Александр Толстов

Над городом, ночь

Пролог

Трава под ногами была мокрая и наверно жутко холодная. Во всяком случае промокшие до колен джинсы, казались влажно-ледяными, а ветер тихо шуршащий палой листвой и листвой на деревьях, старался забраться под одежду, добавляя неприятных ощущений.

На черта нужно было лезть в эти заросли на каблуках, Катя понять не могла, но и спорить ей с ним не хотелось. Ей вообще не хотелось возражать ему. Он будто всем своим существом излучал такую надёжность и уверенность, что она, всегда своенравная и независимая, постоянно ощущала желание прижаться к нему, почувствовать его крепкое плечо, сильные руки. Руки впрочем, у него почему-то всегда прохладные, холодные даже и поначалу это показалось ей немного дискомфортным, но потом она перестала обращать на это внимание. Достаточно было взглянуть ему в глаза, как она забывала обо всём на свете, а не только о его прохладной коже. В конце концов он очень худощавый, может поэтому мёрзнет, потому и руки холодные, зато взгляд, властный и нежный одновременно, притягивал её, заставляя быстрее колотиться сердце.

Катя всегда считала, что для её возраста у неё было немало мужчин, но такого она ещё не встречала. Она даже не смогла бы объяснить, что именно в нём такого притягательного, но чувствовала что готова для него на всё. Она готова на всё, а он до сих пор, кроме нескольких поцелуев, не попытался даже залезть ей под блузку и это начинало её заводить.

«Вот гад, — думала она. — Притащил в эту темнотищу, таскает по мокрой траве неизвестно зачем, вместо того чтобы отвезти к себе в гостиницу…»

Однако все эти отвлечённые мысли, темнота, сырость и холодный ветер, не могли испортить её настроение. После нескольких коктейлей в клубе, а потом в ресторане, она и так была готова заняться с ним любовью где угодно, хоть даже вон на той скамейке, маячившей в десяти метрах впереди и была уверена, что вечер так или иначе закончится именно этим.

Она представила его руки, снимающие с неё одежду, удивительно сильные руки. В невероятной силе его рук, она уже успела убедиться, когда он оттолкнул в стороны двух здоровых гопников, решивших прицепиться к ним возле ресторана. Он вдруг странно присел и метнулся вперёд с такой скоростью, что она даже не успела ничего сообразить. Видимо два амбала тоже сообразить не успели, потому что в следующую секунду один из них лежал на асфальте, жалобно скуля и держась за руку, а второй медленно сползал спиной по столбу.

Кате это понравилось. Сильных мужчин она любила, впрочем какая же женщина их не любит? Чувство защищённости, и без того испытываемое рядом с ним, после этого случая стало ещё крепче.

— Так куда мы идём? — она повернулась к нему. — Мокро здесь и темно, я ничего не вижу.

Она оступилась и он мгновенно придержал её за локоть.

— Хочу показать тебе кое-что, — его голос был какой-то бархатный и она почувствовала как что-то тёплое колыхнулось внутри. — Вот тут.

Они уже подошли к скамейке и он развернул её к себе, обняв за плечи. Катя поняла, что сейчас что-то должно случиться. Она запрокинула голову, дерзко посмотрев на него, чуть приоткрыв губы в ожидании его поцелуя. Его глаза будто засветились желтоватыми огоньками и ей показалось, что в них уже нет той властной нежности, с которой он смотрел на неё до сих пор. Взгляд был полон страстного желания и чего-то ещё, она не могла понять чего, но походил он на взгляд маньяка, хищника смотрящего на свою жертву.

— Придётся обойтись без секса, — странным голосом прошептал он. — Ты уж извини.

Катя дёрнулась в его руках, пытаясь отстраниться, чувствуя как всю её захлёстывает паника, но с одинаковым успехом, она могла бы пытаться вырваться из стального обруча. Он держал её намертво. Она решила закричать, но изо рта вырвался лишь сипящий, гортанный хрип. Он схватил её за горло, его глаза словно распахнулись, затопив всё её сознание жёлтым светом, точно втягивая её разум в бездонную, песчаную воронку. Внутренне ещё пытаясь сопротивляться, она почувствовала как обмякла в его руках, будто отнявшиеся руки и ноги, отказывались шевелиться.

Даже режущую боль в шее, она восприняла как-то отстранённо, животный ужас уступал место апатии, глаза закрывались сами собой. Ей показалось, что она плачет, но сознание уже поглощал пульсирующий в мозгу мрак.

1

Сергей поднял голову подставив лицо мелким каплям дождя. Неуютная, осенняя морось, крутила причудливую сеть в свете фонарей и щедро, но как-то неполноценно что ли, сыпалась в глаза.

«И не дождь и не сухо и вообще чёрт знает что, — подумал он. — Все сегодня как-то не так: и работа и личное и вон, даже погода.»

Сергей поежился на пронизывающем ветру, поднял воротник и дотянул молнию до самого верха. Холодно. Кожаная куртка ни черта не грела, только что выглядела прилично. Оно и понятно, в такую мерзость нужно одевать что-то потеплее. Но он так привык к своей куртке. Он вообще привыкал к вещам и потом всегда с большим трудом, заставлял себя переодеваться во что-то новое. Сергей закурил, сплюнул, как будто готовясь к чему-то серьезному и шагнул с крыльца на тротуар. Ветер вроде бы обрадовался, увидев вышедшего из-под защиты здания человека и с готовностью завыл сильнее, норовя забраться куда только можно.

Холодно…чёрт! Надо бы домой — погода явно не для прогулок. Но домой совсем не хотелось. И к друзьям глупо, поздно уже совсем. Да и ничего ведь не случилось, так просто — хреново на душе, а с другой стороны кому сейчас хорошо? Он усмехнулся своим мыслям.

И к Ирине он уже точно не пойдёт. Хотя она и сказала, что готова поговорить и во всём разобраться. Господи! Опять поговорить? Снова разобраться? В который уж раз? Ему уже надоели эти разговоры и разборки. Позавчерашний телефонный разговор, после недельного молчания, был, он надеялся, последним. Всегда терпеть не мог бабских истерик, а она последние три недели, вообще по-другому говорить была не способна. В первые разы он как-то пытался успокаивать её вспышки, но сколько можно, да и зачем ему всё это? Всё равно ничего у них и не могло получиться — слишком уж разные они. Она же понимать это, категорически не желала. Три месяца знакомства и уже претензии, обиды.

Да если честно, то и с самого начала не было настоящего взаимопонимания. Просто наверное поначалу, страсть скрадывала это, а когда она прошла, всё вылезло наружу. Пожалуй только в постели им и было хорошо, но постель постелью, а ведь нужно что-то ещё. Что-то такое, в чём можно было бы найти точки соприкосновения, общие интересы — у них это не получилось… Да ладно, что об этом думать? Никто в этом не виноват — ни он, ни она. Но всё равно каждый раз, после каждого очередного расставания, внутри заводится какой-то мерзкий душегрыз и норовит испортить и без того отвратительное настроение.

Впрочем настроение плохое не из-за этого, настроение сегодня достаточно качественно испортили на работе. Начальство словно с цепи сорвалось. Их конечно понять можно — дело на контроле в главке. Чего он не мог понять, так это с какого такого перепугу, главк вообще этим заинтересовался? Мало ли странных происшествий по Москве? Тут правда пошли разговоры, что возможно объявился какой-то маньяк, а если так, то конечно все встали на уши. Но и в этом случае, он не может заниматься только этим. У него ещё куча дел в разработке, может и менее важных, но ведь их тоже надо вести, тоже спросят и никто не сделает скидку на то, что постоянно пинают под зад коленом и требуют результата, а по сути мешают работать.

Если так нужен срочный результат, пусть формируют специальную группу, незагруженную рутинными делами и с неё уже и спрашивают. Именно эту мысль, он сегодня и озвучил на совещании, но видимо не слишком удачно попал. Обычно шеф — полковник Николай Андреевич Круглов, прислушивался к его мнению, но сегодня утром, ему очевидно так намылили шею в главке, что совет Сергея он воспринял как издевательство. Орал он так, что Сергей в конце концов просто встал и вышел хлопнув дверью. Что он пацан двадцатилетний что ли, чтобы на него так орать? Если кому не нравится, пусть увольняют.

Он часто так думал: после каждого скандала, после каждых разборок с начальством, прекрасно понимая, что на самом деле он совсем не жаждет уволиться. И наверно даже нельзя утверждать, что он так уж любил эту свою работу, просто как-то не представлял себя в другом качестве и в другом месте, да и делать ничего другого не умел. Вернее кое-что всё-таки умел, но не хотел пробовать или что-то менять.

«Консерватизм чёртов!»

— Дьявол! — Сергей заметил что выругался вслух, только когда от него шарахнулся какой-то прохожий.

— Все нормально, — буркнул скорее себе самому, чем нервному гражданину, отшвырнул сигарету и поднял взгляд от асфальта чтобы оглядеться.

Так, ну что теперь? Надо бы куда-то спрятаться, что ли, если уж не домой. А то замерз уже, как собака. Может в кафешке посидеть?

Подумав, он обратил взгляд к оному заведению, на противоположной стороне улицы. Заведение бодренько призывно помигивало неоновой надписью. Сквозь большие, витринные окна были видны люди, поддавшиеся уже этому манящему призыву.

«Там наверное тепло, — с тоской подумал он. — И выпить можно чего-нибудь.» Вот только там шумно и народу много, а ему совсем не хотелось видеть сейчас посторонние морды, тем более в большом количестве.

В кармане звякнул мобильник, извещая о принятом сообщении. Снова чертыхнувшись, он выудил телефон и тупо уставился на экран.

«Ты хотел встретиться? Если есть желание, приходи сейчас в кинотеатр…» — далее следовал адрес.

Вот те на! Кто бы мог подумать, что она отзовётся? С Леной он познакомился четыре дня назад, на сайте одноклассников. Вернее сказать — она с ним познакомилась. Написала, заявив что знала его когда-то, по какой-то старой институтской компании, а сейчас вспомнила, сославшись на давнюю его знакомую.

Как Сергей не рассматривал её фотографии, вспомнить так и не смог, что было довольно странно. Зрительная память у него отменная, сейчас так и вовсе профессиональная, а уж что касается женщин — особенно. Тем более таких красивых. А Лена Гордеева была изумительно красива, вряд ли он бы такую забыл. Впрочем какая она была почти двадцать лет назад, неизвестно. Вполне могла быть и не такой яркой и запоминающейся. С подобным он уже сталкивался, когда женщина с годами становилась несравненно красивее чем в молодости, превращаясь из может и не гадкого, но совершенно серого утёнка, в такого лебедя, что дух захватывало.

В общем долго вспоминать он и не хотел. Зачем мучиться над фотографией, когда можно увидеться? Именно это он ей и предложил, после чего она замолчала почти на два дня. Что она обиделась на его поспешность, он допускал с большим трудом: совсем не похожа была эта жгучая, черноволосая особа, с дерзким и уверенным взглядом чёрных глаз, под высоким разлётом тонких бровей, на кисейную барышню, не понимающую, что может заинтересовать взрослого мужчину, в красивой женщине. Однако она замолчала, а докучать ей Сергей не хотел, да и времени особо не было — такой завал на работе, не до развлечений.

«Подождём до выходных, — решил он. — Там видно будет. Если вообще будут, эти выходные.»

В последнее время часто случалось, что выходных у него не было вовсе. Ждать выходных впрочем, не пришлось. Вот она проявилась. Он не знал её номера, но был уверен, что это именно она. В последнем сообщении в «Одноклассниках», он оставил ей свой, написав что если захочет, она может позвонить. Звонить она не стала — сделала проще: хочешь, не хочешь, как хочешь…

«Нахальная какая баба,» — с усмешкой подумал Сергей. — Молодец.» Такие ему всегда нравились.

«Интересно, а почему в кинотеатре? Почему к примеру, не в обсерватории?» — думал он шагая к своей машине, которую сегодня намеренно оставил подальше от отдела.

В кино он не был уже наверно лет десять. Нет, пожалуй даже больше. Он и припомнить не мог, когда точно. Ну и хорошо. Может дамочка и с прибабахом, но зато какое-то разнообразие.

Выведя на Джи Пи Эс адрес, Сергей включил зажигание и коротко мигнув поворотником, резко вырулил на проезжую часть.

* * *

Если бы не навигатор, искать кинотеатр видимо пришлось бы довольно долго. По-счастью, век высоких технологий, сильно экономит время. Правда к сожалению, минусов у нашего века тоже полно. Сергей двадцать минут крутился по округе, пытаясь найти место для парковки.

«Чёрт бы их всех побрал: понакупили машин, приткнуться негде,» — зло подумал он, чувствуя что начинает раздражаться. Что же за день сегодня такой? С самого утра всё через задницу, теперь ещё и машину не поставить.

Впереди замаячил просвет возле тротуара.

«Ну наконец-то. Маловат правда просвет, но ничего, как-нибудь влезу,» — Сергей проехал вперёд и как положено, задним ходом, собрался втиснуться между машин.

Но ведь день ещё не закончился и очевидно решил порадовать очередной положительной эмоцией. В зеркале заднего вида, внезапно появился чёрный джип и ослепив дальним светом, резво нырнул на стоянку. Вместиться он так и так не мог, а уж тем более заезжая передом, поэтому встал наискосок, сунув нос между машинами и оставив здоровенный зад на дороге.

— Твою мать! — Сергей в голос выругался и резко отпустил сцепление.

Старенькая «Тойота» словно прыгнула назад и ударила чёрного монстра в нос, разбив левую фару.

Резкий звук клаксона резанул по ушам и в следующий момент открылись обе передние двери джипа. Два коротко стриженных парня в кожаных куртках, быстро направились в его сторону.

— Ну вот, как сердце чуяло, — буркнул Сергей и вышел из машины.

— Слышь ты, придурок, — громко заговорил издали тот, что вылез с водительского сиденья, бритый почти наголо, с оттопыренными ушами. — У меня к тебе два вопроса и в зависимости от них…

Сергей резко развернулся и парень не договорил, будто споткнувшись о его взгляд. Второй уже стоял рядом с ним и молчал. Было маловероятно, что два здоровенных бугая испугались его, но всё же очевидно что-то нарушило несложный мыслительный процесс в мозгу качка и он понял, что перед ним не совсем тот «лох», которого он только что собирался разводить.

— Вопросы ты своей бабушке будешь задавать, недоделок. Когда она тебе передачку принесёт, — зло сказал Сергей, сунув в самый нос ушастому, удостоверение.

Глаза парня смешно съехались к переносице, когда он попытался разглядеть, что там написано и он инстинктивно отклонился, стараясь сфокусировать взгляд на красной книжке.

— А-а… что…? — сформулировать мысль, он не смог.

— То есть вопросы ещё остались? — вкрадчиво перебил Сергей и шагнул вплотную к нему.

Второй видимо соображал быстрее. Он дёрнул приятеля за рукав и предостерегающе поднял руку.

— Всё нормально начальник, нет проблем, — бодро сказал он.

Его товарищ однако, видимо ещё не совсем успокоился.

— А чего… он… — тыкнул пальцем в сторону Сергея. — Фару мне разбил.

— Это тебе будет уроком, долбоящер, — зло усмехнулся Сергей. — Правила движения поучи. А сейчас убери тачку.

Не желая больше разговаривать, он отвернулся и открыл дверцу.

Через полминуты, внедорожник сдал задним ходом и сверкнув оставшейся правой фарой, исчез в темноте. Припарковавшись наконец, на отбитом у джипа месте, Сергей усмехнулся и пошёл к зданию кинотеатра.

Зайдя в холл и оглядевшись, он от удивления аж открыл рот. Не думал что ещё остались такие кинотеатры: фойе, какое-то выцветшее, точно вынырнуло из советских времён, массивная дверь, захлопнувшись с грохотом, разбудила дремлющую в кассе билетёршу.

Прочитав название фильма, Сергей усмехнулся. Он органически не переваривал любовных мелодрам. Впрочем в конце концов, не кино же он пришёл смотреть. А зачем он собственно пришёл? В холле было тихо и кроме кассирши, не наблюдалось ни одной живой души. Может его всё-таки кто-то разыграл?

— Фильм давно идёт? — спросил он подойдя к окошку.

— Полчаса уже, — билетёрша бросила взгляд на часы. — Но это интересный фильм, молодой человек, с захватывающим сюжетом. Вы не пожалеете, что посмотрели его. В зале много свободных мест и вы сможете сесть, где захотите, отдохнуть, согреться и получить удовольствие от просмотра.

— Ладно, давайте, — Сергей протянул деньги и невольно улыбнулся.

Что может быть захватывающего в фильме о любви, он не понимал в принципе, но ещё больше его удивило поведение пожилой женщины. Нафига ей нужно рекламировать фильм? Да ещё так топорно: «В зале много свободных мест…» Ну ещё бы, кто попрётся на такую хрень, в такую погоду?

Войдя, он остановился на пороге, привыкая к полумраку зала, глянул на экран. Там инфантильная девица, заламывала холёные ручки и что-то страстно шептала надутому субъекту в очках, с оправой баксов за пятьсот.

Цирк. Сергей чуть не сплюнул, вовремя однако вспомнив, где находится и невесело оглядел зал. Почему-то казалось, что его развели как дурачка. Никого здесь скорее всего нет, а смотреть сей захватывающий сюжет, можно лишь в припадке полного умопомрачения. Только чужих фальшивых соплей, ему сейчас и не хватало.

Зал кстати, оказался довольно большой, а зрителей действительно было очень мало. Три или четыре пары, сидели в разных местах, несколько одиночек, да ещё копошение на самом последнем ряду, вполне понятное для любителей ночных сеансов.

Сергей с пониманием усмехнулся. Зачем здесь эти, хотя бы было ясно. Остальные вообще, по его мнению, непонятно для чего сидели тут, но на экран все смотрели старательно.

Продолжая скользить взглядом по залу, он уже начал подумывать, что и на ветру должно быть веселее, чем в этом унылом помещении, как вдруг его взгляд встретился с её глазами, да так и прилип, не в силах оторваться. Если что-то в этом зале, во всм этом кинотеатре, да и на всей этой улице, было достойно внимания, так это была она. Сергей узнал её сразу, несмотря на полумрак, освещаемого лишь экраном зала. Перепутать её было нельзя.

Она сидела с противоположной от входа стороны, немного выше середины зала, в общем так далеко от всех, как это только было возможно и пристально глядя на него, легко улыбалась.

— Забавно, — он улыбнулся ей в ответ и уверенно двинулся по проходу между кресел.

Настроение стремительно улучшалось, тягучую пустоту в душе заполняло радостное волнение, ощущение возможности чего-то захватывающего, нужного, очень давно ожидаемого. Вряд ли он мог с точностью прокомментировать свои сумбурные мысли, да и вряд ли это было необходимо. Он точно знал лишь одно: эту женщину он так просто не отпустит.

«Ничего себе, — одёрнул он себя. — Что-то меня понесло. Впрочем всё это не важно. По её глазам видно, что она — женщина-приключение, разве не такая нужна мне сейчас?»

Сергей сел в соседнее кресло, расстегнул куртку и откровенно повернулся к ней, словно демонстративно не собираясь смотреть на экран. Их глаза встретились, буквально вцепились друг в друга и Сергей почувствовал, что его будто поволокло куда-то, в эти глаза, точно превратившиеся в две чёрные, бездонные воронки, искрящиеся извечной, завлекающей силой истинной женщины. Совсем лишними показались ему любые слова, почему-то он был уверен, что им сейчас не о чем говорить. В каком-то странном, словно полубессознательном состоянии, Сергей положил ладонь на её руку, лежащую на подлокотнике и его будто пронзило током от прикосновения к её коже. Рука женщины дрогнула, угрожая исчезнуть и он легонько прижал её к креслу. Она смотрела на него с прежней лёгкой улыбкой, но теперь как-то по-другому, словно разрешая ему всё и он не собирался оставлять такое разрешение без ответа.

Многолетний опыт работы в постоянном напряжении, приучил его ежеминутно контролировать себя, своё поведение, свои поступки и теперь он, будто наблюдая за собой со стороны, сам посмеивался над собой. Давно он не вел себя как школьник на вечернем сеансе, но сейчас с удивлением отмечал, что ему совершенно наплевать на все эти условности. Его вторая рука, легла на её ногу чуть выше колена и в это время она с усилием перевернула ладонь под его рукой, стиснула его пальцы и потянула на себя. Они одновременно наклонились друг к другу и Сергей словно окончательно провалился в чёрный водоворот её глаз, её губ, её запаха, заслоняющего всё вокруг, отгораживающего их обоих от всего остального зала, от всего этого мира.

Что творили они после этого, он не смог бы восстановить ни при каких условиях. Фрагменты, одни лишь фрагменты, яркие как вспышки молний, вряд ли могли сложиться в стройную картину. Сергей тонул и захлёбывался в ней, не чувствуя ни неудобной позы, ни струек пота бегущих по лицу, ни её ногтей на своей шее.

Всё это ворвалось в сознание потом, когда он пришёл в себя и осознал где они находятся. Люди в зале оборачивались. Кто-то хихикал, кто-то шептался, кто-то осуждающе качал головой. Впрочем реакция окружающих, волновала его слабо. Сергей попытался что-то сказать ей на ушко, находящееся прямо возле его губ, но из горла вырвался лишь невразумительный хрип. Он кашлянул в попытке вернуть себе голос и этот звук по-видимому, вывел её из транса. Она попыталась выпрямиться, но вырваться из его объятий, конечно не могла.

— Подожди, — прошептал он, сильнее прижимая её к себе. — Ты только не пропадай. Ведь ты же не пропадёшь, если я сейчас отпущу тебя, колдунья?

— Нет, — услышал он в ответ её глухой шёпот. — Во всяком случае не сегодня. Сегодня ты от меня не избавишься. Этой ночью, ты мой.

Сергей отпустил её. Она поднялась встав во весь рост, каким-то дерзким, победным взором, обвела полутёмный зал и лишь после этого неторопливо запахнула плащ. В её глазах плескалось такое чувственное безумие, что Сергей будто физически ощутил, как все присутствующие мужчины смотрят на неё.

«Ну это-то положим, хрен вам,» — насмешливо подумал он, обращаясь неизвестно к кому. — «Во всяком случае не сегодня.»

Он тоже встал, быстро заправляясь и решительно подтолкнул её к выходу…

* * *

Нудная, непрекращающаяся трель телефона, пробивалась сквозь полусон-полузабытье, требовательно возвращая его в реальность. Сергей с трудом открыл глаза и глянул на часы-радио, стоящие рядом, на тумбочке. Помигивая зелёными цифрами, часы показывали двадцать минут четвёртого. Значит заснул он, всего полчаса назад.

«Чёрт,» — он вслепую нашарил телефон и щурясь уставился на табло. Звонил его подчинённый — Сашка Бурцев. Сегодня он дежурил в ночь и раз звонил, значит что-то случилось. Что-то из ряда вон выходящее, просто так бы не стал — это ясно.

— Да, — каркнул он, сам не узнав своего голоса. В горле было сухо, как в пустыне Калахари.

— Спишь? — Сашка говорил громко и фоном его голоса, звучал говор стоящих рядом людей.

— Ты идиот? — Сергей разозлился. — Четвёртый час ночи, как я могу спать?

— Извини, Круглов велел позвонить тебе, — виновато ответил опер.

— В чём дело? — угрюмо спросил Сергей.

Было ясно, что полковник решил мелко отомстить ему за сегодняшний скандал: мол больно умный, так оцени у кого власть. Будто нельзя было дождаться утра, будто дежурной группы недостаточно.

— Новый труп… по твоему… по нашему делу, — сбивчиво доложил Бурцев.

— По какому? Саня не тупи, — и вдруг он понял, что действительно что-то не так. Круглова то, кто разбудил? И с чего бы? Звонить полковнику домой посреди ночи, могли решиться только в крайнем случае.

— Обескровливание, — словно отвечая его худшим подозрениям, ответил Сашка. — Как и первые два.

— Где? — Сергей рывком сел на постели.

— Сокольники, Поперечный просек, недалеко от 5-го Лучевого.

— А к нам тогда каким боком? — зло выплюнул Сергей.

— Подсуетились видать, — едко ответил Бурцев. — Первые то два у нас, ну и…

— Чёрт бы их всех взял, — Сергей сбросил одеяло.

— И я про то, — слышно было, что Сашка зол не меньше его. — Так ты приедешь?

— А куда я денусь? Вы долго ещё там?

— Наверно.

— Ладно, буду подъезжать, позвоню, — Сергей нажал отбой и в сердцах швырнул телефон на постель.

Проклятье! Этого только не хватало. Они что теперь, по всей Москве будут трупы собирать и ему подкидывать?

— Что за обескровливание? — голос за спиной, заставил его вздрогнуть от неожиданности.

Он резко обернулся и удивлённо поглядел на неё, словно только сейчас вспомнив, что не один в комнате, поймав её пристальный и какой-то странный взгляд. Вернее пристально она смотрела и раньше, весь вечер и ночь, она дерзко и внимательно смотрела ему в глаза, страстно, чувственно, похотливо, чёрт его знает как, но теперь это был совсем другой взгляд: вязкий что ли, трудный какой-то, непростой.

Сергей даже укорил себя: «Что ты за опер такой, раз не можешь определить, что человек способен смотреть таким взглядом?» Если способен — то это сильный человек, со стержнем. Впрочем, что она дерзкая и решительная, а возможно и просто отмороженная, он понял ещё там, в кинотеатре, но сейчас это было что-то другое. Он не мог точно сказать что, но знал что с задержанными, смотрящими таким взглядом, будет трудно.

— Тебе-то чего? — вышло грубовато и он одёрнул себя. Он всегда старался с женщинами говорить иначе, а уж она-то точно не заслужила такого обращения.

— Да ничего, — коротко ответила она и ему почудилось, что в её взгляде что-то неуловимо изменилось, точно глаза подёрнулись каким-то туманом.

— Зачем тебе это? — он попытался объясниться повежливее.

Она не ответила, будто потеряла к нему интерес и завозилась в постели разыскивая видимо какие-то фрагменты своей одежды, разбросанной повсюду.

Он отвернулся, молча натянул брюки и пошёл на кухню варить кофе.

Обиделась наверно. Да и чёрт с ней. Обиделась и обиделась. Отойдёт — разобидится. Вообще-то на обидчивую, она не очень похожа. Она вообще ни на кого не похожа, пожалуй. Черноглазая ведьма.

Он удовлетворённо хмыкнул. Перед глазами замелькали картинки прошедшей, хоть ещё и не закончившейся ночи. И вечера. И он невольно, даже несмотря на напрочь испорченное настроение, улыбнулся своим воспоминаниям. Им было удивительно хорошо вместе, он не мог даже припомнить, когда ему в последний раз было так хорошо со случайной женщиной. Лена будто чувствовала и понимала его с полуслова, да нет — с полужеста, или как там сказать правильнее? Чувствовала в общем, так, будто они были знакомы сто лет. Впрочем он её тоже чувствовал — каждую частичку её тела, дрожание каждой мышцы, каждое движение и каждый стон.

Щёлкнув кнопкой чайника, Сергей заглянул в холодильник и поморщился. Есть не хотелось вовсе. Он вообще чувствовал какое-то опустошение и странную слабость во всём теле. Однако и лёгкость тоже, будто тело сбросило с себя физическую оболочку. Непонятное и непривычное ощущение. Но поесть всё же надо, бог знает когда удастся перекусить? Он заканчивал делать бутерброды, когда услышал движение за спиной. Она подошла почти бесшумно, почти, но тренированный слух опера, привычного работать на земле, даже в собственной квартире, продолжал улавливать всё вокруг. Он резко обернулся. Лена стояла в дверях, облокотившись спиной о косяк, совершенно голая и изумительно красивая и желанная. Чёрные, как вороново крыло волосы, чёрные глаза, резко очерченные, чеканные скулы, чувственные губы. Точёная, словно сошедшая с картины Бориса Вальехо фигура, будто насмехалась над самым притязательным, придирчивым взглядом. Смуглая, загорелая кожа, матово поблёскивала в жёлтоватом свете настенного бра. На губах играла уже полюбившаяся ему, лёгкая, едва уловимая улыбка.

Сергей невольно залюбовался ею. Чёртова работа, если она заставляет его отрываться сейчас от такой женщины и мчаться куда-то в ночь, чтобы разглядывать истерзанные трупы. Он отложил нож и подошёл к ней. Достаточно было положить руки ей на бёдра и коснуться губами её губ, чтобы забыть о спешке, о работе, о начальстве…

— Ты вроде бы торопился? — она оторвалась от него и грациозно откинула за спину чёрный водопад.

— Ну так и не стой здесь голая, — сердито буркнул он. — Я тебе что, железный?

— Всю ночь мне казалось, что да, — хихикнула она. — Мне что-нибудь дашь поесть?

— Вообще-то могла бы и сама сделать, — Сергей вернулся к столу. — Покормить мужика, разве не прерогатива женщины?

— Может и покормлю, — Лена села на стул, рядом с ним и закинула ногу на ногу. — В следующий раз. Когда ты не будешь так спешить.

— Ты бы оделась, а, — он разлил кофе в кружки и тоже сел, разглядывая её с ног до головы. — Невозможно же так…

— Зачем? — проворковала она улыбаясь и вытянув ногу, стала гладить его по бедру, пытаясь забраться внутрь.

— Прекрати, — он сжал её ступню и нежно, но настойчиво, отвёл в сторону. — Я действительно должен ехать, а если ты будешь продолжать в том же духе, выберусь только к вечеру.

— Ну и хорошо. Можно подумать — без тебя не разберутся.

— Ты не понимаешь. Надо, — словно вернувшись в действительность, раздражённо бросил он.

— Конечно не понимаю, — кивнула она. — Ты же мне не удосужился рассказать.

— Да зачем тебе? — Сергей уже привычно, быстро жевал, прихлёбывая обжигающе горячий кофе.

— Вдруг я смогу тебе помочь, — Лена вдруг стала серьёзной.

— Ты? — он не удержавшись ухмыльнулся. — Чем интересно?

— Ну мало ли, — она взяла кружку обеими руками, словно вбирая тепло. — Или ты считаешь, что слабая, глупая баба, ничем не сможет помочь такому крутому оперу?

— Я не крутой опер, — усмехнулся он. — Я обнаковенный. Только ты то, какое ко всему этому, можешь иметь отношение?

— Ну я например, кое-что могу знать про обескровливание, — неожиданно сказала она. — Я когда-то довольно серьёзно занималась всевозможными культами, в том числе и такими, которые практикуют разные некромантские штучки. Давно, ещё в университете, но кое-что помню. Ведь у тебя же не первый труп, такой?

— Не первый, — согласился Сергей. Его не удивило, что она знает: смартфон в тишине комнаты орёт так, что из другого конца можно услышать, а она лежала рядом.

— Ну и что ты об этом думаешь?

— Да хрен его знает? Маньяк какой-то завёлся. Очередной. Мало их что ли расплодилось?

— Наверно не мало, — кивнула она. — Только ведь маньяки следы должны оставлять, какие-то там, ну-у я не знаю, а у тебя следы есть?

— Мало следов, — подтвердил он и вдруг почувствовал, как напряглась спина.

Волчье оперское чутьё, приняло привычную стойку. Оно часто подсказывало ему, когда свидетель что-то знал, но по каким-то причинам не хотел говорить и подводило редко. Сергей внимательно посмотрел ей в глаза. Он знал силу и тяжесть своего взгляда и знал, что не каждый может его выдержать. Увы, не в этом случае. Лена смотрела на него безмятежно и от её взгляда, веяло не меньшей силой. Что могут скрывать эти чёрные, как ночь глаза, оставалось только догадываться. Не допрашивать же её, в самом деле?

— Если ты что-то знаешь, так говори.

— Ну вот, ты мне значит ничего, а я тебе говори, — она усмехнулась. — Допрашивать будете, товарищ майор?

— Ну если надо…, - он не закончил, но его лицо окаменело.

— Да не надо, ничего я не знаю, — Лена отпила кофе. — Вкусно. Если бы ты объяснил мне ситуацию, может я что-то смогла бы подсказать. Я слышала, что при ловле маньяков, часто сталкиваются с последователями разных зловещих культов: бог знает как у чокнутых мозги устроены, но если разобраться каким условиям он следует, может и искать станет легче?

— Возможно, но с чего такое участие?

— Ни с чего. Вдруг я просто в тебя влюбилась, — она посмотрела на него как-то странно.

— Вот в это верю, — Сергей усмехнулся. — А вчера в кого-то другого, точно?

— Дурак, — беззлобно сказала она.

— Не сердись.

— Да с чего? — фыркнула Лена. — Я себя не стыжусь.

— Это я вижу.

— Тебе разве не нравится? — она подмигнула ему.

— Ещё как нравится, но сейчас не об этом. Ты что-то можешь сказать?

Намётанным глазом он видел её колебания. Уж это от него скрыть нельзя. Но что она может знать? И откуда? В чём она сомневается? Или здесь что-то ещё?

«Ладно, пусть созреет,» — решил он и словно прочитав его мысли, она подняла голову.

— Ты же спешил, вот и езжай, а если захочешь поговорить, потом, в спокойной обстановке, приходи, поговорим.

— Хорошо, — Сергей поднялся и пошёл одеваться.

Он уже был совсем готов, когда она зашла в комнату.

— Останешься у меня? — спросил он и предупредил. — Я не знаю, когда вернусь.

— Нет, — Лена, даже не одевая бельё, быстро натянула юбку и блузку. — Поеду. Мой телефон у тебя есть. Позвонишь.

— Вызвать тебе такси? — спорить с ней, не было ни времени, ни желания.

— Не надо, — она поднялась, уже в сапогах и подойдя к нему, как-то вульгарно, с засосом поцеловала в губы. — Я разберусь, не волнуйся.

Уж в чём он точно не сомневался, так это в том, что она и в самом деле разберётся. Удивительная женщина. Он обнял её за талию и с силой притянул к себе. Лена запрокинула голову, дерзко глядя ему в глаза.

— Откуда ж ты взялась такая? — спросил он, чувствуя что его снова властно затягивает в чёрную бездну её глаз.

— Ещё узнаешь, — прошептала она. — Может тебе не очень это понравится.

— Пугаешь? — улыбнулся он.

— Разве тебя так легко напугать? — она легко коснулась пальцами его губ и внезапно отстранилась. — Пойдём.

* * *

Лена так и не стала вызывать такси. Поцеловав его на прощание и помахав рукой, она ушла в ночь. Усмехнувшись, Сергей глянул ей вслед. Нафига нужны ей, эти понты? Холодно, дождь опять собирается, а она почти голая под плащом. Подумав об этом, он вновь почувствовал желание и рассмеявшись отгоняя наваждение, пошёл к машине.

* * *

Дороги в этот час — час волка, или собаки, так вроде у китайцев — были почти совершенно пустыми и доехал он быстро. Что там и ехать-то особо, из Тушино, до Сокольников? По Волоколамке и Ленинградскому проспекту, через Марьину Рощу и проспект Мира, он домчался до ВДНХ и повернув направо, вскоре въехал в парк. Ездил Сергей часто так, что ДПС-ники не раз останавливали его, но в этот раз обошлось без происшествий. Добравшись до Поперечного просека, он набрал Сашку Бурцева и тот сориентировал его по месту.

Впрочем мигалки машин ППС, в ночной тьме были видны издали. Несколько экипажей, минибус экспертов, прокуроские, ещё какие-то машины…

«Какого они здесь все собрались? — угрюмо подумал он, выходя из своей «Тойоты». — Снова будут все висеть на голове, мешая работать.»

— Ну и что здесь? — ответив на рукопожатие Бурцева, Сергей подошёл к стоящей чуть в стороне группе, среди которых был и Круглов.

— Долго ты, — полковник выглядел хмурым.

Ещё бы, подыматься ночью кому охота? А тут ещё начальство понаехало — вот и невесело Андреечу. Ясно дело, ему тоже всю плешь проедят. Надо думать, от этого трупа, он что есть сил пытался отмахаться и раз ему это не удалось, значит искать придётся им.

— Дороги забиты… пока доехал, — не удержался от идиотского сарказма Сергей.

— Не до твоих шуток, Воронцов, — зло рыкнул Круглов. — Иди давай, работай.

Сергей повернулся спиной к начальству и в сопровождении Бурцева, прошёл к месту. Труп уже забрали, но эксперты продолжали возиться при свете установленного прожектора. Без него, вообще ничего нельзя было бы разглядеть: свет фонарей доставал сюда с трудом, да и тот рассеивался в мелкой мороси. Деревья обступали место со всех сторон, мокрыми листьями отражая луч прожектора, играя бликами, словно создавая вокруг зловещий жёлто-красно-зелёный занавес, и Сергею вдруг показалось, будто что-то недоброе и опасное, смотрит на него из-за этого круга света и он аж поёжился от неприятных ощущений.

«Странный день сегодня,» — тряхнув головой, словно разгоняя морок, он посмотрел на Бурцева.

— Ну?

— Ну как и там, обескровлена почти полностью. Девчонка. Непонятно даже, как это возможно?

— Каким образом?

— Сонная артерия, толи взрезана аккуратно, вернее проколота, толи прокушена вообще. Эксперты пока не определились.

— Где она лежала?

