Андрей Сидоров, Юрий Мюн

Предназначение. Книга 1. Часть 3

Пролог

Два человека сидели в легких креслах, поставленных на балконе, на самой верхотуре донжона замка, и, греясь на летнем солнышке, попивали вино из тонких стеклянных бокалов и вели неторопливую беседу. Беседа протекала вполне себе мирно, что свидетельствовало о том, что беседующие, если и не друзья, то, как минимум люди, симпатизирующие друг другу. А в данном случае, их еще связывало и предстоящее общее дело.

Глядя со стороны, трудно было найти людей, настолько различающихся, как по комплекции, так и по манере поведения. Один из них был худощав, носил волосы до плеч и говорил, не пытаясь облечь слова в какие-то приятные для слуха формы. Короче, он вел себя, как воин-простолюдин, не стесняя себя правилами этикета.

Второй же, был полным, с румяным лицом записного добряка, с мягкими манерами и осторожной, тщательно продуманной манерой речи, то есть, в противоположность своему собеседнику, был скорее интриганом, чем воином.

Однако, человек, доверившийся своим впечатлениям, навеянным их внешним видом, сделал бы большую ошибку, возможно даже, последнюю в своей жизни, потому что худощавый слыл самым хитрым и безжалостным из всех владетелей Вольных баронств и, в отличие от полного, его не боялся!

Полный же, хоть и слыл хладнокровным, как змея, отчаянно боялся своего собеседника, прекрасно понимая, что в интригах тот даст ему сто очков форы и все равно выиграет. Именно поэтому он очень тщательно следил за сказанными им словами.

Отдавая дань традициям, они поговорили о погоде, о видах на урожай и только потом перешли к интересующим их обоих темам.

— Лон, — делая солидный глоток из своего бокала, обратился один из них к своему собеседнику, — у меня уже все готово, мы ждем только твоего сигнала на выступление.

— Еще рано, Клом, — чуть поморщившись от напора, прозвучавшего во фразе его собеседника, отрезал Лон. — Еще рано!

— Послушай, — вдруг каким-то вкрадчивым тоном сказал тот, кого назвали Кломом, — я слышал, что пропал барон Засс. Сведения, конечно, не проверенные, но я склонен этому верить.

— Склонен верить! — немного ворчливо пробурчал его худощавый собеседник, отзывающийся на имя Лон. — Этим новостям уже скоро месяц, а вы, барон, только склоняетесь к тому, чтобы им поверить! Быстрее нужно ориентироваться!

— Дело не в том, как я ориентируюсь! — зло воскликнул Клом, забывшись, но его собеседник вообще никак не прореагировал на его вспышку, только, подняв бокал, начал разглядывать барона через него.

Через минуту опустив бокал и задумчиво покрутив его в руках, он примиряюще произнес:

— Полно, барон, не кипятитесь, не стоит принимать мои слова так близко к сердцу!

Он усмехнулся.

— Просто я хотел сказать, что уже давно слышал об этом и предпринял кое-какие шаги, чтобы прояснить обстановку.

— И что? — его собеседник успокоился и, глядя на своего собеседника своим знаменитым, холодным равнодушным взглядом, отчего многие сравнивали его со змеей, он пытался понять, какую игру начал хитрый лис, сидящий в кресле напротив него.

— А скажите, барон, — Лон вдруг осклабился и пристально взглянул на собеседника, — вы, совершенно случайно, не посылали в баронство Засс отряд своей гвардии, состоящий из десятка человек, командует которыми некто, откликающийся на кличку Скорпион?

Барон Клом спокойно выдержал взгляд своего худощавого собеседника, и только после того, как отпил из бокала вино, решил ответить.

— Превосходное вино! — с энтузиазмом воскликнул он. Барон Лон, в ответ на его реплику, раздвинул губы в кривой улыбке. Глаза его при этом не улыбались.

Его собеседник, столкнувшись с ним взглядом, слегка вздрогнул, что не осталось незамеченным и поспешил продолжить.

— Так все же, барон, вы закажете купцу пару бочонков для меня? — продолжал гнуть свое Клом, держа марку.

Барон Лон задумался. Все это было неспроста! Он знал о своей славе в баронствах, как и то, что все, абсолютно все Вольные бароны, если его не боятся, то опасаются — точно. И тут, вдруг, такой пассаж! Нет, он не имел ничего против своего собеседника, тем более, что вскоре они собирались породниться через брак его среднего сына с младшей дочерью Клома, но вот такое поведение, обычно очень осторожного собеседника, настораживало.

— Мы же уже с вами, барон, говорили на эту тему, и я твердо пообещал, что сделаю купцу дополнительный заказ. Мои люди его уже нашли и заказ сделан, так что осенью, дорогой барон, ждите!

— И сколько я должен? — барон небрежным движением закинул в рот несколько ягод, лежащих на блюде.

— Я вам обязательно отвечу, — слегка раздраженно произнес его собеседник, — как только вы ответите на мой вопрос.

— Да полно вам, Лон, — Клом небрежно махнул рукой, с зажатым в ней бокалом, отчего вино плеснуло через край. — Вы задаете вопрос, на который прекрасно сами знаете ответ!

— И все же, мне хотелось бы услышать его от вас! — упрямо наклонив голову, худощавый пристально смотрел на своего собеседника.

— Извольте! — пожав плечами, полный с видимым удовольствием отпил из бокала и блаженно откинулся в кресле. — Да, посылал. Именно отряд из десятка гвардейцев, командиром поставив Скорпиона. Вас это почему-то беспокоит?

— Представьте себе, барон, меня это беспокоит! А беспокоит меня это потому, — худощавый перешел с нормального тона на шепот, который звучал довольно зловеще, — потому что твои гвардейцы чуть не напали на моих ребят! Ты вообще представляешь, чем бы все это могло закончиться?

— А сколько ты послал своих ребят? — с любопытством поинтересовался Клом.

— Полусотню. Командир — Стонек, — Лон пристально разглядывал в бокале что-то, видимое только ему. — Так что, вырезали бы мои твоих, как курей и Скорпион со своим «ядовитым хвостом» им бы не помог. Раздавили бы его!

— А ты откуда про «ядовитый хвост» знаешь? — полюбопытствовал Кром. — Я тебе об этом никогда не рассказывал!

— Ты мне — нет, не рассказывал, а вот твои бойцы… Особенно, когда поднаберутся, а вокруг будут благодарные слушатели… Так что, этот секрет уже давным-давно не секрет. Я тебе не говорил, просто расстраивать не хотел, но защиту против него мои бойцы придумали, так что, недолго твой скорпион махал бы своим хвостом!

И, довольный своей речью, барон Лон радостно захохотал.

Барон Клом скривился, как будто съел что-то кислое, но удержался от резкости, только тихонько пробормотал:

— Вернусь, найду этих говорунов!

И многозначительно скрипнул зубами.

Его собеседник, радостно хохочущий над своей же шуткой, эту пантомиму пропустил. Впрочем, даже если бы он ее успел заметить, его эти разборки никоим образом не касались.

— Барон, — внезапно, резко прервав смех, Лон в упор взглянул на своего собеседника, — а можно поинтересоваться, с какой целью вы их туда направили и какое задание им поручили?

Клом отвечать не торопился. Он отпил лоток вина, прикрыв глаза от наслаждения, посмаковал его, гоняя по рту, потом проглотил, открыл глаза и наткнулся на насмешливый взгляд своего будущего родственника.

Пока Клом, делая вид, что наслаждается вином, судорожно соображал, что ответить своему собеседнику и насколько правдивой должна быть информация, тот просто сидел и крутил в руках бокал с вином, с любопытством ожидая ответа. И, глядя в его насмешливые глаза, Клом понял, что ему известно, если не все, то очень многое, и лучше отвечать честно, ничего не утаивая.

— Я им сказал оглядеться в баронстве и, если слухи правдивы, то рассмотреть возможность захвата баронства моей дружиной, — честно признался он, но увидев полный иронии взгляд собеседника, посчитал правильным пояснить:

— Если барон Засс и впрямь убит, а слухи говорят именно об этом, то захватить это баронство большого труда не составит. Вот я и подумал, если все так, то, может, ну его, баронство Смел, а захватим для наших детей баронства Засс! Это будет намного проще, а оно не хуже баронства Смел, а даже в чем-то и получше будет! Что думаете, барон?

И он с вызовом уставился на худощавого, предвкушая его потрясение. Но, к большому удивлению барона Клома, его собеседник, как лениво потягивал из бокала вино, слушая его вдохновенную речь, так и продолжал его потягивать, никак не реагируя на предложение.

— Ну, что же, — наконец, поставив бокал на широкий подлокотник, худощавый наклонился вперед и впился взглядом в пухлого собеседника. — В принципе вы сделали все то же, что и я, просто у вас изначально хромало воображение!

Барон Клом возмущенно вскинулся, но барон Лон поднял руку в останавливающем жесте и продолжил:

— Я предлагаю отвоевать оба этих баронства!

И, увидев протестующий взгляд собеседника, добавил:

— Да-да, я знаю, сто вы хотите мне сказать, барон! Однако, задумайтесь над тем, что те дети, которых мы с вами вскоре поженим, не последние у нас!

И он с удовольствием уставился на пораженного Клома.

— То есть, вы, барон, — все еще не веря услышанному, решил переспросить барон — предлагаете поженить еще и других наших детей?

— Естественно! — фыркнул Лон Дрекст. — Насколько я помню, у вас есть неженатый сын? Ну, а у меня есть незамужняя дочь…

Теперь уже фыркнул Клом.

— Ага! А ничего, что моему сыну шестнадцать, а вашей дочери всего восемь?

— Ну и что? — философски пожал плечами барон Дрекст. — Барон, годы пролетят, вы и не заметите! Пока мы можем просто совершить помолвку, а годика через четыре, ну, пусть лет через пять-шесть, можно уже говорить и о свадьбе. А пока, нам с вами придется поднимать баронство, которое после нескольких месяцев безвластия наверняка придет в упадок! Так что, как раз к свадьбе мы это баронство приведем в нормальный вид!

— А чего так долго-то? — удивился Клом. — Да за пять-шесть лет из баронства можно ого-го, что сделать!

— Это только так кажется, барон! — резко осадил его Лон. — Сколько вы готовы вложить в это баронство?

— Э-э-э… — явно замялся Клом.

— Вот и я о том же! — воскликнул барон Дрекст. — Если не в ущерб своему баронству, то я смогу выделить не такую уж большую сумму, да и вы, барон, тоже, а потому процесс подъема экономики баронства затянется. Это неизбежно! Вы согласны со мной, барон?

Его собеседник кивнул головой.

— Пожалуй, да, вы правы, барон. Значит, мы захватываем оба баронства? — еще раз уточнил Клом Бирез. И после короткого энергичного кивка, продолжил:

— А у нас хватит сил, чтобы захватить сразу два баронства?

— А нам не надо захватывать оба баронства одновременно. Сначала захватим одно, потом другое. Все будем делать постепенно.

Клом Бирез понимающе кивнул и не удержался от вопроса:

— И какое будет первым?

Его собеседник тонко усмехнулся, что на его простоватом лице с крупными чертами смотрелось удивительно, и сказал:

— Первым будет баронство Смел, и если нам повезет, то и единственным.

— Не понял! — помотал головой барон, как бы пытаясь расшевелить свои мысли. — Вы же только что сказали, что мы завоюем оба баронства!

— Так оно и будет, барон, — успокаивающе произнес Лон, — мы завоюем два баронства, а вот воевать будем только за одно, особенно, если вы тоже мне поможете!

— Ух! — Клом сделал большущий глоток из бокала и немного капризным тоном произнес:

— Барон, вы совсем меня запутали! То мы берем два баронства, то одно, то берем два, а воевать будем только за одно… Я уже ничего не понимаю!

— А на самом деле, все очень просто, дорогой барон, — широко улыбаясь и в душе посмеиваясь над непонятливостью своего собеседника, пояснил Лон Дрекст, — в баронстве Смел нам придется воевать, так как от посланных мной людей вестей нет, а это значит, что у них что-то не получилось, а вот в баронстве Засс все может получиться гораздо проще. Я поручил Стонеку собрать вокруг отряда как можно больше недовольных, или присоединить к себе каких-нибудь бандитов и взять штурмом город Засс.

Увидев, что Клом хочет что-то сказать, он отрицательно мотнул головой и продолжил, не давая тому вставить слово.

— От бандитов, после взятия города будет нетрудно избавиться, при этом заслужив благодарность горожан. Догадываетесь как, барон?

— Ну-у… — протянул тот задумчиво, подняв глаза к небу, — мне кажется, что да, догадываюсь. Вы предполагаете, что бандиты, взяв город, займутся привычными им вещами — грабежами и убийствами. Так?

Его собеседник утвердительно кивнул головой.

— А ваши бойцы, убивая разбойников и спасая горожан, прослывут защитниками и заступниками. Таков план?

— Да, все верно, — согласился с ним барон Дрекст, — именно так я все и задумывал.

— А чем я могу вам помочь, как вы говорили? — поинтересовался Клом Бирез.

— У вас ведь есть связь с вашими людьми, я имею в виду Скорпиона? — не отвечая на его вопрос поинтересовался Лон.

— Да, есть, — осторожно подтвердил Клом.

— Ну и отлично! — обрадовался барон Дрекст. — Прикажите своим людям присоединиться к моим. Вместе им будет проще контролировать тот сброд, что они бросят на штурм города, да и потом избавляться от них будет проще.

— Да, пожалуй, вы опять правы, барон! Но должен признаться, что у вас получился довольно коварный план! Если все пройдет так, как вы задумали, то мы получим баронство без особых разрушений и, может быть, восстановление его экономики не потребует столько средств!

— Об этом даже не мечтайте, дорогой барон! — насмешливо перебил его собеседник. — Засс был мотом и бабником, и своим баронством не занимался. Вообще никогда, насколько я знаю. Он тупо сбросил все дела на управляющего, а сам только гулял да тянул золото из баронства, и все!

— Ой дура-а-ак! — обхватив голову руками простонал барон Клом.

— Вы чего, барон? — удивленный и обеспокоенный собеседник начал вставать из кресла.

Барон Бирез протестующе замахал руками.

— Не стоит! — быстро сказал он. — Я ведь никогда не обращал внимания на то, как управляется баронство Засс! Да знай я о том, что засранец Засс… — тут они оба одновременно усмехнулись — каламбур вышел неплохой, — … не занимается своим баронством, я бы уже давно бы его отнял!

— Да ладно вам плакать об упущенных возможностях! — немного резко воскликнул барон Дрекст. — Вы лучше подумайте, как вам быстрее связаться со своими людьми в баронстве!

— Да, точно! — преобразился барон Клом, покинув такое удобное кресло. — Пожалуй, барон, я вас покину, чтобы отдать необходимые распоряжения!

— Конечно, барон! — не вставая с кресла, махнул ему рукой барон Дрекст. — Как закончите, приходите, я велю принести еще кувшинчик этого вина, которое вам так нравится.

* * *

— Эй, Стонек! — прокричал боец, выезжая на поляну, оборудованную для длительной стоянки, и со стоном сползая с лошади, еле стоящей и роняющей клочья пены.

— Лейтенант! — проорал он громче, не видя никакой реакции на свой предыдущий призыв.

— Чего орешь? — подскочил к нему здоровяк, увешанный оружием, как праздничное дерево — подарками. — Совещание у него! — он мотнул головой в сторону самой большой палатки. — Как освободится, я доложу!

— Нет! — возразил приехавший. — Я привез приказ барона, и, может быть, он что-то поменяет в планах лейтенанта! Поэтому иди и доложи сейчас!

— Лейтенант не любит, когда его отрывают во время совещания! — непреклонно возразил здоровяк.

— Я думаю, что барону понравится еще меньше, если он не выполнит его приказ! И мне кажется, что лейтенант об этом знает, а поэтому, как ты думаешь, кого он сделает виноватым?

Объяснять простые вещи здоровяку было не нужно и он, сорвавшись с места, быстро скрылся в палатке.

Гонец подошел поближе, на случай, если лейтенант все же решит ознакомиться с приказом барона, что он ему доставил.

Так и получилось. Не прошло и пары минут, как все разговоры в палатке, снаружи слышимые, как неразборчивый бубнеж, прекратились, и из нее вышел мужчина, лет тридцати, невысокого роста, но с такими широкими плечами, что казалось, что он, что вверх, что вбок — одинакового размера.

Одет он был в простой кожаный доспех, и носил два меча, закрепленными на спине. Короткостриженные светлые волосы, уже изрядно выгоревшие на солнце и напоминающие ежик, были прикрыты легким шарфом, повязанным поверх головы.

— О, Урик, привет! — он с улыбкой поздоровался с гонцом. — Как жена, еще не подарила тебе сына или дочку?

— Добрый день, господин лейтенант. Пока нет, не успела, ждем со дня на день! — улыбнувшись ответил Урик.

— Ну, хорошо! — уже деловым тоном продолжил лейтенант Стонек, — давай, что ты там привез?

— Приказ от его милости, господина барона, господин лейтенант! — отчеканил гонец и точным движением вынул из специальной сумки тубу с документом и протянул ее лейтенанту.

Тот ее принял, внимательно осмотрел баронскую печать, запечатывающую тубу, и, видимо, удовлетворившись увиденным, сорвал ее и, открыв футляр, достал сам приказ. Прочтя его, не сходя с места, он на минуту задумался, постукивая указательным пальцем по подбородку, а потом, аккуратно сложив приказ, сунул его за пазуху и вошел в палатку, а к гонцу подошел встретивший его здоровяк и, легонько хлопнув по плечу, отчего тот пошатнулся, прогудел:

— Пойдем, я тебе покажу где можно поесть и отдохнуть. Стонек сказал, что тебе в путь не раньше, чем через три-пять часов, так что отдыхай. Когда понадобишься тебя позовут.

* * *

— Итак, господа, — сказал Стонек, едва войдя в палатку, где проводил совещание с двумя командирами местных разбойников, — у меня есть приказ моего господина, и он не предполагает двоякого толкования. Поэтому я сразу говорю вам, что мы идем на Засс.

Лица разбойничьих главарей просветлели, и они радостно заулыбались. Ну, еще бы! Столица баронства — это богатые горожане, изнеженные, не способные дать отпор, привыкшие прятаться за спинами стражи и баронской дружины. Стоит на них слегка надавить, и вот оно — богатство!

Главари разбойников разве что не облизывались, услышав эту новость. Раньше лейтенант сдерживал их порыв и не поддерживал в желании взять штурмом столицу баронства, и вот, наконец, приказ…

— Хорошо господа, — спокойно сказал Стонек, посмотрев холодным взглядом на радостные и торжествующие лица своих временных союзников. — В нашем походе к нам присоединится еще один отряд. Место встречи… — он подошел к столу, с разложенной на нем картой, — … вот здесь! — он ткнул острием вынутого из ножен кинжала в какую-то точку на карте.

Главари разбойников мельком глянули на карту и продолжили вполголоса общаться между собой. Их совсем не заинтересовало присоединение еще одного отряда. Богатств в городе много, хватит на всех!

Лейтенант Стонек презрительно посмотрел на них, тяжело вздохнул и отдал распоряжение:

— Господа, — главари разбойников отвлеклись от разговора между собой и посмотрели на своего номинального командира, — мы выдвигаемся через шесть часов. К этому времени ваши люди должны быть готовы. Проследите, чтобы они проверили свою амуницию. Отставших ждать мы не будем.

Разбойники нехотя кивнули. Понятие дисциплины было им чуждо.

— Да, кстати, — чуть насмешливым голосом продолжил лейтенант, когда его союзники уже собирались покинуть палатку, — грабить горожан, после взятия города, я вам запрещаю! Мой господин собирается взять это баронство под свою руку, и разрешать грабить своих подданных он не собирается!

После этого он с огромным удовольствием наблюдал, как меняется выражение лиц этих разбойников, с предвкушающе-счастливых до угрюмо-задумчивых.

— Я более вас не задерживаю, господа, — с саркастической улыбкой попрощался он с ними, — идите и проверьте своих воинов, — тут он презрительно скривился, — а то растеряете всю свою армию еще по дороге!

* * *

Крег Энгарро стоял на городской стене и смотрел на поле перед городом, буквально заваленное мертвыми телами. Рядом с ним стоял, пытаясь отдышаться, спешно прибежавший Эдвин Берт, управляющий баронством, после того, как Крег отправил к нему гонца с тревожным известием.

Вокруг них толпились горожане, обсуждая только что закончившееся сражение и строя предположения о своей дальнейшей судьбе. А судьба их была пока неопределенна, ибо на смену одной беде, пришла беда другая.

Уже три дня продолжалась планомерная осада города. Разбойники, ведомые баронскими людьми, все же подошли к городу, но дали горожанам время организовать оборону.

Капитан баронской гвардии точно угадал со сроком прибытия — войско разбойников подошло через шесть дней.

Союз баронских командиров с разбойниками сыграл для них роковую роль, потому как, увидев их, жители города поняли, что их ждет в случае, если эти люди попадут в город.

Так что подошедшая армия, насчитывающая около тысячи человек, по примерной оценке капитана Крега, увидела закрытые ворота и вооруженных людей на стенах.

Переговоры удачными не были, не взирая ни на какие посулы и обещания, а также игнорируя угрозы, ворота оставались закрытыми.

И тогда разбойники бросились на штурм! И, естественно, умылись кровью. А как иначе? Ни осдных башен, ни тарана, ни даже нормальных лестниц не было. Были какие-то, связанные из тонких, кривых стволов подобия лестниц, но они не доставали даже до края стены. Самая высокая не достала до края где-то метр!

И вот вся эта неорганизованная, орущая, воющая и улюлюкающая масса бросилась к стенам, намереваясь по этим лестницам попасть на стены города. Защитники встретили их дружными арбалетными залпами, и осаждающие начали нести потери. Их потери увеличивались по мере приближения к стенам города, а когда они полезли вверх по лестницам…

Зачастую защитникам даже не нужно было стрелять — лестницы не выдерживали вес лезущих на них людей и ломались, повергая людей с небес на землю.

И пока осаждающие безуспешно штурмовали город, хотя, скорее это была пародия на штурм, а не сам штурм, Крег видел, как орал что-то, находясь за спинами штурмующих людей, около большой палатки, что недавно установили, размахивая двумя мечами, невысокий, но очень широкий человек, явно угрожая двоим, весьма разбойного вида, стоящим рядом с ним. Те явно оправдывались, но что-либо делать не спешили.

Наконец, так и не добравшись до вершины стен, оставляя за спиной убитых и раненых, разбойники откатились назад.

Крег заметил, что на штурм бросились не все — около полутора сотен остались на месте, стоя в правильном строю, демонстрируя умение и дисциплину. Капитан гвардейцев баронства Засс поморщился. Судя по всему, это были его, в какой-то степени коллеги — дружинники и гвардейцы баронов.

Он ожидал самых больших неприятностей именно от них, хорошо, что их было относительно немного, и у них был шанс справиться с ними.

Штурм совсем заглох, и главари осаждающих удалились в палатку, разбитую поодаль и охраняемую десятком хорошо и однообразно вооруженных воинов.

С этого момента осада приняла планомерный характер. Осаждающие рубили лес, строили осадные сооружения и практически не беспокоили осажденных, считая, что участь их предрешена.

Осажденные со стен наблюдали за действиями осаждающих и громко обсуждали их. Капитан Крег с каждым днем становился все мрачнее и задумчивее.

— Друг мой, — не выдержав его мрачного вида, решил поинтересоваться причиной Эдвин Берт, — почему ты так задумчив и печален? У нас, вроде как, все получилось, и горожане готовы дать отпор врагу! Признаюсь, твоя идея использовать их союз именно с разбойниками, была гениальна!

— Эх, — как-то горестно пробормотал капитан, — идея, идея. Что толку от этой идеи?! Они строят осадные башни, аж три штуки! Когда они их закончат — пойдут на штурм. И вот этот штурм будет очень серьезным! Мало того, что их почти столько же, сколько и защитников, но я обратил внимание, что у них есть сотни полторы воинов баронств. Или дружинники, или, что еще хуже, баронская гвардия. И вот их нам остановить будет очень непросто!

Помолчав, он добавил:

— Да, я могу, конечно, ошибаться, но всем этим войском, по-моему, командует Стонек лейтенант гвардии барона Лона Декста. Во всяком случае, я не знаю больше ни одного человека такой комплекции.

— Что, такой здоровый? — полюбопытствовал Эдвин.

— Да, вот, как раз, нет, — помотал головой Крег, — но его, что на бок положить, что поставить — рост будет примерно одинаков.

— Вот это да! — воскликнул Эдвин, примерно представив себе, как это должно выглядеть.

— Угу! — поддакнул ему друг.

— И что это для нас значит? — поинтересовался, вспомнив начало разговора, управляющий баронством.

— Для нас это плохо, — просто ответил Крег. — Стонек умный, осторожный и, в хорошем смысле слова, изворотливый, как хорек! Поэтому, я не удивлюсь, если штурм с осадными башнями будет только отвлекающим маневром, а он придумает что-нибудь еще, не такое очевидное. Поэтому, в том числе, я такой задумчивый.

— Да что он может придумать?! — как-то легкомысленно возразил ему Эдвин.

— Я не знаю, — с каким-то отчаянием в голосе бросил Крег, — если бы знал, то так бы не мучался!

И, видя помрачневшее лицо друга, поспешил его успокоить.

— Ты знаешь, в том, что осаждающими командует именно он, есть и плюсы!

— М-да? — скептически произнес Эдвин. — И какие же?

— Он не убивает пленных, не дает грабить и убивать мирных жителей, так что ни тебе, ни твоей семье ничего не грозит, ну, может только ты лишишься должности. Но зато вы все останитесь живы!

— А ты? — обеспокоенно заглядывая в лицо Крега, спросил Эдвин. — А что будет с тобой, мой друг?

— Я выполню свой долг перед баронством до конца, — твердо ответил капитан, — а там, как рассудит госпожа Удача!

Эдвин Берт горестно покачал головой, но спросил о другом.

— Так скажи мне, Крег, насколько велики наши шансы отстоять город?

Капитан баронской гвардии подумал, подняв глаза к небу и потом честно, насколько мог, ответил:

— Если Стонек ничего, кроме штурма с осадными башнями, не придумает, то процентов восемьдесят пять на то, что мы отобьемся. Потери, конечно, будут большие, но в город они не пройдут. А вот если он что-то придумает…

Договаривать, что будет в этом случае, он не стал, и так было все понятно.

На том они и разошлись. Эдвин пошел решать экономические и организационные дела баронства, а Крег опять вернулся на стену, чтобы наблюдать за действиями осаждающих и ломать голову, что же еще мог придумать Стонек, чтобы взять его город.

И вот сейчас, на третий день планомерной осады, он стоял на городской стене и смотрел на поле перед ней, буквально устланное телами людей. Мертвых и умирающих. Раненым никто помощь не оказывал, и будет ли оказывать — пока было неясно.

* * *

Орки свалились на осажденный город и осаждающую его армию, как кара небесная! Большая орда, по примерным прикидкам Крега, не менее трех тысяч воинов, улюлюкая и завывая, выметнулась из леса и понеслась к городу.

Капитан гвардии отметил, что действовали орки не в своей обычной манере. Судя по их действиям, командовал ими кто-то очень авторитетный, раз они четко выполняли какой-то план, а не просто неслись кому куда нравится, как это происходило обычно.

К удивлению Крега, орки неслись к городу, построившись полумесяцем… «Надо же, — поймал себя на мысли Крег, — построившись! И это я об орках! Сказать кому, что орки начали что-то делать строем — меня засмеют! Да я бы первый высмеял того, кто мне это скажет! А вот теперь мне не смешно!»

Широкие крылья полумесяца охватывали осаждающих так, что уйти из-под удара, скорее всего, никому не удастся. «Да, при таком преимуществе это сделать не сложно! Хотя… опять же… это все-таки орки… Понятие дисциплины для них — это абстрактное понятие!» — все никак не мог успокоиться Крег.

Пока он изумлялся, орки вполне себе взяли осаждающих в кольцо Те были так обескуражены внезапным появлением орков у них за спиной, что почти не оказывали сопротивления и только осознание того, что в этот раз, почему-то, орки пленных не берут, сподвигло оставшихся пока в живых, попытаться организовать сопротивление.

Впрочем, запала у осаждающих хватило ненадолго и скоро некоторые из них попытались все-таки сдаться. Но орки пленных, в этот раз, действительно не брали и, как с удивлением отметил, внимательно наблюдающий за этим побоищем Крег, зарубили сдающихся без малейших раздумий и колебаний, даже не замедлив бег своих коней!

Не прекращая наблюдать за происходящими событиями, он подозвал кого-то из своих людей и послал срочно найти управляющего баронством Эдвина Берта и сказать, чтобы он срочно, прямо бросив все, бежал сюда.

То, что он переборщил со своим вызовом, он понял, когда услышал у себя за спиной тяжелое дыхание и надсадный кашель и впрямь прибежавшего сюда управляющего Обернувшись он с удивлением увидел его, стоящего согнувшись, уперев руки в колени, и сплевывающего на пол тягучую слюну.

— На, возьми, — он отстегнул от пояса фляжку и протянул ее другу.

Тот, не поднимая головы, отрицательно помотал ей из стороны в сторону.

— Возьми, я сказал! — жестко повторил капитан. — Прополощи рот и смочи горло. Глотать не надо!

Эдвин выпрямился и посмотрел на друга со страдальческим выражением лица.

— Бери, бери! — настойчиво повторил капитан и управляющий взял фляжку и прополоскал рот, потом вылил воду себе на ладошку и протер ею лицо.

— Спасибо! — он вернул фляжку другу и вопросительно уставился на него. — Так, что ты меня звал?

Крег кивнул головой за стену, и Эдвин перевел свой взгляд туда. То, что он увидел, его потрясло. Он сначала даже не понял, что он видит!

— Это что, был штурм?! — удивился он. — Ох, как мы их много убили-то! А что, в плен кого-нибудь взять удалось?

И, наконец, обратив внимание на орков, разъезжающих по полю туда-сюда, он задал главный вопрос:

— Крег, а это кто?

— Орки! — кратко ответил Крег.

— А-а-а! — протяну было Эдвин, но потом осознал ответ друга и всполошился.

— А что они здесь делают?

— Ну, — как-то напряженно ответил Крег, — пока они убивают осаждающих нас.

— Пока? — переспросил Эдвин.

— Пока, — согласился с ним Крег.

— А что они будут делать, когда закончат их убивать? — полюбопытствовал управляющий.

— Хороший вопрос, — одобрительно кивнул головой Крег. — Я тоже его себе задаю, и ответ пока не знаю.

— Слушай, а откуда они здесь вообще появились? — решил докопаться до истины Эдвин.

— Из леса, — сегодня его друг был просто образцом краткости.

— Да нет, — продолжал настаивать Эдвин, — я вообще, говорю. Ведь их стойбища располагаются довольно далеко и в набег они сюда никогда не приходили!

— Ну, — многозначительно почесал подбородок Крег, — значит, сегодня это случилось в первый раз! Хотя… — он вдруг прервался и стал внимательней вглядываться в разъезжающих по полю орков.

— Действительно, странно! — вдруг воскликнул он. — С этими орками все не так! Смотри, они не носят следов боев, то есть, они пробрались сюда каким-то образом, не вступая в боестолкновения! А если учесть, что напали они не как всегда, гудящей и улюлюкающей толпой, а явно выполняя какой-то план… Ты знаешь, Эдвин, я начинаю опасаться того, что наши беды только начинаются!

И, как бы оправдывая его слова, над полем прозвучал хриплый голос походной орочьей трубы. После этого сигнала все орки, к удивлению жителей осажденного города, вернулись к тому месту, где стояли явно главари похода, и стали строиться в какой-то, только им понятный порядок.

Это заняло у них минут пятнадцать, после чего их строй раздвинулся и вперед выехал огромный орк верхом на черном, как смоль, тонконогом и широкогрудом коне и не торопясь, небрежно развалясь в седле, шагом направился к воротам города. Его конь, осторожно ступая между мертвыми и умирающими, гордо нес своего всадника все ближе и ближе к воротам.

Скоро жители города узнают свою судьбу…

Глава 1

Наконец-то мы добрались до города! Две кареты, в сопровождении четырех десятков воинов, среди которых был и я, восседая на бывшем баронском жеребце по имени Гром. Кстати, его имя мне сказал Зерт, и сколько я не пытал его, откуда он мог его узнать, ведь я убил барона раньше, чем он до него мог добраться, чтобы спросить имя коника, орк только улыбался, пожимал плечами и переводил разговор на другую тему.

В общем, после нескольких моих попыток, я решил плюнуть на это и не обращать внимания. Не всякое знание полезно, в конце концов! А жеребчик отзывается на имя Гром, вот и буду так его звать!

М-да, не знаю, насколько это правда, во всяком случае, многие в нашем отряде, глядя, как скачет мой коник, цокали языком и качали головой в восхищении, а орк вообще сказал, что у него очень мягкий и плавный ход!

Вот только мне интересно, почему моя задница с ними всеми не согласна? И кто ошибается — все те бойцы нашего отряда, что восхищались его ходом, или моя многострадальная задница, к концу пути, как мне кажется, не то что превратившаяся в один сплошной синяк… Мне кажется, что даже штаны на заднице стали отливать густой синевой!

Так что, если все остальные воины нашего отряда, приняв красивые позы, горделиво въезжали в ворота Ирдика, я въехал кое-как, заботясь лишь о том, чтобы расположить мою многострадальную задницу полупопиями в седле так, чтобы было не больно, ну, хотя бы какое-то время. И в какие-то мгновения у меня это даже получалось!

Гром же, видимо чувствуя мою неопытность, время от времени поворачивал голову и с укоризной в глазу, который я видел, смотрел на меня. Мне становилось стыдно, и я дал себе обещание, что обязательно научусь ездить на лошади, тем более, имея такого красивого коня.

В общем, ворота города ознаменовали для меня конец мучений и потому я, так же, как и все, радовался. Только мы радовались разным вещам. Все остальные, как я подозреваю, радовались окончанию путешествия или, как баронесса Талия Верек, самой тяжелой части путешествия.

По дороге к постоялому двору я даже город рассмотреть не мог, так как пытался усесться в седле так, чтобы не испытывать боли, а потому, этот путь закончился для меня внезапно. Мы проехали какие-то ворота, и все остановились и начали спешиваться.

Я с победным стоном сполз с седла на землю. Как же здорово стоять на земле! Это может оценить только тот, кто много часов трясся в седле, как мешок, отбивая задницу и стирая внутреннюю поверхность бедер, хотя этого я смог избежать, пользуясь своим лечебным артефактом. Жаль, что нельзя одновременно лечить еще и задницу, во всяком случае, у меня не получилось!

В общем, оказавшись на земле, я почувствовал истинное блаженство, ровно до тех пор, пока не пришлось идти вслед за всеми на постоялый двор. Бодро рванув за всеми, я уже на втором шаге начал хромать и спотыкаться, и у меня появилось стойкое ощущение, что это не я скакал на конике, а он на мне ехал всю дорогу.

Короче, когда я, ковыляя, с гордым видом появился на пороге постоялого двора, все уже исчезли, остался только Зерт, который с понимающей улыбкой смотрел, как я героически преодолеваю порог и, наконец, вхожу внутрь заведения.

— Ну, как, ты живой? — не переставая улыбаться, осведомился он.

— Если и живой, — ворчливо отозвался я, упорно продвигаясь по направлению к нему, — то совсем чуть-чуть, и, судя по твоему улыбающемуся лицу, это ненадолго!

— Ну, почему же? — уже откровенно смеясь подначил орк. — Сейчас пойдем в комнату, ты бросишь свои шмотки, а, кстати, — он с преувеличенной заботливостью осмотрел меня со всех сторон, — а где твои вещи, Раст?!

Я чуть не взвыл от досады. Точно! Я же свой вьюк, который Зерт с утра приторочил мне к седлу, так и оставил на Громе! Вот что значит, нет у меня пока привычки к поездкам верхом!

Я молча, чтобы не провоцировать орка на новые шуточки, развернулся и, тяжело вздохнув, поковылял обратно.

— Раст! — абсолютно серьезным голосом, даже без тени смешинки, окликнул меня Зерт.

Я, страдальчески сморщив лицо, в предвкушении новых насмешек обернулся к нему, но лицо орка было серьезно и неулыбчиво.

— Не надо никуда ходить! Я снял твой вьюк с Грома, так что, я тебе советую сейчас взять из него чистое, а остальное я отнесу к нам в комнату, а потом мы пойдем в баню, хозяин ее как раз должен уже растопить.

Я удивленно смотрел на него. В голову начали закрадываться нехорошие мысли.

«Надо же, а я даже и не заметил, когда он снял с коника вьюк! Вот это я расслабился! Хотя, в моем состоянии это не удивительно! Но, с другой стороны, хорошо, что он позаботился об этом, а если бы его не было? Кстати, а с чего это он вдруг стал таким заботливым?»

Видимо, мои мысли секретом для орка не стали.

— Я просто вспомнил себя в первом походе, — пояснил он. — Мне кажется, что все новички совершают одни и те же ошибки. Так что, парень, не ты первый, не ты последний!

Я посмотрел на лестницу, ведущую на второй этаж. Зерт правильно понял мой взгляд.

— А твой отец уже забыл, как он начинал, поэтому и не проконтролировал твои действия, — пояснил он, — но если ты его спросишь, то, мне кажется, он подтвердит, что вначале он тоже забывал снять свой вьюк.

Я облегченно вздохнул и наконец-то смог оглядеться. До этого момента у меня как-то не получалось.

Мы с орком находились в большом зале, сейчас почему-то совершенно безлюдном, точнее, кроме нас, здесь был еще один человек, стоящий за стойкой, расположенной в левом углу помещения. В открытую дверь, расположенную за стойкой, был виден кусок какого-то помещения. Я, по аналогии с планировкой трактира «Привал странника», предположил, что это был кусок помещения кухни, хотя я мог и ошибаться.

В зале стояло с десяток столов, по обе стороны которых располагались, тяжелые даже на вид, лавки, рассчитанные на трех человек, и три маленьких столика, стоящих как бы немного наособицу, отделенных от общего зала живыми растениями в кадках, рассчитанных, судя по стульям с красивыми резными спинками, стоящим около них, на четырех человек.

Справа присутствовало небольшое возвышение, на котором вообще ничего не было.

«Сцена!» — предположил я, потому что ничего другого мне в голову просто не пришло.

Между стойкой и сценой располагалась лестница, ведущая на второй этаж.

В каждой стене, кроме той, где была стойка и сцена, было по два окна в тяжелых, скорее всего, дубовых рамах, а в стене, где была входная дверь — окно было только одно.

Внимательно осмотрев помещение, я подковылял к ближайшей лавке и совсем уже было собрался на нее плюхнуться, как услышал голос Зерта.

— Не советую! — твердо сказал он, и когда я взглянул на него, отрицательно покачал головой, усиливая свое утверждение.

Я тут же ощутил, что он прав, потому как вспомнил, в каком цвете сейчас окрас моей задницы и представил, как же мне было бы больно, плюхни я ее сейчас со всего размаха об эту жесткую лавку!

А потому, я согласно ему кивнул, заодно и поблагодарив за столь неожиданно выраженную заботу, и аккуратно опустил свои полузадия на лавку, все равно слегка скривившись от боли.

Орк озадаченно посмотрел на меня.

— Вообще-то, — весь его вид говорил, что его неправильно поняли, — я тебе вообще не советовал садиться, потому что, в таком состоянии, заставить себя встать будет очень сложно. А ты что подумал?

Мне было стыдно озвучивать ему свои мысли о его заботе о моей многострадальной заднице, поэтому я просто вяло махнул рукой, мол, чего пристал к маленькому, и буркнул:

— Давай, баул-то, я свежее вытащу, а то до бани вообще никогда не доберемся.

Орк небрежно бросил мне мой мешок, из которого я быстренько достал свежую рубаху и штаны, и, закрыв его, не стал бросать орку, просто чувствовал, что могу не докинуть, а поставил на стол. Зерт покачал головой, глядя на меня, подошел, забрал мой тючок и, небрежно бросив:

— Жди здесь! Никуда не уходи!

… поднялся по лестнице наверх.

* * *

Да, спать на настоящей кровати, на простынях, после баньки, после вкусного ужина, приготовленного не на костре, неизвестно кем, это я вам скажу…

Проснулся я от того, что Зерт тряс меня за плечо и орал почти что в ухо:

— Раст, подъем! Вставай, Раст, завтрак проспишь!

Магическое слово «завтрак» вырвало меня из объятий сна. Во всяком случае, это было первое слово, выкрикнутое орком, которое осознал мой, измученный вчерашней скачкой, мозг. Вот кажется, да, вроде, когда скакал, мозг в этом не участвовал от слова «совсем», так почему же у меня вчера, ближе к вечеру, башка совсем работать перестала. Да и глаза слипались…

Короче, при слове «завтрак» я открыл глаза и орк, хоть и поубавил громкость, и даже отстранился, чтобы не кричать мне в ухо, радостно сообщил:

— Вставай, все уже пошли завтракать, нас никто ждать не будет! Вот съедят все, и будем мы с тобой голодать до обеда!

«Он что, меня напугать хочет? — толкнулась в голову мысль. — Ну-ну, наивный оркский юноша! Голодать до обеда! Да я пойду на кухню и уж что-нибудь пожевать я там найду всегда!»

— Встаю уже! — твердо пообещал я и, к своему удивлению, легко поднялся. У меня ничего не болело! Я так удивился, что внимательно осмотрел себя со всех сторон, ну, что смог, и не увидел никаких изменений.

«Вот же! — мысленно хлопнул я себя рукой по лбу. — У меня же всю ночь перстень-лечилка работал!»

Я поднял руку и посмотрел на перстень. Один зеленый камень стал совсем светлым.

«Вот это да! Это как же я вчера себе организм попортил?! Нет, с этим нужно что-то делать!»

Я скривился от мысли, что придется снова садиться в седло. По-моему, у меня даже попа заболела!

— Ты чего, Раст? — обеспокоился моей пантомимой и непонятными телодвижениями орк.

— Да, нормально все! — успокоил я его. — Где здесь можно умыться, и все такое?

— Умыться, и все такое, — усмехнулся орк, — можно дальше по коридору, последняя дверь налево. Только давай быстрей!

Я кивнул и, вытащив из походного тюка полотенце, бодро пошагал в указанную орком сторону.

«Я его убью!» — думал я, выскакивая из той двери, куда меня направил коварный орк. — И хорошо еще, что я решил сначала умыться, а потом уже делать «все такое»! Представляете, каково было мое удивление, когда, умыв лицо над раковиной, я разогнулся и увидел абсолютно круглые, не то от удивления, не то от возмущения глаза на хорошеньком женском личике и открытый для явно возмущенного вопля рот! И этот вопль раздался, благо я уже успел выскочить в коридор!

«Я точно его убью!» — я был тверд в своем решении, когда дверь напротив меня открылась и из нее вышел отец.

— О, Раст, — обрадовался он, — а ты умываться? — сделал он логичный вывод, углядев полотенце, перекинутое у меня через плечо.

Он успел поймать закрывающуюся дверь и придержать ее.

— Давай! — нетерпеливо подогнал он меня, чего-то с утра плохо соображающего. — Долго не плещись, нужно завтракать, да начинать дела делать. Дел много, а вот времени — мало!

Я, ничего не говоря, прошел в удерживаемую отцом дверь, и оказался точно в такой же комнате, как только что покинутая мною, только, очевидно, для мальчиков. Хотя, на первый взгляд, они ничем не отличались…

Когда, наконец-то, сделав все свои дела, я вышел в коридор, то понял свою ошибку. Задумавшись, я пошел не в левую, а в правую дверь по коридору!

«Зерту ничего говорить не буду — засмеет!» — героически решил я и, сделав спокойное и независимое лицо, вошел в нашу комнату.

Ну, в общем, мог бы и не стараться. Зерта в ней уже не было. Я вспомнил магическое слово «завтрак», быстро собрался и, закрыв комнату на ключ, оставленный Зертом на столе, на видном месте, быстро спустился в зал.

Все наши уже сидели за столами и активно завтракали. Во всяком случае, разговоров слышно не было, а вот звук от работающих челюстей эхом носился по залу.

— Раст, иди сюда! — Зерт махнул мне рукой из-за стола. — Я держу место специально для тебя!

Только я подошел к столу, как появилась подавальщица и вопросительно уставилась на меня.

— Э-э-э… — замялся я, — мне кашу, — я разглядел, что ели мои соседи по столу, — и что-нибудь попить, желательно горячего и сладкого.

— Есть какао, — предложила подавальщица.

Я не знал, что это такое, у нас в тех заведениях города Смел, в которых я бывал, такого напитка не было.

— Давайте! — я согласно кивнул головой. «Заодно и что-то новенькое попробую, вдруг понравится?» — подумал я.

Я не прогадал! Каша была очень вкусной, с кусками мяса, в меру жирными, но очень сочными, все это было сдобрено какой-то приправой, придававшей пище остроту и какой-то непередаваемый аромат. В общем, мне понравилось. Напиток… как там его… какао, да! Ну, впечатление неоднозначное. Нужно будет попробовать еще разок.

Попивая какао, пытаясь создать о нем свое мнение, я оглядел столы, за которыми завтракали наши бойцы, и вдруг поймал себя на том, что не вижу отца. Я еще раз, более тщательно осмотрел завтракающих и опять отца не нашел. Это было интересно!

— Зерт, — обратился я к орку, — а где отец?

— Что, не нашел? — ухмыльнулся орк.

Я согласно кивнул головой.

— Эх, плохой из тебя следопыт, однако! — притворно сокрушаясь покачал он головой. — Совсем глаза видят плохо! — он продолжал тонко издеваться.

— Слушай, ну чего ты опять начинаешь?! — мне было лениво скандалить после сытного завтрака, но и спускать ему такую издевку я намерен не был.

Зерт, судя по всему, что-то такое в моем тоне уловил, потому что быстро оставил свой издевательский тон и просто кивнул подбородком в сторону. Я, посмотрев туда, увидел, сидящих за маленьким столиком, баронессу Талию Верек, магессу Дину Чину, ее дочь Илю и моего отца. Они о чем-то оживленно говорили, нет, я бы даже сказал, что они о чем-то спорили, правда, не очень уж ожесточенно, судя по жестам.

Баронесса явно пыталась в чем-то убедить моего отца, госпожа магесса время от времени морщилась, слушая ее, а мой отец, как это с ним бывает, когда он с чем-то категорически не согласен, слушал баронессу, упрямо нагнув голову.

Не знаю, как другим, а мне было очень хорошо видно, что отец, хоть и не согласен с баронессой, но это несогласие носит, так сказать, частичный характер, то есть, он не согласен с ней в каких-то мелочах, а значит, они очень скоро придут к решению, которое устроит всех.

Ну, так оно и случилось! Не успел я допить какао, как отец расслабленно откинулся на спинку стула и медленно кивнул головой. Лицо баронессы осветилось победной улыбкой, а госпожа магесса что-то начала говорить, но баронесса, небрежным взмахом руки прервала ее, потом что-то ей сказала и та, опустив голову, как провинившаяся девочка, покорно кивнула головой.

Отец в это время смотрел куда-то в сторону и мне был очень хорошо виден его профиль, поэтому я четко увидел гримасу крайнего раздражения, может даже гнева, исказившую его лицо, а потом он сказал что-то очень резкое, в адрес баронессы, но она не обиделась, а подняла руки в извиняющемся жесте и сказала что-то, явно примирительное, потому что отец, взглянув на госпожу магессу, согласно кивнул.

Девочка, во время разговора, переводила взгляд с одного говорящего на другого, но на ее личике, кроме отстраненного любопытства ничего не было, но вдруг на ее лице вспыхнула надежда, она что-то спросила и все взрослые рассмеялись, а госпожа магесса, ласково улыбаясь, погладила дочь по голове и что-то ей ответила.

Девочка довольно улыбнулась и удовлетворенно кивнула головой. Судя по всему, разговор взрослых был уже закончеи.

Я, буквально сразу же, получил подтверждение своим мыслям. Отец, отсмеявшись, встал из-за стола, церемонно кивнул остающимся дамам и подошел к столу, за которым сидели мы с Зертом.

— Значит, так, — многозначительно произнес он. — Сейчас Зерт и я выдвигаемся в гильдию наемников. С ними идут госпожа магесса и Верн Убах. Остальным — отдыхать!

Он уже было совсем отошел от стола, когда кто-то дернул меня за язык.

= Пап, если госпожа магесса идет с тобой, то с кем останется малышка Иля?

Отец, услышав мой вопрос, остановился, повернулся ко мне и не его лице появилась ехидная улыбка.

— Ну, как же я мог забыть о тебе! — саркастически произнес он.

Я напрягся, представляя, с каким удовольствием он повесит ее на меня, а у меня были совсем другие планы на пребывание в этом городе. Ноя не угадал, правда и планам моим сбыться тоже было не суждено.

— Так, — отец ткнул пальцем в мою сторону, видимо, для пущей убедительности, — быстро допивай, что там у тебя в кружке и собирайся — ты идешь с нами!

Я не успел никак отреагировать на эту его идею, как он уже отвернулся от меня.

— Слайн! — взревел он.

— Что, командир? — донеслось от одного из столов.

— Остаешься за старшего! — так же громко озвучил отец новый приказ. — Да! — он вспомнил. — Пригляди за девчонкой! — он кивнул подбородком в сторону столика, за которым остались дамы. — Головой отвечаешь за девчонку!

— Сделаю! — твердо пообещал Слайн, не отрываясь от еды.

— Отлично! — буркнул отец. — Тогда жду всех во дворе. Давайте живей!

И он, открыв дверь, быстро вышел из зала на улицу.

«И чего я вылез со своим вопросом? — с тоской думал я, допивая свой какао. — Ну ушли бы, а за малявкой баронесса бы присмотрела! Интересно, — я перескочил на другую тему, — а на фига он вообще берет меня с собой? Что я там, в гильдии наемников делать буду? Ну, разве что, посмотрю, как все это происходит.»

Мимо меня очень быстрым шагом, почти бегом, промчался один из воинов, сопровождающих госпожу магессу и тоже, вслед за отцом, выскочил на улицу. Отряд «Степные лисы», если я не ошибаюсь, во всяком случае, их командир именно так и представлялся.

«Чего это он? — я сильно заинтересовался причиной такого необычного скоростного передвижения. Во всяком случае, пока я не видел бегающих наемников.»

Поставив пустую кружку на стол, я поднялся из-за стола и, посмотрев на Зерта, увидел, что тот уже закончил завтракать.

— Ну, что, пойдем собираться? — я вопросительно посмотрел на него.

— Ага! — чему-то улыбаясь, согласился орк.

Чему он улыбался, я понял буквально мгновение спустя.

— Раст, возьми меня с собой! — я сначала почувствовал, как кто-то дергает меня за руку, и только потом до моего сознания добрался тонкий голосок.

Я опустил голову и чуть не застонал, увидев стоящую рядом со мной Илю, схватившую меня за руку и с надеждой глядящую мне в лицо.

— Привет, Иля! — преувеличенно радостно поздоровался я.

Она не ответила, но из глаз вдруг потекли слезы.

— Ты чего? — я присел на корточки и наши глаза оказались напротив.

— Ты же хочешь мне отказать! — надув губы, и размазывая руками слезы по щекам, буркнула малявка.

— Ну так, я же ничего не решаю! — я попытался вложить в голос как можно больше убедительности. — А мой отец решил тебя с собой не брать! Ну, и что я могу сделать?

— А ты попроси его меня взять. Я честно-честно буду слушаться и не буду мешаться, а?! — ее глаза с мольбой смотрели на меня, и я не выдержал.

— Хорошо! — пообещал я. — Я спрошу, но, сама понимаешь, результат не обещаю!

— Ой спасибо! — она запрыгала, хлопая в ладоши, а я оторопело смотрел, как моментально высохли слезы и от ее горя не осталось и следа.

— Иля, прекрати прыгать, тем более, на одной ножке! — раздался недовольный голос госпожи магессы. — Настоящие леди так себя не ведут!

— Мамочка! — радостно закричала Иля, продолжая прыгать на одной ножке, но уже целенаправленно по направлению к ней. — А я иду с вами! — гордо сообщила она, не переставая прыгать. — Раст пообещал договориться со своим отцом, чтобы он меня взял!

Сказать, что я обалдел — это ничего не сказать! По-моему, стук моей отвалившейся нижней челюсти, был слышен далеко за пределами постоялого двора. Я стоял, чувствуя, как мои глаза, от удивления, совершенно не поддаваясь контролю со стороны организма, просто вылезают из орбит и такими темпами очень скоро их покинут насовсем!

Госпожа магесса осуждающе посмотрела на меня, потом вдруг прыснула, быстро прикрыв рот рукой и укоризненно произнесла:

— Дочь, ты зачем фантазируешь? Разве Раст тебе пообещал договориться с отцом? — она быстро поняла суть фантазий своей дочери. Вот что значит опыт! Я честно признаюсь — хоть у меня и есть младшая сестренка, в такие положения она меня не ставила. Это был какой-то новый для меня опыт, и я решил, что из него обязательно нужно сделать выводы! А то, что бы было, если бы у магессы было поменьше опыта и прозорливости? Как бы я доказывал, что, в принципе, ничего не обещал?

Я повернул голову и увидел, просто заходящегося в хохоте, орка. Он, видимо, чтобы я не заметил, согнулся пополам и зажимал себе рот обеими руками. Остальные бойцы нашего отряда, тоже ржали, но помня мою мстительность, делали это тихо, закрыв руками рты. При этом, все они пристально следили за тем, как будут развиваться события.

Я уже открыл было рот, чтобы высказать всем, что я о них думаю и пообещать, что мстя моя будет ужасна, но внезапно вспомнил свой недавний разговор с Зертом о моем восприятии и отношении ко мне наших бойцов.

«А вот, хрен вам всем!» — с мстительным удовольствием подумал я и, повернувшись к орку, который уже стоял, согнувшись от смеха, на коленях, удивленно подняв бровь, спросил:

— Зерт, ты идешь собираться, а то батя долго ждать не будет — осерчает и придет сюда сам!

Смех прекратился, как по мановению мага! Все удивленно смотрели на меня. Орк поднялся на ноги, взял меня за плечо, и абсолютно спокойным голосом, как будто и не ржал только что, со всхлипами втягивая воздух, сказал:

— Да, пошли быстрей, а то уже опаздываем!

Я подозрительно посмотрел на него, но его лицо было абсолютно спокойно и сосредоточено. Поймав мой взгляд, он незаметно кивнул головой.

— Эй, Раст! — опять влезла неугомонная малявка. — А ты обещал… — затянула она свою песню.

— Иля, — спокойно сказал я малявке, хотя внутри меня все аж вскипело, как только я услышал ее голос, — раз обещал, значит сделаю. Но сначала мне нужно собраться, а уж потом я поговорю с отцом!

— Да?! — обрадовалась мелкая. — Тогда я тоже пойду соберусь, чтобы вы меня не ждали, когда он согласится!

Последнее заявление вызвало улыбки на лицах воинов, а я в очередной раз поразился, какими извилистыми дорогами путешествуют мысли у женского пола!

— М-да! — только и мог сказать я, поднимаясь по лестнице на второй этаж, где и была расположена наша с Зертом комната.

— Да, уж! — отозвался орк, поднимаясь вслед за мной. Я так понимаю, что и он был шокирован происходящим.

Но это все фигня! Настоящий шок ожидал нас обоих, когда отец, после озвучивания просьбы взять Илю с собой, практически не раздумывая, прогудел:

— А что? Хороший вариант!

— Э-э-э… что? — переспросил я, а орк, ну прямо натурально, уронил нижнюю челюсть. Ну, наконец-то! Наконец, я хоть раз увижу, как это выглядит со стороны, а то челюсть приходилось ронять только мне и потом слушать рассказы со стороны, как смешно и идиотски я выглядел! Я хоть и совсем не был уверен, но все-таки предполагал, что отец может передумать и разрешить Иле идти с нами, а вот орк, судя по всему, такую возможность даже не рассматривал!

— Пусть идет! — согласился отец, — Только ты за ней будешь приглядывать! И смотри у меня! — он многозначительно так глянул. — Чтобы с малявкой все хорошо было!

Я даже никак не отреагировал на его предостережение, потому что был занят тем, что любовался на опешившего орка. Я даже сделал шаг назад, чтобы лучше рассмотреть все тонкости, а то вблизи все это одним взглядом не охватывалось!

А что? Вполне себе ничего натюрмортик, смотрится! И челюсть довольно живописно и вытаращенные в удивлении глаза… М-да, если я тоже так же выглядел, то не удивляюсь, что все ржали, глядя на меня! Я бы и сам поржал, но вот только…

— Я готова! — прозвучал во дворе тонкий голосок. — Если вы ждете меня, то мы можем уже идти!

Улыбающийся батя, глядящий на Зерта, крякнул от удивления и сделал серьезное лицо.

— Нет, юная госпожа, — на полном серьезе ответил он малявке, — мы ждали не только вас, но и вашу матушку. Как только она будет готова, мы тронемся.

— А мы на чем поедем? — продолжила допрос малявка. — Что-то я не вижу нашей кареты?!

— А мы пойдем пешком, — продолжал просвещать ее отец, — здесь недалеко!

— Хорошо! — согласилась она, подошла ко мне, взяла меня за руку и быстренько растолковала мне мое ближайшее будущее.

— Вот видишь, Раст, я была уверена, что твой отец, как настоящий мужчина и рыцарь, никогда не откажет даме, тем более в такой мелочи!

