Павел Матисов

Путь Кочегара IV

Глава 1

[Ли Кон]

Вкусный запах жареной рыбки вывел меня из сонного состояния. Потянувшись, я подсел к костру и принялся с удовольствием уплетать пойманную Бхоль добычу. Все-таки приятно путешествовать с помощником.

— Можешь поспать, я покараулю.

— Все в порядке, господин. Один день без сна для меня не проблема. Нам лучше уйти подальше в светлое время, а ночь потратить на сон.

— Как скажешь, — пожал я плечами и осмотрелся.

Мы находились рядом с отвесной скалой недалеко от мирно текущего ручейка. Костер, ароматная рыбка, греющее солнце, журчание воды, шелест травы и приятная компания. Походная романтика.

— Не так я себе представлял трапезу первого дня нового года. Впрочем, все лучше, чем опостылевший оливье и холодец…

— Холо-дец? — проговорила по слогам Сати.

— Мясное желе.

— Вы правы: звучит мерзко, — скривилась Бхоль. — Желе ведь должно быть сладким. Из ягод или фруктов…

Покончив с перекусом, мы отправились в путь. Шли на юг по холмистой местности до тех пор, пока солнце не скрылось за горизонтом. Обосновались на ночь в небольшой рощице из невысоких деревьев. Пепельное плато имело скудную растительность. Спустя несколько дней мы должны будем достигнуть восточной части Чайфу, через которую ехали ранее. Там все наоборот: лесные исполины тянулись вверх на десятки метров. Наверное, зависит от обилия воды или состава почвы.

Уже на следующее утро стало понятно, что надо срочно добывать пропитание. Человек может довольно долго жить на подножном корме или совсем без еды. Вот только ходок по горам из него будет еще тот. Ну а ночи все еще были холодными. Без запаса духовной энергии, для которой требовалась пища, можно легко околеть.

Как назло, в этих пустынных местах обитало не так много зверья. Мы встретили похожих на горных козлов существ. Однако моя радость была недолгой: животные владели аналогом огненного Шага, пускай и всего лишь черной или серой ступени. Хлопки под широкими копытами позволяли им прыгать на многие метры ввысь, забираясь на крутые склоны. Скотина цеплялась за малейшие уступы и быстро скрывалась от преследования. Настоящие козлы. Пару раз я почти попал по ним кочерангом, но заразы успевали скрыться от летящего снаряда. Да и чуяли людей издали.

Я переключился на мечеклювов — птиц размером побольше ястреба, но меньше орла. Они частенько провожали нас, доклевывая объедки или следя за Чебулем голодным взглядом. Я использовал хургла как наживку, оставляя его на открытом месте. Голодные мечеклювы пикировали на зверька, намереваясь проткнуть жертву своим острым, окутавшимся черным огнем кинжалообразным клювом. И тогда я выпрыгивал из засады и отправлял кочеранг в полет. Не всегда удавалось попасть, но упрямые пернатые не отставали, давая мне много шансов. Так что вскоре пошли успешные броски. Обычно одного удара хватало, чтобы завалить птицу или перебить крыло.

Мяса с мечеклювов было мало, к сожалению, но нас и такая трапеза устраивала. Сати находила в рощах некоторые съедобные коренья и травы, в результате чего получалась вкусная и сытная похлебка.

Я ознакомился со свитком, переданным принцессой. Для Микстуры Текучего Источника требовались: глаза снежной виверны, жвала пещерной многоножки, вода из текучего источника, древесная железа, темное сердце утопленника и привычные жгучелист с перцовой мятой. Самыми труднодоступными ингредиентами считались глаза виверны и вода из текучего источника, который было непросто разыскать. Спешить нам было некуда. Еще следовало Ши развить, да Дао подтянуть, и только потом применять зелье для перехода на следующую ступень. Впрочем, начинать собирать ингредиенты можно начинать уже сейчас.

Пещерные многоножки и снежные виверны обитали, по словам Сати, почти по всей Подкове, в том числе и неподалеку от ставки Ордена Семи Облаков. А вот Текучий источник в Триумвирате находили редко. По слухам это особый подземный источник, смешанный с глубинными выбросами духовного огня Фанши. Жидкость формировалась где-то в земной толще при огромном давлении, температуре и еще каких-то неизвестных условиях, после чего иногда выходила на поверхность.

Мы продолжили двигаться на юг, перебираясь с одного холма на другой. На третий день пути вышли к небольшому бедному поселку с мазанками из серой глины. Денег у нас оставалось с гулькин нос, но на мешок риса хватило бы. Мы решили обождать и понаблюдать издали с одного из утесов. И не зря: в деревне находились гунские всадники. Периодически они отправлялись на вылазки, исследуя окружающие земли. Похоже, Найен отправила солдат выследить нас. Возможно, Чинсук у нее попросил вернуть блудного гунского сыночка.

Граница между Чайфу и Лонглин обозначалась редкими путевыми столбами. Мы прошли мимо, не заметив их. В этих глухих предгорьях не было необходимости тщательно размечать границу. Восточная оконечность являлась отличным ориентиром. Мы двигались вдоль горной цепи на юг. Лишь по появившейся густой растительности и высоченным деревьям стало понятно, что мы пересекли границу.

Чебуль исправно приносил нам ингредиенты для зелий, хоть и не тех, что нам требовались для Микстуры Текучего Источника. Восточные земли Чайфу полнились различным духовным зверьем. Все они умели в той или иной степени пользоваться духовной энергией: атаковать, защищаться, быстро убегать или чуять угрозу. На огичаев или гигантозмеев мы не смотрели, а вот буйволов местных попытались достать. Я попробовал издали ударить одного из них кочерангом, однако затем нам пришлось долго улепетывать от обезумевшего стада. Больше к стадным животным мы не подходили.

Постепенно я учился лучше владеть кочерангом. У меня не получалось направлять его полет напрямую, но с помощью духовной связи я мог слегка замедлять оружие, что позволяло корректировать траекторию. Таким образом я и забил одного горного козла черной ступени, удачно попав в шею. Застрявший в шкуре кочеранг можно было тянуть на себя, тем самым замедляя зверя. Сати подоспела к раненому козлу и после скоротечного боя забила дичь. Даже козлы здесь умели дать сдачи практикам. Наконец нам удалось нормально перекусить и восполнить силы. Помимо прочего наделали немного запасов мяса.

