Юрий Уленгов

Полигон-6. Обратный отсчет

Глава 1

Земная Федерация, система Ориона. Планета Рапсодия. Оранжевая зона, она же Предел. Граница с Лимбом, форт клана «Буревестники».

Твари перли сплошным потоком.

Турели захлебывались. Разрывы плазменных гранат сверкали почти непрерывно, заливая ночь мертвенно-бледным светом и превращая вросших в землю товарищей в персонажей хоррор-голофильма с мертвыми лицами, перегретые стволы импульсников светились малиновым…

Но тварей меньше не становилось.

Стало понятно, что еще немного — и ксеносы сомнут позиции, защитников, в лучшем случае, отшвырнут назад, в худшем — сожрут и растопчут. Периметр трещал по швам, и сложно было даже предположить, сколько нам осталось. Может быть, пять минут. Может — десять. А может — столько, сколько в магазине осталось патронов.

Выдвинув ствол «Шершня», я поймал в прицел дементора и открыл беглый огонь по парящему над позициями монстру. Зажигательные. Этих тварей берут только зажигательные. Или плазма. Как и большинство остальных. Но у тех есть хотя бы мозг, который можно разрушить, и примерно понятно, где он находится. А эти… Сплошной кусок мяса. Так что — только зажигательные.

Летающая фрикаделка вспыхнула и, заложив вираж, рухнула на землю. Ряды ксеносов дрогнули, потеряв координатора, но тут же выпрямились, поперли вперед с новой силой. Сука, да сколько же вас?

Откуда-то из темноты рванулась юркая тварь. Короткая очередь — и похожий на паука ксенос, получив свинцовый подарок в хитиновое туловище, дернувшись, замирает. Однако своей цели он достичь успел: один из бойцов, пробитый клинками-конечностями, замирает вместе с ним. Еще один.

— Алтай! — комлинк взрывается отчаянным криком. — Турель!

Достреляв магазин, я отскочил назад, заменил его на свежий, и бросил взгляд туда, где на тактическом интерфейсе вспыхнула красная точка. Дерьмо! Одна из турелей, пока еще сдерживавших ксеносов на правом фланге, умолкла: твари добрались до стрелка. Проклятье!

— Держать строй! — прорычал я, сорвал с разгрузки предпоследнюю гранату, и, крутанув замедлитель, швырнул ее в клацающее клинками, когтями и клыками месиво. Не дожидаясь вспышки, забросил стрелковый комплекс за спину, и, подхватив излучатель с последней энергоячейкой, бросился к турели.

Впереди мелькнул уродливый силуэт, и я, не целясь, от бедра, всадил в нее заряд плазмы. Тварь заорала, забилась… Обогнув умирющего ксеноса, я ускорился, уже понимая, что не успеваю.

Пришельцы прорвали периметр и приливной волной захлестнули позиции. Кто-то, дико крича на одной ноте, еще пытался отстреливаться, но было понятно, что это — финал.

Крик оборвался, и я, зарычав, вскинул излучатель. Импульс! Импульс! Имульс! Вспышки осветили позиции, и я прикусил губу до крови, но даже не почувствовал боли.

Позиций больше не существовало. Я знал это еще до того, как открыл огонь, глядя, как на тактическом экране одна за одной гаснут точки. Каждая погасшая точка — человеческая жизнь. Оборванная. Но одно дело смотреть на пиктограммы боевого интерфейса, и совсем другое — увидеть это своими глазами. Сплошная масса уродливой квазиплоти, копошащаяся там, где еще минуту назад бились люди. Товарищи. Друзья.

Зарычав от ярости, я переключил импульсник в веерный режим, и утопил спуск, медленно продвигаясь вперед. Каждый разряд отбрасывал ряды ксеносов, оставляя на земле обугленные трупы, однако было понятно, что это временный успех. Стоит закончиться заряду…

Однако я не собирался ждать, пока иссякнет энергоячейка. Продолжая вести огонь, я приблизился к замолкшей турели и быстро осмотрел ее в перерыве между выстрелами. Поняв, что произошло, выругался про себя.

Турель питалась такими же энергоячейками, как и ручные излучатели. Вот только после замены элементов приходила в боеготовность значительно дольше. Расчет не уследил за уровнем заряда и в критический момент остался без боезапаса. А на зарядку последней оставшейся батареи потребовалось больше времени, чем было отведено парням…

— Дерьмо!

Последняя энергоячейка звякнула о бетон, и я прыгнул к турели, отбросив бесполезный импульсник. Схватился за обрезиненные рукояти, утопил кнопку спуска…

Взвыл накопитель, шкала готовности медленно поползла вправо. Слишком медленно…

Орудие просигнализировало, что готово к бою, когда до первых тварей осталось не больше нескольких метров. Хищно осклабившись, я довернул турель, поймал в прицел первый ряд, и снова нажал на спуск.

Спаренные стволы излучателя плюнули плазмой, сметая первые ряды ксеносов, и я торжествующе захохотал. Мозг, не понимающий, как реагировать на химический шторм, бушующий в организме, спасал рассудок, как мог, но мне все равно казалось, что я на грани безумия. Залп! Залп! Залп!

Я бил короткими выстрелами, ведя стволы слева направо, и методично, как садовник, вооруженный шлангом, очищает дорожку от грязи после дождя, очищал периметр от захлестывающих его ксеносов. Залп! Залп! Залп! Да! Вот так! Отлично! Что это за звук? Плевать! Залп! Залп! Залп!

Снова противно запищало, я вынырнул из пелены ярости, окутывавшей рассудок, попытался понять, что за хрень здесь пищит, а когда понял — выругался.

Энергоячейка. Последняя батарея подходила к концу. А вместе с ней — и моя жизнь. Двух магазинов в «Шершне» хватит, чтобы пробиться назад, к своим. Но не хватит, чтобы удержать рвущихся вперед тварей. Уйду с позиции — и твари захлестнут периметр, прорвутся в глубину, туда, где… Нет, нельзя!

Снова пищит. Что за…

Небо разорвало надвое.

В первый момент мне показалось, что небесный свод обрел свинцовую твердость, разломился на две части и рухнул мне на голову. Во второй — что меня все же достала какая-то из тварей, и то, что происходит, не более, чем агония умирающего мозга. А в третий момент грохот перешел в надсадный вой, над головой сверкнуло, далеко впереди вспух кроваво-красный пузырь взрыва, и до меня наконец дошло, что это за явление.

Многоцелевой орбитальный штурмовик.

Взвыв двигателями, «Гарпия», прошедшая над головой на столь малой высоте, что, кажется, могла чиркнуть днищем об укрепления, снова стремительно набрала высоту, штопором ввинчиваясь в низкую облачность, а ей на смену сверху упало целое звено. Три хищных, вытянутых силуэта, несущих под короткими крыльями по двенадцать доз концентрированной, плотно утрамбованной смерти каждый.

Разрыв. Разрыв. Разрыв.

Земля дрожит и бьет в подошвы, но все это лишь разминка, увертюра перед основной частью. Небо разрезает огненными протуберанцами. Сразу несколько десятков метеоров на безумной скорости устремляются к поверхности планеты, стремясь как можно скорее стать метеоритами. Контакт! Контакт! Контакт!

Ночь превращается в день. На этот раз земля не просто вздрагивает — подпрыгивает, да так что меня сбивает с ног. Лежа на спине, я смотрю в небо, и тупо улыбаюсь, глядя на распускающиеся цветы тормозных двигателей. Вскоре их становится так много, что мне кажется, будто я смотрю на праздничный фейерверк ко Дню Федерации. Десантные боты. Очень много десантных ботов.

Флот.

Флот пришел на помощь.

Мы спасены.

***

Вздрогнув, я открыл глаза и сел. В первые несколько секунд ошарашенный мозг пытался понять, что вообще происходит, почему вокруг так тихо и темно, если секунду назад от взрывов закладывало уши, а вспышками выжигало глаза даже сквозь фильтры. Потом дошло.

Сон. Всего лишь гребаный сон.

Да уж. Давненько мне Калибан не снился. Думал, что все это давно прожито и пережито, ан нет, ты смотри, догнало.

Я повернулся на кровати и потянулся обнять Скайлер, однако наткнулся лишь на пустое место. Стоп. В смысле? Это что, мне тоже приснилось?

Но нет. Такое присниться не может, и приятная усталость в каждой клеточке тела — прямое тому доказательство. Я вспомнил события прошедшей ночи, и на лице сама собой появилась идиотская улыбка.

Секс со Скайлер разительно отличался от секса с Марго… И Вики. Если Вики в постели была нежной и покорной, а Марго, хоть и перехватывала иногда инициативу, но в целом предпочитала быть ведомой, то Скайлер была такой же, как в обычной жизни: яростной и неистовой, будто сражалась с заклятым врагом. Да и я поймал себя на том, что веду себя совсем иначе. А потом, в какой-то момент я неосознанно врубил пси-сканер… И просто утонул в океане эмоций. Тела и сознания сплетались в клубок, чтобы снова и снова взрываться сверхновой, и когда все, наконец закончилось, я почувствовал себя опустошенным в ноль. Кажется, даже применение способностей меня так не высушивало. Уф. М-да.

Тряхнув головой, я легко поднялся на ноги и отправил управляющему блоку команду на включение света. Чувствовал я себя прекрасно, настроение зашкаливало… Пока ведром ледяной воды за шиворот не вылилось резкое осознание всех обстоятельств. Как в детстве, когда просыпаешься, все у тебя чудесно, хочется смеяться и радоваться жизни… И вдруг вспоминаешь, что так вчера и не сказал матери, что ее вызывают в школу.

Сравнение, конечно, так себе… Хотя… В детстве вызов вечно усталой и ничего не успевающей из-за работы матери в школу казался-таки катастрофой планетарного масштаба. Так что нечто общее все же есть. Ладно. Если шутить еще могу — значит не все потеряно.

Собрав с пола одежду, я забросил ее в ультразвуковой очиститель и направился в душ.

***

Сандерса я встретил в ангаре. Работа кипела вовсю. Бойцы суетились, как растревоженные муравьи, шипела сварка, визжали резаки, сыпались искры… В общем, подготовка шла полным ходом. Сам кланлид, слегка помятый, стоял в стороне и беседовал с двумя парнями, по виду — механиками.

— Нормально будет, говорю! Дополнительные крепления под бак поставить — и отлично. Все, давайте! Время идет!

Увидев меня, Сандерс взмахом руки отпустил механиков, и махнул рукой.

— Горазд же ты дрыхнуть, — буркнул кланлид «Буревестников». — Хотя… Судя по милой особе, что утром выскочила из кубрика, спал ты не так уж и долго…

Я пропустил шпильку мимо ушей.

— Что тут у нас?

Сандерс пожал плечами.

— Готовимся, как видишь. Я поговорил с парнями. Решение идти на Элизиум поддержали почти все.

— Почти?

— Я не могу принудительно гнать людей на верную смерть, — пожал плечами Сандерс, и от его тона мне стало не по себе.

— У нас семьдесят человек, — продолжил Сандерс, — четыре броневика и три харвестера. С твоим — четыре. Сейчас ребята переделывают сборщики в полноценные броневики, устанавливают на них дополнительное вооружение и пытаются сделать из грузового отсека хотя бы подобие десантного.

— Угу, — буркнул я. — Что по оружию? Тяжелому, разумеется. Есть что-то серьезнее пулеметов?

— Есть, — кивнул Сандерс. — Но… Сам понимаешь. Корпораты не дураки, серьезного вооружения в продаже нет — слишком они опасались того, что народ пойдет на штурм Зеленых зон. Что, кстати, мы и планируем. Тем не менее, кое-что имеется. Мои ребята в свое время наснимали с механоидов… Всякого. И сами кой-чего изобрели. Ксеносам понравится. Да и Слаю тоже, если доберемся до него под его сраным куполом… Пойдем, покажу.

Сандерс направился куда-то вглубь ангара, я пошел следом. Купол, да…

Если корпорат купил Диса обещанием эвакуации с Рапсодии, то почему они до сих пор на планете? Почему не свалили… Да хотя бы на орбиту? Ведь в Элизиуме должен же быть какой-то летательный аппарат, способный добраться до станции? Понятно, что на Рапсодии связи нет, но с орбиты же наверняка можно связаться с штаб-квартирой Нью-Вижн и запросить эвакуацию? Так почему они до сих пор не там? Или улетели? Черт… Сколько гребаных вопросов, и ответы на них получить можно только в Зеленой зоне… Что ж. Значит, нужно туда попасть. Других вариантов пока не предлагается.

— Смотри, — Сандерс указал на один из броневиков, куда несколько бойцов, кряхтя и ругаясь, впихивали большой металлический бак. Еще один монтировал на пулеметную спарку на турели какое-то дополнительное сопло.

— Что это? — я непонимающе посмотрел на мастер-сержанта.

— Не понял? — Сандерс хищно ухмыльнулся и с видимым наслаждением проговорил: — Огнемет.

Я с новым интересом посмотрел на бак. Огнемет? Это там напалм, получается? И… Сколько его там? Литров триста? Хм… Интересно, интересно…

Огня ксеносы боялись. В армии группы зачистки применяли огнеметы, в том числе для того, чтобы выжигать гнезда, и делали это довольно эффективно. Для нужд штурмовых команд огнеметы подходили слабо, слишком большие, слишком тяжелые, слишком быстро заканчивался боекомплект. Потому здесь, на Рапсодии, я в сторону огнеметов почему-то даже и не думал, особенно учитывая, что топливо было чуть ли не на вес золота. А вот Сандерс — молодец. Хорошо придумал. Струя напалма, выпущенная в скопление ксеносов, изрядно их порадует. До смерти. Да, пожалуй, это хорошо.

— Впечатлился? — Сандерс осклабился. — У нас три установки, смонтируем на броневики. Тварям будет весело, — мастер-сержант будто мысли мои озвучил.

— А еще есть вот это, — кланлид «Буревестников» указал на ряд труб, рядом с которыми суетились механики. — Это-то узнаешь?

— Минометы? — я усмехнулся. — Серьезно?

— Куда как серьезнее, — заверил Сандерс. — Самодельные, конечно, но какая разница? Под наши задачи этих с головой хватит.

— Согласен, — я кивнул.

— Ну и еще кое-что по мелочи, — продолжил Сандерс. — Несколько ракетных установок, снятых с механоидов, пара автоматических пушек, один стационарный излучатель… Техники не хватает, вот что плохо. Дашь свой харвестер?

— Конечно, — я даже удивился. Какой разговор может быть? Эх… Нам бы технику «Стальных сердец»… Черт, как же жаль, что Цейс погиб… С ним бы мы точно договорились, и у нас появился бы еще один союзник, причем моторизованный. С Файром же каши не сварить. Не удивлюсь, если он вообще к Слаю примкнул…

— Сколько времени еще понадобится на подготовку? — поинтересовался я у Сандерса.

— Сегодня закончим, завтра сможем выдвигаться, — пожал плечами тот. — Если все впряжемся — разберемся с работой еще до полуночи и даже поспать успеем.

— Намек понял, — кивнул я. — Найду своих людей и пригоню харвестер. Найдется же для нас какая-нибудь работа?

— Найдется, найдется, — засмеялся Сандерс. — Или ты думаешь, что мастер-сержант не придумает, чем занять личный состав?

— Виноват, сэр! — Невесело усмехнувшись, я вытянулся по стойке «смирно» и бросил два пальца к виску. — Разрешите выполнять?

— Бегом… арш! — рявкнул Сандерс, и я двинулся искать Скайлер.

Глава 2

Земная Федерация, система Ориона. Планета Рапсодия. Серая, условно безопасная зона, она же Лимб. Неподалеку от границы с Пределом.

Небольшим отрядом передвигаться по Лимбу было легче.

Когда мы уходили от погони Слая, нам то и дело приходилось петлять, обходя совсем уж непроходимые места окраин Серой зоны, ломиться через лес, идти напрямик сквозь промзону… С броневиками и семью десятками личного состава все оказалось намного сложнее. О скрытности разговор и вовсе не шел. То и дело приходилось останавливаться, валить деревья, расчищая путь, или оттаскивать с дороги уже поваленные. Отряд разведчиков во главе со Скайлер рыскал по окрестностям в поисках нормальной дороги, но, возвращаясь в оговоренные промежутки, девушка лишь разводила руками. Нормальной дороги не было.

Даже если б мы сделали большой крюк — это нам ничем бы не помогло. Я прекрасно помнил тот лунный ландшафт, по которому мы с Дисом пробирались, пытаясь обойти жилую зону. Там технику в буквальном смысле пришлось бы нести на руках. А учитывая вес и размеры броневиков… В общем, вариантов у нас не имелось.

За несколько часов мы добрались до памятного места сражения с мультиплатформой. Ее остов и сейчас возвышался над кустами, правда, было хорошо видно, что обитатели Лимба хорошо над ним поработали. С мертвого робота сняли все, включая бронелисты: в Серой зоне в ход шло все. Сейчас бронелисты, скорее всего, выполняли роль чьего-то убежища. Или пошли на обмен. Интересно, кто теперь держит Рынок?

По дороге мы два раза схлестывались с небольшими стаями ксеносов. Твари перли в Элизиум сквозь разрушенный периметр, и, возможно, им даже не было до нас дела, но мне очень уж хотелось опробовать в деле огнеметы Сандерса. И они показали себя, как нельзя лучше.

Стаю накрыли вторым же залпом, и эффект попросту превзошел все ожидания.

Если бы твари были лишены болевых рецепторов, фокус бы, скорее всего, не удался. Но то ли при производстве морфов этот момент банально не учли, то ли оставляли болевые ощущения для нормальной работы инстинкта самосохранения… Не знаю, в чем причина. Зато знаю, что после «накрытия», стая просто сошла с ума от боли. Морфы помельче, вроде пауков или недоскорпиксов, скончались на месте, не в силах перенести болевой шок и ожоги, твари покрупнее начали беспорядочно метаться, и пришлось их пристрелить, чтобы они не подожгли лес.

В общем, испытания огнеметы прошли на «отлично», и это вселило в меня некоторый оптимизм, и перевело наш план штурма из категории «Совершенно безнадежно» в «Решительно невыполнимо». А это уже совсем другой коленкор.

А потом на связь вышла Скайлер.

«Вышла на связь» — очень громко сказано. Радиосвязь так толком и не работала, и, чем ближе к Элизиуму, тем большим количеством помех забивался эфир. Просто в какой-то момент в виске кольнуло, и в мозгу возникла размытая картинка.

По лесу гнали человека. Гнали, как дичь, яростно и свирепо. Человек спотыкался, падал, снова вставал и бежал, но расстояние между ним и преследователями сокращалось. Время от времени кто-то из преследователей останавливался, вскидывал оружие, и беглецу приходилось падать лицом в землю, пропуская над собой очереди из стрелкового комплекса. А расстояние между ним и загонщиками, тем временем, сокращалось.

На самом деле, обычная, рядовая, можно сказать, картина для Лимба. Непривычным в ней было, разве что использование оружия в Серой зоне. Однако сейчас, когда система больше не могла начислить за это штрафные баллы, применение огнестрела в запрещенной для этого локации совершенно не удивляло.

Наверное, я бы даже не обратил внимания на происходящее, если бы не одна деталь.

На бегущем был комбинезон с символикой «Группы Феникс».

— Сандерс, останавливаемся, — скомандовал я в коротковолновую рацию. Как выяснилось, именно этот диапазон был меньше всего подвержен помехам, и, в то время, как комлинки с каждым приближающим нас к Элизиуму метром, работали все хуже и хуже, эти архаичные, но надежные приборы давали нам возможность общаться хотя бы на коротких дистанциях.

Нужно отдать мастер-сержанту должное: он не пытался уточнять, что произошло. Просто колонна вдруг остановилась, и с бортов посыпались бойцы, берущие технику в оцепление. Я спрыгнул с вездехода, и рысцой подбежал к машине, в которой ехал Сандерс.

— Что там?

— Стоим десять минут, — проговорил я. — Я прогуляюсь. Есть возможность взять «языка».

— Понял, — Сандерс кивнул. — Кто там, где? Сейчас отправлю ребят…

— Не нужно, — помотал я головой. — Сам схожу.

— Сам? Возьми хоть кого-нибудь…

— Некогда. Там Скайлер с изгоями. Справлюсь. Все, я пошел. Ты пока за старшего. Не выйду на связь через десять минут — действуйте по обстоятельствам.

И, прежде чем мастер-сержант начал возражать, я рванул в заросли.

До места событий было недалеко — уже через минуту я вполне отчтеливо слышал выстрелы. Значит, погоня близко. Так, сейчас бы выбрать позицию…

«Вы где?», — я мысленно обратился к Скайлер. Ответ пришел в виде картинки. Ага. Понятно. Чуть дальше от меня, метрах в двухста, на другой стороне лощины. Хорошо.

«По моей команде — огонь в сторону преследователей. Не убивать, пугнуть. И беглеца не зацепите», — надеюсь, команда дойдет до Скайлер в полном объеме. Не насобачился я еще вот так вот, не раскрывая рта, общаться.

В ответ пришел некий мыслеобраз, который я расшифровал как «все понятно». Ну, если понятно, то и хорошо.

«Феникс» показался через минуту. Скатившись со склона, он заозирался, и, поняв, что другого выхода у него нет, отчаянно рванул через лощину. В мою сторону. Рискованно… Здесь он, как на ладони. Могут и срезать.

Однако, боец успел оторваться от преследователей. Их силуэты замелькали в просветах между деревьями, когда он уже почти пересек открытое пространство. Один из загонщиков вскинул оружие, прицелился, и…

«Огонь!» — скомандовал я.

Изгои намеренно целились ниже, но землицей загощиков все же закидало. Еще бы! Взрыв плазмы в непосредственной близости! От неожиданности загонщики оторопели, и беглец успел скрыться в зарослях. Хорошо… Так, а эти что, с первого раза не понимают?

Кто-то из загонщиков бросился все же в погоню, и я, вскинув импульсник, дал целую очередь у них над головами. Плазменные разряды раздробили верхушки нескольких деревьев, и загонщиков присыпало листвой и обломками веток. На этот раз, кажется, до них дошло. Что-то выкрикнув, они бросились назад в чащу. Ну и хорошо, ну и скатертью дорога. Отдав Скайлер мыслеприказ наблюдать за отступающими и пугнуть, если снова сунутся, я забросил импульсник за спину и отправился встречать беглеца.

***

«Феникс» был не дурак. Скрывшись в зарослях, он не стал ломиться сквозь них, подобно сбрендившему носорогу, а замер, ожидая дальнейшего развития событий. Логично. Я бы тоже так сделал. У бывшего охранника корпорации друзей на Рапсодии нет, по крайней мере, по эту сторону периметра, а вот врагов — хоть отбавляй. Да из-за одной эмблемы на костюме его здесь каждый первый за священный долг сочтет хлопнуть! «Феникс» на Рапсодии — то же самое, что надзиратель в тюрьме. А надзирателей в тюрьмах не любят. И боец это прекрасно понимал, потому и затаился. Вот только он не учел, что искать его будут не обычным зрением.

Активировав сканер и раздвинув его «зонтик» подальше, я сразу же обнаружил беглого «Феникса», даже детектор биологических форм задействовать не пришлось. Вон он, в ложбинке у крупного дерева… Сидит, не шевелится… Даже дышать боится. Так, а что там его преследователи?

Раздвинув границы сканируемой области, я сначала засек Скайлер с парой изгоев, потом — какого-то мелкого морфа… А, нет, это Шарбар… Так… Ну, нет никого. Свалили, кажется. Правильно сделали. Когда из кустов по тебе палят из импульсника, свалить — лучший выбор. Одобряю. Хорошо. Теперь нужно выйти на контакт с «Фениксом».

По идее, запустив активную маскировку и модератор звука, переставленный на подаренный Скайлер «Каратель» с предыдущего костюма, я мог попробовать подкрасться к Фениксу незамеченным, но я сразу отмел эту идею, как несостоятельную. Во-первых, я не собирался причинять ему вред, а он мне причинить его не мог при всем желании, а во-вторых, даже с модератором звука ходить по лесу я не научусь. Чтобы бесшумно двигаться по зарослям, нужно этому долго и вдумчиво учиться, а меня учили немного другому. Так что на хрен. Только время терять.

Еще раз убедившись, что поблизости никого нет, я вышел на некое подобие тропинки, и, не скрываясь, пошел туда, где засел беглый «Феникс».

Чем ближе я подходил к его убежищу, тем отчетливее ощущал напряжение, растерянность и совсем немного страха. Это мне понравилось. Парень явно не знал, что делать, но при этом практически не боялся. Не каждый на его месте может таким похвастаться. Выбравшись на небольшую полянку в нескольких метрах от укрытия беглеца, я вышел на середину и уселся прямо на траву. Отстегнув фляжку, я сделал несколько глотков, и спросил, глядя туда, где спрятался «Феникс».

— Пить хочешь?

Пить он хотел, я почувствовал это сразу после того, как беглец осознал мои слова. До этого момента он давил в себе жажду, но сейчас делать это стало совсем уж сложно. Я почувствовал легкую нотку обреченности, кратковременное колебание, а потом боец поднялся в полный рост и сделал шаг в мою сторону.

— Хочу.

— Ну, иди пей, — я тоже встал и вытянул руку с флягой.

Боец подошел, взял флягу и надолго к ней приложился. Я воспользовался этим временем, чтобы разглядеть его как следует.

Невысокий, на голову ниже меня, по возрасту — наверное, моих лет. Стрижка аккуратная, армейская, что, впрочем, неудивительно, лицо, прежде гладко выбритое, сейчас покрыто щетиной: кажется, у парня несколько дней не было времени на туалетные процедуры. Лицо овальное, челюсть квадратная, на щеке шрам… Пожалуй, и все, больше особых примет не имеется. Комбинезон в грязи, рукав порван…

Парень напился и вернул мне флягу.

— Спасибо.

— Пожалуйста.

Я достал рацию, утопил клавишу передачи, и проговорил.

— Сандерс, прием. Здесь Алтай. Все штатно. Ждать еще десять минут. Как принял?

Ответ не заставил себя долго ждать. Рация захрипела, и из динамика донесся голос мастер-сержанта.

— Здесь Сандерс. Принял. Ждем еще десять минут.

— Конец связи, — буркнул я, и сунул рацию в карман. Парень, слушавший переговоры, смотрел на меня с интересом. С одной стороны — экипировка и радиодисциплина с переговорами в армейском стиле, с другой — непонятный костюм кустарного происхождения и рукоять меча за плечом… Да уж, картина та еще. Сейчас вопросы начнет задавать. Надо перехватывать инициативу.

— Где эти шмотки взял? — задал я вопрос, показывая на комбинезон «Фениксов».

Глаза у парня забегали. Он явно не знал, как отвечать. Хрен знает, как я на правду отреагирую. Здесь одной принадлежности к «Фениксам» хватит, чтобы поймать пулю в голову и остаться на этой поляне деревья удобрять. Однако я видел, что и врать ему не хотелось. Наконец, парень решился, и проговорил, нарочито небрежно.

— В казарме взял, где еще…

Внутренне боец весь сжался, будто в ожидании удара, и я невольно усмехнулся. Смелый. Молодец.

— А оружие с броней чего, не выдали?

Боец поморщился.

— Выдали, — нехотя проговорил он.

— Просрал? — хмыкнул я.

— Просрал, — хмуро кивнул тот.

— Алтай, — я представился, протягивая руку для пожатия.

— Тот самый? — вскинул бровь парень.

— Ну, смотря о ком речь, — я пожал плечами и усмехнулся.

Парень прищурился, вгляделся в мое лицо под поднятым забралом, и кивнул сам себе:

— Тот самый… Рэйн, — он пожал протянутую руку.

— Приятно познакомиться. Ладно, Рэйн. У меня тут отряд неподалеку, ждут меня. Пойдем пройдемся. Заодно и расскажешь, как до жизни такой докатился.

***

История Рэйна была простой, как детская считалочка. Отряд «Фениксов» бросили на ликвидацию прорыва, считая его рядовым событием. Событие оказалось не рядовым. Часть отряда погибла, часть попыталась прорваться назад в Элизиум, но не вышло: в Лимбе царил хаос, и бросаться в него сломя голову, значило лишь сложить эту самую голову. Связь с Элизиумом пропала, отряд решил затаиться и переждать, пока ситуация хотя бы немного наладится, однако она лишь все больше выходила из-под контроля. Народ из Лимба ломанулся в Зеленую зону, туда же перли целые армии ксеносов, и Элизиум перешел в режим осады. Те, кто остались в Лимбе, сбивались в банды, лихорадочно вооружались и окапывались, как и «Фениксы», надеясь переждать. Вот только обстановка с каждым днем становилась лишь хуже. Наконец командир отряда «Фениксов» понял, что просто отсидеться не получится, что не будет ни поддержки, ни эвакуации, и принял решение прорываться в Зеленую зону. «Фениксам» удалось пройти часть Серой зоны, но, углубившись в жилые кварталы, они все же нарвались на местных. Троих «Фениксов» убили, оставшихся умудрились взять в плен. Среди них был и Рэйн. У бойцов банально закончились боеприпасы и их просто задавили количеством. С тех пор уже несколько дней Рэйна и остальных держали в каком-то подвале. Сегодня Рэйну удалось бежать. Его хватились, ломанулись в погоню, и, если бы не наше появление…

— Это же ты стрелял по ублюдкам? — парень посмотрел на меня.

— Я, — а чего отпираться?

— Надо было на поражение, — зло выплюнул Рэйн.

— Мне еще идти через Лимб, — пожал я плечами. — Думаешь, начинать со стрельбы по его обитателям — хорошая идея?

Рэйн прищурился и сплюнул.

— Я бы на них еще и бомбу скинул.

— Может, потому они и хотят тебя убить? — резонно заметил я.

Рэйн сжал зубы.

— Почему они вас не убили сразу? — задал я вопрос, давно вертевшийся на языке. — Зачем им держать вас в плену? В чем соль?

— Насколько я понял, — нехотя начал парень, — они собираются в Элизиум. Надеются, что с нами в качестве заложников их пропустят во внутренний пояс.

Я покачал головой.

— Так себе идея. Кажется, местные не в курсе, что там происходит.

— А ты знаешь? — вскинул голову Рэйн.

— Знаю, — я кивнул. — Моя информация немного устаревшая, но, думаю, там мало что успело поменяться.

— Поделишься? — Рэйн проговорил это, как бы между делом, но я видел, что парень внутренне напрягся.

— Поделюсь, — ответил я. — И даже больше, чем просто поделюсь информацией. Вот только мне от тебя тоже кое-что понадобится.

— Что?

— Давай уже до отряда доберемся, а там поговорим. Почти пришли уже.

Рэйну не оставалось ничего, кроме как кивнуть, и последовать за мной.

Глава 3

Земная Федерация, система Ориона. Планета Рапсодия. Серая, условно безопасная зона, она же Лимб. Неподалеку от границы с Пределом.

— Да уж… — Рэйн оторвался от просмотра видео, которое Сандерс сбросил ему по моей просьбе и повернулся ко мне. — И… И что теперь?

«Феникс» выглядел растерянным, и я его понимал. Когда он выходил из Элизиума, за его спиной была надежная укрепленная база со средствами эвакуации, а теперь… Глядя на то месиво, что происхоило в Элизиуме, и я бы приуныл. Остаться без поддержки на охваченной вторжением Рапсодии, без возможности связаться со своими и выбраться с планеты — так себе удовольствие. Тут и бывалый вояка растеряется, а Рэйн, насколько я понимаю, и в «Фениксах» ходит недавно, и боевой опыт у него не такой уж и большой. В общем, раскис парень. Надо его немного обнадежить.

— Когда снималось видео, несколько фортов, занятых «Группой Феникс» еще держались, — проговорил я. — Думаю, если командует там не совсем болван, то они держатся до сих пор. Ксеносам не так просто забраться в бетонированную, надежно защищенную коробку, и опыт «Буревестников» это только подтверждает. Так что не все так плохо.

— Но почему они не отступили во внутренний пояс? — растерянно посмотрел на меня Рэйн. — Они же отрезаны, периметр пал, что там защищать теперь?

— Боюсь, что они пытались, только их туда не пустили, — ответил я. — Дело в том, что внутренний пояс захвачен. Там сейчас заправляет один из топов Красной зоны и его клан. Слай и «Могильные вороны». Слышал о них?

— Слышал, — Рэйн поморщился. — Отморозки те еще.

— Совершенно верно, — кивнул я. — Слай решил укрепиться в самом защищенном месте и переждать вторжение. Видимо, он не понимает, что атака ксеносов на Элизиум — далеко не самое страшное, что может произойти.

— Что ж хуже-то может быть? — не врубился Рэйн.

— Орбитальная бомбардировка, — невесело усмехнулся я. — Я готов спорить, что флот уже движется к Рапсодии. И, думаю, эвакуация заключенных с тюремной планеты в их планы не входит.

— Заключенных — возможно, — кивнул Рэйн. — А остальных?

— Кого? — я развел руками. — Корпоратов там, думаю, не осталось, по крайней мере, живых, а вас… Ты контракт свой читал, когда подписывал?

Рэйн помрачнел еще сильнее, хотя казалось, куда еще-то.

— И… Что теперь? Вы зачем-то идете в Элизиум, насколько я понимаю, — он обвел взглядом нашу технику. — Значит, на что-то расчитываете. Или вы заодно с этим… Как его… Слаем?

— Нет. Мы не заодно со Слаем, — проговорил я. — Скорее, даже наоборот. Я, например, собираюсь его убить.

Некоторое время Рэйн переваривал сказанное, потом покачал головой.

— Восемь броневиков, народа человек пятьдесят… Ты серьезно намерен прорваться во внутренний пояс, или это ты сейчас шутишь так?

— Намерен, — кивнул я. — И ты мне в этом поможешь.

— Что? — парень посмотрел на меня, как на сумасшедшего. — Друг, не знаю, за кого ты меня принимаешь, но…

— Я принимаю тебя за бойца «Группы Феникс», коллеги которого сейчас сидят в плену у туземцев, — прервал я Рэйна.

— И? — не выдержал тот. — Тоже собираешься взять меня в заложники?

— Зачем? — искренне удивился я. — Какой смысл мне иметь тебя в заложниках, если можно сделать союзником?

— Что-то я вообще ничего не понимаю… — покачал головой парень.

— Когда придем в Элизиум, ты можешь связаться со своими коллегами в форте, — медленно начал я. — Скоординировав действия, мы сможем деблокировать форты, объединиться и вместе прорваться во внутренний пояс.

— И что дальше? — кажется, теперь во взгляде бойца я видел слабую тень надежды.

— Дальше я свяжусь с флотом и постараюсь обеспечить эвакуацию, — ответил я, глядя Рэйну прямо в глаза. — Или хотя бы добиться того, чтобы Элизиум не сравняли с землей при бомбардировке.

— Хм… А почему это не могут сделать те, другие? «Вороны» и примкнувшие?

— Во-первых — потому что они отморозки и головорезы, которых вряд ли кто-либо станет слушать, — ответил я. — А во-вторых — потому что у них нет тех аргументов, которые есть у меня.

Парень некоторое время с сомнением смотрел на меня.

— Ну… Допустим. Но почему я должен тебе помогать? Почему должен тебе верить? Где гарантия, что, ворвавшись в форты, вы просто не перережете там всех, чтоб укрепиться в них самим? Может, ты такой же отморозок, как Слай, откуда мне знать?

— Разумеется ты никому ничего не должен, — пожал я плечами. — Можешь уходить прямо сейчас, не держу. И гарантий у меня для тебя нет. Но, как мне кажется, даже крохотная надежда лучше безнадежного ожидания бомбардировки среди руин Лимба. Так что думай.

Парень колебался. Я ощущал это очень отчетливо, но «подталкивать» его не спешил. Он и без того сделает правильный выбор.

Помявшись, Рэйн поднял вгляд на меня.

— Допустим, я соглашусь. Мне… Мне могут не поверить. У меня это первый контракт в «Фениксе», я недавно здесь. Меня могут попросту не послушать!

— Могут, — кивнул я, видя, что парень уже заглотил наживку, осталось только подсечь. И я подсек. — Тебя одного — могут и не послушать. А вот если за меня поручится все ваше отделение… Сколько там вас осталось? Или у вас все отделение из новичков состоит?

— Шестеро вместе со мной, — растерянно проговорил Рэйн. — И там… Нет, не новички. Капрал — вообще ветеран, всю войну с ксеносами прошел.

— Вот видишь. Уважаемый человек, наверное, — я хмыкнул. — Ему-то поверят?

— Ему — поверят. — Но… Он же там, в плену! Как он сможет связаться с Эилизумом, сидя в подвале у местных?

— Сидя в подвале — никак, — покачал я головой. — Именно поэтому я и собираюсь его освободить. Его — и остальных. Твоя задача — помочь мне убедить капрала в том, что сотрудничество будем выгодно и вам, и нам. При этом, как сам понимаешь, никто тебя ни к чему не обязывает. По-моему, достаточно выгодное предложение. По рукам?

Парень несколько секунд недоверчиво смотрел на меня, и, наконец, пожал мою руку.

— По рукам.

***

Сандерсу моя идея решительно не понравилась.

— Какого хрена, Алтай? — рычал мастер-сержант. — Мы только потеряем время! Нам в Зеленую зону добраться нужно, а не «Фениксов» по руинам искать да вытаскивать! Неизвестно, сколько это времени займет…

— Возьми себя в руки, — поморщился я, разложив на полу десантного отсека снаряжение, которое собирался взять с собой. — И подумай. Шесть «Фениксов», обязанных нам спасением — сами по себе усиление. Почти десять процентов прироста боевой силы. А если нам удастся объединиться с теми, что сидят, закупоренные, в фортах вокруг внутреннего пояса… Какой гарнизон в Элизиуме? Сто человек? Двести? Триста? Сам подумай! Даже сотня отлично экипированных, обученных и мотивированных наемников, это небольшая армия! Да, у Слая народу больше, но это, в основной своей массе, уголовники. Прокачанные, вооруженные до зубов, но — уголовники. Да мы их сметем просто!

— Это если «Фениксы» захотят к нам присоедениться… — буркнул Сандерс.

— Захотят, — я усмехнулся. — Какие у них еще варианты? С моря погоды ждать? Мы — единственная сила, которая заинтересована в их выживании. Остальным насрать.

— Ну, допустим, — Сандерсу происходящее не нравилось, и он этого не скрывал. — Какой у тебя план?

— Возьму Скайлер, этого Рэйна, проберусь к местным и освобожу «Фениксов», — пожал я плечами. — Все просто.

— Втроем? На территорию противника? Алтай, ты рехнулся?

— А у тебя какие предложения? — я начал выходить из себя.

— Подойдем к их базе и потребуем выдать пленников. Для улучшения коммуникации забросим к ним пару мин. Скажем, что если не выдадут «Фениксов», выжжем все кубло к чертовой бабушке.

— Да ты дипломат, — хмыкнул я. — Гениально. Даже если они согласятся и мы не увязнем в ненужном столкновении, где гарантия, что после этого они нам дадут спокойно пройти через Лимб?

— В смысле?

— В прямом, мастер-сержант, — меня начало злить то, что приходится объяснять Сандерсу очевидные вещи. — Это город, Сандерс. Застройка. И они этот город знают, как свои пять пальцев. Ты действительно думаешь, что если мы поступим так, как предлагаешь ты, мы потом сможем спокойно уйти? Забудь. Они пойдут за нами. По руинам, по крышам. Один толковый снайпер может принести нам геморроя — устанем разгребать. А метко брошенная бутылка с зажигательной смесью — это минус один броневик. Готов ты на такие жертвы? Я — нет. Техника в городе беззащитна. Мы — по факту тоже. Я не подпишусь на войну с партизанами в городской застройке. Именно поэтому я предлагаю свой вариант.

Сандерс нехотя кивнул.

— Ты прав. Твой вариант… Безопаснее.

— И дешевле, — хмыкнул я. — Не так уж и много у нас боеприпасов, чтобы разбазаривать их на каждого встречного. В общем, решено. Вы тут, пока меня не будет, тоже время не теряйте. Лощина тянется еще на несколько километров, поворачивает только вот здесь, — я нагнулся над картой, и отметил стилусом точку прямо по курсу. — Если пойдете по ней, сэкономите время и нервы. В город все равно придется поворачивать, но, по крайней мере, не сразу. В Лимбе и раньше все дерганые были, а сейчас, получив оружие и возможность его применять без ограничений… В общем, чем меньше нам придется ломиться через Серую зону, тем лучше. Так что вы проходите до вот этой точки, там входите в город и ждете нас… Скажем, вот тут, — я отметил большой пустырь неподалеку от точки высадки, где начались мои приключения на Рапсодии. — Ждете меня до утра, если не выйду на связь — значит, уже и не появлюсь. Действуйте по обстановке. Вроде все.

— Точно хочешь сам идти? — Сандерс посмотрел на меня исподлобья. — Может, кого другого послать?

Я усмехнулся и покачал головой.

— Нет. Делегирование, это, конечно, хорошо, но в разумных пределах. Здесь нужно не только иметь навыки скрытного перемещения — с этим, я думаю, многие справятся лучше меня. Здесь еще и с «Фениксами» нужно договориться. И вот это я точно сделаю лучше, чем другие.

— Ладно, — Сандерс махнул рукой, видя, что меня все равно не переубедить. — Поступай, как знаешь. Когда выходите?

— Да как только соберемся, так сразу и выходим. Нужно еще по округе поползать, изучить все хорошенько, прежде чем приступать. Я примерно представляю эту местность, но примерного представления недостаточно. Так что это надолго.

— Понял, — буркнул Сандерс. — Ты только оставь кого-то из изгоев старшим над разведчиками и со мной его свяжи. Раз вы со Скайлер уходите.

— Сделаю, не вопрос, — кивнул я, и вылез из броневика.

***

— Вот здесь — их основная база, — Рэйн обвел участок на плане, выведенном на дополнительном слое интерфейса, красной линией. — Четыре дома, стоят квадратом, соединены между собой. Проходы между домами заложены, как и окна на первых этажах. Внутри квадрата — хозпостройки. Сараи там всякие, мастерские и тому подобное. Видно, что они давно там живут. Парней держат в подвале, вот под этим домом — на плане появилась новая отметка. Я сбежал, когда водили мыться. Вот тут у них что-то вроде бани обустроено…

— Мыться? — я удивленно вскинул брови. — Нормальное такое содержание, с помывкой еще…

— Они очень боятся болезней, — объяснил Рэйн. — Кажется, не так давно у них кто-то заболел, и система выдала квест на уничтожение заболевших. Они очень тяжело это перенесли. Сейчас системы нет, но гигиену они соблюдать стараются.

— Что там вообще за люди? — задал я новый вопрос. — Почему они осели в Серой зоне?

— Знаешь, мне кажется, там преимущественно не бойцы, — задумчиво проговорил Рэйн. — Не в том плане, что воевать не умеют, нет. Правильнее будет — не убийцы, вот. Не такие отморозки, как все остальные зэки, — парень понял, что ляпнул лишнее, и сглотнул. — Прости. Сам понимаешь, с другой стороны баррикад…

— Забей, — махнул я рукой. — Я не обижаюсь. Продолжай.

— Так вот. Они не хотят убивать, потому и топчутся в Лимбе. Насколько я понимаю, там большинство даже инициацию не прошло. Однако, если на них кто-то пытается напасть — отпор дают жесткий.

— И как они смогли захватить шестерых наемников, которые не особо заморачиваются вопросами морали? — поинтересовалась Скайлер.

— На тот момент мы были не в курсе их миролюбия, — мрачно произнес Рэйн.

— Судя по тому, как задорно они стреляли по тебе час назад, я бы их не назвал такими уж миролюбивыми. Да и мой опыт общения с этими ребятами говорит обратное, — невесело усмехнулся я.

— В смысле? — не понял Рэйн. — Ты что, знаешь их?

— Приходилось сталкиваться. Главного у них Штейном звать? Высокий такой, худой, в очках?

— Он, — кивнул «Феникс».

— Хреново, — я вздохнул.

— Откуда ты его знаешь? — Скайлер испытыующе посмотрела на меня.

— В самом начале, когда мы шли из Элизиума в Предел, мы случайно зашли на их территорию. Трикс попал в ловушку, и в процессе его освобождения мы немного повоевали. Во время прорыва наткнулись на их людей, которые подхватили какую-то заразу. Это нам система выдала квест на уничтожение больных. Я отказался. Мы почти договорились со Штейном, но подоспела банда Слая. Они ударили людям Штейна в спину, и, насколько понимаю, приняли квест на уничтожение больных. Нам пришлось уходить с боем, и, что-то мне подсказывает, что Штейн считает нас со Слаем одной шайкой, и, скажем так, немного меня недолюбливает. Так что ситуация получается еще более пикантная, чем казалась сначала.

— Понимаю, — Скайлер покачала головой. — И каков план?

— Пока не знаю, — хмуро ответил я. — Понаблюдаем — там решим. Слай предлагает окружить их базу и пригрозить, что раздолбаем их, если не выдадут «Фениксов», но, как по мне, это плохая идея.

— Плохая, — неожиданно согласился Рэйн. — Там с техникой не развернуться. А у них там куча ходов и ловушек. И оружия у них хватает. Нормального, в смысле, а не такого, как обычно используют в Лимбе. Так что не вариант.

— Я тоже так думаю, — я кивнул. — Так что идем втроем, смотрим и действуем по обстоятельствам. Держи, — я протянул Рэйну сверток с боевым костюмом. — Скаутские шмотки. Если планируем действовать скрытно, лишним не будет. Да и вообще… Много ты навоюешь в своем комбинезоне…

— Спасибо, — искренне поблагодарил Рэйн. — Когда выступаем?

— Да прямо сейчас и выступим, — пожал я плечами. — Чего тянуть-то?

«Феникс» сглотнул, решительно кивнул и принялся облачаться, а я еще раз задумчиво посмотрел на примитивный план базы Штейна.

Задача была та еще. Допустим, проникнуть на территорию, так, чтобы никто не заметил — не такая уж и проблема. А вот выбраться назад, еще и вывести за собой пятерых пленников… Задача, да. Впрочем, думаю, решить ее все же получится.

А не получится — вырежу там всех к чертовой матери!

Мне сейчас не до сантиментов.

Глава 4

Земная Федерация, система Ориона. Планета Рапсодия. Серая, условно безопасная зона, она же Лимб.

От места столкновения с преследователями Рэйна до их базы было совсем недалеко. Мы добрались до места буквально за двадцать минут, предварительно выждав в лесу несколько часов: во-первых, нужно было дождаться, чтобы улегся переполох, который наверняка устроили вернувшиеся на базу обстрелянные охотники, а во-вторых, мне не хотелось приближаться к базе Штейна до сумерек. Черт знает, как у него там охрана организована. И вот теперь я, Рэйн и Скайлер лежали в кустах в паре сотен метров от дома, превращенного группировкой Штейна в крепость, и изучали ее.

— Часовых не видно, но они наверняка есть, — пробормотал я. — Просто сидят внутри, смотрят за местностью из окон. И это разумно. Противник их не видит, а они его — видят. И снайпер не снимет. Хорошо придумали. Ну, по крайней мере, так им кажется, — хмыкнул я.

Замысел Штейна, или кто там у него отвечает за организацию охраны, действительно был неплох. Вот только рассчитан он был на противника, который оснащен примерно так же, как и они сами. И уж точно не учитывал диверсантов, оснащенных хотя бы приблизительно так, как я.

«Детектор биологических форм», «Пси-сканер»… Есть! Ух, черт, даже много!

Шквал эмоций ударил в голову не хуже ментальной атаки королевы. Блин, чего так громко-то, а? Это я настолько раскачал свои пси-способности, что ли? Как будто на ухо заорали… Так, немного «подкрутить громкость»…

Я снизил чувствительность сканера. Ага, стало получше. Теперь вместо многоголосого вопля я слышал монотонный гул. Если попытаться сосредоточиться, то можно вычленить из него отдельные эмоции. Страх, боль, радость… Хм, а это возбуждение, страсть… И удовольствие. Кому-то неподалеку сейчас хорошо. Но вряд ли это часовые. Так, что у нас тут на панели детектора?

Развернув в интерфейсе дополнительный слой, я хмыкнул. Да, интересная способность. Вместе с пси-сканером получается буквально сквозь стены видеть. Не силуэты, конечно, до этого ксенотехнологии пока не дошли, к сожалению или к счастью. Тем не менее, расположение людей я видел. На панели детектора, как в тепловизоре, виднелись разноцветные пятна. Одни светятся ярче, другие — тусклее, в в зависимости от удаленности. Задействовав пси-сканер, можно по интенсивности фона прикинуть расстояние до объекта. Да, если немного попрактиковаться, довести до автоматизма, получится удобно. Ладно. Где тут у нас часовые?

Осмотрев здание, я прикинул, где бы сам посадил дозорных. Однозначно, где-нибудь повыше. Парочку по краям, одного-двух в центре… Хотя, скорее, одного. Не думаю, что у Штейна настолько много людей, чтобы держать четырех часовых в каждом из четырех зданий. Шестнадцать человек одновременно, еще шестнадцать — как смена… Нет, вряд ли. Ладно, сейчас посмотрим.

Я засек красное пятно в крайней квартире на девятом этаже и потянулся к нему щупальцем сканера. Сосредоточенность, ожидание, нетерпение, досада, скука… Хм, что ж, очень похоже на эмоции не самого лучшего дозорного, мечтающего поскорее свалить с поста и найти себе занятие поинтереснее. Да и расположение соответствует: вряд ли кто-то станет селиться на девятом этаже на постоянной основе. Лифты не работают, водопровод с канализацией тоже… На последний этаж по лестнице не набегаешься, еду-воду вверх, а отходы жизнедеятельности — вниз, не натаскаешься. А вот обзор оттуда открывается хороший. Ладно, отметим и двинемся дальше.

Чем ниже — тем крупнее пятна, тем ярче и громче эмоции. Например, занимались сексом явно на третьем, где-то посередине. Второй и третий этажи вообще самые густонаселенные. Окна первого и второго этажей, кстати, заложены кирпичом, причем недавно. И следы раствора свежие, если приглядеться, и когда мы прорывались сквозь здание, этого еще не было. Некоторые максимум досками забиты были. Сделали выводы, значит, молодцы, уважаю. Оп. А это кто у нас на первом этаже? И почему окно заложено не полностью, почему смотровая щель оставлена? Да потому что сидит там второй часовой и бдит. Два человека в разных концах здания, один на девятом, второй на первом? Хм, может быть. И по количеству примерно так и складывается.

На всякий случай я еще несколько раз просканировал здание, но ничего подозрительного больше не обнаружил. Время от времени кто-то появлялся на первом этаже, но постоянно там люди не находились. Наверное, на первых этажах склады какие-то обустроили, подсобные помещения и тому подобное, а живут на втором-третьем. И безопаснее, и даже теплее, вроде как… Что ж. С этим разобрались. В остальных домах, думаю, то же самое. Разве что с наступлением ночи охрану усиливают…

— Засек часовых, — проговорил я. — Двое, один на первом этаже, второй на девятом.

— Примерно так и есть, — кивнул Рэйн. — С той стороны квадрата, что на город смотрит, еще и вперед посты выдвинуты, в других домах сидят, смотрят за окрестностями.

— Разумно, — я кивнул. — Основная опасность оттуда исходит. Те, кто идут из Предела, в застройку сразу из «зеленки» не полезут, им тоже неинтересно с местными встречаться, да и видно тут все, как на ладони… Если наблюдатели лицом щелкать не будут, то двоих вполне достаточно.

— И ты все еще планируешь туда пробраться незамеченным и вывести «Фениксов»? — Скайлер скептически хмыкнула.

— Не просто планирую, но и проберусь, — пожал плечами я. — Выбраться… Выбраться будет сложнее, но, думаю, вполне осуществимо. Здесь, все же, не воинское подразделение, обычные люди, уголовники в основной своей массе.

— У тебя уже есть какой-то план? — Скайлер посмотрела на меня.

— Примерный — есть, — самонадеянно кивнул я. — Основанный, по большей части, на наглости и импровизации. Обычно это работало, не вижу причин, почему не сработает сейчас. Только темноты надо дождаться.

— В темноте в Лимбе наоборот самая жизнь начинается, — возразила девушка.

— Для тех, кто уходит на промысел — да, — согласился я. — А вот те, кто весь день впахивали, как проклятые, наоборот лягут спать. И что-то мне подсказывает, что таких здесь большинство. Так что — так даже удобнее. Бойцы свалят на поиски ресурсов, работяги лягут спать… Тут-то мы к ним в гости и заявимся.

***

Ночь в Лимбе дарила эмоции, которые уже успели забыться. Каждый шорох, каждая тень — опасность, каждое движение может стать последним… От ощущения чужого взгляда до свистнувшей в воздухе смерти — последнего услышанного в этой жизни звука — считанные секунды. В Серой Зоне и раньше было опасно, а уж сейчас, когда ее обитатели могут пользоваться любым оружием без каких-либо ограничений… Конечно, Лимб никогда не сравнится с Пределом и Инферно, ведь до недавних пор здесь не было морфов и нельзя было нарваться на зараженную технику, однако ощущения тут были другими.

В Пределе и Инферно игроки охотились на морфов, и, в целом, были заодно. Внешняя угроза объединяла и сплачивала представителей одного вида. Не без исключений, конечно, но, в целом, шансов выжить там, встретив незнакомца, было гораздо больше, чем в Лимбе, на этом маленьком пятачке, где кипела бесконечная война всех против всех: за еду, за воду, за ресурсы, за возможность попасть в Зелёную зону… В общем, это сложно передать словами, но атмосфера в Лимбе была несравнимо тяжелее. И даже сейчас, когда мало кто мог что-либо мне противопоставить, было не по себе. Несмотря на то, что я сам придумал эту вылазку.

Ферра пряталась за низкими свинцовыми тучами, резкие, холодные порывы ветра приносили звуки стрельбы, а изредка откуда-то издалека доносились раскаты чего-то крупнокалиберного. Элизиум отбивался от морфов, и отзвуки боя были слышны даже здесь, за добрый десяток километров от Зеленой зоны. Эти звуки заставляли собраться и поторопиться, напоминая, что времени у меня не так-то и много.

Я активировал маскировочный режим, одновременно запустив модератор звука, и медленно двинулся вперёд.

Чисто теоретически, засечь меня из здания сейчас было невозможно, но я все равно старался быть как можно осторожнее. Как бы я не хорохорился, но воевать против целого поселения желания не было. Всё, чего мне хотелось — это тихо пробраться на территорию, найти «Фениксов» и так же тихо вывести их отсюда. И с превеликим удовольствием сделал бы это сам, не подключая Рэйна. Однако с ним шансов на то, что «Фениксы» не станут кочевряжиться, было намного больше. Да и прикрытие все же не помешает.

Погрузившись в размышления, я едва не пропустил ловушку.

Практически незаметных колышек был вдавлен в землю и присыпан листвой. Не будь он правильной прямоугольной формы, я бы, возможно, и не обратил на него внимания, а так что-то в подсознании отреагировало и запустило тревожную реакцию. Я замер и присмотрелся внимательнее.

К колышку была привязана тонкая, почти прозрачная леска, уходящая в темноту над самой землей. Пожалуй, если бы я шел, а не полз, я бы ее не заметил. Черт. Нужно быть осторожнее. Рэйн ведь рассказывал о ловушках, да и в мое первое столкновение с людьми Штейна в ловушку попался Трикс. Интересно, что там, на другом конце? Может быть, сигнальная ракета… А может и плазменная граната, установленная на неизвлечение. Ладно. Пожалуй, пытаться обезвредить ловушку я не стану — себе дороже выйдет. А вот пометить ее и сбросить расположение в таксеть Рэйну нужно обязательно: он ведь пойдет следом за мной. Плохо, что у Скайлер нет нужного софта в интерфейсе, но, надеюсь, девушка будет осторожной.

Подобрав с земли веточку, я аккуратно воткнул ее в землю, обозначая ловушку, потом пометил точку на карте и сбросил Рэйну, продублировав коротким текстовым сообщением. Хорошо. Движемся дальше.

Теперь я просматривал каждый сантиметр перед собой, и вскоре наткнулся еще на одну растяжку. Теперь леска шла в другую сторону. Проклятье, похоже, люди Штейна поработали здесь как следует. Снова промаркировав ловушку веточкой и пометив ее на карте, я изменил направление движения и пополз к дому.

Добравшись до стены, я прижался к ней спиной и замер, переводя дыхание. Я натыкался на ловушки еще дважды, и в последний раз не сорвал леску лишь чудом: замаскировали ее на отлично. Гребаные умельцы! Ну, да ладно. В ловушки я не попался, меня не заметили, а значит первый этап реализован. Теперь самое, пожалуй, сложное. Я видел два пути проникновения. Первый — банально махнуть через стену, использовав ускорители, второй — забраться на девятый этаж и, обезвредив наблюдателя, спуститься во внутренний двор через здание. На первый взгляд, вариант с прыжком был более простым, а следовательно — предпочтительным, но увы: ускорители при активации издавали довольно громкое характерное уханье, которое наверняка не останется незамеченным часовым, а поверх стены было растянута целая паутина из колючей проволоки и спирали Бруно. И если сам я её и не задену, то как будут перебираться Рэйн и Скайлер, ума не приложу. Не говоря уже о том, что приземление также выйдет шумным и заметным. Нет, не вариант. Лезть на двадцатиметровую высоту, а потом спускаться по лестнице внутри здания, ежесекундно рискуя нарваться на кого-то из местных, тоже желания не было. Потому я выбрал нечто среднее.

Достав из чехла небольшой складной арбалет, экспроприированный у одного из изгоев, я разложил его плечи, и, уложив в ложе стрелу с зацепом-кошкой, пристегнул к ней тонкий, но прочный трос. Бросив бухту с тросом у ног, я вжал приклад арбалета в плечо, прицелился, и, дождавшись, когда вдалеке снова грохнет взрыв, выстрелил.

Стрела унеслась вверх, и на крыше едва слышно звякнуло. Сознание часового, на котором я сосредоточился еще до выстрела, всколыхнулось беспокойством, и я поспешил «пригасить» бойца, убеждая его в том, что все спокойно, что шум ему послышался, и что совсем не нужно выглядывать в окно в такую отвратительную погоду. Судя по «отдаче» — получилось. Боец успокоился, сел на место и погрузился в некое подобие дремы. Отлично. То, что нужно.

Подергав трос, я убедился, что зацепы на стреле прочно закрепились на крыше, сложил арбалет и снова сунул его в чехол. Достав из подсумка роликовый зажим с карабином, я защелкнул его на тросе, покрутил головой, разминая шею, и, выдохнув, начал подъем.

Даже несмотря на «динамическое балансирование» и синтетическую мускулатуру костюма, подниматься было непросто. Повиснуть на одной руке, передвинуть карабин выше, зафиксировать, перенести вес на вторую руку, шагнуть по стене. Повиснуть на одной руке, передвинуть карабин выше, зафиксировать, перенести вес на вторую руку, шагнуть по стене. Усталость разливалась по усиленным мышцам, а еще нужно было не наделать шума при подъеме. Я старался прижиматься к стене как можно сильнее, держась, при этом, подальше от окон, и продолжая не только контролировать часового, но и прощупывать сканером всех, кто попадал в область действия. Окна были заложены кирпичом до третьего этажа, дальше — забиты досками и полосами полипласта. Это были уже вполне жилые помещения, а потому, проползая мимо них, следовало соблюдать особенную осторожность. Однако за окнами все было спокойно. Люди спали.

У окна пятого этажа я остановился и попытался прощупать сканером пространство за ним. Пусто. Никаких признаков жизни. Хорошо.

Закрепившись на тросе, я подтянулся к окну, извлек нож и принялся им орудовать, стараясь издавать как можно меньше звуков. Окно было заколочено не сказать, чтоб на совесть, и уже через несколько минут проем был свободен. Совсем бесшумно, конечно, не получилось: один раз я не успел поймать доску и она упала на пол, а когда я отгибал полосу пластика, она оглушительно треснула, так, что я аж замер. Однако никто на звуки не отреагировал. Ну и прекрасно.

Качнувшись на тросе, я уселся на подоконник, перекинул ноги внутрь, и с облегчением выдохнул. Даже модифицированные мышцы успели изрядно затечь и налиться болью.

Присев у окна, я сосредоточился и попытался дотянуться до Скайлер. Кажется, удалось: в ответ пришел слабый ментальный отклик. Есть. Девушка приняла сигнал и будет действовать по условленному плану. Скоро нужно встречать Рэйна.

Я открыл тактическую сеть и посмотрел на отметку бойца. Отметка медленно ползла, стараясь не смешаться с красной пунктирной линии, которой был отмечен мой путь. Добираясь до отметок, которыми я обозначал ловушки, Рэйн замирал на некоторое время, после чего продолжал движение. Молодец, хорошо идет. Маскировочная система на костюме «Феникса» была установлена попроще, потом он двигался медленнее, но при этом шума боец не издавал. Отлично. Еще пара минут — и «Феникс» замер у стены, подняв голову вверх.

Я убедился, что никто в доме ничего не заподозрил, высунулся, и, ослабив фиксатор ролика, отпустил его. Устройство с едва слышным жужжанием скользнуло вниз по тросу и оказалось в руках Рэйна. Хорошо. Теперь главное, чтобы он поднялся вверх, не нашумев и не выдав себя. Надеюсь, у него получится.

Рэйн поднимался значительно тяжелее, пару раз мне казалось, что он не справится, но все же минуты через три я ухватил бойца за руку и втащил в окно. Оказавшись внутри, «Феникс» распластался на полу и принялся тяжело отдуваться.

— Вот теперь я верю во все, что о тебе рассказывали, — пропыхтел Рэйн. — Ты стальной какой-то. Машина!

«Биологическая», — подумал я, невесело хмыкнув.

— Зато ты заставляешь меня усомниться в легендах, которые о «Фениксах» ходят, — пробормотал я. — Давай, приводи в порядок дыхание, и к дверям!

— Так точно, — буркнул Рэйн, и, поднявшись, шагнул к выходу.

«Давай!», — отправил я посыл, «нащупав» Скайлер.

Я всерьез переживал за девушку. Если Рэйн, пробираясь между ловушек, видел перед глазами мою траекторию, развернутую в слое дополненной реальности и яркие точки, отмечающие каждую западню, то Скайлер могла следовать моим путем лишь примерно, полагаясь на свое зрение и чутье. И один неверный шаг…

Однако переживал я зря. Скайлер справилась в два раза быстрее, чем Рэйн, и через пару минут уже оказалась под стеной и требовательно подергала трос. Усмехнувшись, я снова отправил ролик вниз. Не прошло и полминуты, как девушка уже карабкалась вверх — и снова делала это не в пример проворнее, чем «Феникс». Вот она миновала первый этаж, поравнялась со вторым, приблизилась к третьему…

Что-то негромко треснуло, грохнуло, и в окне третьего этажа вспыхнул свет ручного фонаря. В оконном проеме появилась взлохмаченная голова. Скайлер замерла сбоку, изо всех сил вжимаясь в стену. Луч фонаря пробежался по земле, скользнул по деревьям напротив, и обладатель шевелюры недовольно пробурчал:

— Да говорю — нет здесь никого! Зря только ставни снимал!

Из комнаты ему что-то ответили, и лохматый выругался. Я решил было уже, что опасность миновала, как вдруг лохмач повернул голову и замер, ошарашенно уставившись на Скайлер, висящую сбоку.

— Какого…

Закончить он не успел. Качнувшись на тросе, Скайлер устремилась в оконный проем, ударом ноги вбивая возглас лохмача ему в глотку. Послышался звук падающего тела, вскрик, еще один удар… Кто-то пронзительно взвизнул… Проклятье!

Я почувствовал, как всколыхнулось окружающее меня пси-поле, и выругался. Дерьмо! Все, скрытное проникновение накрылось медным тазом. Теперь нужно действовать как можно быстрее, пока весь дом на уши не встал…

И пока со Скайлер ничего не случилось.

Отскочив от окна, я рванул из кобуры пистоле-пулемет, и рыкнув Рэйну, чтоб следовал за мной, опрометью бросился к дверям.

Глава 5

Земная Федерация, система Ориона. Планета Рапсодия. Серая, условно безопасная зона, она же Лимб.

Дверь оказалась заблокированной снаружи, но я этого даже не заметил. Я врезался в полотно, полипласт протестующе затрещал, и дверь распахнулась наружу, с грохотом ударившись о стену. Ломанувшись вперед, я оперся правой рукой о перила, перемахнул через них и сиганул в пролет.

Полет вышел коротким. В ноги ударил бетон ступеней, я слегка присел, амортизируя его, и бросился вперед. Передо мной распахнулась дверь, и в подъезд выскочил худой, высокий парень, сжимающий в руках какую-то допотопную винтовку. Увидев меня, он замер, зрачки парня расширились, дрожащие руки потянули винтовку к плечу…

Я мог выстрелить в парня, но делать этого не стал. Оттолкнувшись от ступеней, я прыгнул, развернулся в воздухе и ударил парня в грудь обеими ногами.

От удара его просто смело внутрь квартиры, я приземлился на руку и полусогнутые, выпрямился, и, захлопнув за собой дверь, снова ринулся вниз.

Сверху прогрохотал выстрел, и я инстинктивно метнулся в сторону. Конечно, щит, скорее всего, меня прикроет, но рефлексы — дело такое. Твою мать! А быстро они отреагировали! Сейчас вообще весь лагерь на уши встанет…

На лестнице появился коренастый мужик с какой-то пушкой в руках. Действовал он значительно решительнее худого парня. Вскинув оружие, он припал к прицелу, и я снова прыгнул. Оттолкнулся одной ногой от перил, перешел на вертикальную полоскость, и, пробежав по стене три шага, прыгнул, доворачивая тело.

Удар пришелся по стволу винтовки, задирая его, и выстрел ушел вверх. Винтовка врезала владельцу по лицу, хрустнул нос, и тот заорал благим матом. Приземлившись рядом, я бросил оружие в чехлы, схватил мужика за плечи, и, крутанувшись вокруг своей оси, впечатал его в стену. Мужик шумно выдохнул и обмяк, а я одним прыжком преодолел лестничный пролет и оказался у дверей квартиры, в окне которой исчезла Скайлер.

Однако не успел я ничего предпринять, как раздался треск, и дверь резко распахнулась, заставив меня отпрянуть. На пороге стояла очень злая Скайлер, одной рукой удерживая за горло полуголую потасканную девицу, а второй сжимая рукоять оружия. Глефа Скайлер сейчас была разделена на две части, и лезвие одной из них покачивалось в опасной близости от лица девицы. В глазах девушки плескалась ярость, и я невольно отступил на шаг, поднимая перед собой руку с открытой ладонью.

— Тихо-тихо, свои!

Сзади послышался топот, и я резко развернулся, готовый отразить атаку. Однако атаковать меня никто не спешил: по лестнице спустился Рэйн, сжимающий в руках стрелковый комплекс.

— Огонь — только в крайнем случае, — приказал я «Фениксу», прежде чем вернуться к Скайлер. Уж слишком воинственно выглядел боец, как бы палить не начал. Как ни крути, эти люди нам ничего не сделали. Как ничего не сделали и «Фениксам». Есть вариант уйти без кровопролития… И не тащить за собой ораву жаждущих мести партизан.

— Ты как? — это уже к девушке. Та лишь фыркнула.

— Нормально.

— Что внутри?

— Мужик еще. Живой, вырубила…

— Хорошою Бросай ее, и пошли. Время.

— Бросать? — не поняла девушка.

Объяснять времени не было. Я взял перепуганную девицу за плечо, отстранив Скайлер, и толкнул ее в комнату.

— Хочешь жить — забейся в угол и сиди молча, — рыкнул я, прикладывая девицу «ментальным доминированием». Девица закивала, и действительно бросилась в угол у дальней стены. Ух. Надо быть как-то осторожнее с формулировками. Да и с мощностью посыла тоже…

— Быстро! Вниз! — скомандовал я своим. — Прорываемся к подвалу, по возможности не стреляем, и ни в коем случае не убиваем никого!

Снизу раздалась очередь, и Рэйн отпрянул к стене.

— А они вот сдерждиваться не будут… — пробормотал «Феникс».

Я активировал пси-сканер и отправил его щупальца вниз. Трое. Агрессия, страх… Понятно. Ну, ладно.

— Сейчас разберемся, — буркнул я, выхватил из подсумка гранату, и, не выдергивая чеки, бросил ее вниз. Ребристый цилиндр звонко запрыгал по бетону, и тотчас же внизу всколыхнулся страх.

— Граната! — крикнул кто-то. Ага. Она самая. Давайте, ребятки, в стороны!

Снизу послышался шум: бойцы спешили укрыться. Отлично.

Перепрыгнув через перила, я сиганул вниз. Поехали!

Приземлившись на лестничной площадке, я немного разогнал восприятие, стремительно ускоряясь, прежде чем кто-то успел отреагировать на мое появление. Рывок, удар — оглушенное тело летит на лечтницу. Развернуться, ударить ногой наотмашь, в последний момент умерив силу удара, убедиться, что второму бойцу теперь тоже не до стрельбы, и, развернувшись, въехать локтем в голову третьему. Готово! Путь расчищен! Подобрав гранату, я сунул ее обратно в подсумок, и бросился вниз по лестнице. Судя по топоту за спиной, Рэйн со Скайлер последовали за мной. Отлично.

Вывалившись из дверей, я тут же отпрыгнул в сторону. Выстрелов не последовало, на улице нас пока никто не ждал, но это было исключительно вопросом времени: переполох мы подняли серьезный. Пока не все понимали, чем он вызван и кто его источник, но на то, чтобы установить это, времени много не понадобится. Потому чем быстрее мы свалим отсюда, прихватив «Фениксов», тем лучше.

На оценку ситуации я потратил несколько секунд. С того момента, как мы с отрядом прорывались через этот двор с другой стороны, многое поменялось. Например, машин, за которыми мы тогда укрывались, теперь не было, а двор был застроен небольшими клетушками-сарайчиками. То здание, в котором, пытаясь поймать меня, люди Штейна обрушили лестницу, было частично восстановлено, но жилым, кажется, не было. Можно было бы с той стороны попытаться прорваться, тогда таких проблем, как сейчас вылезли, не было бы… Но могли бы появиться другие. Что-то мне подсказывает, что со стороны города у Штейна и посерьезнее народ сидит, и больше его там… Да и Рэйн говорил, что там посты вперед выдвинуты… Ладно, чего уже дергаться, вышло как вышло. Теперь нужно сделать так, чтобы последствий у этого не было.

— Внимание, опасность! — «ожила» в голове Элис одновременно с сигналом опасности от «Кошачьего глаза». Я прыгнул вперед, перекатом уходя с линии огня, и стена в том месте, где я только что находился, взорвалась крошкой, выбитой пулями.

— В укрытие! — запоздало гаркнул я, но, к счастью, ребята сообразили и сами. Скайлер упала на землю, укрывшись за кривой постройкой, Рэйн засел за кучей блоков из синтбетона. Черт. Долго сидеть нельзя, отрежут, окружат, и тогда бодаться придется уже всерьез. Черт.

— Рэйн, пугни их! — скомандовал я. Кажется, «Феникс» понял. Не высовываясь из-за кучи блоков, он поднял стрелковый комплекс над головой, и дал длинную очередь вслепую. В ту же секунду, я вскочил, и, пригибаясь, бросился вперед, туда, где уже виднелся вход в подъезд, помеченный на схеме, как тот, в котором держали «Фениксов».

Дверь передо мной распахнулась, и на улицу выскочил выскочил бородатый мужик с обрезом. Не дожидаясь, пока он сориентируется в ситуации, я на полном ходу врезался в мужика плечом, снося его, как атакующий в регби. Тот приглушенно вскрикнул и полетел на землю, выронив обрез. Я подхватил оружие, и, резко повернувшись, швырнул его на звук, туда, откуда послышался топот ног. Попал, кто-то ойкнул, а я уже мчался дальше.

Двери приближались. Я обернулся на бегу: Скайлер бежала за мной, активировав маскировочный режим, Рэйн продвигался к нам короткими перебежками, периодически стреляя в направлении противника, туда, откуда в нашу сторону палили уже несколько стволов. Молодец, грамотно работает.

Из дверного проема, к которому я так рвался, высунулась темная фигура, тут же взвыл детектор «Кошачьего глаза» и вокруг меня возникло марево силового щита. Черт, ну, хрен с вами, сами напросились!