Я увидел, как лица мужчин, ожидающих только госпожу магессу, начали расплываться в улыбках и тяжело вздохнул. И это я еще не услышал окончания!

— И теперь я иду с вами! — как ни в чем не бывало, продолжала малявка. — Но я же маленькая! — обратила она мое внимание на очевидную вещь. На свою беду я не стал ее перебивать и дал возможность продолжить. — Поэтому, когда я устану идти, ты, как сын своего галантного отца, — тут народ уже прыснул, но Иля не обращала на них вообще никакого внимания. Для нее сейчас были только два человека — она и я, которому она рассказывала, как нужно себя вести. — Так вот, — она, наконец, заметила, что я смотрю не на нее и с досадой дернула меня за рукав. — Ты, как сын своего галантного отца, когда я устану, как настоящий мужчина понесешь меня на руках!

Я, конечно, предполагал, чем может закончится ее речь, но все равно обалдел, а все окружающие, уже не скрываясь, заржали в голос!

Я обвел всех укоризненным взглядом и внезапно для всех предложил:

— Иля, ты ведь знаешь, что я настоящий мужчина и рыцарь?

Малявка, подумав, кивнула головой.

— А вот эти дяди, — я кивнул головой на смеющихся воинов, — ну, кроме моего отца, разумеется, еще нет! Поэтому, чтобы они тоже могли с гордостью так себя называть, я уступлю им честь нести тебя, если вдруг ты устанешь!

Смех тут же стих.

— Ой, прости, — поправился я, — не если, а когда ты устанешь!

Лица у всех вытянулись.

— Выбери сейчас, — продолжал мстить я, — выбери, кто понесет тебя первым! Пусть это будет, — громко поучал я ее, — тот, кто тебе больше всего симпатичен!

Малявка задумалась, оценивающе разглядывая бойцов, а потом согласно кивнула мне.

А вот бойцы не знали, куда бы смыться, но батя, исключенный мной из выбора, улыбался во весь рот и следил, чтобы никто из них не исчез со двора.

Спасла этих бравых воинов, обычно ничего и никого не боящихся, госпожа магесса. Она, наконец, появилась на крыльце и обведя удивленным взглядом растерянных и смущенных воинов, удивленно подняла брови и спросила:

— Командир, вы правда разрешили Иле идти с нами?

— Разрешил, — тяжело вздохнув, признался отец. Подозреваю, что он уже не был уверен, что это «хороший вариант» взять малявку с собой, но отступать уже было поздно.

— Вон, Раст за ней присмотрит, — помолчав, пояснил он.

Госпожа магесса, согласно кивнув головой, легко сбежала с крыльца и сообщила всем:

— Ну, что, я готова! Мы можем выдвигаться!

Отец согласно кивнул, подождал, пока она поравняется с ним и галантно предложил ей руку. Госпожа магесса с благодарностью ее приняла и мы, наконец-то, двинулись в гильдию наемников.

Я быстренько пресек попытку малявки взять меня под ручку, копируя свою матушку, и просто взял ее ладошку в свою ладонь и некрепко сжал. Так мы и шли в гильдию.

Я по дороге вовсю крутил головой, разглядывая город, который вчера, благодаря своему состоянию, вообще не видел. Малявке было скучно, поэтому она то и дело отвлекала меня, задавая разнообразные вопросы. Хорошо хоть, что она спрашивала то, что видела.

Не на все вопросы я мог ответить — что-то я знал, как, например, почему улицы такие кривые и почему бы их не делать прямыми, что-то не знал, но догадывался, это касалось вопроса про крыши домов, которые, в основном, были односкатными, со скатами обратными уличным фасадам, а что-то не знал. Как, например, я не знал, почему в городе не было домов выше трех этажей.

Кое-какие предположения на этот счет у меня были, и я их Иле высказал, но предупредил, что это только мои мысли и все может обстоять совсем не так.

Иля меня успокоила, сказав, что даже если это и не так, она не будет на меня сердиться, когда узнает, как на самом деле правильно.

Я хмыкнул и счел за лучшее промолчать. А через минуту уже пытался ответить на очередной ее вопрос. И что интересно, так как ее вопросы касались города, окружающего нас и горожан, их одежды, внешнего вида и прочее, то я, хоть и отвлекался на ответы, все равно очень неплохо сумел все разглядеть. Можно даже сказать, что малявка помогла мне это сделать более вдумчиво, что ли.

Ну, что я могу сказать про этот город, основываясь на том, что увидел по дороге в гильдию наемников. Заметно, что это город наемников. Народа на улице, одетого в самые разнообразные доспехи, было очень много, чуть ли не каждый второй, встреченный нами, был облачен в доспех. Причем, это были не только мужчины, но и женщины, правда, женщины, носящие доспехи, встречались реже. За всю дорогу до гильдейского дома, я их видел, ну, может, десятка полтора, от силы.

А вот вооружены, по-моему, были вообще все, встреченные нами. Хоть кинжал на поясе, но висел, и было неважно, мужчина это или женщина.

Вот, кстати, еще один штришок — на улицах не видно нищих и беспризорников! У нас в Смеле их тоже нет, у нас всех бездомных куда-нибудь, да пристраивают, а беспризорных детей просто разбирают по семьям. Я, честно говоря, думал, что это заведено только в нашем городе, благодаря указам барона, а оказывается, и здесь существует что-то подобное. Нужно будет потом узнать поточнее, как здесь все устроено, вдруг когда-нибудь пригодится!

Так, наблюдая жизнь этого города наемников и отвечая на нескончаемый поток вопросов малявки, мы и дошли до здания, где размещалась гильдия наемников.

Располагалось оно, судя по всему на центральной площади. Так как город не имел баронского замка, то в центре его располагалась большая площадь, со статуей какого-то мужика на коне в центре ее. Так же на площадь выходили своими фасадами четыре здания.

Как я понял, одно из них было магистратом, где находились все, управляющие этим городом и их подчиненные, а вот второе было, как раз, штабом гильдии наемников. Что располагалось в двух других зданиях, я не понял, хотя кое-какие предположения были. Ладно, когда пойду в город гулять, нужно будет у кого-нибудь спросить, что здесь и как. И про эти два дома тоже. На всякий случай!

Итак, здание гильдии наемников выходило своим фасадом на центральную площадь, было построено из какого-то камня, красноватого оттенка с темными прожилками, а потому выглядело довольно зловеще. Вход оформляли колонны из белого камня с желтыми прожилками. На фоне всего, трехэтажного здания, вход смотрелся очень ярко, я бы даже сказал празднично.

Войдя внутрь, мы оказались в просторном зале. У противоположной от входа стены, была довольно длинная стойка, за которой сидели аж четыре бойца в полной экипировке, ну, во всяком случае я так подумал, судя по воротам кольчуг, которые я видел над стойкой.

Отец вместе с госпожой магессой направился к стойке, но не успел он дойти до нее, как в зале, перекрывая гул от негромкого общения множества людей, раздался зычный голос, с нескрываемой злостью выкрикнувший:

— Брокс! Я убью тебя, сволочь!

Глава 2

В зале наступила полная тишина. Все, включая и нашу компанию, посмотрели туда, откуда донесся голос.

На нижних ступеньках лестницы, очевидно, ведущей на второй этаж, стоял высокий, широкоплечий воин, с жестким волевым лицом, обрамленным светлыми волосами, спускающимися до плеч. Лицо портил шрам с правой стороны, идущий от края глаза до кончиков губ и придававший лицу какое-то зловещее выражение.

Одет он был в обычную одежду наемника, только вместо доспехов у него была одета тонкая и, мне даже показалось, что позолоченная кольчуга, а сверху простая кожаная куртка. Над правым плечом торчала рукоять меча. Интересно! Он носит меч за спиной? Почему?

По дороге в гильдию мы много раз встречали воинов, одетых похожим образом. Я еще удивлялся — на дворе лето, жарко, а они так упакованы! Причем, не было заметно, что они изнывают от жары! Я решил при случае уточнить этот момент у Зерта или у отца, до кого первого доберусь.

Однако, при виде этого наемника, все мысли вылетели у меня из головы, а руки, абсолютно отдельно от головы, начали нащупывать сумку на поясе, чтобы вытащить мою боевую пращу. Я даже не вспомнил, что по настоянию Зерта не стал ее брать с собой! И вот сейчас мои руки елозили по поясу, безуспешно пытаясь ее нащупать.

Этот громила был выше моего отца, как минимум на голову, и, наверное, раза в полтора шире в плечах! В другое время я бы с удовольствием посмотрел, как он проходит в двери — это, наверняка захватывающее зрелище, потому что ему придется поворачиваться боком, чтобы пройти в большинство виденных мною в жизни дверей!

Что меня насторожило — за его плечом стоял наемник. Я его узнал! Это был единственный, оставшийся в живых наемник, сопровождавший госпожу магессу в город Ирдик. Ну, кроме Убаха, естественно! Это он вышел из зала сразу за отцом! Так что, получается, это он предупредил наемника?

— Ба, кого я вижу! — абсолютно спокойно отреагировал отец. — Большой Десс, собственной персоной!

Он смотрел на этого громилу с явной насмешкой, чуть прищурив глаза.

— Как я посмотрю, ты все такой же громогласный… — так же громко продолжал отец — и такой же тупой! Ну, за то время, что мы с тобой не виделись, ты бы уже мог научиться тому, что не нужно давать невыполнимых обещаний, это может тебе дорого обойтись!

Люди в зале с интересом слушали перепалку двух воинов, можно сказать, затаив дыхание. Было интересно наблюдать, как их головы поворачивались то в одну сторону, то в другую, в зависимости от того, кто в этот момент говорил. Если бы дело не касалось отца, то я бы вполне счел это забавным и похихикал бы всласть, но не сейчас.

Потому что сейчас эта ситуация со скоростью курьерского коники неслась к кровопролитию и смерти!

«Как бы разрешить эту ситуацию без кровопролития?!» — напряженно думал я, разглядывая собравшихся в зале людей. Нужно сказать, что не все, находящиеся здесь, были воинами. Некоторые явно не принадлежали к гильдии наемников и, вероятно, были заказчиками. От них прямо волнами расходились любопытство напополам с предвкушением.

Вдруг, среди воинов, я узрел знакомое лицо.

«А он-то что здесь делает? — подумал я, глядя на Верна Убаха, наемника отряда „Степные лисы“, сопровождавшего госпожу магессу в Ирдик. — Он же, вроде, должен…»

И тут я понял, что подумал глупость. Охранять госпожу магессу, равно как и ее дочь, он не мог, так как они обе были с нами! Значит, он был свободен и пришел сюда… Интересно, с какой целью? Потом выругался про себя! Как же я мог забыть — отец же, вроде как брал его с собой! Вот что значит женщина! — я посмотрел на малявку — отвлекла, так отвлекла!

Пока я предавался размышлениям, высококультурный диспут двух глубоко вежливых людей перешел на новый, еще более культурный уровень.

— Я отрежу твой поганый язык и заставлю тебя его съесть! — уже чуть ли не топая своими громадными ножищами, брызгая слюной так, что я начал подумывать о потопе в одном, отдельно взятом помещении, орал громила.

— А здоровья хватит? — откровенно насмехаясь осведомлялся отец. — А то хлопотно это!

— Хватит у меня здоровья! — почти рычал здоровяк. — И умения хватит! И сейчас тебе уже не спрятаться за спину твоего дружка-орка!

— Это когда-это я за него прятался? — отец был изумлен и возмущен одновременно, но головы не терял.

— Сколько раз мы с тобой сцеплялись? — вдруг вопросом ответил Десс.

Отец молча пожал плечами, мол, кто же их считал?

— Ну, и хоть раз он дал нам решить наши разногласия, как мужчинам? Вечно припрется, «Брокс, там тебя капитан зовет!» или «Брокс, давай, шевелись, нам уже пора двигать!». И смотрит так на меня, нахально! Но я ведь не с ним ссорился!

— И что? — отца явно разбирало любопытство. — Ты хочешь воспользоваться его отсутствием и «решить наши разногласия, как мужчины?» — передразнил его отец.

— Да! — радостно оскалился наемник. — Я, наконец-то, увижу цвет твоей крови!

— Ой-ой-ой! Десс, не будь таким пафосным! — отец нахмурился и вдруг спросил. — Ну, твое желание подраться я понимаю, но скажи мне, в чем заключаются наши разногласия на сей раз?

— Ты что, тупой? — удивлению громилы, казалось, не будет границ. — В ней!

И его, толстый как колбаса палец ткнулся в сторону госпожи магессы.

— А вот сейчас я не понял! — воскликнул батя, пропустив оскорбление мимо ушей. — Какие у тебя могут быть к ней претензии?!

— А претензии не к ней, а к тебе! — оскалился здоровяк. — Я оплатил ее найм, а ты собираешься ее забрать себе, причем, даже без возврата средств, не говоря уже о выплате компенсации!

— Если ты оплатил ее найм, то должен был позаботиться о том, чтобы в дороге с ней ничего не случилось! — отрезал отец. — Ты же этого не сделал! Так кто в этом виноват?!

— Я отправил в сопровождение трех человек! — рявкнул в ответ здоровяк. — Этого должно было хватить! Кто же знал, что барон Засс числит ее во врагах?

— Ну, и чего ты от меня хочешь? — задал вопрос отец.

— Я хочу, чтобы она отработала свой найм! — отрезал громила.

— А ничего, что это мы спасли ее, ее дочь и твоих людей, которые уже были практически мертвы? — полюбопытствовал отец.

— Вы — молодцы! — выпятив грудь и оттопырив нижнюю губу, заключил наемник. — Я вам благодарен!

— Ну, и хорошо! — спокойно сказал батя. — Раз ты нам благодарен, значит, все останется так, как есть.

— Нет! — прорычал наемник. — Или она отрабатывает найм, или дуэль!

— Ну, послушай, — примирительно начал отец, — ну, чего ты такой злой сегодня? Ты не выспался или тебе шлю… — тут он вспомнил, что пришел сюда не один и не в чисто мужской компании. Батя замолчал и было видно, как он судорожно пытается найти какое-нибудь другое завершение своей тирады. Потом, безнадежно махнув рукой, закончил:

— … давай, сядем, за кружечкой пива все обсудим, найдем решение, устаивающее нас обоих…

Я увидел, как орк закатил глаза и покачал с осуждением головой и понял, что родитель только что допустил ошибку. Если он не хотел драться, то этого говорить было категорически нельзя! И точно.

— Ага, струсил! — торжествующе завопил наемник. — А вы всегда мне не нравились! Вечно вам доставалось самое лучшее, а нам одни объедки! Наконец-то все увидят, что вы из себя представляете!

— Десс, — как-то очень серьезно сказал отец, — ты не прав! Если бы мы не были лучшими, нам бы не давали столько наймов. Кстати, — вдруг оживился он, — пока вашим капитаном был Седой Ширак, у «Лис» тоже было немало наймов! Не столько, конечно, как у нас, но вы и не бедствовали! Что сейчас-то произошло?

— Тебя, Брокс, это вообще не касается! — опять разъярился громила. — Ты что-нибудь уже выбери — или возвращаешь нам госпожу магессу, он посмотрел в направлении госпожи Дины, или давай драться! Ты меня уже утомил своими разговорами!

По толпе свидетелей этой перепалки побежали шепотки.

— Ну, хорошо, — как-то устало согласился отец, — будем драться. Раз ты меня вызываешь, то я определяю где, когда и как, верно?

— Верно! — кивнул наемник. — Давай, говори условия!

Он гордо уставился на моего отца.

— Ну-у-у, — потянул батя, — сейчас, то оружие, что при себе, кроме метательного, до невозможности одного из нас продолжать бой!

— Фи-и! — презрительно скривился Большой Десс. — А чего не до смерти, струсил?

— Десс, — утомленным голосом произнес батя, — ты невозможен! Откуда такая кровожадность?

— Ты трус, Брокс! Ты боишься драться, как мужчина! — воскликнул наемник.

— Ага! — вдруг весело рассмеялся мой родитель. — Ты только это не говори больше вслух, а то ведь засмеют! Смотри, народ уже веселится!

И правда, я заметил, что многие наемники, находящиеся в зале, после слов Большого Десса про трусость, начали смеяться и что-то друг другу при этом говорить, явно ведь обсуждали слова наемника. Но почему-то приняли их, скорее, как шутку, а не что-то обидное.

«Надо же, — подумал я, — а у бати, оказывается, в среде наемников репутация-то ого-го!»

Какой-то мелкий, по сравнению с Большим Дессом, наемник вскочил рядом с ним на ступеньки и зычным голосом крикнул:

— Ставки на бой принимает Звездный Кот, так что, прошу к нему! Делайте ставки!

М-да, зрелище было еще то! Наемник, ростом доходящий Дессу только до груди, громко разорялся, а громила, чуть склонив голову набок, смотрел на него со снисходительным интересом и легкой улыбкой, и мне, в данную минуту, он казался абсолютно нормальным, а не истерично-параноидальным, как минуту назад.

Большой Десс не спеша сошел со ступеней лестницы и прошел к другой двери, которую я сначала не заметил, ведущей, как я вскоре выяснил, во двор, на котором, кроме нескольких хозяйственных построек, была специальная площадка, где-то навскидку метров пять на пять, по углам которой стояли какие-то каменные столбики.

— Надо же! — донесся до меня пораженный голос Зерта. — Здесь даже защитный барьер есть!

Оказывается, пока я разглядывал двор, вся наша компания уже тоже вышла из зала и не торопясь двигалась по направлению к ограниченному столбиками квадрату.

Я, все так же держа за руку притихшую Илю, тоже потянулся за ними.

Народ потихонечку заполнял двор, люди рассредотачивались так, чтобы лучше видеть будущее действо. В квадрат, ограниченный каменными столбиками, который местные называли ареной, прошли мой отец с Зертом, а навстречу им, с противоположной стороны двигались Большой Десс и Верн Убах.

С третьей стороны к ним подошел какой-то седой мужчина, его лицо мне было видно плохо, но по тому, как почтительно с ним общались обе враждующие стороны, было понятно, что авторитет этого человека весьма высок.

Поговорив о чем-то несколько минут, они разошлись, лишь седой остался неподвижно стоять в центре арены.

Отец и Зерт, выйдя за пределы каменных столбиков о чем-то жарко заспорили, но мне с моего места было совсем не слышно, поэтому я, посмотрев на притихшую малявку, предложил:

— Давай подберемся поближе, а то отсюда не так хорошо видно, да и наши все там!

— Угу! — кивнула мне головой понятливая девочка, и я не заметил на ее лице предвкушения от просмотра предстоящего зрелища.

Протолкавшись к нашим, таща за собой малявку, я понял, что уже опоздал. Орк закончил о чем-то спорить с отцом, и теперь активно помогал подготовиться к дуэли. Я не стал им мешать, и пока было время, наклонился к малявке и спросил:

— Иля, тебе отсюда хорошо видно или подыскать другое местечко?

— Не надо! — пропищала малявка. — Мне и здесь хорошо, спасибо! И предстоящее зрелище мне не интересно! Мне не нравится, когда убивают!

— Это да… — я закивал головой. — Действительно, ничего хорошего в этом нет!

Отвечал я ей уже не думая, что делаю, потому что сосредоточен был на арене, куда вышел мой отец, одетый в кольчугу и держа в руке обычный пехотный меч и Большой Десс, весело ухмыляющийся, тоже одетый в кольчугу и тоже с мечом, но его меч был гораздо длинней отцовского и рукоять имел тоже более длинную.

«Полуторник! — догадался я. — Вот почему он таскал его на спине! Вот же! Этот меч, наверное, на треть был длинней того, каким пользовался отец!» Я заволновался. Если раньше я почему-то был абсолютно спокоен, уверенный в том, что отец победит этого громилу, то теперь моя уверенность начала таять.

Зерт, увидев меня, подошел поближе, ободряюще кивнул малявке, которая, в ответ, несмело ему улыбнулась, и потом несильно ткнул меня в плечо.

— Ну что, Раст, поболеем за твоего батьку?

Судя по всему, настроение у него было отличным!

— Зерт, ты такой спокойный, а вот я что-то занервничал, — признался я, — когда этот громила достал свою острую железяку! Она слишком длинная!

— Подумаешь! — легкомысленно махнув рукой, возразил орк. — Главное — не длина железяки, главное — умение ей размахивать! А если верить моему дяде, а, сам понимаешь, не верить я ему не могу, то равных твоему отцу здесь нет!

— Да с чего ты взял? — уже волнуясь не на шутку, спросил я. — С тех пор, как твой дядя перестал здесь появляться, столько воды утекло! Пришли новые бойцы, натренировались старые, повысив свое мастерство…

— Эй! — возмущенно воскликнул орк. — Если я сказал, что нет, значит, нет! Наших тоже много в гильдии и они, приехав в стойбище, обязательно рассказывают дяде все новости, и показывают все, что нового увидели. Так что, можно сказать, что он в курсе всех событий! К тому же, — вдруг сменил тон Зерт и заговорил рассудительно и немножко нудно. — К тому же, драчка у них не насмерть, а госпожа магесса, в случае получения ран или травм, вполне себе может подлечить! Так что, волноваться не о чем!

— Так-то оно так, — уныло ответил я, подтверждая его правоту, — но всегда есть место случаю! А я не готов лишиться отца в столб юном возрасте! — и, помолчав, пожалился:

— И как ты уговорил меня не брать с собой сумку?! А там ведь у меня праща!

— Да, на кой она тебе здесь сдалась? — еще не понимая, воскликнул орк. — Куда ты из нее стрелять будешь?

— Да чего непонятного-то? — возмутился я. — Вот, по нему и буду! — я качнул подбородком в сторону ухмыляющегося Большого Десса.

Орк воздел глаза к небу и возразил голосом бесконечно терпеливого орка:

— Ну, во-первых, твои снаряды не пропустит защитный барьер, который специально создан, чтобы защищать зрителей, если в поединке применяется магия, так что ты хоть обстреляйся, а ничего противнику твоего отца ты не сделаешь…

— Ага! — перебил я его. — У Витора Оста и барона Засса тоже щиты были! Сильно они им помогли?!

Орк вдруг побледнел и ухватил меня за плечо.

— Не вздумай! — зашипел он. — Только хуже сделаешь!

— Да ты чего шипишь?! — возмутился я. — Из чего я пулять буду?! Кто мне не дал ее взять с собой?! «Это цивилизованный город, Раст, это не леса, тебе это не пригодится, здесь тебя никто не тронет!»

— Меня не тронули! — все сильнее сердясь продолжал я. — На отца руку подняли, а я по твоей милости теперь должен стоять и смотреть, как какой-то тупой и напрочь безбашенный громила готовится убить моего отца! Мало того, что у него меч длиннее, так у отца после ранения плохо работает левая рука и правая нога тоже плохо гнется!

— Ну, твой отец об этом знал, когда соглашался на поединок! — пожав плечами, констатировал орк.

— Да, знал! — согласился я с очевидным. — Но от этого мне не легче!

— Это, как раз, ерунда! — небрежно произнес орк и видя, как я вскинулся, чтобы возразить, быстро продолжил:

— То, что твой отец сегодня останется жив — это точно. Но вот подумай о том, зачем мы приехали в этот город?!

— Ну, наемников нанять, — мой ответ был очевиден. Просто, если и были какие-то другие цели, то я о них был не в курсе!

— Во-о-от! — протянул орк. — А теперь подумай, как эти наемники воспримут тот факт, что, практически легенда, о котором рассказывают столько историй, будет уклоняться от поединка?

— М-да! — я почесал затылок. — Ты хочешь сказать, что у отца не было выбора?

— Да! — орк подтвердил мои выводы. — А теперь — не мешай, дай посмотреть на легенду! Начинается!

Восторгов орка я все равно не разделял.

* * *

Мы с Илей стоим в первом ряду, и нам все видно очень хорошо. Бой начался не сразу, сначала отец с громилой сошлись в центре арены и седой мужчина с минуту им что-то говорил, отец кивал головой, а наемник стоял спокойно, гордо задрав голову.

Сказав все, что хотел или должен был, мужчина отошел за пределы каменных столбиков и, мгновение помолчав, громко крикнул:

— Бой!

Большой Десс напал сразу. Он, без разбега, оттолкнувшись двумя ногами, прыгнул вперед, резко по горизонтали махнув своим длинным мечом. Отец так же быстро сделал несколько шагов назад, разрывая дистанцию.

Мне показалось, что я даже услышал свист воздуха, вспарываемого мечом наемника. Или мне это только показалось?

Но отвлекаться на раздумья было некогда. Наемник действовал быстро! Вообще, для своей комплекции он был очень быстр, и я не понимал, как отцу удается оставаться живым в этом граде ударов, которыми его осыпал громила.

Я пока еще с мечом обращаться не умею, орк мне дал всего два урока и то, первый был чисто теоретическим, с рассказом о том, как и для чего появился меч, какие есть его разновидности и особенности тактики боя различными видами мечей.

Как он сказал, чтобы я сразу мог представить, в каком примерно ключе будет действовать мой противник, как только увижу, каким мечом он хочет сражаться. Это все, конечно, здорово, но лучше сначала много практики и, хотя бы немного опыта! И только потом его теория станет мне понятна! А пока я просто это запомнил, но применить не могу.

Второй урок был интересней. Мы с ним… М-да, как гордо звучит… «Мы с ним!» Ага! «Мы пахали! — гордо сказала муха, слетая с рогов вола!»

Короче, Зерт, при некотором моем участии, которое сводилось к фразам, типа: «Ну, не знаю, вроде удобно» или «А ничего так, машется легко» и все в таком духе, все-таки подобрал мне меч, с которым он будет меня тренировать.

Это был простой пехотный меч в длину около метра, включая рукоять.

После подбора меча, он начал учить меня правильно его держать и правильно доставать из ножен и вкладывать обратно. Да! Еще и показал, и рассказал, как правильно ухаживать за этой заточенной железкой.

Вот, не знаю почему, но именно к этому мечу душа у меня не лежала. Хотя это может быть пока от моего неумения и неопытности.

Да, что-то я отвлекся! А ведь просто хотел заметить, что мастер из меня никакой, поэтому следил за поединком со своих позиций простого обывателя. Подозреваю, что многого не понимал.

И вот тут мне в голову пришла, я считаю, гениальнейшая идея! Я подергал стоящего рядом Зерта за рукав.

— Слышь, Зерт, — озвучил я свою просьбу, когда орк, не отрывая взгляда от арены, вопросительно качнул головой, — а чего происходит-то?

— Ты чего, не видишь, что ли? — удивленно прошипел он. — Все будет хорошо!

— Да как же хорошо-то? Вон, смотри, наемник давит, батя все время отступает, и бьет в ответ редко!

Это была правда!

Вот Большой Десс, в очередной раз быстро ударил своим мечом сверху, отец не стал подставлять под удар свой меч, а просто, сделав шаг в сторону, пропустил его рядом с собой. Ну, вот, вроде бы и все! Сейчас наемник провалится вслед за мечом и откроется отцу для удара! Как же!

Громила, к сожалению, владел мечом очень хорошо, судя по тому, что за мечом он не провалился, а наоборот, как-то смог перевести вертикальный удар в горизонтальный!

Стоящий рядом орк аж зацокал языком в восхищении и забормотал:

— Хорош! Да, Большой Десс хорош! Жаль, что придется убить, такой наемник нам бы пригодился!

Отец, тем временем, парировал горизонтальный удар своим мечом, благо, при смене направления удар потерял большую часть вложенной в него силы.

Над ареной разнесся звон столкнувшихся клинков, а потом и быстрый тонкий скрежет, когда клинки скользили один по другому.

Вот клинки разошлись и почти сразу же клинок наемника метнулся вперед, похоже, рассчитывал попасть в ничем не прикрытое горло, но отец мечом сбил удар в сторону и, в ответ, ткнул мечом вперед, попав наемнику по руке, но меч просто скрежетнул по наручу, не причинив вреда.

Я следил за боем, не отрываясь и так увлекся, что вздрогнул, когда возле самого уха услышал крик:

— Что?!

Я поднял глаза и увидел Зерта, лицо которого выражало возмущение и желание быстрей разобраться с возникшей проблемой, отрывающей его от интересного зрелища.

— Ты чего? — я не мог скрыть удивления.

— Что «чего»? — теперь он удивился самым натуральным образом. — Ты чего меня дергаешь за рукав и повторяешь: Зерт, а, Зерт?! Вот я и спрашиваю: чего?! Я, кстати, уже несколько раз тебя спрашивал, а ты все продолжаешь меня дергать и звать по имени! Так вот я и хочу знать — чего тебе нужно?!

Заканчивал он уже не глядя на меня. По-моему, его глаза наводились на арену без участия мозга, сами по себе!

Я вспомнил, зачем теребил орка!

— Зерт, я еще совсем ничего не понимаю, поэтому не мог бы ты мне объяснить, что сейчас происходит на арене? Судя по всему, отцу приходится несладко, и он проигрывает?

— Кто проигрывает? — орк вновь оторвал глаза от арены и уставился на меня.

— Так, отец! — в отчаянии я махнул рукой в сторону арены, на которой отец, в очередной раз избежав встречи с мечом наемника, попытался контратаковать, нанося короткие прямые удары острием меча в различные части тела противника, причем, делал он это явно по какому-то плану, потому что Большой Десс отражал их с огромным трудом, а последний так и вовсе не смог, и меч отца поразил его в плечо, правда почему-то кольчугу не пробил, хотя наемнику досталось ощутимо!

Он отскочил в сторону и с гримасой боли на лице начал тереть рукой то место, куда попал меч! «Ага! — возликовал я в душе. — Не нравится?! Так-то, знай наших!»

Но, судя по всему, здоровяк наших не знал, поэтому, растянув губы в жуткой ухмылке, он перехватил меч двумя руками и со скоростью курьерской лошади подскочил к отцу и меч в его руках заработал, со свистом вспарывая воздух. Теперь я этот свист слышал очень отчетливо!

— Да, ничего не скажешь! — чуть завистливо пробормотал орк. — Сильный боец!

— Что, — вдруг ставшими непослушными губами, задал я вопрос, — отец проиграет?

— Почему? — удивленно посмотрел на меня орк.

— Ну, ты же сам сказал, что он очень хороший боец! — я подбородком кивнул в сторону Большого Десса.

— И что? — вот тут я не понял! Орк или не понимает меня, или просто издевается! Для лучшей сохранности его организма, я решил считать, что он меня просто не понимает!

— Раз он хороший боец, — терпеливо, но на грани потери этого терпения, начал объяснять я суть вопроса, — значит, он может победить отца!

— Кто? — продолжал не понимать меня орк.

— Так! — я почувствовал, что начинаю звереть. — Зерт, соберись! — я рванул за руку орка, который опять не отрываясь смотрел на арену. Сейчас там оба участника наносили и отражали удары, бой шел примерно равный. Ну, на мой взгляд.

— Зерт! — орк опять повернулся ко мне. — Большой Десс, как ты сказал, очень сильный боец, поэтому может победить моего отца, это так?!

— А? — Зерт выглядел непритворно удивленным. — Кто? Это Десс?!

Я молча кивнул головой.

— Не! — помотал головой орк и снова уставился на арену. — Он, конечно, хороший боец, — продолжил орк после небольшой паузы, когда я уже начал примериваться, куда бы ему засветить почувствительней, чтобы он пришел в себя и ответил мне на вопрос, — но хороший не настолько чтобы победить твоего отца.

Он, наконец, оторвался от арены и посмотрел на меня.

— Ты разве не видишь, что именно твой отец ведет бой?! Он может убить его в любую минуту, но просто не хочет этого!

— Как это? — вот тут я просто впал в ступор.

Орк внимательно поглядел на меня.

— Э-э-э, парень, да ты что, переживаешь? — вдруг с удивлением понял он. — Ох! — он легонько хлопнул себя ладонью по лбу. — Все время забываю, что ты у нас неуч! Не! Не переживай! Твой батька полностью контролирует этот бой и закончит его тогда и так, как это нужно ему.

— Правда? — я все еще не мог поверить в слова орка.

— Точно тебе говорю! Кстати, Большой Десс тоже это понимает, поэтому и пытается переломить ход поединка, но у него просто не хватает мастерства! Твой батя, Раст, очень умелый воин!

После этих слов я расслабился, поверив Зерту, и начал следить за поединком спокойно.

— Послушай, Зерт, — вдруг мне на ум пришел интересный вопрос, — а если бы ты был сейчас на месте Большого Десса, что бы ты сделал?

— Ну, — неторопливо начал орк, опять глядя на арену, — во-первых, я никогда бы не оказался на месте Десса…

— Это почему? — я не дал закончить орку.

— Потому что с твоим отцом я готов сходиться только в тренировочных поединках! Я еще помню, что мне рассказывал мой дядька Гиб, по прозвищу Весельчак. А, во-вторых, если бы я был на месте Десса, то я бы… — орк посмотрел на меня и ухмыльнулся, — сдался!

Я пораженно посмотрел на орка. Тот невозмутимо пожал плечами, так и не оторвав своего взгляда от арены.

Я, поняв, что от орка ничего путного не добьюсь, тоже стал следить за поединком, в сущности, наблюдая лишь внешнюю его сторону, потому что все остальное было для меня пока недоступно.

А на арене, шквал ударов, которыми обменивались мой отец и Большой Десс, поутих, очевидно бойцы взяли паузу. Ну, еще бы! Сколько можно махать этими железками! Они ведь весят прилично, а вокруг железных нет, чтобы махать ими с утра до вечера без остановки!

— Устали, перерыв? — вроде ни к кому не обращаясь, спросил я.

Орк прекрасно расслышал вопрос и понял, кому на него нужно отвечать.

— Да нет! — он усмехнулся. — Большой Десс в очередной раз меняет тактику, а твой батя пытается понять, что тот может еще предпринять. Ох, чую я, что все закончится очень скоро!

— Почему? — вырвалось у меня.

— А лицо у твоего бати очень многообещающее! Видно, ему это все уже надоело! — как мог, растолковал мне свое мнение орк.

Тем временем, на арене минута затишья подошла к концу, и наемник с диким ревом обрушился на отца. Его меч, буквально порхал в его руках, нанося отцу удар за ударом с разных сторон, и не всегда мои глаза успевали заметить сам удар, а понимал я, что он был, только когда слышал звук встречающихся мечей.

Как отец успевал все их отражать или от них уходить, для меня оставалось загадкой, впрочем, я надеялся, что по мере обучения тоже смогу так, или хотя бы примерно так.

Большой Десс уже несколько минут без остановки размахивал своим мечом, когда отец решил ответить. Что произошло я не понял, да я даже не увидел, что произошло! Я увидел только результат отцовских действий.

Длинный меч Большого Десса сверкнул в воздухе, щедро разбрасывая по округе солнечные зайчики, и, мгновение спустя, задребезжал по камням двора, а сам наемник, как-то хекнув, упал на одно колено и замер.

Ну, еще бы ему не замереть, когда отцовский меч располагался в опасной близости от его горла.

— Ну что, Большой Десс, — услышал я голос отца, изрядно приправленный любопытством. — Ты не можешь продолжать бой! Или все-таки попробуешь?

Наемник помолчал, видимо пытаясь что-то придумать, но после того, как батя прижал к его горлу меч так, что даже слегка порезал, мне хорошо была видна струйка крови, стекающая по горлу под кольчугу, Большой Десс что-то быстро сказал.

Отец покачал головой и громко произнес:

— Ты во весь голос утверждал, что победишь меня и я хочу, чтобы ты, также во весь голос, чтобы тебя слышали все, собравшиеся здесь, признал свое поражение!

Наемник молча сверлил моего отца ненавидящим взглядом, но во всеуслышание это заявлять не спешил.

— Ну?! — поторопил его отец, плотнее прижимая к его горлу свой меч.

Нужно отдать должное — Большой Десс не потерял присутствия духа. Он спокойно, одной рукой отвел лезвие меча от своего горла, не спеша поднялся на обе ноги, потом обвел взглядом всех, собравшихся во дворе гильдии, чтобы поглазеть на поединок, и громко сказал:

— Признаю, этот поединок я проиграл!

После этих слов он спокойно подошел и поднял с камней двора свой меч, внимательно его осмотрел, вложил в ножны, после чего повернулся к отцу, так и стоящему на арене, и громко сказал:

— Ты все еще мне не нравишься, Брокс, и это не последняя наша встреча! Так что, готовься!

И так же не спеша прошел через раздвинувшуюся толпу, освободившую ему проход к двери. За ним последовал лейтенант Верн Убах и последний оставшийся в живых наемник «Степных лис», сопровождавший госпожу магессу.

Кстати, что интересно, Большой Десс ничего не сказал по поводу госпожи магессы, только зырнул нехорошо в нашу сторону и все! Ох, что-то мне это все не нравится! Не к добру этот взгляд!

А! Вот еще что интересно! Конечно, лучше было бы спросить у бати, но к нему сейчас не пробиться, он разговаривает о чем-то с седым, который был кем-то вроде судьи на этом поединке, а вокруг столпилась целая куча народа, что-то желающая от моего отца.

Практически, мы остались одни, стоящие около арены. Все остальные или уже ушли со двора по своим делам, либо столпились на арене.

Так вот, так как до отца было не добраться, я обратился с вопросом к Зерту, как к знатоку всяческих законов, писаных и неписаных.

— Слушай, Зерт, — я почесал затылок, обращаясь к орку, — вот этот наемник отцу угрожал, обещал его убить… Мне вот непонятно, почему отец его не убил, ведь у него была такая возможность!

— Я, конечно, точно не знаю, но на мой взгляд, ты одновременно прав и неправ.

Я удивленно поднял брови.

— Сейчас объясню! — орк внимательно оглядел двор, уяснил что-то для себя и опять повернулся ко мне. — Так вот, Раст, технически, у него такая возможность была, потому что мастерством он Большого Десса превосходит, но, в то же время, убивать его нельзя было от слова «совсем».

— Почему? — вырвался у меня вполне естественный вопрос.

— Большой Десс — наемник, — начал объяснять орк, — и состоит в гильдии. Скажи, как отнесутся члены гильдии к убийству одного из них?

— О каком убийстве ты говоришь? — удивился я. — Все слышали, как этот клоун оскорблял моего отца и как он сам вызвал его на дуэль! Все свидетели, что отец хотел мирно уладить возникшие между ними разногласия! И это Большой Десс отверг возможность мирного решения!

— Да-да-да! — жестом согласия поднял руки орк. — Ты совершенно прав! И свидетели найдутся, и подтвердят, если это потребуется. Вот только, — он сделал паузу и вопросительно посмотрел на меня, — ты помнишь, зачем мы сюда приехали?

— Да! — кивнул я. — Нанять отряд, для защиты баронства.

— Вот! — Зерт поднял палец. — Нанять отряд! Как ты думаешь, у нас получится это сделать, если мы начнем убивать членов гильдии налево и направо?!

— Да какой налео и направо?! — возмущенно воскликнул я. — Он же сам…

— Раст, Раст! — вдруг повысил голос Зерт. Я умолк, не договорив. — Вот я тебе поражаюсь! Иногда мне кажется, что у тебя за плечами уже лет сто прожитых, настолько твои суждения мудры и взвешены. — Я гордо вздернул подбородок. — А иногда, — как ни в чем не бывало, продолжал орк, — ты как дитя грудное, неразумное!

Орк прервался и укоризненно покачал головой.

— Мало ли кто кого и на что вызвал! — продолжил он после паузы. — Вот скажи, если тебя вызовет на бой трехлетний шибзик, ты при возможности его убьешь?

— Да я с ним вообще связываться не буду! — возмутился я.

— А если он тебя будет оскорблять? — продолжал настаивать орк.

— Да все равно! Он мне не соперник, так что пусть хоть весь на оскорбления изойдет! — ответил я, уже начиная предполагать продолжение беседы.

И я угадал!

— Так вот, — наставительно сказал Зерт, — Большой Десс твоему отцу тоже соперником не был!

Глава 3

Наконец, мы покинули гильдию наемников и вышли на улицу. Отец и госпожа магесса довольно долго разговаривали сначала с тем седым, который и командовал поединком, а потом с другим мужчиной, в воинском доспехе.

Кстати, как выяснил Зерт, седовласый мужчина и был главным в гильдии наемников. Звали его Велтон Прист и он был главой гильдии наемников Ирдика. Он что-то долго говорил то отцу, то госпоже магессе, отец тоже в ответ что-то говорил, а госпожа магесса изредка вставляла реплики. После очередной, сказанной главой гильдии фразы, они втроем вдруг пошли к лестнице и поднялись на другой этаж.

Я хотел было последовать за ними, но Зерт меня удержал, положив свою руку мне на плечо.

— Не надо, Раст, они там без тебя спокойно разберутся! — заметил он.

— Раст! — тут мою руку подергала Иля, которая весь поединок отца с громилой-наемником простояла молча, не отвлекая меня и не напоминая о себе.

— Чего, Иля? — я был благодарен малявке за ее спокойное поведение во время всех этих беспокойных событий, поэтому был готов максимально благожелательно встретить любой ее каприз.

— Раст, а мы не пойдем наверх к моей маме и твоему папе? — малявка вопросительно заглядывала мне в лицо снизу вверх.

— Нет, Иль, не пойдем! — я погладил девочку по голове. — У твоей мамы и моего папы сейчас очень важный разговор, а мы их будем отвлекать, поэтому мы подождем их здесь. Мне кажется, что разговор надолго не затянется и они скоро вернутся.

— Раст! — малявка, судя по всему, решила компенсировать то время, когда она молчала. — А правда, твой отец здорово побил этого противного наемника?!

— Правда! — я решил быть кратким, может, это как-то усмирит ее любознательность? Ха! Напрасные мечты!

— А почему он не стал его убивать? — не унималась малявка.

— Ну, — напустив на себя вид учителя перед нерадивым учеником, произнес я, — ты же слышала, что сказал дядя Зерт?

— Нет! — отчаянно замотала головой девчонка. — Я видела, что вы говорили о чем-то, но во дворе было очень шумно, поэтому я даже не знаю, о чем!

— А-а-а! — протянул я. — Ну, слушай!

Я обвел глазами помещение, увидел скамейку, стоящую у стены и никем не занятую, и решил, что разговаривать сидя нам будет удобней.

— Зерт, пойдем, присядем! — я мотнул головой в сторону скамейки. Орк кивнул головой и вскоре мы уже с удобно устроились на ней. Малявка поначалу было пискнула что-то насчет «ты обещал!», но потом, убедившись, что я не пытаюсь улизнуть, притихла и устроилась рядышком.

— Так вот, — я продолжил начатое объяснение. — Мы прибыли в этот город, чтобы нанять наемников для защиты баронства. Отца на поединок вызвал наемник. Отца здесь хорошо знают и не успели забыть, что он, оказывается, мастер меча. Этот наемник мастером меча не является, поэтому, строго говоря, он отцу противником не являлся, и если бы он его убил, то это не одобрили бы все окружающие. А нам сейчас нужно вести себя очень осторожно, если мы хотим нанять отряд.

— Понятно! — вздохнула малявка. — Все так сложно!

— Эй, юная леди! — вмешался орк, нагнувшись вперед, чтобы видеть девочку. — Не надо так расстраиваться! Это все сложно, пока ты маленькая, а как подрастешь… — он задумался, потом тоже вздохнул и закончил: — А! Тоже будет все сложно, только по-другому!

Он состроил гримасу разочарования и махнул рукой.

Мы посидели, помолчали… Кто о чем думал, а я просто сидел, прикрыв глаза, и наслаждался покоем, пока несносная девчонка не стала дергать меня за рукав.

— Раст, а, Раст!

Вот же неугомонная!

— Чего тебе? — я открыл глаза.

— Моя мама и твой папа пришли! — спокойно сказала она и не спеша поднялась с лавки.

О чем-то задумавшийся орк с удивлением посмотрел на нее, а потом, проследив взглядом куда она смотрит, тоже вскочил. Я тоже поднялся, и мы втроем двинули к ним. Двинули не торопясь, потому что они еще разговаривали с каким-то воином в легком кожаном доспехе.

Разговор явно подходил к концу, и к тому времени как мы приблизились к разговаривающим, воин сделал шаг назад, махнул им рукой на прощание, и начал подниматься по лестнице.

— М-да! — как-то уныло выдохнул отец, а госпожа магесса только молча вздохнула и пожала плечами.

— Ну, ладно, пошли назад! — предложил отец. — Будем думать!

Такое окончание переговоров меня сильно заинтриговало! Понятно, что ничего хорошего у отца не вышло. Вот лично у меня есть стойкое подозрение, что отряд нанять отцу не удалось! Интересно, почему?

Мы вышли из гильдии и, наконец-то, оказались на улице. Все остановились, ожидая каких-нибудь конкретных предложений, что делать дальше.

— Так, — задумчиво потянул отец, — я хочу есть, да и, к тому же, уже и время обеденное…

Он обвел всех выразительным взглядом.

— Кто со мной?!

Ну, кто бы сомневался! Малявка, не выпуская моей руки, ухватила отца за мезинец и потрясла его, привлекая к себе внимание.

— Дядя Брокс, а ты мне чего-нибудь вкусненького купишь? — она с любопытством и надеждой, задрав голову, смотрела на отца.

— Иля, как тебе не стыдно попрошайничать?! — тут же взвилась госпожа магесса и с укоризной поглядела на дочку.

— Мама! — возмутилась малявка. — Ну как ты можешь так говорить! — она вернула матушке укоризненный взгляд. — Я не попрошайничаю! Я пытаюсь выяснить… — она посмотрела на небо, очевидно вспоминая трудное слово. И она-таки его вспомнила! — …песпертивы! Вот!

— Перспективы, горе мое! — улыбаясь, поправила малявку матушка.

— Обязательно! — широко улыбаясь, но прилагая усилия, чтобы не рассмеяться, пообещал отец.

Я тихонько хихикал, пока она не обращает на меня внимания, а Зерт откровенно скалился и даже похрюкивал!

— Тогда, пойдем! — милостиво согласилась Иля.

— Подожди! — продолжал улыбаться отец. — Нужно и остальных послушать, вдруг кто-то еще захочет, чтобы я купил ему вкусненького?!

— А чего их слушать? — рассудительно постановила малявка. — Они все взрослые, им вкусненькое уже не положено!

Все начали смеяться, а Иля, обведя всех непонимающим взглядом вдруг продолжила:

— Хотя… Вот Раст еще не очень взрослый, ему можно, но… — она тяжело и горестно вздохнула, — …он же готовится стать воином, а поэтому должен тренироваться стойко переносить всяческие тяготы и неудобства…

Все, включая меня, уже откровенно ржали.

Иля опять обвела всех удивленным взглядом и пожала плечами.

— Так что, их ответа можно не ждать! — твердо заключила она. — Сегодня вкусняшки вам покупать только мне!

— А вдруг им просто кушать хочется? — осведомился отец, присев на корточки напротив малявки, чтобы ей не приходилось все время задирать голову.

— Ну, — сделала вид, что задумалась, малявка, одновременно стрельнув по всем лукавым взглядом. — Если кушать, то, конечно, возьмем!

Она согласно кивнула головой.

— Ну, вот и хорошо! — сказал отец, поднимаясь с улыбкой во весь рот. — Кто хочет просто кушать, без вкусняшек, — уточнил он, — можете присоединяться!

Желание покушать изъявили все.

— Так! — ненадолго задумался отец. — Я уже давненько здесь не был, но раньше недалеко отсюда был хороший трактир. Назывался он… — отец задумался, пытаясь вспомнить название. — Нет, уже не помню! Но вот, где находится — покажу!

И действительно! Буквально через десяток минут блуждания по каким-то переулочкам, черным ходам, проходящим через здания, но не выходящим в общественную часть, мы очутились перед входом, над которым висела вывеска, сообщающая всем, умеющим читать, что трактир называется…

— Красавица! — отец наклонился к малявке, так и продолжавшей идти рядом со мной, крепко ухватившись за мою руку. — Стар я уже, — малявка подняла на него откровенно удивленные глаза, — зрением слабоват стал, — продолжал он гнуть свое, — не прочтешь мне, как это заведение называется?

Малявка еще какое-то время смотрела на него удивленно, потом кивнула, подняла глаза вверх и быстро прочла:

— У старого Гелли.

— Точно! — отец обрадованно махнул рукой. — У старого Гелли! — повторил он.

— Ну, что, пошли? — полуспросил, полупредложил он и первым зашел внутрь, широко распахнув дверь. Все потянулись за ним.

— Брокс! — услышал я вопль изнутри и так и застыл с занесенной ногой.

«Не ужели еще один враг? — в смятении подумал я. — Ну, батя дает! А дома прикидывался таким паинькой! А он, оказывается, ого-го! Гроза и кумир местных! Только вот, опять поединок…»

Я поспешил опустить ногу и все-таки войти внутрь, потому что, скорее всего, сейчас сюда будет ломиться и Зерт, тоже услышавший этот рев раненого буйвола.

Однако, войдя, первое, что я увидел, это человека, невысокого роста, бате примерно по грудь, который, растопырив руки в разные стороны, пытался батю обнять.

М-да, зрелище было явно не для слабонервных! Отец, растерявшись от такого приема, стоял и не знал куда деть свои руки, а потому держал их поднятыми, как будто сдавался. Наконец, приняв решение, он опустил их на плечи, обнимавшему его коротышке, и забубнил:

— Ну, Гелли! Ну, ты чего?! Ну, я тоже рад тебя видеть!

Коротышка, судя по словам отца, оказавшийся хозяином этого заведения, внезапно сделал шаг назад и мощным басом, неожиданным для такого небольшого тела, прогудел:

— Рад видеть тебя, друг мой! Скорблю о твоем друге, Гибе-Весельчаке!

Я успел увидеть, как взлетели в удивлении брови Зерта, прежде чем он вновь принял бесстрастное выражение.

— Гелли, друг мой! — торжественно провозгласил отец. — Я сегодня не один! Позволь представить тебе остальных посетителей твоего заведения!

«Это что-то новенькое! — мелькнула у меня мысль. — С чего это такая торжественность? Кто такой этот Гелли? Когда отец при мне вспоминал свои наемничьи годы, он никогда не упоминал это имя! И тут вдруг такое! Интересно!»

Между тем, отец, обернувшись, сначала представил дам, как и положено воспитанному человеку, а потом очередь дошла и до нас.

— Вот, Гелли, этого молодого, но, не побоюсь сказать, уже очень хорошего воина зовут Зерт. Он племянник небезызвестного тебе Гиба-Весельчака.

— Соболезную, парень! — удрученно пробасил Гелли. — Твой дядя был выдающимся воином и отличнейшим товарищем!

Зерт хотел что-то сказать и уже даже набрал в грудь воздуха, но встретился глазами с моим отцом. Тот слегка отрицательно качнул головой, Зерт вопросительно выгнул бровь, но воздух выпустил и промолчал.

— А это мой сын, Раст! — закончил отец представление пришедших моей персоной.

Гелли подошел поближе и внимательно осмотрел меня с головы до ног.

— Смену растишь? — поинтересовался он, повернувшись к отцу, и, увидев подтверждающий кивок, хлопнул меня по плечу и пробасил:

— Ладный пацан, добрый будет воин!

— Будет, будет! — проворчал отец. — Если от голода не помрет у тебя на пороге!

— Ох! — треснул себя ладонью по лбу хозяин. — Что это я?! Гринель! Гринель! Тащи сюда все самое лучшее, и побольше! — заорал он так, что меня просто качнуло от звукового удара. — Ты только посмотри, кто к нам пришел!

Из приоткрытой двери, слева от стойки, высунулась любопытная женская мордашка и оглядела зал. Увидев отца, она издала нечленораздельный вопль, дверь распахнулась полностью, и из нее выметнулась женщина, тоже невысокого роста, но зато все остальное у нее было просто героических пропорций!

Она, так же, как и хозяин трактира перед этим, раскинув руки, попыталась обнять отца, а он, наклонившись, сам обнял ее и, улыбаясь, сказал:

— Гринель! Ты все такая же красавица! Как ты? Как дети?

Женщина, оторвавшись от моего отца, концом фартука, который я сразу и не заметил, вытерла глаза и, радостно улыбнувшись, ответила:

— Все отлично, Шутник, все отлично! А теперь будет еще лучше!

— Нет! — покачал головой отец. — Пока нет!

И, не дав изумленной и слегка обиженной женщине что-либо возразить, он продолжил:

— А вот чуть позже, когда мы немного перекусим, я вам с мужем скажу такую новость, после которой будет вообще отлично!

— Да? — не удивилась, а скорее отметила этот факт женщина, попутно оглядывая нас.

— Никак сынок? — кивнула она на меня, мгновение спустя. — Похож! И взгляд прям вылитый твой!

— М-да? — теперь удивился отец. — Не замечал!

Женщина усмехнулась, но ничего сказать не успела.

— Жена! — взревел хозяин. — Люди умирают — есть хотят, а ты тут «похож-непохож»!

— Ты не шуми! — мягко оборвала его жена. — Все уже готовится, буквально через пару минут будет готово! Так что, выбирайте столик, сейчас подадим!

И она снова исчезла за дверью, за которой явно была кухня.

Мы было хотели занять небольшой столик на четверых, просто придвинув к нему еще один стул, но отец пресек наши поползновения и в результате мы заняли большой стол, рассчитанный аж на восемь человек.

— Брокс, — первой не выдержала госпожа магесса. — А почему не тот? — она небрежно махнула рукой в сторону маленького стола, за который мы хотели сесть сначала. — Этот слишком велик для нашей компании!

— Да нет, леди Дина, — усмехнулся чему-то отец. — Попозже, когда мы поедим и обсудим все, что нам нужно обсудить, Гелли и Гринель присоединятся к нам за столом!

Госпожа магесса удивленно посмотрела на отца, впрочем, как и все остальные.

— Когда-то, уже давно, Гелли и Гринель состояли в разведке нашего отряда! Глядя на них в это трудно поверить, правда?

Отец внимательно всех оглядел.

— И, тем не менее, это так и было! Только они ушли из отряда и открыли свой трактир, когда мы с Гибом только начинали. Поначалу у них дело не пошло, — продолжал рассказывать отец. — Причем, было все очень плохо! Это Гиб, кстати, Зерт, бросил клич и весь отряд скинулся деньгами, чтобы им помочь! И у них все получилось! Правда, нам с Гибом пришлось кое-кого навестить и объяснить, что такое хорошо и что такое плохо, но в становлении этого трактира участвовали все!

Отец тяжело вздохнул, видимо, вспоминая погибших товарищей.

Все примолкли, а в это время подавальщики, почему-то были одни мужчины, начали таскать еду и накрывать на стол.

Очень скоро все стало не до разговоров и переживаний. Еда была разнообразной и ее было много! Каждый мог выбрать себе по вкусу. Я, например, остановился на запеченных свиных ребрышках, в каком-то остро-сладком соусе, с вареной картошкой. Также я пододвинул поближе к себе тарелку с салатом из ранних помидоров и огурцов с зеленью, заправленным сметаной. Запивал я всю эту вкусноту — квасом.

Краем глаза успел залезть в тарелку к малявке. Еду ей явно накладывала матушка, потому что в ее тарелке было, в основном, все растительное, а из мясного я заметил только грудку, явно кого-то пернатого.

Когда все утолили голод и Иля начала требовательно поглядывать на отца, тонко намека на вкусняшку, из кухни появилась Гринель с каким-то небольшим круглым подносом в руках. Подойдя к столу, она остановилась между Илей и ее матушкой, ловко поставила поднос на стол, неуловимым движением сняла крышку, и все увидели красивый сладкий пирог, сверху покрытый кремом, в виде щита с каким-то гербом!

— Это тебе, золотко! — погладила Илю по голове Гринель. — Кушай, на здоровье!

— Спасибо! — громко поблагодарила малявка, восхищенно взирая на вкусняшку.

— Кушай! — еще раз сказал Гринель и пошла обратно.

— Гринель! — окликнул ее отец.

— Да? — она приостановилась.

— Бери мужа и приходите, посидим, я вам скажу интересную новость! — предложил отец.

Женщина обвела всех взглядом и покачала головой.

— Нет, Шутник, лучше ты к нам! Где кабинет Гелли еще помнишь? — она лукаво взглянула на него.

Отец задумался на немного, а потом энергично кивнул головой.

— Хорошо! Сейчас раздам указания и приду, хорошо?

Гринель кивнула головой.

— Расставляйте бокалы! — ухмыльнулся отец. Женщина усмехнулась и скользнула на кухню.

М-да, теперь верю, что она была в разведке! Так двигаться — это надо уметь, а у нее, похоже, это получается инстинктивно.

— Так, — прервал мои наблюдения отец. — Раст, не отвлекайся!

Я повернул голову и посмотрел на отца.

— Значит так, — продолжил он, — я задержусь здесь, Зерт, Раст, вы возвращаетесь на постоялый двор. Госпожа магесса, я советую вам сделать то же самое, в городе сейчас для вас может быть не безопасно.

Госпожа Дина кивнула головой, соглашаясь.

— И еще, — не унимался батя, — Раст, с постоялого двора — ни ногой, понял?

Я с неохотой кивнул.

— Зерт, проследи! — отдал отец очередной приказ. Орк тоже кивнул.

— Ну, все, я пошел! — он встал из-за стола и направился к лестнице, ведущей на второй этаж.

— Пап! — окликнул я его. Отец обернулся. — Я не знаю, кто как, но я отсюда не выберусь! Ты вел нас каким-то лихим маршрутом, и я его не запомнил, точнее, — поспешил поправиться я, увидев удивление на лице отца, — я задумался и даже не запоминал его.

Отец неодобрительно покачал головой.

— Ну, я же не предполагал, что ты нас покинешь! — попытался оправдаться я.