— Да вон, на скамейке, — Сашка показал рукой. — Головой вниз. Вернее ноги на спинке, а под спину подложена доска, от той же скамейки, по-видимому, отломанная.

— Круто, — Сергей шагнул ближе и молодая женщина, сидевшая на корточках возле скамейки, повернулась к нему.

— Привет, — коротко поздоровалась она.

— Привет, Вика, — Сергей присел рядом. — Что-то есть? Или как и раньше, никаких следов?

— Следов полно, только…, - Вика замялась.

— Только что?

— Да не пойму я. Странное всё какое-то.

— Что именно?

— Ну хотя бы доска вот эта. Сколько сил надо, чтобы её оторвать?

— Ты со скамейкой закончила?

— Да.

Сергей поднялся и взявшись обеими руками за край доски, присел, напряг спину и с силой выпрямил ноги. Шурупы и крепежи захрустели, но устояли против рывка. Он повторил попытку и доска поддалась. С третьего раза она не выдержала и оторвалась от основания, однако по-прежнему оставалась закреплена посередине и с другого конца.

Сергей отряхивая руки, присел на скамейку. Это упражнение, далось ему очень не легко.

— Ну-у, возможно в общем-то, — констатировал он.

— Ну да, — Вика наблюдала за ним с любопытством. — Только ты у нас известно — парень здоровый, а вот сколько тебе понадобится, чтобы всю отломать?

— А чёрт его знает? — Сергей огляделся по сторонам. — Значит он сильнее. А может времени много было.

— Может, — вмешался Сашка Бурцев. — Только она всё это время, пока он ломал, должна была быть обездвижена. А рана только одна. Смертельная. На шее.

— И крови почти нет, — подсказала Вика. — А из артерии, сам знаешь как хлещет.

— Да, странно, — согласился Сергей. — Что-то ещё?

— Отпечатков обуви полно и вон там, от падения тела, — к ним подошёл Антон Михайлович Савин, Викин начальник и эксперт от бога. — Думаю, что она туда и упала.

— Ладно, вы тут собирайте что есть, — Сергей поднялся и повернулся к Бурцеву. — Давай пройдёмся, Саня.

Они отошли на пару шагов.

— Рассказывай.

— Обнаружил экипаж ППС, — начал Бурцев. — Машина подозрительно стояла и в неположенном месте. Они осмотрели, внутри никого нет, ну и пошли искать.

— Ишь ты, какие добросовестные, — присвистнул Сергей.

— Типа того. Ну и наткнулись на них тут. Вернее наткнулись на тело, но им показалось, что чуть подальше кто-то движется. Они бросились за ним, однако скоро потеряли и вернулись обратно. Когда вернулись, машины уже не было. Связались с отделом, объявили перехват, но толку чуть, машины никто не видел.

— Это всё?

— В общем да.

— Что значит, в общем?

— Тебе надо самому с ними поговорить, — развёл руками Сашка. — Они какую-то ерунду рассказывают.

— А они ещё здесь?

— Конечно.

— Ну так волоки их сюда.

Бурцев ушёл, а Сергей двинулся вокруг недоломанной скамейки, внимательно, насколько это возможно при таком освещении, всматриваясь в траву. Под ногами шелестела, уже опадающая листва, пахло мокрой землёй, травой, какой-то гнилью. Чёткий отпечаток ноги в грязи, он увидел чуть в стороне и присел рядом.

— Михалыч, — громко позвал он. — Подойди ка сюда.

Савин что-то ворча себе под нос, приблизился и вопросительно уставился на него.

— Это его след? — Сергей указал на отпечаток.

Эксперт нагнулся и присмотревшись кивнул.

— Да, там таких несколько, но этот кстати самый чёткий. Я его пропустил, если честно.

— Он не только самый чёткий, он ещё и самый ближний к дороге. — Сергей протянул ему маленький, чёрный кусочек. — Вот это что, по-твоему?

Антон Михалыч повертел кусочек в руке разглядывая, посветил фонариком, понюхал.

— Асфальт, — выдал он наконец свой вердикт.

— Вот и я думаю, — усмехнулся Сергей. — А откуда он здесь? Тут камушки мелкие вокруг. Возможно они выковырнули этот кусочек асфальта из подошвы, когда он здесь проходил.

— Вполне, — согласился Савин. — Ну асфальт я заберу и след посмотрю, может ещё что обнаружится.

— Давай. И гляньте там, где стояла машина. Если там тоже будет асфальт, тогда…, - Сергей не договорил и поднявшись, пошёл навстречу подошедшим в сопровождении Бурцева, патрульным.

Парни были молодые, оба примерно одного возраста, высокие, крепкие, но с какими-то растерянными лицами. Когда Сергей подошёл, они козырнули представившись.

— Ну, рассказывайте.

— Да нечего особо рассказывать, — сказал один. — Товарищ капитан сказал, что рассказал вам всё, — он кивнул на Бурцева. — Так всё и было. Мы за ним побежали, но он пропал, будто растворился где-то в кустах. Темно совсем, где искать-то его? Ну мы и вернулись.

— Через сколько вернулись?

— Минут через десять.

— Сообщили сразу?

— Так точно.

— На дорогу когда пошли?

— Как только убедились, что она мёртвая, так и пошли. Чтобы не топтаться здесь. Мы знаем порядок.

— И только тогда увидели, что машины нет, так?

— Да.

— Как же так вышло, что он вас обошёл и вернулся на дорогу, раньше чем вы?

Патрульные переглянулись и в унисон пожали плечами.

— Товарищ майор, — заговорил второй. — Он так бежал… бесшумно и быстро, как Усейн Болт, просто.

— И глаза, — добавил первый.

— Что глаза? — не понял Сергей.

— Светились будто…, - осторожно сказал сержант и Воронцов вытаращился на него, как на умалишённого.

— Как светились?

Парень хотел сказать ещё что-то, но второй дёрнул его за рукав и он осёкся. Заметив это, Сергей шагнул к ним ближе.

— Аллё ребята, у меня нет времени с вами тут возиться. Быстро и чётко, всё как на духу!

Под его свирепым взглядом, парни аж отступили.

— Да это всё, товарищ майор, — всё-таки сказал первый. — Просто мне показалось, что светились… как будто.

— И каким светом? — скептически усмехнулся Сашка Бурцев.

Сержант посмотрел на него с обидой.

— То ли жёлтым, то ли зеленоватым, — зло отрезал он и добавил. — Я не деревенский лох какой-нибудь, которому хрень всякая мерещится, я в Москве родился и вырос, но если видел что-то, то так и говорю.

— Ну и молодец, — успокоил его Сергей. — Правильно, что доложил. Ладно ребята, пока можете быть свободны. Позже, ещё поговорим, но если что-то вспомните, сразу ко мне. Какой бы хренью, вам это не казалось. Ясно?

— Так точно, — патрульные ушли.

— И ты веришь в эту чушь? — спросил Бурцев.

— В какую?

— Ну, в глаза эти?

Воронцов мрачно посмотрел на него.

— Тебя в этой истории, больше ничего не удивляет, кроме глаз?

— Многое удивляет, — согласился Сашка. — Но это же вообще уже… Мы тогда скоро, вампиров или там оборотней каких-нибудь, начнём искать? Так что ли?

— Саня, — Сергей заглянул ему в глаза. — Я буду искать убийцу. Вампир он, оборотень, псих или ещё кто, мне насрать. Это третий случай уже, а мы пока топчемся на одном месте и мне это надоело. Я собираюсь его найти и потому любая инфа, нам нужна позарез, какой бы дебильной она не выглядела.

— Я понял, Саныч, — Бурцев пожал плечами.

— Надеюсь, что понял.

К ним подошёл Савин.

— Есть асфальт, — он потряс пакетиком, с чёрным, крупчатым камушком внутри. — В следе от протектора.

— Ну вот, — Сергей удовлетворённо улыбнулся. — Это уже что-то. Саня, опроси все экипажи по округе, где в ближайших районах дорогу чинят? Личность девчонки установили? — громко спросил он, ни к кому специально не обращаясь. Откликнулся дежурный опер из местного отдела.

— Старший лейтенант Клименко, — представился он, протягивая маленькую, коричневую сумочку в полиэтиленовом пакете.

— Воронцов, — ответил Сергей. — Как тебя зовут?

— Никита.

— Ты первый приехал по вызову?

— Ну да. Я дежурю сегодня. Это потом уже наш дежурный вызвонил начальство… наше, ну и дальше…

— Дальше понятно, — усмехнулся Сергей, разглядывая паспорт. — Екатерина Вадимовна Кондратьева. Так-с, двадцать один год получается.

— Именно, — подтвердил старлей. — Неделю назад как раз исполнилось.

— Где сумочка была?

— Прямо возле скамейки, слева.

Сергей повертел в руках паспорт, глянул на сумочку. Бурое пятно возле застёжки, походило на кровь.

— Вика, — позвал он. — Вы с сумкой уже работали?

— Да, — откликнулась она. — В лаборатории потом, ещё посмотрим.

— Здесь кровь?

— Скорее всего.

Воронцов подошёл к ней. Савин стоял рядом.

— Ну, что-то ещё расскажете?

— Пока ничего, — Антон Михалыч взял у него пакет с сумкой. — Завтра приходи. В лаборатории будет яснее.

— Время вообще-то, шестой час, — кисло сказал Сергей. — Сегодня надо.

— Может тебе и сейчас надо, в тон ему ответил Савин. — Только у меня волшебные палочки кончились и кастрюли магической, как в сериале «След», тоже нету.

— Хоть чего-нибудь, сказать можете?

— Да ни черта не можем пока, — раздражённо бросил эксперт. — Непонятного много, Серёга. Разбираться надо. Часть того следа в грязи, это ещё и экскременты, может собачьи… в общем, посмотрим.

— Почему крови мало?

— Так вот и вопрос, — Савин задумчиво почесал макушку. — Такое впечатление, что как будто вакуумом отсасывали. И всё равно, странно.

— Что с шеей?

— Шея прокушена, — убеждённо сказал Антон Михалыч. — В этом я почти уверен. Или же проколота с тем расчётом, чтобы создать видимость укуса. Но посмотрим, что скажет паталогоанатом.

— Ясно, — Сергей вновь почувствовал, как его охватывает странное ощущение чего-то зловещего.

Вернулся Бурцев.

— Три места уже нашли, — протягивая бумажку, доложил он. — Остальные посмотрят и если что, сообщат.

— Вот и хорошо, — Воронцов пробежал глазами список. — Начинай вызванивать всех наших. Пусть едут по точкам и наковыряют мне асфальта отовсюду. Ну и всё это, естественно к Михалычу.

— Да-а, всё к Михалычу, — безрадостно отозвался тот. — Всё дерьмо, что найдут по Москве, тащите к Михалычу. Заодно если где битум отыщут, тоже пусть волокут.

— У тебя настроение плохое? — прищурился Сергей. — Чё ты разбухтелся?

Савин лишь махнул рукой и ничего не ответив, ушёл к дороге.

— Что это с ним? — спросил Бурцев. — Будто не всю жизнь с дерьмом возится?

— Его нервирует, когда он чего-то не понимает, — доверительно сообщила Вика. — А здесь и впрямь, ничего не ясно.

— Ладно Викуся, — Воронцов приобнял её за плечи. — Постарайся чтобы побыстрее, хорошо?

— Для тебя, всё что угодно, Серёжа, — она улыбнулась ему и ушла следом за начальником.

— Ну вот, — Сергей повернулся в Бурцеву. — Когда вызвонишь наших, займись связями этой Кондратьевой. Всё — учёба, работа, двор, друзья, тусовки… чтобы после утреннего совещания, всё было у меня на столе.

— Когда это я должен успеть? — попытался воспротивиться Сашка. — Я между прочим, не спал сутки…

— Я, между прочим, тоже, — перебил его Воронцов. — Если бы ты знал Саня, от чего ты меня оторвал, своим дурацким звонком, ты бы вообще не выступал. Давай, работай.

— Ну ясно, как всегда, — угрюмо проворчал Сашка.

Сергей достал мобильник и поискав, набрал номер.

— Да, — отозвался на том конце хриплый голос.

— Это я, — сказал Воронцов. — Узнаёшь?

— А-а…, да, — ответил голос после секундной заминки.

— Надо встретиться.

— Ну-у…, я сейчас не могу. У меня это, нога болит и это…

— Я понял, — резко перебил его Сергей. — Только я не о твоём здоровье справлялся, я сказал что надо встретиться. И немедленно. Через полтора часа, будешь на второй точке. Не дай тебе бог опоздать, у тебя всё остальное тоже заболит. Понял?

— Понял, — грустно отозвался голос и Сергей отключился.

2

От унылого созерцания кофейной чашки, его оторвал стук и открывающаяся дверь. На пороге стояли Сашка Бурцев и Толик Рябинин.

— Можно?

— Заходите, — Сергей поискал что-то глазами на столе, автоматически взял пачку «Кэмел», повертел и бросил обратно.

Даже курить уже не хотелось. Кофе не хотелось тоже, хотелось только спать. Уже третьи сутки он спал вполглаза и было похоже, что в ближайшее время, ему это не светит. А самое главное, что весь вчерашний день, он собирался позвонить Лене, но так и не позвонил. И сегодня видать, тоже не позвонит. Активный поиск, на который он зарядил практически всех своих оперов, уже начал давать результаты и теперь пришло время отрабатывать всё, что они нарыли за вчера.

Хотя если вдуматься, результаты пока мизерные и что из всего этого выйдет, одному богу известно. Странности вокруг этого дела, росли и множились, как грибы после дождя, а разбираться с этим, как никак придётся ему. Кому же ещё?

— Ну что? — он хмуро уставился на оперов.

— Да особо ничего, — Сашка смотрел не менее хмуро. — Машину нашли, ну я тебе уже говорил, машина этой самой Кондратьевой. Следов в ней никаких и как она вообще прошла незамеченной через кордоны «перехвата», непонятно.

— Опознание провели? — он вдруг вспомнил, что упустил главное. — Это она вообще-то?

— Она, — кивнул Бурцев. — Родители приезжали. Уехали в шоке.

— Странно, с чего бы? — не удержался от мерзкой шутки Сергей.

— Я к тому, что сам труп… ну обескровлен и прочее, — пояснил Сашка.

— А им что, всё в подробностях описали?

— Ну да.

— Ну правильно, надо было ещё рассказать, как она мучилась. Какой идиот это сделал?

Опера переглянулись и Воронцов, заметив их смятение, усмехнулся.

— Ладно, что ещё с родителями? Они смогли что-то сказать?

— Не-а, — Толик Рябинин шевельнулся на стуле. — Они толком ничего не знают. Девочка была — та ещё штучка. Ну ведь и совершеннолетняя уже. Перед родоками она короче не отчитывалась. Друзей они знают только по именам, тех что во дворе, а институтских и вовсе не знают… Да и ни к чему в общем-то, друзей мы и так уже всех установили.

— Ну и? — Сергей встал и пройдясь по кабинету, щёлкнул кнопкой чайника.

— Никто ничего толком сказать не может, — снова заговорил Бурцев. — Правда с ближайшими, мы ещё не со всеми говорили. Некая Татьяна Брагина — любшая подружка, её все так отрекомендовали, в институте не появлялась, а домой мы к ней не пошли, ты же сказал, что сам хочешь с ней поговорить.

— Парень у неё есть какой-нибудь? — Сергей вернулся на место и всё-таки закурил.

— Так вот именно, — ухмыльнулся Бурцев. — Вроде как Кирилл Игнатов. Все на этом сходятся. Но дело в том, что они пару дней назад поссорились. Вроде поэтому, она и вцепилась в этого — нового знакомого. Впрочем отношения у них были, насколько я понял, довольно свободные. Ну во всяком случае, со стороны Кондратьевой. Клубы там всякие, ночные. Из таких, где на первом этаже танцуют, а на втором всё остальное делают.

— Что у него с алиби? — Сергей посмотрел на Рябинина, хотя вопрос обращал к Сашке. — Толик, завари нам чайку.

— Да алиби у него железобетонное. Десяток человек, видели его всю ночь. Они вообще одной компанией тусуются, считай и алиби у них одно на всех, а вот она откололась и уехала на свидание.

— Во сколько уехала?

— По-разному говорят. Примерно часов около десяти.

— Что-то ещё?

— Да нет, ничего. Ребята работают. Только ты же других дел скинул… когда успеть-то?

Толик поставил перед ним, кружку с чаем.

Сергей устало потёр виски и угрюмо уставился на Бурцева. Действительно, когда успеть? Не может он всех, бросить на одно дело. И без него полно работы. Он и так уже перераспределил дела, пытаясь высвободить нужных ему людей, большего всё равно сделать нельзя, а этот поиск похоже будет, ой каким непростым.

Там в Сокольниках, после того как почти все разъехались, он прошёлся с патрульными по маршруту, по которому они гнались за этим психом. Прикинув расстояние и время, он так и не смог уяснить, как сумел этот ненормальный обойти их и вернуться к машине? Что-то не складывалось у него в голове и это сильно нервировало. Информаторы, на которых убил практически весь вчерашний день, тоже ничем помочь не смогли. Впрочем конечно, он на это и не особо рассчитывал. В таких делах, с информаторов толку не много. Уголовкой здесь даже не пахнет, а значит до всего придётся дотумкивать самим.

— Со своими стукачами говорили? — больше для проформы, спросил он.

Опера одновременно кивнули, а Рябинин пожал плечами, давая понять, что результат видимо то же, что и у него.

— Слушай Саня, ты же тоже с ППС-никами гулял по парку, так? — он всё-таки не удержался. Уж очень хотелось получить поддержку своим мыслям.

— Ну?

— Ну и как, ты полагаешь, он мог их обежать и вернуться?

— Да чёрт его знает, — Бурцев не особо удивился вопросу. Должно быть и сам об этом думал. — Бегун поди, какой-нибудь.

— Угу, бегун, силач… и кто ещё?

— И глаза светятся, — заржал Сашка.

Сергей посмотрел на него тяжёлым взглядом. Почему-то ему было не смешно. Какое-то противное, тошнотворное чувство, давило на сердце. Так бывает, когда страшно — это он помнил, ещё с Чечни помнил, но сейчас-то чего вдруг? Никаких реальных оснований для страха, по сути нет: дело как дело, разберутся. Сколько всяких дел было у него и уж во всяком случае покруче этого, ох как покруче. Так почему же тогда, так мерзко на душе?

— Ладно, — Сергей отхлебнул чаю и поднялся. — Давайте работать. Вы берёте этих двоих, — он показал пальцем на список друзей потерпевшей. — А я поговорю с Брагиной. Любая зацепка — сразу звоните. У меня такое ощущение, что здесь надо действовать быстро. И вот что Саня, вместо того чтобы ржать, ты включи голову и думай об этом тоже.

— Я думаю, — Бурцев тоже встал. — Пока вот что-то, ничего не придумал.

— Поехали, — Воронцов понимал, что понукать Сашку смысла нет. Бурцев отличный опер и инфа у него в голове не потеряется. Конечно он думает, а ржёт как раз для того, чтобы скрыть свои сомнения.

* * *

По дороге в Преображенское, где жила Татьяна Брагина, Сергей заехал к экспертам.

Савин встретил его кривой улыбкой, больше похожей на собачий оскал.

— Ну что у тебя хорошего для меня? — попытался вывести разговор на позитив Воронцов.

— Ни хрена хорошего нет, Серёга, — Антон Михайлович, пожал протянутую руку и показал на стул. — Садись.

— Да мне вообще-то по-быстрому надо бы.

— Садись, — мрачно повторил эксперт и сам сел за стол. — Ты хочешь спешить или хочешь что-то понять?

— А что, поговорив с тобой, я что-то пойму? — Сергей скептически усмехнулся.

Савин посмотрел на него как-то странно и вдруг рассмеялся.

— В точку, — сказал он. — Ни черта ты не поймёшь, тут твоя правда, но всё-таки информация полезная, у меня для тебя есть. Я с патологоанатомом сам поговорил, так что всё в одном флаконе.

— Ну давай, выкладывай, — Воронцов подвинул стул и сел.

— Ну значит, труп обескровлен почти полностью…

— Да ты что? — не удержался Сергей.

— Не перебивай, — эксперт мрачно посмотрел на него. — Так вот… ты сам знаешь, у меня опыт, дай бог каждому, ну или не дай бог, это как кому, пожалуй. Так вот я ни черта не могу понять, каким образом это можно было так сделать? Для этого компрессор что ли какой-то нужен, вакуум и приспособление какое-то, чтобы плотно к ране приложить — в общем аппаратура. Там же ничего этого, судя по всему не было. В лабораторных условиях, это нетрудно конечно, но на скамейке, в парке… я не понимаю… Кровь почти не пролита.

— А как же на сумочке?

— Вот именно, — кивнул Савин. — На сумочке — это и всё. Теперь: шея прокушена — это я могу сказать с полной гарантией. Именно прокушена. Клыками. Клыки похожи на волчьи, только тоньше, изящнее, я бы сказал. Прокушена точно и аккуратно. Следов борьбы нет никаких.

— Ну и дальше?

— А дальше, в ране обнаружены следы разложения анестезирующих и антикоагулирующих ферментов, похожих на те, что содержатся в слюне летучих мышей-вампиров. Слышал про таких?

— Ну естественно, — Сергей достал сигареты, закурил и бросил пачку на стол. — Антикоагулянты — это вещества, которые предотвращают свёртывание крови?

— Именно, — Савин тоже потянулся к пачке, но Воронцов перехватил её.

— Ты же бросил вроде?

— Оставь, — Антон Михайлович раздраженно дёрнул плечом. — Дай сигарету.

— Ну смотри, — Воронцов отдал ему «Кэмел». — То есть получается, что кто-то мог ввести ей препараты шприцем, а потом уже нанести рану, так?

— В принципе так, — Савин нервно затянулся. — Только она-то в это время, что делала? Я же говорю — никаких следов борьбы.

— Ну-у, — Сергей рассмеялся. — В наше время уговорить девушку согласиться на укол, пара пустяков. Рассказал ей, что новая дурь какая-то, что торкает классно и всего делов.

— Ну тебе лучше знать, однако всё равно много странного. Вещества не похожи на лекарственные, скорее естественного происхождения. Я посылал образцы в институт биохимии, у меня там старый приятель работает. Вот заключение, — Антон Михайлович протянул ему лист бумаги. — Очень сложный состав. Кстати, может ты и прав, наркотическая составляющая, тоже имеется.

— Ну вот, — Сергей почувствовал, что в голове начинает складываться хоть какая-то картина. — А скажи мне, укус можно было сымитировать? Каким-нибудь приспособлением?

— Можно конечно, но кровь-то как отсасывали? Я же говорю тебе, в «полевых», так скажем условиях, это совсем не просто.

— Ясно, — Воронцов поднялся. — Что-то ещё?

— Следы только её и его, других нету. Судя по следам, мужчина выше среднего роста. Ботинки слегка стоптаны по внешнему канту, что характеризует особенности походки. Идентификация возможна, если ты нам эти ботинки принесёшь. Отпечатков никаких, нет и в помине. Это меня тоже удивляет. Вообще, в машине, никаких его следов. Как можно ехать и ни одного отпечатка не оставить?

— Или стереть? — задумчиво предположил Сергей.

Савин пожал плечами.

— Вика! — позвал он в приоткрытую дверь и когда она появилась на пороге, указал на Воронцова. — Что там по Серёгиному делу?

— Да, — Сергей шагнул ей навстречу. — Как там моё говно, с асфальтом вместе?

— Как твоё, не знаю, — улыбнулась Вика. — Не исследовала пока. А собачье, ничем тебе не поможет. Асфальт всюду в принципе похожий, но наиболее вероятно, что с Преображенской площади. Список у меня на столе. И ещё пара заключений. Ты зайдёшь?

— У тебя всё, Михалыч? — Воронцов повернулся к Савину.

— Пока всё, — устало махнул рукой тот. — Вся трасология, у неё.

* * *

Трасология в общем, особо не помогла. Практически ничего нового, по сравнению с тем, что было известно раньше, Сергей не узнал. Он покрутился на Преображенской площади, ничего впрочем интересного и не рассчитывая понять, осмотрел место где чинили дорогу и свернул на улицу Буженинова, направляясь к Ковылинскому переулку.

Увидев нужный сквер, припарковался, вылез из машины и не спеша закурил. Погода стояла на удивление хорошая. Было тепло и уже заканчивающаяся золотая осень, под неожиданно ярким солнцем, радовала багряно-жёлтыми красками. В голове однако, мысли крутились в основном мрачные, совсем не в пример погоде.

«Надо сегодня обязательно Лене позвонить,» — подумал он и отшвырнув сигарету пошёл вдоль детской площадки, вглубь сквера.

Стоящих возле подъезда парня с девушкой, он заметил издали и привычно мазнув по ним взглядом, узнал по описанию Татьяну Брагину. Невысокая шатенка, симпатичная, но с каким-то, будто отёкшим лицом, свидетельствовавшем вероятно о бурной и бессонной ночи, одетая в джинсы и короткое, светло-коричневое демисезонное пальто, что-то быстро и напористо говорила парню спортивного вида — высокому, плечистому, коротко стриженному, с большой спортивной сумкой через плечо.

Разговаривали они негромко, но последние фразы, Сергею всё же удалось услышать.

— А чё менты говорят? — спрашивал парень.

— Да хер знает…, - голос у девушки был хрипловатый, чем-то похожий на голос Лены.

Поймав себя на этой мысли, Сергей разозлился. Почему он постоянно вспоминает о ней? Чем так зацепила его, эта странная, загадочная женщина? Хотя в общем-то понятно чем: давно не встречал он таких вот, как она — сильных, уверенных — может даже никогда не встречал. Она так удивительно подходила ему практически во всём, что он не хотел даже вспоминать детали, как всякий убеждённый одиночка, с категорическим неприятием относившийся к «появлению лишних зубных щёток, в своём доме». Если вдуматься, всё это глупость конечно. Не щёток же в самом деле, он боится. Просто не желает чтобы лезли в душу, а многие увы, через некоторое время именно этим и пытаются заниматься. Причём активно, будто у них своих дел нету. А он не хочет, не надо ему там никого. Или всё-таки надо, и он просто сам обманывает себя?

Удивившись вообще подобным мыслям, Сергей усмехнулся и постарался переключиться на работу.

— Добрый день, молодёжь, — поздоровался он. — Девушка, у меня к вам будет несколько вопросов. Вы же Брагина Татьяна Васильевна? — он повернулся к парню. — Молодой человек, вы не могли бы отойти в сторону? Разговор у нас с девушкой, будет конфиденциальный.

— Это с какого перепугу? — возмутился тот.

— Да без всякого перепугу, парень, — Воронцов добавил в голос льда. — Просто потому, что я по-человечески попросил. Или тебя обязательно надо перепугать?

— А ты попробуй, — парень медленно спустил на землю сумку.

— Вадик, ты что, дурак? — резко вмешалась девушка. — Это же мент… полицейский.

Мозги у девчонки работали явно быстрее, чем у её кавалера.

— Полицейский? — напряжённо протянул Вадик. — А можно посмотреть ваши документы?

Сергей вздохнул и достал удостоверение. Парень с секунду изучал его, потом глянул на Воронцова и сделал шаг назад. Весь его вид говорил: «не будь ты мент, я бы тебе объяснил… ну и так далее…»

Сергей грустно усмехнулся, разглядывая парня. Цыплёнок. Бройлер конечно, но всё равно цыплёнок совсем. Студент и спортсмен, причём явно какого-то боевого вида. Это видно и по фигуре и по движениям и по взгляду. В армии естественно не служил и страху никакому не научен вовсе. Как ни крути, а после армии они всё-таки, хоть какое-то соображение имеют. А он даже не в состоянии понять, кто перед ним, ему даже в голову не приходит, что для Сергея он, на один зуб. Ну да ладно, бог с ним.

— Раз уж мы показываем документы, то разрешите и на ваши взглянуть, — подчёркнуто вежливо, попросил Воронцов.

Вадик протянул ему паспорт.

— Тэк-с, — теперь Сергей добавил суровости и во взгляд. — Значит так, Вадим Андреевич Тищенко, будьте добры очень далеко не отходить, вы можете мне понадобиться.

Парень что-то недовольно буркнул и отошёл в сторону.

— Что это он у вас такой агрессивный? — Воронцов повернулся к Брагиной.

— Ну он у нас типа самый крутой во дворе, — усмехнулась она. — Эдакий, первый парень на деревне. А меня вечно стережёт, задрал уже.

— А вы?

— А что я?

— Больше интересуетесь другими?

— А вам-то, что за дело?

— Мне дела нет, до ваших приключений, — Сергей указал рукой на ближайшую скамейку. — Давайте присядем. А вот до приключений Екатерины Кондратьевой, есть. Я хочу чтобы вы мне рассказали всё, что вам известно о её свидании, позавчера вечером.

— Да я то откуда знаю? — сделала изумлённые глаза девушка. — Меня вообще последние сутки не было. Мы с ребятами уехали на дачу к Витьке Баланскому, ну и там… зависли в общем. Вернулись только когда до нас дозвонились и сказали что произошло… ну… с Катькой… Так меня ещё ребята перехватили, ну мы и выпили… Помянуть-то её надо было…

— Ну ещё бы, — понимающе кивнул Сергей. — А с родителями её, ты виделась?

Немного растерянный, виноватый взгляд, был ему ответом.

— Н-нет…, вообще-то её родоки, меня не очень любят. Так я решила, зачем им в такой момент глаза мозолить?

— Нее, мозолить не надо, — согласился Сергей. — Но соболезнование высказать может и нужно было.

— Ну может сегодня зайду? — она вдруг вскинула глаза. — А когда похороны?

— Это ты у меня спрашиваешь? — усмехнулся Воронцов. — Я похож на бюро ритуальных услуг?

— Ребята сказали, что родители в трансе просто…, - невпопад обронила Татьяна и принялась нервно грызть ноготь.

Судя по всему, она уже дошла до нужного состояния, но Сергей решил добавить.

— А ты, нет?

— А я…, - в её взгляде словно что-то сломалось и она опустила глаза.

— Слушай, Тань, — Воронцов наклонился к ней ближе. — Ты меня приятно удивила несколко минут назад, доказав что у тебя не куриные мозги, так давай уж, не разочаровывай меня. По словам всех, Катя была твоей ближайшей подругой. Как я понимаю, вы выросли в этом дворе вместе и дружили с детского сада, так?

— Да, — напряжённо выдавила девушка.

В кармане запиликал мобильник. Сергей выудил его и посмотрел на экран. Сашка.

— Да.

— Саныч! Я уже на базе, Толик тоже сейчас подъедет. Всех опросили. Есть описание кадра, с которым она познакомилась. Не особо хорошее, но лучше чем ничего. И ещё одна странность. Двое сказали, что их кто-то уже опрашивал. Представился полицейским, удостоверение предъявил. Хрень какая-то…, - быстро, возбуждённым голосом, доложил Бурцев.

— Я понял, — ответил Воронцов, чувствуя что мрачное настроение, становится ещё мрачнее. Вновь недоброе предчувствие, тяжёлым камнем легло на сердце. — Ждите меня. Я закончу, поговорим.

Он нажал отбой, посмотрел на Брагину и не удержался от ухмылки. Похмелье, видимо, мучило её довольно сильно.

— Возможно в вашей компании, помогать ментам считается не слишком хорошим тоном, — медленно, взвешивая каждое слово, заговорил он. — А кроме того, в вашем возрасте порой может показаться, что смерти нет вовсе. Всё это я понимаю. Только я хочу, Таня, чтобы ты как следует вдумалась в то, что произошло и происходит теперь. Катя Кондратьева, была твоей лучшей подругой. Кто-то убил её — убил жестоко и изощрённо, — он сделал паузу. — Она больше не оживёт. Больше никогда не поссорится с тобой, никогда не помирится, не пойдёт с вами на пляж или в клуб. Это я говорю тебе не потому, что считаю тебя имбицилкой и подозреваю, что ты ни черта не понимаешь, а для того чтобы ты чётко осознала — это не сон, не игра, не дешёвый фильм ужасов. Это жизнь. А сейчас кто-то ищет следы этого убийства, ищет помимо нас — ментов и я не знаю кто это? Я пока почти совсем не знаю, что происходит, но предполагаю, что кому-то из вас, из вашей компании, тоже может угрожать опасность.

Сергей с удовлетворением отметил, как она уставилась на него. Зацепило похоже. Ну что ж, теперь вероятно постарается думать.

— Ты можешь мне помочь, найти этого подонка и вообще разобраться в ситуации. Для этого, нужно лишь немного напрячь голову. И самое главное, рассказать мне всю правду. Всю, какую только вспомнишь. Не обращая внимания на то, что в этой правде может идти вразрез с законом. Я хочу, чтобы ты поняла: я ищу убийцу, а не пытаюсь поймать вас на чём-то, что вы хотели бы скрыть от полиции. Договорились?

— Я поняла… договорились, — мгновение помедлив, кивнула девушка.

— А раз поняла, постарайся вспомнить позавчерашний вечер. Что вы делали, где гуляли, когда уехала Катя?

— Ну-у… мы тусовались в клубе… как обычно. День рождения был, у Ольки Стремашовой. Вот… мы отмечали… а потом… она уехала, — Татьяна замолчала, будто мучительно пытаясь вспомнить.

— Почему она уехала? — девочке надо было помогать. — Вспоминай, Таня.

— Да я помню. Она сказала, что ей позвонил этот парень… ну, с которым мы познакомились за два дня до того… имя у него какое-то странное… Армас, Ярмас… как-то так.

— Может Урмас, — попытался предположить Сергей. Знакомые созвучия, отозвались в душе ностальгией по детству.

Он родился и вырос в Таллине и эстонское или финское имя, в отличие от Брагиной, мог идентифицировать легко.

— Да, — Татьяна подняла на него глаза. — Видимо так.

— У него был какой-нибудь акцент?

— Да, — она вдруг встрепенулась. — Точно был. Будто прибалтийский. Он прибалт?

— Ну вероятно, — усмехнулся Сергей. — Скажи, Таня, а вот Кирилл Игнатов — это её молодой человек?

— Да какой там? — резко оборвала она. — Так, приятель. Ну встречались они, спали… там, иногда. Так это что, её жених уже получается? Это вам кто сказал вообще? Впрочем я знаю, кто. Он и сам в последнее время, стал на неё какие-то права предъявлять. Туда не ходи, с тем не встречайся. Он надоел уже ей. А тогда они как раз поругались, вот она и познакомилась с этим, Урмасом. Назло ему, чтобы отстал.

— А познакомилась где? В том же клубе?

— Нет, в другом. Мы тогда в другом были. Он симпатичный такой — блондин, высокий, только какой-то странноватый.

— Чем?

— Ну-у, взгляд странный. Дёрганый какой-то, бледный очень. Фрик, короче. Мы поначалу подумали, наверно нарик, но потом решили, что видимо нет. Ну то есть может и да, но только не из простых.

— В каком смысле?

— Мажор типичный. Бабок у него до фига. Тачка — белый «Лексус GX».

— Разбираешься в машинах? — улыбнулся Сергей.

— Ну-у немного, — она тоже улыбнулась ему. В первый раз улыбнулась и это было хорошим знаком. — У меня был знакомый, тоже с «Лексусом», только тот был полноразмерный.

— Ух ты, — рассмеялся Воронцов. — Ну ты просто спец. Так что там с мажором?

— Да ничего. Они познакомились, вернее мы все вместе познакомились, когда курить выходили. Я бы тоже на такого запала, наверное, но он на Катьку больше внимания обращал. Кирилл приревновал и типа даже пошёл с ним разбираться, но вернулся потерянный какой-то, будто напуганный. Потом стал с пацанами шептаться, вроде как подбивать их помочь ему. Но этот, как его, Урмас, вдруг сам исчез. Взял у Катьки номер телефона и ушёл. Очень быстро. Ребята сказали, что он по ходу струсил, хотя я не думаю.

— Почему?

— Да не знаю, — Татьяна пожала плечами. — Как-то он не похож на труса, вроде. Взгляд у него какой-то… дикий что ли…

— А как ты думаешь, почему никто толком не рассказал нам о нём? То есть о том что он был, некоторые упомянули, но ни описать его, и никаких подробностей, вспомнить не смогли.

— Не знаю. Просто мы с Катькой всегда рядом были, всегда всем делились и так получилось, что познакомились с ним вместе. Он на самом деле, с нами всего пару часов тусовался, а там же все пьяные были, в жопу просто, вот наверное никто и не запомнил.

— Ясно, — кивнул Сергей. — Так значит позавчера вечером, он позвонил ей на мобильник и пригласил на свидание?

— Ну да.

— Кто-то кроме тебя, ещё знал об этом?

— Тогда нет, — грустно сказала Татьяна. — Она просила никому не говорить. Это потом… ну после того как всё случилось, я ребятам сказала, — она вдруг посмотрела на Сергея с затаённым страхом. — А что, не надо было?

— С чего ты взяла, что у него бабок много, раз он был с вами только пару часов? — Воронцов пропустил её вопрос мимо ушей. — По машине?

— Ну и по машине. И он несколько раз всем «Хеннесси Ричард» заказывал, а вы знаете сколько он стоит?

— Представляю, — усмехнулся Сергей. — Так и что было дальше?

— А дальше ничего не было. Он пропал на пару дней и мы думали, что больше и не появится. Он похож на таких, которые долго про девушек не помнят, — она криво ухмыльнулась.

