое. Мне нравится ход твоих мыслей!

Мне тоже. Возможность надраться – не исключено, что последняя в жизни! – не может не радовать.

Наше возвращение удостоилось нескольких любопытных взглядов и одного ревнивого от Вирниэля. К счастью, ни проснувшийся Жоз, ни Харт ничего не прокомментировали. Орк вообще настолько обрадовался пиву и мясу, что вряд ли моя персона могла обогнать их в рейтинге ценностей шамана.

Один бокал, второй, третий…

– Тиль, – на меня крайне осуждающе посмотрел эльфеныш.

– Она еще и выпить любит. И умеет! – Орк смахнул воображаемую слезинку. – Точно идеальная баба. Слушай, может ты еще и пивас уважаешь?

Дэс мягко рассмеялся и покачал головой, а после посоветовал:

– Тильда, лучше скажи, что в жизни не видела ничего отвратительнее, чем пенное.

Харт лишь оглушительно расхохотался, а Таэрлин подлил винишка. Фамильяр наклонился к моему уху и забормотал, что это все не просто так и имеет целью коварно соблазнить пьяную ведьму.

Решив сменить тему, я обратилась к дракону.

– Дэс, расскажи о Хаоре.

– Например? Я вроде как еще на дневном совете изложил все, что знал.

– Я про легенды. Есть же наверняка что-то красивое… эффектное. Например, о тех, кто в последний раз пытался добраться до вершины горы Живого Камня.

– М-м-м… да, есть такие сказки. – Дракон растянулся на ковре, опираясь спиной о боковину кресла.

Коварное гранатовое все же давало в голову.

В расслабленной позе Дэса была ленивая уверенность и тщательно скрываемая мощь огромной рептилии, по прихоти богов, запертой в человеческом теле. Три верхних пуговицы на рубашки расстегнуты, а коса растрепалась. Все это придавало рыжему домашний до безобразия вид.

Я посмотрела еще раз на Таэрлина.

Выглядит гораздо изящнее дракона. Не такой широкий разворот плеч и ростом уступает, если вспомнить.

В общем – красивые они.

Были бы стату́ями – любовалась бы! А так – живые и проблемные мужики. Ну их.

У меня кот есть. Стянула Жозефина со спинки кресла, положила на колени и начала усердно гладить. Фамильяр сначала раздраженно дергал хвостом и предупреждающе выпускал когти, но скоро смирился с моим незапланированным проявлением нежности и, расслабившись, замурлыкал.

– Несколько столетий назад в Нэосе жил дракон. Знатный род, богатый клан, он обладал огромной даже по меркам аристократов второй ипостасью и чудовищно сильной магией. Воин. Завоеватель. Генерал. Легенда, чьим именем называли детей. Йоир Полночный.

– О, я, кажется, это слышал! – воспользовавшись паузой в размеренной речи Дэса, воскликнул Вирниэль.

Жоз приоткрыл глаз и, прервав бархатистое мурлыканье, посоветовал парнишке:

– Значит, помолчи и не мешай нам.

Я щелкнула пальцем по уху грубияна, но тот лишь возмущенно воззрился на меня в ответ. Одними губами проговорила: «Не обижай мальчика». Кот закатил глаза, но неохотно буркнул извинения.

– А с кем воевали-то в тот период? – озадаченно спросил орк. – Не припомню у драконов внешних конфликтов.

– С соседним драконьим городом, – отозвался Дэс. – В то время у моего народа еще было внутривидовые споры. Но не суть… Скорее, данное вступление долженствовало показать, насколько Йоир был велик и почитаем. Также он очень долго любил драконицу… жестокую и эгоистичную Сайфер Темную. Она играла им, то манила, то отталкивала и несмотря на все победы Йоира, что он бросал к ее ногам, – отказывалась разделить с ним брачный полет. Ничего не могло растопить ее сердце. Долго мучился Полночный… уезжал в военные походы, пытался переехать в другой драконий город, но, словно привязанный на невидимую нить, раз за разом возвращался в Нэос. Пока в один из свой приездов не встретил юную драконицу. Ее красота была столь нежна и воздушна, что сумела пробиться к окутанному греховным влечением сердцу генерала. Они заключили помолвку. Но до конца преодолеть старые чувства он все равно не мог, потому спустя какое-то время Йоир Полночный предложил юной невесте совершить совместное путешествие к горе и попросить освободить его сердце. Только они не вернулись. А Сайфер пропала, исчезнув незадолго до собственной свадьбы с каким-то драконом, чьего имени история не сохранила.

Тишина опустилась на гостиную как тяжелое ватное одеяло. Гулко тикали секунды в массивных напольных часах, да гудел вечный мотор в кошачьей груди.

– Красивая история, – наконец ожила я. – Но разве они должны были вернуться? Не помню, от кого слышала, но есть же сказки, что с горы не возвращаются те, кто смог исполнить свое желание. То есть все легендарное мероприятие по освобождению плененного коварной женщиной сердца – теряет смысл. Разве что они кого-то третьего захватили.

– Таковы сказки. И да, ты права, путешественники не возвращаются в полном составе, – покачал головой Дэс. – Всегда кто-то остается на вершине… говорят, что Террахор открывает ему знания, глубокие как сама бездна. И заглянувшие в нее уже не могут жить в обычном мире и остаются в свите бога.

– То есть кто-то из нас не вернется с вершины? – взволнованно уточнил Вирни.

– Малой, ты не поверишь, но до вершины к нашим услугам весь каньон, а он, поверь, – местечко не приветливое. – Харт методично отправлял в свою бездонную глотку остатки нарезки, которую ухитрился изничтожить практически в одно лицо.

– Не пугай парня, – усмехнулся Таэрлин и уже мне сказал: – Все хорошо, и все будут живы. А на вершину Дэс собирается идти в одиночестве, не так ли?

– Именно, – спокойно подтвердил дракон. – Так что ваша роль в том, чтобы – если все пройдет хорошо – встретить моего младшего брата и вернуть его в Нэос. Хотя я все же надеюсь, что в этом случае легенды приукрасили правду и у меня тоже выйдет вернуться.

После этого откровения обстановка перестала быть легкой и томной. Вирни удалился наверх практически сразу, сказав, что собирается как следует отдохнуть на нормальной перине. Напоследок.

Ну и я пошла.

Пятки холодил пол, отзываясь на мои шаги, а впереди неслышно прыгал со ступеньки на ступеньку Жозефин.

Злость на Дэса улеглась. Пламя захлебнулось собственным жаром.

Если основная команда думала, что в теории что-то может пойти не так и они пострадают, то в случае с драконом все обстояло иначе.

Если все пойдет хорошо – он не вернется. И он был к этому готов.

Глава 13

О радужном небе и совсем не радужных, но полезных снах

В этом мире очень много по-настоящему красивых мест. Вот только красота – она бывает разная. Завораживающая, величественная, светлая и темная… И ужасающая тоже бывает.

Именно такими, ужасающими, и выглядели драконьи горы.

От Нэоса до Хаора было около двадцати часов ходу – это не учитывая местный рельеф! Понятно, что весь путь мы решили пролететь. Не то чтобы мне безумно нравилось транспортное средство в виде дракона, но я и слова против не вымолвила. Пересекать пешком горы? Увольте. И если бы только горы!

Нэос стоял на обрыве, в который обрушивалась бурным водопадом река. Спуск казался попросту невозможным – ни по воде, разумеется, ни по практически отвесному склону. Кстати, этот самый склон загибался внутрь градусов на тридцать… так что только прыгать. Причем в бездну, потому что на вопрос о глубине пропасти Дэс только развел руками. Конечно, за множество веков драконы пытались выяснить, где там дно и есть ли оно вообще. Но ни один из крылатых смельчаков не вернулся. Нашлись и желающие спуститься с обрыва на веревке, но после получаса спуска (в непроглядный туман, если что), веревка теряла свой груз. Как живой, так и неживой…

Ширина обрыва точному измерению на глаз не поддавалась – но однозначно не меньше десятка километров. Правда, был висячий мост. Примерно на две трети погруженный в рваные клочья тумана, на вид узкий, зыбкий и совсем ненадежный. Кто, как и зачем его сделал – неизвестно. Люди в горы не стремились, а драконы крылаты…

Горы за обрывом представляли собой отнюдь не только скалы-колонны, которые можно было бы просто обходить. Виднелись в тумане и хребты с острыми пиками. Хребты устилали сосны, несомненно самые большие в мире. Иначе я бы их просто не разглядела.

– Как же величественно! – с придыханием возвестил Вирни. – Я кажусь себе крохотной песчинкой в этом торжественном океане… океане…

Он махнул рукой, не найдя сравнения, а Жозик немедленно испортил пафос момента:

– В океане вода. Так что кажись себе рыбкой или крабиком.

– Благодарю за совет, – обиженно буркнул эльфенок.

Орк хохотнул и хлопнул его по плечу:

– Это ты степь еще не видал, пацан. Вот где был бы песчинкой!

– Песчинки в пустыне, – кротко указал кот.

– Ну травинкой, – согласился Харт и предложил: – Может, пора уже двигаться?

Пора-то пора. Но ведь не хочется…

Никому, я так понимаю, не хочется. Даже Дэс, стоявший почти на самом краю обрыва, обхватил себя за плечи, вглядываясь вдаль, и не торопился обращаться.

– Не боись, ведьмочка, – неожиданно улыбнулся орк. – Мы ж не просто рыбки. Акулы прям как минимум, зуб даю. А эльфика сбережем, не думай.

– Лучше бы он нас тут подождал, – пробормотала я, продолжая разглядывать горы.

– Судьба, – философски сказал шаман. – Но посмотришь, все будет хорошо. Я, знаешь ли, за проигрышные дела не берусь. Конечно, это не упырей под вашей столицей мочить, но справимся.

И как-то совершенно внятно я ощутила, что он врет. Утешает. Ну и ладно.

Оглядела всю честную компанию. Прав, в общем-то. С такими мужиками куда угодно не страшно вляпаться. Наверное. И они же маги все трое, наконец! Нечего бояться.

– Поехали? – спросил Дэс, резко отходя от обрыва. Как будто завершил что-то важное. Молился, может? Ага, тому самому Террахору, в лапы которого и отправляемся… От Тирола я хотя бы знаю, чего ждать! То есть чего не ждать. Опять же – наверное…

«А ждать следует внимания и секса потрясающего мужчины, – ехидно добавил внутренний голос. – Но тебе, Тиль, куда интереснее таскаться по жутким горам и подвергать себя всяким жутким опасностям».

«В сопровождении аж трех потрясающих мужчин! – огрызнулась я. – А кот вообще вне конкуренции!»

Мужчина всей моей жизни тем временем резво карабкался по синей чешуе дракона, задрав хвост трубой. Повернул ко мне морду и залихватски выкрикнул:

– Вперед, вперед! Нас ждет океан приключений! А мы в них – да, как рыбки в воде!

Сильные руки – судя по ширине ладоней, орочьи – ухватили меня за пояс и подкинули вверх.

А потом дракон взмахнул крыльями…

Я свесила голову, глядя в залитую туманом пропасть, и возблагодарила всех богов за то, что лечу над ней, а не иду по мосту, который как раз заметно качнулся. Под порывом ветра от драконьих крыльев, видимо, потому что Дэс летел очень низко.

* * *

Когда обрыв остался позади, наше транспортное средство рвануло вверх едва ли не вертикально, так, что у меня буквально желудок перевернулся. А потому слова, сказанные мне в ухо с бархатным придыханием, я мимо этого уха пропустила. Что-то о том, как приятно ощущать вплотную такое прекрасное тело…

– А главное – совершенно добровольно! – со смешком закончил Таэрлин, в которого я действительно вжалась так, что ощутила даже пряжку его ремня. И аккуратно переместил сжимающие меня ладони поближе к груди. На грань приличного расстояния. Если наше вовсе недобровольное объятие вообще можно назвать приличным!

И ведь не вырвешься… Особенно учитывая, что и желания нет: эльф великодушно укрыл меня щитом от ветра, да и без поддержки с дракона можно очень даже легко упасть, невзирая на заклинание, позволяющее к нему прилепиться.

Кроме того, очень радовало, что Таэр такой теплый. Вот был бы еще и пушистый – цены бы ему не было. В качестве одеяла.

Не дождавшись ответа, эльф замолчал, но губы от уха не убрал, и от его мерного дыхания по шее поползли мурашки. Вполне приятные мурашки, не спорю. Но причина той приятности, скорее всего, в обстоятельствах. Ведь риск и опасность всегда обостряют все чувства.

На секунду я позволила себе представить, что губы эльфа спускаются вниз… или смещаются к виску… Ну, наверное, это было бы еще приятнее. Вот только забылось бы сразу, как только прекратилось. Как и с Дэсом, как и с Тиролом. Прекрасно! Невероятно даже! Но стоило всем этим мужчинам меня отпустить, как вспыхнувшая было страсть отпускала тоже.

Честно говоря, тискать часами мне нравится только Жозефина. И читала я, что бывают такие женщины… Или им вовсе мужчина на самом деле не нужен, или не встретили еще ТОГО САМОГО, единственного, своего собственного, который на свете всего один и можно вовсе никогда его не встретить.

Печалька, наверное. Но зато ведь и свобода. А пока что она мне точно дороже! Ну разве что своего кота вот на нее я, пожалуй, не променяла бы, случись такой выбор… Да-да, Жозик – это святое!

– О чем думаешь, Тиль? – спросили меня. Опять в ухо, и стало щекотно.

Мотнув головой, я честно ответила:

– О коте.

– Он сидит на коленках у Вирни, – сообщил Таэр, на секунду убрав губы. – С ним все в порядке, не беспокойся.

– Спасибо!

– Иногда я ревную тебя к нему… – задумчиво проговорил эльф. – А иногда мне кажется, что ты просто еще не созрела.

– В смысле не созрела?

– Не вышла из возраста, в котором девочки обожают котиков, бантики и романтичные стихи.

– К стихам и бантикам я равнодушна, – хмыкнула я. – И к эльфам, кстати, тоже. Все-таки ты выбрал неправильный объект.

– Зато интересный, – ухмыльнулся Таэр.

– И мне щекотно!

Тяжелый вздох, и щекотка прекратилась. Хвала всем богам!

Я наконец огляделась и ахнула, не сдержав восторга.

Да, под нами раскинулись все те же горы, и рассмотреть их оказалось столь же проблематично, как и с обрыва: туман здесь был гуще. Гуще настолько, что вершины скальных колонн торчали из него, словно башенки.

Но башенки эти упирались в чистое небо. В небо, сравнить которое мне было попросту не с чем. Разве что с радугой? С радугой, растянутой от горизонта до горизонта…

Ярко-алое впереди, выше небо плавно меняло цвет на оранжевый, потом желтый, дальше являло сочно-травяную зелень, а над нашими головами голубело так, что слепило глаза. Голубая полоса перетекала в синюю, а за спиной светились все оттенки фиолетового. И никакого солнца – оно словно разлетелось на тысячи золотых обломков, усыпало узкими перьями все небо.

– Я никогда не смогу это описать! – горестно выкрикнул Вирниэль, обернувшись ко мне. – Но я запомню и буду стараться!

Смотреть на небо можно было, кажется, вечно. Но увы, даже самое прекрасное зрелище когда-то заканчивается (если только не запечатлено на холсте). В том числе и в нетронутой разумными существами природе. День переходит в ночь, ночь переходит в день…

Вместе с надвигающимися сумерками радужное небо постепенно поглощал фиолетовый цвет. А прямо перед нами проявлялись две изломанные черные линии, ширились на глазах. На месте, где они пересекались, тускло горел красный… фонарь? Огромный, судя по всему.

Скоро стало понятно, что «фонарь» горит на вершине исполинской горы.

Вспомнив карту, я поняла, что мы приближаемся к Туманному Каньону. Да и Дэс начал снижаться, благо не так резко, как взмыл в начале пути.

Посадка была мягкой, но тело затекло, и с дракона я буквально сползла, подхваченная мощными руками орка.

– Устраиваемся на ночевку, – скомандовал наш транспорт, обернувшись. – Ух, устал…

– Крыльями-то помахать пару часов? – поддел его Харт.

– А вы не заметили? – хмыкнул дракон. – Ну да, под щитами же сидели… Там, – он указал вверх, – воздух вязкий, оказывается. И чем ближе сюда, тем больше. Словно в жидком меде летел…

Пока мои спутники возились с костром и палаткой, я оглядывалась, оценивая местность.

Крошечная долина между высоченными скалами. Долиной-то не назовешь – так, словно лесная полянка в окружении здоровенных дубов, которые сплелись друг с другом и ветками, и корнями. Непроходимо сплелись, намертво. Но, значит, и опасности ждать неоткуда. Ну, теоретически…

Долина заросла странной синеватой травой и высокими, совершенно незнакомыми мне кустами. В которые я и отправилась… бы, не схвати меня за руку внимательный дракон.

– Не ходи одна. Демоны знают, что там может быть. Лучше это… мы все отвернемся.

Очень мило, но не пойдет.

– Жозик! – окликнула я и пояснила Дэсу: – Он один отлично отвернется. Если что, позовет вас.

С котом-то мы в каких только ситуациях не побывали. Помню, на деревенском кладбище, неподалеку от столицы… В общем, Жозефин деликатно отворачиваться умеет. И реакция у него отличная. Если честно – лучше моей. Вообще лучше всех, кого я знаю.

Кусты неподалеку от костра оказались колючими, но «подходящими», как оценил мой пушистый телохранитель.

Не менее подходящей была и еда, заботливо собранная для нас сородичами Дэса, а сваренный орком напиток расслабил тело, хоть и имел довольно горький вкус.

– Все спим в палатке, – потребовал дракон, когда ужин закончился.

Как ни странно, возражать никто не стал, но Дэс счел нужным объясниться:

– Мало ли что… И говорят, спится тут так себе. Бывает, и ходят во сне. А в тесноте кто-то да проснется, если что.

Устраиваясь между драконом и эльфиком, представила, как мы, все пятеро, ничего не соображая, бродим вокруг палатки, сталкиваясь и принимая друг друга за монстров – мало ли что приснится, действительно! Содрогнулась.

– Не бери в голову, – муркнул Жозик, словно прочитав мои мысли. – Разбужу, если вскочишь.

– Послушайте! – тут же осененно выдал Вирни, приподнявшись на локте. – А ведь мы…

– Спать! – рявкнул орк. – Утром поговорим.

Эльфенок обиженно фыркнул, но дракон поддержал шамана:

– Верно говоришь.

А зря.

Иногда стоит выслушать и младшего в команде – вдруг что ценное придумал?

Потому что спалось действительно так себе. Точнее, вовсе не так.

По крайней мере приятным сном явление рогатого господина-хозяина-повелителя и как там его еще я назвать при всем желании не могла.

* * *

Я опять стояла на поляне, вокруг кружили бабочки, а в траве мелькнул серебристый бок змеи.

И слова… слова, не сказанные гортанью живого существа, но звучавшие повсюду. Они вибрировали между молекулами воздуха, в котором алмазными искрами застыла водная взвесь, звенели внутри пустоты моей головы.

На бога можно смотреть без боли в глазах, лишь если он тебе это позволяет.

И мои мысли, словно послушное стадо, шагали вослед за этим голосом.

Все так, все верно. Великий Тирол дарил мне свою милость! Я могла смотреть на его прекрасный лик, я должна быть счастлива.

Думать про бога как про равного можно, лишь если он тебе это разрешает.

От истинной сути этих слов у меня на глазах выступили слезы абсолютнейшего счастья.

Тирол-Из-Леса так много позволяет своей жрице… Прекрасной, юной, сильной… она ведь не пожалеет малости для своего господина и повелителя?

Не пожалеет!

Ведь если разобраться, то это такая ерунда в обмен на благосклонность божества. Ты ведь скажешь “да”, Тильда Ронберг?

Конечно! Конечно скажу д…

Так.

Я крепко-крепко зажмурилась, до такой степени что перед глазами заплясали алые всполохи. Они сожгли волшебных бабочек, и когда я подняла ресницы, то вокруг была лишь поляна и змея. Злая такая.

– Сколько же от тебя проблем, жрица.

Он вышел из ближайшего перелеска. Под его ступнями расступались корни, мох выстилал дорогу своему богу, а ветви торопливо отдергивались, чтобы не путаться в рогах древнего.

Мне все еще было сложно думать. Мысли-овечки не отступали, овечки хотели идти за пастухом.

Зачем думать самой? Зачем решать? Зачем понимать, куда ведут поступки и какие у них могут быть последствия?

Мои ногти впились в ладони, отрезвляя толикой боли, и я возмущенно воскликнула:

– Это нечестно! И… подло! Это подло, Тирол!

– Какие громкие слова. – В оливковых очах божества искрами мелькнул… не гнев, а смех. И я даже понимала, что именно его веселит.

Что значат для этого существа такие понятия как “нечестно”, “неправильно”, или даже “стыдно”? Он не человек, не эльф и даже не дракон. Он стихия во плоти. То самое плодородие… та самая жизнь. Для жизни нет неправильного, для нее главное – вырасти. Травой пробиться сквозь камни и дерн, преодолеть преграды скал и металла. И если ради этого необходимо пустить на удобрение маленькую ведьму… в чем вообще стоит вопрос?

Тем более нужно лишь, так сказать, употребить ее по назначению как женщину.

И будем честны – отдаться на волю новых ощущений мне мешает такая деталь, как мозги. Так что тактика с овцами-мыслями очень даже рабочая.

– Громкие и, возможно, даже глупые, – согласно кивнула я, опускаясь прямо на вновь затянутый лишайником каменный постамент. Ковырнула его, посмотрела на приближающегося бога и предложила: – Может тебе еще одну жрицу завести?

Он лишь улыбнулся, присел рядом и, наклонившись, нежно, осторожно коснулся губами моего плеча, обнаженного из-за сползающего ворота. А после ласково спросил:

– А с чего ты решила, что у меня их нет?

Как мои вытаращенные глаза не покинули глазниц – не знаю!

– В смысле?!

Он полюбовался на мое вытянувшееся лицо, запрокинул голову и расхохотался. Волосы рассыпались по плечам, рога тоже… не рассыпались, конечно, но запрокинулись. Я на полном серьезе задумалась, а может ли у божества заклинить шейку? А то такую тяжесть на голове поди поноси, а он еще и очень активно ею мотыляет.

Так, отвлеклась? В себя пришла?

Отлично.

– У тебя есть еще жрицы?

– Есть. Шикарная бабулька. Вчера забегала, подпитывали один из лугов, а то вянуть начал.

Вот теперь глаза, кажется, от меня все же сбегут. Так как я уже знаю, как именно Тирол Рогатый добывает энергию для своей земли, то воображение рисовало перед глазами самые специфические картинки.

Я осторожно спросила:

– То есть ты вообще не привередливый, получается?

Может, я зря кочевряжусь и надо думать о будущем? Какой еще женщине до глубокой старости повезет быть востребованной таким мужчиной!

Разумеется, он не обиделся и не разозлился, лишь с улыбкой покачал головой.

– Э нет, моя дорогая. Та ведьма уже долгие годы живет на Тирольских землях, знакома с их энергетическими потоками, и мы просто подпитали луг из потока соседнего леса.

– Ты только что на корню загубил мотивацию с тобой сотрудничать, между прочим, – честно призналась я. – А она едва ли не единственная была!

– Очень ты капризная ведьма, Тильда, – покачал рогатой головой мой собеседник. – А я уж подумал, что ты образумилась, раз уточнила у Таэрлина, что именно тебе причитается.

– А ты откуда знаешь? – подозрительно сощурилась я. – Не припомню твоего острого носа, высовывающегося в холодильнике из-под мясной нарезки.

На меня покосились настолько выразительно, что я даже устыдилась. И невольно вспомнила то, что мне диктовал голос в самом начале встречи. Бог позволяет говорить с ним как с равным… позволяет, пока это его развлекает. Где находится граница допустимого? Как тяжело общаться с существом, которое не обозначает эти пределы. Никогда не знаешь, на каком именно этапе тебе прилетит по шее.

– Я бог.

– Действительно.

Мы немного помолчали, а после я вновь спросила:

– А если серьезно, то зачем тебе именно я?

– Так сошлись звезды, – мутно и непонятно ответил Тирол.

Интересно, а разойдутся когда?

– В общем, ваша божественность… лучший мужчина в моей жизни и так далее… – Перед тем как огласить финальную фразу, я даже на всякий случай зажмурилась, уж очень страшно было. – Не хочу я с вами плодородием заниматься. И не буду.

– Тогда ни с кем не будешь.

– Эм?!

Не то чтобы я прямо завтра планировала, но сама возможность, сам факт мне был дорог! Вдруг вот я с утра прозрею и захочу упасть в объятиях Таэрлина?! Или Дэса? Или вообще пойду, проснувшись, в кустики и на обратном пути встречу мужчину всей своей жизни?

– Тильда, прими как факт: я единственный у тебя. Максимум кого я готов рядом с тобой терпеть – кота. Спишь с Жозефином – вот и продолжай.

Вот гаденыш, прости господи.

Возмущение поднималась из глубин души огромной волной.

– Как я могу освободиться?

– Мы уже обсуждали. Заканчиваешь со своим квестом и жду тебя дома, на капище. Там и пообщаемся.

– Не боитесь, что я вместо вас к Природе пойду? – рискнула я зайти с козырей. – Вроде как принадлежность одного бога может снять другой? Или на вершине горы загадаю желание Террахору?

– А вот этого, кстати, не вздумай делать, – вдруг не на шутку обеспокоился Тирол и, заметив хищно-обрадованное выражение моего лица, добавил: – Тильда, я серьезно. Тебе будут сулить все богатства и все знания мира. Не слушай его, а спускайся с горы, когда заберете дракончика. Цена у Террахора слишком высока.

– Так же и про тебя можно сказать, разве нет?

– Нет. Это иное. Я дам тебе САМ все, что ты захочешь. Любые драгоценности, любые магические гримуары или артефакты.

– А что делать, если я хочу свободы? И только ее.

– У всего есть своя цена.

– Девственность, что ли? – уже наполовину обреченно спросила я.

Если честно, то некогда слышанная вульгарная фраза про то, что иногда проще дать, чем объяснить, почему не хочешь, сейчас обрела новые краски.

– Ты все низводишь до примитивной физиологии, Тиль, – в голосе бога появились вибрирующие нотки. – А ведь все не так просто. Сила рождается в искреннем желании, в неистовой радости… в потребности отдать всю себя и получить мир в ответ. Дело в древней стихийной силе, в мужском начале, что я олицетворяю. Дело в женской слабости, перед которой преклоняются. И мой алтарь ждет ее… как в древние времена… когда прекрасная дева возлегала на него, и по желобкам в гранитных плитах текла кровь, перемешанная со свежим жертвенным молоком…

Сердце зашлось в ритме тамтамов, кровь загрохотала в висках, оглушая… ослепляя. Перед внутренним взором полыхнула картина. Полумрак, зажженные факелы, бросали блики на девушку в тонкой белой рубашке, что сидела на алтаре. Ее руки и ноги были исчерчены кровавыми узорами, но боль не отражалась в прекрасных голубых глазах, таких же ярких, как васильки в венке на ее золотых косах. Она поднимала над головой кувшин, запрокидывала голову, и на тонкое лицо стекало молоко. Оно смывало алые разводы с кожи, словно заживляя раны. Молоко не смешивалось с кровью, а словно переплеталось и красно-белыми реками уходило с камней в траву, которая с каждым мигом становилась все выше и зеленее.