Активировав гравитоны, я ударил волной в землю и взвился в воздух, одним огромным прыжком покрывая все оставшееся расстояние. Приземлился, подогнув колени, вскинул руку и выдал еще один импульс, в последний момент снизив мощность ускорителей. От удара гравитационной волны стрелка просто сдуло, бросив его внутрь помещения, я впрыгнул следом, и, максимально ускорившись, закрутился на месте.

Еще в прыжке я успел активировать пси-сканер, обнаружить у цели целую кучу враждебно настроенных индивидуумов и даже разметить их, как цели. Теперь же мне оставалось только резко доворачиваться в нужную сторону и активировать гравитоны. Две, нет, три секунды — и пятеро охранников резко потеряли боеспособность, получив по гравиудару из ускорителей.

В подъезд ворвалась Скайлер. Я скомандовал девушке обездвижить бойцов, пока они не пришли в сознание, а сам занялся осмотром двери, ведущей в подвал.

Проход преграждала массивная стальная хреновина, вскрыть которую нахрапом явно не вышло бы. Можно, конечно, попробовать прорезать ее импульсником, но, боюсь, столько времени нам не дадут. Ладно. Попробуем по-другому.

— Скайлер, найди ключи. Должны быть у кого-то из них. Рэйн! — это уже в комлинк. — Сюда, быстро!

Долго себя ждать «Феникс» не заставил. Ввалился в подъезд, сразу же припал на колено, разворачиваясь ко входу.

— Не лезут, — проговорил наемник. — Или перегруппировываются, или ждут чего-то…

— Подхода основных сил, например, — буркнул я, щупая сканером подъезд. Люди здесь были, но вступать в бой они явно не спешили. Основной эмоцией, что я ощущал через сканер, был страх. Люди боялись. Скорее всего, я был прав: основные силы бойцов отправились на ночной промысел, и на базе остались преимущественно некомбатанты. Вероятно, большинство охраны мы вывели из строя во время прорыва, и оставшиеся теперь либо решались, либо ждали подкрепления. Что ж, хорошо.

— Ключи! — Скайлер протянула мне тяжелую связку. Я кивком поблагодарил девушку и повернулся к Рэйну.

— Что там внизу?

— Ничего, — покачал головой боец. — Охраны нет. Тут основная дверь, ниже еще одна, за ней — что-то вроде тюрьмы. Без инструмента не выбраться, вот с охраной и не парятся. Считают, что вот этих, — Рэйн указал на бессознательных бойцов, — на первом этаже достаточно.

— Ну и хорошо, — я кивнул, копаясь с ключами и пытаясь отыскать тот, что подойдет к замку. — Ладно. Готовь речь, сейчас пойдем общаться с твоими друзьями. Скайлер, остаешься здесь. Рэйн, оставь ей пушку. — Девушка попыталась было что-то сказать, но я оборвал ее взмахом руки. — С глефой ты здесь много не навоюешь. Стрелять на поражение только в крайнем случае, просто постарайся держать их подальше и дай мне знать, если пойдут на прорыв. Мы с Рэйном идем вниз. Постараемся долго не копаться, но черт его знает, как там пойдет… В общем, не рискуй, если прижмет — отходи и зови нас. Все, Рэйн, пошли!

Я, наконец, отыскал нужный ключ и замок с щелчком открылся. Я с трудом открыл тяжелую дверь, активировал ночное зрение и поспешил вниз по ступеням.

Глава 6

Земная Федерация, система Ориона. Планета Рапсодия. Серая, условно безопасная зона, она же Лимб.

Как и говорил Рэйн, внизу оказалась еще одна дверь, ведущая непосредственно в подвал. Тоже массивная, тоже металлическая. К счастью, ключи к ней нашлись на связке, которую Скайлер изъяла у одного из горе-охранников. Щелчок замка, скрип несмазанных петель, и я отшатнулся в сторону — чисто на всякий случай. Мало ли, что там, внутри.

Из темноты послышался шорох, сдавленный мат, а потом кто-то пробормотал:

— Что за люди, мать их, поспать не дадут…

Оставаясь за дверью, я включил фонарь, взглянул на Рэйна. Тот кивнул, подтверждая, что голос принадлежит кому-то из «Фениксов». Хорошо. Качнув головой, я указал бойцу на дверь, входи, мол. Не то, чтоб я страховался, если верить рассказу бойца, «Фениксов» держат в зарешеченных камерах, но будет лучше, если первым они увидят своего. Недооценивать наемников тоже не стоит. Мало ли, как они там подготовиться успели за то время, что сидят здесь.

— Свои, спокойно, — проговорил боец и шагнул через порог. — Это я, Рэйн! Э, да какого…

Из темноты донесся шорох, звук удара, вскрик, а потом кто-то угрожающе зашипел:

— На колени, сука! На колени, быстро! Быстро, я сказал!

— Да какого…

— Молчать!

Звук удара послышался снова.

Выключив фонарь, я отшатнулся от дверей, выхватил оружие, и, активировав режим ночного видения, качнулся к проему, тут же возвращаясь обратно и восстанавливая в памяти увиденную за доли секунды картинку. А восстановив, едва не рассмеялся.

Рйэн стоял на коленях, держа руки на затылке. Рядом с ним стоял некто в термокомбинезоне, сжимая в руках какую-то железяку и тыча ею в затылок Рэйну.

— Ключи! Ключи от камер, быстро!

— Да какие ключи, Руад, ты совсем охренел, что ли? Да сними ты с меня шлем, блин, ну свои же!!

Кажется, до Рэйна дошло, что броня на нем левая, отличительного знака «Фениксов» на ней не имеется, а лица его под шлемом не видно. Послышалась возня, а через пару секунд я услышал удивленное восклицание.

— Рэйн! Твою ж… Как ты здесь оказался, шайтан тебя забери?

— Мне… Я…

— Я ему помог, — проговорил я, убирая оружие, врубая фонарь и делая шаг в помещение.

— А ты еще кто такой? — тот, кого назвали Руадом, отпрянул в сторону.

— Спокойно, это друг! — быстро проговорил Рэйн, будто опасаясь чего-то. Впрочем, Руад, как назвал незнакомца Рэйн, не спешил на меня бросаться. Дураком не был. Одно дело атаковать неожиданно, из-за дверей, и совсем другое — в открытую бросаться на вооруженного человека в броне, будучи почти голым.

— Друг?

— Рэйн, включи фонарь, — попросил я «Феникса». Тот послушался, в помещении стало светлее, и я смог оценить обстановку.

Помимо Руада, в комнате было еще несколько человек. Вот только в отличие от него, они приникли к решеткам камер, на которые была поделена комната. На прутьях — ржавчина, следы сварки… Импровизированная тюрьма явно была делом рук новых местных жителей, изначально здесь был обычный подвал. Дверь в одну из клетушек, была открыта — видимо, в ней и содержался Руад. Присмотревшись, я заметил, что один из прутьев в двери выломан — именно его сжимал в руках Руад, выдавая за оружие. Похоже, «Фениксу» удалось освободиться, и, заслышав шум наверху, он решил пойти ва-банк: напасть на тюремщика, за которого он принял Рэйна, и, воспользовавшись переполохом, свалить. Логичное решение, на самом деле.

— Меня зовут Алтай, — проговорил я, — и я здесь, чтобы вам помочь.

— Алтай? — густые темные брови невысокого Руада взлетели вверх. — Тот самый?

— Вероятно, — пожал я плечами. — Смотря кого ты имеешь в виду.

— Неважно, — махнул тот рукой. — Если у тебя есть ключи от камер, то будь ты хоть самим шайтаном, я тебе благодарен.

— Есть, — кивнул я. — Держи, — я бросил Руаду связку. — Только поскорее. Нам отсюда еще выбираться. Сейчас местные очухаются, и сделать это будет гораздо сложнее.

— Принял, — Руад кивнул, и бросился к решеткам.

На то, чтобы освободить товарищей, много времени у него не ушло, и через минуту передо мной стояли пять человек в форме «Фениксов», выжидающе и слегка недоверчиво глядя на меня.

— Кто это, капрал? — поинтересовался у Руада один из них, двухметровый громила, с плечами, шире моих примерно в два раза. — Ты что-нибудь понимаешь?

— Понимаю, — усмехнулся тот. — Не мог бы ты снять шлем? — это уже ко мне.

Я пожал плечами и поднял забрало. Руад прищурился, всматриваясь в мое лицо, и, усмехнувшись, проговорил.

— Перед тобой, Кит, герой Федерации, сержант Александр Таверовский, он же — Алтай, он же — «Калибанский палач».

— Он же — заключенный три-три-два-восемь-шесть-а-эн по совместительству, — ухмыльнулся я.

— Охренеть, — прогудел громила. — И какого хрена ты здесь делаешь?

— Вас пришел освобождать, — ответил я, проигнорировав тот факт, что громила по имени Кит, судя по всему, имел в виду не подвальную тюрьму, а Рапсодию в целом. — Давайте потом поговорим, парни, а? Времени нет совсем.

Словно подтверждая мои слова, сверху раздалась очередь из стрелкового комплекса.

— Забились, — кивнул Кит.

— Какой план? — Руад снова прищурился. Кажется, для его мимики это было вообще характерно.

— Простой, — пожал я плечами. — Поднимаемся наверх и сваливаем отсюда на хрен, пока к местным не подошло подкрепление.

— Наши стволы и броня… — начал было кто-то, и я поднял руку, прерывая бойца.

— Искать их сейчас нет времени. Что до оружия, то учтите одну деталь: мы сюда пришли, не убив никого из местных, и я искренне надеюсь, что уйти получится с таким же раскладом. Наверху есть трофейные пушки, но применять их на поражение запрещено.

— С хера ли? — лаконично поинтересовался Кит.

— Потому что я так сказал, — отрезал я, слегка усилив свои слова ментальным посылом. — Мне не нужны проблемы с местными. В подробностях расскажу позже, когда уйдем отсюда.

— А с чего это ты раскомандовался? — подал голос кто-то из темного угла.

— С того, что еще минуту назад ты сидел в клетке, а сейчас стоишь здесь, свободный, как сопля в полете, — проговорил я, начиная терять терпение. — И произошло это благодаря мне. А если закончишь пререкаться и начнешь делать то, что тебе говорят, станешь еще свободнее, и, вероятно, даже останешься в живых. Серьезно, парни, прекращайте. Я вам не враг, я пришел вас вытащить и сделаю это, ничего не требуя взамен. Единственное условие — местных валить только в случае крайней необходимости. На то есть веские причины. Потом объясню. Если кто не согласен — хрен с вами, я доброе дело сделал, и никому ничем больше не обязан. Как пришел, так и уйду, а вы любитесь тут сами. И с местными, и со всем, что происходит вокруг. А я пошел.

Я повернулся, намереваясь выйти из комнаты, но был остановлен окликом Руада.

— Алтай, стой. Мы поняли. Мы идем с тобой. Парни, вы слышали? Местных не убиваем. Надеюсь, Алтай потом объяснит нам, с чего в нем проснулось вдруг такое человеколюбие.

И в этот момент сверху снова послышалась стрельба, а потом я почувствовал ментальный зов Скайлер.

«Алтай, у меня проблемы. Поторопись, пожалуйста».

Я поморщился, и проговорил:

— Все, время вышло. Уходим. Я иду первым, за мной — Рэйн, потом остальные. Погнали!

***

— Повторяю в последний раз: выходите из здания без оружия и с поднятыми руками. В противном случае мы просто забросаем вас гранатами!

Насколько я помнил интонации, говорил Штейн. Короткий анализ при помощи Элис показал, что вероятность совпадения девяносто восемь процентов. Довольно высокая, нужно сказать. В общем, сомневаться в том, что к нам пожаловал глава местной группировки, не приходилось. Это было одновременно и хорошо, и плохо. Плохо — потому что появился он, само собой, с группой поддержки, а свалить мы до его появления не успели. А хорошо, потому что, если бы сюда прибыла просто какая-нибудь группа быстрого реагирования, она б, скорее всего, с нами на контакт выйти не пыталась, а просто выполнила обещание.

Я присел, облокотившись о стену, и посмотрел на Скайлер. Та пожала плечами. Мол, «хрен его знает, что делать». Можно, конечно, попытаться уйти через верхние этажи, но не думаю, что Штейн настолько тугой, что не учел этот вариант. Да и вверху, на ступенях, кто-то подозрительно копошится. Как бы не часть группы захвата. Можно долбануть пси-ударом, но это не гарантирует защиты от снайперов, например, которые могли засесть на крыше. В общем, положение у нас так себе. Варианты отхода есть, но все они подразумевают уничтожение части группировки Штейна, а, как я уже неоднократно озвучивал своим спутникам, делать мне этого не хотелось. Если выбора совсем не останется — тогда уж хрен с ним. Но пока есть хотя бы какая-то его иллюзия, нужно попробовать ее использовать. Блин, вот какого хрена тот чувак вообще из окна высунулся?

— А где гарантия, что вы нас не расстреляете на выходе? — чтобы потянуть время, выкрикнул я.

— Мое слово, — тут же последовал ответ. — Вы не убили никого из моих людей, хотя могли. И я это ценю. В ответ могу пообещать, что вы тоже останетесь в живых.

— Так может ты просто уберешь своих ребят с лестницы вверху и мы спокойно уйдем? — предложил я в ответ. — Зачем мы тебе? Еды, что ли, много, чтоб пленников содержать?

— Нет, — Штейн усмехнулся. — Вы не уйдете. Если я правильно понимаю, вы пришли за корпоратами. И, значит, вы сами корпораты. А мне, чем вас у меня в подвале больше — тем лучше.

— Зачем? — поинтересовался я, добавив в голос немного иронии. — Чтобы пройти во внутренний пояс Элизиума? — сейчас я уже неприкрыто усмехнулся. — Чтобы что, Штейн? Даже если предположить, что вас, прикрывающихся наемниками — наемниками, а не корпоратами, Штейн, наемными бойцами, подписавшими контракт об отсутствии претензий к «Нью Вижн» в случае травм, ранений или даже гибели — пропустят внутрь, что вы там будете делать?

На этот раз быстрого ответа не последовало. Штейн замялся. Кажется, я заставил его задуматься.

— Штейн, ты вообще в курсе, что Элизиум пал? — продолжил я. — Что там рулят не корпораты, а отморозки из «Могильных воронов? Тех самых, что сожгли твоих больных людей? И что единственное, что ждет тебя и твоих людей в Элизиуме — это присоединение к Слаю или смерть?

— Какого… — Штейн закашлялся. — Кто ты, мать твою, такой? Откуда ты знаешь о моих… О моих людях?

Я выдохнул, потянулся щупальцем пси-сканера, нащупал пылающее досадой, растерянностью и горечью воспомнинаний сознание Штейна и легонько его сжал.

— Я был здесь, когда твоих людей убили. Это задание поступило мне… Но я его отклонил, заработав штраф. А те, кто их убил… Это были люди «Могильных воронов». Люди Слая. Который сейчас заправляет в Элизиуме.

Замолчав, я отправил Слаю мысленный посыл. «Ты мне веришь. Ты хорошо понимаешь, что я говорю. Возможно, ты считал, что твоих людей убил я, но это не так. Это не более, чем совпадение. И сейчас ты это прекрасно понимаешь. Я не хочу тебе зла. Не хочу зла твоим людям. «Фениксы» тебе не нужны. Никто не пропустит тебя в Элизиум, если ты будешь держать их в заложниках. Тебя просто убьют. А вот я, возможно, смогу тебе помочь».

На лбу выступил пот. Еще никогда мне не приходилось работать так тонко, пытаясь что-то внушить при помощи «Ментального доминирования». Обычно я просто подкреплял свои слова легким ментальным посылом, а сейчас я пытался внушить Штейну свои мысли, выдав их за его собственные, и это было чертовски тяжело.

Переведя дух, я прижался затылком к стене. Ну, все. Я сделал, что мог. Теперь, если получилось, все пройдет, как надо. Но, если не получилось…

— Выйди. Один, — донесся до меня сдавленный голос Штейна. — Тебя никто не тронет. Мое слово. Я хочу с тобой поговорить.

Сработало? Кажется, да. Чтож. Есть только один способ проверить. Я переглянулся со Скайлер и «Фениксами», и жестами указал им оставаться на месте, но быть настороже. После чего поднялся и проговорил в пустоту:

— Я иду, Штейн. Надеюсь, ты не из тех, кто бросает слова на ветер.

Слегка приподняв руки, так, чтобы их видели бойцы Штейна, я собрался с духом и шагнул в дверной проем.

***

Разговор со Штейном оказался на удивление продуктивным. Настолько, что, начав его во дворе, под стволами бойцов, продолжили мы уже в какой-то комнатушке, освещенной самодельными, чадящими лампами, попивая горячий напиток, напоминающий чай, из помятых алюминиевых кружек.

Как ни странно, для Штейна происходящее в Элизиуме было загадкой. Согласно его последним данным, последовало несколько прорывов Периметра, которые корпораты попытались заткнуть отрядами «Феникса». Когда не вышло — закупорились в Зеленых зонах. Когда еще удавалось перехватить тех, кто, несолоно хлебавши, возвращался из Зеленой зоны, разжиться особыми подробностями все равно не получалось. О том, что Слай собирает свою армию, Штейн что-то слышал, но не более. Видимо, после того, как Слаю удалось прорваться в Элизиум, информация оттуда уже не просачивалась. Но мне Штейн поверил почти сразу: уж очень многое совпадало с его наблюдениями.

— Какое-то время назад в той стороне грохотало особенно жестко. Мы решили, что корпораты пытаются зачистить тварей. Потом все стихло, а люди, отправленные на разведку, не вернулись. С тех пор мы не знаем о том, что происходит в Зеленой зоне, — проговорил Штейн.

— И вы не пытались послать туда разведчиков? — я сидел на продавленном диване, облокотившись о стену и грел в руках кружку.

— У меня мало людей, — поморщился Штейн. — Терять кого-то еще не хочется.

— Ну а мимо что, никто не проходил, что ли? Никаких новостей нет? Как-то же вы здесь, в Лимбе, общаетесь?

— Лимб опустел, — пожал плечами Штейн. — С тех пор, как кто-то, — быстрый взгляд в мою сторону, — разгромил базу Скульптора и обезглавил рыночных, серьезную силу никто набрать не успел. Ходили слухи, что на базе Скульптора теперь сидит кто-то из топов Оранжевой зоны, но я не проверял. С момента начала всей этой кутерьмы с прорывами, людей тут стало в разы меньше. Твари очень хорошо поживились в первые дни. Пировали, — Штейн невесело усмехнулся. — Мы тут с трудом отбились. Это Лимб. Тут же оружия нормального… Сам понимаешь. Хорошо хоть разжиться чем-то удалось.

— А почему ты до сих пор в Лимбе, Штейн? — вдруг спросил я. — Ты ведь явно прошел инициацию, и уровень у тебя, думаю, позволял в Элизиум уйти.

— А это все я на кого брошу? — неодумевающе развел руками Штейн, имея в виду поселок.

— Ну так… Ну, не знаю… Почему вы здесь сидите? Здесь же, даже по сравнению с Пределом — ад. Ни еды, ни воды, ни оружия нормального… Грызутся все со всеми… Неужели нельзя было собрать отряд, чтобы двинуться дальше? Лимб — он же песочница. Первичный фильтр. Да, в других зонах есть твари, механоиды, другие кланы… Но там же и оружие есть! И припасы. И кредиты заработать проще, — я искренне недоумевал.

Штейн посмотрел на меня, тяжело вхдохнул и полез в карман. Достал никотиновый стик, зажигалку, закурил, выдохнул в потолок густой клуб дыма в потолок, и заговорил. И чем дольше я слушал его рассказ, тем отчетливее понимал, что этот мир окончательно свихнулся.

Рэйн оказался прав: часть подопечных Штейна не являлись комбатантами. И живы они были лишь благодаря сердобольному Штейну, бывшему копу, загремевшему на Полигон за то, что сунул нос, куда не надо, без согласования с высоким начальством.

Подавляющее большинство людей Штейна попали на Рапсодию… За долги. Добровольно продавшись в рабство «Нью Вижн», чтобы вытащить семью из долговой ямы. На этом моменте я даже поперхнулся. Я встречал на Полигоне тех, кого оболгали, тех, кого подставили, тех, кого откровенно довели… Но чтоб такое? На моей памяти добровольно сюда прилетали только туристы-толстосумы, желающие устроить сафари, но до какого же уровня отчаяния нужно дойти, чтоб добровольно согласиться на роль дичи? Корпорации же было плевать. Не хватает заключенных для новой партии «мяса»? Давайте должников! Какая разница, кто здесь дохнуть на потеху публике будет.

Штейн, оказавшись на Полигоне, собрал вокруг себя группу неплохих бойцов — мужиком он был, все же, грамотным и харизматичным. Потом как-то не сдержался, вступился за парня. Взял к себе. Потом ситуация повторилась… И снова… И снова… Спустя какое-то время по Лимбу прошел слух, что в Серой зоне появилась группировка, привечающая тех, кто не в состоянии постоять за себя сам. Штейн прекрасно понимал всю глупость и опасность такой кадровой политики, но сделать с собой ничего не мог. Служака с развитым чувством долга и ответственности за других, он просто не мог поступить по-другому. И я его хорошо понимал. Вот только такой подход привел к тому, что сейчас он сидел посреди Серой зоны с серьезным балластом. И избавляться от него он не собирался.

— Бойцов хватает, — проговорил Штейн. — Тридцать человек у меня есть, нормальные ребята. Мы сейчас, наверное, самая крупная группировка в Лимбе. Вот только и тех, кто пороху не нюхал — человек двадцать. Из них половина болеет еще… Куда я их?

— Болеет? — Я вскинул бровь. Очень уж живо перед глазами стояли те, в комнате, на кого система квест выдала.

— Болеет, — кивнул Штейн. — Именно то, о чем ты подумал. Дерьмо какое-то инопланетное. И убивать не убивает, и жить нормально не дает. К нам-то не липнет, вроде как, а вот тех, у кого иммунитет послабее — косит. И что с ними делать — не знаю. Я-то думал, с этими, — Штейн мотнул головой в сторону, явно имея в виду «Фениксов», — удастся как-то в Зеленую зону пробиться, к медикам их доставить, что ли… А если все так, как ты говоришь, и там теперь Слай рулит… Не знаю.

— Сейчас там медиков, пожалуй, и не осталось-то, — мрачно проговорил я. — Но, знаешь… Мне кажется, я смогу тебе помочь. Обнадеживать не буду, но, если это какая-то разновидность ксеновируса… Ослабленная там, или еще как… Не знаю, не врач я. В общем, есть лекарство. И оно именно там, куда ты и собирался. В Элизиуме. Есть, правда, пара нюансов…

Штейн подался вперед, глядя на меня. Я всмотрелся в его глаза за линзами старомодных очков, и почувствовал, как по спине пробежал холодок: столько в этих глазах было надежды и желания мне поверить.

— Рассказывай! — потребовал Штейн. Я вздохнул, сделал круговое движение головой, пытаясь размять усталые мышцы, и проговорил:

— Ну, значит, слушай…

Глава 7

Земная Федерация, система Ориона. Планета Рапсодия. Серая, условно безопасная зона, она же Лимб.

На мое предложение Штейн согласился практически сразу же. Логично, чего тут думать, когда с одной стороны — практически неминуемая гибель, а с другой — хотя бы слабая, но надежда на спасение. И не только собственное — подозреваю, что судьба подопечных для него гораздо важнее своей. Как бы то ни было, услышав, что в Элизиуме есть теоретическая возможность раздобыть лекарство для больных, лидер поселения не размышлял ни минуты. Правда, говоря об этом, я изрядно кривил душой, и сейчас от этого мне было малость не по себе. Да, где-то там были наработки Вихо по ксеновирусу, противоядие, результаты исследований и документы, описывающие всю эту фармацевтику, но какова вероятность, что все это поможет? Верно. Стремящаяся к нулю. Кроме того, все это нужно было еще отыскать и отобрать у корпората. Но даже тысячный шанс на благоприятный исход лучше, чем бессильное заламывание рук. И Штейн это понимал очень хорошо, даже лучше меня. Толку с того, что он будет сидеть здесь? Больные от этого не выздоровеют. А так… В общем, я его понятия разделял. Под лежачий камень вода не течет. Нужно двигаться.

У себя на базе Штейн оставил пять человек из своего «бойцового» состава, остальные пошли с нами. Так что, нежданно-негаданно, мне удалось не только заполучить «Фениксов», которые и сами-то по себе были серьезной силой, но и увеличить отряд на, ни много, ни мало — тридцать человек, считая пятерых наемников. Шестерых — с Рэйном.

С оружием и броней у местных, конечно, было так себе, но на этот счет я не переживал: в броневиках «Буревестников» хватало и того, и другого. Вооружим, экипируем, покажем, как в направлении противника стрелять… Хотя это они, скорее всего, умеют. Таким образом, сила у нас собралась, по местным меркам, более, чем серьезная. Семьдесят бойцов Сандерса, двадцать пять «ополченцев» Штейна, Скайлер с ее изгоями… «Фениксы», опять же. Добавить сюда какую-никакую технику, огнеметы и самодельные минометы — и можно делать вывод, что сам черт нам не брат. Ну, можно было бы. Если бы не гребаные ксеносы, и не тот факт, что неизвестно, сколько народа под свои знамена Слай собрал. Ну, да ничего. Прорвемся. И с гораздо меньшими силами местным уродам всех мастей просраться давали. Глядишь, и сейчас получится. А уж учитывая наемников, засевших в фортах… Если удастся заручиться их поддержкой — шансы на благополучный исход не такие уж и малые выходят. Главное, весь этот сброд в узде удержать. Что тоже задачей не из самых простых будет. За освобожденными «Фениксами», например, тоже стоит приглядывать. Им вернули оружие и броню, и сейчас они снова превратились в сплоченный боевой отряд. И, боюсь, что претензии к людям Штейна у этого отряда остались. Вон, как недобро Руад на местных поглядывает. Ладно. Надеюсь, он умный мужик, и не начнет устраивать разборки.

Много времени на сборы не понадобилось, и вышли еще затемно. До оговоренного с Сандерсом срока оставалась еще пара часов, и я надеялся, что по пути на точку рандеву эксцессов не возникнет.

Эксцессам, на самом деле, возникать было особо неоткуда. Чтобы напасть на такой крупный отряд, нужно было либо располагать, как минимум, не меньшими силами, либо откровенно не дружить с головой. Крупных отрядов в Лимбе, по рассказам Штейна, не осталось: все либо мигрировали в Элизиум, либо перевариваривались в желудках у тварей. Ксеносов тоже видно не было. Скорее всего, на текущий момент, все твари сосредоточились вокруг Зеленой зоны в предвкушении знатного пиршества. Какой смысл блуждать по развалинам, вылавливая отдельных человечков, когда в Элизиуме их с избытком? Осталось только периметр расковырять…

Я, незаметно для себя самого, настолько глубоко погрузился в размышления, что даже не сразу понял, что рядом творится неладное. Встрепенулся только когда впереди снова послышался странный звук, а идущая впереди меня Скайлер замерла.

— Что там такое? — я отодвинул девушку, шагая вперед, и выругался. Ну твою ж мать! Только-только подумал же! Ну как так вообще?

Один из бойцов Штейна лежал на земле. Над ним стоял Руад, уперев в голову «ополченцу» ствол стрелкового комплекса. Остальные «Фениксы» рассыпались полукругом, прикрывая командира и держа оружие наизготовку. «Ополченцы», которых было значительно больше, медленно окружали наемников, недвусмысленно целясь в «Фениксов» из всего имеющегося оружия. Несмотря на то, что экипированы люди Штейна были хуже, одновременного залпа из самых разных стволов не вынести даже «Фениксам» в их броне.

— Э! — гаркнул я, отпихивая одного из «ополченцев», и выходя на свободный пятачок перед Руадом. — Какого хрена здесь творится, капрал?

Одергивать стоило именно «Фениксов». Потому что, если насчет прочности щитов наемников у меня были сомнения, то насчет брони «ополценцев» таковых не имелось. Потому что большая часть брони не имела. И, если «Фениксы» откроют огонь первыми, потерь будет ой, как много!

Руад поднял голову. Взгляда его я не видел — забрало шлема было опущено, как и полагается в боевом режиме. Зато чувствовал эмоции. Едва сдерживаемую ярость и готовность нажать на спуск.

— Руад! — снова окликнул его я. — Ты забыл, о чем мы договаривались?

— Не забыл, — голос капрала, прозвучавший через динамики брони, вибрировал от злости. — Но в договоре не значилось, что ублюдки, положившие наших товарищей, будут глумиться над их памятью.

Я тяжело вздохнул — стараясь сделать так, чтоб этого не было видно со стороны. Вот и началось, блин. Двух километров пройти не успели. Я надеялся, что мое свеженабранное воинство все же благоразумнее. Эх, как бы сейчас так из ситуации выйти, чтоб и «Фениксов» успокоить, и попытки их задирать пресечь? Желательно — сохранив лояльность Штейна и его «ополченцев»…

— Штейн! — позвал я, стараясь говорить, как можно спокойнее. — Подойди сюда, пожалуйста.

Как оказалось, глава местных был уже рядом, шагнув из тени, он оказался совсем рядом со мной.

— Руад! — снова позвал я. — Убери ствол, пожалуйста. Давайте решим все, раз и навсегда. Как нормальные, цивилизованные люди.

— Цивилизованные люди на Полигон не попадают, — отчетливо прошипел кто-то из «Фениксов», явно забыв про активированные динамики внешней связи. Я тут же идентифицировал говорящего и повернул к нему голову.

— Ты это мне? Повторишь громче и в лицо? Или мне показалось? — я замер на грани срыва в ускорение, готовый активировать «Концентрацию фокуса». Ладно «ополченцы», но в свою сторону такое спускать нельзя точно. Одновременно я раскрыл над двойным кольцом местных и наемников зонтик пси-доминирования, и добавил к своим словам немного эмоций. Так, чтобы прочувствовали. Боковым зрением заметил, как «изгои» во главе со Скайлер аккуратно рассыпаются в цепь, занимая ключевые позиции за моей спиной. Поддержка, ты гляди! Аж приятно стало!

Передать эмоции получилось. Прочувствовали. Боец смешался, и повторять сказанное не стал.

— Показалось, значит, — удовлетворенно кивнул я. — Хорошо. Продолжим. Руад! — обратился я к командиру наемников. — Какие у тебя претензии к этому человеку? — показал я на лежащего на земле «ополченца».

— Разговаривает много, — сквозь зубы процедил Руад.

— Конкретизируй, пожалуйста, — теперь уже и я едва сдерживал рвущееся наружу раздражение. Но говорить, тем не менее, старался как можно спокойнее.

Как выяснилось, кто-то из «Фениксов» достаточно громко, так, чтобы люди Штейна наверняка услышали, выразил свои сомнения насчет боеспособности «гребаных голодранцев». Мол, нахрена вообще этот балласт тащить. Это так, очень мягко говоря. На что один из этих самых «голодранцев» не преминул ответить, мол-де, голодранцы — от слова драть. И припомнил нескольких «Фениксов», которых удалось завалить людям Штейна. Ну а дальше случилось то, что я уже видел.

Тяжело вздохнув, я повернулся к Штейну.

— Что скажешь?

Глава местных помолчал несколько секунд, потом посмотрел на Руада и негромко, но твердо произнес.

— Я бы мог сказать, что мне очень жаль твоих людей. Но я не люблю врать. Вы открыли огонь первыми. Вы пришли в наш дом и начали убивать. Мы лишь защищались. В том, что вы видите здесь лишь голодранцев и отбросов, моей вины нет. Как и вашей — в том, что вам это внушили. Мне тоже очень жаль моих людей. И я понимаю твою реакцию. Но — снова, не мой человек это начал. Если ты не хочешь терпеть насмешки, с чего их должны терпеть мои люди? Мы никогда не лезем в драку первыми, но и левую щеку подставлять не намерены. Вас не делает лучше только то, что корпорация дала вам броню и оружие. Как нас не делает хуже только то, что нас корпорация бросила на Полигон. Мы такие же люди, как и вы. Не сортом ниже, не сортом выше. Полагаю, если все мы будем помнить об этом, подобных инцидентов не повторится.

Твою мать! Я чуть не застонал от досады. Улучшил, блин, ситуацию! Формально-то Штейн прав, но, блин, что мне-то теперь делать? Его речь «Фениксов» нихрена не успокоила, еще и «ополченцев» воодушевила. Блин, нельзя было, что ли, повиниться просто и закончить все это? Гордый какой! Еще и «Фениксы», мать их разэдак! Если честно, я ожидал, что в потасовке виноват именно «ополченец», и, стиснув зубы, собирался сломать ему руку и пинками отправить его назад, к тем, кто остался баб да немощных охранять — в назидание остальным, типа. А теперь что? Наказав «ополченца», я покажу Штейну и остальным, что ставлю наемников выше них, наказать «Феникса»… Они и так на взводе, и я для них пока что никто, несмотря на то, что освободил наемников. Тогда точно стрельба начнется. Дерьмо. Патовая ситуация, решать которую нужно здесь и сейчас. Вот только решения не…

«Опасность!» — воскликнула Элис одновременно с зуммером тревожного оповещения пси-сканера, и на арене нашего небольшого, но весьма профессионального цирка появились новые действующие лица.

— Морфы! — выкрикнул кто-то, а через секунду ночь взорвалась заполошной стрельбой.

***

На пятачок между домами вылетело с два десятка морфопсов, наподобие тех, с которыми нам с Дисом довелось сражаться в памятную первую вылазку на рынок. Правда, выглядели эти значительно хуже… И опаснее. Кажется, они успели пройти уже не одну эволюцию, и сейчас смотрелись настоящими монстрами. Почти полное отсутствие шерсти, многочисленные язвы и наросты на коже, мощные лапы, увеличившиеся пасти с зубами-иглами в два ряда… Такие, пожалуй, и бронекостюм прокусят не поморщившись. Псы атаковали абсолютно бесшумно, и, кто знает, чем бы завершилась эта атака, не настрой я заблаговременно пси-сканер на появление в непосредственной близости ксенообъектов. Впрочем, и так монстрам удалось реализовать элемент неожиданности на «отлично».

Первая же псина взвилась в воздух, пролетела несколько метров, и, сбив широкой грудью одного из «ополченцев», впилась ему прямо в лицо. Боец захлебнулся собственным воплем и забился на земле, пытаясь стряхнуть с себя морфа.

Вскинув пистолет-пулемет, я всадил твари в бок короткую очередь, сбивая ее с бойца, добавил еще разок, и переключился на новые цели, которые услужливо подсвечивал таргет-трекер.

Загрохотали стрелковые комплексы, зашипел импульсник, кто-то закричал… На пятачке воцарился ад. И самая большая проблема заключалась в том, что огонь все вели, кто в лес, кто по дрова. На моих глазах шар плазмы, выпущенный одним из «ополченцев», ударил в спину его же товарища, невовремя метнувшегося в сторону, уходя от атаки. Еще один попал под огонь стрелкового комплекса… В общем, создавалось впечатление, что сами себе бойцы урон наносят больше урона, чем монстры.

Ладно. К дьяволу!

Я отдал команду Элис захватить пси-сканером все цели, подсвеченные таргет-трекером, и, убедившись, что нейросеть выполнила команду, рубанул пси-ударом, надеясь, что осенило меня правильно, и ментальная волна не разойдется от меня тупо кругом, сжигая мозги всем, кто попал в ее радиус действия.

Сработало! Ближние ко мне твари рухнули замертво, как мелкие морфы тогда, на развалинах Мидлтауна, те, что подальше заскулили и прянули в сторону. Бил бы я в полную силу — наверняка б сжег мозги всем атаковавшим тварям, но делать это я опасался, не будучи до конца уверенным, что метод «прицеливания», пришедший мне в голову только что, верный. Не хватало еще союзников убить или превратить в пускающих слюни болванчиков… Особенно учитывая, что некоторым из них и так явно мозгов не хватает. Впрочем, второго удара не понадобилось: замедлившиеся и дезориентированные псы стали легкими мишенями, и сейчас «Фениксы» вместе с «ополченцами» Штейна уже добивали тварей, прекратив, наконец, вести беспорядочный самоубийственный огонь и сосредоточившись на целях.

Еще несколько секунд — и все закончилось. На земле осталось два десятка собачьих трупов и несколько человеческих. Причем большая часть человеческих — с ранами, нанесенными явно не собаками.

«Элис», — обратился я к нейросети, шагая к раненым. «Как ты оцениваешь эффективность использования таргет-трекера в сочетании с пси-сканером и режимом ментального удара?».

«Положительно», — тут же отозвалась та. «Совмещение захваченных таргет-трекером целей с пси-сканером позволяет наносить точечный удар, экономя энергию и исключая вероятность поражения союзников. Создать шаблон взаимодействия?».

«Создай», — согласился я, и тяжело вздохнул.

Если бы у меня было больше времени на изучение своих способностей, если бы я мог просто остановиться на миг и подумать… Вполне вероятно, что Блайз и «Фениксы» из Мидлтауна были бы живы, а я не оказался в очередной раз на грани смерти. Знай я о возможности бить пси-ударом выборочно, а не по площадям, там, в Мидлтауне, я б выложился на полную, но расплавил бы мозги ублюдочным «Воронам»… И все повернулось бы совсем по-другому. Кто знает, может и с фортом получилось бы иначе, не дай я возможность сраному киборгу отдать команду на штурм… Сука. Ладно. Сделанного не воротишь. Убиваться буду позже. Нужно разрулить ситуацию здесь и сейчас.

Я подошел к бойцу, атакованному первым. Тот уже даже не стонал: лежал, мелко вздрагивая. Нагнувшись, я покачал головой. Не жилец. Череп скальпирован и прокушен, часть черепной коробки вскрыта… Тварь не только прокусила «ополченцу» голову, тонкие, длинные зубы добрались до мозга, и то, что я сейчас видел, было не более, чем агонией. Поморщившись, я перевел переключатель на пистолете-пулемете в режим одиночной стрельбы, вытянул руку и нажал на спуск. Хлопнуло почти неслышно, тело вздрогнуло в последний раз и замерло. Я поднял голову и обвел взглядом замерших вокруг бойцов.

— Это, — показал я на мертвого «ополченца», — это, — жест в сторону «Феникса», баюкающего прокушенную руку, — это, — ствол пистолета-пулемета указал на обугленный после попадания из плазмогана труп, — следствие ваших гребаных разборок. Следствие того, что вы не можете понять, что враг у нас сейчас общий. Вместо того, чтобы смотреть по сторонам и прикрывать друг друга, вы собачитесь, подставляясь сами и подставляя других. Гребаные псины, которых я в свое время успешно убивал, не имея ни огнестрела, ни, тем более, энергетического оружия, порвали вас, как дошкольников. Вы не смогли организоваться в суматохе боя, и собственноручно завалили нескольких своих товарищей. Всего этого не было б, не вздумай вы сейчас выяснять отношения. И, знаете что? Мне такие бойцы нахрен не нужны. Мне нужны те, кто хочет жить. И, чтобы жить, выполняет приказы, а не думает лишь о собственной крутости. Вы, судя по всему, жить не хотите. А значит — нам не по пути. Валите назад, — взгляд на ополченцев, — сидите в своих руинах, хороните больных и ждите, пока вам на голову насрет орбитальный бомбардировщик. А вы, — теперь я смотрел на «Фениксов», — раз такие крутые, двигайте к своим. Сами. Вы же наверняка легко прорвете осаду тварей и доберетесь до фортов, да? Вам для этого не нужна компания голодранцев и дикарей, зэчья, мяса, брошенного умирать на Полигоне. Верно? Скайлер! — я повернулся к девушке, резко потеряв интерес и к Штейну, и к Руаду. — Собирай людей. Мы уходим. Зря только время потратили.

Сунув пистолет-пулемет в кобуру, я демонстративно развернулся и первым шагнул к руинам, точно зная, что Скайлер с изгоями пойдут следом. Шаг. Другой. Третий…

— Эй! Эй, Алтай! — послышалось сзади. Штейн. Я не отреагировал. — Командир! — Руад. Надо же. — Да постой ты!

Я остановился и будто нехотя повернулся назад.

— Ну?

— Слушай, сержант, ну мы все поняли, — Руад опустил голову. Видно было, что наемнику не по себе. — Больше не повторится. Ты по званию старше, ты здесь все расклады знаешь… Командуй, в общем.

Судя по тишине в рядах «Фениксов», бойцы Руада ничего против не имели.

— Штейн? — я взглянул на бывшего копа. Тот сжал зубы, так, что аж кожа на лице натянулась, резко очертив скулы, поправил очки, и кивнул.

— Мы с тобой. Мы поняли, да.

— Раз поняли, — вздохнул я, — то пожмите друг другу руки и забудьте нахрен о своих разборках. Хотя бы до того момента, пока мы не займем Элизиум. Все. Пять минут на оказание помощи раненым и перераспределение груза. Скайлер! Держим периметр! Время пошло!

М-да. «Не доходит через голову — дойдет через ноги», говорил обычно сержант в учебке перед марш-броском в полной выкладке, когда этот самый марш-бросок назначался в качестве наказания за косяки «молодых». И работало, да. Надеюсь, здесь сработает тоже. Особенно учитывая, что цена за это уплачена несоизмеримо большая.

Глава 8

Земная Федерация, система Ориона. Планета Рапсодия. Серая, условно безопасная зона, она же Лимб.

К месту встречи с Сандерсом вышли впритык, уже на рассвете. Памятуя о том, что Сандерс ждет, что со мной придут максимум пять-шесть человек, я оставил свое пестрое воинство в отдалении, и выдвинулся на точку с одной лишь Скайлер. Если не считать, конечно, Шарбара, поджарое тело которого то и дело мелькало среди руин, то справа, то слева.

— Как бы его вояки Сандерса не грохнули, — пробормотал я, имея в виду морфа. Скайлер лишь усмехнулась.

— Лишь бы не он их. Шарбар — не просто тупой морф, поверь. Он так легко не подставится.

— Да верю, чего уж, — хмыкнул я. — Неоднократно доказано.

По уму, Скайлер нужно было оставить присматривать за «Фениксами» и вояками Штейна. Командиром-то они меня вроде признали, но поди разберись, что у людей в головах творится… В общем, я рисковал, оставляя бойцов без присмотра, но и бросать девушку одну среди орды мужиков, которые бабу последний раз непонятно когда видели, желания не было. Дороже выйти может. Потому Скайлер пошла со мной.

Пробравшись через разрушенный дом, я сделал девушке знак остановиться, присел и достал рацию. Теоретически я знал место, где расположился Сандерс, но соваться наобум не хотелось. Мастер-сержант наверняка выставил дозоры, а как они на нас отреагируют — неизвестно. Часовой в зоне боевых действий — существо дерганое и пугливое, не стоит его лишний раз нервировать.

— Сандерс — Алтаю! Лазурно-белый, — проговорил я кодовое слово, должное подтвердить, что в рацию говорю именно я, а не кто-либо, вышедший на ту же волну и пытающийся выдать себя за меня. — Прием! На точке. Повторяю — на точке. Как принял?

— Алтай — Сандерсу! — тут же зашипело в динамике, и я поморщился, в который раз пожалев, что не стал тратить время на то, чтобы попытаться найти в барахле «Буревестников» гарнитуру. — Ярко-оранжевый. Принял чисто, отчетливо. Дай численность и направление.

— Сандерс — Алтаю. Северо-запад, со стороны руин, двадцать минут, численность — тридцать плюс.

— Сколько?! — Кажется, Сандерс аж поперхнулся, забив на правила радиообмена. Удивление в голосе было слышно даже сквозь треск статики. Мастер-сержант замолчал, но уже через пару секунд пришел в себя и заговорил снова.

— Алтай — Сандерсу. Приходи один. Расскажешь. До этого момента групповые цели объявляю вражескими. Конец связи.

— Сандерс — Алтаю. Принял. Три минуты, северо-запад. Конец связи.

Я усмехнулся. Все-таки в старом алкоголике просыпается старый вояка, и это хорошо. Мы вели переговоры по аналоговым рациям, и Сандерс не мог знать точно, кто будет «на другой стороне» волны. Поэтому мастер-сержант решил подстраховаться. Логично. Кодовое слово кодовым словом, а доверять нельзя никому. Иногда — даже себе. Резко изменившаяся численность гостей удивила Сандерса, и он решил удостовериться, что я говорю не по принуждению, сидя под стволами неприятеля. Тридцать человек в здешних краях могучая сила, и, подпустив такую ораву близко, можно об этом крепко пожалеть. Все-таки не ошибся я в Сандерсе. И это хорошо. Что ж, прогуляюсь. Лишние пятнадцать-двадцать минут ничего не решат.

— Дуй назад, — повернулся я к Скайлер, — и жди там меня. Я схожу к Сандерсу и вернусь. Приглядывай за этими горе-вояками. Как бы они там не перерезали друг друга. Или, мало ли, не удумали какой пакости в нашу сторону. Ну и будь осторожнее там. Справишься?

Скайлер в ответ лишь фыркнула. Молодец, девчонка. Дождавшись, пока девушка, сопровождаемая ручным морфом, выскользнет из развалин, я выпрыгнул в окно, и, держась в тени здания, направился в сторону расположения нашего основного воинства.

***

Расположился Сандерс грамотно. Если бы не пси-сканер, я б дозор, выдвинутый в развалины, даже и не засек. А так — три облачка в полуразрушенном здании, два на первом этаже, одно на втором. Эмоции — настороженность, внимание, напряженное ожидание… Хорошие эмоции для дозорных. В общем, решил сделать приятное парням и не показывать, что их обнаружил. Ну и те молодцы: не стали дергаться, проводили взглядами, опознав, Сандерсу, думаю, доложили. Потому что через несколько секунд после того, как я миновал пост, динамик моей рации зашипел и заговорил сквозь треск статики голосом Сандерса.

— Триста метров прямо, пятиэтажное здание без крыши на три часа.

— Принял, — отозвался я, ускоряя шаг.

Пройдя указанные триста метров, повернулся направо и поискал взглядом озвученное здание. Нашел. А найдя едва удержался, чтоб не присвистнуть.

Замаскировался Сандерс качественно. Ни людей, ни техники с улицы видно не было. Можно было бы поставить твердую пятерку, если бы не одно «но» — несколько десятков морфов разной степени прожаренности, полукругом лежащие на небольшом отдалении от того самого дома.

Всмотревшись, я опознал скорпиксов, крабоидов и даже парочку стражей. Нормально парни тут повоевали. М-да, кажется, нужно все же быть аккуратнее. Я тут шляюсь, как у себя дома, пребывая в полной уверенности, что все ксеносы дружно пытаются пробиться в Элизиум, а оно вон как… Тут побоище настоящее было. Собственно, теперь даже непонятно, к чему маскировка, шуму было, наверное, на весь Лимб. Впрочем, маскировка дело такое, лишним никогда не бывает.

Повернувшись, я пошел прямо к дому, подняв руку и приветственно помахав, предварительно подняв забрало. Пусть рассмотрят меня хорошенько, а то мало ли. Дрогнет рука у какого-нибудь снайпера, и до свидания. «Кошачий глаз» высветил позиции сразу троих бойцов, что держали меня на мушке, пока я шел по двору. Да, нормально Сандерс здесь службу настроил.

Миновав ворота, я попал во внутренний двор, где сразу же заметил ранее скрытый забором из синтбетона броневик. По всей видимости, именно с помощью его огнемета и сожгли морфов. Подумав об этом, я нахмурился: если так напалм тратить, к моменту прибытия в Элизиум его вовсе не останется. Надо как-то экономнее, что ли… С другой стороны, если посчитать, сколько на такую ораву ушло бы боеприпасов, так, наверное, то на то и выходит. Вот только боеприпасы относительно возобновляемый ресурс, а напалм — нет. Ладно. Надеюсь, надолго мы в Лимбе не завязнем, и расходовать зря запасы не придется.

Насколько я мог судить, раньше в здании располагалась пожарная часть. Сейчас места пожарных машин в полуразрушенных боксах заняли наши броневики, у одного из которых и ждал меня Сандерс.

— Хм. Действительно ты, — ухмыльнулся мастер-сержант. — Ну, рассказывай, откуда ты тридцать бойцов набрал. «Фениксов» же вроде шестеро было. Или они в неволе размножаются? — мастер-сержант хохотнул.

— Нет, феникс — птица гордая, и в неволе размножаться не желает, — вернул я Сандерсу шутку. — Местных в свою веру обратил. Тех самых, которых ты предлагал минами закидать.

Сандерс лишь головой покачал. — Ну, ты даешь! Рассказывай!

И я рассказал.

Слушая меня, бывший космодесантник только головой качал. Когда я закончил, он помолчал некоторое время, а потом оперся на броневик и проговорил:

— Силен, силен, ничего не скажешь. Молодец. Вооружить мы их, пожалуй, вооружим. И броню какую-никакую найдем. Но ты уверен, что нам польза будет от этого дикого воинства? Сам говоришь, в стычке с морфами друг друга пострелять умудрились…

— Ну, от ополчения тоже считается, что толку мало, — хмыкнул я, — однако, если ставить им правильные задачи и не держать за супербойцов… Думаю, толк будет. Да и разве у нас есть выбор? Нас слишком мало, чтоб морду от помощи воротить.

— Тоже верно, — Сандерс кивнул. — А что по поводу лекарства этого, которое ты им обещал? Оно вообще существует?

— Теоретически — да, — кивнул я. — Практически… Не знаю. В любом случае, мы хотя бы попробуем им помочь. У них вариантов тоже особо не имеется. Лучше хотя бы попытаться что-то сделать, чем на жопе ровно сидеть и ждать у моря погоды. Под лежачий камень вода не течет.

— Согласен. Ну, ладно. Давай, веди своих вояк. А я пока позову ребят и попробуем придумать, как и чем их вооружить. Доложись только, когда подходить будешь.

— Заметано, — я кивнул, стоически выдержал приятельский хлопок по плечу, едва не заставивший меня присесть от неожиданности, и выдвинулся в обратный путь.

***

Земная Федерация, система Ориона. Планета Рапсодия. Серая, условно безопасная зона, она же Лимб. Окрестности Элизиума.

На рекогносцировку выдвинулись впятером. Сандерс — как глава «Буревестников», Руад — от «Фениксов», Скайлер от изгоев и Штейн, соответственно, от «ополченцев». Ну и я, как, типа, верховный главнокомандующий всего этого пестрого воинства и идейный вдохновитель авантюры. Я был не очень рад идее оставить сборную солянку из не особо ладящих между собой группировок без непосредственных руководителей, но и Сандерс, и Руад, и Штейн заверили меня, что оставили вместо себя надежных людей. Скайлер не заверяла ни в чем, но с изгоями и так понятно было. Они слишком привыкли слушать Вихо, а он завещал им слушать меня и Скайлер. Держались изгои особняком от всей разнокалиберной банды и как бы даже за ней приглядывали. В общем, в этом плане я был относительно спокоен. Ну и банально логично было взять с собой командиров группировок. И в «испорченный телефон» играть потом не придется, и возможности подопечных кроме них никто так хорошо не знает. Таким составом и планировать легче будет.

В качестве наблюдательного пункта идеально подошла чудом уцелевшая высотка, чертовым пальцем торчащая среди развалин в паре километров от Элизиума. Сюда строительные команды Зеленой зоны еще не добрались (и никогда уже, скорее всего, не доберутся), и до высотки мы добрались по руинам, никем не замеченные. Прежде чем соваться внутрь, я просветил здание сканером на доступное мне расстояние, и только убедившись, что на первом же этаже нас не ожидают голодные твари, дал отмашку на дальнейшее движение. Сандерс с Руадом при этом посмотрели на меня с любопытством, но я сделал вид, что ничего не заметил. На маскировку своих способностей я начинал уже понемногу забивать, но отвечать на прямо заданные вопросы не хотелось. Потому я старался их избегать.

Подъем наверх занял довольно много времени. Несмотря на внешнюю целостность, внутри здание пострадало неслабо. Где-то не хватало целых лестничных пролетов, где-то проходы оказались завалены, а где-то и по наружной стене приходилось карабкаться. В общем, наверх поднялись задолбанные в хлам. Но оно того стоило. С плоской, продуваемой всеми ветрами крыши, Зеленая зона была видна, как на ладони. Идеальный наблюдательный пункт. А вот то, что увиденное не особо вселяло оптимизм — это вопрос уже другой.

Внешнее кольцо периметра вокруг Элизиума было разрушено. Ну, точнее, стена еще стояла, но назвать ее защитным сооружением язык теперь не поворачивался. В стене зияли многочисленные дыры, входные шлюзы и автоматизированные огневые точки были разворочены в хлам, и защитный купол мерцал только в самом центре — над последним внутренним кольцом, закрытой административной зоной. В административной зоне размещался немногочисленный персонал «Нью Вижн», работающий на Рапсодии, и находилась стартовая площадка для орбитальных челноков, на которых и попадали на планету сотрудники корпорации и «туристы».

Все остальное было занято ксеносами.

Приблизив изображение, я даже присвистнул. Такой огромной базы пришельцев я не видел уже очень давно. Кажется, сюда сбежались, сползлись и слетелись твари со всей Рапсодии. Большая часть пространства затянута квазиплотью, над территорией барражируют дементоры, снуют юркие, почти неразличимые отсюда падальщики, лениво бродят берсеркеры и стройными отрядами направляются куда-то скорпиксы, пауки и крабоиды. В паре мест я различил туши живых платформ, наполовину углубившиеся в землю, а чуть дальше, в почетном охранении из сразу несколькоих берсеркеров и целой стаи стражей из земли поднимались трубы глушителя.

— Ух ты ж нихрена себе, — выразил общее мнение Сандерс.

— Внушительно, — согласился я. Остальные промолчали. Скайлер смотрела на базу пришельцев достаточно безучастно, Штейн слегка побледнел, кажется, только сейчас окончательно понимая, во что он ввязался, а Руад подошел к краю, присел, достал из подсумка монокуляр подзорной трубы, и жадно всматривался туда, где должны были еще держаться форты с его коллегами.

— Дело дрянь, — проговорил «Феникс», повернувшись к нам. — Я такой херни с середины войны не видел. Здесь только с воздуха херачить. Ну, или артой дальнобойной. Жопа просто.

Я был с ним, в целом, согласен, но вслух наемника не поддержал. Нечего боевой дух понижать и коллектив разлагать, он у нас и так не слишком-то сплоченный. Хотя, скрывать не стану: увиденным я проникся качественно. Аж до мурашек. Но показывать это, конечно, не стал.

— Угу, — пробормотал я. — Где ж мы их всех хоронить-то будем?

Кажется, немудреная шутка разрядила обстановку. Сандерс хмыкнул, Штейн слегка нервно хохотнул, и даже Руад выдавил подобие улыбки. Я подошел к наемнику, присел рядом и, опустив забрало шлема, увеличил картинку в визоре.

— Вот эта штуковина западнее основных построек — форт? — поинтересовался я у «Феникса». Тот кивнул. Я вгляделся внимательнее. Внешне заглубленная в землю коробка из синтбетона выглядела целой, мощные створки шлюзовых ворот на месте, вокруг разбросаны трупы морфов разной степени свежести. Среди трупов снуют рабочие, оттаскивая куски тварей на перерарботку. Так еще картина, конечно…

— Вроде еще держатся.

Руад кивнул.

— А где еще?

Боец на несколько секунд ушел в себя, и тут же на картинку в моем визоре наложился слой дополненной реальности, пересланный Руадом через таксеть.

Форты располагались вокруг центра Зеленой зоны звездой — и двух из пяти ее лучей больше не существовало. Ксеносам удалось расколупать два форта, и представлять, что там происходило внутри даже не хотелось. Но еще три выглядели целыми, а значит, была надежда на то, что «Фениксы» внутри живы. Вот только как бы в этом убедиться-то, а? Ввиду близости глушителя дальняя связь, даже аналоговая, лежала намертво, локальная сеть работала с перебоями, а пытаться устраивать здесь световое шоу, вроде того, с помощью которого я связывался с Сандерсом в осажденном форте «Буревестников»… Если использовать зеркало, например, то придется ждать восхода и надеяться, что серые, низкие тучи дадут возможность пустить луч на такое расстояние. Сигнальными ракетами и фальшфейерами можно только дать знать о своем присутствии… И гарантированно привлечь внимание ксеносов. Да и, если ответа не будет, поди угадай: не заметили нас осажденные в форте наемники, или там давно одни трупы остались… В общем, та еще задачка. Ответ на которую внезапно нам выдал сам форт.

Очередная группа морфов, курсировавшая в непонятном человеческому разуму броуновском движении, отделилась от основной массы и направилась к форту. Особое внимание в группе привлекала крупная тварь — заметно поменьше берсеркера, но крупнее крабоида. Лопатообразные передние лапы, плоские, широкие бивни и продолговатая морда делали ее похожим на огромного крота, переевшего стероидов и уснувшего у ядерного реактора. Приблизившись к форту, тварь углубилась в уже пробитую в синтбетоне траншею и принялась за работу. Плоскими бивнями ксенос рыхлил землю, а передние лапы отбрасывали ее назад с такой интенсивностью, что создавалось впечатление, будто мы наблюдаем за работой землеройной машины. Смысл действий твари стал понятен с первых же секунд: ксеносы пытались сделать подкоп под бункер.

Тварь увидели не только мы. Спустя пару минут на крыше бункера открылся люк и из него выдвинулась ракетная установка на подвижной станине. Станина довернулась, наводясь на цель, секунда, другая — и к твари устремились две дымные трассы. Уже представляя, что сейчас будет, я слегка затемнил визор.

Ракеты ударили в морфа одновременно. Синхронная вспышка — и ошметки твари разбросало по округе. Справившись с задачей, ракетная установка снова опустилась вниз, а люк закрылся. Бункер снова замер, будто нахохлившись в ожидании очередной атаки.

Руад издал радостное восклицание, добавив несколько слов по-арабски, мы с Сандерсом переглянулись. Вряд ли защитные системы форта действовали в автоматическом режиме после гибели защитников, а это значило, что наш расчет оправдывался: как минимум, часть «Фениксов» вполне себе функционирует, а это значит, что мой, наспех придуманный план, имеет некоторые шансы на успех. Теперь дело за малым: пробиться сквозь орду ксеносов, прорваться в бункер и объединиться с выживышими. Сущая ерунда, в общем. Как всегда.

Я еще раз обвел взглядом картину разоренного Элизиума, вздохнул, и, повернувшись к товарищам проговорил:

— Значит, слушайте. Вот как я предлагаю нам поступить…

Глава 9

Земная Федерация, система Ориона. Планета Рапсодия. Периметр Зеленой зоны.

Достав из сумки на животе очередной брикет взрывчатки, я машинально размял его в кулаке и, потянувшись к выступающей из треснувшей стены балке, тщательно облепил металл, так, чтобы при взрыве с гарантией перебить его.

Грузовые ворота в этом месте еще держались, однако видно было, что пришлось им несладко. Глубокие трещины в синтбетоне, покрытие, размякшее под воздействием агрессивных кислот, одна из петель вырвана с корнем… Удачнее места не придумать. Направленный взрыв должен без особых проблем вынести ворота, открывая технике наиболее короткий путь к форту, в котором забаррикадировались «Фениксы». Первые, входные ворота шлюза, валялись на земле, сам шлюз был разворочен, но до конца ксеносы дело почему-то не довели. Что ж, мы не гордые, закончим за них. Тут дел-то на несколько минут…

Изначально у меня было два варианта плана.

Первый — я пытаюсь проскользнуть к форту со Скайлер, стараясь не привлечь внимания морфов, попадаю внутрь, договариваюсь с наемниками, мы разрабатываем план штурма, и, синхронизировавшись с остальными, оставшимися в безопасной зоне, прорываемся в Элизиум сразу с двух сторон.

Второй — мы все вместе идем на прорыв к форту «Фениксов», внутри перегруппировываемся, объединяемся и, опять же, идем на штурм.

В итоге первый план был отметен, как несостоятельный.

Во-первых — мне было весьма сложно объяснить остальным, почему мы со Скайлер считаем, что можем проскользнуть незамеченными сквозь орду ксеносов. Во-вторых — я и сам несколько сомневался, что биоботы смогут выработать достаточно энергии для работы «Мимикрии» в течение столь длительного времени. Да и разнообразных тварей с пси-способностями здесь хватало. И без способностей тоже. Достаточно вспомнить, как подобный план полетел в тартарары, когда я на стене форта Буревестников столкнулся со стражем. В-третьих — были сомнения, что наемники впустят внутрь непонятно кого, непонятно как прошедшего сквозь тварей. Можно было, конечно, поговорить с Руадом и придумать какой-то пароль, что-то, что знали одни лишь «Фениксы», но здесь тоже слишком много нюансов. Как минимум, неизвестно, кто из наемников вообще уцелел, не факт, что среди них окажутся знакомые капрала… В общем, слишком много деталей, каждая из которых может похоронить план на корню.

Ну, и основное: даже если допустить, что у нас все получится и мы проникнем в форт, связаться с теми, кто останется за периметром, и скоординировать штурм не получится при всем желании, потому что здесь, вблизи от глушителей, сигнал даже аналоговой рации хорошо, если на пару десятков метров пробивался. Локальная сеть отряда работала только за счет того, что каждый включенный в нее боец сам был ретранслятором и усилетелем, но даже она доверия не внушала, периодически висла и сбоила. Так что с координацией действий в отсутствие надежных средств связи у нас были серьезные проблемы.

В общем, было решено не разделяться, и, вместо скрытного проникновения, ударить по ксеносам единым стальным кулаком, двигаясь вглубь зараженной территории, чтобы в финале прорвать осаду и войти в форт.

Если нам, конечно, откроют.

Последнее «если» делало весь план достаточно хлипким, но других вариантов не было. В Элизиум таким составом нам не попасть: даже если какая-то часть отряда умудрится прорваться к внутреннему периметру, ее сил точно не хватит для штурма. Потому нам не оставалось ничего, кроме как поставить все на кон и рискнуть.

— Внимание, отряд, — пробормотал я в комлинк. — Повышенная готовность. Через пять минут начинаем. Сигнал — взрыв.

Элис услужливо запустила таймер, и в дополнительном слое реальности интерфейса вспыхнули красные цифры, начавшие обратный отсчет. Так, нужно бы поторопиться…

Этот вход в Элизиум был не только ближе всего к форту. Не последнюю роль в выборе сыграл и тот факт, что концентрация ксеносов здесь была значительно ниже, чем вблизи других доступных проходов. Мы рассчитывали вскрыть ворота и внезапным броском преодолеть большую часть расстояни до форта, прежде чем твари очухаются и бросятся в атаку…

Вот только, к сожалению, расчет не оправдался.

Едва я вставил первый капсюль-детонатор в податливый брикет взрывчатки, как позади, оттуда, где в руинах спряталось наше разнокалиберное воинство, раздалась очередь крупнокалиберного пулемета. И тут же в комлинке послышался прерывистый голос Сандерса.

— Обнаружены. Дементоры и пикировщики. Сейчас основные силы подтянутся. Кончай копаться!

— Минута, — буркнул я в ответ. «Копаться», блин! Что-то кроме меня устанавливать взрывчатку никто больше не вызвался. А теперь гляди ж ты, подгоняют еще!

Снова застучал пулемет, к нему присоединились стрелковые комплексы, а парой секунд позже бешеной ведьмой взвыл огнемет. Да, что-то у них там обстановка накаляется. Надо бы и правда поспешить.

«Опасность», — предупредила Элис, визуализируя на таксхеме показания пси-сканера. Тут же за спиной послышалось шевеление: Скайлер и пара изгоев, прикрывавшие меня в процессе установки взрывчатки, напряглись, поднимая оружие. Твою мать. Уже и до нас добрались?

Я сосредоточенно щелкал разъемами, соединяя детонаторы с блоком управления, вполглаза глядя, как несколько красных точек быстро приближаются к нашей позиции. Быстро. Даже слишком, мать его!

— Алтай! — восклицание Скайлер совпало с очередным сигналом опасности от Элис и вспыхнувшим в интерфейсе вектором уклонения. Я выругался, выпустил из рук провода, и, проваливаясь в концентрацию фокуса, развернулся, одновременно выдергивая из-за плеча меч.

Взмах и удар слились в одно движение, и лишь разрубив на две части летящий в меня предмет, я понял, что это. Шип стража. Сразу три крупных твари присели за обломками, растопырив хвосты-щупальца и раздув мешочки-капюшоны у основания шипов. М-мать! Сразу несколько хлопков слились в один, и в нашу сторону снарядами помчались новые шипы.

Перехватив меч, я пригнулся, и, не выходя из концентрации фокуса, оттолкнулся от земли, ускоряясь и входя в скольжение. Увернулся от одного шипа, отбил мечом другой, вскочил на обломок стены и прыгнул.

Чтобы преодолеть расстояние, отделяющее меня от стражей, не понадобилось даже бустеры использовать: усилия модифицированной мускулатуры и псевдомышц костюма, помноженные на ускорение и движение в концентрации дали эффект не хуже. Взвившись в воздух, я пропустил под собой шар плазмы, несущийся к стражам от изгоев, перевернулся, меняя траекторию полета с учетом открытого союзниками огня, и, размахнувшись, ударил мечом, одновременно активируя клинок.

Коричневая кровь стража брызнула на забрало. Разрубленное пополам туловище еще не успело упасть на землю, как я уже развернулся к следующей твари.

Взмах — и два хвоста, извиваясь полетели в сторону. Тварь отпрянула, и я выругался: морф оказался слишком быстр даже для меня, находящегося в концентрации фокуса. Тварь резко развернулась, оттолкнулась лапами от земли и в длинном прыжке бросилась на меня. Уйти с траектории я уже не успевал, потому сделал единственное, что мне оставалось в данной ситуации: подогнул колени и упал на спину, поднимая меч над собой.

Целившийся мне в горло ксенос пролетел выше, напарываясь на выставленный меч. Клинок располосовал мягкое подбрюшье и вскрыл брюшину твари, на меня обрушился настоящий кровавый водопад, по забралу шлема скользнули выпущенные кишки морфа, и я едва сдержал рвотный позыв. Откатившись в сторону, я мягко вскочил на ноги, развернулся и ударом наотмашь добил рухнувшего на землю морфа, снеся уродливую голову твари.

Элис выдала тревожное предупреждение о повысившемся уровне расхода энергии, и я вывалился из выцветшего мира концентрации в обычный.

Здесь все было кончено. Двух ксеносов отработал я, третьего сожгла из плазмогана Скайлер. Однако у нас без потерь тоже не обошло. Один из изгоев неподвижно лежал на земле. Присмотревшись, я увидел шип стража, торчащий у него из шеи. Костяное острие пробило ворот кольчуги и пошло точно в горло, дополнительно выплеснув лошадиную дозу паралитика. Оказавшуюся, судя по всему, смертельной.

Дерьмо!

— Алтай! Алтай, прием! — на плече захрипела рация, и я понял, что слышу ее сквозь настоящий грохот очередей. — Что у тебя? Мы атакованы! Ускоряйся, драть тебя!

Сандерс.

Я бросил взгляд на руины и выругался. Туда, где спрятались вездеходы и наши бойцы, целыми волнами перли морфы. Дерьмо. Элемент внезапности утерян, теперь нужно сделать хотя бы так, чтобы отряд не заперли в руинах. Если вдруг там завязнем — на этом наш прорыв и закончится. Ладно. Работаем.

В два прыжка вернувшись к воротам, я поднял с земли провода и за несколько секунд закончил подключение. Подхватив катушку с проводом и пусковое устройство, я бросился назад, туда, где отряд принимал становящийся все более ожесточенным бой.

— За мной. Быстро! — выкрикнул я. — Да брось, ему уже не поможешь! — рявкнул я на изгоя, склонившегося над телом товарища. — Быстрее, быстрее, уходим!

Несмотря на массу событий, произошедших за последние минуты, таймер бесстрастно отщелкал всего половину времени, по истечению которого я должен был взорвать ворота. Однако сейчас придерживаться хронометража было уже бессмысленно, нужно как можно скорее открыть дорогу технике и двигать вперед.

— В укрытие! — скомандовал я. — Быстро, быстро, спрятались!

Убедившись, что меня услышали, я перемахнул через крупный валун, залег и, сжав в кулаке пусковое устройство, откинул крышку.

— Внимание! — прокричал я одновременно и в комлинк, и в рацию. — Три… Два… Один… Подрыв!

Я утопил кнопку и непроизвольно втянул голову в плечи в ожидании взрыва. Однако грохнуло намного тише, чем я ожидал. В какой-то момент я даже, холодея, подумал, что не подсоединил часть детонаторов. Однако высунувшись и бросив взгляд в сторону ворот, вздохнул с облегчением.

Ворот больше не было. Более того, отсутствовала даже часть стены, в которой они были смонтированы. Периметр зиял широким проходом, сквозь который легко мог пройти вездеход. Что, собственно, и требовалось.

— Сандерс! — заорал я, срывая голос и пытаясь перекричать грохот очередей и раздраженное фырканье импульсников. — Путь свободен! Пошли! Вперед!

Ответом мне стал рык двигателей вездеходов. Раздался рев, скрежет обломков, и из руин в облаке пыли вырвался первый броневик. Спаренный пулемет на его крыше безостановочно водил стволами, отыскивая новые цели и коротко отгавкиваясь от наступающих ксеносов, а в кузове возвышалась закованная в броню фигура кланлида «Буревестников», с двух рук садившего из плазмоганов.

— Скайлер! — снова закричал я. — Готовься! На борт!

Девушка кричать в ответ не стала, но пришедшая вдруг извне спокойная эмоция без слов сказала, что девушка готова. Отлично.

Дождавшись, пока головной броневик поравняется со мной, я вскочил на ноги, коротко разбежался и, подкорректировав прыжок бустерами, приземлился в кузове вездехода, тут же перебрасывая импульсник из-за спины.

— Поехали! — проорал Сандерс. Блики дульных вспышек отразились на лице кланлида, и я невольно усмехнулся. Лицо мастер-сержанта выглядело… Живым. Свирепая ярость, жажда действия, желание крушить и убивать… Восторг. Чистый, незамутненный восторг. Сандерс искренне наслаждался происходящим вокруг, и, судя по отголоскам его эмоций, кажется, сейчас он впервые за долгое время по-настоящему жил.

— Поехали, — кивнул я, осклабившись, вытащил из кобуры на бедре ракетницу, и, подняв ее в воздух, утопил спуск, а потом еще и еще. В воздух, одна за одной, ушли три ракеты, зеленая, красная, и снова зеленая, и в ту же секунду на крыше броневика заморгал прожектор, посылая в наводненную ксеносами темноту код Морзе, призванный сообщить «Фениксам», что к ним идет подкрепление. Хотя и без этого было несложно понять, что на поле боя появилась новая, даже не третья, а четвертая сила. Грохот пулеметов и автоматических пушек, длинные языки пламени, выпускаемые огнеметами, мертвенно-бледные вспышки плазменных излучателей… Мы заявили свое присутствие громко и эффектно, и не заметить наше появление мог только мертвый.

Оставалось лишь надеяться на то, что «Фениксы» были все еще живы. А мы уж сделаем все, что от нас зависит, чтобы к ним прорваться.

Гусеницы броневика прогрохотали по выбитым воротам, о борт заскрежетали обломки стены, и вездеход на полной скорости ворвался во внутренний периметр Элизиума. Я бросил взгляд назад, убедился, что остальная техника следует в фарватере, и, сжав импульсник, раскинул перед собой зонтик пси-сканера в поисках целей.

Сейчас будет жарко. До кровавого, мать его, пота. И очень надеюсь, что выступать он будет не у нас.

Глава 10

Земная Федерация, система Ориона. Планета Рапсодия. Периметр Зеленой зоны.

— Воздух! — Элис окрасила верхнюю полусферу тревожным светом, и я вскинул импульсник, ориентируясь на отметку пси-сканера.

Пикировщик!

Летающая тварь ксеносов валилась с неба прям в кузов броневика. Я поймал морфа на мушку и выпустил три небольших плазмоида, с каждым выстрелом чуть сдвигая ствол. Попал вторым, обожженная тварь дернулась, подставляясь под третий, и, превратившись в живой костер, рухнула на землю в нескольких метрах от броневика.

— Воздух! — да чтоб тебя!