— А он значит, появился?

— Да, позвонил, — Татьяна на мгновение запнулась. — Ну, вернее Катька сказала, что это он. Но я не думаю, что стала бы мне врать. Она собралась быстро и уехала.

— На своей машине уехала?

— Да.

— Пьяная?

Девушка опустила глаза и принялась рассматривать жёлтые листья под ногами.

— Таня, — мягко позвал Сергей. — Мы с тобой ведь договорились, так? Ты ей уже ничем не повредишь, но самой себе, помочь можешь.

— Да она не сильно пьяная была. Так, чуть-чуть…

— Скажи мне, Катя принимала наркотики?

— Нет, — восклицание прозвучало мгновенно, само по себе давая ответ.

Сергей аж рассмеялся.

— Вижу тебе не в первый раз, такой вопрос задают. Натренировалась уже? А если честно?

— Да нет же, — на этот раз она ответила будто с сомнением.

— Тяжело с тобой, — вздохнул Сергей. — Последняя попытка, Таня. Не буду повторять о нашем договоре.

— Ну-у…, - на этот раз междометие звучало, скорее как подтверждение.

— Ну ясно, — кивнул Воронцов. — Давно? Регулярно?

— Да вы что? — возмутилась девушка. — Ну так, для веселья. Мы же учимся, — видимо её зацепил его насмешливый взгляд. — Да мы нормальные вообще… просто…

— Я понимаю, — Сергей достал сигареты и протянул ей. — Просто так. А все балуются в вашей компании? Я понимаю, что тащить это из тебя, надо будет клещами, поэтому ты просто кивни молча и всё.

— Не буду я кивать! — деланно возмущённо воскликнула она, вытянув из протянутой пачки сигарету, наклонилась к зажигалке и вдруг рассмеялась. — Мне всегда говорили, что с ментами… ну… с полицейскими, нельзя играть в доверие. Теперь вижу, что это правда.

— А ты не играй, — Сергей тоже закурил. — Ты просто уясни себе что то, что ты скроешь от меня, ты расскажешь тому кто придёт следом за мной.

— Кто придёт? — она испуганно вытаращилась на него.

— Вот этого я пока не знаю и если ты не будешь со мной откровенна, то могу и не узнать. Если я не смогу узнать, то могу и не поймать его. Во всяком случае вовремя. Дальше продолжать?

— Что значит вовремя? — напряглась Татьяна. — Вы хотите сказать, что меня убьют? Что вы меня всё время пугаете!?

— Я тебя не пугаю, — Сергей постарался сделать, как можно более хмурое лицо. — Но ты видела этого человека. Ты свидетель. А человек этот — не шутник. Кто-то уже разговаривал с некоторыми из твоих друзей, ты не знаешь кто?

Она замотала головой.

— А с тобой до меня, никто не разговаривал?

— Нет, — она невольно огляделась по сторонам. — А кто должен?

— Кто должен, я не знаю. Но если кто-то придёт, будет что-то спрашивать и не назовёт моего имени, да даже если и назовёт, сразу позвони мне. Хорошо? — Сергей протянул ей визитку с номером.

— Хорошо, — она кивнула.

— После того как Катя уехала, ты с ней не разговаривала?

— Разговаривала…, - ему почудилось сомнение в её словах.

— Почему так неуверенно?

— Через пару часов, после того как она уехала…, - Татьяна замолчала, нервно затягиваясь сигаретой. — Она звонила…, но… я не помню, о чём мы говорили.

— Такая пьяная была или почему?

— Ну да, и-и… музыка, шум вокруг, ничего не слышно было… толком.

— Вспомни, Таня, — Сергей наклонился к ней вплотную и серьёзно посмотрел в глаза. — Это очень важно. Вспомни.

Девушка с усилием потёрла лоб и как-то жалобно посмотрела на него.

— Я не помню… она что-то про секс говорила… вроде, потом про бар какой-то… что в баре сидят… или нет, в ресторане… или в баре…, - она истерически замотала головой. — Да не помню я! Помню только, что отложилось в памяти «бар-бар».

В голове Сергея вдруг сложилась часть мозаики и волчье чутьё как обычно дало сигнал, вдруг томительно засосав под ложечкой. Чем чёрт не шутит?

— Это может быть, ресторан «Баррандов»? — аккуратно подсказал он.

— Точно! — Татьяна выпалила это так, что он чуть не подскочил. — Точно, — она радостно смотрела на него, будто только что решила трудную задачу на экзамене. — Я всё никак не могла понять, что во всём этом казалось мне таким знакомым? Точно. Наверно я тоже так подумала тогда, только сейчас не могла вспомнить. «Баррандов» это же совсем рядом с нами, на Преображенской. Классный ресторан, кстати. Мы туда иногда заходим.

Сергей вполне был готов разделить её радость: ресторан «Баррандов», Преображенская площадь, там чинят дорогу и асфальт видимо оттуда. Достав телефон, он набрал номер Бурцева.

— Да босс, — раздался в трубке, Сашкин голос. — Сидим, ждём, скучаем, — капитан дурачился.

— Вот последнее слово мне больше всего понравилось, — Воронцов шутки не принял. — Сейчас вы у меня развлечётесь. На всех парах дуй на Преображенскую площадь — ресторан «Баррандов». Она там была вечером, видимо с этим типом… в общем учить тебя не надо. Всё что сможешь, выверни из них. Толик тем временем, пусть готовит запросы на все городские камеры в Восточном округе, шерстит их и ищет белый «Лексус GX». Номер, — он посмотрел на Брагину и та отрицательно мотнула головой. — Номера нет.

Бурцев озадаченно замолчал.

— Я понял. С рестораном. Только насчет машины… Ты представляешь, сколько «Лексусов» ходит по центру?

— Ты же вроде сказал, что вы скучаете? — едко подначил Сергей. — Пусть подключит ещё кого-то, если надо. Возьмут карандашики и вперёд. Чуть что, сразу звоните. Всё, отбой.

Он отключился и глянул на Татьяну. Та смотрела на него, каким-то новым взглядом. Впрочем каким уж новым, нормальным взглядом молодой, заинтересованной женщины.

— Лихо у вас это…, - прокомментировала она. — А вы большой начальник, да?

Сказано это было так непосредственно, что он не удержал смеха.

— Я то? Да уж, какой ещё большой.

— Ну вы так всех… ну… строго…, - она стрельнула глазками так, что теперь уже не оставалось сомнений и Сергей тоже посмотрел на неё другими глазами.

Шатенка с мелироваными волосами и причёской перьями, кареглазая, стройная, гибкая, длинноногая — всё в самый раз. Симпатичная и свободная во всех отношениях девушка, для него это всегда было интересно. В другое время и в немножко другой ситуации, он вполне возможно воспользовался бы этим её интересом, но только уж никак не теперь. Теперь — цейтнот. Ни на что, даже нет настроения. Может быть как-нибудь потом, попозже.

Перед глазами, в данный момент совсем уж непрошенный, возник образ Лены и Сергей разозлился. Да что же это такое? Впрочем ясно, что? Ему понравилась красивая девушка и естественно, сама собой, сравнилась с другой, самой свежей в его памяти. Хотя разве могут они хоть как-то сравниться? Скорее всего смазливая, задорная девчонка, просто потерялась бы на фоне той удивительной женщины, о которой он никак не мог забыть в последние сутки.

Ладно, это всё лирика. Сергей оглядел сквер. Вадик Тищенко сидел чуть поодаль и разговаривал по телефону. Он так и не ушёл, то ли послушно ожидая разговора с ментом, то ли охраняя свою подружку. От кого впрочем, охраняя? Взгляд Воронцова упал на фигуру, не спеша идущую по центральной аллее сквера, мазнул по ней, убежал дальше, но вернулся. Снова ёкнуло что-то внутри. Сергей присмотрелся. Человек, одетый в кожаную куртку, среднего роста, русоволосый, коротко стриженный, широкоплечий, с небольшим шрамом на правой щеке, поравнялся с дорожкой ведущей к подъезду, будто замешкался на мгновение… и прошёл дальше. На какой-то миг их глаза встретились и Сергей исполнился уверенности, что перед ним опер. Именно опер, матёрый и опытный. Причём, на работе. Гончая, идущая по следу. Такого перепутать он не мог.

Всё внутри заныло от предчувствия чего-то нехорошего. Сергей резко поднялся.

— Прошу прощения, — громко сказал он.

Мужчина обернулся плавно, но быстро, одновременно вытащив руки из карманов.

— Вы это мне? — голос звучал обычно. И всё же какое-то напряжение, Воронцов в нём уловил. Тело само по себе напряглось.

— Вам, — Сергей шагнул к нему, на ходу вытаскивая удостоверение. — Майор Воронцов. Предъявите ваши документы.

Человек всмотрелся в раскрытое удостоверение и вытащил из кармана точно такое же.

— Майор Колчин, ГУ МВД Москвы, — он вдруг широко улыбнулся и протянул руку. — Далеко от своей земли, Сергей Александрович.

Воронцов очень внимательно рассмотрел его удостоверение и спрятал своё.

— Это точно, — он пожал протянутую руку. — Что ловит здесь главк, если не секрет?

— Наркота, — вполголоса, но вполне доброжелательно, поделился Колчин. — Приторговывают где-то здесь. Слишком много ниточек ведёт сюда, а концов пока не найти. Молодёж в основном, — он многозначительно посмотрел мимо Сергея, на Татьяну Брагину. — А у вас что?

— Убийство. Вот знакомых-друзей опрашиваю. Рутина.

— Ну ясно, — вновь улыбнулся Колчин. — В таком случае, удачи. Рад был познакомиться.

— Взаимно, — Воронцов долго смотрел в удаляющуюся спину майора и на душе у него будто скребли кошки.

Слишком явно, просто до зуда в пояснице, он чувствовал что что-то не так, что никакой это не майор ГУ МВД, но предпринять в такой ситуации, ничего не мог. Чувства чувствами, но удостоверение у него в порядке и то что он опер, тоже видно сразу.

— Дьявол, — пробормотал он вслух и раздражённо поморщился.

Вернувшись к скамейке, сел, закурил и повернулся, к внимательно наблюдавшей за ним, Брагиной.

— Ты запомнила этого человека?

Девушка молча кивнула.

— Если он когда-нибудь появится в твоём поле зрения, тут же звонишь мне. Ясно?

Она снова кивнула.

— Кто это?

— Никто, — хмуро отрезал Сергей. — Ты поняла, что я сказал.

— Поняла, — она как-то зябко поёжилась. — Вы меня совсем запугали уже. Мне страшно. Кто меня будет охранять теперь?

Он не понял говорит ли она серьёзно или придуривается.

— Вон у тебя, охранник? — кивнул он на её кавалера.

— Пщщ, — она издала презрительный звук и одарила парня не менее презрительным взглядом. — Кого он может охранить? От хулиганов разве только — это может. Только вы меня, не хулиганами вроде, пугаете?

— Точно, — Сергей улыбнулся ей. Девчонка действительно была совсем не глупа.

— Вот если бы вы, меня охраняли, — она подалась ближе и призывно заглянула в глаза.

Воронцов усмехнулся.

— Скажи мне лучше такую вещь, Таня, с чего вы так лихо гуляете? Про день рождения я понял, но как я вижу, у вас это перманентно?

— Нет, — отсутствие его реакции, она приняла спокойно. — Просто так получилось в этот раз. Всё одно к одному. А вообще мы только по выходным тусим. Но круто, — она дерзко посмотрела на него.

— Расскажи мне про вашу компанию. Кто, что, с кем, у кого какие отношения?

— Про всех, — изумилась Татьяна.

— Вкратце, — он снова протянул ей сигареты.

— Может тогда поднимемся ко мне? Рассказывать долго, я замёрзну.

— В другой раз, — он щёлкнул зажигалкой.

* * *

Она рассказывала около часа, а он внимательно слушал, сверяя её слова с показаниями тех, кого уже опросили его ребята. Ничего замечательного однако, Сергей из её рассказа так и не вынес. Да и рассказывая, это было очевидно, она настолько сглаживала острые углы, что действительно ценной информации, в её повествовании оказалось крайне мало.

Может и вправду стоило уложить её в постель? Наверняка, это сделало бы инфу гораздо более содержательной, вот только потом, выпутывайся из всех этих дел. У него уже пару раз случалось такое со свидетельницами, посреди дела и повторять ситуацию он не хотел.

Во всяком случае новых подозреваемых, рассказ Брагиной не добавил и в сочетании с тем, что практически у всех из них было крепкое алиби, приходилось признать, что искать надо именно этого самого прибалта.

Её рассказ прервал звонок телефона.

— Саныч, — голос Бурцева звучал возбуждённо. — Есть.

— Что у тебя есть?

— Много чего. Они там были. Кондратьеву опознали, кадра этого, описали довольно подробно. А ещё вчера вечером, там был какой-то опер, опрашивал всех, официанта, бармена, ну всех в общем. Изъял платёжный чек по кредитной карте. Этот, ну наш клиент, картой расплатился. Данные карты мы конечно уже сняли.

— Кто? — Сергей резко поднялся на ноги.

— Владислав Юрьевич Марченко, тридцати двух лет. Адрес, всё есть.

— Бегом, Саня, — тихо проговорил Сергей.

— Тебя не ждать?

— Нет. Берёте его и тащите на базу. Прессаните там, чтобы к моему приезду, был тёпленький.

— Ясно.

— Как фамилия опера, который приходил в ресторан?

— Дергачёв. Капитан Дергачёв.

— Невысокий, крепкий, шрам на щеке? — опять заныла поясница. Ответ он знал, ещё не услышав его.

Ответа однако сразу не последовало. Бурцев смешно засопел в трубку.

— Откуда ты знаешь? — озадаченно спросил он, после секундного молчания.

— От верблюда. Работайте, Саня. Этого, как я уже сказал прессаните, но сильно не допрашивайте. Это всё равно не он.

Не дожидаясь ответа, он нажал отбой и медленно повернувшись, посмотрел на аллею, по которой час назад ушёл майор Колчин.

— Майор ты значит? Из ГУ МВД? Сука, — с ненавистью прошептал он. — Ну ничего, я найду тебя.

* * *

Когда спустя полтора часа, Сергей подъехал к зданию отдела, он уже на сто процентов был уверен в том, что сказал Бурцеву. Этот Марченко здесь не при чём. Если он вообще не просто терпила и хоть каким-то боком причастен к этому делу и то будет довольно удивительно и очень удачно. Скорее всего его след никуда не приведёт.

Крутя в голове невесёлые мысли и здороваясь на ходу со всеми, Воронцов прошёл к кабинету оперов.

— Где он? — спросил с порога.

— В допросной, — Витя Коржаков и Толик Рябинин, встали со стульев.

— Чё вы повскакали? Где Бурцев?

— У следаков, — ответил Рябинин. — Мы с тобой?

— Не надо.

— Он парень резкий и жёсткий. Боксёр, — предупредил Коржаков. — Лёхе успел так зарядить, что тот до сих пор в себя приходит.

— Вы его допрашивали?

— Слегка. Он в полном отказе. По почкам пару раз получил, но молчит. Упёртый. Сильнее мы не стали, как ты приказал.

— Хорошо, давай ключи. Бурцев вернётся, пусть сидит с вами.

Рябинин кинул ему связку и Сергей, поймав её на лету, пошёл в допросную.

Марченко сидел на стуле, угрюмо уставившись в стол. Когда Воронцов вошёл, он поднял глаза и посмотрел на него.

Сергей остановился у входа, разглядывая задержанного. Мощные плечи и шея, короткая, ёжиком стрижка, сломанный нос, холодные серые глаза.

«Точно боксёр, — усмехнулся про себя Воронцов. — Или уж во всяком случае, очень похож.»

Весил парень на вид, килограммов сто. Если хороший боксёр, то действительно серьёзный противник. Такой и доску от скамейки, пожалуй мог оторвать, да только… не он это… Сергей был почему-то совершенно уверен — не он.

Пройдя к стулу с другой стороны стола, Воронцов сел и в упор уставился на Марченко.

— Я начальник криминальной полиции этого ОВД, майор Воронцов, — сказал он. — Что ты можешь мне рассказать?

— Ни хрена, — зло выплюнул Марченко. — Это вы мне расскажите, за что меня приняли?

— Имел дело с полицией? — прищурился Сергей.

— А то вы не знаете? — усмехнулся тот. — С милицией ещё. Давно это было. А сейчас я с законом в игры не играю, детишек тренирую. Ну и так, по мелочам…

— По мелочам, что?

— Закона это не касается, — ядовито выдавил парень.

— Это я буду решать, что касается закона, а что нет, — Сергей встал и обойдя стол, присел на столешницу, рядом с задержанным.

— Меня спрашивали про позавчерашний день, — Марченко издевательски посмотрел на него. — Вернее вечер. У меня алиби. Мы с мужиками в бане были, потом с тёлками зависали, до ночи, а потом я домой поехал, около двух часов. Меня друзья на машине подбросили. А дома у меня жена. Можете всё проверить.

— Жена, — глядя в сторону задумчиво протянул Воронцов. — А ты с тёлками…

— А это не твоё дело, мент. Ты меня ещё поучи…

Договорить он не успел. Резко, без замаха, Сергей ударил его локтем в лицо. Марченко ухнул и повалился со стула. Воронцов шагнул к нему и наклонившись, стиснул горло.

— Ты со мной здесь пикироваться будешь, говнюк? — прошипел он страшным голосом. — Каким образом к убийце, попала твоя кредитка, если это не ты сам?

— Какая кредитка? — Марченко вытаращил глаза и вдруг что-то резко изменилось в его взгляде. Он понял.

Сергей увидел это сразу, как и то, что понял он это только сейчас. Странно, что ребята ему не объяснили? Впрочем он же сам просил особо не допрашивать.

— Вставай, — Сергей помог ему подняться.

Далось это не легко. Точно килограмм сто, если не больше. Хорошо ещё сам помогает.

Усадив его на стул, Воронцов обошёл стол, но садиться не стал.

— Ну?

— Так вы про кредитку? — Марченко сплюнул кровь. — Ваши костоломы орали что-то про карту, но толком ничего не объяснили. Вы же сразу по почкам, других методов не знаете. Абы галочку поставить, что работаете. А карту я потерял.

«Всё-таки придуривается, — решил Сергей. — Может сразу и не понял, но видимо и не сейчас. Играет. Ребята не идиоты, дали понять, наверняка. Что-то с этой картой есть. Вот только, что?»

И вдруг его осенило: «Напуган он чем-то, что ли?»

Он пристально взглянул парню в глаза.

— Так будешь говорить?

— А что говорить? Сказал же — потерял. Бывает, — он неожиданно отвёл глаза.

Воронцов резко наклонился через стол, обхватив одной рукой за затылок, второй схватил его за лицо.

— Слушай меня внимательно, урод, — зарычал он. — Слушай, повторять не стану. Убита девушка. Убита зверски, страшно, молодая, ни в чём не повинная девушка. Ей было двадцать лет. А её убийца, расплатился твоей кредитной картой. Мне насрать на твоё алиби, я и так знаю что это не ты, но ведь я мент и ты сам знаешь, мне по барабану кого посадить, лишь бы галочку поставить. Поэтому, если ты мне чётко и внятно не объяснишь, как у этого выродка образовалась твоя карта, я тебе обещаю двадцатник с полным пансионом, в городе-курорте Магадан. Ты меня понял?

Марченко дёрнул головой, но вырваться из железной хватки Сергея, не смог.

— Понял, — прохрипел он. — Говорю, потерял. Откуда я знаю, какой урод её нашёл? Я то при чём?

— То есть, ты не понял? — Сергей выпустил лицо, не торопясь обошёл стол и откинув парню голову, сильно надавил рукояткой пистолета, чуть ниже уха.

Марченко скривился от боли и заскрипел зубами.

— Терпеливый? — ласково прошептал Воронцов, наклоняясь над ним. — Ну ничего, скоро из тебя потечёт говно от боли и тогда ты мне всё расскажешь. Даже то, чего не было. Веришь? Ты нашего опера вырубил и я под эту лавочку, оформлю задним числом твоё задержание с такими телесными повреждениями, что ты на всю жизнь останешься инвалидом. Идёт?

Парень застонал и зажмурил глаза.

— Отпусти, — захрипел он. — Скажу.

Сергей оттолкнул его и сунул ГШ в кабуру.

— Говори.

Марченко откашлялся и снова отвёл глаза. Уставившись куда-то в угол комнаты, он безмолвно шевелил губами.

— Ты там что, стихи сочиняешь? Я не привередливый, можешь в прозе поведать. Я не собираюсь здесь до второго пришествия ждать, пока ты разродишься? — поторопил Воронцов. — Говори, давай.

— Ну-у… забрали у меня карту…, - Марченко поднял на него глаза, напряжённо ожидая реакции.

— Чего сделали? — не понял Сергей. — Повторить упражнение? — он потянулся за пистолетом.

— Забрали! — зло рявкнул парень. — Просто отобрали и всё. Как у лоха, какого-то!

— Как это? — от неожиданности Воронцов даже открыл рот. — Кто такие? Сколько их было? Где?

— Такой, — глухо проронил Марченко, по-прежнему отводя глаза. — Один он был. Я потому и не хотел говорить… и в милицию, тьфу ты, в полицию не пошёл… Кому рассказать… пацаны засмеют.

— Ну хорошо, — Сергей устало потёр виски. Происходящее начинало напрягать его всё больше. — Как это было?

Уж чего никак нельзя было предположить, что у этого здоровенного мужика, кто-то так просто, мог что-то отобрать. И словно отвечая его мыслям, Марченко заговорил.

— В голову никогда не пришло бы. Мы сами по молодости этим занимались. Лохов всяких бомбили. А теперь меня, как лоха…, - он как-то странно взглянул на Сергея и вдруг, подавшись вперёд, доверительно сообщил. — Я ничего не мог сделать, понимаешь? Я боксёр, хороший боксёр, мастер спорта. Всю жизнь тренируюсь и до сих пор… понимаешь? Я когда понял что он хочет, просто рубанул его крюком. У меня он коронный, слева. Мало кто уворачивается, особенно когда неожиданно. А он не увернулся, просто отошёл как будто. Его просто там уже не было, куда я бил… Но я ведь тоже не пацан малой, я сразу двоечку провёл следом. Так он сквозь неё прошёл… не знаю как… и оказался вплотную ко мне. Я к нему даже не прикоснулся. Может какой-нибудь Майвезер, так сможет, да и то сомневаюсь, а чтобы какой-то мажор московский…, а потом он схватил меня за горло. Вот как ты примерно, да только втрое сильнее. И причём, я же не в наручниках был, — не удержался он от язвительного замечания. — Схватил так, что у меня глаза на лоб полезли. Потом он меня ударил…, но так… легко и начал по карманам шарить. Достал бумажник, отшвырнул меня как куклу и ушёл.

Сергей слушая, внимательно смотрел ему в глаза и с противным чувством думал: «Не врёт.»

Похоже действительно не врёт и это самое поганое. Что же это за тип такой?

— Он тебя просто за горло держал? — уточнил он.

— Даже приподнял чуть, — хмуро сказал Марченко.

— Чего-о? — Сергей почувствовал, что начинает заводиться.

— Того. И не надо на меня смотреть и говорить, что я тяжёлый. Я сам знаю, сколько вешу.

— Слушай, Владислав Юрьевич, — Воронцов побарабанил пальцами по столу. — Допустим я тебе постараюсь поверить, но учти, если ты меня самого за лоха держишь… В общем ты надеюсь уже понял, что я за человек? Я тебя с дерьмом сожру, если окажется, что ты мне соврал. Ясно?

— Я правду сказал, — ответил Марченко.

— Ну ладно, — Сергей поднялся и прошёлся по кабинету, пытаясь хоть как-то переварить услышанное. — Как он выглядел?

— Высокий, худощавый, белобрысый.

— Акцент какой-то есть?

— Точно, — вскинулся Марченко. — Был акцент, какой-то. Слабый, не скажу какой, но говорил с акцентом, точно.

— Ну и что ты сам об этом думаешь?

— Об акценте?

— Обо всём.

— А что я могу думать? — едко скривился Марченко. — Это ваша работа — думать. И защищать добропорядочных граждан, от всяких уродов.

— Это ты-то добропорядочный? — усмехнулся Воронцов.

— Естественно, — с напором ответил тот. — Что было, то было, а теперь я давно ничего противозаконного не делаю. Тренер я.

«Делаешь, — глядя на него, мрачно подумал Сергей. — Ещё как делаешь. Да только возиться с тобой у меня совершенно времени нет, а к этом делу, ты во всяком случае не причастен. Это ясно.»

Чутьё слишком явно говорило ему, что Марченко не врёт. И это как раз, было самое плохое.

— Ну хорошо. Сейчас сюда придет опер, он задаст тебе те же вопросы, ну и ещё какие-нибудь. Детали надо записать. Ты всё ему честно расскажешь и поедешь домой. Ведь претензий у тебя, как я понимаю, нет? Верно ведь?

— Нет, — глухо буркнул Марченко.

— Ну и хорошо, — Сергей уже взялся за ручку двери, когда парень окликнул его.

— Командир!

Воронцов обернулся.

— Я… вот ещё что…, в общем я не знаю…

Он так явно колебался, что у Сергея почему-то забегали мурашки по спине.

— Ну? — поторопил он.

— У него глаза в темноте светились, командир, — выдохнул парень.

3

В кабинете оперов было шумно. Впрочем, как всегда. Однако когда Сергей вошёл, все затихли и вопросительно посмотрели на него.

— Ну что? — озвучил всеобщую заинтересованность Бурцев.

— А чего сидим? — Воронцов пропустил вопрос мимо ушей. — Дел нету?

— Так возимся с твоими «Лексусами», — возмутился Коржаков. — У меня уже глаза скоро на лоб полезут.

— Что-то есть?

— Да ничего, — пожал плечами Бурцев. — Камеры-то не везде. Отследить маршруты очень трудно. Пока во всяком случае, ни один из них, вплотную к Сокольникам не приближался.

— А при чём здесь Сокольники? — Сергей сел за стол. — Туда они на её машине поехали, это-то мы знаем. В округе надо искать. Скорее всего там, где машину бросил: на Варшавке, стало быть.

— Так это тогда не только с Востока и Северо-Востока, весь юг надо просматривать, всю Москву короче. Данные мы запрашивали, только откуда ты сказал, — ответил Бурцев. — Да невозможно это, Саныч. Хоть какие-то цифры из номера надо, а так…, - он махнул рукой.

— Дохляк, — поддержал его Толик Рябинин. — Девять тачек болтались по округе. Так мы ещё не всё просмотрели. Это и то в том случае, если «GX»-ы смотреть, а если девчонка ошиблась и он полноразмерный? Отработать их всех нетрудно, только ведь всё равно ни к чему не привяжем. Следов-то нет, как я понял.

— Вряд ли ошиблась, она сечёт разницу. Если попадётся тот что надо, привяжем, — сказал Сергей. — Кое-какие следы есть. И описание есть. Кадр приметный.

— Ну да, со светящимися глазами, — хмыкнул Бурцев. — Так что делать будем?

— Вы вдвоём, — Воронцов посмотрел на Коржакова и Рябинина. — Езжайте отрабатывать тех, кого уже обнаружили.

— Сейчас?

— Нет, после Рождества, — разозлился Сергей. — Дуйте. По мере установления следующих, Саня вам отзвонится.

Опера быстро собрались и вышли.

— А мне что? — уныло спросил Сашка. — Продолжать пялиться в комп?

— Не пялиться, Саня, а искать, — Воронцов встал и подошёл к столику, заварить себе кофе. — Лексус, наша единственная зацепка.

— Так что этот Марченко сказал?

— Сказал, что у него карточку отобрали, — усмехнулся Сергей.

— Отобрали? У этого бугая? И кто же?

— Догадайся.

— Наш светящийся? И ты ему веришь? Он тот ещё кадр, кстати. Я тут про него кое-что нарыл. Врёт поди.

— Не врёт он, Саня, — Воронцов вернулся к столу с кружкой. — И я ему верю. Самое главное, он тоже сказал про глаза.

— Вот так…?

Сергей кивнул и достав сигарету, щёлкнул зажигалкой.

— Так что это всё-таки такое? — Бурцев тоже закурил.

— Не знаю, — он сам хотел бы найти ответы на эти вопросы, но пока увы, в голову ничего путного не приходило.

— Ну скажем псих этот, технически круто подготовленный. Шарит в общем, — предположил Сашка. — Он мог тогда, что-то такое придумать…?

Воронцов пожал плечами.

— А что Михалыч говорит?

— Да ничего он не говорит. Я его не спрашивал. Он и от остальных странностей, в шоке пребывает. Это кстати тоже плохо. Ты сам Михалыча знаешь, если он чего-то не понимает, значит что-то очень паскудное происходит.

— Это да, — согласился Бурцев. — Интересно, а на кой хрен, она с ним в парк ночью попёрлась?

— Кондратьева?

— Да.

— Да чёрт её знает? — Сергей отхлебнул кофе. — Судя по её подружке, девица она довольно отмороженная. Мало ли каких приключений захотелось? Да и не важно это, я думаю. Не то мы делаем, Саня и не там ищем. Что-то другое здесь. Я чувствую, вот только пока понять не могу, что.

— Что ты имеешь в виду? — прищурился Сашка.

— Вот смотри: тип этот и технически шарит, как ты сказал и бегает как лошадь и здоровый, как хрен знает что. Марченко утверждает, что он его за горло держал и вроде как от земли оторвал даже. Реакция у него сумасшедшая, тоже по его словам и вдобавок ещё эти глаза.

— И что же по-твоему получается? — Бурцев усмехнулся, но как-то невесело.

— Если бы я знал. Потому и говорю, что-то мы не то ищем…

— Может экстрасенс какой-нибудь? — предложил версию Сашка и сам тут же рассмеялся.

— Никогда не слышал, чтобы экстрасенсы, были такими здоровыми или так быстро бегали, — Сергей достал запиликавший телефон.

Звонил Круглов.

— Ты в отделе? — не здороваясь спросил он.

— Да.

— Зайди.

Воронцов поднялся.

— Ищите «Лексус», Саня. Это пока единственное, что мы можем сделать. И ещё: сделай запрос на капитана Дергачёва и майора Колчина Андрея Петровича. Хотя и так ясно, что таких в помине нет. Держи это в уме всё время и ребят заряди. Кто-то ищет убийцу, помимо нас. Я поначалу испугался, что может кто-то, что-то зачищает, но теперь понял — нет. Именно ищет. И если мы узнаем кто это, мы и всё остальное поймём.

— А чего мы поймём-то? Если скажем, это просто чекисты.

— Это не чекисты, Саня.

— Откуда ты знаешь?

— Я у Круглова, — не стал отвечать Сергей и вышел в коридор.

* * *

Разговор с начальством, настроения не прибавил. Круглов нервный и взвинченный, с порога угрюмо спросил:

— Ну что там у вас? По этому делу?

— Работаем, — ответил Воронцов. — Пока ничего.

— Почему?

— Следов мало. Практически нет следов.

— Так ищите следы.

— Так мы ищем.

Сергей увидел, что полковник готов взорваться и собрался сделать то же самое, но внезапно во взгляде Круглова что-то изменилось. Он устало ссутулил плечи и потёр лоб.

— Слушай, Сергей, я понимаю что вы всё делаете, но надо сделать больше… Мне час назад из министерства звонили. Все на ушах. Полно же уродов, кто готов подогреть настроения. Сволочи. Вот кто-то и пустил шнягу, что пошла серия… и ведь похоже так и есть, ну и…

— Я понял. Только от меня-то что надо? Два дня ещё не прошло, каких результатов вы ждёте? Я же сказал — мы ищем. Машину рано или поздно зацепим, тогда другой разговор будет.

— От меня что-то требуется? — спросил Круглов.

— В принципе да. Хорошо бы узнать, кто кроме нас копает это дело.

Начальник удивлённо вытаращился на него.

— Никто, сколько я знаю…

— И тем не менее, кто-то интересуется этим делом, — жёстко констатировал Воронцов. — Попятам у нас идёт, а кое-где и впереди. Я хочу знать, кто?

— Расскажи подробнее, — приказал Круглов и когда Сергей рассказал, с сомнением покачал головой.

— Ну хорошо, я попробую. Странно это конечно. Какие твои соображения? Не похоже что ФСБ или ещё кто-то.

— Не похоже, — согласился Воронцов. — Какие-то частники скорее, но работает профи. Дерзкий и быстрый. Не знаю один ли он, или их много, но роют они хорошо. И самое главное у меня такое чувство, что вот они то, как раз точно знают, что ищут.

Полковник снова покачал головой.

— Ребят предупредил?

— Предупредил. Да они не дети, сами соображают.

— В общем я попробую, — подытожил Круглов. — Но ты же понимаешь, результата скорее всего не будет.

— Я понимаю, — кивнул Сергей. — Только и вы поймите, Николай Андреевич, быстро это дело не раскопаешь.

— Надо побыстрее, — упорно повторил полковник. — Если от меня ещё какая помощь потребуется, сразу обращайся.

* * *

Весь оставшийся день, до вечера, уйдя в свой кабинет, Сергей работал с бумагами. Самая нудная и противная часть его работы, требовала как назло больше всего времени, а если её запустить, то и вообще. Это уже не говоря о том, что в таком случае начальство морщилось, недовольно что-то бурчало и всё норовило намекнуть, что он совсем ничего не делает. Будто главное в его работе — заполнить как можно больше бумажек. Вечная тема. Так всегда было и будет так, наверное. Ничего с этим не поделаешь. Ты можешь носить на теле несколько шрамов от пуль и ножей, можешь иметь на счету тысячу силовых задержаний, а если не вовремя заполняешь бумажки, всегда есть как и куда ткнуть тебя мордой, будто нашкодившего пса.

От невесёлых мыслей и рутинной писанины, его оторвал звонок мобильника.

— Как дела? — здороваться Лена не стала и вообще говорила так, будто они знакомы сто лет, а расстались только утром.

Впрочем его не покидало чувство, что так оно и есть.

— Пишу, — хмуро сказал он, хотя внутри что-то всколыхнулось.

Первое приятное впечатление за весь день — услышать её голос.

— Книгу? — усмехнулась она.

— Оперу, — неудачно схохмил он.

— Себе самому, что ли? — поддержала однако Лена. — Наговорил бы на диктофон, если забыть боишься.

— На диктофоне, начальство не примет, — он уже улыбался.

Она понимает его с полуслова, чувствует, видит, впрочем это он заметил ещё той незабываемой ночью.

— У тебя что-то случилось? — спросила она серьёзно.

— С чего ты взяла?

— Если бы ничего не случилось, ты бы позвонил, — её непосредственность, выбивала его из колеи. — Ты же скучаешь по мне, — это тоже было утверждение и почему-то ему совсем не хотелось возражать.

Ему вообще не хотелось играть с ней в обычные игры, и скрывать свою заинтересованность тоже не хотелось. Поэтому он ответил просто:

— Скучаю.

— Я тоже, — констатировала Лена. — Но я скучаю сильнее.

— Почему это?

— Потому что я позвонила.

— Ну или тебе делать нечего, — съязвил Сергей.

— Может и так, — легко согласилась она. — Так ты приедешь?

— К тебе?

— Угу.

— Давай адрес.

Лена продиктовала адрес.

— Когда будешь? — в завершение спросила она.

— Через пару часов, надеюсь. Закончу здесь, с бумагами…

— Жду, — мобильник замигал молчаливым экраном — она отключилась.

Сергей посмотрел на экран и улыбнулся своим мыслям. Она будила в нём столько разных эмоций, что не хотелось даже разбираться.

Стук в дверь, прервал течение приятных мыслей.

— Да, — резко бросил он, возвращаясь в реальность.

Ввалились Сашка Бурцев и Витя Коржаков.

— Саныч, — с порога заорал Бурцев. — Есть тачка. Прокат машин. Толян только что отзвонился. У них там камеры стоят. Портрет его есть. Тачку он правда вчера вернул, но она ещё никому не сдана. Я велел Толику сторожить, чтобы никто не подходил…

— Поехали, — схватив со стола сигареты, Сергей щёлкнул кнопкой, вводя компьютер в спящий режим.

«Ну вот и встретились,» — мелькнула грустная мысль. Он почему-то был уверен, что сегодняшним вечером, до Лены не доберётся.

* * *

До проката, они доехали довольно быстро, но оказалось что машину уже почистили, пропылесосили и приготовили для следующего клиента. Вызывать экспертов, по-видимому не имело смысла. Миловидная девушка у стойки, сверившись с компьютером сообщила им, что клиент брал машину на две недели, вернул в срок, никаких претензий к нему нет.

Фотографию с видеозаписи снять удалось, но была она довольно нечёткой. Однако и того что было видно, оказалось вполне достаточно для опознания. Человек изображённый на ней, полностью подходил под описание, данное Брагиной, Игнатовым и официантом ресторана «Баррандов».

Но самое главное открытие, ждало их впереди. Тщательно обыскав джип, Сергей обнаружил под сиденьем визитную карточку гостиницы, с нечётко написанным на оборотной стороне фломастером, каким-то телефоном.