Также нам удалось обнаружить лежку корневика. Монстр был для нынешнего меня не таким уж и сильным. Кочерангом я быстро обрубил его лианы-щупальцы, а затем осторожно забил издали, метая свое оружие. Сати принимать участие в битве не стала, оставив меня разбираться самостоятельно. Впрочем, я понимал, что в случае угрозы она придет на помощь, а не как раньше — будет наблюдать с удовлетворением за тем, как меня едят заживо. Бхоль извлекла древесную железу, которая нам пригодится для Микстуры.

Спустя еще два дня пути одним утром Сати произнесла, глядя на горные пики:

— Мы уже недалеко от Сэцуань. Я узнаю эти вершины.

— Сэцуань?

— Небольшой город у подножия хребта. Сэцуань поставляет провизию и некоторые другие припасы Ордену. Плюс является перевалочным пунктом при пути на восток через горный перевал.

— Наконец-то! Мне уже осточертело спать в сырой траве и кормить насекомых!

— А как же запах свободы? — с усмешкой заметила Бхоль.

— Хм. Всего должно быть в меру, в том числе и свободы.

— Вот только в поселении нас могут ждать подданные гуна.

— Н-да, тогда придется проходить мимо. Как я понял, Орден Семи Облаков не подчиняется напрямую никому?

— Верно. Вот только если вы там гость нежеланный, вас сразу же выдадут войскам. Я постараюсь поручиться за господина, но ничего не могу гарантировать…

— Гя-у-ш-ш-ш! — вдруг зашипел Чебуль на плече, предупреждая об опасности.

Да мы и сами уже услышали приближающийся грохот. Громадный змей выполз из оврага и на значительной скорости двинулся в сторону жертв. Обычно он предпочитал более питательную еду. Человек ему был на один зуб. То ли огичай совсем оголодал, то ли данная особь почитала людей за изысканный деликатес. Обычно гигантозмеев мы замечали намного раньше, но этому гаду ползучему удалось скрыться в овраге от нашего взора.

— Бежим! — скомандовал я и побежал вперед со всех ног.

Сати направилась следом, не отставая. Гигантозмей сметал на своем пути кусты, камни и небольшие деревца. Размером он был с вагон пассажирского поезда примерно. Коричневая чешуйчатая шкура в зеленых пятнах лоснилась на солнце. В теории можно было бы попробовать сразиться с ним, но мы не были готовы к стычке. Я бы лучше против Акито или Шина еще раз провел бой, чем выступать против гигантозмея без подготовки. По слухам его шкура сама по себе весьма прочная, так он еще и защищался серым духовным покровом.

Огичай приблизился к нам на опасное расстояние, и я рискнул метнуть кочеранг. Мой бросок оказался точным: снаряд пробил защитное поле и воткнулся в один из четырех глаз существа. Я спешно притянул кочеранг обратно, опасаясь потерять. Гигантозмей издал громкий скрежещущий вопль, от которого душа ушла в пятки. Жаль, что змеюка имела запасную пару глаз. Будет непросто лишить ее зрения полностью.

Благодаря удачному броску нам удалось ненадолго вырваться вперед. Вот только ранение придало гигантозмею свежей ярости. Обычно он не слишком охотно гонялся за маленькой добычей, коей для него являлись люди, но теперь он вряд ли отстанет.

Мы обогнули холм, и внезапно за деревьями показались дома с сервами и возделываемыми полями. Сэцуань!

— Господин! Мы должны увести гигантозмея от города! — напряженно произнесла Сати.

— Верно…

Мы повернули на запад, дабы убрать опасность от поселения. Массивный огичай передвигался быстро, но у опытных практиков были шансы оторваться или найти какое-нибудь укрытие.

Вдруг со стороны полей донеслось истеричной лошадиное ржание. Скотина заметила огромного змея и пришла в ужас. Заголосили в панике сервы, предупреждая об угрозе. Змей замер на несколько секунд и посмотрел в сторону города. После чего резко сменил траекторию движения и направился прямо к городу. Похоже, для него людишки были все на одно лицо, и он решил, что лучше отомстить большему числу двуногих. Гигантозмей стремительно приближался к Сэцуань. Поселение имело стену в виде частокола, но вообще вряд ли какая-либо ограда спасет от подобного чудища.

— Стой, зараза! — мы с Сати попытались привлечь внимание зверя.

Я метнул кочеранг. Серый разрыв ударил чешуйчатого в хвост, но для него подобный удар был всего лишь царапиной. Пока он полз вперед, я постоянно метал свое оружие, а Сати пыталась задержать его, используя навык скальных искр.

Гигантозмей вторгся в городские пределы, несмотря на наши усилия. С особым упоением он резвился, уничтожая строения. Проломил стену из толстых стволов и направился в центр поселения. Убегающие сервы двигались к восточной части города. Практики Сэцуань выступили против гигантозмея. Среди них я заметил как стражников, так и разношерстных пламетворцев.

Толстую шкуру пытались пробить копьями, алебардами, клинками и мощными духовными техниками. Мой кочеранг регулярно пробивал шкуру монстра, но тяжелых повреждений нанести не удавалось. Раздавались отрывистые команды командиров и вопли ужаса. Местные тащили какие-то огромные копья, предназначенные против конкретно данных огромных змей, как я понял.

Гигантозмей резвился, уничтожая одно строение за другим. Сэцуань медленно, но верно превращался в ровную пустошь с кучами хлама и ломаных бревен. Сначала один воин исчез в огромной пасти чудища, затем второй.

— Это Сумасшедший Ублюдок Ли! — раздались недобрые выкрики. — Он привел гигантозмея в город!

— Вот Ублюдок!

— Сумасшедший Кочегар Ли, я попрошу, — поправил я их, стиснув зубы. — Я рискую не меньше вашего, отражая нападение!

— Расскажи это тем беднягам, которых он уже проглотил!

— Гадство! — ругнулся я, осознавая свою причастность к случившемуся.

Гигантозмей покрывался ранами, но слишком медленно. Я подошел ближе к голове твари и застыл на одном месте.

— Господин, что вы задумали?! — крикнула мне Сати, стремящаяся подойти сбоку к зверю.

— Не волнуйся. У меня есть план!

Огичай заметил легкую цель и раскрыл пасть, намереваясь проглотить очередную жертву.

— Какой еще к хурглу план?! — донеслась до меня обеспокоенная ругань Бхоль.