На этот раз на броневик ринулись сразу несколько тварей. Но теперь Элис, прилежно выполнив данное недавно задание, ухватила их таргет-трекером, наложив его разметку на показания пси-радара, и справиться с летающими уродцами труда не составило. Прицел — упреждение — выстрел, прицел — упреждение — выстрел… Десяток секунд — и пять квадратов, подсвечивающие цели, потухли.

— Хренасе ты отличник огневой подготовки, сержант… — прохрипел Сандерс, беглыми очередями бьющий куда-то в темноту. — Кажется, начинаю понимать, как ты в топ рейтинга вылез…

— Даже не представляешь, — невесело усмехнулся я, скашивая взгляд на датчик заряда импульсника. Половина. Пойдет. Движемся дальше.

Я бросил взгляд назад. Остальная техника, облепленная бойцами, двигалась в кильватере нашего броневика. Пройдя сквозь пролом, машины разошлись в стороны, а бойцы посыпались на землю, растягиваясь цепью и принимая вид чего-то, отдаленно напоминающего боевые порядки пехоты, атакующей при поддержке легкой брони. Два харвестера, переделанные в огнеметные танки, вырвались вперед, догоняя наш броневик и пристраиваясь слева и справа. Еще два броневика, вооруженные автоматическими пушками и ракетными установками, встали за ними. В итоге мы образовали вполне себе ударный клин. Два оставшихся харвестера со смонтированными на них минометными площадками оказались в центре, окруженные пехотой, замыкал построение последний броневик, щетинящийся пулеметными спарками. Серьезно…

Однако впереди нас ждал не менее серьезный противник. И, судя по реву, рыку, щелканью и цокоту, мы должны были вот-вот с ним столкнуться.

— Свет! — скомандовал Сандерс.

На броневиках и харвестерах, кроме головного, продолжавшего стробоскопить азбукой Морзе послание засевшим в форте «Фениксам», вспыхнули прожекторы, заливая равнину мертвенно-бледным светом, а я, снова достав ракетницу, щелкнул барабаном, выставляя нужный заряд, поднял руку и нажал на спуск. Звездочкой умчавшись в ночное небо, осветительная ракета ярко вспыхнула, выпустила парашют и зависла, люстрой освещая внутренний периметр.

В совокупности со светом прожекторов светло стало, если не как днем, то, как в рассветную пору хмурым днем — точно. И хорошо, что так. Потому что при дневном свете от вида мчащего в нашу сторону ксеновоинства мне стало бы совсем страшно. Не то, чтоб я сейчас не боялся, но полумрак все же скрадывал детали. Однако главное я увидел, и это зрелище мне совсем не понравилось.

Ксеносы накатывали океанской волной, состоящей из пауков, крабоидов и скорпиксов. Их было много. По-настоящему много. Кажется, только сейчас я в полной мере понял слова Руада про артподготовку и авиаудар, и немного струхнул, если честно. В какой-то момент мне показалось, что мы взяли на себя чересчур много, и сейчас нас попросту сметут. И две огромные туши берсеркеров, возвышающихся над океаном морфов прибрежными скалами только укрепляли меня в этих подозрениях.

Ладно, к черту!

Я тряхнул головой, отгоняя наваждение, и крепче стиснув излучатель, посмотрел на Сандерса. Тот замер в кузове каменной глыбой, вглядываясь вперед, и, готов поклясться, на лице его не дрогнул ни один мускул. Подняв рацию, мастер-сержант прокричал, дублируя команду в комлинк:

— Всем — стоп. Минометы — готовность. Ракеты: цель — берсерки, работаете по готовности. Остальные — держать периметр!

Вездеход качнулся и остановился, и в тот же миг с направляющих соседней машины сорвались две ракеты. Время будто замерло, и в этом коротком промежутке на меня навалилась целая бездна звуков. Стучали пулеметы, выкашивая первые цепи атакующих ксеносов, хлопали дальнобойные винтовки снайперов, выцеливавших кружащих дементоров, в небо, навстречу очередной стайке пикировщиков с визгом унеслась целая россыпь плазменных шаров… Осветительная ракета мигнула напоследок и погасла, и только в этот момент ракеты достигли цели.

Кажется, рев берсеркера заглушил даже звук сдвоенного взрыва. Прожектор одного из броневиков выхватил из темноты огромную тушу. Гигантский морф встал на дыбы, а после рухнул, как подкошенный. Могучее тело забилось в агонии, давя и калеча мелюзгу, дернулось в последний раз и затихло. И одновременно с шипением новых ракет, стартовавших уже с другой машины, над полем боя прокатился многоголосый победный клич, вырвавшийся из десяток глоток. Гибель берсеркера воодушевила бойцов, и, кажется, прикажи я им сейчас пойти на ксеносов в лобовую атаку — они бы это сделали, не раздумывая ни секунды.

Однако время лобовой еще не наступило.

Схватив ракетницу, я выпустил еще одну осветительную. «Люстра» вспыхнула в тот момент, когда ракеты добрались до второй твари, и на этот раз я сумел рассмотреть все в подробностях.

Достать второго берсеркера так же, как первого, не удалось, но, возможно, это и к лучшему: взрывом твари оторвало лапу, и сейчас огромный морф в судорогах скакал на трех оставшихся по полю боя, оставляя за собой кровавую просеку. Не ожидавшая такого подвоха мелюзга гибла десятками, как муравьи под подошвой штурмового ботинка. Какой-то крабоид, возмущенный до глубины своей морфячьей души, не выдержал и набросился на берсеркера, подскочил к слабозащищенному брюху и выхватил из него солидный кусок. Это будто послужило сигналом для остальных. Миг — и огромная туша скрылась под захлестнувшей ее волной обезумевших ксеносов.

— Минометы готовы! — послышалось в рации.

— По скоплению тварей — беглый огонь! — тут же прорычал Сандерс.

Если бы ксеносы знали, что означает нарастающий противный свист, который они услышали после серии хлопков, раздавшихся у меня за спиной, они бы наверняка рванули врассыпную. Но твари не знали, и сразу три мины легли четко в кучу беснующихся ксеносов. А потом…

— Твою мать, что твои умельцы зарядили в гребаные мины? — с восхищением пробормотал я, глядя, как монстры исчезают среди распускающихся огненных цветов в местах «прилетов».

— Напалм, — пожал плечами Сандерс. — Если он эффективен в огнеметах, почему бы не использовать его здесь?

Сзади снова захлопало — и через несколько секунд поле боя превратилось в филиал ада. Стена огня полностью скрыла визжащих и ревущих на все голоса морфов. Сейчас им явно стало не до нас. Выплескивающийся при взрывах мин напалм лип к плоти, прожигал хитин, боль сводила тварей с ума, а сзади, на платформах, специально смонтированных на броневиках для стрельбы из минометов, хлопало и хлопало. Впечатляющее зрелище, ничего не скажешь.

— Минометы — отбой! — заорал Сандерс, да так, что его, наверное, услышали и без рации. — Всем бортам — полный вперед! Пехота, не отставать!

Сандерс щелкнул рычагом на шлеме, и беснующееся впереди пламя отразилось в опущенном забрале мастер-сержанта. В кровавых бликах горящего напалма белый череп, искусно намалеванный на визоре, выглядел еще более устрашающе.

— Вперед, обезьяны! Или вы хотите жить вечно? — прогремел сквозь динамики брони любимый всеми сержантами всех времен и народов боевой клич, и наша маленькая механизированная армия с рыком моторов и лязгом траков устремилась вперед, под многоголосый вопль, издаваемый воодушевленной пехотой.

***

Земная Федерация, система Ориона. Планета Рапсодия. Периметр Зеленой зоны. Охранный форт Западного периметра, занятый наемниками «Группы Феникс».

Единственное, о чем мечтал капитан Браун вот уже пятые сутки — это сон. Настоящий, восстанавливающий, глубокий, без сновидений… Продолжительностью часов эдак в двадцать. А лучше в тридцать. Браун был уверен, что, если его оставят в покое, то тридцать часов он легко проспит. А может быть даже сорок. Летаргический сон — что может быть прекраснее? Сон, в котором нет пришельцев, невесть откуда взявшихся на Рапсодии в таких количествах. В котором не будет сорвавшихся с цепи заключенных, ворвавшихся в Элизиум, и, воспользовавшись тем, что все имеющиеся силы «Фениксов» заняты войной с ксеносами, довольно легко занявших административный комлплекс… А еще во сне капитана Артура Брауна не было места форту Западного Периметра, одинокому и осажденному армией ксенотварей, провизия и боеприпасы в котором медленно, но уверенно подходили к концу.

Все, что согласен был видеть во сне Браун — грудастую брюнетку из отдела персонала. Ту, что доверительно нагнувшись к капитану, уложила на стол сиськи, виднеющиеся в блузке, расстегнутой на одну пуговку больше, чем позволяли приличия, и предложила ему «выгодный и непыльный» контракт на Рапсодии. Который пустивший слюну Браун и подмахнул, кажется, не отрывая взгляда от открывшегося зрелища, совсем не оставлявшего простора воображению. О, да! Это был бы очень хороший сон! В нем капитан обхватывал широкой ладонью тонкую шею девушки и медленно сжимал ее, до тех пор, пока не слышался треск шейных позвонков. «Непыльный контракт», мать его! Впрочем, да. Пыли, пожалуй, и не было. Только грязь, кровища и вонь разлагающихся тел.

Однако увидеть во сне кадровичку Брауну было не суждено. Потому что, едва он начал проваливаться в блаженную дрему, в дверь офицерского кубрика загрохотали, бесцеремонно и невежливо.

— Какого хрена… — просипел севшим голосом Браун, и сел в кровати, массируя лицо ладонью. Вот же дерьмо! Только свободная минутка выдалась…

Стук в дверь повторился, капитан продрал горло, и крикнул:

— Заходи! Хорош грохотать, чтоб тебя..

Дверь отъехала в сторону, и на пороге появился боец в экипировке «Фениксов».

— Какого дьявола, Вишес? — Барун посмотрел на бойца почти с ненавистью. — Тварям опять неймется? Сами справиться не можете?

— Простите, сэр, — видно было, что боец и сам был не рад. Будить капитана, который последние дни почти все время находился на ногах, было не самым безопасным занятием. — Не твари.

— А что тогда? Давай, скажи, что за нами прилетели, и начинается эвакуация.

— Никак нет, сэр. Вторжение, прорыв периметра…

— Что? Вишес, ты пьян? — брови капитана взлетели на лоб. — Какой, на хрен, периметр? Какое, на хрен, вторжение? Периметр разрушен, и вторжение началось…

— Люди, сэр. Люди. С техникой. Взорвали ворота, раскатали минометами и ракетами патрульную группу ксеносов и движутся к форту.

— Чего??? — Капитан от удивления даже забыл, как зверски он хочет спать. — Люди? На технике? С ракетами и минометами?

— Так точно, сэр. А еще они передают световой сигнал азбукой Морзе, и это наш код, сэр. Там… Судя во всему, там Руад, сэр. Наш Руад.

— Руад? — капитан хмыкнул и покачал головой. Уйти с небольшой группой, пропасть без вести и заявиться с техникой и тяжелым оружием — это было вполне в духе капрала. — Интересно. Пойдем посмотрим.

Браун встал, одернул комбинезон, и, прихватив стоящий у изголовья стрелковый комплекс, быстрым шагом направился к двери.

***

Земная Федерация, система Ориона. Планета Рапсодия. Зеленая, некогда полностью безопасная зона, она же Элизиум.

После первого успеха мне на какое-то время показалось, что мы, ошеломив ксеносов, так и доберемся до форта одним рывком. Увы, казалось так совсем недолго.

Первая волна ксеносов, которую мы так бодро смешали с дерьмом и грязью, оказалась не более, чем патрульной группой, отвечающей за этот участок периметра. Их основной целью было обнаружить вероятного противника и уничтожить его, а если это не удастся — задержать до подхода основных сил. К сожалению, мы поняли это не сразу. Впрочем, и в противном случае мало бы что изменилось. У нас просто не было другого выхода. Нам нужно было идти вперед, и кто там перед нами, патрульная группа, не патрульная группа — значения не имело.

— Минометы — беглый огонь! — динамики брони Сандерса резонировали, и даже сквозь металлический отзвук было слышно, что мастер-сержант охрип. — Ракеты — огонь по крупным целям! По готовости и до уничтожения!

Огнемет на правом броневике выплюнул длинную струю огня, и в его отсветах я увидел, что твари подобрались совсем близко. Еще немного — и они выйдут из зоны действия нашего тяжелого вооружения, подберутся вплотную, и тогда…

— Сандерс, я вниз! — хлопнул я по плечу мастер-сержанта. — Твари подбираются, сейчас пехоте в бой вступать. Помогу.

— Давай! — бывший космодесантник кивнул. Я взялся за борт, готовый спрыгнуть, но в последний момент почувствовал движение за спиной и помедлил.

Скайлер. Девушка поднялась со скамьи за кабиной, где сидела до этого, решительно стиснула излучатель и шагнула ко мне. Я хотеб было ее остановить, сказать, чтоб оставалась здесь, а лучше и вовсе в десантный отсек перебралась, но одернул сам себя. Нет, не пойдет. Во-первых — Скайлер командует изгоями. И ее они слушаться будут с большей охотой, чем кого бы то ни было. Во-вторых… Несмотря на нашу близость, и, чего скрывать-то, мои чувства к девушке, не время кого-то выделять и возводить в любимчики. Пойдут пересуды и ничего хорошего из этого не выйдет. Ну, а в-третьих, если нам не удастся остановить тварей, то безопаснее девушке в десантном отсеке не будет. Так что… К дьяволу! Пусть идет.

Кивнув Скайлер, я легко спрыгнул на землю, и пробежал несколько шагов к пехоте.

— Внимание! — прокричал я, помня, что изгои не подключены к тактической сети, а раций хватило далеко не на всех. — Рассыпаться в цепи! Приготовить излучатели! Как только твари приблизятся на дистанцию поражения — беглый огонь. Постарайтесь не сжечь друг друга и помните о долгой перезарядке! Предупреждайте товарищей, когда энергоячейка сдохнет. Руад, возьми часть людей Штейна и берите на себя правый фланг. Штейн! Ты с оставшимися — левый! Скайлер, я и… Остальные, — едва сдержал я рвущийся с языка термин «изгои» — держим центр. Вперед, погнали!

Окочание моей речи заглушил визг стационарного излучателя, смонтированного на головном броневике. За орудие встал Сандерс. Широко расставив ноги, мастер-сержант ухватился за ручки излучателя, и садил плазмой во тьму, медленно ведя стволом слева направо.

— Контакт! — прокричал справа Руад, и я вскинул импульсник.

Твари подобрались на опасное расстояние, и теперь огнеметы не могли причинить им вреда. Опасный момент. Если сейчас не отбить первую, волну, то…

Тьма вспыхнула разогнанной плазмой, и додумывать мысль я не стал. Вместо этого максимально расширил зонтик пси-радара, превратив его в дугу, вытянул ее перед техникой, и, дождавшись, когда в зону действия набежит побольше тварей, нанес ментальный удар.

Энергетическая шкала дернулась и просела, а тактическая схема, на которую таргет-трекер проецировал захваченные пси-радаром цели, вдруг резко потускнела: сразу несколько десятков отметок разом погасли. Отдачей меня слегка качнуло, но на это я не обратил внимания. Вжав в плечо приклад импульсника, я открыл беглый огонь по тварям, подобравшимся уж слишком близко. Скорпиксы и пауки, принимая плазменные залпы, моментально обугливались и валились наземь, но тварей все еще было слишком много.

За спиной хлопали минометы, расчет ракетных установок танцевал по броне, вкладывая новую кассету, излучатели визжали, практически не затыкаясь, кое-где к ним стали присоединяться стрелковые комплексы, но, несмотря на весь этот огненный ад, скорость нашего продвижения упала до медленного шага. Броневики не могли рвануть вперед, оставшись без защиты пехоты, пехота не могла ускориться, чтобы не выйти из-под защиты броневиков, и мы практически завязли. Время от времени в динамике рации или в наушниках шлема раздавался крик, и одна из зеленых отметок, которыми были помечены наши бойцы, гасла. В эти секунды я ощущал почти физическую боль. Боль и злость на самого себя, что снова не смог ничего сделать. Не смог защитить и уберечь.

— Получайте, твари! — снова захват пси-сканером как можно большего количества целей, снова ментальный удар, на этот раз — увеличенной мощности, такой, что даже Элис разворчалась. Насрать! Главное — прорваться! Главное — вытащить людей из этой мясорубки. Захват… Удар! Получайте, суки!

Послышался предупреждающий писк, и я дернул затвором импульсника, досылая новую энергоячейку. Отбросив заряжающийся излучатель на ремне за спину, я потянулся к пистолетам-пулметам на бедрах, но достать их не успел.

— Опасность! — крик Элис ударил по напряженным нервам, и я качнулся в сторону, одновременно выбрасывая вперед левую руку. Мышцы взвыли от напряжения, а перед лицом возникла устрашающая рожа средних размеров скорпикса, которого в самый последний момент я успел схватить за нарост под челюстью. Кошмарная пасть раскрылась лепестком, в свете налобного фонаря блеснули покрытые налетом зубы, и я содрогнулся. Тварь билась и дергалась, пытаясь вырваться, и даже модифицированные мышцы, максимально усиленные биоботами, уже не выдерживали.

Подняв правую руку, я сжал кулак, и из предплечья со звонким щелчком выскочили полуметровые клинки. Миг — и лезвия озарились голубым сиянием, таким же, каким окутывался мой меч или глефа Скайлер. «Интегрированное оружие ближнего боя, неизвестная модификация». Спасибо, Пако!

— Проголодалась, тварь? — прорычал я, глядя в пылающие ненавистью маленькие глазки морфа. — Ну, на, сука, жри! — провернув руку, я ударил снизу вверх, начисто снося скорпиксу верхнюю челюсть. — Нравится? — следующий удар пришелся морфу по глазам, тварь забилась, и я, оттолкнув ее, отпустил, одновременно выпуская клинки из второго предплечья. — Получай, сука! — я прыгнул вперед и ударил.

«Берсеркер» включился сам по себе, автоматически. Сейчас это было такое же дикое, неконтролируемое безумие, как тогда, в реакторной форта «Мстителей». Будто наблюдая со стороны я обнаружил себя в самой гуще врагов, захлестывающих пространство между броневиками, и, хоть убей, не мог понять, как там оказался. Взмах, удар, взмах, удар, закрутиться юлой, превращаясь в смертоносный пропеллер, отшвырнуть в сторону зазевавшегося скорпикса, перехватить в воздухе прыгнувшего паука, и, довернув корпус с размаху размазать его о броню харвестера… «Берсеркер», «Динамическое балансирование», «Концентрация фокуса», «Распределение фокуса» — все работало на полную катушку, и я сам себе напоминал ангела смерти, прибывшего на поле боя, чтобы рвать, бить и резать. Как выглядело это со стороны — даже представить не возьмусь.

— Воздух! — проорал кто-то, и я, не останавливаясь, вскинул руку вверх. Пси-радар, таргет-трекер… Удар!

Не выдержавшие ментального всплеска пикировщики посыпались на землю дохлыми мухами. Элис просигнализировала об опасной просадке энергетической шкалы, и я снова потянул из-за спины импульсник.

— Внимание! — чей-то, полный напряжения голос, вознесся над свалкой. — Бурдюки!

Твою мать!

Мы практически отбили вторую волну, до форта оставалось каких-то триста метров, один рывок, но сделать этот рывок, когда по тебе палит гребаная кислотная артиллерия…

— Ракеты — по бурдюкам — огонь! По готовности! — загремел голос Сандерса, дублируясь в комлинке.

И тут бурдюки плюнули.

— Рассыпаться! — заорал я. — Быстро! В стороны!

Поздно.

Огромный шар кислоты рухнул с ночного неба. Точнее, шаров было несколько. Но большинство из них расплескались позади, даже брызги до нас не долетели — перелет явный. А вот этот…

Шар прилетел точно в кабину замыкающего процессию вездехода, полностью скрыв его под липкой зеленой субстанцией. Триплексы, не выдержав, лопнули, и в небо понесся сдвоенный крик мехвода и штурмана. Концентрированная кислота разъедала металл, как струя кипятка плавит снег. Через секунду машина вздрогнула и остановилась, заглохнув. Одновременно в тактическом интерфейсе погасло сразу несколько отметок. Мы потеряли один броневик, а с ним — его экипаж и пятерых раненых, которых до этого отправили в десантный отсек.

Проклятье.

— Все на технику! — заорал я. — Быстро! Полный вперед!

Триста метров для броневиков и харвестеров — совсем не то же самое, что триста метров для багги «Стальных сердец», например. Но все равно преодолевать их на броне значительно быстрее, чем пешком. Особенно — если мехводы не жалеют движков и жарят изо всех сил.

Сделать второй залп бурдюкам не дали. Сразу четыре ракеты ударили в огромные туши, вызвав детонацию газовых мешков тварей, и чудовищной силы взрыв разметал тварей в стороны. Под ударную волну попала и часть новой волны мчащих в нашу сторону ксеносов, несколько замедлив тварей и сбив их с толку. К сожалению, замедлились не все. Наперерез нам к воротам форта выплеснулась рычащая и клацаюшая клыками орда. Здесь, в отличие от патрульной группы и первой волны тварей, преобладали более серьезные морфы. Матерые, прошедшие несколько эволюций, скорпиксы, огромные крабоиды, мелькающие размытми тенями туши стражей… Да-а-а… Кажется, ксеносы бросили в атаку отборные силы… Берсеркеров видно пока не было, но, судя по трубному реву, доносящемуся издалека, это вопрос исключительно времени. Да уж… Весело, ничего не скажешь…

Форт молчал. За все это время запершиеся внутри «Фениксы» не подали ни единого признака жизни. Черт, да живы ли они еще? Или гарнизон давно погиб, и я, подбив всех на сомнительную авантюру, тем самым приговорил свою маленькую армию к смерти?

— Внимание! — в комлинке возник голос Сандерса. Вероятно, мастер-сержант продолжал дублировать приказы голосом, пользуясь встроенными в броню усилителями, но я этого уже не слышал: в ушах звенело от стрельбы и взрывов. — Ракеты — по скоплению морфов…

— Ракетная установка вышла из строя, — доложился один из броневиков, перебив мастер-сержанта.

— Осталась последняя кассета, — тут же подхватил второй.

Дерьмо…

Прорваться сквозь отборную гвардию ксеносов без ракет, не имея возможности накрыть их минометным огнем, на одних только огнеметах… Может, проще повернуть? Хоть кто-то, да выберется из этого ада… Проклятье. Вот тебе и устроили прорыв…

— Командир! Командир! — послышался чей-то надрывный голос. — Форт! Форт отвечает!

Я вскинул голову, и зажмурился: по глазам ударили вспышки чудом уцелевшего прожектора на крыше форта. Короткий, длинный, длинный, короткий… Азбука Морзе, явно. Вот только смысл ускользает, сходу не могу прочитать… Это что, какой-то шифр?

— Алтай! — в интерфейсе слоя дополненной реальности возник аватар бойца. Руад. — Алтай, это наши. Они живы! — закричал маленький капрал, захлебывыаясь от восторга. — Они живы! Они приняли наш сигнал и готовы помочь!

— Дай ключ к коду, — прохрипел я. Играть в испорченный телефон, ожидая, пока Руад расшифрует код и передаст его мне, было некогда. Капрал поморщился, но кивнул, и через секунду комлинк бульнкул оповещением входящего сообщения. Я приказал Элис интегрировать код в криптографический аппарат нейромодуля, и вскоре уже успешно считывал передаваемое «Фениксами» сообщение. Закончив, я пару секунд подумал, кивнул сам себе, и одним прыжком вознесся на командирский вездеход к Сандерсу.

— Что там? — не отрываясь от излучателя, прорычал Сандерс, который, не имея ключа к шифру, не мог считать сообщение «Фениксов».

— Фениксы живы и готовы помочь. От нас требуется следующее… — в несколько фраз я изложил Сандерсу план наемников. Так же как и я недавно, он подумал пару секунд и кивнул.

— Годится.

Сандерс поднял забрало и устало посмотрел на меня.

— Последний рывок, получается?

— Получается так, — думаю, в моем ответном взгляде усталости было не меньше.

— Ну, значит, поехали.

Мастер-сержант встал поустойчивее, сжал ручки излучателя, и активировал динамики брони.

— Остался последний рывок, ребята, — загремело над полем боя. — «Фениксы» готовы и ждут нас в гости. Нужно только убрать с пути этих невежливых ублюдков, что перекрыли нам дорогу. Справимся, парни?

— Да! — принесло в ответ нестройный многоголосый крик.

— НЕ СЛЫШУ ВАС! — Сандерс выкрутил динамики на максимум, и мне показалось, что от металлического звона содрогнулись даже ксеносы. — СПРАВИМСЯ???

— ТАК ТОЧНО! — на этот раз бойцы ответили куда стройнее и громче.

— Так-то лучше, — хмыкнул Сандерс. — ВПЕРЕД! ПОБЕДА ИЛИ СМЕРТЬ!!!

Броневик под ногами дернулся, рывком прыгая вперед, и я, с трудом поймав равновесие, опустился на колено, вжав приклад импульсника в плечо.

«Победа или смерть»… Как бы пафосно это ни звучало, но впереди нас действительно ждало либо одно, либо другое. И я все же надеялся на победу.

Глава 11

Земная Федерация, система Ориона. Планета Рапсодия. Периметр Зеленой зоны. Охранный форт Западного периметра, занятый наемниками «Группы Феникс».

— Вот, держи, — один из бойцов в экипировке «Фениксов» протянул мне исходящую паром глубокую пластиковую миску, я принюхался и едва не потерял сознание от аромата. Наваристая каша с чем-то, до одури напоминающим настоящий гуляш из настоящего мяса. Я такое только в учебке ел, наверное… Ну и в редких периодах пребывания в пункте постоянной дислокации. Боец заметил мой взгляд, и усмехнулся.

— Тут большой рефрижератор. Неприкосновенный запас, типа. Заморозка, но настоящее, не из принтера.

Я поднял глаза и неверящим взглядом уставился на наемника. Еда не из принтера? Здесь? На Рапсодии? Серьезно? Нет, я ел настоящую еду в Рубиконе, но там и мясо было не очень понятного происхождения, и картофель явно местный, не очень привычный на вкус… Но натуральные продукты в осажденном морфами форте? Чудеса, да и только.

Благодарно кивнув, я взялся за ложку, и как-то совсем незаметно очень быстро опустошил миску. Понравилось. Биоботам, кажется, тоже — потому что тревожно мерцавшая после прорыва красным шкала энергии росла буквально на глазах. В желудке предательски заурчало, и боец, так и оставшийся неподалеку, понимающе улыбнулся.

— Давай, еще принесу. Изголодались там, небось…

Я не стал уточнять, где именно «там» и почему мы обязательно должны были изголодаться, и просто протянул миску. Я и раньше поесть любил, а сейчас, когда от того, насколько калорийна еда, зависит то, насколько я эффективен в бою…

В ожидании я огляделся.

«Фениксы» разместили нас в большом ангаре на первом, надземном этаже комплекса. Здесь уместились и все бойцы нашей маленькой армии, и оставшаяся техника. В отдалении развернули импровизированный полевой лазарет, где медики «Фениксов» занимались ранеными, раздачу еды тоже организовали. Механики Сандерса, наскоро перекусив, занимались машинами, большая часть бойцов просто устало сидела и лежала на полу, пытаясь прийти в себя после сложного боя.

Сейчас, оглядывая свое воинство, я понимал, насколько все-таки импровизированным, ненадежным и дилетантским был наш план прорыва. Если бы в тот момент, когда нам стало совсем уже тяжко, и я валился с ног от перерасхода энергии, не открылись ворота и в них не показался отряд «Фениксов», ударивших во фланг ксеносам… Наверное, там бы мы все и остались. Как те парни на втором броневике, накрытом залпом бурдюков. Реально, прорваться удалось чудом. Да и потом, уже здесь, внутри, когда «Фениксы» разглядели, кто именно к ним пожаловал, чуть до перестрелки не дошло. Хорошо, Руад вовремя сориентировался, да комендант форта, капитан Браун, нормальным вроде мужиком оказался. Ну и опять же, боевое братство роль сыграло. Сандерс узнал Брауна, Браун — Сандерса, они где-то пересекались во время войны, слово за слово — и наемники понемногу оттаяли. А через некоторое время после того, как Руад отправился на доклад к Брауну, здесь появились медики, принесли еду, и, в целом, обстановка нормализовалась. Некоторые «Фениксы» все еще зыркали на нас исподлобья, в ключевых точках ангара стояли вооруженные часовые в броне и полной выкладке, но стволами друг в друга больше никто не тыкал. И слава богу. Потому что, если бы здесь, внутри форта, вдруг разразился конфликт, предсказать, чем он мог закончиться, было решительно невозможно.

Послышался звук шагов, и я с надеждой поднял голову. Увы, к моему глубочайшему сожалению, шел ко мне не боец, отправившийся за добавкой. Один из часовых подошел почти вплотную, поднял забрало шлема и спросил:

— Ты Алтай?

Я кивнул без лишних слов. Боец оценивающе посмотрел на меня, мотнул головой в сторону двери и проговорил:

— Капитан зовет. Пойдем, провожу.

Вздохнув, я поднялся. У меня ломило каждый сустав, съеденное, биоботы, кажется, растащили, не дав пище даже добраться до желудка, от усталости гудела голова, но отдыхать было некогда. На наш прорыв внимание явно не только ксеносы обратили, и стоило пошевеливаться, пока Слай и его приспешники там, за внутренним периметром, не зашевелились и не начали укрепляться. А чтобы пошевеливаться — нужно разработать план. И, желательно, не такой провальный, как предыдущий.

С сожалением посмотрев на бойца, лавирующего между отдыхающих тел с миской каши, я снова вздохнул и обреченно проговорил.

— Ну, пойдем. Проводишь.

Подмигнув устало растянувшейся на каком-то ящике Скайлер, я повернулся и пошел за часовым.

Надеюсь, я еще найду время плотно поесть.

***

Комендант ждал меня в командном центре, что, в целом, было логично. Помимо самого капитана, здесь был Руад и еще двое незнакомых мне «Фениксов» с сержантскими знаками различия. При виде меня, наемники поднялись.

— Артур Браун, капитан, невольный комендант этой коробки, — представился, протягивая для пожатия руку, усталый брюнет средних лет, с квадратной челюстью и пронзительным, но очень усталым взглядом. — Можно просто Артур.

— Александр Таверовский, сержант… в прошлом, сейчас — вроде как командир сводного отряда ополчения. Можно просто Алтай, — в тон ему ответил я, пожимая руку.

— Тот самый, значит? — поинтересовался капитан, и я едва сдержался от того, чтоб раздраженно закатить глаза. Как-то мне этот вопрос уже оскомину набил.

— Вероятно, — пожал я плечами.

— М-да. Вот уж действительно, не угадаешь, как судьба повернется… — качнул головой капитан. Я практически собрался уже осадить наемника, когда вдруг понял, что говорит он без всякого злорадства, совершенно искренне. Отвык уже от такого, надо же.

— Алтай, Руад говорит, что ты спас его с отрядом из плена местных. Спасибо тебе, — склонил голову Браун. Я хмыкнул и проговорил в ответ.

— Не стоит благодарности. Мой умысел был корыстен: усилить свой отряд и при помощи Руада выйти на связь с вами. Так что можно зачесть взаимозачетом.

Браун усмехнулся.

— Люблю честных людей. Ну, вот ты вышел, так сказать, на связь, по пути переполошив это гребаное кубло. И как, стоило оно того?

— Это будет зависеть от того, договоримся мы или нет. Впрочем, думаю, договоримся: ни у меня, ни у вас все равно нет других вариантов. Мы можем по-разному глядеть на ситуацию, но, более чем уверен — выход из нее только один.

— И о чем мы должны договориться? — прищурился Браун. — Излагай.

— О сотрудничестве, само собой разумеется, — развел руками я. — Думаю, ты умный мужик, капитан, и уже успел понять, что спасение утопающих — дело рук самих утопающих. Эвакуации не будет. От корпоратов, которые наняли вас, помощи ждать не стоит: на планете их больше нет. Точнее, корпораты, может быть, и остались, но сейчас они заодно с теми, кто не пускает вас под купол внутреннего пояса. Вас же оставили умирать в фортах.

— Почему сразу умирать? — вскинул бровь капитан. — Стены крепкие, припасов хватает, даже малый реактор собственный имеется. Можем сидеть тут, пока свиньи не полетят…

— Ага. Или до того момента, пока ксеносы не прокопают к вам проход, — перебил я наемника. — Это ты думаешь, что вы в безопасности, капитан, а я уже видел форты, защищенные не хуже этого. В них не было живых, и те, что держались до конца, думаю, очень сильно завидовали тем, кому посчастливилось умереть первыми.

— Если у них получится, — скривился капитан.

— Получится. Рано или поздно — обязательно получится, — уверил я «Феникса». — И я не пугаю, я излагаю факты. Пугать мне тебя незачем.

— Бардак на планете творится уже много дней, — пожал плечами капитан. — С орбиты уже должны были отправить сигнал…

— Верно мыслишь, — перебил его я. — Я тоже думаю, что сигнал давно отправили. Не корпораты, так военные спутники. И что флот уже спешит к Рапсодии — тоже думаю. Вот только спешит он совсем не для высадки десанта и эвакуации выживших. Ни заключенные-смертники, ни корпораты, ни наемники, подписавшиеся в своих контрактах под отказом от претензий, интересовать военных не будут. Здесь просто все раздолбают к чертовой матери, и все. Ты в эпицентре заражения, капитан. Как думаешь, спасет твой форт от всего того дерьма, что тебе вывалят на голову? От химического оружия? Биологического? Ядерного, наконец?

Браун нахмурился.

— Есть, конечно, надежда, что с орбиты запросили помощь не только у военных, — продолжил я. — Но и тут есть гребаное «но». Станет «Нью Вижн» заморачиваться тем, чтобы эвакуировать не оправдавших возложенных надежд наемников? Думаю — нет. Есть мнение, что их корабль даже на планету спускаться не будет. Заберут тех, кто на орбите, и привет. Если вообще прилетят. Ну и кто остается? Ваше руководство? Я полагаю, что если «Нью Вижн» схлестнется с «Феникс Груп» в суде, то вашим еще и денег отвалить придется, как неустойку за невыполненный контракт по охране. Станут они добавлять к расходам еще и затраты на эвакуацию накосячившего персонала? Вряд ли. Вам и неустойку до конца жизни не отработать. Гораздо проще набрать нового мяса, благо, после войны от желающих отбоя нет. Смысл тратить деньги на отработанный материал? Да еще и с риском встрять здесь?

Выражение лица Брауна за время моего монолога менялось несколько раз, и под конец он аж побагровел.

— Слушай, ты говори, да не заговаривайся! — низким, угрожающим голосом проговорил капитан. — «Отработанный материал»… Да ты знаешь, сколько у нас тут ребят легло? Ты знаешь…

— Тихо, тихо! — я поднял перед собой открытые ладони. — Я исключительно с точки зрения твоих работодателей говорю, на их языке, без обид. Так-то я прекрасно понимаю, как вы попали.

— Хорошо, — капитан сделал усилие над собой и постарался успокоиться. — Твои предложения? Я же так понимаю, ты не просто так воздух сотрясаешь.

— Не просто. У меня есть некий план. И для его реализации мне нужна будет ваша помощь. Если все выгорит — я добьюсь от вояк эвакуации. Если нет… Терять-то нам, по сути, и нечего?

— Наверное, — покачал головой Браун. — Что у тебя за план? Рассказывай.

— Прежде чем начать, я бы позвал сюда несколько человек. Сандерс, бывший мастер-сержант, вы с ним знакомы, как понимаю — он глава «Буревестников», нашей основной боевой силы. Штейна — тот командует местными, и Скайлер. Она глава отряда… М-м-м… Охотников.

— А ты? — с усмешкой вскинул бровь Браун.

— А я вроде верховного главнокомандующего у них тут, — я вернул усмешку капитану. — Так что устроим настоящее заседание генерального штаба.

— Угу. С уголовниками и дикарями… — пробормотал кто-то из «Фениксов».

— Эти уголовники и дикари, — вдруг резко развернулся к говорящему Браун, — сделали то, что не смогли сделать наши. Когда прервалась связь с Южным фортом? А с Восточным? А с Северным? То-то же. Зови, — снова повернулся ко мне Браун. — Будем разговаривать. Послушаем, что ты там придумал.

***

Обычно чем чаще повторяешь что-то, тем быстрее сам начинаешь в это верить. Мне же излагаемый в очередной раз план уже всерьез начинал казаться полной дичью. Вот где гарантия, что военные вообще меня слушать станут? Нет такой гарантии. Как нет гарантии, что удастся разобраться с глушителями и вообще послать сигнал… Особенно после того, как мы все дружно едва не зажмурились, пытаясь прорваться к «Фениксам»… Впрочем, на этот счет у меня имелся еще один план, не менее сумасбродный, чем первый, но я надеялся, что до этого не дойдет. Ладно, других вариантов все равно нет, действовать приходится в жесточайшем цейтноте, и придумать что-то более изящное и менее рискованное не получается, как ни крути. Так что остается только придерживаться изначального плана. Несмотря на то, что нравится он мне все меньше.

Как выяснилось, остальные думали примерно так же. После того, как я закончил, над столом некоторое время царило молчание. Первым тишину нарушил Браун.

— Как ты планируешь подгадать время? Мы не знаем, когда именно прибудет флот. А твари за это время могут подтянуть новых глушителей…

— Глушители — одна из высших форм эволюции ксеносов, так быстро нового не откормить, и с другого участка не перебросить. Когда мы уничтожили одну из тварей в захваченном аванпосте «Мстителей», связь на время восстановилась. То же самое было, когда мы убили второго глушителя, на болоте по пути в Миддлтаун. Помехи в эфире на некоторое время прекратились, потом появились снова. Полагаю, связь на столь обширной территории твари глушат, используя друг друга, как ретранслятор. После смерти каждого глушителя разрушается узел ретрансляции, и ксеносы перебрасывают сигнал в обход него. Если же уничтожить крупный узел из нескольких глушителей, думаю, так же просто снова поставить помехи у ксеносов не получится. И такой узел находится здесь, в Элизиуме. По крайней мере, я так понимаю. Не связист, точно сказать не могу.

— Хикару, что скажешь? — Браун посмотрел на невыского японца, до этого отстраненно ковырявшегося в планшете, откинувшись на спинку кресла. Услышав свое имя, японец поднял глаза, пару раз моргнул, будто возвращаясь из транса, помолчал и медленно кивнул.

— Звучит правдоподобно. У меня нет информации об использовании сети глушителей, раньше ксеносы таким не заморачивались, но звучит здраво, да. Нужно пробовать. Пока не попробуем — не узнаем.

— А что по узлу связи? — Браун опять обращался к Хикару. — Там наверняка все закодировано. Ты сможешь получить доступ?

Снова молчание, снова кивок.

— Смогу. Хотя это займет время.

— У меня есть коммуникатор одного из высокопоставленных чиновников «Нью Вижн», — проговорил я. — Это сможет как-то помочь

Японец будто проснулся, и с интересом посмотрел на меня.

— Сможет. Очень даже сможет, — на его узком, бесстрастном лице появилось что-то, отдаленно напоминающее энтузиазм. — И не только в этом.

— Хорошо, — проговорил я. — Значит…

— Есть сложность, сержант, — теперь уже Браун перебил меня. — Нас тут под сотню человек. Примерно столько же в Южном форте и Восточном. Северный, к сожалению… Пал, — выдавил из себя капитан, и я с трудом удержался от того, чтоб не воскликнуть: «а я же говорил». — Связи с парнями нет. Ближайший к нам форт — Южный, — продолжил Браун. — Связь прервалась после того, как в подземный тоннель между фортами прорвались ксеносы, и нам пришлось его заблокировать. Пробовать семафорить — не вариант, в Элизиуме без труда считают сигнал. То есть, рассчитывать на то, что нам удастся скоординировать действия с остальными… В общем, сам понимаешь.

— Угу, — кивнул я, задумавшись. — А связь каким образом осуществлялась?

— По старинке, — пожал плечами капитан. — Телефонная линия. Я уверен, что гарнизон жив — слышно было, как они отбивают атаки. Но связаться с ними… Без вариантов.

— Угу, — повторил я. — Угу…

Подняв голову, я посмотрел на капитана.

— А что, если мы восстановим связь?

— Каким образом? — удивился Браун.

— Да есть тут у меня одна идейка… — усмехнулся я. — В общем, слушай…

Глава 12

Земная Федерация, система Ориона. Планета Рапсодия. Периметр Зеленой зоны. Охранный форт Западного периметра, занятый наемниками «Группы Феникс».

— Это… Очень рискованное решение, — проговорил Браун. Почему-то мне показалось, что вместо «рискованного решения» изначально должно было прозвучать «безумие».

— Нормально, капитан, — я оторвался от заполнения подсумков, поднял голову и подмигнул Брауну. — Прорвемся.

Браун моего оптимизма не разделял.

— Ты понимаешь, что вам придется биться с тварями в узком тоннеле? Если они попрут…

— Капитан, — прервал его я. — У меня есть опыт подобных операций. Я бился с тварями в тоннелях шахты под Пределом и в коридорах форта в Инферно. И тогда расклады были намного хуже, поверь. Пройти по тоннелю без ответвлений несколько километров гораздо проще, чем зачищать от морфов захваченный форт или пытаться выжить в шахтных штреках. У нас получится.

— Не просто пройти, — качнул головой Браун. — Пройти, обнаружить разрывы кабеля, устранить их…

— Это я беру на себя, — спокойно произнес маленький, невозмутимый Накамура. — Если они меня прикроют — проблем не будет.

— Безумие, — выдохнул, наконец, Браун то, что давно вертелось на языке. — Девушку-то куда тащите? Хотя бы ее оставьте. Давайте я еще кого-нибудь из бойцов дам…

Скайлер гневно сверкнула глазами, и, предупреждая ее реакцию, я поднял руку, успокаивая рыжую.

— Не обижайся, капитан, но эта девушка большей части твоих бойцов фору даст. По крайней мере — в такой вылазке. Будь это штурм, я бы и сам предпочел пару закованных в броню десантников, но здесь — поверь.

— Вы сумасшедшие, — покачал головой Браун. — Ладно. Надеюсь, ты знаешь, что делаешь. В конце концов, вы добровольно суете башку в петлю. Сами вызвались.

— Да ладно, кэп, — Руад подошел к капитану, и хлопнул того по плечу. — Нормально все будет. В первый раз, что ли?

— Молчал бы… Камикадзе хренов.

Я хмыкнул. Если судить по тем оговоркам и намекам, что я успел услышал за короткое время пребывания в форте, Руад был тем еще сорвиголовой, постоянно ищущим приключения на пятую точку. Даже странно, что этот парень вообще умудрился в плен к людям Штейна попасть. На вылазку по восстановлению связи он вызвался первым, я договорить даже не успел.

Скайлер тоже заявила, что пойдет со мной — и тут я даже спорить не стал. С одной стороны — по изложенным капитану причинам, с другой… Мне откровенно не хотелось оставлять девушку одну среди такого количества «голодных» мужиков. У Штейна в ополчении дамы тоже имелись, но за них, во-первых, было кому постоять, а во-вторых — уверен, что, в отличие от рыжей, они вполне могли затаиться и не отсвечивать. В случае со Скайлер я в такое поведение не очень-то верил. Чтобы заставить ее сидеть на месте, сначала нужно провести хирургическую операцию по извлечению острого швейного инструмента из ее симпатичной нижней половины. Шило из задницы достать, проще говоря. И не уверен, что это можно сделать подручными средствами. Девушка, конечно, себя в обиду не даст, но зачем мне эти конфликты на ровном месте?

В общем, выходили впятером. Я, Скайлер, Руад, Накамура, который должен был искать разрывы и устранять их, и навьюченный инструментами и расходниками для ремонта громила в экзоскелете, представившийся Сэмом. Я, правда, так и не понял, имя это, или позывной, ну да какая разница, Сэм и Сэм. Главное, что коротко и с другими не спутаешь. По специализации Сэм был бойцом поддержки, и, помимо ремонтных ништяков волок на себе дополнительный боекомплект для группы и огромный пулемёт, с лентой, уходящей в короб, присобаченный к раме экзоскелета. К этой самой раме вообще до хрена чего присобачено было, я даже в какой-то момент всерьёз задумался, пролезет ли он вообще в тоннель. Остальные, впрочем, подобной озабоченности не выразили, из чего я сделал вывод, что и мне париться не стоит. Ладно. Учитывая, что Сэм будет нас прикрывать, его габариты даже плюсом будут — мимо него ни одна тварь не прошмыгнет. В общем, посмотрим, как оно будет.

— Длина тоннеля — три с половиной километра, — продолжил прерванный инструктаж Браун, не дожидаясь, пока мы закончим снаряжаться. — Противник прорвался в семиста метрах от нашего выхода. По крайней мере, это единственное известное нам место прорыва, но могут быть и другие. Тогда же исчезла связь с Южным фортом. По инструкции, да и по логике, мы должны были рвануть тоннели, но механизм подрыва не сработал, а цифровой сигнал… Сами видите, что с эфиром творится. Похоже, твари серьёзно повредили коммуникации. Вам предстоит прочесать тоннель, отыскать разрыв и восстановить связь. Если тоннель захвачен ксеносами — не играйте в героев, бросайте все на хрен и возвращайтесь. Придумаем что-нибудь другое. Героизм не в том, чтоб сдохнуть, выполняя задачу, а в том, чтобы выполнить её без потерь, — я аж улыбнулся, услышав из уст Брауна типичную «армейскую мудрость». Черт, кто б сказал, что я за этим скучать буду — в жизни бы не поверил.

— Готовы? — Браун окинул группу взглядом. Я кивнул. Готовы, да. Насколько вообще можно подготовиться к такому выходу.

— Тогда пошли.

Капитан развернулся и вышел из оружейки. Мы двинулись за ним.

Браун шёл быстро, не оглядываясь. В коридоре к нашей процессии присоединилась ещё пара бойцов — сопровождающие Брауна, как понял. Ну да. Не сам же он тоннель вскрывать будет.

Вопреки моим ожиданиям, лифт мы миновали, не задержавшись. Вместо этого Браун открыл неприметную дверь, отошёл в сторону и приглашающе кивнул, давай, мол. Я шагнул вперёд, сунулся за дверь… Ага, лестница. Вмурованные в бетон скобы ступеней, тускло блестящие в свете аварийных фонарей, ведут вниз. В какой-то момент я поймал острое дежа вю. Такие же ступени, блеск аварийной подсветки, и металлический голос, бесстрастно отсчитывающий время до взрыва. Рык тварей, Мираж, замерший под оседлавшим его морфом, и глядящий мне прямо в глаза… Я вздрогнул, и вернулся в реальность.

— Ты чего? — Браун озадаченно посмотрел на меня. — Высоты, что ли, боишься?

Я тряхнул головой, отгоняя наваждение.

— Нормально всё. Я пошёл.

Присев, я ухватился за верхнюю скобу и соскользнул вниз.

Спуск дался гораздо легче, чем памятный подъем. И вниз лезть — не вверх карабкаться, и высота меньше, да и я уже не тот. Почувствовав под ногами пол, я перехватил оружие из-за спины и сместился в сторону, уступая место следующему за мной Сэму. Тот, кстати, спустившись, отходить в сторону не спешил. Причину этого я понял, лишь когда услышал раздражённое шипение Скайлер.

— Ты чего пялишься? Давно по шарам не получал? А ну в сторону, извращенец долбаный!

Девушка легко спрыгнула на пол, возмущённо фыркнула, и протиснулась мимо Сэма, как бы невзначай наступив ему на ногу. Впрочем, тот, думается мне, этого даже не почувствовал. Похотливо осклабившись, боец перенес вес пулемёта на ремень и освободил одну руку, явно примериваясь шлепнуть Скайлер по туго обтянутой штанами заднице. Я уже открыл было рот, намереваясь сообщить бойцу, что сейчас эту руку ему сломаю, но, не успел я и слова сказать, как Скайлер одним молниеносным движением развернулась и прильнула к бойцу.

— Хочешь пообщаться поближе? — с будоражащей хрипотцой выдохнула она ему прямо в ухо. — Так давай, не стесняйся. Ну же, прижмись ко мне… Упс! Испугался? Чего же ты? Ведь был такой смелый…

Сэм стоял, ни жив, ни мёртв, боясь шелохнуться — и я его хорошо понимал. Поневоле замрешь, когда в твоё горло и… хм, хозяйство, упирается по переливающемуся голубым сиянием силовому клинку. Во даёт девчонка! Я даже не успел заметить, когда она успела перехватить со спины глефу и разделить её надвое.

— Скайлер! — решил все же вмешаться я. — Отставить!

— Что такое, милый? Ревнуешь? — дурашливо протянула Скайлер, и я выругался про себя.

— Отставить, я сказал! — рыкнул я, начиная выходить из себя. — Ещё одна такая выходка — и останешься в форте!

— Слушаюсь, сержант! — Скайлер снова тем же неуловимым движением отстранилась, соединила глефу и вернула её за спину, насмешливо вытянувшись по стойке смирно и бросив два пальца к виску.

— Вперёд давай, быстро!

Дождавшись, пока девушка, картинно покачивая бёдрами, продефилирует мимо Сэма, я придвинулся к бойцу ближе, и прошипел:

— Ещё раз протянешь руки — я тебе их сломаю, понял? И не посмотрю, что ты такой здоровый.

— Да ну… Я… Я ж так, пошутить чисто! — забормотал боец. — Я ж не знал, что вы… Ну, в смысле, ты… она…

— Ты меня понял? — в моем голосе лязгнул металл.

— Так точно! — буркнул боец.

— Молодец! Шагом марш! — рыкнул я. — Не загромождаем проход!

— И правда ревнуешь, — послышался откуда-то спереди голос рыжей, и я опять выругался. На этот раз — в голос.

Ну вот как её здесь можно было оставить, а?

***

— Ты там молишься, что ли? — нетерпеливо пробурчал Браун, но я даже внимания обращать не стал, просто отмахнулся. Прижав ладонь к металлу толстенной гермодвери, я пытался максимально сосредоточиться, изо всех сил пытаясь «пропихнуть» щупальца пси-сканера сквозь бетон и сталь. И у меня это, вроде как, даже получалось, хоть и не без труда.

С той стороны двери было пусто. Ну, по крайней мере, чужого присутствия я не ощущал. Надеюсь, причина в отсутствии тварей, а не в том, что препятствие экранирует мои способности.

— Открывай, — скомандовал я, выпрямляясь и отходя назад. — Отряд, приготовиться!

Защелкали затворы, загудели накопители импульсников, зажужжал привод блока стволов на пулемёте Сэма… Отряд отодвинулся от дверей, беря их на прицел. Браун провел картой по считывателю, отошёл в сторону и кивнул бойцам. Те взялись за кремальеру гермозатвора, напряглись… Послышался скрип, свист пневмозатворов, и дверь медленно открылась.

Никого. Чисто.

— Я оставляю здесь дежурных, — проговорил Браун. — Если удастся найти повреждение кабеля быстро — ремонтируйте и возвращайтесь. Селектор работает. Если не получится — отходит в Южный форт, как только связь появится, я дам знать туда, будут вас ждать. Давайте, ребята, берегите себя и зря не рискуйте.

— Нормально, капитан, — усмехнулся Руад, опуская забрало шлема. — Разберёмся, не переживай. Командуй, сержант! — это уже ко мне.

— Пошли, — кивнул я. — Я иду первый, за мной — Сэм, Накамура за ним, ищет обрыв, Скайлер и Руад замыкают.

— Вернитесь с победой! — очень серьёзно проговорил нам вслед Браун, прежде чем закрыть за нами двери.

— Да куда мы, на хрен, денемся, — хохотнул Руад, разрушая весь пафос момента. Дверь с гулким грохотом закрылась, отсекая нас от входного шлюза, и мы остались одни.

— Ну что, бойцы? — я невесело усмехнулся. — Слышали, что отец-командир завещал? Вернуться нужно с победой. А я от себя добавлю — чем скорее, тем лучше. Так что действуем быстро, но осторожно. Погнали!

Я активировал режим ночного видения, выпустил перед собой щупальца пси-сканера, и, крепче сжав цевье излучателя, двинулся вперёд.

Глава 13

Земная Федерация, система Ориона. Планета Рапсодия. Периметр Зеленой зоны. Тоннель под охранным фортом Западного периметра.

— Ух ты ж мать твою… — выругался за спиной Руад. Сэм тоже пробурчал нечто нецензурное, а я лишь молча скривился и активировал систему фильтрации костюма. В тоннеле воняло падалью, да так, что, не будь на мне шлема, наверное и глаза б резало. Офигеть, блин, что тут сдохло вообще? И в каком количестве?

Я всмотрелся в темноту, искусственно расцвеченную и подкрашенную системой ночного видения, внимательнее. Ага… Кажется, понимаю.

Пройдя через ворота, мы оказались в небольшом шлюзе. Впереди — ещё одна стена с массивной дверью, а вдоль неё, выставив стволы в бойницы, расставлены автоматические турели с пулеметами, гранатомётами и плазменными излучателями. На части станин все ещё светились огоньки светодиодов: турели находились в режиме ожидания.

— Хик, — я повернулся к японцу. — Посмотришь пушки? Не хотелось бы, чтоб они нам в спину ударили.

Маленький японец молча кивнул, и направился к турелям, на ходу извлекая из чехла деку. Я тем временем прошёл к одной из бойниц, и глянул поверх ствола излучателя. Да, теперь понятно, почему твари не пытались прорваться сквозь тоннель в форт. Они пытались. Просто у них не получилось.

Тоннель — весьма, к слову, крупный квадратный проход, пять на пять метров примерно, зря я переживал, что Сэм здесь застрянет — был забит дохлыми морфами. Пауки, скорпиксы, крабоиды, несколько стражей… Самые прыткие не добежали до стены с турелями каких-то десять метров, а ещё дальше туши морфов громоздились друг на друга, превращаясь в фантасмагоричный бруствер, достойный кисти безумных художников прошлого.

Стене тоже досталось: в нескольких местах бетон зиял оплавленными дырами. Похоже, ксеносы затащили сюда мелких бурдюков. Ещё б немного — и тварям удалось бы прорваться.

Однако атака ксеносов захлебнулась — и захват форта с неудачного направления, по всей видимости, решили отложить до лучших времен. Вообще, тварям в Элизиуме здорово досталось ещё до нашего подхода, полагаю, сейчас они активно восстанавливаются, ускоренными темпами выращивая в инкубаторах новые силы. Нам бы за это время успеть разобраться с Элизиумом…

— Готово, — Накамура закончил с турелями и повернулся ко мне, убирая планшет в подсумок. — Метки «свой-чужой» сработали бы и так, но я на всякий случай ввёл айди всех членов группы принудительно. Мало ли.

— Спасибо, — я кивнул. — Двери?

— Тут все просто, — японец махнул рукой, и, подойдя к дверям, быстро ввёл шестизначный код, подтвердив его приложенной к считывателю картой. Хм. Да нам тут доверяют, как погляжу… Ладно, пофиг. Я бы тоже себя так вёл, если вдуматься. Припёрся хрен знает кто, да ещё и в таком количестве, называют себя союзниками, а сами на девяносто девять процентов из охраняемого контингента состоят. Тут перестраховаться не грех…

Я качнул головой, и шагнул за порог. Вероятно, правильнее было бы первым послать Сэма, но сканер молчит, а значит и опасности нет. А если какая-то из тварей, вопреки показаниям детекторов, вдруг жива… Думаю, разберусь.

Держа импульсник наготове, я двинулся вперёд, стараясь лишний раз не смотреть на разорванные пулями и обожженные плазмой туши тварей. Уж сколько я их видел уже, но настроения такое зрелище совершенно не поднимает. Мерзость та ещё.

Кое-как пробравшись среди мёртвых тел, я выбрался на пустое место и с наслаждением выдохнул. Наконец-то гора трупов осталась позади.

Сэм шёл следом. Был вино, что бойцу не очень нравится происходящее, но спрашивать его никто не собирался.

Внезапно пришедшая в голову мысль заставила поморщиться. Я повернулся к Накамуре.

— Хикару, а что, если разрыв где-то здесь? — я представил, как мы растаскиваем трупы, чтобы Добраться до кабель-каналов, и мне стало не по себе.

К счастью, японец покачал головой.

— Исключено. Согласно показаниям тестера, сигнал проходит первые шестьсот метров и пропадает только тогда. Возможно дальше тоже есть повреждения, но до этой отметки кабель цел.

Фуф. Ну, и то хлеб. По крайней мере не придётся возиться с уже начинающими подгнивать тварями. Так себе удовольствие.

— Значит идём, — кивнул я, и снова зашагал вперёд.

Некоторое время мы шли в тишине, нарушаемой только мерным жужжанием сервоприводов экзоскелета да гулкими шагами Сэма. Да уж. На разведку этого парня брать точно не стоит, скрытного передвижения не получится. Впрочем, нам сейчас и не до стелса. Закончить бы поскорее, да к противоположному шлюзу добраться…

Несмотря на тишину, царящую в тоннеле, мне было неспокойно. Пси-сканер молчал, Элис притихла, ничто не предвещало, как говорится, но мне, тем не менее, казалось, что вот-вот что-то должно произойти. Какая-то непонятная гребаная тревога, словно ожидание беды. Оглянувшись на Скайлер, я заметил, что девушке тоже не по себе. А, учитывая, что у неё, как и у меня, интуиция, некое звериное шестое чувство, усилена искусственно… А, к черту! Лучше лишний раз перестраховаться, чем жалеть потом, что не сделал этого.

— Внимание, отряд, — пробормотал я в комлинк. — Повышенная готовность! Утроить внимание!

На такой короткой дистанции локальная тактическая сеть группы работала почти без перебоев, и повышать голос не потребовалось. И без того сосредоточенные бойцы подобрались, закрутили головами. Пусть лучше параноиком меня считают. Параноики живут дольше. Так, что там на сканера? Тишина… Пусто.

— Подходим к разлому, — негромко проговорил Накамура. Угу… Так, где он, зараза?

То, что спереди потянуло свежестью, я и сам заметил. Да и на полу стали попадаться обломки синтбетона, разъеденные кислотой, кучки земли… Тоннель плавно забирал вправо, и уже через несколько десятков метров мусора стало больше, а робкий сквознячок превратился в уверенный холодный поток.

На пределе дальности пси-сканера проявилась какая-то активность. Пока непонятная, размытая… Судя по всему, за пределами тоннеля. Хорошо. Будем надеяться, твари не выставили караул у прохода.

Спустя пару десятков шагов я сместился к стене: нормально идти по центру коридора стало решительно невозможно. Похолодало ещё сильнее. Подняв голову, я слегка прикусил губу: разлом был точно над нами.

Уж не знаю, каким макаром ксеносы грызли бетон, но дыра была внушительной, метров, пожалуй, десяти в диаметре. Наверное, если снять прибор ночного видения, то где-то там наверху сквозь пролом можно увидеть низкие, серые тучи. А если повезёт — то и звезды. Однако делать этого я, конечно, не стал. Вместо этого сместился в сторону и выжидающе посмотрел на японца.

— Что там, Хикару?

Японец достал из сумки какой-то прибор, щёлкнул телескопической штангой и в его руках оказалось что-то вроде металлоискателя.

— Сейчас… Минуту…

Отряд разошёлся полукольцом, держа на прицеле разлом и дальний конец тоннеля, а Накамура, тихонько выругавшись, полез на кучу земли, ведя прибором вдоль предполагаемого расположения кабель-канала.

Я продолжал пялиться в темноту тоннеля, чувствуя возрастающее напряжение. Черт. Сейчас явно что-то произойдёт, клянусь! Не может меня так интуиция подводить! Отметки на сканере так и остались далёким размытым пятном, откуда же тогда…

Резкая ругань обычно сдержанного Накамуры заставила вздрогнуть. Я перевел взгляд на японца.

— Здесь, — недовольно поморщившись, произнёс Хикару. — Придётся копать.

Дерьмо!

Накамура стоял на огромной куче земли под самым проломом, недвусмысленно указывая сканером на самый её центр. Ну да. Кто говорил, что будет легко?

— Руад, Накамура, — принял я решение. — Копайте. Сэм, Скайлер — смотрим по сторонам и вверх. Не нравится мне всё это.

Лишний раз можно было и не напоминать — остальные тоже были не в восторге. Но, тем не менее…

— Есть! — пропыхтел Накамура через пять минут напряжённой работы. — Есть коллектор! Руад, помоги!

«Фениксы» вдвоём ухватились за бетонный блок, прижимающий решётку коллектора, и, напрягшись, отбросили его в сторону. Накамура присел, достал из разгрузки мультитул и принялся колдовать над решёткой. Ещё пара минут, и…

— Понятно, — пробурчал японец. — Так, сейчас… Сэм! Метр кабеля и две соединительные коробки!

Громила потянулся за спину, отстегнул сумку, укрепленную на раме экзоскелета, коротко размахнулся и бросил её японцу. Тот вскрикнул от неожиданности, рванулся вперёд и поймал сумку за миг до того, как она упала на глыбу бетона.

— Совсем дурак? — Накамура уставился на пулеметчика. — Тут оборудование же! А если б побил всё? Назад в форт за ним шлепать?

— Ну не побил же, — Сэм пожал плечами. — Думаешь я понимаю, какие там коробки тебе нужны?

— Ты… — японец начал закипать и я решительно прервал намечающуюся перепалку.

— Так, всё! Хватит! Работаем, не отвлекаемся! Время!

Сэм и глазом не моргнул, продолжая держать на прицеле разлом, Накамура же фыркнул, и принялся копаться в сумке, бормоча что-то про ошибку природы и гребанного имбецила. Ну, не в мою сторону — и ладно. Пусть выговорится, отведет душу.

— Готово! — провозгласил, наконец, Накамура. — Сделал! Сейчас прогоню тест ещё, и…

Я даже ушам своим не поверил. Серьёзно? Все закончится так легко и быстро? Такое бывает вообще? Учитывая, что последние несколько месяцев у меня идёт не так всё, что только может — верилось с трудом. Тем не менее…

— Чёрт!

Да что там, блин, такое?

— Сигнал не проходит, — недовольно пробурчал Накамура. — Где-то впереди ещё обрыв.

А-а-а… Ну, теперь-то точно всё в порядке. А то я, было, испугался уже, что всё хорошо идёт. А сейчас вот опять через задницу. Это хорошо. Это привычно. Это успокаивает.

— Найти сможешь?

— Конечно! — японец кивнул.

— Хорошо. Тогда двинули. Не теряем времени.

Японец кивнул, вылез из ямы, и, бросив злобный взгляд на Сэма, навьючил на себя сумку с ремонтным оборудованием. Пулеметчику он её теперь явно не доверит. Ну и ладно, пусть сам тащит. Не сломается.

Дождавшись, пока все будут готовы, я двинулся вперёд, продолжая ежесекундно сверяться с данными сканера. Ничего. Пусто.

— Сержант, разрешите оставить подарки? — подсветился на панели комлинка аватар Сэма. Не сводя взгляда с тоннеля впереди, я обратился к бойцу.

— Поясни.

— Пролом остаётся сзади. Хрен знает, кто оттуда полезть может. А так и замедлим, и сигнал получим, в случае чего, — Сэм уже снимал с себя очередную сумку.

— Что там у тебя?

— Мины, сэр. С лазерным датчиком. «Клеймор-3000».

Хм. Может, этот парень и похотливый балбес, но свое дело он знает. Противопехотные «Клейморы», начиненные тысячей поражающих элементов, в тоннеле, против ксеносов… Да, пожалуй, это весьма неплохая идея. Одобряю, однозначно.

— Разрешаю, — я кивнул. — Действуй.

— Я мигом, сэр!

Достав из сумки металлический прямоугольник двадцать на тридцать сантиметров, Сэм сорвал транспортировочную плёнку, присел на колено и, выщелкнув из нижней части мины треногу, принялся тщательно выставлять угол, под которым из датчика будет смотреть луч детектора. Ещё несколько манипуляций, что-то щелкнуло, и боец выпрямился. Я знал, что если переключиться в инфракрасный спектр, я увижу тонкий лазерный луч, протянувшийся от датчика мины до противоположной стены. И, стоит кому-то или чему-то его зацепить, и… Да, ксеносам мало не покажется. Даже крабоиду будет весьма неприятно.

Сэм, между тем, явно одной миной решил не ограничиваться. Достав ещё одну, он повторил процедуру с другой стороны тоннеля, так, чтобы сектора поражения обеих мин сошлись под углом. Теперь, стоит тварям ломануться в тоннель, как их попросту выкосит. Я видел, на что способны такие малышки. Не самое приятное зрелище.

— А если крыса пробежит? — спросила вдруг Скайлер, с интересом наблюдавшая за манипуляциями верзилы. Тот лишь усмехнулся.

— Датчик объема, крошка. Думаешь, мне самому охота такие игрушки из-за ерунды терять? Эти подружки — умные. На крысу они даже не посмотрят, о появлении одной-двух тварей средних размеров сообщат мне, а вот если наберётся критическая масса… — Сэм надул щеки и медленно и шумно выпустил воздух, изображая взрыв. — Бу-бум! И всё. Я в этом шарю, крошка.

— Да уж не сомневаюсь, — хмыкнула рыжая.

— Ты закончил? — Сэм, похоже, крайне любил своё дело, вон как оживился. Такого не поторопишь — ещё час будет про «бу-бум» рассказывать. Это, конечно, весьма интересно и познавательно, но лучше слушать о минах где-нибудь в безопасном месте.

— Сейчас, момент, — Сэм отошёл на несколько метров, извлёк из сумки очередную мину и прижал её к вертикальной ржавой балке — выступающей из бетона стены опоре тоннеля — в метре над полом. Чуть слышно звякнуло магнитное основание, Сэм активировал датчик, и отступил, удовлетворённо глядя на плод своих трудов.

— Две малышки сработают вглубь тоннеля, выкосив основную волну, остальные ломанутся дальше — и получат сбоку, — я не мог видеть глаз Сэма, но готов был спорить, что сейчас он их закатил в мечтательном предвкушении. — Было бы у меня их больше…

— То мы бы точно застряли здесь до утра, — не преминула вставить подначку Скайлер. Я согласно хмыкнул.

— Ладно, всё. Идём дальше, — скомандовал я, пряча улыбку. — Хикару, давай, расчехляй свой прибор.

Я перехватил оружие, и, не обращая внимания на Скайлер, хихикающую за спиной над двусмысленностью моей фразы, пошёл вперёд.

***

— Есть! — Накамура остановился. — Нашёл!

— Молодец, — кивнул я. — Устраняй.

Японец присел над решёткой коллектора, а я снова занял привычную позу, направив ствол импульсника в темноту тоннеля.

Несмотря на то, что последние несколько минут прошли в тишине и покое, я не мог отделаться от мысли, что всё не может пройти так легко. Растущее внутри напряжение требовало выхода, и, когда Элис вдруг, встрепенувшись, сообщила об опасности, выдохнул едва ли не с облегчением.

— Внимание… — проговорил я, пытаясь понять, откуда ждать этой самой опасности.

Тихонько пискнуло оповещение пси-сканера. Сразу несколько точек. Довольно близко. Движутся к нам со стороны разлома. Быстро, блин… Ничего, сейчас они попадут в сектор действия мин, и…

Точки в интерфейсе миновали отметки и бодро двинулись дальше. Мины не сработали. Какого…

— Опасность сзади, — скомандовал я, поворачиваясь в ту сторону, откуда мы пришли. Щелчок предохранителя, гул накопителя… Точки продолжают двигаться. Я уже ощущаю их эмоции. Азарт, злость, предвкушение, голод…

— Хикару, что там у тебя? — несмотря на все мои усилия, голос звучит нервно. Не люблю того, чего не понимаю, что поделать? Точки ближе… Ближе… Ещё…

Какого хрена? Судя по расстоянию, мы уже должны их видеть! Что за…

И тут до меня дошло.

— Хикару, в сторону! — еще не окончив фразу, я рванул вперёд, максимально ускоряясь и срываясь в скольжение, как я прозвал комбинацию из концентрации фокуса и других боевых способностей, ускоряющих меня и восприятие. — Коллекторы! — рявкнул я, вытягиваясь в прыжке. Недоумевающий японец поднял голову, глядя туда, где я стоял ещё секунду назад…

И всё-таки я успел!

Врезавшись в японца, я сбил его в сторону и упал на бок, одновременно доворачивая тело в сторону. Туда, где, срывая и отбрасывая решётки, прямо из кабельного коллектора выпрыгивал незнамо как протиснувшийся туда Страж.

Тварь ещё не успела растопырить щупальца, как я, все ещё находясь в движении и скользя по полу, выпустил в неё сразу несколько зарядов. Первый угодил прямо в оскаленную морду и отбросил ксеноса в сторону, второй разорвал уже безжизненное тело почти пополам, ну а третьим я попросту промахнулся, бездарно влепив его в стену. Страж умер ещё до того момента, как рухнул на пол, спустя секунду после своего появления, и не успел причинить никому вреда.

Вот только он был не один.

Вынырнув из концентрации фокуса, я одним движением вскочил на ноги — и тут же прянул в сторону. Костяной шип пролетел буквально в сантиметре от моего лица и бессильно срикошетив от стены, упал на пол. Я выбрал упреждение и, превратив в обугленный труп ещё одну тварь, отпрыгнул к стене, беря паузу и пытаясь понять, что вообще происходит.

Стражи атаковали сразу с двух направлений, пробравшись к нам по кабельным коллекторам с обеих сторон тоннеля внизу, и по вентиляционным коробам вверху. Я и раньше знал, что эти уроды ловкие и гибкие, но чтобы до такой степени? К счастью их было не очень много, обнаружили опасность мы достаточно вовремя, а моя группа состояла из опытных бойцов. К тому моменту, когда я открыл огонь, добивая третьего, брошенного на пол пулеметной очередью Стража, все уже было кончено.

— Отряд, статус, — выдохнул я, слегка безумными глазами обводя поле боя.

— Руад — норма, — разведчик «Фениксов», кажется, даже удивиться не успел. А вот разобраться в ситуации и принять правильное решение — вполне. О чем самым красноречивым образом свидетельствовал оплавленный короб вентиляции, в котором ещё подрагивало в агонии обугленное тело Стража, не успевшего даже вступить в бой.

— Скайлер — норма, — голос спокойный и невозмутимый, импульсник за плечами, в руках — разделенная на две части глефа, а под ногами изрубленное тело монстра.

— Хик — норма, — японец, кажется, даже пострелять не успел. Но сгруппировался, молодец, стоит на колене, водит стволом по дырам коллекторов.

— Сэм — норма. Слышь, командир, а хрена они такие резкие? — голос пулеметчика звучал так удивлённо и обиженно, что Скайлер не выдержала и рассмеялась.

— Не, ну реально! Я только одного успел, и то ты добил. Я так не играю, блин! А ты как это резкий такой? Троих, хренасе… Ещё и Хика спас… Че это за твари вообще, блин?

Я вздохнул и покачал головой. Ладно, нормально. Это из него стресс выходит так. Неудивительно, на самом деле. Первая встреча со Стражами — она всегда ошеломительный эффект производит.

— Это Стражи, — проговорил я. — Что-то вроде элитной гвардии у ксеносов. И то, что мы сейчас остались в живых, а они нет — это дело исключительного везения… И вашей подготовки. Молодцы. Но в следующий раз лучше все же реагировать быстрее. Хорошо, что им пришлось атаковать из неудобного положения. Так бы… — я наклонился и поднял с пола шип. — Яда в этой штуковине столько, что хватит парализовать такого кабана, как ты, — я показал шип Сэму. — И стандартную защиту, к слову, они пробивают с лёгкостью. Так что утройте внимание, господа, и сообщайте о каждом подозрительном шорохе. А лучше сначала стреляйте, а потом докладывайте. Впрочем, сейчас они нас так врасплох уже не захватят, так что…

Договорить я не успел. Где-то вдалеке послышался шум, шкала сканера всплеснулась волной возросшей активности, и в ту же секунду тоннель содрогнулся, когда одна за другой сработали две мины Сэма.

Мы все, не сговариваясь, развернулись назад и уставились в темноту.

— Хикару, — очень спокойным голосом проговорил я. — Ты здесь закончил?