— «Рэдиссон Славянская», — Воронцов аккуратно, чтобы не стереть возможные отпечатки, покрутил визитку в руках, мельком глянул на номер и осторожно спрятал в целлофановый пакет. — Толик, Витя, берёте портрет этого кадра и мчитесь по друзьям Кондратьевой, с которыми встречались сегодня. Пусть опознают. Потом в «Баррандов». Только быстро, очень-очень быстро. И всё время на связи, вы можете мне скоро понадобиться.

Рябинин и Коржаков ушли, а Сергей повернулся к Бурцеву.

— Мы с тобой, на площадь Европы, — сказал он. — Хотя что-то мне подсказывает, что никого мы там уже не найдём.

— Чем чёрт не шутит, — в Сашке проснулся охотничий азарт. — Вдруг он там, вот это будет удача.

— В том то и дело, — хмуро отозвался Воронцов. — Что-то не верится. Но давай вызванивай ребят. Пусть все подтягиваются.

* * *

Несмотря на сомнения, гнал Сергей так, что их всё-таки тормознула ДПС.

— Куда так торопимся? — подошедший лейтенант козырнул и с суровым видом склонился к окну «Тойоты».

— Парни, у нас операция, — Воронцов сунул ему в нос, удостоверение.

Изучив его, лейтенант снова отдал честь.

— Так мигалку бы поставили, что ли, товарищ майор, — всё же выговорил он. — Мчитесь так, что мы уже гнаться собрались. Не ожидали, что остановитесь.

— Какую мигалку, братишка? — вмешался Бурцев. — Операция. Нам что всех на подъезде оповестить, что мы тут?

— Ну ладно, — ещё раз посмотрев на серьёзные физиономии оперов, ДПС-ник отступил. — Езжайте. Только хоть не сбейте никого.

— Не боись, — Сергей вдавил педаль газа в пол и «Тойота» страшно зарычав, с проворотами рванула с места.

Пролетев Бородинский мост, они выехали на Бережковскую набережную и вскоре остановились возле отеля.

— Ну, дай да не откажи, — распахивая дверцу, бросил Бурцев старинную присказку профессиональных картёжников.

Присказка однако, не помогла. На ресепшене им сообщили, что Игорь Хансович Метлин, под таким именем белобрысый числился в гостинице, жил двадцать восемь дней и выехал вчера, около полудня.

Понимая, что ничего интересного, они скорее всего не узнают, Серегей с Сашкой тем не менее около часа, методично опрашивали каждого, кто мог хоть что-то рассказать о постояльце. Толку с этого однако, было немного. Опознали Метлина многие, но никаких странностей, за ним никто не заметил и ничего нового, сказать не мог. Описания повторялись, будто писанные под копирку, набивая оскомину однообразными характеристиками и даже почти одинаковыми словами.

Несмотря ни на что, Воронцов упорно продолжал беседовать со всеми подряд и в конце концов, удача улыбнулась им. Официантка в ресторане отеля, дала телефон знакомого таксиста, который по её словам, отвозил белобрысого куда-то. Она же по просьбе Сергея и позвонила ему сама, попросив подъехать к гостинице.

Таксист как раз оказался рядом и был свободен и через пятнадцать минут, его жёлтый «Форд» подрулил к отелю. Воронцов и Бурцев, в сопровождении официантки, ожидали возле стоянки.

Крепкий, чернявый парень, вылез из машины и приметив их подошёл.

— Привет Марина, — подмигнул он и вопросительно уставился на оперов. — А это кто?

— Капитан Бурцев, криминальная полиция, — взял на себя инициативу Сашка. — Вы Андрей Гайфулин? У нас к вам несколько вопросов.

— А…? Ну…? — парень явно растерялся и удивлённо глянул на девушку. — Марина — это что?

— А что вы так расстроились? — вкрадчиво спросил Бурцев, шагнув ближе к таксисту. — Не любите полицию? — он ласково улыбнулся.

— Нее…, - парень перевёл взгляд с него на Сергея и обратно. — Не то что бы…, просто…

— Просто что? — голос Бурцева стал жестче.

— Да я ни в чём не виноват, — резко ответил таксист. — Они сами… начали. Платить не хотели, да ещё и оскорбляли.

— Кто? — Сашка уже всё понял и оглянувшись подмигнул Сергею.

— Да они не по тому делу вовсе, — вмешалась девушка и посмотрев на Воронцова, пояснила. — Он тут подрался с какими-то придурками, ну и навалял им. Он дзюдоист. А они пообещали, что приведут знакомых оперов и закроют его.

— Ага, — кивнул Гайфулин. — Так и сказали. А тут меня в фирме вчера кто-то спрашивал, ну я и подумал, что это вы, ну то есть они… ну в общем…

— Всё ясно, — Сергей тоже подошёл ближе. — Драться не хорошо, Андрей…?

— Альбертович, — подсказал парень.

— Так вот, Андрей Альбертович, драться конечно не хорошо, за это действительно могут посадить, но мы к вам по другому делу. Нам нужно знать, куда вы отвозили вчера вот этого человека? — он протянул таксисту фотографию.

Гайфулин взял карточку и повернул её к свету.

— Да, — сказал он. — Отвозил. Днём вчера, — он на секунду задумался. — В…, а на Сретенку вроде.

— Вроде или точно? — прищурился Бурцев.

— Точно, — кивнул парень. — Там отель ещё…, этот… «Бульвар», во, — вспомнил он.

— Так в отель или куда-то в другое место? — уточнил Бурцев.

— Да я не знаю, — пожал плечами Гуйфулин. — Вышел он возле ресторана. Ресторан там такой: «Беверли Хиллз Дайнер». А куда пошёл, я не видел. Но он с чемоданом был, так что скорее всего в гостиницу.

— Он что-то говорил? — спросил Сергей. Заныла поясница, словно подсказывая, что этот след может оказаться не пустым.

— Да ничего такого вроде, — парень потёр лоб, точно пытаясь вспомнить. — А, он по телефону говорил, пока ехали, но я не прислушивался, зачем оно мне надо? Расплатился и вышел. Это всё.

— Спасибо Андрей Альбертович, — Сергей протянул ему руку. — Вы нам очень помогли. На будущее, попытайтесь решать проблемы с клиентами, в рамках закона. Хорошо?

— Конечно, — отвечая на рукопожатие, таксист радостно улыбнулся.

— Спасибо и вам Мариночка, — Воронцов улыбнулся девушке. — Обещаю как-нибудь, поесть в вашем ресторане. За вашим столиком.

— Будем рады вам, — она одарила Сергея весёлой улыбкой.

Когда Андрей Гайфулин с официанткой отошли, улыбка Воронцова медленно переплавилась в волчий оскал.

— Ну вот, — он напряжённо потёр горло. — Это уже след, Саня.

— Если снова не пустышка, — Бурцев достал сигареты.

— Не пустышка, — голос был хриплый. — Я чую.

Сергей огляделся вокруг. Уже совсем стемнело, хотя вблизи отеля, это было не особенно заметно. С темнотой скорее, гостиница и всё что вокруг, словно оживало и расцвечивалось новыми красками. Москва просыпалась для ночной жизни. Впрочем почему просыпалась — Москва никогда не спит.

Небо затягивали тёмные тучи, но пока было довольно тепло и сухо. Бабье лето или как его там, видимо решило порадовать последней ласковой погодой. На душе однако, было отнюдь не столь радостно. Ноющей болью защемило сердце, будто в предверии чего-то опасного и зловещего.

— Эх, видать не судьба мне завтра на рыбалку съездить, — Бурцев затянулся и колечками выпустил дым. — Думали с ребятами махнуть. Погода вон какая.

— У тебя труп на шее висит…, на рыбалку, — Сергей не принял доверительного Сашкиного тона.

Бурцев демонстративно потёр шею.

— Ничего там не висит, — как-то угрюмо пошутил он.

— Так я тебе его повешу, шутник, — Воронцов посмотрел в сторону машины, в которой сидели Коржаков, Рябинин и Вадик Яновский. Он приказал им оставаться в стороне и не светиться.

— У нас постоянно трупы, так что ж мне теперь и на рыбалку не ездить? — возмутился Сашка.

— На охоту поедешь, — Сергей хлопнул его по плечу. — Прямо сейчас. Двинули.

— На хрена мне такая охота? — проворчал Бурцев и пошёл к машине.

В этот раз они ехали уже не так быстро. Воронцов почему-то был уверен, что на Сретенке они найдут то что искали и спешить для этого, больше не требуется. Какая-то непонятная тревога, ощущение близкой опасности, которое он не мог до конца понять, постоянно грызло душу. Вроде как и не удивительно с одной стороны — мужик там вероятно, довольно серьёзный, но с другой, с чего бы ему — оперу с семнадцатилетним стажем, так нервничать перед задержанием одного единственного преступника? Как будто не с чего. И тем не менее, он нервничает.

Именно это, больше всего беспокоило Сергея. Чутьё слишком явно давало понять, что что-то не так, а чутьё очень редко подводило его.

Он посмотрел в зеркало заднего вида, проверяя где находится машина с операми и пытаясь разогнать тревожные мысли, посмотрел на Бурцева. Тот выглядел как обычно. Хотя пожалуй всё-таки нет. Сашка редко курил одну сигарету за другой, а сейчас выкинув одну, тут же зажёг следующую.

— Всё в порядке, Сань?

Капитан посмотрел на него как-то странно.

— Да нормально, — сказал он наконец, после недолгой паузы. — Если он там, возьмём. Только…

— Только что?

— Я вот думаю: с чего он вдруг такой отель, как «Рэдиссон Славянская», поменял на «Бульвар»? Разного как будто класса, гостиницы. Да и затеряться в большом отеле легче, а там гостиница маленькая. Странно.

— И что?

— Да ничего. Просто странно.

— Может ему без разницы, класс гостиницы, главное почаще их менять. Следы заметает, короче.

— Тогда зачем брать такси от места до места? — не согласился Бурцев. — Глупо.

— Ну всего не предусмотришь.

— Это верно, — на этот раз, Сашка кивнул. — Он вообще много глупостей понаделал. Для матёрого волка, во всяком случае.

— А почему ты решил, что он матёрый волк?

— Ну следов с первых двух случаев, не было вообще… Стоп! — прервал он сам себя. — Или это не он!?

— Он, Саня, он, — Сергей резко выкрутил руль, подрезая новенький серый «БМВ», возмущённо взвизгнувший одновременно и клаксоном и тормозами.

— Чё это ты, Саныч? — удивлённо посмотрел на него Бурцев.

— Поворот чуть не пропустил, — зло бросил Воронцов.

— Так вот, что я говорил? А-а, странно. Третий раз, слишком много зацепок оставил. Ну правда и повезло нам тоже.

Они уже подъезжали по Рождественскому бульвару к Сретенке.

— Вон она, — Бурцев показал рукой на гостиницу. — Ну, что будем делать?

Сергей медленно проехал мимо здания и повернул налево.

— Окна номеров, как я понимаю, выходят на четыре стороны, — задумчиво протянул он. — Свяжись с ребятами, пусть стоят здесь, а мы с другой встанем.

Развернув машину, Воронцов вернулся назад и немного проехав по улице, аккуратно припарковался возле сквера.

* * *

В гостиницу они вошли вдвоём. Светловолосая девушка на ресепшене, узнала постояльца сразу, но имя-фамилию, назвала совсем другую. Впрочем теперь, это было уже не важно.

— Он у себя? — спросил Сергей.

— У себя, — блондинка кивнула. — К нему недавно гость прошёл.

— Гость?

— Ну да.

— Спасибо, — Сергей повернулся к Бурцеву. — Витю подтяни, — приказал он.

Если в номере двое, то мощный Коржаков не помешает. Витя уже много лет, занимался пауэрлифтингом, совмещая его с различными единоборствами. Если нужно кого-то скрутить, Коржаков — это самое то.

Дождавшись Коржакова, они быстро поднялись на второй этаж. Лестница с красивой кованой решёткой, заметно поскрипывала, но палас на полу коридора, глушил шаги довольно надёжно.

— Вот вроде, — Бурцев махнул на дверь в конце.

Сергей кивнул и двинулся вперёд. И в этот момент тишину коридора, разорвал внезапный крик, почти тотчас за ним последовал выстрел, какое-то глухое рычание и звук падающего тела.

— Витя! — рявкнул Воронцов и опер рванувшись вперёд, врезался могучим плечом в дверь.

Она оказалась совсем картонной и от мощного удара, буквально влетела внутрь.

— Всем стоять! — заорал Коржаков, вваливаясь в номер.

Ворвавшись следом, Сергей одним взглядом оценил ситуацию. Почти посреди комнаты, по диагонали, лежало тело мужчины с разорванным горлом. Кровь лужей растекалась по полу, создавая вокруг лежащего, зловещий багровый ореол. А в дальнем конце, возле окна, стоял тот самый блондин, которого они искали последние двое суток.

Воронцов узнал его сразу. Да и узнавать-то было нечего. Высокий, светловолосый, бледный парень, лет тридцати с небольшим, точно соответствовал изображению на фотографии. Правая рука, была вся в крови, но оружия в руках не было.

— Ни с места, — крикнул Сергей. — Руки подними.

Бледные, тонкие губы блондина, растянулись в зловещей усмешке и в следующее мгновение он развернулся, с места вспрыгнул на подоконник и собственным телом вынеся стекло, шагнул наружу. Секунду он ещё балансировал на карнизе, а затем его силуэт пропал из поля зрения — он спрыгнул вниз.

— Бля…, - Сергей рванулся следом. — Саня, нашим сообщи.

В руках Бурцева, зашипела рация.

«Надо было стрелять, — подумал он. — Чёрт с ним, что нет в руках оружия.»

Почти таким же прыжком взлетев на подоконник, он глянул вниз. Второй этаж всего — не высоко. Блондин рванул через дорогу с такой скоростью, что Воронцов открыл рот, но в следующий миг раздался визг тормозов и тяжёлый удар. Тело бегущего подбросив метра на два, швырнуло к тротуару, рядом развернуло сбившую его «Мазду».

Сергей ещё решал прыгать ли ему следом или выйти всё-таки нормальным путём, когда увидел что сбитый резко поднялся, а в его сторону, от подъезда на противоположной стороне улицы, стремительно метнулись две тени.

«Охотники!» — почему-то именно эта мысль полыхнула в его мозгу. Он был уверен, что тени, как и он, охотятся именно за блондином. Кто же это, чёрт возьми? На обдумывание не было ни секунды.

— А-а чёрт, — он выстрелил в воздух и прыгнул вниз.

Асфальт жёстко ударил по ногам. Как не пытался он смягчить приземление, оно так отдалось во всём теле, что перехватило дыхание. Резкой болью пронзило колено. Он кувырнулся через плечо, как когда-то учили в армии и моментально вскочил на ноги.

Дальше всё происходило с невероятной быстротой: из проулка вылетел «Форд» с Толиком Рябининым за рулём, две тени остановились будто в нерешительности, блондин заметно прихрамывая, бросился в сторону Большой Лубянки.

— Задержите этих! — Сергей махнул рукой в сторону двух маячивших парней и побежал следом за блондином.

Тот повернул направо и сильно хромая, тем не менее бежал быстро, но Воронцов не сомневался, что догонит его.

«После такого удара, долго не пробежит, — мелькнула мысль. — Странно как он вообще поднялся?»

Однако всё оказалось не так просто. Пробежав мимо дома, блондин с удивительным проворством перемахнул через высокий забор, едва коснувшись железных штырей ограждения и побежал вглубь небольшого тёмного пустыря к внутренним дворам.

Рядом с Сергеем взвизгнули тормоза и голос Бурцева, прокричал:

— Садись!

«Откуда он взялся так быстро? Тоже прыгнул что ли?»

— Жми на Милютинский, — рявкнул Воронцов и по примеру блондина, хотя может и не так прытко, перелез через забор.

Он боялся, что потеряет преследуемого в темноте, но преодолев ещё один забор из сваренных решёток и выбежав во двор, тут же увидел его. Блондин явно не знал местных дворов и пока он искал путь, Сергей оказался почти рядом.

— Стой! — заорал он и выстрелил в землю.

Это видимо придало преследуемому ускорение. Он промчался через двор и подпрыгнув, оказался на крыше гаражей.

— Мать твою…, - рыкнул Воронцов и последовал за ним.

Ему показалось, что блондин бежит всё быстрее, а сам он чувствовал, что уже начинает задыхаться. Пока они метались между домов, Сергей ещё как-то успевал за ним, но когда выбежали в прямой проулок, дистанция стала увеличиваться на глазах.

Выскочив в Милютинский переулок, Воронцов с ходу снёс маленькую рекламную стойку с надписью «Йога», замешкался и понял что гнаться дальше нет смысла. Блондин бежал так быстро, что казалось будто он не касается земли.

Выдохнув, Сергей присел на колено и поймал в прицеле спину. После такой полосы препятствий руки дрожали. Он напряг и свёл плечи, остановил пистолет и плавно нажал на спуск. «ГШ» подпрыгнул три раза, каждый раз послушный привычной руке, возвращаясь на линию прицела.

Расстояние было метров тридцать, но он увидел что попал, по крайней мере дважды. Воронцов намеренно не использовал, стандартный для «ГШ» бронебойный патрон, опасаясь что в городской перестрелке, пробивающая всё подряд пуля, может оказаться опасной для посторонних, гражданских лиц, и потому снаряжал свой пистолет патронами с экспансивной пулей.

Страшный удар такой пули в спину, был виден очень хорошо. Блондин упал на колено…, но тут же снова поднялся. Он резко повернулся и у Воронцова волосы зашевелились на затылке. Глаза его горели в темноте, жутким желтоватым огнём. Сергею показалось что он раздумывает, продолжать ли ему убегать или наоборот, броситься на преследователя. Невольно сгруппировавшись, Воронцов шагнул вперёд, глядя прямо в эти страшные глаза и вновь поднял пистолет. Близость смертельной схватки, будто сама собой растягивала реальность и он видел всё, точно в замедленной съёмке… и в этот момент впереди, из Сретенского переулка, визжа покрышками и слепя дальним светом, вылетела машина Бурцева.

Блондин оглянулся назад и очевидно передумав, бросился влево, в очередной двор. Бурцев въехал за ним, едва вписавшись в проём ворот, Сергей бросился следом, но когда они повернули за угол, двор был совершенно пуст.

— Ну и где он? — Сашка повернулся к нему.

— Разворачивайся, — Воронцов прыгнул в машину. — Давай налево.

На бешенной скорости, чуть не сбив какого-то мужика, они пролетели по Милютинскому переулку и выскочили на Мясницкую.

— Езжай помедленнее, — велел Сергей, внимательно оглядывая прохожих.

Он уже перед этим связался с экипажами ППС, передав приметы блондина, но был практически уверен, что никакого результата это не даст.

— Вот здесь он мог выйти из дворов, — Воронцов показал на проход между домами, возле вывески «Московский индустриальный банк».

— Угу, или вон там, — Бурцев кивнул на следующий, точно такой же проход, метрах в сорока. — Или ещё дальше. Здесь каждые полста метров, выходы… Что будем делать?

Сергей вытер градом катившийся пот. Он только теперь понял, что бежал так, как наверное не бегал никогда в жизни. Не зря же легкоатлеты говорят, что за хорошим бегуном, всегда бежишь быстрее.

«Но только не за этим, — зло подумал он. — Так бежать не в человеческих силах.»

Противные струйки стекали по спине и пояснице.

Они покрутились по округе, завернули в Банковский переулок, проехали по Кривоколенному.

— Пустой номер, Саныч, — сказал наконец Бурцев.

— Останови, — бросил Сергей и выйдя из машины, нервно закурил.

Сашка обойдя машину, встал рядом.

— Что делать-то будем? — спросил он.

— Ты меня спрашиваешь?

— А кого?

— Я откуда знаю? — Воронцов зло сплюнул. — Теперь следа днём с огнём не сыщешь. Он ляжет на дно и тогда всё…, - он вдруг вспомнил кое-что и вытащил телефон.

Толик Рябинин отозвался на втором гудке.

— Да.

— Догнали? — только спросил Сергей.

— Нет. Они так бегают…

Его объяснения, Воронцов слушать не захотел:

— Возвращайтесь в номер и вызывайте экспертов, — бросил он и отключился.

— Ну и что теперь? — Сашка тоскливо посмотрел на него.

— Что ты заладил, что, да что!? — вызверился Сергей. — Я откуда знаю, что?

Он сгрёб Бурцева за грудки.

— Я в него два раза попал, понимаешь!? В спину, экспансивной пулей! А ему хоть бы что! А я попал, ты понял!?

— Чё ты орёшь-то? — Сашка посмотрел на него удивлённо. Таким он шефа никогда не видел. — Я понял. Я что не знаю, как ты стреляешь?

Это действительно все знали. И не только в их отделе, но и в Главке и даже в Министерстве. Воронцов увлекался стрельбой всю жизнь, довольно долго участвовал в соревнованиях по практической стрельбе и даже когда-то занимал какие-то места. В последнее время ему правда было не до соревнований, но тренироваться он продолжал регулярно.

— Так вот — я попал, а он лишь упал на колено и тут же поднялся. Он собирался кинуться на меня, я в этом уверен, лишь когда ты появился, передумал.

— Ну ещё бы, — угрюмо хмыкнул Бурцев. — Меня-то увидел — ясно дело испугался. Я то, вон какой крутой.

Сергей полоснул Сашку яростным взглядом.

— Ты не понял ещё, Саня? Тебе смешно?

— А чего я должен понять?

Воронцов с силой ударил рукой по крыше машины и отвернулся. Даже Сашке Бурцеву, с которым работал уже лет десять, он не знал как сказать то, что вертелось у него в голове.

— Слушай, Саня, — он отшвырнул сигарету и сразу прикурил новую. — Он бегает со скоростью едущего велосипедиста, у него феноменальная реакция и ужасающая сила, его нельзя свалить двумя экспансивными пулями в спину, и после удара машиной, от которого любого сломало бы пополам, он лишь хромает, да и то недолго. Он обескровливает жертв и у него в темноте светятся глаза, — Сергей говорил спокойно и веско, словно гирю на весы, кладя каждое слово. — Саня, кто это? Ну, скажи мне слово, которое я не могу произнести.

— Да иди ты…, - Бурцев отстранился с кривой ухмылкой.

— Слово, Саня! — Воронцов смотрел на него в упор.

— Вампир, что ли…? Гы, — хмыкнул капитан.

Сергей расслабил плечи и провёл ладонью по лицу.

— Да ты чё, не того…, - рассмеялся Бурцев. — Чё за бред?

— Ну это не я сказал, а ты, — грустно усмехнулся Воронцов. — У тебя есть какое-то более рациональное объяснение?

— Н-нет, — протянул Сашка. — Но его надо искать.

— Искать, Саня, надо то, что есть на самом деле. Я искал более рациональное объяснение, после того, как поговорил с патрульными, со свидетелями, выслушал Михалыча, а теперь я сам видел всё… так вот — у меня рационального объяснения нет. А у тебя?

Бурцев лишь пожал плечами.

— А докладывать ты что будешь? — усмехнулся он. — Что у нас вампиры в городе развелись?

— Почём я знаю, что буду докладывать? — Сергей выбросил сигарету. — Поехали на Сретенку.

* * *

В гостинице уже работали эксперты, хотя подъехали они только что и ничего определённого, пока сказать не могли.

Поздоровавшись со всеми, Сергей подошёл к Рябинину и Яновскому.

— Ну что?

— Да ничего, — Толик как-то виновато, посмотрел на него. — Бегают они, дико быстро. Нырнули во дворы и пропали… сволочи.

— Да, — вмешался Вадик Яновский, самый молодой подчинённый Воронцова. — Если бы я так бегал когда десятиборьем занимался, олимпийским чемпионом стал бы.

Вадик был мастером спорта и бегал действительно отлично.

— Ты за ними долго бежал?

— Да нет, Сергей Александрович, они быстро оторвались и потерялись во дворах.

— Я виноват, — вновь заговорил Рябинин. — Надо было разделиться наверно, но я не хотел Вадика от себя отпускать. Их двое всё-таки. А Витя к нам пока присоединился…

— Ладно, поиск виноватых оставим на потом, — Воронцов хлопнул Толика по плечу. — Пока давайте работать, ребята.

Да чего тут искать виноватых? Ребята просто не могли их взять. Что-то подсказывало ему — никак не могли. Они такие же как этот. И они охотились за ним. Явно охотились, в этом Сергей почему-то не сомневался. Что же происходит, чёрт возьми? Кто они такие?

Гнетущая, мрачная тоска, тяжёлым грузом легла на сердце, отозвавшись в душе похоронным маршем. Перед глазами встала зловещая, мёртвая улыбка блондина, почти синие, тонкие губы и страшные глаза хищника. Сергей поёжился, словно от холода и тряхнул головой, отгоняя наваждение.

Подойдя к трупу, над которым трудились эксперты, он рассеянно взглянул в его лицо и так же рассеянно отметил, что это его недавний знакомый.

— Ну вот мы и встретились, майор Колчин, — мрачно усмехнулся он, словно обращаясь к покойному. — Я как чувствовал, что ты найдёшь его раньше.

— Ты его знаешь? — Вика, сидевшая на корточках возле тела, вопросительно посмотрела на него.

— Увы, — Сергей присел рядом. — Видел один раз. Документы при нём какие?

— Лосев Аркадий Петрович, — доложил подошедший Рябинин. — Это паспорт. А есть ещё и на майора Колчина — удостоверение ГУ МВД.

— Как же он так прокололся? — задумчиво протянул Воронцов. — Он же знал, с кем имеет дело.

— А с кем? — поинтересовалась Вика.

— Как он убит? — Сергей проигнорировал её вопрос.

— Ну ты же видишь, — она кивнула на труп. — Горло разорвано начисто. Я бы сказала, голова почти оторвана.

— Чем?

— Пока не могу сказать, — пожала плечами эксперт. — Разбираться надо.

— Это можно было сделать просто рукой? — Воронцов вспомнил окровавленную правую руку блондина.

— Ну-у…, если иметь жуткую силу… и острые когти… наверное, — она вновь пожала плечами. — Я с таким ещё не сталкивалась. Точнее, тебе патологоанатом скажет.

— Спасибо Викуся, — Сергей чмокнул воздух. — Вам долго здесь ещё?

— Да, следов полно на этот раз, — Вика улыбнулась и чмокнула в ответ. — Отпечатков много, так что… есть чем заняться.

Воронцов встал и потянул за рукав Бурцева. Выйдя в коридор, они закурили.

— Саня, ребят заряди как надо, — вполголоса заговорил он. — Чтобы были предельно осторожны, в любой работе по этому делу. С этой минуты и до особого моего распоряжения. Но ничего специфического, естественно не рассказывай. Ты понял?

— Понял. Да они и так… постоянно инструктируем…

— Не так, Саня, не так, — перебил его Сергей. — Я сказал, предельно. Вплоть до того, чтобы не кидались никого задерживать в одиночку. Ясно?

— Ясно, — внимательно глядя на него, ответил Бурцев. — Слушай Саныч, ты это всё серьёзно что ли?

— Что именно?

— Ну-у… всё это, — Сашка понизил голос. — Ну про вампиров типа? Это же бред херов. И потом, если уж допустить, то коли он вампир, какого моржового тогда, он днём болтается? — он всё-таки не выдержал и рассмеялся, но как-то нервно.

— Ты со многими вампирами лично знаком? — усмехнулся Воронцов.

— А то? — на этот раз Сашка уже заржал, хотя и негромко.

— Ну вот и я тоже? С чего ты тогда взял, что они днём ходить не могут? Из кино? Я тебе Бурцев не про покойников встающих из могил толкую. Я пытаюсь понять, что именно происходит? Ты согласен с тем, что тот за кем мы гнались сегодня, тот кого мы ищем последние два дня, не совсем обычный человек?

— Ещё бы, — согласился капитан.

— И те которые охотятся за ним, кого не догнали Рябинин с Яновским, такие же. Я убеждён в этом. А что это значит? Это значит, что он не один, их много. Ну и кто они? Одного уникума, можно ещё отнести за счёт выкрутасов природы, но если их много, то что получается? Я не биолог, но выходит какой-то другой вид или что там ещё?

Бурцев таращился на него во все глаза и Сергей не мог понять смеётся он молча или удивляется.

— Тогда ещё вот что? — вдруг сказал он. — Ну раз уж мы рассматриваем эту идиотскую версию… Этот — он мотнул головой в сторону номера. — Он тоже из них?

— Видимо нет, — Воронцов пожал плечами. — Не похоже. Он вроде обычный человек, потому и лежит теперь здесь, наверное. Впрочем может патологоанатом что-то интересное расскажет.

— А отсюда вопрос, — подмигнул Сашка. — Если они такие крутые… и засекреченные…, на хрена он им нужен — обычный человек?

— Хороший вопрос, Саня, — Сергей потёр лоб. — Это ты к тому, что чем-то они всё же ограничены, так?

— Ну типа того, — кивнул Бурцев. — А иначе, зачем? Или может, — он оглянулся по сторонам. — Секретные службы? Мутанты какие-нибудь, искусственно выведенные? Тогда и с этим понятно, и с документами его.

Лицо у Сашки было такое, словно он не может сам определиться, шутит или нет.

— Вряд ли, — Воронцов с сомнением покачал головой. — Если бы так, нам бы это дело не повесили, сами бы вели. ФСБ и все прочие, надо отдать им должное, свои дела контролируют чётко.

— Ну так и что будем делать?

— Работать будем, а там посмотрим, — Сергей достал новую сигарету. — Ребят предупреди, как я сказал, об остальном, поговорим завтра, когда эксперты дадут заключения. Может хоть отпечатки какие, в конце концов всплывут где? Личные вещи его, опять же.

— Он теперь скорее всего заляжет, а ещё вероятнее вообще смотается из города, — предположил Бурцев.

— Не уверен.

— Почему?

— Он не местный — это почти наверняка. И лучше всего ему было сматываться, сразу после Кондратьевой, но он этого не сделал.

— Хочешь сказать, его что-то держит в Москве?

— Это очевидно, — кивнул Сергей. — Вот только, что?

В кармане зазвонил телефон.

— У тебя опять что-то случилось? — голос Лены звучал лениво, но он всё равно ощутил в нём какое-то напряжение.

— Извини, — выдавил он. — Работа диктует своё. Пришлось задержаться.

— Ну так позвонил бы, — менторским тоном, сказала она. — Некрасиво заставлять девушку ждать. Разве джентельмены так поступают?

— Джентельмены нет, — улыбнулся он. — Но я то мент…

— Ну тем более, раз мент — приезжай, — её голос зазвучал хрипло и Сергей почувствовал, как тёплая, томная волна, хлынула в душу.

Чёрт бы её побрал, как у неё это получается?

— Поздно уже, — он посмотрел на часы.

Половина двенадцатого.

— Боишься помешать мне спать? — издевательски усмехнулась она. — Ничего. Я так рано не ложусь. Приезжай, хочу поделиться с тобой интересной информацией… ну и ещё кое-чем…

— Какой информацией? — он напрягся.

— Той, которая тебя сейчас интересует больше всего.

4

Хотя Лена жила на Остоженке и ехать до неё со Сретенки, было несколько минут, пока Сергей закончил все дела и добрался наконец до её дома, было уже начало второго.

На звонок в домофон, она ответила сразу, будто ждала возле двери. Он проигнорировал лифт и поднялся на пятый этаж пешком.

— Спортом занимаешься? — Лена насмешливо кивнула на лифт.

Она стояла в дверях, в пурпурном, атласном халате. Влажные волосы рассыпались по плечам.

— Типа того, — угрюмо кивнул Сергей.

— Мне тоже не доверяешь? — она усмехнулась.

Он улыбнулся ей в ответ.

Всё она понимает. Совсем уж всё. Разве не странно это? Впрочем, разве хоть что-то в ней, не странно? Но даже от неё он не ожидал, что она моментально сообразит, почему он поднялся не на лифте. Ведь только человек опасающийся чего-то, без видимых причин ножками пойдёт на пятый этаж, когда есть лифт и далеко не каждый сразу обратит внимание на эту особенность и если она из таких, то кто она тогда?

Играть с ней однако, ему совершенно не хотелось — слишком уж хорошо, она чувствует и понимает.

— Доверие надо заслужить, для начала, — сказал он и сам не поверил, что сказал.

Почему с красивой женщиной, к которой он пришёл… да в общем-то ясно зачем пришёл, он говорит как с матёрым мужиком, к тому же не очень дружественным.

— Ну раз надо, я попробую. Заходи, — она посторонилась, пропуская его в квартиру.

Воронцов остановился возле порога, не веря своим ушам.

Не должна она была так сказать, ну никак не должна. Обидеться должна, рассмеяться издевательски, да всё что угодно, но так реагировать не должна.

Сергей внимательно и напряжённо, всмотрелся вглубь квартиры и перевёл взгляд на неё. Когда их глаза встретились, словно тёплая волна захлестнула разум и его точно какой-то неведомой силой, потащило в глубину её глаз. Однако натянутые как струна нервы, будто звякнули где-то внутри сознания тревожным аккордом, он вздрогнул и с силой мотнул головой, сбрасывая морок. Он видел глаза Лены и не мог понять что изменилось в них, но то что что-то изменилось, знал определённо. Точно какая-то мутная, белёсая дымка, затянула её чёрные глаза и за этой дымкой пропало всё абсолютно. Не живые глаза, а что-то… что-то совершенно непонятное, смотрело на него и как будто давило на душу.

Воронцов напрягся и шагнув к ней, решительно приподнял её за подбородок.

— Ты чего? — жёстко спросил он.

Лена тряхнула головой, почти точно таким же движением как и он и посмотрела на него странным взглядом.

— Откуда у тебя такое чутьё? — тихо спросила она. — Волчье… И такая удивительная воля?

— Может ты всё-таки объяснишь, что происходит? — Сергей взял её за плечи.

— Объясню, — она легко выскользнула у него из рук, оставив на ладонях ощущение гладкой как зеркало ткани. — Заходи.

Он инстинктивно поправил кобуру и шагнул внутрь.

Квартира Лены Гордеевой была большой и если не шикарной, то очень и очень приличной. В такой квартире, да ещё на Остоженеке, простой человек не живёт. Правда выдержана она была, в каких-то зловещих, багрово-чёрных тонах. Из большой гостиной, совмещённой с кухней, вели два коридора. В конце одного из них, в открытую дверь угадывалась спальня.

— Садись, — коротко бросила она и прошла к бару.

Открыв его, достала бутылку «Реми Мартин» и налила в два бокала: в один чуть-чуть, в другой наверное грамм двести, вернулась и протянула почти полный бокал ему.

— Будешь стоять?

Сергей молча взял хрустальный «снифтер» и выпил почти залпом. Обжигающе-приятное тепло разлилось в груди и словно расслабляясь дрогнула внутри струна. Она точно знала, что ему надо, всё знала наперёд. Он посмотрел на неё и увидел как гладкий атлас, будто сам собой потёк вниз с её плеч. Он едва дотянулся до журнального столика, чтобы поставить бокал и легко подняв её на руки, уверенно пошёл в спальню.

* * *

Когда они наконец оторвались друг от друга, часы показывали около четырёх утра.

— Ну вот, — Лена ласково провела пальцем по его небритой щеке. — Исцарапал меня всю.

— Просто таки всю, — улыбнулся Сергей.

— Всю, — подтвердила она. — И здесь и там…

— Где? — он потянулся рукой, но она соскользнула с кровати, подошла к бару, налила ещё коньяка и вернулась назад.

— Будешь? — протянула ему.

Её движения были сильными, быстрыми и плавными, словно и не было двух с половиной часов их безумного единения. Сергей чувствовал себя совсем не так бодро. Нет, то есть конечно ему было очень хорошо, но слабость и будто бы какая-то лёгкая отрешённость от своего тела… «Как в прошлый раз,» — отметил он.

— Ты, как я погляжу, полна сил?

— Угу, — она облизнулась, как сытая кошка.

— Ведьма, — он погладил её по щеке.

— Угу.

— Ты суккуб? — Воронцов засмеялся, но Лена даже не улыбнулась.

Она смотрела на него так серьёзно, что ему вдруг тоже расхотелось смеяться.

— Хочешь поговорить об этом?

— О чём? — усмехнулся он. — Ты психиатр, что ли?

— В какой-то степени, но тебе ведь не психиатр нужен? — Лена наклонилась ближе.

— А что мне нужно?

— Ну наверно тебе нужны какие-то ответы, правда?

— Ответы на что? — Сергей сел на кровати.

— Как твоя охота? — вдруг спросила она.

— Охота? — он прищурившись, посмотрел на неё.

— Ты называешь это иначе? — она снова встала с кровати и пошла в гостиную к кухонной стойке.

Воронцов поднялся следом, быстро надев брюки и рубашку. Он резко ощутил, как интимная аура, которая витала здесь лишь четверть часа назад, вдруг растаяла, словно дым. Вместо неё, точно тяжёлым смогом, навалилось на плечи, предчувствие чего-то неприятного.

И будто услышав эти его ощущения, Лена обернулась и удивлённо уставилась на него.

— Удивительное чутьё…, - тихо пробормотала она, но он услышал.

— Что всё-таки происходит? — Сергей подошёл к ней и обнял сзади, прижимая её спиной к себе.

Он уже понял, что одеваться после секса, она категорически не любит. Да и зачем ей действительно, когда она прекрасно знает, что от неё не оторвать глаз.

— Погоди, — она повела плечами, в попытке освободиться.

— Погодить, чего? — он прижал её сильнее.