Гигантозмей не имел ядовитых желез — они ему не особо требовались. Однако я опасался получить повреждения от торчащих зубов, поэтому сам прыгнул в пасть. Ударившись головой о нечто липкое и мягкое, я кое-как распрямился. Меня потащило дальше по пищеводу со страшной силой. Едкая масса начала заливать мой серый Барьер. О запахе и говорить не стоило. Никогда в жизни не чувствовал подобной вони.

Проходить путь до самого хвоста в мои планы не входило. Я вонзил сгиб кочеранга в плоть пищевода и пропахал нехилую борозду. Мое продвижение остановилось, хоть меня и продолжало тянуть дальше. Гигантозмей задергался, все внутри него принялось лихорадочно сокращаться. Меня словно бы со всех сторон бил отряд боксеров-тяжеловесов. Темно было, словно в заднем отверстии Орока.

— Злодни, дай свет! — кое-как выдавил я из себя в команду.

— Куда ты меня завел, человечишка?! — воскликнул он, но все же активировал фонарь.

Чрез заливающий все вокруг липкий желудочный сок и кровь проступили очертания поврежденного пищевода, огромных мышечных волокон и каких-то внутренних органов. Я схватился клешней за край раны как можно крепче и раздвинул ноги, уперевшись ими в края трубки из плоти. После чего принялся активно орудовать кочерангом, разрубая все, что видел вокруг.

Огичай занервничал и принялся судорожно дергаться, сокращая разные мышцы и изгибаясь. Меня мотало словно белье в стиральной машинке. Удары приходились с любой стороны. В один из моментов он решил вытолкнуть меня наружу, и я чуть не вылетел из пищевода. Благодаря хваткой клешне мне удалось удержаться. Я продолжил орудовать кочерангом и наконец пробился к ребрам и позвоночному столбу.

Несколько сильных ударов по позвоночнику, и часть гигантозмея перестала извиваться, задергавшись в неуправляемых судорогах. Стало полегче. Я принялся прорубаться вглубь туши, орудуя кочерангом на манер топора. Затем и голова прекратила сопротивление, замерев. Как я понял, защитникам Сэцуань удалось добить израненного монстра. Вскоре из груды едкой слизи и внутренних органов мне удалось достать сначала одного проглоченного, затем второго.

А там уже и подмога сумела прорубить шкуру в нескольких местах, проделав проходы внутрь. Мы вытащили пострадавших наружу. Один получил сильные ожоги, но ему могли помочь целебные припарки. Второй был практиком и более-менее защитился от разъедающего сока.

Поймав на себе взгляд Сати, я посмотрел на спутницу. В глазах Бхоль одновременно читалось отвращение из-за моего скверного внешнего вида, изумление тем фактом, что я смог выбраться живым из нутра грозы трех провинций, и беспокойство о моем здоровье.

— Это был отвратительный план! — Сати нашла тряпку и принялась спешно счищать с меня мерзкую слизь.

— Но сработало ведь, — пожал я плечами, позволяя себя обтереть.

Солдаты и жители принялись активно разбирать завалы и свежевать тушу. Мяса с гигантозмея хватит деревне на какое-то время. Хотя порушенные дома это не вернет. Сервы быстро прознали о деталях случившегося и сходу определили главного злодея:

— Сумасшедший Ли Кон виновен в уничтожении города! Стража, накажите его, не то мы сами проучим! И плевать, что он гунский сынок! Нам теперь жить негде!

На нас начала переть агрессивно настроенная толпа, сжимая в руках разные предметы.

— Ну-ка, угомонились, сервы полоумные! — раздался командный окрик от того самого практика, которого я спас.

— Командир Генто, что будем делать с Ли Коном? — спросил один из подчиненных.

— Нам велено задержать его высочество, если он появится, — с трудом встал на ноги раненый. Кажется, у него были сломаны ребра.

— Тогда… — проговорил один из стражников, направив копье в мою сторону.

— Но кто из вас, обормотов, рискнул бы прыгнуть прямо в пасть огичая? У кого бы хватило смелости прийти мне на помощь, самому стать Змеиной Наживкой? Кто смог бы убить монстра изнутри? Ни один из вас, жалкие душонки! Часть мяса и органов, шкура и кости пойдут на продажу! Дома восстановим со временем. Ли Кон из рода Чай, у вас есть час времени, пока наш взор застлан змеиной слизью. Но затем — не обессудьте. Мы исполним приказ гуна и задержим вас!

— Вопросов нет, — кивнул я, отрезая от павшего змея смачный кусок филе. — Нас здесь не было…

Трусцой мы покинули Сэцуань, сделав вид, что направились на юг. Удостоверившись, что за нами никто не следует, мы повернули на восток. Сати повела нас в горы немного в обход, отлично зная родные места. Преодолев один из холмов, Бхоль вывела нас на хоженую утоптанную тропу, по которой часто ходили люди. Забираться на вершину хребта иным путем было бы сродни самоубийству, так что пришлось использовать проторенный путь. Мне хотелось пробраться в Орден незамеченным, но из-за стечения обстоятельств наследили мы знатно. Главное теперь — добраться до ставки Ордена первыми и попросить защиты. Ну а если гуны Чайфу или Лонглин все равно настоят на моей экстрадиции — придется показать им, на что способен кочеранг Стального Отступника.

Глава 2

Вскоре идущая вверх петляющая дорожка вывела нас на вершину очередного холма, и нам открылся восхитительный вид на лежащие перед нами горы. Строго говоря, главный пик, называвшийся Грозовое Облако, находился так близко, что уже заслонял большую часть небосклона. Приходилось задирать голову, чтобы рассмотреть подробности. Величественные скалы вздымались ввысь на километры, окутанные белыми облаками. На вершинах белели снежные шапки. Судя по всему, наверху тот еще дубак. И как только эти горные монахи там выживают? Не могли найти более комфортабельное место для проживания? Или подобные тяжелые условия закаляют характер будущих практиков? Судя по Бхоль, ученики Ордена действительно неприхотливы в быту и следуют строгому кодексу поведения.

Мы не знали, что на уме у стражников из Сэцуань, поэтому решили добраться до ставки Ордена за один переход. На самом деле, в поселении было не так и много стражи. Мы с Сати бы справились с ними, скорее всего. Но незачем лишний раз наживать кровных врагов.