А потом она стягивала с себя мокрую рубашку и, белая, обнаженная ложилась на камни. И к ней из толпы выходил мужчина. Человек, с тенью бога. Высокая мужская фигура, в старинной одежде, а на голове призрачные рога.

Я не хотела быть там, но была. И встречалась взглядом с ведьмой на алтаре… и понимала, что да, она ведьма. Такая же, как я. Темный дар эмоций. Сильный, полный, обузданный.

Древняя ведьма, что отдавала свою девственность на древнем алтаре.

Давно умершая, давно истлевшая, она сейчас глядела на меня.

Я не хотела смотреть, но смотрела.

Я не хотела слышать, но слышала.

Я хотела понять. И я поняла.

Из видения я вынырнула, как из толщи воды. Глубина отпускала неохотно, мысли путались, а легкие жгло от недостатка воздуха.

Давно известная истина вырвалась помимо воли:

– Твои жрицы действительно были ведьмами?

– Все жрицы, – подтвердил Тирол то, что некогда сказал Таэр. – Вы рождены благодаря мне. Вы появились благодаря мне. Ваш дар существует лишь благодаря мне.

Перед глазами все еще плясали блики факелов, а в ушах эхом звучали барабаны. Мне нужно было что-то в реальном мире, чтобы зацепиться, окончательно вынырнуть из видения.

– Как так случилось?

В этот свой вопрос я вложила множество других. Как так получилось, что он забыт и покинут? Как ведьмы разбрелись по свету и почему они есть в человеческих королевствах, но их практически нет на Тирольских землях?

– Эльфы пошли войной на мирный край. Мой культ создан во имя созидания, а не разрушения. Я отпустил жриц и повелел затеряться среди остальных. А после вернуться. И я выбрал будущую верховную жрицу. Тебя.

Как понимаю, почему именно я, он не скажет? Не исключено, что выбирал методом ненаучного тыка, кстати.

И как объяснить ему, что показанные картины не внушают трепета и желания приобщиться к таинствам? Я решила, что пока не буду биться в закрытые двери. Недаром же он упоминал про возвращение и возможность торговаться.

Пора повернуть разговор к насущным темам.

– Зачем ты меня призвал?

– Наконец-то дельные вопросы, а то я уже заскучал. Талдычишь свое “не хочу”, а могла бы уже и передумать. Не гибкая ты Тильда, совсем не гибкая. Сложно тебе с мужчинами будет, – откровенно зевнул Тирол, но сразу посерьезнел и действительно сменил тему. – Но теперь к делу. Ты достигла Хаора. А потому слушай… слушай и запоминай, моя любимая жрица, если ты хочешь дойти до вершины и закрыть дыру в своей душе спасением чужого мальчика.

Мне очень хотелось сказать, что “к делу” – это, конечно, прекрасно, но все наши предыдущие пляски вокруг «примитивной физиологии» были с подачи его божественности. Который никак не может миновать вопрос о том, что глупая Тильда никак не осознает своего счастья.

– Как я уже говорил, несмотря на то, что Террахор бог войны и крови, также он очень уважает моральные страдания. Потому на пути к горе будет немало испытаний не только для тела, но и для духа. Все твои боли, все твои страхи, все тайные мечтания и желания.

– То есть будут мороки?

– Именно.

– И нужно лишь помнить о том, что это все иллюзии.

На меня посмотрели с легким недоверием. Оное относилось к моим умственным способностям, не иначе.

– Тильда, это не чары сноходца-первокурсника. Это грезы-испытания древнего бога. Ты действительно думаешь, что получится заметить его чары?

Мдя…

– Но ты можешь помочь? – с надеждой спросила я.

– Конечно могу.

Я с демонстративной радостью хлопнула в ладоши и воззрилась на собеседника с восхищением и уважением. Действительно, божество Тирольских земель – это не только развесистые рога, способность портить жриц да пристрастие толкать пафосные речи.

Он перебрал пальцами в воздухе, словно переплетал невидимые нити, но с каждым мгновением на пальцах бога появлялось все больше и больше серебристых паутинок, свивавшихся в затейливый шнурок.

– Позволишь? – Казалось, только что лесной бог стоял напротив меня, но уже спустя миг я ощущала его дыхание затылком.

Миг помедлив, перебросила волосы через плечо, позволяя ему застегнуть это странное ожерелье. Прохладные пальцы ласково скользили по коже, рождая мурашки, и мне пришлось несколько раз себе напомнить, что это все не более чем физиология, помноженная на способности конкретно этого существа.

– Ти-и-ильда…

Обнаженной шеи коснулось контрастно горячее по сравнению с кожей дыхание, и я вздрогнула. Повернулась, решительно встретила невероятно глубокий взгляд оливковых глаз и твердо произнесла:

– Спасибо. Я должна знать что-то еще?

Он запрокинул голову, расхохотался и спустя мгновение произнес:

– Ох, моя юная жрица, кажется, ты совершенно безнадежна. Никого не любишь, ни к кому не тянет?

– Это так только на первый взгляд кажется, – невозмутимо отозвалась я. – А так – очень люблю поесть и тянет к котам. Очень сложно засыпается без мужчины. Так что Жозик и тут выручает.

– И шутки у тебя не смешные, – на полном серьезе ответил Тирол. – К котам ее тянет, придумала тоже. Но в целом – пусть так и будет. Пока ты моя жрица, я – единственный мужчина в твоей жизни. В твоей постели готов терпеть лишь кота.

Я настолько привыкла к манерам Тирола Рогатого, что просто кивнула, загасив раздражение в зародыше. Подняла руку, коснулась на удивление шелковистого переплетения паутины на шее и уточнила:

– Что оно делает?

– Нагревается, как только ты оказываешься в наваждении. Также советую держаться за твоего избранного. Мальчик видит истинную суть вещей, потому запутать столь редкое дарование будет непросто даже Террахору. Вернее, тем чарам, что он много столетий назад наложил на это место.

– Отлично! – радостно кивнула я.

Уже думала прощаться, но древний вновь принялся за свое. Почти вплотную придвинулся, окутывая меня терпким ароматом мужского тела и разнотравья, и подцепив прядку волос, начал накручивать ее на палец, все ближе и ближе притягивая меня к своему лицу. Кажется, с моей стороны планировалась благодарность.

Я лихорадочно перебирала в голове идеи по отвлечению своего благодетеля, потому зацепилась за нашу последнюю тему.

– Кстати, про Вирни… он ведь тоже одна из причин, почему я не могу упасть в твои объятия.

– Удиви меня? – практически мурлыкнул бог, касаясь губами моего виска.

– Я это… проникаюсь чувствами! Все же волшебство истинных пар и все такое.

Он вновь рассмеялся.

– Тиль, смущать тебя одно удовольствие, хотя бы потому, что за счет твоих неуклюжих попыток избежать неизбежного можно было бы обессмертиться. Но я и так вечный, так что это просто смешно.

– Зря, между прочим. – У меня все же получилось отстраниться, и я чуть перевела дух.

– Истинные пары – знаковые друг для друга существа. Изначально это было сигналом: «Обрати внимание!», уже потом вы упростили это до банальных страстей, что кончаются браком. Тот же Таэрлин… его истинная пара гораздо более специфична, чем твоя.

Я вспомнила татуировку, которую видела, когда мы взлетали на драконе и Таэр придерживал меня за талию, и дала волю любопытству.

– И кто это?

– Ты еще не знаешь? Орк.

Нет, к такому жизнь меня не готовила!

– Орк?! Харт? Он же мужчина! У него же… жены!

– Испорченная девчонка, – вкрадчиво протянул Тирол, осуждающе качая головой, но в темных глазах его искрился смех. – Я же сказал: истинность – лишь определенная душевная близость. А мужчины, ты представь себе, могут дружить. Ну а в целом про историю их знакомства лучше спросить у самого эльфа… там было весьма забавное приключение среди высоких трав.

Прозвучало как-то очень двусмысленно!

– А ты откуда знаешь? – подозрительно прищурилась я, а в ответ на приподнятую бровь боженьки торопливо добавила: – Великая Степь вроде как не твоя вотчина, вот я и удивляюсь.

– Знаю, – решил не делиться источниками информации рогатый, а после коснулся моего носа и с улыбкой шепнул: – А сейчас тебе пора просыпаться. Будет обидно, если мою любимую жрицу сожрут в первый же день путешествия по Хаору.

– А… что?!

Больше ничего сказать я не успела. Мир сначала потемнел, а потом словно взорвался светом и звуками.

Глава 14

Сюрпризы от Туманного Каньона

Вырваться из лап сновидения так сразу не получилось. К сознанию прорывались голоса, но сил пока не хватало даже на то, чтобы открыть ресницы. Наверное, мой дух постепенно втягивался в тело после путешествия на дальнее расстояние, к капищу Рогатого.

– Тильда! – орал кот и, судя по ощущениям, прыгал по мне всей тушей. – Вставай! Вирни, она не просыпается, что делать?

– Мама… мама говорила, что упавшую в обморок даму надо бережно похлопать по щекам, – неуверенно проговорил эльфенок и коснулся скулы.

Откуда-то издали, прерывая лязг металла и какое-то странное шипение, вдруг раздался бас орка:

– Хватит с ней цацкаться! Если не может проснуться, то на плечи и убираемся из лощины! Нас окружают.

– Давай по щекам, – решительно потребовал Жоз. – Размахнулся, и айда! Да сильнее, Вирни, руку дальше отводи!

– Я… я сейчас! – самым отважным тоном выдал Вирниэль, и сначала одну, а после и другую сторону моего лица обожгло болью.

– У-у-у-у! – взвыла я, садясь.

– Прости, я не рассчитал, просто опыта нет, – лепетал парнишка, с ужасом глядя на свою руку.

– Все в порядке, – сквозь зубы ответила я, быстро выпутываясь из расстегнутого спальника. Схватила куртку, сумку с зельями и поползла из палатки.

По ту сторону, во-первых, стояли мои сапоги, а во вторых держали строй Дэс, Таэрлин и Харт, обороняя нас от каких-то хтонических жутиков. Жутики были похожи на помесь всей виденных мной ящериц разом (но размером с хорошего волка), шипели и периодически плевались кислотой.

Очень впечатленная местной фауной, я напялила обувь и, застыв за спинами у мужиков, спросила:

– Что делать-то будем?

– Сворачивай палатку со всем содержимым в пространственную сферу – собирать некогда. И отступаем на север, во-о-от к тем скалам, – указал дракон, не оборачиваясь.

Я вздрогнула, так как в этот момент особо стремительная рептилия клацнула зубами буквально в локте от моего плеча. С ее клыков капала дымящаяся слюна, выжигавшая пористые дыры даже в каменистой почве.

Блеснул клинок Таэрлина, и голова твари покатилась по земле… медленно растворяясь черным дымом.

Не поняла!

Я потянулась к шее и нащупала там подаренный Тиролом шнур, но он приятно холодил горячую ладонь, намекая, что творящееся сейчас не имеет никакого отношения к видениям.

– Тиль, поторопись! – окликнул меня Таэр, и я, очнувшись от ступора, развернулась к палатке, из которой уже выбрались кот и эльфенок.

Раскинула руки в стороны и быстро, четко проговорила заклинание. Взметнулся ветер, пространство на месте наших вещей и палатки закружилось вихрем, и на землю упал маленький клубок. Я подхватила его и, швырнув перед собой пару огненных шаров, схватила Вирниэля за руку и побежала к скалам, на которые указал Харт.

Почти сразу меня настиг Таэр, а после вырвался вперед и вправо… защищая и прикрывая.

Моя метла летела над головой, а на ней, прижавшись к сидению, замер Жозефин, чья шерсть с каждым мгновением светилась все больше и больше. Судя по всему, фамильяр держал наготове какие-то весьма мощные чары, но пока не применял. Конечно, удирать с ним вместе было бы сподручнее, но я боялась оставить Вирни без присмотра.

Предрассветная серость давала ровно столько света, чтобы мы не спотыкались о мелкие камни под ногами и успевали перепрыгивать валуны.

Перед нами выпрыгнула троица ящериц. Я крутанула запястьем, с прищуром глядя на противников, а Вирни воскликнул:

– Тиль, бей по правой! Вот та, что чуть в отдалении стоит.

Стоило это сказать, как на эльфенка кинулись две другие. И если одну Таэр почти сразу оставил корчиться на земле, с каждым мгновением рассеиваясь мглистой дымкой, то вторая почти добралась.

Я же занялась правой ящерицей. Эта сволочь умудрилась спрятаться за дальним скальным уступом, и… на какой-то момент мне показалось, что у меня двоится в глазах. Она делилась. Очертания тела размазывались, двоились, и спустя секунду рядом стояла точно такая же рептилия. Разве что раза в полтора крупнее.

Она раззявила пасть и скачками рванула к нам. Земля тряслась.

Жутик несся бодро и вряд ли планировал заключить в чешуйчатые обьятия и возрыдать на нас кислотными слезами от радости встречи.

– Что это за холера?! – заорала я, наблюдая как с морды гадины скатывается огонь, не причиняя ей ни малейшего вреда.

– Королевская гиудра, – мрачно прокомментировал Таэрлин и от души пнул тело предыдущей ящерицы. – Почуяла угрозу и вложила весь потенциал в новое творение.

Я, если честно, ни демона не поняла!

Вирни встал рядом и дернул меня за рукав.

– Тильда, главная по-прежнему та мелкая. Остальные расплываются в глазах.

Видимо, взор истинно видящего мог углядеть больше моего.

Я жестом подозвала метлу, забросила к себе на спину кота и, оставив мужчин разбираться с огромной страхолюдиной, рванула к скалам. Краем глаза увидела, как Дэс и Харт сражаются с такими же королевскими гиудрами, и мысленно поставила галочку в пункт “уважительная причина для отсутствия”.

– Давай ее замочим! – кровожадно предложил фамильяр. – Я предлагаю заклятием Фаэрда.

– Хилая она… на первый взгляд, – задумчиво произнесла я, зависнув в паре метров над обсуждаемой ящерицей. Которая, возможно, была глухой, так как на нас ровным счетом никак не реагировала, продолжая боязливо выглядывать из-за камня, проверяя, как там идет битва.

– Зато какие у нее… альтер эго мощные, – мявкнул кот, а после секундной задумчивости предложил: – Давай ее скрутим и проведем ритуал “на подобие”. Их тут наверняка до демона в этих скалах. Все нужное есть, а пентаграмму начертить минутное дело.

В словах Жозика явно был резон. Я спикировала и швырнула в ящерицу парализующим заклятием. Затащить ее на метлу было плевым делом, благо весила тварь всего килограмм двадцать-тридцать.

– Ведьма, ты рехнулась?! – вдруг раздался над пустошью рык орка. – Если тебе заняться нечем – помоги. Сожрем ящерятину позже!

Я проигнорировала крик шамана, все же школы магии у нас очень разные. Кстати, интересно, почему ни он, ни Дэс не пользовались своими способностями? Лишь холодным оружием…

Присмотрев на удивление ровную площадку на скале, я опустилась на нее. Достала нож и нарисовала два треугольника, в вершинах которых разместила магические символы. Белая порода поддавалась на удивление хорошо, лишь слегка крошилась на пересечениях линий. Меловые скалы?.. Похоже.

В центр шмякнула пискнувшую ящерицу, а после одно за одним наложила заклинания. Рык, шипение и крики стихли почти сразу.

– Добрая ты, – прокомментировал кот, сидящий возле тускло светящейся лиловым линии. – Лишь обездвижила всех. И что мы с ними делать будем?

Вопрос был риторическим. И, если честно, глупым, так как у меня просто язык не поворачивался кинуть смертельное заклятие в жалобно шипевшую ящерку.

– Ах ты ж ведьма! – вопль орка был до того громкий и неожиданный, что я аж подпрыгнула. Ну что такого я сделала-то? Зато не кидаются ведь больше…

Но Харт продолжал орать, и я наконец поняла, что он радуется.

– Всем лечь! Ложитесь! Щас я их… Дэс, я сказал – лечь, чтоб тебе хвост покромсало!

В руках орка появился шаманский жезл, весь в бусиках, блестяшках и каких-то мерзкого вида лоскутах. Слышала я про орочье колдовство, ну да…

Ни секунды больше не раздумывая, я вихрем снеслась вниз, по дороге ухватив за шкирку Жоза и упала ничком прямо на метлу, прижав кота подмышкой.

– Ра-а-а-рах-ха-а! МОЛ-РА-ФА-АХ-ХАРАХ!

Это был даже не рык! Это как тысяча орков хором издала боевой клич! Я запоздало зажала уши, но все уже кончилось. Только по телу словно пронесся смерч из горячего – ужасно горячего песка!

– Хороши степные заклятья, – с завистью сказал где-то совсем рядом мой истинный.

Я покосилась: валяется рядом, прикрыв руками голову. Вот мамаша его не видит, хвала всем богам! Удар бы хватил эльфийскую леди, узри она такое зрелище. Растрепанный, чумазый, у рубашки воротник полуоторван… одно воспоминание осталось об изящном, аккуратном, прелестном мальчике, м-да…

– Избавились, – удовлетворенно сказал Харт.

Чумазыми были все. Даже благородный лоэр, и это почему-то оказалось приятно. Я захихикала, глядя, как Таэр брезгливо пытается вытереть лицо белоснежным платочком.

Дракон сидел на корточках, обрисовывая пальцем горку темного песка в форме сильно уменьшившейся ящерицы. И таких горок вокруг было десятков пять…

– Шикарно, Харт! – восхищенно обернулся он к орку. – А что же ты сразу их не прикончил?

– Неподвижные должны быть, – пояснил шаман. – В том и беда. Молодец, ведьма!

– Да я просто… – Я пожала плечами. – Не успела просто смертелку кинуть. А так – заклятие «на подобие», это несложно.

– Ну повезло, – констатировал Харт. – Так бы убила окрест всех, на пару километров, верно мыслю? А я сработал на все сорок, – скромно сообщил он.

Таэрлин несколько раз хлопнул в ладоши, выражая полное и восхищенное одобрение. Но присоединиться к нему никто не успел: новая напасть огнем упала на нас с неба!

Маленькая только какая-то… И ужасно знакомая.

Опознав напасть, я едва успела схватить орка за руку, понимая, что на нервах после боя разбираться он не станет.

– Наконец-то! – заорал дракон, подставляя напасти руку, и яркий огненный шарик спикировал на его ладонь, встряхнулся и обрел почти человеческий облик: крохотная женская фигурка в пылающем платьице и с копной горящих рыже-красным пламенем волос.

– Что это? – шепотом спросил Вирни, дергая меня за рукав.

– Элементаль. Огненный. – И я громко добавила на всякий случай: – Нам неопасен!

– Ух ты… – с восторгом сказал эльфик. – Хорошенькая такая! Я только воздушных видел… Она дракону служит, да?

Стелла сверкнула на него синющими глазами, скривилась и выдала:

– Воздушники – продажные твари! Я никому не служу.

Голос у нее ничуть не изменился: такой же скрипучий и ужасно противный. Тот еще контраст с действительно симпатичным личиком. У Вирни аж лицо вытянулось от удивления.

– Это моя подруга, Стелла! – поспешно представил Дэс. – Ну что?! Добыла?!

– Пфф! – фыркнула огненная. Точнее, в ее исполнении это был не фырк, а будто ногтем по стеклу провели. – Спрашиваешь еще! А что это тут толпа целая?! Не скучал без меня? Баб опять собрал?!

В интонациях элементаля явно угадывалась ревность. Подумайте, собственница какая! Что же это у них за отношения, интересно?! И могут ли быть отношения у дракона и элементаля, да еще такой крохи…

Стелла злобно уставилась на меня, причем не на лицо, а ниже. «Тебе стоит рассматривать книги, а не полосатые чулки залетных ведьм!» – вспомнила я и едва сдержала ухмылку. Хорошо, что я в штанах!

– Ну где ты видишь баб? Одна-единственная ведьмочка, – миролюбиво отбился Дэс.

– Та же самая, – буркнула Стелла. – У-у, бабник чешуйчатый!

– Эй, мы тут по делу! – возмутился дракон. – Всей командой! Баба одна, то есть ведьма!

– И я не претендую, честно! – уверила я, тщетно пытаясь не засмеяться. Не вышло, и огненная кроха разразилась возмущенной и совершенно неразборчивой тирадой. Сплошной треск!

– Стелла! – рявкнул дракон. – Пиво давай!

– То есть эта прекрасная цыпоч… дама гоняла куда-то за пивасиком? – гоготнул орк. – Недурно ты устроился, дракоша!

– Пивасик не мне, – огрызнулся Дэс.

Стелла наконец выдохлась, вспорхнула вверх и швырнула в дракона здоровенной бутылью, литра на два, не меньше! Неужели у элементалей тоже есть подпространственные карманы, это же надо…

Дэс поймал бутыль, бережно протер рукавом насмерть запыленное стекло и поднес к глазам.

– Вроде оно… – кивнул и расплылся в улыбке. Улыбка красила его несказанно. Все плохое забывалось.

– Это пиво – для Террахора. И я даже не хочу говорить, сколько оно стоит. Потому аккуратнее, если что.

– За тридевять морей-океанов тащила! – поддержала огненная стрекоталка. – Сожгу, кто тронет!

Пиво – для Террахора?!

Разумеется, мы все столпились вокруг дракона, прижимающего к груди бутыль так, словно младенца держал. Он неохотно позволил каждому заглянуть в протертое от пыли окошечко.

– «Черное молоко»… – с огромным уважением протянул шаман. – Экий же привереда ваш бог!

– Да не то слово, – сквозь зубы подтвердил Дэс. – Так что прошу, осторожнее. Вирни, ну не трогай, а?

– Ай! – Эльфик отскочил, схватившись за затылок, а Стелла, кинувшая в него искоркой, удовлетворенно заскрипела.

Пиво выглядело и впрямь… не то чтобы дорогим, в этом я не разбираюсь, но точно странным! Темная, практически черная жидкость, в которой струйками поднимались со дна снежно-белые пузырьки. Отсюда и название, наверное…

– Я пробовал! – гордо заявил Харт. – Было дело. Но зуб даю – не стоит оно таких денег! Пиво – это же пиво!!! А сливочный привкус, ну чо там, для девчонок!

Однако зависть, горевшая в глазах орка, в его слова верить ну никак не позволяла.

Я развернула сферу с палаткой, и дракон отправился паковать алкогольную драгоценность, а Стелла, усевшись ему на плечо, застрекотала что-то. Там они и остались, около сумок. Наверняка обсуждать путешествие элементаля.

– Доспать бы, – зевнул Харт, забираясь в палатку. – Или пожрать сначала? Эх, надо было пару ящериц-то оставить!

Оба эльфа скорчили гадливую гримасу, на что орк нравоучительно сообщил:

– Мясо! Какая, к демонам, разница, чье?!

Час спустя все опять спали.

Кроме меня.

Не то чтобы мне не хотелось… Но заснуть не могла. Как-то надоело то во сне попадать в объятия всяких рогатых красавчиков, то просыпаться в разгар битвы со всякой дрянью.

– Жо-оз! – окликнула я шепотом.

– Мр? – недовольно и не сразу откликнулся фамилиар.

– Помурлычь, а? Может, что хорошее приснится.

– Вот мне делать-то больше… Ну ладно! – смилостивился Жозефин и замурлыкал. Сладко-сладко, нежно-нежно… качая меня в мягких волнах кошачьей музыки, утешая и усыпляя. – Спи без снов, Тиль, отдыхай… спи…

И я действительно спала без снов.

Потому, когда проснулась, решила сперва, что сон наконец пришел. Странноватый такой, но вроде бы безвредный.

Рядом со мной сидел, поджав под себя ноги, Вирниэль, все такой же грязный, с песком в волосах. И сосредоточенно смотрел куда-то, периодически вытягивая губы трубочкой, словно бормотал что-то, глубоко задумавшись.

Но ведь симпатичная эльфийская мордочка, пусть даже и чумазая, это вполне приемлемое зрелище, правда?

Если только не проследить за его взглядом… А я, понятно, именно это и сделала.

* * *

Никакого особенного шока я не испытала. Видимо, подсознательно ждала гадостей. Чего еще-то ждать от Туманного Каньона да в Террахорову неделю. Неделю крови боли и испытаний… Именно так.

Я сглотнула и схватилась за обвивавший шею шнурок из серебристой паутины. Ведь все, что я вижу, иллюзии! Иллюзии, не больше того!

Собственно, самым страшным было, наверное, то, чего я НЕ видела. А не видела я ни палатки, ни кострища, ни дубов, тесно окруживших крохотную полянку между скал… Ни, что главное, мужчин, которые должны меня защищать! Рядом был только Вирни, а к его боку прижимался мой фамилиар, и, обнаружив его, я испытала облегчение. В конце концов, от Жоза порой толку больше, чем от целой кучи искусных магов и опытных воинов.

Впрочем, защищать меня было пока и не от чего.

Туман, стелившийся вокруг драными клочьями, позволял рассмотреть узкую и бесконечно длинную долину. Она заросла низким кустарником, сплошь покрытым продолговатыми ягодками, мерцающими слабым зеленым светом. А из кустов повсюду торчали большие валуны самых разных форм. Словно здесь прошел камнепад… И на одном валуне сидел… мальчик.

Мое сердце дрогнуло, замерло и забилось в бешеном ритме.

Темноволосый мальчик.

Ребенок лет восьми, прикованный к плоской поверхности камня оковами, изогнутыми, словно древесные корни…

И поскольку шнурок Тирола я сжимала так, что пальцы свело судорогой, это – не иллюзия!

Я взвилась в воздух из положения лежа с такой скоростью, что кот успел только вцепиться в мою штанину. Зато мой истинный не сплоховал – метнулся наперерез, и мы оба упали, но Вирни обхватил меня руками и ногами и перепуганно заорал:

– Тиль! Что ты?! Да подожди!..

– Тиль?! – орал где-то на мне Жозефин. – Угомонись! Сидеть, я сказал!

Куда там!

Я вырывалась как могла, но эльфенок оказался неожиданно сильным. Подмять меня ему не удалось, но держал так, словно от этого зависела его жизнь. Наконец я выдохлась и уткнулась лицом в его плечо.

– Вирни. Отпусти меня, – сказала почти спокойно. – Там… там мальчик сидит, надо его освободить. Отпусти.

– Это не мальчик, Тиль. Это… Надо разобраться.

– У меня артефакт, – пояснила я, стиснув зубы. – Он позволяет распознавать местные мороки. Если бы там сидела неведома зверушка, я бы увидела именно ее. А там… Ты ведь тоже должен видеть то, что есть на самом деле! Пусти!