— Я кофе сделаю. Ты же хотел поговорить?

— Ну давай, — он подавил внезапное раздражение и вернулся в спальню, разыскивать остальную одежду.

Когда она поставила на стол кофе, сыр, мясную нарезку, ещё что-то, он уже умылся и сидел с независимым видом на диване, глядя прямо перед собой в экран выключенной «плазмы».

— Ешь, — Лена засмеялась сев рядом с ним и подвернув под себя одну ногу. — Не делай вид, что тебе всё до фени.

— Не всё, — не глядя на неё огрызнулся он. — Оденься.

Она хмыкнула, пожала плечами и протянула руку к валявшемуся на полу халату. Халат был совсем рядом и всё же она до него не дотягивалась. Сергей не смотрел на неё, но ему показалось, что блестящая ткань, сверкнув в мягком свете торшера, словно шевельнулась и скользнула к её руке.

Он резко повернулся и недоумённо уставился на неё.

— Что? — невинно спросила она, расправляя шёлк и накидывая его на плечи.

— Как… ты… это… сделала?

— Что сделала? — Лена улыбнулась.

Он молча показал рукой место на полу, где халат лежал мгновение назад, потом перевёл на неё.

Она непонимающе пожала плечами.

— Ты не доставала до него, — с нажимом проговорил Сергей.

— Что значит…?

— Ты не доставала до халата, чёрт возьми, — рыкнул он. — И ты не наклонялась.

— А что же по-твоему произошло? Он сам ко мне прыгнул? Ты даже не смотрел на меня, — она снова улыбнулась, чем окончательно вывела его из себя.

Он резко наклонился и схватил её за руку, чуть выше локтя.

— Слушай, Лена, — зарычал он ей прямо в лицо. — Не надо делать из меня идиота. Я бывший армейский разведчик и опер с пятнадцатилетним стажем, я периферическим зрением, вижу лучше чем центральным…

Она сильно дёрнула руку, но вырваться естественно не смогла.

— Пусти, мне больно, — сказала зло.

Её глаза полыхнули таким огнём, что он невольно отшатнулся и она рванулась ещё раз. На этот раз ей удалось вырваться и она вскочила с дивана, выставив перед собой руки и как-то странно выбросив их в его сторону.

Воронцов увидел как её чёрные волосы, взметнулись будто под порывом ветра. Он начал подниматься на ноги и в следующее мгновение, словно колыхнулся в комнате воздух и тугой волной ударив в грудь, опрокинул его обратно. Тут же, точно тяжёлый пресс, навалился сверху, выдавливая воздух из лёгких.

Даже не пытаясь думать, а просто повинуясь какому-то инстинкту, Сергей рванулся вперёд, будто вырываясь из липкой патоки. Ему показалось, что лицо и плечи обожгло раскалённым ветром. Он яростно зарычал и кинулся к ней, ударив почти одновременно обеими руками: правой, полусжатым кулаком в солнечное сплетение, левой наотмашь ладонью по лицу.

Лена глухо вскрикнула и тут же пропало ощущение давящего пресса. Сергей схватил её за плечи и с силой швырнул на диван, пытаясь одновременно сообразить что же всё-таки произошло и в то же время чувствуя, что нельзя давать ей передышки.

Прыгнув к ней, он схватил её за горло, запрокинув голову и перехватил руку, пытавшуюся вцепиться ему в лицо.

— Ты что делаешь, чёрт тебя возьми, — крикнул он и сильно тряхнул, ещё больше стиснув пальцы на её горле.

Она вдруг обмякла в его руках.

— Пусти…, пожалуйста, — прохрипела с трудом глотая воздух.

Воронцов разжал руку и чуть отстранился.

— Хорошо, — его голос был такой же хриплый как у неё. — Если ты не будешь повторять всей этой хрени.

— Не буду, — она потёрла горло и поднялась, облокотившись на спинку дивана, быстро дыша.

Сергей посмотрел на свои руки. Они слегка подрагивали, что впрочем было неудивительно, после столь неожиданного приключения.

— Теперь рассказывай, — он покрутил головой, разминая шею, словно сведённую судорогой.

— Что рассказывать?

— Лена! — он угрожающе надвинулся на неё. — Не стоит выводить меня из терпения. Ты хотела убить меня? Почему? Кто ты такая? Как ты сделала всё это?

— Сколько вопросов, — похоже она уже пришла в себя. — На какой отвечать раньше?

— Кто ты? — рявкнул он.

— Ты же сам сказал, — она откинула за спину, роскошный чёрный водопад.

— Что я сказал? — разозлился Воронцов. — Ведьма? Суккуб? Ты что, ненормальная?

Она посмотрела на него как-то странно и грустно.

— Может и ненормальная.

Сергей посмотрел по сторонам, словно ища каких-то подтверждений, её слов, потёр лоб и понял наконец, что ничего сообразить всё равно не может.

— Докажи.

— Что доказать? — вдруг расхохоталась она.

Он не выдержал и тоже невольно, хоть и невесело, усмехнулся. Уж слишком сильно вся эта ситуация, походила на бред.

— Идиотизм какой-то, — Сергей провёл ладонью по лицу, стараясь отогнать наваждение.

Лена неожиданно коснулась пальцами его ладони, привлекая внимание, затем медленно закрыла глаза. Её лицо приняло сосредоточенное, даже напряжённое выражение. Она протянула руку к журнальному столику и её пальцы сложились в какую-то странную фигуру. Сергей посмотрел туда, куда указывала её рука. Несколько секунд ничего не происходило, и вдруг бокал разлетелся вдребезги, каскадом мелких осколков, а коньяк брызнул во все стороны, заливая стекло стола.

Воронцов невольно прикрылся рукой и уставился на неё.

— Как ты это делаешь?

— Я ведьма, — просто улыбнулась она.

Так просто, она наверно ещё ни разу не улыбалась ему. Всегда, каждая её улыбка, была со значением. А теперь она улыбалась просто и открыто.

— Ведьма…, - эхом повторил Сергей.

— Ведьма, — она кивнула. — Ведьма-суккуб.

— Круто, — саркастически кивнул он. — То есть ты не человек?

— Почему же? — Лена пожала плечами. — Физиологически — человек. Просто я способна питаться в том числе сексуальной энергией мужчины и обращать её в собственную энергию.

— В том числе?

— Ну не только сексуальной, есть и другие виды энергии, — пояснила она. — Однако для меня, именно сексуальная энергия, то есть та которую излучает мужчина, да и женщина тоже, при сексуальном влечении, самая подходящая и как бы это сказать… удобная что ли…

— Супер, — только и нашёлся сказать Сергей. — Теперь просто всё ясно, как божий день. Особенно понятно, зачем ты хотела убить меня…

— Дурак, — оборвала она резко. — Я не хотела тебя убить. Ты сам меня разозлил. Схватил за руку, начал орать… ну я и психанула, а потом просто захотелось проверить, насколько ты способен противостоять…

— Ну и…? — теперь перебил он. — Проверила?

Лена посмотрела на него хмуро.

— Проверила, — обронила только и отвернулась.

— Почему я должен тебе верить?

— Да можешь не верить. Если бы я хотела тебя убить, я бы сделала всё по-другому. Я не боевой маг, на кой дьявол мне надо было с тобой тут воевать? У меня после первой ночи, достаточно твоей спермы, крови, волос… и после сегодняшней тоже. От порчи, которую я могу навести, ты не протянешь двух недель…

Она неожиданно замолчала и Сергею показалось что на него повеяло могильным холодом. Почему-то он был уверен, что она не лжёт, что всё обстоит именно так, как и сказала эта черноглазая красавица. Он даже разозлился на себя, за такую мысль и тут увидел с каким любопытством, она наблюдает за ним.

— И что ещё ты можешь делать?

— Лечить, создавать амулеты и обереги.

— От чего?

— Много от чего.

— А-а…? — Воронцов вдруг понял, что у него в голове столько вопросов, что он не в состоянии пока даже рассортировать их по значимости.

Поднявшись с дивана, он прошёл в спальню и забрал «ГШ», затем направился в прихожую, где оставил куртку и пошарив по карманам, достал сигареты. Вернувшись в салон, сел, закурил и глубоко затянувшись посмотрел на Лену. Сумбур в голове, нисколько не улёгся.

— Зачем ты раскрылась мне? — нащупал он наконец первый вопрос. — Ведь это не особенно в твоих интересах.

Она долго, серьёзно смотрела на него и он уже решил повторить вопрос, когда она наконец заговорила.

— Ты мне не безразличен… наверное, — медленно сказала она. — Ещё в первый раз, я увидела твою необычную силу. Я таких как ты, очень редко встречала.

— Какую ещё силу? — не совсем понял Сергей.

— Ментальную. В тебе огромная сила, Серёжа. Я не знаю что это за сила? Только маги могут точно установить её природу, но… когда ты пришёл, в подъезде, я пыталась взять под контроль твоё сознание…, мне это не удалось. Обычно… да нет, всегда… над мужчинами, во всяком случае теми, кто уже был со мной, мне это удаётся без труда. С тобой не получилось вовсе. Ясно, что ты не маг…, если только, — она вдруг замолчала, внимательно глядя на него. — Впрочем если и так, я всё равно не увижу этого, — неопределённо пробурчала она и снова смолкла.

— Слушай, Лен, — не выдержал Воронцов. — Ты можешь всё-таки как-то не сама с собой разговаривать, а ещё лучше, объяснить мне всё толком?

Она опять напряжённо посмотрела на него.

— Это вкратце не объяснишь, — она потянулась и налила кофе себе и ему. — Может поедим?

Сергей молча поднялся и прошёл к бару.

— Тебе налить? — не оборачиваясь спросил он.

— Давай.

Наполнив два бокала-снифтера, он вернулся к столу.

— Ну с чего-то же начать надо? Ты же сама порывалась, сказать мне что-то ещё в первый раз.

Она шлёпнула на разрезанную вдоль булочку, кусок ветчины, откусила, запила кофе и стала методично жевать, с отрешённым видом, глядя куда-то в стену.

Подождав минуту, Сергей решил поторопить её.

— Ну так что?

— Я хотела говорить о другом, вообще-то…, - Лена повернулась к нему. — Хотя, теперь наверное неважно, — она помолчала. — Послушай, Серёжа…, мне не очень легко говорить об этом. Я никогда, никому из непосвящённых, не рассказывала ничего. Не знаю, почему я вообще спросила тебя об этом тогда? Наверное потому, что как я и сказала, ты мне совсем не безразличен. Дело даже не в том, что мне очень хорошо с тобой. Твоя энергия даёт мне очень много сил, а тебя самого, почти не ослабляет. Это редкость. Обычно мужчины после такой ночи, как была у нас в первый раз, несколько часов не могут подняться с постели, а не то чтобы мчаться расследовать убийство. Ты оказался совсем другой: у тебя изумительная воля и энергетика, впрочем я тебе уже говорила об этом…

— Короче, я для тебя нечто вроде энергетического напитка или шоколадки, так что ли? — Сергей не смог скрыть брезгливые нотки.

— Не так, — она вскинула на него глаза, замолчала, потом грустно добавила, — Хотя ты можешь считать и так. Но я очень хочу, чтобы ты понял меня правильно… Может ты думаешь, что в обычных отношениях бывает иначе, только ты ошибаешься. Все, абсолютно все люди, питаются энергией друг друга, поверь мне, просто не все умеют использовать полученную силу, так как могут маги и ведьмы. Я умею… и пользуюсь этим… только и всего, — она внимательно посмотрела ему в глаза. — Тебе это неприятно?

Воронцов вытащил из пачки новую сигарету и разминая её в пальцах, смотрел на осколки бокала. Он не мог найти слов, чтобы суметь выразить то, что чувствовал. В голове крутилась добрая сотня мыслей и воспоминаний.

Он давно приучил себя быть честным с самим собой и теперь не мог найти в себе искреннего возмущения её словами. Если сейчас начать философствовать, то конечно можно сказать что ему противно быть завтраком, что ему не хочется чтобы его использовали, что он хотел бы видеть их отношения несколько другими — да много чего можно сказать. Вот только зачем? Ведь она тысячу раз права: все люди используют друг друга, и едят, да ещё как. Так чем же хуже её метод, если он после этого чувствует лишь лёгкую слабость? Ведь ему действительно очень хорошо с ней, так хорошо, как не было наверное ни с одной женщиной, разве это не стоит какой-то жертвы?

Он усмехнулся своим мыслям и посмотрел на неё.

— Лен, я не упал с Луны и не вчера народился на свет, — сказал он. — Для меня не новость, что все так или иначе используют друг друга. Но что это происходит так сермяжно, я честно говоря не ожидал. Впрочем, может просто и не задумывался над этим особо.

— Вот именно, — только буркнула она.

— Что, именно?

— Не задумывался, — Лена как-то нервно бросила недоеденный бутерброд на стол и словно решившись на что-то, набрала в грудь воздуха. — Я ведьма, настоящая ведьма — это правда… Мир вообще… несколько сложнее, чем ты себе представляешь…

— Да ну? — Воронцов криво усмехнулся. — Ты всерьёз полагаешь, что я не представляю каков весь наш мир на самом деле?

— Ну я не так выразилась, — она точно защищаясь, подняла руки.

— Руки опусти, — жестко сказал он. — Пока…

Она рассмеялась и будто бессильно уронила руки вниз.

— Я не собираюсь нападать на тебя. Правда.

— Надеюсь, — кивнул Сергей. — И всё же пока, поменьше размахивай руками.

— Хорошо, — она кивнула. — В общем я не то хотела сказать. Я понимаю, что ты весь из себя крутой опер, с бог знает каким стажем, я поняла что ты воевал… где-то там…, но ведь о том, что существуют ведьмы и колдуны, ты наверно не предполагал? А если и допускал что-то подобное, то относил это всё, больше к жанру фэнтези, чем к реальной жизни, ведь так?

— Ну допустим.

— Так вот, всё это есть на самом деле. Я ведьма и я не одна такая. Только в Москве, таких как я больше двух десятков. Существуют ещё маги… у них несколько другая природа силы, но и они…, - она запнулась и вдруг рассмеялась. — Извини. Я никогда, ничего подобного, не рассказывала непосвящённому. Мне трудно, не знаю с чего начать. Может лучше ты, будешь задавать вопросы?

Теперь улыбнулся Сергей.

— Мне значит легче, ты считаешь? Я вот тоже не знаю, с каких вопросов начать.

— Ну ты же опер, — она подвинулась к нему. — Задавать вопросы — твоя работа.

Лена легонько коснулась его руки и всё его тело пронзила мелкая дрожь. Он даже не мог бы сказать, что именно ощущал сейчас, но с каким-то чувством обречённости, понимал что по-прежнему хочет её. Её прикосновение вызвало в нём целую гамму эмоций. И хотя первым из них выступал видимо инстинкт самосохранения, настоятельно требовавший соблюдать дистанцию, он не был способен вот так просто, оттолкнуть её руку. Да и обычное его чутьё, почему-то уверенно твердило, что она ему действительно не враг, а своему чутью, он привык доверять.

— Ладно, — он стиснул её пальцы. — Давай попробуем. Тогда для начала объясни мне, что такое все эти маги и ведьмы?

— Люди, — Лена улыбнулась. — Просто люди, но люди способные использовать окружающую нас энергию более полно. Гораздо более, если уж на то пошло.

— Что они могут?

— По-разному. Все они обладают разной силой, разным опытом и возможностями. Слабые — немного. Великие маги — очень-очень много. Могут к примеру, остановить извержение вулкана или рассеять торнадо.

— Ого! — Сергей со вкусом рассмеялся. Уж очень это походило на бред сумасшедшего. — Прямо-таки, так?

— Так, Серёжа, так, — Лена смотрела на него без улыбки. — И даже больше того. Таких магов совсем не много, но они есть.

— И сколько же таких магов, скажем в Москве? — не удержался он.

— Таких?

— Да. Великих, как ты сказала?

— Трое.

— И кто же они?

Она улыбнулась.

— Я не могу сказать этого. Ты же сам понимаешь.

— Ну хорошо, а сколько всего в Москве магов?

— Чуть больше тридцати человек, если считать зарегистрированных. Но возможно чуть больше, потому что всегда есть кто-то, кто не хочет себя афишировать. Сколько таких — я не знаю.

— И у вас есть какая-то организация?

— Есть. Практически все они, так или иначе связаны друг с другом и подчинены Верховному Магу, который координирует их действия и если можно так выразиться, следит за порядком.

— И этот Верховный Маг — один из троих?

— Да. Верховный — понятие номинальное. Он выбирается из самых сильных магов… ими же, но на самом деле любой из Великих, как правило равен ему по силам. Ну или вернее, более-менее равен. Как и везде, в любом сообществе, кто-то всегда сильнее, кто-то слабее, конечно.

— Такая организация, существует и в мировом масштабе?

— Нет, только в региональном. На мировом уровне, маги конечно контактируют, но единого руководства не существует. Когда-то были попытки создать его, но это вылилось лишь в кровавую борьбу. Маги зачастую ещё более тщеславны, чем обычные люди, — Лена улыбнулась.

Воронцов с рычащим смешком потряс головой, словно стараясь утрясти наваленные как попало мысли. Он до сих пор не мог однозначно решить, как ему относиться к услышанному? Всё это звучало до такой степени бредом, что он боялся даже, сделать серьёзный вид, будто каждую минуту ожидая, что Лена Гордеева сейчас рассмеётся и скажет: «Что же ты опер, такой доверчивый? Я тут чушь несусветную тебе несу, а ты киваешь как одуванчик под ветром…»

Но нет, Лена выглядела очень серьёзной. Даже когда улыбалась, глаза её оставались совсем не весёлыми.

— Хорошо, — он прикурил новую сигарету и поднёс зажигалку ей. — А откуда берутся все эти маги и чем они занимаются?

— Берутся все одинаково, а занимаются разным. Есть такие, которые поближе к власти, к деньгам… и вообще, а есть, кто интересуется только магией, её природой, ну и так далее — те в основном живут затворниками и ни во что особо не лезут. Иногда берут себе учеников. Не всегда законно, кстати. Учить магии, можно лишь с разрешения регионального совета магов, а такую лицензию, региональный совет выдаёт о-очень неохотно.

— Почему?

— Потому что много магов — много проблем. Чрезвычайно трудно за всеми уследить. Ну и потом, всякому хочется быть избранным, — она усмехнулась. — А чем больше избранных, тем меньше ощущение самой избранности, верно?

— Так как всё-таки происходят маги? — повторил вопрос Сергей.

— Так и происходят, из обычных людей. Только из тех конечно, кто обладает Силой. Это особый дар. Вернее он и особый и в то же время наверное, обычный. Как любой талант, данный человеку Богом или природой… Ведь каждый умеет рисовать, правильно? Только на рисунки одного, невозможно смотреть без слёз или смеха, а другой становится Рафаэлем. Примерно так и здесь. Во многих людях заложена магическая сила, но в большинстве из них, она как правило очень мала и не стоит вложения усилий, не стоит ритуала инициации. Лишь очень-очень немногие обладают силой, которая стоит трудов учителя и обнаружив таких, маги инициируют его. Как сказал скульптор, камнерез и вообще выдающийся художник конца шестнадцатого века — Кристиан Аккерман: «Любой может вырезать ладью из камня, но только у меня она поплывёт…», — Лена снова улыбнулась. — Он кстати сам был приличным магом и его каменная ладья действительно могла бы плыть по поверхности, но слова тем не менее правильные — лишь редкие люди способны стать магами, хотя потенциально, сила имеется у многих.

— Что такое инициация?

— Это сложный и довольно болезненный ритуал, которым маг пробуждает Силу нового адепта, чем даёт ему возможность манипулировать этой Силой, собирать и использовать энергию…, - она прервалась, потянувшись за чашкой кофе. — Тебе не нужны подробности, во всяком случае сейчас. В двух словах, это не расскажешь.

— Ты тоже проходила инициацию?

— Конечно. Только я ведьма. Моя сила несколько иной природы. Вернее энергия, которую я использую. Она проще собирается, но и слабее по своей сути. Я беру силы из воздуха и воды, ну и… из ещё кое-чего…

— Я понял, — усмехнулся Сергей.

Лена кивнула.

— Я почти не могу использовать жестовую магию и уж конечно совсем — магию мыслеобразов, если она не подкреплена каким-нибудь амулетом.

— Если бы по-русски, было бы неплохо, — Воронцов саркастически рассмеялся. — Не забывай пожалуйста, что ты разговариваешь с «непосвящённым», — он насмешливо подмигнул.

Лена помолчала, видимо собираясь с мыслями.

— Любое колдовское действие, требует концентрации сил и энергий, — медленно начала она. — Для того чтобы создать её, используются ритуалы, рисованные тетраграммы, октаграммы, пентаграммы, гексаграммы и прочая сакральная геометрия. Ведьмы помимо этого, используют ещё и всевозможные жидкие смеси, состоящие из различных магических ингредиентов… Я не буду рассказывать тебе всё это в подробностях, но ты конечно видел что-то подобное в кино и читал где-то, верно? — она вопросительно посмотрела на него.

— Ну допустим, — кивнул Сергей. — И что же дальше?

— В общих чертах, то что изображают в литературе и искусстве, похоже на правду. Так вот: создав необходимую концентрацию сил, маг направляет её на конкретное действие, силой заклинания. Всё это, как ты понимаешь, требует немалого времени и энергетических затрат, но есть и другой способ. Всё это, можно провести заранее и с помощью особых ритуалов, заключить готовое магическое действие, в специальный амулет. В этом случае, оно сохраняется сколь угодно долго и может быть активировано в любой момент, по желанию мага, почти не ослабляя его и требуя минимум усилий.

— Эдакий конденсатор или аккумулятор, так что ли? — хмыкнул Сергей.

— Практически так, — улыбнулась Лена. — Так действует большинство. Но по мере развития и увеличения могущества, некоторые маги становятся способны обходиться без сложных ритуалов, управляя Силой и заменяя геометрию, особыми жестовыми манипуляциями. Это называется — жестовой или мануальной магией и сил для этого требуется очень много.

— Это и есть, те самые Великие? — усмехнулся Воронцов.

— Нет, — на этот раз Лена не улыбнулась. — Великие — это так называемая, магия мыслеобразов. Они не совершают вообще никаких жестов. Всё происходит у них в голове. Сила для этого нужна поистине чудовищная, но они могут например остановить твоё сердце, даже не поведя бровью.

— Именно таких в Москве трое? — уточнил Сергей и невольно поёжился.

— Да.

— А остальные?

— Просто сильных магов, примерно с десяток. Это которые мануальщики. Остальные обычные, примерно такие же как я, кто-то посильнее, кто-то послабее.

— То есть, ты жестовой магией не владеешь? — усмехнулся Сергей, вспомнив вскинутые руки Лены. — А как же тогда…, чем ты меня шарахнула? — он многозначительно посмотрел на центр комнаты и повел рукой. — Что-то я пентаграмм не заметил.

Она молча протянула вперёд правую руку и со смешком выставила вверх средний палец с аккуратным золотым перстнем, в который был вправлен опалесцирующий, розовато-малиновый камень.

— Это «Фак»? — улыбнулся он.

— Это «Жгут Аэрола», — прыснула она. — Довольно простенькое заклинание. В кольцо заряжено пять активаций.

— Угу, — уяснил Сергей. — Ну хорошо. Звучит всё это…, я даже не скажу что дико…, а просто мыльно как-то. Сериал фэнтезийный получается… колдуны, ведьмы… кто ещё есть, в нашем лучшем из миров?

— Ещё есть те, за кем ты теперь охотишься, — без улыбки сказала она и он моментально напрягся.

Болезненно заныла спина и почему-то вспомнились горящие глаза светловолосого, там, в Милютинском переулке.

— Кто?

— Вампиры, — просто произнесла Лена и он отметил про себя, что совсем не удивился этому её заявлению.

Она тоже моментально заметила это.

— То есть это тебя не удивляет?

— С чего ты взяла? — Воронцов пожал плечами.

— На протяжении всего нашего разговора, ты смотрел на меня как на убогую. Может даже сам не замечал и слушал внимательно, но смотрел так, будто собирался выписать мне направление в «Кащенко»…, ну то есть теперь, в Алексеевскую. А сейчас ты вдруг напрягся, — она усмехнулась. — И смотришь серьёзно. Ты что-то выяснил?

Сергей долго молчал, размышляя стоит ли рассказывать ей, и наконец, теперь уже она, поторопила его.

— Ну? Так и будешь сидеть? Значит откровенность у нас односторонняя? Так, как только и представляет себе отношения с женщиной, любой истинный мужчина…, - она насмешливо глянула на него поверх края бокала.

— Не в том дело…, - как-то невнятно промямлил он и вдруг понял, что теперь действительно нет смысла скрывать что-то от неё.

Она ведь и так всё знает. Уж во всяком случае, намного больше него. А чего не знает, о том наверно способна догадаться. Это не он может от неё скрывать информацию, а скорее наоборот. Но ведь и помочь она ему может.

Сергей тряхнул головой, отгоняя сомнения.

— Я выяснил…, да в общем-то ни черта я не выяснил… Следов мало. Очень. Впрочем теперь наверно будет больше. Отпечатки какие-то, биология… разберёмся короче. Я его всё равно поймаю.

— Ты его не поймаешь, — ровно и твёрдо сказала она.

— Это почему?

— Потому что его поймают другие.

— Кто?

— Ну вот уж дудки, дорогой мой, — засмеялась она. — Так мы разговаривать не будем. Либо ты мне всё расскажешь и я постараюсь тебе помочь, либо не надо заводить этот разговор. Так как ты привык с другими бабами, со мной не получится. Привык, что все пляшут под твою музыку… опер…, - последнее слово она сказала как-то вкусно, но и насмешливо одновременно.

— Ну хорошо, — Сергей посмотрел в её чёрные бездонные глаза и улыбнулся. — Не много есть чего рассказывать, но слушай…

* * *

Когда он закончил говорить, часы показывали около семи. Занимающийся день за окном, обещал быть пасмурным. Не менее пасмурным, было лицо Лены.

— На кой чёрт ты во всё это влез, Серёжа? — хмуро проронила она.

— Ну вообще-то это моя работа, — усмехнулся он. — Так, а теперь твоя очередь говорить. Что ты скажешь обо всём этом?

— Пока не много, — она покачала головой. — Мне надо кое-что выяснить. Я не думала, что всё так серьёзно.

— Что именно серьёзно? — не понял он.

— Я не предполагала, что ты так быстро выйдешь на него. Боюсь, что и они тоже не предполагали этого и теперь ты можешь представлять для них опасность, — Лена внезапно погладила его по руке. — Ты удивительный опер или уж так повезло тебе. На моей памяти было всего несколько подобных происшествий, сбоев в их системе тотального «Маскарада», как принято сейчас говорить, с лёгкой руки… ну ты знаешь кого…, но ни разу милиция, даже не приближалась к разгадке. Я думаю, что им может не понравится то, как ты лихо идёшь по следу.

— Кому, им?

— Да вампирам, кому же ещё?

— То есть, я так понимаю, — медленно с нажимом произнёс Сергей. — Тот блондин, по-твоему вампир? И охотятся за ним, тоже вампиры, так?

Она кивнула.

— Поясни.

— Судя по его действиям, он взбесился, — Лена поднялась и пошла к бару.

Достала «Реми Мартин» и сделала глоток прямо из горла. Наблюдая за ней, Сергей рассмеялся.

— Мне дай тоже, — сказал он.

Она вернулась к дивану и протянула ему бутылку.

— Не знаю кто он такой, но он нарушил их жёсткую систему конспирации, — продолжала она, опустившись рядом с ним, на подлокотник дивана. — Таких они уничтожают быстро и безжалостно. А этого они так долго не могли найти вероятно потому, что он приезжий. Когда нет связи хозяина с «птенцом», их очень трудно обнаружить.

— Лен, — Сергей тронул её за плечо. — Расскажи тогда уж мне и про вампиров, если у нас сегодня ночь фантастики.

— Вампиры не фантастика, Серёж, — грустно улыбнулась она. — Вампиры — это реальность. Я не стану подробно рассказывать тебе о них — это очень длинный разговор, а у нас сейчас не так уж много времени, но если вкратце, то вампиризм — это нечто вроде болезни, стимулирующей кардинальное перерождение организма в физиологическом плане, что-то вроде онкологии, только с противоположным знаком. Болезнь эта, вызывается каким-то особым вирусом, под воздействием которого, происходит постепенное замещение молекул в клетках организма и как следствие, перерождение самих клеток, на совершенно другие. Я не биолог, да и ты тоже, поэтому это всё конечно условно, просто для приблизительного понимания, тебе будет удобнее так. В итоге получается существо, способное питаться энергетикой крови и жить бесконечно долго, хотя понятие бесконечности — это наверно тоже условность, я лично никогда не слышала о вампирах, старше шестисот лет.

— Ни хрена себе! — присвистнул Сергей. — А шестьсот лет — это по-твоему не бесконечность?

— Ну для нас с тобой, да, — улыбнулась она. — Но бывает и так, что не для всех.

— То есть, кто-то живёт дольше? — прищурился Воронцов. — Маги?

— Ну что ты? — она провела рукой, ему по волосам.

— Сколько живут маги?

— Самые могущественные — лет по сто пятьдесят. В редких случаях, чуть больше. Обычно — меньше.

— А сколько тебе лет? — Сергей вскинул на неё глаза.

— Не стыдно тебе? — она шутливо стукнула его кулаком по лбу. — То есть я для тебя, уже не женщина?

— Учитывая наш теперешний разговор…, - пожал плечами он. — Так сколько?

— Пятьдесят восемь.

Только железная, тренированная годами выдержка, позволила Сергею не измениться в лице. Он медленно оглядел женщину, которой даже с натяжкой, едва дал бы тридцать. Даже условно считая её своей сверстницей, как она уверяла в «Одноклассниках», он удивлялся как Лена умудряется так выглядеть.

— Что застыл, опер? — засмеялась она. — Прикидываешь, не заподозрить ли себя в геронтофилии?

— Слабо верится во всё это, что-то, — Сергей устало потёр виски.

— Во что именно? — усмехнулась она.

— Да во всё скопом, — он отхлебнул коньяка и взял сигарету.

— Разве ты привык закрывать глаза на факты? — спросила она.

— Факты можно трактовать по-разному.

— Ты пробовал?

— Ещё как.

— Ну и?

— Что-то не очень, — хмыкнул он. — Надо признать, что твоя версия объясняет больше. Впрочем, как любая фантастическая версия.

— Она не фантастическая, Серёжа, — она резко обхватила ладонями его лицо и заглянула в глаза. — Всё что я рассказала тебе — правда. Я прошу тебя, поверь мне. Если ты мне не поверишь, тебе угрожает смертельная опасность!

Лена говорила так страстно, что он невольно отшатнулся.

— А если поверю, то нет?

— Если поверишь, ты будешь осторожен. Я уже поняла что ты за человек и я вижу на что ты способен. Если ты будешь знать чего опасаться, то тебя не так-то легко убить. А я помогу тебе, всем чем смогу. Обещаю.

— А с чего вдруг такая забота? — цинично усмехнулся он.

— Чёрт бы побрал тебя Воронцов, — она резко отстранилась. — Я уже объяснила тебе как будто… Ты совсем дурак или прикидываешься?

— Извини, — ему вдруг стало грустно. — Я как-то не привык… впрочем не важно…

— Да ты просто не хотел привыкать, — язвительно сказала она. — Что я не вижу? Ты для самого себя и для других, всё и вся. Ты вечно привык за всех всё решать сам и в твоей каменной башке просто не укладывается, что какая-то женщина хочет, а главное может, тебе помочь. Что, не так?

— Может и так, — он вдруг весело засмеялся и резко сдёрнул её с подлокотника, борцовским приёмом подминая под себя.

— Пусти, — она с неожиданной силой, упёрлась руками ему в грудь. — Не сейчас.

Он покладисто выпустил её и обиженно уставился в сторону. Лена нежно прильнула к нему.

— Не обижайся. Сейчас не время совсем. Я хочу, чтобы ты жил.

— Я понял, — он обнял её рукой за плечи. — Так что ты предлагаешь?

— Я хочу чтобы ты приостановил расследование.

— С какой стати?

— Дай мне время выяснить, что происходит. Пожалуйста. Хотя бы не форсируй события. Ты же можешь придержать своих людей? Просто не спешить? Что у вас других дел мало?

— И сколько же тебе нужно времени?

— Пару дней и я буду знать хоть что-то. Ты обещаешь мне?

Сергей покосился на неё.

— В свете всего нашего разговора, я должен предположить что ты хочешь дать время тем, кто его ищет, так ведь? Они его найдут и всё решится само собой, верно?

Она на мгновение отвела глаза, но он и так знал ответ.

— Умненький ты, чёрт тебя возьми, — улыбнулась она и вновь посмотрела твёрдо. — Я надеюсь на это, но не это главное… Слушай Серёж, а тебе действительно так важно, поймать его? Поверь, никто не позволит тебе это сделать. У них очень неплохие связи во многих властных структурах. У тебя просто заберут это дело, а если ты будешь упорствовать, то…

— Пугать только меня не надо, — сухо проронил он.

— Да я не пугаю, — воскликнула она. — Господи, ну почему же ты такой упёртый!? В любом случае, наказание у них несравнимо жёстче, чем в уголовном праве России, учитывая пресловутый мораторий. Его просто упокоят и всё, а если ты будешь лезть буром, тебя убьют. Они не остановятся ни перед чем, для сохранения «Маскарада». Боже мой, как объяснить тебе, что ты не сможешь его поймать?

— Но ведь если ты мне поможешь — смогу? — подмигнул он.

— Нет. Я не стану тебе помогать. Я хочу чтобы ты жил, а не умер лелея своё эго.

— Расскажи мне о них, — Сергей налил ей коньяка, а сам вновь отпил из горлышка. — Только коротко и ясно.

— Что ты хочешь знать? — Лена взяла бокал и осушила его одним глотком.

— Они боятся солнца? — задал он давно мучивший его вопрос.

— Да.

— Почему же тогда этот беловолосый, болтается днём?

— Значит у него есть амулет — так называемый «Антигелиос». Он позволяет вампиру, не бояться солнца.

— У многих вампиров есть такой амулет?

— Нет. Это очень сильный, редкий и очень-очень дорогой амулет.

— Откуда он берётся?

— Его может создать только очень могущественный маг. Это требует колоссальных энергетических затрат и много времени. Насколько я знаю, только у троих в Москве, есть такие амулеты.

— У кого?

— У князя города и ещё у двоих старших.

— Сколько лет князю города?

— Около пятисот. Точно я не знаю.

— А кто из московских магов, может создать такой амулет.

— Верховный и может ещё один. Я опять же не знаю, пределов сил Великих.

— То есть маги сотрудничают с вампирами, так?

— Ну конечно, — усмехнулась она. — По-другому и быть не может.

— То есть по сути, они помогают им нападать на людей…

— Да нет же, — Лена улыбнулась. — Современные вампиры, уже очень давно исключительно редко нападают на людей и тем более убивают их. Наше время дало столько возможностей питаться донорской кровью, что откровенная охота, считается уже дурным тоном. Даже инстинктивную тягу убивать, которая присутствует у всех вампиров, можно нейтрализовать с помощью тех же амулетов. И вот как раз эти амулеты, маги делают охотно. Сделать их кстати, гораздо легче, чем «Антигелиос». По идее, даже я смогла бы наверное сделать такой, правда никогда не пробовала.

— А у тех, кто за ним охотится, выходит этого «Антигелиоса» нет?

— Разумеется нет. Я же объяснила тебе. Потому они и не могли его поймать так долго. И потому на них работают такие, как этот твой Колчин, который Лосев.

— То есть люди на них работают? И знают на кого?

— Естественно работают. Знают не многие, но есть такие, что знают.

— Вампиры часто сходят с ума? Ну в смысле, как этот?

— Чрезвычайно редко. За каждым следит его создатель. Он отвечает головой за проступки «птенца», даже когда тот перестаёт быть «птенцом». Сам же создатель — это очень сильный вампир, с колоссальной выдержкой и исключительной внутренней дисциплиной. Другой просто не проживёт несколько веков.

— Кто может создавать «птенца»?

— Старший. Тот кому около трёхсот лет, — пояснила Лена, увидев вопрос в его глазах. — У них тоже сложная система роста могущества, но сейчас давай не будем об этом. Это разговор не на один час.

— Хорошо, — кивнул Сергей. — А как же у него появился амулет, если он такой редкий?

Лена долго смотрела на него, прежде чем ответить.

— Я не знаю, — сказала она наконец. — Если он приезжий, то скорее всего амулет ему создал кто-то чужой. Не из нашего города.

— А можно найдя амулет, выяснить кто его создавал?

— Ты опер, до мозга костей опер, — грустно рассмеялась она. — Можно, но не всегда и не с полной гарантией. Если создавший амулет маг, сильнее чем исследующий, то это очень трудно.

— Значит маги хотят получить амулет и попробовать установить, кто его сделал?

— Наверняка. Им это необходимо. И вампирам кстати, тоже. Я уверена, что князь города в ярости. Подослать такого неуправляемого урода на его территорию и подставить под удар всю их систему тотальной тайны — это плевок ему в лицо. Потому я и говорю тебе, Серёжа, не стоит мешать им. Поверь, они гораздо больше твоего заинтересованы в том, чтобы найти его и наказать.