Силы по мере подъема таяли на глазах. Путь наверх вроде бы короткий, но ужасно изматывающий. Я уже успел набегаться по крутым склонам, так что тело немного привыкло к такой нагрузке. Но дело было не только в одной усталости.

Виляющая тропа то сужалась, то расширялась. Порой приходилось шествовать по расщелинам меж скал, иногда забираться по крутым скользким ступеням, прыгать с камня на камень и проходить по узкой дороге над крутым обрывом. Проходя рядом с пропастью, я не удержался и взглянул вниз. Мы поднялись на высоту в полкилометра примерно. Деревья и домики внизу казались игрушечными. Туша гигантозмея, виднеющаяся в центре Сэцуань, походила на толстого червяка. Всего в метре от меня находился крутой обрыв. Только чудо могло спасти человека после падения с такой высоты. Я нервно сглотнул. Вроде бы в прошлой жизни не страдал от боязни высоты. Но мне в целом и не приходилось лазить по горам или иной верхотуре.

— Господин? — вопросила Сати, склонив голову.

— Иду…

Истинные кочегары не боятся высоты. Бхоль в этом плане была настолько безбашенной, что мне порой самому было страшно за нее. Сати прыгала по камням и крутым ступеням, выдолбленным в скале, словно горная козочка. Вниз она посматривала с вялым интересом. Ни единого проблеска страха я не заметил на ее лице. Вот что значит — прожить большую часть жизни в горах. Не дано людям равнин понять жителей поднебесных чертог.

По пути мы обогнали группу из пяти сервов с рюкзаками и тележками. Они тащили съестные припасы наверх в Орден. По словам Сати наверху росли только специфические растения. Тот же рис приходилось завозить с поверхности.

Мы лишь один раз сделали привал на полчаса, поскольку силы наши были на исходе. Восхождение на базу Ордена — само по себе неплохое испытание, которое позволит тебе значительно прокачать гармонию Цунь. Сати по пути нарвала каких-то стеблей, которые выжала в котелок на манер растительного масла. И затем быстро пожарила тонкие полоски змеиного филе на разведенном костре. На вкус мясо гигантозмеев оказалось не слишком вкусным. Напоминало тянущуюся резину или плохо сваренного кальмара. Но силы восстанавливало исправно. Я сразу почувствовал стабильный приток ци.

— Слушай, я все спросить хотел… — проговорил я, задумавшись об орденских порядках. — У вас в порядке вещей приставлять вассала другого пола?

— Нет. Согласно правилам Ордена вассал должен быть того же пола, что и сюзерен. Иначе это создаст неудобства в быту и походах.

— Тогда почему приставили именно тебя?

Сати бросила на меня оценивающий взгляд:

— Потому что все остальные отказались, узнав, кому должны будут прислуживать. Уже тогда о вас ходила дурная слава, господин Кон.

— О-у…

— Я вызвалась сама, считая, что мне хватит сил справиться с такой задачей. Но…

— Но?

— Я ошибалась. Шли месяцы, и я перестала предпринимать попытки как-то повлиять на сюзерена. Отстранилась и смирилась со своей ролью. Сейчас, вспоминая первые месяцы службы, нельзя не удивиться тому, как сильно вы изменились.

— К лучшему?

— В основном. Но я все еще не до конца уверена…

Чем выше мы взбирались, тем круче становился подъем. Местами мы шли по прорубленным в камне тоннелям по лестницам. Поздним вечером мы активировали фонари из малых духов, поскольку в темноте двигаться по крутой дороге наверх было смерти подобно. Стало значительно прохладнее, да и воздух здесь был менее насыщен кислородом. Хорошо хоть улучшенные тела практиков страдали при таких условиях не столь сильно.

Ставка Ордена находилась на высоте примерно в три километра над поверхностью, но некоторые вершины уходили наверх еще на приличную высоту. В это время года окрестности Ордена все еще были покрыты снегом местами, но Сати говорила, что вскоре и он растает. Останутся лишь снежные шапки на самом верху гор.

Уже в темноте мы добрались до входа на территорию Ордена, центральная часть которой называлась Главное облако. В воздухе и впрямь парила туманная взвесь, которая издалека наверняка выглядела как облако. Вблизи же просто ощущалась некоторая сырость. Вход располагался за укрепленными охраняемыми воротами. Чтобы до них добраться, пришлось преодолеть узкий каменный мост без каких-либо перил.

— Сестра и братья, приветствую вас! — обратилась Сати к дежурящим монахам.

— С возвращением домой сестра! Кого это ты привела с собой?

— Ты что, не узнаешь? — ткнул собрата ученик Ордена. — Это же Сумасшедший Ублюдок Ли.

— Сумасшедший Кочегар Ли! — поправила его Сати, покосившись на меня.

— Пусть так. Ученица Бхоль, давно тебя не было в Ордене!

— Правда. Как обстановка в Ордене, брат Гжан? — улыбнулась Сати, увидав знакомые лица.

— Мало чего изменилось. Юниоры приходят, ученики уходят. Мы можем поговорить позднее, сестра. Лучше поведай, для чего сюда явился Сумасшедший У… Кочегар Ли?

— Я ищу совета по поводу тренировок Цунь-Ши-Дао, — проговорил я. — По слухам в Ордене Семи Облаков трудятся лучшие наставники! Хотелось бы взять несколько уроков у ваших мудрецов…

— Подобные услуги Орден оказывает, но за большие деньги.

— С этим немного туго. Но я бы мог помочь с какой-нибудь работой в Ордене.

— Мы не задержим мастеров надолго, — добавила Сати.

— Ладно, проходите. Пусть вашу судьбу решают наставники, — махнул рукой монах.

Мы прошли на территорию Главного облака. Все вокруг выглядело дико эстетично и красиво. Не безмерная роскошь гунских дворцов, но и не сервская бедность. Расписные пагоды, беседки и сады располагались то тут, то там. Во многих местах стояли каменные статуи, изображающие различных фантастических существ или воителей. Немногочисленные фонари из малых духов освещали пространство. Террасами разные жилые строения уходили в гору, прижимаясь к склонам. Без позолоты и прочего блеска. Все вокруг выглядело аккуратно и ухоженно. Видно, что сделано с любовью поколениями множества разных учеников.

Из здания к нам вышел немолодой мужчина с хитрым прищуром глаз. Седина виднелась в его волосах и подстриженной бородке. Монахи носили в основном свободные одеяния в бело-синей расцветке с нарисованными облаками.