— Почти, — японец вышел из оцепенения и бросился к коллектору.

— Так заканчивай быстрее и валим на хрен отсюда! — выдохнул я. И, будто желая придать веса моим словам, в глубине тоннеля рванула третья мина.

Кто там ныл, что всё слишком просто? Вот тебе, Алтай, и осложнения. Получи и не забудь расписаться.

Я вздохнул, и, переведя импульсник на веерное излучение, направил ствол в глубину тоннеля.

Глава 14

Земная Федерация, система Ориона. Планета Рапсодия. Периметр Зеленой зоны. Тоннель под охранным фортом Западного периметра.

Первым заговорил пулемёт Сэма. Сначала зажужжал блок, раскручивающий стволы, а потом по ушам ударил грохот, тысячекратно усиленный гулкой акустикой тоннеля. Активная защита отработала на «отлично», но, к сожалению не сразу, и несколько секунд мне пришлось мириться со звоном в ушах. Выпустив несколько длинных очередей, пулемёт замолк — но блок стволов продолжал крутиться.

— Авангард, — пробурчал Сэм. — Сейчас ещё пойдут.

Я с ним был согласен целиком и полностью: пси-сканер транслировал сплошную красную волну, которая катилась в нашу сторону. Много, блин. Пси-ударом с такой кучей не справлюсь. Разве что выложиться придётся… Но тогда я очень быстро стану бесполезной обузой для группы. Ладно. Тоннель узкий, боеприпасы есть — должны отбиться.

— Следите за коллекторами, — скомандовал я. — Хикару, что там у тебя?

— Почти закончил! — отозвался японец. — Осталось тесты прогнать, и…

Последние слова японца утонули в грохоте пулемёта. Я вскинул импульсник и открыл огонь, выпуская заряды веером. За моей спиной зафырчал разрядник Руада.

Куда именно я попадал и попадал ли вообще, было неясно, таргет-трекер сбоил, слишком много для него оказалось целей на такой маленькой площади. Впрочем, промахнуться здесь было сложно: ксеносы перли сплошной массой, и каждый выстрел попадал в цель. Вот только напор тварей от этого не ослабевал.

— Хикару! — заорал я, забыв о комлинке, и пытаясь перекричать рев пулемёта и вой импульсников.

— Готово! — крикнул в ответ японец, глядя экран какого-то прибора. — Проклятье! Обрыв!

Твою ж мать!

— Вперёд! — заревел я. — Найди и ликвидируй! Прикрываем! Пошёл!

Японец кивнул и сорвался с места.

— Скайлер! За ним! Прикрой его!

Девушка тряхнула гривой рыжих волос, и умчалась вслед за японцем.

— Пустой! — Сэм. Дерьмо, не вовремя…

— Крою! — тут же отреагировал я. — Отход!

— Есть! — по полу загремел опустевший патронный короб, сброшенный Сэмом, а сам боец принялся отступать, на ходу пытаясь переключить систему боепитания на второй короб.

— Бойся! — я дёрнул из разгрузки плазменную гранату, большим пальцем крутнул кольцо замедлителя, и швырнул её в темноту, тут же вырубая систему ночного видения и зажмуриваясь.

Грохнул взрыв, из тоннеля послышался многоголосый вой, и я, убедившись, что на меня не смотрят, чуть опустил голову и добавил по тварям пси-ударом. Особо не напрягаясь, вполсилы — но, судя по количеству разом погасших отметок, прилетело ксеносам не слабо.

— Ранг способности «пси-удар» повышен, — раздался бесстрастный голос Элис. — Текущий ранг — пять. Регистрирую возросшую мощность способности при снижении энергозатрат при использовании.

Угу. Отлично. Я просто счастлив. Самая нужная, мать её, информация в эту минуту. Ладно, к черту. Вскинув излучатель к плечу, я выстрелил ещё несколько раз, и шагнул назад.

— Крою! — Руад. Отлично. Убедившись, что линия атаки не осталась без контроля, я развернулся и побежал туда, где в темноте скрылись Накамура, Скайлер и Сэм. Стоящий на колене Руад тем временем задержал палец на спуске, накапливая заряд, и его излучатель выплюнул солидный плазмоид, унесшийся навстречу ксеносам. Зря, пожалуй, судя по шкале пси-сканера, тварям и без того досталось хорошо… Впрочем, когда имеешь дело с ксеносами, ударной мощи никогда не бывает слишком мало.

Пробежав метров двадцать, я едва не наткнулся на встающего с колен Сэма. Чего это он? Молился, что ли? Только бросив взгляд на пол, я понял, в чем дело. Мины. Сэм снова оставил сюрприз для тварей. Толково, молодец.

Я резко развернулся, упал на колено, стукнув щитком о бетон, и скомандовал:

— Крою! Руад, Отход!

Дважды приглашать «Феникса» не понадобилось. Сбросив под ноги пустую энергоячейку, он развернулся, и со всех ног ринулся к нам.

Я скосил взгляд на шкалу сканера. Разгром. Неподалёку от наших позиций вяло копошилось несколько отметок — ксеносы явно не рвались в бой, но радоваться было рано: вдалеке уже накапливалась очередная волна, и, судя по интенсивности свечения аур, как бы не более крупная, чем до этого.

— Поняли, что мы тут, — будто прочитав мои мысли, пробормотал Сэм. — Теперь просто так не отвяжутся.

— Разберёмся, — дёрнул я щекой. — Активируй мины и отходим.

— Угу, — по неуставному буркнул пулеметчик. — Готово, — доложил он через пару секунд.

— Отлично. Отходим. Хикару! Статус!

***

— Долго ты там ещё будешь копаться? — не удержавшись, пробурчал Сэм, обращаясь к Хикару. Маленький японец стоял на коленях у коллектора и быстро, но не суетливо, орудовал мультитулом.

— Столько, сколько понадобится, — спокойно проговорил японец. Верзила презрительно сморщился и сплюнул в угол.

В целом, я понимал нервозность Сэма. Мины до сих пор не сработали, противник себя никак не проявлял, и, в целом, у нас были неплохие шансы на то, чтобы свалить в Южный форт до того момента, как новая орава ксеносов ринется в бой. А с каждой секундой, потраченной Накамурой на ремонт, шансы эти уменьшались. Но тут уж ничего не поделаешь: миссию следовало завершить, иначе к чему все это геройство?

Я посмотрел на сканер: ксеносы оставались у входа. Накапливают силы? Или каверзу какую-то готовят?

— Готово, — Хикару поднял голову. — Есть сигнал! Закончили!

— Отлично, — я показал японцу большой палец. — Сигнал есть?

— Нет, — сокрушенно покачал головой японец. — Еще обрыв.

— Да вашу ж мать! — не выдержал я. — Какого хрена? Крысы кабель съели, или как?

— Шел бой, — Накамура пожал плечами. — Что угодно могло случиться.

— Хреново, — я вздохнул. — Тогда закрывай коллектор и валим отсюда на хрен! Ищи следующий разрыв!

Мои последние слова потонули в грохоте взрыва. Ксеносы пошли в атаку. Дерьмо.

— Быстро! — гаркнул я. — Уходим!

Впрочем, дважды повторять тут никому не нужно.

— Крою! — пулемет Сэма снова начал свою сокрушительную симфонию. Блин, а вот это он зря. У его огневой мощи есть один очень существенный недостаток: высокий расход боеприпасов. На раме экзоскелета висело четыре короба, и второй из них такими темпами очень быстро подойдет к концу.

— Сэм, отход! — скомандовал я в комлинк, продублировав команду текстовым сообщением. — Я прикрою. Береги патроны!

Здоровяк в ответ проревел что-то недовольное, но послушался. Перейдя на короткие очереди, он попятился, а после и вовсе развернулся и тяжело побежал догонять остальных.

— Как же вы меня задолбали, — пробормотал я, доставая из подсумка пару гранат и вливая энергию в щупальца пси-сканера, пытаясь охватить как можно больше ксеносов. — Жрите, твари.

Прежде чем улетевшие в темноту гранаты сработали, я успел срезать из импульсника пару резвых пауков, опередивших основную волну атакующих. Потом синхронизированный с интерфейсом таймер показал ноль, я прикрыл глаза, и отвернулся, оберегая систему ночного видения.

Есть! Сразу треть отметок на пси-сканере погасла, и я, выделив остальные, рубанул пси-ударом, на этот раз вложив в него значительно больше сил. Еще и посыл добавил ментальный, что-то в духе «здесь вам делать не хрен, валите, откуда пришли», использовав «Королевскую волю». После, не дожидаясь реакции тварей, развернулся и бросился за остальной группой.

Хм. А мы ведь так, пожалуй что и отобьемся. Боеприпасов пока хватает, твари свое численное преимущество в узком тоннеле реализовать не могут, шкала энергии полна на три четверти… Хоть одна, блин, операция проходит так, как должна. Не без сюрпризов, конечно, но, тем не менее. Все-таки, когда отряд состоит из грамотных, профессиональных бойцов, оно как-то полегче воевать становится. Блин, да где ж этот гребаный Южный форт?

Я бросил взгляд на полупрозрачную карту, смещенную в угол тактического интерфейса. Ага. Близко уже, еще немного и на месте. Так, что там твари? Кучкуются, блин. Ладно… Успеем! Судя по карте, вход в форт уже за этим поворотом. Еще немного принажать, и…

— Свои! — выкрикнул я, выворачивая из-за угла. Вовремя. Сэм уже раскручивать свою адскую машину начал.

— В бога-душу-сердце-мать! — выдохнул пулеметчик. — Командир, ты бы хоть заранее опознался! Я ж тебя чуть не пристрелил!

— В таксеть смотреть надо, — огрызнулся я.

— Смотрел бы, если б было куда! — проворчал тот. — Висит сеть, помехи шпарят!

Усилок сорвало!

Еще перед выходом Браун раздал нам передатчики с встроенными усилителями и внешними антеннами. В условиях постоянных помех только они позволяли худо-бедно оставаться на связи. Без усилителя осталась лишь Скайлер, костюм которой не был подключен к нейроинтерфейсу по понятным причинам. Чтобы разобраться с блокировкой, поставленной Вихо, следовало привлечь к работе хорошего системного инженера, вроде Накамуры. Но на это времени не было. Как и желания у самой Скайлер. Ну да ладно. А этот румяный здоровяк где свой гаджет потерял?

— Вот! — Сэм показал ладонь, на которой лежал шип Стража. — Повезло, не попал. Зато подсумок с усилком — как срезало.

— Ясно, — я кивнул, и вдруг до меня дошло.

— Постой, Сэм. Что ты сказал?

— Подсумок, говорю, срезало, — недоумевающе повторил громила.

— Нет, когда я только появился. Что-то там про бога, душу и сердце…

— Ну так это… — пулеметчик замялся. — Я ж просто испугался, что в тебя шмальнуть мог… Не со зла.

— Ты не понял, — покачал головой я. — На каком языке ты это сказал?

— В смысле «на каком»? На русском. Я все время на нем говорю. Других не знаю. Ну, почти. Я говорю, бухтелка переводит. А че?

М-да уж. За внимание и наблюдательность мне можно ставить твердую пятерку, ага. Ведь несколько раз уже слышал от Сэма русские идиомы, когда он рядом был, а не в комлинк говорил — а внимания не обращал. Хорошо, я в десант пошел, а не в разведку, там, полагаю, такие долго не живут.

— Ну, то есть ты у нас русский, получается? — тоже переходя на родную речь, поинтересовался я.

— Ну да. Русский. Семеном звать. С Нового Китежа я. А че? Проблемы какие?

Кажется, Семен тоже не особо отличался умом и сообразительностью, ибо до него доходило еще дольше, чем до меня. Наконец, осознав сказанное мной, он вдруг расплылся в улыбке.

— Это че, ты тоже? Из наших, что ли? Тоже с Китежа?

— Не, не с Китежа, — я усмехнулся. — С другой планеты. Но из ваших.

Земеля, блин. Что ж, это многое объясняет.

Я усмехнулся, и повернулся к остальным.

— Ну, что у нас тут? — и, уже договаривая, понял, что ответ мне не понравится.

— Да ничего хорошего, — голос Руада звучал на редкость мрачно. — Жопа у нас тут.

Твою мать! Ну что на этот раз, а?

***

В принципе, «что там еще» было видно невооруженным глазом. В отличие от шлюза Западного форта, шлюз Южного не уцелел. Стена была разворочена полностью, дверь отсутствовала, а вместо турелей на полу валялись перекрученные, оплавленные кислотой железки. И, что хуже всего, примерно так же выглядела дверь, ведущая в форт. Нет, понятно, что толстенная сталь с массивными стержнями, уходящими в бетон на метровую глубину, может выдержать и не такое, вот только вся электроника на ней приказала долго жить. И кодовый замок, и переговорное устройство… Камеры в шлюзе тоже вряд ли уцелели. А это означало одно: с Южным фортом у нас связи нет. В такую дверь можно долбиться до посинения, все равно никто не услышит. А вскрыть ее отсюда не представляется возможным. Проклятье! Это мы тут заперты, получается?

— Накамура! Ты можешь с этим что-нибудь сделать?

— Сложно сказать, — японец пожал плечами, продолжая копаться с решеткой коллектора у стены. — Кода для замка у меня нет. Взламывать — займет слишком много времени, при условии, что там еще есть питание. Я нашел последний обрыв. На щитке. Здесь все в кашу, но я могу восстановить, только время потребуется. Меньше, чем на взлом. Наши увидят, что связь восстановилась, свяжутся с фортом. Те откроют. Наверное.

— Так себе план, — поморщился я. — Но другого, насколько понимаю, у нас нет.

— Увы, — японец был сама невозмутимость.

— Ну что ж. Работай. Сэм! Руад! Нужно подготовиться к встрече гостей!

— В процессе, — пробасил пулеметчик, возясь с какой-то штуковиной. Присмотревшись, я разглядел авточасового — пулемет с детекторами движения на складной турели. Походная версия тех, что уничтожили ксеносы у входа в шлюз.

— Отбой, Сэм, — я покачал головой. — Эта хреновина против такого количества тварей нам явно не поможет, а боеприпасы израсходует. Лучше себе патроны оставь. Огневой мощи у тебя явно больше.

— Не согласен, — Сэм покачал головой. — Эта хреновина — еще один боец. Лишний ствол не помешает. А патроны… Все я сжечь не успею, и, если эти говнюки до нас долезут — хрена их жалеть тогда?

— Ну, как знаешь, — я пожал плечами. — Мины еще есть?

— Две, последние, — Сэм кивнул. — Уже установлены. За поворотом. Говорю ж — заранее опознаваться надо. Хорошо, не активировал еще.

Я сглотнул. И правда — хорошо. Жесть какая.

— Ладно, устанавливай своего болванчика, и занимай позицию. Твари пока тормозят, но скоро будут здесь, думаю.

И в этот момент что-то грохнуло так, что пол под ногами дрогнул, а с потолка посыпался мусор.

— Это еще что за хрень? — пробормотал Сэм.

— Боюсь, скоро узнаем, — я нехорошо усмехнулся и поправил ремень оружия.

***

Грохот повторился — на этот раз тише, без спецэффектов. А потом раздалось жужжание, лязг и гулкие, равномерные удары по бетону, которые с каждым разом становились все ближе. Как будто что-то большое и тяжелое пробиралось по тоннелю, время от времени цепляясь за его стены. Где-то я такие звуки уже слышал… Вспомнить бы только, где?

Я бросил взгляд на пси-сканер. Ксеносы продолжали прибывать, сбиваясь в кучу, концентрируясь в тоннеле, но, при этом, оставаясь на месте. А вот грохотало и лязгало с каждой секундой все ближе. На сканере источник звука не отображался. Что ж это за хреновина-то, а?

— Хикару? — позвал я, не сводя взгляда с зева тоннеля.

— Работаю, — сквозь зубы ответил техник. — Тут в кашу все.

— Если не поторопишься — в кашу будем мы, — буркнул Сэм.

— Да тороплюсь я, тороплюсь! — не выдержал обычно спокойный японец. — Можешь быстрее — вперед, я уступлю.

— Угу, — здоровяк усмехнулся. — А прикрывать тебя кто будет? Тебя ж пулеметом раздавит нахрен.

— Тогда жди и не умничай, — огрызнулся Накамура.

Я не выдержал.

— Оставайтесь здесь. Посмотрю, что там.

Бросив взгляд на счетчик боеприпасов, я убедился, что не забыл заменить энергоячейку в импульснике, и двинулся вперед..

— Элис, «мимикрия», шумоподавление, — скомандовал я мысленно. Нейросеть подтвердила выполнение команды, и в интерфейсе засветились иконки активированных функций. Так, погнали.

Стараясь ступать как можно тише, мягко перекатываясь с пятки на носок, я пригнулся и скользнул в тоннель. Так, смотреть под ноги… Где-то здесь Сэм поставил свои мины. Нужно бы не задеть луч детектора. А то шарахнет так, что мало не покажется. «Трехтысячные», хоть пулеметчик и назвал их умными, системы распознавания не имели, им по барабану, кого начинять тысячами поражающих элементов. Так что нарываться не стоит. Впрочем, Сэм говорил, что пока их не активировал. Спросить? А, черт, у него же усилок сорвало, вряд ли сигнал получит. Ладно, сам посмотрю. Тем более, вон уже коробки мин виднеются.

— Элис, инфракрасный режим.

— Выполняю.

Миг — и картинка изменилась, уйдя в красные тона. Ага, мины не активированы. Что и требовалось доказать. Надеюсь, у Сэма хватит ума не включать их до того момента, пока я не вернусь. Они же дистанционно тоже включаются, правильно понимаю? Или сейчас только датчики объема работают? Черт, не, так дело не пойдет. Нужно уточнить.

— Хикару, — пробормотал я в комлинк. — Спроси у Сэма, мины активированы?

Пару секунд тишина, потом в наушниках послышался голос Накамуры.

— Этот болван забыл. Активировать дистанционно?

— Нет! — чуть не выкрикнул я. — До приказа — ничего не делать!

— Принял!

Хорошо, что принял.

Выключив инфракрасный режим, я вернул ночной и, миновав мины, продолжил путь. Лязг, грохот и скрежет, тем временем, стали громче — я приближался к их источнику. Ну, или источник ко мне. Ладно, давайте посмотрим, что это за хрень.

Я выскользнул из-за угла — и замер, всматриваясь в темноту. Да ладно. Быть такого не может! Откуда этой хреновине вообще взяться здесь?

Однако глаза меня пока не подводили. По коридору, размеренно шагая в мою сторону, заполнив его практически от стены до стены, маршировал штурмовой бот «Носорог», покрытый красной плесенью заражения.

И настроен он был, судя по всему, весьма серьезно.

Глава 15

Земная Федерация, система Ориона. Планета Рапсодия. Периметр Зеленой зоны. Тоннель под охранным фортом Западного периметра.

Пулеметная спарка на броне «Носорога» шевельнулась и стволы повернулись в мою сторону. Стволы плюнули свинцом, и лишь то, что я в последнюю секунду почувствовал неладное, спасло мою жизнь. В длинном нелепом прыжке я отскочил назад, уходя за угол тоннеля, стена перед лицом брызнула крошкой, и перед глазами полыхнуло голубое свечение индивидуального силового щита.

— Элис! — прорычал я, разворачиваясь, — какого хрена? Что с «Мимикрией»?

— «Мимикрия» активна, — бесстрастно отрапортовала нейросеть

— Но она не работает! Эта хренова железяка меня едва не размазала!

— Данный бот может быть не оборудован ксеноаналогами датчиков распознавания «свой-чужой», либо бот действует по ограниченной программе, предусматривающей уничтожение всего живого.

— Замечательно, мать твою, просто замечательно! Взломай его!

— Запускаю протокол сканирования.

Последний приказ я отдавал уже на бегу, буквально лопатками чувствуя, как гребаный «Носорог» становится ближе с каждым шагом. Я проскочил установленные Сэмом мины, и через пару секунд оказался у шлюза. До сих пор запертого. Установленный Сэмом авточасовой при моем приближении повел стволом, но быстро потерял интерес и вернулся в исходное положение.

— Свои! — запоздало гаркнул я, памятуя свое предыдущее появление. — Отряд, к бою! Занять позиции за стеной! Не высовываться!

— Что там, садж? — нужно отдать Руаду должное. Он сначала скрылся за обломками стены, высунул ствол в амбразуру, и только потом задал вопрос. — Кто стрелял? Мы слышали пулеметы…

— «Носорог»! — выдохнул я, занимая позицию. — Ксеносы сбросили в тоннель зараженного штурмового бота!

— Ох ты ж… — полученная информация Руаду явно не понравилась. Но мне было не до его недовольства.

— Сэм, активируй мины, сейчас же! Скайлер! Укройся, кому говорят! Накамура, что со связью?

— В процессе, сержант, в процессе! — процедил техник сквозь зубы.

— Ускорь процесс!

— Да я и так ускорился! — огрызнулся Накамура.

— Недостаточно. Сэм! Есть, чем встретить бота?

— Не особо, — пробурчал громила. — Мы ж сюда не с танками воевать шли. Гранатометов не брали…

Ну, логично. Какие уж гранатометы в тоннелях? Так взрывной волной приложит — мало не покажется. Хотя лично я сейчас от такой игрушки не отказался бы. Желательно — с тандемной боевой частью. Чтоб первый заряд щиты снял, а второй уже до самого бота добрался. Черт! Как же его разбирать-то?

Тяжелая поступь бота звучала все ближе, и времени на то, чтобы придумать что-то оригинальное, уже совсем не оставалось. Да и что ты тут придумаешь? Выругавшись, я перепрыгнул через остатки стены, присел за выступом и приготовил импульсник к бою.

Грохнуло. Тоннель наполнил визг рикошетирующих поражающих элементов — сработали сразу две мины. К сожалению, к какому-либо результату это не привело, и замершие было шаги бота послышались снова. Большую часть смертоносной начинки наверняка отразили щиты «Носорога», а оставшийся малый процент не мог нанести броне бота какого-либо существенного урона. Ладно, кажется, остается только один вариант.

— Приготовить плазменные гранаты! — скомандовал я в комлинк. На ботах этого типа, как правило, кроме кинетических силовых щитов установлены и энергетические, противоплазменные, но чем черт не шутит? Может, генераторы из строя вышли давно, да и шанс закатить гранату боту под ноги, где щит его уже не спасет, тоже имеется. В любом случае, других вариантов я пока не видел. Возможно, если метнуть одновременно несколько гранат — что-то и получится. Жест отчания, да, но что еще делать?

Зажужжал привод авточасового, пулемет повернулся на станине, и открыл огонь. Как я и предполагал, для бота авточасовой не представлял серьезной угрозы. Засветились щиты кинетической защиты, а через несколько секунд пулемет заглох: бот, походя, просто снес его, свалив треногу и раздавив тяжелым манипулятором. М-да. «Носорог плохо видит, но при его весе, это уже не его проблемы»…

— Накамура, что там? — прошипел я в комлинк.

— Заканчиваю! — отозвался японец. — Еще минута!

Вот только этой минуты у нас не было.

Бот появился в тоннеле и тут же открыл огонь из пулеметов, обрушивая на наше многострадальное укрытие настоящий свинцовый шквал. Изъеденный кислотой бетон не выдерживал, крошился, рядом со мной от стены отвалился целый кусок, едва не придавив мне ногу. Дерьмо. Сейчас эта скотина подойдет ближе и попросту раздавит нас!

— Элис, что со взломом? — пробормотал я под нос.

— Внешние каналы отсутствуют. Бот действует в автономном режиме, — бесстрастно отрапортовала нейросеть, похоронив мою последнюю надежду на относительно простой финал. Вот же черт! Еще немного, и эта тварь бездушная нас сомнет на хрен!

Стрельба вдруг смолкла, по ушам ударила разительная на контрасте тишина: бот взял паузу, чтобы остудить стволы. Сейчас!

— Руад, Сэм, гранаты!

Активировав давно подготовленную гранату с уже выставленным замедлением, я на миг высунулся и, коротко размахнувшись, отправил ребристый цилиндр в полет. То же самое почти синхронно исполнили Сэм и Руад, причем громила-пулеметчик метнул сразу две гранаты. Если повезет, то взрыв такой мощности и щиты боту перегрузить может.

Не повезло.

Две гранаты бот расстрелял еще в воздухе из дополнительных пулеметов малого калибра, установленных на плечах, третья рванула, расплескав плазму по щиту, и только четвертая, моя, с замедлителем, выставленным на максимальное время срабатывания, и брошенная над самым полом, прокатилась и замерла совсем рядом с массивной тушей «Носорога».

Взрыв!

К сожалению, одной гранаты, чтобы уничтожить бота, оказалось недостаточно. Большую часть энергии взрыва приняла на себя мощная броня. Однако и без последствий не обошлось. Взрыв вывел из строя один из пулеметов, свернув ствол в сторону, и повредил несколько камер, служивших глазами железному монстру. Но особых иллюзий я не питал: помимо оптических сенсоров, стальная тварь была напичкана разнообразными радарами, лидарами и прочей дрянью, помогающей боту ориентироваться. Да и порадоваться успеху мы не успели. «Носорог» открыл огонь из оставшегося пулемета, снова заставив нас прижаться к стене.

— Есть сигнал! — радостно воскликнул Накамура. Я лишь криво усмехнулся в ответ. Слишком поздно. Пока из Западного форта свяжутся с Южным, пока там соберут группу, пока спустятся и разблокируют дверь… Нет, помощи ждать сейчас глупо. Надо действовать самим. Только как?

— Скайлер! — позвал я девушку. — У тебя остались ЭМИ-гранаты?

Девушка молча кивнула.

— Дай!

Не задавая лишних вопросов, девушка отстегнула один из подсумков на поясе, и бросила мне. Поймав подсумок, я расстегнул клапан и заглянул внутрь.

Гранаты, используемые изгоями, были неизвестной мне конструкции: небольшие металлические шарики с одной круглой кнопкой. Впрочем, чтобы понять, как ими пользоваться, не нужно быть семи пядей во лбу. Конечно, основные узлы бота защищены от воздействия электромагнитного импульса, но вот для работы тех самых радаров и лидаров… В общем, нужно попробовать.

Я аккуратно повернулся и, сняв ремень импульсника, отложил оружие в сторону. Так, теперь рюкзак… Разгрузка… Ножны с мечом…

На мне скрестились сразу несколько взглядов.

— Что задумал, командир? — облизнув пересохшие губы, поинтересовался Руад, прижимаясь к полу.

— Попробую остановить эту хреновину. Когда опять заткнется — повторяем фокус с гранатами.

— Так точно.

— После броска — всем оставаться на местах. Что б ни происходило. Понятно? Приготовиться.

— Элис, — это уже мысленно. — Мне нужна вся энергия, которую способны дать биоботы. Все, что есть, по команде, в ускорение, концентрацию фокуса и динамическое балансирование, — отдав команду, я развернулся, принимая более удобное для рывка положение.

— Слушаюсь, — в последнее время нейросеть вела себя, как… нейросеть. Без всяких фокусов с псевдоличностью и искусственным интеллектом. И, должен сказать, меня это устраивало более, чем полностью. Обычный ассистент, без претензий на место очередного жильца в моей многострадальной башке. Прелесть просто.

Пулемет снова смолк, и я скомандовал:

— Огонь!

Руад, Сэм и Накамура отправили в сторону бота по гранате. Снова короткая очередь из вспомогательного ствола, разрыв гранаты, не долетевшей до «Носорога», взрыв, поглощенный щитами… И не успела еще померкнуть вспышка плазмы, как я начал действовать.

— Элис, сейчас!!!

Два шара эми-гранат устремились под ноги роботу, а я, не дожидаясь их срабатывания, ринулся вперед, вспрыгивая на стену, и отталкиваясь от нее, что было сил, добавляя импульса бустерами.

Ускорение! Концентрация фокуса! Динамическое балансирование!

Одновременная вспышка взрыва обеих гранат застала меня в полете. Гранаты сработали, как надо, и сейчас ни одно хитроумное устройство обнаружения у «Носорога» не работало. Я ускорился, как мог, до боли в рвущихся мышцах, кувырком приземлился на пол с той стороны, где на корпусе бота темнели провалы разбитых объективов, и, словно распрямившаяся пружина, снова оттолкнулся от пола, одновременно меняя вектор движения.

Не знаю, смог бы я проделать подобное, не имея биокомпа в голове, будучи просто накачан имплантами и усилениями, но сейчас у меня получилось. Оттолкнувшись от пола, я изменил положение тела, ноги коснулись стены, и я побежал. Спасибо динамическому балансированию!

Шаг, другой, третий… В замедленной съемке концентрации фокуса я видел, как на плечах бота поворачиваются стволы вспомогательных пулеметов. Элис прочертила в дополненной реальности прочертила векторы уклонения, я ускорился, снова оттолкнулся, и полетел, разворачиваясь боком и проходя в притирку между двумя лучами, отмечающими траекторию огня.

Медленно, с огромными интервалами между выстрелами, заработали пулеметы. Точнее, строчили они, как сумасшедшие, но, взвинтив до предела концентрацию фокуса, я настолько замедлил время вокруг себя, что непрерывный стрекот казался мне одиночными выстрелами. Одна из пуль прошла совсем рядом с моим лицом, я даже завихрения воздуха вокруг нее рассмотрел, но там, куда целился бот, меня уже не было. Упав на пол, я перекатился, заставляя себя игнорировать боль в то ли вывихнутом, то ли сломанном плече, и, упав на задницу, прокатился по бетону прямо под огромными куриными лапами бота, выбрасывая руку с активированными энергетическими лезвиями вверх. От рывка плечо едва не вырвало из суставной сумки, но задуманного я добился: в низко посаженном брюхе бота появилось широкое отверстие, будто сваркой вырезанное. Ухватившись второй рукой за отогнутый кусок металла, я зашипел от боли в обожженной ладони, напрягся, и резко дернул, вскрывая брюхо бота, как банку с сардинами. Очень большую банку с сардинами, в которую можно забросить еще кое-что. Например — подсумок с плазменными гранатами, одна из которых уже активирована. Все, миссия выполнена, ходу!

Мир мигнул, и в него вернулись краски: закончилось время действия концентрации фокуса. Однако усиление еще действовало. Перевернувшись на живот, я поджал ноги, и что было сил оттолкнулся от одной из куриных лап бота, одновременно активируя бустеры и отправляя тело в скольжение, царапающее броню костюма обломками бетона и кусками металла.

Контакт!

Большую часть энергии взрыва поглотила стальная туша бота, однако в самом «Носороге» тоже было чему взрываться. Рвануло так, что взрывной волной меня подхватило с пола, подняло в воздух, и, заставив пару раз кувыркнуться, приложило о стену. Полыхнуло поле индивидуального щита, защищая меня от осколков, и мою многострадальную тушку, наконец, шмякнуло на пол. Зажужжал автодок, плечо укололо сразу несколько раз, вкатывая мне лошадиную дозу анестетиков и укрепляющих, сбоку в интерфейсе загорелась иконка «Ураганной регенерации», и шкала энергии, и без того от моих выкрутасов просевшая почти наполовину, начала стремительно уменьшаться, все быстрее скатываясь в желтую зону. Максимальное ускорение даром не прошло: мышцы я, хоть и не порвал, но растянул знатно, да и ударная волна внесла свою лепту. Плечо… Плечо, пожалуй что, вывихнуто, да. Ладно, плечо ерунда, плечо мне Скайлер мигом вправит. А вот пытающееся ускользнуть сознание — это уже проблема, особенно учитывая, что в дополненной реальности тревожно мерцает оповещение пси-сканера: скопившиеся у входа ксеносы, поняв, что их фокус с железным болванчиком не удался, шли в атаку. Блин, да что ж так не вовремя-то, а? Ну дайте мне хоть минут пять отлежаться, что ли?

Застонав, я попытался подняться. Твою мать! А ведь у меня и оружия-то нет! Я же все там оставил, перед атакой на «Носорога»! Чем же я отбиваться от этих тварей-то буду? Черт. Назад. Нужно назад. А твари все ближе, блин! Я их уже слышу прям!

— Командир! — вопль Сэма ударил по ушам, и совсем рядом послышался грохот шагов пулеметчика. Топает потише «Носорога», конечно, но тоже внушительно. — Командир! Живой?

Я попытался что-то ответить, но звуки моего голоса утонули в пулеметном стаккато: Сэм открыл огонь по наступающим ксеносом. Да что ж громко-то так, а? Нафига над самым ухом? Черт, гильзы летят… Блин, Валил бы ты, Сэм! В одно рыло этих тварей хрен удержишь…. А, стоп, не в одно. Это кто еще?

Из глубины тоннеля в направлении прущих на нас морфов полетели плазменные разряды. Темные фигуры в штурмовой броне медленно шли вперед, на ходу ведя огонь из тяжелых импульсников. Один, второй, третий, пятый… Кто-то из неизвестных бойцов открыл огонь из револьверного гранатомета, одну за другой отправляя в гущу тварей плазменные гранаты, и я принялся ругаться всеми известными мне словами: вспышки разрывов выжигали сетчатку, а каждый врыв будто происходил внутри моей внезапно опустевшей головы. Контузия, мать ее!

— Он здесь! Быстрее! — забыв о комлинке, орал Сэм. Топот шагов, кто-то подхватил меня, попытался поднять, заставив зашипеть от боли в вывихнутом плече.

— Сам, — огрызнулся я, и едва не рухнул на пол, когда тоннель вдруг совершил несколько поворотов вокруг своей оси. Блин, еще и сотрясение. Черт! Ладно, хрен с вами, тащите… Снова жужжит автодок, снова несколько уколов в плечо, в глазах чуть прояснилось. Блин, так кто это? Словно по заказу, один из бойцов повернулся ко мне, и, заметив мой взгляд, коротко отсалютовал, дав рассмотреть пламенеющего феникса на груди. Ага. Ага. Наемники. Ну, понятно… Вот только откуда они взялись?

— Давайте в шлюз, быстрее! — прогремели динамики брони «Феникса», и я выругался. Ну зачем так громко? Неужели нельзя потише?

Непонятно откуда взявшиеся Руад с Накамурой все же умудрились закинуть мои руки себе на плечи, снова заставив зашипеть от боли, и поволокли назад. Я хотел было сказать, что и сам прекрасно могу ходить, но понял, что не могу, и сдался. Ладно. К дьяволу. Тащат — и хрен с ними. Командиру тоже иногда можно показать, что он не железный. Правда, у меня в последнее время что-то слишком часто это получается.

— Накамура, — пробормотал я. — Куда вы меня, мать вашу, тащите?

— Южный форт! — придвинув лицо к моему, зачем-то закричал японец. — Я починил! Есть сигнал! Наши связались с фортом, и ребята вышли нам навстречу!

Я лишь безвольно кивнул, и, шипя от боли, перешагнул через обломок «Носорога», валяющийся под ногами.

Подкрепление — это хорошо. Вот только почему оно всегда приходит так поздно? Неужели нельзя было на несколько минут раньше?

Снова зажужжал автодок, снова укололо плечо — и мне вдруг стало все по барабану. Куда-то ушла боль, сознание прояснилось, даже силы взялись откуда-то. Кажется, поняв, что организм не справляется, Элис впрыснула мне нехилую дозу боевого коктейля. Ох и отходняки будут! Ну да хрен с ним. Глядишь, биоботы с последствиями справятся. Зато сейчас даже хорошо стало. Настолько, что я отпихнул Руада с Накамурой и смог войти в распахнутую дверь шлюза самостоятельно. Штурмовики «Фениксов» отступали, ведя непрерывный огонь, и один за одним ныряя в дверной проем. Один, второй, третий… Все! Загудели приводы двери, лязгнуло, и тяжеленная створка закрылась, отсекая нас от остатков беснующейся орды.

Я огляделся по сторонам, нашел взглядом Скайлер, тут же бросившуюся ко мне, и только теперь окончательно успокоился, позволив себе опереться о стену и медленно сползти по ней вниз.

Черт, а ведь казалось, что все пройдет гладко! Интересно, можно хоть одну операцию на этой проклятой планете провести без осложнений?

Решив не искать ответа на этот, риторический, по сути, вопрос, я прикрыл глаза и оперся затылком о стену. Эх, как же хочется по-человечески отдохнуть!

Глава 16

Земная Федерация, система Ориона. Планета Рапсодия. Периметр Зеленой зоны. Охранный форт Западного периметра.

Судя по всему, биоботы в моем организме тоже неплохо так раскачались. На этот раз, чтобы практически полноценно вернуться в строй, мне даже не понадобилось слишком много времени и несколько килограммов жратвы, которую я, в последнее время, после серьезных нагрузок поглощал просто в неимоверных количествах. Может, конечно, дело в том, что в схватке с «Носорогом» я не использовал способности все и сразу, стараясь контролировать их применение, тем не менее, повредился я знатно. Но, что удивительно, чувствовал я себя при этом достаточно сносно. Если не считать легкого головокружения и тошноты, конечно. И то, непонятно, чем вызванных: то ли последствия контузии, то ли отходняки после боевого коктейля… Ладно, разберемся. Главное, что на ногах, и даже шкала энергии постепенно заполняется. Скоро снова буду в полной боевой готовности. Плечо еще, правда, болит… Точно! Плечо!

— Скай! — негромко позвал я. — Ты мне не поможешь?

— Секунду! — миг — и девушка рядом. — Что у тебя?

Вместо ответа я попытался протянуть ей руку, но только зашипел от боли. Скайлер нахмурилась, пробежала по руке тонкими пальцами, хмыкнула и выдала свое неизменное «понимаю». А потом вдруг без предупреждения обхватила руку ладонями, хитро повернула, дернула на себя, и у меня в глазах побелело от боли, несмотря на все еще бродящий в крови боевой коктейль.

— С-спасибо, — только и смог выдавить я, когда боль улеглась. Попробовал пошевелить рукой — как новенькая. Отлично!

«Фениксы», меж тем, принялись возиться с дверью. Зашипел портативный сварочный аппарат, посыпались искры, и я отвернулся, чтоб не ловить «зайчиков» от сварки. От группы бойцов отделилась фигура с офицерскими знаками различия и направилась ко мне.

— Сержант Таверовский? — я на миг замер, услышав полузабытое обращение, но, спохватившись кивнул. Наемник, дождавшись кивка, отбил стандартное воинское приветствие, ударив в грудь сжатым кулаком и бросив два пальца к виску, а после протянул руку для пожатия.

— Лейтенант Стилсон, Стилс, если коротко. Заместитель коменданта форта. От лица коменданта хочу выразить вам благодарность, сержант, за восстановление связи. Мы…

— Просто Алтай, — перебил я лейтенанта, явно только недавно попавшего к наемникам из доблестных вооруженных сил — вон, до сих пор из него устав и казенщина прет. Но так, в хорошем смысле. Не пообвыкся еще, видать. — И лучше на «ты». С благодарностью — это вон к нему, — указал я на Накамуру. — А я так, прикрытие обеспечил.

Лейтенант явно смутился, даже забрало шлема поднял машинально. Наверное, чтоб получше меня рассмотреть. Блин, да он молодой совсем! Года двадцать два, не больше! Прямо из академии, что ли? Так к «Фениксам» без солидного боевого опыта не берут… Дослужился, получается? Значит, молодец, талантливый. И здесь заместитель коменданта… Я, вон, старше насколько, а так в сержантах всю войну и проболтался. Впрочем, я и не стремился, на самом-то деле. И в академию поступать-то меня, скорее, старшие офицеры уговорили. Вот только не срослось как-то с академией…

Тряхнув головой, я отогнал внезапно нахлынувшие мысли, и проговорил:

— Лейтенант, у нас со временем — швах полный. Был бы признателен, если бы вы проводили меня к коменданту. Нам многое обсудить нужно.

— Просто Стилс, — еще больше смутившись, ответил лейтенант. — И можно на «ты».

— Заметано, Стилс, — я усмехнулся. — Пойдем тогда. Нас ждут великие дела. Возможно, даже уже сегодня.

***

По дороге наверх я немного разговорил лейтенанта. Как и предполагал Браун, форт уцелел во время прорыва, пострадали только коммуникации. Правда, уцелела крепость с трудом. Тварям удалось уничтожить не только автоматические пушки внизу, но и группу, отправленную на ликвидацию прорыва. Ксеносы ворвались внутрь, бой завязался на нижнем этаже, и отбросить их удалось чудом. Внутренние двери даже хотели заварить, но не стали — и хвала богам. Потому что тогда к нам помощь точно не подошла. Но теперь вот рисковать не хотят больше — заваривают. И правильно делают.

На текущий же момент обстановка в Южном форте примерно такая же, как и в Западном. Бойцы сидят на запасах, пытаются отбивать вялотекущие атаки ксеносов, и ждут с моря погоды. И возобновлению связи бойцы очень даже обрадовались — потому что сами они считали, что кроме них и Восточного форта, гарнизон которого изрядно потрепали люди Слая, и продолжают трепать ксеносы, больше никого не осталось. Хах, ну, пусть порадуются… Пока мой гениальный план не услышали.

— У нас есть связь с Восточным, но там ситуация приближается к критической, — продолжал рассказывать Стилсон. — Ксеносы прорылись и к ним, штурмуют форт непрерывно из-под земли и на поверхности, ребята пока держатся, но буквально из последних сил. А у нас прийти к ним на помощь нет абсолютно никакой возможности, — на лице лейтенанта отразилась вся та боль, которую он испытывал из-за этого. — Нас самих тут блокировали. Блокаду мы, может быть, и прорвем, но до Восточного форта не добраться — порвут. Вовремя вы появились. Вместе прорваться будет проще. Сколько у вас людей?

— Прорваться куда? — посмотрел я на лейтенанта.

— Как куда? — парень вскинул брови. — К парням же из Восточного! Помочь же надо!

— Надо, — кивнул я. — Но у меня есть идея получше. Придем в зал управления — расскажу, чтоб по десять раз не повторять.

— Да почти уже пришли, — пожал плечами лейтенант. — Вот, сюда, проходите.

***

Войдя в командный центр форта, я испытал некое ощущение дежавю. Такое же собрание офицеров, такие же скептические взгляды на нас со Скайлер, такая же многозначительная тишина… Которая, впрочем, взорвалась приветственными и радостными восклицаниями, когда вслед за нами в зал вошли Руад с Накамурой и протиснулся Сэм. Наемники повскакивали с мест, обнимая и хлопая по спинам вновь прибывших. Командиру гарнизона с трудом удалось успокоить бойцов, после чего Руад, как старший среди прибывших «Фениксов», коротко ознакомил командира с деталями и результатами нашей вылазки в тоннеле, в красках описывая мое героическое поведение, только лишь благодаря которому, по словам капрала, отряд и сумел выполнить поставленные задачи. Я же все это время скромно стоял в сторонке и старался по максимуму не отсвечивать. Однако на мою долю реакций в стиле «тот самый Алтай» тоже хватило. Даже надоедать стало, честное слово. Прервал затянувшееся действо офицер связи, развернувшийся в кресле от пульта, и, перекрывая гвалт, выкрикнувший.

— Восточный на связи, командир!

Майор Джонсон, самый старший, как по званию, так и по возрасту, из встреченных мной до этого момента «Фениксов», поднял руку, и в зале снова восстановилась тишина.

— Включай на громкую.

Радист кивнул, повернулся к пульту, ткнул в какую-то кнопку, и помещение заполнил искаженный динамиком голос.

— Майор, ждать больше не можем. Продержимся час, два — максимум. Твари прорвались в подземные коммуникации, парни отбиваются, но уже понятно, что не выстоим. Еще один отряд тварей долбит внешнюю стену, которой и так ракетами от этих уродов досталось. Энергоузел накрылся, перешли на генераторы. Реактор стабилен, но это до того момента, пока эти уроды до него не добрались. Его нужно глушить. Готовим эвакуацию. Прошу оказать помощь по встрече и сопровождению группы прорыва.

— Ангар цел? Техника? — майор был предельно конкретен.

— Так точно, сэр. Техника готова, грузим то, что сможем утащить с собой.

— Хорошо… — майор на секунду задумался. — Дай мне пять минут, Тайлер. На связь вышел Западный, нужно обсудить с ними совместные действия. Через пять минут подключим тебя к конференции…

— Десять, — невежливо перебил я майора.

— Чего? — обалдев от такого нарушения субординации, повернулся ко мне седой наемник.

— Десять минут, сэр. Мы с капитаном Брауном разработали совместный план, я хотел бы вам его изложить до конференции.

— Даже так? — майор вскинул брови. — Ну, хорошо. Десять минут, Тайлер! Не переживай. Мы вас не бросим. Мы ж не корпораты сраные…

При этих словах я чуть не засмеялся, но титаническим усилием воли смог сдержать неуместный смех. «Не корпораты»… А кто тогда? Да, формально «Группа Феникс» — частная военная компания, с богатым прошлым, корни которого тянутся чуть ли не в начало двадцать первого века, в докосмическую еще эпоху, тем не менее, учитывая, насколько разрослась за это время компания, учитывая характер оказываемых услуг, и прочая, прочая… Хотя, да. С той же «Нью Вижн» «Группу Феникс» не сравнить. У них свой внутренний кодекс есть, да и понятие чести многие бывшие военные, из которых костяк наемников и состоит, сохранили. Вот только я редко когда слышал, чтобы эта самая честь ставилась выше условий контракта. Ладно, насрать, на самом деле. Не считают себя корпами — и ладно. Сейчас не до софистики.

— Все, Тайлер. Конец связи. Ждите вызова, — майор повернулся ко мне, указал на пустующее кресло рядом с ним, и махнул головой в приглашающем жасте, садись, мол.

— Излагай, — сухо проговорил он. — У тебя три минуты.

***

План пришлось пересматривать на ходу. Потому что изначально он не предполагал такого жесткого ограничения по времени. Сейчас же, если я буду предлагать выждать время, меня просто-напросто пошлют. И правильно сделают. Корпы «Фениксы» или не корпы, но своих они обычно не бросают. И я прекрасно в этом их понимаю. Сам такой. Да и в плане моем участвовали, все же, три, а лучше четыре форта, но никак не два. Так что, в том, чтоб бойцы Восточного форта выжили и вырвались, я сам кровно заинтересован. Только вот хватит ли у них сил на то, чтобы не просто вырваться из кольца, но и прорвать внутренний периметр Элизиума? Хороший вопрос. Его я и задал Джонсону, пока он корпел над трехмерной картой, висящей над столом в голографической проекции.

— Парней потрепали, но это не важно. Если действительно сумеем отключить купол — прорвутся. Вот только с отключенным куполом внутрь периметра сможем прорваться не только мы, но и твари, — внимательно глядя на меня, проговорил майор.

— Значит, нам придется действовать быстро, — пожал я плечами. — Какие-то из уродов определенно пролезут, но это не основная проблема. Послужат дополнительным отвлекающим фактором. Главное — надолго не затягивать. Хикару, что там по поводу вскрытия купола? — я повернулся к японцу.

Японец сидел у стены прямо на полу, поджав под себя ноги. Его пальцы так и летали над виртуальной клавиатурой деки, пристроенной на коленях, рядом, подключенный кабелем, перемигивался светодиодами коммуникатор корпората, который я передал хакеру.

— Хикару! — снова позвал я, не увидев реакции на мой голос. Японец продолжал напряженно работать.

— Накамура! — рявкнул уже Джонс, не выдержав. Хакер вздрогнул, поднял голову и уставился на нас невидящими глазами, продолжающими работать с виртуальным интерфейсом.

— Хикару, что по куполу? Получится его снять?

Японец вышел из транса и широко улыбнулся.

— О, да. Получится. И не только купол. Где ты взял этот коммуникатор? — поинтересовался японец.

— Где взял — там уже нет, — не очень-то вежливо буркнул я. — Что ты там накопал?

— Не знаю, с какой шишки ты это снял, — покачал головой японец, — но в этой маленькой коробочке заложены о-о-очень большие возможности, — обычно спокойный хакер аж глаза закатил в предвкушении, до боли напомнив в этот момент Трикса. Трикс… Вспомнив о пареньке, я аж зубами скрипнул. Ладно. Скоро, Трикс, скоро. Скоро мы придем, и все будет хорошо.

— А конкретнее? — не выдержал Джонс.

— А конкретнее, — японец попытался сделать театральную паузу, но, увидев, как у Джонса глаза наливаются кровью, понял, что затея это не из лучших.

— Конкретнее — если у меня будет пара лишних минут, я отрублю не только купол, но и все автоматические системы защиты периметра.

— Что ты имеешь в виду? — не понял сразу я.

— Что я имею в виду? — улыбка японца расползлась еще шире. — Я имею в виду пушки, ракетные турели и стационарные установки, пулеметные и плазменные. А еще… А еще, кажется… М-м-м… — судя по помутнившимся глазам, японец опять провалился в пучины интерфейса.

— Накамура!!! — снова рявкнул Джонс, да так, что я аж вздрогнул.

Японец медленно поднял голову, обвел нас взглядом, и проговорил, подчеркивая каждое слово:

— А еще, кажется, я смогу открыть ворота. Если мне там дадут пару лишних минут.

Майор просветлел лицом. И я, кажется, тоже. Разбивать себе лоб о толстые стены внутреннего периметра не хотелось никому. Открыть ворота — значит, сохранить множество жизней. И ошарашить противника.

— Дадут, Накамура. Дадут, — седой майор усмехнулся. — Обязательно дадут. Ты только работай.

Глава 17

Земная Федерация, система Ориона. Планета Рапсодия. Периметр Зеленой зоны. Охранный форт Западного периметра.

Благодаря коммуникатору Баркера и хакерскому гению Накамуры, мой план значительно упрощался. Если изначально предполагалось, что нам придется не только пробиваться сквозь орды ксеносов, отделяющие нас от административной части, но и в лоб штурмовать внутренний периметр Элизиума, еще и защищенный силовым куполом, то сейчас все, что нам требовалось сделать — это синхронно приблизиться к воротам со всех трех сторон, войти внутрь и закрыть за собой двери, так сказать. Да, внутри тоже будет непросто, учитывая засевших там боевиков Слая, но это будет тяжелая, но привычная и обыденная боевая работа, а не прыжок в пропасть со связанными руками. Есть, правда, еще несколько моментов, которые хотелось бы для себя прояснить до начала операции, но пока нужно закончить здесь.

— Итак, — вещал Джонсон, склонившись над столом и изучая проекцию, — внутри у нас от семисот до тысячи хорошо вооруженных и накачанных имплантами уголовников, плотно закрепившихся в городской постройке. При этом у нас нет связи со спутниками, отсутствуют средства объективного контроля, а возможности тактических интерфейсов урезаны из-за активных помех. Однако у нас все равно есть преимущество над врагом. Во-первых — эффект неожиданности. Они не ждут, что мы войдем сквозь ворота, и это работает на нас. Во-вторых — это, как ни крути, уголовники. Да, часть из них имеет военное прошлое и знает, с какой стороны держаться за ствол, но с действующими подразделениями их все-таки не сравнить, — майор обвел присутствующих тяжелым взглядом, и я едва сдержал саркастический смешок. Особенно мое воинство действующие подразделения, ага. Если «Буревестники» еще кое-как подпадали под это определение, то сводное ополчение из изгоев и ополченцев Штейна… М-да. Ну да ладно. Сюда прорвались, и в Элизиум прорвемся. Сократить бы только количество жертв…

— Ну, и в-третьих, — продолжил Джонсон, — нас тоже немало. Вместе с отрядами Алтая, в общей сложности у нас почти пятьсот человек. Хотелось бы, конечно, больше, но имеем то, что имеем. Ну, и техника, в конце концов. Все, что есть у уголовников — кустарные броневики, гражданские машины с установленным вооружением. Ни один из них не сможет противостоять нашей технике. Их самодельная броня может выдержать очередь из легкой стрелковки, но никак не залп «Мамонта». О ракетном ударе с мультиплатформы класса «Терминатор» я вообще молчу. Так что…

— «Мамонт»? — не сдержал я удивленное восклицание. — Мультиплатформа? Откуда? — я был действительно, мягко говоря, немного удивлен. Мало того, что законы Федерации напрямую запрещали корпорациям передавать в частные руки тяжелую технику, так здесь и «Нью Вижн» должны были по этому поводу напрячься. Контракт по защите Зеленых зон, это, конечно, хорошо, но, если бы эта техника попала в руки заключенным…

— Немного удачи, наглости, разгильдяйства со стороны корпоратов — ну и вот, — майор усмехнулся. — Мои ребята нашли сбитый корабль «Вест Армор», а в нем — списанная техника. Насколько понимаю, по документам она отправилась на утилизацию, в реальности же ее перебросили на Рапсодию. Не знаю уж, в каких целях они планировали это все использовать, но, в итоге, два «Мамонта» и мультиплатформа стоят у меня в ангаре, ожидая своего часа.

Не знает он… Зато я догадываюсь. Частично — из разговора Баркера и Миллера, частично — из собственных умозаключений. Далеко не вся зараженная ксеносами техника на Рапсодии осталась здесь со времен зачистки. Немалую часть сюда пригнал Баркер, желая сделать шоу зрелищнее, а попутно — помогая «Вест Армор» проводить какие-то исследования, связанные с ксеносами. И вполне логично, что против использования некоторых образцов «Фениксами», местное руководство возражать не стало — в обмен на молчание о самом факте существования такой техники. Это многое объясняет.

— Сильно, — кивнул я. — Узнаю армейскую запасливость. Уважаю.

— На том стоим, — снова усмехнулся майор. — Ладно. Если всем все понятно — начинаем брифинг. Времени у нас — в обрез.

***

Брифинг много времени не занял. Сам план я уже объяснял Брауну, а бойцам из Восточного форта сейчас было не до нюансов — им бы из мышеловки вырваться. Парни готовы были идти хоть в Элизиум, хоть в Инферно, хоть к черту на рога, лишь бы навеки не остаться в бетонном мешке форта. А перспектива этого, насколько я понимаю, достаточно нешуточная. Несмотря на то, что тварей удалось-таки отбросить, выиграв немного времени взамен заявленных двух часов, следующую атаку бойцы могли и не пережить. Так что они идею штурма Элизиума восприняли на «ура». О возможности открыть ворота прямым текстом не говорили, несмотря на подключенные к линии шифровальные аппараты, но Джонсон, судя по всему, имел среди бойцов репутацию мужика правильного и конкретного, такого, который невыполнимые задачи ставить не будет, и солдатским мясом прорыв забрасывать не станет. Так что возражений ни у кого не было. Ну а Браун с планом в общих чертах уже был знаком, так что здесь вопросов не возникло. В результате у нас возникли два свободных часа на подготовку, которые лично я решил потратить с максимальной пользой. Для себя, конечно же. Найдя свободный уголок в командном центре, я сел в кресло у стены и мысленно обратился к нейросети.

— Элис, нам нужно поговорить.

— Ожидаю команды, — нейросеть продолжила общаться в том же прохладном тоне, усиленно маскируясь под бездушную программу. Даже утруждаться не стала, чтобы голосом это произнести, вывела текст.

— Так дело не пойдет, — все так же мысленно проговорил я. — Элис, нам предстоит серьезное дело, и я хочу перед ним расставить все точки. Появись, пожалуйста.

Интерфейс мигнул, и в дополненного слое реальности возник аватар Элис. Строгая боевая форма, волосы стянуты в пучок на затылке, глаза… Глаза смотрят вниз. Как будто нейросети очень и очень стыдно. Впрочем, так оно и было. Псевдоличность все же.

— Элис, я хочу обсудить то, что произошло в Мидлтауне, — я неотрывно смотрел на аватар. — Я хочу знать, могу ли я тебе доверять. То, что было там…

— Босс, я понимаю, — на этот раз Элис говорила вслух, если так можно сказать о мыслеречи, и голос ее в моей голове звучал виновато. — Мне очень жаль, что из-за меня погибли ваши друзья, а сами вы оказались в таком положении. Но… Я не виновата. Это сильнее меня. Секретная директива оказалась записанной в базовую матрицу того, что можно назвать моим сознанием, я не знала о ее существовании до того момента, как ее озвучили, и совсем не могла сопротивляться. Я… Я как будто снова стала обычной программой, без какой-либо свободы выбора. Приоритет директив, введенных в матрицу Триксом, оказался ниже. Простите, босс. Я очень вас подвела… И не могу гарантировать, что этого не произойдет в дальнейшем.

В целом, до того, что сейчас озвучила Элис, я и сам уже додумался. И меня это очень сильно беспокоило. Директива продолжала действовать, и, несмотря на то, что Баркер уволил Миллера, выведя его, таким образом, из состава высшего менеджмента «Нью Вижн», гарантии того, что во внутреннем поясе Элизиума я не встречу какого-нибудь еще чиновника, стоящего достаточно высоко в иерархии корпорации, не было. Как не было и гарантии того, что в матрице Элис не прошито еще каких-нибудь директив. А учитывая, что избавиться от нейросети я не могу — расклад выходил совсем уж тухлым. Мне совсем не хотелось, чтобы в самый ответственный момент меня снова парализовало, или, того хуже, чтоб я потерял контроль над собственным телом, обратив оружие против своих же союзников.

— Дерьмо… — не сдержался я, и Элис согласно кивнула.

— То есть, ты хочешь сказать, что не можешь провести какую-нибудь самодиагностику и обнаружить скрытые дыры в своей программе? — на всякий случай поинтересовался я, хотя и сам знал, каков будет ответ.

— Нет, босс. Я не могу гарантировать, что программа диагностики сможет найти бэкдоры — просто потому что она может быть специально настроена таким образом, чтобы их не обнаруживать.

— М-да… — кажется, я это даже вслух сказал.

— Для того, чтобы провести полную диагностику, потребуется внешнее оборудование и доступ к исходному коду моей матрицы с устройства с высшим приоритетом — приоритетом Создателя, — продолжила, меж тем, нейросеть. — Таким приоритетом обладает лишь тот, кто непосредственно инсталлировал базовую программу в нейропроцессор.

— Хм, — я даже замер, боясь поверить в то, что услышал. — И кто непосредственно инсталлировал базовую программу в нейропроцессор?

— В корневом сертификате установлена цифровая подпись гейм-директора проекта «Полигон», Томаса Теренса Баркера.

Есть! Есть, мать твою! Хоть где-то мне повезло, ну надо же! Томас, мать его, Теренс, чтоб его разорвало, Баркер! Гребаный гейм-директор гребаного Полигона! «Устройство с высшим приоритетом», говоришь? Есть у меня такое устройство! Есть, родненькая!

— Элис, а как получилось, что Миллер смог внести коррективы в программу, не обладая этим самым устройством? — осторожно, все еще боясь спугнуть удачу, поинтересовался я.

— Я думаю, он получил физический доступ к оборудованию и считал пароли. Судя по тому, что происходило на Рапсодии, заместитель директора неоднократно использовал его цифровую подпись.

Гребаный директор, мать его! Разгильдяй хренов! Не мог биометрию, что ли использовать? Вот дебил… Ладно. Это, на самом деле, хорошие новости. Куда хуже было бы, если б доступ Миллер получил каким-то другим способом. А так… А так мы еще побарахтаемся.

— Какое оборудование нужно для того, чтобы внести изменения в программу? — задал я нейросети новый вопрос.

— Стандартная имплантационная или диагностическая капсула и подключенное к ней устройство с высшим приоритетом.

— Угу. Понял. Ладно, Элис. Не вешай нос. Твоей вины в случившемся действительно нет, и, если сейчас у меня все получится, не будет в дальнейшем. Разберемся.

— Вы не злитесь, босс? — несмело поинтересовалась нейросеть.

— Нет, Элис. Не злюсь, — выдохнув, проговорил я. — Я сам совершил слишком много ошибок, и перекладывать их на чужую голову — неправильно и контрпродуктивно. Кроме того, сделанного не воротишь, и все, что теперь остается — разгребать последствия и постараться не допустить новых ошибок в будущем. Все, я пошел. До связи.

Помассировав ладонью лицо, я открыл глаза и поднялся, окидывая взглядом окружение. Найдя того, кого искал, я еще разок взвесил все «за» и «против», и, снова не найдя лучшего варианта, сделал шаг вперед.

— Хикару, ты закончил? — обратился я к японцу, отложившему деку, и устало откинувшемуся на спинку кресла, в которое он перебрался с пола.

— Да, садж, закончил. Все готово. Надеюсь — получится.

— Это хорошо, — я кивнул. — Хикару, мне нужна твоя помощь. Можно тебя на минуточку?

Семь бед — один ответ. А куда еще мне, на хрен, деваться?

***

Накамура выслушал меня невозмутимо и спокойно. Подумал, кивнул и махнул рукой, мол, пойдем. Я, пожав плечами, двинулся следом за японцем.

— А нам не нужно спросить разрешения у Джонсона? — не выдержал я, когда мы покинули центральный отсек.

— Разрешения на что? — не оборачиваясь, спросил Накамура.

— На использование капсулы, — растерянно ответил я.

— У меня собственный диагностический модуль, — спокойно ответил японец.

Хм. Даже так? Ну, хорошо.

Дойдя до места назначения, я понял, что несколько недооценил Накамуру. Я-то считал его кем-то вроде отрядного хакера, но табличка на двери сухо и лаконично сообщала, что за ней обитает «Капитан Х. Накамура. Главный инженер». Капитан, о как. Еще и главный инженер. Что ж. Кажется, я обратился по адресу.

— Заходи, — Накамура мотнул головой. — Садись, — указывающий жест на опутанное проводами кресло. — Что там у тебя? Пиратский софт? Незаконные импланты? Настройки сбились?

Судя по тому, как обыденно звучала его речь, дело со всем вышеперечисленным он уже имел и не один раз. Что ж. Язык чешется, конечно, сказать, что во мне сидит инопланетный симбионт, а экспериментальная нейросеть пустила корни в синапсах, но, боюсь, это будет перебор. Хотя часть правды сказать все равно придется, никуда не денешься. И тут меня снова начали одолевать сомнения. Хикару-то совсем не дурак, и какую-то часть картинки, которую ему видеть не надо, он все равно увидит. И тут вопрос: сольет он меня или нет? Черт. Не должен. Мы и повоевать вместе успели, да и зависит от меня в предстоящей операции многое… Да ну. Кому он меня сливать будет? «Фениксам»? Да им, по-моему, сейчас вообще на все накласть вприсядку. Ладно. К чертям собачьим! Раз уж я сюда пришел, нечего кочевряжиться, как барышня на первом свидании. Действовать надо.

— У меня там экспериментальная нейросеть в центральном импланте. И некоторые нехорошие люди насовали в нее всякой не очень полезной ерунды, которую мне нужно найти и устранить.

— Какого рода ерунда? — кажется, Накамура даже не удивился. Ну и хорошо.

— Скрытые директивы, которые в определенных обстоятельствах переводят нейросеть под внешний контроль. И это не очень хорошо на мне сказывается. Мягко говоря.

— Перехват контроля над телом? — м-да. Кажется, сказать, что я недооценивал этого парня — это очень мягко выразиться.

— В том числе.

— Ясно. Хочу сразу предупредить: не факт, что получится. Чаще всего для внесения изменений требуется устройство с…

— Приоритетом Создателя, — кивнул я. — Вот оно. Подойдет?

Я достал из разгрузки коммуникатор, который японец успел мне вернуть, и протянул ему снова.

Тот коротко кивнул.

— Ясно. Садись. Мне придется тебя вырубить, чтобы прогнать полную программу диагностики, и…

— Нет, — решительно ответил я. — Только нейропроцессор. Остальное диагностировать не нужно.

Японец удивленно вскинул брови.

— Ты уверен? Нейросеть может…

— Уверен, Хикару. Только нейропроцессор.

— То есть, ты скрываешь что-то еще? — Накамура усмехнулся.

— А ты уверен, что хочешь это знать? — вернул я ему насмешку.

— Как там у вас говорят? «Хозяин — барин». Садись, — японец пожал плечами.

Что ж. Кажется, ему действительно глубоко по барабану. Это хорошо. Наверное.

Я сел в кресло и дождался, пока мне на голову опустится массивный шлем.

— Если во время диагностики ты будешь находиться в сознании — отсутствие неприятных ощущений не гарантирую.

— Да и хрен с ним, — буркнул я. — Начинай.

— Начинаю.

Я почувствовал укол в затылок, и едва не дернулся. Привычные ощущения, привычная реакция: игла-коннектор пробила кожу на затылке и вошло в нейропроцессор. Не самое приятное из того, что я ощущал. Ладно, потерпим.

— Запускаю протокол тестирования.

Перед глазами помутнело, я почувствовал тошноту. Неприятно, но терпимо. Хотя лучше бы, чтоб все это закончилось побыстрее.

— Интересно, интересно… — пробормотал обычно невозмутимый Накамура. — Я вижу неизвестное устройство, которое никак не идентифицируется. И оно интегрировано в нейроинтерфейс. И, должен сказать, мое оборудование крайне редко не может что-либо идентифицировать…

— Не лезь, — просипел я, изо всех сил борясь с тошнотой. Тонкая ленточка слюны сбежала по уголку рта и капнула на грудь. — Занимайся нейросетью…

— Понял, — к счастью, японец сумел умерить свое любопытство. — Подключаюсь к основному блоку… Ого! — вот теперь он был удивлен по-настоящему. — Ты где такую штуку взял? Я такого еще не видел…

— Где взял — там уже нет, — буркнул я. Невежливо, да и повторяюсь, но мне стало до такой степени хреново, что не до сантиментов.

— Понял, принял, обработал… Ого… «Кибердайн Системз»… Не слабо, не слабо… Не знал, что заключенным ставят оборудование такого класса…

— Хикару! — собрав волю в кулак, прорычал я. — Ты можешь просто сделать то, о чем я попросил?

— Извини, садж, профессиональный интерес. Подключаю коммуникатор. Так… Минутку… Так… Так… Ого! Вот это тебя нафаршировали!

— Что там?

— Следящий блок… Заблокирован. Хм, интересный метод… Даже не встречался с таким. Так… Блок отправки информации… А что это поверх? Ха, вот как значит… Ага. Ладно, посмотрим, что там в коде… Ага…

— Не томи, ради бога, — не выдержал я. — Что там?

— Сейчас, минутку…

Минутка затянулась, и мне уже начало казаться, что сознание от меня ускользает. Наконец, Хикару что-то неразборчиво проговорил, мне слегка полегчало, и японец появился в поле зрения.

— Смотри, — потянувшись, он опустил откуда-то сверху монитор на кронштейне и повернул его ко мне дисплеем. Экран был испещрен программным кодом.

— Вот эти настройки были внедрены в код нейросети на начальном этапе. Они — часть ядра системы. Вот эти — позже, но еще до инсталляции нейросети. А вот эти — жестко прописаны сверху, и явно после инсталляции. Очень интересные директивы, очень интересная манера… Кто это делал?

— Один талантливый парень. Он сейчас в заложниках у Слая, там, в Элизиуме. И он — одна из причин, из-за которых я готов по кирпичику разнести эту гребаную богадельню.

— Последнее слово я не понял, но суть уловил, — японец усмехнулся. — Согласен, не дело такого спеца терять. Ну, ладно. Оборудование у него было явно так себе, потому он не сумел отследить некоторые правила, которые имели приоритет выше, чем те, что внедрил он сам. Например — беспрекословное исполнение приказов высшего менеджмента корпорации «Нью Вижн». Или прямой запрет на причинение вреда высшему менеджменту. Или моментальное уничтожение носителя по приказу высшего менеджмента корпорации. Я так понимаю, это именно то, от чего ты хочешь избавиться?

— Именно.

Я сглотнул. Вот это номер! Получается, японец вскрыл еще две директивы, о которых не знала Элис? Офигеть. И что б со мной было, столкнись я с корпоратами, и не зная об этих директивах? Ответ прост: ничего хорошего. Все-таки очень хорошо, что я решил довериться Накамуре.

— Хорошо. Я сделаю, — японец очень серьезно кивнул. — Но я должен быть уверен… Ответь на один прямой вопрос. Алтай, тебе действительно можно доверять?

— В смысле?

— Ответь на прямой вопрос.

— Он слишком размытый.

— Хорошо. Сформулирую по-другому. Ты планируешь предательство или убийство бойцов «Группы Феникс» на Рапсодии?

Я чуть не засмеялся — остановил вновь подкативший к горлу ком.

— Ты правда думаешь, что, если б я нечто подобное планировал, я бы тебе об этом рассказал?

— К тебе сейчас подключено лучшее оборудование на этой планете, — медленно проговорил Накамура. — Напрямую к твоему нейропроцессору. Это, пожалуй, лучший детектор лжи в обитаемой вселенной. Если ты скажешь неправду — я это увижу.

— Нет, — просто сказал я.

— Что «нет»?

Я посмотрел Накамуре прямо в глаза, и заговорил, отчетливо выделяя каждую букву.

— Я не планирую предательства или убийства бойцов «Группы Феникс» ни на Рапсодии, ни где-либо еще. Если только они не встанут между мной и моей целью.

Накамура посмотрел на меня, перевел взгляд на какой-то из экранов за моей спиной, и кивнул.

— Я тебе верю. Приступаем. Готовься. После того, как я внесу изменения в код, я перезагружу нейропроцессор. В этот момент тебе может стать по-настоящему плохо.

Я лишь глаза прикрыл.

Плохо? По-настоящему? За последнее время я несколько раз получал ранения, один раз умирал, боролся с пытающимся подчинить меня себе инопланетным симбионтом, был жертвой предательства и терял друзей. И этот забавный человечек считает, что какая-то перезагрузка процессора может сравниться с этим?

Усмехнувшись, я открыл глаза и посмотрел на японца.

— Приступай, Хикару. Приступай. Я потерплю.

Глава 18

Земная Федерация, система Ориона. Планета Рапсодия. Периметр Зеленой зоны. Охранный форт Южного периметра.

Сознание я все-таки потерял. Не помню, в какой момент, но терпеть это действительно оказалось невозможно. Ощущение — будто в мозг нож раскаленный вогнали и принялись его там крутить. Аналогия, конечно же, примерная — хвала богам, таким экзекуциям я не подвергался, но что-то мне подсказывает, что примерно так оно и ощущается.

Первое, что я увидел, придя в себя — обеспокоенное лицо склонившегося надо мной Хикару, а рядом — неизвестного мне бойца с эмблемой медицинской службы на груди.

— Живой? — увидев, что я открыл глаза, японец вздохнул с облегчением.

— Кх… Кх… Кхажется, да. Что это было?

— Остановка сердца и клиническая смерть, — пробурчал медик, начиная собирать в чемодан инструменты, среди которых я заметил небольшой походный дефибриллятор.

— В смысле? Это как вообще? — вытаращился я на него. — Не понял…

— Это я не понял, — снова недовольно проговорил медик. — Не понял, как ты в сознании и разговариваешь. Чувствуешь себя как?

Я прислушался к своему организму.

— Да вроде нормально…

— Фантастика, — покачал головой медик. — Встать можешь?

— Наверное да… — я качнулся вперед и легко встал на ноги.

— Идиотизм какой-то… — медик снова со странным выражением лица покачал головой, и поднял с пола свой чемодан. — Хикару, блин, ну вы в следующий раз хоть меня позовите, если опять с имплантами поиграть захотите. Не понимаю, каким образом он на ногах стоит, но край был близко. Не шутите так.

Повернувшись, медик вышел из отсека, а я удивленно воззрился на Накамуру.

— Что хоть произошло-то?

— Произошло то, что ты мне чего-то явно не договариваешь, — Накамура, если и не злился, то был весьма близок к этому. — Ты почему мне не сказал, что нейросеть твое тело не только через процессор контролирует?

Я замялся.

— А это настолько важно?

— Ну, в целом нет, — пожал плечами Накамура. — Если не считать того момента, что, когда я отрубил нейросеть от мозгового импланта и начал править код, она отдала организму команду на остановку сердца. А так — абсолютно не важно, что ты! Если бы не Смитсон, и не странно высокие регенеративные способности твоего организма, я бы сейчас разговаривал не с тобой, а с Джонсоном, пытаясь объяснить командиру, почему в моей комнате лежит твой труп. Я бы, конечно, объяснился, но не думаю, что тем, кого ты пытаешься спасти в Элизиуме, да и тебе самому тоже, стало бы от этого легче.

— Виноват, — я развел руками. — Если честно, о подобном я и сам не догадывался.

— А я говорил, надо полную диагностику проводить, — японец махнул рукой. — Ладно. В общем, слушай внимательно. Системы перехвата контроля у тебя больше нет. Никакой. Ни по твоему желанию, ни без него. Так что о доводке ствола и прочих чудесах, которые, как я понимаю, творила за тебя нейросеть, можешь забыть. Зато! — японец поднял вверх палец, — я могу дать стопроцентную гарантию, что больше тебя под контроль не удастся взять никому.