— Ну а почему маги им не помогут, например? Если уж они сотрудничают? — Сергей потянулся за новой сигаретой, но передумал и швырнул пачку обратно на стол.

— Не знаю, — она пожала плечами. — Сотрудничество — это не совсем точное слово, пожалуй. Они имеют связь, но не общаются постоянно. Например я лично, последний раз видела вампира, года два назад. Вампиры очень скрытны. Они не любят общаться с кем бы то ни было, кроме своих сородичей. Я имею ввиду с теми, кто знает о их сущности. И свои проблемы, они предпочитают решать сами. И они вполне способны на это, поверь мне.

— Видать не всегда, — ухмыльнулся Сергей.

— Это особые обстоятельства. Форс-мажор, так сказать. Хозяин Москвы — очень могущественный че… вампир. Возможно что теперь, когда всё вылезло на людской уровень, они и обратятся к магам. В любом случае, Серёжа, я очень прошу тебя, дай мне два дня. Я выясню что-то и помогу тебе, чем смогу.

Сергей устало потёр виски и уныло посмотрел на бутылку «Реми Мартин». Пить наверное больше не стоит: рабочий день считай уже начался, а сегодняшняя ночь выдалась уж очень напряжённой. Ещё час-полтора и ребята начнут вызванивать его. Надо бы поспать, но это похоже сейчас, непозволительная роскошь.

— Ладно, — тихо сказал он. — Давай решим так. Сегодня я придержу дело: всё равно уже ничего не соображаю, а вечером ты мне позвонишь и расскажешь что происходит.

— Завтра вечером, — твёрдо сказала она и кивнула, на его вопросительный взгляд. — Завтра, Серёжа. Сегодня я не успею.

— Хорошо, — он поднялся и его сильно шатнуло.

Что это? Коньяк, усталость, Лена или всё вместе? Пожалуй всё. Он давно не чувствовал себя таким разбитым и в то же время мозг будто работал на предельных оборотах. Мысли тупо толкались в голове, будто пассажиры в метро и построить их хоть в какое-то подобие логической цепочки, увы, не представлялось возможным.

Нет, надо всё-таки поспать, иначе он свалится посреди дня.

Лена наблюдала за ним из-под полуприкрытых век и загадочно улыбалась.

— Поспи, — вдруг согласилась она с его мыслями и он встрепенулся. — Иначе даже твоей удивительной силы не хватит.

— Ты что, ещё и телепат?

— Не надо быть телепатом, чтобы понять что тебе нужно, — усмехнулась она. — Поспи, Серёжа, потому что ночью, я хочу чтобы ты бодрствовал.

— Опять пугаешь меня? — хмыкнул он.

— Пожалуйста, — она поднялась и заглянула ему в глаза. — Послушай меня.

Она прошла куда-то по коридору и до его слуха донёсся щелчок дверного замка. Через минуту Лена вернулась.

— Одень вот это, — она протянула ему маленькую серебристую пластинку, на кожаном шнурке.

— Что это?

— Если он нагреется, значит рядом вампир…

— О господи…! — Воронцов демонстративно закатил глаза.

— Серёжа! — она посмотрела на него зло. — Я прошу тебя.

— Хорошо, — он взял странный кулон и рассмотрел внимательнее.

Пластинка была расписана странными знаками, похожими на какие-то руны. Повертев в руке, Сергей сунул её в карман.

— Одень, — Лена настойчиво взяла его за руку.

— Я одену… к вечеру. Обещаю, — он улыбнулся и привлёк её к себе.

Она прижалась к нему всем телом и нашла его губы своими. У него снова закружилась голова, теперь уже наверно не от усталости и алкоголя — от неё и на этот раз он отстранился сам.

— Я пойду, — выдавил с трудом.

— Если ты позволишь себя убить, я тебе никогда этого не прощу, — прошептала она и Сергей не мог понять шутит она или говорить всерьёз.

— Да ладно, — он погладил её по щеке.

— Я позвоню тебе ближе к вечеру, — сказала Лена. — Не вздумай не ответить. Мне нужно будет передать тебе кое-что очень важное.

— Ты же сказала до завтрашнего вечера?

— Ответ завтра, а сегодня мне нужно передать тебе одну важную вещь.

— Хорошо, звони, — он нежно коснулся её губ и развернувшись, пошёл к двери.

Выйдя из подъезда, он остановился прикуривая и посмотрел на небо. Моросил мелкий дождик. Воронцов огляделся по сторонам. Просто утро. Обычное, октябрьское, московское утро. Ему показалось, что все странные события этой ночи, уплывают куда-то вдаль, растворяясь в памяти футуристического сна. Может и вправду всё это ему привиделось? Ну или хотя бы часть из всего этого бреда? Он поймал себя на мысли, что ему действительно очень хочется так думать, но слишком хорошо понимал, что теперь всё его сознание, все его мысли неуловимо изменились и сбросить со счетов то, что произошло сегодняшней ночью, он уже не сможет.

— Ладно, — привычно буркнул Сергей сам себе. — Разберёмся. С любой хренью можно разобраться, надо только покумекать.

Он отшвырнул сожженную в три затяжки сигарету и застегнув куртку, пошёл к машине.

5

Его разбудила трель телефона и он резко поднялся на кровати, дико озираясь по сторонам. Рука автоматически нашарила под подушкой «ГШ». Осмотревшись и увидев что в комнате всё тихо и спокойно, он хрипло рассмеялся и бросил пистолет на одеяло. Нервы совсем ни к чёрту стали со всеми этими делами. Хотя, чего он собственно так напрягается? Мало ли в его практике было дел, которые высасывали все нервы и ничего, разобрались со всеми. И теперь разберётся.

— Я один хрен вас найду, — пробурчал он вслух. — Найду и наизнанку выверну.

Сергей потянулся к телефону, но звонки уже прекратились. Утром он решил всё-таки поспать и приказал своим, звонить только в крайнем случае. Интересно, какой крайний случай произошёл, если они всё же звонят?

«Впрочем время уже, полтретьего дня,» — отметил он, глянув на часы. — Видимо задолбались ждать.»

Набрав последний номер, он поднялся с кровати.

— С добрым утром, Саныч, — голос Бурцева, был как всегда бодрым. — Ты дома?

— Нет, я на Канарах, — ответил Сергей. — Случилось что-то?

— Ничего особенного. Я просто рядом с твоим домом — вот, решил позвонить. Ты же строго-настрого запретил без тебя это дело крутить, так мы другими пока занялись. Ну вот я тут, возле тебя, пару свидетелей опрашивал.

— По главному что-то есть?

— Инфы новой полно. Я почему тебе и звонил. Чё делать-то?

— Подъезжай ко мне, — буркнул Воронцов и отключился.

Отдёрнув плотную штору, распахнул окно и впустив в комнату свежий окрябрьский ветерок, вздохнул полной грудью, щурясь на голубое небо. Пока он спал, дождевые тучи и морось куда-то испарились и в небе вновь светило солнце. Похмелья он почти не чувствовал. Впрочем какое может быть похмелье от «Реми Мартин» категории «Экстра Олд», а именно этот коньяк они пили с Леной нынешней ночью. Одно лишь воспоминание о ней, наполнило его душу каким-то жгучим, терпким ароматом тропической ночи и требовательного желания и Сергей опять разозлился. Невозможно постоянно думать о женщине в одном этом ключе, тем более после их последнего разговора. Но как быть иначе, если она просто, будто генератор сексуальности, чёрт бы её взял?

Он зло плюнул в окно и поплёлся на кухню, варить кофе. Странные, путанные мысли, крутились именно вокруг разговора с Леной и теперь, при свете дня, казались до такой степени бредом, что ему стало даже смешно, как он мог во всё это вляпаться? Хотя с другой стороны, именно её объяснение лучше всего укладывалось в логические рамки событий, с тем лишь маленьким нюансом, что всю эту чушь, нужно было принять за чистую монету. От нерадужных мыслей его отвлёк звонок в дверь и он пошёл открывать.

— Привет, — Бурцев остановился в прихожей, стягивая с широких плеч куртку. — Как ты тут?

— Башка звенит, а так нормально.

Они прошли на кухню и Сергей молча налил в две кружки кофе и шлёпнул на стол сковороду, на которой аппетитно шкворчала яичница с беконом.

— Погода хорошая, — жуя, завёл светскую беседу Бурцев. — Сейчас бы…

— Скажешь про рыбалку, убью, — мрачно пообещал Воронцов.

— Ну вот, — не обиделся Сашка. — Ни хрена вы не понимаете в отдыхе, товарищ майор. Вам бы только настроение людям испортить.

— Слушай, не доставай, Саня, — хмуро попросил Сергей. — У меня такая ночь была…, - он не договорил, принявшись жевать ветчину.

— Так она у всех была, — усмехнулся Бурцев. — Мало ли у нас ночей напряжённых бывало? Что с тобой, Саныч?

— Нет, — Воронцов посмотрел на него. — У меня ещё после этого…, ну в общем…

— Ну понятно, — засмеялся Сашка. — Но это уж извините, ваши проблемы, шеф. Давно известно: разврат и пьянство — два самых утомительных занятия.

— Поостри мне, — угрожающе буркнул Сергей. — Умник. Что там по делу?

— Ну кое-что, — Бурцев положил вилку и вытащил сигареты. — Во-первых, установили личность этого Лосева. Повезло откровенно говоря. Он на самом деле никакой не Лосев, а Крутиков Николай Сергеевич. Но отпечатки его, в базе оказались. Повезло в общем. Сам питерский, бывший мент, опер, причём хороший опер, спец экстра класса. У него такие дела там, закачаешься. Благодарностей пруд. Девять лет назад он уволился из органов, неожиданно, без каких-либо поводов и оснований, во всяком случае явных. Уволился и уехал из города. Где всё это время находился, неизвестно. Московской регистрации у него нет, но тем не менее, скорее всего в Москве и болтался. Где жил установить не удалось. Официально нигде не работал, но деньги у него, по-видимому были. Одежда очень приличная, машина тоже. В телефоне однако, куча номеров и среди них есть очень любопытные. Записи в записной книжке, все странным образом зашифрованы. Мы посидели над ними, но если хотим разобраться, надо криптографов подключать.

— Короче, всё что пока есть — это только телефоны, так? — подытожил Сергей.

— Ну в обще да, — кивнул Бурцев.

— Пробили?

— Часть. Есть телефоны очень серьёзных и крупных бизнесменов. Чинов из МВД, кстати тоже и тоже крупных. Некоторые номера не пробиваются вовсе, сам понимаешь, что это значит…

— Ну начинается, — протянул Воронцов.

Тоскливой волной нахлынуло предчувствие чего-то нехорошего. Если этот Лосев-Крутиков, связан с большими людьми, если у него завязки в МВД, то раскручивать дело им естественно не дадут. Даже если его гибель и вся эта канитель, не связана напрямую с кем-то из больших, всё равно не дадут. Не любят серьёзные люди, чтобы кто-то копался в их грязном белье. Как в девяностых не любили, так и сейчас не любят. Ничего не изменилось.

Значит если он хочет, хоть что-то выяснить, действовать надо быстро, пока никто не прочухал что происходит. Пока они будут телиться, он может многое накопать. Накопать-то может, да только что потом? Что со всем этим делать? Прижать кого-то из серьёзных, всё равно не дадут. Да и на чём прижимать? Он вдруг понял, что явно разогнался не в ту сторону. Каким образом вообще увязать их дело и связи Лосева-Крутикова? Вполне возможно, что никак. Даже скорее всего, никак. Мало ли на кого он работал и для кого это дело копал?

И вновь перед глазами всплыло лицо Лены, насмешливо глядя на него. Он будто наяву услышал её глубокий, хрипловатый голос: «Ну что опер, мою-то версию никак не обойти?»

— Бля, — выругался он и зло швырнул вилку в пустую сковороду.

Действительно, как не крути, а именно её объяснение всё упрощает. Если тот блондин и вправду взбесившийся… «вампир»… твою мать, а его разыскивают другие — «не взбесившиеся», то и связи этого Крутикова и вся эта таинственность, объясняется просто. Но ведь…

— О господи, — простонал он.

— Что такое, Саныч? — Бурцев наблюдал за ним с явным интересом.

Сашка был отличным опером и по лицу читал неплохо, а буря сомнений отразившаяся очевидно на лице Сергея, поддавалась прочтению вероятно без особого труда.

— Что ещё было при нём? — Воронцов проигнорировал вопрос подчинённого.

— Ещё у него на шее, кожаный шнурок с тремя странными кулонами.

— Почему странными?

— Ну не мужскими какими-то. Странными в общем.

Сергей вдруг вспомнив, покопался в кармане брюк и выудил оттуда пластинку, данную Леной.

— Такой или похожий, там был? — он покачал пластинку перед носом Бурцева.

— Откуда он у тебя? — вместо ответа спросил тот странным голосом.

— Значит был, — констатировал Сергей.

— Один из них точно такой же, — кивнул Сашка. — И письмена какие-то странные на нём. Да, практически точно такой, только углы скруглённые немножко.

Неожиданный, резкий звонок в дверь, заставил Сергея вздрогнуть.

— Ты чего, — удивился Бурцев.

— Будь готов ко всему, — коротко бросил Воронцов и пройдя в спальню, взял «ГШ».

Он открыл дверь, демонстративно держа пистолет у пояса, с пальцем на спусковом крючке. Стоявший за дверью рослый симпатичный парень лет двдцати пяти, развёл руки, показывая что в них нет никакого оружия. В левой однако, он держал небольшую коробку.

— Простите, — быстро сказал он, растерянно глядя на пистолет. — Я только хотел передать вам вот это. Я не хотел ничего плохого, — он протянул коробку Сергею.

— От кого это? — грозно рыкнул Воронцов.

— От Елены Александровны Гордеевой.

— А ты кто такой?

— Я…, - парень замялся. — Ну-у… я оказываю ей некоторые услуги… поручения…

— Какие ещё услуги?

— Разные, — парень окончательно смутился.

— Ну-ну, ясно, — буркнул Сергей, хотя ясного ничего не было. — Когда она передала тебе это?

— Около часа назад, — быстро доложил он.

— И что там?

— Я не знаю, — он пожал плечами.

— Открой, — велел Сергей.

— Я… мне нельзя этого делать, — растерялся парень.

— Открой!

Из-за его спины выдвинулся Бурцев.

— Молодой человек, — ласково сказал он. — Делайте что вам говорят.

Парень поколебавшись сдёрнул скотч и открыв коробку, протянул Сергею. Внутри лежала ещё одна небольшая коробочка, несколько металлических то ли цепочек, то ли браслетов и сложенный в несколько раз лист бумаги. Узнать коробочку, не составляло труда: в таких обычно находятся патроны.

Воронцов аккуратно подцепил лист и осторожно развернул его. Это оказалась записка, написанная красивым, каллиграфическим почерком:

«Серёжа, я хочу чтобы ты зарядил эти патроны в свой пистолет. Они помогают против тех, о ком мы говорили. Очень прошу тебя сделать это, даже если ты мне до конца не поверил. Цепь и браслеты, одень на себя. Мы встретимся с тобой, как договорились. Сейчас я очень занята, не звони мне. Мальчика не бей пожалуйста, он мне ещё нужен. Целую тебя.

Лена.»

Сергей усмехнулся. Несмотря на неопределённость ситуации, в голове почему-то закрутились совершенно посторонние мысли. Он поднял глаза на парня.

— Так какие же «поручения» ты выполняешь?

— Ну-у… какие прикажут…, - вновь замялся парень.

— Спишь с ней? — ухмыльнулся Сергей.

— Не ваше дело, — вдруг возмутился он.

— Хочешь я тебе ногу сломаю? — вкрадчиво поинтересовался Воронцов, подступая к нему.

— За что? — парень отступил.

— Отвечай, когда я тебя спрашиваю.

— Не-е, не хочу, — он замотал головой.

За спиной заржал Бурцев и Сергей не выдержав, тоже рассмеялся.

— Я не про то, я про предыдущий вопрос.

— Я не сам, — вконец стушевался парень. — Когда она захочет, тогда…

— Ну я понял, — прервал его Сергей. — Как ты себя чувствуешь после секса с ней?

Парень глянул на него как-то странно, словно поняв суть вопросов.

— Ну-у… тяжело. Бессилие какое-то. Иногда по нескольку дней.

— А во время самого секса?

— Эйфория, — в его глазах мелькнуло выражение восторга. — Это трудно объяснить.

— Ещё как трудно, — улыбаясь согласно кивнул Сергей и махнул рукой. — Ладно, иди… донор.

Подмигнув растерянному парню он захлопнул дверь.

— Это что? — Бурцев указал глазами на коробку.

— Догадайся.

— Патроны?

Воронцов открыл коробочку. Как и положено — пятьдесят штук. Он вытащил один патрон и повертел в пальцах. Пуля была из светло-сероватого металла.

— Странная пуля, — отметил Сашка.

— Ну ещё бы, — усмехнулся Сергей и сунул патрон обратно в гнездо.

— Кто это тебе такие подарки дарит? — полюбопытствовал Бурцев.

— Потом расскажу.

Они вернулись на кухню и Сергей набрал номер Лены. Длинные гудки были ему ответом и подождав с минуту он нажал отбой. Налив себе и Сашке ещё кофе, задумчиво затянулся сигаретой.

«Чёрт бы побрал всю эту ситуацию, — угрюмо подумал он. — Где же разгадка?» Ему казалось, что пытаясь выстроить логическую цепочку событий, он запутывается всё больше.

— Что-то ещё есть? — он повернулся к Бурцеву.

— Больше почти ничего, — пожал плечами тот. — Отпечатков в номере несколько, но идентифицировать удалось только Крутикова. На личных вещах этого чёртова Метлина, или как там его, биология кое-какая есть, но с этим эксперты пока разбираются. Да и всё равно ни хрена это не даст, пока мы его не возьмём.

— Что за телефон, на обратной стороне визитки?

— А телефон интересный, — просиял Сашка. — Телефончик-то, эстонский.

— Твою мать! Вот я дебил! — психанул Воронцов. — Три, семь, два?

— Ага, — Сашка улыбался дружелюбно, но тем не менее явно наслаждался проколом шефа, который никогда ничего не упускал и вдруг проворонил столь явную и простую вещь.

— Ну и чего ты лыбишься? — раздражённо бросил Сергей. — Доволен? Как же я это не заметил?

— Да ладно, — Бурцев примирительно поднял руки. — Брось ты, Саныч. Там так коряво было написано, я с трудом цифры разобрал. Фломастером записаны были, все цифры сливались, так что…

— Пробили?

— Ну, насколько это возможно. Частный номер.

Воронцов молча допил кофе и нервно отодвинул кружку. Час от часу не легче. Чтобы выяснить чей телефон, придётся посылать официальный запрос, а это целое дело. Да и к чему всё это? Он всё сильнее чувствовал, что Лена скорее всего окажется права — не дадут ему поймать этого… да кто бы он там ни был. Не дадут.

— Ладно, — Сергей повернулся к Бурцеву. — Поехали на базу. Там посмотрим, что и как.

* * *

Предчувствия, как обычно, не обманули. Круглов позвонил ему, ещё по дороге в отдел. Голос полковника был каким-то мрачным и ещё более мрачным и угрюмым, был его вид, когда Сергей зашёл в кабинет.

— Садись, — буркнул шеф, не поднимая взгляд, копаясь в каких-то бумагах.

— Что-то случилось? — спросил Воронцов поздоровавшись. — Мне срочно надо кое-что сделать…

— Если тебе срочно кое-что надо, было бы неплохо на работу приезжать с утра, а не под вечер, — съязвил полковник.

Сергей пропустил его слова мимо ушей. Оправдываться и объяснять что-то, совсем не хотелось, а препираться с начальством было тем более глупо. Поэтому он молча сел и уставился на Круглова.

Тот какое-то время продолжал перебирать бумаги, потом посмотрел на него.

— Что у тебя по этому делу? — спросил он без предисловий.

— По какому? — Воронцов невинно глядел на шефа, однако предчувствие уже складывалось в понимание того, что он всё-таки опоздал.

— Не зли меня! — раздражённо бросил Круглов. — По этому, в Сокольниках.

— Работаем. На подозреваемого вышли… вчера ночью, но взять не смогли. Но следов довольно много — возьмём, нужно только время.

— Вот времени-то как раз у тебя и нет, — пробурчал шеф. — Дело забирает ГСУ.

— С чего вдруг? — Сергей не моргнул глазом.

Он был уже готов к такому повороту, но всё равно противно засосало под ложечкой: «Не успел-таки…»

— Да откуда я знаю, с чего? — зло рявкнул Круглов. — Позвонили с самого верху. Сейчас подъедут… скоро… передашь все дела.

— Рябинин передаст, дело на него расписано, — Сергей поднялся. — Это всё?

— Погоди, — Круглов вдруг встал и обойдя стол, подошёл к нему. — Слушай… я тут с твоими поговорил, пока тебя не было… что там такое? Всё действительно так странно? — Николай Андреевич, говорил с какими-то доверительными нотками.

— Есть странности, — пожал плечами Воронцов. — Но в каком сложном деле их нет? Мы бы нашли его. И так очень быстро на него вышли, учитывая как мало было зацепок. Я признаю конечно, что повезло нам видимо сильно… потому они и занервничали…

— Кто?

— Вам лучше знать, кто, — разозлился Сергей. — Почему дело не забирали сразу? Почему вообще нам скинули? Ведь вы же наверняка отмахивались, как могли? Земля-то не наша. Я скажу, почему. Никто не предполагал, что я так быстро на что-то выйду. Думали заглохнет дело висяком обычным и все дела. А когда оказалось, что нет, задёргались.

Он по глазам шефа видел, что тот думает точно так же и от этого завёлся ещё больше.

— Николай Андреевич, вы выяснили то что я просил? Кто рыл это дело?

Полковник отвернулся и нервно прошёлся по кабинету. Походив с минуту, он сел на своё место и закурил.

— Не выяснил. Ничего не вышло. На меня ещё и посмотрели, как на идиота, — он поднял глаза на Сергея. — Но ты ведь сам его нашёл, так?

— Нашёл его не я, к сожалению его нашёл… впрочем не важно… Что толку-то с этого? На кого он работал?

Полковник резко сломал сигарету в пепельнице и снова поднялся на ноги.

— Всё, — резко сказал он. — Теперь всё это не имеет значения. Передай дело и забудь об этом.

Воронцов усмехнулся и шагнул к двери. Он уже взялся за ручку, когда Круглов окликнул его. Он обернулся.

— Послушай, Сергей, — шеф пожевал губами. — Я прошу тебя, не лезь в это дело. Я тебя знаю, потому и прошу, просто по-человечески. Слишком большие люди здесь замешаны видимо, я чувствую это по тому, как оперативно крутанули изъятие. Ничего тебе не дадут накопать, поверь. Полетишь просто с должности… и я вместе с тобой…, - он замолчал с каким-то виноватым видом.

Сергей усмехнулся и молча вышел из кабинета.

«Ну вот и всё, — крутилась в голове мысль. — Не успел».

Что же всё-таки происходит с этим делом? Кто сидящий так высоко, что может за несколько часов забрать дело об убийстве, даже не объясняя причин, заинтересован замять всю эту историю? И почему? Хрень какая-то. Политикой здесь как будто даже и не пахнет и бизнесом каким крутым — тоже, тогда что? Если бы было что-то связанное со шпионажем или чем-то похожем, фэ-эс-бэшники бы вмешались, а не Следственный Комитет. Тогда хоть какое-то объяснение было бы, а так… Эстония опять же… каким боком? Может как раз в этом вся суть? Какой-то нелегальный, теневой бизнес, контрабанда какая-то через Прибалтику? Чёрт! А труп тогда здесь при чём? Не первый, к тому же.

Вновь вспомнились слова Лены и он до боли сжал зубы, почему-то нащупав в кармане коробку с патронами.

В кабинете за столами, сидели Рябинин и Бурцев, о чём-то вполголоса переговариваясь. Когда Сергей вошёл, оба вопросительно поглядели на него.

— Ну? — озвучил заинтересованность Сашка.

— Толик, — Воронцов посмотрел на Рябинина. — Скопируй дело по-быстрому. Всё самое главное, потому что боюсь полностью, ты всё равно не успеешь.

— Что случилось? — Бурцев аж привстал.

— Дело забирает ГСУ, — Сергей прошёл в угол и щёлкнул кнопкой чайника. — Толик мухой! — вдруг рявкнул он.

Оперативник бросился к сейфу, открыл его и схватив дело, выбежал в коридор. В кабинете воцарилась напряжённая тишина. Лишь когда, помешивая ложечкой чай, Воронцов подошёл к столу, Бурцев заговорил:

— И чё это за херня? — свой вопрос он адресовал куда-то в пустоту и Сергей не стал отвечать.

Однако не дождавшись ответа, Сашка повторил вопрос:

— Так что за дела, Саныч?

— Да откуда я знаю? — Сергей чувствовал, что уже практически не злится.

«Хрен бы с ним со всем, вообще, — думал он. — Что надо, я выясню и так, а если кому есть нужда, пусть сами разбираются.»

— На кой чёрт надо было тогда нам мозги трахать, если теперь забирают? — не унимался Бурцев.

— А ты не понимаешь? — усмехнулся Воронцов.

— Понимаю, — чуть подумав засмеялся Сашка. — Рассчитывали что мы усрёмся ища, а мы вдруг хоп и зацепили что-то?

Сергей утвердительно кивнул и отхлебнул чаю. Всё-таки Бурцев классный опер. Даже не зная подноготной, сразу срубил в чём дело.

— Так значит выходит, за этим кто-то толстый стоит? — вдруг посерьёзнел капитан и оглянулся на дверь. — А на кой хрен тогда…? — он показал рукой в сторону коридора. — На фига тогда всё это, Саныч?

— Кто-то очень-очень толстый, — вновь кивнул Воронцов. — Вот я и хочу выяснить — кто? И в чём вообще суть этого дела?

— Зачем? — с сомнением пожал плечами Бурцев.

— Затем, что я мент, — с нажимом произнёс Сергей. — И ты кстати, тоже. Если не хотели чтобы я лез, нехрен было мне это дело поручать, а уж коли поручили, то я не ишак на поводке, я хочу понять кто стоит за этим дерьмом?

— Оно тебе надо? — Сашка достал сигарету. — Будто не знаешь, как лезть в такие дела? В первый раз что ли?

— Да не волнуйся ты так, — улыбнулся Воронцов. — А то уже начинаешь мне Круглова напоминать. Ну его то понять можно — ему на пенсию хочется спокойно уйти, а тебе то что? Боишься что ли, Саня?

— Да ничего я не боюсь, — вспылил Бурцев и вдруг рассмеялся. — Хотя… боязно конечно. Помнишь, три года назад, дело Кафтанова? Я думал порешат где-нибудь, в тёмном переулке. Уж очень серьёзные ребята оказались.

— Не переживай, — Сергей тоже закурил. — Я никого ловить не собираюсь. Я только выяснить хочу. Впрочем если ты пас, то у меня никаких претензий.

— Да ты чё!? — возмутился Бурцев. — Я тебе левый пацан что ли? Ясен перец — разберёмся, только по уму надо.

— По уму и будем, Саня, — Воронцов поднялся. — Поэтому ребятам больше ни слова. У них и так дел невпроворот. Ты тоже работай пока. Мне надо сначала кое-что выяснить. Потом видно будет.

В коридоре он встретил возвращающегося Рябинина.

— Ну что?

— Сделал, — старлей протянул папку и вопросительно посмотрел на него.

— Давай.

— Так что же всё-таки случилось? — не удержался от вопроса опер. — Почему забирают дело?

— Да какая разница, Толян? — Сергей хлопнул его по плечу. — Наше дело выполнять приказы. Пусть теперь большие дяди из ГСУ расследуют. А ты подготовь к сдаче и занимайся другими делами. Об этом, — он потряс папкой с копиями. — Больше не вспоминай. Понял?

— Понял, — Рябинин посмотрел в спину уходящему начальнику и понимающе улыбнулся.

* * *

Часа два Сергей провёл разбираясь с новыми данными, которые успели накопать опера, пока он не дал отбой. Вырисовывшаяся картина выглядела не особенно радужно. Множество связей Лосева-Крутикова, были действительно очень и очень серьёзными, и были все основания полагать, что те, которые установить не удалось, вероятнее окажутся ещё круче. Существовали и другие телефоны, но совсем уж простых людей, среди них было мало.

Составив выборку последних звонков детектива, сверив их с установленными адресами и сведя всё воедино, Воронцов решил всё-таки встретиться с одним из фигурантов, вызвавших в нём особое подозрение. Означенный офис находился на Большой Дмитровке и свернув туда со Страстного бульвара, Сергей быстро нашёл нужный адрес. Офис располагался во дворе, между стоянкой и входом в здание, маячил здоровенный охранник.

«Ну что ж, всё как положено,» — отметил Воронцов и набрал номер Рябинина.

— Толик, когда они забрали дело? — коротко спросил он.

— Час назад примерно.

— Окей. Если кто-то спросит когда мы с тобой виделись или говорили, скажешь два часа назад. С тех пор ты не мог до меня дозвониться, понял?

— Понял.

— Кто бы не спросил.

— Понял я, — повторил Толик.

Сергей отключился и вышел из машины.

«Секьюрити», осмотрев его с ног до головы и мазнув взглядом по «Тойоте», очевидно сразу заметил несоответствие прибывшего, привычному в этом дворе контингенту, однако либо его наметанный глаз увидел также и то, что посетитель явно не принадлежит к числу праздных зевак, заехавших поглазеть на крутые тачки стоящие у входа, либо в этом месте вообще было положено сохранять со всеми уважительный тон, но заговорил он предельно вежливо:

— Чем могу помочь? — скрывать снисходительные интонации, от него видимо так или иначе никто не требовал.

— Офис вот этой фирмы, — Сергей сунул ему в нос бумажку. — Находится здесь?

— А вы по какому вопросу? — устало протянул охранник.

— А ты секретарь-референт? — вкрадчиво спросил Сергей и отметил как парень напрягся. — Вопросы я задам кому надо, и в твоих интересах, чтобы ты лично не вызвал у меня необходимости задавать вопросы, — второй рукой он протянул открытое удостоверение. — Ну!?

— Здесь, — помедлив сказал охранник и отступив в сторону, указал на дверь. — Только там без записи, не пропустят.

Не удостоив его ответом, Воронцов молча прошёл мимо и войдя в лобби, понял что «секьюрити» был по видимому прав. Идти особо было некуда. В нескольких метрах от двери, холл начисто перегораживала стеклянная стена. Единственный проход закрывался стальной вертушкой. Далее виднелась стойка, за которой находились девушка и двое парней в штатском, хотя их одежда могла обмануть только слепого. Эти работали на ресепшене, явно не телефонистами. Широкоплечие, подтянутые, с жёсткими лицами, они производили впечатление гораздо более серьёзное, чем бугай на входе.

Осмотревшись, Сергей подошёл к панели переговорника, установленной возле вертушки.

— Здравствуйте! — девушка опередила его. — Я вас внимательно слушаю.

— Добрый вечер. Мне необходимо встретиться с Евгением Витальевичем Шубиным.

— Вы записаны на приём? — приветливо улыбнулась девушка.

— Увы, — столь же лучезарно улыбнулся Воронцов.

— Тогда очень сожалею, — её улыбка стала совсем ласковой. — Но Евгений Витальевич без записи не принимает. Вам придётся записаться на приём и конечно же не сейчас, уже поздно, а завтра утром у секретаря.

— Боюсь что до завтра я ждать не могу, — Сергей старательно подражал её улыбке. — Да и уважаемый Евгений Витальевич, тоже не может. Возможно кто-то из вас даст себе труд подойти, чтобы увидеть моё удостоверение? — он прижал книжечку к стеклу.

Один из парней подошёл ближе и внимательно рассмотрел удостоверение.

— И что? — скупо спросил он. — Ордер у вас есть?

— Ордер на что?

— На вход сюда.

— А что на вход сюда, нужен какой-то особый ордер? — изумился Воронцов. — Я пришёл задать господину Шубину несколько вопросов. Для этого никакого ордера не требуется, молодой человек.

— А с чего вы взяли, что господин Шубин желает отвечать на ваши вопросы? — парень начал раздражаться.

— А с чего ты взял, что это будешь решать ты? — Сергей недобро сузил глаза. — Если я приду сюда с ордером, парень, ты поскачешь открывать на четырёх костях. Так что лучше тебе сейчас связаться со своим шефом и доложить обо мне, а докладывая сказать, что я пришёл по поводу Лосева-Крутикова и в его интересах со мной встретиться.

Охранник зло глянул на Воронцова и вернувшись к стойке, поднял трубку телефона. Говорил он довольно долго, и пока он говорил, девушка и второй охранник, внимательно смотрели на него.

«Дисциплинка, судя по всему, у них тут ого-го, — подумал Сергей. — Интересно, что за человек этот Шубин?»

— Заходите, — парень наконец положил трубку и повернулся к нему.

Одновременно щёлкнул фиксатор вертушки и Сергей толкнув её, вошёл внутрь.

— Вы можете подождать здесь, — девушка мило указала рукой на кресла и диван в углу лобби, возле стеклянного журнального столика. — Желаете кофе?

— Спасибо, — мотнул головой Воронцов и опустившись в кресло, стал разглядывать холл.

Всё здесь говорило о богатстве и успехе. Выдержанный в спокойно-благородных тонах декор, выглядел одновременно и просто и очень дорого.

«Надо же так уметь, — в очередной раз восхитился Сергей. — Видно уж очень крутые дизайнеры, трудились тут.»

Мерзко и длинно пискнул электронный замок и слева открылась дверь, явно стальная и тяжёлая, но декорированная под красное дерево. В лобби вошёл бледный, сухощавый, высокий человек, с русыми волосами, одетый в тёмно-синий, дорогой костюм. Окинув быстрым взглядом холл, он посмотрел на Воронцова, холодными, немигающими глазами.

— Вы Сергей Александрович? — зачем-то спросил он.

Сергей поднялся и демонстративно оглянувшись по сторонам, усмехнулся.

— Как вы догадались?

На шутку светловолосый не отреагировал.

— Прошу вас следовать за мной, — сухо сказал он и повернувшись пошёл к двери.

Они прошли по короткому коридору и проигнорировав лифт, к удивлению Сергея, стали спускаться по лестнице вниз.

«Странно, — подумал он. — Почему офис у него в подвале? Готовится к ядерной войне?»

За лестницей был ещё один коридор, на этот раз длинный и слабоосвещённый и мысли в голове Сергея, стали крутиться совсем уж нехорошие.

«Вот интересно, — прикидывал он. — Если что, смогу ли я выйти отсюда самостоятельно? Неплохое место, чтобы оставить тут человека навсегда…»

Он невольно нащупал пистолет в кобуре на поясе и медленно, привычным движением, выпрямил руку вдоль бедра, сжимая и разжимая пальцы. Ладонь скользнула вдоль кармана и он почувствовал что-то горячее. Мгновенно, даже не дожидаясь команды мозга, сердце захолонуло и тело покрылось мурашками. Ему показалось, что волосы зашевелились на затылке и только потом он связал все ощущения в одну нить. Пластинка, данная Леной, была горячей… «Если он нагреется, значит рядом вампир…» её голос явственно зазвучал у него в ушах.

«Проклятье! Да что же за чертовщина-то, а!?» — он резко остановился и его сопровождающий, словно почувствовав это, мгновенно развернулся.

— Что-то не так? — спокойно спросил он.

Желтовато-зелёные глаза, точечный зрачок, Сергею показалось что на него смотрит змея.

— Да нет, всё нормально, — хрипло ответил он. — Долго ещё ходить по вашим катакомбам?

— Уже почти пришли, — тем же бесцветным тоном, пояснил светловолосый и повернувшись направился к коричневой, массивной двери.

— Прошу вас, — он приоткрыл дверь и Воронцов вновь коснувшись кармана, ощутив горячий амулет, словно ныряльщик набрал воздух в лёгкие и вошёл в комнату.

Кабинет был обставлен в стиле девятнадцатого века — вероятно очень дорого, но с неизменным вкусом и чувством меры.

Хозяин кабинета — невысокий, подтянутый шатен лет пятидесяти, спокойным, уверенным движением, показал на несколько вычурный стул с подлокотниками.

— Присаживайтесь, — сказал он негромко.

Сергей опустился на стул.

— Я Евгений Витальевич Шубин, — представился шатен. — О чём вы хотели со мной поговорить?

Воронцов посмотрел ему в глаза и невольно отвёл взгляд. Такой холодный и какой-то отрешённый взгляд, он видел иногда у сумасшедших в психушке, но сидящий перед ним человек, очевидно не был сумасшедшим. Даже совсем напротив, он вдруг улыбнулся тонкими бледными губами и доброжелательно спросил:

— Желаете кофе?

— Нет, спасибо, — Сергей сглотнул и снова инстинктивно провёл рукой по ноге. Амулет был горячим настолько, что жёг бедро.

— Так я вас слушаю, — кивнул хозяин кабинета.

— Вы как я понимаю, уже знаете кто я? — полуутвердительно спросил Воронцов.

Шубин молча кивнул.

— Ну вот и хорошо, — Сергей наклонился ближе к столу. — Значит обойдёмся без лишних церемоний. Евгений Витальевич, в телефоне некоего гражданина Крутикова Николая Сергеевича, убитого прошлой ночью в гостинице «Бульвар», был ваш номер и мне хотелось бы знать, каким образом он там оказался.