— Наставник Дзун Ши! — воскликнула Сати.

Не сдержавшись, девушка порывисто подскочила к учителю и крепко обняла. Я проверил мужчину с помощью Сути и узнал, что он находится на ступени Бойца.

— Ученица, Бхоль, я тоже рад видеть тебя дома.

— Спасибо! — отстранилась девушка. — Выдалась возможность повидать родные пенаты…

— Но главный вопрос в настоящий момент, — Дзун Ши обратил на меня свое внимание. Его острый взгляд не сулил мне ничего хорошего. — Какое дело сюда привело твоего сюзерена?

Я смиренно пересказал свою просьбу. Пока мы выясняли детали, к нам подошли еще несколько наставников. Были среди них и женщины, некоторым из которых впору работать в модельном агентстве, а не сидеть в горной глуши.

— Полагаю, коллеги со мной согласятся, — погладил свою бородку Дзун Ши. — У его высочества Ли Кона из рода Чай есть отличные наставники в Ханкине. Ему нет нужды просить нашей помощи. Тем более он ничего не может предложить нам взамен за наши услуги.

Мне явно не были здесь рады. Впрочем, когда было иначе?

— Сестрица Бхоль проделала долгий путь. Можно разрешить им остаться хотя бы на пару дней, — предложила одна дама ступени Бойца.

— Сумасшедший Ублюдок Ли приносит сплошные неприятности! — всплеснул руками старик с кустистыми нахмуренными бровями.

— Сумасшедший Кочегар Ли, я попрошу… Вы могли бы оказать мне ответную услугу в счет помощи по защите Сэцуань, — проговорил я.

— Сэцуань? Что произошло?! — сурово проговорил Дзун Ши.

— На поселение напал гигантозмей. Мы с Сати сразу бросились на защиту города. Огичай сожрал уже двоих человек, включая командира местной стражи. Но Сумасшедший Кочегар Ли героически спас их и уничтожил монстра! Без моей помощи жертв и разрушений было бы намного больше!

— Ох, какой ужас! — всплеснула руками одна дама.

— То, что он говорит — правда? — повернулся к Сати наставник Дзун Ши.

Девушка слегка скривилась, но все же согласилась с моими словами:

— Правда. И я тому свидетель…

Дзун Ши сузил глаза и взглянул на меня с подозрением. И откуда такая предвзятость?

— Его высочество, конечно, имеет дурную репутацию, — проговорил один седой старик степенно. — Но мы обязаны ответить на доброе деяние и предоставить приют.

— Пять дней, но не больше, — скривился Дзун Ши.

— Благодарю за содействие, наставник, — поклонилась Сати, после чего посмотрела на меня немного виновато. Мол, она сделала все, что смогла.

Что ж, если я смогу найди ключ к Ши за пять дней, меня это устроит полностью. Качать гармонию разума можно будет и в другом месте.

— Уже довольно поздно, — высказал Дзун Ши. — Предлагаю поговорить завтра утром. Ученица Бхоль, проводите гостя на Жилое Облако, пусть ему предоставят кров в мужском крыле.

— Будет исполнено.

— Ваша одежда в ужасном состоянии, ваше высочество, — покачала головой одна сердобольная женщина. — Вы как будто в нутре гигантозмея побывали.

— Хо-хо, что-то вроде того…

— Я принесу вам стандартное одеяние ученика Ордена.

— Премного благодарен, — обозначил я поклон.

— Хм, — женщина внимательно осмотрела меня сверху донизу и покачала головой. — Вполне благовоспитанный молодой человек. И такие ужасные слухи о нем ходят.

— Тетя Фанахаси, вы как всегда слишком доверчивы, — вздохнул Дзун Ши. — Невозможно прочитать, что творится на уме у другого человека.

— Интуиция меня подводила в последний раз лет десять назад. Когда я повелась на сладкие речи своего кавалера… Впрочем, не будем об этом. Пускай молодежь отдохнет с дороги.

— Благодарю за поддержку, наставники, — еще раз поклонилась Бхоль. — Если позволите…

Мы с Сати направились к зоне отдыха. Территория Ордена делилась на семь зон, называемых Облаками: Главное Облако, Облака Цунь, Ши и Дао, Облако Знаний, Жилое и Юное Облако. Последние предназначались для проживания основного состава Ордена и подрастающего поколения соответственно. Темнота — не лучшее время для исследования скалистых пиков, поэтому мы направились к Жилому Облаку. Оно располагалось на одной из соседних вершин, куда вел длинный и довольно опасно выглядящий каменный мост.

Я чуть не прошел мимо странного монаха, сидящего на каменном постаменте, приняв его за очередную статую. Сидел он скрестив ноги и совершенно неподвижно. Я поежился от налетевшего порыва ветра. Здесь в горах весной еще не пахло. Я словно вернулся на несколько декад назад — в зимнее время. Странный тип был одет в легкий наряд и, судя по отсутствию свечения, не использовал Греющую ауру.

— Вам не холодно, дядя? — уточнил я на всякий случай.

— Мысли о вечном греют лучше солнца лучей, — ответствовал он витиевато.

— Философ, ясно. Смотри не простудись, мыслитель, — махнул я рукой.

Сати одарила меня странным взглядом, но не стала никак комментировать. Жилое Облако по размерам было много меньше Главного. Помимо нескольких строений там и развернуться было негде. Сати направилась в женское крыло. Хоть она и являлась моим вассалом, а значит должна была находиться поблизости, правила Ордена не допускали подобного кощунства. Дамам в мужскую обитель вход был запрещен. И наоборот.

Одиночной комнаты я оказался недостоин. Меня поселили в общем зале вместе с молодыми учениками. Большинство уже спало, поскольку распорядок дня у них был довольно строгим. Вставать приходилось с первыми лучами солнца. Вместо кроватей монахи спали прямо на полу, раскатывая тонкий матрас. Впрочем, все лучше, чем пытаться заснуть на голой земле. Мне принесли теплое ханьфу в цветах Ордена, обещанное одной наставницей. Обмывшись ледяной водицей в банной комнате, я завалился спать. В комнате царил собачий холод, так что пришлось активировать Греющую ауру. Все молодые ученики Жилого Облака владели ей исправно. Похоже, они привыкли к низкой температуре вокруг. Чебуль забрался ко мне под одеяло, спасаясь от мерзлоты.