Отец нахмурился, окинул внимательным взглядом нашу компанию, тяжело вздохнул и вдруг крикнул:

— Гринель!

Дверь на кухню приоткрылась, и в проеме показалась голова жены хозяина.

— Чего орешь, Шутник?! — немного сварливо осведомилась она.

— Гринель, позор на мою седую голову, — картинно возмутился отец, — но я по привычке вел их нашим путем и представляешь, они его не запомнили!

Он сокрушенно покачал головой.

Гринель усмехнулась.

— И не удивительно! — она полностью показалась из-за двери, встала руки в боки и неожиданно сварливым голосом спросила:

— А забыл, седоголовый, — тут она опять усмехнулась, намекая на сильное преувеличение насчет седины, — сколько раз либо я, либо мой муж, вам с Весельчаком показывали этот маршрут? Так что нечего на людей наговаривать!

— Так мы с Весельчаком в каком состоянии-то были! Мы тогда даже «мама» нормально сказать не могли! — возмутился отец, слегка покраснев. Покраснев?! Вот это да! Бате что, стыдно что ли?!

— Ладно! — закончила дискуссию Гринель и, открыв дверь кухни, крикнула: — Демис!

На ее крик явился парень, на вид лет десяти, со светлыми, явно выгоревшими на солнце волосами, зелеными глазами, и простым, не запоминающимся лицом.

Он вопросительно уставился на хозяйку.

— Проводишь гостей до постоялого двора… — она вопросительно посмотрела на отца.

«Ох, блин! — я вспомнил, с ужасом, что даже не удосужился узнать, как называется постоялый двор, на котором мы остановились! — Вот до чего езда на лошади довела! Я так устал, что даже не узнал самого необходимого! — с негодованием думал я. — Да, мне явно не хватает опыта! Хорошо, что я сейчас не один, а то ой, как стыдно было бы! Ладно, учту и в следующий раз таких ошибок делать не буду!»

— Мы остановились на постоялом дворе «Веселый странник», — пояснил отец и бросил парню серебрушку. Тот ловко поймал ее на лету и сунул себе в карман.

— Понял? — повернувшись к парню, поинтересовалась жена хозяина, почему-то грозным голосом. Тот кивнул.

— И смотри у меня! — она показала ему кулак. — Без твоих обычных шуточек! А то я вон, пожалуюсь Шутнику, он враз тебе покажет, как правильно шутить надо!

Я с любопытством посмотрел на парня, желая увидеть его реакцию, и был сам безмерно ею удивлен. Парень выпучил глаза, приоткрыл рот, и неверящим тоном спросил:

— Тетя Гринель, это — Шутник? Легендарный Брокс-Шутник!

— Угу! — подтвердила жена хозяина. — Он самый!

Отец громко фыркнул и осуждающе покачал головой.

— Ну, Гринель, ну, какая из меня легенда?! — явно рисуясь протестовал он, хотя было видно, что эти слова ему приятны.

— Конечно, легенда! — бодро вскричал Демис. — Это же вы с Гибом-Весельчаком, напившись, разнесли харчевню «Веселый наемник» и четыре трактира, а потом засели в веселом заведении тетки Бри и вас неделю оттуда достать не могли!

Услышав эту речь, отец крякнул и покраснел. Гринель стояла и ехидно улыбалась, Зерт и госпожа магесса откровенно ржали, малявка непонимающе смотрела то на одного, то на другого, а я просто офигевал!

«Ну, батя! — немного ехидно, немного изумленно думал я. — Вот это он здесь чудил! А дома… „Я в твои годы… Мы в молодости…“ и все такие правильные были, если верить его словам! А на деле?! Вон, нарезались, разнесли полгорода, а потом, забив на службу неделю у шлюх отвисали! Силен! Нет, я, конечно, матери это рассказывать не буду, незачем, но при случае, отцу это припомню!»

Батя, как-то беспомощно посмотрел на всех, потом махнул рукой и стал подниматься по лестнице.

— Раст, Раст! — подергала меня за руку малявка. — А что такого сейчас сказал этот мальчик? И про веселое заведение… Там веселятся, да? А мы пойдем туда веселиться?!

— Иля!

Услышав вопросы дочери, ее попыталась образумить мать.

— А чего такого я спросила? — неожиданно огрызнулась малявка. — Вон, мальчик же сказал!

Демис, услышав про себя слово «мальчик», которым его характеризовала малявка, поморщился, но ничего не сказал.

— Так, Демис! — рявкнула Гринель, опять показывая ему кулак. — Ты почему еще здесь? Ты считаешь, что у тебя слишком много свободного времени? Так, я могу это исправить!

— Нет, тетя Гринель, меня уже нет! — заверил пацан и, обернувшись к нам, бросил: — Пошли!

Вел он нас такими же запутанными «кривыми» дорожками, узкими переулками, пролезая в какие-то дыры в заборах и иногда идя по таким тропкам, что была возможность передвигаться только гуськом, пока, наконец, к нашей всеобщей радости, мы не вышли на широкую улицу, по которой шли в здание гильдии наемников, причем недалеко от постоялого двора.

Я все также вел за руку Илю, и только в узких местах пускал ее впереди, стараясь контролировать, чтобы она не оступилась или не упала, короче, чтобы с ней ничего не случилось. Малявка, на удивление, шла молча, сосредоточенно глядя себе под ноги, и, может быть благодаря этому, ни разу не оступилась, не поскользнулась и не упала.

А как только вышли на большую улицу, она вырвала у меня свою ручонку и рванула поближе к своей матушке, донимать уже ее, освободив меня от обязанностей опекуна.

Я решил воспользоваться этим и расспросить единственного местного жителя в нашей компании.

— Демис, — начал я, приблизившись к пацану, — вот, пока мы шли в гильдию, я чего-то не заметил у вас нищих и вообще, такое ощущение, что у вас нет ни нищих, ни беспризорников.

Я посмотрел на нашего проводника. Тот покачал головой и односложно ответил:

— Нет.

— Что? — изумился я. — Как нет? А куда они делись?

Демис пожал плечами.

— Так, и не было их на моей памяти!

— Нет, — я поспешил прояснить ситуацию, — так-то у нас в городе их тоже нет, но вот уличные ватаги — есть, а у вас я их что-то не видел!

— А, это! — небрежно махнул рукой провожатый, — Ну да, есть. Не очень много, но штук пять на город наберется!

— А чего так мало-то? — удивился я.

— Так ты не забывай, город то наемничий, здесь же и семьи их обитают. Так зачем им здесь головная боль в виде ватаг и разных темных гильдий, типа нищих, воров, и, простите, боги-заступники, убийц? Вот наемники и чистят улицы! А ватаги, как ты выразился, это среди пацанов примерно моего возраста. Ну, да, бывает, что озоруем, но законы — ни-ни, не нарушаем!

— Ага! — оживился я. — Значит, ты тоже в ватаге?

— Угу! — не стал отпираться Демис.

— По вечерам собираетесь? — продолжал я свой опрос.

— Да! — Демис разговорчивостью явно не отличался.

— А сегодня будете собираться? — полюбопытствовал я, начиная строить планы на вечер.

— Угу! — подтвердил мою догадку пацан.

— А можно мне, как гостю, поприсутствовать на вашем сборище? — поинтересовался я, и тут же почувствовал, как меня схватили за руку и услышал:

— Раст, тебе отец что сказал? С постоялого двора — ни ногой! А ты что?

Я оглянулся на Зерта, держащего меня за руку с негодующим видом, и примиряюще сказал:

— Зерт, ну я же буду не один, ребята присмотрят за мной, ежели что, правда ведь?

Я повернулся и посмотрел уже на Демиса.

— Правда! — недовольно буркнул он.

— Во-от! — победно протянул я. — да, к тому же, я там недолго! Хочу просто посмотреть, как и чем они занимаются, сравнить нашу ватагу и ихнюю, может, что-то новое для себя узнаю!

— Погоди! — вдруг остановился Демис, ну и все тоже встали, вопросительно глядя на него.

— Тебе отец сказал, чтобы ты с постоялого двора никуда не уходил? — ткнув в меня пальцем, задал вопрос наш провожающий.

— Ну, да! — я пожал плечами, не видя причин скрывать это от него.

— То есть, получается… — такое ощущение, что наш провожатый хочет что-то сказать и не решается. — …получается, что ты сын Шутника! — почему-то закрыв глаза, наконец, выпалил он.

— Ну, да! — признался я, опять пожав плечами. — И что?

— Что, правда?! — скорее это был возглас не неверия мне, а неверия в удачу или счастливый случай.

— Ну, правда! — подтвердил я.

— Ну, надо же! — как-то воодушевленно продолжал Демис. — Сын самого Шутника! Ну, скажи я кому — не поверят!

— Да что такого-то?! — не выдержал я. — Судя по твоему предыдущему рассказу, мой отец не слишком геройски отличился!

— Да ты что! — замахал на меня руками проводник. — Он и его друг, Гиб-Весельчак, самые известные личности из наемников. Эх, жаль, что Весельчак погиб! Судя по рассказам — это была вообще непобедимая пара! Они так владели оружием и так понимали друг друга, что выходили победителями в схватке против тридцати человек! Учебной, правда, — уточнил наш проводник, — но все равно! Противостояли-то им тоже наемники, причем совсем неслабые!

Я опять удивился. М-да! Сегодня какой-то день сплошных удивлений! И отца я увидел совсем с другой стороны, нежели дома или в дороге! Там мне все было привычным, а вот здесь… Да! Тут такое открывается!

Между тем, наш провожатый продолжал просто заливаться, рассказывая, как в городе ценят и помнят и отца, и его друга! И куда только подевалась вся его неразговорчивость?! Мне казалось, что пока он не выговорится, остановить поток его слов будет невозможно, настолько велик был напор!

— Кстати, — прервал я его, улучив момент, когда он решил перевести дыхание, — вот перед тобой, — я показал на Зерта, — племянник Гиба-Весельчака!

— Правда?! — опять восхитился Демис. Зерт подтверждающе кивнул, состроив страдальческую мину, и, нагнувшись к моему уху, тихим шепотом пообещал мне обязательно отомстить в недалеком будущем!

Хорошо, что Зерт, поняв, чем все это может закончится, начал двигаться в сторону постоялого двора и увлек всех за собой. Так что слушали славословия Демиса мы уже на ходу. До постоялого двора угомонить Демиса не удалось, но, как только мы вошли в ворота, весь его словесный поток тут же иссяк, и он снова превратился в неразговорчивого и мрачноватого проводника. Это преображение меня немного удивило и позабавило.

— Раст, а где отец? — услышал я вопрос, стоило только нам оказаться на огороженной территории постоялого двора. Повернувшись, я увидел Слайна, смотрящего на меня немного напряженно.

— Все в порядке, Слайн! — успокаивающе ответил я. — Отец встретил старых друзей и остался с ними отметить встречу.

— Угу! — кивнул Слайн и, развернувшись, пошагал по своим делам.

А вот Демис прилип ко мне, как банный лист. Понимая, что с помощью него я смогу попасть в круг уличных ватаг, я со страдальческим выражением лица приготовился слушать очередные словоизлеяния, но Демис, к моему удивлению, был краток и деловит.

— Тебя как зовут? — поинтересовался он, а я, спохватившись, вспомнил, что так и представился.

«Вот же! — с досадой отметил я. — Опять оплошал! Ну, надо же! Что же за день то такой сегодня! Уже второй раз! Нет, нужно собраться и быть внимательнее!»

Демис вопросительно смотрел на меня.

— Раст! — ответил я. — Меня зовут Раст!

— Отлично! — оживился наш провожатый. — А меня, как ты слышал, Демис! Будем знакомы!

Он улыбнулся, а я кивнул.

— Будем!

— Слушай, Раст, а может, мы с пацанами к тебе сегодня придем, посидим тут, о дворе, поговорим. Ты расскажешь, как там у вас, мы расскажем, как у нас, здесь, а?

— Так ты, вроде, собирался меня сегодня с вашей ватагой познакомить? — подозрительно поглядывая на него, осведомился я.

— Ну так я от своих слов и не отказываюсь! — слегка удивленно ответил он.

— Не понял! — подтолкнул я его к более подробному объяснению.

— А чего непонятного? — поинтересовался он. — Раз отец запретил тебе выходить с территории постоялого двора, то нарушать его приказ не след!

— Да, ладно! — небрежно бросил я. — Я же ненадолго! Вернусь еще до того, как он вернется, он и не узнает!

И нарвался на неодобрительный взгляд парня.

— Не след! — непреклонно заявил он. — Поэтому мы всей ватагой к тебе придем, ладно?

Я подумал и не найдя аргументов против, просто кивнул головой.

— Только скажи когда, чтобы я ничем занят не был, хорошо? — предупредил я его.

— Угу! — легко согласился он, потом что-то посчитал, подняв глаза вверх, судя по шевелящимся губам, и тут же определился:

— В восемь часов жди! Ну, или чуть позже!

— Хорошо! — бросил я и совсем уже было собирался уйти, как Демис, робко переминаясь с ноги на ногу, вдруг попросил:

— Раст, а можно я скажу нашим, что ты сын Шутника?

— Можно! — ответил я, безразлично пожав плечами.

— У-у-у, здорово! — воскликнул Демис и, повернувшись ко мне спиной, унесся прочь.

* * *

Посидели хорошо. Ребята пришли, как Демис и обещал, в восемь, минут в пять девятого. Чинно вошли на территорию постоялого двора, спокойно спросили меня. Я как раз в своей комнате общался с орком. Зерт рассказывал мне, как будет проходить мое обучение владению мечом.

Нас прервал стук в дверь и голос из-за двери.

— Там, во дворе спрашивают Раста!

— Ох, ё! Совсем забыл! — хлопнул я себя ладошкой по лбу. — Скажите, что сейчас буду! — крикнул я в сторону двери.

— Зерт, — обратился я к орку, — не знаешь, где здесь можно посидеть на улице с пацанами, и при этом не покидать постоялый двор? А то отец запретил! — добавил я ехидно. Орк мое ехидство проигнорировал, и, кивнув головой, подсказал:

— На заднем дворе есть площадка, наверное, для тренировок или для поединков, не знаю. Короче, сбоку от площадки врыты два стола и стоят лавки. Зачем- не знаю, но факт. Можете собраться там, я думаю, никому не помешаете.

Я поблагодарил Зерта и пошел к пацанам. Спустившись на первый этаж, я подошел к хозяину, стоящему за стойкой и кротко поинтересовался:

— Скажите, мы никого не стесним, если с ребятами расположимся за столом, что на заднем дворе, рядом с площадкой?

— Да, нет, располагайтесь! — хозяин безразлично пожал плечами.

— Скажите, а можно туда подать чай и что-нибудь к нему? Правда, я не знаю что, — честно признался я.

— Ничего! — улыбнулся хозяин, идите и не волнуйтесь, все сделаем!

Хозяин постоялого двора не обманул! Чай был вкусный, а сладкие крендельки к нему — бесподобными! Мы с пацанами, расположившись за одним из столов на заднем дворе, обсудили множество тем. Сначала, правда, они немного терялись, как они сами потом признались:

— Ну как же! Сын такого человека, можно сказать легенды!

А потом — ничего, разговорились, обменялись рассказами, я им поведал, как все устроено в нашем городе, чем занимаются ватаги, какие есть ночные гильдии, чем занимается конкретно моя ватага и персонально я, а потом они рассказали о своем городе и о порядках в нем. Засиделись не то, что допоздна, а до ночи!

Пацаны решили не тревожить народ, выходя через ворота, так как на ночь их уже закрыли, и перелезли через забор, предварительно уговорившись встретиться завтра. На всякий случай, если что вдруг понадобится, мне рассказали кого как можно быстро найти. Я запомнил, но не думаю, что это пригодится. Ладно, пусть будет. Отец говорит, что знания лишними не бывают!

Не спеша возвращаясь к себе, проходя в тени здания, я вдруг услышал тихий разговор. Разговаривали двое. Но сначала я услышал непонятное звяканье, и это точно было не оружие! Потом услышал голоса.

— Здесь все! — уверенно сказал немного хрипловатый голос, показавшийся мне знакомым.

— Хорошо! — ответил второй, который я тоже слышал, но сразу припомнить не мог, где и когда.

— Все, как и договаривались! — спросил второй. — А то можем сесть в засаду. Если повезет, то вырежем всех!

— Не надо! В сопровождении бойцы, умеющие обращаться с мечом. Можете не совладать, и он уйдет! — твердо ответил первый голос.

— Ну, как скажешь! — спокойно произнес второй. — В конце концов, это ваши деньги! Я думаю, что барон будет доволен результатом!

— Я на это надеюсь! — немного грубо сказал первый.

— Ладно! — согласился с ним второй. — Все, мне пора! Увидимся!

— Ты сейчас куда? — поинтересовался первый.

— Да уж не через главные ворота! — усмехнулся второй. — На задний двор, а там через стену перемахну! Чай, не крепостная, эта сильно пониже будет!

Я вдруг понял, что второй сейчас пройдет мимо меня и наверняка меня обнаружит! Я тихо, на цыпочках отбежал назад, на задний двор, и резко рванул вперед, пытаясь быстро оббежать постоялый двор и зайти с другой стороны!

У меня получилось! Когда я выбегал из-за угла, один из говоривших уже поднялся на крыльцо и, распахнув дверь, вошел внутрь. Когда он распахнул дверь, на его лицо упал свет, и я его узнал! А, узнав, остановился. Потому что это был… Слайн! Ученик и правая рука отца.

Глава 4

Сразу за Слайном заходить в помещение я не стал. Побродил по двору минут десять, так, на всякий случай, и только потом решил, что уже можно заходить.

Народа на постоялом дворе явно прибавилось. Все столики уже были заняты, на сцене какой-то мужик в бесформенной хламиде с каким-то инструментом в руках, противным голосом что-то подвывал, но, по-моему, его никто не слушал.

Во всяком случае, шум в зале стоял такой, что слов я разобрать не смог, даже когда подошел поближе, а от двери, вообще, понять, что он что-то поет можно было лишь потому, что он открывал рот.

Я, спокойно, стараясь не привлекать к себе внимания пересек зал, и, судя по тому, что меня никто не окликнул, мне это вполне удалось, и поднялся на второй этаж, в нашу с Зертом комнату.

Зерт уже был там. Он сидел за столом, держа в руке пишущую палочку, перед ним лежал лист бумаги, а глаза были задумчиво устремлены в потолок. Я сразу понял, что орк что-то сочиняет, уж очень характерная у него была поза!

Решил его пока не отвлекать, пусть пишет, а все подробности я могу узнать потом. Я, не расстилая кровати, прилег сверху на одеяло и задумался.

«Итак, что мы имеем? — размышлял я. Честно говоря, мысль, что Слайн — предатель и заплатил кому-то деньги, чтобы нас всех убили, меня сильно выбила из колеи. Поэтому мысли в голове мешались и скакали, не желая приходить хоть в какой-нибудь порядок. Но я все равно не оставлял попыток вернуть себе ясность и понять, как же действовать дальше. Наконец, после, наверное, получаса скачков с одной темы на другую, они начали выстраиваться в какое-то подобие порядка. — Не могу поверить, что Слайн нас предал! Зачем? Какой ему смысл в нашей смерти? Отец не занимает вообще никакой должности у барона, поэтому какие-то карьерные выгоды можно исключить. Что еще? Просто не хочет, чтобы дело, за которым мы приехали в Ирдик, увенчалось успехом? Да зачем ему? Он хочет, чтобы нас завоевали эти бароны? Зачем? Насколько я знаю, он родился и всю жизнь прожил в Смеле. У него там и родители, и прочая родня, и жена, и дети! М-да, все это выглядит очень странно…»

И тут мне в голову пришла новая мысль, поначалу показавшаяся мне полной нелепицей, но уходить она не желала и я, волей-неволей, стал ее рассматривать с разных сторон. И чем больше я ее крутил и вертел, и так, и сяк, она мне казалась все более и более возможной!

«А что, если, предположим, кто-то из баронских людей каким-то образом держит кого-то из родственников или, вообще, из семьи Слайна, в баронской темнице или просто в плену, неважно. И, допустим, требуют его помощи в захвате нашего баронства, в обмен на жизни его родных? Да нет, бред!»

Я успокоенно вздохнул.

«Ни один барон на это не пойдет, все-таки благородное сословие! Хотя… Как я слышал, бароны Бирез и Дрекст, желающие нас завоевать, особой щепетильностью не отличаются. Вспомнить хотя бы рассказ магессы Дины, о поведении барона Биреза, когда барон Засс ей угрожал!»

Неприятные мысли никак не хотели уходить.

«Если барон повел себя так в этом случае, когда даже малейшая огласка могла повредить его репутации, то как он поведет себя, зная, то ни ему, ни его репутации ничего не угрожает? Да-а-а, дела…»

Устав лежать на спине, я не поленился, встал, снял сапоги, с удовольствием пошевелил пальцами ног. Все-таки целый день по жаре проходить в сапогах, это знаете ли…

Где-то с полминуты я убил, уговаривая себя не откладывать на потом все вечерние процедуры, ведь все равно уже стою́, а то потом мне будет лениво вставать, куда-то идти. Что ни говори, а за сегодняшний день я сильно умаялся.

«Кстати, — подумал я, — интересно, а батя уже вернулся или все еще отмечает встречу с друзьями?»

Но эта мысль мелькнула где-то по краю сознания, практически его не задев, и я, наконец, себя уговорив, взял все необходимое, вышел из комнаты и поплелся по коридору до последней двери направо… или налево?

«Вот же! У меня что, склероз? Так, вроде, рано! Так, спокойно, вспоминаем, что было утром. Так… Надо же, всего лишь утром, а кажется, что уже прошло несколько дней, столько событий! Так… Утром я пошел и повернул вон в ту дверь! — я посмотрел направо. — Ну, точно! Именно в эту дверь я ввалился и оказалось, что это неправильная дверь! Мне нужно было налево! Во! Обрадовался я, вспомнив расхожее в нашем городе выражение, что „для мужчин правильный поворот — всегда налево!“, правда я его не понимал, но мужики, обычно, когда это говорили, всегда посмеивались, этак добродушно».

Уверенно повернув налево и, убедившись, что в этот раз я попал правильно с первого раза, я быстренько приготовил свою тушку ко сну, выполнив все привычные для нее процедуры.

Вернувшись в комнату, обратил внимание, что процесс сочинительства все еще в самом разгаре, так как поза орка не поменялась, только для пущей сосредоточенности, наверное, он засунул тупой конец пишущей палочки себе в рот.

Видя такие муки творчества, я опять, стараясь ему не мешать, мышкой проскользил к своей кровати, но на этот раз разделся и лег уже нормально, под одеяло. Хоть час уже был поздний, спать мне совсем не хотелось, и я решил еще раз обдумать вопрос с возможными плененными родственниками Слайна.

«Допустим, — мне кажется, я уже перестал сомневаться, что бароны могут захватить его родственников, — что родственники Слайна у них. Что они могут потребовать? Чин у Слана в дружине барона невелик, поэтому как-то существенно он им помочь не сможет. Бароны, скорее всего, как это сейчас принято, осадят баронский замок, а, чтобы до него добраться, им нужно будет войти в город. В город их так просто никто не пустит, а значит, будет осада и штурм. Чем в этой ситуации им сможет помочь Слайн?»

Я покрутил, повертел эту мысль, повспоминал, чем занимался Слайн в дружине барона. Знал я не так много, но кое-что знал.

«По всему, выходит, что во время осады города Слайн им ничем помочь не сможет, а вот до ее начала…»

Я вспомнил троих, убитых на месте разбойничьего лагеря, двое из которых были баронскими шпионами.

«М-да, до осады провести кого-то в город он сможет. Не очень много — человек пять максимум, иначе это будет подозрительно. Что могут сделать пять человек в осажденном городе? Да, вроде, ничего, на первый взгляд. Но ведь тех двоих барон зачем-то посылал! Двоих! А здесь их может быть уже пяток!»

Я широко и сладко зевнул. Все же, усталость потихонечку брала свое.

«Хорошо, — решил я, — пока про засланных людишек я думать прекращаю, продолжаю думать, чем еще Слайн им может помочь при осаде и штурме. Ну, при штурме — понятно. Он может пропустить вражеских воинов, на своем участке стены, без сопротивления. Но для этого его должны на этот участок поставить, и воины баронов об этом как-то должны узнать!»

Я опять зевнул. Меня начала одолевать сонливость, но я упорно не желал ей сдаваться. Все же, решение нормально лечь в постель было ошибочным! Мягкая постель слишком сильно расслабляет.

Я в очередной раз зевнул.

«Итак, — сделав над собой усилие, я продолжил размышлять, — во время осады и штурма Слайн тоже особо помочь баронам не сможет, даже пропустив вражеских солдат на своем участке стены. Ведь он один, а рядом с ним будут люди, которые честно сражаются за своих близких и свои дома. Значит, это отпадает. И получается, что, на мой взгляд, серьезно навредить он может только сейчас, наняв кого-нибудь, чтобы убить отца и помогающего ему Зерта, пока еще договор с наемниками не заключен. Да-а-а… Не получив в усиление наемников, город может и не выстоять! Значит, все должно случиться здесь и произойти это должно очень скоро!»

Я опять зевнул, усталость все-таки взяла свое, мои глаза закрылись, как мне показалось с громким хлопком, когда верхние веки ударили по нижним.

«Отца нужно предупредить!» — это была последняя мысль, перед тем, как я уснул. Я даже не уверен, что успел додумать ее до конца.

* * *

— Утро красит нежным цветом… — услышал я тихое, но бодрое мурлыканье орка, которое, наверное, меня и разбудило.

Бросив на меня взгляд и увидев, что я уже проснулся, он улыбнулся и воскликнул:

— Вставай! Нас ждут великие дела!

— Кто-кто нас ждет? — хмуро переспросил я.

— Великие дела! — все с той же улыбкой повторил мне Зерт.

— Ну, — все так же ворчливо пробубнил я, — не знаю, как тебя, а меня никто не ждет!

— А вот и нет! — его улыбка меня уже стала раздражать. Нельзя быть таким жизнерадостным с утра!

— А ты чего такой веселый? — подозрительно поинтересовался я. — Случилось чего? Золотой нашел, или какая девчонка поцеловала?

Орк откровенно рассмеялся над моей попыткой его немного позлить.

— Да просто день сегодня отличный! Смотри, какое солнышко! — он кивнул на окно, в которое уже вовсю заглядывали солнечные лучи. — Эх, жить — хорошо!

Я уже было начал поддаваться его радости, но тут вспомнил свои вчерашние размышления, и настроение испортилось окончательно.

Очевидно, заметив смену моего настроения, Зерт обеспокоенно спросил:

— Раст, в чем дело? Что-то случилось?

— С чего ты взял? — немного грубовато ответил я вопросом на вопрос.

— Ты с утра какой-то мрачный! — произнес орк, внимательно рассматривая меня.

А я сидел в кровати, еще не одетый и думал, стоит ли Зерту рассказывать про Слайна, и главное, можно ли это делать?! Потом вспомнил, что это Зерт, тот самый Зерт, с которым мы громили лагерь разбойников, тот самый Зерт, который постоянно помогал мне в дороге, тот самый, который должен мне жизнь, в конце концов!

— Зерт, — я принял решение быстро, — как ты думаешь, Слайн может быть предателем?

— Раст, с чего вдруг такие вопросы?! — вмиг став серьезным, поинтересовался Зерт.

Я, не отвечая, встал с кровати, оделся, застелил постель и, подойдя к двери, быстро открыл ее и оглядел коридор. Он был пуст. Я вернулся к кровати, взял туалетные принадлежности и пошел к двери.

Орк стоял и молча следил за моими действиями. Снова открыв дверь и выглянув в коридор, я повернулся к нему и сказал:

— Зерт, разговор будет непростой и, возможно, долгий. Мне необходимо умыться, чтобы мой организм начал просыпаться. Я — быстро!

После чего вышел из комнаты.

Отсутствовал я минут десять. Когда я вернулся, Зерт сидел за столом, перед ним лежал чистый лист бумаги, а в руках была пишущая палочка. Я уже хотел было застонать в голос, подумав, что орк опять взялся что-то сочинять, но обратил внимание, что он сидит вполоборота к столу, так, чтобы видеть мою постель, а лист бумаги перед ним совсем чист и пишущую палочку он просто вертит в пальцах.

— Так, отчего такой вопрос? — повторил он, дождавшись, когда я верну все на место.

— Понимаешь, Зерт, — я решил ничего не скрывать. — Вчера, возвращаясь со встречи с местными пацанами, я услышал разговор.

Я передал орку разговор, ну, то, что запомнил, не слово в слово, а просто своими словами, и рассказал, как мне удалось вычислить Слайна.

— М-да, — Зерт с силой потер пальцем подбородок, — история!

— Вот и я о чем! — согласно закивал я. — Я тут вечером, когда пришел, немного поразмышлял…

— Да не…, не может быть! — ожил орк. — Ну, бред! Да зачем ему это? Что он получит от наших смертей?

— Во-во, я тоже сначала не верил, тоже думал, что бред! — немного насмешливо бросил я.

— И? — орк вопросительно посмотрел на меня.

— А теперь так не думаю! — твердо ответил я.

— Почему? — настороженно поинтересовался Зерт, и вдруг вспылил: — Слушай, что мне приходится из тебя все вытягивать?! Просто расскажи все, что знаешь, и какие мысли пришли тебе в голову, хорошо?!

— Угу! — согласился я, и поведал своему товарищу все свои мысли, пришедшие мне вчера перед сном.

— М-да, — задумался орк, елозя пальцем по подбородку, — фигня, однако…

Вот только по голосу было понятно, что это совсем не фигня, и все очень серьезно!

— Знаешь, что? — после пяти минут раздумья, произнес мой сосед по комнате. — А сходи-ка ты, позови своего отца! Ему нужно все рассказать, может, у него есть какие-нибудь мысли на этот счет?

— Да, — согласился я, — я еще вчера подумал, что его нужно предупредить!

— Ну, вот и давай, двигай! Либо приведи его сюда, либо просто скажи, чтобы он зашел к нам. Там с ним ни о чем не говори, понял? — напутствовал меня орк.

— Да, понял я, понял! — нетерпеливо огрызался я. — Ну, Зерт, ну сколько можно?!

— Сколько нужно! — отрезал орк. — Ты что, совсем дурак? Ты думаешь, это тебе игры какие? Если Слайн поймет, что про него узнали, он начнет действовать сразу! Мы с твоим отцом с ним справимся, боец он, по сравнению с нами, не ахти какой, а вот если он тебя поймает на узенькой дорожке — у тебя шансов не будет от слова «совсем»!

— Зерт! — возопил я. — Я все понял, я честно все понял!

Орк как-то устало махнул рукой и отвернулся, а я быстро выскочил из комнаты на поиски отца. Отца, кстати, я нашел довольно быстро — он стоял внизу, около стойки и о чем-то разговаривал с хозяином.

Дождавшись окончания разговора, я подошел к отцу.

— Привет, Раст! — отец уже давно заметил меня, но разговор с хозяином прерывать не стал. — Что-то ты как-то плоховато выглядишь, ты, случаем, не заболел?

Он обеспокоенно уставился на меня.

— Да нет, — поспешил я его успокоить, — просто не выспался!

— Что, думы о малышке Иле спать не давали?! — развеселился батя.

— Ну, что-то этом роде! — решил я дать ему немного покуражиться. — Кстати, пап, хочу тебе кое-что показать, мне вчера местные ребята дали… — так, на всякий случай, соврал я, вдруг нас кто-нибудь слушает.

— Ну, давай, показывай! — оживился отец.

— Не-е-е! Эта штука у меня в комнате, — я попытался заинтересовать батю, — пойдем, глянешь!

— Э-э-э, Раст, — вдруг как-то поскучнел родитель, — давай, тогда попозже! Мне еще тут кое-что сделать нужно, а потом, ну, может, — он прервался, видимо прикидывая по времени, — после обеда, ага?

— Пап, давай сейчас, это всего минута — глянешь и все! — я намеренно врал, но мне было необходимо затащить его к себе в комнату именно сейчас, а то неизвестно, что может случиться, до обеда еще полно времени!

Отец немного подумал, потом тяжело вздохнул, мотнул головой и сказал:

— Ну, пойдем, покажешь! — он двинулся к лестнице. — Только недолго, договорились?! — бросил он, даже не поворачивая головы, но я его услышал.

— Хорошо! — согласился я. — Как сам решишь, так и уйдешь.

Вот после этих слов, отец резко остановился, обернулся и пристально посмотрел на меня. Потом, ничего не говоря, покачал головой и продолжил подниматься на второй этаж.

Что означала эта пантомима, я не понял.

Зайдя в нашу с Зертом комнату, он первым делом поздоровался с орком, а потом вдруг, с усмешкой заметил:

— Я смотрю, не только Раст не выспался, но, судя по твоему всклокоченному виду, ты тоже плохо спал? Ну, Расту, мы уже выяснили, мешали спать мысли о малышке Иле, — орк удивленно на меня посмотрел, а я молча пожал плечами, мол, чем бы дитя не тешилось…, — ну, а тебе-то кто мешал спать? — добродушно усмехаясь, заметил батя.

— Да, нет, Брокс, в этот раз ты не угадал — спал я хорошо, и даже сумел выспаться! А вид у меня такой всклокоченный… — орк прервался и посмотрел на меня, — так мне Раст тут кое-какие новости сообщил. Сейчас он тебе их расскажет, и мы сравним твой вид и мой! — резко сказал Зерт, не принимая отцовскую шутку.

Отец перестал улыбаться и с тревогой посмотрел на меня. Я вздохнул. Мне было неприятно сообщать отцу новости о его ученике, хоть и бывшем.

— Пап, — набрав воздуха в грудь, начал я, — я случайно узнал, что Слайн — предатель! — выпалил я и замолчал.

— Чего? — отец уставился на меня, явно не веря своим ушам.

— Я говорю, что Слайн предатель! — терпеливо повторил я.

— Ты чего? — отец выглядел даже не удивленным, он выглядел пораженным до глубины души! И, как оказалось, совсем не тем, о чем я думал.

— Сын! — диким медведем взревел он. — Как тебе не стыдно! Это подло, оговаривать человека! Что он тебе такого сделал, что ты решил так с ним поступить!

— Пап! — пытался я докричаться до него. — Пап, услышь меня!

Но отец уже закусил удила.

— А ты, — он повернулся к Зерту, — ты-то здоровый орк, а потакаешь всякой фигне, что творит этот… — от возмущения он не мог подобрать слово, — …этот…

— Брокс! — начал спокойным голосом Зерт, но отец его уже не слушал. Он повернулся ко мне…

— Брокс! — заорал Зерт прямо над ухом моего отца, одновременно хватая его за плечо и разворачивая к себе лицом.

Батя явно не ожидал от Зерта такого, поэтому дал себя развернуть и тяжелым взглядом уставился на орка.

— Брокс, — медленно роняя слова, очень серьезным тоном, Зерт попытался достучаться до бати. — Скажи мне, Брокс, ты часто ловил своего сына на оговоре кого-либо?

И Зерт, в ответ, таким же тяжелым взглядом вперился в батю. Отец, надо отдать ему должное, сразу отвечать не стал, помолчал, подумал, а потом отрицательно помотал головой.

— Во-о-от! — протянул Зерт. — Твой сын, по моим наблюдениям, вообще чересчур добрый, это плохо, и скорее попытается защитить, а не обвинить! — Зерт укоризненно посмотрел на меня. Я пожал плечами.

«Интересно, это он, вообще, о чем? Когда это кого я защищал? — я честно не понял, — но, в конце концов, это можно будет узнать попозже, сейчас речь не об этом!»

— И когда Раст говорит, что кто-то в чем-то виновен, то его, как минимум, стоит выслушать! — веско закончил Зерт.

— Ага! — слегка оттаял батя. — А потом он опять начнет обвинять, как кучера баронессы, что он бросил своих боевых друзей…

— Брокс! — орк смотрел на отца с явной укоризной. — Разве ты услышал в голосе своего сына хоть одну веселую нотку? Да он боится! Он боится сложившейся ситуации, чуть ли не до дрожи в коленях!

Этого вынести я уже не смог.

— Но-но! — агрессивно влез я. — Я попросил бы! Ни о каких дрожащих коленях речь не идет, но ситуация мне, и вправду, не нравится! Потому что, если Слайн нас предал, то у нас назревают большие проблемы! Очень большие проблемы! — поправился я.

— Хорошо! — батя кивнул головой, в знак того, что он готов меня выслушать. — Говори!

Я рассказал отцу все то же, что и Зерту. Реакция отца была похожа на реакцию орка.

— М-да! — отец почесал голову. — Ну, бред!

— Почему? — спросили мы с орком, практически одновременно. Отец посмотрел на нас, чему-то усмехнулся и в своих доказательствах пошел по пути Зерта:

— Ну, давай рассуждать.

Я кивнул головой, а Зерт демонстративно широко улыбнулся. Он это уже проходил.

— Просто так ему наши смерти не нужны, а значит, он должен получить с этого какую-то выгоду, так?

Я опять кивнул головой, а улыбка Зерта стала еще шире, так что я испугался, как бы он в запале не порвал себе губы!

— Ну, и какую выгоду получит Слайн, если нас убьют? — батя с победным видом посмотрел на меня.

Улыбка орка по своей ширине била все рекорды.

Я не стал томить отца и вывалил ему все, что надумал вчера вечером. Батя крякнул и отчаянно почесал в затылке. Потом растерянно плюхнулся на мою кровать, рядом с которой стоял.

— Да, дела! — только и смог выдавить он, а потом замолчал. Мы с орком тоже молча ждали, что он решит, потому что, не знаю, как Зерт, а я вообще не представлял, как поступить в данном случае.

Наконец, отец отмер, посмотрел на меня и строгим голосом изрек:

— Значит, так! Ты, Раст, в это дело не лезешь, — он пристально посмотрел на меня. — Совсем! — добавил он.

Я кивнул, соглашаясь. Видимо, отца не удовлетворил мой кивок.

— Пообещай! — он был настойчив.

— Обещаю! — я скривился, сообразив, что только что меня отстранили от возможности поучаствовать в этом приключении.

Отец заметил мою гримасу, криво усмехнулся и сказал:

— А, чтобы тебе не было скучно, пусть Зерт займется твои обучением!

Я непонимающе уставился на батю, но он уже отвернулся от меня, считая, что вопрос решен и повернулся к орку.

— Зерт, — приказал он, — обучишь его работе с мечом, ну и попутно, чего там еще посчитаешь нужным. Мастера из него сделать не пытайся, пока не получится!

— Это почему это?! — оскорбился я не на шутку.

— Ты еще мал! — не оборачиваясь, бросил отец. — Стойки и движения ты, конечно, выучишь, а вот сражаться со взрослыми на равных ты не сможешь еще года четыре, ну, может три, если будешь очень настойчиво заниматься.

Я, честно говоря, немного сник! Ну, как же так?! Я же в мечтах уже представлял себя знатным рубакой, таким, как мой отец, о котором в этом городе, оказывается, ходят легенды!

— Хорошо! — легко согласился орк. — Вот только тебе же потребуется помощь.

— Помощь? — удивился отец. — В чем?

— Ну, — немного смутился орк, — ну, чтобы разобраться с этим делом!

И, увидев удивленно выгнутую бровь на лице отца, пояснил:

— Ну, с предательством Слайна!

— А-а-а! — протянул отец. — Не волнуйся, у меня есть люди, которые этим займутся!

— Люди-то есть, — согласился орк, — вот только можешь ли ты им доверять?

— Нормально! — небрежно махнул рукой отец. — Это надежные люди!

— Вспомни, — сварливо заметил орк, — Слайн тоже считался надежным! Или я ошибаюсь? — ехидно закончил он.

Отец тяжело вздохнул.

— Чего ты хочешь? — прямо спросил он.

— Тебе будет нужна помощь! — судя по внешнему виду, Зерт был уверен в своей правоте. — И кому еще, кроме нас с Растом, ты можешь доверять — ты не знаешь! Поэтому, твое решение должно быть очевидно!

Судя по внешнему виду отца, все было не так очевидно, как это заявлял орк.

— Нет! — очень серьезно, просто однозначно бросил он. — Вы с Растом этим делом заниматься не будете! Ни ты, ни он! — потом внимательно посмотрел на Зерта.

— Слушай, а пообещай-ка мне, как Раст, что тоже не будешь соваться в это дело, а?!

И он требовательно уставился на Зерта. Тот помялся, но под батиным взглядом вскоре его порыв угас, и он кивнул головой.

— Хорошо, обещаю! — каким-то печальным голосом произнес он.

— Ну, вот и ладушки! — сразу же оживился батя. — Тогда, я, пожалуй, пойду, а то прибавили вы мне головной боли, а дела на месте не стоят! Все, я ушел, а вы помните, что мне тут обещали!

И он, с озабоченной миной на лице, вышел из нашей комнаты.

— Зерт, — я посмотрел на орка, — а почему он отказался от нашей помощи? Нет, — поспешил добавить я, — почему от моей помощи — я понимаю, а вот почему он отказался от твоей, вот это вопрос!

Орк пожал плечами, а потом вдруг произнес:

— Мне кажется, что из-за тебя!

— С чего бы это?! — я возмутился. Это зачем же меня пристегивать к решению отца?!

— А все очень просто! — заметил орк. — Ну, по крайней мере, мне так кажется, что просто. Он не верит, что ты выполнишь свое обещание не лезть в это дело, поэтому он пристегивает меня, чтобы я, во-первых, загрузил тебя по полной, так, чтобы свободного времени у тебя не было от слова «совсем», и, во-вторых, чтобы ты, попутно, обрел новые умения. Именно умения, — подчеркнул он, заметив, что я хочу влезть в его монолог со своим вопросом. — Твой отец был прав!

Я вопросительно посмотрел на него.

— Да-да! Он был прав, — повторил орк, — мастера меча из тебя сейчас не сделать! Я тебя обучу основным стойкам, основным связкам и всему остальному, что должен знать хороший мечник, а вот дальше… — он сделал многозначительную паузу. — Ну, у тебя в семье есть мастер-мечник, коим я пока не являюсь, так вот, я думаю, что дальше твоим обучением займется он.

— Это ты так намекаешь на моего батю? — решил уточнить я.

— На него! — кивнул орк. — Только не намекаю, а говорю вполне себе открыто! Кстати, основам владения мечом я тебя научу максимум за неделю…

Я, в буквальном смысле этого слова, выпучил от удивления глаза. Зерт, увидев мою забавную физиономию, рассмеялся, но повторил:

— Да! За неделю, не сомневайся! А может, кстати, и раньше, если ты будешь стараться и у тебя есть склонность к этому делу, хотя… При таком отце было бы странно, если бы ее не было!

Он усмехнулся.

— Короче, я рассчитываю закончить даже раньше, и кроме меча я планирую научить тебя сражаться двумя кинжалами.

«Он что, серьезно? — скривившись подумал я. — Сражаться двумя кинжалами! Да любой хлюст с мечуганом меня уделает и не вспотеет! Что могут эти два кинжала против меча?!»

Видимо, орк увидел мою скривившуюся рожицу, потому что взгляд у него стал таким непривычно жестким, что я против воли, поежился.

— Поверь, тебе сейчас сражаться двумя кинжалами будет даже удобней, чем мечом. Кстати, — он подмигнул мне, — когда научишься обращаться с парными кинжалами, можно будет начинать пробовать работать двумя мечами!

И увидев, как я, вдохновленный его словами, вскинулся, добавил:

— Но для этого нужно освоить работу парными кинжалами, не забыл?!

— Не-е-е! Я освою, Зерт, вот увидишь! — я вскочил с кровати, на которую успел присесть во время нашего разговора. — Так, когда начнем?

Я был готов начинать немедленно, и Зерт не подвел моих ожиданий.

— А чего тянуть? Давай сейчас и начнем!

Я радостно запрыгал по комнате. Орк, с улыбкой посмотрел на меня и проворчал:

— Ты еще в ладоши похлопай!

— Запросто! — ответил я и действительно, пару раз в ладоши хлопнул. Закончив прыгать, я вопросительно взглянул на улыбающегося Зерта и предложил:

— Ну, что, идем на двор?

— Э, нет! — остановил меня орк. — Не так быстро!

— А что? — удивился я.

— Есть две вещи, которые нужно сделать, прежде чем мы начнем нашу тренировку, — тоном учителя произнес орк. — Попробуй назвать хотя бы одну!

Я задумался.

«Интересно, а что такого нужно сделать, чтобы начать тренировку? Да, вроде, ничего не нужно! Взял меч, да пошел тренироваться, что еще-то?! Так, а вот интересно, меня сразу боевым мечом тренировать будут или какие-то учебные есть? А если есть учебные мечи, а в нашем отряде из ни у кого нет, то их нужно где-то раздобыть! Ой, кажется, я умница!»

— Прежде, чем начать тренировку, — гордо выпрямившись, изрек я, — нужно достать или сделать учебный меч!

— Молодец! — похвалил меня орк и я прямо весь раздулся от гордости! — Но неправильно! Нет, учебные мечи мы, конечно, купим, но я имел в виду не это.

Я резко сдулся и почувствовал себя несчастным.

«Я же так старался! И, в конце концов, я считаю, что это правильный ответ!»

— Почему это неправильно? — возмутился я. — Очень даже правильно! Чтобы тренироваться с оружием, это оружие нужно где-то как-то достать!

— Во-о-от! — Зерт покачал перед моим лицом указательным пальцем. — О-ру-жи-е! — произнес он по слогам. — А не учебные мечи!

Я был все еще возмущен.

— Да какая разница?! — кипятился я. — Ты же все равно понял, что я хотел сказать!

— Понял, — согласился со мной Зерт, — но учись выражать свои мысли точно и глядишь, когда-нибудь, это спасет тебе жизнь!

— Когда? — недовольно пробурчал я, успокаиваясь, потому что, в сущности, орк был прав — учебный меч и оружие — это две разные вещи.

— Когда-нибудь! — пожал плечами орк.

— И что теперь? — хмуро осведомился я.

— А теперь нам нужно подобрать тебе меч и парные кинжалы! — улыбаясь ответил Зерт.

— А где? — поинтересовался я.

— Здесь! — односложно ответил орк, но мне показалось, что его мысли сейчас заняты совсем другим.

— Что, прямо в этой комнате? — ну, совсем ненатурально удивился я, но Зерт этого даже не заметил.

— Что? А? Нет! — он явно отвлекся от своих дум. — Ну, конечно, не нужно понимать мои слова так буквально! Здесь — это имелось в виду этот город! Кстати, это даже хорошо, что мы сейчас здесь, — он увидел подозрительное выражение на моем лице, — я говорю о городе! — быстро поправился он. — Ирдик — город наемников, а наемники предпочитают хорошее оружие, ведь от него зависит их жизнь, поэтому велика вероятность, что мы сможем тебе подобрать хорошего качества парные кинжалы и меч по руке.

— Э-э-э, Зерт, а у меня уже есть меч, или, — я с подозрением уставился на него, — баронский меч уже зажали, и я его больше никогда не увижу?

Орк на мгновение задумался, потом поднялся со стула, на котором сидел и поманил меня за собой.

— Ты чего? — недоуменно спросил я. — Ты куда? — поинтересовался я, когда мы с орком вышли за дверь.

Орк, опять ничего не сказав, махнул рукой призывая следовать за ним. Я пожал плечами и пошел, гонимый любопытством.

Далеко мы не ушли. Буквально пройдя одну комнату, орк, сунув в замок ключ, извлеченный из кармана, резко распахнул дверь второй, подождал, пока я подойду, подтолкнул меня в нее, вошел следом и прикрыл за собой дверь.

Я оказался в такой же комнате, как и у нас, с тем лишь отличием, что здесь стояло с десяток разномастных сундуков, и, прислоненные к одному из них, стояло десятка полтора мечей.

Орк, подойдя к этой кучке, покопался недолго и вынул меч в красивых, черных ножнах, отделанных, ну как по мне, так золотом, но я понимал, что никто тратить золото на украшение ножен не будет. Меч был довольно большим, даже для орка, наверное, великоват, хотя… Нет, все-таки великоват!

— Ну, вот, Раст, тот самый баронский меч, о котором ты уже всем уши прожужжал! Держи!

«Ага! Нашел идиота! Этот мечуган, наверное, выше меня будет! И как мне его держать, спрашивается?»

Мысли быстро пронеслись в моей голове.

— И как барон им сражался, интересно? — спросил я, ни к кому не обращаясь.

— А этим мечом сражаются, сидя на коне! — немного насмешливо ответил орк. — А ты и на коне не очень, и с мечом никак! Так что, пусть он пока просто полежит, а когда будешь готов, тебе его вернут, если к тому времени ты не присмотришь себе что-нибудь поинтересней.

Зерт немного выдвинул меч из ножен, посмотрел, цокнул языком и выдвинул еще. Полюбовавшись лезвием, он задвинул меч в ножны до конца и небрежно бросил:

— Хотя сталь… да, признаю, у барона вкус был, да и в оружии он, судя по мечу, разбирался. Хороший меч! — заключил он, аккуратно возвращая его в общую кучку. — Очень хороший меч! — уточнил он.

— Ладно! — признал я его правоту. Потом, вдруг вспомнив его слова, поинтересовался: — А что это за вторая вещь?

— Вторая вещь? — удивленно посмотрел на меня орк.

— Ты сказал, что нужно сделать две вещи, прежде чем начать обучение, — напомнил ему я.

— Ну да, ну да, — согласно закивал головой орк.

— Одну я назвал, — продолжал напоминать ему я, — а вот вторую я не знаю!

— А вторую ты и не можешь знать! — гордо заметил Зерт. — Это знание только нашего стойбища! Давным-давно наши шаманы открыли этот секрет и с тех пор он используется только нашими воинами!

Я весь превратился в слух, настолько мне было интересно. Зерт, увидев мою заинтересованность, понизил голос, в нем зазвучали таинственные нотки, и все это выглядело настолько загадочным, что я против воли задержал дыхание, слушая моего соседа по комнате.

— Так вот, — Зерт стал делать долгие паузы, а мне уже было невтерпеж.

— Ну, чего там у вас такое?! — не выдержав, подогнал я его.

— У нас есть зелье памяти, — вдруг каким-то очень обычным, будничным тоном сказал Зерт. — Приняв его, ты ровно семь дней будешь все запоминать просто слета. Именно поэтому я говорил, что закончу твое обучение за семь дней. Во всяком случае, нашим юным воинам этого времени хватает. Я думаю, что и тебе тоже хватит.

— А что это за зелье? — поинтересовался я, так, на всякий случай.

— Извини, рецепт я тебе не скажу, а просто сделаю его для тебя! — покачал головой орк.

— И когда это будет? — немного насмешливо спросил я, предполагая, что орк все-таки воин, а не алхимик. — И ты точно его сможешь сделать, все-таки ты не шаман! — поддел я орка.

— Смогу, не сомневайся! — уверенно ответил Зерт. — Если я сегодня все куплю, то завтра оно уже будет готово!

— Ну что ж, — не стал спорить я, — тогда вперед, покупать составляющие твоего зелья!

Орк понимающе усмехнулся.

— Не угадал! Сначала купим тебе меч и парные кинжалы, а потом я пойду за покупками один!

И, захохотав, орк мне подмигнул.

Глава 5

Как мы с Зертом ходили по оружейным лавкам в поисках кинжалов и меча — это вообще отдельная тема. Мы убили на это почти весь день, хотя учебные мечи, сделанные из какого-то непонятного материала, может, даже из дерева, мы купили в первой же лавке.

Учебные мечи были тяжелыми и неудобными, но Зерт просто молча сунул их мне в руки, как только мы вышли из лавки, и с независимым видом двинулся дальше, даже не оглядываясь, чтобы проверить, следую я за ним или нет.

Я некоторое время пыхтел, пытаясь пристроить их поудобнее и не отстать от орка, а потом мне в голову пришла отличная идея! Я повернул левую руку тыльной стороной ладони и посмотрел на перстень с черным камнем, одетый на безымянный палец.

Это был артефакт пространственного кармана и, как сказал Витор Ост, маг, которого я взял в плен и который рассказал мне об этом артефакте, привязка к предыдущему хозяину должна была исчезнуть, примерно, через неделю.

Правда, прошло только четыре дня, но вдруг?!

Увы! Чуда не произошло и камень в перстне так и оставался черным, обещанный Витором огонек в глубине камня, похожий на лепесток пламени, так и не появился. Я выругался про себя, и пробурчал что-то маловразумительное, исключительно для поднятия духа.

Удивительно, но Зерт, идущий впереди, шагах в пяти, резко остановился и, повернувшись ко мне, строго сказал:

— А ну-ка, повтори, что ты сказал?

— Когда? — удивился я.

— А вот только что! — пояснил орк.

Я пожал плечами и перехватил учебные мечи, которые так и норовили выскользнуть из рук, к тому же, были изрядно тяжелы и мои руки стали потихоньку уставать.

— Да, вроде, я ничего не говорил! — подкрепил словами я свой жест.

— Так, Раст, хватит вредничать! Слух у меня хороший, так что повтори, пожалуйста, что ты сейчас только что сказал! — настаивал орк.

Я призадумался.

«Интересно, а чего такого я сказал? Так, нужно попытаться вспомнить свои действия! Вот я смотрю на камень — он такой же черный, как и несколько дней назад. Я раздосадован и, чтобы сбросить хотя бы часть злости, я смачно ругаюсь, но исключительно про себя! Неужели Зерт каким-то образом это услышал?! Да нет, бред какой-то! Как он это услышал?! Нет, не мог! А что я делал дальше?! Нет, не помню, вроде, просто потащился вперед, стараясь не отстать от орка. Вот же, твою пехота, не помню! Стоп! Твою пехота! Вот оно, ну, конечно, я же и вслух побурчал!»

— Э-э-э, Зерт, — я умоляюще посмотрел на орка, так и стоящего на месте и внимательно смотрящего на меня. — Только не говори, что тебе нужно повторить то, что я буркнул, когда осознал неудобство учебных мечей для переноски!

— А ты буркни еще раз, — предложил орк, — а я оценю, то это было или нет!

— Да запросто! — мне уже надоело держать мечи, и я поставил их на землю, поддерживая за рукояти. — Я сказал: «твою, пехота!»

— Ага! — глубокомысленно заключил орк. — Похоже! Ну, ладно, пошли!

И он, повернувшись, опять, бодро так, зашагал вперед.

— Э-э-э, Зерт! — окликнул я его.

— А? — он остановился и повернулся лицом ко мне.

— Слушай, Зерт, — буквально взмолился я, — а нельзя что-нибудь с этими оглоблями сделать? — я легонько пнул ногой один из стоящих учебных мечей. — А то уж больно тяжело и неудобно их таскать!

Орк улыбнулся и заметил:

— А я все думал, когда же ты спросишь? Чего так долго тянул?

Я обиделся.

«Это чего за проверки такие? Он что, совсем обалдел?! Он же должен понимать, что я ему не прощу такое измывательство надо мной?!»

— Зерт, это ты сейчас о чем? — подозрительно глядя на орка, спросил я.

— Да все о том же! — едва заметно усмехнувшись, орк сделал рукой неопределенный жест. — Помнишь наш разговор на полянке, на следующее утро после боя? По поводу твоей чрезмерной агрессии?

— Ну! — я согласно кивнул головой. — А как соотносится тот разговор с нынешней ситуацией?

— Да, просто, — орк сделал разочарованное лицо, — тебе же эти учебные мечи тащить и тяжело, и неудобно, но ты гордо тащишь их, почему-то не желая попросить помощи! Раст, есть ситуации, когда попросить помощи — это нормально! Так нет же, ты пыхтишь, надрываешься, но тащишь! Что, Раст, еж — птица гордая, пока не пнешь — не полетит?!

Я уже понял, что хочет сказать не по годам мудрый орк своим монологом! М-да, действительно, привычка пытаться все решить самостоятельно, обращаясь за помощью лишь в самом крайнем случае, оказывается, не всегда хорошо!

— Нет, — продолжал Зерт, — это совсем не означает, что я должен отодвинуть или совсем забросить свои дела и начать, под видом помощи, все делать за тебя! Просьбы о помощи должны быть в разумных ситуациях! Поэтому, — здесь орк усмехнулся как-то особенно гнусненько, — жевать за тебя и вкладывать уже прожеванную пищу тебе в рот, даже не проси!

— Зерт! — зло прошипел я, так как от возмущения мой голос пропал. — Сделаю больно и запрещу плакать! Понял?

— Ой, ой, уже боюсь! — орк скорчил испуганное лицо, точнее то, по его мнению, что должно было быть таковым. Прохожие, узревшие его испуганное лицо, в ужасе шарахнулись на другую сторону улицы, и пока не скрылись из виду, не спускали с орка настороженных взглядов, хотя орк, заметив такую реакцию, сменил выражение лица на удивленное.

Не-а, не помогло, от слова «совсем»! Прохожие продолжали быстро, на пределе своих возможностей, удаляться, не отводя от Зерта взгляд.

— М-да! — я сокрушенно покачал головой. — Сменил бы ты, Зерт, выражение лица на что-нибудь попроще, а то люди, вишь, пугаются!

— Что, — не поверил сразу орк, — так страшно?

— Я чуть не обосрался! — подбодрил я его, подмигнув.

— Ах, ты ж! — поняв, что я шучу, орк потянулся, чтобы схватить меня, но я, даже не став уворачиваться, подождал, когда две его широкие снегоуборочные лопаты, по незнанию называемые им руками, окажутся ко мне поближе, и, резко подняв учебные мечи за ножны, рукоятями вверх, сделал ими движение навстречу ему.