– Это не морок, ты права. Только я не вижу, кто это. Понимаешь? Я – не вижу. Не могу увидеть!

Не морок.

«На пути к горе будет немало испытаний не только для тела, но и для духа. Все твои боли, все твои страхи, все тайные мечтания и желания…»

Испытание духа…

Я потрясла головой и, глядя в потемневшие голубые глаза своего избранного, тихо сказала:

– Поняла. Я не побегу. Отпусти уже. Обещаю, с места не сдвинусь, пока мы не разберемся. Просто… Вирни, я обещаю.

Эльфик ослабил захват и неохотно, медленно убрал с меня свои конечности. Но не расслабился. Я села, сама обняла его за плечи и уставилась на валун.

Фигурка на нем вовсе не лежит. Сидит… сидит в позе глубоко задумавшегося мыслителя, подперев рукой подбородок, а второй наматывая на запястье свои оковы. И вовсе это не оковы – а действительно что-то вроде корней или толстых лиан… То есть он не скован. И не так уж похож. Просто волосы темные, и лианы эти, вот меня и стукнуло.

Самым страшным, что было в моей жизни…

Мягкая лапка прошлась по моей щеке.

– Это не он, Тиль, – ласково проговорил кот, продолжая вытирать мне бегущие слезы. – Не твой брат. Ну сама подумай…

Мой очень умный кот.

И очень умный спутник, которому хватило такта промолчать.

– А что ты видишь, Вирни? – нервно спросила я, отводя взгляд от валуна. – Ну что-то же ты видишь?

– Да. Тьму. Внутри него – тьма. Не ужасная, ничего такого, просто… Я не знаю, как объяснить. Понимаешь, словно живой черный туман, но совершенно точно живой. – Эльф помолчал и неуверенно предположил: – Я думаю, что это бог.

Жозик издал неопределенный звук – не то одобрения, не то удивления, не то все вместе.

А потом раздался незнакомый голос. Бархатный такой баритон, в конце каждого слова сползающий в грозовые низы и плавно теряющий их на следующем. «Наверное, он потрясающе поет», – пришла мгновенная мысль. И ушла, стоило вдуматься в то, что он сказал.

– Неожиданно. Какой… проницательный эльф. Что ж… вы можете подойти, мои странные гости.

Когда бог называет тебя странным, это что-нибудь да значит, верно?

– Опасно, – прошептал кот. – Очень опасно…

А перед нами расступились кусты, указывая дорогу к хозяину Хаора. К хозяину Туманного Каньона и горы Живого Камня – а кто еще это может быть? Вряд ли Террахор пустил бы конкурентов на свою территорию.

Терпеть не могу богов!

– Есть варианты? – спросила я одними губами, прикидывая, как и куда мы можем смыться.

Вместо ответа фамилиар сорвался с моего плеча. Немыслимо длинный прыжок вперед, почти полет – так умеют только кошки. Безумно отважные и столь же предусмотрительные: конечно, я не успела его поймать!

– Жоз!..

Поздно. Да и смысл останавливать? Куда мы тут денемся?

Кот приземлился метрах в трех от нас, оглянулся и неторопливо направился к валуну. Промяукал громко:

– Простите за вторжение, уважаемый Террахор! Я и мои спутники даже не рассчитывали на ваше гостеприимство! Вы так любезны! Но я опасаюсь подходить слишком близко, не из ложной скромности, а исключительно из почтения к вашей божественной сущности. Не примите за лесть!

– Во дает… – шепотом оценил эльфик. – Я бы сам лучше не сказал.

Но гордиться кошачьей риторикой времени не было. Я поднялась, взяла Вирни за руку и зашагала по импровизированной дорожке вслед за Жозом. В конце-то концов! Что я – богов не видала?!

Мальчик на валуне среагировал на Жозикову речь благосклонным кивком. Но не трогался с места. Только позу сменил: поджал под себя одну ногу, выпрямил другую, повел плечами, стряхивая с себя корни-лианы. А еще – подрастал по мере нашего приближения, превращаясь в юношу немногим старше Вирни.

Я ожидала очередной неземной красоты. Ожидала драконьей мощи, широченных плеч, возможно даже – крыльев. Но ничего подобного не было.

Он остался худым, даже тощим. Обычная одежда: кожаные штаны, высокие ботинки, темная рубашка. Тонкие руки, длинные кисти. Узкое лицо с горбатым нависающим носом, резкие скулы, высокий лоб. Почти уродлив на самом деле! Спасала только копна шикарных волос, непривычно коротких, едва закрывающих уши.

А в глазах древнего и совсем молодого на вид божества клубился черный туман, вспыхивая дождливо-серыми спиралями, заставляя тонуть в нем, забывать об окружающем мире, завораживая, не выпуская…

Я сумела отвести взгляд, и бог коротко рассмеялся, даже в смехе чередуя бархатистые нотки и жутковатые басы.

– Нам с тобой не повезло, девочка, – сказал он. – А виноват твой истинный: это же надо, испортить мне игру!

Пальцы Вирни в моей руке буквально закаменели. Надо отдать должное, он ни на секунду не замедлил размеренного шага. Только подбородок вздернул.

– Эльфы приходят сюда редко, – продолжал Террахор. – Собственно, последнего я отыграл лет четыреста назад. Но он был обычен, даже попроще того, что пришел с вами. В вашем товарище есть действительно любопытный нюанс, помимо капли драконьей крови, что само по себе приятно. Но подумать только, орк и эльф составили истинную пару! Я не о тебе, Вирниэль, – добавил он, усмехнувшись.

В этот момент мы подошли почти к подножию валуна, и мой эльфик коротко поклонился божеству. Кажется, известие о связи отчима и Харта его не удивило. Знает, что ли?

Но об этом я подумала мельком. Очень уж занимал вопрос об игре, которую испортил Вирни. Кажется, я безмерно обязана парнишке… Без него я бы сейчас спасала мальчика… боюсь даже думать, чем это могло закончиться. Испытание духа, связанное с моим погибшим братом, я бы не выдержала, тут никаких сомнений…

– Испортил мне игру… – задумчиво повторил бог и змеей соскользнул с валуна нам навстречу. Метров с двух высоты, между прочим.

– Прошу прощения, – бесстрастно проговорил Вирни. – Поступить иначе я не мог.

– Конечно, – согласился Террахор и вдруг улыбнулся во весь рот. – Ну а что мы так нудно любезничаем? Не испить ли нам вина за приятное знакомство? Может быть, огненной воды? Или у вас хватило ума принести мне бочонок-другой пенного пива?

Ну не бочонок, и не у нас… Однако, пожалуй, не стоит поминать Дэса со Стеллой. Скорее всего, бог и сам знает. Если уж знает имена…

– К сожалению, наши вещи остались… – Я махнула рукой назад, пожала плечами и, опомнившись, изобразила нечто вроде реверанса. – Приветствую великого Террахора!

– Без церемоний, ладно? – попросил великий и пошевелил пальцами. – Угощайтесь, гости дорогие!

И мы мгновенно оказались совершенно в другом месте. Правда, с очень похожим интерьером: клочья тумана, теряющиеся в небе горные вершины, камни, полностью огородившие небольшую площадку… И никакого тебе разноцветного неба, может, оно только на высоте такое?

Вот площадка заслуживала внимания: идеально круглая, выложенная черно-красной мозаичной плиткой. Посередине – банальный квадратный стол и изящные круглые стульчики, как в дорогой таверне. Только не деревянные, а словно стеклянные. Ну конечно: горный хрусталь!

На столе ожидало угощение: хитрой формы графин с двумя ручками, полный непрозрачной фиолетовой жидкости, четыре кубических стакана и блюдо с теми самыми светящимися зелеными ягодками. Вроде бы виноград… И вроде бы съедобный. Да и глупо было бы со стороны бога нас отравить. Слишком по-человечески!

Вино оказалось действительно вкусным, а вот ягоды – чересчур терпкими.

Гостеприимный хозяин, усевшись за стол, опять превратился в мальчика. Не иначе чтобы испортить мне аппетит.

Наблюдая, как Жозик с видимым удовольствием, даже прижмурившись, аккуратно лакает вино из стакана, Террахор вдруг спросил:

– Как же тебе удалось сохранить память, фамилиар?

– Не полностью, – спокойно ответил кот, отрываясь от вина и подцепляя когтем ягодку. – Но моя ведьма меня любит, так что все впереди.

Ничего себе информация! Надо как-то умерить страсть к животинке, если я не хочу получить вместо фамилиара равного себе… ну, скажем, мага в пушистом четвероногом обличье! А я не хочу?..

– Итак, за любовь и память! – провозгласил бог, залпом осушил стакан, и я вдруг поняла, что напротив меня сидит мужчина в расцвете лет. – И за ведьм! Я очень люблю ведьм!

Все любят ведьм, как я посмотрю. Интересно вот, на обед или на ужин? Раз уж он с испытанием обломался…

Я вовремя прикусила язык, не задав этот вопрос вслух, отпила еще глоточек и спросила другое:

– А та ведьма, которая тут у вас тоже… бродит, она вам как?

– Старая карга, мечтающая стать девицей? – ухмыльнулся Террахор. – И ее люблю, вы не поверите. Только исполнение мечты ей никак не поможет, увы и ах-ах. Продолжит перебирать свои лоскуточки-письмишки и прочую рухлядь. Но я всегда готов помочь! Я очень добрый! – заявил он проникновенно.

– Исполнение желания за ритуал с кровавой жертвой вряд ли можно считать добрым поступком, – мрачно выдал Вирни.

– Думаешь? – очень серьезно спросило божество.

– Уверен.

– Ну это просто потому, что ты хороший мальчик, – проникновенно объяснил Террахор. – А я плохой.

Переходы его формы было невозможно уловить: вот перед тобой умудренный годами мужик с седыми висками, а вот он опять ребенок с невинной мордашкой. Не менялись только глаза, туманные тоннели, зовущие в жуткую и завораживающую бездну. И голос.

– Вся эта ваша мораль – ужасно скучная штука, – капризно сказал мальчик-бог мужским баритоном. – А мне и так скучно, эльф! Гости приходят редко, я играю сам с собой, веками! Меня покинули все жрецы, – пожаловался он. – Конечно, в моем Хаоре есть, чем развлечься! Но живой разум куда интереснее. Никогда не знаешь, чего ждать. Правда, я почти всегда угадываю, но зато вы смешные! Вы все такие смешные, вас заботят такие ничтожные вещи! Вот ты, ведьма. Ты ведь женщина. Ты пришла сюда с тремя отличными, даже достойными партнерами. А могла бы остаться дома и ждать одного из них!

– У меня есть истинная пара, – отпарировала я. – И потом, разве любовь, по вашему мнению, не ничтожна?

– Твоя истинная пара влюблена в глупую девчонку своей расы, – любезно сообщил бог. – С ним тебе ничего не светит. Да оно тебе и не надо, не так? А любовь не ничтожна, нет. Она глупа! Вся, кроме моей.

Террахор посмотрел на кота, с заметным отвращением грызущего виноградинку, и поправился:

– Ну да, бывает и полезна. А потом исчерпает полезность – и вот опять глупа! Согласен, фамилиар?

– Нет, уважаемый Террахор, – отозвался кот, с натугой проглотив ягоду. – У меня ведь тоже живой разум. А скажите, не могли бы мы с вами как-то договориться? Это я по поводу старой ведьмы. Вы ведь знаете, зачем мы здесь…

– Со мной нельзя договориться, – вздохнул бог. – Зачем бы это мне?

– Но ведь вы исполняете желания за определенную плату? – спросил Вирни. – Разве это не договор?

– Ах, желания… – протянул Террахор. – Тут, как бы тебе сказать, скорее, по личным склонностям. Мне нравится кровь, нравятся жертвы, а где их взять? Кстати! – воскликнул он вдохновенно. – Пойду-ка посмотрю, как там старая ведьма справляется с моими игрушками! А то ей до горы уже недалеко!

– Но ведь еще не дошла?! – не выдержала я.

– Еще нет. Да не переживай, девочка. Может, и не дойдет.

– Скажите, а…

И тут мир изменился снова.

Стул подо мной пропал, я провалилась в куст, благо не колючий, а надо мной нависло лицо Террахора – настолько огромное, что я даже не смогла бы его обхватить руками, приди мне такая идиотская мысль.

– Все, надоели, – объявил бог, скривившись. На великанском лице это выглядело даже страшнее, чем сами слова. – Хотя ты мне понравилась. Ты такая интересная, я уже забыл, какие бывают женщины! Они почти не ходят в долину, – в его голосе, по-прежнему бархатном, прорезались нотки восторга.

О демоны, только этого мне и не хватало! Объятая тихим ужасом, я судорожно заворочалась в кусте, и меня придавила ладонь бога – величиной в половину крупного мужика! Где же ты, дубина Тирола?!

Но ничего сексуального в действиях Террахора не было и в помине. Жаль, наверное… в плане дубины.

– Я подумаю над вашим предложением, ведьма. Посмотрю на вас еще и подумаю.

Тяжесть исчезла вместе с лицом, и реальность вдруг стала потрясающе приятной: отчаянная орочья ругань, сильные руки нормального размера, вытаскивающие меня из куста, запрыгнувший на грудь пушистый белый ком…

Даже не знаю, кому я обрадовалась больше. Наверное, все-таки Жозику. По крайней мере прижимать к себе шамана мне и в голову не пришло…

Глава 15

О разных целях и разных эльфах

Иногда минутка рефлексии – это то, что по настоящему нужно человеку. Особенно после встречи с Террахором. К счастью, мне хотя бы не пришлось рассказывать остальным ребятам обо всем, что случилось, на этот счет имелись более общительные Вирни и фамильяр, на которых случившееся произвело не такое сильное впечатление.

А вот у меня, кажется, уже не выдерживали нервишки.

Я сидела на валуне у костра, завернутая в два спальника сразу, и тревожно наглаживала кота. К его чести он стоически – и, главное, молча – это терпел!

– Тильда… – наконец не выдержала душа пушистого, – даже если тебе не нравится местоположение моих ушей, это еще не повод стаскивать их на загривок!

– А?.. – Я растерянно посмотрела сначала в укоризненно прищуренные глаза Жозика, а после на свою руку как на чужую.

– Полегче с кошаком, – в свойственной ему грубоватой, но доброжелательной манере посоветовал орк. – И вообще не понимаю, что ты так перенервничала. Словно в первый раз с богом общаешься.

– С ТАКИМ – в первый, – нервно передернула я плечами и, спохватившись, подозрительно спросила: – А ты откуда знаешь?

Харт выразительно посмотрел на Таэрлина. Тот лишь развел руками, а я укоризненно покачала головой. Очень хотелось ехидно прокомментировать, что, наверное, у эльфа нет тайн от своей истинной пары, но я промолчала. Хотя история их знакомства и, так сказать, “обретения друг друга”, конечно, интриговала дальше некуда. Настолько, что я даже взбодрилась, пересадила Жозефина со своих колен на камень рядом и, стянув края спальника на груди, чтобы закутаться сильнее, спросила:

– Куда нам дальше?

– Сейчас соберем лагерь, а после через долину к черному ущелью, – повел плечами Дэс.

На его колене сидела Стелла и, болтая ножками, ревниво косилась в мою сторону. Дракон кончиками пальцев коснулся головы элементаля, и та довольно вспыхнула более ярким пламенем.

– Ты про то, над которым уже не одну тысячу лет болтается весьма хлипкий мостик? – грустно уточнила я.

– Угу. И мне кажется, он был таким с самого сотворения Хаора. Рассказывают, что именно на этом мостике путников часто настигают испытания.

Я проглотила свое мнение про очевидное и невероятное: испытания в Хаоре на каждом шагу. Тем более в Террахорову неделю.

Вообще, если так подумать, то Тирол по сравнению со своим милым коллегой – просто редкостный душка. И что я возлегать отказывалась? Щас бы напоила землю Тирольскую энергией от парочки оргазмов животворящих, торжественно стала главной жрицей и телепортировалась в храм. Жила бы на полянке, периодически вскрывала вены и обливалась молочком. Лепота! Мечта, а не жизнь – по-любому.

Собирались по-армейски быстро. Я сложила оба спальника, вернула один Таэрлину и даже вполне искренне поблагодарила эльфа за заботу. В этом оторванном от остального мира крае как-то стирались условности и тускнела память обо всех предыдущих обидах.

Несмотря на опасность, которая сидела под каждым высохшим кустом и пялилась из-за скал, мне тут было спокойнее, чем в прекрасном эльфийском лесу.

Тут все определенно. Или ты дойдешь до вершины и получишь свою награду – или навечно останешься в иллюзиях тешить древнего бога с лицом мальчика. И кто знает, когда ему наскучит с тобой играться?

– Ты в порядке? – поинтересовался Таэрлин, и в зеленых глазах искрами вспыхнуло беспокойство.

Но я не успела вежливо продолжить такую любезную беседу. Между нами влез Жозефин, врезал лапой по голенищу сапога остроухого лорда и заявил:

– Спальник получил? Вот и молодец, а теперь двигай собираться дальше. Котелки не мыты, ложки не сложены, кружки не полированы.

Я вытаращилась на кота, не зная как реагировать на его внезапную грубость, но Таэрлин даже губы не сжал, лишь спросил:

– Как-то ты нелюбезен, Жоз. Что-то стряслось?

– Нет, просто я прекрасно понимаю, что ты сменил тактику. Это Тильде можно затирать про перемены в тебе великолепном и что ты все осознал, образумился и позволишь ей выбирать.

Эльф склонил голову, и по его губам скользнула насмешливая улыбка:

– А ты, значит, не столь наивен, мой мохнатый друг?

– А я вообще такой ерундой как “наивность” не страдаю, мой остроухий друг.

Слово “друг” и той и другой стороной диалога было произнесено настолько ядовито, что в истинном смысле можно было не сомневаться.

Я же вообще пребывала в некотором шоке. Агрессия фамильяра оказалась внезапной и, на мой взгляд… не к месту. Вот вообще не к месту.

Открыла было рот, чтобы высказать все, что я думаю, но не успела, потому как собирающий свой рюкзак Вирни сел и, подтянув одно колено к груди, обратился к коту:

– Жоз, ты недооцениваешь Тильду. Она прекрасно знает, чего хочет от жизни. А что еще более важно – чего не хочет.

– Она девица, – кот это сказал с таким выражением на морде, что захотелось схватить поганца за шкирку и как следует потрясти. – Все они сначала разумные и неприступные, а потом “ты же обещал на мне жениться”.

– И много кошек тебе такие претензии предъявляли? – все с тем же каменным выражением лица осведомился старший эльф.

– Нет, это я по старой памяти.

Не в силах вынести новую информацию о том, сколько именно девок перепортил мой кот в бытность человеком, я схватила Вирни за руку и утащила его вслед за орком и драконом, которые уже выдвинулись в сторону моста.

Где-то за спиной слышались Жозиковы разглагольствования о том, что кошки – это вообще несерьезно и всегда был исключительно легкий флирт, так как он все же больше мужчина, чем кобель. То есть кошак. А-а-а!

– Ты переживаешь, – проницательно заметил Вирниэль, пряча улыбку в уголке губ.

Поправив мешок на плече, я покосилась за спину и, удостоверившись, что нас не услышат, ответила:

– Да потому что достали.

– Знаешь, я удивлен, – внезапно разоткровенничался Вирни. – Если честно, то, заметив интерес отчима к тебе, я подумал, что все протесты – это, скорее, кокетство и ты быстро сдашься.

– Эм… спасибо, конечно.

– Не в твой садик камень, Тиль, просто у меня за последние годы была богатая выборка. Таэрлин не знает отказа.

Если тоже честно, я не знала, что ему ответить. Хотя бы потому, что и сама не понимала, почему именно эта ожившая остроухая мечта любой смертной девчонки не вызывает у меня никакого сердечного трепета. Все же Таэр красив, высокопоставлен, умен, и весьма… властен? И вообще, как одним словом охарактеризовать самоуверенного шовиниста?

А касаемо моих реакций… Может, это Тирол шалит? Он же за плодородие, вдруг как-то заблокировал мои физиологические реакции? В последний раз они вспыхивали только в ответ на поцелуй Рогатого, что заставляет задуматься. Так как в остальное время я не горела желанием сближаться с божеством. Не сумасшедшая же я, право слово.

– Вирни, можно вопрос? – Я решила сменить тему самым надежным способом: начать интересоваться неудобными вещами.

– Допустим. – В голубых глазах на осунувшемся, но все равно красивом лице парня появилась настороженность. Вообще, надо сказать, что наше путешествие шло конкретно Вирниэлю на пользу. Я видела, что плечи его чуть раздались и развернулись, а с лица пропала изнеженность и чуть детская припухлость.

– Террахор был прав? По поводу твоих чувств к какой-то эльфийке. Гариль, да?

– Гарриэль, – вздохнул эльфик. – Гариль – мой троюродный дядя… Но это уже не имеет значения. Она в прошлом.

Взгляд моего избранного вспыхнул, а челюсть сжалась так, что стал отчетливо виден рисунок мышц. О-о-о! Как же на твоей физиономии все написано, мой дорогой!

– Ну… слушай, а что мешает не хоронить эти эмоции? Все же мы с тобой не настоящая па…

– Тильда! – Он разозлился. Действительно разозлился. Остановился, резко повернулся ко мне, и серебристая коса сползла с плеча за спину. – Если ты не намерена строить со мной отношения – пожалуйста. Лично я – сдаваться не настроен, но терпелив, и у нас впереди очень много времени. Потому будь добра, для начала хотя бы не лезь в то, что было до тебя. С чем что хоронить, а что нет – я разберусь сам.

И ушел вперед. Решительно так, гордо.

Меня догнал Жозефин и ехидно спросил:

– Ну как успехи в нелегком деле отстаивания независимости?

– Одна не справляюсь, – честно призналась я. – Кажется, нужно собирать вспомогательную комиссию.

– Сначала на мост, потом на гору и в заключение, если твоя душенька все еще будет этого желать, – комиссию.

А мост действительно показался.

– Вот дерьмо, – охарактеризовал ситуацию орк.

И я была с ним полностью согласна.

С черной скалы, что возвышалась над нами на десятки метров, постоянно срывались то огромные валуны, то небольшие камни – и падали… падали в черное ущелье. Горная порода разрушалась уже тысячелетия, но заколдованный утес не становился ниже…

Мостик так вообще болтался над бездной настолько хлипкой паутинкой, что хотелось вот прямо сейчас смерить “дорогу” критическим взглядом, сплюнуть под ноги и развернуться.

Но желания желаниями… а мы такой возможности не имели.

* * *

Я с прищуром глядела на преграду. Итак, я буду на метле, а ребята по очереди пойду по мосту, и если что, то я успею подхватить. Никаких рисков!

План, как водится, отлично выглядел. До столкновения с реальностью.

Ветер взметнул мои волосы и выдул все воодушевление.

Я не знаю, природная ли это аномалия или больная фантазия Террахора, но из ущелья поднимались мощные восходящие потоки. Я протянула вперед руку, и ее упруго обхватил воздух, сдвигая ладонь в сторону.

– Не взлетим, – коротко резюмировал Жозефин. Он сидел практически на самом краю и вид имел самый демонический, из-за стоящей дыбом шерсти.

– А пространство над мостом? – Я подошла вперед, волосы трепал ветер…. пока я не ступила на первую дощечку. Тут ни единого дуновения. Летай – не хочу. И знаете, в таких условиях как раз и не хотелось! Когда все слишком идеально…

– Пахнет подставой, – озвучил мои мысли орк и повернулся к Таэру. – Подстрахуемся, пожалуй, пустим дополнительный канат и не будем полагаться на сомнительные инструменты драконьего бога. Доставай арбалет, остроухий. Пришла пора наглядно показать, у кого тут самые весомые яйца! В стрельбе все же ты хорош как никто!

– Харт, – поморщился от грубости друга эльф, но снял свой рюкзак и, чуть покопавшись, достал из него прямоугольный футляр, в котором лежало… произведение артефактной мысли. Складной арбалет, настолько маленький и изящный, что казался бы игрушечным, если бы не хищность очертаний.

– Кто это делал? – благоговейно выдохнул Вирни, таращась на оружие таким влюбленным взглядом, что все юные Гарриэли могли сразу удавиться от зависти. ТАК на них он точно никогда не посмотрит!

– Один человеческий мастер, – раскладывая “крылья” арбалета, ответил Таэр.

Во втором футляре лежало десять болтов, отличающихся друг от друга по форме, размеру и даже окраске. Таэрлин взял один из самых больших и тяжелых, с черной окантовкой. Глядя на это, я достала моток веревки. У мужчин, конечно, были свои запасы, но, размотав и едва ли не обнюхав то, что я до кучи взяла на рынке, они признали это лучшим из имеющегося. Я мысленно подивилась совпадениям.

Таэр встал, забросил собранный арбалет на плечо, захватил пару дополнительных болтов и подмигнул пасынку:

– Пойдем.

– Стрелять?! – поразился тот.

Я тоже удивилась, ведь вроде как маленечко не время. Стелла на плече Дэса так вообще возмущенно застрекотала, но дракон покачал головой и лишь одобрительно кивнул.

Я придвинулась поближе к рыжему, пока эльфы стояли у обрыва и Таэр объяснял Вирни что-то про поправку на ветер и плотность металла болта для глубокого вхождения в горную породу.

Спросить ничего не успела, ощутила требовательный удар лапой по сапогу и подхватила кота на руки.

– Дэс, вопросик имеется, – мявкнул Жоз, озвучивая мое любопытство. – А мы разве не торопимся со всей силы? А то эти уроки дальнего боя выглядят странно в свете того, что где-то там полоумная старушенция пытается обменять твоего братишку на свое желание.

Элементаль покосилась на нас, что-то злобно забурчала, но быстро замолкла, а дракон ответил одним словом:

– Террахор.

Мы с котом озадаченно замолчали.

– Шикарно объяснил… – сказала я наконец.

– В Хаор давно никто не ходит, Тильда. Так что он не позволит игре закончиться настолько быстро.

– Эм… ты вот сейчас на своих умозаключениях эти выводы сделал?

– Нет. Он сказал.

– Тебе являлся бог?

– Тебе ведь тоже, не так ли?

Я кивнула в ответ на проницательный взгляд дракона.

– Остальных тоже не помешает спросить. В общем, вряд ли те десять минут, что эльфы сейчас потратят, как-то повлияют. Вдобавок, поверь, Таэр не просто в доброго дядюшку играет. Ему надо понять, по каким законам работает ветер в этом ущелье.

Как выяснилось – по хреновым. Пока эльфы пристреливались, все было отлично, но стоило приладить самый главный болт, как ветер закрутил его, и наша страховка не долетела даже до середины не особенно широкой пропасти. Притом конец веревки вырвался из рук орка с такой силой, что Харт едва не улетел за ней следом.

– Страховки не будет, в общем, – коротко резюмировал Жозефин, глядя на отчаянно матерящегося степняка. – Придется ножками.