Тонкие губы расползлись в легкой усмешке.

— Странный вопрос, Сергей Александрович. Откуда же я могу знать, почему мой номер оказался у какого-то, незнакомого мне человека?

— Неужто незнакомого? — усмехнулся Воронцов. — А у меня такое впечатление, что этот человек самым активным образом, работал на вас…

— На каком основании, вы делаете подобные выводы? На том, что у него в телефоне оказался мой номер?

— В том числе, — кивнул Сергей. — А ещё на том, что этот человек искал убийцу девушки, убитой в парке Сокольники, несколько дней назад. С чего бы ему искать его, если в этом не заинтересован кто-то очень богатый и могущественный?

Сергей намеренно говорил ерунду, надеясь вызвать Шубина хоть на какую-то реакцию. О том, что ему собственно совершенно нечего сказать по делу, он естественно понимал с самого начала, но рассчитывал по ходу разговора, хоть чем-то зацепить собеседника. В данном случае озвученная им, абсолютно алогичная белиберда, могла вывести из терпения человека, который по какой-либо причине, чувствовал неуверенность или хоть каким-то образом был связан со всем этим, однако его расчёт увы, не оправдался.

Шубин лишь весело рассмеялся, хотя его глаза даже не улыбались.

— Забавная у вас логика, Сергей Александрович. И честно говоря, мне думается, что вы гораздо более умный человек, чем почему-то хотите казаться. Зря вы пытаетесь разыгрывать из себя туповатого мента, который всю эту бессмыслицу, которую вы сейчас выдали, принимает за логическую цепочку. Давайте начистоту — зачем вы пришли? Ведь не потчевать же меня ахинеей?

— Нет конечно, Евгений Витальевич, — Воронцов усмехнулся. — Я пришёл рассчитывая на вашу порядочность и сознательность, полагая что вы захотите помочь мне в деле, в котором мы с вами одинаково заинтересованы. Я ведь не обвиняю вас ни в чём, я просто уверен, что вам знаком человек по имени Николай Крутиков и если сейчас, как вы верно заметили, никакой логики в моих выводах нет, то когда я получу данные биллинга и распечатку разговоров с телефона убитого, ваше положение может стать несколько хуже. Ведь вы же понимаете, что солгав мне сейчас, вы тем самым вызываете подозрение, что ваша заинтересованность в этом деле, может быть и криминального характера.

Шубин снисходительно усмехнулся.

— Ну что ж, вот когда вы получите, то о чём сейчас говорили и сможете увязать одно с другим, тогда будет совсем иной коленкор, а пока, мне кажется, наш разговор беспредметен.

«Ничего не выйдет, — подумал Воронцов. — Пугать его бессмысленно. К тому же он наверняка знает, что дело у меня забрали. Плевать он на меня хотел…»

От этой мысли, он почувствовал, что начинает заводиться и решил сделать последнюю попытку, вывести собеседника из себя.

— Зря вы так, Евгений Витальевич, — он сокрушённо пожал плечами. — Я понимаю что вы в курсе того, что дело передано в Следственный Комитет и значит я не имею формального права, делать какие-либо запросы, но ведь вы умный человек и не можете не понимать, что я не вчера начал работать в полиции и у меня существует масса возможностей, сделать это в обход установленного порядка.

— Вы уверены, что это вам нужно? — с недоброй улыбкой спросил Шубин.

— Это была угроза? — прищурился Сергей.

— Это был вопрос, — Шубин сплёл холёные пальцы. — Всего лишь вопрос. Неужели вы думаете, что я буду угрожать майору криминальной полиции, в своём собственном кабинете? Я просто не могу понять, чем вас так зацепило это дело, что вы готовы на противозаконные действия, лишь бы сделать то, что прекрасно сделают без вас? Вы сомневаетесь в профессионализме сотрудников Следственного Комитета?

— Я сомневаюсь в том, что дело вообще будет расследоваться, — тонко улыбнулся Сергей. — Если в это вмешались люди вроде вас, то с большой долей вероятности, всё будет спущено на тормозах. Не знаю, каков ваш интерес в этом деле, но полагаю его довольно значительным, поскольку вы — безусловно занятой человек, дали себе труд подключить свои связи, дабы забрать дело из производства моего отдела. Я не прав?

— Вы не правы, Сергей Александрович, — Шубин шевельнулся в кресле. — Ко всему, о чём вы сейчас говорите, я не имею ровным счётом никакого отношения. И никакого Крутикова, я не знаю. Вы верно подметили — я довольно занятой человек, и если вам больше нечего сказать мне по делу, я хотел бы попросить вас, не отнимать моё время.

Сергей поднялся. Говорить было больше не о чем. Ни в чём не признается этот человек — это-то конечно было понятно с самого начала, но он надеялся хоть как-то вывести его из себя. Видимо зря, судя по всему — невозможно это. Или всё-таки возможно? Он глубоко вздохнул и борясь со странной, непривычной для него робостью, пристально взглянул в глаза собеседнику.

— Вы напрасно так уверены в своей неуязвимости, Евгений Витальевич, — сказал он вкрадчиво. — Вы задали вопрос, что меня так зацепило и я отвечу вам на него. Больше всего на свете я не люблю, когда об меня пытаются вытереть ноги. Я не требовал этого дела себе, мне его повесили практически в обход обычной процедуры. Видимо считали, что я так и так ничего не найду и не подставляя своих людей, можно будет списать очередной «глухарь». Но вот какая вышла незадача — я нашёл, и когда я взял след, вдруг решили что я слишком прытко действую, что могут пострадать серьёзные люди и просто решили отпихнуть меня в сторону. Только в данном случае вы просчитались: я мент, опер и любое начатое дело привык доводить до конца. А кроме того я не пацан, который вчера пришёл в полицию, я не стану ломать себе шею и разбивать лоб, пытаясь найти правду. У меня есть сотня способов доискаться до истины, не задействуя официальные возможности и обещаю, что я использую их все, чтобы разобраться в том, что происходит. Советую вам подумать об этом, может быть это подскажет вам более правильный образ действий, чем пытаться выставить меня дураком.

Ему показалось, что глаза Шубина странно сверкнули и вглядевшись внимательно, он невольно отступил назад, с трудом удержавшись, чтобы не потянуться к пистолету. Тёмные, неопределённого цвета глаза, будто наливались багровой краснотой, дёрнулись тонкие, бледные губы, в зловещей хищной усмешке.

Сергей напрягся всем телом, сделав ещё шаг назад, быстро оглянувшись по сторонам, проверяя нет ли кого за спиной.

— Я не люблю когда мне угрожают, — от его интонаций, у Сергея побежали по спине мурашки.

Он через силу сглотнул.

— Где вы услышали угрозу? Если, как вы утверждаете, вы не имеете никакого отношения к этому делу — чем я могу вам угрожать? — он почувствовал, что будто оправдывается и озлившись на себя, заговорил жёстко. — Однако если я всё же прав, то я уже сказал, что советую хорошенько подумать, а попутно хочу сообщить, что возле вашего офиса, находится группа захвата СОБРа. Это на тот случай, если у вас вдруг возникнут какие-нибудь опрометчивые желания. Я знал, куда шёл, Евгений Витальевич.

Сергей блефовал уверенно, но совершенно не был убеждён, что этот странный человек поверит в его блеф. Однако особого выхода у него не было: он чувствовал, что если хозяин кабинета решит не выпускать его отсюда, выйти у него не будет никаких шансов. Он редко ощущал себя таким беспомощным, и сейчас не смог бы даже самому себе объяснить свои ощущения, но своему чутью он привык доверять. Чутьё же настойчиво подсказывало, что этот бой ему не выиграть.

— Куда же вы шли? — голос Шубина был почти ласковым, но пальцы его, как будто нервно барабанили по столу.

Ухоженные пальцы… но что у него с ногтями? Сергей не мог понять что именно его смущает, но с ногтями что-то было не так…

Он молчал. Озвучивать сейчас собеседнику, всё то, что крутилось у него в голове, в любом случае было бы не лучшим выходом. Разговор почти наверняка записывается и если он заговорит сейчас… о вампирах, его просто поднимут на смех. Не доставало только, чтобы запись разговора дошла до начальства, вкупе с жалобой на его незаконное появление здесь. Вот ведь повеселится этот Шубин, в ответ на его заявление. Или нет? А если не развеселится, то что…? Если всё-таки хоть что-то из всего этого бреда правда, живым его отсюда конечно не выпустят. Он стиснул зубы и медленно убрал руку от кармана, где лежал амулет. Не станет он показывать его Шубину, не станет выставлять себя на посмешище, равно как и подставляться под удар. По-другому он сделает. Так или иначе, а ему всё же удалось вывести этого человека из себя, а раз так, то продолжим:

— Я приношу вам свои извинения, господин Шубин, — негромко и ровно сказал он. — Пожалуй я погорячился. Вы вправе пожаловаться на меня, если считаете себя оскорблённым моим визитом. Безусловно Следственный Комитет, достаточно компетентная организация, которая сможет разобраться с этим делом, ничуть не хуже чем я. Не смею дальше отнимать ваше драгоценное время, — он шагнул к двери. — Надеюсь вашему сотруднику, не составит труда проводить меня обратно к выходу? Иначе боюсь, бойцы СОБРа могут решить что мне угрожает опасность, и попытаться войти сюда силой.

Шубин долго, пристально смотрел на него и Сергей мог поклясться, что глаза его снова меняли цвет, становясь совсем обычными.

— Да конечно, — кивнул наконец он. — Вас проводят, Сергей Александрович. Я принимаю ваши извинения и уверяю вас, что не собираюсь никому жаловаться. Надеюсь что и вы, в свою очередь, не станете делать опрометчивых шагов. Предлагаю просто забыть о нашей… кх…м, размолвке. Пусть каждый занимается своим делом. Вы согласны?

Несмотря на доброжелательный и примирительный тон, Воронцов вдруг понял, вернее будто ощутил шестым чувством, что хозяин кабинета принял какое-то важное решение и у него тоскливо засосало под ложечкой. Почему-то он был уверен, что решение это, было совершенно несовместимо с его жизнью.

Напряжение не оставляло его, пока он шёл по коридору, в сопровождении светловолосого, то ли секретаря, то ли… кем там он был, и когда вышел в холл, и практически до тех пор, пока не подошёл к своей «Тойоте».

Оглядевшись по сторонам и внимательно осмотрев машину, Воронцов залез внутрь и завёл двигатель. Лишь вырулив на Большую Дмитровку, почувствовал, что его понемногу отпускает напряжение. Он вытащил сигареты и закурил, собираясь с мыслями. Чего он собственно добился этим своим демаршем? Возможно, что ничего. Увы. Как поведёт себя теперь Евгений Витальевич Шубин, оставалось только догадываться. Сергей не сомневался, что человек он очень опасный и не задумываясь даст отмашку на простое физическое устранение того, кто стал для него проблемой. Но стал ли он действительно проблемой, сумел ли в самом деле напугать его или просто пытается выдать желаемое за действительное? И не идёт ли он вообще по ложному следу? То что Шубин в курсе этого дела, сомнений не вызывает, однако его причастность может и не носить криминального характера. Одному богу известно, какие интересы преследует этот странный человек и никаких серьёзных фактов, у Сергея нет. Чутьё, чутьём — чутьё конечно вещь хорошая, но к делу его не пришьёшь. Нужны доказательства, а сможет ли он их достать, несмотря на громкое заявление Шубину, это ещё большой вопрос.

«Что же у него такое с ногтями?» — вопрос всплыл неожиданно, видимо отпечатался в подсознании сильнее, чем он сам ожидал. Что-то было не так — это Сергей понимал, но что всё-таки? Как будто утолщённые ногти, что ли… или нет… как при некоторых видах ногтевого грибка… и не на всех пальцах вроде…

Он вышвырнул сигарету в окно, ставшим уже привычным движением пощупал карман и вздрогнул: амулет был практически холодным. Сергей вытащил его за шнурок и повертел в пальцах. Ну может быть чуть тёплый, такое впечатление, что просто ещё не остыл. Опять, словно от прикосновения ледяных пальцев, вдоль позвоночника побежали мурашки.

«Ведь был же горячий как…! — с какой-то чуть ли не истерической ноткой, подумал он. — Господи, да что же это такое? Неужели Лена права?»

Психанув он резко вывернул через сплошную линию, ещё пару раз нарушив правила выехал на Большую Садовую и вскоре остановился на мосту Кутузовского проспекта. Достав из бардачка дешёвую «Nokia», с незарегестрированной сим-картой (таких у него в запасе было несколько, для связи с особо засекреченными информаторами), быстро вбил сообщение… и остановился, скептически пожав плечами. Не спеша вышел из машины и закурив, перечитал его ещё раз:

«Я знаю, кто ты. И если ты виновен, я вытащу тебя на солнце…»

— значилось там. Сергей снова с сомнением хмыкнул и нажал «отправить».

«Ну что ж, — подумал он. — Если всё это хрень, то у него во всяком случае не будет доказательств того, что я идиот, а если… чёрт его возьми… должен же он что-то предпринять…»

Воронцов улыбнувшись облокотился о парапет и разжал руку. Маленькая «Nokia», поблёскивая ещё не погасшим экраном, булькнула в тёмную воду Москвы-реки. Проследив падение телефона, Сергей достал свой собственный и набрал номер Лены. Послушав унылые, длинные гудки, нажал отбой и вернулся в машину.

Бурцев в отличие от Лены, откликнулся сразу.

— Да, — послышался его сонный голос.

— Ты что, спишь? — поинтересовался Воронцов. — Рано же ещё?

— Спал, — угрюмо проворчал Сашка. — Три дня кемарил урывками, можно человеку хоть когда-нибудь выспаться?

— Можно, Саня, только сначала надо поговорить. Подъедешь на Кутузовский?

— Да ты обалдел, Саныч, — голос Бурцева от возмущения стал гораздо бодрее. — Чё не в Калугу сразу? Давай ты ко мне. Тебе-то всё равно куда ехать…

— У тебя выпить, что-нибудь есть? И пожрать? — не стал спорить Сергей.

— Найдём, — обрадовался Сашка.

— Ну тогда жди.

* * *

С Бурцевым они просидели до двух часов ночи. Разговор шёл такой, что Воронцов несколько раз ловил себя на мысли, что если бы их слышал кто-то посторонний, то наверно предложил бы отправить обоих в дурдом. Посторонних однако не было, а они были знакомы слишком давно и хорошо, слишком много прошли и повидали вместе, чтобы заподозрить друг друга в неадекватности. Сергей рассказал Бурцеву почти всё, умолчав лишь о нескольких интимных деталях. Несколько раз, забавно причмокивая, словно пробуя на язык странный рассказ Сергея, Сашка спрашивал:

— Ты уверен?

— Уверен, — кивал Воронцов.

В очередной раз, когда Бурцев задал вопрос, он усмехнулся.

— Ты вообще веришь мне, Саня?

— Верю, — Сашка отодвинул пустую рюмку. — Только ведь ты сам ещё до конца во всё это не веришь, так? Все твои данные — косвенные…

— Кроме Лены.

— Ну да, — согласился Бурцев. — Но это ещё ладно… чёрт её там знает…, но про вампиров… Доказухи-то никакой нет.

— Ты к тому, что надо подождать пока вопьются в горло? — усмехнулся Сергей.

— Боже упаси, — дурашливо фыркнул Сашка. — Хотя и это ещё ничего не докажет, — он посерьёзнел. — Мало ли придурков.

— Мы начинаем идти по второму кругу, Саня, — бросил Воронцов. — Блондина нашего мы с тобой вместе видели, да и всё остальное тоже. Просто Ленкина версия, объясняет всё, а наши с тобой, либо тут, либо там хромают.

— Так-то оно так, — с сомнением пожал плечами Бурцев. — Да только…

— Трудно согласиться со всем этим… я понимаю.

— Ещё как трудно, — ухмыльнулся Сашка и в сунув в рот сигарету, щёлкнул зажигалкой. — Ну хорошо, — сказал он, словно на что-то решившись. — Примем это всё за чистую монету, что тогда?

— Для начала, мне нужно поговорить с Леной. Только вот она не отвечает, — Сергей кивнул на телефон.

— То есть ты хочешь продолжать тупо копать? На кой хрен тебе это надо, я собственно уже спрашивал, но даже после всей этой фантастики, ты останавливаться не собираешься, так?

— Теперь тем более, — жёстко сказал Воронцов. — Я докопаюсь до сути и прищучу их, кто бы там ни был.

— Смотри чтобы наоборот не получилось, — кисло проворчал Бурцев. — От меня-то, что требуется?

— Пока ничего особенного, — пояснил Сергей. — Я не хочу чтобы кто-то догадался, что ты в курсе всей этой мистики. Поэтому занимайся своими делами и очень аккуратно и осторожно, постарайся накопать информации про этого Шубина. Только осторожно, Саня, не засветись.

— Да ладно, — махнул рукой Бурцев. — Не впервой.

— Впервой, Саня, впервой, — Воронцов пристально посмотрел ему в глаза. — Это не шутки. Как бы ты к этому не относился, я хочу чтобы был предельно осторожен.

— Да я понял, — Сашка встал с дивана и открыл окно. — Накурили мы здесь. Что-нибудь ещё?

— Пройди по свидетелям убийства Кондратьевой и попробуй найти, что перекликается с предыдущими эпизодами. Вдруг мы что-то упустили. Я попытаюсь покрутить следы вокруг трупа Лосева, надеюсь Михалыч мне не откажет, а заодно и его связи. Так или иначе, там должно быть за что зацепиться.

— Всяко, — согласился Бурцев.

— Ну вот, — Сергей тоже поднялся и сунув руку в карман куртки, брошенной на спинку кресла, достал коробку с патронами. — Возьми штук десять, мало ли что…

Сашка посмотрел на него исподлобья и усмехнулся, но коробку взял и высыпал на руку десяток патронов.

— Бред какой-то, — не удержался от комментария.

— Ты заряди в свой «Глок», — Воронцов проигнорировал его сарказм. — И носи пока его. А бред или не бред, по ходу разберёмся.

Бурцев хмыкнул и ссыпал патроны в вазочку на столе.

* * *

Уехав от Сашки, Воронцов завернул в отдел. Спать почему-то не хотелось, а самое главное, почему-то не хотелось домой. Сжигая одну сигарету за другой, он ходил по кабинету, пытаясь свести воедино все те фрагменты, которые могли бы вывести его хоть на какую-нибудь реальную версию, взамен того, что предлагала Лена. К сожалению, если не отмахиваться от фактов, в реальную картину, вся эта история не вписывалась никак.

Плюнув в конце концов на бессмысленные потуги совершенно измученного мозга, он поехал домой.

Сидя в машине уже возле дома, Сергей выщелкнул магазин из «ГШ» и зарядил его присланными Леной патронами. Потом подумав, напялил толстую серебряную цепь на шею и браслеты из широких пластин на оба запястья. Амулет повесил сверху и словно глянув на себя со стороны, как-то брезгливо поморщился.

«На придурка похож точно, — подумал он. — Но что делать? Сашке велел, значит и сам побудь клоуном.»

Все эти мысли впрочем, волновали его мало. Он уже давно приучил себя не пренебрегать любыми мерами безопасности, какими бы странными и смешными, они не казались.

Наплевав на время, он снова позвонил Лене, но ответа так и не дождался.

— Ну и не больно-то надо, — как-то обиженно буркнул самому себе и зашёл в подъезд.

Тихо. А как собственно должно быть в начале пятого утра? На работу большинству вставать ещё рано. Вот через полчасика, уже зашевелятся. Он вызвал лифт, подождал пока откроются двери и протянув руку, нажал кнопку «3». Двери закрылись и лифт мягко тронулся вверх, а Сергей недобро усмехнувшись, неслышно ступая пошёл по лестнице.

Остановившись на последней ступеньке перед своим этажом, прислушался. Ничего. В подъезде стояла мёртвая тишина. Странно. Обычно всё-таки из некоторых квартир, доносятся хоть какие-то звуки…

«Да что ж такое-то, а? — разозлился на себя. — Так скоро от своей тени начну шарахаться!»

Ступив на площадку, автоматически оглянулся ещё раз и подошёл к двери квартиры. Ключ щёлкнул в замке, он нажал на ручку и… словно ледяной волной хлынуло ощущение опасности, раскалённым кнутом хлестнул по сердцу страх. Он ничего ещё не успел осознать, но рефлексы сработали за него. Как кошка отскочив назад, Сергей выхватил пистолет. Лязг затвора зловещим металлическим эхом отозвался в тишине подъезда. Амулет словно углём обжёг кожу и он не мог понять что почувствовал раньше — тревогу или горячую пластинку на груди?

«Всё правильно, — почти вслух прошипел он, чувствуя как вместо страха, в нем начинает закипать ярость. — Права Лена, но вы меня ещё не взяли. Сейчас и посмотрим, так ли вы страшны…»

Дверь, послушная лёгкому толчку, медленно открывалась. В расширяющийся проём, виднелся чёрный зев прихожей.

Тишина.

Пощупав ещё раз амулет, Сергей шагнул чуть ближе, одновременно сместившись в сторону так, чтобы в него нельзя было выстрелить из глубины квартиры. Тело, будто вспомнив всё прошлые боевые навыки, двигалось словно само по себе.

— В квартиру я не зайду, — стараясь придать голосу твёрдость, чётко сказал он. — Если пришли меня убивать, попробуйте. Если хотите поговорить, выходите. Если нет, ждите СОБРа, тогда посмотрим чего вы стоите.

Тишина в ответ.

Воронцов подрагивающей рукой достал телефон. Звук набора разнёсся в тяжкой, тягучей тишине, как сирена и тогда в глубине прихожей шевельнулась тень.

— Не надо никуда звонить, Сергей Александрович, — из темноты выплыло лицо… и Сергей отшатнулся.

Волосы зашевелились на затылке, к горлу подкатил ком. Лицо, обрамлённое капюшоном спортивной куртки, поразило мертвенной бледностью и столь же пугающей неподвижностью. Создавалось впечатление, что жили одни глаза — зеленовато-жёлтые, холодные и бесстрастные.

— Давайте обойдёмся без лишних свидетелей, — голос был тихий, бледные губы почти не шевелились. — Это в наших общих интересах. Я пришёл к вам поговорить и не собираюсь причинять вам никакого вреда.

— О чём? — каркнул Сергей, буквально физически ощущая скрежет в пересохшем горле.

— О том, что вы уже узнали и что вам больше не стоит пытаться узнавать, — ровно проговорил гость. — Однако может быть вы войдёте в квартиру? Не думаю что надо посвящать ваших соседей, в суть нашей беседы.

Воронцов скептически усмехнулся.

— Откуда я знаю, что ты один? — он повёл пистолетом в сторону входа.

— Вы явно переоцениваете свои силы, Сергей, — усмешка была еле заметной. — Думаете для переговоров с вами, Евгений Витальевич пошлёт всех своих сотрудников? Поверьте, если понадобится вас убить, я это сделаю с лёгкостью и ваш пистолет, вам не поможет.

— Ну так попробуй, — палец напрягся на спусковом крючке.

— Может всё-таки поговорим? — собеседник впервые шевельнулся, сделав полунасмешливый приглашающий жест.

— Хорошо, — решился наконец Воронцов. — Зажги свет и отойди на пять шагов назад, чтобы я тебя всё время видел.

— Как скажете, — гость протянул руку, в прихожей включился свет.

Он скользнул назад и Сергей шагнул к двери, но на пороге снова остановился.

— Говори здесь.

— Здесь не очень удобно.

— Неудобно тебе, зато удобно мне, — парировал Сергей.

— Боишься? — издевательски осклабился гость и Воронцов усмехнулся.

— Я давно вышел из пубертатного возраста, — сказал он. — Не надо меня брать на слабо. Как тебя зовут?

— Алексей…

Он метнулся к нему… нет не неожиданно… Как раз именно этого Сергей и ожидал, ожидал каждое мгновение, даже чуть дрогнул рукой с пистолетом и скосил в сторону глаза, чтобы создать видимость ослабления внимания. Ни на секунду не поверил он, что гость пришёл просто поговорить, каждый миг ждал атаки и всё равно пропустил её. Не неожиданно бросился гость, но так быстро, что глаз не мог уловить его движений. Глаз не мог, но рефлексы сработали верно. Палец дрогнул на спусковом крючке и «ГШ» зло рявкнул, разорвав тишину подъезда, оглушительным громом выстрела. В то же мгновение Сергей почувствовал жёсткий удар в руку, словно по ней врезали ломом. Пистолет вылетел из разжавшихся пальцев и сразу вслед за этим, мощный удар в грудь швырнул его назад. Он успел сгруппироваться, но удар спиной о стену был такой силы, что голова не удержалась и откинувшись назад впечаталась затылком. Показалось что от боли сейчас лопнут глаза, из лёгких выбило весь воздух и в какой-то миг, в бессильной попытке набрать его снова, Воронцов уже мысленно распрощался с жизнью. Он нашёл в себе силы кувырнуться в сторону, хотя скорее всего это был тоже простой рефлекс, привычного к рукопашному бою человека.

Звон в ушах от сильного удара затылком, мешал думать и что-либо понимать, но одна-единственная мысль — «Сейчас добьют», горела ярко. Однако даже сквозь боль он услышал ужасный, похожий на крик раненого зверя рёв. Нападавший стоял на четвереньках, прижимая руку к груди и дико ревел. Между пальцев, яркими рубиновыми каплями, выступала кровь. Взгляд существа, назвать его человеком не поворачивался язык, полный ненависти и страдания был устремлён на Сергея, вздёрнутая верхняя губа, обнажала длинные, острые клыки.

Ни раздумывать, ни пугаться не было времени и повинуясь слепому инстинкту, Воронцов схватил валявшийся рядом пистолет и рванулся к двери. Однако и тут он не успел: вампир вновь оказался быстрее. Он бросился ему навстречу и стремительно выбросив вперёд руку, схватил Сергея за горло. Казалось что будто каменная рука, сейчас просто раздавит ему глотку, но рука вдруг отдёрнулась и рёв перешёл в вой. Не пытаясь разобраться что произошло, Сергей дважды выстрелил в упор и на четвереньках бросился в квартиру. Оказавшись внутри, он кувырнулся через плечо и ударом ноги захлопнул дверь. Жуткая какофония сразу стала тише, но в следующий миг дверь содрогнулась от тяжёлого удара. Содрогнулась, но устояла. Не поднимаясь на ноги, Сергей опёрся спиной о стену и направив пистолет на дверь замер. Однако нового удара не последовало. Рёв прекратился, перейдя в какой-то стон и вскоре всё затихло.

Дрожащей рукой, дважды роняя телефон, Воронцов набрал номер отдела.

— Старший лейтенант Коржаков, — раздался сонный голос.

— Витя, это я, — морщась от боли в горле, прохрипел Сергей. — Группу захвата ко мне домой. И сами все сюда. Быстро.

— Саныч, это ты что ли? — голос Коржакова прозвучал с сомнением.

— Пушкин бля! — заорал Воронцов. — Шевели поршнями, твою мать!

6

— Ну и чего ты здесь болтаешься? — Сергей оторвал взгляд от кофейной чашки и зло посмотрел на Вадика Яновского.

— Так… ну-у… осматриваю…, - растерянно развёл руками молодой оперативник, уставившись на шефа.

— Какого хрена ты здесь осматриваешь!? — вызверился Воронцов. — Здесь ничего не происходило. В коридор шуруй осматривать.

Парень метнулся из кухни, а Сашка Бурцев положил ему руку на плечо.

— Чё ты кидаешься на пацана? Ясно, ему не по себе. Ну не знает он как себя вести, когда место происшествия — квартира его начальника. К тому же чудик этот, какое-то время в квартире у тебя болтался. Есть что осмотреть.

— Я уже сам осмотрел всё, — буркнул Воронцов. — С остальным пусть эксперты разбираются.

— Да уж, — протянул Сашка. — Из тебя сейчас такой осматриватель, что только держись. Повторно осмотреть не повредит.

— Слушай, ты то хоть не доставай, — завёлся Сергей.

— Да ладно, ладно, — Бурцев примирительно поднял руки. — Давай расскажи всё по-порядку.

Опергруппа и эксперты, работали уже почти два часа, но Сашка приехал совсем недавно. Поначалу Воронцов и вовсе не хотел его будить, однако потом не выдержал и всё-таки позвонил. С кем ещё он мог говорить откровенно, о том что произошло, а без откровенного разговора и точной информации, какие версии?

— Я уже рассказал, — Воронцов помассировал саднящее горло и хмуро уставился в окно.

— В общих чертах, — кивнул Бурцев. — Теперь давай в подробностях.

— Да нет никаких подробностей, — теперь Сергей массировал затылок. Он уже полтора часа, попеременно массировал всё что болело, а болело буквально всё: горло, затылок, грудь, рука…, - Во время драки, я толком ничего не видел. Он так двигается, что ни черта нельзя заметить. Помнишь, что говорил Марченко? Так вот — всё так и есть.

— Но лицо ты всё-таки разглядел?

— Разглядел… если это можно назвать лицом, — Воронцов помедлил. — Понимаешь, Саня, поначалу это было довольно обычное лицо. Хотя нет конечно, не совсем обычное: бледное очень и неподвижное какое-то. Но потом…, - он снова замялся и хмыкнул. — Это вампир, Саня. Теперь я точно уверен.

— А почему?

— Что почему?

— Почему так точно уверен? — пояснил Бурцев. — Потому что видел клыки?

Сергей усмехнулся. Сашка конечно прав. Странно всё-таки устроена человеческая психика. Имея кучу данных, он до самого конца не был уверен в своих версиях, а увидев ясный фольклорный атрибут, который сознание людей отождествляет с вампирским, сразу пришёл к однозначному выводу. Хотя не в этом естественно дело: испытать на себе — это всегда не одно и то же, что услышать от других.

— И клыки тоже, — подтвердил он. — И всё остальное. Права была Лена и только благодаря ей, я жив. Хоть даже и не верил до конца, а всё равно… если бы не её предупреждение и её помощь, мне бы давно порвали горло.

— Если бы не её предупреждение, ты бы вряд ли стал отправлять этому Шубину, своё провокационное сообщение, — задумчиво сказал Сашка. — А значит ничего бы и не случилось.

— Тоже верно, — через силу засмеялся Сергей.

— Ну вот, — Сашка закурил очередную сигарету. — Он назвал тебе имя Шубина, потому что был уверен что ты уже никому ничего не расскажешь, так наверное?

— Очевидно что так, — согласился Сергей. — И что?

— Как что? Теперь им надо убить тебя как можно быстрее, так ведь? Желательно было ещё сегодня ночью.

Сергей невольно вздрогнул и они оба посмотрели в окно. За окном уже брезжил зарождающийся рассвет.

— Ну вот, — Сашка весело подмигнул ему. — Сегодня они видать уже не успели.

— Я же тебе объяснял, что для некоторых из них — свет не помеха.

— Но ты так же говорил, что это большая редкость.

Сергей болезненно сморщившись, снова помассировал затылок. Головная боль, усталость, непонимание того, что делать дальше, доводили его до какого-то отупения. Он яростно тряхнул головой, застонав от пронзившей затылок боли и решительно посмотрел на Бурцева.

— Так, у тебя предложения есть?

— Ну это очевидно, — тот пожал плечами. — Тебе надо наговорить на видео всю свою информацию, кроме того написать то же самое на бумаге, размножить и отдать мне и кому-то из своих армейских друзей. До Шубина довести, что если он не откажется от мысли тебя убить, вся эта инфа пойдёт в ФСБ, прессу, ну и так далее. Не знаю поможет ли это, но во всяком случае попробовать стоит. Прессовать его самого я думаю бессмысленно. То что какой-то урод назвал его имя, нам ничего не даст. Не в его случае по крайней мере — слишком уж он серьёзный человек.

— Знать бы, боится ли он солнца? — задумчиво сказал Сергей. — Если да, то любая шумиха вокруг, должна его напугать. Если же нет, то и дёргаться нечего.

— Так позвони своей ведьме, — подмигнул Сашка. — Может она знает?

— Может и знает, — проворчал Воронцов. — Только она не отвечает, а теперь я и сам звонить не буду.

— Почему? — не понял Бурцев.

— Мы в принципе договорились, что она сама позвонит, вот и пусть звонит. Не хватало мне только, искать защиты у бабы.

— Не дури, Саныч, — возмутился Бурцев. — Тут дело-то нешуточное.

— Вот поэтому и не буду, — упрямо мотнул головой Сергей.

— Ну, хозяин — барин, — развёл руками Сашка. — Так что тогда?

— Будем делать как ты предложил и копать на этого Шубина. Надо копнуть его связи. Ведь на чём-то его можно зацепить?

— Если они действительно… вампиры, то думаю что у нас не много шансов. Они просто убьют нас. Как ночью-то действовать?

— Саня, я не настаиваю, — угрюмо бросил Сергей.

— Опять начинаешь? — разозлился Бурцев. — Я лишь пытаюсь правильный путь найти. Договариваться ты с ними не собираешься?

— Посмотрим, — Воронцов в который раз потрогал холодный амулет. — Не я начал эту войну. Если они хотят договориться, пусть дадут знать.

Сашка с сомнением покрутил в пальцах очередную сигарету и посмотрел на Сергея.

— Как же тебе всё-таки удалось отбиться от него, если он такой быстрый и сильный?

— Серебряные пули его остановили, а когда он схватил меня за горло, вероятно обжёгся о цепь, — Сергей помолчал. — Я до приезда группы, думал об этом. Лена. Лена меня спасла. Понимаешь, Саня, я такой силы и скорости никогда ещё не встречал. За ним просто невозможно уследить и ещё… в голове как будто туман какой-то…

— И всё-таки ты успел удрать в прихожую.

— Если бы ты видел как я галопировал на карачках, когда скакал к двери, ты бы не удивился, — мрачно усмехнулся Воронцов.

Сашка хмыкнул и вновь уставился в окно.

— Крови нет, — в кухню зашёл эксперт Дима Томилин. — Нигде.

— Ты охренел что ли? — взвился Сергей. — Кровь у него шла, я видел.

— Что ты орёшь на человека? — следом показалась Вика. — Нету крови Серёжа. Кое-какая биология есть на полу — с этим мы ещё будем разбираться — а крови нет.

Воронцов медленно опустился обратно на стул. Внезапно навалилась такая усталость и обречённость, что ему захотелось просто лечь и уснуть.

«Что же такое происходит?» Он ощущал себя совершенно беспомощным. Практически даже нападение на себя, он доказать не мог. Никаких прямых фактов, только косвенные. Не будь он сам полицейским, в такой ситуации могли ещё и загрести в КПЗ, за пальбу в подъезде.

«Лечь и уснуть» — единственная мысль, которую измученный мозг, мог уловить чётко. Действительно, надо выспаться. Необходимо. Похоже теперь ситуация складывается так, что спать ему нужно днём. А ночью… что ж, ночью видать спать не придётся. Пока он не разберётся со всем этим, ночи вероятно его ждут непростые.

— Ладно, — Сергей повёл шеей, словно вновь чувствуя на горле холодную, твёрдую как камень руку и снова поднялся на ноги. — Викуся, посмотрите внимательно, хорошо? Хоть что-то же должно быть. Саня, остаёшься за старшего. Я в отдел, мне надо поспать. Вернётесь, разбудишь меня.

Хлопнув Бурцева по плечу и прикоснувшись к руке Вики, Сергей вышел из квартиры.

* * *

Зловещие уродливые тени, светящиеся глаза, клыки, дикая боль в шее и кровь, тёплым потоком струящаяся по коже и запах — тяжкий, душный запах, старой, засохшей крови вокруг — не собираемые в единую картину, обрывочные, странные образы…

— Саныч! — из кошмара сна, его вырвал голос Бурцева и рука, трясущая за плечо.

— А…, - Сергей подскочил на диване, мгновенно приходя в себя. — Что такое?

— Да ничего, — Сашка отошёл и сел на стул. — Тебе что снится-то? Кричишь во сне, будто тебя пытают.

— А-а…, - Воронцов спустил ноги на пол и с силой потёр руками лицо. — Типа того наверно. Чертовщина какая-то снится. Ты вернулся уже?

— Я давно вернулся, — хмыкнул Бурцев. — Уже два раза вернулся. Поговорил кое с кем.

Сергей посмотрел на часы: половина четвёртого.

— Ого, вот это я поспал. Чего ты меня сразу не разбудил?

— А чего тебя будить? Выспаться-то тебе надо, — он прошёл к столику с чайником, щёлкнул кнопкой. — А я пока кое-чего разузнал.

— Ну и?

— Ну и есть много любопытного, — Сашка открыл холодильник и достал колбасу, сыр, хлеб, стал не спеша разворачивать, собираясь делать бутерброды.

— Ну давай не тяни, Саня, — Сергей потянулся за сигаретами. — Что там?

— Шубин этот твой — очень занятная личность.

— Это я заметил, — Воронцов угрюмо затянулся. — И что?

— А то, что он как бы всюду есть и в то же время его как бы нигде нет.

— Что это значит? — разозлился Сергей. — Ты нормально можешь говорить?

— Могу, — радостно кивнул Бурцев и вернулся к столу. — Я заехал к Ольке Синициной, ну ты помнишь её?