Зерт, следуя своим врожденным инстинктам, сжал руки на рукоятях мечей, а я, в свою очередь, свои отпустил и сделал шаг назад.

— Ну, вот и молодец! Вот и неси, раз тебе так хочется! — игриво подмигнул я орку и, на всякий случай, убрал руки за спину.

— Э-эм, Раст! — до Зерта дошло, в каком положении он сейчас оказался, подав корпус вперед и сжимая в обеих протянутых руках по учебному мечу.

— Ой, дяденька, — перебил я его громко, — у меня и денег-то таких нет, чтобы купить эти мечи! Я понимаю, что вам не хватает на кружечку пива, но, право слово…

— Что?! — взревел, еще не до конца понявший мое коварство, Зерт. — Ты что такое несешь, балбес?!

— Эй, орк, давай полегче! — в нашу сторону шел какой-то наемник.

— Не лезь! — огрызнулся громко орк, не глядя, — я сам разберусь!

Вот после этих слов, сказанных довольно громко, к наемнику, что целенаправленно двигался в нашу сторону, присоединились еще несколько человек, на ходу проверяя, как выходят из ножен мечи.

— Ну?! — Зерт уже почти навис надо мной.

— Беги! — тихо посоветовал я ему.

— Что?! — опешил орк.

— Беги, говорю! — сказал я уже чуть громче.

— Зачем? — Зерт явно до конца не понимал ситуацию.

— Оглянись! — теперь наши роли поменялись, и советовал уже я.

Зерт оглянулся, естественно заметил целенаправленно двигающихся к нам наемников. Несколько мгновений он рассматривал эту картину, очевидно размышляя, а потом повернулся ко мне и спросил:

— Ну, и зачем?

Я честно пожал плечами. А что я мог ему ответить?! Сказать:

— Не знаю?

Или, вообще, честно признаться, что просто захотелось схулиганить, а вот о последствиях я как-то не задумывался? Вот же! Сам же создал такую ситуацию, а значит, самому придется вытаскивать из нее орка.

— Эй, орк, ты чего к пацану привязался? — спросил тот наемник, что влез первым, подойдя к нам.

— Так, Зерт, — демонстративно не обращая внимания на наемника, обратился я к орку. — Эту фигню, — я кивком подбородка указал на учебные мечи, которые он все еще сжимал в руках, — можно как-то упаковать так, чтобы мне удобно было их нести?

Тут я оглянулся и, как бы внезапно, увидел подошедших наемников. Изобразив на лице крайнее удивление, подняв бровь, я озабоченно спросил:

— Добрый день! Чем обязаны?

Наемник, подошедший первым, удивленно вытаращился на меня и, запинаясь, спросил:

— Э-э-э… Молодой господин, этот орк к вам пристает?

— Ни в коем случае! — твердо ответил я. — Это мой учитель!

Я обвел, окруживших нас наемников, пристальным взглядом и, улыбнувшись самой доброй улыбкой, на какую был способен, мягко произнес:

— Я благодарю вас всех за ваше горячее желание вступиться за незнакомого ребенка, но мы с учителем уладим это маленькое разногласие между нами. Правда, Зерт?

Орк молча кивнул.

Наемники, поняв, что ничего плохого здесь не происходит, начали расходиться, переговариваясь друг с другом.

— Эй, Зерт, — окликнул я о чем-то задумавшегося орка, — так можно упаковать?

Я кивком подбородка опять указал на две оглобли, называемые учебными мечами.

— А? — очнулся орк, потом посмотрел на свои ладони, все еще сжимающие их. — А! Сейчас сделаем!

— Кстати, — роясь в своей сумке, заявил орк, — я сейчас их упакую, а ты учись — в жизни пригодится! Смотри внимательно, я буду делать медленно.

Ну, ни фига себе! И это он называет медленно?! Увязав, буквально в пять или шесть движений, учебные мечи во что-то отдаленно напоминающее тючок, он повесил их мне на плечо и участливо спросил:

— Все запомнил?

Я заскрежетал зубами.

— Это ты что, глумишься так? — выпустив воздух сквозь сжатые зубы, осведомился я.

— Ты чего? — почему-то испугался орк. — Я же просто спросил!

«Вот же! — с досадой подумал я. — Действительно, чего я к нему прицепился?»

— Прости, — я похлопал орка по руке, — тяжелое детство, каменные игрушки…

— Чего? — орк вытаращился на меня. — У тебя были каменные игрушки?!

— Забей! — огорчил я орка. — Это присказка такая! Просто утро было для меня тяжелым!

И я вздохнул. Орк тоже вздохнул, вспомнив утренние события, и бросил, поворачиваясь ко мне спиной:

— Пошли, Раст, нас ждут великие дела!

И, опять не оборачиваясь, двинулся вперед. Я поспешил за ним, все-таки ширина у наших шагов разная и там, где он делал два-три шага, мне приходилось делать три-четыре. Благо, шли мы недолго, и Зерт, широко распахнув дверь, вошел в очередную оружейную лавку.

И началось сольное представление орка! Он, предлагаемое ему оружие, разве что на зуб не пробовал! Он его крутил, вертел, смотрел и вдоль лезвия, и поперек, и ногтем по лезвию проводил, а потом смотрел на ноготь и на лезвие. Что уж он там хотел увидеть, я не знаю, я стоял молча и с расспросами к орку благоразумно не лез.

Он сгибал лезвия мечей, не всех, но некоторые ему согнуть удавалось, потом он их отпускал и они разгибались с тонким и протяжным звуком, а Зерт к чему-то прислушивался, демонстративно подав голову, ухом в ту сторону.

В этой лавке орк забраковал все оружие, показанное ему владельцем. Вежливо попрощавшись, мы двинули в следующую, где номер «на бис» повторился. В третьей лавке мне уже было неинтересно наблюдать за действиями своего учителя, поэтому я, спокойно стоя в стороне, не спеша осматривал помещение.

Ну, что я могу сказать? Лавка, как лавка. У меня сложилось ощущение, что они довольно однотипны, и если разложенное, развешенное и расставленное оружие заменить на травы, засушенные тушки различных мелких животных и баночки с бутылочками и пакетиками, то лавка оружейника ничем бы не отличалась от лавки нашего алхимика Нокты, которую я изучил довольно подробно.

Поняв, что ничего нового в планировке я не увижу, я начал шарить взглядом по полкам. Нет, оружия было много, и оно было разным, некоторые образцы я даже никогда не видел и не слышал их названий!

Это было интересно, но только до тех пор, пока я, дернув орка за рубашку, не отвлек его от беседы с продавцом.

— Чего тебе? — недовольно буркнул Зерт.

Я молча ткнул пальцем в большое копье, с замысловатым наконечником, имеющим крюкообразное ответвление от лезвия. Лезвие, кстати, тоже было намного, раза в два, а может даже в три, длиннее копейного.

— Гизарма! — небрежно бросил орк. — Зачем она тебе?

— Да, мне не нужна, — повинился я, — просто не знал, что это, хотел у тебя спросить!

— Так, Раст, — орк смотрел на меня очень серьезно. — Не отвлекай меня, дело очень серьезное. Все вопросы и пожелания потом, после того, как определимся с конкретными образцами. Хорошо?

— Хорошо! — с немного виноватым видом согласился я. А что? Ведь действительно был не прав, а отец всегда говорил, что умение признавать свои ошибки — дорогого стоит! Правда, уточнял он при этом, всем остальным об этом знать не обязательно! То есть, как я понял, признать ошибку я могу, но только для себя и про себя! Что я сейчас и сделал.

А беседа орка с продавцом, между тем, вообще потеряла какие-либо признаки членораздельности. Зерт и продавец кидались друг в друга какими-то малопонятными словами и фразами.

Сначала, я подумал, что они просто ссорятся и осыпают друг друга такими изысканными оскорблениями, но, понаблюдав за их поведением и внимательно их послушав, понял, что ошибался. Это, оказывается, они углубленно обсуждали процесс изготовления оружия!

Вот же! А у меня в самый первый миг вообще возникло впечатление, что они перешли на какой-то другой язык!

И апофеозом их беседы стал широкий жест Зерта. Он упер меч в пол, согнул его, а потом слегка отпустил. Меч разогнулся с протяжным стоном.

— Вот, слышишь?! — орк вопросительно посмотрел на продавца, в свою очередь, скептически глядящего на торжествующего орка.

— Что? — поинтересовался продавец.

— Звук слышишь? — переспросил возбужденный орк и выжидательно уставился на хозяина.

— Ну, слышу! — не стал отрицать тот. Действительно, этот звук не услышал бы, разве что глухой!

— Ну?! — уже не скрывая своего торжества, спросил орк.

Я стоял, смотрел на их перепалку и вообще ничего не понимал, но четко видел по поведению хозяина лавки, что орк прав, только хозяин категорически не желал это признать, по каким-то причинам, мне не известным.

— Пошли отсюда! — я схватил орка за руку и потянул к двери.

Зерт не ожидал от меня такого действия и покорно дал вывести себя на улицу, и только там он спохватился, вырвал свою руку и зло спросил:

— Ты чего творишь?

— Так, стоп! — резко и твердо оборвал я орка. — Слушай сюда. Все, таки, будет проистекать отсюда!

Зерт опешил от неожиданного построения моей фразы и дал мне закончить мысль, не перебивая.

— Хозяин лавки точно знал, что ты прав, и специально прикидывался идиотом, чтобы это не признавать!

Орк смотрел на меня удивленным взглядом, изрядно разбавленным подозрение.

— Я не знаю, о чем вы спорили, я из ваших речей, понимал только отдельные слова, и то не уверен, что они значили именно то, о чем я думаю, но вот поведение самого хозяина навело меня именно на эти мысли. Он ведь хотел продать тебе этот меч, а ты не хотел его брать, потому что он плохого качества?

— Ну, где-то близко, — уклончиво ответил мне орк. — Хорошо, пойдем к следующему!

— Вообще-то, — я решил обратить внимание орка на этот факт, — ситуация складывается странная. Ты говорил, что в городе наемников купить оружие хорошего качества легко! А что получается на деле? — я посмотрел на него, вопросительно подняв брови.

Зерт молчал, ожидая продолжения.

— А на деле получается, — так и не дождавшись от Зерта никаких слов, продолжил я, — что либо у них проблемы с хорошим оружием, либо они не хотят тебе его показывать!

Орк замер, удивленно глядя на меня.

— Ну, это ты, Раст, загнул! — Зерт посмотрел на меня с укоризной. — Чего бы им от меня оружие прятать? Наоборот, мне кажется, быстрее продать, пока есть покупатель! Не, ты не прав.

Я пожал плечами.

— Может, конечно, так, а, может, и нет! — я сдаваться не хотел. — Если все так, как ты говоришь, то у них просто нет хорошего оружия, а ты в это веришь?

— Хм, — орк явно озадачился. — И что ты предлагаешь?

Я пригорюнился — предложить мне было нечего!

— Нужно подумать! — предложил я взять перерыв на размышления.

Перерыв оказался совсем недолгим.

— О! — вдруг воскликнул орк, взмахнув рукой, — есть идея!

— Какая? — полюбопытствовал я.

— А, идем, там увидишь! — и орк решительно повел меня в следующую, уж не знаю какую по счету, оружейную лавку.

Я послушно поплюхал за ним, ругаясь про себя, чтобы он не услышал. Хоть на плече учебные мечи носить было удобнее, но все равно, вес никуда не делся и я уже довольно сильно вымотался.

Так что ввалился я в очередную оружейную лавку в дурном расположении духа. Зато Зерт, в отличие от меня, сиял, как будто рядом с ним перевернулась бесхозная телега с пивом.

— Уважаемый хозяин! — улыбке орка позавидовал бы, наверное, тигр, во всяком случае, уж ширине оскала — точно!

Хозяин лавки, невысокий, но очень широкий в плечах, с абсолютно лысой головой, но густой рыжей бородищей, спускающейся на грудь, поднял голову и вопросительно взглянул на орка, впрочем, при этом, вообще не говоря ни слова.

Зерт, нисколько не обескураженный такой встречей, продолжал говорить и при этом умудряясь улыбаться!

— Ох, хозяин, простите, не знаю вашего имени… — он вопросительно посмотрел на бородача.

— Гмалин, — хмуро бросил бородач, продолжая с подозрением глядеть на орка.

— Гмалин… — Зерт опять сделал паузу, предлагая хозяину назвать свое полное имя.

— Гмалин! — все так же хмурился бородач. — Просто Гмалин! И не нужно никаких хвалебных речей, просто скажите, что вам нужно!

— А меня Зерт! И, — похоже, к такому приему орк был не готов, — нам нужен меч и парные кинжалы. Вон, для него! — и орк ткнул пальцем в моем направлении.

Гмалин хмуро оглядел меня с головы до ног. М-да, явно у него сегодня был тяжелый день! Что-то настроение у него — гораздо ниже плинтуса.

— У меня вы вряд ли что-нибудь себе подберете, — как-то безапелляционно заявил он.

— Но мы попробуем? — вкрадчиво поинтересовался орк.

Хозяин безразлично пожал плечами.

— Пробуйте, — все также безразлично и безэмоционально сказал он, — весь товар перед вами.

Зерт быстро осмотрел весь товар и не выбрал вообще ничего.

— Гмалин, — сказал он, пристально глядя на хозяина лавки, — вы ведь знаете, что те клинки, что представлены у вас в зале — это мусор! Это, конечно, не полное дерьмо, но так, среднего качества! А между прочим, его папаня, Брокс Здор, по прозвищу Шутник, мне голову оторвет, если я куплю его сыну что-либо из представленного здесь!

При имени моего отца Гмалин немного ожил и посмотрел на меня с ноткой легкого интереса во взгляде.

Я внимательно следил за поведением хозяина лавки и все больше укреплялся во мнении, что у него что-то случилось.

— Что, правда, сын Шутника? — спросил Гмалин и, откинув часть прилавка вбок, вышел в зал и подошел ко мне. Еще раз оглядев меня с головы до ног, он хмыкнул и заявил:

— Похож!

Он постоял напротив меня, покачиваясь с пятки на мысок, потом еще раз хмыкнул и, пробурчав:

— Чего только не бывает в жизни!

… вернулся за прилавок.

— Жди! — обратился он к орку. — Сейчас вынесу!

И ушел из зала куда-то вглубь своей лавки.

Мы с орком удивленно переглянулись, и я пожал плечами, в знак того, что не понимаю, чего это он.

Прошло минут десять, прежде чем хозяин вернулся за прилавок, неся подмышкой явно нелегкий сверток.

Свалив его на прилавок, он начал спо́ро его распаковывать, а я, наконец, не выдержал.

— Простите, Гмалин, — любопытство меня уже почти сожрало, и с этим нужно было что-то делать. Хозяин прекратил распаковывать сверток и вопросительно посмотрел на меня. — Скажите, что у вас случилось? Ведь я вижу, что у вас что-то произошло, причем, недавно! И это что-то явно очень нехорошее, судя по вашему виду.

Я сознательно поддавливал его таким построением фразы. Это, кстати, я перенял у отца — любил он таким образом поддавить собеседника, время от времени.

Гмалин какое-то время просто молча смотрел на меня, и я уже было решил, что в этот раз папин способ не сработал.

— Ну, в конце концов, — негромко пробормотал Гмалин, минут через пять, — сын Шутника не может быть сволочью и подлецом!

Потом оценивающе посмотрел на орка.

— Племянник Весельчака! — показав на Зерта глазами, проинформировал я хозяина.

— Да ты что?! — опять ожил хозяин. — Вот это да! Родные легендарных наемников! Да оба у меня в лавке!

Он как-то засуетился, начал стараться быстрее распаковать сверток. А вот сверток был упакован на славу! Такого количества веревок, да еще и как-то замагиченных, что я сначала просто ощутил, а потом и увидел, я еще не встречал.

— Гмалин! — окликнул я его и он, замерев, каким-то беспомощным взглядом посмотрел на меня. — Гмалин, что все-таки у вас случилось? — продолжал настаивать я. — Вы нам с Зертом так и не сказали.

Хозяин замялся. Было видно, что он никак не может решиться нам рассказать о своей беде.

— Я — сын Шутника, а Зерт — племяш Весельчака! — напомнил я хозяину лавки. Тот еще несколько мгновений колебался, а потом произнес сдавленным голосом:

— У меня пропала внучка!

Где-то с полминуты мы с орком пытались переварить эту информацию. А потом заговорили почти одновременно.

— Как такое может быть? Вы… — начал Зерт.

— Сама по себе она пропасть не могла! — я тоже выдвинул предположение.

Гмалин посмотрел на нас, сначала на Зерта, потом на меня, и сокрушенно покачал головой…

— Э-э-э, а сколько внучке лет? — я решил, что узнать возраст внучки будет нелишним.

— В этом месяце ей исполнилось девять лет! — горестно ответил нам Гмалин.

— И как так получилось, что она пропала в городе, полном наемников? — немного скептическим тоном задал я вопрос. — Девочке девять лет и заблудиться она не могла! Да и если бы вдруг заблудилась, — я покачал головой, — то любой наемник привел бы ее к вам, ведь, наверняка, ваша лавка довольно известна. Разве нет?

Гмалин покивал головой.

— Все так, молодой человек, все так, — подтвердил хозяин лавки.

— И давно ее нет? — задал вопрос орк.

— Сегодня — третий день! — горестно вздохнул Гмалин.

— Но вы же ее искали? В городскую стражу обращались? — снова влез я со своими вопросами.

Гмалин безнадежно махнул рукой.

— И в стражу обращался и в гильдию наемников тоже! Везде один ответ — не видели, не знаем! — он опять горестно вздохнул. — Хорошо одно — тело не находили, а значит, она жива!

И хозяин украдкой вытер слезу в уголке глаза.

Да! Вид плачущего мужчины произвел на меня сильное впечатление! Гмалин держался, держался, по-моему, из последних сил, но плакал он от бессилия, от того, что не знал, что нужно делать.

А мне вдруг припомнилось, как мы с ребятами, у нас дома, играли в рыцарей и разбойников. Особым шиком было, поймав разбойника, допросить его так, чтобы он рассказал, где их лагерь!

Естественно, ни о каких пытках речь даже не шла. Пойманный обязан был отвечать на вопросы, на любые вопросы, но только «да» или «нет». Так, задавая вопросы, и определялось, где у разбойников логово.

В случае с пойманным рыцарем, все то же самое, только выясняли, где штандарт их отряда. После захвата штандарта отряд считался распущенным!

Так, почему бы не попробовать применить это здесь?

— Гмалин, скажите, как зовут вашу внучку? — все! У меня уже загорелось! Я уже прикидывал как и с кем мне это можно было попробовать провернуть!

— Ее зовут Диана, — как-то всхлипнув, что ли, ответил хозяин лавки.

— А у нее есть какие-нибудь запоминающиеся… — я сбился, потому что никак не мог подобрать слово. Гмалин молча смотрел на меня с ноткой надежды во взгляде. Я плюнул на свои попытки подобрать нужное слово и решил, что быстрее будет сказать описательно. — Э-э-э, что-нибудь, бросающееся в глаза. Ну, я не знаю, может, украшение, может, какая-нибудь деталь одежды, может родинка или, ну, я не знаю, прическа?

Я выжидательно уставился на Гмалина, закатившего глаза к потолку, в попытке вспомнить нечто такое в облике любимой внучки. Воспоминания никак не хотели приходить, и я решил не мучить, и так измученного неизвестностью, человека.

— Так, — вмешался я, прервав поток воспоминаний у хозяина, — ладно, не так важно. Волосы какого цвета и длины? — деловито осведомился я.

— Черные, чуть ниже плеч, — быстро ответил Гмалин. — Хотя, — быстро поправился он, — скорее до лопаток.

— Хорошо! — я соображал, как мне лучше поступить. Зерт и Гмалин молча смотрели на меня. Зерт слегка осуждающе, но с пониманием, а Гмалин с такой отчаянной надеждой, что я решил сделать максимально возможное, чтобы найти его внучку.

— Так, Зерт, — я, наконец, принял решение, — вы тут решайте насчет моего оружия, а я пойду, посмотрю, что можно предпринять. Кстати, — я скинул с плеча учебные мечи, — Зерт, придется тебе нести их самому! — я победно улыбнулся орку.

Зерт отрицательно помотал головой.

— Раст, я с тобой! С оружием решим потом, в другой раз! — и он выжидательно посмотрел на Гмалина.

Тот энергично кивнул головой.

— Конечно, это от вас никуда не денется! — он помолчал. — При любом результате ваших усилий!

Я даже не хотел представлять, каково сейчас ему!

— Нет, Зерт, ты со мной не пойдешь! — резким, командным тоном, уверенного в себе бойца, сказал я. — Ты мне только будешь мешать!

Я увидел, как на лицо орка наползла тень обиды.

— Зерт, не обижайся! Ты знаешь, я всегда «за» иметь такого напарника, как ты, уже проверенного не один раз! Но сегодня не тот случай! Пожалуйста, Зерт, сделай так, как я говорю! — взмолился я.

— Но ты же вообще не умеешь работать с мечом! — с каким-то непонятным отчаянием воскликнул орк.

— Зерт, — с укоризной глядя на орка, сказал я, — а ты где-то у меня видишь меч? — я, для наглядности, развел руки в стороны и медленно повернулся вокруг своей оси.

— Ты идешь на поиски девочки, которую не смогли найти стражники и наемники, с одним ножом? — озвучил Зерт очевидное состояние вещей.

— Нет, Зерт, — мягко поправил я его, — я иду с боевым ножом, который подарил мне ты! Помнишь?

Орк в отчаянии схватился за голову.

— Ты хоть понимаешь, что если с тобой что-нибудь случится, твой отец меня убьет! Он меня убьет, и не посмотрит, что я племянник его лучшего друга! — на орка было страшно смотреть.

— Зерт! — я поднял правую руку. — Зерт, успокойся! Я тебе клянусь, что если натолкнусь на что-то опасное, я вернусь за тобой и другими бойцами нашего отряда! Я сейчас иду просто на разведку, чтобы понять, куда подтягиваться вам!

— Точно? — орк смотрел на меня с подозрением.

— Клянусь! — абсолютно искренне ответил я. Я и сам верил своим словам.

— Ладно! — орка отпустило. — Давай сюда эти деревяшки, и беги на разведку! Когда тебя ждать?

— Ну, я думаю, что к ночи управлюсь! — бодро ответил я. — Учитывая сколько сейчас времени, я, пожалуй, побегу!

Отдав мечи орку, я двинул к выходу из лавки, но около самой двери остановился и обернулся, натолкнувшись на горящий такой отчаянной надеждой взгляд Гмалина.

— Гмалин, я очень постараюсь ее найти! — пообещал я и сам в это обещание поверил.

Я быстро открыл дверь, не ожидая ответа, но он все-таки прилетел.

— Пусть помогают тебе, боги-заступники…

Окончание пожелания, произносимого голосом Гмалина, оборвала закрывшаяся дверь.

«Так, — оказавшись на улице, начал размышлять я, — у меня есть план, и есть возможность попробовать найти девчонку. Но для этого мне нужна помощь, и я знаю где ее получить!»

Таким образом, я побежал по одному, уже известному мне адресу. Добежав, я распахнул дверь, ворвался в помещение и тут же попал в чьи-то мощные объятия.

Человек, в которого я впопыхах врезался, тоже не ожидал этого, поэтому сделал пару шагов назад.

— Это что еще за фокусы такие?! — услышал я недовольный голос, где-то в районе моей груди. Бросив быстрый взгляд вперед, я, к своему удивлению, никого не увидел!

«Этого просто не может быть!» — решил я, потому что меня кто-то крепко держал. И только когда я опустил взгляд ниже, все встало на свои места. Оказывается, я попал в объятия к самой Гринель, жене Гелли, хозяина трактира с одноименным названием.

— Гринель, отпусти меня, пожалуйста, — попросил я, — я очень спешу, и мне очень-очень нужен Демис!

— Так-так! — отстранив меня от себя на вытянутые руки, пробурчала Гринель. — И кто это у нас тут такой шустрый?!

— Гринель! — взмолился я, — пожалуйста!

— О! — как бы не слыша меня, продолжала Гринель. — Да никак, это сынок Шутника к нам заявился?! Может, пора дать тебе кличку — Торопыга?

— Гринель, это очень важно, мне сейчас совсем не до шуток! — я попытался достучаться до этой дамы, скромного роста, но героических пропорций во всем остальном.

Заметив мое состояние, жена хозяина только качнула головой и вдруг громко крикнула:

— Демис! Демис, чтоб тебя! Быстро беги сюда, бездельник!

Ее крик был так громок, что я, не ожидавший этого, немного присел, так как мои колени подогнулись даже без участия в этом всего остального организма.

— Э-э-э, — вот чего мне хотелось, так это удостовериться, что я не оглох! — уважаемая Гринель, — начал я и с радостью убедился, что себя я слышу. — Скажите, а можно мне будет занять Демиса до конца сегодняшнего дня? Это очень важно, уважаемая Гринель!

Я решил, что от выказанного мной почтения хуже не будет.

Демис появился очень быстро, видимо, супруги привили понятие дисциплины своим работникам очень хорошо.

— Тетка Гринель, звали? — спросил он, подбегая к хозяйке трактира. На меня даже, не то, что не поглядел — даже не покосился!

— Демис, — как-то добродушно обратилась к нему Гринель, — тут твой товарищ прибежал, весь в слезах и соплях, тебя ищет! — Демис осторожно покосился в мою сторону. — Так что, ты ему помоги сопли утереть, — она усмехнулась. — Да, рабочий день у тебя сегодня закончился. Все, свободен! — резко закончила она и, открыв дверь, вышла из трактира.

— Раст, ты чего? — расслабившись после ухода хозяйки, спросил Демис. — Ну и видок у тебя! — заметил он с усмешкой.

— А! — я небрежно махнул рукой. — Я всю дорогу бежал! От оружейной лавки, где продавец Гмалин. Знаешь такую?

— А, Кучерявого Гма? Конечно, знаю! А чего бежал то? — удивился пацан.

— А ты его внучку знаешь? — вопросом на вопрос ответил я.

— Дианку то? Ну, конечно, знаю! — быстро сказал Демис. — А что?

— Пропала она! — решил я сказать правду. — Сегодня третий день, как!

— Ох, ё! — воскликнул пораженный парень. Потом подозрительно посмотрел на меня и спросил:

— И чего ты хочешь?

— Я хочу попробовать ее найти! — честно признался я.

Демис покачал головой, а потом задумчиво сказал:

— Ты знаешь, мы с пацанами слышали, что время от времени пропадали дети, но дальнейшей их судьбой не интересовались… — он замолчал, а потом добавил: — А оно вона как получается, да?

Я стоял и молча ждал, пока мой собеседник о чем-то размышлял. Наконец, он взглянул на меня и произнес:

— В городе, конечно, ребенка спрятать можно, но очень хлопотно это. Скорее всего, искать нужно в катакомбах под городом… — он опять умолк, потом вздохнул и продолжил: — Нужно собирать ребят. Но, Раст, ты понимаешь, катакомбы под городом — обширны, нас — мало. Найти ее, тем более, найти ее живой… — он покачал головой, и продолжать не стал.

Помолчав и еще что-то обдумав, он сказал:

— Значит так, я сейчас иду собирать ребят, и встречаемся через… — он взглянул в окно на небо, — час на площади, напротив здания Гильдии наемников.

— А почему там? — удивился я.

— Оттуда ближе всего ко входу в катакомбы! — услышал я ответ.

— Хорошо, напротив здания Гильдии наемников, через час! — повторил я и выскочил на улицу. Я кое-что вспомнил и мне, для увеличения наших шансов, нужно было опять посетить Гмалина!

Глава 6

Времени было не так, чтобы много, но оно было, поэтому я позволил себе до лавки Гмалина пройти шагом. Да, быстрым, но все-таки шагом, а вот в лавку я, буквально, ворвался, широко распахнув дверь.

Хозяин, сидевший за прилавком на специальном стульчике, поднял голову и посмотрел на меня. Вначале, в его глазах вспыхнула надежда, но очень быстро она погасла, когда он осознал, что для поисков прошло слишком мало времени.

Судя по его виду, он приготовился услышать что-то, для него очень страшное, потому что его лицо сразу как-то побледнело и застыло. Я замахал руками в отрицательном жесте.

— Не-не-не, уважаемый Гмалин, мы только начали, поэтому никаких новостей, увы, у меня нет, а вот просьба — есть.

Хозяин лавки напрягся и вопросительно посмотрел на меня.

«Чего это он так напрягся?» — насторожился я в свою очередь.

— Скажите, у вас, случайно, нет какой-нибудь вещицы, которую очень любила носить ваша внучка и которая сейчас у нее может быть? — поспешил я задать вопрос.

Гмалин непонимающе смотрел на меня.

М-да! Пожалуй, я и сам не очень понял, что спросил, а уж хозяин лавки — и подавно! Нужно это как-то переиначить. Чтобы не терять время на подбор слов, начал говорить длинно.

— Может, у вас есть какая-нибудь вещь, принадлежащая вашей внучке, которую она одевала и часть которой у нее в этот момент тоже имеется. Ну, например, — я решил, для лучшего понимания, привести пример, — кусок ленты, из которой сделан бант в ее волосах…

Я вопросительно уставился на Гмалина, с ужасом понимая, что своим косноязычием ни фига не объяснил, а только запутал!

— Волан, — осторожно спросил хозяин лавки, — ты хочешь сказать, что у тебя есть артефакт подобия?

И он очень пристально посмотрел мне в лицо.

«Нет, ну, надо же, как он догадался?» — мелькнула у меня паническая мысль.

— Нет у меня ничего такого! — поспешно ответил я, но, судя по виду моего собеседника, я его не убедил, потому что он кивнул каким-то своим мыслям, оттого, что согласно кивать моим словам он просто не мог — даже я сам себе не верил! А вот теперь вопрос — как скажется в дальнейшем этот мой раскрытый секрет?

«Ладно, сейчас не об этом, сейчас у меня другие заботы, а насчет артефакта можно поговорить с отцом, ведь если Гмалин знает отца, то велика вероятность, что и отец знает Гмалина! Потом можно будет аккуратно спросить его совета, как лучше поступить!»

— Ну, нет, так нет! — слегка усмехнувшись, согласился хозяин лавки. — А вот то, ято спрашиваешь у меня, как раз есть!

Он, кряхтя, сполз со стула и пошел куда-то вглубь своей лавки.

— Подожди, я — сейчас! — раздался его голос откуда-то из ее недр.

Я остался один, делать пока было нечего, и я решил более внимательно рассмотреть оружие, которое было выставлено в зале. Но, увы, не судьба! Хозяин вернулся раньше, чем я смог удовлетворить свое любопытство.

— Так! — сказал он, вновь появляясь за прилавком. — Вот, смотри, — он раскрыл ладонь, на которой лежало что-то маленькое и блестящее.

— Это — сережка, — просветил он меня и увидев мои, поднятые в недоумении брови, пояснил:

— Сейчас очень модные, называются «гво́здики»!

И впрямь, то, что лежало на ладони у моего собеседника, очень походило на маленький гвоздик, желтого цвета, только вместо шляпки был какой-то белый камешек, явно драгоценный.

Гмалин тут же подтвердил мою догадку.

— Я подарил ей эти золотые серьги с бриллиантами на прошлый день рождения. Она одну сережку потеряла, и я заказал мастеру точно такие же, а то она очень расстраивалась по поводу потери. Потом, когда он их сделал, я потихоньку взял эту сережку и заменил на новую, и разыграл целый спектакль, как будто вторая сережка нашлась! В общем, когда она уходила гулять, эти сережки были у не в ушах. Да она их, по-моему, вообще никогда не снимала!

И он протянул мне эту сережку, лежащую на его ладони. Я аккуратно взял ее, поднес поближе к глазам, чтобы лучше рассмотреть. Да! Это было красиво! Вот, вроде, все очень простенько — обычный, четырехгранный гвоздь, правда, выполненный из золота, и вместо шляпки — брюлик, но как изящно все сделано! Чувствуется, что мастер вложил в это произведение свою душу. В общем, я был так впечатлен, что не удержался от вопроса:

— Простите, уважаемый Гмалин, а потом, когда мы найдем вашу внучку, — я говорил твердо, уверенным голосом, потому как не сомневался в результате. Вот, была у меня какая-то внутренняя уверенность, что все закончится хорошо! Знаете, так иногда бывает, когда предстоит какое-то сложное дело, ты волнуешься, а вдруг не получится, а вдруг что-то пойдет не так… А потом, ни с того ни с сего, ты вдруг понимаешь, что все будет хорошо, все получится, и все пойдет именно так, как нужно! Вот и меня сейчас посетило это чувство. Поэтому я не сомневался. — …вы не дадите мне адрес того мастера, которому вы заказывали эти серьги?

— И не только дам, но и отведу, и познакомлю! — пообещал мне хозяин лавки.

— Спасибо! — поблагодарил я его, зажал полученную сережку в кулак левой руки, чтобы, не дай боги-заступники, не потерять и пошел к выходу. У двери я остановился, обернулся и, улыбнувшись, произнес:

— Все будет хорошо, я чувствую это! Мы обязательно ее найдем!

Повернулся и вышел из лавки.

Теперь мой путь лежал опять к Гильдии наемников. Дорога к зданию Гильдии много времени не заняла, благо, я уже худо-бедно ориентировался на центральных улицах этого города. Пришел я первым, во всяком случае, никого из знакомых ребят из ватаги Демиса я не увидел.

Я встал около конной статуи, расположенной в центре площади и приготовился терпеливо ждать, когда подойдет Демис с ребятами.

Ожидание продлилось недолго. Не прошло и десяти минут, как ко мне подошел Рафа — парень из ватаги Демиса, невысокий, худенький, но очень быстрый и ловкий, с огненно-рыжей шевелюрой и веснушками по всему телу. Ну, насчет веснушек — это я так думаю, во всяком случае, они были заметны на всех, доступных взгляду, участках тела.

— Привет, Волька! — он улыбнулся и поднял руку в приветствии. — Ты не знаешь, чего это Демис всех наших собирает, да еще и срочно?!

— Знаю! — ответил я и замолчал. Потом раскрыл ладонь левой руки и еще раз полюбовался сережкой. Заодно и убедился, что она все еще у меня, а не потерялась где-то. Она была очень маленькой и я не ощущал ее в сжатой в кулак руке, поэтому приходилось время от времени кулак разжимать и проверять.

— Ух, ты! — воскликнул Рафа, увидев, на что я смотрю. — Это что, золото?

Он от волнения облизал губы.

— Золото! — хмуро подтвердил я и снова сжал кулак. — Взял на время, потом нужно будет вернуть! — пояснил я на всякий случай, а то уж очень жадным взглядом смотрел на сережку Рафа.

— Так, чего нас Демис собирает? — вернулся к своему вопросу парень.

— Рафа, давай все соберутся, потом вам Демис все расскажет, хорошо? — я решил, что Демису виднее, что сказать своим ребятам, да и неправильно это будет. Пусть он, как главный, сам расскажет, что считает нужным и даст команду, а я буду играть вспомогательную роль.

Вскорости, собрались все, кого Демис нашел, или смог сподвигнуть на поиски внучки Гмалина.

Последним подошел Демис, явно чем-то озабоченный.

— Пошли! — он махнул рукой, и все потопали за ним.

— Дем, а куда мы идем? — не выдержал Рафа.

— Ох, Рафа, — вздохнул Демис, — когда-нибудь твое любопытство тебя погубит! Потерпи немного, скоро я все расскажу!

Демис быстро свернул с центральных улиц в какой-то проулок, потом мы петляли между заборами, потом пролезли в щель в заборе, образовавшуюся от отодвинутой доски, и дальше мы оказались на пустыре.

Этот пустырь мне напомнил подобный в нашем городе, где любила собираться наша ватага. Все вокруг было очень похоже — и остатка фундамента, густо заросшие травой и молодыми деревьями, и недлинные бревнышки, сваленные там и тут, и даже старые кострища.

— М-да, — пробормотал я, — прямо, как будто и не уезжал никуда!

— Что? — обернулся ко мне Демис.

— Я говорю, — начал объяснять я, — прямо как дома у меня!

И, видя непонимающие лица пацанов, охотно пояснил:

— У нас в городе тоже есть пустырь, и он очень похож на этот. Там сгорела богатая усадьба, в которой баловались запрещенной магией. Поэтому на этом месте никто ничего строить не захотел. Теперь — пустырь. Тоже, заросшие остатки фундамента, старые кострища и бревнышки, на которых сидят собирающиеся компании.

— Ух, ты! — опять влез Рафа. — А подземелья там, под этим домом нет?

Я сам не лазил, но, как ты, наверное, догадываешься, там побывало уже как бы и не полгорода! И если там и было что-то интересное, то его уже давным-давно нет!

— Ну, — не успокаивался Рафа, — а я бы все равно слазил, посмотрел! Вон, у нас подземелье, вроде и небольшое, вроде и исхожено все, а… Погоди! Демис, а ты нас, случайно, не к подземелью ли ведешь? — громко, в спину идущему впереди Демису, поинтересовался мой любопытный спутник.

Демис, не оборачиваясь, кивнул.

— А-а-а! — понятливо протянул Рафа и, повернувшись ко мне, деловито сказал:

— Ну, тогда мы уже почти на месте! Сейчас обогнем эти камни, чтобы ноги не ломать, ты, кстати, — предупредил он меня, — под ноги внимательней гляди, — он махнул рукой в сторону заросшего фундамента, — и, считай, пришли.

Я принял к сведению полученную информацию и попытался взглядом найти вход в подземелье, но у меня ничего не получилось.

Заметив мои попытки поиска, Рафа хихикнул и, легко толкнув меня локтем в бок, спросил:

— Чего ищешь? Вход в подземелье, поди́?

Я кивнул, не став это скрывать.

Мой собеседник опять хихикнул и многозначительно изрек:

— Даже не старайся, все равно не получится!

Меня его хихиканье достало! Чего веселого он в этом нашел?

— Просто, все пытаются разглядеть вход, — пояснил он, — и все, примерно, отсюда, может, чуть дальше. И пока ни у кого это не получилось. — он весело посмотрел на меня, а на меня вдруг накатила какая-то легкость, даже, можно сказать бесшабашность, и я просто пожал плечами и улыбнулся ему в ответ.

Действительно, Рафа оказался прав. Мы обогнули заросший, наполовину развалившийся фундамент и, пройдя еще метров пять, остановились у небольшого холмика. Судя по всему, здесь и был вход в подземелье.

— Так, — начал Демис, когда все подошли, — Светлячков взяли?

Он осмотрел всех собравшихся. Ребята утвердительно закивали вразнобой.

— Хорошо! — удовлетворенно кивнул Демис. — Теперь рассказываю, зачем мы полезем в подземелье.

Он сделал паузу и посмотрел на пацанов.

— Помните Диану, внучку Гмалина? — вдруг задал он вопрос.

— Это того, который оружейник? — первым сориентировался Рафа.

— Да, — подтвердил его догадку Демис.

— И что? — спросил долговязый, широкоплечий парень, со светлыми волосами и широкими, как лопаты руками, который отзывался на имя Текум. Кроме широких плеч, и крупных кистей, ничего запоминающегося в его облике не было, кроме, пожалуй, глаз. Эти глаза смотрели на окружающий мир умным, немного циничным, немного расчетливым взглядом, во всяком случае, мне так показалось.

— Она пропала три дня назад. Ушла из дома гулять и не вернулась, — сообщил Демис.

— И что? — вновь задал тот же вопрос Текум. А потом пояснил: — Искать — это не наша работа. Есть городская стража, которая за это получает деньги, есть в конце концов наемники, которые держат этот город и контролируют все, что в нем происходит. Каким боком здесь оказались мы?

— У стражи и у наемников ничего не вышло, они ее не нашли, впрочем, как и тело. Мы — последняя надежда старика Гмалина! — попытался пояснить сложившуюся ситуацию Демис.

Все промолчали, а Текум пробурчал что-то неразборчивое.

— Ну, и напоследок, — закончил объяснения Демис, — чтобы вы знали. Это уже четвертая пропажа за последние две недели! И все четыре раза пропадали дети, и все четыре раза — не местные!

Вот теперь всех проняло! Ребята в изумлении уставились на своего вожака.

— Как такое может быть? — выразил общее мнение Рафа. — Куда смотрит стража и наемники?! Это же… ну, даже не знаю, как это назвать! Это прямо… — он замялся, пытаясь подобрать слово, потом в отчаянии махнул рукой и выдал: — …беспредел какой-то! Во!

И он, довольный, посмотрел на окружающих.

— Так как ни стража, ни наемники никого не нашли, их точно нет в городе, поэтому, я думаю, что единственное место, где их могут держать — это подземелье!

— Да оно уже все исхожено-перехожено! — возразил Текум. — Где там держать, тем более детей?! Оно ведь не так велико!

И, посмотрев на меня, он пояснил:

— Раньше оттуда брали камень на постройку домов и городских стен, потом, когда город строиться, по крайней мере, внутри стен, прекратил, эти каменоломни забросили. Сначала туда бегали играть пацаны, потом там облюбовали себе место различные преступники, нищие, в общем, дно города. Потом, когда наемники решили навести в городе порядок и пришли в подземелье, сюда опять стали прибегать мальчишки и играть в свои игры. Наемники убили или выгнали за пределы города всех подземных обитателей, и в бывших каменоломнях опять стало безопасно. Ну, как безопасно, — поправился рассказчик, увидев мою скептическую улыбку, преступников не стало. А так-то, да! Надо глядеть в оба!

— Так зачем мы туда идем? — задал вопрос уже я. — Если там постоянно крутится пацанва, то это плохое место для того, чтобы держать там пленников. А если бы их убили, то либо стража, либо наемники нашли бы тела! Нет, тут что-то не так, как мы думаем. Должно быть другое место! — закончил я свою речь.

Ребята молчали. Предположений не было ни у кого.

Демис оглядел растерянных ребят, а потом неуверенно произнес:

— Ну, раз все равно ни у кого других идей нет, а начинать с чего-то надо, то…

Он не договорил. По мере произнесения фразы его голос звучал все тише и тише, а потом и вовсе замолчал.

Я подумал и решил, что Демис прав — начинать с чего-то нужно, так почему не с подземелья?

Я поймал взгляд Демиса и, чуть прикрыв глаза, слегка кивнул ему головой.

— Пожалуй, ты прав! — поддержал я его решение. — С чего-то начинать нужно и подземелье — ничем не хуже других мест, а может, даже лучше! — и, в ответ на недоуменные взгляды ребят, задал вопрос:

— Вот вы, как давно последний раз там бывали?

Ребята растерянно переглянулись, и Демис, усмехнувшись, ответил за всех:

— Да, давно не были! Год — точно, а может, и полтора!

— Вот! — я торжествующе поднял указательный палец. — А за это время многое могло измениться. Так что, лезем под землю и начинаем искать! Вы как, ребят? — я вопросительно посмотрел на них. Пацаны не подвели, дружно закивав.

Демис обошел холм, что-то там сделал, в холме что-то щелкнуло, и часть земли перед холмом сдвинулась с места, открыв неширокий, где-то сантиметров семьдесят на семьдесят, темный провал с уходящими вниз ступеньками лестницы.

Первым в провал стал спускаться Демис.

— Раст, давай за мной, у тебя светилки нет! — он, спустившись на пару ступеней, вдруг обернулся к нам. — Ну, а вы, как обычно! — закончил он, повернулся и продолжил спуск. Я поспешил за ним, боясь отстать, а то, кто его знает, как это расценят ребята.

Лестница уходила вниз, сколько хватало взгляда. В неярком свете какой-то светящейся палочки, которую Демис нес в левой руке. Освещала она не особо, так, где-то около метра-полутора в радиусе. За этим кругом света стояла кромешная тьма. Я добросовестно поглядывал под ноги и, сам не знаю почему, пытался получше рассмотреть, что находится вокруг, хотя, что там смотреть — стены и стены.

Уж и не знаю, что дало свои плоды — мое неуемное любопытство, из-за которого я не прекращал попыток рассмотреть то, что лежало за пределами освещенного круга, или просто пришла пора и изменился мой организм, но я вдруг стал замечать, что с некоторого времени вижу почему-то стенку, к которой ведут ступени лестницы и, вроде бы, даже упираются в нее.

Я покрутил головой по сторонам и отметил, что и стены с боков, за пределами освещенного круга, мне тоже видны. Не очень отчетливо, в каком-то сером цвете, но видны!

Я тут же начал крутить головой в разные стороны, пытаясь получше разглядеть, что такого интересного есть вокруг, особенно присматривался к стене, в которую упирались ступеньки. И, по мере приближения к ней, я сделал интересное открытие!

Оказывается, ступени лестницы не упирались в нее, а поворачивали вправо, под прямым углом, но, то ли так было подобрано сочетание цветов материала стены и ступеней, что создавалось полное ощущение, что лестница упирается в эту стену!

— Далеко еще? — тихим голосом спросил я впередиидущего Демиса.

— Да уже почти все! — так же негромко ответил он, чуть повернув голову. — Сейчас повернем, потом еще вниз десять ступенек — и мы на месте.

Действительно, после поворота я отсчитал десять ступеней, и моя нога ступила на пол бывших каменоломен. Я тут же начал усиленно крутить головой, разглядывая все вокруг, хотя глядеть было особо и не на что.

Мы сейчас двигались по узкому коридору, шириной с лестницу, то есть сантиметров семьдесят. Пока шли, у меня возник вопрос — кто и для чего делал эту лестницу и этот коридор?

Не выдержав пытки любопытством, я задал этот вопрос Демису. Тот, не останавливаясь, пожал плечами и коротко сообщил:

— Всегда был!

Услышав мой скептический хмык, он поправился:

— Ну, насколько я знаю! Во всяком случае, когда мы нашли этот ход, здесь все так и было.

— А как вы его нашли? — поинтересовался я. — Ведь открывается он очень непросто, да и обнаружить его невозможно! Во всяком случае, — поправился я, — я бы точно не нашел!

— Да, случайно нашли! — не стал отрицать Демис. — Играли здесь, и Микель зацепился ногой за что-то, невидимое в траве, и упал. Решив, что это нехорошо и может пострадать еще кто-нибудь, он нашел железяку, о которую споткнулся и потянул ее, желая вытащить из травы куда-нибудь, где ее хотя бы видно будет. Представь наше изумление, когда посредине игры вдруг раздается скрип и скрежет, а потом часть земли просто отъезжает в сторону, и образуется темный провал со ступеньками, ведущими вниз!

— Что-то я не услышал ни скрипа, ни скрежета! — ехидно заметил я.

— Так ведь смазали все, что нужно, чтобы было потише. Знаешь, сколько масла извели?! — вскинулся Демис.

— Ты знаешь, — не обращая внимания на его возмущение, я решил озвучить ему свою версию, — скорее всего, этот вход и все остальное здесь сделали преступники, которые укрывались в бывших каменоломнях. Причем, делал все это очень хороший маг Земли. А сделано это, как не трудно догадаться, для того, чтобы незаметно появляться в городе и быстро покидать его!

— Ну, возможно! — после короткой паузы, согласился со мной Демис. — Но для нас это знание что-то меняет? — решил уточнить он.

— Абсолютно ничего, — признался я, а потом озвучил внезапно пришедшую в мою голову мысль:

— Кроме того, что вам стоит прийти сюда с магом и поискать возможные захоронки, сделанные теми, кто этим ходом пользовался.

Демис хмыкнул, а потом с какой-то безнадегой в голосе сказал:

— Да где ж я тебе мага-то найду? Да еще, чтобы из своих — посторонних-то привлекать не будешь, тем более, что нет уверенности в том, что мы что-нибудь найдем.

— Это да, это да! — согласно покивал я ему головой, хоть он и не мог этого видеть, и тут же уперся, можно сказать, носом в его спину. Занятый разговором и размышлениями о создателях этого тайного входа в бывшие каменоломни, я прекратил следить за обстановкой вокруг, за что и поплатился, уткнувшись в спину, внезапно остановившегося на входе в какой-то зал, Демиса.

— Что за нах? — в голосе Демиса прозвучало безмерное удивление. Мне из-за его спины ничего такого, что могло бы удивить, видно не было. Я попытался повыглядывать сбоку или из-за плеча, но это не сильно расширило мои возможности.

Наконец, устав скакать, как мартышка по веткам, я уперся руками в спину замершего от удивления Демиса, и подвинул его вперед, давая себе возможность тоже попасть в этот зал и увидеть, наконец, что же могло его так удивить.

М-да, увидел! Ну, что я могу сказать? В общем, зал, как зал — каменные стены, каменный же пол и потолок. Размеры, наверное, не очень большие, мне не с чем сравнивать, я в каменоломнях до этого момента не бывал, но, на глаз, метров десять на метров семь, и мы зашли в него с короткой стороны.

Но не каменные стены и не размеры зала вызвали такую реакцию Демиса. Честно говоря, при виде того, во что превратилось это помещение бывших каменоломен, мне самому захотелось выругаться, да позабористей!

Сразу, что бросилось в глаза — это пентаграмма, нарисованная чем-то черным, возможно, куском угля, с пятью лучами, оканчивающимися какими-то темными пятнами. Пентаграмма была нарисована почти посередине зала, и свет от светилки Демиса освещал ее еле-еле, да и то не всю. Практически вся центральная часть пентаграммы была не видна, но в ее центре точно что-то лежало!

Я напрягал зрение, пытаясь получше разглядеть, что там такое лежит, но у меня ничего не получалось. Создавалось такое ощущение, что мне что-то мешает!

Меня в спину кто-то легонько подтолкнул.

— Чего встал? — услышал я за спиной сердитый голос. — Давай, двигай вперед!

Я повернул голову и увидел Рафа, за спиной которого уже столпились, ну, насколько позволял узкий коридор, все ребята.

— Прекрати толкаться! — довольно громко прошипел я. — Вперед нельзя, там ловушка!

Все пораженно затихли. Пользуясь этим, я вновь повернулся лицом в зал и вновь и вновь предпринял попытки разглядеть то, что лежало в центре пентаграммы.

Занятый своими попытками, так сказать, борьбы за улучшение зрения и общением с пацанами, я чуть было не пропустил момент, когда Демис двинулся вперед. Я успел ухватить его за плечо в самый последний момент.

— Демис, — тихо, но угрожающим тоном сказал я, — я точно не помню, но, по-моему, наступать на линии пентаграммы, а тем более, заходить внутрь, крайне не рекомендуется! Во всяком случае, я не советую тебе это делать!

— Но там что-то лежит! — возразил мне он.

— Тому, что там лежит, ты не сможешь помочь в любом случае! — высказал я непреложную истину. — Так зачем рисковать? В любом случае, нужно попробовать обойтись без риска.

Демис аккуратно освободил свое плечо.

— Демис, — заторопился я, боясь, что он меня не послушает, — ритуальная магия, она не быстрая, поэтому не считается боевой, но она очень, очень сильная! По степени воздействия — это самый сильный вид магии, из всех известных!

— И что делать? — спросил Демис, не двигаясь с места.

— Аккуратно, внимательно глядя себе под ноги, обходим пентаграмму, не наступая на ее линии. Иди не быстро, потому как неизвестно, какие сюрпризы могут нам встретиться впереди!

Демис кивнул и медленно, светя себе под ноги, пошел вперед. Я обернулся к ребятам и повторил им то же, что только что сказал их вожаку.

— Так там пентаграмма?! — возбужденно загомонили ребята.

— А ты врал, что ловушка! — обвинящим тоном заявил Рафа.

— А чем взведенная пентаграмма отличается от ловушки? — немного насмешливым тоном задал я свой вопрос.

Все промолчали.

— Правильно! — похвалил я их сообразительность. — Ничем, кроме возможности сдохнуть особо неприятным образом!

Ребята продолжали молчать.

— Итак, все поняли, что и как нужно делать? — задал я вопрос. В ответ услышал бубнеж, который мог трактовать, как уверенное «да». — Тогда, вперед, но медленно! И смотрите себе под ноги! — я еще раз напомнил им.

Демис, заметив, что я за ним не пошел, а затеял разговор с ребятами, остановился и терпеливо меня ждал. У меня ведь не было светилки, а про открывшиеся мне новые возможности зрения, я его, естественно, просвещать не стал.

Идя к Демису и, проходя мимо одного из лучей пентаграммы, я не удержался и присел, чтобы получше разглядеть, что это за темные пятна в конце лучей. Видно было плохо, поэтому я попросил Демиса:

— Демис, а ну-ка, посвети мне!

Тот, молча, поднес светилку поближе к полу.

М-да! Действительно, черное пятно образовывало неправильный круг. Я осторожно протянул руку, потыкал пальцем в пятно и поднес его к глазам, чтобы лучше рассмотреть результат.

В принципе, я ничем не рисковал, потому что эти пятна не могли нести в себе никакой магии.

В результате, мой палец оказался чист, а пятно имело состав, отличный от пола, так как было мягким и немного упругим. Я немного подумал и, опять протянув руку, попытался пальцем подковырнуть этот круг.

— Ого! — вдруг услышал я над собой громкий шепот. — Там, в центре что-то есть!

А после загомонили возбужденные голоса ребят.

— Точно! Точно! Там что-то лежит! Нужно пойти, посмотреть! Отсюда совсем не видно!

Я так увлекся изучением пятна, что не заметил, как пацаны подошли совсем близко ко мне, и раздавшийся крик, хоть и шепотом, заставил меня вздрогнуть. Возможно, благодаря именно этому мне удалось сковырнуть достаточно большой кусок того, что образовывало черный круг! Я выпрямился, держа в руке это, не пойми что, как услышал чье-то самоубийственное предложение.

— Стоять! — громким шепотом буквально зарычал я. — Сдохните в мучениях, если заступите за черту!

Я рычал таким голосом, что испугался сам себя, что уж говорить о ребятах. Они замерли, как кролики перед удавом. Парни стояли, молча смотрели на меня, ожидая, судя по всему, команды.

Но я не мог так поступить с Демисом, поэтому повернулся к нему, чтобы мягко укорить:

— Демис, командуй своими ребятами сам, меня они не слушают! Ведь сказал им, что на линии пентаграммы даже наступать нельзя, не то, что заходить! Не прошло и пяти минут, как они уже решили сходить, посмотреть, что там такого в центре ее лежит!

Пока Демис, шепотом, распекал пацанов, я бесцеремонно отобрав у него светилку, изучал то, что мне удалось отковырять от пола. К моему разочарованию, в этом куске я опознал церезин — материал из которого очень часто изготавливают свечи.

Поднес кусок к носу и различил какой-то тонкий запах. Запах, а скорее, аромат, был приятным и немного кружил голову. Я быстренько убрал кусок церезина от лица и задумался.

Получается, что кто-то жег черные ароматизированные свечи! Кроме некромагии мне на ум ничего не приходило. Или некромантии? Вот ведь! А сестренка, Бирка которая, говорила, что их часто путают!

С другой стороны, какая сейчас разница, как это называется?! Если это то, о чем я думаю, то в центре пентаграммы лежит жертва! Мертвая жертва! Вот только сережка, которую я до недавнего времени так и сжимал в кулаке, никакого отклика не давала!

Это значит, что с очень большой вероятностью в центре пентаграммы — не она! Почему я не уверен полностью? Да потому что похитители могли сережки снять или они могли потеряться при похищении, короче, возможен вариант, что Диана и сережки находятся в разных местах! Поэтому совсем уж отрицать, что это она, я не могу.

Да, очень хочется подойти и посмотреть, кто же там все-таки лежит, но нельзя, а видимость — вообще никакая. То, что это человек можно лишь догадываться, потому что все, как в тумане, даже силуэта четкого нет, так, какая-то бесформенная куча! То, что невозможно увидеть, что, а точнее, кто там лежит, говорит о том, что пентаграмма все еще напитана магией.

Поэтому, мы просто ее обойдем, не трогая. Так, на всякий случай.

Демис уже закончил выяснять отношения с ребятами, забрал у меня светилку и опять возглавил шествие. Парни сзади шли молча, даже ничего не бурчали под нос.

Наверное из-за того, что мы шли медленно и все молчали, мы все, практически одновременно услышали какой-то тихий посторонний звук.

Кто-то, не спеша, но, не прячась, шел в нашем направлении! А звук, который мы все услышали, был ничем иным, как шарканьем ног по полу. Идущий явно не заморачивался поднятием ног.

— Демис! — прошептал я. — Выключи свою светилку! Быстро!

И, не слушая ответа, повернулся к ребятам, идущим вслед за мной.

— Все! Быстро! Выключите ваши светилки!

Пацаны даже не пошевелились.

— Ну?! — я уже даже не рычал, я орал шепотом!

— Раст! — окликнул меня за спиной Демис.

Я повернулся к нему, весьма раздраженный.

— Что?!

— Их невозможно выключить, — пояснил мне Демис. — Они одноразовые. Раз их зажгли, то они теперь будут светить, пока не иссякнет накопитель!

— Вот же! — чуть не взвыл я от такого невезения. Теперь точно незамеченными не останемся, кто бы и куда бы ни двигался!

Я не сомневался, что в полной темноте бывших каменоломен отствет наших светилок будет заметен издалека, и тот, кто сейчас движется в нашу сторону, как на лыжах, не отрывая ног от пола, даже если идет мимо, обязательно заглянет к нам, как говорится, на огонек. Полюбопытствует, так сказать, а что это мы тут делаем?

Я судорожно полез в свою сумку, которую пристроил на ремень, подаренный мне Зертом, и без которой я с некоторых пор никуда не ходил. Я нащупывал один артефакт за другим и спешно навешивал и надевал их на себя!