Мы решили, что первым пойдет Дэс. Дракон в очередной раз помянул недобрым словом особенное поле Хаора, из-за которого он не мог обратиться, и ступил на мост. Я парила рядом, с опаской косясь на весьма крупного мужчину и опасаясь, что, если что, я его просто не вытяну – слишком тяжелый. Но, к нашему общему удивлению, рыжий ступил на ту сторону целым и невредимым, и ни единая ветхая доска не рассыпалась под его ногами.

Я полетела назад, а Жозик нервно запускал когти мне в колено и бубнил:

– Золотце мое, не хочу тебя пугать, но левитация тут работает… секунды три. После этого заклинание рассыпается, сколько силы в него не вливай.

– … нехорошо, – высказалась я.

Если честно, стало вдвойне страшно! Да, метла летела как ласточка, все было отлично, но осознание, что в случае внезапных сюрпризов чары не спасут, – как-то не воодушевляло.

– Да ваще! – эмоционально поддержал меня белоснежный друг. – Но знай, если мы умрем, я все равно буду с тобой! Даже на том свете.

Я наигранно ужаснулась.

– Слушай, я и раньше не хотела умирать, но сейчас… посмертие с тобой, что может быть хуже!

– Глупая ведьма, радовалась бы, что хоть один мужик в этом мире готов пойти за тобой даже в смерть, – в том же ироничном тоне ответствовал кот.

За таким вот обменом любезностями мы миновали пропасть. Когда внизу появилась земля, а не хлипкий мост и бездонный мрак под ним, я облегченно поцеловала кота меж ушей. Радость моя! Вредная, противная радость. Что бы я без него делала?

Дальше я перевела орка, после Вирни, за которого переживала больше всех, ну и последним сопровождала Таэрлина.

Эльф, казалось, вообще не переживал. Шел легко, непринужденно, словно прогуливался по дорожке в центральном столичном парке. Но как раз под его шагами демонов мост дрожал так, словно Таэр весил как три Харта и весь его гарем.

Лоэр ускорял шаг, мы с Жозом напряженно наблюдали за тем, как истончаются нити моста, словно он с каждой секундой старел на год. Пеньковые волокна расползались, с деревяшек сыпалась труха. Но на красивом лице эльфа не дрогнул ни единый мускул. Даже в тот момент, когда хлипкий, старый канат бесшумно порвался.

Секунду ничего не происходило, и я замерла от ужаса, встретившись с зеленым взглядом Таэрлина. Там было лишь спокойствие и понимание. А после он рухнул вниз.

И одновременно с этим снизу, из ущелья, рванул восходящий поток теплого ветра, подбрасывая меня словно пушинку… и тотчас опуская, позволяя рухнуть в темные глубины.

Я оплела ногами метлу, прижалась к древку и ощутила, как кот перебрался мне на спину и жарко выдохнул на ухо:

– Мы его поймаем. Давай девочка, я в тебя верю.

И я тоже. Я тоже в себя почему-то верила.

Пропасть казалась бездонной. Таэрлин стремительно падал, виднеясь где-то впереди смазанным светлым пятном, а я неслась со всей силы! Со всех ресурсов новой метлы, раз за разом швыряя заклинания, которые могли бы хоть немного притушить ветер и позволить добраться до эльфа.

Как бы я к нему ни относилась, я не могла позволить этому гаду так просто сдохнуть. Он же высокородный, он же интриган… такие не должны умирать на первом же препятствии! Его задача – героически сдохнуть в конце, и не меньше!

Хотя полагаю, что в характере этого эльфа скорее дать сдохнуть остальным и вернуться в лучах славы единственным героем. Но как бы то ни было – он не умрет из-за нелепого стечения обстоятельств, потому, что Я это позволила!

И я почти смогла. Почти поймала. Схватила за руку и попыталась рвануть вверх, но ветер словно взбесился и начал дуть в спину, пытаясь размазать по каменным стенам ущелья.

– Тильда, посмотри вниз! – оглушительно заорал фамильяр на ухо. – Брось эльфа! Брось, мы с ним не успеем!

Но было поздно. Все тело обожгло болью, а после невыносимым холодом, и нас куда-то потащило. Кажется, мы все же достигли дна бездонной пропасти. К счастью, на нем оказалась стоячая вода.

А потом сознание подло покинуло меня, растворившись в темноте.

Глава 16

Иллюзия или реальность?

Было темно. Лишь яркие точки где-то вверху напоминали бы звезды, если бы не мельтешили перед глазами, и казалось, до них можно дотянуться ладонью.

Я бездумно вытянула руку, пытаясь поймать огоньки, но тотчас ощутила, что мою талию сжала чья-то рука, и низкий раздраженный голос велел:

– Опусти лапку, ведьмочка. Не все светлячки одинаково полезны, а эти конкретно – ядовиты.

– Жоз? – вяло удивилась я, по-прежнему пялясь вверх. В моей голове никак не соотносились вода вокруг, голос кота рядом с ухом и мужское тело, на котором я в этой самой воде и лежала.

– Он самый.

Так, откуда у нас дополнительные участники беседы?

А интонации какие – мрачные-мрачные! Я повернула голову, и в неверном свете увидела искрящиеся волосы, острые уши и крайне недовольную благородную рожу.

– Таэр.

– Детка, да ты просто гений очевидного сегодня, – вновь рассмеялся… Жозефин.

Я чуть повернула голову, и в поле зрения попала чья-то сильная челюсть, мускулистое плечо и рука.

Не поняла… Мои глаза, кажется, сейчас выпрыгнут из орбит! Или мозги закипят.

Я повернулась к Таэрлину и уточнила почему-то у него:

– Это Жоз?

– Я сам в шоке, – заверил меня высокородный лоэр.

Пока мы пребывали там вдвоем, вокруг посветлело. Сильные руки выбросили меня на какой-то каменный уступ, а следом туда же залез Таэрлин.

Отодвинувшись к стене, я квадратными от изумления глазами наблюдала за тем, как к нам присоединяется совершенно незнакомый мужик.

Молодой, высокий и… сказала бы – худой, не играй под его кожей мускулы, способные вызвать зависть у любого боевого мага. Поскольку мужик был абсолютно голый, рассматривать эти самые мускулы ничего не мешало. Светлые волосы чуть выше плеч завивались колечками, и из них торчали треугольные уши, большие такие кошачьи уши, покрытые белой шерстью. И длинный пушистый хвост, тоже беленький! Хвост раздраженно ходил из стороны в сторону и периодически обвивал то одну, то другую ногу.

Я очень старалась не смотреть, откуда он растет. Правда старалась! Но не очень получалось, все же я раньше не видела мужчин с хвостами.

Конечно, это сон. Или нет, иллюзия! Всего лишь иллюзия. Я сжала шнурок Тирола и тут же увидела правду: взъерошенного, мокрого кота! Фух…

Я облегченно рассмеялась и, подняв руки, вытерла лицо. Потом потерла глаза, прямо до искорок под веками, но когда их открыла, то ситуация ни капли не изменилась. Разве что незнакомец с голосом, ушами и хвостом моего кота развешивал в воздухе светящиеся шары, а после колдовал одно заклинание за другим. Высушил себя, эльфа и даже меня.

А когда закончил, повернулся и, ни капли не стесняясь, сладко потянулся. Я потупилась, а он обратился к эльфу:

– Остроухий, мне нужна твоя одежда.

– А что еще тебе нужно? – насмешливо хмыкнул в ответ Таэрлин.

– А все остальное у меня уже есть, – оскалился… Жоз. Двухметровый такой Жоз в человеческом обличье. Стоит признать, что человек из него вышел очень даже симпатичный. Большие карие глаза, прямой нос, высокие скулы… Понятно, почему в прошлом у него было полно девиц…

– И что же у тебя есть? – эльф окинул его насмешливым взглядом. – В данный момент вообще ничего.

– Ну как… ведьма вот есть. – На меня даже не посмотрели вот кстати. – Целиком и полностью моя, между прочим. Ты, собственно, и так пролюбил все шансы, но если я продолжу тут голым ходить, то их вообще не останется.

А-а-а!

Вот кто бы сомневался! Жозефин – это Жозефин в любой ипостаси!

Я решительно встала, стащила с себя кофту, под ней была просторная рубашка и нательная майка. Рубашку тоже сняла и швырнула в Жоза, решительно заявив:

– Перестали распускать хвосты друг перед другом! Для начала – как нам выбраться из морока?

– Ты уверена, что это морок? – спросил Таэрлин.

Коснувшись теплого шнура на шее, я мысленно поблагодарила Тирола и кивнула на бывшего кота. Или бывшего мага?..

– А что еще?

Сам фамильяр в этот момент завязывал мою рубашку вокруг талии. Оттянув импровизированную юбочку, он заглянул под нее и хмыкнул:

– Вообще все как в жизни! Хорошая, честная иллюзия!

– Очень за тебя рада, – едко ответила я, отходя чутка дальше.

Такой он меня пугал. Я вроде и понимала, что это все тот же белоснежный вредный друг… но когда он дерзит в виде кота, это скорее мило, хотя и бесит. А когда вот так – опасно. Но держаться за амулет рогатого бога почему-то не хотелось.

– Итак, иллюзия, – резюмировал Жоз, жестом отправляя один из светящихся шаров дальше и разглядывая своды пещеры, в которой мы оказались. – Как понимаю, спасибо Террахору. Нет, конечно, с одной стороны действительно спасибо, так как я уже и не чаял увидеть этот облик…

Он опустился на колени и заглянул в воду, явно любуясь собственным отражением.

– Но с другой… с чего такие радости?

– А я вообще удивлена, что мы тут втроем. По идее испытания должны быть индивидуальными, разве нет?

Я с подозрением уставилась на спутников. А если они лишь марионетки драконьего бога? И сейчас я общаюсь со своим подсознанием, которое зачем-то трансформировало кота в ожившую девичью мечту.

Я конечно слышала, что у некоторых старых дев кошки с годами заменяют не то что мужчин, а всяческое общение, но не думала, что со мной это случится настолько быстро!

– То есть это действительно твоя… – Таэрлин помотал рукой, подбирая слово. – Твоя истинная внешность?

– Она, – подтвердила белобрысая ипостась моего кота. – И это наводит на определенную мысль, ведь так? Тиль, сожми-ка опять свой шнурочек и скажи, что тут у нас на самом деле.

Я послушалась и внимательно осмотрелась.

Ожидала увидеть все что угодно: от уже привычных скал до какого-нибудь леса, а то и гостиной неведомого дома. Но нет. Почему-то морок коснулся исключительно моего кота.

Это действительно была пещера. Не такая уж огромная, метров пять до «потолка». Округлые своды, темное озеро практически на всю пещеру. И прямоугольный проем напротив нас, усеянный по периметру все теми же светлячками. Единственный выход. Но теоретически до него вполне можно доплыть. Будь мы не в Хаоре…

– Иллюзия здесь – только вид Жозефина, – сказала я, складывая руки на коленях. – И тогда понятно, почему мы не поодиночке. Помните, я рассказывала вам про Пещеру Правды в Хаоре?

В ответ единственная доставшаяся нам иллюзия скинула с себя мою рубашку и прыгнула в воду. Бесшумно рассекая ее мощными гребками, Жоз быстро добрался до проема… и вернулся назад.

– Там барьер. Не пропускает, – сообщил он, усаживаясь передо мной. В позу, наиболее подходящую для медитаций: раздвинув колени и скрестив лодыжки. И только потом неторопливо подобрал рубашку и набросил на себя, закрывая самое интересное место, на которое я честно старалась не пялиться.

– Прямо такой непробиваемый барьер? – спросила, пытаясь отвлечься от гадкого кота.

– Тиль, – насмешливо сказал Жозик. – Я тысячу раз при тебе вылизывался. Поздновато стесняться, тебе не кажется? И я прикрылся, прикрылся! Подними уже глазки!

– Помнится, когда я вышел к вам в домашней одежде, кто-то зашипел, страшно недовольный такой откровенной интимностью, – нейтральным тоном заметил Таэр.

– Ну ты сравнил себя и меня! – хохотнул фамильяр. – Мне можно. Хотя если сумеешь вылизать нужную часть тела, я, может, и разрешу тебе… ходить босиком при моей ведьме!

– Хватит! – не выдержала я. – Сейчас не важно, кто как ходит и кто как выглядит. Если мы действительно в Пещере Правды, давайте уже начнем испытание. Или хотите сидеть здесь вечно?

– Пещера Правды, – протянул эльф. – В которой каждый выглядит тем, кем является на самом деле. И если верить информации, полученной Тильдой от божества Тирольских земель, каждый из нас должен честно ответить на заданный вопрос. Поскольку иных вариантов у нас нет…

Печалька, на самом деле. Не то чтобы мне было, что скрывать…

– Можно просто спросить что-то банальное, – с надеждой сказала я. – Например, сколько лет назад женился Таэрлин или какой масти была последняя пассия Жоза…

В устремившихся на меня взглядах мужчин явно читалась жалость.

– Это было бы слишком просто, Тиль, – хмыкнул кот. – Полагаю, если вопросы будут такого рода, мы отсюда не выйдем. Гадости надо спрашивать, я уверен. Ну, не вздыхай, тут все свои.

– Если позволите, я начну первым, – спокойно предложил Таэр. Но в его голосе прозвучало предвкушение.

– Давай, лоэр! – Жозефин приглашающе махнул рукой. – Но учти: если тебя интересуют интимные подробности о моей ведьме, я это запомню.

– Ну что вы, уважаемый фамильяр, – усмехнулся эльф. – Гораздо больше меня интересует, как именно вы стали фамильяром. Точнее – за что. Тиль, ты вообще знаешь, откуда берутся эти милые и полезные существа?

– Знаю, – кивнула я, стараясь не смотреть на кота. Но опять же не получалось. Все-таки мне действительно было любопытно.

– Это был вопрос, – уточнил Таэр. – Думаю, ты должен помнить ответ на него.

Глаза Жозика – в его человеческом облике чуть раскосые, цвета крепкого, горького кофе – сверкнули совершенно по-кошачьи, двумя злыми желтыми всполохами.

– За государственную измену, – практически промурлыкал он. – Вы удовлетворены, уважаемый лоэр, или желаете подробностей?

– Не желаю, но уверен, что ответ должен быть полным, – теперь в голосе Таэрлина слышалось разочарование.

– Хотя уже и не любопытно, да? – проницательно осведомился Жозефин. – Сильно умный эльф желал поссорить меня с хозяйкой, полагая, что сведения о совершенных мной… ну скажем, серийных убийствах приведут ее в ужас. Увы! Я всего лишь мечтал свергнуть нашего короля и присоединился к своим единомышленникам. Это случилось лет пятнадцать назад. Мы готовили переворот, но не учли некоторых нюансов. И вот результат.

Пушистый хвост, мирно лежащий за спиной фамильяра, мерно застучал по камню, а его обладатель показательно взялся руками за свои уши.

– Поскольку я давно не человек, моя внешность даже здесь не вернулась полностью, – со вздохом добавил Жоз.

Я молчала, прикусив ноготь. Стыдно признаться, но узнать, что мой пушистый друг был преступником, все-таки было неприятно. Конечно, фамильяр не может причинить вред своему хозяину. Это такая же аксиома, как то, что солнце желтое, а трава, как правило, зеленая. Но преступления бывают разные! Политического преступника нельзя ставить на одну доску с каким-нибудь маньяком!

Честно сказать, политикой я не интересовалась никогда. И ничего против своего короля не имела. Но наверняка у тех, кто стоит в оппозиции, есть серьезные причины для этого, ведь так? Даже если они тысячу раз неправы… Да и наказание, на мой взгляд, очень жестокое! Потерять память, стать животным – это же и врагу не пожелаешь! Надо бы почитать про тот переворот… Однако король жив и здравствует, а значит, мой фамильяр не убийца.

Я нервно улыбнулась Жозефину. Вот кстати, а помнит ли он свое настоящее имя?

– Удовлетворен? – бросил кот, ухмыляясь эльфу.

Таэрлин молча кивнул.

– Тогда моя очередь. Что случилось с твоим братом, Тиль?

И после заданного вопроса я мгновенно забыла о политике и совести. Зажмурилась, борясь со вспыхнувшей болью, которая уже столько лет не желала не то что уйти, но даже хоть чуть-чуть ослабнуть. Говорят, что время лечит. Врут, нагло врут!

– Прости, солнце, – очень мягко сказал кот. – Но мне действительно нужно знать. Этот случай оказывает слишком большое влияние на твои поступки и твое мышление. Я не могу это игнорировать, и раз есть возможность узнать…

Мой взгляд беспорядочно скользил по пещере, цепляясь то за одну, то за другую деталь, но воспоминания беспощадно напирали из глубины сознания. Вновь лаборатория, вновь кровь и крики, вновь маньяк с механическими движениями.

И я заговорила. Горло пережимало судорогами, а глаза щипало так, словно меня раз за разом совали головой в песчаные дюны. Говорила ломано, сумбурно, тут было не до ровного изложения…

– Когда тебе всего шесть, то самая большая проблема – новая обзывалка, что придумал невыносимый Диар. Я терпеть его не могла! Старшие всегда такие противные, – я попыталась шутить, чтобы хоть как-то зацепиться за реальность, но все равно тонула… в боли, топкой как болото. – Всегда знают лучше, пытаются воспитывать и дразнить. Знаешь, Жоз, я всегда думала, что преступления совершаются темной ночью. Но самое кошмарное в моей жизни произошло белым днем. Он был другом и клиентом отца. Заказал артефактные кинжалы и оковы. Они долго работали над этим проектом, так как нужно было контролировать каждый этап и вносить поправки. Стал вхож в семью… приносил нам подарки, дарил маме цветы, а отца угощал эксклюзивными сигарами. Пока тот не закончил заказ… И тогда… тогда…

Я не выдержала и захлебнулась рыданием, а после глухо завыла, раскачиваясь в разные стороны. Вновь и вновь в моих ушах кричал Диар. Вновь и вновь его убийца читал заклинание, чтобы я не могла даже моргнуть и пропустить какую-то деталь жуткого представления.

– Он убил их… всех убил… и я ничего не могла сделать! Я даже отвернуться не могла, когда он… Диара…

Я даже не заметила, как оказалась в крепких, но таких нежных объятиях. Не понимала, кто это был, просто… стало чуть теплее. А после в широкой груди, к которой меня прижимали, вдруг раздалось такое знакомое раскатистое урчание. Обняла в ответ, вцепилась в знакомые пушистые ушки и вдруг поняла, что стало легче. Ведь я ни с кем никогда об этом не говорила… И уж кому-кому, а собственному коту рассказать можно. Пожалуй, ближе его у меня никого и нет.

В этот момент воздух в пещере вдруг засветился серебристым сиянием, и раздалась мелодичная трель. И одновременно с этим я ощутила, как все отчаяние, вся застарелая боль уходят из души. Я впервые рассказала кому-то и… стало чуть легче. И теперь слезы были не горькими, они стали очищающими.

Но жаль, что это, настолько личное, почти обнаженное, слышал еще и Таэрлин.

– Сочувствую, Тильда, – негромко сказал эльф. – Безмерно сочувствую.

– Спасибо, – отозвалась я, и мне тут же вытерли нос рукавом моей собственной рубашки. Я благодарно посмотрела на кота и хрипло заявила:

– Ну теперь мой вопрос, и мы свободны.

Очень хотелось поскорее покончить с этим и наконец-то покинуть Пещеру. Несмотря на освобождение, которое я ощущала от признания, находиться тут дольше не хотелось.

– Конечно, Тиль, – кивнул Таэр. – Слушаю тебя.

– Я хочу знать, зачем я нужна тебе. Чего ты от меня хочешь и зачем добиваешься.

Ну а что? Раз уж мы тут по уши в правде!

Что-то подсказывало мне: сейчас я полностью разочаруюсь в благородном лоэре, увязавшемся за мной в жутковатое приключение. Сомнительно, что я когда-нибудь смогу ответить на его чувства, так что… Лучше знать, есть ли они на самом деле.

«И если все же имеются, то кто знает…» – подумала я, почти завороженно разглядывая красивое лицо Таэрлина. Сильно погрустневшее, между прочим.

А потом вдруг заметила, что мой фамилиар тоже рассматривает эльфа, причем с саркастической улыбочкой.

– Мда-у, ведьмочка моя… Уж спросила, так спросила! Я думал, не догадаешься.

И кошачьи интонации подтвердили, что вопрос был правильным. Я даже немножко пожалела, что спросила. Неприятно узнавать гадости о… ну хорошо, не друге, конечно, но ведь мы уже немало пережили вместе. Да и знать, что ты нужна неотразимому, взрослому, шикарному мужчине, это ведь приятно, как ни крути.

Взрослый шикарный мужчина тяжело вздохнул, и в пещере повисла пауза.

– Да колись уже, лоэр, чего там! – ехидно посоветовал кот.

А я вдруг поняла, что мы с ним по-прежнему сидим в обнимку. Эх, жаль, что нельзя запустить пальцы в мягкую шерстку, это всегда так помогает! От всего. Вот действительно, никто мне не нужен, кроме кота! С другой стороны, человеком он такой теплый… И такое странное ощущение, будто я наконец-то нахожусь на своем истинном месте, и это такое уютное, такое приятное место. И еще…

Но додумать, что же такое еще я испытываю в объятьях своего фамильяра, не удалось.

– Хорошо, – печально сказал Таэрлин. – Но учти, Тильда, что ты действительно мне нравишься. Ты умная, милая, обаятельная женщина. Потрясающе несговорчивая, что тоже притягивает.

– Но? – подтолкнул Жоз.

– Но, – покорно повторил эльф, – в этом мире очень много прекрасных женщин. Однако совсем мало ведьм благородного происхождения, на одну из которых к тому же мне указал ее глубокоуважаемый родственник, мечтающий отдать любимую племянницу в хорошие руки.

Ну кто бы сомневался, что из этой истории торчат уши моего любимого дядюшки! И вовсе не беленькие и пушистые!

– Мне наверняка удалось бы сделать тебя счастливой, Тильда Ронберг, – с очередным глубоким вздохом сообщил Таэр.

– Не уходим в сторону, отвечаем конкретно на вопрос, – весело предложил кот. – Моя ведьма имеет полное право знать правду обо всех своих ухажерах! А то чего ж один дракон пострадал от той правды, несправедливо вышло. Вот возьмем пасынка твоего – этот всегда искренен! Не хотел мою ведьму – так и говорил! Решил на ней жениться – тоже честно объяснился в причинах!

Разглагольствования кота наводили на мысль, что пушистый поганец – то есть хвостатый блондин! – отлично знал правду и без ответов Таэрлина. И молчал, гаденыш! Вот выйдем отсюда, и я его кошачьей ипостаси уши оборву!

– Мне нужен наследник, – безэмоционально выдал Таэр. – А как выяснилось, ведьма способна родить от меня чистокровного эльфа с ведьмовским даром. Да-да, Тильда, теперь ваш Ковен пополнится мужчинами. Согласись, что это в каком-то смысле весьма полезно и…

Так.

– То есть ты хотел использовать меня, – уточнила я, едва сдерживая ярость. – Сделать матерью ведьмака эльфийского происхождения.

– Что здесь плохого? – осведомился этот… этот… Да у меня просто слов таких нет, чтобы определить, кто он!

– Ничего, – согласилась я сквозь зубы. – Очень хорошо.

– То есть ты понимаешь? – воодушевился Таэрлин. – Ведьма из древнего рода артефакторов, аристократка, с редким оттенком дара… разумеется, я не мог не воспользоваться щедрым предложением магистра Ронберга!

– Ну никак не мог! – поддакнул кот. – Да, Тиль?

А я вспоминала. Обманом навязанный протекторат, твердая уверенность, что никуда я не денусь, попытки… ну хорошо, не изнасилования! Но тем не менее моим мнением благородный лоэр совершенно не интересовался. Да еще и пытается теперь разделить свою вину с моим дядюшкой, который хотя бы руководствовался искренним желанием хорошо устроить мою жизнь!

Впрочем, с дядюшкой я тоже поговорю.

На душе было так противно, что я даже не сразу осознала, что теплого тела рядом уже нет, а я сижу, привычно наглаживая мягкую шерстку.

Кот соскочил с моих коленок, с наслаждением подрал когтями несчастную рубашку и радостно заявил:

– Вышли! Мы молодцы! Честные, смелые, чудесные вообще!

Я встала и задрала голову.

Вот она, гора Живого Камня. Покатый склон, уходящий далеко в небо, а вершина словно охвачена ярким красным огнем.

Мы дошли.

Только, кажется, не все…

Глава 17

О доверии и ответственности

Сзади стоял туман. Сплошной стеной, непроницаемой для взгляда. А из тумана торчала рука. Одна, вяло скребущая пальцами по глинистой земле. Со знакомой татуировкой, обвивающей запястье, тонкое, мальчишеское почти запястье… Да что же это такое!!!

Естественно я тут же схватилась за эту руку, дернула, ни на секунду не задумавшись о последствиях, и дернулась сама от звонкого «Ой!».

– Ой! А тут нет тумана! – радостно выкрикнул Вирни, практически падая на меня. А я на подоспевшего сзади Таэрлина. – Я же говорил, что мы дошли! А вы не верили!

Живой и здоровый.

Я длинно выдохнула, отпихнула обоих эльфов, между которыми оказалась зажата – младшего руками, старшего спиной – и злобно выдала:

– Вирни, демоны тебя! Я думала, ты умираешь!

– Я ощупывал то, что видел! – пояснил мой истинный. – Эти двое утверждали, что мы стоим у отвесного обрыва, но я-то вижу гору! Правда, не эту… – с удивлением сказал он, осматриваясь.

– Ну я тоже решил, что у тебя предсмертные судороги, – хмыкнул Жозик. – А где они, «эти двое»?

В ответ из тумана к нам вышли изрядно смущенные орк и дракон.

– Ну а что? – проворчал Харт. – Не все мороки можно разглядеть! Я ж не знаю силу дара пацаненка… Вдруг ошибся?

– Я и ошибся немножко, – скромно согласился эльфик. – Был уверен, что тут не отвесный обрыв, а наоборот – отвесная скала. А тут… Это же то, что я думаю? – спросил он с нескрываемым восторгом.

– Не знаю, что ты думаешь, – сказал Дэс (с неменьшим восторгом), – но мы явно дошли! Это гора Живого Камня. Обитель Террахора.

Он окинул нас всех внимательным взглядом, словно пересчитал, и заявил:

– Ну что, вперед! Готовы?

– Вы не готовы, – мягко указал Таэр. – Ваше испытание было явно… м-м-м… физическим.

– В принципе ты прав, о мой догадливый друг, – хохотнул орк. – Мне вот пришлось сражаться сразу со всеми моими женами… Представляешь Хирнишу с двумя кнутами и драконьим… хм… демонским оскалом?

– Вполне представляю, – сдержанно ответил Таэрлин.

– Да вот и я не особо-то удивился, – кивнул Харт. – Так что дракону хуже пришлось. Жен у него нет, а родственников, как оказалось, прям полк. И тетушка та такая… боевая…

Дэс шумно выдохнул и вдруг хлопнул Вирни по плечу.