Утром я поднялся самым последним. Все ученики уже отправились исполнять свои обязанности. Я же дрых до последнего. Столовая, как и большинство прочих удобств, находилась в Главном Облаке. Завтрак после гунских трапез показался мне донельзя скудным, но вполне сытным.

Бхоль провела мне подробную экскурсию по территории Ордена. Главное Облако находилось в южной части горы, так что солнечные лучи проникали туда одними из первых. Здесь находились различные церемониальные залы, разные бытовые сооружения и теплицы для выращивания растений. В каменные оковы было заточено русло небольшого ручья, берущего начало где-то на склонах Грозового пика. На Облаке Знаний хранились запасы духовных ингредиентов и зелий, а также различные манускрипты: исторические, художественные и рецепты. Облако Цунь являлось полигоном для тренировок и занятий различными физическими упражнения. На Облаке Ши было много навесов для медитаций. Облако Дао являло собой интересную композицию: это был плавающий скалистый островок, привязанный к основной горе мощными цепями. На нем находился голубоватый валун, в котором был заточен поверженный демон. Его аура помогала практикам развивать Цунь-Ши-Дао. По субъективным ощущениям демон был слабее своего двухвостого собрата на Дождливом Пике.

— Ублюдок Ли! — донесся до нас яростный крик откуда-то с Главного Облака.

Я вздохнул и направился вместе с Сати к центральной зоне. На главной площади собралась немаленькая группа людей. Я узнал нескольких наставников. Присутствовали и рядовые ученики, включая Гжана, смотревшего на меня с неприязнью.

— Гость Ли Кон, как это все понимать?! — сразу взял быка за рога Дзун Ши. — Из Сэцуань поступили сведения, что это именно ты привел гигантозмея в город!

— Это была всего лишь случайность! Честное пионерс… то есть, клянусь своим Дао!

— Я могу подтвердить слова господина, — заметил Сати.

Наставник покачал головой:

— Не ожидал от тебя такой подлости, ученица Бхоль.

— Но господин Кон не сказал ни слова лжи!

— Умолчание важных деталей порой хуже откровенного вранья. Я считаю, что нам надо пересмотреть право предоставления приюта гостю.

— Раз так, то Сумасшедшему Ли не место в стенах Ордена! — поддакнул другой наставник.

— Тц, столько времени и сил потратили, — скривился я. — Придется искать других наставников…

Сати переводила взгляд с одного орденца на другого, хмурясь. Вдруг девушка бухнулась на колено и склонила голову:

— Уважаемые старшие и наставники, прошу вас помочь сюзерену в его стремлении идти по пути Цунь-Ши-Дао. Я, ученица Сати Бхоль, ручаюсь за господина Ли Кона.

Несколько секунд висела тишина, которую прервал Гжан:

— Сестра Сати, как ты можешь защищать… его?!

— Я хорошо знаю ученицу Бхоль — одну из лучших на своем потоке, — проговорила Фанахаси. — Она не станет просить из банальной прихоти. И вам, наставник Дзун Ши, это прекрасно известно.

Мужчина недовольно покачал головой:

— Раз мнения разделились, мы должны обратиться к настоятелю! Идем!

Мы двинулись в сторону Жилого Облака и остановились вдруг возле постамента со странным монахом, который все продолжал сидеть на камне, словно и спать не уходил.

— Так это настоятель Ордена Лин Бо? — спросил я у Сати шепотом.

— Вы могли бы удостовериться в этом через Суть…

— Откуда ж я знал, что Адепты именно так проводят свободное время…

Наставники встали перед монахом и изложили свой вопрос: стоит ли мне дать приют или изгнать с позором. Настоятель раскрыл глаза, внимательно выслушал их, после чего изрек:

— Многое слышали мы о среднем сыне сиятельного гуна Чайфу. Людям свойственно меняться, и я сам был свидетелем перемен намедни. Поэтому дадим молодой душе шанс проявить себя.

Послышалось недовольное роптание.

Вот уж не думал, что случайная встреча со странным монахом будет полезней с точки зрения репутации, чем тяжелое сражение с гигантским монстром на грани жизни и смерти.

— Однако! — продолжил настоятель Бо. — Орден не предоставляет свои услуги и кров безвозмездно! Пускай юный Ли Кон поработает на благо Ордена Семи Облаков.

— И куда же его пристроить? — уточнил Дзун Ши.

— Раз он сам называет себя Сумасшедшим Кочегаром, так тому и быть. Пусть займется обогревом на Юном Облаке. Рано или поздно истинная натура проявит себя.

— Отправлять Уб… Ли Кона к детям — неразумно! — возразил Гжан.

— Болван! Не смей перечить настоятелю! — отвесил ему смачную затрещину Дзун Ши.

Похоже, здесь еще не знали о том, что учеников бить нельзя. Славный мир.

— Виноват… — пролепетал Гжан, потирая макушку.

— Таково мое слово. Ступайте! — произнес настоятель Бо властно, распространив вокруг себя алый духовный огонь. Аура Адепта давила и внушала уважение. Практики смирились с решением главы, и вскоре разошлись по своим делам.

Глава 3

[Сати Бхоль]

На Юном Облаке проживали дети от шести до двенадцати лет. Хотя случалось, что некоторым требовалось больше времени на освоение Греющей ауры. В Орден Семи Облаков принимались только те, в ком чувствовалась предрасположенность к дару. В восемь-десять лет после специальной подготовки дети проходили инициацию и становились Новичками. Еще два года в среднем уходило на то, чтобы освоиться с духовной энергией и овладеть Греющей аурой. Некоторым и дольше приходилось возиться, оставаясь на Юном Облаке. Поскольку в Жилом отсутствовало отопление, выжить там без данной способности было невозможно.

Сати, Дзун Ши, Ли Кон и привязавшийся Гжан направились к корпусам Юного Облака. Здесь не было разделения по полам. Считалось, что в таком возрасте у людей отсутствовало половое влечение, которое серьезно влияло на результативность тренировок Цунь-Ши-Дао. Бхоль с ностальгией вспоминала свои первые годы в Ордене. Было непросто поначалу, но со временем она привыкла к распорядку и суровым морозам. До сих пор она помнила, как они играли в снежки в свободное от учебы и тренировок время. Когда-то они были хорошими друзьями с Гжаном, но Сати удалось первой переступить на ступень Рекрута. За те годы, что девушка отсутствовала, Гжан сумел нагнать отставание, но пока, по всей видимости, не получил своего назначения.