По мере того, как моя сумка пустела, глаза Демиса становились все шире и шире.

— Ты, это, — попытался пошутить я, — глаза свои придержи, а то, неровен час, выскочат, как ты их без глаз искать будешь?

Парень хмыкнул, оценив шутку, а потом восхищенно побормотал:

— Вот, что значит отец — легенда! У тебя столько артефактов! Он явно на тебе не экономит!

— Ха! — гордо бросил я. — Ты думаешь, это родительская опека? — и, дождавшись от Демиса кивка, гордо выпятив грудь, произнес:

— Все сам! Все своими, вот этими вот загребущ… э, про это не надо! Короче, все добыл сам, — и, предупреждая его вопрос, пояснил: — понимаешь, досталось по случаю, отказываться не стал!

Так, я быстренько проверил наличие артефактов, вроде, все были, что называется, в сборе. На всякий случай, пока еще было время, проверил наличие моей артефактной пращи и зарядов к ней. В свете того, что идущий в нашу сторону может быть магом и знать и уметь будет всяко больше моего, отложил в сторону, чтобы удобней было быстро их достать, пяток снарядов из красного дуба.

Теперь даже щит не поможет магу, я его все равно грохну, лишь бы он дал мне такую возможность!

Между тем шаги все приближались, потом, в какой-то момент, шарканье прекратилось, видимо, человек остановился, а потом они опять возобновились, но шаркать этот лыжник перестал, а частота шагов указывала на то, что он добавил прыти. Наверное, углядел отсвет о наших светилок.

Шаги быстро приближались.

— Так, — довольно громко сказал я. Таиться уже не было смысла, от слова «совсем». — Все встали у меня за спиной! Демис! — окликнул я, все так и стоящего чуть впереди пацана, — Тебя это тоже касается! А ну, марш мне за спину!

— Это еще почему? — вдруг взъерепенился он.

— Потому что у меня есть щит, но он не очень велик и всю площадь я прикрыть не смогу! Поэтому, все стоим за моей спиной!

Ребята без возражений сгруппировались сзади меня. Последним, с явной неохотой, ко мне за спину пошел Демис. Я поймал его за руку и поставил рядом с собой, но чуть-чуть дальше. Все, ждем!

Глава 7

— Так, так, так! — веселым голосом проговорил вошедший. — И кого это к нам занесло?

И тут же в зале стало светло, как днем.

Я, быстро проморгавшись от смены освещенности, бросил свой взгляд в центр пентаграммы. Тщетно! Ничего нового я не увидел!

— Не, ну, ты посмотри! — продолжил восторгаться маг, а то, что это маг я точно знал. Я не знаю откуда, но был в этом уверен абсолютно. — Надо же, мясо само пришло! Как хорошо, друзья мои, что вы заглянули ко мне, на мою маленькую вечеринку!

— Э-э-э, — я прочистил горло, — хочу вас поправить, уважаемый.

Маг изобразил на лице удивление, поднял бровь, но молча ждал продолжения. И я его не подвел.

— Во-первых, мы не мясо, во-вторых, вы перепутали, мы вам не друзья, мы — враги. И, в-третьих, вы слишком рано начали праздновать, время для праздника еще не пришло!

— Нет, ну, надо же! — опять восхитился маг. — Какое интересное мясо! Жаль будет тебя убивать, но… — он огорченно развел руками.

— Дядя, — ну, наглеть, так наглеть, — ты лучше скажи, нахрена ты девчонку украл, дебил? Ты что, не знаешь, кто ее дед?

— Да мне пох, кто ее дед! — чему-то озлобясь, взревел раненым быком маг. — И я тебе не дядя!

— Ну, ты ворвался сюда, не представился, начал нести всякую ахинею! Поэтому, дядя — это просто обозначение принадлежности к определенному полу, а не попытка набиться тебе, не приведи боги-заступники, в родственники! Но если тебя так смутило, что я назвал тебя дядей, могу впредь звать тетей! Как скажешь!

Я даже отсюда слышал, как маг заскрежетал зубами.

— Ты, это, — посоветовал я ему самым доброжелательным тоном, на который был способен, — ты с зубами поаккуратней, не скрежещи так, а то сотрешь нафиг, чем жевать будешь?

Лицо мага, еще не старого мужчины, с аккуратной щеточкой усов, пронзительными серыми глазами, светлыми волосами, сейчас заплетенными в косу, пошло красными пятнами.

— Так, ты зачем девчонку стибрил? — повторил я вопрос спокойным голосом, лишенным эмоций.

— Просто под руку попалась! — пробурчал он. — Она кое-что заметила, вот и пришлось ее вместе с пацаном забирать!

— М-да, — продолжал наглеть я, надеясь как-то морально поддавить его. Глядишь, может, чего-нибудь и выиграем, потому что в прямом противостоянии у нас шансов не было. Совсем не было. — Ну, значит, это был не твой день. — Я показательно глубоко вздохнул, как бы сожалея. — Не свезло тебе. Бывает!

На удивление, после этих слов маг как-то хмыкнул и успокоился.

— А вы, значит, команда спасения принцессы? — этот вопрос был задан издевательским тоном. — Так я вас огорчу.

Я почувствовал, как по спине пробежал холодок ожидания неприятностей.

— Вы, конечно, с ней увидитесь, потому что будете сидеть в соседних клетках!

«Ага, ага, помечтай! Возможно, оказавшись рядом, можно будет сбежать всем вместе?» — подумал я, пытаясь одновременно решить, что делать дальше.

Видимо, я как-то выдал свои мысли, потому что маг, усмехнувшись, вдруг предостерег:

— Даже не думай! У тебя все равно ничего не получится. Ты не сможешь ее найти, а даже если тебе повезет, и ты ее найдешь, стражи не дадут тебе уйти!

О! Это что-то новенькое!

— А что за стражи такие, что не дадут уйти? — небрежно спросил я.

— А вот попадешь внутрь, — зловеще пообещал маг, — познакомишься! — он расхохотался, видимо, решил, что удачно пошутил, но мы его шутку не оценили. — Если захочешь! — закончил он, отсмеявшись.

— Ладно, — примирительным тоном сказал я, — все это здорово, конечно, но человеческие жертвоприношения… Тебе даже до суда не дожить… Да, что там, тебя даже до стражницкой не доведут, если поймают! Так, ради чего все? Ради чего такой, как ты, сильный маг, вдруг опускается до такого… — я не смог подобрать нужное слово и просто развел руками.

— А я тебе скажу! — вдруг огорошил меня маг. — Ты все равно отсюда не выйдешь, как, впрочем, и остальные… Эй, а вы куда собрались? — вдруг каким-то вкрадчивым голосом спросил он.

Я оглянулся и увидел, как часть ребят, стоящих за моей спиной, потихоньку смещаясь назад, к коридору, через который мы вошли в зал, уже почти его достигли. Им не хватило буквально мгновения!

Маг что-то пробубнил, пацаны бросились к выходу, но во что-то врезались. Это что-то перекрыло коридор и не давало им выйти.

— Ну вот, — удовлетворенно заметил маг, радостно потирая руки, — теперь никто из вас никуда не уйдет, кроме моей… — он кивнул подбородком в сторону пентаграммы, — …пенточки! Вы, я смотрю, ребята здоровые… — я взглянул на щуплого Рафа и начал ржать! Вот, ничего не мог с собой поделать!

— А почему смех? — прервав свою речь и нахмурившись, спросил маг. — Я что, пошутил и не заметил?

— Ну, что-то в этом роде! — отсмеявшись, признался я. — Ну, мы так и не услышали, зачем вам это все? — и я широко развел руки, как бы охватывая ими зал.

Мой собеседник хмыкнул, качнул головой и досадливо произнес:

— Нет, пожалуй, я не буду тебе рассказывать свой план, скажу только, что ваши Вольные баронства уже давно стоят многим поперек горла. Ну, с чего-то нужно начинать их покорение? А город наемников — это отличное начало!

— Эй, дядя, — я изобразил на лице удивление, — ты решил, что вот так просто, придешь в город, принесешь в жертву ребенка, и город покорится? Дядя, ты идиот?

Я специально шел на обострение. Мне нужно было его разозлить, ведь разозленные люди не очень контролируют свою речь, и в запале он может выдать что-нибудь важное!

К моему удивлению, маг на мою подначку не повелся, и вместо обиды весело расхохотался!

— Так, так, так! — все еще смеясь, покачал он головой. — Малыш хочет узнать мой маленький секрет?! Вот скажи, тебе что, очень хочется стать легендой этого города? Так не получится, аж по двум причинам! — и он весело посмотрел на меня. — Хочешь знать, что это за причины?

Я молча кивнул головой.

— Ну, во-первых, — маг был чем-то очень доволен, — ты отсюда выйдешь только за кромку этого мира, а потому никому и ничего поведать не сможешь, и, во-вторых, насколько я знаю, легенд у этого города целых две — Брокс-Шутник и Гиб-Весельчак, и тебе до них не дотянуться!

— Брокс-Шутник — мой отец, придурок! — резко заметил я. Маг побледнел.

— Ты смотри, не соврал, и правда, его сын! — пробормотал он, но я услышал. Эти слова меня заинтересовали, я их запомнил, но решил с этим вопросом разобраться позже. Все шло к тому, что скоро наша беседа закончится, и нужно быть готовым к тому, что маг от слов перейдет к делу!

Прямо, как в воду глядел! Маг что-то начал бормотать, а потом выкрикнул какое-то слово, я не понял, да и не прислушивался, но было похоже на слово «блин»!

Пока мой бывший собеседник бурчал себе под нос, я, на всякий случай, поставил щит, задействовав свой браслет.

Но вот сказалось отсутствие знаний, и волна марева, похожая на нагретый воздух, рванувшая от мага в нашу сторону, просто обогнула его и пошла дальше. Я услышал какой-то судорожный вздох Демиса и, оглянувшись на него, заметил, что он смотрит куда-то назад.

Обернувшись, я увидел пацанов, повалившихся вповалку за моей спиной. На нога нас осталось только трое — мы с Демисом и Рафа, который, буквально, прилип к моей спине, а потому избежал этой магической волны.

И еще я заметил, что они дышат, во всяком случае, грудь у них, то вздымалась, то опадала.

— Они живы, только без сознания! — поделился я своими наблюдениями с Демисом, после чего перевел свой взгляд на мага.

Маг выглядел сильно удивленным.

— Так, так, так! — озадаченно произнес он. — А почему не спим?

И он вопросительно посмотрел на нас.

— Так, рано еще, — я продолжал наглеть, все еще надеясь его разозлить, — время детское, можно сказать!

— Ага, ага, — радостно закивал головой маг, — а вы, стало быть, полагаете себя взрослыми! Угу!

И он, непонятно над чем, радостно захохотал.

То, что все это было игрой, я понял только тогда, когда смех внезапно прекратился и на меня уставился наш собеседник абсолютно ошарашенным взглядом.

— Этого не может быть! — донеслось до меня. — Хотя, вот оно, передо мной! Странно! Может, это вовсе не то, чем кажется?

Секунда тишины и…

— Эй, парень, я смотрю на тебе артефактов, как на праздничном дереве! Что, ты и пользоваться ими можешь, или просто таскаешь, как украшения?

Теперь уже задумался я.

«Что для нас выгодней, чтобы он знал, что я могу их использовать, или оставить его в неведении? Но он уже усыпил ребят, и видел, что мой щит не пропустил его каст, а значит, кое-чем я точно пользоваться могу! Откровенному вранью он не поверит, да и нужно ли? Хотя, если он будет знать, что я могу использовать всё, то будет осторожен и никакого пренебрежительного отношения к нам не будет, а значит, ошибки он совершать, если и будет, то не от недооценки нас, как противников. Плохо! Ладно, будем говорить правду, хотя…»

— Как ты видел, кое-чем могу! — признал я очевидное.

— Видел! — он согласно кивнул. — Вот это-то и странно!

— Почему? — удивился я.

— Я вижу, что у тебя нет дара, поэтому не понимаю, как тебе удалось развернуть щит? Хотя… — он вдруг замолчал, а потом начал что-то бубнить себе под нос, разговаривая сам с собой. Слова поначалу звучали неразборчиво, но я напрягся, в желании расслышать его бормотание и оно действительно стало вполне разборчивым. По крайней мере, его бормотание я слышал отчетливо.

— Неужели парень заимел, так называемый, Божий артефакт — артефакт, которым может пользоваться любой, даже неодаренный? Вот это сюрприз! Но если у него есть один, то может быть и еще несколько? Вряд ли! Это слишком большая редкость, я даже не встречал до сих пор ни одного обладателя такого артефакта!

— Эй, парень, — маг с интересом посмотрел на меня, — откуда у тебя этот артефакт щита?

— Один человек подарил, на добрую память! — буркнул я, но мой собеседник меня услышал.

— Это вы удачно зашли! — захихикал он, потирая руки. — Ну, ладно, мне надоело с тобой лясы точить, поэтому мы поступим так…

Он насмешливо посмотрел на меня.

— Ты отдаешь мне свои артефакты, а я обещаю тебе, что ты умрешь последним! Как тебе?

— Хреновенько! — признал я. — И, вот что, дядя…

Я посмотрел прямо магу в лицо, на котором была смесь ожидания и предвкушения.

— …артефакты я тебе не дам!

Маг удивленно крякнул и выпучил глаза.

— Что ты сказал, щенок? — прошипел он.

— Ты же, вроде, маг, — издевательски спросил я его, еще и подмигнув при этом, — а уши себе почистить не можешь? Там, поди, уже так все грязью заросло, что нужен будет металлический ершик! Дядя, — я весело глядел на начинающего краснеть от злости собеседника, — ты не стесняйся, обратись к деду девчушки, которую стырил, он тебе по знакомству сделает, хороший, продерет аж до жопы!

— Ты меня уже достал, мелкий гаденыш! — заорал маг. — Не хочешь по-хорошему, так отдашь по-плохому!

— А ты, дядя, подойди и возьми! — предложил я.

Маг усмехнулся.

— А я так и сделаю! Только сначала тебя убью, а вот потом, подойду и возьму! Вот это ты правильно сказал!

— А здоровья, чтобы меня убить, у тебя хватит? А то, дюже хлопотно это! — безмятежным тоном законченного идиота произнес я.

Маг среагировал именно так, как я и рассчитывал. Он хмыкнул и запустил в нашу сторону фаербол. Сделал он это с ленцой, явно красуясь, правда, непонятно перед кем! Фаербол был небольшим, тускло-желтого цвета, что говорило о его небольшой температуре, и летел он медленно.

При желании я мог бы уклониться, но за моей спиной все так же торчал Рафа, и я не был уверен, что он успеет последовать моему примеру. Значит, тупо стоим и ждем.

М-да, просто стоять и смотреть, как к тебе не спеша приближается смерть, это, я вам скажу, м-да…

Короче, даже зная, что этот желтый шарик мой щит не пробьет, я ничего не мог с собой поделать — мои глаза закрылись, в ожидании столкновения его со щитом. О том, что оно произошло, я узнал, почувствовав легкий толчок.

Приоткрыв один глаз, я увидел, как тускло-желтое пламя, сползая по щиту вниз, какой-то бесформенной кляксой, при этом просто гаснет, не оставляя каких-либо следов на моем щите. Я приободрился, все-таки это мой первый полноценный магический бой и первое испытание щита.

Оказывается, есть большая разница между «просто знать» и «убедиться на собственном опыте»! Я повернулся к Демису. Тот стоял, закрыв глаза и закусив нижнюю губу, а по виску у него стекала капелька пота.

— Демис! — я толкнул его локтем в бок. — Все уже закончилось!

Мне не хотелось ронять его авторитет перед ребятами, хотя слышать меня мог только Рафа, но неизвестно, как он себя поведет в дальнейшем, поэтому про закрытые глаза я не стал упоминать.

Демис открыл глаза и с облегчением выдохнул.

— Ага, ага, — услышал я довольное бормотание мага, — какой хороший щит! Держит заклинание малого фаербола! А ну-ка…

И в нашу сторону полетел фаербол уже ярко-желтого цвета, и с приличной такой скоростью! Я, уже не закрывая глаз, следил за его полетом. Кстати, маг тоже следил за полетом своего заклинания с интересом.

Огненный шарик врезался в мой щит, я опять ощутил несильный толчок, но горящая клякса была заметно больше, она скрыла, наверное, треть щита. Я посчитал, что это подходящий момент для моего ответа и, пока я скрыт сползающим по щиту фаерболом, я, вытянув вперед руку с боевым артефактом, шарахнул сразу всем, что в нем было. Так. Для верности.

Я попал! Со стороны мага донесся негодующий вопль, впрочем, быстро затихнувший. Я расслабился и ободряюще улыбнулся Демису, глядящему на меня широко раскрытыми глазами.

Когда желтая горящая клякса сползла по щиту, я бросил торжествующий взгляд в сторону мага. Каково же было мое удивление, когда я увидел его целым и невредимым, но очень злым и удивленным.

— Как?! — не то прокричал, не то проревел он. — Как тебе удается использовать артефакты?! Ты же не маг, я вижу твою ауру!

Он внимательно посмотрел в мою сторону.

— Да что там маг! — продолжал яриться он. — У тебя нет даже малой частицы дара! Ты полный бездарь! Как?! Как тебе удается работать с артефактами?!

Он уставился на меня, а потом хлопнул себя ладонью по лбу.

— Ну, конечно! Божественные артефакты! У тебя их много?! Или только два?

Он продолжал пристально смотреть на меня, а я, не менее пристально смотрел на него и пытался понять, как ему удалось уцелеть после моего удара? Насколько я помню, троих разбойников изрядно так поджарило после аналогичного применения, а этому хоть бы хны!

К тому же, я не видел, что бы он был укрыт щитом! То есть, получается, что либо я промахнулся, либо он такой огнеупорный, что ни одно из трех заклинаний, упакованных в браслет, его не взяло! Ну, или он поставил щит, который я просто не вижу! Это необходимо выяснить, чтобы правильно действовать в дальнейшем!

— А давай, — крикнул я ему в ответ, — ты мне скажешь, как тебе удалось уцелеть после моего удара, а я тебе расскажу, почему я могу пользоваться артефактами! Идет?

— Все просто! — усмехнулся мой противник и растер ногой какую-то кучку праха. — Это был артефакт индивидуального щита! — он посмотрел себе по ноги. — Мощный, между прочим! Был. Теперь твоя очередь! — крикнул он через небольшую паузу.

— Хорошо! — я кивнул. — Мне кажется, ты мне не поверишь, но я, честное слово, не знаю, почему и как я могу использовать артефакты! — и, увидев, как лицо мага принимает гневное выражение, я поспешил продолжить, вдруг, да он знает? Тогда от него хоть какая-то польза будет! — Да, последняя проверка, как ты и говоришь, не выявила у меня наличие дара, но вот, ты же видишь сам, артефакты использовать я могу! Может, — чуть насмешливо закончил я, у тебя есть какие-нибудь предположения?

Маг ненадолго задумался, следуя моему нехитрому психологическому посылу, жаль, что ненадолго, потому что быстро сообразил, что делает что-то не то. Он встрепенулся, досадливо плюнул на пол и зло произнес:

— Ты меня обманул! Ты получил от меня сведения, а взамен мне ничего не дал! И при этом сразу знал, что ничего мне не расскажешь! Ладно! Это неважно! Я тебя убью и заберу твои артефакты. Вот тогда и разберусь, что в них такого, что ими мог пользоваться полный бездарь!

— Эх, дядя, — усмехнулся я, изобразив самую гнусную из улыбок, — ты все грозишься! Я уже тебе предлагал — давай, подойди и убей меня, и забери артефакты!

Маг пробормотал что-то непонятное, и вдруг его окутал такой мощный щит, что он смог создать купол, которым и закрыл мага.

— Вот теперь можешь пулять из своих артефактов сколько захочешь!

И он довольно заржал.

— Да? — неверяще спросил я и, не став дожидаться очевидного ответа, продолжил: — Ну, давай посмотрим!

С этими словами, я достал свою магическую пращу и снаряд к ней, из красного дуба, разумеется. Маг с интересом следил за моими манипуляциями. Я пару раз, для верности, крутанул пращу и, совместив крестик прицела с головой мага, отпустил тягу.

Снаряд коротко свистнул, улетая к цели, и вдруг, вспыхнув, недалеко от мага, просто истаял на лету! Я от удивления открыл рот!

«Как?! Почему?! Вейт ведь говорил, что снаряд из красного дуба проходит сквозь любые щиты! — металась у меня в голове паническая мысль, которая вскоре сменилась другой. — И что теперь делать? Мой боевой артефакт, скорее всего, его щит не пробьет, потому как маг, уже один раз видел его силу, а значит, не будет устанавливать щит, который мой артефакт может пробить! Со снарядом из красного дуба он тоже справился. И какие у меня теперь есть варианты?»

— Что, щенок, не удалось?! — торжествовал мой враг. — Что, заимел какой-то хитрый артефакт и решил им в меня стрельнуть?! Не-е-е! Я тоже не так прост! Запомни, от Розарио Агро еще никто не уходил!

«Ага! — подумал я. — Значит, Розарио, и, понятно, Агро! Что это знание мне дает? — я продолжал лихорадочно искать выход из создавшейся, скажем прямо, аховой ситуации, но пока что тщетно. — Не знаю. Вроде, ничего мне знание его имени не дает. Ладно, думаем дальше и наблюдаем! Он может где-то ошибиться. Нужно не пропустить этот момент!»

И я продолжил внимательно наблюдать за Розарио, надеясь поймать его на ошибке. Но только на его ошибку я не надеялся, а потому, параллельно размышлял, что я могу сделать для победы и сохранения наших жизней.

Пока я размышлял, маг не бездельничал. Я заметил, что он изменил форму своего защитного щита. Теперь он стал похож на столб, вытянувшийся от пола до потолка. На толстый такой столбик, в середине которого находился Розарио Агро.

Понимание того, что задумал маг, ко мне не приходило. Я понимал, что он не просто так изменил форму своего щита, но вот зачем?

Тем временем, Розарио опять запустил в нас с пацанами очередной фаербол, но теперь уже оранжевого цвета, причем даже ближе, наверное, к светло-красному. Шарик был хоть и небольшой, но явно очень горячий, а скорость…

Короче, я даже не успел моргнуть, как он уже врезался в мой щит. Щит просел, но тут же восстановился. Я облегченно выдохнул, хотя отметил про себя, что толчок был довольно сильным. Но все-таки, щит восстановился довольно быстро, и если маг не придумает ничего более разрушительного, то отражать его огненные шарики я могу до… В общем, долго.

Ну, даже не знаю! Стоило только мне об этом подумать, как в нашу сторону полетела какая-то гадость насыщенного черного цвета.

— Посмотрим, как твой щит справится вот с этим! — выкрикнул Розарио перед тем, как запустить эту гадость в нас.

Я наблюдал, как этот фаербол, только какого-то глубокого черного цвета, неспешно приближается к моему щиту. В момент его встречи с поверхностью щита, я напрягся, но очередной шарик точно так же, как и предыдущие, растекся по щиту, только в этот раз клякса было черной. Ну, очень черной.

Толчок в щит вышел вообще незаметным. Получается, что это заклинание было рассчитано не на разрушение. А тогда на что?

Я пристально следил за сползающей со щита черной кляксой, которая постепенно теряла цвет, становясь сначала темно-серой, потом серой, потом светло-серой, а потом вообще исчезла. Но вот щит при этом стал снаружи, во всяком случае на вид, не ровным, а как будто в ямках.

Это что, получается, эта черная хрень его жрет снаружи? Как такое возможно? Вот же! Одни вопросы и ни одного ответа! Как же мне не хватает знаний! Решено! Когда расхлебаем с ребятами все это дерьмо, тут же напрошусь в ученики. Сначала к нашей магессе, а потом, по приезду домой, насяду на Витора Оста. Он обещал — вот пусть учит!

Очередной, прилетевший в щит фаербол, отвлек меня от планирования моего будущего и вернул к суровой действительности. М-да, шарик был обычным, поэтому щит спокойно отразил его. Я с радостью заметил, что за то время, что я предавался размышлениям, щит уже полностью восстановился, устранив ущерб, полученный от черного шарика.

Не успел я порадоваться этому, как на нас обрушился вал заклинаний. Хорошо, что фантазий, а может, и знаний Розарио хватило только на разноцветные фаерболы. Правда, он выпускал их очень часто, и они врезались в мой щит практически без перерыва.

«Интересно, это у него столько сил, или он использует накопители?» — мелькнула у меня мысль, после которой щит основательно так тряхнуло. Ну, как тряхнуло? Обнаружил я себя, лежащим на полу, на спине. Когда и, главное, как я там очутился?

Раздумывать было некогда, ко мне уже подлетал очередной огненный шарик, и выставить щит я уже не успевал!

Я с какой-то обреченностью следил, как этот шарик, насыщенного желтого цвета, подлетает ко мне, и уже готовился к тому, что это последние мгновения моей жизни, как вдруг он с чем-то столкнулся, по чему и растекся желтой кляксой.

Блин! Ну, вот почему я не проверил наличие щита, а решил, что его у меня больше нет?!

Я, ругая себя в душе́, вскочил на ноги и бросил быстрый взгляд вокруг. И Демис, и Рафа были живы, и сейчас делали упорные попытки подняться на ноги, но пока безуспешно. Видимо, их приложило сильнее, чем меня, потому что с координацией движений у них было совсем худо.

Я сделал шаг вперед, чтобы они оказались у меня за спиной, и я смог прикрыть их своим щитом. М-да, оказывается, арсенал плетений у Розарио не такой убогий, как мне казалось, а потому нужно быть готовым к другим сюрпризам!

На мой щит опять обрушился вал заклинаний, только теперь я пробовал немного менять угол наклона щита относительно пола, и это дало кое-какой результат. Ну, я на это надеюсь. Потому что следующие два тарана тряхнули меня не слишком сильно, я даже на ногах устоял.

А вот что мне делать дальше, я так и не придумал. Маг сделал небольшой перерыв, и когда со щита стекла вся, запущенная Розарио в мою сторону, гадость, я решил не стоять просто так, а ответить. Достав из сумки простой свинцовый шарик, я вложил его в пращу, крутанул ее и, совместив крестик с головой мага, отпустил тягу.

Шарик полетел в Розарио, но тот, заметив мой выстрел, выставил вперед правую руку и что-то буркнул себе под нос. Шарик вспыхнул и исчез, как будто растворился в воздухе.

У меня забрезжила идея. Я взял еще один свинцовый шарик и опять пальнул по магу. Розарио повторил фокус с рукой и бормотанием под нос. В таком темпе я отстрелял еще пяток снарядов, а потом решил, что все, что мне нужно я узнал и стрельбу прекратил.

— Ну, ты чего прекратил, — задал вопрос маг ехидным голосом, — устал?

— Да нет, — я решил вернуть шпильку, — надоело смотреть, как ты отбиваешься от свинцовых шариков! Что, на щит совсем нет надежды?

Розарио скрипнул зубами.

— Кстати, — продолжил я, — а ты-то что прекратил? Я как раз решил проверить, сколько выдержит этот щит, а то он у меня новый…

— Ладно! — вдруг кивнул маг каким-то своим мыслям. — Щит у тебя, и вправду хорош, вот только мне надоело с вами тут возиться, пора заканчивать это все!

И с этими словами он выкинул вперед, сжатую в кулак левую руку. Чем он в меня запустил, я не понял, но мой щит тут же наполовину просел, а самого меня впечатало спиной в стену так, что я несколько мгновений не мог вдохнуть!

«Если он сейчас повторит этот фокус, — тоскливо подумал я, — то просто размажет меня по стене! Нужно попытаться реализовать мою придумку, иначе нам всем хана!»

И он его повторил!

Но прежде, чем он выкинул в мою сторону, сжатую в кулак левую руку, я, в отчаянии, вложив в пращу новый снаряд из красного дуба, вытянул свою, с боевым браслетом, и опять шарахнул всем, что там было, всей накопленной магической энергией. И сразу же после этого, с одного прокрута, запустил снаряд в голову магу.

И он, и я, мы нанесли свои удары практически одновременно.

Мой щит не выдержал, схлопнулся, но меня все-таки спас! Я почувствовал дикое давление, в глазах у меня потемнело, я забыл, как надо дышать и, услышав чей-то крик, по-моему, я сполз по стене вниз. А скорее всего, не сполз, а стёк.

В себя я пришел от того, что кто-то, зажав мне нос, резко хлопал меня по щекам. Открыв глаза, я увидел Демиса, который сидел рядом со мной и, тревожно глядя на меня, очевидно, таким нехитрым образом пытался привести меня в чувство.

— Все, все, я уже в норме! Я давно так лежу? Где маг? — тихим голосом пробубнил я и попытался встать.

— Лежи пока! — твердо произнес Демис и, положив руку мне на грудь, пресек мои попытки подняться на ноги. — Мертв он! Вон, валяется! Ты его своей последней атакой все-таки достал! — он перевел взгляд с того места, где, очевидно, лежало тело мага, на меня и добавил: — Впрочем, он тебя тоже! Я сначала вообще подумал, что он тебя убил! Ты так страшно закричал, а потом просто рухнул на пол.

«Так вот чей крик, оказывается, я слышал!» — понял я и предпринял еще одну попытку встать.

У меня ничего не получилось, хоть Демис и пытался помочь всеми силами. Ноги отказывались меня держать, ребра болели так, что любой вдох вызывал потемнение в глазах. С руками, вроде, все было в порядке, а вот с головой что-то не то — она постоянно кружилась.

Раз я пока не могу стоять, я расположился поудобнее на полу.

— Сам-то как себя чувствуешь? — я обеспокоенно посмотрел на Демиса.

— А! — тот пренебрежительно махнул рукой. — Вполне себе ничего, учитывая произошедшее! — я продолжал требовательно смотреть на него. — Отделался синяками, — наконец, признался он. — Вот с Рафом — хуже!

— И ничего не хуже! — раздался из-за спины возмущенный голос пацана. — Подумаешь, что-то с рукой, так ведь не с ногой же! Отсюда я выйти вполне смогу сам, а там, в городе, найдем, где подлечиться!

— А ты про свою голову забыл? — Демис явно был на Рафа сердит. — Ты нормально стоять не можешь, не то, что ходить!

— А! — опять услышал я пренебрежительный голос из-за спины. — Голова — предмет темный, как мне сказал один лекарь, и изучению не поддается! Поэтому, я сейчас немного полежу, там в ней все, взбаламученное ударом этого гадского мага, уляжется, и я вновь буду готов действовать!

Пока они переругивались между собой, я, вспомнив о перстне-лечилке, немного поразмышляв, задействовал малое исцеление. Велик был соблазн использовать сразу среднее, но, подумав, решил остановиться на малом.

Впереди не известно, что еще нас ожидает, помнится, Розарио говорил что-то о стражах, которые находятся вместе с похищенными. Сколько этих стражей и что они из себя представляют, мы не знаем, поэтому возможность быстрого лечения стоило поберечь!

Плюс, Рафа тоже нуждался в лечении. Итого, у меня останется два малых исцеления или одно среднее. Может и не хватить, смотря какие там стражи, да и узники мага могут нуждаться в лечении, я же не знаю их состояния.

Поэтому, применив к себе малое исцеление, закрыл глаза и стал ожидать результата, попутно слушая дружескую перебранку моих товарищей по приключению.

Результат проявился довольно быстро, ребята еще не успели до конца выяснить отношения. По телу прошла какая-то морозная волна, ребра сдавило, как будто кто-то взял и прижал их ладонями и я от боли потерял сознание. Длилось это недолго, так как когда я очнулся, ребята еще вяло переругивались.

— А я тебе говорю, — услышал я сердитый голос Рафа, — что со мной будет все нормально! Я не первый раз получаю по голове! Так что… — он внезапно умолк, и, буквально через секунду закричал: — А-а-а! Что со мной?

Я решил не вмешиваться, а просто, не предупреждая, применил к Рафе малое исцеление. Заклинание настигло его посередине речи.

— Рафа! — крикнул я. — Терпи, я тебе лечилку включил!

Вот же! Не рассчитывал, что ребята так запаникуют!

— А что она делает? — полюбопытствовал Демис, потому как Рафа, по-моему, потерял сознание.

— Да не знаю я! — немного резче, чем хотелось, ответил я. — Просто знаю, что лечит, а как… — для убедительности я пожал плечами и попытался встать.

Мне удалось это проделать довольно легко. Первым делом, я убедился, что маг мертв. Он лежал на спине, вытянув одну руку вдоль тела, а вторую откинув в сторону.

Хоть лечилка и улучшила мое состояние, но полностью вылечить не смогла, поэтому я ощущал себя так, как будто по мне кто-то проехался! И так несколько раз. Тело, правда, побаливало несильно, вполне можно было потерпеть, и я, кряхтя, пошлепал к магу, точнее, к тому, что от него осталось. Нужно было его как следует обыскать на предмет артефактов и, возможно, каких-нибудь других ценностей.

Обыскивать труп мне пришлось впервые. До этого обыском занимался сначала орк, во время наших с ним разборок с разбойниками, потом воины отца, после боя на дороге, так что это был мой первый опыт.

Но это я осознал уже потом, когда все закончилось. Сейчас же, я вертел тело мертвого мага, обыскивая его, но мысли мои были не здесь. Я раздумывал, как нам найти место, где Розарио спрятал девчонку.

В принципе, я считал, что сделать это нам будет не очень сложно, но смущала его уверенность, что сами мы найти ее не сможем! Поэтому я пытался понять, что вообще нам нужно искать, и как это делать.

Пока я размышлял, я уже закончил обыск бывшего мага. Передо мной, прямо на полу лежал металлический браслет, черный, матовый, не широкий — может, сантиметр, от силы полтора, пара перстней — один с красным камнем, один — с черным, и одно колечко красного же цвета из непонятного металла.

И это было все, что я смог снять с тела мертвого мага. Был еще пяток шнурков на шее, но, судя по всему, артефакты, висевшие на них, себя исчерпали полностью, потому как были одноразовые.

Ах, да! Еще на полу лежала горка золотых монет, несколько серебряных и, наверное, горстка — меди. И еще я снял с мага его пояс с симпатичной такой поясной сумочкой, ну и кинжал, естественно.

Мне показалось, что поясная сумочка была сродни сумке путника, просто намного меньше.

«Ладно, — решил я, — возьму себе, потом разберусь!»

Артефакты и драгоценности, короче, все, кроме денег и кинжала я решил взять себе. Кинжал был, на мой взгляд, так себе, мне он был не нужен, а продавать его… Да зачем мне такая головная боль? Решил отдать ребятам, как и деньги, взяв себе только одну золотую монетку.

Все-таки они не отказали мне в помощи и дальше собираются помогать, а у меня деньги есть, поэтому отдам им.

Я собрал все в сумку мага, закрыл ее, застегнул ремень и повесил его себе на плечо, потом подошел к ребятам, которые продолжали о чем-то спорить, но уже стоя на ногах, что несказанно меня порадовало.

— Кому-то кинжал нужен? — невысоко подбрасывая и ловя его, задал я вопрос.

Рафа настороженно посмотрел на меня, а Демис, не раздумывая, кивнул подбородком на товарища.

— Ему отдай! — бросил он. — Ему нужно!

Я протянул Рафе кинжал рукоятью вперед. Он неверяще переводил взгляд с меня на кинжал.

— Это мне? — как-то неуверенно спросил он. Я кивнул. Он несмело протянул руку и осторожно взялся за рукоять. Я разжал пальцы, и кинжал остался в руках Рафы. Тот все еще не верящее смотрел на кинжал, потом перевел взгляд на меня.

— И что, я могу его взять? — он, почему-то, все никак не мог в это поверить.

— Да! — ответил я, а потом чтобы уже закончить с этим, решил ребят поторопить.

— Ну что, пойдем уже, или как?

— Куда? — Рафа выглядел удивленным.

— Ты что, забыл, зачем мы сюда пришли? — Демис отвесил своему другу подзатыльник.

— И ничего я не забыл! — взвился возмущенный до глубины души Рафа. — Мы за Дианкой пришли! Ой!

До него, наконец, дошло, о чем речь. Он тут же часто закивал головой.

— Конечно, пойдем, Дианку нужно спасать!

Демис стоял молча и ждал… чего? Команды?

— Есть какие-нибудь идеи, как ее искать? — задал я сакраментальный вопрос.

Глава 8

На мой вопрос все, ожидаемо, пожали плечами.

— А чего тут сложного? — не понял Рафа. — Подземелья по площади небольшие, нас трое, — он оглянулся на друзей, сейчас аккуратно разложенных у стеночки, — думаю, за час все обыщем!

— Ну, во-первых, не трое, а двое, — возразил я. — Ребят без присмотра оставлять нельзя, поэтому один из нас должен остаться с ними.

— Я не останусь! — тут же отреагировал на мои слова Рафа.

— Я тоже! — через мгновение после него воскликнул Демис и вызывающе посмотрел на меня.

— Хорошо! — я пожал плечами.

— Хорошо? — с удивлением посмотрели на меня ребята.

— Ну, да! — я кивнул, а потом решил пояснить свою позицию. — Вы оба оставаться с друзьями не хотите, значит, или ругаться с вами и оставлять кого-то из вас сильно обиженным, или оставаться самому. Плюс, и это, во-вторых, вы лучше меня знаете эти подземелья, поэтому у вас должно получиться быстрее, нежели у меня. Вот так!

Пацаны с уважением посмотрели на меня, а потом Демис произнес фразу, которую я не понял, но запомнил, чтобы после спросить у Зерта.

— Да, — покачивая головой произнес Демис, — гены не задушишь!

Я согласно кивнул головой и сделал себе заметку поинтересоваться у Зерта, кто такие эти «гены», а главное, нафига их душить?

— Так, пацаны, — я начал объяснять ребятам, что и как нужно делать, пока они не убежали. — Ходим тихо, не шумим, это понятно?

Они кивнули.

— Отлично! — я сделал паузу. — После того, как найдете пленников этого мага, — я кивнул подбородком в сторону мертвеца, пацаны кинули, даже не обернувшись, чтобы посмотреть, о ком это я, — не геройствовать, не бросаться спасать, а просто запомнить, где они находятся и тихонечко уйти. Я понятно объясняю? — я посмотрел на пацанов, те дружно кивнули.

— Еще раз повторяю! — я строго поглядел на них. — Никакого геройства, никакой помощи, что бы там не происходило! Тихо пришли, увидели, тихо ушли! Все ясно?

— Ясно-то, оно ясно, — пробормотал Рафа, — но непонятно почему!

— Рафа, все, на самом деле, просто! — усмехнулся я. — Мы с вами кого тут грохнули?

Я опять кивнул в сторону мага.

— Злодея! — утвердил свой взгляд Рафа.

— Э-э-э, нет, друг мой, мы упокоили мага, и не просто мага, а мага-некроманта, или некромага, я не уверен, но кого-то из них. Это вам о чем-то говорит? — и я вопросительно посмотрел на ребят.

Те в очередной раз пожали плечами. Я тяжело вздохнул.

— А на самом деле, все просто! Раз он маг, то кто мешает заключить пленников во что-нибудь магическое? Или, если не магическое, то с помощью магии предотвратить их попытки сбежать из клетки? Вы магию видите, ощущаете, сможете распознать? — я все смотрел на них, не отрываясь.

— А ты, значит, видишь магию, да? — Демис сказал это таким недоверчивым тоном…

— Во всяком случае, у меня есть шанс ее распознать! — я не стал вдаваться в подробности, ни к чему это сейчас. — И если я смогу ее распознать, мы сможем их вытащить оттуда, а вот если нет… — я сделал паузу, потом, когда интерес моих сотоварищей уже начал зашкаливать, я продолжил:

— А вот если нет, то кто-то из вас пойдет звать взрослых, и далее уже все заботы о пленниках мага лягут на их плечи! — спокойным, немного занудным голосом закончил я.

— А если… — начал неугомонный Рафа.

— Так, — перебил его я, — давайте, вы их сначала найдете, а потом мы с вами обсудим наши дальнейшие действия, хорошо? А то пока кроме говорильни ничего не происходит, а время идет! — многозначительно закончил я свою речь.

— Да, Раст, — внес в разговор свою лепту Демис, — мы пойдем, а ты пригляди за ребятами.

И он, ухватив Рафа за рукав, потянул его к выходу из этого подземного зала. Когда они вышли из зала, я сел на корточки, привалившись спиной к стене, и расслабился. Все-таки, бой с магом дался мне очень нелегко, и сейчас я пытался хоть немного передохнуть, понимая, что это еще не конец и мне еще могут понадобиться силы.

Мысли лениво ворочались в голове, и я никак не мог сосредоточиться на вопросе поиска плененных магом. Я понимал, что найти их будет непросто, да еще и тревожила уверенность мага, что нам не удастся их найти, и потом, насколько я помню, он еще что-то говорил о стражах, которые не дадут мне уйти, даже если мне повезет с поисками.

У меня в голове крутились эти два момента, но никаких конструктивных мыслей не появлялось. Наоборот, присутствовала некая леность, которая заставляла эти мысли просто крутиться в голове, безо всякого намека на их осмысление. То есть, просто присутствие. Так я их и гонял, пока, где-то часа через полтора, не вернулись из поиска ребята.

Едва они вошли, по их лицам я определил, что успехов у них нет, можно даже не спрашивать, но я решил их все-таки выслушать.

Стряхнув с себя некое оцепенение, в котором находился все это время, я вопросительно посмотрел на них.

— Нигде и ничего! — кратко доложил Демис.

— Ну, я так понимаю, что спрашивать, насколько тщательно вы все обследовали, не нужно? — я не столько спрашивал, сколько утверждал.

Они в ответ просто кивнули.

— Ребят, а не мог за это время появиться какой-нибудь новый отнорок? Вы же здесь уже давно не были, мало ли, что за это время этот безумец мог наковырять? — предположил я.

— Нет! — отозвался Демис. — Мы все обследовали очень тщательно, и новых, как ты выразился, отнорков здесь не появилось!

— Так! — я задумался. Что-то крутилось в голове, но вот ухватить эту мысль у меня никак не получалось. Мой взгляд бесцельно путешествовал по залу, рассматривая следы недавнего боя, пентаграмму, начертанную на полу и уже кое-где нарушенную нашими стараниями.

«Надо бы ее вообще затереть, чтобы даже следов от нее не осталось! — лениво подумал я, и тут осознал, что мысль, которая крутилась в голове, наконец-то, поймалась! — Ну, конечно, следы! Маг не переносился по воздуху, а значит, там, где он ходил, должны остаться следы! Народа сюда ходит совсем немного, если вообще кто-нибудь ходит, а значит, велика вероятность, что эти следы никем не затоптаны, и оставлены именно теми, кого мы ищем!»

Ребята, оказывается, следили за мной, и как только мысль пришла мне в голову, Демис, двинув подбородок вверх, коротко бросил:

— Давай, рассказывай!

— Э-э-э, о чем? — я пока действительно не понял, о чем это он.

— Ну, — усмехнулся пацан, — я же вижу по лицу, что ты что-то придумал! — и, дождавшись моего подтверждающего кивка, предложил: — Ну, вот и давай, рассказывай, что придумал!

Я рассказал им о своей придумке со следами и ребята, получив новое задание, опять умчались в подземелье, а я остался приглядывать за, так пока и не пришедшими в себя, остальными членами нашего отряда, и попутно размышлять о возможных стражах пленников.

Все дело в том, что со смертью некромага или некроманта, я так и не понял, кто это был, стражи могли и исчезнуть, смотря кого он держал в роли стражников. Если это были обыкновенные зомби или какие-либо другая нежить низшего порядка, то они уже нам не помешают, потому что очень сильно связаны с магом, поднявшим их, и после его гибели, как правило, не выживают, очень быстро рассыпаясь прахом.

Во всяком случае, так нам с Сорой рассказывала Бирка, моя старшая сестра, когда рассказывала нам про магию.

А вот если там нежить более высоких порядков, то у нас могут возникнуть проблемы! Эта нежить, к поднявшему ее, абсолютно не привязана, просто вынуждена выполнять его приказы, и все. Нет, можно, конечно, все разведав, выйти в город и привести с собой помощь, я думаю, что ни отец с Зертом, ни старый Гмалин, дед Дианы, розысками которой мы сейчас и занимаемся, не откажут в помощи!

Но вот, хотелось, чтобы мы все сделали сами, не привлекая взрослых! Я понимаю, что благодарность Гмалина не будет зависеть от того, кто именно освободит его внучку, но хотелось бы сделать это лично!

Так, неспешно размышляя, я дождался возвращения ребят. На этот раз они отсутствовали где-то около получаса, может, минут сорок и появились с такими лицами, что я тут же понял, что что-то они явно нашли.

— Мы нашли! — тут же подтвердил мою догадку Демис. — Ты был прав, Раст, следы есть, вот только они заканчиваются у глухой стены!

— Отлично! — я чуть не потер руки от радости. — Главное, что вы нашли следы, а куда делись их хозяева, мы отыщем!

Ребята согласно покивали и уставились на меня, ожидая новых распоряжений. Я задумался.

— Так, — наконец, я решил, — Рафа, ты остаешься и смотришь за ребятами, а мы с Демисом пойдем, посмотрим следы и попытаемся найти нашу потеряшку!

— А почему я?! — взвился недовольный Рафа. — Это, между прочим, я нашел эти следы, а значит, мне и идти! Вот, пусть Демис здесь остается и следит за пацанами!

— А чего сразу я?! — в ответ заспорил Демис. — Я, вообще-то старше тебя! Да и сильнее, и если что, то смогу Расту помочь!

— Ну и что, что сильнее?! — не унимался Рафа. — Зато у меня ножик есть! Во!

И он, непонятно откуда, вытащил подаренный мной нож.

Мне уже порядком надоело их препирательство, и я тихим голосом грозно рыкнул:

— А ну, заткнулись оба! Вы что, на базаре, дохлого цыпленка торгуете?! Я сказал, что остается Рафа, значит, остается Рафа! Если кому не нравится, то ноги в руки, и, где выход знают все!

Рафа после моей речуги насупился и, явно обидевшись, отвернулся и сделал вид, что усердно следит за ребятами, которые все еще находились без сознания.

Мне было совсем не до его обид, нужно было отыскать вход в помещение, где держат девчонку, поэтому я, схватив уже открывшего рот, чтобы что-то сказать Демиса за локоть, просто потащил его в сторону выхода из залы.

Демис все понял правильно и через несколько мгновений, которые потребовались ему, чтобы понять, что я делаю, он сам зашагал впереди, показывая мне дорогу. Шли мы недолго, от силы десяток минут, когда мой провожатый свернул в какой-то неширокий проход, и буквально метров через пять мы с ним оказались в довольно большом, слабоосвещенном зале.

В отличии от того зала, где мы сражались с магом, этот был сильно захламлен. На полу, то тут, то там валялись целые кучи каких-то битых камней, некоторые были как бы ни выше меня, а еще, в зале были колонны.

Я насчитал аж шесть штук!

— Это чтобы свод не рухнул, — пояснил мне Демис, увидев, что я с интересом рассматриваю колонны. — Вместо подпорок!

— М-да! — я, не торопясь, оглядел зал повнимательней, благо, с моим изменившимся зрением мне свет, я так полагаю, был не особо то и нужен.

Ну, что сказать, зал как зал, неровные стены, не очень высокий потолок, тоже неровный, шесть колонн, поддерживающих свод и пол по которому нужно ходить очень осторожно, смотря себе под ноги, потому как был сильно завален камнями разной величины. И это помимо тех, что были собраны в кучи!

Следы я разглядел еще от входа, и были они возле правой стены. Следов действительно было много, но все они заканчивались у стены! Ну, насколько я знаю, чудеса, конечно, бывают, но некромаг или некромант на такие чудеса, чтобы заставить камень исчезнуть, он не способен, тут нужны другие умения!

Я внимательно разглядывал пол у стены, но ничего не обнаружил. Нет, следы-то были, но… только у стены. Это было не то. Я понимал, что должно быть что-то еще, но вот что?

Я начал внимательно разглядывать пол, постепенно смещая свой взгляд от стены вглубь зала, и через некоторое время мои старания были вознаграждены! Недалеко от центра зала я увидел одиночный след! Такое ощущение, что тот, кто здесь шел, очень не хотел оставлять следов, поэтому старался ступать по битым камням.

Осторожно подойдя к увиденному следу, я представил направление, куда двигался идущий, и начал внимательно исследовать пол и разбросанные камни на этом пути. Демис начал что-то у меня спрашивать, но я, увлеченный поиском следов, просто шикнул на него, попросив не мешать, и он замолчал.

Я нашел еще два… нет, не следа, а намека на след. В одном месте камень явно был сдвинут со своего места, оставив за собой полоску, более чистую от пыли, чем остальной пол, а в другом камень оказался достаточно большим, чтобы я заметил, что на нем тоже пыли меньше, чем на окружающих его.

Отлично! Я предположил с большой долей вероятности, что маг двигался именно к этой стене и именно к этому месту, поэтому, достигнув его и ничего не увидев, кроме голого камня, я не расстроился.

Примерно представив рост мага, я начал внимательно осматривать стену вправо и влево, на высоте его лица, чуть выше, и чуть ниже. И после непродолжительных поисков я нашел небольшую ровную площадку с выбитым на ней контуром. Контур был отчего-то мне знаком. Где-то я его видел, причем совсем недавно!

— Демис, — продолжая разглядывать площадку и контур, сказал я, — когда мы откроем проход к пленникам, не спеши туда заходить, хорошо?

— Ладно, — краешком сознания я воспринял его ответ, продолжая мучиться вопросом, где же я видел похожий контур?! Веря своему чувству, кричащему, что я видел такой рисунок совсем недавно, я начал перебирать все, виденные мной сегодня украшения, потому что площадка была уж слишком невелика.

Вот так, я и вспомнил, где я видел нечто похожее. Хлопнув себя по лбу оттого, что не увидел это решение сразу, хотя оно было очевидным, полез в поясную сумку мага и достал оттуда браслет и пару перстней.

Подошел контур перстня с черным камнем. Ну, собственно, а чего я хотел?! М-да, был бы я умнее, мы с Демисом не потратили бы столько времени на открытие прохода! Я, не сомневаясь, приложил перстень с черным камнем к его отражению в камне и совместил грани.

Ничего не произошло. Я подождал с минуту, и, поняв, что ничего нигде не откроется, оторвал перстень от каменной стены с его контуром и озадаченно почесал затылок. Потом еще раз посмотрел на контур с рисунком на камне перстня, сравнил с тем, что нарисован на стене, и задумался.

То, что перстень тот, что нужен, я не сомневался, но вот понять, что я делаю не так, я не мог. Вот, вроде, перстень — приложил, грани и рисунки — совместил, а оно не работает! Вопрос — чего не хватает?

Я второй раз за короткое время ощутил себя идиотом, но вот по лбу бить себя не стал, а то Демис еще неизвестно что подумает! Он, кстати, подошел поближе к стене, возле которой сохранились следы и внимательно ее рассматривает, в надежде увидеть результат моих действий.

Мне кажется, я догадался, чего мне не хватало, чтобы открыть проход. Мне нужно было подать в камень энергию, которая привела бы в действие механизм двери. Но вся фигня была в том, что этот дохлый маг, наверняка, подавал свою, темную энергию, а вот какая у меня и, если она не темная, откроется ли дверь?

Долго над этим вопросом я размышлять не стал, нет смысла! Надо пробовать, а вот если с моей энергией не получится, тогда уже и думать, что делать дальше! Вот с таким боевым настроем я опять прижал перстень к стене, совместил контур и рисунки и подал в камень свою энергию.

Сколько ее требуется для активации открытия прохода я, естественно, не знал, поэтому решил дать побольше, чтобы, если что, то уже наверняка…

В стене что-то коротко скрежетнуло… и кусок, примерно метр шириной и два высотой просто исчез, растаяв в воздухе.

Как я успел, я не понял и сам, но я успел! Демис, забыв все, что я ему говорил, с каким-то победным воплем ринулся в открывшийся проход. Он уже влетел в него, когда я, каким-то чудом дотянувшись до него, резко, изо всех сил, дернул его назад.

От неожиданности Демис потерял равновесие и начал заваливаться на спину, и в этот момент перед его лицом пролетел темный фаербол и, промахнувшись, влепился в стену и рассыпался, сверкая темными искрами.

— Ты куда поперся, тетерев? — зло шипел я, помогая подняться Демису и одновременно ставя щит на проем в стене. — Я тебе что говорил, долбодятел?! Я тебя, блин, о чем предупреждал?! Маг же четко сказал — там у него стражи! А ты что?

Неторопливые шаги стража раздавались все ближе, и я, отталкивая Демиса, расположившегося у меня за спиной, отходил вглубь зала, попутно сняв щит с проема в стене и подвинув его почти вплотную к нам. О, как! Оказывается, я могу управлять щитом на расстоянии! Я не знал, просто создал щит, не думая, а оно, вон, как оказалось!

Но размышлять об этом было просто некогда, я проверил щит и, глянув на свой браслет с тремя видами атаки, убедился, что он частично заряжен. На несколько выстрелов мне должно хватить.

— Так, Демис, — успел сказать я, прежде чем страж показался в проеме стены и у меня закончились нормальные слова. — Твою пехоту! Это — лич!

В проеме показалась фигура, в плаще с надвинутым капюшоном, под которым невозможно разглядеть лицо. Но остатки одежды под плащом и кое-где торчащие кости, однозначно указывали на нежить. А достаточно плавная походка, очень похожая на походку обычных людей — на то, что это нежить высшего порядка. Маг не мог подчинить архилича, значит, это все-таки…

— Лич!!!

«Это что, это я так ору? — мелькнула на задворках сознания мысль. — До чего же противный голос!»

Я быстро оглянулся и встретился с расширившимися глазами Демиса. Он заметил, что я посмотрел на него и воспользовался моментом.

— Раст, а лич — это очень плохо?

Я опять повернулся лицом к стражу, но, чуть повернув голову, чтобы не упускать его из виду и следить за его действиями, быстро и кратко ответил:

— Лич — это высшая нежить. Если быстро не прибьем, останемся здесь все!

В этот момент страж метнул в нас темный фаербол. Он, быстро пролетев разделяющее нас расстояние, врезался в выставленный мной щит. Фаербол у стража получился большой и летел быстро, и, хотя я был уверен в прочности своего щита, но все равно, в момент удара я непроизвольно пригнулся и закрыл глаза.

Но открыл их практически моментально сразу после удара, поэтому успел заметить, что фаербол лича отличается от фаербола мага тем, что не стекает по щиту, а рассыпается темными искрами. Искры, падая на пол, гаснут, не нанося полу видимого урона. Ну, во всяком случае, я не заметил.

Правда, долго рассматривать последствия своей атаки лич нам не дал и уже через несколько секунд в нашу сторону летел второй фаербол, с которым мой щит тоже справился.

Понимая, что только защищаясь я победить не смогу, я выбрал момент между его выстрелами и шарахнул из своего браслета. Я видел, что попал, лич покачнулся, сделал несколько шагов назад, остановился и замотал головой.

Я не увидел момент, когда Демис рванулся у меня из-за спины, и пока лич, мотая головой, приходил в себя, если такое можно сказать о нежити, он подскочил к нему и, выхватив невесть откуда боевой нож солидных размеров, одним ударом снес высшей нежити голову.

— Смотри, Раст! — радостно завопил он. — Я его прикончил!

— Демис! — заорал я, предполагая его дальнейшие действия. — Не вздумай туда лезть! — я даже рукой ткнул в направлении проема. — Маг сказал, что там у него стражи, а сколько их — неизвестно, но явно больше двух!

И тут я услышал еще шаги, раздающиеся за открытым нами входом. Судя по всему, Демис их тоже услышал, потому что он быстренько рванул обратно и вновь укрылся за моей спиной.

— Слышь, рисковый, — обратился я к Демису, попутно прислушиваясь к раздающимся все отчетливее шагам. Что-то в них было неправильно, но вот что, я пока не понял. — Ты откуда свой тесак достал?

И я демонстративно окинул его взглядом. Он посмотрел на свою руку, все еще сжимающую боевой нож, потом ухмыльнулся и, глядя мне в глаза, изогнул руку и вогнал нож себе куда-то за шиворот.

Вот так так! Оказывается, он носит его на спине!

— А еще чего есть? — поинтересовался я, попутно прислушиваясь к раздающимся все ближе и ближе шагам.

— Извини, — Демис развел руками, — больше ничего не захватил!

— Ладно, на первый раз прощаю! — поддержал я его шутку и снова впился взглядом в открытый нами проход. А там уже появились… именно, что появились! Еще два лича! Нет, ну это уже вообще ни в какие ворота не лезет!

Если исходить из того, что лич — это неупокоенный маг, а магов и так немного, как рассказывала Бирка, а уж неупокоенных вообще должны быть единицы, а тут в одном подземелье целых три! Такое впечатление, что их ничуть не меньше, чем живых магов! Во всяком случае, в этом подземелье живых магов было меньше!

Сдвоенный темный фаербол, так же, как и у первого лича, рассыпался темными искрами, вот только мой щит здорово просел! Я быстренько прикинул, и у меня получилась совсем не радостная картина. Моего щита, при таком вот, сдвоенном обстреле, хватит выстрелов на семь, ну, может, на восемь, а если очень повезет, то на десять, но это вряд ли.

Если учесть, что первому личу хоть какой-то урон из трех магических составляющих атакующего браслета, судя по всему, нанес только воздушный кулак, да и то, если бы Демис не сориентировался и быстро не прикончил дезориентированного лича, мы бы сейчас все еще с ним воевали.