– Спасибо тебе! Я было растерялся сначала… Но парню-то хуже всех пришлось, – сообщил он нам. – Десяток разъяренных мамаш – это не булочки с корицей, конечно.

– Да вовсе нет, – отмахнулся эльфенок. – Я-то видел, что это вовсе не мама. Так что зря вы мне подраться не дали! – обиженно заявил он.

Недурное испытание… А вот действительно, если бы с ними не было Вирни?.. А был бы, скажем, Таэрлин… Я покосилась на отчима моей истинной пары и едва удержалась от улыбки: на миг его лицо приобрело настолько мечтательное выражение! Не иначе представил, как махается с десятком Цирилль…

– Вот и выходи за такого замуж, – тихо фыркнул мой котик, замечавший все и всегда.

– Я и не собираюсь, – одними губами ответила я.

– Не думаю, что в обитель бога стоит подниматься в таком виде, – сказал тем временем Таэрлин. – Это неуважение.

Дракон выругался сквозь зубы и принялся копаться в сумке.

Спустя несколько минут и тройки очищающих заклинаний все были готовы к посещению Террахоровой горы.

Кроме меня. Потому что…

– Тильда… Вот… в общем, вот, – с искренней печалью сказал Дэс, подведя меня к невысокому каменному столбику. В центре его плоской, идеально круглой вершины красовалась глубокая ямка. Точнее – дыра, уходящая в чуть искрящуюся темноту.

Я замерла перед каменным столбиком, испытывая двойственное чувство: с одной стороны, радость, что вся эта история наконец-то закончится, с другой…

С другой меня мгновенно посетило очень нехорошее предчувствие. Захотелось развернуться, послать всех окружающих – дракона первым – оседлать метлу и отправиться вон отсюда.

Понятно, что ничего подобного я не сделала. Только спросила на всякий случай:

– Сюда лить?

Дракон кивнул и нехотя уточнил:

– Нужно из вены. И… понимаешь, Тиль…

Смотрел он при этом куда-то на склон горы. Я проследила за его взглядом и увидела второй столбик. За ним третий… четвертый… пятый… Отличненько. Это до вершины, если примерно прикинуть расстояние, их штук сорок должно быть. Печалька, на самом деле. Но среди зелий, купленных мной в лавке, есть очень сильное кроветворное, так что… Прорвемся.

Дэс теребил рукав моей куртки и бубнил покаянные извинения, но я не вслушивалась. Чего там, я сама для брата еще и не такое бы сделала. Жаль, конечно, что сразу не сказал, ведь все равно бы согласилась.

– Прощаю! – прервала я его излияния, вытащила свой рунический ножик и примерилась к левой руке.

– Много не нужно, – глухо сказал Дэс.

– Откуда ты знаешь? – осведомился вертевшийся под ногами Жоз.

– Логика. Столбов много, крови может банально не хватить. Потому наверняка достаточно пары капель.

– Какая логика? – скептически вопросил кот. – Какая логика может быть у бога? Ты его видел вообще? Он же… – Жозик вдруг прервался, осознав, видимо, где и о ком говорит, и закончил слегка другим тоном: – Божественно непостижим! Иное мышление, выше нашего однозначно. Мы можем многого не понимать, мдау…

И сверху, словно бы совсем рядом, раздался уже знакомый голос, в каждом слове чередуя бархатную ласку и грозовой бас:

– Три капли, девочка. Всего три капли. Но это должны быть увесистые капли. Ты попадала когда-нибудь под осенний ливень? Вот такие.

И бог мерзко хихикнул.

– Благодарю за помощь в решении вопроса! – тут же отозвалась я и решительно занесла нож. Но мою руку перехватили.

– Если хочешь, это сделаю я, – предложил мой истинный.

– Нужна кровь ведьмы, – напомнил Дэс.

– Я имею в виду разрез. У меня рука легкая.

Заметил, значит, что меня потряхивает…

Вирни аккуратно вытащил из моих дрожащих пальцев ножик. Вязь на его запястье практически сверкала. Наверное, поэтому никто не возразил – ни Дэс, просто шагнувший в сторонку, ни Харт с Таэром, стоявшие за моей спиной, ни даже фамильяр. Жозик только блеснул глазами и поставил мне на ступню передние лапы.

Я действительно не почувствовала боли.

Протянула руку над столбиком, повернула, наблюдая, как из аккуратного, совсем маленького разреза на удивление медленно стекает кровь. Раз… С руки сорвалась большая вытянутая красная капля, сжалась в полете в ровненький шарик и упала точно в ямку. Два… три! Вирни мгновенно прижал к ране белоснежную тряпку, и мы вместе шагнули вперед по склону, огибая жертвенный столбик.

Расстояние до второго – метров десять. Выпить кроветворное сейчас или пока ни к чему? Три капли, пусть и большие, – это ни о чем…

Сзади шумно топал орк, а вот Дэса и Таэрлина было практически не слышно. Жозефин же запрыгнул на плечо эльфенка, продолжавшего бережно держать мою руку.

Запрыгнул, повернул ко мне голову и… пропал.

А вокруг повисла тишина. Именно повисла, вязкая, страшная, серая… Туман!

Вирниэль схватил меня в охапку, прижал к себе, словно боясь, что я тоже исчезну, а я обернулась, уже понимая, что произошло.

Туман неторопливо рассеялся, но на склоне горы Живого Камня мы стояли вдвоем.

– Это же ничего не меняет? – нервно спросил эльфик.

– Абсолютно ничего, – вздохнула я. – Наверное, я должна справиться с принесением жертвы самостоятельно…

«И при этом следить, чтобы с тобой ничего не случилось», – добавила мысленно.

Вот только самостоятельно не получилось. А уж о присмотре за спутником и речи не шло.

Уже на третьем столбе я поняла, что теряю не только кровь.

Магия.

Она течет в нашей крови. Уходит кровь – уходит магия. В моем случае – медленно… По капле. С каждой каплей. Но слишком много.

С каждой каплей все больше и больше.

Это было дико: ощущать, как слабеешь, как становишься бессильной, не способной на простейшее заклинание.

И на самые простые действия – тоже. Даже шаги давались мне с трудом. Уходит кровь – уходит жизнь…

Может быть, кровь возвращается сейчас к моему погибшему брату? Ведь кровь у нас одинаковая, верно? И вместе с кровью к нему возвращается жизнь?!

Это бред, Тильда. Ты же знаешь, что его не вернуть. Сейчас ты возвращаешь другого мальчика, теряя кровь, ты помогаешь ему не умереть, ты спасаешь его. И это правильно, это так правильно! К демонам. Пусть вытечет хоть вся, лишь бы мальчик остался жив, лишь бы с ним ничего не случилось, с чужим мальчиком, который должен, должен, должен остаться живым!

Я слабела с каждым шагом. С каждым движением. А в какой-то момент вдруг поняла, что я не одна. Что после каждого проклятого столба мою рану сильно, но очень осторожно зажимают чьи-то пальцы. Что меня придерживают за плечи, бережно, но крепко. А потом, когда ноги подогнулись, я не рухнула на землю, а взлетела в воздух, попыталась трепыхнуться, но надо мной склонилось напряженное лицо, голубые глаза моргнули, глядя с безмерной лаской и заботой, а моих губ коснулось холодное стекло.

– Пей, – сказал Вирни. – Это кроветворное.

Точно… я про него совсем забыла.

Теплое, противное зелье потекло в рот, я глотнула, и в голове чуть прояснилось. Меня несут… несут на руках. Но это же не может быть Вирни? Худенький подросток! Не то чтобы я была сильно тяжелая, но, кажется, он несет меня уже давно.

Опускает у столба. Прислоняет к себе, прижимает, чтобы не упала. Берет мою руку, переворачивает над вершиной. Считает вслух: раз, два, три… Зажимает порез и снова берет на руки.

После очередного столба я облизала пересохшие губы и попыталась вырваться из объятий эльфика. А в процессе посмотрела по сторонам…

– О нет… – вырвалось у меня, и я затрепыхалась с удвоенной силой. – Да пусти же! Пусти! Они нас сейчас…

Меня охватил ужас, самый настоящий, до холодного пота. Что и неудивительно в окружении жутких монстров, тянущих к нам руки. Щупальца… лапы… клешни! Все ближе и ближе, неторопливо и неуклонно, явно понимая, что жертвам никуда не деться. О боги…

– Нет, не бойся. Они не… не очень агрессивны, – пояснил Вирни, и не думая меня выпускать.

– А… это морок?

– Конечно, – спокойно ответил эльфик. – Просто морок, чтобы напугать. Но я-то вижу. Это просто деревья.

Он вдруг скривился и опустил меня на землю. На камни, точнее, мелкие и довольно острые.

– Минутку… Я ветки обрублю, и пойдем дальше. А то не пропускают.

Эльф орудовал кинжалами очень по-эльфийски: изяшно, нечеловечески быстро, точными ударами, ни разу не промахнувшись. Но я быстро устала смотреть на него и прикрыла глаза. Бояться нечего: всего лишь морок. А ведь будь я одна, банально растерялась бы от ужаса.

Ты бы и до следующего столба не доползла, Тиль! Подумать только, если бы со мной не было Вирни, все случившееся случилось бы зря, и…

Додумать я не успела: эльфик снова подхватил меня на руки, и на щеку капнуло что-то с его лица. Пот, наверное! Устал, конечно, и тащить, и рубить…

Прорубание пути повторилось неоднократно, но я уже ничего не боялась, сообразив, что уж такое можно доверить и подростку. И что этот подросток меня тут не бросит. Пронесет по всем столбам, снесет все препятствия, донесет до вершины, даст зелье…

Зелье… Наверное, это не кроветворное зелье, думала я в полубреду, почти не замечая уже, что творится вокруг, доверившись неожиданно сильным рукам своей истинной пары. Никакое зелье бы не помогло, не будь рядом того, кто уверен, что он за меня отвечает.

Это другое зелье, совсем другое… Зелье, замешанное на крови, доверии и ответственности. Может быть, мне все-таки стоит выйти за Вирни замуж? Хотя нет, он же любит другую… Тогда я выйду замуж за Харта. Вот он от меня точно ничего не хочет! Решено, если выживу, попрошусь к орку третьей женой… или пятой, сколько их там у него.

«А женщина есть женщина, – насмешливо резюмировал в голове голос Террахора. – Даже в такой ситуации все мысли только о мужиках!»

Интересно, мне мерещится или эта сволочь действительно может проникнуть в мои мысли? А то и навеять их?

– Отвали! – прошипела я, приподняв свою тяжелую головушку, и Вирни с испугом спросил:

– Тиль? Ты чего? Мы уже почти дошли! Потерпи еще немножко! А, демон!..

Меня снова опустили, прислонив к чему-то твердому – очередному столбу? – и отошли. И снова быстрые удары, влажный хруст… Разве ветви рубятся с таким звуком?..

Два или три столба спустя – посчитать их все я так и не сумела, хотя пыталась – Вирни рухнул вместе со мной на колени и прошептал:

– Все! Тиль, зелье…

Флакон у губ, вязкая жидкость во рту и приказ:

– Пей до дна! Теперь можно! Я боялся, что не хватит. И вот это еще, я думаю…

– Погоди. Там в сумке еще такой зеленый пузырек есть… и большой фиолетовый, достань.

Выпив зелья, я даже сумела встать, возблагодарив богов – всех, кроме Террахора – за то, что купила кроветворное и оно действительно оказалось действенным. Иначе не дожила бы я до вершины.

А встав, я оглядела своего истинного и, ахнув, кинулась его ощупывать. Ну как кинулась… Шагнула, качнулась и опять упала ему на руки.

– Вирни! Что с тобой?! – потребовала, отстранившись.

Эльфенок был весь в крови. И явно не в моей! Мою мы расходовали по каплям…

– Ну… – смутился он. – Ну я живой же! Все нормально, Тиль! Это так, царапины. Смотри, как тут красиво!

– Откуда у тебя такие… царапины?!

И вдруг до меня дошло.

– Вирни? Это был не морок, да? Ты всю дорогу дрался?! С этими монстрами?!

– Тиль, ну они медленные были Мне кажется, пугали больше. Просто не давали же пройти… – смущенно сказал эльф. – Лучше бы ты с орком осталась, конечно… да неважно с кем, кто посильнее…

– Но я осталась с тобой… – медленно проговорила я, не сводя с него глаз.

– Да, – вздохнул Вирни. – Но все позади, Тиль! Смотри! Мы уже на вершине!

* * *

А на вершине стоял храм.

Невыносимо красивый и столь же ужасный. Словно послушные чьей-то могущественной воле застывшие лавовые потоки переплетались, создавая очертания каменного цветка. Его багряные, практически грязно-коричневые лепестки напоминали запекшуюся кровь.

Впрочем, мои ассоциации не так уж далеки от истины, так как лава – это кровь земли.

И сквозь просветы в многочисленных арках-дверях был виден сверкающий белоснежный алтарь. К счастью совершенно пустой. Кажется, Вераиль еще не пришла.

Я застыла, пошатываясь и не падая лишь потому, что Вирни крепко держал меня за талию.

– Тильда, присядь… нужно перевязать тебе руку, кровь больше не понадобится, – эльф почти силком заставил меня опуститься на ближайший камень и покопавшись в моей сумке выудил мешок, в котором лежал белоснежный, мягкий, красивый… платок, который вручил мне торговец на рынке. – Арбинский пуховый шеллок?! Потрясающе!

Эту самую потрясающую штуку тотчас безжалостно порвали на лоскуты.

Судя по всему, Вирни вот прекрасно знал, что это за ткань, и даже отвлекая меня немного рассказал о ее редких, и что хорошо – обеззараживающих свойствах.

– А зачем из нее тогда делают женские платочки? – вяло спросила я, с прищуром глядя на храм. Он полыхал всеми оттенками красного, так, было глазам было больно. А еще в нем кто-то выл… громко, отчаянно…

Так что дрожь пробирала. Неведомый Хранитель горы или лично Террахор тренировал луженую глотку. С него бы сталось.

– Потому что для бинтов дорого получается. А в качестве аксессуара его покупают всякие богатые особы с проблемами со здоровьем. А нам сейчас подойдет как раз для перевязки.

Я вытянула вперед руки, попробовала пошевелить пальцами и поморщилась от боли. Волшебная сила по-прежнему не отзывалась несмотря на то, что я выпила несколько эликсиров здоровья сразу, да еще и магически стимулирующий добавила.

Паршиво.

Заходить в это место беспомощной как котенок мне не хотелось.

Словно в ответ на мои мысли, туман в котором терялась тропа вниз, вдруг дрогнул и расступился, выпуская усталых путников. С бешено бьющимся сердцем я узнала массивную фигуру орка, широкие плечи Дэса и очертания Таэрлина. А еще маленькое белое пятнышко, которое со всех лап понеслось вперед с громким мявом:

– Тиль! Тиль, ты как? Все в порядке?

Кот налетел, как мог ощупал меня и даже бросил заклинание, проверяющее состояние организма.

А еще… еще я ощущала, как тонким, сверкающим ручейком в меня начинает вливаться сила фамильяра. Мое светлая половина пришла и делится энергией! Что может быть лучше?!

– Все с ней хорошо, – с некоторым недовольством выдал вместо меня Вирни.

– Главное, что жива, – облегченно выдохнул Жоз, устраиваясь у меня на коленях, потираясь лобастой головой о плечо, и мурлыкая-мурлыкая-мурлыкая. Поток силы становился все шире и шире. Кот делился более чем щедро.

– Что было с вами? – спросил эльфенок у подошедших ребят.

Выглядели они паршиво. Даже неунывающий орк язвил не так много, как раньше, а Таэр не выглядел таким уж цветущим. Теперь осунувшейся физиономией с кругами под глазами мог похвастаться не только младший эльф, но и старший.

Ответил Дэс:

– Когда вас утащил туман, то скалы начали смыкаться, и пришлось лезть вверх. Оказалось, что сдвигались они лишь до высоты двух метров. Ну а после… после много каких-то тварей. Кажется, все те, кого мы не встретили по дороге к горе, стянулись непосредственно на склоны.

Я устало порадовалась, что основная масса местной жути сосредоточилась на парнях и надеюсь, на Вераиль. Так как нам с Вирни за глаза и за уши хватило даже того, что осталось. Если бы тварей было больше или они были серьезнее…

Хотя много ли случайностей бывает в самом сердце Хаора, практически на вершине горы Живого Камня? Как правильно указывал Дэс – не в интересах местного бога убивать нас легко и быстро. Так что каждому давались те испытания, с которыми он не без труда, но все же мог справиться.

Больше ждать было нельзя. Мы быстрым шагом, почти бегом направились к храму. Несмотря на то, что он пустовал, ощущение, что мы опаздываем не покидало.

Глава 18

Чего ты хочешь в награду на самом деле?..

Заходить в сердце горы было страшновато, мне казалось, что я не под сводами здания, а сунула голову в пасть огромного зверя. Гулкий рык исходящий изнутри лишь усиливал впечатление.

– Светлой ведьмы еще нет?

В голосе дракона слышалась растерянность и я прекрасно понимала его чувства. Почему-то в голове рисовалась картина, что мы достигаем цели и немедленно вступаем в схватку с Вераиль, едва ли не вырывая из ее руки нож, с которым она стоит над ребенком.

А тут… ничего.

Убранство храма казалось на диво аскетичным. Мы зашли с боковой арки, и сейчас могли разглядеть только стоящее спиной к нам огромное каменное кресло, а за ним виднелся краешек алтаря. На котором что-то лежало…

Сердце пропустило несколько ударов, и мы с Дэсом вместе, почти синхронно рванули вперед. И так же остановились.

Я даже не успела изумиться тому, что мы не заметили это издалека.

На белоснежном камне желтели старые кости. С макушки оскаленного черепа спускалась светлая пакля волос, что свидетельствовало о том, что некогда труп был женщиной. Лежащие на грудной клетке бусы, и валяющиеся около головы серьги выразительно намекали, что она была весьма состоятельной. И далеко не воительницей. И лежала тут очень долго, если ткани одежды не выдержали течения времени.

Кот мазнул боком по моим сапогам, приводя в чувство, а после вышел вперед… заглядывая за трон.

– Опаньки… здравствуйте.

Думая, что на троне нас ожидает уже знакомый Террахор, я подошла к Жозефину… и задохнулась от шока и ужаса.

На меня остановившимся взглядом смотрел молодой, красивый мужчина, и судя по глазам и рисунку чешуи на скулах – дракон. Он сидел тут настолько давно, что покрылся пылью, и сейчас она осыпалась с его ресниц. Стражу храма уже давно не приходилось на кого-либо смотреть…

А возле каменных ступеней находился еще один труп, но он сохранился много лучше, чем тот, что лежал на алтаре. Мертвая девушка свернулась калачиком возле ног древнего дракона.

– Вы… – его голос эхом прокатился по храму, низкий хриплый и какой-то невероятно жуткий. – Вы пришли за желанием?

В голосе стража звенела неподдельная надежда.

Я не могла отвести от него глаз. Почему-то казалось, что в этом ужасном зрелище есть что-то невероятно важное. Что-то, позволяющее мне понять… а понять нужно.

Дракон как дракон. Чеканные черты лица, мощные плечи, одежда непонятного цвета и серо-стальные от пыли волосы. Лишь на груди висел медальон с непонятным узором, в котором был заключен звездный бриллиант. Очень дорогой и редкий камень, что был символом одного конкретного рода.

– Йоир Полночный, – озвучил Дэс, потрясенно глядя на древнего воина. – Но… как? Почему?!

В голосе дракона звучал протест, и я наверное даже понимала чему. Если ты с детства растешь на легендах о конкретном человеке, читай драконе, то имеешь свойство его идеализировать.

И наверное даже о путешествии в Хаор, о котором ты знал, ты думал в каком-то положительном ключе. Но женский труп на алтаре не оставляет никакого простора для фантазии.

Именно в этот момент на широком подлокотнике трона, внезапно материализовался уже знакомый мальчик. Террахор по хозяйски, как пса потрепал по голове дракона, и ласково сказал:

– А к нам гости пришли. Йорик, Хранитель мой, видишь?

– Вижу, – он с усилием оторвал взгляд от нашей компании, и перевел его на бога. – Они пришли за желанием?

– Да, мой дорогой, за желанием, – драконий бог покопался в карманчиках, достал оттуда светлый платочек и аккуратно поплевав на него, начал заботливо очищать лицо Хранителя. – Правда еще не все желающие собрались.

– Еще желающие? – казалось он плохо понимал о чем идет речь.

– Да, бабушка одна опаздывает. Но будем снисходительны к старушке, ей пришлось нелегко. Так что ждем. Вы же не против, ребятушки?

Мы были конечно же не против. Вернее оглянувшись, я поняла, что все мои друзья застыли в разных, порой весьма неудобных позах и судя по остекленевшим глазам вообще не осознавали, что происходит.

– Что ты с ними сделал?!

– Ничего такого, что бы я не делал с тобой, – многозначительное подмигивание бога смотрелось дико на юном, мальчишеском лице. – Просто общаюсь, Тильда. Или ты думала, что я их заморозил ради того, чтобы перекинуться парой слов с симпатичной ведьмой? Право какое самомнение!

Бог несколько секунд смотрел на меня, а я же неудержимо краснела от злости и стыда, потому как первая моя мысль была именно такой. Террахор расхохотался. Весело, заразительно, хотя вторить ему совсем не хотелось. И если этот звук сначала действительно напоминал смех, то с каждой секундой он становился все громче и громче, ввинчивался в уши беспорядочной какофонией.

Звук давил на плечи, проникал даже сквозь прижатые к ушам ладони, прижимал к камням.

– Хватит, – задыхаясь попросила я, так сильно вжимая руки в волосы, что становилось больно. – Пожалуйста, хватит.

Хохот стих.

Я медленно разгибалась, внутренне отчаянно сожалея о собственной глупости. Во время бесед с Тиролом я подробно расспрашивала его о физических и магических опасностей каньона в Террахорову неделю, но не учла того, что самое страшное в ней – сам бог.

Мне отчаянно не хотелось противостоять ему один на один, но беглый взгляд на друзей показал, что каждый все еще общается со своим воплощением первейшего из драконов.

В мои грустные мысли вмешался звучный голос заключенного в камне Хранителя.

– Они пришли за желанием. Пусть приносят жертву и получают свое. Я хочу свободы…

– Куда же ты так торопишься, Йорик? – изумление Террахора было настолько ярким, что резало своей едкой фальшью. – Мое общество тебе наскучило за эти столетия?

Сотни лет на каменном троне в окружении трупов. Жуть какая.

– Я хочу умереть, – простонал Йоир Полуночный. – Я наконец-то хочу умереть.

– Действительно, чего еще желать после сбычи твоего заветного желания? – великого воина прошлого вновь как собаку потрепали по голове, а после мальчишка спрыгнул с подлокотника и небрежно отпихнув носком сапога руку лежащей на полу мертвой девушки, спросил: – Тильда, а хочешь я тебе расскажу историю любви? С наглядными иллюстрациями!

– Эм… – я посмотрела на Йоира, и скелеты его, очевидно, возлюбленных. – А можно нет?

Жаль не согласится…

– Нельзя, – ласково ответил Террахор, а после запрыгнул на алтарь, подвинув ноги скелета. Одна отвалилась и с грохотом упала на пол, под яростный рык стража храма, что рванулся вперед, но камень держал крепко. Не пустил. – Это будет очень поучительная сказка о великой любви. О сильнейших чувствах и безумных поступках, все как вы, девочки, любите.

– Если вы о тех с чьими останками так непочтительно обращаетесь, то я эту историю уже знаю.

Не удержалась, да.

– Ты наверняка слышала общепринятую версию. Легенду! А я поведаю как все было на самом деле. Готова? Итак, жил-был Йорик. Вот этот вот, – в несчастного Йоира грубо ткнули пальцем и мерзко захихикали. – Жил, не тужил, подвиги совершал, как вдруг… бац и встретил он на своем жизненном пути Сапфиру Темную. Она на полу валяется, тоже можешь посмотреть. Очень эта драконья девица ему понравилась. С ума сходил как захотел ее своей сделать! А она… как думаешь, что?

– Отказала, – мрачно проговорила я, так как демоново божество очевидно хотело какой-то обратной связи от слушателя.

– Верно! Если честно – та еще потаскушка была эта Сапфира, и право, если бы дала еще и Йоиру – от нее бы совсем не убыло, а ему бы полегчало. Но мы сейчас не про это. В общем настолько ему хотелось, что он и замуж ее звал и подарки дарил, и подвиги ей посвящал… стихи не слагал только потому, что не умел. Он скорее по мечам, чем по перьям был. Но Сапфира стойко стояла на своем. Год прошел, десятилетие, другое и третье… и казалось, что успокоилось сердце Йоира, смирилось. Он присмотрел себе юную драконочку в жены, начал готовиться к свадьбе… и тут Сапфира очень опрометчиво расслабилась и тоже заявила о том, что собирается взамуж. И тут у нас с тобой следует первая мораль моей истории – не говори остальным заинтересованным мужикам, что ты выбрала кого-то одного пока они не пристроены! Поняла?

– Этак долго ждать можно. Скорее мораль в том, что нужно уметь себя защищать.

– О, эта умела! Темная леди вообще была интересной барышней, хоть и меняла мужиков как перчатки. А вот она… бедная невеста… – Террахор слез, обогнул алтарь и почти ласково провел ладонью по пакле волос мертвой драконицы. – Цветочек. Нежный, беззащитный, да еще и до одури влюбленный. Совсем без мозгов. Потащилась с женишком в Хаор в неделю имени меня и даже не задала дополнительного вопроса в стиле “а кого мы будем приносить в жертву?”. Йорик, признавайся, как именно ты задурил девчонке голову?

– Прекрати! Перестань! Хватит меня мучи-и-ить! – стон Йоира полуночного, вновь превратился в вой, в котором слышалось откровенное страдание, но теперь мне было совершенно его не жаль.

– Не бузи, – погрозил ему пальчиком пацан и дракон тотчас замолк. – Вот, так-то лучше… В общем, Тильда, тут мораль номер два. Не стоит безоглядно доверять мужчинам. Даже если они тебе впаривают про неземную любовь – как правило там еще есть и какая-то выгода.

Я вспомнила Таэрлина, и нехотя кивнула. Хотя проступок эльфа на фоне только что узнанного казался мелким и почти незначительным. Вот уж действительно – все познается в сравнении.

– А теперь мы переходим к кульминации нашей истории! Тут все будет прекрасно! Честно, это самая любимая моя пьеса о любви и идиотизме за последнюю тысячу лет! Йорик принес в жертву свою невесту и трепетно попросил меня… о том, чтобы Сапфира его любила! Так любила, что жить без него не могла! Всегда рядом была и даже на шаг отойти не смела!

Повисла пауза. Я посмотрела на Террахора и поняла, что от публики вновь ожидается какая-то реакция.

– И что ты?