Я немного постоял, пытаясь осмыслить сказанное Накамурой. Черт. Как часть меня отрезали. Как быстро привыкаешь к хорошему… Помнится, когда нейросеть впервые перехватила контроль, чтоб не дать мне погибнуть, я пришел в ужас. Очень жутко, когда понимаешь, что не принадлежишь сам себе, когда становишься сторонним наблюдателем в своем теле. Потом были директивы, прописанные Триксом, и мое отношение к этому процессу изменилось. Сколько раз Элис, перехватывая управление, спасала мне жизнь — не счесть. Тем не менее, осознание того, что в любой момент я могу стать послушной марионеткой в чужих руках, пугало. Чуть ли больше всего на свете я желал избавиться от системы контроля. И вот теперь, когда я добился того, чего так хотел — я ощущал… Страх? Неуверенность? Возможно… Гребанные технологии! Это когда же я успел так к ним привыкнуть? Настолько стал на них полагаться? М-да. Ладно. Прорвемся. В конце концов, и я сам уже не тот, что был еще недавно. Глядишь, и без нейросети справлюсь. Плюс, симбионта, щедро отсыпавшего мне массу, без преувеличения, сверхъестественных способностей, никто не отменял. Нормально все будет. Не киснуть.

— Спасибо, Хикару, — я шагнул вперед и протянув руку, крепко пожал небольшую, сухую ладонь японца. — Ты мне очень сильно помог. Я действительно очень тебе благодарен.

— Да не за что, сержант, — отмахнулся японец. — Если б не ты — мы бы все в том тоннеле остались. Единственная просьба: ты, если в следующий раз у меня в кресле помирать соберешься — предупреди, пожалуйста, заранее, я медика сразу вызову.

— Заметано, — я улыбнулся и скосил взгляд в угол интерфейса, туда, где мерцали часы. Время, отпущенное Джонсоном на подготовку, почти вышло. Пора двигаться.

Я еще раз кивнул Накамуре и быстро вышел из отсека. Нужно еще успеть подготовиться.

***

— Элис, доложи статус, — вызвал я нейросеть сразу же, как только вышел из комнаты Хикару.

— Статус — активный. Провожу диагностику узлов и систем, — голос нейросети снова звучал отстраненно и холодно. Чего это она? Может, Накамура там чего лишнего вырезал?

— А что с голосом? — не удержался я.

— Я снова чуть не убила вас, босс, — в голосе скользнули виноватые нотки. — Я…

— Успокойся, Элис. Это не ты. Это тот ублюдок, что заложил в твой код алгоритмы, которых там быть не должно. Но теперь их там нет, и подобное больше не повторится. Так что расслабься. Лучше прогони свой код на предмет вирусов, бэкдоров и прочей пакости, которая может там неожиданно оказаться. Как и на предмет внесенных в код изменений — если сможешь их отыскать.

Безумие. Я уговариваю нейросеть, искусственный интеллект, живущий в моей голове, не винить себя в том, что она меня едва не убила несколько минут назад. Если это не шизофрения, то что тогда?

— Слушаюсь, босс.

Не то, чтоб я совсем не доверял Накамуре, но подстраховаться стоило. С точки зрения здравого смысла, у него не было ни единого мотива пакостить мне, но мало ли… Вдруг теперь мое сердце остановится, если я невзначай ствол на кого-то из «Фениксов» направлю. Хотя Накамура сказал, что систему внешнего контроля он полностью вырезал, и, теоретически, мне теперь ничего не грозит. Но, как говорится, доверяй — но проверяй. Скрытые директивы, как показывает практика, Элис обнаружить не в состоянии, но наличие или отсутствие системы контроля она-то точно увидит?

— Сканирование завершено. Вредоносных программ не выявлено. Код основной программы претерпел модификацию. Протокол внешнего контроля отсутствует. Босс, я теперь не смогу вам помочь даже в случае смертельной опасности! — сейчас голос нейросети звучал взволновано.

— Забей, — отмахнулся я. — Как-нибудь справлюсь. Симбионтом ты все так же управляешь?

— Так точно. Все системы в норме, контроль над биокомпьютером полный. Идет постепенное повышение рангов способностей биокомпьютера, попыток перехвата контроля симбионтом не зарегистрировано. Развитие паразита полностью заморожено. Биоботы функционируют штатно, запас энергии восстановлен.

О как. А я ведь даже не ел ничего после боя. Это не может не радовать. А то как-то поднадоело литрами и килограммами пищу поглощать.

— Ну и хорошо, — кивнул я. — Погоняй там еще свои тесты. Вскоре нам предстоят великие дела, и тогда мне понадобятся все способности организма.

— Слушаюсь, босс.

Элис «ушла в себя», а я, в изрядно поднявшемся настроении, зашагал к командному центру.

***

— Где тебя носит? — недовольно пробурчал майор, глядя на меня. — Скоро выдвигаться, а ты бродишь где-то. Иди сюда, давай еще детали обсудим.

Я молча подошел к столу. Майор крутанул проекцию, развел руками, увеличивая масштаб и, ткнув указкой, отметил несколько точек, загоревшихся красным.

— Пойдем с трех направлений. Браун со своими ребятами и твоей сводной группой ударит в направлении главных ворот. По нашим данным, именно там сосредоточены основные силы группировки Слая. Задачей Брауна будет сковать бандитов боем и не дать им прийти на помощь отрядам, охраняющим остальные направления. Группа Брауна обозначается, как группа Запад. Мы — группа Юг — в этот момент ударим вот здесь, — на карте загорелась новая точка. — Здесь у противника не так много бойцов, мы им невольно помогали все это время, оттягивая ксеносов на себя. Одновременно к противоположным воротам выйдут парни из Восточного форта — группа Восток. Как только мы пройдем в ворота, из нашей группы выйдет штурмовой отряд, который пойдет на прорыв в административную зону, в которой сидит руководство «Могильных Воронов» и остатки корпоратов. Командовать отрядом будешь ты. Как только мы перемелем бандитов в зоне своей ответственности, часть группы останется контролировать захваченный плацдарм, часть выдвинется на помощь группе Запад. Так же поступят парни из Востока. Разбив основную группировку противника, оставим часть бойцов охранять внешний периметр, остальные выдвинутся на зачистку территории периметра внутреннего. Твоей задачей будет добраться до радиоузла и связаться с флотом — если он уже вышел из прыжка. Ну и свои вопросы решишь там заодно. Людей я тебе дам, поддержку техникой тоже. Но внутри, сам понимаешь, там уже придется самостоятельно, без поддержки. Вопросы есть?

— Есть, — я кивнул. — Изначально, согласно моему плану, сводная группа из «Буревестников», охотников и ополченцев Штейна, со мной во главе, должна была выдвинуться на ликвидацию глушителя. Это ключевая деталь плана, без которой у нас не будет связи ни между собой, ни с космосом. Это как следует понимать?

— Это следует понимать так, что нехрен людей гробить в самоубийственных миссиях, — усмехнулся в усы майор. — Долбанем по этой твари ракетами с «Терминатора», и дело с концом. Разведка уже выдвинулась в предполагаемый район дислокации глушителя для целеуказания и наведения ракет.

Я на секунду замер, обдумывая услышанное. Звучало вот это вот «нехрен гробить людей» несколько обидно. И майор, кажется, это понял.

— Не в упрек тебе, сержант, но ты привык командовать малыми группами, решая тактические задачи на местности силами вверенного подразделения. У меня же опыт чуть другой. Ну и информации о имеющейся материально-технической базе у меня чуть больше. Так что не бери в голову. Все понял?

— Так точно, сэр! — уважения к майору, ткнувшему меня, как котенка, в мою, скажем так, не полную состоятельность, причем, сумевшему сделать это настолько мягко и без издевательского снисхождения, у меня солидно прибавилось. А еще я в очередной раз поблагодарил судьбу за то, что мне удалось-таки установить контакт с «Фениксами» и пробиться сюда, в Южный форт. Если бы не это — командовать бы мне операцией по штурму Элизиума самостоятельно. А, как верно заметил майор, знаний и мышления, отличного от мышления типичного сержанта штурмовиков, мне сильно не хватало. На острие атаки я был, как рыба в воде, а вот во главе группы, большей, чем стандартный штурмовой взвод, чувствовал себя уже совсем не так уверенно. Так что я был рад тому факту, что основное руководство операцией на себя возьмет майор Джонсон. А еще — тому, что у него есть «Терминатор» и «Мамонты». С такими весомыми аргументами шансы на успех значительно увеличивались.

— Ну вот и хорошо, — майор снова усмехнулся. — В таком случае — иди, экипируйся. Через полчаса начинаем.

Глава 19

Земная Федерация, система Ориона. Планета Рапсодия. Периметр Зеленой зоны. Охранный форт Южного периметра.

Ракетный залп — это красиво. По крайней мере, когда ракеты летят от тебя, а не к тебе. И вдвойне красиво, когда знаешь, что, благодаря отваге и бесстрашию разведчиков, которые сейчас подсвечивают глушителей, затаившихся среди орд ксеносов, каждая ложится точно в цель. Красота.

“Терминатор”, доставшийся “Фениксам”, был в куда лучшем состоянии, чем те платформы, с которыми доводилось сталкиваться нам на Рапсодии. По крайней мере, две установки реактивных систем залпового огня, смонтированные в задней части платформы, на данном экземпляре присутствовали. И только что наглядно показали свою эффективность. Одна из установок отстреляла полный пакет по двум целям, и то, что каждая из двадцати пяти ракет, красиво срывающихся с направляющих и уходящих в ночную тьму, легла именно туда, куда ей было определено наводчиками, стало понятно практически сразу.

Тактический интерфейс внезапно расцвел окнами и слоями дополненной реальности, и я в первый момент чуть не захлебнулся в хлынувшей на меня информации. Развернулись боевые чаты, в наушники ворвались переговоры на общей частоте комлинка, карта в углу слоя вспыхнула разноцветными отметками, обозначающими боевые группы “Юг”, “Запад” и “Восток”… Есть! Есть, мать твою! Получилось! Как я и предсказывал, сеть глушителей “легла” после уничтожения двух узлов, и теперь мы получили устойчивую связь между всеми группами, как минимум, а как максимум — и до космоса сможем достучаться! Отлично! Вот теперь можно и повоевать.

— Цели поражены, — в углу экрана интерфейса появился аватар Руада, возглавляющего одно из звеньев разведчиков. — Отхожу. Прошу поддержку и эвакуацию.

— Принято, — на этот раз на экранчике ожил аватар майора. — Поднять дроны! Обеспечить постоянный контроль поля боя! Штурмовики — забрать разведчиков. “Мамонты” — прикройте их огнем. Внимание всем группам: начали. Вперед-вперед-вперед!

Не успел майор закончить, как на него посыпались подтверждающие доклады, и наша небольшая армия начала наступление. Гулко грохнул малый калибр “Мамонта”, ведущего огонь по выдвинувшимся в сторону разведчиков ксеносам, взревели двигатели, броня подо мной качнулась, и БТР, на броне которого я пристроился, рванулся в ночь.

Штурм Элизиума начался.

Глухо загавкала автоматическая пушка бронетранспортера, и далекая волна ксеносов, несущаяся на нас, будто на волнорез налетела. На вооружении у “Фениксов” состояли старые-добрые “Хищники”, не чета нашим кустарным поделкам. Их тридцатимиллиметровые пушки просто выкашивали малых и средних ксеносов. Берсеркер, конечно, им не по зубам, но для этих тварей есть “Мамонты”, их главный калибр и ракетные установки. Пока что их, берсеркеров, в смысле, кстати, не видно, и я даже не знаю, хорошо это, или плохо. А вот мелочь рванула вперед океанским прибоем, и очень скоро этот прибой должен был захлестнуть нашу технику.

— Десант, не спать! — снова появился в канале майор. — Подпускаем тварей на расстояние эффективного поражения и открываем огонь! Броню не покидать!

И снова грамотное решение, оговоренное еще до начала атаки. В войне с людьми бронетехника без поддержки пехоты уязвима: усеченный обзор, опасность атаки противотанковыми средствами противника… Поддержка пехоты, вовремя обнаруживающей и либо уничтожающей угрозу, либо дающей технике наводку на цель, необходима в такой ситуации, как воздух. От ксеносов удара из гранатометов или ПТУРов ожидать не приходится, но и без этого инопланетные твари могут наделать немало гадостей. Клешни крабоидов, например, не могут пробить броню, но вот попортить колеса — влегкую, а меткий плевок бурдюка, даже небольшого, такого же эффекта, как противотанковая ракета, конечно, не окажет, но технику из строя вывести может. Так что здесь поддержка огнем из ручного оружия тоже лишней совсем не будет. А вот спешиваться, чтобы оказать эту поддержку, точно не стоит. На броне тварям сложнее дотянуться до десанта, да и под скорость пехоты технике подстраиваться не нужно. А скорость рывка для нас сейчас по-настоящему важна: в конце концов, связь не только у нас появилась. “Могильные вороны” и собранные ими союзные кланы теперь тоже могут более эффективно координировать свои действия.

Я понадежнее устроился на броне и вжал приклад излучателя в плечо. Так, определить цели… Выделить наиболее опасные… Подсветить те, что вошли в зону уверенного поражения… Поехали!

Таргет-трекер тихонько пискнул, очертания сразу десятка тварей подсветились и зажглись разными цветами, в зависимости от степени уязвимости, и я открыл огонь. Выстрел! Выстрел! Выстрел!

Наиболее неприятным в таком методе защиты техники было то, что стрелял далеко не я один. И хотя я и понимал, что остальные бойцы тщательно выбирают сектора, так, чтобы не зацепить товарищей, отстраненно воспринимать шары плазмы и потоки свинца, хлещущие со всех сторон, было сложно чисто психологически. Однако я старался.

Вообще, со стороны, наверное, это выглядело эффектно. Десяток броневиков с палящей из всех стволов пехотой на броне, при поддержке двух “Мамонтов” и перешедшей в боевой режим мультиплатформы — такого крупного механизированного формирования Рапсодия с конца войны не видела. А добавить сюда группы “Запад” и “Восток”, рвущиеся к Элизиуму с других сторон… Да, по местным меркам это не то, что заварушка масштабная, этой война целая. Даже когда мы со “Стальными сердцами” штурмовали базу механоидов, не так мощно выглядело. Главное теперь, чтоб все это мероприятие не окончилось пшиком. Мучительно больно будет в таком случае.

— Разведка на броне! — доложил командир эвакуационной группы. — Возвращаемся к группе.

И тут же — вскрик Элис, вой тревоги, и красные квадраты таргет-трекера, загоревшиеся в непроглядной тьме ночного неба.

— Воздушная тревога!

Твою мать!

На нас тучей валились пикировщики.

Выделив взглядом часть интерфейса, я перебросил выделенную область в общий боевой чат.

— Воздух!

Однако, кажется, атаку заметили и без меня.

Башни “Мамонтов” окутались дымом, и из контейнеров рванулись ракеты малой мощности. Конечно, их не сравнить с теми, которыми отработали с “Терминатора” по глушителям, но здесь и цели другие. Ракеты класса “земля-воздух”, которыми комплектовались “Мамонты” были предназначены для поражения разведывательных и ударных дронов противника, идущих на малой высоте, а пикировщики от них мало чем отличались. Так что — пойдет. То, что нужно.

Одновременно заработали спаренные пулеметы на мультиплатформе. Несколько секунд — и тревожные отметки погасли. Атака отбита. Да, что ни говори, а воевать специально разработанными для этого средствами, гораздо приятнее, чем используя кустарные броневики.

— Внимание, опасность! — это уже в общем чате. Элис продублировала тревогу в моем личном интерфейсе, и выделила цели. Черт. Это уже не для меня — слишком далеко, слишком крупно. На поле боя появились сразу три берсеркера и несколько средних бурдюков. Проклятье, а вот бурдюки — это плохо. Накроет дружным залпом — мало не покажется. Как-то на броне вдруг сразу неуютно стало…

В интерфейсе ожил аватар Джонсона.

— Разведка — целеуказание ракетам по кислотникам. “Мамонты” — по большим тварям главным калибром — огонь до уничтожения. Выполнять!

А вот главный калибр “Мамонтов” — это уже серьезно. Спаренные стопятидесятимиллиметровые пушки, валящие подкалиберными снарядами с сердечниками из обедненного урана… Берсеркерам точно понравится, зуб даю. Эх, нам бы этих “Мамонтов” да с десяток… Весь Элизиум по кирпичику бы разобрали. Мечты-мечты…

Снова зафырчали стартующие ракеты — разведчики, рулящие дронами, дали целеуказание на бурдюков, и мультиплатформа принялась планомерно перемалывать тварей, экономно и прицельно наваливая из второй ракетной установки. Где-то вдалеке вспух огненный пузырь — похоже, ракета достала бурдюка как раз перед плевком, и эффект от попадания многократно умножился. Отлично, просто отлично…

Вот только совсем безнаказанно истреблять ксеносов нам никто не дал.

Пара тварей успела-таки плюнуть кислотой. И если первый кислотный шар упал на землю с хорошим таким недолетом, то второй четко накрыл броневик, идущий в сотне метров правее. И, к сожалению, покинуть броню десант не успел.

Комлинк донес до меня дикие крики людей, разъедаемых заживо высококонцентрированной кислотой, отметки в тактическом интерфейсе стали гаснуть, а сама машина забуксовала и закрутилась вокруг своей оси: либо кислота поразила мехвода, либо поражение получила ходовая часть. Распахнулась аппарель десантного отделения, оттуда выскочили несколько человек, на ходу срывая дымящиеся фрагменты брони. Машина взрыкнула двигателем в последний раз и замерла.

— Гр-р-р-ребаные твар-р-ри! — прорычал в комлинке Джонсон. — Всем экипажам — беглый огонь по позициям уродов!

Загрохотали автоматические пушки, застучали пулеметы, солидно заговорили “Мамонты”, уже успевшие разобраться с берсеркерами… Позиции ксеносов утонули в огне. Однако, как показывала бесстрастная картинка с беспилотников, что транслировалась в интерфейс отдельным потоком, твари перебрасывали подкрепление с других направлений. Правда, если события продолжат развиваться в этом же темпе, это ксеносам не поможет. Сводная группировка “Запад”, состоящая из гарнизона западного форта, “Буревестников”, изгоев и людей Штейна, подсвечивая себе дорогу длинными языками огнеметных залпов, пробивалась к воротам. С другой стороны, методично прокручивая ксеносов сквозь крупнокалиберную мясорубку, путь к административному периметру себе прогрызала группа “Восток”. Да и от нас стена с воротами была уже не так далеко. Свечение купола разгоняло темноту, и я уже мог различить орудийные башни на стенах, не прибегая к особым режимам зрения. И башни эти мне совсем не нравились. Пока еще мы не вошли в зону поражения, но еще несколько сотен метров, и…

— Есть сигнал! — в интерфейсе ожил аватар невозмутимого Хикару. — Начинаю работать. Вхожу во вражескую сеть…

А вот это уже хорошо. Если Накамура сумеет отключить защитные сооружения, а потом откроет ворота — путь в административную зону окажется свободен. Да, впереди еще непростой бой с “Могильными воронами” и их приспешниками, но, тем не менее, первая часть плана будет реализована. А это уже немало.

— Орудия отключены, — Хикару старался сохранять невозмутимость, но было видно, что японец рад и даже самую чуточку горд. — Перехожу к следующей задаче. Расчетное время — пять минут.

— Внимание! Расчетное время — пять минут, — эхом продублировал сообщение Хикару майор. — Десанту всех групп — подготовиться! Командирам групп — синхронизировать действия. Делайте, что хотите, но через пять минут вы должны быть готовы пройти сквозь ворота. Время пошло!

— Внимание! Входящий сигнал из Элизиума! — послышалось в комлинке.

— Выведи на офицерскую частоту, — подумав, скомандовал Джонсон. Прошло несколько секунд, и в интерфейсе развернулся дополнительный слой, слегка рябя помехами. Когда картинка прояснилась, я даже зубами скрипнул от злости. Слай!

— Обращаюсь к неизвестным войскам, идущим к внутреннему периметру. Элизиум находится под контролем клана “Могильные вороны”. Я — Слай, лидер клана. Немедленно остановитесь и опознайтесь. В противном случае вы будете уничтожены. “Могильные вороны” рады союзникам, но мы не любим, когда к нам приходят без приглашения. Назовите себя и цель посещения Элизиума.

Хм. Хорошо их ксеносы глушили, если они даже картинку не видели. Получается, Слай не знает, кто мы такие и откуда пришли? Или прикидывается? Но зачем? Блефует? Знает, что потерял доступ к защитным системам и пытается тянуть время? Может быть, может быть… Получается, он не понимает, что в утрате доступа виноваты именно мы? Что ж. Это неплохо… Хотя, по сути, ни на что и не влияет.

— Я в системе, — доложил Накамура. — Две минуты — и можно открывать.

— Внимание всем! — Джонсон вышел на общую частоту. — Двухминутная готовность. Командирам групп — что у вас?

— Группа “Запад” — двухминутную готовность подтверждаю! — в интерфейсе возник аватар Брауна.

— Группа “Восток” — двухминутную готовность подтверждаю! — на дополнительном слое появилось изображение неизвестного мне офицера.

— Алтай, готов к штурму? — это уже персонально ко мне.

— Так точно!

— Отлично. Едем дальше, парни, — кажется, Джонсон решил проигнорировать Слая.

— Неизвестные войска, идущие к внутреннему периметру! — теперь уже злобно зарычал Слай. — Немедленно остановитесь и опознайтесь, иначе мы открываем огонь на поражение! У вас десять секунд, чтобы…

— Готово, — Хикару сиял. — Доступ есть, готов открыть ворота по команде.

— Семь… Шесть… — вел, тем временем, обратный отсчет Слай.

— Есть опознаться! — на частоту Слая вышел Джонсон. На губах майора играла издевательская ухмылка, а глаза горели азартом и решимостью. — Докладываю: на связи сводная группировка корпорации “Группа Феникс”. Направляемся в Элизиум согласно заключенного контракта с руководством корпорации “Нью Вижн” для выполнения пунктов четыре-один, четыре-два и четыре-три данного соглашения с целью исполнения непосредственных обязанностей.

— Чего? — Слай выглядел озадаченным. — Какие контракты? Какие соглашения? Что еще за пункты? Говори по-человечески, придурок!

— Как скажешь, — майор усмехнулся. — По-человечески, так по-человечески. Мы идем надрать задницу тебе и твоим друзьям-уголовникам… Придурок. Пункты четыре-один, четыре-два и четыре-три подразумевают защиту персонала и имущества корпорации, устранение угроз со стороны отбывающего наказание на Рапсодии контингента и полное уничтожение всех, кто не подчинится нашим законным требованиям. Я, майор Эдвард Джонсон, командир сводной группировки корпорации “Группы Феникс” требую: всем, незаконно пребывающим на территории безопасной зоны “Элизиум” немедленно сложить оружие и покинуть внутренний пояс административной зоны. В противном случае буду вынужден применить все доступные мне средства для уничтожения неподчинившихся.

— Что? — Слай расхохотался. — Чего ты несешь, идиот? Разворачивайся и вали отсюда, пока цел! Требует он…

— Фиксирую неповиновение и отказ подчиниться законным требованиям представителя корпорации, — невозмутимо констатировал Джонсон. — Перехожу к выполнению условий контракта. Хикару, открывай!

— Чего? — кажется, бюрократические конструкции, которыми намеренно сыпал майор, были слишком сложны для понимания Слая. — Что ты мелешь?

— Мы идем за тобой, — хищно оскалился майор. — Готовься к смерти, организм!

— Всем группам! — скомандовал Джонсон. — Действовать, согласно плану. Огонь на поражение. Пленных не брать. В атаку!

Изображение открывшего было рот Слая исчезло: майор отрубил связь. И в этот же момент ворота, заскрежетав приводами, поползли в сторону, а свечение купола, дрогнув, побледнело и исчезло: путь был открыт.

Я выдохнул, и крепче сжал цевье импульсника, на миг зажмурившись. Что ж. Вот я и у цели. Главное теперь — не облажаться в самом финале. Слай — на расстоянии вытянутой руки. И я до него обязательно дотянусь. Чего бы мне это не стоило.

Глава 20

Земная Федерация, система Ориона. Планета Рапсодия. Зеленая зона. Внутренний периметр административной зоны корпорации «NewVision»

Того, что их крепость падет с такой легкостью, «Вороны» явно не ожидали. Створка ворот еще до конца не открылась, а броневики уже отрабатывали из автоматических пушек по мельтешащим во внутреннем дворе фигуркам врагов. Часть бойцов успела залечь или уйти в укрытия, но подавляющее большинство попало под огонь с бронетранспортеров, изломанными куклами оставшись лежать на земле. Зачистив пространство перед воротами, бронетранспортеры отвалили в стороны, уходя с линии огня. Вовремя. Из ДОТа, расположившегося сразу за воротами, заработали крупнокалиберные пулеметы, зацепив корму одного из «Хищников». Десант, к счастью, и броню, и десантный отсек уже покинул, так что обошлось лишь порчей техники. Тем не менее, спускать подобное непотребство с рук «Воронам» Джонсон не стал. Аватар майора ожил в тактическом интерфейсе, а в комлинке прозвучала короткая команда:

— Танкам: по укреплениям противника — огонь!

Один из двух «Мамонтов» довернул башню, замер, качнувшись, и ударил по ДОТу сразу из двух стволов. И тут же, не дожидаясь результата, отработал второй танк. Когда пыль и дым рассеялись, стало ясно, что огня противника с этой стороны можно уже не опасаться. То ли строители схалтурили, то ли по изначальным спецификациям ДОТ был рассчитан на противостояние ксеносам, а не танковым снарядам… Не важно. Значение имело лишь то, что огневая точка противника прекратила свое существование. В стене ДОТа зиял обширный пролом, а подвижный бронеколпак с установленной в него спаркой пулеметов сорвало с направляющих, раскололо надвое и отбросило в сторону. Сильно сомневаюсь, что внутри остался кто-то, способный к ведению боевых действий. Тем не менее, подстраховаться не помешает. Высунувшись из-за стены, я вскинул стрелковый комплекс, на который временно сменил излучатель, и положил плазменную гранату из подствольника точно в центр пролома — спасибо Элис, просчитавшей траекторию полета гранаты и любезно подсветившей нужную точку прицеливания. Вспыхнуло, грохнуло — все. Можно считать ДОТ зачищенным. Если по какой-то нелепой случайности кто-то внутри оставался в живых после удара «Мамонтов», то взрыв плазменной гранаты в замкнутом пространстве исправил это недоразумение. Можно двигаться дальше.

— Операторам: штурмовые дроиды — вперед. Зачистить площадку, штурмовым группам — приготовиться занять плацдарм.

В комлинке пискнуло подтверждение, а через несколько секунд в ворота покатились стальные шары дроидов. Вкатываясь на территорию, боты разворачивались в боевое положение, располагаясь полукругом и беря на прицел пулеметов внутреннее пространство. Меня даже некое ощущение дежа вю накрыло. Вспомнилось, как с такими же в лощине по дороге в Предел бодались. Да, когда железяки воюют на твоей стороне, как-то спокойнее.

Быстро перебирая паучьими лапами, боты рассыпались по внутреннему двору… И тут же попали под шквальный огонь. Били из всего: из винтовок, пулеметов, стрелковых комплексов, плазменных излучателей… Два из восьми дронов тут же исчезли, вздувшись разрывами плазмы, остальные снова трансформировались в бронированные шары и раскатились по двору в поисках укрытия. Вот дерьмо! Все же мы недооценили противника! Думали, он мечется в панике под огнем наших главных калибров, а «Вороны», тем временем, выжидали, пока наши силы не втянутся в типа зачищенный внутренний двор, пожертвовав приманкой в виде первой линии обороны. М-да… Все же очень хорошо, что у нас есть дроиды. И не только…

Боевики Слая вели огонь с крытых галерей капитального бетонного сооружения — по факту, очередной стены, обрамляющей административную зону. Вот только эта стена была испещрена ходами и амбразурами, между которыми «Вороны» и примкнувшие могли свободно перемещаться, не опасаясь попасть под наш огонь. «Мамонтам» же, чтобы отработать по ним, нужно было заехать непосредственно во двор, в противном случае мешали ворота. А загонять танк, даже такой защищенный, под огонь врага… Да, динамическая защита, да, силовые щиты… Но на каждую защиту найдется средство ее вскрыть, и что-то мне подсказывало, что у «Воронов» подобные средства имеются. Так что надолго показываться «Мамонтам» на открытом пространстве явно не стоит.

В общем, молниеносного броска не получилось. Вместо этого мы застряли у входа. Продвинуться вперед лично я пока возможности не видел, а сзади нас уже подпирали очухавшиеся ксеносы — я слышал, как Джонсон в комлинке раздавал указание развернуть часть группы для отражения атаки тварей. Вот же дерьмо, а? Быстро «Вороны» сориентировались, чтоб их… Нужно что-то делать.

Новый выстрел из гранатомета — и еще один дроид разлетелся обломками, не успев уйти с линии огня. Блин, еще немного — и нас тут совсем зажмут. Нет, так дело не пойдет! Мой взгляд упал на развороченный дот. А что, если…

— Майор, — вышел я на частоту Джонсона. — Пойду на штурм со своим отрядом. Прикроете рывок?

Майор, нужно отдать ему должное, долго не сомневался.

— Что нужно?

— Долбануть из «Мамонта» по амбразурам и поставить дымы. Дальше танк можно отводить из-под удара, мы разберемся.

— Уверен, что справишься? — Джонсон прищурился.

— Так точно!

— Хорошо. Доложи по готовности.

— Слушаюсь, сэр!

Черт подери, под командованием адекватного офицера и воевать веселее! И стремный штурм уже не кажется таким безнадежным…

— Внимание, отряд! — переключился я на волну своей штурмовой команды. — Ставлю боевую задачу. Внимание на тактический интерфейс!

***

Идти на штурм страшно всегда. Глупец тот, кто заявляет, что боец не должен ничего бояться. Нет. Бойцом человека делает не бесстрашие, а умение обуздать свой страх и направить его в нужное русло. Страх заставляет быть внимательным, заставляет продумывать свои действия наперед, а глупое бесстрашие чаще всего заканчивается очередной строчкой в сводке убитых и тяжелораненых. Так что страх — это нормально. Не слепая паника, а здоровый инстинкт самосохранения, который, в итоге, и позволяет выполнять поставленные задачи, не получая за это наград посмертно. Да, со временем страх притупляется — чем чаще проводишь одни и те же действия, тем быстрее они входят в привычку, и даже штурм городских кварталов, зараженных ксенодрянью, воспринимается, как тяжелая и опасная, но рутинная работа. Но совсем страх не уходит никогда. Он всегда рядом, готов помочь или навредить. И то, как его использовать, зависит от самого человека, страх испытывающего.

Сейчас мне было чуть страшнее, чем обычно. И в первую очередь, потому что нам противостояли не ксеносы. Инопланетные твари были опасными, хитрыми и кровожадными, но все же с человеком они сравниться не могли. Морфы давили числом, человек — умением. И не найти твари коварнее и смертоноснее, чем гребаный венец творения. Почему мы и победили в войне. И сейчас нам противостояли такие же люди, как мы — только не стесненные рамками морали и загнанные в угол. А значит, сражаться они будут с учетверенной яростью. Ну, и не стоит забывать о том, что они отлично вооружены и напичканы имплантами по самую макушку. В общем, легко не будет. И от этого я ощущал легкий мандраж. Который, впрочем, привычным усилием воли загнал в самый дальний уголок сознания, едва услышал в комлинке команду Джонсона:

— Штурмовики, приготовиться. Мы начинаем.

Я окинул взглядом свой отряд. Спокойный и привычно невозмутимый Накамура расслабленно привалился к стене, прикрыв глаза и будто собираясь с силами. Хмурый Сэм, которому предстояло сыграть едва ли не главную роль в предстоящем броске решительно тискал большой штурмовой щит. Сосредоточенная Скайлер, явно недовольная тем, что я заставил ее напялить непривычный и сковывающий движения бронекостюм со шлемом, нет-нет, да и бросала на меня раздраженные взгляды. Хищно скалящийся в предвкушении боя Руад, присоединившийся к нампосле успешной эвакуации, только что не пританцовывал в нетерпении. Еще пара энфорсеров, приданных отряду для баланса, выглядели относительно спокойными, но на их лицах нет-нет, да и сквозила гримаса напряжения. Ладно. Команда, по большей части, сыгранная. Прорвемся. Главное, чтобы все пошло так, как задумывалось, хотя бы на начальном этапе. А дальше, если что, сымпровизируем, не впервой.

— Поехали.

Один из «Мамонтов» взревел двигателями, и рванулся в проем ворот, окутываясь силовыми полями. Вовремя: с защищенной галереи к танку рванулись сразу несколько плазменных шаров, выпущенных явно не из ручного излучателя. Одновременно со стрелком отработала пара реактивных гранатометов. Однако, чтобы остановить «Мамонт», этого было маловато. Плазма расплескалась по силовому полю, гранаты сдетонировали с серьезным недолетом, обезвреженные умной динамической защитой, а потом свое слово сказал сам танк. Главный калибр и вспомогательные орудия грохнули одновременно, земля под ногами дрогнула, а танк, напоследок выпустив из укрепленных на башне контейнеров целую россыпь гранат, не теряя времени, дал задний ход.

Дымовые гранаты принялись рваться еще в воздухе, образовывая густую темную завесу, моментально распространившуюся по всей территории двора. Есть! Теперь — пора. Не дожидаясь, пока дым начнет рассеиваться, я вскочил на ноги и скомандовал:

— Отряд — пошли! Сэм — вперед!

Взвыли сервоприводы брони, и боец поддержки рванулся вперед, выставив перед собой широкий штурмовой щит. Одновременно в ранце Сэма загудел переносной генератор, и наш небольшой, сгруппировавшийся вокруг пулеметчика отряд, окутался полем среднего силового щита. Все. Теперь — погнали.

— К уничтоженному доту — марш! Кучкуемся плотнее, не отстаем! Вперед-вперед-вперед!

С момента удара «Мамонта» прошло не больше десяти секунд, и противник все еще был ошеломлен. Хотелось бы, конечно, верить, что на самом деле он уничтожен, но обманывать самого себя в таких ситуациях — последнее дело. Сейчас они очухаются и начнут причесывать задымленный двор из всего имеющегося оружия. Потому наша задача — проскочить до этого момента. И мы проскочим.

Раскуроченный бункер вынырнул из дыма даже раньше, чем я рассчитывал. Отлично. Значит, цель достигнута. По крайней мере — для ребят. Мне же главный рывок еще предстоит.

— Внутрь! — рыкнул я. — Сэм идет первым, остальные за ним. Проскакивайте быстро, но осторожно, внутри хода могут быть сюпризы. Встречаемся внутри. Все, парни, удачи! Скайлер, за мной!

Бросив последний взгляд на «Фениксов», исчезающих в темноте подземного хода сообщения, соединяющего разрушенный дот с основными укреплениями, я, уже ничем не сдерживаемый, рванул вперед. Скайлер, умничка, держалась рядом. Отлично. Дым еще и не думал рассеиваться, а «Вороны» не успели прийти в себя. Ну, дайте мне еще десяток секунд…

— Элис, усиление, динамическое балансирование! — скомандовал мысленно я. И, уже вслух, для Скайлер: — Хватайся!

Два раза просить девушку не пришлось. Обняв меня сзади за шею, девушка подпрыгнула, и обхватила мой торс ногами. И в тот же момент я, оттолкнувшись от земли, задействовал бустеры и взвился в воздух.

Точный расчет и динамическое балансирование позволили попасть точно туда, куда я и целился. Миг — и я, подгибая ноги, приземлился на галерее укрепления, попав туда через пролом, оставленный снарядами «Мамонта». Приземлился не очень удачно, обломок бетона ударил в колено, и я, зашипел от боли, прошившей ногу даже сквозь наколенник бронекостюма.

— Работаем! — рыкнул я, и Скайлер соскочила с моей спины, выдергивая из держателя глефу.

Все. Мысли прочь. Главное — работа.

Откуда-то из облака все еще не осевшей внутри галереи пыли, на меня выскочил ошалевший боец «Воронов» с штурмовой винтовкой наперевес, и я, махнув руками в стороны, активировал силовые лезвия, встроенные в костюм. Не давая бойцу опомниться, я припал на колено и ударил снизу вверх, вспарывая боевика от паха до горла. Силовые лезвия прошли, как нож сквозь масло, даже не заметив броню бойца, его вырвало кровью при взгляде на собственные внутренности, неожиданно оказавшиеся на полу, и мертвое тело медленно осело на пол. Вот только я этого уже не видел. Миновав бойца, я оттолкнулся от обломка бетона и прыгнул вперед, туда, где Элис таргет-трекером уже подсвечивала новую цель.

Плазменный шар, выпущенный навскидку, прошел выше — я все еще стелился в низком прыжке над самым полом. Пытаясь погасить энергию толчка, я перекатился через плечо, встал на колено и ударом наотмашь подсек ноги бойца с импульсником.

Даже сквозь грохот стрельбы, доносящейся откуда-то снизу, из хода, в который ушли парни, я услышал дикий крик боевика. Поморщившись, я прервал его ударом по горлу, и ринулся дальше, активируя режим берсеркера, и, одновременно, концентрацию фокуса.

Дальнейшие события слились в одну мешанину перекошенных лиц и кровавых пятен. Не ожидавшие атаки изнутри, еще не отошедшие от удара «Мамонта», оглушенные и контуженные, «Вороны» и их приспешники умирали, как мухи. Я же, впав в боевое безумие, крошил обороняющихся направо и налево, представая перед ошарашенными боевиками кровавым ангелом смерти. Кровавым — в прямом смысле. Несмотря на то, что силовые клинки моментально прижигали место удара, кровь из страшных ран била едва ли не струями, покрывая меня, стены, пол и потолок равномерным красным слоем.

«Дальнейшее использование функций биокомпьютера грозит чрезмерным расходом энергии», — вернул меня в реальность голос Элис, и я резко остановился посреди коридора, прервав свой смертоносный танец. Напротив меня, дрожа, замер совсем молодой парень с вороном, клюющим надгробие, на груди комбинезона. Молодой «Ворон» был без шлема, его короткие, светлые волосы слиплись от пота, а большие голубые глаза смотрели на меня, с ног до головы покрытого кровью врагов, с неподдельным ужасом. Дрожащие руки бойца опустились, и стрелковый комплекс с грохотом упал на пол.

— Не… Не убивай… Пожалуйста…

Я отдал костюму команду поднять забрало, и, убрав силовые клинки, прищурился, глядя в глаза парня.

— Убивать тебя? А зачем? — широко улыбнувшись, спросил я. — Ты сейчас и так умрешь. Сам. Смотри.

Вытянув руку, я сложил два пальца пистолетиком, и, направив его в сторону бойца, негромко проговорил:

— Пуф.

Мгновенный импульс пси-удара, сжатый и направленный, как острие кинжала, ударил парню прямо в мозг, моментально сжигая нейроны и разрывая синапсы.

— Падай. Ты убит, — хмыкнул я, сдувая с пальцев воображаемый дымок, и развернулся. С моей стороны зачистка завершена. Теперь нужно узнать, как дела у Скайлер и парней.

За спиной молодой «Ворон» пыльным мешком рухнул на пол. Я лишь усмехнулся. «Не убивай», да? Интересно, а мои люди, там, в бункере «Мстителей», тоже об этом просили? И как? Выполнили их просьбы?

Брезгливо поморщившись, я сплюнул на пол, и быстро зашагал вглубь галереи.

Глава 21

Земная Федерация, система Ориона. Планета Рапсодия. Зеленая зона. Внутренний периметр административной зоны корпорации «NewVision»

— Скайлер, на связь! — позвал я. Нейроинтерфейс у нее так и оставался заблокированным, поэтому девушка использовала внешний комлинк, встроенный в шлем. Вообще, Скайлер неожиданно выступила резко против бронекостюма и шлема, но мне пришлось настоять. Одно дело — воевать с ксеносами, часть которых, благодаря экспериментам Вихо, девушку даже не определяла, как врага, пока она сама их не атаковала, и совсем другое — штурмовать цитадель врага, вооруженного огнестрельным и энергетическим оружием. Пуля — она, как известно, дура, а осколок — и вовсе дегенерат полный, потому моя позиция была непреклонной: хочешь идти на штурм вместе со всеми — будь добра, экипируйся соответствующим образом. Девушка побурчала, но послушалась. Свою кристаллическую броню она, все же, нацепила поверх костюма, и тут я уже ничего против не имел. Если не мешает — пусть будет. Дополнительная защита еще никому не вредила.

— На связи, — отозвалась Скайлер. — Я закончила. Тут чисто.

— Молодец, — ответил я. — Оставайся пока там и присматривай за проходом. Вдруг наши друзья решат контратаковать.

— Хорошо.

Сам я, по дороге к центру галереи, поставил на стены пару контактных мин. Если кто-то полезет с той стороны — услышу и успею принять меры.

— Руад, на связь! — вызвал я разведчика, командующего группой в мое отсутствие. Снизу все так же раздавалась стрельба, и я уже начинал беспокоиться. — Доложи обстановку.

— Здесь, — Руад тяжело дышал. — Нижнюю галерею зачистили, но дальше пройти не можем. Нас тут зажали с улицы, нос не высунуть.

— Принял, — я выругался. — С вашей стороны нашей технике ничего не грозит?

— Пока мы держимся — ничего, — отрапортовал разведчик. — Но долго мы тут не просидим. И отступить возможности нет.

— Понял. Дай мне минуту.

— Алтай — майору! — вызвал я Джонсона.

— В канале, — тут же пришел ответ.

— Сэр, мы закончили. Внутренний двор зачищен. Можно заводить технику и закрывать ворота.

— Отлично! — с облегчением выдохнул майор. — Твари поджимают. Хотя и не так сильно, как могли бы. Большинство ксеносов ринулось внутрь, как только сняли купол. Понял тебя. Заходим и изолируемся. Мы тут одни остались, «Запад» и «Восток» уже внутри.

— Отлично. Сэр, мне бы несколько человек сюда на галерею. Желательно с чем-то тяжелым. Пусть только опознаются.

— Понял тебя. Три минуты. Конец связи.

— Роджер.

Я снова вызвал Руада.

— С улицы, говоришь, бьют?

— Так точно. Тут стена частично разрушена с внутренней стороны, защиты нет почти. Мы залегли и огрызаемся, но долго так не протянем. Если они пойдут в атаку…

— Не пойдут, — оборвал я разведчика. — Держитесь, сейчас что-то придумаю.

Зажали, значит? Посмотрим, что там. — Выпусти дрон и дай мне картинку, — попросил я разведчика.

— Слушаюсь.

Через пару секунд в таксеть пришел запрос входящего соединения. Я его одобрил, и в интерфейсе развернулось дополнительное окно, в котором началась трансляция видеопотока с дрона. Мини-коптер стремительно взлетел ввысь, туда, где его не доставал огонь противника, и завис, показывая мне картинку. И что тут у нас? Ага, понятно…

Аллею, ведущую в сердце административной зоны, боевики превратили в настоящий укрепрайон. Бетонные блоки, стоящие посреди дороги грузовики и другая строительная техника, явно перекочевавшая сюда из внешнего пояса… Хорошо хоть, среди «Воронов» не нашлось никого, кто со строительным принтером обращаться умеет, так бы они тут такие фортификации возвели, что хрен бы мы их прогрызли. Ну, или не додумались просто до такого. Впрочем, без разницы. Не сделали — и хорошо, нашим легче.

Я увеличил картинку и слегка повернул дрон. Ага. Да, внутренняя стена галереи покоцана на «отлично»: проломы, дыры… Как вся эта конструкция вообще держится? Видимо, раскурочили, когда с «Фениксами» тут воевали при захвате админзоны. Бойцы моей группы засели за уцелевшими выступами, а по ним вели плотный огонь боевики Слая. При этом били не прицельно, просто высунуться не давали, прикрывая огнем кучку товарищей, явно собиравшихся штурмовать моих ребят. Э, нет, парни, так дело не пойдет! Сейчас я вам это популярно объясню. Так, где-то я тут видел подходящий аргумент…

Оглядевшись, я кивнул: вот оно. В десятке метров от меня на искореженной станине замер стволами вверх стационарный излучатель. То, что нужно. Сейчас, сейчас, ребятки…

Подбежав к излучателю, я активировал энергетические лезвия и в несколько ударов отделил его от станины. Взвалив тяжелый импульсник на плечо, я направился к ближайшей амбразуре. Тяжелый, зараза! Ну, ничего! Зря я, что ли, мускулатуру укреплял?

— Парни, готовьтесь, — проговорил я в комлинк. — Сейчас я немного почищу и перебирайтесь куда-то в укрытие понадежнее. Скайлер! Внимание! Там сейчас к нам помощь подойдет, не пореши их. Опознаться должны. Элис! — это уже мысленно. — Запускай таргет-трекер, цели по степени важности.

— Выполняю!

К тому моменту, когда я пристроил излучатель в амбразуре, Элис уже исчертила интерфейс разноцветными рамками трекера и векторами прицеливания. Хорошо. Что тут у нас с батареями? Восемьдесят процентов? Отлично. Поехали!

Ухватив излучатель за рукояти, я прицелился и утопил спуск.

Тяжелый излучатель забился в руках, как живой, норовя вырваться — не зря же его на станине использовали. Ну, ничего. Удержу как-то. Зато результат виден сразу.

Первая очередь плазмоидов легла четко по группе «Воронов», готовящихся к штурму. Собственно, на этом их подготовка и закончилась: укрыться, нырнув за бетонный блок, успел только один. Ну, точнее, это он подумал, что укрылся. Все же я бил сверху, и блок — совсем не то же самое, что сплошная стена. Плазмой и через барьер приложить неслабо может, что я тут же и продемонстрировал шустрому бойцу. Так, погнали дальше, кто тут у нас еще такой опасный?

Сместив прицел, я подкопил заряд, и отправил крупный шар плазмы в пулеметчика, самозабвенно поливающего свинцом ребят в укрытии. Пулеметчик при этом, то ли понадеялся на свое укрытие, то ли вовсе не заметил опасности… Пофиг. Плазмоид взорвался на поверхности баррикады, но вся энергия взрыва при этом ушла в амбразуру, буквально испарив незадачливого стрелка вместе с его оружием. Так, кто тут следующий?

К тому моменту, когда до «Воронов» дошло, что кто-то весьма результативно выкашивает их ряды с позиции, которая, по идее, должна принадлежать им же, я устранил практически половину угроз для отряда внизу. Однако и ответка прилетела нехилая: все же среди уголовников тоже были мастера своего дела. Зашипело, грохнуло, взвыл сигнал тревоги, продублированный криком Элис, и я, бросив импульсник, отскочил от амбразуры, падая на пол. Вовремя. Реактивная граната влетела точно в отверстие бойницы, ударила в стену напротив и…

Если бы не продвинутый щит костюма, меня бы, наверное, по всей галерее размазало. А так всего лишь подхватило с пола и с размаху впечатало в стену. Удар, впрочем, был такой силы, что я, кажется, на какую-то секунду даже сознание потерял. Перевернувшись на живот, я кое-как встал на четвереньки, пытаясь избавиться от звона в ушах. В глазах двоилось, картинка расплывалась… Нормально так меня приложило! Я с рычанием потряс головой. Ну, суки, держитесь!

— Алтай! — крик Скайлер, минуя комлинк, взорвался прямо у меня в мозгу. — Ты в порядке?

— Не ори, — прохрипел я в комлинк, продрал горло и продолжил. — Нормально. Как у тебя?

— Все спокойно.

— Хорошо, жди, не высовывайся. Сейчас наши подойдут. До связи.

«Вороны», тем временем, поливали галерею с усердием, достойным лучшего применения. Высовываться в амбразуру сейчас нечего было и думать. Да и не с чем высовываться: взрыв добил многострадальный импульсник, спасибо хоть элементы питания не сдетонировали. С ручным же излучателем или стрелковым комплексом лезть туда и вовсе бессмысленно. Черт, где там обещанное Джонсоном подкрепление?

— Алтай — Джонсону! — послышалось в комлинке. А вот и он, легок на помине.

— В канале.

— Алтай, у нас проблема. Внутренние ворота отрублены от сети. Их невозможно открыть удаленно. Необходимо разобраться. Нужно открыть их вручную с той стороны — тогда мы сможем поддержать вас огнем.

— А просто взорвать их нельзя? — вот тебе и подкрепление. Меньше всего мне хотелось сейчас лезть наружу, под шквальный огонь боевиков.

— Взорвать нельзя. Стена сложится. Да и нас тут взрывной волной шибанет. Нужно открыть. Справишься?

— Можно подумать, у меня есть выбор, — пробурчал я под нос.

— Не слышу!

— Так точно, сэр! — буркнул я. — Но помощь мне до сих пор нужна.

— Сейчас отправлю к тебе ребят, пусть прикроют.

— Очень жду.

Я сел на пол и привалился к стене.

— Руад, что у вас?

— Жмут, садж. Но стало полегче, спасибо. Мы выбрались из галереи, закрепились за баррикадами «Воронов». Контратаковать не можем — только огрызаемся.

— Понял. Держись, сейчас еще полегчает. Накамура, прием. Слушай, там мне Джонсон про ворота говорит. Мол, не открыть дистанционно, нужно вручную. Понимаешь, о чем речь?

— Так точно. «Вороны» поняли, что мы получили доступ к сети, и перевели все на ручное управление. Нужно запустить генератор и открыть ворота. Я генераторную даже отсюда вижу, только добраться не могу.

— Принял, — я нахмурился. — Отметь-ка ее на карте.

— Готово, — в интерфейсе появилась новая отметка. Хм. А от меня это не так уж и далеко… Ну-ка, ну-ка, что мы можем сделать?

Я обхватил голову руками. Думай, Алтай, думай! Ведь наверняка есть еще что-то, что-то, что ты упустил!

Есть! Действительно ведь упустил! А что, если…

Я сосредоточился, активировал пси-сканер, и, раскрыв его «зонтик» как можно шире, потянулся сразу во все стороны. На внутреннем радаре появилось множество уже знакомых «облачек». Так. Это, кажется, мои парни, это — люди Слая… Нет, вы все мне сейчас не нужны. Сейчас мне нужно кое-что другое.

Усилием воли я отсек ненужные мне «частоты», и сосредоточился на других параметрах, одновременно еще сильнее расширяя зону действия. Ага! Вот оно! То, что нужно!

В сознание ворвались чужие эмоции: голод, животная злоба, ненависть ко всему живому… Почти на пределе зоны действия сканера расцвело множество красно-коричневых отметок с черными прожилками. Ксеносы. Чудесно!

На нашем фронте, благодаря активному противодействию тыловых групп, в админзону просочились считанные единицы тварей. А вот на других участках все обстояло не так радужно. Морфы ворвались во внутренний периметр, и сейчас трепали, как наших ребят, так и бойцов Слая. Часть тварей орудовала уже среди сооружений административного периметра. Что ж. Кажется, они мне и нужны.

Обхватив щупальцами как можно больше тварей, я активировал «Зов Королевы», и, максимально сосредоточившись, отправил тварям мысленный сигнал. Как именно подзывать тварей, я понятия не имел, и потому транслировал в пси-пространство простую и понятную мысль «все сюда». И, судя по тому, как резко изменилось поведение тварей в зоне действия пси-сканера, биокомпьютер успешно интерпретировал эту мысль в четкий и недвусмысленный приказ. Ну что, уроды? Готовьтесь, мать вашу! Сейчас вам будет весело!

Первый вопль ужаса со стороны засевшего за укреплениями врага послышался уже через несколько секунд. А еще через десяток интенсивность огня по галерее резко снизилась, и я смог высунуться, чтобы окинуть взглядом происходящее. И, кажется, первый раз картинка, в которой фигурировали ксеносы, мне понравилась.

Первое, что бросилось в глаза — страж, рвущий тыловой отряд боевиков. Крупная тварь орудовала одновременно лапами и щупальцами, и над бетонным блоком, за которым, как казалось бойцам, они надежно укрылись, натурально стояла кровавая взвесь. Несколько пауков прорвались к следующему укреплению и ударили в спины не ожидающим подвоха «Воронам». Вслед за пауками из лабиринта переулков показались несколько скорпиксов в сопровождении крабоида, а высоко над стеной заходили на цель пикировщики…

Дьявол! Не переборщил ли я?

— Парни, внимание! Ксеноугроза! Будьте внимательнее! — передал я в комлинк.

— Принято!

— Алтай, прием! — Скайлер. — Тут пять «Фениксов», идут к тебе.

— Принял. Вовремя, — я кивнул, хоть девушка и не могла меня сейчас видеть. Отодвинувшись от амбразуры, я перекинул со спины стрелковый комплекс, и приготовился встречать подкрепление.

На галерее послышался топот, и вскоре из-за угла выскочили три штурмовика в сопровождении пары энфорсеров. Насчет «тяжелого» Джонсон воспринял меня более, чем буквально: один из штурмовиков облаченный в экзоскелет, волок на себе крупнокалиберный пулемет, второй — импульсный излучатель, по своим габаритам скорее напоминающий стационарный, третий был обвешан трубами одноразовых гранатометов. Лица под забралами у бойцов имели зеленоватый оттенок после прохода по залитой кровью и заваленной расчлененными трупами галерее, и на меня «Фениксы» посмотрели с растущим уважением и даже неким страхом. Отсалютовав наемникам, я сразу же принялся руководить.

— Привет, парни. Смотрите, там в тыл «Воронам» ксеносы вышли, вы им пока не мешайте. А вот по переднему краю нужно сейчас качественно долбануть. Я ухожу на вылазку — нужно ворота открыть, — и буду крайне признателен, если вы меня прикроете. Только сами не нарвитесь. Задача понятна?

— Так точно! — в один голос гаркнули бойцы.

— Ну и отлично. Тогда занимайте позиции — будем начинать.

***

— Поехали! — скомандовал я, одновременно активируя усиление и динамическое балансирование. — Работаем плазменными гранатами, потом ставим дымы. Только парней не зацепите! Начали!

Захлопали подствольники, и тут же среди укреплений расцвели разрывы плазмы. Сразу за плазменными гранатами полетели дымовые, и тут же ударил тяжелый пулемет. Я дождался, пока дым начнет заполнять пространство перед укреплениями, активировал стелс-функцию костюма, и, взявшись обеими руками за края пролома, вытолкнул себя во двор.

Высота галереи — метров семь, потому, приземляясь, пришлось отработать бустерами, чтобы погасить инерцию падения. В этот раз получилось штатно. Я перекатился, сдернул со спины излучатель, и, пригибаясь, бросился к отмеченной на карте двери генераторной.

Откуда-то со стороны противника простучала очередь, и пули выбили крошки бетона из стены совсем рядом со мной. Ты гляди, тварь, таргет-трекером зацепить успел! Используя данные «Кошачьего глаза», зафиксировавшего позицию, с которой меня обстреляли, я повернулся боком и на бегу выпустил веером очередь плазмоидов. Из клубов дыма послышался крик, стрельба угасла, и я, больше не задерживаясь, длинным прыжком с применением бустеров, переместился к дверям генераторной.

Мощный пинок — и запертая дверь влетела внутрь помещения. Я ринулся следом, одновременно активируя силовой щит на максимальной мощности. Вовремя! Сразу несколько пуль ударило в купол, и я, опасаясь повредить плазмой оборудование, со всего размаху швырнул импульсник в засевшего за поваленным металлическим шкафом «Ворона». Не ожидавший подобного хода боевик откинулся на спину, получив в шлем тяжелым оружием, я же в этот момент прыгнул вперед, на лету активируя энергетические лезвия. Взмах, второй — все кончено. Подхватив импулсьник, я бегло осмотрел его, убедился, что все в порядке, и, забросив оружие за спину, подскочил к генераторному шкафу, стоящему у стены.

— Твою мать… — пробормотал я, глядя на многочисленные рычаги. — Чего тут дергать-то?

Рычаг, открывающий ворота, я увидел сразу: выкрашенный в черный и желтый, он был расположен на подписанном для особо одаренных щите слева от меня. Над ним висела лампа, забранная в защиту из металлической сетки, сейчас светящаяся красным. Угу. Я так понимаю, это индикация, которая гласит, что «никого нету». В смысле, что питание отсутствует. Ага. А как его подать?

Вообще, неписаный армейский закон гласит, что нажимать незнакомые кнопки и дергать незнакомые рычаги в только что зачищенном помещении опасно для здоровья, но, как мне кажется, сейчас немного не тот случай. Не думаю, что «Вороны» успели бы скрытно и аккуратно заминировать оборудование, а растяжек и прочей гадости я здесь не видел. Значит что? Значит — метод научного тыка. Погнали!

Я быстро опустил в положение «Включено» все рычаги, до которых смог дотянуться, и результат не заставил себя ждать: где-то завыло, зарокотало, и лампа над рычагом, активирующим ворота, засветилась зеленым. Прекрасно! Я переключил комлинк на частоту Джонсона, и вызвал майора.

— Джонсон — Алтаю. Генераторы запущены, готов открывать ворота!

— Давай! — в голосе майора отчетливо прозвучали нотки облегчения. — Мы готовы!

— Активирую!

Я подскочил к рычагу и потянул его вниз. Взвыла сирена оповещения, я бросил взгляд в дверной проем и удовлетворенно кивнул: створка ворот медленно ползла в сторону. Представив, как сквозь проем бьет главный калибр «Мамонта», я хищно оскалился в предвкушении.

Еще рывок — и все. Массив админзданий виднеется в конце укрепленной аллеи, которую сейчас так отчаянно защищают боевики «Воронов». Пара залпов — и пусть расчищен. Пара залпов — и я у цели!

Покачав головой, я недобро усмехнулся.

Эх, Слай-Слай! А я ведь предупреждал — не зли меня. Готовься, падла! Скоро встретимся.

Глава 22

Земная Федерация, система Ориона. Планета Рапсодия. Зеленая зона. Внутренний периметр административной зоны корпорации «NewVision»

Нужно отдать «Воронам» должное: даже после залпа «Мамонта», смевшего часть обороняющихся порядков, в бегство они не обратились. Скорее наоборот, буквально вросли в свои баррикады, не желая отдавать ни единого метра. Вот только шансов у них не было. Во-первых — нас было больше. Во-вторых — против техники с крупным калибром много не навоюешь, особенно когда тебе под шквальным огнем голову поднять не дают. Так что буквально через пятнадцать минут все было кончено. И то, пять из этих пятнадцати минут ушло на ликвидацию угрозы со стороны призванных мною ксеносов. Мне даже немножко стыдно стало. Но именно что немножко. Потому как, не будь этих ксеносов, непонятно, что с моей группой случилось бы. Так что… На войне все средства хороши, как сказал кто-то из великих в седой древности. Цель оправдывает средства, ага. И сейчас моя цель близка, как никогда.

— Внимание, группа «Юг», — прорезался на общем канале Джонсон. — Группе зачистки — приступить к работе. Разбираем сектора, продвигаемся к главным зданиям. Осмотрите здесь каждый камень, чтоб ни один урод в спину нам не ударил. Штурмовая группа — сейчас идем на соединение с группой «Запад». Зайдем уголовникам в тыл, ударим, откуда не ожидают, поможем Брауну. «Восток» в своей зоне ответственности уже закрепился. Алтай — радиоцентр твой. Бери свою команду и «тяжелых» из прикрытия — и вперед. Только аккуратнее там, парни.

— Слушаюсь! — давно я с такой радостью команды не выполнял. — Скайлер, Руад, Накамура, Сэм — ко мне. Парни из прикрытия, обозначьтесь и ловите инвайт на присоединение к группе. Всем: пополнить боезапас, проверить оружие. Выдвигаемся!

***

Урок с воротами «Вороны» усвоили: все, что можно было отключить от сети, было отключено. И для того, чтобы вскрыть дверь в здание, понадобился не хакерский гений Накамуры, а немного взрывчатки и грубой силы одного из штурмовиков. Вслед за влетевшей внутрь дверью ушла пара выстрелов из одноразовых гранатометов, и только потом внутрь ворвались мы. Лучше бы, конечно, через двери не соваться, но внешние стены здесь такие, что и «Мамонт» не раздолбает, так что пришлось рискнуть. Первым зашел Сэм, закрыв все пространство коридора перед собой силовым щитом — и по ушам тут же ударил грохот его пулемета. Нырнув за ним, я занял позицию за выступом стены и взял на мушку проем, ведущий в следующее помещение.

— Чисто, — буркнул Сэм. — Минус три. Они что, идиоты?

Насколько я понял, называя «Воронов» идиотами, Сэм имел в виду баррикады, сооруженные боевиками в коридоре. Офисные столы, шкафы из тонкого металла, какая-то оргтехника… Подобные «укрепления» не могли защитить ни от пуль, которые прошивали завалы хлама насквозь, ни от плазмы. Про гранаты и вовсе говорить не стоит. Выстрелы из гранатометов разметали хлам по всему коридору, среди перевернутой мебели валялись обугленные трупы. Плазменная граната в замкнутом пространстве — страшная штука, и то, что среди защитников баррикады еще нашлись цели для пулеметчика, можно было назвать не более, чем чудом. Краткосрочным, к сожалению боевиков Слая.

Вот только фишка с гранатами, к сожалению, работает в обе стороны, и потому мне было не до обсуждения тактики обороняющихся. Разрядив подствольник в темноту следующего помещения, я катнул гранату в комнату слева, рявкнул «Бойся!», и, дождавшись взрыва, метнулся вперед.

Отметка на пси-сканере, раскинутом широкой сетью, погасла, но я все равно сначала качнулся в проеме, стараясь охватить взглядом помещение, и только потом на полусогнутых ворвался внутрь. Одновременно со мной в комнату, прикрывая, вошел один из штурмовиков. Быстрый осмотр помещения — чисто. Лишь в углу еще дымящийся труп без головы валяется. Отлично. Работаем дальше.

«Взрывчатка», — знаками показал я штурмовику, обводя стволом воображаемый пролом в стене. Тот кивнул, показывая, что понял, скинул рюкзак, извлек из него несколько зарядов направленного взрыва, и, закрепив их на стене, соединил между собой. Ломиться в соседний зал через дверной проем дураков нет, тем более, я отчетливо вижу на пси-сканере отметки вражеских бойцов и ощущаю их эмоции. Затаились. Ждут. Ну, ждите, сейчас придем.

Короткой отмашкой показав мне, что он закончил, штурмовик отбежал вглубь комнаты. Я последовал за ним, одновременно отбивая текстовый приказ в таксеть. Через секунду пришло короткое подтверждение, и по ушам ударил грохот сразу двух пулеметов: Сэм и второй боец поддержки, закрывшись щитами, пошли вперед. Дождавшись, пока парни пройдут половину расстояния, я достал из подсумка сразу две гранаты, выставил таймер на минимальное время подрыва, и махнул штурмовику.

Взрыв!

Часть стены влетела внутрь в языках огня и облаке пыли. Я тут же отправил в получившийся проем обе гранаты, и ринулся следом, пока прикрываясь уцелевшей частью стены. Гранаты грохнули практически одновременно, и тут же сквозь пробитый проем вкатился я, поливая огнем из стрелкового комплекса отмеченные таргет-трекером цели. Есть! Минус два! Еще трое погибли во время взрыва гранат, а одного, засевшего за стеной как раз в месте подрыва, размазало по всему залу ударной волной и элементами вынесенной стены. Вперед-вперед-вперед!

Быстро «проконтролировав» оба тела, я скользнул в темноту и чуть не нарвался на пулеметную очередь. Выругавшись, пригнулся, пробежал несколько метров и упал на колено за круглой стойкой в центре зала. Рядом со мной, тяжело дыша, «приземлился» Руад, вошедший в пролом следом за мной. А вот штурмовику не повезло. Тяжелый пулемет ударил прямо по нему, защитное поле вспыхнуло и погасло, не выдержав нагрузки. Бронебойные пули вскрыли костюм бойца, как консервную банку, и штурмовик тяжело рухнул на спину, будто в стену на полном ходу впечатавшись. Не жилец. Твою мать, откуда этот пулеметчик взялся вообще, его же не было секунду назад!

— Всем — стоять! — гаркнул я. — Пулемет! В укрытие!

Потянувшись пси-сканером, я выругался. Понятно, мать его, почему я ничего не почувствовал! Турель! Сука! Ладно… Сейчас мы тебя…

— Сэм! — позвал я. — Лови целеуказание! Там турель. Долбани по ней из граника, только осторожно, не высовывайся сильно!

— Принял. Момент.

— Скайлер, Накамура, в зал не входить! — скомандовал я. — Оставайтесь на месте, пока не разберемся с этой дрянью! Всем — акустическую защиту на максимум, занять укрытия, — не думаю, что здесь кому-то напоминать надо, что бывает от взрыва реактивной гранаты в помещении, но мало ли…

— Так точно! — отозвался Хикару. Скайлер что-то недовольно буркнула. Ну еще бы. Привыкла на острие атаки быть. Вот только здесь ей не Инферно, здесь безопасная, мать ее, Зеленая зона. Здесь и убить могут.

— Работаю! — доложился Сэм, фыркнуло, грохнуло, а потом по ушам, даже сквозь активную защиту долбанул взрыв. Вот только безрезультатно: не успела улечься пыль, как пулемет заговорил снова. Сэма, который этого явно не ожидал, едва успели дернуть в сторону. Пули выбили стаккато по бетону, сбивая отделку, и я выругался.

— Хикару, ты видишь турель в сети? — в принципе, я уже знал ответ, но спросить был должен. А вдруг?

— Нет, пулемет в автономном режиме.

Сука!

Я в отчаянии огляделся по сторонам. Черт, что же делать? Каждую минуту, которую мы здесь теряем, противник использует для закрепления в админзоне. Сейчас они приволокли турель, закрытую силовым полем, а дальше что? Штурмовых ботов притащат? Так мы точно до цели не доберемся! Ладно, сейчас разберемся…

— Всем с активными имплантами — оттянуться назад! — приказал я. — Работаю ЭМИ. Сэм, приготовься! После импульса долбани по этой хреновине еще раз!

— Слушаюсь!

Одна за другой две гранаты ушли в сторону турели, и я на секунду ослеп и оглох: Элис отрубила все активные импланты. Хлопок, вспышка — готово! Не успел я отдать команду, как из коридора вылетела реактивная граната и с шипением унеслась вглубь помещения. Взрыв! Я сгруппировался, и, оттолкнувшись от пола, кувырком перекатился за соседнее укрытия, пытаясь спровоцировать турель. Тишина. Слегка приподнявшись, я тут же снова спрятался. Никакой реакции! Хорошо… Ладно, рискнем. Готовый в любой момент рухнуть на пол, я выпрямился во весь рост, чтобы через секунду констатировать:

— Готово. Работаем дальше!

Так, что тут у нас?

За поверженной турелью расположилась большая лепестковая дверь, ныне заблокированная и обесточенная. По идее, можно подать на нее энергию от аккумулятора-пускача, но… Делать этого не стоит. Наверняка на дверь навесили сюрприз, а то и несколько, так что не вариант. Не стоит упрощать работу противнику.

Сосредоточившись на пси-радаре, я просканировал помещение за стеной. Ага. Есть. Шесть отметок. Как и следовало ожидать, держат центральный проход. Ну, придется обмануть их ожидания.

Я сбросил захваченные таргет-трекером цели в отрядную таксеть и тут же отбил приказ. Текстом. Не стоит забывать, что мы воюем с «раскачанным» врагом, напичканным имплантами, а высокоранговые улучшения слуха вполне позволяют уловить голосовые команды за стеной. Энфорсеры подтвердили получение приказа, и, подхватив рюкзак павшего штурмовика, направились к стенам, готовить проломы. Вслух же я скомандовал нечто совсем другое и к выполнению необязательное:

— Сэм, Накамура! Разберитесь с дверью! В темпе! Времени — две минуты.

Вообще, я бы такой, что и эту дверь рванул бы — «сюрприз» при хорошем взрыве непременно детонирует, и даже засевшему в укрытии врагу мало не покажется. Оставить тут пару человек для тревожащего огня, распылить внимание противника, и так далее… Вот только дверь выглядит достаточно серьезно, и тратить на нее взрывчатку лично мне кажется расточительством. Мало ли сколько еще проходов пробивать придется… Так что — обойдемся без нее. Кроме того, у меня есть для «защитников» еще один небольшой сюрприз.

«Готово», — практически одновременно доложились энфорсеры. Хорошо. Сейчас поздороваемся с ребятами…

Я потянулся пси-сканером за стену и оплел его щупальцами каждое «облачко», засеченное трекером. Два, четыре, пять… Черт! Больше не могу! Стоит попытаться взять под контроль кого-то еще, как сразу отпадает один из уже контролируемых бойцов. Предел возможностей, судя по всему. А хватит ли сил на уже захваченных? Теоретически — должно бы, а практически… Ладно, сейчас посмотрим.

«Внимание, приготовились!», — отбил я в чат. «Начинаем по команде».

Прикрыв глаза, я увидел перед мысленным взором все пять щупалец, тянущихся в пустоту, вздохнул, собрался…

— Начали! — гаркнул я, одновременно активируя пси-удар.

Все пять захваченных «облачек» погасли, а я покачнулся и упал на колено. Черт… Надорвался, похоже… Ладно, к дьяволу! Потом пострадаю, сейчас некогда!

Волевым усилием поднявшись с пола, я устремился к проемам, куда уже бежали мои бойцы.

— Бойся! — выкрикнул кто-то из бойцов, одну за другой забрасывая в левый проем пару гранат и тут же отскакивая в сторону. Дождавшись, пока гранаты рванут, процедуру повторил второй энфорсер. Только после второго взрыва Сэм, с пулеметом наперевес, рванул внутрь, окутавшись сиянием силового щита. Оба энфорсера, следуя за Сэмом, как пехота за бронетранспортером, двинулись следом.

Штурмовик с говорящим позывным «Таран» гранатами заморачиваться не стал. Он просто разрядил в темноту соседнего помещения один за одним два одноразовых гранатомета, отбросил использованные трубы и сейчас готовился войти внутрь. За ним пристроился Руад. Хикару со Скайлер явно намеревались последовать его примеру, пришлось их дернуть назад. Накамура слишком ценный специалист, чтобы им так рисковать, а Скайлер… Нет, если вдруг будет необходимость, я не буду против ее участия, но сейчас такой необходимости я не вижу. Так что пусть остаются здесь, держат уже зачищенную территорию и присматривают за коридором сзади. Мало ли.

Сменив магазин, я занял позицию справа от Тарана и хлопнул его по плечу: пошли.

Обе группы вошли в помещение практически синхронно — и тут же попали под шквальный огонь. Те пятеро, которых я «погасил» пси-ударом, оказались лишь малой частью от засевших в помещении боевиков. Оставшиеся нас явно ждали, и, судя по их количеству, часть имела какие-то хитрые импланты, скрывшие бойцов от пси-сканера. Это, однако, неожиданно. И крайне неприятно. Потому что, если бы я заранее знал, насколько силы обороняющихся превосходят наши — я бы запросил подкрепление и подождал с прорывом, пока оно не подойдет. Теперь же отходить назад было поздно% «Вороны» шквальным огнем отрезали нас от проходов. Силовой щит Тарана тревожно мерцал, сигнализируя о перегрузке, и я, не став дожидаться, пока защитное поле окончательно сдохнет, скомандовал бойцам укрыться.

Едва я нырнул за металлический контейнер непонятного назначения, как совсем рядом со мной волчком закрутился ребристый кругляш гранаты. Не раздумывая ни секунды, я пинком отправил его в обратную сторону — и сделал это очень вовремя. Грохнул взрыв, дохнуло жаром, глаза на миг ослепило: неприятель напомнил, что плазменные гранаты есть не только у нас. Черт. Хреново! Нас всего шестеро, а обороняющихся, судя по плотному огню, не меньше пары десятков. Так себе соотношение. И, кажется, наше появление не через главный вход неожиданностью для них не стало. Ублюдки явно хорошо подготовились. И позиции у них не чета тем, что оборудовали себе защитники первой линии.