Это в том случае, если остальные двое его собратьев стояли в сторонке. А вот если нет, то перспективы у нас были бы самые печальные. Впрочем, они и сейчас не слишком радужные! Личи стоят на таком расстоянии друг от друга, что одним выстрелом моего боевого артефакта в виде браслета их двоих не зацепишь. А если пальнуть по одному и попробовать провернуть тот же фокус, что сделал Демис, то второй точно не даст этого сделать! Придется переходить к запасному плану.

— Демис! — я помахал рукой, чтобы обратить на себя внимание, так как мой товарищ, не отрываясь, следил за летящими к нам очередными фаерболами, уже третьими по счету.

— Демис! Де-е-емис! — я повысил голос.

— А? — отозвался он.

— Ты знаешь, где лавка Гмалина, деда Дианы? — я проследил за полетом следующего фаербола. Щит уже угрожающе потрескивал М-да, как я и предполагал, надолго его не хватит!

— Ну, знаю, — не стал отпираться Демис.

— Сейчас бежишь к нему и говоришь… а, нет, не пойдет! Беги к моему отцу, опиши обстановку, пусть берет бойцов и приходит на помощь. Мы с тобой сами не справимся. Понял?

— А ты? — задал логичный вопрос Демис.

— А я останусь здесь и подержу их, пока ты не вернешься с подмогой. Не забывай, что здесь еще ребята, которые без сознания, а что будут делать эти крендели, — я моьнул головой в сторону личей, готовящихся запустить в мою сторону очередной фаербол, — мы не знаем. Так что, давай, двигай быстрее, я на тебя надеюсь!

— Бегу! — Демис хлопнул меня по плечу и взаправду побежал к выходу из зала. Ох, как бы он на таком полу ноги себе не переломал, а то тогда нам точно не выбраться! Но парень благополучно добрался до выхода.

Ну, что же, теперь, когда я остался один, мне стало проще, а потому, я отключил щит, пока он совсем не сдох и метнулся за большую кучу камней. Я успел забежать за нее, когда в нее врезался фаербол. Один. Второй попытался попасть в меня бегущего, но промахнулся!

Я правильно рассчитал, что, судя по тому, с какой скоростью они шли к проходу, они явно не быстры, а потому я, перемещаясь и выигрывая в скорости, смогу добраться хотя бы до одного!

Я присел за кучей камней, не вставая, «гусиным шагом» переместился к противоположному ее краю и аккуратно выглянул из-за кучи.

Личи все еще стояли на том же месте и сосредоточенно пускали свои фаерболы в ту сторону кучи камней, за которой я скрылся. Куча, под разрывами их темных снарядов, начала быстро уменьшаться и в ширину и в высоту. Камни, какие плавились, а какие просто испарялись серым дымком. М-да, на манне они явно не экономят! Вопрос только в том, насколько хватит их запасов?!

Мне стало интересно — это они после смерти стали такими тупыми, или были такими еще при жизни? Эх, жаль, что не спросишь! Ведь, предположить, что я могу, под прикрытием этой кучи, поменять свое местоположение — это просто! А они продолжают лупить фаерболами в одно и то же место! А могли бы разделиться и лупасить с двух сторон!

Видимо, я сильно высунулся из-за камней, или просто один из них обладал лучшим зрением, но внезапно темный огненный шарик полетел в меня и если бы не случайность, он вполне мог бы меня поджарить!

Он еще только готовил свой бросок, а у меня, не знаю почему, в душе крепла уверенность, что вот этот фаербол полетит в меня! И точно! Очередной темный шарик полетел не как обычно, в ту сторону кучи камней, за которой я скрылся, а точнехонько в меня! Благо я был готов к этому и успел юркнуть за камни.

Сильный ба-бах предупредил меня, что мое убежище становится ненадежным, так как после пары фаерболов от нее почти ничего не осталось.

Я наметил себе путь к другой подобной куче, и, улучив момент, когда оба неупокоенных создавали свои темные огненные шарики, рванул к ней со всей возможной скоростью!

М-да! Все же смерть в мозгах явно что-то меняет. Они же видели, что я перебежал за другую кучу, но все равно пальнули по старой, и только следующие фаерболы ударили в мое новое укрытие. Минут через десять интенсивного обстрела со стороны личей, я начал присматривать себе следующее укрытие.

Некоторое время я метался по залу как заяц от одной кучи камней, к другой, а неугомонная нежить расстреливала меня своими фаерболами, но с места не сходила. Постепенно каменных куч становились меньше — неупокоенные ребята трудились в поте лица, без перерывов на еду и сон!

Я уже начал волноваться и пытался сообразить, что делать, когда эти темные феерверкеры разберут последнюю кучу! Пытаться прятаться за колоннами я даже не пробовал, опасаясь, что если эти и так не блещущие умом немертвые мертвые долбанут по ним, то свод просто обрушится! Им то — по фигу, они и так мертвы, а вот я могу не выжить!

Размышляя над этим вопросом, я укрылся за очередной кучей камней, в которую тут же прилетели два темных сгустка, но…

«Неужели выдыхаются? — мелькнула у меня радостная мысль, поскольку последствия удара были не такие сокрушительные, как раньше! — Живем!»

Не успел я обрадоваться, как мой слух уловил звук шагов. Кто тут мог шагать, когда кроме меня и этих зловредных мертвецов никого не было?! Я аккуратно высунул голову из-за кучи камней и тут же отпрянул назад, увидев летящий в меня темный огненный шар.

Новостей было две! Первая — плохая. Один из личей шел к моему убежищу, а второй его, как бы, прикрывал! Вторая — наоборот, хорошая! Фаербол, запущенный личем, сильно потерял в размере и летел гораздо медленнее, чем вначале!

«Ну, и чего делать?» — я привалился спиной к куче и усиленно ломал себе голову над этим простым вопросом. Встать и перебежать к следующей куче, я, конечно, мог, но где гарантия, что этот не ленивый лич не двинет за мной? А куч, между прочим, осталось всего четыре штуки! Так они меня быстро загонят и подогреют своим темным шариком! И я уверен, что это мне не понравится!

Все-таки, когда человек находится в опасности, его организм работает по-другому! Я сам не ожидал, но, глядя на кучи, у меня созрел план. Правду сказать, не ахти какой хороший, но надежда на успех была.

Начав его выполнять, я, не поднимаясь на ноги, на коленях, стараясь не попасться на глаза лихим неупокоенным, переполз за другую кучу камней, частично скрытую от них опорным столбом. Все так же, не вставая, пополз к другому ее краю и, улегшись на живот, аккуратно высунулся и стал наблюдать за действиями этих, на удивление живых мертвецов.

Неугомонный лич доковылял до того места, где я недавно прятался и, не обнаружив там меня, остановился и, судя по всему, задумался. Теперь все зависело от того, насколько правильно я предугадал его действия. Если он развернется и пошкандыбает обратно…

Нет! Ура! Постояв и подумав, неупокоенный побрел к следующей куче, но не к той, за которой я прятался, а к соседней, но та располагалась к нему чуть ближе, чем моя и чуть вбок. Быстро просчитав, как будет двигаться лич и как он подойдет у моей куче, я, осмотрев валяющиеся рядом камни, занял нужную мне позицию.

Не обнаружив меня за следующей кучей камней, лич поковылял к той, за которой прятался я. Я, заняв позицию, сидел и, можно сказать, не дышал, чтобы ненароком не выдать свое местоположение. Ориентировался я по звуку шагов. После того, как собрат этого неживого путешественника перестал швыряться своими темными горячими шариками, в подземелье установилась тишина, и в этой тишине я отчетливо слышал шаги неугомонного лича, пытающегося найти и сделать мне больно.

Когда шаги приблизились ко мне, я резко выпрямился, даже немного подпрыгнул, и со всего размаха влепил острым краем камня, который сжимал обеими руками, прямо по голове не в меру любознательного лича.

Ну, не знаю, то ли я настолько могуч, то ли мне просто повезло, но этот неупокоенный труп рухнул на пол, даже не мяукнув, а я, тоже упав рядом, почувствовал, что под моим руками что-то липкое, и это липкое, вроде как, течет.

Я быстро дернул их к себе и обнаружил, что они испачканы в каком-то серо-зеленом тягучем, как мед, веществе. Еще не поняв, что это такое, я брезгливо вытер их о плащ мертвеца и только после этого поднялся на ноги… чтобы тут же отпрыгнуть в сторону, уворачиваясь от пущенного в меня фаербола.

М-да, чувствую, что оставшийся лич сильно расстроен окончательной смертью своего собрата по ремеслу и отпраздновать мне это событие не даст! Мое мнение на этот счет укрепилось после того, как в меня полетел очередной фаербол.

Я обратил внимание, что фаерболы стали меньше размером и летели довольно медленно, так что я успевал от них уворачиваться, не включая свой, порядком разряженный щит. Да и паузы, нужно сказать, стали гораздо длиннее, видимо, он испытывал определенные трудности с набором манны. Некоторое время мы так и провели — он создавал фаербол и бросал его в меня, я — уворачивался и ждал, когда у него закончится заряд в накопителе.

Так продолжалось довольно долго, но мне это было выгодно, я ждал, когда придет, вызванная Демисом помощь, а вот лич потихонечку слабел. Его темные огненные шарики стали еще меньше и лететь они стали еще медленнее. По-видимому, он понял, что так никогда меня не достанет, потому что после очередного фаербола он покинул свое любимое место и пошел прямиком ко мне.

Я начал от него отходить, пытаясь сохранить это расстояние между нами, но зал был не настолько велик, а уходить из него было нельзя! Нужно было держать лича именно в этом зале, а то, если он отсюда вырвется… Не ровен час обнаружит зал с пентаграммой и нашими ребятами, которые сейчас без сознания… Вот поэтому я и кружил, стараясь не подпускать его к себе на близкое расстояние, чтобы у меня было время увернуться от фаербола, которые он, время от времени в меня запускал.

Так мы и играли с ним в догонялки — я подпускал его к себе, а потом отбегал на небольшое расстояние, и опять подпускал к себе. Единственная сложность — отбегать приходилось спиной вперед, чтобы засечь момент, когда этот противный мертвец швырнет в меня очередной свой горящий шарик.

М-да, вот как чувствовал, что добром это не кончится! В самый неподходящий момент, моя нога наступила на камень, он провернулся, я оступился и, не удержав равновесие, растянулся на полу.

Да, я упал грамотно, как меня учили отец и Зерт, но я упал! И в это время лич запустил в меня очередной фаербол! Неимоверным усилием, как-то изогнувшись, я все-таки смог избежать встречи с темным огнем, но встать я уже не успевал.

Я все равно попытался, но не успел. Лич поднял руку в красивом жесте, собираясь прикончить меня очередным фаерболом, а я, стоя на четвереньках, беспомощно смотрел на него и понимал, что встать просто не успею и уклониться тоже — расстояние было невелико.

Тут над головой что-то прошелестело, легкий ветерок шевельнул волосы на голове, и я с удивлением увидел, как большой, сияющий круг с палкой врезается в лича и его голова просто отскакивает от тела и катится к стене…

Глава 9

Я оглянулся на стены города, оставшиеся за спиной. М-да, несмотря на все, что мне довелось в этом городе испытать, я покидал его с непонятным чувством. Я немного печалился, потому что нашел здесь новых друзей, верных и отважных, и расставался с ними неохотно, а вот радовался я… Я радовался, что то издевательство, нет, я бы даже сказал глумление, которое отец с Зертом называли словом «учеба», наконец-то закончилось!

Вспомнив об этом, я непроизвольно вздрогнул и положил руку на рукоять меча. Отец, ехавший рядом со мной, заметил мой жест и многозначительно усмехнулся. Но промолчал. Зато Гром, на котором я ехал, почувствовал, что я вздрогнул, и возмущенно тряхнул головой.

Я наклонился и легонько почесал его голову между ушами. Не знаю почему, но он просто млел от этого. Вот и сейчас, он благодарно всхрапнул и его шаг стал таким плавным, что через некоторое время я поймал себя на том, что просто засыпаю, прямо сидя в седле!

Да! Если бы мне пару недель назад кто-нибудь сказал бы, что я могу заснуть в седле, я бы покрутил пальцем у виска и прекратил с ним общаться! Действительно, пусть с ним общаются маги-лекари, а вот когда его вылечат…

Так, я опять начал засыпать! Пускать Грома рысью, ломая строй, я не буду, а то у бати настроение не очень, и мне потом будет больно вспоминать о моей торопливости — ременную передачу знаний о правильном поведении отец, не то, чтобы практикует, но сегодня, как мне кажется, применит при первом же удобном случае! Почему? Так, я же говорю — настроение у него такое!

Злится он, что из города уехали позже, чем он рассчитывал, и в этом он отчасти винит меня. Нет, он признает, что я — молодец, что он на моем месте поступил бы точно так же…

Вот только он сейчас не на моем месте, а потому, если бы я не полез в это злосчастное подземелье, то и мы, глядишь, смогли бы уехать раньше! На мое замечание, что он сам себе противоречит, он только махнул рукой и тихо, так, чтобы я не слышал, выругался. А я все слышал! И, кстати, пока не забыл, я эти выражения записал на клочке бумажки и положил его в свою поясную сумку! На досуге выучу!

Я похлопал рукой по сумке, на всякий случай, убеждаясь, что она все еще со мной. А чего?! У меня в ней, знаете, сколько всего ценного лежит?! Ого-го! Нужно только разобраться с сумкой Путника, которая вчера вечером наконец-то сбросила старую привязку к барону — я увидел в глубине черного камня желтовато-красный огонек, действительно, отдаленно похожий на лепесток, но я бы сказал, что это больше похоже на язычок пламени!

Но не суть! Короче, увидев этот лепесток-язычок, я, недолго думая, дотянулся до ремня, достал нож и ткнул его кончиком себе в палец, а, выступившую из ранки кровь, щедро размазал и по ободку, как рассказывал Витор, и, на всякий случай, а вдруг он ошибся, весь камень тоже.

Моя кровь быстро впиталась, кстати, и в ободок, и в камень, по руке пробежала какая-то неприятная волна, породив за собой волну мурашек, и камень перстня вновь стал черным. Вот только разбираться с содержимым сумки я уже не стал — после очередного дня издевательств, мои глаза просто закрывались, и я все манипуляции с перстнем проводил, уже будучи в кровати.

Так что, изучением содержимого сумки Путника я рассчитывал заняться сегодня, но не судьба. Только я успел закончить завтрак, как в зал влетел сильно взбудораженный отец и громко сообщил, что через час мы выступаем из города.

— А куда? — поинтересовался я, но отец так на меня зыркнул, что я не стал дожидаться ответа, а счел за лучшее тихонечко свалить в нашу с Зертом комнату, собирать вещи, а разбираться с сумкой Путника придется позже, когда появится время. Вот только в дороге этого делать не хотелось бы, а значит, если мы все-таки едем домой, на что мне хочется надеяться, то разбираться с ней буду уже дома! Это будет здорово!

Я ощутил, что действительно соскучился по дому, по спокойным речам и ласковым рукам матушки, по заводной непоседе Соре, по серьезной и очень осторожной в суждениях, но в душе озорной и бесшабашной Бирке, и по вечно о чем-то задумавшемуся Мирку. Эх, скорей бы уже! Так хочется их увидеть!

Я поерзал в седле. Тело уже почти не болело, точнее, болело не так сильно, как в первые дни, когда за меня взялись Зерт с отцом. А взялись они за меня на следующий день после моего визита в подземелье.

Я непроизвольно передернул плечами. Да уж, так влипнуть, это нужно было умудриться! Нарваться на мага-некроманта и трех личей! И как мы только умудрились выжить? Чудо… или нет? Я ведь, вроде, все рассчитал?! Или нет? Ну, раз все, кто пришел туда со мной, живы, значит, все было сделано верно! Может, не очень правильно, но верно!

Я опять передернулся, вспомнив, как ветерок шевелит мои волосы, и как голова последнего лича, который уже готовился меня прикончить, весело скачет по полу, отскакивая от крупных камней.

Подняв голову, я уткнулся взглядом в высокие сапоги, скорее всего, кожаные, с высокими, выше колена голенищами, затянутыми кольчужной сеткой. Выше их начиналась кольчуга, собранная из очень мелких колец, причем я точно видел два слоя, но их могло быть больше.

Подняв взгляд выше, я увидел протянутую мне широкую, грубую от мозолей руку, за которую и ухватился. После этого я даже мявкнуть не успел, как был вздернут вверх и поставлен на ноги.

Каково же было мое удивление, когда перед собой я увидел озабоченное лицо старого Гмалина. Дед девочки вопросительно и с надеждой глядел на меня.

— Э-э-э, — пробормотал я растерянно, — а это… а как это вы здесь оказались?

— Это я его позвал! — я даже не услышал звука шагов Демиса, а ведь только что его ног в моем поле зрения не было! Плохо! То ли я стал таким невнимательным, то ли просто устал. Хочется надеяться, что это именно второе.

— Демис, — ругать парня сил не было, от слова «совсем». — Скажи мне, почему ты не сделал, как я тебя просил?

У меня не было сил даже на то, чтобы просто рассердиться. Видимо, дед понял мое состояние, потому что, аккуратно взяв за локоть, он подвел меня к стене, снял свой плащ, постелил его на пол, а после усадил меня на него.

Все это время Демис шел за нами, а потом, подождав, когда я устроюсь поудобнее, пояснил:

— Я по дороге встретил Эрика, ну, помнишь, такого, рыжего, кучерявого, был с нами у тебя в гостях… — я не помнил, но мне было все равно, и я кивнул головой. — Во-от! — протянул Демис. — Значит, я его встретил и сказал, чтобы он нашел твоего отца, сообщил ему, что на тебя напали личи и привел его сюда. А сам побежал к деду Дианки, потому что, во-первых, это ближе, а, во-вторых, он тоже боец — будь здоров! Я подумал, что вдвоем вам будет легче справляться с нежитью, пока не придет твой отец.

Я покивал головой, в знак того, что причины его поступка мне понятны.

— Так что, — как ни в чем не бывало, продолжил Демис, — что бы ты не говорил, а я поступил правильно! Гмалин пришел раньше и смог тебе помочь!

— Да он не помог, — я поморщился, поднимаясь на ноги — все тело как-то горело и чесалось, — он спас мне жизнь! — я, наконец, утвердился на ногах, потом низко поклонился Гмалину. — Спасибо, мастер!

— Да, ладно тебе, Раст! — он легонько похлопал меня по плечу. Я заметил, что он постоянно крутит головой, как будто что-то высматривая. — Мне Демис сказал, что вы нашли мою внучку?

В его глазах было столько надежды…

Я кивнул.

— Где она?! — вскричал он.

— Там! — я, не глядя, махнул рукой в направлении отрытого мной проема.

— Где «там»?! — мне кажется, Гмалин чего-то не понимает!

— Да там, за проемом! — я вновь махнул рукой, но, вытянувшееся от удивления лицо Демиса, заставило меня тоже посмотреть в ту сторону.

М-да, я понимаю тон Гмалина. Проема не было — на его месте опять была стена.

Я вздохнул и поплелся к тому месту, где на стене был выдавлен контур черного камня в перстне некроманта. Гмалин тоже куда-то не спеша пошел, внимательно осматриваясь по сторонам. Я остановился. Мне было интересно, куда это он побрел?

Ага! Он подошел к лежащей голове и, небрежно пнув ее ногой, нагнулся и поднял с пола… То, что мне показалось сияющим кругом с палкой, оказалось секирой с длинным, двусторонним изогнутым лезвием. Гмалин внимательно осмотрел лезвия, поцокал языком и покачал головой. Что это означало, я даже не пытался предположить.

Дойдя до того места, где я использовал перстень мага, я обнаружил только его контур на стене. Контур никуда не делся, чего нельзя было сказать о перстне. Я поискал глазами на полу, среди обломков камней, но не нашел.

Я задумался. Сам уйти перстень не мог, я его оставил, как бы вдавленным в стену, а сейчас его нет. Ни я, ни личи к этому участку стены, кстати, не приближались. Вопрос — где перстень? Куда он делся?

Просто так он тоже исчезнуть не мог — он не одноразового использования, иначе маг не таскал бы его на пальце, и этот перстень у него был бы не на пальце, да и количество было бы больше одного. Я не думаю, что это было его последнее посещение подземелья. А значит, перстень должен быть где-то здесь!

Я внимательно осмотрел пол около того места, где на стене был его контур, но все тщетно! Перстня не было!

— Демис! — окликнул я пацана, занятого обшариванием личей.

— А? — нехотя отозвался он, не прерывая своего занятия.

— Ты перстень с черным камнем, здесь, у стены, не находил? — я не очень в это верил, но других версий у меня не было. Хотя, честно говоря, и эта-то, так, для очистки совести.

— Этот! — неожиданно для меня, порывшись в кармане, достал оттуда пропавший перстень и показал его мне, вытянув руку вверх.

— Да! — я от радости заорал так, что Гмалин вздрогнул и явно выругался сквозь зубы шепотом.

Я подскочил к Демису, так и не отошедшему от тела теперь уже окончательно мерьвого лича, и чуть ли не вырвал у него из пальцев заветное кольцо.

— Пока вы тут с Гмалиным разбирались, я решил посмотреть, что там с кольцом, поскольку вход закрылся! — как бы начал оправдываться он. — Я его вообще еле-еле нашел на полу, если хочешь знать! — уже обиженным тоном закончил он.

— Все нормально, спасибо! — я похлопал его по плечу и опять пошел к тому заветному месту, но дойти не успел…

Где-то недалеко от зала, в котором мы находились, раздались шаги и послышались негромкие голоса.

— О! — встрепенулся Демис. — Помощь пришла! Пойду, встречу!

И он быстро метнулся к выходу. Я посмотрел на старого торговца оружием. Тот, видимо, уже осмотрел свою секиру и теперь, не отрываясь, сверлил меня взглядом.

— Вот! — я показал ему, зажатый в пальцах перстень. — Нашел!

Зачем я это ляпнул, я и сам не знал, но, к моему удивлению, Гмалин кивнул и перевел свой взгляд с меня на вход в зал. Я повернулся и продолжил свой путь к стене.

— Раст! — вдруг услышал я от входа в зал и, обернувшись, увидел уже подбегающего ко мне отца, а через мгновение, ощутил, как его сильные руки отрывают меня от пола и притискивают к его груди.

— Ты как, малыш? — прогудело у меня над ухом.

— Нормально! — пробурчал я в кожаный доспех. — Если только ты мне сейчас ребра не сломаешь! — И, о счастье! — ощутил под своими ногами пол, и, подняв голову, увидел засмущавшегося отца.

— Ну, рассказывай, что тут было! — приказал он. — А то прибежал какой-то шкет, вызвал меня и кричит, что тебя в подземелье личи убивают! Мы все подхватились — и сюда! А здесь… — он обвел глазами зал. — Гм, трупы вижу… Так, кто тут кого убивал?

Он лукаво покосился на меня.

— Пап, давай, чуть позже! — я двинулся с твердым намерением все-таки дойти до стены.

— Эй, ты куда? — догнал меня его вопрос.

— Пап, я сейчас! — не оборачиваясь, ответил я. — Просто доделать надо…

С этими словами я опять прижал перстень к стене, совместил грани и плеснул в него энергию.

В стене опять что-то скрежетнуло и, к моей радости, кусок стены опять исчез, открыв проход, в который сразу же устремился Гмалин, как-то интересно держа секиру в руке — слегка на отлете. Ох, если там вдруг остался еще один страж, то я ему уже начал сочувствовать.

Поймав себя на этом странном чувстве, я, от досады, сплюнул на пол.

А Гмалину проникнуть в открывшийся проход не удалось! Вернее, сразу не удалось! Его успел перехватить Зерт, а потом и отец подключился, утихомиривая вырывающегося торговца оружием.

— Гмалин! — рычал отец, пытаясь удержать старика. — Ты все равно первым туда не войдешь! Ты пойдешь вторым! Сначала — Зерт!

Наконец, видимо, слова отца добрались до мозга торговца оружием и он прекратил вырываться и затих. Орк, проходя мимо него к проему в стене, подмигнул мне, улыбнувшись.

— А ты ничего так, разведал! — и он показал мне большой палец, но при этом, почему-то, улыбался саркастически. — М-да, надо с тобой заняться, а то после такой разведки…

И он, сокрушенно качая головой, скрылся за стеной.

Гмалин исчез в проходе практически сразу после Зерта. Интересно, он орку пятки не отдавил?

— Деда? — услышал я тонкий, дрожащий голосок.

— Внучка! — рев Гмалина ударил по ушам.

Я оторвал руку с перстнем от стены. Проход оставался открытым. Интересно! Маг не мог стоять, все время, прижав перстень к стене! Значит, или проход остается открытым, пока через перстень вновь не подадут энергию в механизм открывания, или внутри есть точно такой же отпечаток перстня!

Придя к таким умозаключениям, я тоже пошел посмотреть, что там интересного внутри, ну, и, может, помочь нужно чем-нибудь.

Ага! Вот только меня там и не хватало! Народа там хватало и без меня! Причем, с огромным удивлением я заметил там и нашу магессу Дину, магистра Жизни. Как она-то тут оказалась?!

Я подергал за руку отца, который стоял у самого входа.

— Тебе чего? — он повернулся ко мне.

— Пап, а что здесь делает госпожа магесса? — поинтересовался я.

— Ну, — он слегка смутился, — я же не знал, что здесь увижу, когда приду, вот и взял с собой магиню Жизни, вдруг пригодится?!

— Угу! Пригодилась! — я кивнул подбородком в сторону клеток. Всего в помещении клеток было, наверное, с десяток, но заняты были только три. В двух, стоящих у дальней стены, сидели пацаны, примерно моего возраста, может, чуть младше. А у боковой стены слева, прямо в первой клетке была невысокая, хрупкая девчушка, с черными-черными волосами, радостной улыбкой на симпатичном личике с двумя дорожками слез на покрытых каменной пылью щеках.

Она стояла около прутьев клетки, просунув между них одну руку, вцепившись ею в руку деда, и плакала. Слезы, скатываясь по щекам, капали на пол, но она, по-моему, этого даже не замечала.

Но вот что меня поразило, так это вид плачущего Гмалина, который одной рукой держал свою огромную секиру, а второй гладил руку девочки, вцепившуюся в него, и повторял:

— Диана, внученька, Диана, детка…

— Пап, а чего это он?! — я кивнул в сторону торговца оружием. — Мужчины же не плачут!

Отец посмотрел на меня, потом тяжело вздохнул, присел на корточки, чтобы не смотреть сверху вниз, и очень тихо, но как-то настолько убежденно, что я сразу ему поверил, произнес:

— Все плачут, мой мальчик, и мужчины тоже!

Я насупился и кивнул в сторону клеток.

— А чего не открывают?

— Так, пока не знают, как открыть! — пояснил отец, вставая.

— Надо сходить, глянуть, может, у меня что получится? — я вспомнил, что снял с убитого мага два перстня, а использовал пока только один!

Пошарив рукой в сумке, я убедился, что перстень с красным камнем в суматохе сегодняшнего дня я не потерял, и двинулся к клеткам. Как-то же они должны открываться, нужно только понять как.

Я подошел к клетке с девчушкой и стал внимательно осматривать прутья. Двери, как таковой, у клетки не имелось, поэтому пришлось осматривать все прутья. Единственное, я сделал пока, временно, допущение, что искать нечто, управляющее механизмом открывания нужно на уровне лица, теперь уже мертвого мага, и сантиметров на семьдесят выше и ниже.

Ну, на всякий случай, решил увеличить возможную высоту до метра вверх и вниз. Я не думаю, что маг сильно напрягался, чтобы открыть клетку. Наверняка, то, что запускало механизм открывания дверей, находилось на удобной для него высоте! Так что, оставалось найти это, а найдя, понять, что это именно то, что я ищу!

Вот я и осматривал внимательно каждый прут клетки, но пока безрезультатно. Прутья были кованные, причем, кованы очень небрежно — где-то они были тоньше, где-то толще, металл был явно не обработан после ковки, поэтому приходилось быть очень внимательным, чтобы случайно не пропустить нужный мне знак.

Осмотрев клетку с одной стороны и, не найдя ничего интересного, я начал осмотр следующей. Хорошо, что сторон, которые мне необходимо было осмотреть, было всего две! Поэтому я надеялся закончить осмотр достаточно быстро.

Дойдя до того места, где стояла девочка, вцепившаяся в дедушку, я, осмотрев все рядом с ними, сказал:

— Гмалин, перейдите на ту сторону! — я махнул рукой себе за спину. — Я здесь посмотрю!

— Мальчик, а что ты ищешь? — девчонка, не отпуская дедушку, с любопытством посмотрела на меня.

— Ищу, как открыть дверь! — буркнул я недовольный, что меня отвлекают.

— А дяденька маг, чтобы открыть дверь, вон туда подходил! — и она махнула рукой, показывая направление.

— Чего? — я оторвался от разглядывания очередного прутка.

— Я говорю, дяденька маг, перед тем, как открыть дверь, подходил вон туда! — и девочка опять махнула рукой, но теперь я успел заметить в какую сторону.

— Вот же! — досадливо пробормотал я. — А чего сразу не сказала?!

И, не слушая ответа, метнулся в ту сторону, которую указала девчушка. Пройдя мимо клеток, я подошел к стене и увидел несколько одинаковых контуров, выдавленных в стене, расположенных в три линии. Всего этих контуров было двенадцать. Точнее, одиннадцать одинаковых, а последний от них немного отличался.

Я, повернувшись, пересчитал количество клеток. Отлично! Клеток было одиннадцать! Значит, двенадцатый контур — это входная дверь! Достав перстень с черным камнем, я прислонил его к последнему контуру, и он вошел в него, «как родной», как обычно в подобных случаях говорил мой отец.

Убрав перстень с черным камнем, я достал другой, с красным, и попробовал приложить его к одному из выдавленных в стене контуров. Он идеально подошел! Отлично! Теперь нужно или вычислить, какие клетки открывать, или открывать их все подряд.

Но так как я уже довольно сильно устал, грызло меня опасение, что на все клетки меня может и не хватить, поэтому я, глядя на расположение клеток и выдавленных в стене контуров, пытался вычислить, какой контур какую клетку открывает. Пока получалось откровенно плохо.

— Раст, ну что ты там застыл? — услышал я раздосадованный голос Гмалина.

— Ща! — бросил я ему, не оборачиваясь, уставившись на стену с выдавленными контурами.

Поняв, что просто глядя на стену, я ничего не выясню, прижал перстень с красным камнем к левому верхнему контуру и влил немного энергии. В стене что-то щелкнуло, и в клетке, в которой сидела девочка, образовался проем.

Торговец оружием тут же влетел внутрь, схватил девочку в охапку и тут же выскочил обратно, но совсем из помещения этой магической тюрьмы не вышел. Только отошел поближе к выходу и, опустив девчушку на пол, взял ее за руку.

Посчитав клетки до следующего узника, который тоже стоял около прутьев, и с ним сейчас о чем-то разговаривала госпожа магесса, я, примерно прикинув соответствие выдавленного в стене контура, вставил перстень и опять влил немного энергии.

В стене опять что-то бренькнуло, вот только открылась соседняя клетка. Ошибочка вышла! Я оглянулся на парня, который, в свою очередь, удивленно смотрел на меня. «Интересно, чему он так удивляется? — с какой-то злостью подумал я. — Нужно будет потом поинтересоваться!»

Я еще раз пересчитал клетки, пальцем проведя по стене, проверил расчет возможного соответствия выдавленных контуров, и прижал перстень к предыдущему. В стене опять вжикнуло, и в клетке с сидящим парнем образовался вход.

Парень, было, попытался сбежать, но не успел сделать несколько шагов, как был отловлен Зертом.

— Ты куда? — поинтересовался у него орк, крепко держа пацана за руку.

— Ой, дяденька, отпусти, меня дома мамка ждет, волнуется уже, наверное, — заскулил пацанчик, но на Зерта его жалобный скулеж не произвел ровным счетом никакого впечатления.

— Скоро пойдешь! — пообещал ему орк и, передав одному из воинов, пришедшему вместе с ним, подошел к последней клетке с обитателем. В ней тоже сидел парень, но именно сидел, причем, прямо на полу, уткнув лицо в колени. В начале всей суеты он поднял голову, некоторое время наблюдал за попытками открыть клетку, где сидела девчонка, а потом опять уткнулся лицом в колени.

— Эй, Раст! — окликнул меня Зерт. — Давай уже, открывай!

Я уже точно знал, какой контур открывает эту клетку, поэтому уверенно приложил перстень и влил энергию.

После короткого скрежета в стене, как и предыдущие разы, в клетке образовался проход, но парень, сидящий в ней, даже не пошевелился. Я пожал плечами на такое его поведение, и подошел к нашей магессе, о чем-то задумавшейся и безучастным взглядом глядящую в пустую клетку.

— Госпожа! — я попытался обратить ее внимание.

— А? — отозвалась она, так и не отрывая своего взгляда от чего-то, видимого только ей.

— Госпожа магесса! — еще раз повторил я.

— Чего тебе, Раст? — все еще глядя туда же, переспросила она.

— У меня проблема! — я решил ее немного расшевелить.

— У всех проблемы, — просветила она меня.

«Куда же она, ёлы-палы, смотрит?!» — не на шутку заинтересовался я, но, сколько ни смотрел в ту сторону, так ничего и не увидел. Вообще ничего, заслуживающего внимания.

— Госпожа Дина, мне нужна ваша помощь! — я был настойчив. А что делать, выбора-то нет!

— А?! — она вдруг встрепенулась и, обернувшись, посмотрела на меня.

— Если вы здесь уже закончили, госпожа, — осторожно начал я, а то, мало ли что, ведь что-то она в той клетке углядела! — То, может, вы мне поможете?

— А что с тобой, Раст? — она окинула мою фигуру внимательным взглядом и, по-видимому, не найдя ничего, что требовало бы ее вмешательства, вопросительно посмотрела на меня.

— Со мной все в порядке, госпожа, — поспешил уверить ее я. — Не все в порядке с ребятами, с которыми я сюда пришел.

— Хм! — она вопросительно обвела взглядом помещение.

— Они не здесь! — я понял ее прозрачный намек. — Они остались в другом зале, где мы сражались с некромагом!

— С некромагом?! — видимо, отец тоже прислушивался к нашему разговору. — показать сможешь?

— Конечно! — я кивнул. — Да и Демис тоже сможет!

— Отлично! — отец перевел свой взгляд на, все еще держащего внучку за руку, Гмалина. — Коротышка, дальше сами справишься?

— Справлюсь, Шутник! — усмехнувшись, ответил Гмалин и погладил внучку по голове. — Теперь уже справлюсь!

— Отлично! — отец продолжил раздавать указания. — Зерт, берешь с собой двоих и ведете пацанов в штаб Гильдии, мы там были, и сдаете их дежурному. Пусть они разбираются с пацанами. А мы с растом пойдем, посмотрим, что там с его пацанами!

И он повернулся, чтобы выйти, как что-то вспомнил и, обернувшись к орку, добавил:

— Да, и скажи там, чтобы предали Велтону Присту, что я завтра с утра к нему зайду!

После чего встал у выхода, ожидая, когда подойдем мы с госпожой магессой. Я пошел на выход, решив не заставлять отца ждать меня, но, проходя мимо Гмалина, остановился и сказал:

— Я выполнил свое обещание, уважаемый! — протянул на ладони выданную мне сережку.

Он согласно склонил голову, аккуратно взял сережку с моей ладони, а потом громко спросил:

— Шутник, вы сколько еще в городе пробудите?

— Да, послезавтра собирались уезжать, — ответил отец, — а что?

— Перед отъездом зайди ко мне! — буквально приказным тоном велел Гмалин. — С сыном вместе!

— Хорошо! — отец пожал плечами. — Раст, ну, тебя долго еще ждать?! — вдруг взревел он.

— А чего меня ждать? — недоумевал я. — Иди, я догоню!

— Ага! — саркастически усмехнулся он. — Еще бы знать — куда!

— Так Демис тебе покажет! — я тоже усмехнулся. — Чай, он в этих подземельях ориентируется, как в своих карманах!

— А тебе чего, лениво? — не отставал батя.

— Так, сначала нужно госпожу магессу дождаться — без нее идти смысла нет! — пояснил я и оглянулся, чтобы выяснить, где госпожа Дина.

Оказывается, она как стояла, глядя на что-то в клетке, так и продолжала стоять, даже не сдвинувшись с места.

— Пап, — попросил я отца, — скажи ей, что мы ее ждем, а то она на мои просьбы как-то странно реагирует!

— Госпожа Дина! — громыхнул в ответ батя и, дождавшись, когда она на него посмотрит, проворчал: — Ну, и долго мы вас ждать будем?!

В глазах магессы что-то промелькнуло, какое-то неудовольствие, что ли, но она встрепенулась и пошла к выходу, около которого и стояли мы с отцом.

— Так, что случилось, вы можете, наконец, сказать?! — сварливым голосом поинтересовалась она, подойдя к нам с отцом.

— Мои друзья попали под заклинание, — пояснил я. — Они живы, но без сознания. Я не знаю, спят они ил без сознания, и не знаю, как привести их в чувство. А бросить их здесь, в подземелье, я не могу. Поэтому мне и нужна ваша помощь.

— Угу! — кивнула она головой. — Пошли, чего встал? Это может быть очень неприятно! — она быстрым шагом пошла к выходу из зала. — Заклинание сплел некромаг, ты говорил?

— Секунду! — прервал я ее и, остановился. — Демис! — окликнул я парня, который все бродил по залу и, время от времени что-то поднимал с пола и засовывал себе в карман. — Давай, бросай это дело! — скомандовал я. — Пойдем, поможем нашим ребятам!

— О! — обрадовался он. — Это дело!

И бросив свое занятие, поспешил к нам.

— Я не знаю, некромаг или некромант, — повернувшись к тоже остановившейся магессе, честно признался я. — Я не очень их различаю. Но то, что это был кто-то из них, это совершенно точно!

— Понятно! — буркнула она. Демис как раз подошел к нам и взялся показывать дорогу, а госпожа Дина, пользуясь тем, что я просто иду рядом, вдруг, как-то подозрительно глядя на меня, продолжила: — Раст, а чего ты вдруг ко мне обратился? У тебя же, насколько я помню, есть артефакт-лечилка, аж со средним исцелением! Ты чего им не воспользовался?!

— Так, воспользовался! — признался я и показал ей перстень с тусклыми камнями. — Если бы не он, то вообще хреново все было бы! А так, нас трое осталось!

— Двое! — поправила меня магесса.

— Трое! — не согласился я. — Просто мы с Демисом третьего оставили смотреть за пацанами, а то, мало ли что?

— Ну, понятно! — кивнула магесса. — Вообще-то, это правильно! — похвалила она наши действия. — О своих нужно заботиться!

— Вот, и мы подумали так же! — гордо надулся я.

Магесса покосилась на меня, оценила мой гордый вид, хмыкнула, и перевела разговор на другую тему.

— Раст, скажи мне, — она сделала паузу, дождалась, когда я на нее посмотрю, и быстро задала вопрос: — Как ты, вот так вот, свободно пользуешься артефактами, если я не вижу в тебе дара? Его у тебя нет вообще! Ты не то, что артефактами пользоваться не должен, тебя, по идее, ни к одному артефакту даже привязать невозможно!

— Ну, да, госпожа магесса, — уныло подтвердил я, — действительно, последняя проверка магического дара во мне не выявила вообще. Поверьте, я и сам не понимаю, как это все происходит, но вот получается у меня работать с артефактами!

Госпожа Дина замолчала и задумалась. Так, молча, мы и дошли до зала, где сражались с магом и где оставили ребят.

Чтобы не пугать Рафа, Демис, еще на подходе, громко крикнул:

— Рафа, свои!

И, когда мы уже вошли в зал, госпожа магесса вдруг остановилась, ухватила меня за рукав и негромко сказала:

— Раст, мы потом с тобой еще поговорим на эту тему, хорошо?

Она вопросительно посмотрела на меня. А я… А как я мог отказаться?! Конечно, я согласился, хотя особых восторгов не испытывал.

— Хорошо! — я согласно кивнул, она кивнула в ответ, и уже было двинулась туда, где рядком лежали пацаны, так и не пришедшие в сознание, как вдруг остановилась, повернулась ко мне, и негромко произнесла:

— Ты знаешь, Раст, если это то, о чем я думаю, то тебя нужно учить магии в обязательном порядке!

После чего подмигнула мне и пошла смотреть, что там с ребятами. Демис тоже пошел туда, а отец, первым делом, подошел к мертвому магу и, сняв с него, сначала, плащ, а потом и камзол, начал что-то искать на его теле, внимательно рассматривая руки, грудь, даже живот. Потом, видимо, ничего не найдя, перевернул его тело и начал свои поиски на спине мертвеца.

Так ничего и не найдя, судя по всему, он облегченно выдохнул и стал просто обыскивать одежду покойного. Опять не найдя ничего интересного, он удивился, а потом вопросительно посмотрел на меня.

— Ну, а чего ты хотел? — я сделал невинное лицо и развел руками. — Как ты сам всегда говоришь, кто первым встал — того и тапки! — тут мне в голову пришла интересная мысль, которую я не преминул высказать: — К тому же, ты видел, как я открывал вход в узилище и клетки. Неужели ты подумал, что я такой могучий маг?

— Ну, да! — отец несильно шлепнул ладошкой себя по лбу. — Ты же использовал перстни мага, правильно?

— Конечно! — я расплылся в улыбке.

— Ага! — отец тоже улыбнулся. — Я смотрю, ты обыскал его весьма тщательно!

— А чего? — даже удивился я. — Время-то было, мы никуда не спешили, так, почему бы и не посмотреть тщательно, что он там для нас припас?!

— Понятно! — отец отбросил к стене барахло мага и двинулся к пентаграмме и телу, все еще лежащему в ее центре.

Нагнувшись, он поднял тело, вынес из пентаграммы и положил на пол, у стенки, недалеко от мертвого мага.

— Раст! — позвал он меня негромко и, когда я подошел, кивнув подбородком на вынесенное тело, спросил: — Ты его знаешь?

Я посмотрел на мертвеца. Это был парень, примерно лет восьми-девяти на вид, невысокий, худой. Короткие черные волосы обрамляли белое-белое абсолютно незнакомое мне лицо, хотя при жизни цвет кожи мог быть и другим.

— Ни разу не видел! — я облегченно выдохнул, радуясь, что я его не знал.

— Понятно! — вздохнул отец. — Поспрошаем у ребят, — он кивнул туда, где стараниями нашей магессы ребята уже очнулись, но еще до конца не очухались, — может, кто из них его узнает! Нужно ведь родным сообщить, — он опять вздохнул, на этот раз тяжело, — ведь, наверняка, тоже ищут!

— Поспрошаем, — согласился я, подошел к стене и сел на пол, привалившись к ней. Я так устал, что приходилось прилагать неимоверные усилия, чтобы не заснуть. Почувствовав, что начинаю проваливаться в сон, я встряхнул головой, потер лицо руками и встал. Уж стоя я, наверняка, не засну!

Между тем, все ребята уже более-менее пришли в себя, во всяком случае, двигались они хоть и не быстро, но уже вполне осознанно. И первым делом, естественно, они захотели узнать, чем все кончилось, и, конечно, подробности.

Но отец, увидев, что пацаны уже вполне пришли в себя, подозвал их к себе и спросил, видел ли кто-нибудь из них этого парня раньше?

— Нет! — ответ был твердым и однозначным.

Отец помрачнел и задумался. Потом посмотрел на ребят и спросил:

— До дома дойдете, или нужен провожатый?

— Дойдем! — пацаны задрали нос и категорически отказались от сопровождения.

— Хорошо! — не стал настаивать отец. — Тогда, давайте, двигайте домой!

И когда пацаны уже выходили из зала, вдогонку им бросил:

— Спасибо, пацаны!

— Всегда, пожалуйста! — Демис, выходящий последним, не оборачиваясь, помахал нам рукой.

Глава 10

Как дошли до постоялого двора я помню, но плохо. Госпожа магесса что-то сделала и я почувствовал себя бодрее, правда, к сожалению, недолго. На мою просьбу повторить сие действо, она категорически отказала, сказав, что часто это делать нельзя.

Так как я был уже, что называется, на последнем издыхании, и сил спорить у меня уже не было, то я просто кивнул в знак того, что понял и продолжал ковылять дальше. Здорово помогал батя, крепко держа меня за плечо, а время от времени и поддерживая под локоток.

В общем, добрались без приключений. Войдя в нашу с Зертом комнату, я разделся, бросив одежду рядом с кроватью, и завалился спать. Уснул я, судя по всему, еще в полете. Не знаю, что мне снилось, просто не помню, но проснулся я прекрасно себя чувствуя и в хорошем настроении.

Которое стало быстро улетучиваться, сменяясь на настороженное, стоило только мне увидеть ехидно улыбающееся лицо орка. Ой, явно я что-то пропустил! Ну, не может быть у Зерта с утра такое лицо! Не должно! Значит, он что-то задумал, и это что-то было явно связано со мной!

— Давай, вставай, Раст-освободитель, защитник униженных и угнетенных! — весело заорал орк, увидев, что я открыл глаза.

Я поморщился. Ну, надо же, с утра и так громко!

— Ты чего орешь?! — недовольно пробурчал я и, перевернувшись на другой бок, хотел подремать еще, но неугомонный сосед по комнате имел совсем другие планы.

— Вставай, вставай, — он, ухватив меня за плечо, легко развернул лицом к потолку, и навис надо мной, этот самый потолок закрывая собой.

— Вставай, я говорю! — вновь начал он меня тормошить. — У нас сегодня много дел!

— Что-то, глядя на твою физиономию, мне совсем расхотелось вставать! — честно признался я. В ответ орк просто расхохотался.

— Я сказал что-то смешное? — холодным тоном поинтересовался я, вызвав очередной приступ смеха у моего соседа по комнате. Ох, неспроста он так веселится, ох, неспроста! Чую я своей пятой точкой, что ничего хорошего меня сегодня не ждет!

С другой стороны, чем раньше начну, тем раньше закончу с тем неприятным, что меня сегодня ждет!

С этой мыслью я бодро вскочил с кровати и начал одеваться, отметив, что вся моя одежда, которую я вчера кое-как бросил около кровати, уже почищенная, аккуратно разложена и развешена на стуле.

— Спасибо! — искренне поблагодарил я уже успокоившегося орка.

— Да, не за что! — он добродушно махнул рукой. — Ты вчера такой замотанный был, что я удивляюсь, как ты до постоялого двора сам дошел, и даже раздеться сил хватило!

Я просто пожал плечами. А что тут скажешь? Ну, дошел, и дошел!

— М-да, — продолжил орк, — а вот накрыться одеялом — уже не судьба!

— Спасибо! — еще раз поблагодарил я орка, догадываясь, кто за мной ухаживал. Орк, не отвечая, просто махнул рукой, дескать, мелочи! Я уже оделся и потянул руку к поясу, когда вдруг понял, что не хватает пояса, который я снял с убитого мной мага. Я покрутил головой, но искомого не обнаружил.

— Потерял чего? — заботливым тоном осведомился орк.

— Угу! — не стал отпираться я. — Тут еще один пояс должен быть, — я сделал паузу и вновь покрутил головой. — С поясной сумкой, — пояснил я. — Это с мага вчера снял, которого убил.

— А-а-а! — протянул орк. — Значит, военная добыча!

— Ну, что-то вроде, — подтвердил я.

— А чего тогда разбрасываешь, где попало? — поинтересовался Зерт.

— Так, знаешь ведь, что уже просто не было сил, да и какая разница, ну, положил бы на стул, а не на пол, ну и что? — не понял я суть высказывания моего соседа.

— Ладно, — сжалился он, — не ищи!

Я удивленно посмотрел на него.

— Я вчера, когда увидел его среди твоих шмоток, разбросанных на полу, сразу так и подумал, что, скорее всего, это боевой трофей, так как раньше я у тебя его не видел, — начал объяснять Зерт. — Ну, и отнес его хозяину этой богадельни, а он запер его в специальный сундук. Вот ключ!

И орк двинул по столу в мою сторону ключ с какой-то биркой на нем.

— На бирке — номер сундука! — пояснил орк, избегая дополнительных вопросов с моей стороны.

— Спасибо! — в третий раз поблагодарил я его и спрятал ключ к себе в сумку.

— А! — орк опять махнул рукой. — Ну что, оделся? — перевел он разговор на другую тему и, даже не ожидая моего ответа, продолжил: — Тогда, давай, быстренько умывайся, и приходи завтракать! Я буду ждать тебя внизу, за столом!

Я быстро сбегал, совершил все необходимые утренние процедуры и после этого спустился вниз, сопровождаемый предвкушающим урчанием моего живота. Зерт сидел за накрытым столом и вовсю уплетал свой завтрак, а мой тоже уже стоял на столе.

— Давай быстрей, пока все еще горячее! — бросил мне орк, прожевав, и снова запустил ложку в свою миску.

Да! Сладкая рисовая каша с изюмом! Что может быть вкуснее на завтрак?!

Быстро смолотив свою порцию, я сыто отодвинулся от стола и взял чашку с горячим какао и не торопясь, начал попивать его, пытаясь определить для себя, все-таки он мне нравится или нет. Что-то у меня никак не получалось прийти к однозначному мнению.

Я так увлекся этими своими поисками ответа, что не заметил, как к нашему столу подошла госпожа магесса. Отвлекся от своих раздумий я только когда заметил, что Зерт вдруг начал подниматься из-за стола. Я удивленно посмотрел на него, но тут же услышал, как он, вежливо наклонив голову, сказал:

— Госпожа Дина!

Я перевел взгляд в сторону и увидел нашу магессу, которая уже стояла около нашего стола.

— Доброе утро, Зерт, — мелодичным голосом поздоровалась она с орком, пока я, поставив чашку с какао, пытался встать. — И тебе, Раст! — она кивнула мне.

— Доброе утро, госпожа Дина! — я все-таки умудрился встать и вежливо склонить голову.

— Раст, я вчера сказала, что нам с тобой нужно поговорить, помнишь? — она внимательно и серьезно смотрела на меня.

— Помню! — не стал отпираться я.

— Я сейчас свободна, — пояснила она, — ты как, готов?

— Э-э-э, — замялся я, — я не знаю!

И кивнул в сторону орка.

— Зерт говорил, что у нас сегодня много дел, поэтому… — я многозначительно замолчал. Госпожа магесса вопросительно посмотрела на Зерта.

— Это подождет! — твердо сказал он. — только скажите, как надолго он вам нужен?

— Ну, не знаю, — замялась госпожа Дина, раздумывая, — я думаю, что за час мы управимся.

— Хорошо, — легко согласился орк. — Тогда, Раст, я жду тебя через час на площадке, где вы сидели с местной ребятней! Понял?

Я кивнул, уже догадываясь, что последует после того, как я там появлюсь. Нет, не то, чтобы я был против, наоборот, я очень хотел научиться владеть мечом, но вот эта многообещающая ухмылка Зерта…

Эта ухмылка, если честно, сильно меня нервировала. Я не мог понять, что он задумал, но чувство опасности… нет, не опасности, а тревоги! Вот! Короче, я понимал, что он задумал что-то, что мне не очень понравится!

— Эй, Раст, ау! — перед моим лицом, вверх-вниз, промелькнула женская ладошка. — Очнись, мыслитель!

— А? — я перевел взгляд на госпожу Дину.

— О чем задумался, Раст? — госпожа магесса улыбалась, а глаза ее просто хохотали, собрав в своих уголках мелкие лучики морщин. — Вроде как, я тебя еще не озадачивала?!

— Так, госпожа, тут озадачивателей и без вас хватает! — тоже усмехнулся я.

— Ладно, сейчас не об этом! — она уцепила меня за руку и потащила в сторону стола, за которым обычно кушала. Подтащив меня поближе, она кивнула мне на один из стульев, стоящих у стола. — Присаживайся! — скомандовала она.

Я присел и уставился на нее в ожидании.

— Итак, — она не стала размазывать кашу по тарелке, а сразу перешла к делу. — ты вчера, непонятным мне способом убил некромага.

— Не некроманта? — переспросил я.

— Нет! — помотала головой магесса. — Некромага.

— А в чем разница? — я решил уточнить, потому как в моей голове пока была просто мешанина в этом вопросе.

— Ну, если по-простому, — слегка задумчиво начала госпожа магесса.

— Ага! — я, воспользовался паузой. — Желательно по-простому, а то я такой бестолковый!

Наверное, я переборщил с акцентами, потому что моя собеседница подозрительно посмотрела на меня, потом, видимо, придя к какому-то выводу, усмехнулась и согласно кивнула.

— Ну, что же, по-простому, значит, по-простому. Итак, некроманты — просто вызывают духов умерших. Некромаги — используют смерть в своих ритуалах. Разница понятна?

Я кивнул головой.

— Отлично! — обрадовалась она. — Тогда пойдем дальше.

Я опять кивнул.

— Вчера ты убил некромага, причем, убил его в его же, можно сказать, логове. В связи с этим у меня возникло несколько вопросов. Я очень прошу тебя постараться ответить на них честно и максимально полно, хорошо?

— Ну, госпожа, если смогу! — не стал спорить я.

— Скажи, — начала задавать она вопросы, внимательно глядя мне в лицо. — Ты же вчера убитого некромага обыскивал?

— Да, — я не стал отрицать очевидное.

— И что нашел? — она продолжала внимательно смотреть на мое лицо и я буквально кожей чувствовал, как она напряглась в ожидании моего ответа.

— Ну, так, — я начал отвечать не сразу, сначала немного поморщил лоб, делая вид, что вспоминаю, — пару перстней с него снял, один с черным камнем, а другой с красным.

Я решил рассказать о них, так как многие видели их, когда я открывал проходы, а потому, утаивать их было бы глупо. Зачем мне нужна подозревающая меня в неискренности магесса?

— Потом, — после небольшой паузы продолжил я, — нашел у него кинжал…

— Кинжал? — быстро переспросила моя собеседница. — Как он выглядел?

— Ну-у-у, — а вот теперь безо всякого притворства я пытался вспомнить, как выглядел этот злосчастный кинжал. — Да, обыкновенно он выглядел! — я пожал плечами, так и не вспомнив ничего особенного. — Простые ножны, серые какие-то. Лезвие, правда, до конца из ножен не вынимал, но у гарды — простое, даже, по-моему, плохо отполированное, потому как бликов от светилок оно не давало.

По-моему, моя собеседница облегченно выдохнула.

— Поверхность лезвия была матовой, — пояснила она мне. — Обычный ритуальный кинжал, — пробормотала она себе под нос, но я расслышал. С одной стороны, ее бормотание меня успокоило, но я решил уточнить:

— Я его вчера одному из парней подарил, ничего?

Она просто махнула рукой.

— Подарил и подарил! Что еще нашел у мага? — нетерпеливо подогнала она меня.

— Так все! — выпалил я, а потом хлопнул себя ладонью по лбу. — А! Нет! — госпожа магесса смотрела на меня заинтересованно. — Еще и деньги нашел! Золото! — последнее слово я сказал шепотом, наклоняясь поближе к ней, как бы доверяя ей огромный секрет. Но… не сработало.

— И все? — она подозрительно смотрела на меня.

«Вот же! — в отчаянии подумал я. — Интересно, чего она от меня хочет услышать? Придется что-то сдать! Эх, знать бы, что она пытается найти! Что сдавать будем? У меня осталось три вещи, о которых я ей не рассказал — сумка, как мне кажется, похожая на сумку путника, кольцо из какого-то красного металла и черный матовый браслет. Теперь вопрос — о чем ей рассказывать, а о чем — нет? Так, сумку этого мага, наверняка видели многие, я ее и не скрывал, но вот если я заикнусь, что это сумка Путника, то она у меня ее отберет, хотя бы для того, чтобы убедиться, нет ли там той вещицы, что она разыскивает.»

Я сидел и морщил лицо, двигал бровями и вообще, делал вид, что пытаюсь что-то вспомнить, но, судя по скептической улыбке моей собеседницы, у меня получалось плохо. Почему-то рассказывать о браслете не хотелось от слова «совсем». И тут, к моему облегчению, наш разговор прервали.

В зал ввалился, другого слова я просто не могу подобрать, злой, как… в общем, очень злой, мой отец. Он, сузившимися от злости глазами, обвел зал и направился прямо к нашему столику.

— Госпожа магеса, — начал он, буквально рыча. Я, на всякий случай, отъехал вместе со стулом подальше, а то, мало ли что? — Этот… — он запнулся, потом выдохнул, сжав зубы, и предпринял вторую попытку. — Этот, блин, — он снова выдохнул, потом, набрав полную грудь воздуха, выпалил: — Глава гильдии Велтон Прист закрыл город!

Он выдохнул и замолчал. Но тишина продлилась недолго.

— Этот дободятел, этот выкормыш гиены и ехидны, этот старый, вонючий обсос закрыл город! «Ничего, Шутник! Ты, наверняка, так заездил своих людей, что они будут только рады недельку отдохнуть!» — прогнусавил он, явно кого-то передразнивая.

— Шутник! — госпожа магесса резко окликнула разбушевавшегося отца. — Хватит истерить!

— А? — отец замер с открытым ртом и в изумлении уставился на мою собеседницу.

— Ну, выедем через неделю! Подумаешь! Мы куда-то торопимся? — с сарказмом в голосе закончила она.

— Мы торопимся, леди! — прорычал отец. — Я же вам описывал ситуацию, вы что, забыли?!

— Я не забыла! — довольно спокойно возразила ему моя собеседница. — Но время у нас еще есть, поэтому, мы вполне можем на неделю задержаться! И, кстати, сегодня вечером, после ужина, я жду вас у себя!