– А я добрый, – вновь просветили меня, на всякий случай, если я после всего услышанного в этом усомнилась. – Я влюбил. Но мой новый Хранитель запамятовал о том, что я оставляю за собой право особо понравившихся просителей… чуть задержать. А так как мой новый друг очень торопился уйти, то пришлось замуровать его в камень. Но я же не зверь какой, так как он герой и воин, я создал ему трон. Правда, выглядит эффектно? Но что-то я отвлекся. Сапфире понадобилось меньше суток на то, чтобы добраться до вершины и обессиленной припасть к ногам своего… теперь уже любимого. О-о-о, как она его обожала, это стоило видеть! – божественный мерзавец восторженно закатил глазки. – И проклинала… и ненавидела, так как все прекрасно осознавала. Но не любить не могла. И от него уйти никуда не могла… знаешь сколько времени драконы умирают от голода, а Тильда?

Я сжала руки в кулаки, всеми силами удерживая рвущиеся из груди слова. Все те слова которыми я могла обматерить этого больного урода. Эту мерзкую сволочь! Даже двух мерзких сволочей…

Я не хотела дальше слышать, потому что и так все было кристально ясно. Но Террахор желал закончить свою историю.

– Долго, ведьмочка. Потому сначала моему бедному Йорику приходилось смотреть как на алтаре разлагается преданная им невеста, а после как умирает, а затем и гниет – возлюбленная Сапфира. Какое-то время он заставлял ее пить его кровь, надеясь так продлить ей жизнь и успеть что-то придумать… но в конце концов она перестала, предпочтя гибель такой жизни. Жизни, которую она будет вынуждена провести с ним, даже если они выберутся из Хаора.

Под каменными сводами повисла трагическая финальная пауза. Я смотрела на тела несчастных девушек, на сошедшего с ума древнего героя вмурованного в трон и ощущала, что мне отчаянно не хватает рядом Жозика. Ситуация была настолько жуткой и беспросветной, что было сложно справиться с ней без оптимистичных комментариев моего белоснежного язвы.

Террахор же не унимался. Выпрямился, развернул плечи и проговорил.

– В общем вот, занавес падает и голос из закулисья… – он понизил громкость и уточнил, если кто не понял. – Мой голос. Декламирует главную мораль этой сказки. Надо быть аккуратнее со своими желаниями.

– Очень поучительно, – мрачно ответила я.

– Я так и знал, что тебя впечатлит.

– Еще как! – чистосердечно согласилась я, так как действительно впечатлилась до конца дней.

– Я рад, – скромно признался боженька, продолжая сидеть на алтаре рядом с трупом и легкомысленно болтая ногами. Не дать ни взять настоящий пацан. – Тильда, а Тильда… чего ты хочешь?

От этого вопроса я на несколько секунд даже потеряла дар речи.

– В смысле?

– Да в прямом, – Террахор оттолкнулся от белого камня, а на пол спрыгнул уже взрослый мужчина. – Ты в моем храме на вершине горы. Ты проложила сюда путь собственной кровью, заплатила за каждый пройденный шаг. Ты у алтаря. Каково будет твое желание?

– Эм… а жертва?

Божественный дракон подшел ко мне вплотную и вкрадчиво спросил:

– Как ты думаешь, зачем мне жертвы и… жрецы? – на последнем слове он махнул головой в сторону заключенного в камне.

Если честно единственный ответ который был сейчас в моей голове звучал как “Потому что ты больной ублюдок!”. Но что-то мне подсказывало, что говорить это в лицо одному из первейших богов было как-то не умно.

Вдобавок он таковым является лишь на мой человеческий взгляд. А Террахор еще более не человек, чем Тирол. Рогатый появился из природной, стихийной силы в которую верили люди, и которая все же ближе к веселому образу с лютиками, цветочками и всеобщим благоденствием.

А Террахор родился в пламени земных недр. И верили в него первые драконы, еще тогда, когда были скорее животными.

В общем – сложно ожидать от мужика человеколюбия и сострадания.

Но так как великий и ужасный не торопился снимать свой вопрос, то пришлось на него таки отвечать.

– Традиции?

– Развлечение. И вовсе не потому, что мне так желается крови и боли, как ты думаешь. Просто вы… люди, эльфы, оборотни, драконы… да не важно кто – было бы тело. Вы испытываете весьма забавный комплекс чувств, который ведет вас по жизни. Как ты можешь догадаться в Хаор суются только отчаянные люди. Всем чего-то дико хочется.

– И вы пытаетесь это понять? – мрачно предположила я.

– М-м-м… возможно и это тоже. Но на самом деле, Тильда – все проще. Вы для меня как театр.

Он щелкнул пальцами и обвел пространство вокруг широким жестом. Фигуры моих друзей внезапно стали полупрозрачными и пришли в движение. И везде, рядом с каждом из них стоял Террахор. С Вирниэлем он беседовал в облике древнего, благообразного старца, над Дэсом возвышался могучим воином, с Хартом общался в облике ребенка. Удивила меня компания Таэрлина. Бог принял облик самого эльфа – вот что хочешь то и думай.

Ну а Жозика держала на коленях какая-то томная девица со внушительным декольте и со слишком знакомыми Террахоровыми чертами! Надо заметить, что только у моего кота на морде не появилось ни малейшего беспокойства по поводу общения с божеством. напротив, он воодушевленно жестикулировал и сейчас показательно разводил лапы в разные стороны.

– Вот так, – раздался вкрадчивый голос бога над ухом. – Я привязан к туманному каньону, Тильда, также как и твой рогатый знакомец к своим лесам. Но в отличие от Тирольских земель тут… мягко говоря немноголюдно. Потому приходится дополнительно агитировать желающих посетить сие дивное местечко.

– Вы их заманиваете желаниями.

– И хочу заметить – честно выполняю свои условия. Так что главная жертва тут – вовсе не та, что умирает на алтаре. Это мысли, желания и стремления, что доблестные герои приносят в своей голове. Надо заметить, что как правило они достаточно банальны, но временами встречаются просто жемчужины драматургии! Как уже рассказанная тебе история доблестного дракона и двух его любимых женщин. Ведь самая ирония была в том, что к невесте он тоже испытывал чувства и даже немного всплакнул когда убивал.

Я не позволила себе отвлечься на эмоции, а задала главный, на мой взгляд вопрос:

– Стало быть вы считаете то, что получили достаточным для исполнения желания?

– Было бы иначе – я бы не спрашивал, Тиль. Так чего ты хочешь на самом деле?

Подняв глаза, я утонула в темном, жутком взгляде и растерянно сказала:

– Я не знаю. Мне вроде как было ничего не надо, только спасти драконенка.

– И все? – идеально вылепленные губы скривились в усмешке, и я мимолетно подивилась, что этот мимический жест не затронул остального лица Террахора. – А как же богатство? Сила? Вечная молодость? Избавление от оков истинной пары, которая так тебе претила. Или быть может ты хотела бы еще раз поговорить со своим братом и удостовериться, что ТАМ ему действительно хорошо.

– А вернуть его можно? – с отчаянной надеждой спросила я.

– Тильда, я же не Смерть, – с чуть грустной улыбкой ответил Террахор. – Так что могу разве что организовать свидание с духом. Хотя… ох, на старости лет становлюсь несколько сентиментальным, потому скажу наперед – все с ним хорошо. Практически ушел на новое перерождение.

– Вы же не Смерть, откуда это известно? – подозрительно уточнила я, мысленно удивляясь своей смелости.

То ли дело было в том, что я уже закалена общением с Тиролом-из-Леса, то ли в общей доброжелательности древнего бога Огня и Войны, но бояться до писка его не получалось.

Так, здравые опасения помноженные на фатализм.

Ну и хорошо, хоть мозги работают, так как нет ничего более парализующего разум, чем страх.

Отмахнувшись от мыслей, что именно сейчас можно, одним ударом избавиться от многих проблем, я решительно заявила:

– Спасибо, что сказали, что с ним все в порядке. А в остальном я справлюсь сама.

Дико хотелось попробовать сбросить ярмо жречества на Тирола, но вдруг тут та же ситуация, что и с бесплатным сыром в мышеловке. Останусь должна по гроб жизни Террахору, а боюсь предложением по быстренькому отдаться ему во имя плодородия дело не ограничится.

Сама справлюсь в общем.

В данной ситуации стоит вспомнить поговорку про уже известное зло.

– Неужели тебе совсем ничего не надо? – продолжал искушать древний.

– Ну, разве что Жозику вернуть былой облик, пусть порадуется, – пошутила я в ответ, и уже серьезнее добавила. – Богатство? Я все же считаю, что деньги нужно заработать самостоятельно, лишь тогда знаешь им цену. Магическая сила? У меня есть ведьминская, о которой многие мечтают, а мне она оказалась совершенно ни к месту, я бы и простой магичкой с удовольствием походила. Молодость? Сложно оценить угрозу старости когда ты еще юна. Ну а с Вирниэлем я уже смирилась. Он хороший и я думаю, что мы сможем дружить.

– Ну что ж, – казалось, совершенно не расстроился Террахор. – Раз с тобой закончили, то предлагаю вновь синхронизировать временные потоки и поприветствовать новое действующее лицо этой весьма интересной пьесы.

– Это кого?

– Бабушка Вераиль! Она конечно припоздала, но мы ей не станем вменять это в вину.

Глава 19

О неуважении к пенсионному возрасту

Синхронизация времени ощущалась весьма странно. Словно резинку натянули до предела, некоторое время держали в хрупком равновесии, а потом резко опустили.

Сначала мне казалось, что все происходит невероятно быстро. Ребята одновременно заговорили, а возле северного входа в храм появилась сгорбленная фигурка Вераиль. За ней виднелась многочисленная толпа защитников. И горгульи, и медведь, и даже какая-то неведомая хтонь.

Хтонь увидела Террахора и грустно ухнула.

– Бабушка, брать чужих животных – это уже наглость, – осуждающе цыкнул Террахор, вновь вернувшийся в облик мальчишки. И погрозил ей пальцем.

Вераиль раздраженно буркнула:

– Еще всякие юнцы меня учить будут!

Светлая ведьма вперила взгляд почему-то в меня и осуждающе заявила:

– Я, конечно, понимаю, что мужики без мозгов, но ты почему позволила очередного пацана тащить непонятно куда?

Э-э-э… Я круглыми глазами посмотрела сначала на ведьму, а после на совершенно счастливого Террахора.

– Прелесть-то какая! Молчи, Тильда, – практически промурлыкал бог, на счет личности которого, скорее всего, еще никогда не ошибались.

Интересно, как она на гору-то забиралась и проходила испытания? Террахор ни разу ей не являлся, что ли? Или выбирал иные облики?

В конце концов Жоза он не поленился порадовать даже своей женской версией, так почему бы не уважить старушку?

Вераиль смерила нас оценивающим взглядом и демонстративно покрутила в руках полосатого игрушечного енота. Едва успев удивиться, я вспомнила, что именно этот облик она придала заколдованному драконенку.

– Не советую делать резких движений, – предупредила ведьма.

– Ты-ы-ы! – прорычал Дэс, шагая вперед. Удержать частичную трансформацию он не сумел. Драконья харя в сплаве с человеческим лицом – поистине жуткое зрелище.

– Экий ты резвый, – покачала головой бабка. Достала трансформационный жезл – точь такой же, как я нашла у нее в столе, – махнула им, и пушистая игрушка превратилась в живого мальчика. Он сразу увидел брата и рванулся к нему, но Вераиль дернула драконенка назад. Ардин уставился на свою руку, зажатую в пухлых пальцах старой ведьмы, и испуганно заплакал.

Вераиль рывком притянула его к себе и показательно поднесла к шее кривой, изогнутый нож, от которого даже с такого расстояния тянуло потусторонней жутью.

Человеческий облик Дэса таял на глазах, и я с ужасом поняла, что старший дракон, кажется, немного поехал крышей. Потому метнулась ему наперерез и повисла на шее. Лихорадочно рванула ворот рубашки, в попытке добраться до кожи. Распластала ладони на покрытой чешуей груди и потянула на себя его ненависть, его злобу, туманившую разум. Прижалась ближе, одновременно успокаивающе что-то бормоча. Слова были не нужны и не важны, я могла с равным успехом петь колыбельную или перечислять словарь оркских ругательств. Главное – каким тоном.

За спиной мерзко хихикала бабка, сквозь смех сообщая, что ее верные слуги сердечные други почему-то не могут последовать за хозяйкой в храм, но она девочка взрослая и справится самостоятельно.

Отчаянно плакал драконенок, мешая мне сосредоточиться и каждым всхипом раздувая костер безумия в разуме Дэса. Дракону хотелось броситься, порвать, защитить, но в этом состоянии мыслить логически он не мог в принципе. Вдвойне мешала трескотня Стеллы, которая нарезала круги вокруг своего хозяина и совершенно бесполезным образом паниковала. А еще обещала подпалить мне волосы, если я не оставлю в покое ее крылатого! Идиотка стихийная!

– Уйди отсюда! – не удержавшись, рявкнула я и, встретившись взглядом со взбешенной элементалью, добавила: – Лучше бы Вераиль что подпалила.

Мелкую девицу словно озарило. Она полыхнула огнем и унеслась в сторону светлой ведьмы, откуда мгновенно раздался визг.

Я все же сумела успокоить дракона. Титаническими усилиями, вытягивая весь его негатив в себя, нарушая все ведьминские инструкции, так как чужие эмоции нужно сбрасывать.

Так что разворачивалась я в бешенстве.

На старушенции полыхала шляпа, а вокруг ее защитной сферы ходили мужчины и проверяли на прочность.

Получилась патовая ситуация. Сфера не могла двигаться вместе с ведьмой, но и добрая сталь в руках эльфов оказалась бесполезна.

– Харт? – Я метнулась к орку, который возмутительным образом бездействовал.

– Щит завязан на резерве драконенка, – ответил степняк. – Разрушить могу, но есть вероятность, что мальчишка умрет.

Именно в этот момент к Вераиль подошел доселе с интересом наблюдающий за происходящим Террахор и доверительно спросил:

– Бабушка, помощь нужна?

Обалдели все.

А бог продолжил:

– Как я вижу – сцена кульминации затягивается, а мне все же хочется активного действия, динамики, так сказать. Как насчет того, что я немного уравняю шансы и запущу в храм вашу свиту?

Все же больной ублюдок!

– Да ты кто такой?!

И очень недогадливая дама.

Террахор усмехнулся. В секунду его фигура внезапно увеличилась в размерах и окуталась туманной дымкой. А когда та рассеялась, рядом с пухлой светлой ведьмой стоял поистине великий и ужасный бог, достойный изображения на фресках в храмах. Тех, где страшный суд изображен, конец мира и тому подобные сюжеты.

– Великий… – с придыханием и фанатизмом в глазах проговорила ведьма. – Я согласна… я на все согласна!

– Даже на жречество? – вкрадчиво спросил до ужасного прекрасный бог.

Где-то за спинам раздался мученический стон Йоира Полночного, но прозвучал щелчок божественных пальчиков – и плененный дракон скрылся в камне окончательно.

– Конечно!

Судя по горевшим глазам Вераиль, она сочла это честью.

Тут на входе в храм пропала невидимая пленка, и мне стало не до размышлений.

В схватку оказались втянуты все. Я старалась не выпустить из вида демонову ведьму и успела, прыгнув, рухнуть ей под ноги буквально в последний момент. Бабка сбросила с алтаря тело предыдущей жертвы, полоснула себя по ладони и впечатала окровавленные пальцы в изголовье белого камня.

– Я начинаю ритуал!

Под сводами раздался оглушительный гонг, а вокруг нас вспыхнула красноватая пелена, ограждая от мира.

Меня, Вераиль, драконенка, которого злобная бабка уже успела положить на жертвенное место и невесть как успевших сюда просочиться Дэас и Жозефина.

– Су-у-ука! – рявкнул дракон, бросаясь на ведьму.

Она швырнула в него заклинание, отчего рыжий взвыл от явно невыносимой боли, падая на камни в нескольких шагах от Вераиль. По могучему телу дракона проходили судороги.

А мгновение спустя сквозь алую пелену прошел Террахор, на глазах трансформируясь в благообразного старца.

– Творение мое… – Его узловатая рука легла на растрепанные, запыленные волосы Дэса. – Сколько ненависти, сколько отчаяния. Хочешь ли ты сбросить ее заклятье?

Бабка словно не видела бога и не слышала его слова. Она отцепила с мявом повисшего на ней Жозефина и отшвырнула кота в сторону. Я прищурилась, увидев, что мой любимец впечатался в магическую преграду и сполз на пол без чувств. Но не двинулась с места. Ощущала, что кот жив, что не позволило впасть в отчаяние, но заставило не торопиться.

Ведьма старая. Сильная. И умная.

– Хочу… чтобы она сдохла, хочу, – хрипел дракон, глядя на старца. – Мучительно, ощущая каждую секунду!

– И на что ты готов ради этого?

– На все!

Угу… а еще у нас пиво есть.

Я наблюдала, как сволочной Террахор получает от дракона обещание служить ему жрецом, и четко осознавала, что похоже никто не слышит, как бог договаривается о том же самом с Вераиль. Словно почувствовав мой взгляд, древний повернул голову и подмигнул.

Театрал, драматург, сволочь первостатейнейшая!

У меня голова шла кругом оттого, что происходило.

Но сейчас стоило подумать о другом. Например, о том, что дракончик уже перестал плакать, очевидно, лишившись чувств, и старая ведьма заносит над ним кинжал.

Права на ошибку у меня не было.

Момент я выбрала верно.

Первое, что сделала, – натянула на нос ведьме ее только что потушенную шляпу и спихнула ребенка на пол, от души рассчитывая на крепкость драконьих костей, а после планировала вывернуть Вераиль руку с ножом… но поняла, что проиграла. Не успела.

Нож торчал у меня из-под левого ребра.

Кровь горячими ручьями лилась вниз, растекаясь по белоснежному камню и впитываясь в него без следа. И я вновь, как по дороге на вершину, ощущала, что вместе с драгоценной жидкостью меня покидает сила. И жизненная в том числе. Слабость навалилась такая, что я с радостью воспользовалась алтарем по назначению. То есть прилегла.

– Жертва принесена! – громоподобно раздалось над головой. – Светлая ведьма Вераиль, чего ты хочешь от меня?

– Молодости! – жадно воскликнула старуха, растерянно озираясь по сторонам, видимо в поисках внушительной фигуры Террахора. – Красоты! – И, чуть подумав, она добавила: – Силы!

– Да будет так!

Ресницы словно свинцовыми сделались, но я все равно отлично видела, как разглаживается от морщин кожа Вераиль, а серые от седины волосы наливаются неукротимой рыжиной, фигура становится тоньше и по девичьи изящней…

Пелена вокруг алтаря рассеивалась. Дэс на руках вытащил брата и передал орку.

Я устало прикрыла глаза, так как все было, конечно, понятно… но почему-то все равно обидно. Наверное, оттого, что я вот так по-дурацки умру.

– Не умрешь, – вдруг раздался насмешливый голос Террахора. – Кровь пролита, ну а зрелищем вы меня обеспечили таким роскошным, что я, пожалуй, буду добр. Вот уже начал добреть, бабушку осчастливил.

“Бабушка” крутилась на месте, радостно осматривая свои новоприобретенные прелести, и хохотала как безумная, воздевая руки к небу.

Дэс рванул к ней, взмахивая мечом, и нанес страшный косой удар, который должен бы был разделить нашу престарелую молодушку на две части. Но сталь отскочила от белоснежной кожи, не причиняя вреда.

Дракон осатанел и ударил еще раз, и еще, и еще…

– Зря стараешься, – прокомментировал бог. – Она теперь жрица. У нее свое наказание.

Эти слова достучались до разума рыжего, и тот отступил, продолжая держать меч в боевой позиции. Откуда-то из воздуха вдруг внезапно упала книга, распахнулась на середине, и на камень сполз засушенный цветок.

Вераиль тихо охнула и села на пол, бережно поднимая томик.

– О-о-о… теоретическая магия, второй курс! – Она села, прижала к груди учебник и как-то очень нежно, уязвимо улыбнулась, касаясь кончиками пальцев засохшего одуванчика. – Меон впервые взял меня за руку и подарил этот цветок…

Вновь негромкий хлопок, и в руки ведьмы упало миниатюрное креслице.

– Мы в нем сидели, – скользя пальцами по обивке, поделилась ведьма. – Он гладил меня по волосам, целовал… и отнес на постель.

Следующим был хрустальный бокал в форме лилии.

Прекрасное лицо ведьмы исказилось от злобы.

– А из него Меон и та темноволосая шлюха пили вино, когда я их застукала!

Ну а вещи все продолжали и продолжали падать. К каждой ведьма подползала, ласково брала и рассказывала о ней. Некоторые гладила нежно-нежно, словно собственных детей, а другие стискивала в пальцах так, словно мечтала сломать, уничтожить.

Я прерывисто выдохнула и тихо застонала, уже не в силах сдержаться. Было ощущение, что в бок раскаленный прут воткнули и, не торопясь, проталкивают его все глубже и глубже.

Залечить рану самой или хотя бы остановить кровь не получалось.

– Тильда! – раздался отчаянный крик Вирни. – Великий Террахор, отдай мне мою избранную!

Боги, какой же смелый мальчик мне достался. Хоть действительно замуж иди.

На какой-то момент, перекрывая обзор, на лоб легла холодная ладонь Террахора, и боль отступила, а к разуму прорвался голос еще одного участника творившейся драмы.

– Верните ведьму, ваша грозная божественность? – вкрадчиво попросил Жозефин.

– А я таки куда-то ее тащу? – фальшиво изумился Террахор.

– Она на вашем алтаре умирает! – взорвался Жозик. – Значит, ее жизнь принадлежит вам в обход Смерти. Не берите!

– М-м-м… – Бог отнял руку, и в моих помутневших глазах прояснилось. – Я и так не собирался ее забирать.

Боль отступала. Я коснулась раны и даже ее нащупала, но теперь это вовсе не производило впечатления смертельного ранения.

Я даже пришла в себя настолько, что туннельное зрение вновь расширилось и получалось сконцентрироваться сразу на нескольких объектах.

Вераиль по прежнему хватала все новые и новые падающие на нее вещи, Таэрлин сражался с ее плюшевыми творениями, его спину прикрывал Дэс, вокруг которого кружила Стелла и жалила огромные игрушки искрами. Несмотря на их маленький размер, животные ревели, словно действительно чувствовали нестерпимую боль.

Возле алтаря стоял Вирни, и на юной мордашке моего избранного проступал испуг пополам с решимостью. Ну а прямо возле бедер сидел Жозефин, в глазах которого плескалась такая буря чувств, что мне даже стало неловко.

– Слава всем богам разом! – Кот потерся головой о мой живот.

– Всем? – удивленно уточнил никуда не подевавшийся Террахор.

– Вам, – поправил себя фамильяр. Сел, обернулся хвостом и серьезно сказал: – Я в жизни так не боялся, Тильда. Не умирай больше, мне совсем не понравилось.

Мой блуждающий по храму взгляд замер на окровавленном кинжале, который еще недавно передавал привет моим внутренностям, и, зябко поежившись, я ответила:

– Мне тоже.

А после подалась вперед, сгребла одной рукой кота, второй притянула к себе Вирниэля и крепко-крепко обняла ребят.

Террахор рассмеялся и сообщил:

– По-моему – это очень похоже на счастливый конец.

Как раз в этот момент коротко вскрикнул Таэрлин, которого все же достали клыки защитников старой ведьмы. Угу, не у всех он счастливый, видимо.

Бог про это тоже подумал, а потому повернулся, на ходу вновь превращаясь в благообразного старца в соответствующей его величию хламиде и, широко разведя руки, хлопнул в ладоши.

– Хватит!

Звуковая волна прокатилась по помещению, сшибая с ног.

Но если все мои друзья (к счастью) и по-прежнему поглощенная своим хламом ведьма (к несчастью) не пострадали, то игрушки замерли в неестественных позах и больше не шевелились.

Террахор обвел нас внимательным взглядом темных, как сама бездна, глаз и проговорил:

– Поздравляю вас, дошедшие до вершины Хаора и принесшие жертву. Священная кровь принята, служение обозначено. Пришло время награды! – Он шагнул ко мне, и посмотрел… на Вирниэля. – Чего ты хочешь, наследник рода Вечно Зеленой Сосны?

Эльфик несколько секунд подумал, и на его лице сменилось несколько выражений: от мечтательности до надежды и разочарования. А потом он поджал губы и решительно сказал:

– Спасибо, о великий Террахор, но мне ничего не надо. Я отказываюсь от желания.

Взор божества пал на меня.

– Тильда Ронберг… с тобой мы уже беседовали на эту тему. Ты не передумала?

– Я уже сказала – единственное, что я не могу сделать сама, это вернуть моему фамильяру человеческий облик. Помнить себя иным и быть в теле животного – страшно. Потому, если возможно и он сам тоже желает…

Я даже закончить фразу не успела, как Жоз спрыгнул на пол и решительно заявил:

– Желаю! Еще как желаю!

– Учту. – По губам древнего скользнула усмешка, и он повернулся к Таэрлину. – А ты, глава рода Белого Шиповника?

– И я ничего не хочу, о великий, – каким-то бесконечно усталым голосом проговорил Таэрлин.

– Совсем-совсем? – наигранно изумился первейший дракон. – Столько прекрасных вещей есть! Ты можешь попросить корону Эльхима… власть, силу, магию, наконец!

Таэрлин не удержался и покосился на трупы предыдущих просителей, которые напрочь отбивали охоту быть облагодетельствованными высшей силой.

– Думаю, мне хватит того, что я имею.

– А как же любовь? – уже откровенно издевательски осведомился Террахор, видимо усевшись на своего любимого конька. – Такая замечательная девочка Тильда, которая тебе действительно очень нравится. Хочешь, подарю тебе ее любовь?

Я со смесью страха и возмущения уставилась на сволочное божество. И перевела взгляд на Таэра, вложив в него все тот же страх и мольбу.

Любить кого-то мне крайне не хотелось, если честно. Особенно после красочной истории Сапфиры Темной.

Несколько секунд я пристально следила за сменой чувств во мшистой зелени эльфийских глаз, а потом Таэр опустил ресницы, грустно улыбнулся и ответил:

– Я откажусь.

Шаман хлопнул его по плечу и коротко поклонился богу, не дожидаясь вопроса:

– И мне ничего не нужно!

– Какие вы все скучные, – осуждающе заметил Террахор и посмотрел на кота. – Жозефин, может, хоть ты оживишь обстановку?

– Да не вопрос! – щедро пообещал Жоз нам всем веселый досуг и озвучил желание: – Сделай из Стеллы бабу нормального размера!

– Что?! – гаркнули мы хором.

Кажется, все были в шоке, только лицо древнейшего дракона расплылось в радостном оскале. Трескотню Стеллы никто не понимал, но в ней тоже слышались счастливые нотки.

– Зачем?! – гневно воскликнул Дэс. – Она же элементаль – они не бывают большими.