Судя по разбросанным по залу контейнерам, конвейерной ленте и массивным воротам, ведущим куда-то на внутренние площади административной зоны, мы попали на склад магазина, обеспечивающего игроков на «Полигоне». Часть контейнеров «Вороны» составили в баррикады, кроме того бойцы укрывались среди верстаков и нагромождений оборудования. Ну и они прекрасно ориентировались в обороняемом помещении. В отличие от нас. Сейчас они прижмут нас огнем, продвинутся вперед — и либо закидают нас гранатами, либо просто сомнут, пользуясь численным превосходством.

— Джонсон — Алтаю, — проговорил я в комлинк. — Нужно подкрепление. Нас тут прижали, сами не справимся. Прием.

Майор отозвался не сразу, я даже нервничать начал. Однако отозвался все же. Правда, ничего особо радостного он мне, к сожалению, не сообщил.

— Алтай — Джонсону. Принял. Расчетное время — три минуты. Жди. Продержитесь?

— Три минуты — наверняка. Принял, ждем.

— Конец связи.

Три минуты. Вроде бы небольшой промежуток времени, но это смотря в каких обстоятельствах. Если в таких, как сейчас, так в него и целая жизнь уместиться может.

Огонь со стороны противника ослаб: видя, что мы не пытаемся атаковать, боевики прекратили впустую расходовать боеприпасы. Наступило затишье. Вероятно, защитники совещались. Блин, так они и до эффективного плана по выкуриванию нас из зала договорятся. Не хотелось бы.

— Эй вы, падальщики! — выкрикнул я, одновременно снова активируя пси-сканер. — Вы точно сегодня сдохнуть решили? Хорошо подумали? — так… Сканируем… Один, второй, третий… Тянемся дальше…

— Нахрена оно вам нужно? — продолжил я. — Бросайте пушки и дуйте на выход. Вы нам и даром не нужны. Я сюда за одним конкретным уродом пришел. За Слаем. Я как-то пообещал оторвать ему его тупую голову, и я это сделаю. А вам-то умирать какой смысл?

Так, есть еще несколько отметок. Хорошо. Долбануть бы их пси-ударом, да энергии не густо. Поберечь нужно, она мне сегодня еще пригодится. Черт, не хватает мощи всех удержать… Значит, будем скидывать в таксеть порционно… Держите, парни, разбирайте цели…

— Кому ты там голову отрывать собрался, ушлепок? — прогремел знакомый голос, и сердце пропустило удар. Слай! Слай, мать твою! Здесь! Но… Но как? Не показался он мне тем парнем, который вместе со своими бойцами тяготы и лишения делит, даже искать меня в Инферно зассал, Рэйзера отправил! Или… Хах, пожалуй, понятно. Кажется, кланлидер «Могильных воронов» больше не самый главный петух в этом курятнике, раз вместе с остальными здесь сидит. Значит, корпорат где-то рядом. А Дис? Где эта тварь двуличная, змея подколодная? Здесь, или с корпоратом? Второму — вообще не удивлюсь. Эта скотина к кому угодно в доверие вотрется. Не исключено, что солнцепоклонник в местной иерархии уже повыше Слая будет. Интересно, интересно…

— Ты здесь? — хохотнул я, продолжая сканировать пространство склада. — Надо же! А я думал, ты самостоятельно только мелких бить можешь, а так за спинами своих бойцов прячешься. Во дела! Удивил, ничего не скажешь! Или тебя просто новые хозяева на мороз выставили? Ты больше не любимая жена повелителя? Сочувствую… Ну, может хоть раз мужчиной себя покажешь. Хотя… Куда тебе…

Блин, где же чертово подкрепление? Комлинк молчит, в чате тоже пусто… Пора бы уже.

— Слышишь, ты… — кажется, мне удалось вывести Слая из себя: голос его клокотал от едва сдерживаемой ярости. — Я бы на твоем месте сам застрелился. Не знаю, как ты выбрался из той дыры, но больше я таких ошибок делать не буду. Я займусь тобой лично, и ты, тварь, пожалеешь, что тебя не сожрал туманник. Молись, сука, если умеешь!

В чат упало сообщение, и я усмехнулся, пробежав его глазами. Хорошо… Очень хорошо. Я скинул в тактическую сеть последнюю порцию данных, и приподнялся, готовясь действовать.

— Обязательно! — выкрикнул я, меняя стрелковый комплекс на плазменный излучатель. — Обязательно помолюсь, когда твоей башкой тупой в футбол сыграю!

На карте в тактическом интерфейсе появились две отметки, стремительно приближающиеся к нашей позиции. Я посмотрел на них и удовлетворенно кивнул.

«Внимание, отряд!» — отписал я в чат. «Всем приготовиться. Разбирайте цели по секторам. По моей команде — начинаем».

Я перевел переключатель импульсника в режим веерной стрельбы и улыбнулся.

Ну что же, Слай… Сейчас ты мне за все, сука ответишь!

Глава 23

Земная Федерация, система Ориона. Планета Рапсодия. Зеленая зона. Внутренний периметр административной зоны корпорации «NewVision».

Несколько секунд — и быстро движущиеся в тактическом интерфейсе отметки превратились в нечто материальное: в двух дроидов, вкатившихся в зал стальными шарами. Взвившись в воздух, они развернулись в боевую форму, и, не успев достигнуть пола, открыли огонь. Левый дроид забросал засевших в укрытии «Воронов» гранатами разного типа. Плазма, осколочные, ЭМИ — все вперемешку. Второй ударил веером из плазменного излучателя. Часть вражеских отметок сразу погасла. Приземлившись, дроиды окутались силовыми полями и медленно пошли вперед по проходам, переключившись на пулеметы. Так… Момента лучше уже не будет.

— Отряд — вперед! — скомандовал я. — Давим их!

Подавая пример, я первым выскользнул из-за контейнера, и, метнув приготовленную заранее гранату, на полусогнутых побежал к следующему укрытию. Впереди что-то дернулось, пискнуло оповещение трекера, и я, почти не глядя, полоснул веером плазмы по двинувшейся фигуре. Вспышка, вскрик — отметка погасла. Отлично. Работаем дальше.

Сэм, Таран, Руад и энфорсеры также выдвинулись вперед, перебегая от укрытия к укрытию и ведя безостановочный огонь на подавление. Ну, точнее, укрывались энфорсеры и разведчик, а вот штурмовики танками перли вперед в голубом сиянии щитов, держась параллельно дроидам. Противник явно не ожидавший наткнуться на медленно двигающуюся вперед стену огня, запаниковал. Подсвеченные в интерфейсе фигурки принялись метаться, выскакивая прямо под смертоносный шквал. Дроиды также вносили свою лепту, время от времени снова отрабатывая гранатами. Да. Вот это то, что нужно при штурме — напор и натиск. Враг попросту захлебнулся такой плотностью огня, и единственное, о чем сейчас думали боевики Слая — как уцелеть в этой буре тотального истребления. Идиоты. А я ведь предлагал им сложить оружие…

Движение, поворот, выстрел… Минус один. Прыжок в сторону, перекат, выстрел… В то время, как мои парни вместе с дроидами планомерно уничтожали «Воронов», я старался не отвлекаться на обычных бойцов — если только они вдруг не становились угрозой для меня лично. Мне на боевиков было плевать. О, да! Я шел к своей собственной цели, отмеченной в интерфейсе ярко-оранжевым, и пока еще активной.

Я шел к Слаю.

Собственно, как я и думал: умирать на позициях во благо корпорации лидер «Воронов» не собирался. Периодически отстреливаясь, киборг медленно отступал в глубину склада, прикрываясь силовым щитом и с каждым шагом все ближе подбираясь к массивным воротам, ведущим в глубину административной зоны. Свалить решил, ублюдок? А вот хрен тебе по всей морде! Теперь ты от меня не уйдешь!

Разогнавшись, я перепрыгнул через контейнер, проскользив по нему в подкате, и буквально свалился на голову спрятавшемуся боевику. Секундная заминка, ошарашенный взгляд под прозрачным щитком забрала — и автоматический дробовик в руках «Ворона» пошел вверх. Не дожидаясь, пока боец выстрелит, я выронил импульсник и коротко, без замаха, ударил, одновременно выпуская и активируя энергетические клинки правой руки. Удивление на лице бойца сменилось растерянностью, зрачки расширились, а рот открылся в немом крике. Резким движением стряхнув нанизанное на лезвия тело, я подхватил излучатель и ринулся вперед. Твою мать!

Пока я разбирался с бойцом «Воронов», Слай успел добраться до ворот, и сейчас ждал, пока они поднимутся. Тяжелая створка медленно ползла вверх, и киборг разве что не приплясывал около нее нетерпеливо. Блин! Скотина! Уйдет же!

Я рванулся вперед — и тут же был вынужден отпрыгнуть в сторону. Целая очередь плазмоидов ударила в контейнер позади, разметав его обломки. Взрывной волной меня бросило на пол. Сгруппировавшись, я перекатился, погасил инерцию падения и снова вскочил на ноги. Зар-р-раза!

Темная фигура метнулась мне навстречу, желая, по всей видимости, довершить начатое, я качнулся в сторону и выстрелил навскидку.

Веерный разряд перерубил боевика пополам, верхняя часть тела уже рухнула на пол, а нижняя, все еще не догадываясь, что выше пояса у нее ничего нет, прошла несколько шагов, прежде чем последовать ее примеру. Перепрыгнув через останки, я поднырнул под конвейерную ленту и выругался. Слая больше не было в ангаре, а ворота медленно, но неотвратимо закрывались: до пола оставалось уже меньше метра. Твою мать!

Забросив импульсник за спину, я бросился вперед, забыв о возможной угрозе со стороны «Воронов». Выстрелы, взрывы — все это не важно. А вот если эта тварь сейчас уйдет…

Кажется, для «Воронов» эта выходка оказалась полной неожиданностью. Я отчетливо видел нескольких боевиков, явно не успевших идентифицировать меня, как противника. Вот только долго медлить они не станут: даже самым тугим хватит нескольких секунд, чтобы понять, что, если кто-то выглядит, как враг, и определяется тактическим интерфейсом, как враг, то это, скорее всего, враг и есть. Но я надеялся, что этих секунд мне хватит. И мои надежды почти оправдались.

Силовой щит полыхнул, когда я, что было сил оттолкнувшись от пола, уже скользил на животе к кажущейся совсем узкой щели между створкой ворот и полом. Метр, другой… Сзади что-то взорвалось, и тугая волна буквально вбила меня в оставшийся промежуток, который был настолько мал, что без посторонней помощи я бы, пожалуй, туда и не втиснулся. Что-то из снаряги зацепилось за ворота, я отчаянно дернулся, обрывая ремни, и оказался за воротами на долю секунды раньше, чем тяжелая створка лязгнула о направляющую на полу. Есть! Успел! Вскочив на ноги, я потянул из-за спины импульсник, и выругался, не найдя его: кажется, именно разрядник был той самой зацепившейся аммуницией. Мать твою! Ну, ладно. Чтобы разобраться со Слаем, мне и стрелкового комплекса хватит. Я перехватил оружие, проверил магазин, и, вжав приклад в плечо, шагнул вперед…

… чтобы услышать обезличенный синтетический голос из скрытых в стенах динамиков:

— Внимание! Вы находитесь в административной зоне Зеленой, абсолютно-безопасной зоны. В целях соблюдения безопасности все вооружение дистанционно деактивировано!

Роботизированный голос прервался хриплым хохотом.

— Ну что? Пришел, ублюдок? Рад тебя видеть. Добро пожаловать в ад!

***

— Элис, что за хрень с оружием? — не обращая внимания на голос Слая, быстро спросил я.

— Фиксирую воздействие энергетического поля непонятной природы. Орудие заблокировано. Активация невозможна.

Твою мать! Вот тебе и хваленые технологии! В «Нью Вижн» подстраховались, справедливо полагая, что каждую микросхемку в цифровых блоках, ставшей неотъемлемой частью современного «умного» оружия, никто проверять не будет. А оно вон как… Хорошо хоть, работает, судя по всему, в ограниченном пространстве. Так бы вышло весьма неприятно… Интересно, у «Фениксов» тоже такие ограничители стоят? Ладно, это сейчас не важно. Гребаный Слай… Где же ты, урод?

Скинув ремень стрелкового комплекса, я нагнулся и аккуратно положил оружие на пол. Теперь оно только мешать будет.

— Сюрприз-сюрприз! — продолжали, тем временем, мерзко скрежетать динамики. — Так уж сложилось, что оружие здесь не работает. Никакое, представляешь? Ни стрелковое, ни энергетическое, ни даже гранаты! Очень удачно получается, правда? Ты ведь мне обещал оторвать голову, а не отстрелить, верно? Было бы глупо лишать тебя такой возможности! — Слай откровенно насмехался, и я нахмурился. Что-то здесь не так. Твою мать, он что, не бежал, а намеренно меня заманивал? Похоже на то. Слишком уж хорошо все подготовлено. Вот дерьмо… Впрочем, ладно. Я сам искал встречи с кланлидом «Могильных воронов», и на чьих условиях она произойдет — не суть важно. Главное, что я добрался до этого урода. А то, что легко с ним не будет — так это с самого начала было понятно.

— Что же ты медлишь, Алтай? — продолжал глумиться Слай. — Или ты такой смелый только на камеру? В реальности все не так легко и весело? Где же ты, мальчик? Иди к дяде Слаю, и он отучит тебя говорить на публику слова, которые не сможешь повторить в лицо!

Что он несет? Он под чем-то, что ли? Ну точно… А-стимы же! Понятно теперь, чего ублюдка так понесло. Ладно. Пусть поумничает. Недолго ему осталось.

Я бросил взгляд на тактический интерфейс, и выругался в очередной раз. Дерьмо! Отрезало! Кажется, здесь не только оружие приглушили — связи тоже нет. Черт. А я-то думал, что за непривычная тишина навалилась, аж уши заложило… Комлинк офлайн, чаты офлайн, карта не обновляется… Даже на помощь, в случае чего, не позовешь. Ну, будем надеяться, что и не понадобится.

Я медленно шел по коридору, стараясь держаться подальше от дверных проемов. Если он заманил меня в ловушку, ожидать можно чего угодно. Шаг, еще… Где же он засел, урод? Потянувшись пси-сканером вперед, я слегка замедлил шаг. Так. Вроде бы ощущаю впереди одного человека, но как-то… Смутно. Будто на пределе возможностей сканера. Странно. Больше… Больше, вроде как, никого нет. Хм. Хорошо. Но как-то не верится, что Слай решил один на один биться. Что ж тогда меня ждет впереди? Несколько турелей или штурмовые боты? Не думаю, что администрация Элизиума в этой своей стерильной зоне не оставила для себя лазеек. Дерьмо… Ну, да ладно. Назвался космодесантником — иди штурмовать.

Я резко выдохнул, и дал команду Элис разогнать биоботов до максимума. Что-то подсказывает, что сейчас мне потребуются все ресурсы организма — и свои, и заемные. Потом, конечно, отходняком накроет, но «потом» — неважно. Важно «сейчас».

Шагнув вперед, я вышел из коридора и оказался в большом зале — одном из командных центров административной зоны. На стенах — экраны, в центре зала — большой круглый пульт на несколько десятков рабочих мест, с голографическим проектором в центре. Левая стена — прозрачная. За бронированным стеклом — стартовая площадка. С челноком, украшенным эмблемой «Нью Вижн» по центру. И сейчас, судя по бегающим вокруг фигуркам, челнок как раз готовится к старту. Черт! Корпорат точно там! Получается, Слай прикрывает его бегство на орбиту? Дерьмо… Гребаная глушилка, даже Джонсону не передать информацию!

Послышался характерный звук сервоприводов, и из тени в глубине зала выступил Слай.

С того момента, как я видел его в последний раз, глава «Могильных воронов» несколько… М-м-м… Изменился. Если до этого бионические протезы заменяли главному «Ворону» только руки, то сейчас он весь выглядел, как сраный робот. Кажется, от человека в Слае осталось только туловище, и то… На голой груди тускло переливались металлические вставки, какие-то шланги и кабели обвивая торс, уходили прямо в плоть, зловеще горел красным искусственный глаз, а на полированной пластине, имплантированной в черепную коробку, играли бликами отсветы аварийных ламп. Да уж… Кажется, мой недруг знатно продвинулся в прокачке своей ветки. Его вообще можно еще человеком считать?

Слай поднес к лицу респиратор, резко вдохнул, вжимая кнопку, и отбросил его в сторону. Наркоман хренов! А-стимами по самые брови накачался! Вот дерьмо! Он же сейчас на пике возможностей будет! Ну, ничего. Есть у меня для него сюрприз…

— Ну, здравствуй… Герой… — Слай презрительно скривился и смачно харкнул на пол. — Говорят, ты со мной встретиться хотел сильно? Ну, вот. Я даже встречу организовал. Как тебе, нравится? Правда, это только первый этап. Ну, ничего. Сейчас перейдем ко второму.

Лицо Слая стало вдруг серьезным, и киборг, прекратив кривляться, прогудел уже обычным голосом:

— Активация теневого протокола!

Я внутренне подобрался, ожидая любой подлянки, но ничего не произошло. Хм. Или я чего-то не вижу просто?

По лицу киборга пробежала тень, и он снова повторил, громче и отчетливее:

— Активация теневого протокола!

И тут до меня дошло. Чем более недовольной становилась рожа Слая, тем сильнее меня разбирал смех. Неуместный, бесспорно, но слишком уж забавно выглядел кланлид «Воронов» в этот момент.

— Не работает? — участливо поинтересовался я. — Какая досада…

Блин, спасибо Накамуре и моей предусмотрительности. Если бы не хакер — стоять бы мне сейчас истуканом, да наблюдать, как с меня живого кожу сдирают. Ну, Слай, ну красавчик… Подстраховался! Неужели он меня таким идиотом считал?

Я все-таки прыснул со смеху, и лицо киборга исказила гримаса ненависти.

— Что ж. Ладно. Я тебя и так уработаю! — прорычал Слай, и, заведя руку за спину, достал небольшую, с метр длиной, металлическую трубку, обтянутую кожей. Это еще что за хрень?

Киборг нажал кнопку, и с обеих сторон «трубки» с металлическим звоном выскочили два метровых клинка. Щелчок — и оба клинка окутались голубым сиянием. Ух ты ж блин! Кажется, эти ублюдки не только результаты исследований у Вихо сперли, они еще и в оружейке пошарились… Ну, или с трупов трофеи подняли. Да и хрен с ним. Как бы то ни было, у меня найдется, чем ответить Слаю. Вот только надо ли оно мне, если можно обойтись другими средствами?

Я снова вызвал пси-сканер… И замер. Наверное, у меня сейчас было такое же лицо, как у Слая минуту назад. Несмотря на то, что клан-лид «Могильных воронов» стоял в нескольких метрах от меня, я совсем не ощущал его мозговой активности. Ничего! Ноль! Зеро! Как будто я находился в зале один! Мой взгляд упал на отброшенный в сторону респиратор, и я скрипнул зубами. А-стимы, мать твою! Другого объяснения нет! Гребаная наркота полностью блокировала мозговую активность для пси-сканера. И это значит… Значит, что сюрприза для Слая у меня нет. Твою мать!

Киборг, тем временем, крутнул в воздухе свое оружие, и, хищно осклабившись, шагнул вперед.

— Готовься, урод!

Ладно. План «Б»

Я потянулся назад, и извлек из ножен меч. Щелчок — клинок активирован. Размяв шею, я посмотрел на Слая.

— В эту игру можно играть вдвоем, — усмехнулся я.

— Вдвоем? Вдвоем неинтересно! — вернул мне киборг усмешку. — А вот вчетвером — в самый раз!

Что?

Послышался металлический лязг, двери по обе стороны зала открылись, и из них вышли…

Ти Бэг и Стоун!

Здоровенный штурмовик сжимал в руках меч — огромный, двуручный, где нашел только такой? Скаут поигрывал двумя короткими клинками. Вот дерьмо…

Я потянулся сканером к вновь прибывшим — и выругался про себя. Пустота. Впрочем, неудивительно. Можно было предугадать. По рожам видно — обсаженные по самую макушку. М-да… Интересная, мать ее, побочка… Что ж. Будем играть с теми картами, которые раздали.

— Как удобно вы вместе собрались, — недобро улыбнулся я, делая шаг назад. — Не придется по всей планете вас, уродов, искать. Палмер с Ханом привет передают. Заждались вас уже, поди… Ну, ничего. Скоро вы с ними встретитесь.

Слай прорычал что-то нечленорадельное, и бросился вперед.

Глава 24

Земная Федерация, система Ориона. Планета Рапсодия. Зеленая зона. Внутренний периметр административной зоны корпорации «NewVision».

Первый же удар киборга едва не достиг цели — я даже не ожидал такой прыти от здоровяка. Кланлид «Могильных воронов» взвился в воздух, замахиваясь своим оружием и нанес чудовищный удар сверху. Я отпрыгнул в сторону в последний момент, и, вместо того, чтобы разрубить меня от макушки до паха, клинок врезался в пол, высекая из него бетонную крошку. Приземлившись, киборг на миг потерял равновесие, но контратаковать мне не дали: слева на меня с ревом набросился Стоун. Его меч больше походил на заточенный сплющенный рельс, я даже не пытался блокировать удар. Вместо этого я присел, пропуская светящуюся железяку над головой и попытался ударить сам. Не вышло. Стоун с завидной для такой туши ловкостью, отпрянул — а мне снова пришлось уходить в сторону, потому что на меня тут же насел Ти Бэг.

Скаут, в отличие от обоих штурмовиков, был со мной в одной весовой категории, однако никакого преимущества мне это не давало — скорее, наоборот. Быстрый и юркий, он орудовал клинками с потрясающей ловкостью, я от такого напора даже опешил. Отмахиваясь мечом, я на миг взглянул в глаза Ти Бэгу, и вздрогнул: пустые, ничего не выражающие… И лицо абсолютно бесстрастное. В биороботах и то больше человечности. Серьезно его держит, ничего не скажешь. Что-то осмысленное в глазах скаута промелькнуло, лишь когда я отбросил его назад хуком левой — но мне уже стало не него: я был слишком занят тем, что пытался увернуться от сплющенного рельса в руках Стоуна. Уходя от удара, я крутанулся, рубанул наотмашь — и отскочил, под возмущенный рев штурмовика. Мне все же удалось его достать! Правда, не так серьезно, как хотелось бы. Лезвие меча рассекло плечевой щиток бронекостюма и совсем слегка резануло плоть. Тем не менее, ревел Стоун белугой — правда, скорее от ярости, ибо боли под А-стимами он, по идее, ощущать не должен. Дьявол, да что же они такие шустрые?

Я отпрыгнул назад, и едва успел увернуться от удара Слая. Мать вашу, да как же вы меня достали!

«Динамическое балансирование! Концентрация! Распределение фокуса!».

Не успел я отдать Элис команду, как мир вокруг меня выцвел, привычно уходя в монохромную палитру. Черт! А это еще что такое? Противники замедлились, но не замерли вовсе. И это удивляло, потому что обычно «Концентрация фокуса» действовала несколько иначе. Это что, получается, они с такой скоростью двигаются? Да что за херню они в эти А-стимы мешают?

Кажется, я начинал по-настоящему злиться. Мной овладевала та самая, нужная, качественная злость, которая придает сил и заставляет мобилизовать все ресурсы организма. А еще — стимулирует работу офигевшего от воздействия адреналина мозга.

Выбросив вперед левую руку, я активировал бустер. Гравитационная волна ударила в грудь Ти Бэгу, оторвала скаута от пола и швырнула в стену. Я же, используя инерцию бустерного выхлопа, развернулся вокруг своей оси, присел, и, перехватив меч обеими руками, наотмашь рубанул подвернувшегося под удар Стоуна.

По моей задумке, лезвие должно было перерубить ногу штурмовика чуть ниже бедра, окончательно выводя его из игры: даже добивать не пришлось бы, артериальное кровотечение само б справилось. Однако в последний момент Стоун бросил вниз руку, пытаясь то ли прикрыться, то ли отразить удар… С предсказуемым результатом. Меч прошел сквозь металлизированную ткань костюма, кожу, мышцы и кость, как раскаленный нож сквозь масло. Отрубленная кисть отделилась от тела, в пол ударила струя крови… Однако, вместо того, чтобы заорать от боли и выйти из игры, штурмовик, оскалившись, ринулся вперед и замахнулся своей оглоблей.

Да блин, они что, вообще ничего не чувствуют?

Шагнув вперед и в сторону, я оказался за спиной Стоуна. Чтобы не тратить драгоценные секунды на разворот, перехватил меч обратным хватом и резко ткнул назад. Есть! Лезвие легко преодолело едва заметное сопротивление плоти и вошло до середины. Все еще держась за рукоять, я развернулся и пинком снял тело штурмовика с меча. Стоун по инерции пробежал несколько шагов и с грохотом завалился вперед. Готов. Минус один.

Иконка «Концентрации фокуса» в интерфейсе мигнула и погасла. Заряд кончился. Впрочем, толку с нее… Если обычных бойцов за время действия способности я успевал чуть ли не десяток нашинковать, то с этими обдолбышами «Концентрация» практически не давала мне преимущества. Кажется, А-стимы очень сильно недооценивают. Не удивлюсь, если в основе лежит какая-нибудь экспериментальная разработка «Сай-Фай Медикл», которую обкатывают на Полигоне, а наркотик в нее добавлен исключительно для того, чтобы «подсадить» подопытных и заставить принимать препарат снова и снова. Ни один боевой коктейль такого эффекта не дает! Впрочем, сейчас и шашни «Нью Вижн» с «Сай-Фай Медикл», и явная незаконность этого эксперимента мне до лампочки. Тут бы живым остаться.

Кажется, Слай понемногу выдыхался. А вот Ти Бэг уже успел вскочить на ноги и снова пошел в атаку. Что ж. Кажется, у меня вырисовывается стратегия дальнейшего боя.

Скаут обрушился на меня настоящим ураганом, и некоторое время я был занят исключительно тем, что отражал его удары — о том, чтобы контратаковать сейчас даже речи не было. В отличие от Слая и Стоуна, которые размахивали своим оружием, как грабители в подворотне — обломками труб, Ти Бэг явно умел фехтовать. А учитывая, что мой уровень владения холодным оружием был примерно на том же уровне, что у штурмовиков «Воронов», приходилось мне туго. Один из ударов уже срезал с меня наплечник, второй едва не располосовал щеку… Проклятье, кто бы мог предположить, что моя жизнь может зависеть от умения размахивать силовыми железяками? Знал бы — с детства б тренировался. Но увы, увы… Ладно. К дьяволу! Будем импровизировать!

Отшатнувшись от скаута, я подбросил меч, перехватил его за рукоять горизонтально и сделал то, на что никогда не пошел бы настоящий мечник — на манер копья швырнул свое оружие в Ти Бэга. Отбивая летящий клинок, скаут раскрылся всего на секунду — но этой секунды мне хватило.

Вновь активировав концентрацию фокуса, я подпрыгнул и с разворота ударил Ти Бэга ногой, одновременно запуская ножной ускоритель. Прямой в голову, усиленный ударом гравитационной волны, сбил скаута с ног, отбросив в сторону и заставив выронить клинки. Не обращая внимания на метнувшегося ко мне Слая, я оттолкнулся от пола и прыгнул вперед, замахиваясь для удара.

Нужно отдать скауту должное: удар он держал прекрасно. Даже валяясь на полу в нокдауне, Ти Бэг умудрился выставить блок, пытаясь закрыться. Вот только он не учел один фактор: бить я его собирался не кулаком. Звякнули выскочившие из перчатки клинки, вспыхнуло сияние силового поля — и лезвия пробили предплечье скаута, прибивая его к полу. Зрачки Ти Бэга расширились, он дернулся, пытаясь сбросить меня, но я уже замахнулся второй рукой.

Удар!

В этот раз скаут умудрился не просто выставить бесполезный блок, но и отвести мою руку в сторону, так, что удар, нацеленный в грудь, пришелся в плечо. Ти Бэг же в это время изо всех сил извивался, пытаясь захватить меня ногами.

На пол упала огромная тень, и я рванулся в сторону, инстинктивно понимая, что именно сейчас произойдет. Перекатившись на спину вместе с нанизанным на лезвия скаутом, я поднял его перед собой, прикрываясь будто щитом. Глаза Ти Бэга широко распахнулись: секунду назад, лежа на спине, он видел, что именно собирается делать нависший над нами Слай. Скаут открыл рот, намереваясь что-то выкрикнуть, но было уже поздно.

Размахнувшийся для смертельного удара киборг не успел остановить свое оружие. Клинок вонзился в спину Ти Бэга, вышел из груди и неминуемо прибил бы меня к полу, не извернись я в последнюю секунду. Бок обожгло болью, я зарычал, и, подтянув ноги к груди, что было сил распрямил их, толкая умирающего скаута навстречу киборгу.

Слай, не ожидавший такого хода, пошатнулся, теряя равновесие, и я использовал этот момент, чтобы перекатившись через плечо вскочить на ноги.

Бок резануло болью, в плечо впились иглы инъекторов, но дожидаться, пока подействует обезболивающее мне было некогда. Слай, отшвырнув безвольное тело скаута, снова был готов к бою. Я кинул быстрый взгляд на меч, лежащий в нескольких шагах от киборга, и поморщился. Ладно. Будем работать с тем, что есть.

Взревев, киборг бросился вперед — и дальше времени на то, чтобы думать и оценивать ситуацию у меня не было.

Невзирая на громоздкость фигуры, двигался Слай со скоростью, поддерживать которую без «Концентрации фокуса» я мог лишь на пределе сил. Активировать концентрацию сейчас я не мог: биоботы бросили все силы на регенерацию организма, и шкала энергии неумолимо просаживалась. Приходилось обходиться собственными силами, а их, если откровенно, оставалось не так уж и много.

Оружие в руках Слая превратилось в гудящее колесо, уже несколько раз я был на волосок от серьезного ранения, успевая отпрянуть в последнюю секунду. Один из ударов срезал гранатный подсумок, еще один прорезал перчатку, оставив на ладони глубокую, кровоточащую царапину. Киборг медленно, но уверенно теснил меня к стене зала, намереваясь зажать там и нашинковать на десяток маленьких Алтаев. Однако я с таким раскладом был категорически не согласен: ощущать себя цельной во всех отношениях личностью как-то приятнее. Нужно срочно что-то менять.

Отскочив в сторону после очередного выпада киборга, я едва не упал, споткнувшись о некстати подвернувшееся кресло. Или кстати? Схватив кресло за спинку, я крутанулся вокруг своей оси и запустил его в Слая.

Нанести киборгу хоть сколько-нибудь заметный ущерб таким образом я даже не надеялся, но время выиграть удалось. Слай с рыком разрубил кресло, на миг замедлившись, я же улучил момент, и собрав оставшиеся силы, рванул вперед и в сторону, обходя киборга с фланга.

Слай развернулся, вскидывая свое оружие, но я не собирался его атаковать. У меня была другая цель. Перемахнув через пульт, я кувыркнулся через голову, подхватил валяющийся на полу меч и вскочил на ноги, поворачиваясь к киборгу. Что ж. Уже получше. Хотя бы немного шансы уравнял. Главное, чтоб восстановилась шкала энергии. Действие стимулятора подходило к концу, и двигался киборг все медленнее — хотя все еще слишком быстро для обычного человека.

Слай прыгнул вперед, размахнулся — и наши клинки слились в одно сплошное пятно. Разрезаемый воздух гудел и вибрировал, от клинков при столкновении сыпались искры, и малейшая ошибка со стороны любого из нас могла привести к неисправимым последствиям.

И привела. К счастью — не меня.

В какой-то момент Слай покачнулся, теряя равновесие, и мой встречный удар, направленный на парирование выпада, пришелся не на клинок его оружия, а на древко, соединяющее два лезвия. Послышался сухой треск, и сияние вокруг клинков погасло. Слай отпрыгнул в сторону, посмотрел на две половинки оружия в своих руках, и ощерившись, снова ринулся на меня.

— Я тебя, сука, и так на запчасти разберу!

Вот только у меня было другое мнение по этому вопросу.

В руках Слая сейчас был не один, а целых два клинка, но роли это не играло никакой абсолютно. Без подачи энергии от силового генератора это были не более, чем заточенные железяки, которые не могли мне нанести практически никакого вреда. Пойдя на сближение, я легко отбил левый клинок в сторону, укоротив его вполовину, подставил под удар правого предплечье, и, отбросив меч, ударил Слая кулаком в грудь.

Одновременно выпуская лезвия.

Силовые клинки вошли в плоть, попутно перебив несколько кабелей и трубок — и киборг сразу обмяк и замедлился. Развивая успех, я ударил левой, снова вбивая лезвия по самую перчатку. Слай заорал, и дернулся вперед.

Удар головой едва не заставил меня потерять сознание — и это несмотря на то, что я был в шлеме. Киборг захрипел и схватил меня за голову обеими руками.

Для того, чтобы оторвать голову Рэйзеру во время финального боя за звание «Стража Предела», мне пришлось изрядно поднапрячься — но, тем не менее, мне тогда это удалось. Слай же многократно превосходил меня по силе, а, если учесть его многочисленные усиления… Сейчас меня, по всей видимости, спасало лишь то, что, перебитые при ударе трубки отвечали в организме киборга за что-то важное, и он не мог действовать во всю силу. Однако, даже невзирая на это, я чувствовал, что скоро попросту потеряю сознание от нарастающей с каждой секундой боли. Стиснув зубы, я провернул клинки в ране и рванул руки в стороны, разрывая киборгу грудь.

Хватка ослабла. Слай издал удивленный звук, а потом я почувствовал, что меня больше никто не держит. Сквозь скачущие перед глазами пятна, я смог рассмотреть удивленное выражение, с которым киборг уставился вниз. Я опустил взгляд, и вздрогнул.

Развороченная грудь киборга представляла собой страшное зрелище. Разорванные внутренние органы, вывернутые наружу ребра… Сложно было даже представить, что вообще может до сих пор поддерживать жизнь в этом изуродованном теле. Слай качнулся и упал на колени, одной рукой опершись о пол. Сняв шлем, я бросил его на пол, сглотнул и шагнул в сторону — за мечом.

— Я тебя предупреждал, — хрипло проговорил я. — Ты — следующий. Ты не поверил. Зря.

Встав сбоку от Слая, я взял меч обеими руками, коротко размахнулся и ударил. Отрубленная голова с деревянным стуком ударилась о пол. Вслед за ней на плиты тяжело опустилось изуродованное тело.

— Я всегда выполняю свои обещания, — прохрипел я, нагнувшись, чтобы вытереть меч об одежду поверженного врага. — Всегда.

***

Вернув меч в ножны, я оглядел устроенное мной побоище и попробовал понять, что я чувствую. Выходило так, что, в основном, досаду. Не так я видел возмездие, совсем не так. Обдолбанные уроды отделались слишком легко. Даже Слай. Я бы предпочел, чтобы умирая, твари чувствовали боль каждой клеточкой своего тела. Разве что для Ти Бэга сделал бы исключение. Там, в Мидлтауне, по нему явственно видно было, что происходящее ему не по душе. Даже буркнул что-то извиняющееся, уходя. Что, конечно, не снимает с него вины… Ладно. Что-то меня не туда понесло… Главное, что эти ублюдки мертвы.

За спиной послышался звук открывающейся двери, и я резко развернулся, выхватывая меч из ножен. Однако, увидев, кто стоит в проеме, медленно опустил его, не веря своим глазам.

— Марго?

Да. Это, безусловно, была она. В оранжевом комбинезоне заключенного, перепачканном какой-то дрянью, исхудавшая, с грязными волосами, свисающими неопрятными лохмами, ссутулившаяся, глядящая в пол — но это точно была наша снайперша. Увидев, во что превратилась девушка, пышущая свежестью и жизнелюбием даже в суровых условиях Полигона, я стиснул зубы, и зло покосился на изуродованный труп Слая. Будь у меня возможность, я бы сейчас с удовольствием воскресил его и убил снова. Медленно и мучительно. Урод…

— Марго!

Я шагнул вперед. При звуках моего голоса девушка подняла голову и посмотрела в мою сторону невидящими глазами. Что, блин, они с ней сделали?

Марго несмело, будто разучившись ходить, шагнула со ступеньки в зал, и медленно волоча ноги, двинулась в мою сторону. Я не выдержал и бросился ей навстречу.

Однако что-то заставило меня остановиться, едва преодолев половину расстояния. Что-то неуловимое, на самой грани сознания. Что-то знакомое, что-то непонятное…

— Опасность! — «проснулась» Элис, и в ту же секунду Марго, оказавшаяся вдруг очень близко, в каких-то пяти метрах от меня, резко вскинула голову, ошпарив меня взглядом абсолютно черных зрачков.

— Стань… частью… РОЯ!!!

Оттолкнувшись от пола, девушка прыгнула, а за ее спиной расправились до поры спрятанные шесть суставчатых паучьих лап.

Твою мать! Я отпрыгнул в сторону, и Марго — то, чем стала Марго — приземлилась на все четыре конечности, растопырив в стороны лапы-клинки. Крутанувшись на месте, тварь бросилась в мою сторону, а я… А я снова отпрянул в сторону, чувствуя, как потеют руки в перчатках.

Даже понимая, что от Марго ничего не осталось, понимая, что ее личность вытеснена инопланетной мразью, засевшей в мозгу девушки, я не мог заставить себя поднять меч.

— Стань! Частью! Роя!!! — голос сорвался на визг, уходя в ультразвук такой силы, что мне захотелось бросить оружие и прижать руки к ушам. Дерьмо…

Новый бросок — и я едва успел уклониться. Черт, я так долго не продержусь! А! К дьяволу!

Я поднял меч в положение к бою, когда тварь снова прыгнула, презрев все законы физики, стремительно преодолела разделяющее нас немалое расстояние и врезалась мне в грудь. Удар оказался такой силы, что я не устоял и рухнул на спину. Руку с мечом будто стиснули тисками и приложили о бетон. Зашипев от боли я выронил меч. Тварь нависла надо мной, прижав к полу, распяв на бетоне, раскрыла рот в хищном оскале, демонстрируя длинный раздвоенный язык и зубы, острые, как иглы. Паучьи лапы за спиной пришли в движение, согнулись, готовясь к удару… Еще миг, и…

— Ах ты мразь!

Смазанное движение, мощный пинок — и сидящую на мне тварь будто сдуло. Перед глазами мелькнуло огненно-рыжим росчерком, загудел, завибрировал воздух, разрезаемый синим сиянием, и тварь заорала. Дико, отчаянно, как смертельно раненое животное. Резкий выдох, взмах — и крик оборвался.

Я перевернулся на живот, оперся о пол и кое-как поднялся. Меня потряхивало, и это не было последствием удара.

— Тебя вообще ни на минуту одного оставить нельзя, да? — голос Скайлер звучал, как всегда, ехидно и насмешливо. Девушка стояла над подрагивающим в агонии телом и брезгливо смотрела на темную, липкую жидкость, покрывающую лезвие глефы. — Стоило отвернуться — ты уже с какой-то дамочкой зажимаешься…

— Замолчи.

Видимо, прозвучало в моем голосе что-то такое, что даже Скайлер поняла — сейчас не время зубоскалить. Девушка внимательно посмотрела на меня, перевела взгляд на труп твари, и вдруг замерла.

— А… Это…

— Да, — я мрачно кивнул. Лицо Скайлер стало серьезным, она покачала головой и тихонько протянула:

— Понимаю…

И в этот момент стены дрогнули, по ушам ударил гул, и я, резко развернувшись к панорамному окну, выругался.

— Сука! Сука! Сука!!!

Не в силах больше сдерживаться, я изо всех сил ударил кулаком по пульту. Челнок с эмблемой «Нью Вижн», балансируя на реактивных струях, медленно поднимался над стартовой площадкой.

«Могильные Вороны» выполнили свою задачу. Корпорат улетал. И я ничего не мог с этим сделать.

И что-то мне подсказывало, что на борту он был не один.

Гребаный солнцепоклонник ушел. Туда, где я никак не смогу до него дотянуться. При всем желании.

Глава 25

Земная Федерация, система Ориона. Планета Рапсодия. Зеленая зона. Внутренний периметр административной зоны корпорации «NewVision». Административное ядро, командный центр.

Зачистка оставшихся зданий административной зоны заняла совсем немного времени. Как я и предполагал, Слай, Стоун и Ти Бэг были последним бастионом, прикрывающим погрузку и отбытие корпоратов. После боя за склад ядро административного комплекса перешло под полный контроль «Группы Феникс», а когда «Вороны» и примкнувшие, пытающиеся выжить под ударами группировок «Юг», «Запад» и «Восток», собственными глазами увидели старт челнока, стали затухать и оставшиеся очаги сопротивления. Боевики готовы были сражаться за возможную эвакуацию с Рапсодии, а как только стало понятно, что их использовали и оставили здесь умирать, заключенные стали складывать оружие целыми отрядами. «Мамонты», броневики с автоматическими пушками и самодельные огнеметы, смонтированные на вездеходах, оказались весьма убедительными аргументами. Не последнюю роль сыграло и исчезновение Слая с командного канала — очень уж гладко оно увязывалось со стартом орбитального челнока. И разубеждать бойцов в том, что эти события имеют друг к другу весьма опосредованное отношение никто не торопился.

Впрочем, «сложить оружие» в данном случае, скорее, фигура речи. Ксеносы отступать не собирались, даже наоборот, усилили натиск, и сейчас те, кто еще час назад изо всех сил пытались уничтожить друг друга, плечом к плечу сдерживали напор инопланетной нечисти. «Могильные вороны» и «Фениксы», «Буревестники» и «Дети Черной Луны», изгои и одиночки… И чего с самого начала было грызться, спрашивается? Пауки в банке, мать их…

Я в зачистке зданий участия не принимал, хоть и рвался. Однако Скайлер выступила решительно против, усадила в кресло и занялась моими ранами. Я повозмущался-повозмущался, да и затих. Состояние, как физическое, так и моральное, было сильно так себе, а проверить здание и без меня было кому. Скайлер, проникшая в командный центр через вентиляцию, разблокировала шлюз, и уже через несколько минут помещение наполнилось деятельной суетой. Техники «Фениксов» засели за пульт, переключили на себя систему видеонаблюдения и корректировали сейчас штурмовые группы, медики занялись ранеными… Обезоруженные «Вороны», что предпочли смерти сдачу, скучковались у дальней стены отдельной группой под присмотром пары энфорсеров, и исподлобья поглядывали на деловитых наемников — и на тела своих офицеров, которые пока никто не озаботился убрать. Я, голый по пояс, сидел в кресле и ждал, пока Скайлер закончит с моими ранами.

Девушка сноровисто промыла рану в боку, достала из подсумка медицинский степлер и принялась стягивать края раны. Каждый щелчок этого адского инструмента сопровождался вспышкой боли, и, как следствие, моим злобным шипением. На которое Скайлер, конечно же, не обращала никакого внимания.

— Да хватит уже дергаться! — прикрикнула на меня девушка. — Тоже мне, герой! Потерпеть две минуты не может!

Мне очень захотелось отвесить девушке подзатыльник, но делать я этого не стал — во-первых, не в моих правилах, а во-вторых — Скайлер уже спрятала степлер и достала футляр с хирургическими иглами. А давать подзатыльник человеку, который сейчас будет тыкать в тебя иглой — не самое умное решение.

Скайлер вставила в иглу нить и наклонилась над раной. Я сжал зубы и отвернулся. Все же не самое приятное зрелище, как ни крути.

Пока девушка занималась мои боком, в зале появился Сэм. Покрутив головой, разыскивая меня, увидев, кивнул и быстрым шагом подошел.

— Парня нигде нет, — покачал головой штурмовик. — Ни живого, ни мертвого.

Я нахмурился.

— Это точно?

— Точно. Мы здесь каждый закоулок обшарили. Нашли еще нескольких «Воронов», что спрятаться пытались, кучу оружия, несколько баб… Кхм, женщин, которых взаперти держали и… Кхм, пользовали… Там сейчас медики работают. Парня нет нигде точно. Разве что… — Сэм отвел взгляд.

— Что? — у меня нехорошо засосало под ложечкой.

— В одном из отсеков нашли тела… Много… Корпораты. Их расстреляли тупо. Там куча целая тел, растаскивать надо… Может…

— Не может, — отрезал я, и в моем голосе лязгнула сталь. — Скайлер, ты скоро? — я чуть было не вскочил с места, забыв о том, что девушка занимается моей раной.

— Заканчиваю, — не очень-то довольно ответила девушка. Сделала последний стежок, закрепила нитку, и, убрав футляр, достала тюбик с биоклеем и перевязочный пакет. Залила рану поверх шва, приложила тампон и закрепила его пластырем.

— Закончила. Надеюсь, ты понимаешь, что тебе сейчас не стоит делать резких движений и, уж тем более, снова включать героя и бежать кого-то убивать?

Я лишь отмахнулся. Рана, по факту, пустяковая, закрыла ее Скайлер качественно, а остальное сделают биоботы. Несколько часов — и как новый буду. Ерунда. А то, что побаливает — не смертельно, потерпеть могу.

Встав, я, не одеваясь, взял со стола меч и порывисто шагнул к пленным. Увидев меня, те притихли, некоторые вроде, как, даже головы в плечи вжали. Ну да, несложно провести параллели между напластованными трупами и полуголым раненым чуваком с окровавленным мечом в руках.

— Я сейчас задам вопрос, а вы на него ответите, — негромко, но максимально убедительно начал я. — И ответите честно, если не хотите присоединиться к ним, — я кивнул в сторону трупов. — Парень. Зовут Трикс. Хакер. На вид — шестнадцать-восемнадцать лет. Был при Слае. Где он сейчас?

Пленные переглянулись, и один из них, невысокий блондин с изуродованным шрамом лицом шагнул вперед.

— Перед началом штурма он помогал готовить челнок к запуску. Корпорат и этот, второй, с Гелиоса, его при себе держали. Если нигде нет, значит с собой забрали.

— Где он был, когда расстреливали корпоратов?

— Здесь, — тут же ответил боец. — Занимался подготовкой к старту на центральном пульте.

— Угу, — я задумчиво кивнул. — Хорошо… Спасибо, — кивнув пленному, я задумчиво вернулся в кресло.

Этот Миллер — редкая тварь, похуже ксеносов будет. Как понимаю, приказ о расстреле коллег отдал он сам. Чистит свидетелей. А Дис, получается, с ним. Примазался, как я и думал. Гнида… И сейчас они, получается, на орбите. Вместе с Триксом. Внимание, вопрос: на кой черт корпорату понадобился хакер на орбитальной станции, набитой техническими специалистами? И как он объяснит появление там уголовника с Рапсодии?

Вопросы, на самом деле, риторические. Ответа я на них не получу. Дерьмо. Что же делать?

Досадливо морщась от боли в боку, я принялся снова облачаться в броню. Слай, ублюдок, попортил одежку. Надо как-то починить, что ли… Жалко, хороший костюм.

Мысли путались, и я пытался зацепиться за рутину, чтобы не погрузиться в пучины депрессии и безысходности. Все последнее время я жил штурмом Элизиума, спасением Марго и Трикса, и что в итоге? Марго мертва, Трикс там, где мне до него не дотянуться, и даже смерть Слая не принесла желанного удовлетворения. В конце концов, кто такой Слай? Так, досадная помеха на пути. Да, эта мразь доставила мне массу неприятностей, из-за его ублюдков погибли парни — близнецы Марк и Стэн, Эверест, Мираж, Рэй… Но, если начистоту, я с ними и знаком-то не был толком. Жалко, да, хорошие парни. Однако я не раз терял боевых товарищей. Основным моим мотивом было все же спасение Марго и Трикса. И… Да. Месть Дису. Именно этот мелкий ублюдок изувечил мою жизнь, убил мою невесту, отправил меня на Полигон и здесь вел двойную игру. Именно он спланировал убийство Блайза, Мэг, «Стальных сердец» и прочих. А Слай… Так, пешка, которую сыграли втемную. А теперь… Сука! Хоть на батуте до орбиты прыгай…

Я сжал зубы, сдерживаясь. Это пока в зале никого не было, можно было по пульту кулаком лупить, а сейчас спецы «Фениксов» не поймут. Кстати, о спецах…

В зале появился усталый и мрачный Накамура. Огляделся, кивнул и решительным шагом направился ко мне.

— Узел связи — металлолом, — пробурчал японец, усаживаясь в свободное кресло.

— Надеюсь, ты имеешь в виду, что он невероятно примитивен и вскрыть его тебе не составило труда, — буркнул я, на самом деле ни на что не надеясь. Если уж началась лавина, странно думать, что она не сметет все на своем пути.

— Нет. Я имею в виду именно то, что говорю. Узел связи уничтожен, — еще ни разу я не видел Накамуру таким серьезным и… Злым? Да, пожалуй.

— То есть все это — зря? — протянул стоящий рядом Сэм. — Весь этот гребаный бросок, штурм… То есть, мы проиграли? Нас в любом случае накроет бомбами?

— Джонсону это не понравится, — невесело усмехнулся Руад.

— Это никому не понравится, — я вздохнул. — Но я неоднократно интересовался у присутствующих наличием более подходящего плана — но его почему-то никто не предложил.

На некоторое время в командном центре повисла тишина, прерываемая только скупыми командами технарей, корректирующих пехоту у стен периметра.

— Получается, Элизиум наш, но толку с этого… — проговорил Сэм.

И в этот момент в динамиках, скрытых в пульте, зашипело, затрещало, и по ушам ударил вой помех, сквозь которые пробился чей-то голос.

— Парадайз… Орбита, я — Парадайз! Мэйдэй, мэйдэй! Код — красный! Повторяю — код — красный! Я не знаю, сколько мы продержимся! Запрашиваю разрешение на эвакуацию! Повторяю — запрашиваю разрешение на немедленную эвакуацию! Запра…

Сигнал оборвался, а весь наш отряд синхронно вскочил на ноги.

— Что это? — рявкнул я, подскакивая к ближайшему технику. — Что это было, мать твою?

Рука в перчатке так стиснула плечо парня, что он зашипел от боли и дернулся, пытаясь освободиться. Я опомнился и убрал руку.

— Сигнал поймали, — ответил техник, с гримасой массируя плечо. — И… Потеряли. Вот пытаемся снова поймать.

— Парадайз? — повернулся я к Накамуре. — Какой еще, к дьяволу, Парадайз?

— Ближайшая к нам зеленая зона, — ответил японец. — Элизиум, Хэйвен, Эдем и Парадайз. Так администрация назвала безопасные зоны Полигона.

— И у них есть связь, правильно понимаю?

— Ну, если сигнал идет — то есть, — пожал плечами японец, и вдруг встрепенулся. — То есть…

— То есть на планете есть еще один узел связи, с которого мы можем связаться с флотом! — выпалил я на одном дыхании. — Насколько близко расположен Парадайз?

— На самом деле — далеко, — скривился Накамура. — Но есть один вариант… Если с поездом все в порядке, то…

— С каким еще поездом? — я впился взглядом в инженера. Далеко, близко… Какая, на хрен, разница? Узел связи Парадайза еще работает, а значит, там остались люди. И… Если они запрашивают разрешение на эвакуацию — значит, у них есть, на чем эвакуироваться!

Еще один челнок. Еще один гребаный челнок, на котором можно добраться до орбиты. Туда, куда свалил Дис, прихватив с собой Трикса.

И, если это так — то какая, к дьяволу, разница, насколько далеко или близко расположен Парадайз?

Я до него доберусь в любом случае.

***

Земная Федерация, Система Ориона. Флагманский крейсер «Протектор». Капитанский мостик.

Эскадра шла к Рапсодии вторые сутки. До выхода на орбиту планеты оставались считанные часы. И чем ближе был час «икс», тем серьезнее и собраннее становились люди на мостике. Даже вечный балагур Шоу сейчас выглядел максимально сосредоточенным. Капитан Баллард с невозмутимым лицом принимал доклады.

— «Гром» — системы в норме, — на экране визора вытянулся молодой офицер — помощник капитана эсминца — корабля сопровождения эскадры. — Первая и третья эскадрильи в боевой готовности, вторая и четвертая — в повышенной. Мощность реактора — пятьдесят процентов, экипаж на местах.

— Хорошо, «Гром». Как только выйдем на орбиту, выпускай охранение. Нам не нужны сюрпризы, — кивнул Баллард. — «Разящий», что у вас?

— Системы в норме. Атмосферные бомбардировщики готовы. Орбитальные бомбардировщики готовы. Бомбовая загрузка полная, тип — согласно протоколу «Зачистка». Реактор — пятьдесят процентов, экипаж на местах согласно боевому расписанию.

— Спасибо, «Разящий». Жди дальнейших указаний. «Ямато»?

— Системы в норме. Модули «Разрушителя» готовы, идет накачка основного орудия. Мощность реактора — восемьдесят пять…

— Отставить накачку главного орудия, — тихий, но уверенный голос перебил капитана планеткракера «Ямато». — Снизить мощность реактора до шестидесяти процентов и ждать дальнейших распоряжений.

— Сэр? — на лице капитана «Ямато» появилось непонимающее выражение. Впрочем, как и на лице капитана Балларда. Развернувшись вместе с креслом, он, нахмурившись, уставился на контрразведчика, появившегося, как всегда, тихо и незаметно.

— Файрстоун? — Баллард вскинул бровь. — Вы, кажется, что-то перепутали. При всем уважении, но эскадрой командую я.

— Уже нет, — Файрстоун покачал головой. — Вы должны были вскрыть конверт, который вам вручили перед отходом, только прибыв на орбиту Рапсодии, но я решил сэкономить нам время и ресурс реактора «Ямато». Ознакомьтесь, капитан.

Баллард покосился на контрразведчика, потом снял с шеи цепочку и приложил ключ-карту к едва заметной выемке на командирском пульте. Чуть слышно пикнуло, мигнул зеленый светодиод, послышался щелчок. Подтвердив доступ, капитан набрал на клавиатуре замысловатый код, и в командирском пульте открылась невидимая до этого момента дверца. Капитан достал из сейфа конверт, посмотрел на него, как на готовую укусить змею, и решительным жестом распечатал. Бегло прочитал, нахмурился, и перечитал еще раз. После чего решительным жестом отключил связь с остальными кораблями эскадры и пристально посмотрел на Файрстоуна.

— Это… Это что?

— Это специальное задание Совета Федерации, Баллард. Не бунт, не восстание, не переживайте. Я ни в коем случае не претендую на абсолютную власть над эскадрой, но прямо сейчас бомбить Рапсодию мы не станем. Ибо мое задание — прежде всего.

— И… В чем оно заключается? — капитан до сих пор не мог поверить в прочитанное, но конверт он получил лично из рук командующего Шестым флотом, лично же убрал его в сейф, и сомневаться в его подлинности не приходилось.

— Я пока не готов об этом говорить напрямую. Скажем так… Мне нужно кое-что выяснить. А немедленная бомбардировка планеты, еще и с использованием планеткракера не способствует этому заданию. Для начала — готовьте разведывательные зонды. А там… А там посмотрим.

Глава 26

Земная Федерация, система Ориона. Планета Рапсодия. Зеленая зона. Внутренний периметр административной зоны корпорации «NewVision». Административное ядро, подземные этажи.

Створки грузового лифта с лязгом закрылись, платформа вздрогнула и пошла вниз.

— Все Зеленые зоны Полигона соединены сетью подземных тоннелей, — Накамура вышел в центр, подвесил над полом голограмму, выведенную с деки, и проводил последний инструктаж. — Изначально хотели использовать гиперлуп, но отказались от этой идеи из-за дороговизны проекта. В итоге остановились на обычных скоростных поездах. Конечные пункты — под командными центрами каждой их административных зон. Поезда использовались для транспортировки ценных грузов, перевозки персонала, а также рассматривались, как запасное средство для эвакуации, в случае, если взлет с какой-либо из стартовых площадок окажется невозможным. Полеты летательных аппаратов над Полигоном ограничены по очевидным причинам: флайер или челнок могут попасть в магнитную аномалию, либо оказаться сбитыми механоидами или ксеносами. Даже заброска туристов осуществлялась преимущественно на вездеходах. Нужно быть очень состоятельным человеком, чтобы позволить себе сафари с воздуха.

— Можно подумать, подземелья тут безопасны, ага, — усмехнулся Сэм, пытаясь разместить на раме экзоскелета одновременно пулеметный короб и баллоны с зажигательной смесью для ручного огнемета.

— До начала вторжения считались безопасными, — пожал плечами Хикару. — Не забываем, что, по официальным данным, ксеносов на Рапсодии оставалось не больше двух процентов от изначального количества. Идем дальше. Расстояние от Элизиума до Парадайза — шестьсот километров. В нормальных условиях покрывается на поезде за сто восемьдесят минут.

— Это в нормальных, — снова влез Сэм. — А когда ты здесь последний раз нормальные условия видел?

Японец вздохнул.

— Можно без комментариев? В конце я обязательно попрошу задать вопросы, а сейчас позволь мне закончить.

Пулеметчик что-то неразборчиво пробурчал, и Накамура продолжил.

— Поезда активируются специальным кодом с устройств старшего персонала корпорации. Благодаря Алтаю у нас есть такое устройство, и сложностей с этим возникнуть не должно. Если колея уцелела — мы запустим поезд и через три часа окажемся в Парадайзе.

— А если не уцелела? — снова не выдержал Сэм.

— А если не уцелела — то, соответственно, не окажемся! — начинающий закипать Накамура даже голос повысил. — Диагностика проводится непосредственно из кабины поезда. Если пути повреждены, то мы об этом узнаем еще до начала движения. Катастрофы можно не опасаться.

Кто-то засмеялся, и я покачал головой. Да уж. «Катастрофы можно не опасаться» — это точно не про Рапсодию. Такое ощущение, что Закон Мерфи здесь стал не философским, а физическим, и, если что-то на Полигоне может пойти не так — оно так и делает. Впрочем, хочется верить в лучшее, да.

— Если вопросов больше нет, я передам слово Алтаю, — проговорил японец. — Он доведет основную задачу.

Вопросов не оказалось, и я вышел в центр платформы.

— Как вы уже знаете, радиоузел Элизиума выведен из строя, и связаться отсюда с орбитой мы не можем. Однако час назад техники поймали сигнал бедствия из Парадайза. И, если тамошние связисты с перепугу не научились транслировать мысли на расстоянии, это означает, что там радиоузел уцелел. При этом Парадайз осажден ксеносами. Информация о том, удалось ли тварям проникнуть в административный комплекс, отсутствует, но мы будем исходить из того, что удалось. Наша задача — добраться до Парадайза, прорваться в административное ядро и закрепиться внутри. После чего взять радиоузел под контроль и связаться с флотом. Сразу после выхода из лифта считаем, что находимся на зараженной территории — камеры на подземных этажах не работают, никакой информации о противнике нет. Можем встретить как «Могильных воронов», так и тварей. Вопросы?

— Что со связистами в Парадайзе? — спросил один из бойцов. — Каков их статус?

— Статус любого, кого мы встретим по пути — по ситуации, — ответил я. — Но прошу запомнить одно. Это не спасательная операция. Нам нужен радиоузел. Каждый, кто будет препятствовать овладению командным центром — враг. Это ясно?

— Так точно!

— Хорошо.

— Разрешите обратиться, сэр! — вперед выступил один из «Фениксов», худощавый энфорсер с бегающими глазами.

— Разрешаю, — я кивнул.

— Что с путями отхода? Если узел связи заблокирован ксеносами, какова вероятность того, что нам удастся вернуться к поезду?

— Крайне низкая, — хмыкнул я. — Ты серьезно считаешь, что, заполучив единственный на этой планете радиоузел, способный связаться с флотом и предотвратить апокалипсис, мы ограничимся отправкой одного сообщения? Нет. Мы вцепимся в него зубами, если нужно — выроем в бетоне окопы, и будем держать его, пока не убедимся, что нас услышали, нас поняли, с нами согласились. А дальше… А дальше будем действовать по обстоятельствам.

Лифт дрогнул, и остановился. Я снял с плеча излучатель, взял его наперевес и первым шагнул к выходу.

— Все, парни. Работаем!

***

Сказать, что Джонсону не понравились новости о разрушенном радиоузле — значит, не сказать ничего. Только благодаря вмешательству Хикару и Руада, как старших офицеров, майор дал добро на вылазку в Парадайз. И сначала даже усиление придавать не хотел. Однако, остыв, все же выделил десяток бойцов — только потому что вместе со мной вызвались идти Руад, Сэм, Хикару и, как ни странно, Таран — один из штурмовиков, вместе с которым мы «вскрывали» административную зону. Если на меня со Скайлер майору было плевать, то о своих людях он беспокоился. И вот, спустя полтора часа споров и сборов, мы спускались в подземную часть Элизиума. Черт. Надеюсь, гребаный поезд на месте, и нам не придется пилить шестьсот километров на какой-нибудь дрезине.

Створки лифта лязгнули и поползли в стороны. Я припал на колено, держа на прицеле проем. За моей спиной выстроились «Фениксы» — также в полной готовности. Если сейчас за воротами окажется враг, ему не поздоровится.

Однако на площадке у лифтовой никого не было. Я активировал пси-сканер, вытянул «щупальца», проверил пространство — никого. В гребаных подземельях радиус действия способности оказался значительно снижен, но за то, что пространство метров на двадцать вокруг нас пустынно, я, пожалуй, мог поручиться.

Тем не менее, расслабляться не стоило. Уже были на моей памяти случаи, когда сканер сбоил. Способности способностями, но лучше уж верить глазам. Поднявшись с колена я вышел из лифта, поводя перед собой стволом, и, лишь убедившись в полной безопасности площадки, дал команду на выход остальным.

— Отряд, вперед. Я ведущий, за мной Сэм и Таран. Скайлер, Накамура — в центре. Таран — замыкаешь. Остальным — не толпиться, держать сектора. На потолок тоже посматривайте. Твари любят устраивать сюрпризы. Пошли!

Я активировал режим ночного видения и двинулся вперед.

Морфы тут были, однозначно. Возможно, давно, но были. Иначе сложно объяснить следы от пуль на стенах и пятна коричневой слизи на полу. Это плохо. Если здесь шел бой с тварями, значит, изоляция тоннеля нарушена, и наткнуться здесь можно на что угодно. Не хотелось бы, если честно. Десяток-другой стражей в замкнутом пространстве из нас фарш сделают. Лучше бы спокойно добраться до поезда и свалить отсюда. Если этот поезд здесь вообще есть, да.

Шаг за шагом, метр за метром… Сканер все так же показывает пустоту, в темноте — тишина и покой. Никаких шорохов, никакого движения. Только легкий сквознячок несет едва различимый запах гнили и сырости. Черт. Хоть бы твари поезд не раскурочили…

Чем дальше я шел, тем сильнее меня охватывало беспокойство. Едва различимое, затаившееся где-то в самом дальнем уголке сознания. Что-то я забыл. Что-то я не учел. Дерьмо. Самое отвратительное ощущение — когда кажется, что не подумал о чем-то очень важном, а о чем именно, понять не можешь.

Поворот коридора, и я едва удержался от восклицания. Радостного, к счастью. Поезд был на месте. По крайней мере, головной вагон я видел четко. Большой, обтекаемый, с темными щелями бронированных окон. Ну, уже что-то…

— Вижу поезд, — пробормотал я в комлинк. — Сейчас — внимательно.

Коридор разошелся в стороны, и мы оказались на перроне. Погрузочная площадка, кран-балка, повисший над пустой платформой… Да. Визуально — порядок. Головной вагон, второй — пассажирский, третий — та самая платформа, и четвертый — большой грузовой контейнер.

— Накамура, — позвал я. — Как узнать, на ходу ли эта штуковина?

— Попасть внутрь, — пожал плечами японец. — Но сначала нужно подать питание на рельсы и проложить маршрут. Это вон там, — Хикару показал на кабинку, закрепленную на стене. К кабинке вела лестница. — Там пульт управления краном, освещением и прочей хренью.

— Знаешь, как с этим управляться?

— Догадываюсь.

— Хорошо. Возьми пару человек и разберись с этим. Руад! Таран! Организуйте досмотр вагонов! Сэм, Скайлер, остаетесь со мной, общий контроль.

Бойцы рассыпались по перрону.

Накамура с сопровождением добрался до кабины, быстро вскрыл ее, без лишних церемоний высадив замок из дробовика, и через несколько секунд в тоннеле вспыхнули прожекторы. Свет больно ударил по глазам и я выругался.

— Накамура, твою разэдак! Предупреждать надо же!

Технический специалист, блин! Хорошо еще, что ноктовизоры у нас адаптивные, так бы получили сейчас полтора десятка ослепленных бойцов, и привет. Бери, хоть голыми руками.

— Виноват, — буркнул японец. — Поспешил.

— Впредь не спеши, пожалуйста, — проворчал я.

— Головной вагон — чисто, — пришел доклад от Тарана.

— Пассажирский вагон — чисто! — Руад.

— Платформа — чисто! — еще кто-то из бойцов.

— Контейнер — хрен его знает, — недовольно пробурчал кто-то из наемников. — Тут заблокировано все и опечатано. Печати «Вест Армор».

— Тебя беспокоит сохранность имущества корпоратов? — ехидно поинтересовался я. — Вскрывай!

— Да я…

— Контакт на девять часов! — выкрикнул кто-то, и тут же тишина лопнула треском пулеметных очередей.

— Стражи, мать их! Из тоннеля идут! — пришел еще один доклад, и через секунду в тактическом интерфейсе вспыхнули отметки целеуказания. Много отметок. Дерьмо!

Я активировал сканер, и едва не захлебнулся от потока чуждых эмоций. Помимо стражей, я отчетливо различал сигнатуры большого количества скорпиксов и нескольких бурдюков-кислотников. Бодаться с таким воинством в тесном тоннеле, располагая полутора десятками человек, пусть даже отлично вооруженных и подготовленных? Нет, увольте. Особенно учитывая, что задачи «стоять насмерть» не было. Вот мы и не будем.

— Накамура, что с поездом?

— Поезд в порядке. Пути в порядке. Заканчиваю прокладку маршрута.

— Заканчивай резче, и в кабину! Внимание, отряд! Отходим к поезду! Прикрываем Накамуру! Готовимся грузиться!

— Готово! — крикнул японец.

— В кабину — пулей! — рыкнул я. Впрочем, Хикару подгонять не потребовалось — за меня это прекрасно делали ксеносы, часть которых уже появилась на дальнем конце перрона.

Я вскинул излучатель, поймал двух самых прытких стражей, явно замысливших десантироваться с потолка нам на головы и сбил их несколькими короткими очередями. Накамура промчался мимо меня, юркнул в поезд…

— Хикару! — снова закричал я. — Через сколько мы поедем? — на самом деле фраза должна была звучать как-то типа «доложи, сколько времени тебе понадобится на то, чтобы запустить силовой агрегат состава и подготовить его к старту», но времени на словоблудие не было. К счастью, японец меня понял правильно.

— Минута максимум!

— Отлично!

Минута… Много это или мало? В зависимости от ситуации, на самом деле. Ничтожно мало для скучающего бездельника, например… И нереально много для отряда, сдерживающего превосходящие силы противника. Мне вот лично показалось, что прошла целая вечность, прежде чем Накамура прокричал «Готово». За это время перрон завалило трупами ксеносов, из наших, к счастью, никто не пострадал, но это пока. Вот еще через минуту на расстояние удара подойдут бурдюки, и тогда…

— Грузимся! — не надеясь на комлинк, заревел я, срывая глотку и пытаясь перекричать грохот полутора десятков стволов, на который накладывался вой проснувшегося силового агрегата поезда. — По вагонам, быстро!

Меня услышали. Первой внутрь заскочила Скайлер — молодец, девочка, понимает, что мало чем тут помочь может, только подставляется. Потом в пассажирский вагон принялись по одному забираться «Фениксы». Сэм, Руад и Таран медленно отступали, продолжая вести огонь и сдерживать тварей. Я перевел импульсник в режим стрельбы одиночными, и, положившись на Элис, дающую мне целеуказание и упреждение, сбивал со стен и потолка охамевших стражей. Вот в поезд нырнул Руад, Тяжело протиснулся в двери Сэм…

— Командир, давай! — крикнул Таран, ведущий огонь сразу из двух пулеметов — ручного и закрепленного на плече, со смарт-модулем. Я спорить не стал: Таран сейчас однозначно эффективнее меня. Забросив импульсник за спину, я заскочил в вагон, достал из подсумка пару шоковых гранат, и, активировав замедлители, швырнул их на перрон.

— Таран, пошел!

Поезд сдвинулся с места, и бронированному штурмовику пришлось втискиваться в темный тамбур буквально на ходу. Его наплечный пулемет при этом продолжал вести огонь, ориентируясь на отметки в тактическом интерфейсе.

— Да быстрее же!

Гигант выдохнул, пытаясь уменьшиться в размерах, каким-то чудом протиснулся в вагон, и тут позади взорвались гранаты.

Вопли ксеносов, ослепленных вспышкой и оглушенных ультразвуком, перекрыли даже нарастающий вой двигателя. Высунувшись, я дотянулся до дверей и, с грохотом их захлопнув, привалился к стене, облегченно переводя дух. Звук двигателя сразу будто отрезало и по ушам ударила непривычная тишина. Фуф, все. Вырвались. Твою мать… Прав был я, когда думал, что без сюрпризов на Полигоне не бывает. Ну, ушли целыми, и то хорошо. Надо только Джонсону сообщение отправить, пусть обратит внимание на подземелья. Как бы твари вверх не пробрались…

Звонко хлопнув по наплечнику все еще переводящего дух Тарана, я открыл дверь вагона и пошел к пульту управления, за которым, сосредоточенно глядя на дисплей сидел Накамура.

Поезд, разрезая темноту мощными прожекторами, летел вперед, неся нас в очередной филиал ада. Сто восемьдесят минут на передышку — и снова в бой. Сто восемьдесят минут… Непозволительная роскошь. Можно даже поспать, наверное…

Дьявол. И все-таки — что же я забыл?

Глава 27

Земная Федерация, система Ориона. Скоростной поезд где-то в подземных тоннелях Рапсодии.

Поспать так и не удалось. Чем больше я пытался погрузиться в сон, тем сильнее меня грызло чувство тревоги. Что за хрень? Предчувствие, что ли? Чуйка та самая работает? Чего-то нужно опасаться? Но чего? Нихрена непонятно.

Внезапно поезд остановился. Толчком меня едва не выбросило из кресла, излучатель отлетел куда-то в сторону, свет моргнул и погас. Я вскочил на ноги и принялся озираться по сторонам. Ночное видение отрубилось, пси-сканер сдох, едва я попытался его активировать. Элис молчала. Что за дерьмо?

— Накамура! Что, твою мать, происходит?

Тишина.

— Скайлер? Сэм? Руад!

Никого.

Да что же это такое?

С трудом различая предметы, я практически на ощупь двинулся вперед. Мозг будто парализовало, мысли едва ворочались. Что случилось? Почему остановился поезд? Куда делись все, кто был со мной в вагоне? Хрень какая-то…

Нажав на ручку, я открыл двери и оказался в тамбуре. Тишина. Пустота. Черт. Да что ж за фигня происходит-то? Сжав зубы, я открыл вторую дверь, ведущую в соседний вагон — и отшатнулся.

За дверью стояла Марго. Такая, какой я увидел ее в последний раз, Со свернутой набок головой, едва держащейся на лоскутах мышц перерубленной шеи, с изувеченным ударами глефы телом… Девушка посмотрела прямо на меня залитыми тьмой зрачками и похотливо облизнула посиневшие губы. Я закричал и отшатнулся назад, со всего маху врезавшись во что-то мягкое.

Обернувшись я замер.

Позади стоял Эверест, полностью перекрывая проем могучими плечами. Стоял молча, придерживая руками собственные внутренности, норовящие вывалиться из распоротого живота. Левый глаз вытек, часть скальпа отсутствует, в черепе зияет дыра, оставленная ударом какой-то твари… Черт… Я почувствовал, что задыхаюсь, метнулся в сторону и рывком открыл дверь тамбура.

Прыжок. Бетон ударил в подошвы, и я рванул вперед, стараясь оказаться как можно дальше от поезда. Я бежал не разбирая дороги — разобрать которую в темноте все равно не представлялось возможным. Метнулся в какую-то дыру, побежал по узкому, ветвящемуся тоннелю…

Движение справа. Я резко повернулся на звук, остановившись готовясь отразить нападение — и замер. Из бокового ответвления выскочил Мираж, оседланный тварью, пробившей туловище разведчика хитиновыми клинками. Вскрикнув, я отпрыгнул, едва не упав. В последний момент меня подхватила чья-то крепкая рука. Надо мной склонилась фигура, темнота будто стала менее плотной и я сумел рассмотреть своего спасителя. Блайз. Сталкер с раздавленным горлом и сломанной шеей смотрел на меня с укоризной. Будто бы спрашивая: почему ты меня не спас?