Местные кочегары восприняли появление его высочества с радостью. Они с Дзун Ши принялись показывать новому работнику хозяйство. Главный дом Юного Облака состоял из двух этажей. На первом проживала младшая группа, и там требовалось поддерживать самую высокую температуру — примерно восемнадцать градусов. На второй этаж переводили детей, перешедших на ступень Новичка. Им хватало и пятнадцати градусов тепла. Холод закалял тело и замечательно мотивировал изучать Греющую ауру. Наставникам не приходилось подгонять детей — они сами соревновались между собой, желая поскорее получить возможность согреться и перейти в более элитное Жилое Облако. Ха, наивные. В Жилом Облаке отопление отсутствовало напрочь, поэтому там было еще холоднее. Тоже один из элементов учебы. Ведь умения в Греющей ауре отлично развивают контроль и резерв духовной энергии. Впрочем, в Жилом Облаке проживали комнатами по несколько человек, а не огромной казармой с двухъярусными кроватями. Так что ради подобной приватности стоило побороться.

Наставник Дзун Ши внимательно наблюдал за поведением Ли Кона. А господин вел себя словно ребенок, дорвавшийся до желанных игрушек. Котельная находилась в пристройке. Сеть труб и клапанов окутывала детские корпуса. Кочегар в основном должен был работать ночью, поддерживая оптимальную температуру в помещениях. Сверяться с градусниками, установленными в залах первого и второго этажа. Днем можно было и не появляться на рабочем месте. Жилые зоны остывали, но в это время дети должны были заниматься, а не валяться в кроватях.

Сумасшедший Кочегар Ли быстро нашел общий язык с местными работниками и постепенно вникал в суть.

— Ученица Бхоль, нам надо кое-что обсудить, — обратился к ней Дзун Ши.

— Конечно, наставник.

— Ли Кон, осваивайся! — махнул ему мужчина, но господин особо и не заметил их ухода.

Сати и Дзун Ши вышли из корпуса, миновали внутренний двор и остановились у края пропасти. В отличие от других пиков, по периметру Юного Облака шли прочные перила. Многие дети, попавшие сюда, не умели вести себя в горах, поэтому следовало перестраховываться. Возле обрыва шумел надрывно колючий ветер, так и норовящий забраться под полы ханьфу.

— Облака сегодня низко, — обратила свой взор вниз Сати.

Туманные покрывала лежали в нескольких сотнях шагов ниже расположения Ордена.

— А Гатхи разошелся. Чувствуется неумолимая поступь лета, — кивнул Дзун Ши с легкой улыбкой. — Я рад твоему возвращению, младшая Бхоль. Ты была одним из лучших моих учеников.

— Спасибо, наставник!

— Однако меня беспокоит твое текущее поведение. Ты ведь присылала мне письмо больше года назад, верно?

— Да. Ваш ответ дошел до Шейчжоу, наставник.

— Рад это слышать. Я беспокоился о тебе, ученица. Письмо, отправленное тобой, было наполненной болью, отчаянием и ненавистью. Ты в красках живописала злодеяния Ублюдка Ли и свои переживания на сей счет.

Сати склонила голову и неловко погладила шею:

— Да, тогда я плохо умела контролировать свои эмоции…

— Ты писала о том, что желаешь убить своего сюзерена, а потом убить себя саму, поскольку правила Ордена строго запрещают вредить господину.

— Г-хм, — Бхоль оглянулась, проверяя, не слышит ли их кто-то поблизости. К счастью, двор был пуст. — Дела прошлого…

— Прошлого? — приподнял брови Дзун Ши. — Лучше скажи, почему ты не последовала совету из моего письма?

— Я научилась не принимать его зверства близко к сердцу, — кивнула Сати, вспоминая давнее послание.

— Нет, я о другом моменте письма: “Если ветка на цветущем дереве засыхает, ее обрезают под корень”.

— М-м, так… вы имели в виду Ли Кона?! Простите, тогда я не поняла скрытый посыл…

— Ученица, — покачал головой Дзун Ши разочарованно.

— Но ведь господин Кон — средний принц Чайфу. Если бы я предала его или совершила открытое нападение, поднялся бы страшный скандал. Репутация Ордена Семи Облаков была бы подмочена!

— Это так. Но я получил согласие от самого настоятеля. Да, подобное ударило бы по Ордену, но не так сильно, как тебе кажется. Ли Кона в то время сильно не жаловали при дворе. Это сейчас, по слухам, отец принял его обратно, но в то время многие бы вздохнули спокойно, если бы его не стало. Конечно, тебе было бы сложно дальше служить на благо Ордена с черной меткой. Но мы бы нашли тебе иное занятие.

— Простите меня за скудоумие, наставник.

— Ладно уж. Как ты и сказала — все это дела прошлого. Ныне Ли Кон на хорошем счету у гуна Чайфу. До нас доходили слухи, что он решил принять участие в турнире Стального Кулака и наладить отношения с Лонглин?

— Все вышло… несколько сумбурно… — произнесла Сати осторожно.

Девушка поведала вкратце о перипетиях случившегося в Яхуэй, умалчивая о некоторых моментах. Согласно правилам Ордена присяга была первостепенна, и вассал не имел права раскрывать секреты господина. Даже перед своим наставником. Дзун Ши это не понравилось, но он не стал настаивать, требую раскрыть все детали.

— Так значит, средний сын снова в опале? Правительница Лонг недовольна его побегом, а его слова могут привести Дай Кона в ярость?

— Господин надеется, что Орден поспособствует и не выдаст его войскам.

Дзун Ши помассировал подбородок задумчиво:

— Я не могу понять одного: почему ты на его стороне, ученица Бхоль? Почему ты поручилась за него во время разбирательства?

— Господин пошел на риск, сражаясь с гигантозмеем. Я всего лишь отстаивала правду и справедливость!

— Допустим. Но разве ты не считала его худшим существом на свете?

— Господин Кон изменился! — убежденно проговорила Бхоль.

— Сумасшедший Ублюдок Ли изменился? — скептически заметил учитель.

— Кочегар Ли! — поправила Сати. — Он не жалует, когда его оскорбляют.