– Ты видел, как она на тебя смотрит? Пусть у девчонки будет шанс! – парировал Жоз.

– Да за ней все охотиться будут! Единственная на весь мир же!

– Так ты и защитишь, маленький, что ли?

– Я же дал клятву стать жрецом! – взвыл рыжий дракон. – Я тут останусь.

– С чего ты взял? – деловито уточнил Террахор.

– Эм…

Мы все озадачились и дружно посмотрели на трон с Йоиром Полуночным, единственным наглядным образцом жреческой доли у Террахора.

– Исключение из правил, – пояснил бог. – Он загадал такое желание, что я просто не мог отпустить его. Это нужно было наблюдать вживую! Вы же слышали, какие страсти, какой накал! А так-то… Зачем мне жрец, не вылезающий из Хаора? Он мне в мире нужен!

Т-т-театрал, мать его.

– Хорошо, – медленно кивнул Дэс, чуть светлея лицом. Видимо, он уже успел попрощаться с жизнью и приготовился к вечности в муках. – А как тогда сбудется мое желание, о великий?

Я посмотрела на Вераиль. Светлая ведьма словно сошла с ума. Она не замечала никого и ничего, кроме постоянно падающих ей в руки вещичек. Некоторые она обращала в совершенно другие предметы по-прежнему зажатым в тонких пальцах жезлом, а другие ласково поглаживала в изначальном виде. Иногда отвлекалась, но лишь на то, чтобы посмотреть на себя в наколдованное зеркало. Коснуться гладкой кожи лица, поправить буйные рыжие локоны, улыбнуться алыми губами…

– Что-то не похоже, чтобы она помирала, – озвучил общие сомнения Жоз. – Тем более мучительно и ощущая каждую секунду. Вдобавок она еще и твоя жрица теперь.

– Все не так просто, – по губам древнейшего скользнула усмешка. – Присмотритесь внимательнее. Вераиль!

Ведьма вскинулась и повернулась. И… я, прищурившись, отметила, что теперь она почему-то не производит впечатления юной девицы, почти девчонки. Да, красивая, но… молодая женщина.

С потолка на сей раз свалились не несколько предметов, а целый домик. Такой знакомый изящный кукольный домик… Рухнул на пол, а новоиспеченная жрица счастливо рассмеялась и бросилась к своим очередным пожиткам.

Перебирала, прижимала к груди, а другие отшвыривала, злобно ругаясь. И… теперь она уже была похожа на весьма зрелую даму…. а спустя несколько минут в рыжих косах появились первые нити седины.

– Что происходит? – прошептал Вирни.

– Награда и наказание одновременно, – невозмутимо ответил Террахор.

Еще несколько домиков появились рядом с ведьмой, что была уже не просто пожилой, а древней старухой. Но она все равно бережно перебирала свое барахло. И ее сокровища, бесценные и бессмысленные сокровища, попрятанные по всему Эльхиму, буквально выпивали ее. Вытягивали молодость, красоту, магию, саму жизнь…

Это выглядело не столько жалко, сколько жутко. Особенно когда старуха на коленях подползла к зеркалу и завыла, колотя сухонькими кулачками в безжалостное стекло:

– Не-е-ет. Не-е-ет! Где она? Где я? Это не я!

Но с небес упал новый домик, и отражение было забыто, пока из него не достали все-все вещички до единой. А после снова начались рыдания, и наигранно сочувствующий голос Террахора вопросил:

– Ну зачем же так убиваться?

– Молодость… ты обещал мне молодость!

– И она с тобой. Стоит наконец-то перестать цепляться за хлам. Сможешь? Или этот миленький засохший цветочек тебе дороже?

В его руке появилась увядшая роза, и Вераиль взвизгнула:

– Отдай! Отдай, это мое!

Я поежилась и ощутила, как на плечо легла ладонь, безмолвно меня поддерживая.

– А вы уходите! – приказал Террахор. – Все, надоели! Тебя, дракон, я позову, когда будешь нужен.

Мы послушно направились к выходу из храма, и оглядываться я не стала.

Стоило нам пересечь порог, как меня ослепила яркая вспышка. Я зажмурилась, прижала к лицу ладони, но теплые сильные пальцы почти сразу потянули мои руки вниз. И не отпустили, продолжали держать, когда я распахнула ресницы.

Уже знакомые, чуть раскосые карие глаза смотрели на меня в упор. Глаза того самого молодого мужчины, которого я сочла иллюзией в Пещере Правды. Разве что без кошачьих ушей и хвоста и в обычной походной одежде.

– Жоз?..

– Ага, – весело согласился мой бывший кот. И очень серьезно добавил: – Вообще-то меня зовут Кларенс. Так что привыкай.

А в двух шагах от нас стояла, запустив руки в пламенеющие рыже-красные волосы, прехорошенькая девица в алом коротком платье. Тоже зажмурившаяся.

– Стелла?.. – спросил Дэс. С таким изумленным недоверием, что девица расхохоталась, одарила дракона синим всполохом взгляда и прыгнула на него, обхватив руками и ногами.

– Больше никаких баб, ты понял?! – заявила она очень высоким, пронзительным голоском. И с любопытством наблюдавший за ней маленький дракончик хихикнул.

А у меня почему-то мелькнула дурацкая, менее всего подходящая к ситуации мысль.

Пиво-то мы богу не отдали.

И хорошо! Мне определенно надо чем-то сгладить впечатление!

Глава 20,

в которой решается, как жить дальше

Две недели спустя

Геройские подвиги – дело выматывающее. А еще позволяют какое-то время не думать о будущем разной степени светлости и сосредоточиться на моменте “здесь и сейчас”.

После того как мы спустились с Хаора, Дэс очень звал нас в свой драконий домен. Показать родителям героев, освободивших его брата, закатить в нашу честь грандиозную гулянку и тому подобные излишества.

Но мне почему-то казалось, что это будет… дань должному, что ли. Объективно, скорее всего, семья драконов будет сидеть со своим обретенным ребенком, боясь даже выпустить его из поля зрения, ну а что мы? Ехать туда ради того, чтобы поесть, напиться и похвастаться?

Не знаю, как друзьям, а мне рассказывать о том, что произошло в храме, не хотелось.

Так что Дэс с братом и Стеллой полетели к себе домой, а Харт телепортировал Таэрлина в Эльхим и сообщил нам, что хочет немедленно вернуться в родные степи. Битва с иллюзорными женами взбодрила мужика и даже заставила заскучать по гарему.

Вирниэль категорически отказался ехать в эльфийский лес, на что Таэр лишь махнул рукой и заявил, что пока еще не прощается. Я лишь кивнула, понимая, что беседа с остроухим лордом остается насущной необходимостью для того, чтобы окончательно разрешить нашу с ним ситуацию.

Да и, если честно, была благодарна. Он действительно мог на горе пожелать моих чувств, но не стал этого делать.

В общем, мы остались втроем.

Вирни, я и Жозик, к которому все равно намертво прилипло его кошачье имя, так как ну какой из него, к демонам, Кларенс?!

Смотреть на фамильяра в человеческом облике было странно и немного стеснительно, но первые же дни дороги до столицы сгладили ситуацию. Жоз остался Жозом. Наглым, умным, чутким и… наверное, любящим.

Его эмоции читались во взглядах, в жестах, в поступках. И мне от осознания этого было как-то очень тепло. Жозефин являлся самым близким и дорогим мне существом.

А еще он по-прежнему оставался фамильяром, и я даже не знаю, как можно это объяснить. Мы все равно были магически связаны.

Также я прекрасно помнила про еще одну магическую связь.

Тирол-из-Леса.

Поскольку отпущенный им месяц еще и близко не вышел, я решила, что для начала стоит съездить в столицу и показать дядюшке большую фигу на тему его матримониальных планов. Тоже мне придумал, Таэрлину сбывать. Притом на момент их разговоров на данную тему – Таэр вообще был женат! Жуть же!

* * *

На момент приезда в городской особняк дяди не оказалось в городе, потому мы несколько дней пожили в свое удовольствие.

Я показала Вирниэлю столицу человеческого государства, не со стороны пафосных рестораций и дипломатических приемов, а со студенческой. И, судя по всему, мальчишке она очень понравилась. Вирни уже думал на тему того, чтобы остаться здесь учиться, благо университет искусств у нас один из лучших даже на межрасовом уровне. Талант эльфенка тут несомненно смогут развить и огранить.

В этих экскурсиях мне очень помогал Жоз, который, разумеется, знал все злачные и интересные места. Притом сначала бывший кот вел себя спокойно и по-дружески, и я уже успела подумать, что наши отношения никак не поменяются. Ну путешествовала я раньше с кошаком, а теперь буду с сильным магом, какая разница, если все равно друг.

Наивная я, не так ли?

Мы сидели за столом. Вирни пытался перевести взгляд со стакана с медовухой на нас, но позорно вползал обратно. Наконец у него это получилось, и эльф вперил взор в Жозефина.

– К-к-кла… карла… Кларенс! – наконец-то выдал эльфенок, и я, не удержавшись, в очередной раз захихикала. Полное, оригинальное имя моего фамильяра по прежнему вызывало именно такую реакцию.

– Да? – спокойно спросил бывший кот… и положил руку мне на колено.

Уже чутка выпившая я возмущенно уставилась на доски стола, под которым и происходило это непотребство.

Вирни тем временем продолжал высокоинтеллектуальные разборки.

– Жозом буду называть, – наконец решил парнишка. – Мне к-к-кажется, что ты у меня Тильду пытаешься увести.

Наглая лапа под столом погладила коленку и скользнула выше, на бедро, безо всяких слов демонстрируя, что таки да – собирается.

Я даже отстранилась и удивленно посмотрела на эту самую руку. А после на Жоза, с такой наглой, совершенно кошачьей ухмылкой, что вновь захотелось съездить ему промеж ушей. Это, конечно, не так удобно, как раньше, но, может, хоть действенно.

– Ты же мой друг! – возмущенно выдала я. – И фамильяр!

Ответил мне почему-то Вирниэль:

– Одно другому не мешает. Но, Тильда, скажи, какой подлый человечишка? Маг… Магичишка!. Ты моя избранная!

Я переложила руку Жоза на лавку. Она невозмутимо легла обратно на мое колено. Снова удивленно посмотрела на мужчину. Он с улыбкой пялился на меня, и почему-то это дико злило.

Обратилась я к эльфенку:

– Вирни, ты не переживай, ему все равно ничего не светит.

– Да-да, – поистине глумливым тоном согласился Жозефин. – Повторяй это чаще.

Лапищу он с моих ног убрал, но не успела я облегченно (и немного разочарованно) вздохнуть, как придвинулся чуть ближе и аккуратно, почти невесомо провел пальцами по полоске коже на пояснице, под чуть задравшейся рубашкой.

Внизу живота вспыхнуло пламя, я подавилась и непроизвольно с легким стоном выдохнула, изумленно распахнув глаза.

– Оу… – многозначительно выдал фамильяр. – Как интересно.

Наверное, если бы он продолжил приставать, то я бы не выдержала, и мы на пару с вином в крови, дали бы блудливому кошаку достойный отпор. Все же кот есть кот, хоть сто раз он теперь человек.

– …Тильда, как ты считаешь? – прорвался к моему разуму грустный голос Вирни.

– Эм?.. – к моему стыду, я все прослушала.

– Тиль… – с откровенной обидой в голубых глазах протянул эльф. – Я тут тебе душу изливаю, а ты где-то витаешь.

От маленького, почти семейного скандала меня спас Жозефин.

– Да просто на твой вопрос так сразу не ответишь. Давай еще раз, что ты считаешь в своей проблеме краеугольным? По пунктам, а то эмоций было много, а подробностей мало.

Ух, я еще и “много эмоций” пропустить умудрилась. А все этот кошак!

– Да что тут краеугольного… – махнул ладонью Вирни и заглянул в уже опустевшую кружку с медовухой. – Я просто не знаю, что мне делать. Вся жизнь была посвящена тому, что рано или поздно я стану у руля клана. А воспитание наследников… довольно специфическое. Нас не учат тому, за что платят деньги в большом мире. Комфортные для меня деньги.

– Нужное уточнение, – хмыкнула я. – А сам чего желаешь?

На самом деле вопрос пристраивания Вирниэля к какому либо делу стоял довольно живо, ибо я всерьез опасалась, что мальчишка со скуки может вернуться к своей идее о женитьбе.

– Сам не знаю. Может, путешествовать, может, учиться…

– А может, и в эльфийский лес вернуться, – в том же тоне добавил Жоз и в ответ на возмущенный взгляд парнишки и невысказанное “Да с чего ты взял?” уточнил: – Ты по-прежнему пишешь ей стихи и даже рисуешь портреты.

– Да… да как ты посмел?!

– Ты рассеянный, – пожал плечами кот, критически оглядывая закуски на столе, и, определившись, взял гренку и макнул ее в соус. – Часто забываешь в гостиной папку. Через раз она открыта.

– И ты, конечно же, сунул нос!

– Ну я по-прежнему любопытен, – ничуть не устыдился Жоз. – И сложно не совать нос, если портретик прям на видном месте.

Я внимательно посмотрела сначала на спокойного, как омут, блондина, потом на покрасневшего от гнева эльфенка и решительно пресекла назревающий скандал:

– Тогда, раз вы не знаете, что делать со своей жизнью, то предлагаю сначала помочь мне.

– Ну я как раз таки очень даже знаю, что делать со своей жизнью, – мурлыкнул мне на ухо фамильяр, бессовестно заглядывая в вырез рубашки. И вроде сколько раз он делал совершенно то же самое в кошачьем облике, еще никогда его не хотелось за это пришибить!

– Жоз, сосредоточься, – угрожающе протянула я.

– Да-да, глазки у Тильды выше, – ехидно добавил остроухий. – И стоит помнить, что татуировка истинной пары все еще на ее запястье.

– Ладно. – Кот со вздохом отстранился и спросил: – Хочешь поискать что-то на Тирола?

– Хочу. Через две недели я должна вернуться на капище.

– Тогда у нас времени еще меньше, все же туда еще ехать. – Вирни нахмурился и озадаченно потер бровь. – И с чего думаешь начать?

– Конечно же, с библиотек. Хорошо бы получить доступ к ведьминским хранилищам, но чего нет того нет. Вдобавок сомневаюсь, что данные о том, что именно ведьмы раньше были жрицами, хранятся в свободном доступе. Да и вообще предполагаю, что они скрывают истоки своих сил.

– А в обычных библиотеках эти книги прям на развалах лежат? – скептически скривился Жоз.

– А мне не нужны какие-то жуткие секреты. Лишь исследовательские труды.

– В общем, в ближайшие дни нас ждут литературные раскопки, – подытожил Вирни.

На этом мы переключились на другую тему.

И первое время Жозефин даже вел себя прилично!

А потом снова стал… неприлично. То якобы случайно потрогает, то слишком близко наклонится и обожжет горячим дыханием голую кожу, то мурлыкает своим вкрадчивым голосом самые банальные вещи… но с такими интонациями, что почему-то краснеешь и сбиваешься с мысли.

Я вроде и понимала, что меня самым низким образом соблазняют, но даже злиться толком не могла, как и всегда, на этого гада. Видимо, данное свойство было характеристикой личности, а не пушисто-хвостатого обличия.

Я косилась на него, но решила, что так как мы по прежнему партнеры, то личные отношения мне не нужны. И я даже про это сказала! И он даже кивнул! Сказал, что конечно-конечно, только дружба.

Но стоило мне увериться в этой мысли, как “друг” зажал меня в первом же коридоре.

Коридор был темным, фантазия богатой, а руки и губы Жоза нежными и настойчивыми. Сначала я упиралась кулаками в его широкие плечи, но уже через несколько секунд обнимала в ответ.

Целовался он просто божественно.

Да что там, у меня имеется даже опыт поцелуев с богом, но тогда меня накрывало одновременно стыдом и каким-то пронзительным, неестественным удовольствием. А сейчас я словно растворялась… в запахе его кожи, в осторожных прикосновениях к моему телу, в которых все равно читалась огромная жажда.

– П-п-подожди… – я уперлась руками в сильные, неожиданно широкие плечи.

Он действительно остановился и замер, бережно привлекая меня к груди. И спросил:

– Почему?

От удивления я даже совершенно спокойно посмотрела в глаза мужчины, хотя мне всегда казалось, что сразу после поцелуев это будет неловко.

– Ну я… мало тебя знаю.

Красивые губы Жоза сложились в мягко говоря скептическую усмешку.

– Мы вместе несколько лет.

– Ты был котом!

– И что?

Боги, такое обезоруживающее удивление! Он действительно не понимает?

– Кот – это одно, а мужчина – совсем другое. Я воспринимаю тебя иначе. И вообще… – Я уже почти отчаялась, но внезапно осенило: – Кошки! Как мне строить отношения с человеком, который недавно находил привлекательными животных?!

Судя по тому, что меня отпустили и даже на шаг отошли, я затронула неприятную для фамильяра тему.

– Во-первых, я тоже был животным. И поверь, пока рос котенок, которого ты забрала из ведьмовского храма, никаких проблесков ума и тем более памяти не наблюдалось. А после… С чего ты взяла, что я с ними… был прям был? Кошки с кошками, между прочим, могут играть, просто греться друг о друга, и, в конце концов, на эту тему можно бесконечно шутить, чем я и занимался.

– То есть великих чувств к той же Корице не было?

Что-то кажется, что мне суют фиалки за уши…

– Как кошка она потрясающая, но я уже был слишком человеком. Вот тут, – он мягко перехватил мою руку и поднес ее сначала к своему лбу, а потом к губам, согревая пальцы дыханием. – Еще возражения?

Надо заметить, что предыдущее было моим главным козырем, но чутка поразмыслив, я панически выдала:

– Мы слишком повязаны для того, чтобы вступать в отношения.

– Хм, детка, у нас и так отношения. Давно уже. Сейчас речь идет, скорее, о том, чтобы добавить в них нечто несомненно приятное. – Этот подлец вновь оттеснил меня к стене, скользя руками по талии и ниже, находя уже проверенное нежное местечко на пояснице.

– Да как ты не понимаешь?! – отчаянно воскликнула я, всеми силами стараясь не растечься под прикосновениями поганца как мороженое на летнем солнце. – Мы не сможем расстаться безболезненно! Я не смогу уйти просто так.

– Во-о-от, пошло уже что-то похожее на правду. – Он отстранился ровным настолько, чтобы взять меня за подбородок одной рукой, безжалостно заставляя смотреть ему в глаза. – Ты просто боишься, Тильда. Боишься хоть кого-то допускать к себе, так как тебе отчаянно страшно потом потерять этого человека. Сама мысль о том, что отношения закончатся, тебя ужасает настолько, что проще их даже не начинать. Притом гарантирую, что даже ухаживания Таэрлина потерпели такой фееричный провал именно по этой причине. Блистательный эльф казался тебе слишком интересной кандидатурой, вдобавок не обещающей любви до гроба, а стало быть – автоматически шел лесом.

– Жоз!

– Что Жоз? Я тебе скажу больше: Вирни ты бы с годами смогла все же рассматривать как мужчину. И опять же по той простой причине, что ваши прекрасные татуировочки говорят о том, что вы вполне совместимы. Так что не прошло бы и двадцати лет, как у него появился бы шанс затащить тебя в постель! И то, скорее всего, после того, как ты лично, как образцовая опекунша, не подобрала бы мальчишке парочку хороших девочек, чисто чтобы попытаться отделаться.

– Жозефин!

– Нет уж, сладкая, слушаем дальше. – Он наклонился так близко, что злой шепот почти касался моих губ. И я одновременно ужасалась словам, которые били в самую суть, и млела от едва ощутимых прикосновений, рассыпавших искры по коже. – А дальше у нас, Тильда, – наши отношения. Знаешь, я почти уверен, что если бы я был простым блохастиком с улицы – ты бы ко мне не привязалась.

– Да что ты из меня непонятно кого делаешь?! – наконец возмутилась я.

– Ты хорошая, – вдруг успокоился Жозефин. – Просто тебе страшно. К коту ты привязалась по двум причинам. Во-первых, он был магически одарен, то есть мог себя защитить, а во-вторых – к тебе привязан. Видимо, этого оказалось достаточно для того, чтобы панически боящаяся потерь маленькая девочка в твоей душе разрешила себе привязанность. Пойми, милая, я не восьмилетний мальчик и меня сложно убить. И я по-прежнему связан с тобой магическими узами, а стало быть, никуда не денусь. И не захочу, глупенькая, так как кроме всего вышеперечисленного я тебя еще и люблю!

Я лишь всхлипнула в ответ и позорно разревелась.

А сильный, смелый… и, наверное, мой мужчина, прижимал меня к себе, гладил по волосам и шептал в макушку какие-то успокаивающие глупости.

И я действительно ощущала себя рядом с ним… спокойно. Защищенной, надежной и любимой.

Это казалось странным, но мне очень хотелось привыкнуть.

К тому, что я действительно не одна.

Глава 21

О том как заканчиваются сказки и начинается жизнь

– Нашла что-то? – устало спросил Вирни, пересаживаясь за мной стол и отодвигая стопку томиков.

– Неа… – Я грустно посмотрела сначала на стопку, а потом на шеренгу стеллажей с книгами по мифологии. К сожалению, в главной столичной библиотеке присутствовал некоторый бардак, а потому материалы по различным верованиям стояли вперемешку. И тирольские легенды, и человеческие, эльфийские, драконьи, а также мифы и бредни с соседнего континента.

– Библиотека в Эльхиме получше будет, – в унисон моим мыслям вздохнул Вирниэль. – Может, сьездим?

– Можно и съездить, – задумчиво кивнула я и, бросив на парнишку острый взгляд, спросила: – Встречи с мамой не опасаешься?

– Шутишь? – невесело хмыкнул эльф, нервными движениями теребя кончик косы. – Я боюсь! В иллюзиях Террахора с ней можно было сражаться хотя бы. В реальности вряд ли получится вручить маменьке меч и защищать свое мнение сталью.

– Угу… она будет плакать, – вспомнила я театральные способности прекраснейшей лоэры Цирилль. – Мужа бы ей! Такого, как Харт.

Вирниэль распахнул красивейшие голубые глаза и откровенно расхохотался. Глядя на лучившийся взгляд, легкий румянец на щеках и блестящие в свете солнца серебряные волосы, я уже в который раз подумала, что когда парень вступит в пору зрелости, то с ним мало кто сравнится.

А если уж вспомнить, какой внутренний стержень таится в этом эльфе, то остается лишь порадоваться и за него, и за его избранницу.

– Представляю маменьку в стойбище, – утирая выступившую от смеха слезу, простонал Вирни. – Сидит, выделывает шкуры или кашеварит…

– Будет старшей в орочьем гареме! – подхватила я.

– Думаю, Харт тогда вообще перестанет появляться в степях. Поселится у Таэрлина и разорит его запасы пива и раков.

– Кстати… а ты давно знаешь о том, что они тоже истинные?

– Да сразу. По ауре видно, что у эльфа есть пара. Ну а когда к нам приехал орк, то вообще все стало понятно. Помнится, я здорово оскорбился тогда…

– Почему?

Я подперла щеку кулаком, с интересом слушая рассказ Вирни и пользуясь такой прекрасной возможностью сделать перерыв в мифологических раскопках.

– Я был совсем маленьким и дико злился, потому что Таэр не любил маму и никогда этого не скрывал. Она же не всегда была такой, Тиль… Просто сложно годами жить с мужчиной, который не видит в тебе жену и про это знает весь высший свет. Думаю, ей приходилось нелегко. Вот характер и испортился…

– Ну… – Я мучительно раздумывала, как бы помягче выдать эльфу свое честное мнение. – Мне кажется, что из любой ситуации можно выйти достойно.

Сложно стать истеричкой на пустом месте! Судя по поведению Цирилль, она та еще манипуляторша!

– Верно. В общем, возвращаться мне действительно боязно. Хотя бы потому, что противно вспоминать каким я был под влиянием мамы. Капризный как невесть что…

– Тебя воспитывали именно так, – философски ответила я. – Если твердить кому-то, что он пуп мира и самая сладкая булочка в Эльхиме, притом все слуги вторят словам госпожи…

Вирни внезапно сжал мое запястье, то самое, где под рукавом вилась татуировка, и горячо сказал:

– Я очень тебе благодарен! За все!

– Да ладно… – смутилась я и попыталась вытащить ладонь из цепкой эльфийской хватки. – Просто в поход вытащила. И то ты вариантов мне не оставил!

– Не просто, – посерьезнел парень. – Мы прошли большой путь, я многое понял… я наконец-то почувствовал, что такое ответственность.

– Да, пусть на вершину располагал.

Я нахмурилась, ощущая, как портится настроение.

Все, что произошло в Хаоре, являлось несомненно полезным и нужным, но лишь самый больной извращенец сказал бы, что это приятно!

Загрузиться нам не позволил появившийся в главном читальном зале Жозефин. Сегодня он в первой половине дня отлучался по своим делам. Бывшему коту нужно было как-то оформить свою личность, так как жить совсем уж без документов нельзя. А ветеринарный паспорт тут вряд ли сгодился бы!

– Чего грустим? – Жоз развернул стул от одного из соседних столов и оседлал его задом наперед.

Мы ответили одновременно:

– Ничего не нашли.

– Тильда Хаор вспомнила.

– Оу, – в ясных глазах фамильяра мелькнуло понимание, и он с обезоруживающей улыбкой заявил: – Я знаю, как поднять вам настроение!

– И как же?

– Пара хвостиков радужной рыбки – и хандры как не бывало!

Я улыбнулась и вложила руку в протянутую ладонь. Жозефин сильным рывком поднял меня и на несколько секунд прижал к себе, удерживая в объятиях.

– Кажется, для большего эффекта нам не хватает сметаны, – прошептала я, запрокидывая голову и теряясь в постепенно темнеющем взгляде мужчины. – Помнится, у тебя это был универсальный рецепт.

За спиной раздалось выразительно покашливание эльфа, а потом возмущенный голос:

– Хватит приставать к Тильде!

– Не хватит, – совершенно спокойно сказал Жоз, глядя на него поверх моей головы. – Но мы обсудим твои возможные возражения позже и наедине.

– Но… – попытался возмутиться эльфенок, но бывший кот подкупил его коварным:

– Как мужчина с мужчиной!

Много ли пацанам надо? Пообещай воспринимать его как равного, и все – можно веревки вить.

Кстати, Жозиков рецепт хорошего настроения действительно сработал! За обедом мы обсудили возвращение моего дяди, которое должно было состояться буквально завтра или даже сегодня вечером, и процесс превращения кота в гражданина.

Я требовала заодно сменить и имя, так как демоново «Кларенс» по-прежнему никак не ассоциировалось у меня с котом. Тот сопротивлялся, заверяя, что так его назвала мама и вот. Вирни в ответ ехидно поинтересовался, как же мама называла нашего кота в детстве, и перечислил несколько вариантов, из которых “Кларочка” был самым безобидным.

Жоз в ответ назвал парня “Вирочкой”, на том и разошлись.