— Это зачем, госпожа? — подозрительно посмотрел на нее отец.

— Не-е-е! — засмеялась магесса. — Это не то, о чем вы подумали! Просто, буду выполнять обещание, данное вашему сыну!

— А что за обещание? — теперь отец с подозрением смотрел и на меня.

— Так, Шутник! — резко обрезала его моя собеседница. — Все расскажу вечером, а пока ты нам с Растом мешаешь!

— А что вы, кстати, здесь делаете? — отец, наконец-то, начал отходить от неприятной новости.

— Мы с твоим сыном разговариваем! — отрезала леди Дина. — А ты нам мешаешь!

Сказать, что я был поражен тем, как запросто госпожа магесса и мой отец запросто общаются, как будто были знакомы с детства, это вообще ничего не сказать! Но я быстро задавил свое удивление, решив поспрашивать отца как-нибудь в другой раз, когда у него будет настроение получше, а сам, пока образовалось немного времени, углубился в размышления о том, что из своих приобретенных ништяков сдать госпоже магессе.

По всему выходило, что сумку Путника сдавать так и так придется, а если этого не хватит, то тогда добавлю колечко из странного металла красного цвета. Как мне кажется, этого должно хватить, потому что показывать браслет мне все-таки не хотелось, хотя я и подозревал, что весь сыр-бор из-за него.

С одной стороны, если я про него скажу, то, наверняка, смогу узнать, что это за браслет и как им пользоваться. С другой стороны, а вдруг она его отнимет? Нет, решено, о браслете молчу до конца, пока не припрет, а о том, что это за вещь и как им пользоваться я могу узнать и в другом месте!

— Раст, эй Раст! — я посмотрел на леди Дину, которая уже даже начала щелкать пальцами перед моим носом.

— Что? — я сделал удивленное и непонимающее лицо.

Убедившись, что я готов участвовать в разговоре, моя собеседница усмехнулась.

— Так я повторю свой вопрос! — она опять внимательно смотрела мне в лицо. — Ты точно больше ничего не нашел?

— Ну, сумку, вот, нашел. У него на поясе была, — промямлил я.

— В сумке что-нибудь было? — быстро спросила она.

— Да! — я не стал скрывать. — Так, золото и было!

— Понятно! — она качнула головой. — Что еще?

Я сделал вид, что задумался.

— А! — сделал обрадованное лицо. — Колечко еще было! — моя собеседница ощутимо напряглась. — Странное такое! — продолжал я. — Из какого-то красного металла!

Моя собеседница расслабилась.

— Что еще? — она не отводила взгляд от моего лица.

— Так, больше ничего, госпожа! — я решил упереться. — Больше у него ничего не было!

Не знаю, поверила ли мне моя собеседница, или просто сделала вид, хотя я очень старался быть убедительным, но она перестала смотреть мне в лицо, откинулась на спинку стула и пробурчала недовольно себе под нос:

— Странно, неужели мне показалось?

Меня так и подмывало вернуться и порасспрашивать госпожу магессу о том, что ей могло показаться, но я задавил это чувство и поплелся к площадке, возле которой меня ждал Зерт.

К моему удивлению, орк сидел за тем же столом, что и мы с ребятами двумя днями ранее, и не спеша что-то пил из своей походной кружки. Еще одна кружка стояла рядом и, как я понял, предназначалась мне.

— О, Раст, — махнул он мне рукой, — давай, подваливай!

Я подошел к столу и сел напротив орка.

— Это тебе! — он подвинул кружку, стоящую на столе, в мою сторону. — Пей!

Я взял кружку и, заглянув в нее, скривился. Занимая почти две трети кружки, в ней плескалась какая-то странная жидкость оранжевого цвета с зелеными прожилками. Именно так, потому что оранжевая и зеленая жидкости между собой не смешивались!

— Чего кривишься, пей, давай! — подбодрил меня Зерт. — Это не смертельно!

— А ты-то откуда знаешь? — огрызнулся я. — Сам, поди, и не пробовал!

— Как это не пробовал?! — возмутился орк. — У нас все, проходящие обучение, его пьют! И я тоже это пил!

— Врешь! Ешь землю! — я для острастки выпучил глаза.

— Чего? — опешил орк.

— Врешь! — опять с надрывом повторил я. — Если не врешь — ешь землю!

Теперь уже выпучил глаза орк.

— Чего?

Тут до него, наконец, дошло, что я над ним издеваюсь.

— Что-о-о?! — он буквально взвился над столом. Вот теперь я точно был уверен, что он обиделся.

— Все, все, все! — я замахал руками. — Прости! Прости, больше не буду!

Зерт стоял, опершись кулаками о стол и нависая над ним так, что его лицо было совсем рядом с моим.

— Слушай меня внимательно, ученик! — прошипел он, а последнее слово, вообще, как выплюнул. — Этот эликсир пить, конечно, необязательно! — я облегченно вздохнул и оживился. Вот не люблю я пить неизвестные жидкости, тем более такого непонятного цвета. — Ну, так что? — он выжидательно посмотрел на меня.

— Что, правда, пить не обязательно?! — с трудом скрывая радость, решил уточнить я.

— Правда! — кивнул орк.

— Отлично! Тогда, давай, я и не буду пить это… — но, посмотрев в лицо орку, решил поправиться, — … этот эликсир!

— Прекрасно! — оживился орк, а я, глядя на его сияющую предвкушением физиономию, вдруг почувствовал, что я конкретно во что-то влип! — Но, понимаешь ли, Раст, — Зерт чуть ли не лучился, до такой степени он был доволен, а я чувствовал холодок в груди, как предвестник больших неприятностей. — Без этого эликсира учить очень тяжело и долго, я тебе про это уже говорил. Вся наша система обучения связана с принятием этого эликсира! — он сделал паузу. Я безропотно ожидал окончания его фразы, понимая, что ничего хорошего не услышу. Эх, если бы я только знал, насколько! И я дождался! — Поэтому, раз ты его пить отказываешься, то я введу его тебе через другое отверстие! Снимай штаны!

И он начал не спеша обходить стол.

Я очнулся от оцепенения, в которое меня вогнало заявление орка, раньше, чем он успел ко мне подойти. Я выхватил нож и громко и, как я считал, угрожающе заявил:

— Ни за что! Не подходи!

Увидев, что орк продолжает приближаться ко мне, я угрожающе махнул ножом и предупредил еще раз:

— Зерт, лучше не подходи! Я все равно не дамся!

Орк на это лишь усмехнулся, после чего так быстро сократил между нами расстояние, что я ничего не успел, не то, что сделать, а даже понять, как мой нож уже валялся на земле, а я, с заломленной рукой, упирался лбом в столешницу.

— Ну, что, — спокойным голосом осведомился орк, чуть-чуть выкручивая мне заломленную руку, Было не больно, а как бы преддверие возможной боли. — Так, я не понял, ты будешь пить элексир?

— Буду, буду! — быстро согласился я, и орк сразу же отпустил мою руку и, подав мне кружку, коротко бросил:

— Пей!

Я опасливо покосился на него, потом понюхал содержимое кружки. Пахло, кстати, чем-то приятным. Видя, что орк не собирается от меня отходить, я тяжело вздохнул и большими глотками выхлебал содержимое кружки.

Вкус мне тоже понравился. Во рту остался легкий привкус земляники. Я даже почмокал немного, стараясь разогнать это привкус, а потом спросил у Зерта:

— Слушай, а ты и вправду собирался мне залить этот эликсир через задницу?

— Ты что, дурак? — сделал большие глаза орк. — Ты пошутил, я тоже посмеялся! Так что мы квиты!

И орк громко захохотал.

— Ах, ты! — я замахнулся на него кулаком.

— Но-но! — все еще смеясь, погрозил мне пальцем Зерт. — Ты первый начал!

При этом он выглядел настолько уморительно, что я не выдержал и рассмеялся.

— Ладно! — отсмеявшись, Зерт кивнул куда-то мне за спину. — Поднимай свое грозное оружие, и начнем учиться.

Я поднял свой нож и встал, держа его в руке.

— Не, не, не! — замотал головой орк. — Эту свою ковырялку спрячь обратно в ножны и пока забудь о нем.

— Это не ковырялка! — огрызнулся я, но орк просто махнул рукой, выходя на центр площадки.

— Иди сюда! — позвал он, подкидывая двумя руками два деревянных ножа и ловя их.

Я подошел.

— Значит, так, — начал Зерт. — Сначала — стойки. Стоек немного — всего три. Это фронтальная, левосторонняя и правосторонняя.

Зерт протянул мне один из ножей, оставив себе второй.

— Фронтальная стойка, — орк встал передо мной. — Обрати внимание — колени чуть согнуты. Это важно. Запомнил?

А чего запоминать? Стоит передо мной, ноги — на ширине плеч, чуть согнуты в коленях, нож в правой руке. Руки согнуты в локтях, локти прижаты к телу. Вроде, ничего сложного.

Я кивнул.

— Отлично! — Зерт вышел из стойки. — А теперь повтори!

Я повторил. Расставил ноги, чуть согнул колени, руки согнул в локтях и прижал их к телу. Нож взял в правую руку.

Орк походил вокруг меня.

— Ну, как? — полюбопытствовал я.

В ответ Зерт хмыкнул и резким толчком ноги по моей стопе, раздвинул мои ноги еще больше, так, что я потерял равновесие и грохнулся на землю.

— Раст, — спокойным голосом начал объяснять мои ошибки орк, — я, конечно, понимаю твое желание быть больше и круче, но плечи у тебя пока не так широки, как ты расставил ноги. Из-за этого твоя стойка была неустойчива. Давай! — он махнул рукой вверх, предлагая мне подниматься с земли. — Давай, попробуй еще раз.

Я попробовал и на этот раз у меня получилось лучше, во всяком случае, Зерт не нашел к чему придраться. Зато он заставил меня повторить эту стойку полтора десятка раз. Дошло до того, что последние разы я принимал ее уже одним слитным движением.

Кивнув своим мыслям, орк продолжил обучение. Оказалось, что левосторонняя и правосторонняя стойки, в зависимости от того, в какой руке нож, могут быть разноименными и одноименными.

Все эти премудрости Зерт мне рассказывал между делом, заставляя меня постоянно принимать различные стойки, и нож держать и в правой и в левой руке.

Видимо, благодаря выпитому эликсиру, голова у меня была ясная. Мозг работал очень четко, я подмечал малейшие тонкости и нюансы, и, если поначалу я еще раздумывал, как должна выглядеть стойка, которую приказал принять орк, и даже иногда путался в руках и ногах, то вскоре я начал вставать в сказанную орком стойку, чуть ли не быстрее, чем он произносил ее название.

— Все! — неожиданно орк просто махнул рукой. — Пойдем обедать, потом продолжим.

— У тебя хорошо получается! — похвалил меня орк, когда мы, откушав, пили каждый свой напиток. Зерт — пива, а я — какао, решив, что оно мне больше нравится, нежели нет. — Если дальше так пойдет, то мы с тобой уже завтра перейдем к учебным поединкам.

— А чего только завтра, чего не сегодня? — поинтересовался я.

— А сегодня мы с тобой будем отрабатывать движения и связки, так что, давай допивай, и пошли опять на площадку! — Зерт, допив свое пиво, поставил на стол пустую кружку, поднялся из-за стола и пошел к выходу.

Я быстро допил свой напиток и, выскочив из-за стола, быстро пошел догонять своего учителя. А то, вдруг он решит, что я слишком долго шел и назначит какое-нибудь наказание, оно мне надо?

Вопреки моим мыслям, на площадке Зерт опять уселся за стол и движением руки предложил мне присоединиться к нему. Когда я уселся напротив, Зерт, глядя на меня, начал рассказывать.

— Сначала, я немного расскажу о различных стилях ножевого боя. Наши воины выделяют шесть основных стилей. Какие-то из них имеют названия, какие-то нет, у некоторых есть общие черты, а другие отличаются друг от друга очень сильно. Я покажу тебе все шесть стилей, но пока разучивать мы будем только один-два, которые у тебя будут получаться лучше.

— А чего так? — поинтересовался я. — Может, все? А то, вдруг я нарвусь на кого-нибудь, владеющего тем стилем, который мы не изучили, и что тогда?

— Ты не понимаешь. Выучить все стили за несколько дней невозможно! Я обучу тебя двум, но владея ими, ты сможешь противостоять и использующим другие стили. Главное, насколько хорошо ты сможешь овладеть теми, что я тебе покажу.

Орк помолчал, давая всему сказанному уложиться в моих мозгах, а потом продолжил:

— Итак, шесть стилей. Это — Кали Эскрима, Паранза Корта, Пенчак Силат, Танто Ютсу, ножевой бой егерей Империи Савож и искусство ножевого боя егерей Вечного леса.

— Ого! — я был впечатлен географией навыков. — Однако! А как вы узнали систему боя эльфийских егерей? Насколько мне известно, эльфы вообще мало кого к себе пускают, а уж чтобы делиться знаниями…

— Это точно! — усмехнулся Зерт. Потом лукаво посмотрел на меня. — Но вот сами они путешествуют по миру довольно часто! И среди них попадаются не согласные с политикой их старейшин! Это понятно? — вкрадчивым голосом закончил он.

Я, предчувствуя подвох, молча кивнул головой.

— Хорошо! — хлопнул в ладоши орк. — Тогда — на площадку!

И первым вылез из-за стола.

— Все шесть стилей ножевого боя отличаются друг от друга, — продолжил он свой рассказ, когда я занял свое место посередине площадки. — Но в одном они все схожи, — он посмотрел на меня, как бы привлекая мое внимание. — Во всех стилях упор делается на работу ног. Если ноги не будут работать правильно — ты никогда не победишь. Работа ног — вот основа каждого стиля.

Он помолчал.

— Эй, а чего это вы тут делаете?! — раздался сбоку от нас тоненький голосок. Мы с Зертом обернулись, и я выругался про себя. Ну, конечно! Около стола, прищурив один глаз, в который светило солнце, стояла малявка Иля. То ли ей просто стало скучно, то ли она из озорства сбежала от присмотра, но появилась она совсем не вовремя!

К моему удивлению, Зерт не стал прогонять малявку, а серьезно ответил на ее вопрос.

— Я обучаю Раста ножевому бою, юная леди.

— А зачем? — малявка была сильно удивлена.

— Чтобы он смог за себя постоять, если вдруг на него кто-нибудь нападет, а у него будет только нож! — орк был сама учтивость.

Иля задумалась на мгновение, а потом предложила:

— Господин Зерт, может, тогда вы и меня поучите, чтобы я тоже смогла защититься, а то нож всегда со мной, — она вытащила из ножен, висящих на боку, небольшой, изящный кинжал, — а вот защищаться я совсем не умею!

Орк выслушал ее предложение с непроницаемым лицом и точно с таким же лицом ей ответил.

— Юная леди, я с удовольствием вас научу, но позже. Вам сейчас еще рано учиться, вам необходимо подрасти. Хорошо? — он не отрывал от нее взгляд.

— Ладно! — глубоко вздохнув, согласилась кроха. — Но, тогда можно, я хотя бы просто посмотрю?

В ее глазах была такая мольба, что, мне кажется, никто бы не устоял. Орк сдался, не раздумывая.

— Конечно, юная леди! Идите, садитесь вон, за стол, — он махнул рукой в направлении стола, за которым мы с ним только что сидели. — Оттуда вам все будет хорошо видно.

Радостная Иля вприпрыжку понеслась к столу, а Зерт, снова повернувшись ко мне, вдруг как-то хищно улыбнулся и негромко произнес:

— Вот теперь тебе будет стыдно за каждую твою ошибку!

Я просто пожал плечами, еще не осознав, о чем это он. Орк не стал ничего объяснять.

— Итак, мы остановились на работе ног! — как ни в чем не бывало, продолжил он. — Я буду тебе показывать, как это должно быть, а ты будешь повторять. Все, как и до обеда, это понятно?

Я кивнул.

— Отлично! — и орк начал рассказывать о первом стиле. Рассказав, он начал показывать основные движения и связки, делая упор на работу ног. В принципе, запоминал я все показанное Зертом, с первого раза, но вот непривычное к таким движениям тело меня подводило.

У меня путались руки и ноги, я шагал либо слишком широко, либо, наоборот, замахивался чересчур сильно, короче, ошибок было много. Зерт терпеливо их поправлял, и заставлял меня повторять одно и то же движение столько раз, пока оно не начинало у меня получаться!

Закончив с одним стилем, добившись, что связки у меня начинали получаться быстро и правильно, орк переходил к следующему, предворяя показ, кратким рассказом об этом стиле. После этого шел показ и… мои потуги. И так от стиля к стилю.

Доходило и до смешного! Я уже точно не скажу, но, по-моему, когда я изучал одну из связок ножевого боя егерей Вечного леса и она у меня никак не получалась, малявка, выскочив из-за стола, с криком:

— Ну, Раст, ну ты что?! Это же просто!

Мурлыкая вслух какую-то мелодию, абсолютно безошибочно повторила эту связку!

Я от удивления открыл рот, а у Зерта вообще отвалилась нижняя челюсть!

— Ну, понял? — уперев руки в боки, спросила малявка и, увидев наши ошарашенные лица, досадливо вздохнула. — Эх! Смотри, показываю еще раз!

И опять, мурлыкая эту мелодию, повторила связку!

— Да-а-а! — почесал затылок Зерт, потом лукаво посмотрел на меня. — Может, я не того обучаю, а?

Я сжал зубы и попытался повторить эту связку еще раз… и у меня получилось! Я победно взглянул на орка и, ну не мог не вернуть ему шпильку.

— Может, меня не тот человек учит? — вкрадчиво поинтересовался я.

Вместо ответа, орк заржал, показывая мне оттопыренный большой палец.

— Давай еще раз! — сказал он, отсмеявшись.

У меня в голове звучала мелодия, которую мурлыкала мелкая, и удивительно — под эту мелодию связка получалась действительно легко! Ну, надо же!

Так Зерт меня и гонял. Когда закончили проходить все системы ножевого боя, он начал гонять меня по связкам в разбивку.

Я уже думал, что это вообще никогда не кончится. К концу я уже устал и начал допускать ошибки. Видимо от Зерта это не укрылось, потому что он вдруг резко махнул рукой и сказал:

— Все! На сегодня закончили! Сейчас — ужинать и, я тебе советую, ложись спать. Завтра подъем будет ранний!

— А чего так? — вяло поинтересовался я.

— Так, сначала, до завтрака, разминка, а все занятия начнутся после завтрака!

Я жалобно застонал. Не то, что мне было страшно, просто, потому что орк от меня этого ждал.

— Не стони! — тут же отреагировал он. — Завтра до обеда будем повторять все связки, я как раз определюсь, что у тебя лучше получается, на том, после обеда, и сконцентрируемся. Все понял?

Я решил не отвечать, а просто кивнул.

— Да! — как будто только что вспомнив, добавил орк. — С завтрашнего дня, после ужина у тебя занятия верховой ездой! А то на конике сидишь, я не скажу как, только нас с отцом позоришь!

Вот теперь я застонал от души! Это за что мне так, и все сразу?! Но орк вообще никак не прореагировал на мой стон. Не реагировал он на мой несчастный вид и на протяжении всего ужина!

После ужина я решил, что совет Зерта пойти спать — дельный, особенно в свете завтрашних занятий! И я пошел в нашу комнату и без затей завалился на кровать и уснул.

…Моя персональная преисподняя началась следующим утром, с восходом солнца, когда Зерт, несмотря на мои полубессознательные протесты, стащил меня с кровати и вылил мне на голову ковш холодной воды.

Глава 11

Я так увлекся воспоминаниями, что отвлек меня от них мой желудок, который самым решительным и громким способом напомнил мне, что пора бы уже и перекусить! Оглядевшись вокруг и поняв, что останавливаться на перекус никто не будет, я подскакал поближе к Зерту, который ехал впереди нашего отряда, вместе с отцом, и прямо спросил:

— Зерт, слышь, а когда обед?

Орк удивленно посмотрел на меня, а отец просто хмыкнул и неодобрительно покрутил головой.

— Так, Раст, — как-то растерянно проблеял Зерт, — говорили же, что привала не будет, есть будем во время движения, поэтому каждому выдали краюху хлеба и круг колбасы! Тебе чего, не дали?

— Нет! — обиженно пробормотал я, сглатывая слюну, обильно скопившуюся во рту при слове «колбаса».

— А чего ты сразу-то не сказал, что тебе не досталось? — заволновался орк.

— Да, я вообще не знал, что на обед останавливаться не будем! — и тут мне в голову пришла мысль, от которой по спине пробежал холодок. — Или на ужин тоже не будем? — упавшим голосом закончил я свой вопрос.

— На ужин — будем! — усмехнувшись, ответил отец и после короткой паузы продолжил — Как так получилось, что ты не слышал о том, что привала не будет?

— Да не знаю я! Может, я в этот момент шмотки собирал! — огрызнулся я.

— Вот-вот! — не унимался со своей воспитательной речью отец. — А все мнишь себя взрослым! Уже все сам! Даже с личами, и то — в одиночку! Нет бы, позвать отца! Вместе бы повеселились!

— Да ладно! — я уже начинал злиться, и пустой желудок, отчаянно урчащий, мое настроение не улучшал. — Чем читать нотации, лучше бы покормил любимого сыночка!

Я подозрительно уставился на батю. Его настроение явно не соответствовало моменту. Он почему-то абсолютно не переживал за своего голодного ребенка, и, вместо того, чтобы озаботиться поиском еды, тупо читал мне нотации! Это для него нехарактерно!

Отец спокойно выдержал мой сначала подозрительный, а потом, когда я убедился, что он не собирается ничего предпринимать, и возмущенный взгляд. Когда я отвел глаза и задумался, где бы мне разжиться едой, отец, покопавшись в седельной сумке, извлек какой-то сверток и протянул его Зерту, который скакал между мной и им.

— Передай этому оболтусу! — бросил он.

— Я, между прочим, здесь и все слышу! — возмутился я.

— Ага! — батя кивнул головой. — Я на это и рассчитываю!

Зерт молча передал мне сверток, и я, взяв его в руку, тут же почувствовал колбасный дух. Рот тут же наполнился слюной, и я начал быстро разворачивать полученную еду.

— Скажи спасибо, что я обратил внимание, что ты не получил свою порцию еды! — продолжал нотацию отец.

— Угу! — набив рот колбасой и хлебом, я был неразговорчив, да и, честно говоря, спорить с отцом абсолютно не хотелось! Уплетая колбасу с хлебом и запивая эту нехитрую снедь водой из фляжки, я вдруг вспомнил, как радовался всю прошедшую неделю, когда наступало время приема пищи!

Я шел в зал не торопясь, предвкушая, как сейчас мне будет здорово, а после еды, так же не спеша, шел в сторону площадки, на которой, как правило, меня уже ожидал мой персональный мучитель, а в особо несчастливых случаях, так и сразу два мучителя, и вспоминал, какой вкусной была еда!

Короче, я пытался найти в своем существовании, в это время, хоть что-нибудь хорошее! Потому что на третий день, после того, как Зерт, буквально за шкирдак поднял меня с постели, потому как сам я встать, ну никак не мог — после вчерашней тренировки, у меня болело все тело, он сразу «обрадовал» меня, что сегодня они будут обучать меня вдвоем с батей, работе с мечом!

Мне уже было все равно, с мечом, так с мечом. Я с трудом стоял на ногах, а дойти до туалета, для меня, было сродни эпическому подвигу.

«Интересно, — эдак лениво посетила мою голову мысль, — а как они меня собираются обучать, когда я на ногах не стою?»

Но все оказалось просто! Зерт отлучился, буквально на минуту, правда, этого времени мне с лихвой хватило, чтобы опять распластаться на кровати, и вернулся не один, а с госпожой магессой!

— Ой, Раст, — зачирикала она, едва войдя в комнату и увидев меня, лежащего поперек кровати. — Ты, случаем, не заболел?

— Да, нет! — поторопился с ответом Зерт. — Я же вам сказал, что он вчера перенапрягся на тренировке. Молодой еще! Я же ему говорил: — Раст, закачивай, завтра плохо будет! А он: — Ну, Зерт, ну, давай еще разочек, а то у меня не очень хорошо выходит, а этот прием нужно выполнять лучше!

Услышав эти слова, я аж взвился!

— Это зачем ты сейчас так нагло врешь?! — заорал я от возмущения. — Это когда это я так вчера говорил?! Это ты все орал: — Давай, Раст, сделай это еще раз! У тебя сейчас точно получится! А я тебе говорил, что уже устал! А ты: — Ничего, у тебя для отдыха вся ночь будет!

Орк слушал мою гневную речь с легкой улыбкой, которая злила меня еще больше, а потом покосился на госпожу магессу, с удивлением слушавшую мой вопиющий глас, и, обращаясь к ней, тихонько произнес:

— Ну, вот видите, госпожа! А то вы ругались, что мы совсем замотали ребенка! Видите сколько сил — аж кричит!

Услышав это, я резко заткнулся и подозрительно уставился на эту парочку. Я не понял, это он что, специально меня злил? Ну, ладно, теперь моя очередь! Посмотрим, кто кого достанет сильнее!

Видимо, орку удалось что-то такое разглядеть в моем лице, потому что он быстро выскочил из комнаты, крикнув напоследок:

— Раст, давай, не задерживайся, я жду тебя внизу, завтракать!

Я даже не успел ничего ответить, как за ним захлопнулась дверь. Я стоял и растерянно глядел на госпожу магессу, а она внимательно рассматривала мое лицо. Интересно, что она хотела там увидеть?

— Так, Раст, — через некоторое, весьма непродолжительное время, сказала она. — Сядь на кровать, и тебе и мне будет легче!

— Легче, что? — поинтересовался я, зацепившись сознанием за последнее слово. Нужно сказать, что к этому времени весь мой запал уже прошел и чувствовал я себя… Н-да! Можно сказать, что я себя не чувствовал, а только слегка ощущал! Поэтому я с облегчением плюхнулся на кровать.

— Легче? — переспросила госпожа магесса. — Лечить, конечно! — пояснила она удивленным голосом и начала что-то делать, иногда размахивая руками и бурча что-то себе под нос. При этом, она не переставала щебетать на разные темы.

В основном, я ее щебет пропускал мимо ушей, потому что мне с каждой секундой становилось все лучше и лучше, но тут что-то меня просто толкнуло, и я стал прислушиваться к ее щебету.

— …ну, вот я и говорю, что это моя вина, что ты сейчас в таком состоянии! Я же вчера у тебя забрала твой перстень-лечилку, кстати, сейчас, когда закончу — пойдем, я тебе его отдам. И пусть он будет все время с тобой, не снимай его! Тогда он за ночь тебя вполне подлечит, и утром ты уже будешь бодрячком! Вот, я и говорю, твой перстень-лечилка, кстати, здорово помог! Теперь твой отец — как новенький! Я его еле вытянула! Ну, я тебе скажу, серьезные у него были раны, как и выжил-то, непонятно! Но я справилась! Правда. Твой перстень вычерпала, практически до дна, но у меня получилось!

— Погодите, леди! — наконец, не выдержав, перебил ее я. Вообще-то, ее поведение было странным! Никогда до этого я не слышал, чтобы она говорила так много и так заполошенно! В ее речь невозможно было вставить, не то, что слово, а даже междометие! — Так вы хотите сказать, что вылечили отца?

— Полностью! — гордо улыбнулась она. — Сейчас твой отец чувствует себя прерасно!

Я обрадовался! Нет, я правда обрадовался, хотя некий голос нашептывал мне, что, почувствовав себя хорошо, мой отец, наверняка, захочет присоединиться к Зерту, в деле обучения родного дитяти, и тогда я почувствую себя плохо! Но я все равно был очень рад!

— Ну, вот и все! — усталым голосом сказала госпожа Дина, и я обратил внимание, что у меня ничего не тянет, нигде не болит, и вообще, меня настолько переполняла энергия, что хотелось двигаться! Двигаться много и быстро!

— Спасибо! — я действительно был ей благодарен и за себя, и за отца! А уж, как матушка обрадуется! От этой мысли у меня даже дух захватило! Я так давно не слышал ее счастливый смех!

Настроение сразу скакнуло вверх и даже перспектива тяжелых занятий его не испортила! Быстро приведя себя в порядок, я сходил с госпожой магессой, взял у нее уже полностью заряженный перстень-лечилку, одел его себе на палец, как советовала мне леди и спустился вниз на завтрак.

В зале я отыскал взглядом отца, он как раз уже поел, встал и что-то сказал своим соседям по столу. Те засмеялись, а вместе с ними захохотал и отец. Он смеялся так легко, так задорно… Я, от радости, подбежал к нему, обнял его… и расплакался, уткнувшись в его грудь. Он неловко гладил меня по голове и шептал:

— Ну, будет тебе, будет! Все хорошо! Теперь будет все хорошо! Ну, что ты, Раст?!

Я немного успокоился, быстро вытер щеки и глаза и посмотрел ему в лицо. Хотел понять, не рассердился ли он за мою такую слабость? Отец улыбался! Немного грустно, но удивительно светло!

Заметив, что я на него смотрю, он тут же грозно свел брови и забурчал:

— Давай, иди, ешь, а то на тренировку опоздаешь! А после обеда я приду, позанимаемся с тобой с мечом!

Я кивнул и пошел за стол, где меня уже ждал Зерт, понимая, что сегодня я увижу повторение вчерашнего дня, только еще и с участием здорового отца!

Я не ошибся! Когда отец, разучив со мной основные связки, опять передал меня Зерту, уже держащему под узцы Грома, я уже еле держался на ногах, и то, только за счет гордости, потому что упрямая малявка, приходила на наши занятия утром и не покидала их до самого окончания!

Причем, когда удавалось немного пофилонить, я замечал, что она пытается повторить то, что мне показывали Зерт и отец! Делала она это с такой старательностью, что мне тут же становилось стыдно за свою небрежность, и я начинал заниматься со всем усердием, на какое был способен.

И так продолжалось целую неделю! Эта малявка ходила на наши тренировки, как на службу, а я, чтобы не уронить себя в ее глазах, вынужден был добросовестно тренироваться… Да нет, я из кожи вон лез, чтобы она даже не думала, что у нее получается лучше, чем у меня!

Хотя, если честно признаться, кое-что она схватывала быстрее, чем я, даже выпив эликсир, который мне каждое утро намешивал в кружке орк и поил меня перед занятиями. Добросердечная малявка, когда видела, что мне что-то не дается, опять норовила показать, как надо делать, при этом напевая какую-нибудь мелодию.

Я уже не удивлялся, что повторяя эту мелодию про себя, мне с легкостью удавалось сделать то, что минутами ранее совсем не получалось!

Я усмехнулся, поймав себя на каких-то нежных мыслях об этой девчонке! Действительно, когда я попытался разобраться в своих чувствах, то с удивлением обнаружил, что, по сути, заимел еще одну младшую сестренку. Такую же язву и непоседу, как и Сора. Это меня удивило!

Именно с таким чувством удивления и какой-то теплоты, я и лег спать, предварительно, конечно, поужинав. Расседланный Гром пасся на соседней полянке, вместе с другими отрядными кониками. Наши женщины — госпожа магесса и ее дочь, к которой я стал относиться, как к младшей сестренке, спали в карете. Ну, а мне Зерт постелил свой плащ поверх нарубленного елового лапника, на который я и завалился. «Хорошо, что сейчас лето, тепло…» — это все, что я успел подумать, прежде чем заснул.

* * *

Утром, как всегда, меня разбудил Зерт. Даже теми же словами!

— Раст, вставай! Нас ждут великие дела!

Я уже привычно вскочил, и так же привычно попытался застелить постель, но уперся в то, что постели нет. Пришлось срочно просыпаться! А Зерт, гадина, стоял в стороне и хихикал!

— Так, — начал он, когда увидел, что я уже вполне пришел в себя и могу его не только слушать, но и слышать. — Пробежки сегодня не будет, сам понимаешь, вместо этого пойдем, поработаем с двумя ножами! — и он мотнул головой в сторону поляны, на которой паслись наши коники.

— А не напугаем? — осведомился я.

— Боевых коней? — саркастически хмыкнул орк.

— Понятно! — я пошел за орком.

— Раст, помни, главное — синхронность! — продолжал наставлять меня Зерт на ходу. Вообще-то он все это уже говорил мне много раз, но при каждом удобном случае не ленился повторить. — Идет удар одной рукой, затем удар другой рукой. Ударив два раза подряд одной рукой, ты теряешь темп, а в ножевом бою это аналогично поражению! Ты понял?

— Да понял я, понял! — пробурчал я. — Ты уже мне тысячу раз это говорил!

— Ага! — орк обернулся и укоризненно посмотрел на меня. — А кто крайний раз попытался аж три раза подряд ударить правой рукой?

— Так позиция удобная была! — в который раз попытался объяснить я свои действия.

— И что, ты победил? — с ноткой возмущения посмотрел на меня орк.

Я тяжело вздохнул.

— Нет! — признал я очевидное.

— Правильно! — опять взял саркастический тон Зерт. — Нет! Ты потерял темп, раскрылся! Сколько раз тебе говорить, что когда ты бьешь, ты с этой стороны открыт, а три удара подряд… Ну, это даже не подарок в бою, это я даже не знаю как назвать… О! Второй день рождения! Вот это что!

И он укоризненно посмотрел на меня. Я сделал виноватое лицо. А что? Кругом ведь неправ!

— Ну, ладно! — смягчился орк и бросил мне два учебных ножа. — Давай, начали!

И тут же атаковал меня без предупреждения.

* * *

Обратно мы возвращались разгоряченные и слегка запыхавшиеся. Я шел, прислушиваясь к себе, и вдруг понял, что совсем не устал! Четверть часа мы с орком увлеченно махали учебными ножами, я получил с полдесятка синяков, которые побаливали, но абсолютно не устал! Наверное, я мог бы еще с час махать в таком же темпе!

Все это я и сообщил орку, может, немного сумбурно и эмоционально, потому как на некоторые мои выражения он поморщился, хотя и ничего не сказал, но то, что я хотел до него донести, он понял.

— А ты думаешь, — чуть усмехнувшись, тихим голосом, оглянувшись по сторонам, короче, сделав вид, что посвящает меня в великую тайну, произнес орк, — мы с отцом тебя просто так гоняли до состояния полного не стояния? То, что я тебе давал имеет и, так сказать, побочный эффект, хотя, конечно, изначально побочным эффектом считалось как раз кардинальное улучшение памяти! Кстати, этот эффект будет длиться еще неделю, так что пользуйся! — сменил он тему.

— Так, что там по поводу твоего эликсира и его побочных эффектов? — вернул я его к старой теме.

— Да, ничего! Изначально, наши шаманы готовили этот эликсир, как укрепляющий мышцы и связки воинов! Но для того, чтобы это произошло, воин должен нагружать себя, что называется, до донышка! То есть, к концу дня сил у него должно оставаться минимум, а лучше, если и вообще не останется! Тогда эффект будет лучше! Вот поэтому мы с отцом тебя так и гоняли, что ты еле доползал до кровати! А, кстати, про память и укрепление костей узнали уже позже, но, как понимаешь, это даже было лучше!

— А что там с укреплением костей? — поинтересовался я.

— Про это пока даже не думай! — махнул рукою орк. — Полный цикл тебе принимать еще рано, он проводится только по достижении воином возраста двадцати пяти лет!

— А чего так? — полюбопытствовал я.

— Да…

— Эй, говоруны́! — разнесся над лесом недовольный батин голос. — Вы там что, переговоры устроили? Вас долго, вообще, ждать?!

Зерт мотнул головой и прибавил ходу, я тоже поспешил за ним.

«Ладно, я это запомню и на следующем привале как следует потрясу Зерта насчет укрепления костей! А что, это знание мне пригодится!» — решил я.

Пользуясь моментом, я подошел к отцу.

— Пап, так ты скажешь, куда мы сейчас направляемся? — в который раз задал я вопрос.

— Увидишь! — односложно ответил отец.

— Но не домой! — продолжал допытываться я.

— Нет! — отец был краток.

Я понял, что он мне ничего не расскажет, а потому плюнул на дальнейшие расспросы и пошел завтракать. Мы с Зертом и так оказались последними, все остальные уже поели и вовсю седлали и запрягали лошадей. Поэтому я быстро поел, даже особо не разбирая вкус каши, приготовленной на завтрак, и побежал седлать своего Грома, не забыв прихватить ему яблоко, которое он так любит.

… И опять дорога. Дозор унесся вперед, а в голове нашего небольшого отряда едут отец с Зертом, за ними карета с госпожой магессой и ее дочерью, за каретой, на небольшом удалении, следую я, а за мной — воины нашего барона под присмотром Слайна.

Вот тоже еще головная боль! Отец явно что-то крутит насчет Слайна, а ведь я четко ему сказал, что Слайн нас предал. Отец пообещал разобраться, и что? А ничего! Слайн как был его заместителем, так и остался!

Я как-то после очередной тренировки, когда мы уже поздно вечером возвращались с тренировочной площадки вдвоем с отцом, потому что Зерт куда-то умотал, закончив свою часть тренировки пораньше, не выдержал и спросил у отца:

— Пап, а что со Слайном?

— В смысле? — вроде как, не понял отец.

— Ну, в прямом! — не сдавался я. — Он же нас предал!

— А-а-а, ты про это… — что-то в тоне отца заставило меня насторожиться. — Не переживай, за ним следят, и как только — так сразу! Так что, все схвачено!

Кольцо из странного красного металла, которое я к тому времени уже носил на пальце, нагрелось и начало пульсировать. В свете того, что ответ отца меня не убедил, сигнал от кольца утвердил меня в мысли, что здесь что-то нечисто! Что-то мой папахен крутит, насчет Слайна, но вот, понять бы, что!

Кстати, день, когда мы выедем отец знал заранее, так что его, якобы внезапное объявление в обеденном зале постоялого двора о том, что мы выезжаем сегодня, это фигня! Правда, это я понял только что, когда начал вновь припоминать все события, случившиеся со мной в городе.

Ведь за день до этого, отец сократил наши тренировки, оставив только учебный бой на мечах и до обеда. А вот после обеда…

После обеда отец перехватил меня на пути в нашу с Зертом комнату. Раз тренировки не будет, я решил просто поспать часик-другой. Все-таки, с такими нагрузками, хоть мой перстень-лечилка и убирал за ночь все последствия дневных тренировок, но тело все равно побаливало, а мышцы потягивало, поэтому я спал довольно плохо и, как результат не высыпался.

Поэтому, перспектива несколько часов подавить ухом подушку меня сильно воодушевила. Ха-ха! Хочешь рассмешить богов-заступников — расскажи им о своих планах!

— Раст, ты куда? — услышал я за спиной удивленный голос отца.

— Ну-у-у, — я повернулся к нему лицом. — Так как ты отменил послеобеденную тренировку, я решил устроить себе тихий час, — я замолчал. Отец тоже ничего не говорил. — Ну, или два тихих часа! — закончил я.

— Раст, — каким-то уж очень ласковым голосом начал отец. Обычно, такое начало ничего хорошего тому, к кому он обращался, не сулило. — Скажи мне, сын, почему я отменил послеобеденную тренировку?

Я пожал плечами.

«А действительно, почему? Интересно, что у меня даже никаких вопросов по этому поводу не возникло. Ну, отменил — и хорошо!»

— Ну-у-у, не знаю! — я задумчиво посмотрел на потолок, как будто там мог увидеть ответ. — На самом деле, вариантов может быть несколько.

— Ну-ка, ну-ка! — отец явно заинтересовался. — А поподробней можно?

— Ну-у-у, — я не опускал с потолка свой взгляд, — например, я уже все выучил, что ты мог мне показать! — тут отец громко заржал, и я заканчивал под его неуемный хохот. — Ты же сам говорил, что у меня все отлично получается, и я учусь просто нереально быстро!

И я с обидой посмотрел на него. Отец, отсмеявшись и вытерев выступившие на глазах слезы, покачал головой.

— Ну, а еще какие варианты у тебя имеются?

Я опять вперился в потолок, раздумывая.

— Может, у тебя появились какие-то неотложные дела, а Зерт тебя подменить не сможет, поскольку опять усвистал по бабам! — предположил я.

— Это что за выражения! — негодующе загрохотал батя. — «Усвистал по бабам!» Где ты вообще это слышал?

— Так, ты и говорил! Между прочим, Зерту и говорил! — начал оправдываться я.

— Это я ему говорил! — отец не утихал. — А ты, стало быть, подслушивал?

— Ни фига себе! — теперь уже начал возмущаться я. — Ты так орал, что тебя, наверное, дома наша матушка слышала! Мне что, нужно было себе уши отрезать, чтобы не слышать твой рев?!

— Ну, ладно, ладно, — сразу пошел на попятную отец. — Ничего резать не надо! Просто думай когда, что и кому говорить! Не все то, что ты слышишь нужно озвучивать, понял?

— Понял! — быстренько согласился я, в надежде, что отец, наконец-то, отстанет, и я пойду, пару часиков посплю. Ага, как же!

— Ну, я пошел? — я отвернулся от отца, но не успел даже сделать и шага.

— Ты куда это? — прилетел мне в спину вопрос.

Настроения и так не было и я, чтобы не сорваться на отца, ответил кратко:

— Спать!

— Стоять! — вновь прилетело в спину. Я развернулся.

— И что сейчас? — уже буквально клокоча от злости, осведомился я.

— Так, хочу тебе сказать, что ты был частично прав, вот только неотложные дела появились не только у меня, но и у тебя!

— У меня? — я от удивления даже открыл рот.

— У тебя, у тебя! — радостно оскалился батя. — Так что давай, спускайся и пойдем, пока есть время!

Я немного замялся, но потом подумал, что отец так гнусно меня разыгрывать не будет, и с тяжелым вздохом спустился обратно вниз.

— Не вздыхай, — подбодрил меня отец, видимо, услышавший мой горестный вздох, — тебе, наверняка, понравится!

— А куда хоть идем, может, расскажешь? — решил я прояснить обстановку.

— Как я понимаю, — неторопливо начал отец, — за сегодня тебе нужно будет успеть сделать два дела. Первое — это повидать ребят, с которыми ты чистил подземелье, и второе, с которого мы, собственно и начнем… Эй, в чем дело? — окликнул меня он, потому что я остановился.

— После первого дела мы вернемся на постоялый двор, или я сразу пойду к ребятам? — уточнил я.

Отец на мгновение задумался, потом пожал плечами.

— Я думаю, сразу пойдешь, а что?

— Тогда мне нужно кое-что захватить! Постой, я быстро! — крикнул я бате уже на бегу.

Вот же! Хорошо, что спросил, а то так бы и пошел! А то золото, которое я взял с мертвого мага?! Я же его с собой не ношу!

Быстро взяв из сундука, в котором хранились мои ценности, ну те, которые я не таскал с собой, деньги мага, я опрометью бросился обратно.

Отец стоял там, где я от него убежал и с любопытством наблюдал, как я несусь к нему. Когда я подбежал, он качнул головой и одобрительно поцокал языком.

— Неплохо бегаешь!

По его тону я так и не понял, это была похвала или издевка. Когда мы опять пошли рядом, он продолжил прерванную мной речь:

— Так вот, первым делом мы с тобой заглянем к мастеру Гмалину, он ведь просил к нему зайти…

— Погоди, — я решил поправить отца, — он же торговец оружием, почему ты его назвал мастером? В моем понимании мастер — это тот, кто что-либо изготавливает! А этот только продает… Или ты имеешь в виду другого человека?

Отец хмыкнул.

— Да нет, именно его и имею в виду, — спокойно ответил отец.

— Поясни! — попросил я, понимая, что я явно чего-то не знаю.

— Ну, когда-то Гмалин был лучшим кузнецом Ирдика. Эх, видел бы ты, какое оружие он ковал! К нему очередь была на несколько лет вперед расписана! Хотя… — батя замолчал и усмехнулся.

— Чего? — решил поторопить его я.

— Ты, может быть, и увидишь! — батя уже широко улыбался.

— Увижу, что? — буквально затаив дыхание, решил уточнить я. Я уже размечтался, но и до конца в эти мечты не верил.

— Да оружие, сделанное его руками! — судя по всему, мои мечты начинают сбываться!

Теперь уже я не плелся, стараясь не отставать от отца, а чуть ли не тащил его, приплясывая от нетерпения и предвкушения.

Все когда-нибудь кончается, закончился и наш путь. Наконец, я увидел заветную дверь лавки Гмалина, за которой, по уверению отца, меня ждало что-то необычное! Я даже боялся пофантазировать на эту тему, чтобы не спугнуть удачу!

Отец распахнул дверь и первым вошел в лавку торговца оружием. В последний момент я как-то заробел, поэтому пропустил родителя вперед, прикрывшись его широкой спиной.

— Что вы хоте… — услышал я из-за батиной спины. — О! Привет, Шутник! А сын твой где?

— Да здесь он, — добродушно отозвался отец, протянул руку себе за спину и, не оборачиваясь, ухватил меня за плечо и вытащил, так сказать, под светлы очи.

— Здрассте! — я вежливо поклонился.

— Здравствуй, Раст, здравствуй! — как-то оживился Гмалин. — Это хорошо, что вы нашли время навестить старого Гмалина! Это очень хорошо!

— Да ладно тебе на себя наговаривать, мастер! — прогудел в ответ батя. — Ты себя в зеркало давно видел? — и, не дожидаясь ответа, продолжил. — А ты еще ого-го, орел!

— Ага, ага! — саркастическим тоном подхватил Гмалин. — Орел! Только сильно ощипанный! — и, открыв дверь, ведущую куда-то внутрь помещения его лавки, вдруг громко крикнул:

— Дианка! Иди скорей сюда, я тебя кое с кем познакомить хочу!

— Да, полно вам, мастер, чего ребенка то колготить? Пусть бы себе играла спокойно, или чем она там занимается… — запротестовал было отец, но Гмалин его нетерпеливо перебил:

— Ты, Шутник, мне не рассказывай, что мне с моей внучкой делать, тем более, — он вдруг залихватски мне подмигнул, — она и сама хотела познакомиться с неким героическим молодым человеком.

— А-а-а! — понимающе заулыбался отец. — Так вон, в чем дело!

— Ха! А ты думал, она с тобой познакомиться хочет? — вдруг как-то озорно усмехнулся мастер. — Ну, надо же, старый, старый, а все туда же — с девочками знакомиться!

Отец сначала от этой речи опешил, а потом рассердился.

— Ну, ты, старый, выражения-то подбирай, а то повыдергиваю я у тебя всю бороденку, за непочтительность к городскому герою!

Какое-то время они возмущенно смотрели друг на друга, я переводил взволнованный взгляд с одного на другого, вообще не понимая, из-за чего на ровном месте возникла такая нервная ситуация.

Вдруг я увидел, как брови Гмалина хищно изогнулись, губы дрогнули, и он громко захохотал. Тут же расхохотался и мой отец. Они хохотали так заразительно, что я, так ничего и не поняв, тоже стал подхихикивать.

— Ну, ты, старый, и даешь! Сказал, так сказал! — все еще смеясь, произнес отец. — Только ты, действительно, поаккуратней, а то у меня вон, — он мотнул головой в мою сторону, — один весельчак уже есть! Пока добирались до города, я опасался, что мои ребята, от смеха, все штаны себе зассут!

— Ладно, понял, — тоже смеясь, согласился мастер. — Больше не буду!

— А над чем это вы тут так оглушительно хохотали, деда? — вдруг раздался голосок откуда-то сбоку.

Я повернулся и увидел девчонку, ну, я не мастак определять возраст девочек, но на мой взгляд, лет восьми, может, девяти, невысокую, мне, наверное, по плечо, черноволосую, зеленоглазую, с тонкими и очень правильными чертами лица. Она не была красавицей, ну, опять-таки, на мой взгляд, но ее лицо было каким-то… Ну, не знаю. Я вот смотрел на ее лицо, и мне было спокойно и уютно, как будто я дома и мама где-то рядом.

Хорошее лицо, точнее, лицо хорошего человека! Я был искренне рад, что мне удалось ей помочь!

— Внучка, познакомься, — Гмалин смеяться уже перестал, но все еще улыбался. — Это, — он махнул рукой в сторону отца, — легенда нашего города, Брокс Здор, по прозвищу Шутник!

Я увидел, как глаза девчушки расширились, и она буквально уставилась на отца, пожирая его глазами. Я ее вполне понимал — ну, как же, легенда города! Наверняка, дед ей уже все уши прожужжал, вот она и впечатлилась. Хотя, нужно отдать ей должное, такое состояние длилось недолго. Она взяла себя в руки и вежливо поклонилась.

— Очень приятно, уважаемый Брокс Здор, по прозвищу Шутник! Мы рады видеть вас в нашей лавке!

— О, как! — гордо задрал бороду Гмалин. — Чуешь, как шпарит? Мое воспитание!

Отец ничего не ответил, только согласно покивал головой.

— Ну, вот, внучка, — Гмалин уже не усмехался и даже не улыбался. Наоборот, он принял какой-то торжественный вид, подошел ко мне и положил свою руку на мое плечо. — А это — Раст Здор, сын Брокса Здора, по прозвищу Шутник… — он сделал небольшую паузу и закончил: — Именно он и спас тебя из узилища некромага! Если бы не он…

У мастера перехватило горло, и он замолчал, просто махнув рукой.

Девчонка своими зелеными, широко распахнутыми глазищами посмотрела на меня и я… я смутился. Она смотрела на меня с такой благодарностью, что мне стало неловко. Я смущенно потупился и вдруг поймал себя на мысли, что мне хочется шаркнуть ножкой. Это меня разозлило, я поднял голову и прямо посмотрел на девчонку.

Она же низко поклонилась мне и твердым голосом сказала:

— Спасибо, Раст! Я никогда не забуду того, что ты для меня сделал!

— И я тоже не забуду! — присоединился к ней ее дед. — Спасибо, Шутник! Ты вырастил хорошего сына!

И Гмалин низко поклонился отцу.

Теперь уже я мог наблюдать смущенного отца. Так вот, оказывается, от кого у меня привычка смотреть в пол, чтобы скрыть смущение! М-да, сразу видно, что родня!

— Шутник, — выпрямившись, перешел к делу Гмалин. — В последний твой приезд в ирдик, мне помнится, ты кое-что мне заказал и даже, как водится, заказ оплатил, но не забрал. Так, я все сделал! — он зашел за прилавок, нагнулся, чем-то там, под прилавком, пошуршал и достал довольно объемистый сверток.

— Итак, — он не спеша разворачивал ткань, — парные мечи! — из ткани, наконец, показались рукояти и гарды двух мечей. Гмалин, перестал разворачивать сверток, но аккуратно захватил мечи и одним движением извлек их наружу.

У меня непроизвольно вырвался вздох восхищения. Самих клинков я еще не видел, но и ножны были сами по себе произведением искусства. Черные с серебряными нитями. Нити складывались в какой-то рисунок, но вот в какой, я никак не мог понять.

Гмалин потянул один клинок из ножен… Я увидел, что сталь клинка не блестящая, а матовая!

— Э-э-э… — протянул я обескуражено, — а это так и должно быть?! — я ткнул рукой в направлении клинка и только потом обратил внимание на абсолютно обалдевшего отца. Он большими, вытаращенными глазами смотрел на клинок.

— Серебряная сталь! — благоговейно прошептал он и протянул к клинку руку. Рука отца дрожала. Я был так поражен увиденным, что непонимающе посмотрел сначала на отца, а потом на Гмалина. Вид Гмалина меня удивил еще больше! Он стоял, гордо расправив плечи, в его глазах плескалось торжество и гордость, а на губах играла понимающая улыбка.

А вот я, честно говоря, вообще ничего не понял, только появилась догадка, что это какая-то жутко хорошая штука.

«Нужно будет потом у отца спросить, чего это он так затрясся, когда клинок увидал?» — пометил себе я, чтобы не забыть.

Гмалин положил оба клинка на прилавок и сделал шаг назад. Отец полностью вытащил первый клинок, полюбовался им, пару раз махнул им и бережно убрал обратно в ножны. После чего достал второй. Тот был, можно сказать, близнецом первого.

Отец так же внимательно осмотрел его, так же пару раз им махнул, потом убрал в ножны и тяжело вздохнул.

Вот, я не понял?! А чего так тяжело вздыхаем-то? Тебе тут, судя по всему, такой подарок смастрячили, а ты…

— Отличные клинки, мастер! — похвалил отец, печально глядя на них. — Но, насколько я помню, я тебе заказывал из харалуга, так?

— Шутник, — поморщился мастер. — Это мой тебе подарок, за то, что вырастил и воспитал такого сына! Так что, бери, от чистого сердца, с моей благодарностью!

— Так, это ему надо спасибо говорить, не мне! — замялся отец, но руку на мечи все-таки положил.

— А ему я тоже подарок приготовил! — усмехнулся мастер. — По его делам!

Он опять нагнулся под прилавок и вытащил из-под него матерчатый тюк.

— Как там говорят? — начал он, неспешно развязывая завязки. — По делам и оплата?

И он начал доставать и выкладывать на прилавок содержимое тюка…

Глава 12

— Раст, Раст! — я медленно выплыл из воспоминаний. Как раз вовремя, потому что Зерт, оставивший моего отца в одиночестве в голове колонны, и зачем-то подъехавший ко мне, как раз собирался ткнуть своей рукой в мой организм. — О чем это ты так задумался?

Он подозрительно рассматривал меня.

— Да еще и с такой идиотской улыбкой? — не унимался он. — Что, зеленые глаза внучки Гмалина покоя не дают?!

Я промолчал. Очень не хотелось называть его плохими словами, но он сильно нарывался.

— Так, если что, — я стиснул зубы. Вот же, неугомонный! — Раст, ты запомни, тебе о девках думать еще рано!

И он радостно заржал, видимо, ему шутка понравилась. А вот мне — не очень! Ну, зараза, я тебе сейчас устрою!

— А я смотрю, Зерт, ты о только о девках и думаешь! Может, пора уже заканчивать думать и переходить, так сказать, к делу? — и я скорчил самое невинно-заинтересованное выражение лица, на какое был способен.

— Ах, ты! — Зерт несколько мгновений силился что-то сказать, но, видимо, никак не мог подобрать подходящих случаю слов, поэтому только пыхтел, отчего еще больше ярился.

— Зерт, — я решил доделать начатое до конца, — если ты и дальше будешь так пыхтеть и дуться, то просто лопнешь! А как же тогда девчонки? Тебе ведь даже помечтать о них нечем будет!

Я расхохотался и пришпорил Грома, стараясь побыстрее отъехать подальше от орка. И вообще, некоторое время мне придется следить, чтобы он не оказывался слишком близко от меня, ну, до тех пор, пока не успокоится, а то, мало ли что? Я, конечно, сам не знаю, не проверял, но говорят, что орки такими затейниками бывают…

Услышав за спиной стук копыт, я обернулся и понял, что рано радовался — погоня была уже близка! Я сжал коленями бока Грома и умный конь резко рванул вперед, набирая скорость. Мне показалось, что вот такая неторопливая езда моему конику была в тягость, и он сам был не прочь немного размяться.

Стук копыт за спиной сначала стих, видимо, орк на своем скакуне отстал… а потом опять возобновился! Я обогнал впереди плетущуюся карету с нашими дамами, и решил держаться поближе к отцу, уж на его глазах орк сильно меня мутузить не будет, а если что, то батя заступится!

Батя, услышав быстрый перестук копыт за спиной, оглянулся, с весьма озадаченным выражением лица, но, увидев меня и скачущего за мной орка, видимо, сделал какие-то свои выводы и, успокоено усмехнувшись и качнув головой, отвернулся и, как ни в чем не бывало, продолжил свой путь.

Пока я подбирался поближе к отцу, решил немного ускорить события, а то вдруг Зерт злопамятный?! Тогда мне придется стеречься незнамо как долго, и это вряд ли мне понравится. К тому же, я все-таки считал орка своим другом и учителем, а потому избегать встречи с ним считал неправильным. Лучше уж решить все прямо сейчас, тем более, что сильно обижать его я не хотел, у меня как-то само вырвалось!

— Пап! — я закричал, стараясь привлечь внимание отца. — А чего Зерт ко мне пристает?

Подскакав поближе, чтобы не орать во весь голос, а то потом весь отряд будет обсуждать это происшествие, я, все еще смеясь, быстро высказал свои претензии и, не останавливаясь, проскакал чуть дальше, чтобы не попасться орку в лапки.

— Пап, — чуть притормаживая и внимательно наблюдая, с какой стороны Зерт будет его объезжать, чтобы укрыться за другим боком. — Пап, ты ему скажи, что детей обижать нехорошо! Даже, я бы сказал, плохо это!

Отец, с весьма озадаченным видом начал крутить головой, чтобы найти орка взглядом, как он уже подскакал, объезжая отца справа. Я быстро направил Грома навстречу отцу и поравнялся с ним, объезжая его с другой стороны.

Отец крутил головой, пытаясь смотреть то на одного, то на другого, пока мы с Зертом крутились возле него. Устраивать скачки на скорость и выносливость наших коников я считал излишним, так как неизвестно, что ждет нас впереди, а вдруг нам еще понадобится их скорость и выносливость?

К тому же, я не верил, что орк может причинить мне вред, ну максимум, отвесит подзатыльник, но это было дело принципа — не дать себя поймать. Да и веселее так, крутиться вокруг отца, да и ему, глядишь, развлечение, а то в дороге скучно!

Так мы и крутились некоторое время, пока отцу это не надоело.

— Так, стоп! — выкрикнул он и, резко наклонившись вбок, схватил моего Грома за узду, останавливая его. Зерт тут же воспользовался моментом, догнал меня и, я угадал! — отвесил смачный подзатыльник.