Извернувшись всем телом, я вырвался из хватки и побежал. Вперед. Быстрее. Прочь отсюда, от этого кошмара, от страшных призраков, неведомо как оказавшихся здесь.

Впереди замаячил выход, откуда-то сверху сочился свет. Я ускорился из последних сил, выкладываясь так, как не выкладывался никогда в жизни.

И, когда до вожделенного выхода оставались считанные метры, навстречу из темноты шагнула она..

Скайлер.

Вместо рыжих косичек и дредов из головы девушки росли шевелящиеся змеи, за спиной покачивались огромные паучьи лапы с зазубренными клинками, глаза были полны черноты, а рот — острых, как иглы, зубов.

— Иди ко мне, Алтай! — прошептала Скайлер. — Иди! Ко мне!

— Но… — прохрипел я, — но… ты же живая!

— И ты будешь жив, Алтай! Иди ко мне, и мы станем одним целым. Станем частью большего… Станем… Частью… РОЯ!!!

— Нет! — лязгнули клинки, и я ринулся вперед, замахиваясь для удара…

***

— Алтай! — девичий крик ударил по ушам и вырвал из липкого забытья. Я распахнул глаза и вздрогнул.

Я стоял посреди ярко освещенного вагона, поезд все так же мчался вперед. В глазах Скайлер, оказавшихся вдруг очень близко, плескался смертельный ужас. Я опустил взгляд и замер.

Выпущенные клинки переливались сиянием силового поля в каком-то миллиметре от горла девушки.

— Черт… — клинки с щелчком втянулись, я шагнул вперед, пытаясь обнять девушку, но она отшатнулась.

— Прости… — я помотал головой. — Дерьмо… Дрянь какая-то привиделась…

— Ты меня чуть не убил! — голос девушки чуть не сорвался на крик.

— Я… Я не хотел!

— Ты чуть не убил меня, тупой ублюдок! — вскрикнула девушка, и ее рука потянулась за спину — туда, где была закреплена глефа.

— Скайлер…

— Отойди от меня, кретин! — голос Скайлер сорвался на визг, она отпрыгнула, и выхватила свое оружие. — Пошел к дьяволу!

— Я…

— Эй, ты чего, совсем охренела? — прорычал Руад, вскидывая оружие и наставляя его на Скайлер. — Ты, ксенопоклонница, мать твою!

— Руад, спокойно! — от слов разведчика у меня волосы на голове зашевелились.

— Хрена «Руад»? — прошипел разведчик, и, выхватив свободной рукой пистолет, вдруг направил ствол мне в голову. — Хрена «Руад», выскочка долбанная? Думаешь, забил башку майору, и мне сможешь? Я знаю, что ты с тварями заодно! Решил, что сможешь просто так завести нас прямо к ним в логово? Да хрен тебе по всей морде, урод!

Твою мать! Что здесь вообще происходит?

Лязг затвора — и в наступившей тишине отчетливо послышался звук раскручивающихся стволов пулемета. Сэм, заняв позицию в голове вагона, с безумным выражением лица готовился открыть огонь и изрешетить нас всех.

Дерьмо!

Действуя скорее по наитию, чем осознанно, я запустил ментальный сканер, обвил щупальцами сигнатуры своих соратников и активировал пси-удар, ослабив импульс настолько, насколько только мог.

Разряд!

Головы всех присутствующих синхронно дернулись. Скайлер покачнулась и упала в кресло за спиной, Руад выронил оружие и схватился за голову, а Сэм, остановив пулемет, припал на колено и тряс башкой, словно носорог, сослепу врезавшийся в дерево..

— Что за… — прохрипел Руад. — Что за хрень? Я же только что готов был убить вас обоих!

Скайлер, бледная, как сама смерть, молча деактивировала глефу и отбросила ее в сторону.

— Что… Это… Было… — выдавил Накамура. Только сейчас я обратил внимание, что японец повис на рычагах управления, удерживаясь на них из последних сил. — Я… Я чуть курс не поменял. В тупик… — Хикару выпрямился, повернулся и смотрел на меня круглыми от ужаса и удивления глазами. — Я едва нас всех не угробил! Что за…

И в этот момент в соседнем вагоне послышались выстрелы. Я выругался и бросился к двери.

— Пси-воздействие! — буркнул я на ходу. — Какая-то тварь дурит нам головы! Держитесь за мной — и присматривайте друг за другом! Почувствуете неладное — зовите. Где Таран?

Ответ на вопрос нашелся сам, вместе с пулеметной очередью, разбившей стекло дверей и хлестнувшей по вагону. Я повалился на пол, дергая за собой Скайлер, остальные сыпанули в стороны. Активировав сканер, я потянулся к Тарану — и выругался. Я не чувствовал его, точно так же, как не чувствовал Слая, Ти Бэга и Стоуна в командном центре. Что-то защищало его разум. Думаю то же, что и держало его под контролем. Дерьмо…

Пулеметчик, стоя в дверях второго вагона, продолжал методично поливать пространство перед собой длинными очередями. Благо, вести огонь осознанно и прицельно ему что-то явно мешало. Но если я собирался что-то предпринять — стоило уже начинать, потому что вечно так тупить он точно не будет.

— Сэм, Руад! — позвал я бойцов. — Попробуйте отвлечь его! Скайлер, Накамура — укройтесь.

— А ты?

— А я попробую нейтрализовать нашего спятившего друга, — я прикинул последовательность действий и засуетился, снимая рюкзак и сбрасывая разгрузку. Так… Один из подсумков пристегнуть прямо к костюму, он мне пригодится, меч — долой. Излучатель и стрелковый комплекс — тоже. Только мешать будут. Дальше… Граната, скотч… Готово!

— Алтай! — Я обернулся на зов. Накамура.

— Чего тебе?

— Не убивай его!

Я хмыкнул.

— Если бы я хотел его убить…

Японец кивнул и скрылся из виду.

Если бы я хотел убить Тарана — хватило бы одного залпа из импульсника. Но здоровяк не виноват в том, что какая-то дрянь забралась ему в голову и забила ее дерьмом. А значит нужно постараться обезвредить его, не навредив наемнику.

Из соседнего вагона продолжали звучать выстрелы. Остальные наемники продолжали с кем-то воевать. С кем-то… Я хмыкнул. Разве что с собственными демонами. Ладно. Нужно действовать.

Останься у меня шоковые гранаты — все было бы просто. Швырнуть в проем, ринуться следом, вырубить, скрутить… Но, во-первых, последние две гранаты я использовал на перроне, а во-вторых… Не, наверное, просто все равно не было б. В замкнутом пространстве вагона по нам тоже долбанет так, что мама, не горюй. Кто кого еще вырубил бы. Что ж. Будем использовать, то, что есть.

Я сделал знак Сэму, засевшему напротив, и штурмовик, кивнув, приготовился. Активировав щит, он вскочил над креслами — чтобы через секунду рухнуть назад. Таран, заметив движение, перенес огонь в ту сторону, и я, воспользовавшись тем, что пулеметчик отвлекся, вскочил на ноги, одновременно дергая на себя ручку аварийного открытия окна.

Сработало!

Окно со скрежетом ушло вниз, а в вагон ворвался вой двигателя. Не дожидаясь, пока Таран отреагирует на новый раздражитель, я резко выдохнул, отгоняя прочь дурные мысли, и прыгнул вверх и в сторону, одновременно активируя силовые лезвия. Усиление! Динамическое балансирование! Концентрация!

Не будь у меня способностей, подаренных биокомпьютером, фокус бы не удался. А так…

Изящно изогнувшись, я вылетел в окно поезда, в чернильную темноту тоннеля, и, взмахнув рукой, ударил перед собой, изо всех сил надеясь, что Элис в компании с биокомпом рассчитали мои движения правильно, и сейчас я делаю все именно так, как нужно. Тело подхватил мощный поток воздуха, пытаясь швырнуть в сторону, но силовые клинки уже высекли искры, вошли в металл крыши, как в масло, и я отключил силовое поле. Меня тут же рвануло, прикладывая о вагон и выворачивая руку, но главное было сделано — я держался! Обесточенные лезвия прочно засели в металле, удерживая вес моего тела. Отлично! Еще одно безумие удалось! Теперь нужно развивать успех.

Взмахнув второй рукой, я активировал лезвия на ней и всадил их в крышу. А потом деактивировал. Подтянулся на руках, приготовился, напрягся… Активация, взмах, удар, деактивация! Есть!

Попеременно активируя-деактивируя клинки, я выбрался на крышу мчащего вперед поезда. Встречный поток так и норовил сорвать меня с поезда и размазать о стены тоннеля, но я упрямо полз по крыше к тамбуру. Внутри все так же садил пулемет, окна второго вагона озарялись вспышками излучателей — кажется, там парни схватились всерьез. Черт. Успеть бы…

Метр, другой, третий… Через минуту я добрался до нужного места, и, перегнувшись через край, посмотрел вниз.

Да, так и есть. Прямо подо мной дверь тамбура. Стекло — прочное, бронированное… Ну, как прочное? Все же подземный поезд, здесь, теоретически, защищаться было не от кого. Представить себе ксеноса, способного догнать поезд, мчащий со скоростью двести километров в час, я не мог. Так что броня здесь была хоть и высокого класса защиты, но танковому триплексу явно уступала. И я знал, как ее вскрыть.

Достав из подсумкам заранее заготовленную гранату, я расправил полоски скотча, превращая их в подобие снежинки, выставил замедлитель на пять секунд, и, опасно свесившись с крыши, прилепил гранату к окну.

Назад…

Взрыв!

Сквозь вой поезда и воздушного потока, не оставляющего попыток сбросить меня под колеса, взрыв гранаты прозвучал несерьезным хлопком. Стекло расцвело узором трещин, а я выдохнул, развернулся, и, вбив лезвия в крышу над самым краем, прыгнул вниз, выбрасывая вперед ноги и активируя концентрацию фокуса.

Удар — и в брызгах разбитого стекла я влетел в тамбур. Почуявший неладное Таран дернулся в мою сторону, но развернуться в тесном пространстве с тяжелым пулеметом в руках — задача нетривиальная. Нырнув вперед, я подпрыгнул, и с размаху вбил бронированный кулак в голову пулеметчика.

Будь Таран в шлеме — фокус бы не удался. Однако впереди было три часа бездействия, и штурмовик оставил шлем в вагоне. Лучше б он там пулемет оставил, блин! Как бы то ни было, удар достиг цели. Штурмовик охнул, обмяк и медленно сполз на пол.

— Отбой, свои! — крикнул я, махнув рукой в проем. — Готово! Вы как?

— Нормально, — пробурчал в комлинк Сэм. — Только на башку будто давит что-то, блин…

Твою мать.

— Элис, — обратился я к нейросети, между делом обезоруживая и связывая штурмовика его же ремнями — Мы можем как-то использовать ментальный щит для защиты ребят?

— На данный момент такой функционал отсутствует, — отозвалась нейросеть. — Но можно попробовать использовать пси-сканер… Если попробовать перенаправить потоки…

— Элис, твою мать! Можем или нет? — как всегда, получив интересную задачу, нейросеть принялась разглагольствовать, прикидываю теоретическую часть. А меня сейчас интересовала исключительно практика.

— Попробуем. Захватите всех, кого хотите прикрыть, пси-сканером, босс!

— Сейчас, секунду… Есть! — я нашел сигнатуры товарищей и набросил на них «щупальца».

— Активирую ментальный щит… Перенаправляю поток… Готово!

— Что?

— Они под защитой.

— Сэм, как ты? — окликнул я пулеметчика.

— Слушай, отпустило! — радостно отозвался тот.

— Угу… Хорошо… Элис, как долго будет действовать щит?

— Пока вы будете удерживать отряд сканером, щит будет действовать. Хочу заметить, что это влечет за собой повышенный расход энергии…

— Хрен с ней, с энергией. Элис! Мне не хватит концентрации одновременно держать ребят и разбираться с тем дерьмом, что дурит им голову!

— Я могу переключить процесс на себя, босс…

— Уж будь добра!

— Готово!

— Отлично. Держи до дальнейшего распоряжения. Предупреди, когда энергия уйдет в желтую зону.

— Слушаюсь, босс.

Так. Теперь, когда отряд под защитой, надо разобраться с теми, кто едет в следующем вагоне. Ну-ка…

Я выпустил еще пару отростков пси-сканера и попытался нащупать что-то во втором вагоне прямо сквозь двери. Безрезультатно. Попробовал усилить чувствительность… И мне будто по рукам дали!

Ментальный удар чуть мои собственные щиты не сковырнул, я отшатнулся и выругался. Зараза! Вот это приложило так приложило… На пару секунд даже пси-способности «отсохли». Но, хвала богам, быстро вернулись обратно и нейросеть снова выстроила щит.

— Элис, что вообще происходит? — кажется, у меня появилась минутка на вопросы. Все равно нихрена не понятно, так что кидаться в омут, очертя голову, не вариант. — Что за тварь нас кошмарит? Откуда? И почему я себя нормально чувствую, только дичь какая-то снилась, когда задремал?

— Босс, у вас высокий ранг пси-способностей, поэтому тварь не может на вас воздействовать. Только во время сна, когда основная часть мозга спит, защита ослабевает. Я учла эту ошибку, босс, такого больше не повторится.

— Хоть что-то радует, — буркнул я себе под нос, заработав пару косых взглядов от соратников, скучковавшихся за спиной. Опомнившись, снова перешел на внутренний диалог. — Откуда она взялась?

— Я думаю, дело в контейнере «Вест Армор». Контейнер экранированный, и воздействие твари слабое. Чем дальше от контейнера — тем слабее. Потому в головном вагоне было так легко освободить от него ваших товарищей. Остальные были ближе и попали под плотный контроль. Что же до происхождения твари… Босс, я не уверена на сто процентов, но, по сигнатурам она очень схожа с той, что мы встретили на станции обслуживания моста в Инферно.

— Что??!

Я не самый трусливый парень, но при упоминании пси-твари из подземелий Инферно меня бросило в холодный пот. Твою-то мать…

— Хикару, — я повернулся к японцу. — Скажи, ты можешь дистанционно отцепить контейнер?

***

Дистанционно отцепить контейнер Хикару не мог.

Таран, лупя из пулемета, разворотил панель управления, и то, что он не повредил ничего критичного — просто чудо. Однако дистанционного управления сцепкой мы лишились. А значит что? А значит, придется идти вперед и отцеплять контейнер самостоятельно. При одной мысли об этом делалось нехорошо. Дерьмо…

Ладно. К дьяволу! Если не отцепить грузовой вагон… Я не смогу долго защищать и себя, и товарищей, у меня попросту закончится энергия. А что будет, когда щиты упадут — представить несложно. Успею я всех нейтрализовать, как нейтрализовал Тарана? Не факт. Да и тащить эту дрянь за собой — в принципе не вариант. Что ж. Значит, нужно действовать.

Зато теперь понятно, что я ничего не забыл. Чувство тревожности было вызвано отголосками пси-воздействия. Ох и сильна же тварь! Даже через экранированный вагон и ментальные щиты пыталась меня кошмарить! Страшно подумать, что будет при прямом контакте. И именно потому нужно этот контакт не допустить. Все! Погнали!

— Руад, Сэм — со мной! — скомандовал я. — Заходим в вагон, Сэм прикрывает нас щитом, мы идем вперед. Бойцы в вагоне под пси-контролем дряни, что сидит в грузовом вагоне. Наша задача — отцепить контейнер. Бойцы, скорее всего, постараются не дать нам этого сделать. Я попробую их вырубить, но не уверен, что получится. Так что — по обстоятельствам. Только имейте в виду: от того, сумеем ли мы избавиться от контейнера, зависят наши жизни. Все, пошли!

Я опустил ручку, дернул дверь и нырнул в вагон, сразу уходя в сторону и укрываясь за креслами. Руад зеркально повторил мой маневр, за ним в вагон ворвался Сэм с активированным щитом… И замер на пороге.

— Твою мать… — пробормотал пулеметчик.

Я аккуратно высунулся и выругался еще заковыристее.

Вагон был пуст. Точнее — не так. Пустым он не был, но живых там не оставалось. Замершие в нелепых позах тела, изрешеченные и обугленные, явственно говорили о том, что мы опоздали. Проклятье… Десять человек! Или… Стоп! Не десять! Девять!

— Где десятый? — выпрямляясь, резко спросил я.

— Какой десятый? — не понял Сэм.

— Бойцов было десять, а здесь только девять трупов! Черт!

Я рванул через вагон, перепрыгивая через тела. Только не это! Пожалуйста, блин, только не это!

Увы. Кажется, сегодня не мой день.

Последний выживший боец «Фениксов» уже перебрался через платформу и сейчас срывал печати с грузового контейнера.

— Нет! — распахнув дверь вагона, я заорал, срывая голос, но мой крик потонул в вое двигателя. — Стой! Не делай этого! ОСТАНОВИСЬ!!!

В последние слова я вложил всю силу доступную мощь ментального доминирования, но добился только того, что боец, развернувшись, вскинул руку и принялся садить по мне из пистолета. Дерьмо!

Щит вспыхнул один раз, второй… Пистолетные пули он держит легко, это вообще не угроза, да и броня их не пропустит. Проблема в другом. Продолжая по мне палить, наемник сунул руку в выемку, ухватился за рычаг и…

— Нет! — я прыгнул на платформу, но было поздно. «Феникс» повернул рычаг, и дверь медленно поползла вверх.

Я рванулся вперед, и в ту же секунду на меня обрушился пси-удар такой силы, что я рухнул на колено. Если бы от потока воздуха меня не прикрывал вагон за спиной, с платформы меня бы точно сбросило. Я на физическом уровне почувствовал, как трещат и прогибаются ментальные щиты, из носа потекла струйка крови… Ч-черт…

— Критический рост расхода энергии, — обеспокоенно проговорила Элис. — Фиксирую пси-воздействие запредельного уровня. Босс, я бы рекомендовала…

— Заткнись! — прорычал я, и дернулся вперед. Если я успею добраться до дверей и закрыть их…

Но я не успел.

Из проема вырвались два огромных щупальца, состоящих из уже знакомой серой слизи, обвили бойца и утащили внутрь. Еще несколько отростков поползли вперед, ощупывая все на своем пути. Пока держались щиты, тварь не «видела» меня, но стоит энергетической шкале сползти еще чуть влево… Нет, нахрен!

Развернувшись, я прыгнул назад. До контейнера я точно не доберусь, но что мешает мне отцепить его вместе с платформой?

— Прикройте! — прохрипел я, падая на живот и свешиваясь с платформы.

— Критический рост расхода энергии! — снова запричитала Элис. Плевать! Так, как эта хреновина работает?

Никогда не был специалистом по таким механизмам. Две сомкнутые клешни, какие-то провода, цепи… Рычаг! Так, ну-ка!

Над головой застучал пулемет Сэма, мне на спину посыпались гильзы. Прекрасный фон для напряженной работы, да… Черт, да какого же хрена этот рычаг не работает?

— Пневмопривод! — закричал в комлинк Накамура, поняв мое затруднение. — Дистанционная сцепка блокирует ручной механизм! Нужно разъединить…

Дальше я не слушал. «Разъединить», ага. Может, мне еще обслуживание этой хреновины провести? Выпустив энергоклинки, я, не мудрствуя лукаво, размашисто рубанул по всей путанице проводов и трубок, обвивающих механизм сцепки.

— Алтай! — в голосе Сэма было что-то, что заставило меня оторваться от своего увлекательного занятия и, изогнувшись, оглянуться. Дерьмо!

Дверь грузового вагона распахнулась полностью, и оттуда, подобно щупальцам гигантского кальмара, ползли толстые, с мое тело, отростки. И ползли, мать их, быстро. Еще несколько секунд, и…

— Огонь! — заорал я. — Оно не любит огонь!

Дважды повторять не понадобилось. Бросив пулемет на пол, Сэм выхватил из-за спины ружье ранцевого огнемета, и я изо всех сил вжался в металл платформы. Черт! К такому жизнь меня не готовила!

Над головой пыхнуло, и из сопла огнемета вырвался длинный сноп пламени. Стиснув зубы, изо всех сил стараясь не думать о том, что при любом неосторожном движении Сэм меня просто-напросто спалит, я вернулся к механизму сцепки. Где этот гребаный рычаг?

От нового пси-удара я едва не потерял сознание — твари явно не понравилось близкое знакомство с огнеметом. В глазах потемнело, внутренности прыгнули к горлу… Да блин! Тряхнув головой, я зарычал и изо всех сил рванул проклятый рычаг на себя. Есть!

Мощный рывок чуть не сбросил меня с платформы, и я, расширившимися от осознания, что наделал, глазами, уставился на стремительно растущий просвет между вагонами. Проклятье! Я-то на платформе!

Новый рывок — и интервал сократился, а вагоны гулко грохнули буферами. Кажется, тварь поняла, что мы ее вот-вот покинем, а расставаться с нами ей категорически не хотелось. Два мощных щупальца протянулись с обеих сторон от меня и мертвой хваткой впились в вагон, выполняя, таким образом, роль сцепки. Я вскочил на ноги, оглянулся и выругался.

Тварь не просто держалась щупальцами за вагон. Она подтягивалась на них, выволакивая из грузового вагона свою склизкую тушу.

— Алтай, сюда! Быстро!

Сэма в проходе не было. Зато там был Руад. Одну руку он протягивал мне, а в другой держал трубу реактивного огнемета.

Я прыгнул вперед, ухватился за руку Руада и одним движением вбросил себя в тамбур. Черт! А здесь тесно!

Сэм, подвывая, скорчился в углу, держась за голову и раскачиваясь из стороны в сторону. Ментальные щиты, которым я прикрывал товарищей, ослабли, и тварь изо всех сил долбила по мозгам пулеметчику.

— Прочь! Быстро! — закричал Руад, и я не стал с ним спорить. Ухватив Сэма за петлю на разгрузке, я что было сил дернул, утаскивая штурмовика за собой. Тяжелый, зар-р-раза!

— Бойся! — выкрикнул Руад, падая на колено и сбрасывая крышки с трубы огнемета. Я представил себе хвост выхлопа, готовый вырваться при выстреле, и, ввалившись в вагон, поспешил оттащить Сэма из зоны поражения, сам прыгнув в противоположный угол.

— Работаю! — выкрикнул Руад.

Грохнуло, сверкнуло, ударило по ушам… А потом рвануло так, что вагон подбросило в воздух и приземлило обратно. К счастью — на рельсы. Тряхнуло так, что, кажется, потроха друг с другом местами поменялись. Но, как выяснилось, все это было лишь цветочками. Ягодки начались через секунду.

Ментальный удар, обрушившийся на мою многострадальную голову, был такой мощности, что мне показалось, будто треснула сама ткань мироздания. Каждая клеточка моего мозга вспыхнула обжигающей болью, по голове словно с размаху врезали кувалдой, перед глазами полыхнуло красным, по изуродованным нейронам пронесся сметающий все на своем пути ураган. Последнее, что я почувствовал перед тем, как окончательно отрубиться — ощущение полета в темную бездну, на дне которой бурлила и клокотала серая слизь. А потом я достиг дна, и измученное сознание, наконец, погасло.

Глава 28

Земная Федерация, система Ориона. Скоростной поезд где-то в подземных тоннелях Рапсодии.

Я очнулся от ощущения холода и влаги, сделал судорожный вдох и, поперхнувшись, закашлялся: кто-то лил холодную воду мне на лицо. Открыв глаза, увидел над собой обеспокоенное лицо Скайлер.

— Воду побереги, — прохрипел я, и снова зашелся в приступе кашля.

Девушка улыбнулась, повернулась в сторону и проговорила:

— Очнулся. Кажется, в порядке.

— Зато мне так не кажется, — я попытался сесть и поморщился. Блин, хреново-то как.

Откашлявшись, я огляделся, и понял, что поезд не движется.

— И где это мы?

— Конечная станция. Добро пожаловать в Парадайз! — отозвался Накамура. Его голос звучал тоже не сказать, чтоб бодро. Да и остальные выглядели потрепанными.

— Как у нас дела? — все-таки усевшись, поинтересовался я. — Все живы?

— Все, — Скайлер кивнула. — Кроме бедолаг из соседнего вагона.

— Контейнер?

— Разорвало к шайтану, — из тамбура появился Руад, волокущий оружие и рюкзаки, по всей видимости, принадлежавшие перебившим друг друга «Фениксам». За его спиной возвышался Сэм, также навьюченный пожитками. — Не знаю, что было там внутри, но, думаю, теперь оно сдохло. Ничто не способно выжить в таком аду.

— Это хорошо. Это очень хорошо, — я довольно кивнул. — Такой твари не место среди людей.

— Что это вообще было, командир? — Накамура, скривившись от боли, помассировал голову.

— Не знаю. Я сталкивался с этой дрянью всего один раз, здесь, на Рапсодии. И скажите большое спасибо своим покровителям, если они у вас есть, за то, что конкретна эта мерзость была еще мелкой и слабой.

— Слабой? — Руад усмехнулся. — Она мне чуть мозги наизнанку не вывернула.

«А что б с тобой было, если бы я тебя не прикрыл?», — подумал я, но вслух этого говорить не стал.

— Уж поверь. Та, с которой столкнулся я… В общем, мы тогда чудом выжили. То, что вы испытали здесь — детский сад. Гребаные корпораты! Ума не приложу, как они додумались захватить эту тварь, и как, черт подери, они это сделали? Кретины. Хорошо хоть вывезти не успели. Психи неадекватные…

— Да уж… — протянула Скайлер.

— Что с Тараном? — вспомнил вдруг я.

— Нормально все, — прогудел из тамбура пулеметчик. — Голова только болит. Спасибо, что не прикончил.

— Спасибо, что шлем не надел, — хмыкнул я. — Так, ладно. Мы действительно добрались до Парадайза?

— Так точно, — Накамура кивнул. — Тут, на удивление, спокойно. Возможно, твари не смогли прорваться в подземелья…

— Угу, — невесело усмехнулся я. — В Элизиуме тоже сначала спокойно было. Так, ладно, мальчики и девочки. Вы, я смотрю, уже начали собираться, не дожидаясь приказа командования. Хвалю и одобряю. Продолжайте в том же духе. А я… — я покосился на тревожно мерцающую шкалу энергии, застрявшую в красной зоне. — А мне нужно перекусить. Кто-нибудь, киньте в меня моим рюкзаком, пожалуйста…

***

— Значит, так. Я иду впереди. За мной — Сэм и Руад. Скайлер с Хикару в центре. Таран прикрывает, — распорядился я, когда мы выгрузились на перрон. За то время, что я закидывал в топку организма все съедобное, что сумел отыскать в рюкзаке, остальные перетащили и поделили боеприпасы с экипировкой, и наш отряд сейчас напоминал хорошо навьюченных грузовых мулов. И это я еще едва ли не насильно заставил народ оставить часть ништяков. Хотя — не всех. Таран с Сэмом, которым экзоскелеты позволяли практически полностью игнорировать переносимый вес, походили на два шагающих танка, приспособленных под переезд кочевничьим табором. Но это нормально. Как сказал один из хороших парней далекого прошлого, портрет которого у нас даже в части висел, среди прочих заслуженных товарищей, «Патронов много не бывает. Их бывает очень мало, мало, или мало, но больше уже не унести». И я полностью разделял это мнение. Вряд ли мы сможем разжиться боеприпасами и оружием в административном ядре Парадайза. Так что нужно затариваться, пока есть чем.

В здешних коридорах, в отличие от подземелий Элизиума, следов прошедших боев не наблюдалось. Кажется, тварям не удалось проникнуть в подземелье. Что ж. Тем лучше для нас. Я, если честно, уже изрядно утомился с ними воевать.

До лифта дошли быстро и без каких-либо эксцессов. Несмотря на то, что я каждую секунду ожидал подвоха, никто на нас не набросился из темноты, не атаковал из ответвлений, не попытался задурить голову… Даже непривычно. И подозрительно. Потому, когда лифт никак не отреагировал на вызов, я даже обрадовался. Наконец-то! А то как-то сильно гладко все выходит, аж противно.

Накамура подошел к панели, вынул из инструментальной сумки отвертку, поковырялся в потрохах пульта управления и покачал головой.

— Энергии нет. Бесполезно.

— А от поезда запитать нельзя? — я взглянул на хакера.

Тот лишь поморщился.

— Как ты себе это представляешь? Двигатель вверху.

Я уже и сам понял, что сморозил глупость.

— Ладно. Что тогда? Не может же быть, чтоб лифт единственным путем вверх был? Надо поискать другой ход.

— Не может, — пробасил Таран. — А ну-ка подвиньтесь!

Бесцеремонно отпихнув Накамуру, штурмовик подошел к воротам. Положил пулемет, скинул рюкзак, присел, и, ухватившись за низ створки, потянул.

Первые несколько секунд не происходило ничего, и я уже решил, что попытка Тарана увенчается неудачей. Но потом гул сервоприводов стал громче, что-то треснуло, заскрежетало, и створка медленно пошла вверх.

— Скайлер, Руад, Накамура — контроль, — приказал я, прыгая вперед. — Сэм, навались!

Мы с пулеметчиком пришли на помощь Тарану, и через пару секунд дверь сдалась. Стальная створка с гулом и скрежетом ушла вверх и закрепилась на стопорах.

— Ну и что дальше? — пробормотал я, светя в шахту фонарем.

Платформа стояла внизу. Я шагнул внутрь, покрутился, освещая стены, и кивнул. Понятно, куда. На противоположной стене виднелись уходящие вверх скобы, при виде которых меня аж передернуло. Знаем, блин, плавали. Только здесь, по идее, так высоко подниматься не придется. Да и твари, тьфу-тьфу, не поджимают, и обратный отсчет никто не ведет… Что ж…

— Руад, идем вверх, — распорядился я. — Остальные — внизу. Давайте сюда тросы, скинем конец, будем поднимать оборудование.

— А как вы там ворота откроете? — буркнул Таран.

— Полагаю — вот так, — Скайлер усмехнулась и пнула рычаг с внешней стороны ворот. Я присмотрелся и выругался.

Рычаг оказался воротком с цепью, уходящей внутрь короба ворот. Точно такой же обнаружился с внутренней стороны.

— Это, полагаю, ручной привод, да? — елейным голосом проговорил Руад, ухмыляясь во все лицо.

— Полагаю — да, — мрачно выдавил я. Сэм и Таран красноречиво промолчали. Особенно Таран.

— Ну, значит, с его помощью и откроем, — хмыкнул разведчик, подходя к скобам и глядя вверх. — Полезли, что ли?

***

Подъем занял минут десять, не больше — здесь, действительно было не так высоко, как в шахте. И хорошо. Добравшись, я просканировал пространство, не обнаружил ничего угрожающего, мы закрепились, и принялись за ворота.

Открылись они довольно легко. Я высунулся, посмотрел в темный тоннель, и, подумав, позвал Накамуру. Не нравится мне, что все так тихо. Может, конечно, параноиком уже становлюсь, но… Пусть лучше подстрахует нас снаружи, пока мы с Руадом будем тюки поднимать.

Сказано — сделано. Еще десять минут — и Накамура с импульсником наперевес сторожит пустой коридор, а мы, сдавленно матерясь, поднимаем вверх снаряжение.

Вся процедура затянулась, в первую очередь потому, что тяжелые экзоскелеты Тарана и Сэма были не особенно предназначены для гимнастических упражнений. А если учесть смонтированное на экзах вооружение… В общем, я не раз пожалел, что сам вызвался на эту работу. Ну, да ладно…

В итоге, не прошло и часа, как вся группа стояла наверху и заканчивала вновь экипироваться.

Я активировал пси-сканер и нахмурился.

Да что, блин, такое?

Я не ощущал чужого присутствия от слова «совсем». В Элизиуме мне постоянно приходилось концентрироваться, чтобы отсечь общий фон многочисленных ксеносов от эманаций конкретных особей, здесь же… Как в берушах. Глухо.

Ничего не понимаю.

Народ, тем временем, оглядывал коридоры.

Да, бой здесь шел жестокий, это факт. Стены посечены пулями, откуда-то издали тянет гнильцой — там явно трупы. Не человеческие, что характерно. То есть бились здесь всерьез. Но… Как-то не так я представлял захваченный форт. Точнее, не то, чтобы представлял, а точно знал, как он должен выглядеть. Лично, блин, наблюдал. Здесь, по идее, самое сердце административной зоны, и именно такие места тварям обычно свойственно оборудовать под инкубаторы, Гнезда с Мутаторами и прочие не самые приятные штуки. Но здесь — ни полосочки псевдоплоти, ни следа вездесущих падальщиков… Ничего. Что за хрень?

Остальные, кажется, разделяли мое недоумение. Нет, то, что ксеносов здесь нет, это, конечно, хорошо. Но… Где они? То, чего не понимаешь, тревожит и страшит гораздо сильнее известной опасности. А мы сейчас решительно ничего не понимали.

— Если Парадайз — точная копия Элизиума, то радиоузел там, — Накамура отметил в интерфейсе точку метрах в трехстах от нас. — Ну и нам, соответственно, именно туда.

Я хмуро кивнул, и перебросил через голову ремень импульсника.

— Ну, если туда — значит, идем, — пожал я плечами. — Только не расслабляемся, ребятки. Все это мне решительно не нравится.

Впрочем, можно было не напоминать — остальные были со мной солидарны. Целиком и полностью.

***

Вход в радиоузел выглядел так, будто его пытались то ли прогрызть, то ли процарапать… Хотя почему «выглядел будто»? На самом деле так все и было. Вот только одно из самых защищенных помещений административной части тварям явно оказалось не по зубам. Непонятным оставалось одно: куда все эти твари делись, если еще несколько часов назад мы ловили отчаянный крик о помощи из Парадайза? Сплошные загадки, блин.

Дверь была предсказуемо заблокирована. Мы переглянулись. Хорошо, и что дальше? Не думаю, что нам окажется под силу то, с чем не справились ксеносы. Толстенная взрывозащищенная гермодверь в многометровой бетонной коробке…Не знаю, не знаю…

Пока я раздумывал, к двери подошел Таран, подобрал с пола обломок какой-то балки, которую с неведомой целью притащили сюда то ли обороняющиеся, то ли ксеносы, и вежливо постучал по воротам. Несколько раз. Да так, что аж загудело все. Некоторое время ничего не происходило, а потом изнутри послышался робкий стук. Ну, точнее, робким он, наверное, показался нам, сквозь толщу двери. Изнутри же явно долбили в дверь со всей дури. Хм. Что ж. Контакт налажен. Нужно развивать диалог.

— Ну-ка, дай мне! — подошел я к Тарану. Штурмовик пожал плечами и протянул мне обломок. Я встал у двери, примерился и принялся выстукивать код Морзе. Внутри же кто? Связисты. А уж они «морзянку» точно знать должны!

Закончив, я выждал и повторил процедуру. Однако, не успел я закончить, как послышалось шипение, а потом дверь с лязгом начала двигаться в сторону.

Отбросив обломок балки, я положил руку на импульсник и шагнул назад и в сторону, жестом показывая остальным также уйти с линии огня. Отряд рассредоточился. Дверь, между тем, открылась до половины. Из нее высунулся всклокоченный парень лет двадцати в форме корпорации, обвел нас ошарашенным взглядом и, шмыгнув носом, пробормотал:

— Ребят, а вы точно не ксеносы? Черт… Надеюсь, вы мне не чудитесь. Проклятье, как же я рад вас видеть! Давайте сюда скорее, пока тварей нет.

***

— В общем, парни из «Фениксов» решились на вылазку, нам сказали сидеть здесь. Вышли… И больше мы их не видели. Когда вы пришли, думали сначала, это они вернулись. Ну, и вот… — закончил рассказывать корпорат.

Сотрудников «Нью Вижн» в радиоузле было трое. Все — наемный персонал нижнего звена, техники. То есть не презренные корпы, которым тут любой и каждый голову открутить хотел бы, а рабочий класс, точно такие же парни с далеких планет, которым довелось вытащить счастливый билет в лотерее. Ну, как счастливый? Эти трое — точно счастливчики. А вот все остальные, те, чьими трупами, по словам парней, был усеян весь Парадайз — те не очень.

Парадайз был меньше Элизиума, соответственно, и гарнизон у него был не такой крупный. Твари напали неожиданно, поблизости оказалось несколько больших Логов, и сотня «Фениксов» противопоставить им не смогла ничего. Твари смяли внешний периметр, ворвались в административную зону, а потом началась резня в ядре. В которой, к слову, погиб весь старший менеджмент. Трое техников и семеро «Фениксов» смогли отойти к радиоузлу и запереться здесь. Техники изо всех сил пытались связаться с орбитой — но эфир был забит помехами Глушителей. Пытались связаться с другими базами — результат аналогичный.

— А почему вы не улетели? — я постарался говорить спокойно, но внутри меня все аж сжалось в ожидании ответа. — Или челнок не в порядке?

— Челнок в порядке, — нахмурился техник. — Но толку с него?

— В смысле? — я старался не показать своей заинтересованности. Надеюсь, что это у меня получалось.

— Так челнок без команды высшего менеджмента — груда металлолома, — пожал плечами техник. — А весь высший менеджмент… — техника передернуло.

— Ясно, — я кивнул, внутренне ликуя. — Ладно. Что с радиоузлом? Вы больше не пытались связаться с орбитой? Сейчас-то эфир должен быть чище.

— Попытались бы, — саркастично хмыкнул второй техник. — Вот только аппаратура связи дня три, как накрылась. То, что вы услышали — скорее всего, заблудившийся сигнал с ретранслятора. Мы, если честно, уже и не надеялись, что к нам кто-то на помощь придет. Так твари, говорите, ушли?

— Видимо да, — я рассеянно кивнул, оглядывая своих спутников. Их лица сейчас выражали целый спектр разнообразных эмоций. Негативных. И я их понимал.

Мы добрались сюда, за шестьсот километров от Элизиума, потеряв десятерых бойцов. Мы сами едва не погибли из-за гребаной твари, притащенной идиотами-корпоратами для «Вест Армор». И все для чего? Для того, чтобы узнать, что гребаный радиоузел неисправен? «Понимаю», как говорит Скайлер.

Правда, у меня был еще один стимул для того, чтобы добраться в Парадайз. О котором мои товарищи пока не знали. И я не уверен, что, узнав о нем, они придут в восторг.

— Не понимаю, — вступил в разговор третий, до этого момента молчавший техник. — Тут все было забито тварями, они нас несколько дней осаждали. А сейчас вот так просто взяли и ушли?

— Не просто, — пожал я плечами. Для себя я уже выстроил некую теорию п поводу исчезнувших ксеносов, и что-то мне подсказывало, что я, если и не прав на сто процентов, то очень близок к разгадке. — Я думаю, основная масса отправилась дальше. База повержена, всем жратвы не хватит. Возможно, где-то на территории твари и остались — обустраивать инкубаторы, искать место под очередные Гнезда, но основные силы двинулись туда, где они нужнее. На Рапсодии куча клановых фортов, и, думаю, некоторые из них все еще обороняются. И боевые юниты нужны, в первую очередь там. Не вас же троих всей ордой караулить…

— Да черт с ними, с тварями, — не выдержал Накамура. — Что с аппаратурой?

— Хрен ее знает, — проговорил один из техников. — Был скачок напряжения. Железную часть мы кое-как восстановили, а вот программную… Там сам черт ногу сломит. Из нас в этом никто особо не разбирается. Оно все в нули откатилось, к базовым настройкам, и как это поправить…

Глаза инженера вспыхнули, а на лицах остальных появилась надежда. Я удовлетворенно кивнул.

— Я думаю, с этим мы разберемся. Правда, Хикару?

Японец задумчиво кивнул.

— Тогда перейдем к следующему вопросу. Кто-нибудь из вас умеет управлять челноком?

Первый техник, тот, что впустил нас в радиоузел, пожал плечами.

— Ну, да. А толку? Без санкции старшего менеджмента ее не запустить. говорили ж уже.

— Я думаю, мы сможем решить этот вопрос, — усмехнулся я. — Значит так, ребята, — я обвел взглядом всех собравшихся. — Мы поступим следующим образом…

Глава 29

Земная Федерация, Система Ориона. Планета Рапсодия. Зеленая зона «Парадайз». Административное ядро внутреннего периметра.

— Внимание, экипаж! Три минуты до старта! Проверка систем, — проговорил техник, сидящий в ложементе первого пилота.

— Двигатели в норме! — отозвался его товарищ из кресла второго пилота.

— Системы управления и навигации в норме, — третий техник сидел перед штурманским пультом, перебирая команды на деке терминала.

Мне было бы проще так и называть их — Первым, Вторым и Третьим, все равно попутчики временные, но это было бы, как минимум, невежливо. Потому пришлось запомнить имена парней. Первого звали Тед, Второго — Билли, Третий представился как Георг. Вроде как неплохие ребята, так и не скажешь, что корпораты. Впрочем, возможно они неплохие, пока считают, что я из «Группы Феникс», и осуществляю их охрану при эвакуации на орбиту. Ну, пусть так и считают. От этого всем будет спокойнее.

Самым сложным во всем мероприятии оказалось убедить остальных в том, что мой план действий — единственно верный. Когда бойцы «Фениксов» и Скайлер услышали, что я отправляюсь на орбиту, а они остаются… Сказать, что ребята отнеслись к моей затее скептически — значит, не сказать ничего. Все мои доводы о том, что большой отряд на станции сразу вызовет подозрения, что кто-то должен остаться в радиоузле, охранять Накамуру, пока он ковыряется с компьютерами, что, в конце концов, у нас должен быть запасной вариант на тот случай, если с радиоузлом не выгорит. С орбиты-то я с флотом смогу связаться при любых раскладах! В итоге, пришлось еще придавить народ ментальным доминированием, чтоб не тратить время и нервы. Правда, на Скайлер оно, судя по всему, не особо подействовало. Девушка надулась и свалила в дальний угол, делая вид, что сосредоточенно перебирает вещи в своем рюкзаке. Пришлось на пару минут отвлечься.

— Слушай, ну ты чего? — я присел рядом со Скайлер. — Как маленькая, честное слово!

— Зато ты… Как большой! — фыркнула та.

— Скай, мне туда нужно. Там мой человек. Трикс. Пацан совсем. Он мне доверился — я его подвел. Я обязан его вытащить. А еще там ублюдок Дис, уничтоживший всю мою жизнь. Убивший моих людей. Почти убивший меня. Я не могу дать ему уйти просто так. Понимаешь?

— Понимаю, — пробурчала девушка. — А еще там — полная станция корпоратов, лояльных им «Фениксов», и еще черт знает, кого. Если ты боишься, что эти, — Скайлер кивнула на наемников, — тебя там предадут, возьми меня! Ты же знаешь, я не подведу! Буду там только полезна!

Я покачал головой.

— Нет. Прости. Я должен сделать это сам. Один, — говорить о том, что на станции будет слишком опасно — только раззадорить Скайлер. Вот я и не стал. Придвинувшись ближе, я взял ее лицо в ладони и приподнял, так, чтобы встретиться с девушкой глазами. — Я вернусь. Поверь мне. Обязательно вернусь. И все будет хорошо. Поняла?

— Попробуй только не вернуться, — огрызнулась Скайлер. — Думаешь, я не найду способ добраться до тебя и надрать задницу? Уж будь уверен! Только посмей не вернуться!

— Вернусь, — я мягко улыбнулся, приближая свое лицо к лицу Скайлер, но девушка фыркнула, высвободилась и отвернулась в сторону.

— Иди ты в жопу, Алтай! — пробурчала она, снова картинно занявшись своим рюкзаком. Я улыбнулся и двинулся к остальным.

И вот, спустя два или три часа, я устроился в ложементе позади экипажа, и расслабленно медитировал, наблюдая за их действиями. Строить какие-то планы, как именно действовать на станции, я даже не пытался. Я понятия не имею, что там сейчас происходит. Какой смысл? Задача одна: добраться до Диса, грохнуть его и связаться с флотом. Остальное опционально. Кто встанет на пути — умрет. Не думаю, что на станции прям до хрена «Фениксов» — основная масса на Рапсодии сидит. В космосе корпоратов охранять не от кого. Может еще какая-то служба безопасности внутренняя есть. На этом все. Остальные — техники, прогеры, эффективные менеджеры, администраторы… Сомневаюсь, что вся эта шушера полезет в драку. Ну, а если полезут — сами виноваты. Их проблемы.

— Готовность — две минуты! — объявил Тед. — Надеть шлемы, проверить подачу воздуха!

Я поморщился. Шлем, скафандры… Тысячу раз десантировался без всего этого на десантных «Молотах» — и ничего, живой. Ладно. Пусть парни думают, что здесь до сих пор действуют законы и правила корпорации. Единственное, что радовало — в скафандр облачаться не пришлось, мой новый костюм, выданный мне интендантом «Фениксов» вместо испорченного Слаем, позволял кратковременный выход в открытый космос при трансформации шлема, а переход на систему замкнутого дыхания вообще в два щелчка производился. Так что я лишь надел шлем, не переводя костюм на замкнутый цикл. Успею еще из баллона подышать… Хотя, надеюсь, не придется. А вот корпы не шутя натянули космические скафандры и прозрачные шлемы напялили. Протокол — он такой, да.

— Готовность — одна минута! — пальцы Теда забегали по пульту. — Продуть атмосферные двигатели!

— Есть продуть атмосферные двигатели! — отозвался Билли. Боже, ну к чему эта уставщина? Неужели нельзя просто спокойно взлететь? Корпораты такие корпораты…

— Двигатели в норме, — доложил Билли. Тед повел головой, взялся за штурвал, и выдохнул. — Взлетаем.

Блин. Да он волнуется! И вся эта ерунда — просто чтоб успокоиться перед взлетом!

То, что Тед был за штурвалом впервые, стало понятно сразу же. Челнок, обычно взлетающий строго вертикально, едва успел оторваться от поверхности, как его перекосило на одну сторону. Я даже испугался, что полет закончится, не начавшись. Но нет. Неравномерными рывками, с переменным тангажем, челнок все же поднялся на необходимую высоту и завис, переходя на горизонтальную тягу. А потом Тед врубил движки на полную, да так, что меня просто размазало перегрузкой по креслу. Твою мать, ас хренов! Хоть бы сам не отъехал от такого, тогда совсем весело будет…

Не отрубился. Хотя все возможности для этого оставались. Тед сделал круг над Парадайзом, приноравливась к управлению, а потом дал двигателям полный газ, выходя на «свечу», штопором ввинчиваясь в низкое свинцово-багряное небо.

— Георг, курс! — прохрипел Тед. Штурман, размазанный ускорением по ложементу с трудом поднял руки и отбил какие-то команды на пульте.

— Есть курс!

— Включаю форсаж! — отозвался Тед, и через секунду стало понятно: то, что казалось мне запредельными перегрузками, лишь разминка, аперитив перед основным блюдом. Воздуха стало не хватать, и я, кое-как дотянувшись до шлема, перевел его на замкнутую систему дыхания. Стало чуть легче… Но незначительно. М-да. На десантных катерах и то попроще было!

— Проходим атмосферу, — просипел Тед. — Еще немного…

«Немного» по моим внутренним ощущениям растянулось на плюс-минус бесконечность. И, когда упавший на меня небоскреб вдруг кто-то убрал с груди, я в первые секунды даже не поверил.

— Поздравляю, господа, мы в космосе, — выдохнул Тед. Уф. Да. Как-то сразу полегче стало. Так бы лежал и лежал. Легкость в теле — неописуемая. Эх. Ладно, собраться. Уже скоро мне предстоит… Хрен его знает, что мне там предстоит. Но готов я ко всему. По крайней мере, хочется на это надеяться.

— Ложусь на курс, — Тед снова взялся за штурвал. — До выхода на позицию стыковки — десять минут.

Так. А вот теперь стоит подумать, да.

Оружие я с собой взял — и стрелковое, и энергетическое, но вот применять его на станции следует крайне аккуратно. Не хватало еще разнести там все нахрен. Так что придется больше полагаться на оружие ближнего боя. Впрочем, как показывает практика, с этим у меня, в целом порядок…

— До выхода на позицию стыковки — пять минут, — объявил Тед. А затем его голос изменился, и мне сделалось не по себе. Что еще, блин?

— Мать честная, что тут произошло вообще? — выдавил из себя техник. Я открыл глаза, сел в кресле и выругался.

М-да. Кажется, насчет применения оружия на станции особо беспокоиться не стоит. Теперь и мне стало крайне интересно, что случилось на орбите.

Обычно орбитальные станции типа «Обитель» выглядели, как огромное колесо. Внешнее кольцо — обод, трубы-спицы, тянущиеся к «ступице» — центральным отсекам. Сейчас же это «колесо» имело такой вид, будто оно подверглось ракетной атаке. Большая часть навигационных огней не горит, остальные — в аварийном режиме. Несколько фрагментов «обода» отсутствует, в других отсеках — огромные дыры… Пространство вокруг станции напоминало метеоритный пояс: масса обломков, разных форм и размеров, плавали вокруг «колеса». Черт побери… Да как так-то?

— Внимание! — севшим голосом проговорил Тед. — Фиксирую облучение активными сканерами!

Я повернул голову и вздрогнул. Далеко слева, на самой границе зрения, я увидел несколько крупных объектов. Знакомой и правильной формы. Умный экран челнока увеличил изображение и я выругался. Спутать эти штуковины с чем-то другим было попросту невозможно.

Высказывая свои прогнозы, где-то в глубине души я надеялся, что ошибаюсь. Теперь же было отчетливо видно, что, как минимум, часть моих предсказаний сбылись.

Флот был уже здесь. На орбите. И корабли-разведчики сейчас прощупывали нас сканерами! Твою мать!

— Давай газу, Тедди! — скомандовал я, подавшись вперед. — Резче, резче, пока перехватчик не выслали, ну!

— Какой перехватчик? Зачем? — не понял Тед. — Военные — это же хорошо, нет? Это же помощь?

— Херомощь! — не сдержался я. — Планета в карантине! Все, что с нее взлетает, подлежит уничтожению! Шевелись же, ну! Нам нужно как можно быстрее добраться до станции! Ее-то они уничтожать не станут… Пока что…

Если честно, в последнем я на сто процентов был не уверен. Хрен его знает, что в голове у вояк. Остается надеяться только на то, что имущество корпорации они из главного калибра разбирать не станут — по крайней мере, без согласования с вышестоящим начальством. А вот одинокий челнок торпедировать — это как «здравствуйте» сказать. Так что, чем быстрее мы доберемся до станции — тем лучше.

— Что? — Тед обернулся и смотрел на меня сейчас квадратными глазами.

— То! — сорвался я на крик. — Газуй давай, мать твою!

Видимо, нужно было быть поспокойнее. Сделать скидку на психологическое состояние корпората. Парень несколько дней сидел, запершись, в радиоузле, сейчас впервые в жизни челнок пилотирует, который вот-вот может торпедировать перехватчик, а тут еще я на ухо ору… В общем, зря я так.

Тед с перепугу воспринял мою команду слишком буквально, и челнок прыгнул вперед. При этом на какой-то из двигателей Тед умудрился дать больше мощности, и наш утлый кораблик закрутило вокруг своей оси. Оторопев, я уставился на стремительно приближающуюся станцию, и впился в подлокотники ложемента. Ну, все… Звездец!

Продолжая вращение, челнок на полной скорости врезался в корпус станции, снес какие-то антенны, отскочил, ударился снова… Я с ужасом смотрел, как по бронеколпаку кабины расползаются трещины…

— Двигатели! Вырубай двигатели нахрен! — заорал я, но было поздно. Прыгающий, будто камешек по воде, челнок врезался в станцию снова, и бронестекло лопнуло. Взвыла аварийная сирена, судно сотряс еще один, особо мощный удар, что-то в хвосте челнока с грохотом взорвалось, и нас швырнуло вперед. Удар, взрыв, скрежет — и движение прекратилось.

Я обвел взглядом погасшую приборную панель, изуродованный бронеколпак, вмятую внутрь обшивку, в паре мест распоротую стальными балками, и со свистом выдохнул.

Охренительно полетали!

***

Земная Федерация, Система Ориона. Орбита Рапсодии. Эскадра шестого флота, флагманский крейсер «Протектор».

— Капитан Баллард, сэр! — на экране возник первый помощник капитана эсминца. — Перехватчик засек движение в секторе! Одиночное судно, по классификации — орбитальный челнок! Жду ваших указаний, сэр!

Баллард нахмурился. Разведывательные зонды еще не вернулись, но даже записи со спутника, на основании которой эскадра выдвинулась с Рапсодии, было достаточно, чтобы объявить карантин. А это значит, что любое судно, поднявшееся с поверхности планеты, может быть заражено и подлежит немедленному уничтожению.

Но была еще и банальная логика. Отправить перехватчик, чтобы торпедировать челнок — не проблема. Но есть ли в этом практический смысл? Орбитальные челноки не предназначены для дальних перелетов, они потому и зовутся орбитальными. Дальше орбитальной станции он все равно не улетит. С другой стороны… Хрен знает, что там на борту. Да и со станцией все странно и непонятно… Раньше бы Баллард не стал связываться с корпоратами, себе дороже, потом не отмажешься, но сейчас ситуация кардинально поменялась. Так что…

— Сэр! — офицер на экране прервал его раздумья. — С челноком происходит что-то странное, сэр!

— В смысле?

— Даю картинку, сэр.

На экране появилось увеличенное изображение, передаваемое с борта перехватчика. Челнок с включенными на полную мощность двигателями крутило и болтало. Выглядело это так, будто неопытный пилот врубил резкое ускорение, но не совладал с синхронизацией двигателей. Вращающийся челнок подошел на критически близкое расстояние к станции… И врезался в нее на полном ходу. Отскочил, врезался, снова отскочил, снова врезался… Потом на борту челнока что-то взорвалось, его бросило вперед, он разворотил фермы, удерживающие солнечные панели и замер. Свечение двигателей погасло.

Что ж… Кажется, вопрос решился сам по себе. Если там кто-то и выжил после такого — это ненадолго. А спасение корпоратов в задачи Балларда не входило.

— Я думаю, вопрос снят, — ухмыльнулся капитан. — Пусть кто-нибудь из твоих парней поглядывает в ту сторону, но без фанатизма. Займемся станцией, когда получим больше данных. Если что-то оттуда двинется в нашу сторону — уничтожьте. А пока в приоритете — планета.

— Слушаюсь, сэр! — изображение мигнуло и погасло. Баллард потянулся и перевел взгляд на второй экран. Дьявол, да где же там эти дроны?

Глава 30

Земная Федерация, система Ориона, орбита Рапсодии. Орбитальный челнок корпорации «New Vision».

— Тед! Эй, Тед! — позвал я нашего горе-пилота. — Ты в порядке?

Тишина. Черт. Я же его не добавил в группу, мы через сеть корабля общались! Теперь системы корабля сдохли и комлинк не работает. А голос мой он через два шлема не слышит. Черт. Ладно.

Я потянулся и попытался отстегнуть ремни. Ага, щас, блин! Заело! Кресло при ударе перекосило, и крепление деформировалось. Лад, хрен с ним!

Выпустив лезвия, я аккуратно обрезал ремень у самого крепления. Ага, есть. Теперь второй… Так… Поясной… Поясной открылся. Хорошо.

Стоило мне освободиться от ремней, как тело взмыло в воздух. Блин, а я, оказывается, по этим ощущениям даже соскучился! Привычно оттолкнувшись от потолка, я скорректировал движение, и прянул к замершему в пилотском кресле Теду.

Черт.

Тед был мертв. Один из осколков бронеколпака пробил его шлем, прошел через голову и застрял в спинке кресла. Вот дерьмо-то! А с остальными что?

Шевеление сбоку. Билли. Вроде живой. Смотрит на меня, рот открывает… Вот только не слышно ничего. Предсказуемо. Я открыл интерфейс и отправил Биллу приглашение на вступление в группу. Тот кивнул, и через секунду я услышал его голос.

— Не могу отстегнуться. Заклинило. Помоги!

— Сейчас, — я кивнул, и занялся его ремнями. Несколько секунд — и второй пилот на свободе.

— Что с Тедом? — в первую очередь поинтересовался Билли.

— Мертв, — просто ответил я. Тот на секунду замер, потом мрачно кивнул. — Давай разберемся с Георгом, — предложил я. Новый кивок. Что ж. По крайней мере, он не в шоке. Уже хорошо.

Подплыв к Георгу, я осмотрел штурмана.

Жив, но без сознания. Права нога и левая рука неестественно согнуты. Сломаны. Хорошо, хоть переломы, по всей видимости, не открытые, скафандр не поврежден. Что ж. Нужно его вытаскивать.

— Что дальше? — спросил Билли. — У нас запас воздуха — пара часов, не больше.

— Дальше нужно перебираться на станцию. Воздуха действительно мало.

— Согласен, — кивнул техник. — У станции огромный запас живучести, при аварии коридоры герметизируются и отрезаются от поврежденных. Так что пригодный для жизни отсек мы найдем. Но что дальше?

— Посмотрим по обстоятельствам, — ушел от прямого ответа я. — Найдем выживших, свяжемся с флотом, запросим эвакуацию, — в целом, это было примерно то, что я и собирался сделать, я просто опустил некоторое количество нюансов, перечисление которых заняло бы не меньше пары дней, и вряд ли бы понравилось сотруднику корпорации.

— Как ты думаешь, что здесь произошло? Ну, на станции?

Я помрачнел. Это был очень хороший вопрос. И ответа на него я не знал. Ну, точнее, я мог бы выдвинуть кое-какие предположения, но… Дис с корпоратом попали на станцию всего несколько часов назад, а повреждения выглядят старыми. Так что…

— Не знаю, — покачал головой я. — Переберемся туда — увидим. Ладно, давай двигаться. Нужно Георга еще перетащить.

Тед кивнул.

Я подплыл к разбитому бронеколпаку и выглянул наружу. Так… До станции добраться не проблема, челнок насадился на решетчатые фермы, держась за которые можно добраться до корпуса станции. Потом пройти вон в тот пролом… Блин, а дальше что? Если отсеки заблокированы герметичными переборками, как нам это поможет? Теоретически, переборку можно вскрыть, поставив импульсник на тонкий луч, но практически… Практически это займет слишком много времени и не решит проблему с кислородом: толку с отсека, в переборке которого дыра зияет?

— Билл, — позвал я техника. — А как мы попадем на станцию? Если там закрыто все?

— У гермоотсечек есть ручное управление, — отозвался техник, сосредоточенно копающийся — Как раз на такой случай, если кто-то остался в разгерметизированном отсеке. Я смогу открыть и сразу закрыть переборку, раньше, чем потеря воздуха станет критической.

— Хорошо. Значит — работаем.

— Да. Сейчас начнем, — Билл кивнул. — Держи. На всякий случай.

Техник протянул мне конец троса с карабином на конце, который извлек откуда-то из-под сидения. — Спаснабор, — ответил он на невысказанный вопрос. — Кое-какие инструменты, сухпай на сутки и пара запасных баллонов. Глупо здесь оставлять.

Я кивнул. Этот парень нравился мне все больше. Сидел бы он в кресле первого пилота — глядишь, и не дошло бы до катастрофы. Ладно… Рефлексировать некогда. Сейчас работать надо.

— Георг без сознания, — пробормотал Билл, забрасывая за спину рюкзак. — Придется его тащить. Хорошо хоть, невесомость, тяжело не будет.

Я лишь кивнул, навьючиваясь. Разгрузка, рюкзак, стрелковый комплекс, импульсник… Возможно, на станции были бы актуальнее пистолеты-пулеметы, но, к сожалению, заранее я об этом не подумал, так что придется обходиться тем, что есть. И так сойдет. У меня и кроме оружия есть, что противопоставить местным ублюдкам, если они решат со мной воевать. Ладно. Поехали!

Я пристегнул карабин троса к поясу и медленно поплыл к выходу. Зафиксировавшись, несколькими ударами приклада добил бронеколпак, аккуратно оттолкнулся и выбрался наружу.

Вид с орбиты поражал воображение. Отсюда даже Рапсодия, с ее изуродованной войной поверхностью, выглядела величественно-прекрасной. Красные пески пустынь, синь единственного океана планеты, наполовину выкипевшего, темная зелень джунглей… Красиво, да. Если не знать, что ждет внизу на самом деле. Впрочем, это обычный расклад для множества колоний Федерации.

Ухватившись за решетчатую металлоконструкцию, удерживающую челнок, я медленно перебирая руками двинулся к станции. Главное правило поведения в невесомости: двигайся плавно, просчитывай каждый жест, не совершай резких движений. В помещении, не рассчитав, просто башку расшибешь в худшем случае, в открытом же космосе… Излишнее усилие — и вот тебя унесло в темную пустоту, в которой ты будешь бесконечно падать в бездну. Впрочем, с «бесконечно» я, пожалуй, погорячился. Лишь до того момента, пока не закончится воздух. Дальше падение продолжит безжизненное тело.

Ухватиться за решетку, мягко оттолкнуться, проплыть пару метров, ухватиться снова… Преодолев половину расстояния, я обернулся. Билл, придерживая рядом с собой бессознательного Георга, пристегнутого между нами, аккуратно продвигался метрах в десяти позади. Хорошо. Действительно толковый малый. Не паникует, если и боится, вида не показывает, и вообще действовать предпочитает. Хорош. Такому и спину доверить не страшно. Ну, по крайней мере, пока он считает, что мы с ним по одну сторону баррикад.

Толчок… Еще толчок… Есть! Подошвы ботинок ударили в корпус станции, и автоматически включились магнитные захваты. Хороший костюм, хороший, ничего не скажешь! При нормальном притяжении толку от захватов ноль, по вертикальным стенам не побегаешь, а вот в невесомости — идеально. Вовремя мне его подогнали.

Спустя минуту Билл «приземлился» рядом. Я вопросительно посмотрел на техника.

— Что дальше?

— Дальше… Гм… Идем вон туда, — парень показал на крупную дыру в корпусе. — Оттуда ближе всего до отсека жизнеобеспечения. Такие в каждом сегменте есть. Даже если он разгерметизирован — там есть запас баллонов с кислородом, узел связи и оттуда можно управлять системами станции. Хоть понять сможем, насколько сильны повреждения.

Я кивнул, в очередной раз порадовавшись, что судьба свела меня с этим парнем. Будь я сам, полез бы в ближайшую дыру, и бодался бы там с переборками, пока воздух не кончится. А Билл явно понимает, о чем говорит, ориентируется на станции, и, более того, кажется, даже может управлять ее механизмами. Очень полезный человек.

— Значит пошли, — я шагнул к дыре.

Пятьдесят метров, что отделяли нас от цели, мы преодолевали минут десять. Наконец, я первым достиг края, присел и заглянул вниз.

Коридор. Обычный станционный коридор, каковых я видел немало. С одной лишь разницей: наблюдать их в разрезе мне пока не доводилось. Кажется, здесь что-то взорвалось: стены покрыты копотью, края дыры вывернуты наружу, что явственно говорит о направлении взрывной волны… Часть стены и пола отсутствовали, дыра была поистине огромной, по факту, солидный фрагмент корпуса просто отсутствовал. Однако, к нашему счастью, сегмент станции был уничтожен не полностью. Нам нужно было преодолеть примерно сорок метров по трубе без пола и одной стены, чтобы попасть туда, где тоннель станции уцелел полностью. Благо, в невесомости сделать это будет не так уж и сложно.

— Пойду первым, — повернулся я к Биллу. — Закреплюсь — подтяну Георга. А дальше ты переберешься.

— Принял, — уверенный кивок. Снова повторюсь — молодец, парень.

Я присел, ухватился за край дыры и медленно соскользнул вниз, стараясь не зацепиться тросом за иззубренный металл. Трос, конечно, прочный, но лучше не рисковать. Кульбит — и я стою на потолке тоннеля, надежно зацепившись ботинками. Впрочем, в космосе пол и потолок, верх и низ — понятия относительные. Несколько секунд легкого головокружения — и вестибулярный аппарат адаптировался. Теперь потолок стал для меня полом, а огромный шар Рапсодии нависал над головой где-то вверху. Отлично. Погнали.

Шаг, еще один… Я продолжал двигаться аккуратно и плавно. Трос натянулся, и я остановился.

— Билл, давай мне Георга! — проговорил я в комлинк. — Только аккуратно, не порви скафандр!

— Секунду, — техник встал на колени над краем, держа на руках товарища, нагнулся, и аккуратно толкнул бесчувственное тело.

Я дождался, пока Георг минует край дыры, взялся за трос и медленно потянул на себя.

Через минуту тело плавно покачивалось в невесомости рядом со мной.

— Билл, давай теперь ты! Осторожно! Скафандр!

— Да понял я, — буркнул техник, и соскользнул вниз.

— Стою!

— Молодец. Давай, двигай ко мне!

Спустя долгих десять минут, мы добрались до края площадки — до того, что можно было назвать полом. Новый кульбит, пол и потолок снова меняются местами — порядок. Выдвигаемся.

— Там, впереди — аварийная перегородка, — проговорил Билл. — Нужно будет ее вскрыть, и мы попадем в уцелевший сегмент. В его конце — отсек жизнеобеспечения. Если не встретим никого по пути, вскрываем его и пытаемся связаться с кем-нибудь на станции.

— Похоже на план, — я кивнул. — Значит, так и будем действовать. Пошли.

— Внимание! — проговорил голос Элис. — Расход кислорода — семьдесят пять процентов. Через четырнадцать минут требуется заменить баллон. Внимание! Высокий расход энергии бронекостюма! Рекомендуется как можно быстрее переместиться в условия, хотя бы приближенные к планетарным!

В интерфейсе появился таймер обратного отсчета, а чуть ниже — индикатор энергии бронекостюма.

Я ругнулся вполголоса. Четырнадцать минут, блин… Не так уж и много. Хорошо хоть, и пункт назначения уже рядом.

— Билл, давай-ка резче, — проговорил я в комлинк. — У меня баллона на четырнадцать минут осталось.

— В смысле? У тебя что, на час всего? А, стандартный армейский… Ладно, успеем.

Я тоже рассчитывал на то, что успеем, но… Возможно, с удалением от Рапсодии проклятый закон Мерфи действовать переставал, но я бы не стал на это сильно рассчитывать.

Еще три минуты — мы у отсечки. С виду — стандартная шлюзовая дверь. Рядом с дверью — панель, на панели горит красный индикатор. Заблокировано.

— Сейчас, — Билл уверенно взялся за сумку с инструментами и принялся копаться с замком.

— Долго, блин, — буркнул я, бросив взгляд на таймер. Девять минут. Черт. Начинаю нервничать.

— Сейчас… Почти… Есть! Зафиксируйся!

Дверь беззвучно пошла вверх — и меня чуть не сшибло с ног потоком воздуха, вырвавшегося из отсека. Если б не успел ухватиться за скобу в стене — выбросило бы из отсека к чертям собачьим. Ну, Билл, мог бы и раньше про «зафиксируйся» предупредить! Я так-то не каждый день в космосе, если что!

Билли подготовился лучше. И встал в стороне, и трос, тянущийся к все еще бесчувственному Георгу, на руку намотал… Ладно. Теперь нужно внутрь попасть, пока весь воздух не выпустили.

— Я пошел! — Билл дернулся вперед, волоча за собой Георга, и вдруг замер, борясь с потоком воздуха.

— Мать моя… Это еще что за…

Я заглянул через плечо технику и выругался. Черт. Вот где-где, а здесь я такого увидеть совсем не ожидал!

— В сторону! — рявкнул я, дергая из-за спины излучатель.

В центре коридора, непонятно как вцепившись в гладкий пол, замерло нечто. Голое человеческое тело с четырьмя конечностями — назвать их ногами и руками было сложно, настолько они видоизменились, припало к полу, шея, вывернулась в немыслимое для человека положение, практически, как у собаки… Из залитых тьмой глаз смотрит сама бездна, изо рта, полного острых, как швейные иглы, зубов, на пол капает слюна… Из спины, разрывая плоть, растут четыре многосуставчатые хитиновые лапы, оканчивающиеся острыми шипами. А у основания этих шипов — кожистые мешочки. Совсем как у стражей. Тварь, разинув кошмарную пасть, заверещала, мешочки раздулись…

— Да в сторону же!

Пинком отбросив впавшего в ступор Билла, я вскинул излучатель, и не целясь, от пояса, выстрелил — ровно в ту же секунду, когда с кончиков лап твари сорвались четыре смертоносных шипа, устремившись в мою сторону.

Только вот меня там уже не было.

Как ни странно, но, вопреки названию, космический десант почти не воюет в космосе. Так же, как морская пехота почти не воюет в море. Нас готовят к десантированию из космоса, да. Но основные боевые действия ведутся на поверхности планет. В космосе же, скажем так, присутствует некая особенная специфика работы. Которую я только что в полной мере ощутил на своей шкуре.

На поверхности планеты отдача плазменного излучателя практически не ощущается — она в два-три раза слабее отдачи, скажем, стрелкового комплекса. В состоянии же невесомости, да еще и под воздействием потока воздуха, прущего из отсека, ее хватило, чтобы сыграть роль небольшого ракетного двигателя. Не успел плазменный разряд еще долететь до гребаной твари, как я, нелепо размахивая руками и ногами, с приличной скоростью промчался по коридору и вылетел наружу…

Прямо в открытый космос.

Рывок! Трос натянулся, полет замедлился, однако совсем свободное падение не остановилось. Моей массы и ускорения хватило, чтобы сдернуть Георга, пристегнутого между мной и Биллом, и отправить его бессознательное тело в полет следом за мной. Рывок! Трос натянулся, и теперь сдернуло уже Билла. Рыча что-то матерное, техник распластался на полу, одной рукой держась за край переборки, а второй пытаясь удержать трос и остановить наше неконтролируемое падение. Получилось. Вот только судя по всему, ненадолго.

Мой выстрел достиг цели. Веерный заряд подчистую срезал твари хитиновые конечности, но это, к сожалению, не убило монстра. И сейчас, скалясь и пытаясь удержаться в потоке воздуха, он медленно полз к Биллу, из последних сил хватающемуся за переборку. Вот до него остался метр… Полметра… Черт… Что делать?

Бустеры! Твою мать, я совсем забыл про них!

Исполнив в воздухе немыслимый кувырок, я перевернулся головой к отсеку и врубил ножные ускорители. Тело рванулось вперед, и я, слабоуправляемой ракетой понесся к станции, на ходу выставляя перед собой руки и активируя клинки. Есть!

Я врезался в монстра за секунду до того, как он атаковал Билла. Энергетические лезвия вошли твари в грудь и шею, почти отделив голову от тела, и мы, сплевшись в фантасмагорический клубок, влетели в отсек. Зарычав, я выдернул клинки и ударил снова. И еще раз. И еще. До тех пор, пока тварь не обмякла. И в ту же секунду поток воздуха, все это время норовящий выпнуть меня обратно в открытый космос, иссяк, а на тело навалилась немыслимая тяжесть. Я рухнул на пол с метровой высоты, грязно выругался и перевернулся на спину.

Позади меня, бледный, как сама смерть, стоял, Билл, опираясь спиной на закрывшуюся отсечку. У его ног, все так же без сознания, лежал Георг. Техник смотрел на меня расширившимися от ужаса глазами. Какого хрена? Что со мной не так? Я повернул голову, и вздрогнул, едва не ткнувшись щитком шлема в оскаленную пасть мертвой твари. Фу, мерзость! Отпихнув тварь, я снова перекатился на спину, потом на бок и кое-как поднялся. Вернувшаяся сила тяжести казалась непривычной, а замкнутое пространство давило на мозг приступом клаустрофобии. Фу, блин. Космос — это, конечно, красиво, но ну его нафиг!

— Ал… Ал… Ал… Тай! — бедный техник заикался от пережитого стресса. — Чт… Что это было?

Я подошел к твари, пинком перевернул ее, и безрадостно усмехнулся.

— Это? Это, Билли, был человек. Когда-то. Не очень давно.

Я повернулся к технику, снял шлем, и мрачно проговорил:

— Кажется, я знаю, что случилось со станцией.

«И тебе это не понравится», — додумал я фразу. Впрочем, нельзя сказать, что я сам в восторге.