Конечно, бывшая Жозефина ничем не лучше, но я уже как-то привыкла…

Воспользовавшись оказией, я поинтересовалась личностями родителей столь примечательного, недавно хвостатого субъекта и получила ответ, что мы непременно поедем к ним знакомиться, но, видимо, нескоро, так как для этого придется пересечь несколько границ. Как оказалось, мама и папа эмигрировали после казни Кларенса, но очень ждут в гости в любом виде. Жоз почти сразу, как обрел разум, с помощью одного из студентов отправил им послание, что все хорошо. Насколько тогда это было возможно.

Но все приятное рано или поздно заканчивается, потому и нам пришлось вернуться в рудники знаний.

И повезло мне уже под закат, когда я притянула к себе энный по счету фолиант, совершенно не рассчитывая найти-таки в пустой руде золотой самородок. Но, открыв огромный том, я практически подпрыгнула от удивления и предвкушения. На первой странице значилось: “Записки Тирерия Бронского о путешествии по Тирольским землям”.

Этнография! И не абы кого, а весьма известного дракона, который любил лично совать нос в быт малых народов. И датирован как раз теми годами, когда эльфы еще не двинулись войной на тиролов.

Спустя час я наткнулась на бесценную информацию, которая гласила, что жрица покидает пост либо по велению бога, либо умирая, либо… выходя замуж. Оказывается, Тирол не ограничивал своих жриц в любовных связях, но они обязательно должны были быть незамужними.

Также Тирерий описывал очень интересный случай, когда одна из младших жриц тайно выскочила замуж за какого-то оборотня и ничего ей за это не было. Почему тайно? Оказывается, дело даже не в страхе перед богом, а, скорее, из-за давления общины. Жрица – это почет. А тут бац – и отступница в семье! Но девушка не шибко расстроилась, а собрала нехитрый скарб и уехала в деревню оборотня.

В общем – мне нужно замуж!

Особенно сладким было милое уточнение, что в идеале Тирол-Из-Леса должен был сам отпустить девушку на ложе к другому мужчине. Вот так и сказать: дозволяю тебе раба моя, с ним того-этого! Спать.

Я потерла ладошки, вспоминая, как неосмотрительный Рогатый выдал мне полный карт-бланш в отношении кота.

В общем, в следующий раз Жоза зажимала в коридоре уже я и в перерывах между поцелуями предлагала на себе жениться. Добавила, что чисто фиктивно и, ежели что, на его свободу я никак не претендую. Меня впечатали в стену, поцеловали так, что я забыла про дыхание, и угрожающе сообщили, что против фиктивности кот резко возражает и как раз он на мою свободу очень даже претендует.

К ближайшему жрецу мы решили идти следующим же утром, чтобы не тянуть. И чтобы совсем уж сделать богу хорошо, думали обвенчаться в храме Природы. Конечно, у меня были некоторые опасения на тему того, а не разгневается ли Тирол, но, с другой стороны, он же наверняка не хочет очередного конфликта со своей божественной бывшей? А рушить созданные ею узы брака как-то нехорошо.

Про то, что Природа подумает о моем бракосочетании не с посланным мне избранным, я старалась не думать. В конце концов избранность – это действительно, скорее, метки для важных друг для друга существ. Чтобы обратили внимание и не прошли мимо.

Но сделать все быстро и просто не получилось.

* * *

– Тильда, так нельзя! – Дядя стоял посреди моей комнаты и потрясал руками и словами, пытаясь достучаться до моего здравого смысла.

– Можно, – не согласилась я, аккуратно складывая нижнюю юбку одного из платьев.

Все же как хорошо, что он задержался. Мы успели сделать все дела без нравоучений.

– Ты только что вернулась, а уже собираешься непонятно куда!

Я затянула ремешки на чемодане, в который запихала все нужное для дальней дороги, и повернулась к дорогому родственнику.

– Как это непонятно? Я собираюсь замуж. А после замужа – в Большие Тинники.

В промежутке еще на Тирольское капище, но эти детали дяде знать не обязательно.

– За кого?! – отчаянно взвыл он и открыл уже рот, чтобы подробно высказаться на тему избранника, но не успел.

– За меня, – Жоз, очевидно наслаждающийся ситуацией, любезно помахал нам из кресла, в котором устроился.

Недовольный Вирни, стоявший у окна, не поленился вставить свои пять медяков:

– Хотя я тоже предлагал!

Я осуждающе посмотрела на избранного и в который раз сказала:

– Мы уже обсуждали причины.

Кроме очевидных, в плане согласованного на ложе кота, но несогласованного эльфа, были и другие, но озвучивать их эльфенку я не стала.

– Тильда, он же проходимец! Ты только посмотри на лицо – аферист же! – возопил дядюшка.

Лицо у фамильяра действительно было такое, что только в воры и подаваться – притом высшей категории.

И сразу понятно, что работу он свою нежно любит!

– Мне подойдет, – заверила я дядю и продолжила сборы. Стоило родственнику вернуться, как он снова попытался перехватить вожжи управления моей жизнью и разогнать из нее всех тех, кто его не устраивает. Только Вирни соглашался оставить, и то, ручаюсь, что скоро родственник отправит послание в эльфийский лес и сюда примчится Цирилль с носовым платком наперевес. Будет рыдать и умолять сыночку вернуться, уверяя, что он разбивает материнское сердце на кусочки.

– Тильда Ронберг! – прогремел магистр, решив зайти с козырей. – Как глава рода, я велю…

– Я совершеннолетняя, – напомнила в ответ и, повернувшись к дяде, решительно заявила: – И за Таэрлина не пойду, и не мечтайте! Мы с ним уже все обсудили, и я, дорогой мой дядюшка, прекрасно знаю о твоих низких планах.

Дяде хватило совести замолкнуть, смутиться и отвести взгляд.

– Тиль… я хотел как лучше, и достопочтенный лоэр очень хорошая кандидатура.

– Он был женат! – взвыла я, вновь ощущая, что наступают мне сейчас на больную мозольку. Все же в моей голове не укладывалось это. – Вдобавок если ты думаешь, что он не думал о том, стоит ли ему жениться на ведьме человеческого происхождения, – то ошибаешься!

– Тильда…

– Ох… – Я отбросила гнев, шагнула вперед, сжала руки старика в ладонях, проникновенно заглядывая ему в глаза, и тихо проговорила: – Я уже большая. Я сильная и смелая. Самостоятельная. У меня все будет хорошо, меня не нужно опекать самому и не обязательно сдавать кому-то с рук на руки для этих целей.

– Девочка моя… – По изрезанному морщинами лицу вдруг пробежала слеза. – Я просто боюсь потерять еще и тебя. Боюсь не уберечь.

Порывисто обняв родного человека, я шептала ему на ухо все, что приходило мне в голову. Сбивчиво, но очень искренне. Что я прекрасно понимаю его чувства, так как меня саму до сих пор не отпускает наша давняя потеря. И страх привязанностей лишь недавно стал разжимать цепкие ледяные когти. И это случилось благодаря именно вот этому, казалось бы, раздолбаистому мужчине. Он хороший и меня любит. А еще я тоже его люблю. В любом виде, в любых ипостасях.

В общем, нам все разрешили. И отпустили, и благословили.

Но дойти до храма так легко и просто все равно не получилось!

Когда мы уже стояли в холле и прощались, в дверь постучали, а спустя пару минут наш дворецкий торжественно возвестил, что к леди Тильде явились гости!

Странные такие.

Я уж успела удивиться, каких именно личностей может находить странными этот непробиваемый человек, как практически с ходу получила ответ. Наглядный.

На пороге стояли Харт и Таэрлин.

И по отдельности, что один, что другой выглядели достаточно органично. Эльф в расшитом камзоле, с длиннющей косой и аккуратной папочкой в руках, и орк в кожаном доспехе и со свисающими с шаманского посоха перьями.

Но вместе!..

– Ведьмуля! – радостно возопил орк, шагая вперед и вручая дворецкому свой посох. – Посторожи! Тильда, прыгай в мои объятия!

Я и прыгнула! Все же это приятно, когда тебя как пушинку подкидывают, ловят и держат на вытянутых руках позволяя всласть поболтать ногами.

– Здравствуй, Тильда, – мелодично поздоровался Таэр, глядя на меня с затаенной грустью.

– Кошара! – Харт по-прежнему не стеснялся в громких проявлениях чувств. – Смотрю, окончательно освоился?

– Да! – Жоз с широкой улыбкой приблизился и обменялся рукопожатиями с новоприбывшими. – А вы какими судьбами?

– Мне надо было в столицу на заказ, а Таэрлину к вам. Вот и захватил безмагичного нашего телепортом, ну и подумал, что надо заскочить поздороваться! Эльфеныш, что ты там за Тилькой прячешься, иди сюда! На горе он не стеснялся, а тут стесняется!

Потом орк развернулся к дяде, и еще пара минут ушла на знакомство и взаимные расшаркивания.

Визитерам любезно предложили чаю, но Харт отказался, под предлогом того, что торопится и заскочил буквально на минутку. Он махнул рукой и, напомнив Таэру, где его найти, если понадобится, забрал свой посох и ушел, утянув с собой еще и Жозика. На пару мужских слов, как сообщил!

Таэрлин же покрепче сжал папочку и сказал:

– А я не откажусь. И если это не будет наглостью, достопочтенный мэтр, то я хотел бы побеседовать с вашей племянницей наедине.

– Нет! – воспротивился, как ни странно, Вирниэль. – Все, что хочешь сказать, – говори при мне!

– Вирни… – Я просительно посмотрела на избранного. – Тут действительно есть много недосказанного, и не все из этого хочется говорить при ком-то еще.

– И с тобой я тоже хотел бы побеседовать, но чуть позже, – добавил Таэр.

На том и порешили.

Я пригласила светлейшего лоэра в нижнюю гостиную, где проворная горничная уже расставляла изящный фарфоровый чайный сервиз. Также в центре высились вазочки с эклерами и конфетами.

Как образцовая хозяйка, я по возможности элегантно разлила чай и поставила перед гостем. Он внимательно изучил цвет напитка, поднял чашку, поднес к губам, но, так и не глотнув, поставил обратно. Развернул, чтобы ручка смотрела в другую сторону.

Я минутку любовалась на всю эту пасторальную картину, а потом устала.

– Великий лоэр, блестящий ум, завидный жених Эльхима. К чему эта занимательная игра в растерянность?

Он поднял на меня зеленые глаза, слабо улыбнулся и ответил:

– Ты не поверишь, но это не игра. Просто я посчитал возможным не скрывать эмоции.

– Почему же? – светским тоном осведомилась я, выбирая из вазочки наиболее привлекательную пироженку и запуская в нее зубы.

– Знаешь, это весьма интересно, уже постфактум осознавать, что ты проморгал, возможно, самую интересную женщину последнего десятилетия жизни. Вот оно, осмысление упущенных возможностей! – Он все же отпил и отсалютовал мне чашкой. – Прекрасный сорт, мне нравится. Так вот, Тильда, для меня это ощущение действительно новое. Раньше такие потери я ощущал лишь на политической арене, а тут…

– А тут, собственно, оно и есть, – ехидно ответила я, ни капли не проникнувшись раскаянием прекрасного эльфа. – Ты ведь сына-ведьмака хотел. Чистокровного, а в идеале и не одного, так как ведьмы, будучи людьми, фертильны гораздо более эльфиек. Мог бы возвыситься, а обломалось!

– Не без того, – и не подумал смущаться Таэр, но тотчас обаятельно улыбнулся и, чуть склонив голову, лукаво поинтересовался: – Но неужели ты считаешь, что если бы я был таким уж корыстным, то не согласился бы на предложение Террахора?

Если честно, то само упоминание этого божественного театрала вызывало у меня головную боль!

– Думаю, что у тебя была перед глазами наглядная иллюстрация последствий чьих-то “хотелок”. И, в отличие от Дэса, тебе не до такой степени было это все нужно.

– Вижу, ты тверда в своих убеждениях, – помолчав несколько секунд и что-то высматривая в моих глазах, вздохнул глава рода Белого Шиповника. – Потому я не буду упорствовать, лишь надеюсь, что время нас рассудит. А сейчас хочу сказать одно: я сожалею, что все случилось именно так. Что я не рассмотрел и не понял, как лучше к тебе подходить. Что судил шаблонно.

– Хорошо, – я лишь кивнула, ощущая огромное желание наконец-то закончить этот неловкий разговор.

Таэр, видимо, отлично это видел, так как тоже кивнул и уже совсем иным, деловым тоном сказал:

– Также у меня поручение от родителей Дэса.

– У тебя? – удивленно хмыкнула я.

– Да. – Он вернул мне усмешку. – Так как по последним данным ты была под моим патронажем, то благодарности тоже направили мне. Итак… во-первых, вот письмо, я полагаю, что с благодарностями. А вот та же признательность, но в более весомом эквиваленте. Чек на определенную сумму и свидетельство о собственности на дом в Нэосе. Думаю, это Дэс заметил, что тебе там понравилось.

– Но за что?! – потрясенно выдохнула я, не в силах уложить все сказанное в голове.

– Шутишь? – недоверчиво осведомился эльф. – Ты почти умерла на том алтаре, Тильда. Пожертвовала собой ради их сына. При всей драконьей бережливости в плане сокровищ, к благодарностям они относятся серьезно.

– Ясно…

Я смотрела на протянутую мне папочку как на неопознанный артефакт. Вроде и интересно, и в руки брать боязно. Но лоэра это мало интересовало, он просто сунул мне ее в ладони, поблагодарил за уделенное время и попросил позвать Вирниэля.

Выйдя из гостиной, я вернулась в свою комнату и с опаской взглянула на бумагу с “определенной суммой”. Оная потрясала.

Оказывается, умирать не только дорого, но еще и прибыльно!

Спустя минут пятнадцать в дверь постучал задумчивый Вирни. Он сел на кровать рядом со мной и нервно сцепил пальцы. Я помолчала, позволяя парнишке самому начать беседу.

– Он звал меня вернуться, – наконец разродился новостями избранный.

– Оу… даже вперед Цирилль приехал.

– Уверяет, что не говорил маме, где я. Но взывал к долгу наследника перед своим родом. Матушка пошла в разнос и бездумно тратит сбережения, раз уж получила к ним неограниченный доступ. Раньше Таэрлин спонсировал ее желания из своего кармана и не позволял скупать все, на что падал взгляд. А сейчас…

– Ограничивающий фактор исчез, – вздохнула я. – И какова вероятность, что светлейшая лоэра пустит род по миру?

– Большая, – вздохнул в ответ Вирни. – Я, конечно, немногим лучший управленец, чем матушка, хотя бы из-за того, что не имею опыта. Но Таэр уверял, что поможет. Вдобавок сказал, что лично мне от драконов причитается какое-то вознаграждение и я имею право не вносить это в казну рода. А как приумножить деньги, он тоже меня научит. Говорил что-то про акции и инвестиции в проекты гномов…

– Ему виднее, – пожала я плечами. – Ты поедешь?

– Да, – грустно кивнул парнишка, с тоской глядя в окно. Там, в солнечном мареве ясного дня над жестяными крышами возвышались башни университета искусств. – Я должен.

– Ты все еще успеешь. – Я сжала его ладонь. – Что такое для эльфов несколько лет? Поправишь дела, приструнишь мамашку и вернешься.

– Не называй ее так грубо, пожалуйста, – чуть нахмурился Вирниэль. – Все же она дама и леди.

– Как скажешь, – покладисто согласилась я. – Ты собираешься отбыть с Таэрлином?

– Это не до такой степени срочно, – улыбнулся в ответ избранный. – Так что я хочу поприсутствовать на вашей свадьбе и поехать в Эльхим с вами.

Я прижалась к боку эльфенка и довольно вздохнула, ощущая, как он обнимает меня за плечи.

Все же как это здорово, когда есть друзья.

А мы не просто друзья. Мы избранные.

Это не всегда любовь, иногда это гораздо больше.

Глава 22

Свадьбы и боги

Мы все же пошли в храм Природы!

Высокие своды, свет, падающий сквозь окна и дробящийся на разноцветные лучики в витражах. Красивая, отстраненно-спокойная жрица. И несмелая радость, что расправляла крылья в душе, стоило заглянуть в глаза самого лучшего, самого невозможного мужчины напротив. Моего мужчины.

– Назовите имя того, кого берете в спутники жизни! – звучно произнесла жрица.

– Тильда, – проникновенно начал Жоз, поднимая руку и ласково касаясь пряди моих волос, выбившейся из под церемониального платка.

Платье я надела первое попавшееся, которое соответствовало по цвету и претендовало на торжественность, а вот платок пришлось покупать.

– Кларенс, – закусив губу от смеха, проговорила я.

Когда я начну относиться к этому имени спокойно, а?

– Что вы обещаете друг другу? – продолжила ритуал жрица.

– Веру, – начал Жоз.

– Поддержку, – ответила я.

– Любовь, – твердо проговорил фамильяр, сжимая мои пальцы в ладонях.

– Участие, – чуть запнулась я и покраснела.

– Счастье, – открыто улыбнулся бывший кот.

– Спокойствие в доме.

– Страсть в постели.

Вот бесстыдник!

– Вкусную еду, – мстительно ответила я.

– Страсть на кухне! – ухмыльнулся Жозефин.

Я возмущенно округлила глаза.

– Пор-р-рядок.

– Хм, страсть к порядку? – всерьез задумался блондин.

– Доверие!

– Верность, – уже серьезнее ответил мой… практически муж. Ой, мама.

– Верность, – согласилась я с ним.

– Достаток. Все, что в моих силах. Любовь, – с бесконечной нежностью повторил Жоз.

И в его глазах было столько всего… я даже не могу это осмыслить, не то что описать.

С губ невольно сорвалось слово, которое я еще никогда не говорила:

– Любовь.

Где-то над нами запели птицы, а воздух словно заискрился светом, и на плечи упали непонятно откуда взявшиеся лепестки белых роз. Священнослужители восторженно зашептались: “Благословенный брак!” “Чудо какое”, “Не может быть, всего третий раз на моем веку”.

Везет же мне на все благословенное.

– Кларенс, вы можете поцеловать Тильду в знак заключаемого союза, – мягко проговорила жрица.

Мой муж… да, уже муж. Он бережно привлек меня к себе и потянул с волос покрывало. Коснулся бесконечно нежным поцелуем лба, потом кончика носа, обеих щек и наконец накрыл губами губы.

Мне кажется, я плакала. От счастья, от разрывающей душу нежности, от того, что одновременно и верила и не верила во все происходящее.

Жоз привлек меня к себе, погладил плечи и шепнул на ухо:

– Ну вот, а ты любить боялась. Все хорошо, когда взаимно.

Я лишь кивнула, вытирая мокрые щеки.

Но вдруг в глазах потемнело, и последним, что я услышала, был испуганный голос Вирни и взволнованный мужа.

* * *

Капище в этот раз уже не выглядело таким радужным и прекрасным, как обычно. Если в одну из последних встреч с Тиролом я видела грозу в отдалении, то сейчас оказалась в ее эпицентре. Ветер свистел и безжалостно гнул деревья, дождь хлестал злыми струями, притом настолько сильно, что каждое прикосновение отдавалось болью.

– Как ты посмела?! – громоподобно взревел знакомый голос.

– Эм… – начала я, думая, как бы пережить гнев божества.

– Ты-ы-ы… я дал тебе столько всего, а ты низко меня предала!

– Я всего лишь вышла замуж, – поспешно возразила я.

– Говорю же – предала!

– Ты же сам разрешил!

Даже ливень чуть стих, видимо, Тирол Рогатый не на шутку озадачился.

– Явись, пожалуйста, – тотчас воспользовалась затишьем я. Все же беседовать, когда видишь собеседника, – проще.

Сначала появилась огромная серебристая змея. Притом в этот раз она была настолько гигантской, что если бы распахнула пасть – могла бы поглотить меня целиком. И совсем бы не подавилась, да-да.

Змея неторопливо скользила по капищу, замыкая своим телом круг и все складывая и складывая кольца, пока наконец я не осталась в кромешной темноте. Лишь сверкала чешуя на боках, что непрерывно двигались вокруг.

Из мглы сложилась мужская фигура. Темнота словно впиталась в нее, и пространство вокруг стало светлее. Я зябко поежилась. Одно дело – знать, что вокруг змея, а иное – вживую видеть эту бесконечную чешую со всех сторон. И понимать, что стоит ее хозяину захотеть, как эти кольца расплющат нерадивую жрицу в лепешечку.

– Говори, – холодно велел Тирол.

А у меня словно язык парализовало. Я думала, что подготовлю к этой встрече речь, где аргументированно докажу, почему я не могу занимать отведенную должность, но очень сожалею, раскаиваюсь и так далее.

Но вместо пространной речи выдала лишь:

– Ты разрешил кота.

– Что?! – вновь взревел чрезвычайно гневливый сегодня лесной бог.

– Ну помнишь, мы говорили… ты сказал, что единственный, кого одобряешь в моей постели, – мой кот. А так как я девушка приличная, то с кем попало в постели не могу и потому…

– И потому ты выскочила за него замуж. Да еще и в храме этой стервы!

Темные глаза Рогатого вновь крайне нехорошо потемнели, и в них начали вспыхивать алые искры, что испугало меня до жути!

– Прости, пожалуйста, – сжалась я и быстро затараторила, наконец поняв, что именно настолько взбесило Тирола. – Просто я боялась, что любой другой брак тебя не впечатлит.

– Ты оказалась права – этот впечатлил дальше некуда. Она его еще и благословила! Наверное, увидела, что на тебе моя метка принадлежности, и не поленилась лично сделать гадость.

– Хочешь, мы второй раз у тебя обвенчаемся? – тотчас предложила я.

Несколько секунд Тирол смотрел мне в глаза, а после покачал головой и усмехнулся.

– Вот никак не пойму, то ли ты наглая, то ли бестолковая.

Я сделала шаг, другой и искренне сказала:

– Если я случайно вас обидела и разочаровала – простите меня, пожалуйста, Тирол-Из-Леса. Вы чудесный бог, и какая-нибудь девушка будет счастлива вам служить, она найдет в этом радость и призвание. Но не я. Отпусти меня, пожалуйста, о лучший мужчина в моей жизни?

– Подхалимка, – погрозило мне пальцем божество. – Точно не пожалеешь? Я заберу все свои дары, и ты не сможешь больше стать моей жрицей.

– Я буду нести это бремя с честью! – поспешно заверила боженьку.

– Хорошо, хитрая лиса. Я снимаю с тебя обязательства. Ты свободна. Но слово сдержи – приведи своего кота на венчание в мой храм.

– Если вы пообещаете, что ничего плохого ему или мне не сделаете, – тотчас выдвинула я встречное условие.

– Ведьма, да ты совсем уже… – даже с некоторым восхищением покачал головой Тирол.

– Ну тогда приду, как умирать соберемся.

– Наглая девчонка. Ладно, все будет у вас хорошо. Благословляю тебя, ведьмочка Тильда. И дарю тебе душевное спокойствие. Ты больше не будешь бояться потерь и не станешь цепляться за новообретенного мужа и его любовь. Поверь, мужчинам это полезно.

– Спасибо, – растерянно пробормотала я, не зная как относиться к такому нежданному подарку. – Но… почему?

– Секрет, – подмигнул Тирол и хлопнул в ладоши.

Стена чешуи осыпалась сверкающими бабочками. Они разлетелись в разные стороны, а потом вновь метнулись ко мне и заключили в кокон, мельтеша перед глазами, убаюкивая, затягивая…

– Пусть у тебя все будет отлично, смелая ведьмочка. А я подожду твою дочь, такие гены не должны пропадать!

Вот гад!

* * *

В глаза било солнце, а в уши вопли.

– Тиль?! Что же делать-то теперь?!

– Вирни, для начала успокоиться, – раздался усталый голос Жозефина. – Судя по косвенным признакам, у моей молодой жены опять беседы с его божественностью Тиролом.

– “Молодая жена”, – передразнил его эльф. – Только сочетались, а уже отмечаешь.

– Конечно, – не смутился фамильяр. – Мне вообще это словосочетание нравится. Но если оно будет в форме “моя молодая жена”, то вообще отлично. Кстати, она очнулась. Солнышко, как все прошло?

Я села и, оглядевшись, поняла, что мы все еще в храме и я лежу на одной из лавочек.

– Нормально. Он меня отпустил и даже не слишком лютовал.

– В обмен?

– Чтобы мы пришли и обвенчались повторно под сенью его храма.

– Хм… в целом несложно. А где подвох?

– Может, его и нет? – понадеялась я.

– Хотелось бы, но это же боги. Кстати… если учесть, что обратно на капище уже не надо, то, видимо, прямо срочно уезжать нет необходимости.

– О, мне очень нравится эта мысль. – Взгляд молодожена так выразительно прошелся по моей фигуре, что я смутилась.

А потому добавила!

– Но в целом стоит подумать, куда мы хотим поехать.

– Вы не станете меня провожать? – огорченно вытянулась мордашка Вирниэля.

– Станем, – дружно пообещали мы.

– Но потом… через пару дней, – уточнил кот. Посмотрел на меня еще раз, глаза его потемнели, и ответ дополнился: – А лучше через неделю. Сходи пока в университет, узнай что как. На будущее!

– Жоз! – вновь покраснела я.

– Ему полезно.

Кларенс подхватил меня на руки, чуть подбросил, добиваясь испуганного вскрика, а потом радостного смеха, и вынес из храма. Я устроилась поудобнее на руках у мужа и с прищуром смотрела в синее небо. Удивительно яркое сегодня солнце слепило глаза и настраивало на хороший лад.

Я справилась. Закончила свое приключение, нашла любовь, друзей и научилась самостоятельно справляться со своими проблемами.

И в планах у меня – медовый месяц. А потом Большие Тинники!

Надо же все-таки узнать, что там за грибы.

Content

Александра Черчень
Любовь зла! Город драконов

Глава 1. Про амбициозные планы и личные отношения

Глава 2 Дом градоправителя Луэжела

Глава 3 Про лесных богов и очень странные сны

Глава 4, которая проливает свет на наши неприятности

Глава 5 Воссоединительная, а также информативная!

Глава 6 О драконьих интригах и эльфах-мерзавцах

Глава 7 Об откровенных разговорах и совести

Глава 8 О мужских претензиях и городе драконов

Глава 9 Город драконов, моральные терзания и плата за информацию

Глава 10 В которой особо ничего не происходит

Глава 11, рыночно-закупательная

Глава 12 О подарках и древних легендах

Глава 13 О радужном небе и совсем не радужных, но полезных снах

Глава 14 Сюрпризы от Туманного Каньона

Глава 15 О разных целях и разных эльфах

Глава 16 Иллюзия или реальность?

Глава 17 О доверии и ответственности

Глава 18 Чего ты хочешь в награду на самом деле?..

Глава 19 О неуважении к пенсионному возрасту

Глава 20, в которой решается, как жить дальше

Глава 21 О том как заканчиваются сказки и начинается жизнь

Глава 22 Свадьбы и боги