— Так нечестно! — возмущенно закричал я. — Тебе отец подыграл! А ты, — я сердито посмотрел на отца, — ты, вообще, за кого? Я не пойму, кто твой сын — я, или этот несносный орк?!

— Ну, что ты еще натворил? — остановившись, осведомился отец и посмотрел сначала на меня, а потом перевел взгляд на орка.

— Брокс, ну, ты хоть скажи ему, что грубить старшим нельзя, за это можно и отхватить! — обиженным тоном пожаловался орк.

— Ага! — возмутился я. — Давай, пап, скажи! И еще добавь, что маленьким и грубить можно, и обижать… — я сделал короткую паузу. — Потому что от них точно отхватить не получится!

Я вызывающе посмотрел сначала на отца, а потом на Зерта. Орк смутился, а отец, тронув коня, неторопливо поехал вперед. Я услышал, как он озадаченно крякнул и вопросительно посмотрел на орка, пристроившегося справа от него. Я, соответственно, пристроился слева.

— Так, — как-то неуверенно начал Зерт, — я подъехал, чтобы рассказать ему, куда мы, собственно, направляемся, а то, я ведь вижу, как он тебя достает при каждом удобном случае!

Чем дальше, тем его речь становилась тверже.

— Я подъехал, а он, понимаешь, едет, мечтает, ничего вокруг не замечает, вот я и решил пошутить, сказать, что он о девках мечтает!

Последняя фраза отцу явно не понравилась и он нахмурился.

— Ну, вот, — продолжал орк, — а твой сын, в ответ, заявил, что, мол, мне пора заканчивать мечтать о девках и начинать их…, ну, ты сам понимаешь…

Отец несколько секунд смотрел на орка и его губы подрагивали. Я, было, задумался, к чему это, когда батя, наконец, не выдержал и расхохотался.

— О-хо-хо! — ржал он. — Что, вот прямо так и сказал?

Батя так хохотал, что вопрос орку он смог задать только в два приема. Зерт мрачно посмотрел на него и кивнул, а отец заржал еще сильнее, хотя, мне казалось, что сильнее уже некуда.

— Нет, ну, надо же! — немного успокоившись, родитель подмигнул мне, а потом повернулся к орку. — А и действительно, Зерт, — отец все подхихикивал, — может, и правда, хватит мечтать?

И он начал ржать по новой. Орк все так же мрачно смотрел на отца, потом покачал головой и так же мрачно уставился на меня.

— А я, что? — я сделал удивленные глаза. — Я — ничего!

Но орк продолжал мрачно разглядывать меня. Я решил, что шутка — шуткой, но все хорошо в меру.

— Ладно! — я примирительно поднял руки. — Я не хотел, Зерт, оно само как-то вырвалось! Правда!

Орк тяжело вздохнул и просто покачал головой, но взгляд его потеплел.

— Хотя, ты тоже меня обидел! — орк непонимающе посмотрел на меня. — Вот зачем ты сказал, что я мечтаю о девках?

Отец повернулся и с удивлением посмотрел на меня.

— Да вы чего? — возмутился я. — По-вашему, что, кроме как о девках, и помечтать ни о чем нельзя?

Я аж задохнулся от возмущения.

— Я, между прочим, — набрав в грудь побольше воздуха, продолжал я, — не мечтал, а вспоминал!

Отец с орком продолжали молча смотреть на меня.

— А вспоминал я, — вкрадчивым тоном пояснил я, — подарки, которые подарил мне Гмалин!

Услышав окончание моей фразы, Зерт закивал головой и зацокал языком, а отец просто крякнул от… Интересно, от чего? От гордости за сына, или от зависти? Хотя, если и от зависти, то точно не от черной!

— М-да! — задумчиво протянул орк. — Действительно, знатные подарки!

— Это да! — подтвердил отец, а я, как будто опять очутился в лавке…

… Гмалин не спеша вытаскивал и раскладывал на прилавке содержимое тюка. Я с интересом поглядывал на раскладываемые предметы, понимая, что что-нибудь из этого явно достанется мне!

Значит, мне нужно определиться, если мне дадут возможность выбрать, то что брать в первую очередь. Пока на прилавке лежали три меча в неказистых ножнах, и Гмалин тянул из тюка еще что-то.

Ага, какой-то маленький арбалет! Нет, игрушка, конечно, симпатичная, но слишком маленький, чтобы из него можно было бы убить воина, да, даже пробить доспех будет проблематично! Решено — арбалет не беру! А, вот и колчан с болтами к нему! Естественно, тоже не беру, зачем, если нет арбалета? Да и болты какие-то хлипкие, так и кажется, что, зажав между пальцами, просто переломлю!

Так, а это что такое? Нет, ну, надо же! Гмалин достал кольчугу темно-коричневого, почти черного цвета! Настоящую кольчугу, сплетенную из колец! Причем кольца были такими мелкими, что стрела не проскочит.

Да! Вот теперь выбирать уже труднее! Что же выбрать, меч или кольчугу? А вдруг, он разрешит взять две вещи? Ну, или за вторую можно и доплатить! У меня, конечно, опыта нет, но судя по разгоревшимся глазам отца, вещи здесь лежат очень хорошего качества.

Хозяин лавки, старый мастер, смотрел на нас с отцом с такой гордой снисходительностью и торжеством, как будто предлагал нам в дар, ну, как минимум королевство! Нет, оружие, это, конечно, здорово, и, скорее всего, это очень хорошее оружие, которым действительно можно гордиться, но вот так… Судя по виду Гмалина, это оружие должно идти даже не на вес золотом, а раз в несколько его весов.

Я просто пожал плечами, в ответ на торжествующий взгляд Гмалина. Увидев мое движение плечами, он понятливо усмехнулся и посмотрел на отца. Тот стоял и разглядывал, выложенное на прилавок оружие.

Оно ему явно нравилось, но того восторга, какой он испытал, увидев причитающийся ему меч из серебряной стали, он не испытывал. Единственное, что как-то разнообразило неказистый вид мечей, пока еще покоящихся в каких-то простых, местами даже потертых ножнах, так это оголовье рукоятей.

Рукояти двух из них были оплетены черной, и даже на вид шершавой, кожей, и в их навершии были вставлены черные камни, причем так искусно, что понять, что это уже не рукоять, можно было, только внимательно присмотревшись.

Тоже самое касалось и третьего меча, только рукоять была оплетена красной кожей и в навершии был камень красного цвета.

Так-то рукояти выглядели красиво, но вот вид ножен…

Я вопросительно посмотрел на отца. Он ободряюще посмотрел на меня.

— Уважаемый, Гмалин, — я решил прояснить ситуацию, а уже потом выбирать, что я из показанного возьму. — И что из показанного вами, вы прочите мне в качестве подарка?

— Так, все, Раст! — мастер опять гордо поглядел на меня. — Это все тебе!

Вот теперь меня проняло! Я подошел к прилавку и начал трогать то меч, то кольчугу…

— А зачем три меча? — я, наконец, устал их трогать и двигать с места на место, но пока не решаясь взять в руки.

— Раст, — все с таким же гордым видом начал объяснять Гмалин, — если ты заметил, то вот эти два меча, — мастер легонько коснулся мечей с черной оплеткой рукоятей, — парные и идут под левую, — он слегка пододвинул один из мечей, — и правую руки! — теперь он пододвинул другой.

— А вот этот, — он так же легко тронул рукой меч с красной рукоятью, — это простой меч. Будешь им сражаться, пока не научишься обоерукому бою. Я надеюсь, отец тебя научит, — он перевел взгляд на батю. — Ведь, научишь, Шутник?

— Конечно! — легко согласился отец.

Я взял в руки меч с красной рукоятью. Он был достаточно легким.

— Это короткий легкий меч для твоей руки, — увидев мое, слегка разочарованное выражение лица, пояснил Гмалин. — Чтобы ты мог им сражаться сейчас, а не ждать, когда подрастешь и обзаведешься внушительной мускулатурой!

— Спасибо, мастер! — я с искренней благодарностью поклонился Гмалину и вытащил клинок из ножен. По глазам ударил блеск стального лезвия.

— А ну-ка, — отец не утерпел и протянул руку, в которую я и вложил клинок, правда, попутно порезавшись! Это какой же он остроты?!

— Раст, ты с ним поосторожней! — неодобрительно качая головой, предупредил меня мастер. — Этот клинок очень острый и не будет тупиться! Ну, во всяком случае, пока сила в камне в навершии не иссякнет.

— А если потом зарядить? — спросил я, глядя, как отец внимательно рассматривает клинок.

— Если вовремя заряжать камень, то клинок вообще тупиться не будет! — заверил меня Гмалин. — Может перевязать? — он показал глазами на порезанный мечом палец.

— А, пустяки! — отмахнулся я и несколько раз лизнул ранку. Я совсем не опасался. Если что, у меня есть перстень-лечилка, а так, порез пустяковый! — А можно посмотреть другие мечи?

— Конечно! — усмехнулся мастер.

Я взял в руки один из мечей с черной рукоятью и вынул из ножен.

— Э-э-э, мастер, — я был обескуражен и не скрывал этого, — а почему такой странный цвет?

Гмалин промолчал, загадочно улыбаясь, а вот батя, услышав мой вопрос, оживился.

— Где? — поинтересовался он, отложив меч, который сейчас держал в руках, в сторону. Я так стоял, что за моей спиной ему меч был не виден.

— Да вот, у меча, — пояснил я, разворачиваясь вместе с мечом лицом к отцу.

Не-е-е, все, что я раньше видел, под названием «удивленный человек» — это были детские потуги! Вот только теперь, глядя на своего родителя, я понял, как должен выглядеть удивленный человек!

Отцовские глаза заняли пол-лица и выпучились так, что я уже приготовился их ловить, если они выпадут. То, что осталось от его лица, не занятое расширившимися до невозможности глазами, побледнело, как будто его намазали побелкой, при этом, предварительно, откачав из организма всю кровь.

— Дай! — прохрипел он и протянул руку. Я, молча, вложил в его руку меч, который перед этим убрал в ножны. А что? Вдруг он тоже очень острый и я опять порежусь?!

Я был потрясен — протянутая отцом рука дрожала! Нет, она не ходила ходуном, как у запойных пьяниц, она именно дрожала, как от нетерпения, от желания прикоснуться к чему-то заветному, я бы даже сказал, сакральному!

Отец, бережно взял меч двумя руками, слегка выдвинул его из ножен и уставился на часть клинка, показавшуюся из ножен. Он стоял неподвижно и молча смотрел на меч. Глаза уже приняли нормальный вид, хотя лицо все еще было бледным, а руки все еще подрагивали.

— Мастер! — наконец, выдавил он из себя и как-то нервно сглотнул. — Мы не можем принять такой дар!

Я стоял молча, потому что вообще никогда не видел отца в таком состоянии! Интересно, это что же за такой меч мне хочет подарить хозяин оружейной лавки, что отец так сильно потрясен?

И тут у меня мелькнула мысль, что Гмалин все, выложенное на прилавке приготовил мне в подарок, а значит, таких мечей — два! Я подошел, взял второй меч и чуть-чуть выдвинул его из ножен. По глазам ударила синяя вспышка. Я задвинул меч в ножны и опять положил на прилавок.

Гмалин, наблюдал за моими действиями и после того, как я вернул меч на прилавок, усмехнулся.

— Ну, надо же, какой воспитанный парень! — весело пробормотал он. — Чего положил — то? Бери-бери, это все тебе! — он добродушно рассмеялся и махнул рукой, как бы очищая прилавок.

— Мастер, — повысил голос отец, — мы не можем взять этот подарок!

— Шутник, не говори ерунду! — нахмурился Гмалин. — Я сам знаю, что дарить, а что нет! И я буду решать, что подарить парню! Я, а не ты!

К концу речи, мастер уже не на шутку разошелся и Диана, так и сидящая тихо на стульчике за прилавком, подскочила к Гмалину, ухватила его руку своими маленькими ручонками и начала эту руку гладить, просяще, снизу вверх, заглядывая ему в глаза и приговаривая:

— Деда, ну, что ты, деда?! Ты только не волнуйся, деда, ты только не волнуйся!

Гмалин, опустив глаза, погладил внучку по голове, потом присел, чтобы его лицо оказалось примерно на уровне ее лица и, обняв девочку и прижав ее к себе, успокаивающе забормотал:

— Ну, что ты, Дианка, все хорошо, я же совсем не сержусь! Я немного расстроен, вот и все! Не волнуйся, хорошо?

Девочка молча кивнула головой.

— Ну, вот и умница! — Гмалин погладил ее по голове и встал.

— Мастер, — отец почему-то не унимался. Нет, ну, действительно, мастеру же видней, что дарить, а что нет! Его же никто о подарке не просил, и его не требовал! В принципе, я бы обошелся одним «спасибо» и этого было бы достаточно! Ну, и, конечно, чувства, что сделал действительно доброе дело!

Но отец, почему-то категорически не хочет брать эти клинки. Интересно, что в них такого?

— Мы не можем взять эти клинки! Я даже не буду говорить, что это дорого, я скажу, что, наверное, в нашем мире таких клинков больше нет! — неужели отец это серьезно? Что, получается, совсем уникальные клинки?

— Ну, — усмехнулся мастер, — таких, действительно, нет! Эти клинки сделаны для Раста, под его руку. А вообще, такие клинки есть. Немного, сам понимаешь, но есть!

— Ага, ага! — как-то ядовито согласился с Гмалиным отец. — В коллекции каких-нибудь богачей-толстосумов или королей с императорами! Которые время от времени хвастаются гостям их наличием!

— Ну, это ты сильно преувеличил! — опять усмехнулся Гмалин. — Нет, есть и такие, как ты сказал, но есть и те, кто ими сражается!

— Хотел бы я на них посмотреть! — пробормотал отец. — И все равно, — он упрямо гнул свою линию, — делать такие дорогие клинки парню, который еще растет и скоро из них вырастет…

— О! — обрадовался хозяин лавки. — А вот тут ты не прав! — он гордо обвел нас взглядом. — Видишь черные камни в навершии?

Отец кивнул, я — тоже.

— Так вот, чтоб ты знал, — выражение лица Гмалина сменилось, и он стал похож на учителя, даже указательный палец поднял, чтобы привлечь наше внимание, как всегда это делала Бирка, моя сестра. И ей удалось меня к этому жесту приучить, так как я, увидев поднятый Гмалиным палец, оставил все размышления и приготовился его слушать самым внимательнейшим образом.

— Эти камни, пока они заряжены, а ты сам знаешь, что черные камни самые емкие, мечи будут подстраиваться под Раста, его руку, рост и вес. Немного, конечно, но я их сковал мальчику на вырост. Он сейчас ими пользоваться не сможет, именно поэтому здесь — третий меч. Они ему станут по руке лет в шестнадцать-семнадцать. Вот тогда камни и начнут корректировать рукоять и баланс мечей.

— Погоди! — отец вдруг как-то подозрительно посмотрел на Гмалина. — Ты сказал, что ковал их сам?!

Тот кивнул головой и гордо задрал подбородок.

— Но… — О! А я думал, что отца потрясти больше, чем несколько минут назад, невозможно! Как же я ошибался! — Но ведь работать с синей сталью имеют право только…

И он потрясенно уставился на Гмалина.

— Па-а-а-адумаешь! — как-то легко отмахнулся хозяин лавки.

— Нет, погоди! — не успокаивался отец. — Этих мастеров только две дюжины на весь мир! Я видел этот список, правда, случайно и я поклялся никому об этом не говорить, но тебя в этом списке точно не было!

— Было — не было! Тебе-то какая печаль? Что ты хочешь выяснить? — опять начал сердиться мастер. — Твоему сыну дарят клинки, а ты тут устраиваешь целое расследование! Знаешь поговорку — «дареному коню в зубы не смотрят»? — отец кивнул. — Вот и не смотри! Забирай! Да, — он мельком посмотрел на меня и усмехнулся, — и потом сыну расскажи об этих клинках, а то он пока еще не понял, что это за подарок.

— Но, мастер, это же дорого! — вновь завел свою шарманку отец.

— Шутник, твой сын — единственный, кто решил помочь мне в беде! Ни городская стража, ни гильдия наемников не сделали ровным счетом ничего! И только твой сын вызвался помочь! Сам предложил, я его об этом не просил! И ему это удалось! А ты заладил — «дорого! Дорого!»

И он осуждающе посмотрел на отца. Тот потупился, но упрямо пробормотал:

— Ну, так, мастер, дорого ведь!

— Шутник! — каким-то усталым голосом произнес Гмалин. — Диана, это все, что осталось от моей семьи. Неужели ты думаешь, что я жизнь и здоровье внучки так низко ценю?

И он вызывающе посмотрел на отца. Тот отрицательно помотал головой и вдруг низко поклонился хозяину оружейной лавки.

— Спасибо, мастер!

Лицо Гмалина смягчилось, он усмехнулся и веселым голосом сказал:

— Давай-давай, разгибайся! Если мы с тобой начнем по каждой мелочи поклоны бить, то вы никогда отсюда не уйдете! — он помолчал. — М-да, — вдруг хитро прищурился он. — И тогда мне придется вас кормить, а учитывая растущий организм твоего сына, вы меня очень быстро разорите!

И он рассмеялся. Батя тоже засмеялся, а я лишь вежливо улыбнулся, не поняв смысла. Отсмеявшись, Гмалин сдвинул все три меча в сторону.

— Так, с мечами мы худо-бедно разобрались. — Он, подняв бровь, посмотрел на отца. — Разобрались ведь?

Отец согласно закивал головой.

— Ну, и отлично! — в свою очередь кивнул головой мастер. — Теперь — кольчуга. — Он взял кольчугу с прилавка. Кольца тихонько зашелестели. — Сами понимаете, сплести кольчугу за несколько дней, конечно, можно, но вот только качество… Короче, эта кольчуга из старых запасов, делал давно, но парню должна быть как раз. К сожалению, у меня нет таких камней, чтобы она изменяла свой размер, подстраиваясь под владельца, да и сам я даром не обладаю, поэтому, просто носи ее, пока не вырастешь.

Он поднял кольчугу на вытянутых руках и растянул ее так, чтобы она стала мне вся видна.

— Даже арбалетным болтом не пробить! — гордо похвастался он, а потом добавил:

— Правда, синяки и переломы от удара — это все за твой счет!

Честно говоря, я не очень понял о каких синяках и переломах мастер ведет речь, но решил потом уточнить у родителя, потому что он, услышав слова Гмалина, просто кивнул головой. Значит, понял о чем речь!

Мастер кивнул ему в ответ и положил кольчугу рядом с мечами. А потом спохватился и вновь поднял ее и расправил.

— А ну-ка, примерь! — он встряхнул кольчугу.

— Что, прямо здесь? — удивился я.

— Конечно! — кивнул головой мастер. — нужно посмотреть, как сидит, возможно нужно будет что-то поправить. Так, пока есть время…

— Рубашку не снимай, — посоветовал подошедший ко мне отец. — Кольчугу на голое тело никто не одевает!

— Хорошо! — я пожал плечами, потому что куртку я и не одевал — на улице тепло, чай, лето!

Я взял кольчугу и начал ее одевать. С непривычки выходило неуклюже, но отец мне помог и вскоре я ощутил на своих плечах тяжесть настоящей кольчуги! Впечатления были — ого-го! Я покрутил корпусом, но тут же был остановлен сердитым окриком мастера:

— Не вертись! Стой спокойно!

Я замер. Гмалин внимательно осматривал меня спереди, зачем-то проверял плечи, провел ладонью по груди, а потом велел поднять сначала одну руку, потом другую.

— Хорошо! — покивал головой Гмалин. — Как на него плел! — он смотрел весело, явно гордясь своей работой. — А теперь помаши руками, покрути ими, поводи влево-вправо! — командовал он.

Я послушно исполнял все, что он велел.

— Ну как, нигде не тянет, не жмет? — он вопросительно смотрел на меня.

— Да нет! — я пожал плечами. — Все отлично, просто непривычно немного.

— Ну, и хорошо! — с облегчением улыбнулся мастер. — Носи на здоровье!

После этого он повернулся к прилавку и взял в руки арбалет, покрутил-повертел его в руках, потом качнул головой.

— А вот эта вещица — не моя, — он что-то где-то нажал, потому что я абсолютно точно слышал щелчок, и несколькими точными движениями разобрал арбалет по частям и сложил все на прилавок.

Я не утерпел и подошел поближе. На прилавке лежала рукоять, за которую Гмалин держал арбалет, собственно, дуги с тетивой, причем, я обратил внимание, что тетива была металлической, и сам корпус с каким-то штырьком внизу.

— Давно он у меня лежит, — с виноватым вздохом признался мастер. — Я все хотел начать делать такие же, да все руки не доходили. Теперь уже и не дойдут. — Признался он. — Так что, чтобы хорошая вещь не пропадала…

— Так, — я не утерпел, — это же игрушка, а не оружие, так, от какого-нибудь прохожего защититься. Доспех то он не пробьет — мал больно, сильно болтом не выстрелит!

Гмалин ничего не сказал, только усмехнулся. Потом в три движения собрал арбалет, причем, изначально, дуги лука были сложены вдоль корпуса. Но вот когда он взял арбалет за рукоять, видно при этом что-то нажал, потому что раздался щелчок, и дуги раздвинулись, принимая боевое положение.

Хозяин лавки потянулся к тулу, в котором, как я увидел, болтов было всего ничего, точно не рассмотрел, но то ли один, то ли три, в общем, совсем немного! Он вынул болт, положил его в специальную канавку, потом опять что-то сделал, я услышал еще один щелчок, и металлическая тетива натянулась и зафиксировалась в таком натянутом положении.

Гмалин быстро оглядел свою лавку, видимо, прикидывая, куда выстрелить, и поморщился, так как ничего не нашел. В замешательстве он почесал голову и задумался.

— Деда! — Диана сидела на своем стульчике так тихо, что я все время забывал, что она тоже тут присутствует. — А у нас ведь есть старый манекен с доспехом, о который ты всегда пробовал мечи! Может, он подойдет?

— О! — Гмалин оживился. — Ща принесу, побудьте здесь!

И он быстро исчез в двери за прилавком.

— Пап, — я решил использовать возникшую паузу, — а почему Гмалин про кольчугу сказал, что синяки и переломы за мой счет? Какие синяки и переломы, от чего?

— А! — отец скривился. — Это просто! Кольчуга стрелу или болт — удержит, но вот сила удара, она никуда не денется!

— То есть, ты хочешь сказать, что от удара стрелы или болта у меня могут появиться синяки?

— И синяки, — согласно кивнул отец, — и переломы тоже!

— Особенно если попадет по ребрам! — пояснил Гмалин, втаскивающий в лавку деревянный манекен, с накинутыми поверх деревяшки доспехами.

Поставив его прямо у двери, из которой он его вынес, хозяин лавки взял с прилавка арбалет и отошел к противоположной стене. Между ним и манекеном было метров десять. Гмалин вскинул руку с арбалетом, раздался щелчок…

Полета болта я не заметил. Посмотрев на манекен, болта, застрявшего в доспехах, я не обнаружил, окинув взглядом пол около манекена, болта тоже не нашел. Интересно, где он? Мы с отцом сгрудились у деревяшки, внимательно рассматривая доспехи. Гмалин со снисходительной улыбкой наблюдал за нами.

Отец, как более опытный, нашел лишнее отверстие в доспехе довольно быстро, хотя среди всех этих вмятин, рубцов и дыр различной формы и размеров, как он это сделал, осталось для меня загадкой. Потерев ее пальцем, он схватил манекен и развернул его спиной к нам. И только тогда я заметил, что доспех на спине как-то странно топорщится.

Отец принялся снимать с деревяшки нагрудник, Гмалин стал ему помогать.

— Надо же, — сокрушался мастер, — не пробил!

— Так, это же нагрудник от рыцарского доспеха, — пыхтел рядом с ним отец, поднимая железо над манекеном. — Сейчас такие уже не носят!

Я чуть не расхохотался! Со стороны их речь напоминала разговор двух модников о том, какие тряпки модно носить в этом году!

Наконец, нагрудник был снят, и тогда Гмалин отстегнул ремешки, которыми крепилась к деревяшке задняя часть кирасы и, придерживая ее, осторожно отслонил от деревянного манекена.

Болт обнаружился там. Он чуть-чуть вошел в доспех, предварительно пробив нагрудник и деревяшку.

— Ну, что, Раст, — с победной усмешкой посмотрел на меня Гмалин, — ты и теперь будешь утверждать, что это всего лишь игрушка?!

Я замотал головой.

— Не-е-е, сейчас не буду! — заверил его я. — Штука здо́ровская, вот только научи́те, как ею пользоваться.

— Да, там ничего сложного нет! — уверил меня хозяин лавки. — Ты научишься быстро! Вот только здесь есть еще одна тонкость!

Он повернулся к прилавку и взял тул с арбалетными болтами.

— Тот, кто мне, можно сказать, подарил эту вещицу и сам не знал, как это работает. Сказал только, то это изделие самого Абу-иль-Салаха!

Я безразлично пожал плечами, не разделяя энтузиазма, звучащего в голосе мастера.

— А-а-а, я понял! — усмехнулся Гмалин. — Тебе это имя ничего не говорит, я прав?

Я кивнул головой.

— Это выдающийся оружейник, можно сказать, гений! Прославился, как конструктор магического оружия! Жил в султанате Кариф. Делал оружие на заказ, не больше двух экземпляров одного вида! Так что, у кого-нибудь может быть что-то похожее!

Он покрутил в руках тул.

— В этом туле всегда три болта. Если ты один из болтов достал из тула и выстрелил им, то в туле все равно появится третий болт! Я как-то сделал еще несколько болтов, чтобы запас был больше, но те болты не восполнялись, а расходовались, как в обычном туле. И только эти три всегда в нем.

Гмалин повернул тул ко мне, и я увидел, что в туле действительно три болта.

— Как это происходит ни тот, кто мне подарил его, не знает, ни я. Я столько раз собирался разобраться с этим арбалетом и тулом, но все время что-то мешало! Да, кстати, не знаю, правда это или нет, но отобрать силой или украсть этот арбалет нельзя. Можно только подарить его.

— А продать? — я задал, может, и неуместный вопрос, но для меня интересный. Нет, не то, чтобы я собирался его продавать, просто мне была интересна степень, так сказать, защиты. То есть, любое ли добровольное действие возможно с этим оружием, или есть ограничения?

— Я не знаю! — пожал плечами Гмалин, а потом вскинулся. — Ты что, хочешь…

— Мастер, я не собираюсь его продавать! — я замахал руками в жесте отрицания, и быстро объяснил подоплеку своего вопроса.

— Я не знаю, — повторил Гмалин, выслушав меня. — Ладно, теперь в этом во всем разбираться тебе, да и твоему отцу! А пока, пойдем, я покажу тебе что и как работает.

Я подошел поближе.

— Значит так, — мастер взял арбалет в руку. — Смотри, я беру за рукоять и сжимаю руку…

Дуги арбалета, со щелчком, сложились вдоль корпуса.

— Вот! — ничуть не обескураженный, Гмалин продолжил. — Я сжимаю руку еще раз.

Дуги со щелчком опять развернулись в боевое положение, и тетива уже была натянута!

— Кладем болт, — мастер достал из тула болт и положил его в канавку. — Прицеливаемся, — он сделал вид, что куда-то целится, — и стреляем, нажимая вот на этот шпенек.

Он нажал на него, раздался щелчок, и болта в арбалете не стало!

Гмалин небрежным жестом развернул тул и показал мне.

В туле было три болта.

— Вот так! — гордо заявил он, обращаясь к нам с отцом, и положил арбалет и тул к мечам и кольчуге. Диана, понимая, что представление подарков закончено, встала со стула, на котором сидела и подошла к мастеру.

— Ну, — гладя ее по голове, произнес Гмалин, — подарки все подарены… Не буду вас задерживать, у вас, наверное, еще много дел… — он смотрел куда угодно, но только не на нас с отцом. — Просто помните, что когда бы вы ни приехали в этот город, двери нашего дома всегда будут открыты для вас!

А девчушка вдруг подошла ко мне и, глядя мне прямо в глаза своими зелеными глазищами, вдруг заявила:

— Приезжай, Раст, я буду тебя ждать!

Я просто офигел! Совсем не представляя, что делать, я просто молча кивнул и посмотрел сначала на отца, а потом на Гмалина. Удивительно, но реакция у этих взрослых была одинаковой — они оба улыбались!

Нужно будет потом у бати спросить, чему это он так радовался?!

Гмалин с Дианой проводили нас, выйдя вместе с нами на улицу. Как мне объяснил отец, это верх учтивости хозяина по отношению к гостю. Мы махнули им рукой и зашагали по улице.

Когда мы почти дошли до поворота, я обернулся и увидел две фигуры. Одна — невысокого роста, кряжистая и широкоплечая, а вторая — гораздо ниже ростом, тоненькая. Они так и стояли, глядя нам вслед и только тоненькая фигура, видимо, заметив, что я обернулся, подняла руку в прощальном взмахе!

Глава 13

Как только мы отошли от лавки Гмалина на несколько шагов, я тут же пристал к отцу с расспросами, пока еще я эти вопросы помнил, а то в суете предстоящих дел, вполне мог их и забыть.

— Пап, — я решил начать с самого, на мой взгляд, главного и интересного, — слушай, а чего ты так всполошился, когда узнал, что Гмалин мне сделал мечи из какой-то разноцветной стали?

— Не разноцветной! — к моему удивлению, отец очень резко поправил меня, явно недовольный моей «оговоркой». — Синяя сталь, в некоторых странах она носит название голубой или ледяной стали, — он помолчал, собираясь с мыслями. — Так вот, это, можно сказать, легендарная сталь, работать с которой разрешено всего двум дюжинам мастеров, а рецепт ее варения знают и того меньше.

Он замолчал и задумался. Я некоторое время подождал, а потом, видя, что он не собирается продолжать, подергал его за рукав.

— И что? Две дюжины могут с ней работать, рецепт почти никто не знает… Что, настолько хороша?

Отец хмыкнул и промолчал. И когда я уже собирался опять его потеребить, он вдруг ожил.

— Сам понимаешь, у меня такого оружия никогда не было, и у моих знакомых — тоже, но, по слухам, оружие из синей стали никогда не тупится, сломать его невозможно, а вот оно может рубить все, поговаривают, даже камень, без какого-либо ущерба для себя и главное — оно каким-то образом настраивается на хозяина и украсть его или взять, допустим, отобрать у тяжелораненого, не получится. Во всяком случае…

Тут мы дошли до угла и я, перед тем, как свернуть на другую улицу, оглянулся и увидел две фигуры, одиноко стоящие посреди улицы и смотрящие нам вслед. Не узнать Гмалина и его внучку Диану было невозможно. Диана подняла руку и помахала мне, я не удержался и помахал ей в ответ.

— Вот так! — услышал я возмущенный голос отца. — Я ему, понимаешь, тут распинаюсь, рассказываю то, что знаю о его оружии, а он не пойми чем занимается!

— Ну, пап! — я считал, что я прав, а потому решил просто объяснить ему свое поведение. — Я просто обернулся и увидел Гмалина с Дианой. Она помахала мне рукой, я ей тоже махнул в ответ! Что в этом такого?!

— Да, ничего такого, — отец уже немного остыл, — кроме того, что я тебе рассказываю, а ты не слушаешь! Вот, что я сейчас сказал?

— Ты сказал, что украсть, отобрать или изъять это оружие хитростью или силой — невозможно, — я вопросительно взглянул на отца.

— Гм, — мне показалось, что он смутился, — ну, да! Так вот, а у тебя еще, ко всему прочему, как сказал мастер, эти мечи будут подстраиваться под твою руку по мере роста! Теперь ты понимаешь, какой дорогой подарок сделал тебе Гмалин?!

— Что, действительно дорогой?! — решил уточнить я. — А сколько эти мечи могут стоить?

— Тьфу ты! — отец в сердцах сплюнул на мостовую. — Я ему о боевых качествах, а он о цене!

И при этом отец посмотрел на меня сердитым взглядом, но каким-то… как будто он прикидывал, а достоин ли я этих клинков?.

— Да, нет, пап, — эту ошибку нужно было срочно исправлять, — я же не собираюсь их продавать! Просто ты и в лавке кричал, что они дорогие, и сейчас то же самое сказал, вот я и спросил! Я же понимаю, что это очень хорошие клинки, но мне просто интересно!

— Интересно ему! — проворчал отец, но уже совсем не сердито. — Дорогие они! За эти клинки королевство, конечно, не купишь, да и герцогство вряд ли, а вот графство — запросто, а если подойти с умом, то и два можно, за каждый клинок по вотчине!

— Ох, ни хрена ж себе! — от услышанного я даже споткнулся на абсолютно ровном месте. Но, зато, пока я, ругаясь про себя, восстанавливал равновесие, вспомнил еще кое-что интересное.

— Пап, — я решил тут же озвучить, пришедшую в мою голову мысль. — А вот, Гмалин же тебе тоже сковал меч из какой-то непростой стали…

— Из серебряной, — уточнил отец.

— Ну, да, из серебряной, — поправился я. — А она лучше синей?

Отец усмехнулся, видимо, уловив в моем тоне тревожные нотки. Действительно, вдруг синяя сталь не так хороша, а я уже губы раскатал!

— Нет, — успокоил меня отец, — серебряная сталь хуже синей. Синяя сталь — это вообще считается шедевром кузнечного ремесла! Я тебе уже говорил, что работать с ней могут немногие, и не потому, что какой-то запрет, а потому что просто не хватит мастерства! Там есть какие-то тонкости в ее производстве. Говорю сразу, — он видимо заметил, что я собираюсь задать вопрос, — я не знаю! Если тебе это так интересно, то можешь попытать Гмалина! Хотя… — он опять замолчал и еле слышно пробормотал себе под нос: — Интересно, почему его не было в том списке? Или список не полный, или он раньше носил другое имя.

Только я навострил уши, чтобы послушать батины размышления, как он резко оборвал сам себя и подозрительно на меня покосился. Я сделал вид, что о чем-то сильно задумался, и… опять споткнулся! Что же мне сегодня так не везет?!

— Короче, — продолжил вдруг отец, видимо вспомнив о заданном мной вопросе, — серебряная сталь по сравнению с синей, это как простой стальной меч по сравнению с харалужным. Усек?

Я кивнул головой. А чего тут сечь? Я так сразу и понял, что офигительные мечи мне Гмалин подарил! Осталось научиться ими работать, но это я сделаю, это зависит только от меня, а желание у меня есть.

— Пап, — пока у отца хорошее настроение, я решил попробовать обратиться к нему с просьбой. — Я хочу попрощаться с ребятами, с которыми лазил в подземелье, за Дианой.

— И чего ты хочешь? — недоуменно посмотрел на меня отец. — Моего разрешения? Так, считай, что оно у тебя есть!

— Нет! — я мотнул головой. — А можно мы соберемся на нашем постоялом дворе, так, рядом с тренировочной площадкой?

— Ну, а почему нельзя? — пожал плечами отец.

— И еще… Пап, — я волновался, так как это была самая слабая часть моей просьбы. Я замялся, а потом просто подумал:

«А! Ну, в конце концов, он откажет, ну и что? Просто не получится сюрприза, и все!»

И, ободренный этой мыслью, я и озвучил свою просьбу отцу, поглядывающему на меня с любопытством.

— Пап, ты же у нас, оказывается, городская легенда, — отец, молча, кивнул головой, при этом многозначительно хмыкнув. — А не мог бы ты, ну, прийти к нам и сказать ребятам пару слов? Они бы гордились этим…

Я вопросительно посмотрел на отца. Он думал буквально мгновение.

— Хорошо! — я от радости подпрыгнул. — Только скажи, во сколько вы собираетесь, ладно?

— Угу! — ликуя, согласился я и, вспомнив нашу первую встречу-знакомство, продолжил: — Но, скорее всего, между восемью и девятью часами!

— А поточнее? — скривился отец.

— А поточнее я тебе скажу позже, сейчас я просто обозначил самый вероятный промежуток!

Отец покивал головой, в знак того, что он понял.

— Пап, ну, я тогда побегу, предупрежу ребят? — предложил я.

— Беги! — согласился отец и взял у меня тючок с его мечом, подаренным ему Гмалиным, и присоединил к тюку, в котором лежали мои подарки. — Только не забудь потом сказать мне время! — напомнил он.

— Обязательно! — пообещал я, уже развернувшись на бегу.

До трактира старого Гелли я добрался очень быстро, от избытка чувств я бежал почти всю дорогу.

— Ты чего такой заморенный? — встретила меня вопросом, стоящая за стойкой Гринель. — Или за тобой кто-то гонится?

— А? — я только вошел и еще не успел даже понять, о чем это она. — Кто гонится?

— Ну, не знаю! — она явно подсмеивалась надо мной. — Это я у тебя спрашиваю, кто за тобой гонится?

— А! — я махнул рукой. — Никто не гонится, просто бежал всю дорогу, боялся опоздать. А Демис тут?

Я все выпалил одним махом, и хозяйка заведения впала в ступор на несколько мгновений, пытаясь разложить по полочкам то, что я только что ей сказал.

— Пока здесь, — отмерла она, разобравшись, — позвать?

— Если можно! — благодарно кивнул я. — И… это, добрый день, Гринель! — я вспомнил, что еще не поздоровался.

— Добрый, Раст, добрый! — усмехнулась хозяйка, показывая, что ничуть на меня не обиделась, и громко крикнула: — Эй, Демис! Тащи сюда свои худые мослы! К тебе пришли!

Потом посмотрела на меня и попросила:

— Ты его надолго не отвлекай, у него там работа…

— Нет, Гринель, я совсем быстро, вот увидишь! — пообещал я.

Появившийся Демис, увидев меня, расплылся в улыбке.

— Привет Демис! — я протянул ему руку.

— Здорово, коли не шутишь! — он с размаху хлопнул ладошкой по моей ладони.

— Слушай, Демис, я ненадолго! Мы завтра уезжаем, хочу попрощаться. Можешь собрать пацанов, с которыми лазили в подземелье сегодня вечером?

Я вопросительно смотрел на собеседника.

Парень немного подумал, а потом кивнул головой, но потом решил уточнить.

— Только тех, кто с нами под землей был?

— Да, только их! — я решил, что остальные перебьются.

— Смогу, — еще раз кивнул Демис. — Где?

— Тогда приходите на постоялый двор, я буду ждать! — определил место я. — Только, Демис, — я немного замялся, — у меня тут еще кое-какие дела есть, поэтому, не скажешь примерно, когда вас ждать?

Демис ненадолго задумался, а потом сказал:

— А давай, как в прошлый раз, где-то между восемью и девятью часами.

— Тогда, давай в половину девятого? — предложил я. Демис опять задумался ненадолго, а потом согласно кивнул.

— Давай!

— Ну, тогда до встречи! — я махнул ему рукой и направился к выходу.

— До свидания, госпожа Гринель! — вежливо попрощался я с хозяйкой трактира.

— Пока, Раст! — ответила мне Гринель. — Ты заходи, если что!

— Обязательно! — пообещал я и быстро выскочил за дверь.

Придя на постоялый двор и поднявшись в нашу с Зертом комнату, я застал воистину эпическую картину.

Батя, с видом человека только что пожавшего руку одному из богов-заступников, демонстрировал орку мои мечи из синей стали. Судя по полу, уже обильно закапанному слюной Зерта и небрежно брошенному на кровать батиному подарку от Гмалина, своим мечом из серебряной стали, он уже похвастался и теперь шел, как он обычно говорил «гвоздь программы».

На звук открывающейся двери они обернулись и, увидев меня, стали своим видом похожи на малышей, которых застукали, когда они писали на соседский забор.

Я расхохотался, настолько уморительно они выглядели.

— Зерт, слюни подбери, а то уже весь пол закапал! — сквозь смех выдавил я. Орк покраснел и нахмурился.

— Ну, как тебе эти мясорубки? — отсмеявшись, я небрежным жестом указал на меч, что все еще держал в руках орк.

— Это… это… — Зерт никак не мог выразить свою мысль. Я его не торопил, ждал. — Они прекрасны! — наконец, твердым голосом заявил он.

— Зерт, — я решил его немного подколоть, но я не успел.

— Раст, — отец влез в наш разговор, — ты определился со временем?

Естественно, я понял, о чем он спрашивает.

— Да! — я был краток. — Полдевятого.

— Чего полдевятого? — тут же поинтересовался орк.

— А! — отмахнулся отец. — У Раста в полдевятого прощание с пацанами, которые дети подземелья. — Пояснил отец.

— Понятно! — бросил орк и вышел из комнаты.

— Так, мне тоже, пожалуй, пора, — сделав озабоченное лицо и взяв с кровати свой новый меч, пробормотал батя. — Я пошел, — он развернулся к двери, — а ты прибери тут, убери оружие с глаз, я потом приду, заберу его к себе. Пусть пока у меня полежит!

С этими словами он испарился из комнаты, хлопнув на прощанье дверью, а я остался наводить в ней порядок, порушенный этими двумя взрослыми!

Мне хватило времени и на наведение порядка, и сходить в баню, и даже поужинать успел, предварительно попросив хозяина постоялого двора, чтобы он для нас с ребятами приготовил чай с выпечкой. Тот пообещал, что все будет сделано, цитирую, «в лучшем виде»!

Ребята пришли, как и обещали в половину девятого, я их уже ждал, удобно расположившись на крыльце. Увидев пацанов, гурьбой зашедших в ворота постоялого двора, я махнул им рукой и, сбежав с крыльца, пошел им навстречу.

Поздоровавшись со всеми и пожав каждому руку, я распорядился:

— Демис, веди ребят за стол, где мы в прошлый раз сидели, а я сейчас подойду!

Демис кивнул головой и повел ребят к столу около тренировочной площадки, а я метнулся к отцу, чтобы напомнить о своей просьбе, ну и заодно, сказать хозяину, что можно подавать и чай и выпечку.

Вернулся я к ребятам вместе с отцом, когда им уже накрыли стол, и они вовсю уплетали сладкие булочки и пирожки. Пацаны, увидев подошедшего к ним отца, прекратили жевать и, как по команде, уставились на него. Ну, еще бы, живая легенда города!

Отец окинул взглядом пацанов и усмехнулся.

— Ребята, прежде чем вы с моим сыном начнете тут решать свои дела, я хочу сказать вам всем огромное спасибо!

Я заметил, что после этих слов глаза у пацанов заблестели, а грудь гордо выпятилась.

— Вы могли просто отказаться помочь, ведь, в сущности, это была просто просьба, а риск, как мы видели, был немалый. Но вы пошли и, по сути, совершили невозможное — убив некромага, вы спасли трех человек. Причем, если бы вы его не остановили, то жертв могло бы быть намного больше! Так что я — Брокс, по прозвищу Шутник, говорю вам: Спасибо!

И отец, и вправду, склонил голову, а потом, озорно усмехнувшись, закончил:

— Ну, ладно, что хотел — я сказал, все, всем привет!

И, развернувшись, быстро ушел по своим делам.

М-да! Ну, кто знал?! В следующий раз буду умнее. Весь вечер ребята говорили только о том, что как им повезло, что такой человек, как мой отец, пришел и поблагодарил их! Как они горды, как они будут об этом рассказывать своим друзьям, знакомым, близким и… ну, в общем, всем!

Чуть отвлеклись они только, когда я достал из сумки золото, разделил его поровну и раздал им. Да и то, помечтать, куда они его пустят, им хватило ненадолго, и все опять вернулось к теме моего отца и как им повезло, а уж как мне везет быть его сыном…

В общем, я там чуть плеваться в конце не начал, так мне все это надоело! Все мои попытки сменить тему просто пропускались мимо ушей! Сегодня вечером у них была только одна тема и я, поняв это, тяжело вздохнул и запасся терпением, чтобы не начать ругаться и досидеть до конца.

Нет, их можно было отвлечь, если рассказать о подарках Гмалина, а уж если и показать… Но я решил этого не делать, а то, мало ли кто кому чего скажет, да и, честно говоря, просто испугался, что тогда они меня точно замучают своими разговорами и просьбами.

Наконец, ребята засобирались домой. Я с радостью проводил их до ворот, со всеми тепло попрощался, выслушал их напутствия, пообещал, что когда буду здесь опять, то обязательно их разыщу…

В общем, проводив их, с невероятным облегчением вернулся в нашу с Зертом комнату и завалился спать.

А на следующий день, после завтрака мы покинули город.

Я выплыл из воспоминаний и осмотрелся. Наш небольшой караван все так же, не торопясь, тащился по степной дороге. Стоп! По степной? А когда это мы успели в степь заехать?

Я начал крутить головой и с облегчением увидел, что от леса мы еще совсем недалеко успели отъехать.

«Интересно, что отец забыл в степи, зачем он сюда потащился?» — начала мучить меня мысль и у меня возникло такое чувство, что ответ мне не понравится! А, увидев скачущего в моем направлении Зерта с сияющей физиономией, я просто сложил два и два, и получил в сумме…

Ну, в общем, я понял, куда мы едем, и примерно представил — зачем. Я решил, что отец все сделал правильно и от души порадовался за него, а потом вздохнул и покосился на левую руку, где на пальце красовался перстень-лечилка с зелеными-зелеными камнями, что свидетельствовало о полной зарядке накопителей.

— Раст! — подскакавший Зерт улыбался так радостно, что я не выдержал и улыбнулся в ответ. — Поехали, тебя отец зовет!

Эпилог

— Слушай, а что, вообще, происходит? — нестарый еще мужчина, но уже абсолютно седой, удобно устроившись в кресле, рядом с рабочим столом, неспешно потягивал красное вино из бокала, который держал в левой руке.

— А что не так? — насторожился его собеседник, тоже сидящий в кресле, только за рабочим столом, так как он и являлся хозяином этого кабинета. В отличие от гостя, он не пил, да на его столе и бокала-то не было — только бумаги, над которыми он работал, когда пришел гость, и початая бутылка красного вина, которую его посетитель на его стол и водрузил.

Хозяин кабинета поморщился, увидев это, но промолчал. Гость тоже некоторое время молчал, попивая вино и явно наслаждаясь этим.

— А вот смотри! — вдруг оторвался он от своего занятия. — Сначала кто-то оплачивает контракт трех отрядов…

— Ну, так мы выяснили кто! — возразил хозяин кабинета. — Так что, здесь все в порядке, тем более, что такие анонимные заказы время от времени бывают.

— Бывают, — согласился гость, — но не три отряда одним нанимателем! Полтысячи бойцов! Он что, хочет завоевать все баронства, или… — тут гость замолчал, от внезапно пришедшей в его голову мысли.

— Или устроить резню в одном, отдельно взятом! — подхватил его мысль хозяин кабинета. — И, кстати, по поводу пятисот бойцов — это ты загнул! Не более четырех сотен!

— Ха! — согласился гость. — Ну, да! Интересно, зачем нанимателю понадобился отряд «Длинные клинки», который иначе, чем «Длинные языки» никто не называл, они же огребали во всех драках! И кто им этот отряд так отрекомендовал?!

— Это да! — хохотнул хозяин кабинета. — Причем, в заявке они стояли первыми, даже выше «Звездочетов» и «Стальных ребят»! Я как увидел, думал, сдохну от удивления! — и он поднял обе брови.

— Да… — протянул гость, опять прикладываясь к бокалу и от удовольствия закатывая глаза. — Интересно, кто это такой языкастый и красноречивый, что так резко убедил нанять «Клинки»? Хотя… — он помолчал. — Да! Сейчас речь не об этом! Итак, — он поставил бокал на край стола, — смотри. Три отряда нанимает один заказчик, который советует, так, по-дружески, не давать найма представителям баронства Смел.

— О, как! — оживился хозяин кабинета. — А я об этом ничего не знал! Чего не сказал-то?

— А того и не сказал! — раздраженно ответил посетитель и снова взял бокал. — А то ты не помнишь, кто приехал нанимать отряд от баронства Смел!

— Ну, помню! — его собеседник еще ничего не понимал. — Шутник приехал! И что?

— А то! — чуть повысил голос гость. — Если бы он только заподозрил, что мы не хотим ему давать найм, то он выразил бы нам свое неудовольствие, с заносом в грудную клетку!

— Да, ладно! — не поверил хозяин кабинета.

— Ты просто его не застал, а я помню, что они творили тут на пару с Весельчаком! Ты не поверишь! — он опять приложился к бокалу. — Как-то раз они с Весельчаком, я уж не помню, откуда они возвращались, но это и неважно. Короче, они увидели, как уличная банда внаглую грабит каких-то людей. Бандитов они, конечно, разогнали… Ну, как разогнали… В общем, то, что от них осталось потом зарыли где-то за городом, а эти два неугомонных сказали, что теперь они в городе, цитирую, «будут творить добро»! И после их «творения» криминала в городе просто не осталось! Те, что выжили, решили, что здесь работать слишком хлопотно и быстренько сбежали! А тех, кто бежал не быстро — тех закопали вместе с остальными!

Он опять глотнул из бокала, покатал вино по рту и закатил глаза.

— Хе-хе! — проглотив, продолжил он. — А тут все так удачно сложилось! Отрядов в городе осталось только два, один из них — «Лисы», а нонешний командир «Лис» Шутника просто на дух не переносит!

— Это Большой Десс что, Шутника не любит? — хозяин кабинета был удивлен, когда увидел подтверждающий кивок собеседника. — А за что?

— Зависть, дорогой Реджи, простая человеческая зависть! Шутник всегда был лучше, и нашему Большому мальчику никак не удавалась его хоть в чем-нибудь догнать! — он помолчал. — Ну, если только в габаритах! Тут он был вне конкуренции! — со смешком закончил он.

— Понятно! — тоже понимающе усмехнулся хозяин кабинета. — А что со вторым отрядом?

— О! — поднял указательный палец свободной руки посетитель. — А второй отряд у нас… — он сделал паузу, опять приложившись к бокалу.

— А второй отряд — «Веселые стрелки́»! — воспользовавшись паузой, подсказал Реджи.

— Угу! — кивнул головой его собеседник. — И где он?

— Где? — не понял хозяин кабинета.

— Э, нет! — запротестовал гость. — Это я тебя спрашиваю, где он?

— Э-э-э, Велтон, но я-то откуда знаю? — удивился его собеседник. — Уж кому, как ни тебе, главе Гильдии наемников города, это знать?!

Глава Гильдии наемников невесело усмехнулся.

— Должен знать, но не знаю! Представляешь, они исчезли!

— Как это? — вытаращил глаза хозяин кабинета и помощник Велтона.

— А вот так! — развел руками глава Гильдии наемников. — Они ушли из города! Про найм никто ничего не говорил! Они просто собрались и ушли!

— Куда?! — потрясенный Реджи посмотрел на бокал в руке своего начальника, но не стал мелочиться и, схватив со стола початую бутылку, надолго присосался к ее горлышку.

— Э!Э!Э! — запротестовал начальник. — Ты там не увлекайся! Мне оставь!

Наконец, его помощник оторвался от бутылки, перевел дух и вытер рукавом губы. Увидев это жест, Велтон Прист осуждающе покачал головой.

— Блин, учишь тебе, учишь, а ты, как был деревенщина, так ею и остался! — он от досады поджал губы.

— Да, ладно тебе, Вел, сейчас не о том! — попытался сбить начальство с темы хозяин кабинета. — Так что там со «Стрелка́ми»?

— А ничего! — саркастически бросил его начальник. — Так же, как и с «Лисами»! Оба отряда ушли из города, не предупредив о найме!

— Так, может, никакого найма и не было? — сделал робкое предположение его собеседник.

— А какого хрена они тогда ушли? Куда? Зачем? Им уже не нужны деньги? — вызверился Велтон Прист. — Да еще и эти слухи!

— Какие слухи? — оживился Реджи.

— Ты чего, ничего не знаешь? — удивился глава Гильдии наемников. — Ты еще скажи, что не слышал, будто кто-то нанял эти два отряда, чтобы убить Шутника?

— Не понял! — помотал головой хозяин кабинета. — То есть, ты хочешь сказать, что кто-то нанял аж два отряда, больше трехсот бойцов, чтобы убить Шутника? Это что, шутка такая?

— Никаких шуток! — с какой-то злостью ответил его собеседник. — Во всяком случае, я слышал именно такую версию!

— А шмальнуть из арбалета пока он был в городе, не дешевле бы вышло? — саркастически улыбнулся Реджи.

— Да, я, честно говоря, тоже об этом подумал… Вот же! Как все не вовремя!

Он допил вино из бокала, взял со стола бутылку, бултыхнул ее, чтобы понять, сколько там осталось, потом удивленно выгнул бровь и вопросительно уставился на хозяина кабинета.

— Да, ладно! — махнул тот рукой. — Тебе чего, вина жалко? Будет мало — пошлю кого-нибудь в корчму, еще притащат!

Велтон Прист сокрушенно покачал головой и долил остатки вина из бутылки.

— М-да, — он опять усмехнулся. — А еще это некромаг! Как же все не вовремя!

Он пригубил бокал.

— Да! — воспользовался возникшей паузой его собеседник. — А у Шутника сынок тоже резкий растет!

— Резкий! — соглашаясь, качнул головой глава Гильдии. — Но зато, благодаря ему, у нас сейчас все хорошо! — он помолчал, а потом просто взорвался негодованием. — Нет, ну надо же! У нас под боком сидел некромаг, а мы ни сном, ни духом! И ведь дети же пропадали! Ну, ладно, Гильдия, мы заточены под другое, но городская стража то куда смотрела?!

— Так, вроде, насколько я знаю, никто не жаловался! — попытался вступиться за отсутствующих при разговоре стражников, хозяин кабинета.

— Да что ты? — Велтон Прист ехидно посмотрел на собеседника. — А Гмалин?

— Ну, торгаш… — небрежно бросил Реджи.

— М-да-а-а-а! — задумался глава Гильдии. — Ты сколько здесь живешь и работаешь? — вдруг спросил он.

— Ну, живу уже лет пятнадцать, а работаю твоим помощником — почти семь лет! — реджи выглядел очень удивленным. — Ты же это знаешь!

— М-да… — как-то рассеяно протянул его начальник. — Вот, вроде, и живешь давно, и работаешь моим помощником уже довольно долго, а о реальной жизни города так ничего и не знаешь!

Он встал и, подойдя к шкафу, распахнул дверцы.

— Ну, колись, где заначка? — грозно бросил он.

Хозяин кабинета горестно вздохнул, отрыл дверцу тумбы своего стола и вытащил на свет початую бутылку.

— О! Другое дело! — обрадовался Велтон Прист. — Ты не поверишь, от всего происходящего напиться хочется, и оставить тебя разгребать все это дерьмо!

Реджи заволновался.

— Ты это, Вел, — вдруг как-то засуетился он. — Ты чего? Ну, сам же только что говорил, что я в ваши реалии еще не въехал!

— Ну, вот и въедешь, заодно! — с абсолютно серьезным лицом, продолжал гнуть свою линию глава Гильдии. — И с городской стражей разберешься! А то они ничего и никого не нашли, а сопливые пацаны десяти лет от роду — и нашли, и поймали, и спасли! Может, нам стражу заменить этими пацанами?

От такой перспективы его помощник поежился.

— Что, страшно? — с любопытством глядя на собеседника, осведомился Велтон Прист.

— Да не, чтобы страшно, — честно признался тот, — просто как-то нервничаю я!

— Ага! — обрадовался глава Гильдии, ткнув в собеседника указательным пальцем. — Это называется ответственность, Реджи! Это тебе не бумажки перекладывать!

Он встал и, прихватив полупустую бутылку, пошел из кабинета.

— Да! — вдруг остановился он. — На все тебе даю срок — до конца месяца, понял? Результат доложишь, но я проверю, сразу говорю!

В ответ, его собеседник пробормотал что-то неразборчиво, но ему ответ и не был нужен. Он махнул рукой, открыл дверь и вышел.

Когда он уже выходил, его помощник вдруг услышал, как он пробормотал:

— Так, одному настроение испортил! Пойдем дальше, посмотрим, кто будет следующим!

* * *

— Ну что, барон, у нас все в силе? — задал вопрос пожилой толстяк, попутно раскланиваясь с проходящей мимо парой. Вопрос был адресован высокому сухопарому человеку, с длинными черными волосами до плеч, тронутыми сединой, и сейчас собранными в хвост.

— Да! — он так же отвесил учтивый поклон проходящей паре. — Все идет по плану, барон, не стоит переживать!

— Как это не стоит? — вспылил было толстяк, но потом опомнился и, оглянувшись по сторонам, заметил ли кто-нибудь его вспышку, уже сбавив тон пояснил: — До меня дошли слухи, что в баронстве, сами знаете каком, вдруг появились орки! И мои люди не вернулись! Подозреваю, что они мертвы!

— И что? — спокойным голосом перебил его собеседник. — Да, это неприятно, но как это влияет на наши планы?

Толстяк на секунду задумался, а потом резко тряхнул головой.

— Никак не влияет, просто с этим баронством…

— А с этим баронством, — опять перебил его собеседник, — мы будем разбираться потом, после другого баронства! И, кстати, — счел нужным добавить он, — мои люди тоже не вернулись, так что, скорее всего, они тоже погибли, но я же не рву волосы у себя на голове! Это война, дорогой барон, а войн без жертв не бывает!

Толстяк уныло покивал, соглашаясь.

— Кстати, — сменил тему его собеседник, — вам уже пора занять свое место, сейчас начнется церемония и ваша дочь удивится, если не увидит вас там, где вы должны быть. В конце концов, именно отец должен вручить невесту жениху!

Конец

Content

Андрей Сидоров, Юрий Мюн
Предназначение. Книга 1. Часть 3

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Эпилог