— Ну, — подтвердил Воронцов. — Зазноба твоя, давняя. Помню.

— Ну это в прошлом, — махнул рукой Сашка. — У нас оказались слишком разные взгляды на совместную жизнь, — он улыбнулся. — В общем ты помнишь конечно?

— Да помню я, помню, дальше что?

— Так она сейчас в СК работает. На информации. Ну ты знаешь.

— Знаю, — Сергей почувствовал, что начинает раздражаться. — Может ты всё-таки что-нибудь по делу скажешь, а? Что ты заладил — помнишь, знаешь? Знаю я всё.

— Нервный ты стал, — хмыкнул Бурцев. — Я тебе кучу информации принёс, а ты ко мне без всякого уважения.

Сашка явно дурачился и Воронцов знал что обычно так бывает, когда у него действительно есть что-то важное. Он постарался подавить раздражение.

— Слушай, Саня, мне сейчас действительно не до шуток юмора. Говори давай быстрее.

— Ну ладно, — Бурцев перестал улыбаться, встал и пошёл заваривать кофе. — Вот смотри. Олька, как ты помнишь, баба умная и красивая, а ещё хитрая как чёрт знает что и работает она там уже довольно давно. Многие не прочь с ней позаигрывать и она этим пользуется на всю катушку. В общем она знает или по крайней мере может узнать, гораздо больше чем ей положено по работе. Так вот она узнала для начала, что дело это забрали по приказу с самого верха. От кого точно было распоряжение, она естественно выяснить не может, но откуда-то очень сверху. Чуть ли не из администрации президента.

— Ни хрена себе, — Сергей почувствовал, как пересохло в горле. — Чуть ли или из администрации?

— Говорю тебе — не знает она, — Сашка подошёл к столу и поставив перед Сергеем чашку, сел. — Кто тебе такое скажет? Слух просто.

— Забавно, — Воронцов отпил кофе. — И что дальше?

— А дальше, она подняла всё что могла об этом Шубине. С тебя, к слову сказать, бутылка, потому что мне это стоило свидания, а я, — Бурцев замялся. — Ну в общем я не очень бы хотел с ней снова связываться: от неё потом отвязаться трудно. А информация эта, не особо по её профилю и достать её было не так уж просто. Она поначалу вообще не хотела в это лезть. Знаешь чего мне стоило её уговорить?

— Я понял — свидания, — ухмыльнулся Сергей.

— Смешно тебе, — Сашка грустно усмехнулся. — Ну да ладно. Короче, Шубин этот, по-видимому действительно ужасно богат, но… нигде он толком не засвечен, нигде себя не афиширует, нигде не выступает… ну телевидение там или ещё что. Судя по всему, интересы у него в самых разных отраслях, а у самого на балансе, по налоговым декларациям, небольшая охранная фирма и какое-то турагентство. Это само по себе странно, согласись. В наше время миллионеры наоборот стараются всюду светиться, никто своего богатства не скрывает, ну если конечно оно не криминальное. А этот — просто Корейко какой-то.

— Так может и нет такого уж большого богатства? — предположил Сергей. — С чего ты взял-то, что есть?

— А с того, что его фамилия, мелькает на некоторых документах, в очень серьёзных корпорациях. Мелькать мелькает, а зацепиться не за что. Может если тщательней покопать…, но пока, то что удалось поднять Оле — это всё круги на воде. Кроме того, я зарядил ребят поездить по его фирмам и вообще там, где он хоть как-то засвечен. Так вот, его никто никогда не видел. Все вопросы решаются через менеджеров. Лишь один человек, владелец одной очень крупной фирмы, сказал мне что встречался с ним всего пару раз на каких-то фуршетах. А у него с Шубиным, очень плотное сотрудничество по бизнесу. Странно, правда?

— Ты что, сам ездил и сам с ним говорил? — напрягся Сергей.

— Ну.

— На черта? Ты же подставляешься, Саня.

— Так а что ты предлагаешь? — Бурцев отодвинул пустую чашку. — Как иначе выяснить-то? О нем вообще почти никакой информации. Если мы хотим что-то найти, так или иначе придётся светиться.

Сергей встал и медленно прошёлся по кабинету. Неопределённое, трудно поддающееся анализу чувство опасности, сменялось ясным пониманием того, что он влез уже настолько глубоко в это дело, что обратного пути у него скорее всего нет.

«Если Лена действительно рассказала правду, они в любом случае убьют меня,» — пришла чёткая и на удивление спокойная мысль. У них просто нет другого выхода. Если они и в самом деле существуют… скрываются веками, оставаясь лишь размытыми персонажами мрачных легенд и лубочными героями современных фильмов и комиксов, то главная их сила, главное оружие — это неверие людей и они ни в коем случае не могут допустить, чтобы какая-то информация выплыла наружу. Так что же делать тогда? Чем можно их напугать? Прав Сашка, возможно их может остановить опасность разоблачения. Что ж — хорошо.

Сергей повернулся к Бурцеву.

— Вот что, Саня, занимайся пока другими делами. Мне надо подумать и написать-наговорить всё то, что мы обсуждали. Потом решим кому и как это предоставить — телевидению, прокуратуре, ФСБ, ещё кому… посмотрим. Ребят к этому делу больше не подключай и сам тоже ничего не предпринимай.

— Как скажешь, — уже подойдя к двери, Сашка обернулся. — Ты где эту ночь будешь проводить.

Воронцов кисло усмехнулся. На языке вертелось несколько похабных шуток, но с другой стороны шутить как-то совсем не хотелось.

— Видно будет, — сказал он и вернулся к столу.

* * *

То что телефон почему-то отключен, он обратил внимание только когда закончил свой опус. Перечитывая его и затем прослушав то, что наговорил на диктофон, Сергей никак не мог избавиться от нервного смеха. Кто вообще воспримет всерьёз всю эту ахинею? Как можно такое послать на телевидение, не говоря уже о ФСБ?

«Впрочем писалось всё это, — успокоил он себя. — Лишь на случай если меня уже грохнут, а значит попасть в психушку, во всяком разе не грозит.»

Он грустно усмехнулся, размножил на компьютере файлы, скинул на свою почту, ещё на несколько адресов, на флешку, распечатал текст на принтере и с удовлетворённым видом закурил, откинувшись в кресле.

— Вот, — сказал вслух. — Полная клиническая картина. Даже дополнять ничего не надо.

Включил телефон, (он так и не смог вспомнить когда его выключал) и тут же услышал переливы поступающих сообщений.

Три! И все от Лены. Ого! В течение последнего часа, она трижды написала ему одну и ту же фразу: «Срочно позвони. Очень срочно!»

Он набрал её номер.

— Да! — она рявкнула в трубку, после первого гудка и тут же добавила. — Идиот.

— Вообще-то меня Сергей зовут, — несколько опешив, сказал он. — Но и тебе доброго вечера, солнышко.

— Ты идиот, — зло повторила она. — Ты что натворил? Мы же договаривались с тобой.

— Честно говоря, я как правило не позволяю женщинам, да и мужчинам тоже, так с собой разговаривать, — Воронцов почувствовал, что начинает заводиться. — Но учитывая, что…

— Учитывая, что ты жив только благодаря мне, ты можешь и заткнуться, — резко перебила она.

Как обычно, она наперёд знала его мысли, однако сейчас он был слишком эмоционально вымотан, чтобы оценить это.

— Послушай, Лена, — он устало вздохнул. — Я сейчас не в самой лучшей форме, чтобы ругаться с тобой. Если ты собираешься продолжать в том же духе, давай лучше отложим разговор.

Гробовое молчание в трубке, длилось наверное с минуту.

— Прости, — выдохнула она наконец. — Нам надо встретиться. Немедленно.

— Хорошо, — он и сам не ожидал, какое облегчение почувствует от этих её слов. — Подъехать к тебе?

— Только сейчас, сразу. Сможешь?

— Да.

— Ты можешь подъехать не на своей машине, а например с патрульным экипажем?

— Зачем?

— Надо.

— У тебя что-то случилось?

— У тебя случилось, — прошипела она. — Ты не понимаешь, что тебя в любой момент могут убить?

— Не волнуйся, я разберусь.

Даже по телефону он ощутил, что Лена готова сорваться на крик, однако ответила она спокойно.

— Чёрт бы тебя взял, Воронцов, — Сергей словно физически ощутил в её голосе, звон натянутой струны. — Хорошо. Только будь очень осторожен. Я прошу тебя. Позвони мне на подъезде. Обязательно.

Сделав несколько звонков старым армейским друзьям и подробно проинструктировав их как открывать и что делать с его файлами, если с ним что-нибудь случится, он выключил компьютер и вышел из кабинета.

* * *

Звонить Лене он конечно не стал, но действительно соблюдал предельную осторожность. Остановив машину метров за триста от её дома, он какое-то время пристально наблюдал за улицей, затем подъехал ближе и снова остановившись, осмотрел окрестности подъезда.

Всё было тихо. С виду. Хотя что можно сказать, если понимать что стрелок с винтовкой, может находиться и в полукилометре отсюда. Да и в любой из припаркованных машин, могут сидеть люди. Разве разглядишь в темноте?

Резкий звонок телефона, заставил его вздрогнуть.

— Ты где? — в её голосе звучало нетерпение.

— Возле твоего дома, — ответил он. — Сейчас поднимусь.

— Нет, — жёстко сказала она. — Сиди в машине, я сейчас спущусь.

— Давай, — спорить с ней было видимо совершенно бесполезно.

Сергей завёл двигатель и подъехал к самому дому. Вылез из машины и держа руку на рукоятке «ГШ», быстро пошёл к подъезду. Он едва успел позвонить в домофон, когда дверь открылась и Лена схватив его за руку, втащила внутрь. С силой втащила, дёрнула из всех сил, он даже удивился, откуда у неё столько силы. Его будто окутало каким-то странным теплом и запах, ощутимый и терпкий, горьковатый и сладкий одновременно, заставил вспомнить обе предыдущие ночи и забыть о том, что он должен оставаться начеку. Он не смог бы определить, что именно за запах сопутствует ей, он вообще никогда не был силён в запахах, но чувствовал как начинает кружиться голова и его снова, даже без её взгляда, тащит в какую-то тёмную бездну.

Секундой позже, Лена резко отстранилась.

— Идём.

От неожиданности Сергей выпустил её из рук.

— Это всё?

Она не ответила, а нажав кнопку лифта, впихнула его в кабину. Пока лифт поднимался наверх, Лена не отрываясь смотрела на кнопки и он мог видеть её прекрасный, чеканный профиль, гневно подрагивающие крылья носа, зло прищуренные глаза. Она была так красива, что ему даже не хотелось думать, что им сейчас придётся вести какой-то серьёзный разговор, однако выходя из лифта, он тем не менее привычно положил руку на рукоять пистолета. Она заметила это его движение.

— Здесь никого нет, — сказала отрывисто. — Раньше надо было беречься.

Войдя в квартиру, она закрыла дверь на два замка и взяв с вешалки, приладила на дверь какой-то деревянный амулет, с то ли вырезанными, то ли выжженными на нём, странными рунами.

— Это что?

— Это не даст открыть дверь с той стороны, — ему показалось, что она будто расслабилась. Всё её тело, словно сбросило какое-то напряжение.

— Мы ждём осады? — усмехнулся он.

Лена посмотрела на него без улыбки. Какое-то мгновение ему показалось, что она готова закричать, впрочем может только показалось, потому что заговорила она ровным голосом.

— Мы ждём звонка, от которого вероятно зависит твоя жизнь.

— Ишь ты, — Сергей зло усмехнулся. — Не слишком ли самонадеянно? Это кто это у нас принимает такие решения?

— Тот, кто может их принимать…, - она запнулась. — Господи, Серёжа, ты же обещал мне ничего не предпринимать до сегодняшнего вечера. Мы же договорились вроде? Зачем ты полез во всё это?

— Во что? — они прошли в гостиную.

— Во всё, — Лена швырнула на диван чётки из красных, матово поблёскивающих камней и села на высокий стул возле кухонной стойки.

Сергей остановился чуть поодаль, облокотившись плечом о выступ арки при входе в кухню.

— Ладно, — успокоительно сказал он, видя что она на взводе. — Что всё-таки происходит, ты можешь спокойно объяснить?

— А ты не понимаешь?

— Не совсем.

— Ты отлично понимаешь! — психанула она. — Что ты строишь из себя идиота? Мы же договорились, что ты подождёшь. На кой чёрт тебе понадобилось его дразнить?

— Кого?

Сергей видел как она напряглась, пытаясь взять себя в руки и вдруг, после явной секундной внутренней борьбы, неожиданно нервно рассмеялась. Взяла со стойки сигареты и соскользнув со стула, подошла к нему. Он снова невольно залюбовался ею. Тёмно-серый, строгий, элегантный костюм, смотрелся на ней столь же завлекающе, как и полураспахнутый шёлковый халат. От неё веяло таким диким сексуальным магнетизмом, что казалось совершенно неважным во что она одета. Ему подумалось, что даже вынырни она из помойного контейнера или канализационного люка, она останется такой же желанной и притягательной.

— Ведьма, — он сказал это с таким вкусом и чувством, что она на миг будто перестала злиться.

— Чёртов ты дурак, — Лена ласково коснулась рукой его щеки. — Ты даже не понимаешь, насколько ты близок к смерти. Вы никогда этого не понимаете… Господи, ну зачем? Я же всё объяснила тебе, почему ты мне не поверил?

— Я поверил тебе, Лена, — тихо сказал Сергей. — Только поэтому я до сих пор жив.

— Слава богу, что ты хоть понимаешь это.

— Понимаю, — он заглянул ей в глаза. — Очень хорошо понимаю и я благодарен тебе. Я никогда этого не забуду.

— На черта мне твоя благодарность? — хмыкнула она. — Мне хотелось бы, чтобы ты был жив, а ты с достойным лучшего применения упорством, пытаешься укоротить свои дни. И тебе это почти удалось, кстати.

— Ну это мы ещё посмотрим.

В её взгляде мелькнуло что-то похожее на презрение.

— Не будь идиотом. Убить тебя, для него раз плюнуть. А ты, насколько я понимаю, сумел таки его разозлить. Интересно, как тебе это удалось?

Она прошла в гостиную, села на диван и достала сигарету. Сергей пристроился рядом, щёлкнул зажигалкой.

— Ты про Шубина? — усмехнулся он. — Как ты об этом узнала?

Лена несколько раз затянулась, глядя куда-то в одну точку, словно не слыша вопроса. Он уже собрался повторить, но она вдруг повернулась к нему.

— Два дня я пыталась выяснить что происходит, встречалась с такими людьми, что… Вот объясни мне, какого хрена!? — она снова завелась.

— Слушай, Лен, — Сергей тоже достал сигареты. — Может хватит восклицаний? Ты можешь объяснить толком?

— Мне казалось, я всё тебе объяснила в прошлый раз. Думала — ты понял. Оказывается — нет. Что ты сказал ему, что он решился убить тебя?

— Я послал ему смс-ку, что вытащу его на солнце, — улыбнулся Сергей. — Но откровенно говоря мне кажется, что он принял решение уже до того, как я от него вышел.

Лена вытаращила на него глаза.

— Ты ненормальный. Ты дал ему понять, что знаешь кто он такой… на что ты рассчитывал?

— На то, что и произошло, — он подмигнул ей. — Говорю же тебе, я уверен что он принял решение уже в конце моего визита. Так с какой стати, давать ему время на хладнокровные действия? Надо было подстегнуть его. Он занервничал и допустил ошибку.

— Он не допустил ошибки…, вернее… ну да. Он не знал, что ты весь в серебре, что у тебя амулет…, - она вдруг улыбнулась. — Если бы не патроны, у тебя не было бы никаких шансов. Впрочем их и так почти не было, — она задумалась на мгновение и посмотрела на него со смесью восхищения и жалости. — Ты совершенно ненормальный.

— Я опер, — хмыкнул он. — Я всю жизнь, привык рисковать. И я знаю, что когда человек действует сгоряча, он ошибается.

— Он не человек, — зло сказала она. — Ему около трёхсот лет. Он действительно прокололся сейчас, но второй раз этого не случится.

Сергей встал и прошёлся по комнате, непроизвольно массируя до сих пор саднящее горло, пытаясь собраться с мыслями. На душе было гадостно. Слишком уж хорошо он знал насколько просто убить любого человека, имея деньги и соответствующие связи. Умирать же пока, совсем не входило в его планы. Но что же тогда делать? Натравить на Шубина СОБР, подняв большой скандал и заявив о своей уверенности, что именно он пытался его убить? Не вариант это. Не успеет он сделать это быстро, а пока все будут телиться, его просто грохнут. Да и… доказательств-то никаких. Одни слова, а слова штука ненадёжная, когда имеешь дело с такими как этот Шубин. Его адвокаты просто высмеют такой глупый и бездоказательный поклёп… Мысли путались, никак не желая складываться хоть в какую-то стройную картину.

«Права Лена», — в очередной раз отметил он. Всё произошло точно так, как она и говорила, а раз так, то возможно действительно надо поступить как она советует.

— Так и что же ты собираешься предпринять? — он повернулся к ней.

— Я попросила своего, гм… знакомого устроить мне встречу с хозяином Москвы, чтобы попытаться как-то договориться, а заодно попросить за тебя, чтобы тебя не убили… по крайней мере сразу… Тебе придётся с ним встретиться.

— Обнадёживающе, — Сергей кисло улыбнулся. — То есть о моём желании никто не спрашивает?

— Твоё желание уже не имеет значения, Сережа, — хмуро сказала Лена. — Если ты откажешься, тебя точно убьют. Это вопрос пары дней. В лучшем случае.

— Только теперь, это обойдётся им довольно дорого, — в тон ей, так же хмуро сказал Сергей. — Как только я умру, инфа разойдётся по ФСБ, газетам и прочему.

— Да кто поверит-то в это? — она насмешливо посмотрела на него.

— А это несущественно, — едко парировал он. — У меня есть люди, имеющие очень хорошие возможности, правильно подать информацию и подать её кому надо. Ведь как я понимаю, их главная сила — это тайна, а вот с тайной как раз, после этого будут большие проблемы.

— Глупости, — Лена достала новую сигарету и нервно закурила. — Вмешаются маги и всё останется как прежде. Так уже бывало, поверь мне, — она снова усмехнулась, глядя на него. — Думаешь ты первый в истории, кто грозил нарушить тайну их существования?

— А магам-то это зачем? — спросил он заведомо сознавая, что задаёт глупый вопрос.

Лена лишь молча пожала плечами, понимая видимо, что ответа он не ждёт.

Сергей стиснул зубы.

— Хорошо, — нехотя процедил он. — Встретимся, раз ты настаиваешь.

Ему очень не хотелось показывать своё бессилие, но он чувствовал, что другого выхода наверное действительно нет. Вероятно поэтому он и сказал последнюю фразу, лелея свою гордость, пытаясь выдать своё решение, за уступку её просьбе. Поймав себя на этом, Сергей даже рассмеялся, настолько детской и глупой, выглядела эта попытка.

Лена смотрела на него серьёзно, без улыбки.

— Правильно говорит твоё чутьё, Серёжа, — она как обычно, словно читала его мысли. — Ты же привык доверять ему, вот и доверься теперь тоже. Пойми, не может человек бороться с ними, во всяком случае такими методами, к каким привык ты. Они сильнее, быстрее… ты же сам в этом убедился… да, они тоже уязвимы, но использовать эту уязвимость, ты всё равно не сможешь. Они очень долго живут, и за эту долгую жизнь, способны изучить людей так, как ты никогда не сумеешь изучить их. Большинство из них обладает уникальной памятью на лица, цифры, любые детали. Сложные изменения химии мозга, приводят к невероятному обострению всех чувств и ощущений. Они чувствуют живую кровь и слышат биение твоего сердца, за несколько десятков метров, а некоторые — старые вампиры, умеют воздействовать на психику и сознание людей. Я сама видела, как они погружают человека в сон, буквально на ходу, — она улыбнулась. — Не такого как ты конечно, с тобой я думаю, это не пройдёт. У тебя очень сильная ментальная защита, удивительно сильная для обычного человека, но и твоё внимание, я уверена, достаточно старый вампир может отвлечь легко.

Она поднялась с дивана и пройдя на кухню открыла холодильник.

— Я есть хочу, — чуть повысила голос, почти скрывшись в огромном морозильном шкафу. — Ты будешь что-нибудь?

— Кофе, — Сергей принялся искать зажигалку, нашёл её на диване и снова закурил. Противный вкус никотина на языке, уже вызывал раздражение, но он всё равно затянулся и пошёл к ней на кухню.

Бодро заурчала кофейная машина, а Лена поставила на стол большую тарелку с готовыми бутербродами, мясную и сырную нарезку, икру, какой-то салат.

— Тебе надо что-нибудь поесть, — бросила через плечо, ставя кофейные чашечки на поднос. — Когда ты ел в последний раз?

Сергей неопределённо пожал плечами, уныло созерцая деликатесы. Есть ему не хотелось.

— Силы тебе понадобятся, — настойчиво повторила она. — И да, вот ещё что…, - она ушла в дальнюю комнату и вернулась через пару минут с маленькой бутылочкой зелёного стекла.

Открыв её и налив в стакан воды, плеснула из бутылки странную, желтоватую жидкость.

— Выпей, — поболтав, протянула ему стакан.

— Это что?

— Травяной настой… и ещё кое-что, — улыбнулась она. — Он придаст тебе сил. Пей, не бойся.

Скептически хмыкнув, Сергей молча взял стакан и выпил его содержимое. Он так и не решил до сих пор для себя, до какой степени готов доверять ей, но теперь уже видимо это не имело значения. Раз согласился действовать по её плану, чего уж теперь?

— Надеюсь не отравлюсь, — всё же буркнул он не удержавшись.

— Хам, — отрезала Лена. — Если бы я хотела тебя отравить… чего уж проще?

Он улыбнулся и притянул её к себе ища губы. Её волосы источали лёгкий запах лаванды — этот запах он всё же узнал, а может просто думал, что узнал. Но ведь не было этого запаха, там в подъезде. Там запах был другим. Или это ему казалось? Да чёрт с ним, со всем. Сергей понял что ещё секунда и он возьмёт её на руки и понесёт в спальню, а может и не понесёт вовсе. Чем кухня хуже, собственно говоря?

Она видимо тоже поняла это и слегка отстранилась, коснувшись пальцами его губ.

— Не сейчас, — прошептала тихо.

— Почему?

— Потому, — громче сказала она. — Тебе нужно сохранить силы, — она отвернулась. — Ты же знаешь, как это будет…

Он выпустил её из рук. Да уж — он знал. Слабость, от которой шатает во все стороны, какая-то лёгкая эйфория в голове… да чёрт возьми…

— Это что, всегда так будет? — зло спросил он.

— В той или иной степени, — Лена нежно коснулась его щеки. — Но сейчас это точно не ко времени.

Сергей молча сел на стул, стараясь отвлечься от мыслей о её теле, которые уже заслонили в голове, все остальные. Получалось это плохо.

— Нет, ну так невозможно, — рассмеялся он и с силой потёр виски. — С ума сойти просто…

Она откинула голову и весело рассмеялась, очевидно отлично поняв смысл его реакции.

— Я такая, — отсмеявшись, лукаво посмотрела на него. — Что, не подхожу?

— Для чего? — Сергей сказал это язвительно, хитро прищурившись и она бросила в него апельсином.

Резко вскинув руку, он поймал фрукт.

— Ладно, — положил апельсин на стол. — Раз больше ты всё равно ничего не разрешаешь, давай поговорим.

Будто возвращаясь из сладкого сна в серую, жестокую реальность, заныло сердце, с новой силой закрутился хоровод безрадостных мыслей.

— Давай, — она села на стул возле стойки, словно нарочно сохраняя дистанцию.

— Ты можешь рассказать мне о них подробнее?

— Что тебя интересует? — Лена побарабанила бордовыми ногтями по столешнице. — Я сама не очень много знаю. Мне никогда это не было особо нужно. Когда-то я не имела представления об их существовании, а потом, когда узнала, оказалась уже вне опасности. Ни маг, ни ведьма, не может стать объектом охоты вампира, не говоря уже о том, что они в наше время охотятся относительно не часто.

— Маги поддерживают друг друга? Поэтому вампиры не рискуют связываться?

— Поддерживают…, - она сказала это с какой-то странной интонацией, словно не подтверждая и не опровергая, и вдруг глумливо рассмеялась. — Хорошее слово ты придумал — «поддерживают». У магов столько внутренних проблем и дрязг, столько недоверия и взаимных подозрений, что они очень редко друг друга «поддерживают». Я бы сказала, что скорее наоборот. Но конечно убить мага или ведьму, вампирам не позволят. По крайней мере в подавляющем большинстве случаев. Это… ну это в общем как плевок в лицо Великим. Кому понравится, когда тебе плюют в лицо? Да и к чему всё это? Маги крепко хранят тайны своих знаний, в том числе и знаний о вампирах, а неумершим больше ничего и не надо.

— То есть ты, рассказав мне обо всём этом, подвергла себя опасности, так? — Сергей напряжённо поглядел на неё.

Лена долго смотрела ему в глаза и наконец усмехнулась.

— Наверное так, — нехотя произнесла она наконец. — Впрочем… тебя в первую очередь…

— Зачем?

— Что, зачем?

— Зачем ты подвергала себя опасности? — он не отрывал от неё взгляда и она отвела глаза.

— Лена?!

— Да какая разница? — зло бросила она. — Я сделала глупость, такой ответ тебя устроит?

— Нет, — усмехнулся Воронцов. — Никак не устроит. Ты слишком не похожа на женщину, делающую подобные глупости. Так зачем?

— Иди к чёрту, — Лена соскользнула со стула. — Если ты не способен это понять, то ты вообще полный дурак. И мужлан к тому же, — она отвернулась к окну.

Резко поднявшись, Сергей подошёл к ней и с силой развернув к себе, взял её лицо в ладони и заглянул в глаза.

— То есть я правильно понял? — осторожно спросил он.

— Я не знаю что ты понял? Я сама ещё ничего не понимаю. Со мной никогда такого не было наверно. Ты знаешь сколько у меня было мужчин? — она как-то вульгарно усмехнулась.

Сергей захохотал.

— Представляю себе.

— Даже примерно не представляешь, — едко ухмыльнулась она. — Пока я не научилась правильно собирать энергию… впрочем всё это не важно.

Вдруг она резко оттолкнула его.

— Ну всё, хватит! У нас ещё будет время поговорить об этом. Сейчас ты вроде хотел о чём-то спросить?

— Хотел, — Сергей провёл рукой по волосам и невольно рассмеялся. — Только забыл о чём.

— Ну так сядь и подумай, — она снова толкнула его в грудь обеими руками, правда на этот раз легко.

— Они вообще мёртвые или живые? — вспомнил он вопрос, который крутился у него в голове уже некоторое время.

— Трудно сказать наверняка, — Лена села к столу и потянула его за собой. — Вернее не так, живые конечно… только…, - она замолчала, словно обдумывая что-то. — Возможно это состояние, можно считать промежуточным между смертью и жизнью. Хотя некоторые маги считают, что после первого этапа процесса, который составляет четыре недели — полный лунный цикл — человек всё же умирает, а по окончании второго этапа, когда после следующих четырёх недель, «птенец» выходит из комы, или скорее анабиоза, он возрождается уже другой сущностью. Кто-то полагает, что это можно назвать второй жизнью, кто-то — посмертием. Впрочем терминология мало что меняет. Физиология организма вампира, кардинально отличается от человеческой, но всё же она есть и следовательно вряд ли это можно назвать смертью. Вампиры — не люди, они совершенно иные существа, но мёртвыми, они скорее всего тоже не являются. Да чёрт их знает на самом деле.

— Какие ещё способности есть у них?

— Каких-то особенных, не так уж много, если не считать невероятную способность к регенерации всех тканей и органов. Они намного лучше видят и слышат, чувствуют запахи, причём эти способности растут с годами. У так называемого, «новорождённого» вампира, все эти качества не особенно превосходят обычного, пусть даже хорошо тренированного человека. Однако со временем, — Лена на секунду задумалась. — Как бы это тебе объяснить…, в общем постепенно происходит что-то вроде замещения молекул и клетка за клеткой, плоть становится нечеловеческой, а вместе с ней, нечеловеческим становится сознание. Как я уже сказала, изменение химии мозга, физиологии организма и нервной системы, преобразовывают психику и постепенно вырабатывают новый поведенческий стереотип. В подавляющем большинстве, старые вампиры относятся к людям как к существам второго сорта, хотя восприятие смертных как добычи, пожалуй в наше время несколько изменилось. Хотя… в общем я мало о них знаю, Серёжа, — вздохнула она. — Во всяком случае, что касается каких-то нюансов.

— Насколько они боятся солнечного света? — Сергей отпил кофе, с удовольствием смакуя терпкий и возбуждающий аромат «Эсмеральды».

— Чем старше, тем меньше… видимо, — Лена откинулась на спинку стула. — «Новорождённый» не только боится, но насколько мне известно, даже не в состоянии бодрствовать в дневное время, а те кому больше ста лет, могут вполне не спать весь день, находясь в полностью герметичном помещении. Старшие же, вообще могут быть просто в комнате, с плотно задёрнутыми шторами. Светонепроницаемыми шторами, разумеется. Даже мизерное проникновение дневного света, вызывает у них сильный дискомфорт и болевые ощущения. Всё это конечно касается, лишь света как такового. Прямое попадание солнечных лучей, сжигает их напрочь и это не зависит от возраста. Я никогда не видела этого процесса, но говорят его нельзя остановить ничем. Впрочем это не огонь, насколько я понимаю — это что-то вроде обугливания, практически без всякого огня: какая-то необычная, экзотермическая реакция. Но сжигает она полностью. Остаётся лишь сплавленная от жара горстка костей.

— А это кольцо значит, защищает их от воздействия и прямых солнечных лучей тоже?

— Да. Я не смогу объяснить тебе как это происходит, я и сама не очень хорошо это представляю. Всё это результат тяжелейшей работы самых могущественных магов с самыми опасными и трудноуправляемыми астральными силами.

— Ясно, — Сергей отодвинул пустую чашку и достал сигарету. Ясно, на самом деле, было совсем не много. — Чего ещё они боятся, помимо серебра?

— Чеснока и контакта с некоторыми видами растений. Осина в том числе, — Лена улыбнулась. — В этом легенды не врут. По-видимому они парализуют их нервную систему, во всяком случае частично, — она помолчала. — Однако всё это не важно, Серёжа. Убить «новорождённого» вампира нетрудно, а справиться с более менее старым, не под силу ни одному человеку. Да и зачем это нужно?

Сергей пожал плечами.

— Ты считаешь, что присутствие в Москве существ, для которых люди — добыча, будет правильным?

— О господи, — Лена скептически усмехнулась. — В Москве, да и везде, существует столько сил для которых люди — добыча, в разных смыслах этого слова, что твои рассуждения по крайней мере смешны. Сколько людей гибнет постоянно во всём мире? И поверь мне, на долю вампиров приходится такая мизерная доля процента, что её даже трудно подсчитать. Да и нельзя с этим ничего сделать. Вампиры сосуществуют с людьми на протяжении веков, да нет — тысячелетий и с чего ты взял что их возможно искоренить? Я уже объяснила: тебе просто не позволят этого сделать.

— Ладно, — Сергей погасил в пепельнице сигарету. — Всё это лирика. Что теперь надо делать?

— Теперь надо…

Трель завибрировавшего на столе телефона, прервала её на полуслове. Лена взяла аппарат и коротко глянув на Сергея, нажала громкую связь.

— Слушаю.

— Елена Александровна? — прозвучал в трубке приятный девичий голос.

— Да.

— Меня зовут Ника. Я референт господина Хованского. Он готов принять вас сегодня, в течение ближайшего часа. Вас это устроит?

— Да, конечно, — Сергей заметил, что Лена едва заметно напряглась.

— Очень хорошо. Ваш спутник должен быть с вами, — голос стал совсем медовым.

— Это оговаривалось, — холодно ответила Лена.

— Замечательно, — Воронцов почти физически ощутил, как обрадовалась девушка. — В таком случае, вам необходимо быть вдвоём, ровно через час, возле метро «Парк Победы», на Кутузовском. Там вас будет ждать фургон «Мерседес Спринтер Бриллиант». Подойдёте к водителю и вас доставят в нужное место.

— Это всё?

— Да, — радостно сообщил медовый голосок.

— Спасибо, мы будем, — скорчив страшную гримасу, Лена отключилась.

— Что? — Сергей вопросительно посмотрел на неё.

— Да ничего, — она пожала плечами и нервно рассмеялась.

— Этот Хованский и есть хозяин Москвы?

Она молча кивнула.

— Интересная фамилия, — хмыкнул Сергей. — Или это что-то вроде псевдонима?

— Нет, — Лена поднялась со стула и пошла в комнату. — Насколько мне известно, это его настоящая. Правда вероятно, он её носил не всегда.

— Так он что, из князей? — Воронцов пытался выудить из памяти свои, когда-то вполне приличные, познания в русской истории. — Как мне помниться, они ведут род от какого-то потомка Гедемина?

— Вроде того, — Лена посмотрела на него неожиданно весёло, но и с уважением, и не удержалась. — Ишь ты! Никогда не встречала мента, который знает родословную князей Хованских.

— Да я и не знаю особо, — фыркнул Сергей. — Просто учился же когда-то… на историческом.

— Ну-ну, — она села на диван и вытащив из сумочки помаду, зеркальце и какие-то косметические принадлежности, начала быстро наводить марафет. — Я всегда знала, что ты особенный. А он… его кстати зовут Дмитрий Васильевич… и родился он в середине шестнадцатого века. Точной даты, я конечно не знаю.

— Можно будет поинтересоваться у него, — усмехнулся Сергей. — Как раз удобный случай.

Лена повернулась к нему без улыбки.

— Серёжа, — начала она, но оборвала сама себя и посмотрела на него, каким-то просящим взглядом. — Я очень тебя прошу, будь предельно внимателен и осторожен. Не надо вести себя неуважительно с этим… с ним. Обещаешь?

— Обещаю, — кивнул Воронцов.

* * *

До станции «Парк Победы» они доехали на её новенькой «Ауди» быстро и по мере приближения к месту, Сергей всё сильнее чувствовал, как сердце словно сжимает чья-то холодная рука. Страх. Это просто страх. Он знал это чувство и вовсе не считал его постыдным. За свою жизнь, он побывал во многих ситуациях, в которых живому человеку было свойственно бояться и нет в этом ничего стыдного. Главное чтобы страх этот, не стал сильнее тебя самого, а этого, Сергей надеялся, с ним никогда не случится. И всё же осознание того что он имеет дело с чем-то совершенно непостижимым, постоянно давило на психику.

Лена очевидно ощущала его состояние, да видимо и сама чувствовала себя не очень хорошо, и потому большая часть их поездки, прошла в полном молчании.

Черный фургон «Мерседес», припаркованный почти возле самого поворота на улицу Ермолова, они заметили сразу. Подойдя к правой двери, Лена постучала в окно. Тонированное стекло медленно опустилось и с водительского места, на них глянули мерцающие в свете фонарей, какие-то бесцветные глаза, на бледном, неподвижном лице.

— Доброй ночи, — поздоровалась Лена.

— Доброй, — голос водителя прошелестел словно ворох осенних листьев. — Садитесь назад, пожалуйста.

В ту же секунду отодвинулась боковая дверь и из освещённого мягким желтоватым светом салона, выскользнула миловидная девушка, скорее даже девочка, миниатюрная, стройная и светловолосая, с каким-то детским личиком. Она появилась столь неожиданно, что Сергей сделал шаг назад, невольно бросив руку к кабуре.

— Серёжа, — предостерегающе прошипела Лена.

— Не надо волноваться, — девушка, видимо довольная произведённым эффектом, подняла руки и улыбнулась, проведя по бледным губам, розовым язычком. — Ваша безопасность гарантирована. Вы можете пройти в салон и расположиться как вам будет удобно. Мы сейчас поедем.

Сергей почувствовал, как у него на затылке шевелятся волосы: свет фонарей, тускло блеснул на недлинных, но острых клыках.

— Спасибо, — Лена потянула его за рукав.

— Хорошей поездки, — девушка явно дурачась, разыгрывала роль стюардессы. Она подождала, пока они поднимутся в салон и сверкнув на прощание очаровательной, клыкастой улыбкой, задвинула дверь.

Сергей с усилием сглотнул.

— Чёрт, — только и смог сказать он, потрогав горячий амулет под футболкой.

— Садись, — Лена усмехнулась. — Сегодня нам ничего не грозит. За это поручился очень серьёзный человек. Так что не переживай.

— Ну да, — неопределённо буркнул Сергей, опустившись в шикарное кожаное кресло роскошного салона, достал «ГШ» и выщелкнув обойму посмотрел на патроны. — Пусть они переживают.

— Не вздумай там хвататься за пистолет, — Лена кивнула на оружие. — Тех в кого ты успеешь выстрелить, там не будет, поверь мне.

— Посмотрим…, что там будет, — зло проворчал он, уставился в экран плазмы над её креслом.

«Мерседес» плавно качнувшись, вошёл в поворот, но понять куда именно они ехали, не представлялось возможным. Окон в салоне не было.

Content

Александр Толстов
Над городом, ночь

Пролог

1

2

3

4

5

6