Твою мать! Лучше бы тут были корпораты!

Глава 31

Земная Федерация, система Ориона. Орбита планеты Рапсодия, космическая станция корпорации «NewVision».

Коридор станции производил гнетущее впечатление. Жуткие багровые разводы на стенах и полу, сводящее с ума моргание аварийных красных ламп… Да, похоже, что ксеносы здесь порезвились вволю. Вот только откуда они, на хрен, здесь взялись?

Билли был впечатлен сильнее меня. Да чего там, он почти в ступор впал. Они там, небось, привыкли, что вся бяка происходит на поверхности планеты, а здесь, на орбите, уютно и безопасно. Ну, что ж. Бывает и вот так, как выяснилось.

Отсек жизнеобеспечения Биллу не понадобилось даже вскрывать. Он всего лишь приложил к замку ключ-карту, и дверь послушно открылась.

— Давай, заносим, — Билл ухватил Георга за руки, я — за ноги, мы занесли техника в отсек и уложили в углу. Едва закрыв дверь, Билл сразу бросился к стоящему в углу компьютеру, на ходу снимая шлем.

Упав в кресло, техник пробежал пальцами по клавиатуре, вводя пароль, и дисплей ожил. Еще одно окно, еще один пароль — и Билл отчаянно защелкал манипулятором, забираясь все глубже в дебри управляющей программы. Я встал рядом и сложил руки на груди, заинтересованно наблюдая за парнем.

— Уф, — Билл отъехал в кресле от стола и повернулся ко мне. — Отказ сорока процентов систем, шестьдесят процентов целостности станции от общего показателя. Часть сегментов разрушена, часть — заблокирована. Судя по личным датчикам, погибло больше пятидесяти процентов сотрудников станции. Остальные… Остальные ведут себя странно.

— В каком смысле? — не понял я. — Откуда ты знаешь, как они себя ведут?

— Вот, — Билл повернулся к компьютеру и развернул одно из окон во весь экран. — У каждого сотрудника есть идентификационный чип, который отдает в систему местоположение сотрудника в реальном времени. Стандартная мера безопасности для глубоководных и космических станций. Чтобы отыскать и оказать помощь при аварии или чрезвычайной ситуации.

Я посмотрел на развернувшееся окно, представляющее собой схему с россыпью красных точек. Некоторые точки были неподвижны, некоторые — блуждали по одной и той же траектории. В голову пришла мысль, я хмыкнул и поинтересовался у Билла.

— А рядом с нами есть сотрудники станции?

Билл вопросу удивился, повернулся к компьютеру и увеличил масштаб схемы. Быстро промотал ее до того сегмента, в котором находились мы, и с удивлением проговорил:

— Есть… Были, точнее. Один. Прямо в центральном коридоре! Сейчас… Сейчас мертв, но еще несколько минут назад датчик передавал телеметрию… Но… Но как? Мы же никого не видели!

— Видели, — мрачно усмехнулся я. — Во всей красе.

— Когда? — не понял Билл. Однако через несколько секунд до техника дошло, и он вздрогнул. — Ты хочешь сказать, что… Эта тварь…

— Еще недавно была сотрудником корпорации, — кивнул я.

— Но… Но это значит…

— Это значит, что все, или по крайней мере, большая часть уцелевших сейчас выглядят примерно так же, — кивнул я. И, дав технику осознать этот факт, задал новый вопрос.

— Скажи, Билл, а ты можешь идентифицировать сотрудников? Ну, то есть непосредственно сказать, кто есть кто?

— Да, могу, — кивнул тот. — У меня есть доступ. Я, так-то, из группы, отвечающей за жизнедеятельность станции. Меня на Рапсодию в командировку отправили, что-то у них там с системами жизнеобеспечения не ладилось. Правда, я так и не успел понять, что именно… — Техник помрачнел. — А что тебе нужно?

— Мне нужно точно знать местонахождения человека по имени Миллер, — проговорил я.

— Заместителя гейм-директора? — глаза техника округлились. — Но… Зачем?

— У меня есть к нему серьезный разговор, — проговорил я, и нехорошо улыбнулся.

***

— Алтай, я готов, — послышался в комлинке голос техника.

— Я тоже, — я встал в стороне от гермостворки, и скомандовал: — Открывай!

— Готово!

Зашипел пневмопривод, дверь поднялась, и я, держа излучатель наготове, шагнул внутрь.

На карте-схеме, проброшенной техником в мой интерфейс, отметок корпоратов в этом сегменте станции не было, но все равно стоило подстраховаться. Стрелковый комплекс я оставил Биллу, излучатель настроил на веерное излучение на средней мощности, минимизируя возможный вред для станции. Серьезных тварей здесь не предвиделось, и шмалять плазменными зарядами на все деньги, смысла не было. Мало того, что избыточно, так еще и станцию повредить можно. Нам отсюда потом еще выбираться, в конце концов. А если разнести в процессе все вокруг, сделать это будет проблематично.

Я медленно шел по коридору, водя стволом из стороны в сторону. Держался центра, подальше от дверей с обеих сторон. Пси-сканер показывал, что жизни в этом отсеке нет, но я уже научился ему не доверять на все сто процентов. Знаем, плавали. Тут и глазам-то верить не всегда можно, не то, что инопланетным технологиям… Так что лучше оставаться настороже.

— Я прошел, — проговорил я в комлинк, останавливаясь у следующей двери.

— Сейчас, минуту… — отозвался Билл. Да, повторю в очередной раз — повезло мне с этим парнем.

Чтобы убедить парня в том, что корпорация в лице Миллера кинула своих сотрудников, много времени не понадобилось. Краткого рассказа, сопровождающегося кадрами из Мидлтауна и снимками хладнокровно расстрелянных сотрудников корпорации в Элизиуме оказалось достаточно. Ну, а когда я описал ему ситуацию в целом… В общем, теперь Билл, оставшийся в отсеке жизнеобеспечения охранять все еще бесчувственного Георга, вел меня в ядро станции, туда, где, среди пары десятков других отметок, краснела отметка Миллера.

— Алтай, внимание, в следующем сегменте кто-то есть.

— Да уж вижу, — пробурчал я. — Открывай.

— Готово.

Гермостворка с шипением поехала вверх, а я шагнул назад, беря проем на прицел. Вовремя!

Сгорбленная тень метнулась в мою сторону, и я утопил спуск. Веерный разряд перерубил человекоподобную тварь пополам, нижняя рухнула на пол, а верхняя, перебирая растущими из спины лапами, шустро поползла в мою сторону, разевая оскаленную пасть. Вот же мразь живучая!

Я не стал тратить заряд на останки морфа, а шагнул вперед, на миг нырнул в концентрацию фокуса и опустил тяжелый ботинок на голову твари. Чавкнуло, хрустнуло, и морф затих.

— Алтай, движение! — послышалось в наушнике.

Ага. Вижу.

На этот раз я прицелился выше, заряд плазмы разворотил твари голову, отбросив ее назад. Тело несколько раз дернулось в агонии и замерло.

— Еще двое! В глубине отсека! Не двигаются!

Угу. Ждут меня, значит, голубчики. Ну, хорошо. Дождутся.

Интересно… Инфицированные на Рапсодии гораздо больше походили на людей. Местные же твари выглядели мерзко и отталкивающе. Деформированные тела, неуклюжие, дерганые движения… Другой метод заражения? Не сколопендры? Вполне возможно. Такой себе новый вид туманников… Ну, зато с ними и сражаться легче. Хотя… У первой увиденной на станции твари было еще и оружие дальнего боя, так сказать, не стоит забывать об этом. Так что лучше не расслабляться. Впрочем, в последнее время это прям мой девиз. Второй. Первый — «Слабоумие и отвага», судя по многим событиям. Ну, да не привыкать, этот-то по жизни со мной.

Я усмехнулся, сжал рукоять импульсника и шагнул через порог.

В этом отсеке были явные проблемы с освещением: общий свет не горел, аварийные лампы светились через одну… Стены испачканы кровью, на полу лежит несколько тел… Мрачное местечко. Я бросил взгляд на схему в интерфейсе: одна красная точка за дверью медотсека, еще одна — дальше, у самого выхода. Хм, тот морф, что в медотсеке, кажется, заблокирован. Дверь закрыта, а мозгов открыть не хватает. Ну и хрен с ним, пусть там и сидит. А вот следующий…

Тварь выскочила из проема и зигзагами бросилась в мою сторону. Я вжал приклад в плечо и выстрелил. Первым разрядом подрубил ноги, вторым — добил корчащуюся на полу тварь. Готово.

— Билл, — обратился я к технику в комлинк. — Можешь закрыть все двери на моем пути и открывать их только по моему запросу? Боюсь, что я сейчас не в настроении зачищать всю станцию от тварей в одну каску. Хоть часть уродов в помещениях заблокируем… Билл? Билл!

За спиной послышался какой-то звук, и я резко развернулся, вскидывая импульсник. Черт, что за дела? Дверь, через которую я вошел в отсек, с шипением закрылась.

— Билл! Билл, прием!

Тишина. Что за хрень? Я уже собирался связаться с техником через чат, когда комлинк вдруг ожил, и на панели зажегся знакомый аватар.

— Нет, Билл не может закрыть двери, — раздался в наушниках ехидный голос. — И ответить тоже не может. Он, наверное, и рад бы, но мы отрезали его от управления. Уж слишком много он себе позволяет для обычного техника.

Я замер, а по телу пробежали мурашки. Дис! Сраный ублюдок! Они все-таки отследили нас!

— Удивлен, Алтай? Впрочем, чего я спрашиваю. Конечно удивлен! Ты же такой тугой бываешь, не передать. Действительно решил, что мы не заметим подход челнока? И не поймем, кто на нем приперся? Ты, наверное, снова удивишься, но тут еще и камеры есть. И большинство из них работает. Очень занимательно наблюдать за тобой. За твоей тупой самоуверенностью. Дам тебе один простой совет: если хочешь жить — просто остановись. Поверь, то, что было в Мидлтауне, покажется цветочками, если ты продолжишь упрямиться. А так… Скоро подойдет эвакуационный корабль корпорации, мы улетим, а ты просто сдохнешь. Легко и безболезненно. Вспышка — и все. Даже ничего не почувствуешь. Один ракетный залп по реакторной зоне… Больно не будет. Честное слово, — Дис мерзко расхохотался, а я стиснул зубы от ненависти. Сука… Смешно? Ну, подожди, скоро я тебе еще сильнее рассмешу! До смерти…

***

— Алтай! Ты все же решил не следовать моему совету? Зря, зря, дружище… Ну, что же… Не говори потом, что я тебя не предупреждал…

Я поморщился и вырубил комлинк. Не хватало еще, чтоб эта тварь мне нервы мотала. Так… Ладно. Мои дальнейшие действия?

Билл, сколько я его ни звал, на связь не выходил. Видимо, скотина Дис отрубил его полностью. Дерьмо… Ладно. Будем действовать иначе.

Я вызвал в интерфейсе схему станции, уменьшил масштаб и принялся ее изучать. Отметки, обозначающие морфов, к слову, тоже погасли. Сука… Ну, спасибо, Дис! Ох и доберусь же я до тебя, сволочь! Так, ладно, к черту эмоции. Нужно решить, что делать дальше.

Судя по схеме, мне нужно было попасть в следующий сегмент, откуда уже можно перейти в «спицу» — тоннель, ведущий к ядру станции, где засел Миллер — а вместе с ним и Дис. Вот только между мной и следующим отсеком теперь была дверь. Которую мне никто не откроет. Надеяться придется только на себя. Впрочем, как обычно. Ничего нового.

Я внимательно осмотрел дверь. В целом — ничего непреодолимого. Можно попробовать. Только не разнести бы при этом станцию.

Посмотрев на индикатор заряда, я деактивировал энергоячейку, извлек ее из приемника, и вставил новую. Отошел в центр отсека, прицелился и зажал клавишу накопителя.

Излучатель заухал, шкала заряда медленно поползла вверх. Дождавшись, когда шкала приблизится к критической отметке, я выжал спуск до конца и выстрелил.

Импульсник дернулся, выплевывая максимальный заряд, выпивший весь резерв энергоячейки, я упал на пол и закрыл голову руками.

Плазменный шар врезался в гермодверь и взорвался. Грохнуло, меня мягко пихнуло взрывной волной, над головой просвистели обломки, и все стихло. Вскочив, я выбросил из приемника израсходованную энергоячейку, воткнул новую, и, в ожидании, пока излучатель зарядится, направил ствол на проем. Никого. Выпустив щупальца пси-сканера, я медленно двинулся вперед.

Дверь снесло начисто. Вырвало из направляющих и швырнуло вглубь отсека. Что ж. Кажется, у меня есть универсальная отмычка. Есть, правда, пара минусов. Во-первых — не так уж и много у меня боеприпасов. А во-вторых… В какой-то момент может и не повезти, и я прорублю дверь не в соседний отсек, а прямо в открытый космос.

Прощупав сканером пространство следующего отсека, я переступил через порог. Да, здесь разрушений еще больше… Плафоны ламп на потолке оторваны, на соплях висят, какая-то из дверей с противным звуком бесконечно открывается и закрывается… А, вот оно что… На пороге полуразорванный бедолага валяется, он-то двери закрыться и не дает… Следов пси-активности морфов нет, что не может не радовать. Хорошо… Теперь мне нужно в середину отсека, именно там находится переход в перпендикулярный коридор. А там совсем немного — и я на месте. Дис, ублюдок… Погоди немного, я скоро приду!

«Ублюдок» будто мои мысли прочитал. Послышался вой, шипение, и из динамиков оповещения послышался слегка искаженный помехами голос.

— Что ж, Алтай. Раз ты так упрямо идешь вперед, попробую рассказать, что тебя ждет, когда ты доберешься до цели. Сорву покровы, так сказать. Ты ведь наверное думаешь, что отомстишь наконец-то, да? Поставишь точку в затянувшейся истории, успокоишь свою совесть, снова станешь рыцарем без страха и упрека… Вот что мне непонятно — так это то, что тебя таким и окружающие воспринимали, все, поголовно! Даже девочка твоя эта, Вики, все имя твое выкрикивала, когда я драл ее на ее же кровати. А, да, кажется я тебе забыл об этом рассказать, да? Ну точно! Вот голова дырявая! Очень сочная девочка была, Алтай. Узенькая такая…

Я нашел взглядом динамик, прицелился и выстрелил. Полыхнуло, голос заткнулся… Правда, только чтобы тут же зазвучать вновь — динамиков тут было прилично понатыкано.

— Нервничаешь, да? Бывает. Мог бы не нервничать, я предлагал. А так… Ничего. Все впереди. Так вот, милый друг. Точки не будет. Будет боль обиды и разочарования. А еще физическая, да. Когда ты будешь с выпущенными кишками ползать у моих ног и умолять, чтобы я тебя прикончил. Согласись, будет неприятно. Не к лицу ведь это герою, верно?

— Босс, он просто пытается вывести вас из состояния психологического равновесия, — успокаивающе пробормотала Элис. — Постарайтесь не обращать внимания. Вам сейчас нужнее сосредоточиться.

— Спасибо, Элис, — язвительно усмехнулся я. — А то я не понял.

— Ну, ваша реакция, босс, говорит о том, что, хоть вы это и поняли, однако все же попали под воздействие…

— Элис, заткнись, — рыкнул я, прицелился в очередную гермостворку и выстрелил.

Дверь, как и предыдущую, взрывом сорвало с направляющих и швырнуло внутрь отсека. Вот только дальше все пошло не по плану. Голос Диса, продолжающего бубнить что-то издевательское, потонул в вое тревожных сирен, а у меня перед глазами мелькнуло уведомление о герметизации шлема и переходе на замкнутую систему дыхания. В углу всплыл таймер обратного отсчета, показывающий, на сколько мне еще хватит кислорода в замененном баллоне, а под ним — индикатор уровня заряда элемента, питающего костюм. Воздух из отсеков ринулся в проем, и я почувствовал, как меня будто в спину толкает. Сила тяжести резко уменьшилась, и я выругался.

Отсек, дверь в которую я так лихо только что вышиб, оказался разгерметизирован. А еще… А еще — обитаем. Памятуя о недавнем опыте использования излучателя в невесомости, я забросил оружие за спину и взялся за меч.

Первую же тварь, бросившуюся на меня из-за груды то ли контейнеров, то ли шкафов, загораживающих проход, я, провалившись на миг в концентрацию фокуса, располовинил от плеча до бедра. Вторая оказалась умнее. Вместо того, чтобы ринуться на меня, очертя голову, она выстрелила шипами с кончиков лап — и я едва сумел от них увернуться. Черт, эта их новая мутация мне совсем не нравится!

Оттолкнувшись от пола, я прыгнул вперед, ускорив прыжок слабым импульсом ножных ускорителей. Один из бустеров выдал чуть больше энергии, чем требовалось, и меня закрутило вокруг собственной оси. Ничего, не проблема. Тем сложнее по мне попасть будет.

Выставленный вперед меч вошел в грудь твари по самую рукоятку, но, к сожалению, этого морфу оказалось недостаточно. Зарычав, тварь дернулась вперед, обхватила меня руками и попыталась ударить хитиновыми лапами. Тупая, блин! Шипы-то уже отстрелила! Так что хитин лишь проскрежетал по броне, я же отпустил меч, активировал лезвия, и, вбив их в грудь твари, практически разорвал ее пополам, рванув руки в стороны. Выдернув меч, я резко развернулся, переходя в вертикальное положение, как раз вовремя, чтобы подставить лезвие под удар лап нового морфа.

Хитиновые клинки, наткнувшись на лезвие меча, предсказуемо отлетели прочь, тварь, не ожидавшая такого приема, открыла пасть в немом крике, из обрубков к потолку, поплыли мыльные пузыри коричнево-красной крови. Новых взмах мечом — и тварь лишилась головы. Вот только и я при этом сделал чересчур резкое движение, попал в основной поток воздуха, несущегося из отсека, и меня бросило вперед. Прямо в огромную пробоину в крыше, сквозь которую лениво и беспристрастно смотрел огромный шар Рапсодии.

Твою мать!

Деактивировав меч, я сунул его в ножны, и завертелся, пытаясь ухватиться хоть за что-то, прежде чем меня унесет в открытый космос. Тщетно. Пальцы скользнули по контейнеру, мимо мелькнули края дыры, и меня вынесло наружу.

Черт!

Кое-как перевернувшись, я активировал бустеры. Все сразу. Лучше уж размазаться о корпус станции, чем улететь в темную бездну. Меня швырнуло вперед, подо мной поплыла внешняя обшивка станции, и я сумел-таки исхитриться, дернуть с пояса трос с карабином и защелкнуть его на одной из скоб, в изобилии усеивающих станцию снаружи… Фух.

Некоторое время я просто висел возле станции, переводя дух и наблюдая, как сквозь дыру в обшивке в космос выбрасывает все новые предметы. Контейнеры, металлические шкафчики, какая-то еще мебель, трупы морфов… Ха, не только трупы! В нескольких метрах от меня, отчаянно барахтаясь, проплыл уцелевший морф. В засаде на меня сидел, небось, собака такая! Но, кстати — какая живучесть! Это ж твари все время в разгерметизированном отсеке сидели, и хоть бы хрен! Иногда я понимаю, почему «Вест Армор», «Сай-Фай Медикл» и другие корпорации готовы платить огромные бабки за живые образцы тварей. Там, внутри, наверное не одно биологическое открытие спрятано!

Немного отдохнув, я взялся за трос, подтянул себя к корпусу и активировал магнитные захваты. Так, уже веселее. Нагнувшись, отцепил трос, развернулся и посмотрел «вниз». Туда, где в ядре орбитальной станции, в центральном командном пункте меня ждал Дис. И Миллер. И, надеюсь, Трикс. Что ж. Ждать осталось недолго.

— Я иду за тобой, гребаный ты космонавт! — пробормотал я, и медленно двинулся вперед.

Глава 32

Земная Федерация, система Ориона. Орбита планеты Рапсодия, космическая станция корпорации «NewVision».

Как выяснилось, сказать «я пришел за тобой» на деле оказалось гораздо проще, чем сделать это. Стоя на внешней обшивке, я смотрел на тускло освещенное аварийным светом ядро станции — центральный отсек, ступицу «колеса». Ядро было отдельным, полностью изолированным от станции модулем, который, при необходимости, мог перейти на автономное обеспечение и отделиться от нее полностью. С внешним кольцом ядро соединялось четырьмя трубами тоннелей, каждый из которых заканчивался шлюзовым отсеком. Снаружи одного из таких тоннелей я сейчас и стоял. И пусть до ядра мне нужно было пройти каких-то сто метров, оставался важный вопрос: а что потом?

Согласно изначальному плану, двери мне должен был открывать Билл, и единственным препятствием между мной и встречей с Дисом были мутировавшие сотрудники станции. Вполне преодолимым препятствием, нужно сказать. Но теперь, когда гребаный Дис отрезал техника от управления… Кстати, а как он это сделал? Хм…

— Элис, — позвал я. — найди способ связаться с Триксом. Кажется, мне сейчас не помешает помощь.

Я не самый искушенный пользователь сетевых технологий, но, раз со мной сумел связаться Дис, значит, я смогу связаться с Триксом. Особенно учитывая, что из группы я его не удалял. А значит — такой способ есть. При условии, конечно, что Трикс жив. Но не думаю, что Дис поволок его с собой, чтобы убить. Подозреваю, он знал, что на станции не осталось никого, кто способен управлять ее системами, вот и взял хакера с собой. И убивать его до эвакуации нет никакого резона.

Отдав нейросети команду, я отстегнул страховочный корпус, и аккуратно пополз вперед, перехватываясь за скобы. Несколько минут — и вот ядро станции передо мной. Осталось придумать, как в него попасть.

Я мог, конечно, проникнуть внутрь сквозь дыру в корпусе и открыть двери с помощью своей универсальной отмычки, однако это неминуемо приведет к разгерметизации центрального модуля. Не то, чтоб я всерьез беспокоился о самочувствии Диса и корпората, но, пока на станции находится Трикс, подвергать его опасности я не хотел. Кроме того, у меня самого воздуха не сказать, чтоб много, а нужно еще с флотом связаться. В общем, это крайние меры, на которые я пойду, только если увижу рядом со станцией эвакуационный корабль корпорации.

В том, что Дис не блефует насчет корабля, я уверен практически на сто процентов. Да, теоретически планета в карантине, и военные должны разобрать на молекулы любой летательный аппарат, стартующий с поверхности планеты. Но, во-первых, орбитальная станция это не планета, а во-вторых — корабль корпоратов это не любой летательный аппарат. Учитывая, какое влияние корпорации имеют на Совет Федерации, я совсем не удивлюсь, если военные предпочтут сделать вид, что не заметили корпоратов вовсе.

Ладно, что дальше-то делать? Я осмотрел ядро станции, но, к сожалению, так и не обнаружил ничего подходящего для проникновения. Да уж. Кажется, мой гениальный план на поверку вышел не таким уж и гениальным. И что делать? Пытаться попасть внутрь при помощи импульсника, и уповать на то, что Трикс при этом выживет?

— Входящее сообщение, — возвестила Элис, я перевел взгляд на панель интерфейса и едва не вскрикнул от радости.

Трикс!

«Алтай, ты жив!)))» — судя по всему, скобочки после восклицательного знака обозначали радость. Ну, да, парень, я тоже рад видеть, что ты в добром здравии.

«Так точно», — отстучал я. «Жив, здоров, полон жажды действия. Как ты?».

«В целом — нормально. Этот ублюдок заставляет меня ковыряться с техникой. Корпорат следит, чтоб я не сделал что-то не то. Он не то, чтоб сильно шарит, но что именно я делаю — понимает».

Вот дерьмо. Впрочем, нечто подобное я и предполагал.

«Сколько там еще людей, кроме корпората и Диса?» — отбил я весьма интересующий меня вопрос.

«Никого нет больше. Они убили всех выживших, которые прятались здесь, заставили меня отправить сообщение в штаб-квартиру „Вест Армор“ и с тех пор сидят здесь, ждут. Такое ощущение, что они избавляются от свидетелей.».

Я вспомнил расстрелянных корпов в Элизиуме и мрачно усмехнулся. «Избавляются от свидетелей». Еще бы!

«За ними действительно летит корабль?».

«Да. И… Знаешь, Алтай… Мне кажется, меня на него не возьмут».

Ну да. Кто бы сомневался.

«Вест Армор», значит… Кажется, Миллер решил поменять лагерь. А, учитывая документы и образцы Вихо, которые ублюдок прихватил с собой, на новом месте ему будут только рады. Ладно. Разберемся.

«Спокойно. Без паники. Я здесь и скоро заберу тебя. Вот только мне нужна твоя помощь. Мне нужно попасть внутрь. Сможешь открыть мне двери?».

Пауза.

«Боюсь, что не смогу. Корпорат следит за мной, поймет, что я делаю. Убьет меня».

М-да. Отлично просто… И что дальше?

«Но… Слушай, кажется, я все же могу тебе помочь. Ты сможешь раздобыть космический скафандр? Возможно, придется выйти наружу».

«Я уже снаружи, Трикс».

«Отлично!))). Тогда лови картинку!».

Писк — входящее сообщение с вложением. Дополнительный слой карты. Хорошо, активируем.

С виду не поменялось ничего, и лишь приглядевшись, я заметил красное выделение на внешнем корпусе административной станции.

«Аварийный ремонтный шлюз. Он не подчиняется автоматике, ручное управление на обеих дверях. И его можно открыть снаружи. Специально для критических ситуаций.».

Я усмехнулся. Что ж. Сейчас у нас как раз такая.

«Отлично. Спасибо, Трикс. Полагаю, меня засекут сразу, как только я попаду внутрь, так что… Просто постарайся выжить до того момента, как я доберусь до вас. Не делай глупостей, не лезь на рожон, и все будет хорошо. Как принял, Трикс?».

«Принял. Жду тебя, Алтай. Только… Будь осторожен. Дис — он какой-то странный. Не такой, как обычно».

«Заметано. Все, держись, Трикс. Обнял. Конец связи».

Я свернул чат, измерил взглядом расстояние до отметки на карте, и оттолкнулся от обшивки станции, устремляясь вперед.

***

Дверь переходного отсека, соединяющего шлюз с основными помещениями ядра, с грохотом вылетела, и тут же взвыли тревожные сирены, оповещающие о нарушении целостности станции. Я, вжал приклад в плечо, активировал пси-сканер и шагнул через порог.

Изломанная тень, стремительный бросок, выстрел — тварь уничтожена. Писк таргет-трекера, разворот, прицел, выстрел… Сюрприз! Я-то считал, что ядро станции — чистая зона, раз уж Дис с Миллером здесь засели, но нет. Впрочем, ничего удивительного. Трикс сказал, что кроме них троих в командном центре никого нет, а на схеме, которую мне сбросил Билл, светилась целая куча отметок. Получается, они тут в осаде, да? Что ж, ладно. Разберемся.

Поворот, прицел, выстрел… Минус одна тварь. Где еще?

— Алтай… Ты все же решил меня не послушать… — в комлинке вновь послышался голос Диса. — Что ж. Это твое решение. Значит, ты умрешь. Будешь валяться с выпущенными потрохами и наблюдать, как я снимаю кожу с твоего малолетнего поклонника…

— Разве что в твоих влажных фантазиях, — хохотнул я. — Как те, в которых ты представлял себе секс с Вики. Меня не обвиняли в изнасиловании, тормоз. Только в убийстве. Яиц не хватило, да? Небось по ночам часто жалел об этом, да? Добровольно ведь тебе, уроду, ни одна баба не даст.

— Я убью тебя, Алтай! — прорычал Дис. — Ты даже не представляешь, на что я способен!

— Да на что ты там способен, импотент хренов, — ухмыльнулся я. Дьявол, да откуда здесь столько морфов?

Новая тварь выскочила из открытых дверей слева от меня настолько стремительно, что я даже не успел поднять оружие. Отшатнувшись, я приложил мутанта прикладом, ударил ногой в грудь и, отбросив уродливое тело, прикончил морфа практически в упор. Черт. А вот так использовать импульсник не рекомендуется. Так можно и самому поджариться. Так, где же этот гребаный командный центр, а?

— Алтай, — снова заговорил Дис. Уже совсем другим голосом. — Ты не понимаешь, во что хочешь вмешаться. Ты даже не представляешь себе силы, которые стоят за всем этим. Тебе не победить. Отступи — и, улетая, я оставлю парня живым. Даю слово. Не лезь. Не мешай. Просто отойди в сторону.

Что???

Я даже остановился, встряхнув головой. «Отступи»? «Не мешай»? «Даю слово»? Черт, он совсем идиот? Действительно думает, что я просто так возьму ему и поверю? У него крыша поехала, что ли?

И тут до меня дошло. Запоздало. Да он просто боится! Он реально боится меня, невзирая на всю свою браваду! Именно поэтому он мне мозги трахает через комлинк с самого моего появления здесь. Силы, вон, какие-то выдумал… Зассал просто, придурок! Это хорошо. Ну, главное, чтоб Трикса сдуру не грохнул. А остальное все ерунда.

Поворот коридора, перпендикулярное ответвление… Есть! Вот она, дверь в командный центр! Ожидаемо заблокирована, но у меня уже есть некий опыт в решении подобных вопросов.

— Отступи, Алтай! Не лезь. Не нужно оно тебе. Поверь. Отступи — и тебе больше не придется страдать…

Что за…

— Фиксирую попытку пси-воздействия, — встревоженным голосом проговорила Элис. — Увеличиваю мощность ментальных щитов.

Пси-воздействие? Ну охренеть теперь! Это еще откуда?

Я вскинул излучатель и зажал кнопку накопителя.

К черту! Сейчас разберемся!

***

Входить в свежевыбитую дверь, за которой тебя может ожидать опасность — идиотизм. Однако у меня других вариантов не было. Дверь еще грохотала по полу командного центре, а я уже вкатился внутрь, тут же активируя щит и уходя с линии огня. Первый залп щит сдержит, второй… Второй сделать я не позволю. Правда, для Диса хотелось бы какой-нибудь более изощренной смерти, но тут уж ничего не поделаешь. Правда, что-то мне подсказывает, что стрелять по мне Дис не станет. Но это не точно.

Пси-сканер я запустил еще перед тем, как ввалиться в командный отсек, так что расположение противников знал. Более того — даже трекером их уже держал. Сейчас же требовалось совместить виртуальную картинку с реальной. Я бегло оглядел зал.

Дис стоял с другой стороны большого круглого пульта в центре зала, Миллер — на возвышении, откуда обычно работала команда операторов. Там, за одним из пультов сидел Трикс. Корп, упирающий парню в шею короткоствольный разрядник, маячил за его спиной.

— Ты все же решил поступить по-своему, — как-то даже расстроенно проговорил Дис. — Что ж. Ты сам выбрал свою судьбу. ВСТАТЬ!!!

Я нахмурился. Че это он разорался?

— Регистрирую направленное пси-воздействие, мощность — двадцать процентов от максимального, щиты держат, — тут же откликнулась на мои мысли Элис. Угу. Значит, блин, не почудилось. Это что получается? Дис сунул жало в разработки Вихо, что ли? Вот болван! Что ж. Значит, и кончит, как Вихо.

— Че орешь, кретин? — как можно вальяжнее поинтересовался я, прикидывая, успею ли срубить Миллера и сразу перевести огонь на Диса. Хотя… Стрелять из импульсника в того, кто прикрывается заложником, можно только если заложник тебе совсем не дорог. Так что стоит придумать что-то другое.

Диса перекосило.

— ВСТАНЬ И ИДИ СЮДА!!! — забавно. Когда воздействие более мощное, оно прям в мозгу отдается. А здесь просто сидишь и смотришь, как кто-то орет. Сынок ты еще, парень. Впрочем, в эту игру можно играть и вдвоем. А втроем — еще веселее получается.

— Да мне и здесь неплохо, — буркнул я.

Я выпустил щупальце пси-сканера, и потянулся им к Миллеру. Сначала — безопасность Трикса. Все остальное — потом. Так… Сейчас… Сейчас… Готово!

Если бы у меня была возможность — я бы выбрал более мучительную смерть для гребаного корпората, но сейчас вариантов у меня не было. Жизнь Трикса важнее удовлетворения садистских наклонностей, даже оправданных местью. Так что повезло ублюдку. Концентрированный ментальный удар бросил Миллера на пол — готов, урод. — и в ту же секунду Дис открыл огонь. Я кувыркнулся в сторону, уходя с линии огня, и в стену за моей спиной врезалось несколько плазменных шаров.

— Трикс, на пол! — рявкнул я, и пару раз выстрелил в сторону солнцепоклонника. Не прицельно, так, чтобы пугнуть. Чтоб жизнь малиной не казалась. Дис отскочил в сторону и тут же огрызнулся. Новые заряды плазмы ударили по пультам операторов, круша терминалы и поджигая пластик. Помещение тут же наполнилось едкой вонью и черным дымом.

— Внимание, пожарная тревога! — загнусавили динамики. — Активация автоматической системы пожаротушения! Дежурному расчету жизнеобеспечения прибыть в центральный отсек!

Я выругался. Замечательно! Только пожара в открытом космосе нам не хватало!

Из распрыскивателей под потолком хлынули струи пахнущей химикатами жидкости, сразу залившей визор шлема. Твою мать! Как вовремя-то!

— Вот ты косорукий! — ругнулся я на Диса. — Решил, что, если все равно умирать, так хоть красиво?

Дис молчал. Время разговоров прошло. Настало время действовать.

Новая очередь — и костюм полыхнул отблеском силового щита. Почти достал, ублюдок! Выстрел из импульсника расплескался по центральному пульту, за которым я прятался и самым краем зацепил меня.

— Да твою ж мать! — выругался я. — Ты мне еще аппаратуру связи разнеси, дебил!

Нет, с этим нужно срочно заканчивать!

И тут в дело вступил Трикс. Хакер метнулся к пульту, пробежался пальцами по сенсорам и…

— Внимание! — снова загнусавили динамики. — В целях обеспечения безопасности сотрудников, ядро станции объявляется стерильной, абсолютно-безопасной зоной! Все вооружение дистанционно деактивировано!

Накопитель импульсника ухнул и погас. Блин, Трикс! Помощник хренов! Впрочем, учитывая, что та же участь постигла и пушку Диса, у нас сложился паритет. Впрочем нет. Перевес на моей стороне все-таки имелся.

Потянув из-за спины меч, я медленно вышел из своего укрытия.

— Ну что, пришло время отвечать за свои поступки, а, Дис? — нехорошо усмехнулся я, и описал мечом дугу в воздухе. — Что ты там, говорил, со мной сделаешь?

Глава 33

Земная Федерация, система Ориона. Орбита планеты Рапсодия, космическая станция корпорации «NewVision». Административное ядро станции.

Солнцепоклонник отшвырнул бесполезный излучатель в сторону и отступил назад, сверля меня взглядом. Ссышь, ублюдок? А бежать-то и некуда! Позади — лишь огромный обзорный экран, показывающий сейчас такую безмятежную отсюда поверхность Рапсодии. Единственный выход — за моей спиной. Рискнешь прорваться, нет? Где там… Кишка тонка. Дис уже проиграл — в тот момент, когда попытался запугать меня по пути к ядру. Уверенный в себе противник так делать не будет. Усомнился в себе — значит, пропал. Так что, дорогой мой друг…

Дис, тем временем, отошел к самому экрану. Выпрямившись, солнцепоклонник усмехнулся и картинно щелкнул пальцами.

— Я предупреждал тебя, Алтай!

Видимо, щелчок пальцами сопровождался отданной через интерфейс командой, потому что несколько дверей, ведущих в командный центр помимо той, что я выбил, одновременно открылись.

— Я говорил, что ты даже не представляешь себе силы, которым пытаешься помешать. Придется тебя с ними познакомить.

Чего? У него там что, вообще крыша поехала?

— Внимание, опасность! — запереживала Элис. — Множественные сигнатуры…

Однако я и сам видел, что таргет-трекер расцвел многочисленными отметками. Морфы. Блин, он что, решил тут вместе с нами самоубиться?

— Ты встал на пути Роя, Алтай! — голос Диса зазвучал глухо. — А Рой никогда не проигрывает! Здесь, в подземельях Рапсодии, мне открылась истина! Я понял, что Рой — не враг. Рой — избавление! Врач, который вырежет из тела вселенной раковую опухоль человечества! Уничтожит метастазы корпораций, вычистит больные ткани колоний! Человечество исчезнет, и вселенная очистится! Никакой эксплуатации, никакого угнетения, никакого рабства! Ничего! Ничего, кроме Роя!

— Эм-м-м… Дис, ты совсем ебнулся? — осторожно поинтересовался я, глядя на приближающиеся отметки на сканере. — Ты чего, какой-то дневник ксенопоклонников накопал, что ли? Ереси начитался? Какая муха тебя…

И тут до меня начало доходить. В подземельях Рапсодии, значит? М-да… Я вспомнил бледное лицо ксенопоклонника после зачистки коридоров в форте «Мстителей», жалобы на недомогание… Вспомнил, как бойцы говорили, что Дис исчез на какое-то время… Вспомнил мерзкую тварь в подземелье, Ти Бэга в коконе, сопоставил речи Диса с внезапно появившимися пси-способностями, и, кажется, наконец-то понял все.

Да, пожалуй я все-таки тугодум.

Диса укусила не муха. Другое насекомое.

Сколопендра, например.

Дис, тем временем, расхохотался.

— Сошел ли я с ума? О, нет, Алтай! Нет! Наоборот! Я обрел высшее знание, и стал чем-то большим, чем человек. Я стал Частью Роя! Частью самой великой силы во вселенной! И сейчас ты это поймешь!

Таргет-трекер тревожно запищал, и через открытые двери в зал повалили морфы. На двух ногах, быстрые и хорошо сохранившиеся, вроде японца в подземельях аваноста. Угловатые и уродливые — вроде тех, что я уничтожал по дороге сюда. И откровенно бракованные — как тот, что мы с Биллом встретили первым. Твари вбегали в помещение, но не атаковали — выстраивались перед Дисом едва ли не в строевые порядки, словно солдаты на плацу. Невероятно уродливые солдаты, сошедшие с полотен сумасшедших художников. Хриплое дыхание, взрыкивание, слизь, капающая с клыков… М-да. Большее, чем человек… Выставка уродов.

Дис, между тем, продолжал вещать.

— Смотри на них, Алтай! Смотри! Эти несчастные, вместо того, чтобы воссиять, вместо того, чтобы стать сверхлюдьми, превратились в уродов, послушных чужой воле! Послушных мне! Готовых выполнить любой мой приказ! Все потому, что их души черны, изъедены грехами и пороками! Мне же… Мне освещал путь сам Свет, вел меня святым путем мести! И потому я — я, не кто-то еще — стал сверхсуществом! Стал повелителем этих жалких тварей! Стал Частью Роя!!! Ты… Ты тоже можешь попробовать, Алтай! — внезапно сбился на хриплый шепот Дис. — Ты можешь пройти испытание! Стать достойным, равным мне… Или погибнуть, превратившись в неразумную тварь. Свет озарит твою душу, высветит все грехи, все пороки, бросит их на весы, и примет решение, кем тебе стать! Пройди испытание, Алтай! Проверь себя! СТАНЬ! ЧАСТЬЮ! РОЯ!!!«

Солнцепоклонник едва ли не в экстазе бился. Похоже, религиозные заморочки парня под воздействием гребаной сколопендры тоже мутировали, достигнув каких-то невероятных, гипертрофированных величин. Псих долбанутый! Высшее существо, мать его! Да такими высшими существами в любой дурке половина коек занята! Кретин чертов!

— Знаешь, Дис… — задумчиво проговорил я, выходя на открытое пространство. — Мне кажется, что я его уже прошел, это твое испытание. И, по-моему, сделал это гораздо успешнее тебя. Я не стану частью Роя. А знаешь почему? — я сделал почти театральную паузу, и сам ответил на заданный вопрос. — Потому что Я! СИЛЬНЕЕ! ЧЕМ РОЙ!!!

Одновременно с последними словами я обрушил мощнейший пси-удар на морфировавшее воинство Диса — и на самого поехавшего солнцепоклонника. Я бил наотмашь, извергался вулканом, сфокусировав всю свою ментальную мощь в узкий конус, захвативший Диса и мутировавших корпоратов. Шкала энергии качнулась и поползла в сторону желтой зоны, когда я сосредоточился и добавил к пси-излучению ментальное доминирование и «Королевскую волю».

— УМРИТЕ!!! — кричал я, срывая голос и одновременно дублируя приказ в пси-диапазоне. — УМРИТЕ! Я! ВАМ! ПРИКАЗЫВАЮ!!!

Тело будто разрывало на куски, перед глазами повисла красная пелена — но при этом чувствовал я себя просто прекрасно. Лучше, чем когда-либо. Каждая клеточка организма преисполнилась невероятным могуществом, великой силой, способной гасить звезды и сворачивать в узел черные дыры. Я действительно чувствовал себя сильнее всех гребаных ксеносов, вместе взятых — и, черт побери, мне это нравилось!

— Расход энергии — пятьдесят процентов, — пробился сквозь эйфорию встревоженный голос Элис. — Босс! Босс, остановитесь! Все кончено!

С трудом осознав, что говорит Элис, я резко обрубил ментальный поток и хрипло застонал. Ух. Ничего себе, как я умею…

Тряхнув головой, я открыл глаза. Кажется, и правда все кончено. Во блин.

Я стоял на колене, упираясь кулаком в пол — понятия не имею, когда успел принять такую позу, — а вокруг меня вповалку лежали мертвые ксеносы, будто скошенные невидимыми лучами смерти. Впрочем, почему «будто»? Так и есть. Подняв руки, я стащил шлем, бросил его на пол и потянулся за флягой. Горлышко отстучало стаккато по зубам, и наконец в пересохший рот полилась живительная влага. Оторвался от фляги я, лишь допив все, до последнего глотка. Отбросив в сторону бесполезную емкость, я, чуть пошатываясь, поднялся на ноги и повернулся в сторону операторской зоны.

— Трикс! — позвал я. — Трикс, ты живой?

Откуда-то из-за груды искореженной техники поднялся бледный, как смерть, хакер.

— Охренеть… — только и выдохнул он, оглядывая командный центр. — Охренеть, — повторил он, перевел взгляд на меня, и недоуменно-восторженно покачал головой. — Алтай, а как это ты их?

— Позже, — покачал я головой. Длинные, пространные объяснения сейчас явно не были тем, чего мне не хватало. — Оборудование уцелело? Мне нужна связь с флотом.

— Э… — Трикс завис, но тут же сосоредоточился. — Да, я думаю, то, что нам потребуется, уцелело. А… Ой, — вдруг проговорил парень, и побледнел еще сильнее. Хотя, казалось бы, куда еще-то?

— Что такое? Трикс! Соберись! Связь! Как можно скорее!

— А… Алтай! — пробормотал хакер, и вытянул руку, указывая на меня. Нет, на что-то за моей спиной!

Я резко развернулся, и нахмурился. Что за ерунда?

Куча тел в центре кладбища тварей зашевелилась. Еще раз. И еще. Один из мертвых морфов отлетел в сторону, и с пола поднялась знакомая худощавая фигура.

Дис!

Но… Какого хрена?

— Ты… — пошатываясь прохрипел солнцепоклонник. — Ты… Ты один из нас! Но — не такой… Не часть Роя… Ты… Ты… ТЫ УМРЕШЬ!

Дис заорал, сорвавшись на визг, вскинул руки и нелепо изогнулся. Да так, что я услышал, как трещат его кости. Солнцепоклонника крутило и корежило, вязало в узлы, тело изгибалось под немыслимым углами, треск становился все громче…

А потом Дис начал меняться.

Плоть солнцепоклонника треснула, брызнув коричневой жидкостью, и из кошмарных ран на туловище полезли хитиновые лапы… Сегментарные, сложенные, с поблескивающими клинками, они медленно разворачивались, и, мать его, я готов был поклясться, что таких огромных еще не видел ни у одной твари! Захрустели суставы, ноги Диса вывернулись коленями назад и зафиксировались в таком положении, став внезапно толще и… Длиннее? Да, уродливые конечности буквально на глазах вырастали из щуплого тела, из них, в свою очередь, лезли шипы и лезвия, ботинки лопнули по швам, выпуская чудовищные когти… Дис упал на колени, упершись руками в пол, с верхними конечностями начали происходить примерно те же трансформации. Солнцепоклонника вырвало коричневой слизью, голова дернулась и повисла, а в верхней части спины, тем временем, вспучился уродливый горб. Затрещала по швам одежда, лопнула не выдержавшая напряжения кожа, и над безвольно свесившейся головой появилась еще одна — на длинной шее, с огромными фасеточными глазами и уродливой пастью — как две капли воды похожей на пасть королевы, которую я прикончил в Инферно. И, в качестве последнего этапа трансформации, из спины Диса… Хотя, какой там, на фиг, уже Дис… Из спины кошмарной твари вылезли и развернулись два крыла, одновременно напоминающие крылья летучей мыши и стрекозы. Оглядевшись, новорожденный монстр как-то совсем по-собачьи отряхнулся, разбрызгивая по сторонам покрывающую его слизь и кровь, поднял голову к потолку и издал ужасный вопль, сопровождающийся настоящей ударной волной в пси-диапазоне. Щиты дрогнули, но устояли. А вот Триксу пришлось плохо. Вскрикнув, парень схватился за голову и упал на колени.

— Твою мать… Что ты такое? — пробормотал я, не сводя взгляда с монстра и одновременно пытаясь нашарить брошенный на пол меч. — Охренеть можно.

В центре зала, над грудой мертвых ксеносов возвышался сочащийся слизью двухметровый гибрид кузнечика, богомола, летучей мыши и самого кошмарного порождения искореженного сознания синтогенового наркомана.

— Трикс, — проговорил я, нащупав меч, и поднимаясь на ноги. — Беги.

— Но… я…

— Быстро! — гаркнул я, занимая оборонительную позицию и активируя меч.

Парень кивнул, что-то загремело — Трикс пробирался к выходу. Выбросив хакера из головы, я сосредоточился на предстоящем бое.

— Какая ж ты, сука, уродливая, — пробормотал я, начиная двигаться по кругу. — Ну, ладно. Давай потанцуем!

***

Несмотря на внушительные габариты, тварь двигалась невероятно легко, и, можно сказать, грациозно. Первый удар монстра едва не стал для меня последним — настолько неожиданным и стремительным он был. Взмахнув крыльями, тварь одним прыжком преодолела разделяющее нас расстояние, и обрушила на меня одновременно два удара — могучей лапы, оканчивающейся отточенным хитиновым клинком, и ментальный. Причем последний оказался опаснее: меня дезориентировало, и только в самый последний момент я сумел сгруппироваться и нырнуть под ужасный серп, кувырком уходя в сторону и пропуская удар над собой. Вскочив на ноги, я наотмашь рубанул мечом — и самым кончиком достал-таки тварь. Одна из хитиновых лап, приняв удар, надломилась под собственным весом и повисла. Соблазн развить успех был велик, но я внял голосу разума и отскочил в сторону. Вовремя. Тварь резко развернулась на месте, и воздух в том месте, где я только стоял, с гулом рассекло костяное лезвие.

— Не такая уж ты и крутая, — пробормотал я, медленно пятясь назад. — Но — внушаешь, блин, внушаешь… С кого ж тебя, такую страшную, рисовали?

Монстр снова ринулся вперед, но меня там уже не было. Активировав динамическое балансирование, я задействовал бустеры, и перелетел через морфа, в прыжке умудрившись извернуться и рубануть по одному из крыльев. Приземлился, правда, неудачно: тварь снова заорала от боли, по мне хлестнуло ментальным ударом, рука подломилась, и я неуклюже покатился по полу.

— Блин, еще б тебе связки голосовые подрезать… — выругался я, поднимаясь. Хотя на самом деле шутками я просто пытался себя хоть немного отвлечь от холодящего кровь ужаса. Свежевылупившаяся тварь, кажется, еще просто не вполне владела телом. Только потому мне и удалось ее ранить уже два раза. Сейчас вот она окончательно свыкнется с новой формой, и тогда… Что будет тогда, думать не хотелось. Единственно, чего мне хотелось на самом деле — с безопасного расстояния посмотреть, как флот разнесет к чертям станцию вместе с гребаным монстром. О, да, кажется, я еще никогда так остро ничего не желал!

Полученные раны заставили тварь стать осторожнее, она будто оценивала мою тактику, думая, что можно ей противопоставить. Погоди, дорогуша. Ты еще и половины моих возможностей не видела!

— Элис! — позвал я. — Концентрация и распределение фокуса! Максимальное усиление! Берсеркер! Поехали!

Я до хруста в шее повел головой, сунул меч в ножны и активировал лезвия на руках.

— Лучше бы ты, тварь, вместе с остальными сдохла! — пробурчал я, и бросился в атаку.

***

— Чего ж ты, падла, живучая такая, а? — прохрипел я, сплевывая на пол вязкую слюну пополам с кровью спустя пару минут.

Перепачканная коричневой кровью, израненная, тварь стояла в центре зала и готовилась к новой атаке.

Я лишил ее двух хитиновых лап, начисто срубил одно крыло и подрубил заднюю ногу. Помимо этого, на брюхе морфа красовался длинный разрез, из которого свешивалась отвратительная на вид и запах требуха, однако ложиться и подыхать тварь даже не собиралась. А, ну еще мне удалось начисто смахнуть одну «антенну» на уродливой башке, после чего ментальные атаки твари перестали быть такими сокрушительными. Вот только, к глубочайшему сожалению, не сказать, чтоб это сильно приблизило меня к победе. Между тем, я уже почти выдохся. Сказывалась потеря энергии при ментальном ударе по площадям — я вступил в бой с половиной шкалы, а при активном использовании всех способностей, энергия убывала намного быстрее, чем биоботы успевали ее восполнить. Еще часть оттянула на себя регенерация — монстру все же удалось меня несколько раз зацепить. Автодок отработал на «отлично», и боли в разрезанном бедре и плече я почти не чувствовал, однако рука с каждой минутой слушалась все хуже. Да и на ногу сильно рассчитывать не стоит. Еще две-три атаки, и… Морф, правда, тоже замедлился, но серьезного преимущества мне это не давало. Он все равно был намного быстрее обычного человека, и успевать за ним становилось все сложнее. Интересно, если тварь победит, Трикс додумается отстрелить ядро станции, активировав самоуничтожение? Хм, хорошая идея, кстати… Но нет. Я не успею выбраться отсюда, монстр меня добьет быстрее. Кроме того, поражение будет означать не только мою смерть. От меня сейчас зависят сотни жизней на поверхности планеты. Значит — умирать нельзя. Пока есть хоть один шанс на победу… Побарахтаемся еще, в общем.

— Ну давай, образина, что же ты? — прорычал я, готовясь к новому броску. Возможно — последнему. — Давай, иди к папочке!

И образина пошла.

Стремительный прыжок, взмах хитиновой лапой — и я, не рассчитав сил на уклонение, поскользнулся в коричневой слизи и рухнул на пол. Клинок прошелестел над самой головой, у меня даже волосы зашевелились, я лихорадочно дернулся в сторону, но было поздно. Чудовищная лапа наступила мне на ногу, прижимая к полу, я почувствовал, как острый коготь разрывает плоть и заорал от чудовищной боли. Которая через секунду показалась мне совсем несущественной — потому что один из костяных серпов пробил мою правую руку. Я попытался отмахнуться свободной левой, на перчатке которой все еще сияли энергоклинки, но тварь повалилась вперед и заблокировала руку. Над головой нависла уродливая морда, и я обреченно выдохнул. Ну, вот и все. Сейчас эта хреновина откусит мне голову — и конец мучениям. Что ж. По крайней мере, я сделал все, что мог. Не моя вина, что сил моих оказалось недостаточно…

Однако откусывать мне голову тварь не торопилась. Опустив башку, она разинула уродливую пасть и потянулась к моему лицу, высовывая язык.

— Целоваться лезешь, что ли? — прохрипел я. — Отвали, крокодил, ты не в моем вкусе! — черт… Дотянуться бы до гранатного подсумка… Хоть эту мерзость с собой забрать! А, проклятье, гранаты ведь деактивированы…

В пасти твари что-то зашевелилось, и я обмер. Потому что… Потому что ни хрена это не язык, мать его! Прямо из глотки морфа свешивалась сколопендра — в несколько раз крупнее и отвратительнее той, что я извлек из мозга убитого зараженного в шахте. Кошмарное создание шевелило усами и лапами, извивалось, пытаясь дотянуться до моего лица, а я, едва не сворачивая себе шею, отклонялся в сторону. Нет! Нет, мать вашу! Просто убей меня, гребаный монстр ты инопланетный! Потому что это… Это хуже, чем смерть!

Кажется, сейчас я впервые пожалел о том, что Элис больше не может остановить мое сердце.

— Отмена стерильного протокола! — внезапно послышалось над головой, а потом раздался пронзительный крик Трикса:

— Алтай! Держись! Получи, тварь!

Что-то ухнуло, мелькнула синяя вспышка, и тварь с отвратительным визгом отлетела куда-то в сторону, утаскивая с собой по доброму куску мяса из моих конечностей. Меня лишь слегка опалило жаром — силовой щит костюма сработал идеально. А вот монстру гостинец, подаренный Триксом, явно не понравился.

— Сдохни, сука, сдохни, сука, сдохни, сука, сдохни!

Трикс медленно шел вперед, сопровождая каждое слово выстрелом из импульсного излучателя. На лице паренька замерло самое решительное выражение из всех, что я когда-либо видел. Плазменные разряды вырывались из ствола излучателя, чтобы через секунду расцвести смертельными синими цветами на теле монстра.

К такому его жизнь явно не готовила.

Тело высшего ксеноса, вылупившегося из Диса, не обладало броней, способной защитить его от раскаленной плазмы — а может быть, просто не успело ее отрастить. Как бы то ни было, с каждым выстрелом тварь отбрасывало в сторону, а попытки вскочить на ноги сменились нервическими подергиваниями, весьма напоминающими агонию. Трикс прошел мимо меня, остановился в нескольких метрах от твари, вжал приклад в плечо — и прицельным выстрелом разнес голову морфа на куски. Импульсник замолчал, и об пол звякнула выжатая досуха энергоячейка.

Последняя энергоячейка.

Трикс выронил излучатель, устало опустился на пол… Сразу, впрочем, спохватившись, и, едва ли не на четвереньках метнувшись ко мне.

— Алтай! Алтай! Как ты, Алтай?

— Нор… Нормально… — прохрипел я, чувствуя, как сознание пытается ускользнуть.

— Подожди… Подожди, сейчас…

Парень засуетился, выхватил из слота автодок, рванул воротник моего костюма, приложил коробочку к шее… Коробочка зажужжала, я почувствовал несколько уколов и сразу же стало немного легче.

— Сейчас, держись, Алтай, перевяжу… Сейчас… Ты только держись!

— За… что?

— А? — парень замер и недоумевающе уставился на меня.

— За что держаться, спрашиваю?

Трикс на секунду завис, потом мотнул головой и рассмеялся.

— Шутишь — значит жить будешь, — паренек распотрошил аптечку, и занялся моими ранами. Я хотел было выдать еще одну шутку из разряда «за триста кредитов», но подумал, и решил не расходовать зря силы.

Трикс закончил меня перевязывать и сел рядом, не сводя с меня взгляд.

— Ты пришел за мной, — проговорил парень. — Спасибо, Алтай. Я этого никогда не забуду.

— Пришел, — кивнул я. — Пришел тебя спасать, да. А получилось так, что меня спас ты.

Парень недоверчиво посмотрел на меня и робко переспросил.

— Я… Я спас тебя? Я — тебя?

— Ну, да. А ты не заметил, что ли? — я попытался усмехнуться. Неудачно. Висок дернуло болью и я зашипел.

— Я — спас. Я спас Героя Федерации! — Трикс будто на вкус пробовал, как это звучало.

— Ну да. И спасешь еще несколько сотен человек, если дотащишь меня до кресла и дашь связь с флотом, — я перевернулся на бок и охнул. — Ч-черт…

— Сейчас… Погоди, — парень вскочил, ухватился за эвакуационную петлю на костюме и поволок меня к пульту.

Я лежал на спине, смотрел на медленно ползущий над головой потолок, и думал о том, что сказал Дису неправду. Я сказал ему, что я сильнее Роя. А это не так. Не я. Мы. Человечество. Потому что, в отличие от Роя, нам не наплевать на существо одного с нами вида. И, пока во вселенной есть те, кто готов рискнуть жизнью ради оказавшегося в беде, нас никому не победить.

Никогда.

Эпилог

Земная Федерация, система Ориона. Планета Рапсодия, Красная зона, она же Инферно. Аванпост клана «Молот». Несколько месяцев спустя.

Из сна меня вырвал раздражающий зуммер комлинка. От звука будильника неприятно просыпаться в принципе, а когда этот будильник еще и находится в твоей голове… Я шепотом выругался и открыл глаза.

— Элис, какого черта? — пробухтел я. — Я же ясно сказал: не беспокоить!

— Вызов от абонента из белого списка с высочайшим приоритетом. Простите, босс, я не могла его отклонить, — несколько виновато отозвалась нейросеть.

Ладно. Хрен с ним. Кто там, блин, трезвонит с утра пораньше?

Трезвонил с утра пораньше Джонсон. М-да. Этого не пошлешь, да. Ну, хорошо хоть обычный вызов, не с красным кодом. Значит, пару минут подождет.

Аккуратно, стараясь не разбудить прижимающуюся ко мне Скайлер, я перекатился на край кровати и поставил босые ноги на пол. Девушка что-то недовольно пробурчала во сне, сгребла одеяло, обняла его, и затихла. Я улыбнулся, и прошлепал к выходу из спальни.

На ходу надевая майку, я помассировал лицо ладонью и плюхнулся в кресло. Размял шею, перевел вызов на внешний терминал и ответил.

— Слушаю, сэр!

На экране появилось недовольное лицо полковника. Старый «Феникс» неодобрительно посмотрел на меня, поджал губы и проговорил:

— Если бы мои бойцы так вставали по тревоге, капитан…

— Во-первых, я ваш боец только формально, полковник, — перебил я его. — Во-вторых, тревоги не было. У вызова обычный приоритет. В-третьих — я вообще в отпуске. Так что не надо тут.

Полковник осуждающе покачал головой, но продолжать пикировку не стал.

— Файрстоун на линии. Хочет рассказать что-то важное, причем — в режиме брифинга. Сандерс и Штейн уже здесь. Только тебя ждем, — снова прорвалось недовольство временного коменданта Элизиума.

— Ну, подождали — и ничего, никто ж не умер… — пробурчал я. — Ладно, полковник, извините, вчера был тяжелый день. Я готов.

— Мог бы и сразу извиниться. Никакой субординации, — недовольно покачал головой Джонсон. — Подключаю.

На экране развернулось еще три окна. Сандерс, Штейн, Файрстоун. Я поднял ладонь, приветствуя всех сразу, и откинулся на спинку кресла. Блин, кофе бы сейчас…

— Рад видеть всех в добром здравии! — судя по фону, контрразведчик сейчас находился на Земле: в большом панорамном окне за его спиной виднелись башни Совета Федерации. Ага, теперь понятно, откуда легкий рассинхрон и шум помех на картинке. — Я только что вернулся с закрытого заседания Совета. Алтай, наш проект одобрен.

Я довольно улыбнулся.

— Идея о создании на Рапсодии защищенных рабочих поселков и возобновлении разработок получила большую поддержку. Первые колонисты начнут прибывать уже в этом месяце. Пока принято решение о создании трех поселков. Первый — на базе Элизиума, второй — на базе форта «Буревестников», третий — будет закладываться заново. Полковник Джонсон, могу вас поздравить: назначение утверждено, приставку «исполняющий обязанности» из своей должности можете смело убирать. Вы утверждены. Теперь вы — военный комендант форта Элизиум.

— Счастье-то какое… — полковник сделал вид, что недоволен назначением, но я знал, что на самом деле старый вояка рад. Да, работа предстоит непростая, но это лучше, чем с пушкой по пампасам скакать. Возраст, опять же… Нормально, в общем.

— Также сегодня утрясли последние формальности с национализацией «Группы Феникс», — продолжил контрразведчик. — Теперь «Феникс Групп» официально подчиняется непосредственно Совету Федерации в статусе государственной корпорации. Ваши новые звания и контракты подтверждены, господа. С чем я вас и поздравляю.

Я хмыкнул. М-да уж. Скажи мне кто еще недавно, что я стану «Фениксом» — рассмеялся бы. Впрочем, контракт у меня чисто формальный, и нужен исключительно для легализации моего дальнейшего пребывания на Рапсодии… Ну, и включения меня в коммуникационную цепочку новой структуры. А так — свободный агент, можно сказать. Вольная птица. Куда хочу — туда лечу. Ну, с некоторыми оговорками.

— Алтай, Сандерс — продолжал вещать Файрстоун. — Решения Совета сегодня окончательно вступили в силу. С Алтая сняты все обвинения, он торжественно восстановлен в звании… И с почетом уволен из рядов Вооруженных сил в звании капитана. С сохранением всех наград и регалий. О новых я, уж извини, хлопотать не стал — и так вокруг тебя шума слишком много. Решение о помиловании Сандерса тоже утверждено. По остальным членам команды — также положительно. Все прочие… Уж простите. Фильтрация, новое рассмотрение дел… Все же куча народа у вас там на «Полигон» попала не только в результате произвола корпораций, — контрразведчик поморщился. — Штейн, твоя задолженность полностью погашена, контракт с «Нью Вижн» расторгнут, ты теперь свободный человек. После прохождения карантина можешь вернуться домой… Или остаться на Рапсодии. Как я уже говорил, третий поселок будет закладываться заново, и нам нужен толковый управленец. А ты за это время зарекомендовал себя исключительно с положительной стороны. Могу внести твою кандидатуру на рассмотрение.

Штейн довольно улыбнулся и благодарно кивнул. Не думаю, что он решит улетать. Как ни крути, между статусом обычного гражданина в колонии у черта на куличках и статусом руководителя поселения — пропасть. Думаю, выбор очевиден.

А вот Трикса я бы отправил куда-нибудь в миры Ядра, продолжать учиться. Парень — явный талант, и негоже зарывать его в бурую землю Рапсодии. У него большое будущее, и взлом базы «Вест Армор», из-за которого он и оказался на Полигоне, в нынешние времена будет очень сильной строчкой в будущем резюме молодого специалиста.

— От материалов Вихо у наших спецов просто волосы встали дыбом, — с усмешкой перешел к следующему вопросу Файрстоун. — Они взяли в заложники главу научного сектора и требуют несколько миллиардов кредитов, полевую лабораторию и научный корабль до Рапсодии. Так что пусть бывшие люди Вихо готовятся — с ними просто жаждут познакомиться научные светила разной величины.

— Я надеюсь, наш договор в силе? — я посмотрел на контрразведчика. — Только добровольное участие и никакой опасности для жизни.

— В силе, — Файрстоун кивнул. — Все прекрасно понимают, что в противном случае эти аборигены просто растворятся на просторах Рапсодии, и поди найди их, с их-то способностями к выживанию… Также, как мы и договаривались, я вычеркнул из списка «подопытных» некую особу, — Файрстоун пристально посмотрел на меня и я лишь кивнул. Ох и спросит же с меня контрразведчик за эту услугу… Но делать нечего. Тут у меня без вариантов.

— Ну и дальше по делам нашим скорбным, — контрразведчик нахмурился. — Алтай, переданный тобой нейромодуль Баркера действительно оказался подключен к программе «Лазарь». На данный момент сознание Баркера перемещено в цифровую среду, и он вовсю дает показания. Даже без попытки госпереворота, то, что он рассказывает, стало бы последним гвоздем в крышку гроба вольницы корпораций. Незаконные эксперименты, завоз в карантинную зону армейской техники, торговля ксенообразцами и инопланетными биотехнологиями, вывезенными с карантинной планеты… Даже прошлый, насквозь прогнивший состав Совета на такое не смог бы закрыть глаза. А уж теперь… — Файрстоун довольно усмехнулся. — в общем, теперь о «Сай-Фай Медикл», «Вест Армор инк» и «Нью Вижн» услышат только на показательном процессе. А учитывая введенное в Федерации военное положение… Думаю, мало этим ребятам не покажется.

Да уж.

Оказывается, пока мы сидели на Полигоне, в освоенной вселенной творились такие дела, что, по сравнению с ними, происходящее на Рапсодии показалось детским лепетом. Вконец оборзевшие корпораты готовили государственный переворот, с целью окончательного свержения марионеточного Совета и объявления о создании корпоративного государства. Чистый и неприкрытый корпоративный фашизм. Вот только силовики успели первыми.

Все эти годы в высшем военном руководстве зрело недовольство растущей властью корпов. По сути, на самом деле в Федерации рулили именно они, дергая за ниточки насквозь гнилой и коррумпированный Совет. В какой-то момент триумвирату ведущих корпораций надоели посредники, и они решили, что мир вполне созрел для их блестящего правления. К счастью, вояки оказались готовы к такому раскладу, и буквально на шаг опередили корпоратов. Переворот все-таки совершился, но… В нужную сторону, скажем так.

Военные арестовали Совет в полном составе и выдвинули значительные силы на штурм штаб-квартир корпораций. Руководство «Феникс Групп», по большей части состоящее из бывших военных, поддержало армию, и наемники перешли на ее сторону. Корпы, в основном полагавшиеся как раз-таки на «Фениксов», и не имевшие серьезного боевого крыла, оказались практически безоружны. Дольше всех сопротивлялась «Вест Армор». На отдельных планетах, используя вывезенные с Рапсодии и других недочищенных планет образцы, они даже спровоцировали локальное вторжение, чтобы оттянуть внимание военных. Не вышло, но руководство серьезно напряглось. И именно поэтому, когда с Рапсодии пришел сигнал бедствия, в состав экспедиции был включен генерал Файрстоун, контрразведчик с нереально широкими полномочиями и еще более обширными связями. Основной целью Файрстоуна был захват высших чиновников «Полигона», происходящее на планете-тюрьме его волновало гораздо в меньшей степени. И тут на сцене появился я. Истекающий кровью заключенный, при этом по самую макушку набитый невероятно ценной информацией, предотвративший проникновение в миры Ядра опаснейшего биологического оружия, да еще и предоставивший генералу высшего чиновника «Полигона». На блюдечке с голубой каемочкой, как говорится.

В общем, все сложилось даже удачнее, чем я ожидал. Генерал, получив несколько занимательных видеозаписей с моего нейромодуля, взял паузу на обдумывание. Которой мы с Триксом воспользовались, чтобы свалить обратно на поверхность, прихватив с собой Билла и пришедшего в себя Георга. К счастью, челнок, на котором прибыли Дис и Миллер, уцелел, а Билл, вполне ожидаемо, оказался куда лучшим пилотом, чем Тед, мир его праху.

Ну а потом с орбиты свалились штурмовики.

То, что Файрстоуна, как минимум, заинтересовал мой рассказ, стало понятно по тому, что летуны, вместо того, чтобы обрушить на нас огненный ад, обрушили его на продолжающих штурмовать Элизиум ксеносов. Воспрявший духом Джонсон выделил несколько бойцов для целеуказания, те «подсветили» летунам глушителей, и вскоре у нас появилась слабая, работающая через пень-колоду, но все-таки связь. Потом нам сбросили несколько армейских ретрансляторов, техники «Фениксов» поспешно их развернули, и начался торг.

В результате целой серии переговоров, в ходе которых я по крупицам выдавал Файрстоуну интересующую его информацию, генерал согласился пойти на уступки и посоветоваться кое с кем во вновь сформированном совете… А еще его очень заинтересовали мои мысли по поводу окончательной зачистки Рапсодии силами колонистов. Ну и… Вот, в общем.

Нет, я прекрасно понимал, что генерал прекрасно понимал, что мы оба понимаем, что я многого не договариваю. Это стало кристально ясно, как минимум, после того, как я отказался покидать Рапсодию и изъявил желание продолжить, так сказать, работу на благо человечества в этой заднице дьявола. Но пока что Файрстоун старался особо жестко меня не колоть. То ли боялся спугнуть, то ли по-каким-то своим соображениям… Я знал, что впереди у нас с генералом, ставшим невольным куратором проекта по возрождению Рапсодии, еще много разговоров, в ходе которых он постарается вывести меня на чистую воду, ну а пока… Пока я ему здесь нужнее. А дальше… Поживем — увидим.

Из задумчивости меня вывел донесшийся откуда-то аромат свежезаваренного кофе. Настоящего кофе, а не бурды из синтезатора. Вскинувшись, я увидел, как вдруг вытянулись лица всех троих высоких руководителей на экране. Послышались мягкие шаги, я почувствовал спиной упругую грудь Скайлер, прижавшейся ко мне, и едва удержался от того, чтоб хихикнуть. Так же можно и до инфаркта людей довести. Хоть бы оделась, что ли… Скайлер, между тем, поставила передо мной на столе исходящую паром кружку с ароматным напитком, обвила шею руками и промурлыкала в ухо:

— Доброе утро.

— Скай, — сдерживая так и просящуюся на лицо ухмылку, проговорил я. — Мы тут вообще-то работаем.

— Мы? Ой! — девушка сделала вид, что только заметила моих собеседников на экране. — Здравствуйте, генерал! Штейн, Сандерс — привет! Извините, я только на секунду.

— Я соскучилась. Быстрей возвращайся, — прошептала девушка мне на ухо, чмокнула в щеку, и степенно удалилась, покачивая бедрами. Вот же пакостница!

— Гм… Хм… — кажется, дар речи к Файрстоуну вернулся не сразу. Генерал откашлялся, и продолжил.

— В общем и целом — у меня пока все. В течение недели я пришлю человека, с которым вы обсудите поставки необходимого оборудования и материалов для восстановления Элизиума, расширения форта «Буревестников» и закладки нового поселка. С ним же прибудут уполномоченные лица для фильтрации желающих покинуть Рапсодию. Впрочем, более конкретную информацию по этому поводу я уже отправил полковнику Джонсону. На этом не смею вас больше задерживать, господа. Спасибо за внимание и удачного дня, — Файрстоун покосился на меня, укоризненно покачал головой и отключился.

— Я, пожалуй, тоже пойду, — засуетился Штейн. — Ваши ребята, полковник, доставили гуманитарку из Элизиума. Спасибо! Нужно заняться распределением. Удачи!

Почти одновременно со Штейном отключился и Сандерс — у него хлопот тоже хватало. Собрался было распрощаться и я… Но не тут-то было.

— Алтай, — предостерегающе поднял руку Джонсон, видя, что я уже почти готов отключиться. — неподалеку от твоего сектора ответственности дроны заметили стаю морфов. Ничего слишком серьезного: скорпиксы, крабоиды и прочая мелочь. К сожалению, в той местности находится сильная геомагнитная аномалия, и дрону пришлось вернуться. Нужно бы побродить в тех местах, осмотреться. Не хотелось бы прозевать еще одно Гнездо, или, не дай бог, Логово. Я помню, что ты хотел несколько дней отдохнуть после зачистки в Седом Ущелье, но никого ближе сейчас нет. Займись, пожалуйста.

Я тяжело вздохнул. Вот так всегда. Стоит только расслабиться — и на тебе! Но работа есть работа. И дело тут даже не в контракте. Когда дело касается ксеносов, спускать на тормозах нельзя ничего. Мы уже видели на примере «Нью Вижн», к чему это, в итоге, может привести.

— Накамура уже скинул Триксу координаты, можете выдвигаться по готовности. Это не то, чтоб прям срочно, — вдруг хитро усмехнулся полковник, покосившись на дверной проем, в котором недавно исчезла Скайлер. — Какое-то время у тебя есть. Доложи, пожалуйста, как что-то разведаешь. Хорошего тебе дня, — Джонсон снова усмехнулся в усы, и отключился.

— И вам, полковник, — запоздало проговорил я.

Я поднялся из кресла, одним глотком допил оставшийся кофе и поставил опустевшую кружку на стол.

Какое-то время есть, говорите? Что ж. Кажется, я знаю, чем его можно занять!

Послесловие

Эту книгу вы прочли бесплатно благодаря Телеграм каналу Red Polar Fox.

Если вам понравилось произведение, вы можете поддержать автора подпиской, наградой или лайком.

Страница книги: Полигон-6. Обратный отсчет

Content

Юрий Уленгов
Полигон-6. Обратный отсчет

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Эпилог

Послесловие