— Я понимаю, как сильно ты настрадалась, ученица. Никому не пожелаешь такого сюзерена. Только намекни, и я помогу тебе избавиться от этого договора. И ты больше никогда не увидишь Ли Кона.

— В этом нет необходимости!

— Хм… Ученица Бхоль, посмотри мне в глаза.

Дзун Ши повернул лицо девушки к себе, притянул и внимательно посмотрел. После чего отпустил недоумевающую Сати:

— Ты влюбилась в него?

— Что?! Нет. Нет-нет-нет. Нет. Нет! Просто невозможно. Нет! Как вы могли такое подумать, наставник! — возмущенно выдала девушка, слегка покраснев.

— Просто у меня нет иного объяснения, почему ты так яро защищаешь Сумасшедшего У… Кочегара Ли, — поправился он.

— Он мой сюзерен, а я вассал. Я блюду интересы своего господина! В этом и заключается моя миссия, разве нет?!

— Да, но в данном случае есть существенные нюансы. У меня нет другого объяснения, почему твое отношение к нему так резко изменилось.

— Вы заблуждаетесь, наставник!

— Я понимаю: в мерзавцах есть свое очарование, — проговорил Дзун Ши, убрав руки за спину. — Риск, опасность, своеобразная пряность. Многие девушки высоких моральных качеств не смогли устоять пред таким искушением. Запретный плод манит.

— Все совсем не так! — Лицо Сати покраснело до цвета огня ступени Адепта. — Никакой романтики или чего-то подобного в наших отношениях нет!

Ученица Ордена и помыслить не могла, что ей придется вести подобные унизительные беседы о приземленных чувствах с наставником.

— Знаешь, зачастую любовь — такая вещь, которой невозможно управлять. Будь ты хоть трижды великим практиком, прошедшим через множество ступеней Ши, познавшим все закоулки собственного разума.

— Вы глубоко ошибаетесь! Ли Кон претерпел кардинальные изменения. Я чувствую это сердцем, я вижу это своими глазами! Вы можете не верить Сумасшедшему Кочегару Ли, но поверьте словам вашей верной ученицы! Я готова служить ему искренне по собственной воле. Он не плохой человек!

Дзун Ши покачал головой со скорбным лицом, как бы говоря: “Какой запущенный случай”.

— То есть, я не уверена полностью… Ли Кон превратился из жестокого злодея в сумасбродного безумца, предсказать поступки которого не представляется возможным. Но пока я рядом с ним, у меня получается уберегать его от дурных поступков. В основном.

Наставник решил не развивать больше столь деликатную тему:

— Оставим данный вопрос, ученица Бхоль. Как твое Ши?

— Я так и не смогла развить свой Якорь на ступени Рекрута, — вздохнула Сати. — Но за годы службы все равно смогла значительно продвинуться вперед!

— Отрадно слышать. Давай позанимаемся с тобой на Облаке Ши, как в старые добрые времена. Возможно, нам удастся найти твой новый Якорь.

— Спасибо, наставник! — с облегчением произнесла Сати.

Она была рада, что крайне неловкий разговор закончился. Чтобы она влюбилась в Ли Кона? Да скорее Орок рухнет на землю!

Пара направилась на отдельный небольшой пик, где были оборудованы многочисленные зоны для медитаций. В центре тек ручеек, специальной пущенный сюда через территорию Главного Облака. Мягкое журчание воды успокаивало и настраивало на нужный лад. Знакомая демоническая аура заточенной Четырехкрылой Виверны, горный морозный воздух, резкие порывы ветра, любимые места и многочисленные служители Ордена рядом — от ностальгических чувств щемило сердце.

Дзун Ши и Бхоль устроились в стороне на ее любимом каменном уступе недалеко от пропасти. Если сесть в определенном месте, то край скалы загораживал обзор вниз — земли становилось не видно. Казалось, что ты паришь высоко над облаками. И нет ничего и никого под тобой.

Сати провела какое-то время с наставником, обсуждая различные состояния разума, но заметного прогресса в Ши ей, к сожалению, достичь так и не удалось. Впрочем, не каждый практик находил свой Якорь. Многим приходилось тренироваться обычным путем: долго и упорно, преодолевая чудовищную головную боль от резвящегося внутри духовного огня.

— Спасибо, что уделили мне время, наставник! — с благодарностью проговорила она по окончанию занятия.

— Мне только в радость помочь тебе.

— Учитель… Не могли бы вы позаниматься с господином Коном? Он способный ученик!

Дзун Ши недовольно скривил губы и вздохнул:

— Только потому, что меня просит моя любимая ученица. Эх, вьешь веревки из старика…

— Полно вам, наставник! Вы еще в самом расцвете сил! Когда штурмовать ступень Адепта планируете?

— В следующем году, не раньше. Ингредиенты нынче подорожали…

— Эй, народ. Там наставник Гард с Ублюдком Ли дерется! — ворвался на Облако Ши один из юных учеников. — Быстрее, не то пропустите все!

Переглянувшись, Сати и Дзун Ши побежали обратно к Юному Облаку.

[Ли Кон]

Предыдущие кочегары показали мне, как работает местное оборудование, не слишком сложное. И оставили меня трудиться. Собственно, конструкция походила на котел в дилижансе с двумя отверстиями, куда можно было просунуть обе руки для зарядки духовным огнем. Порой приходилось таскать воду с Главного Облака, но старожилы сказали, что можно запрячь мелюзгу под это дело. Детский труд здесь активно эксплуатировали. Я запомнил расположение вентилей и термометров в жилых залах. Дети жили словно в казармах, что считалось полезным с точки зрения Ордена.

Зима уступила место лету, но на такой высоте ночи все еще оставались холодными. Тем не менее, сейчас хватало одного Рекрута, чтобы отапливать два основных зала. В морозное время и трое кочегаров еле справлялись с задачей. Как я понял, у учеников Ордена существовало нечто вроде нарядов: караульная служба, готовка, котельная и прочие задачи. После тренировок сил и времени у них оставалось мало, так что коллеги с радостью свалили на меня обязанности по обогреву мелких.

Какое-то время я экспериментировал, подавая духовный огонь, следя за температурой и своим резервом. В итоге пришел к выводу, что моего ци хватит, чтобы протапливать помещения. Тем более кочегаров кормили тройной порцией в столовой. Настоятель Лин Бо думал, что подобное низкое занятие выведет надменного принца на чистую воду. Но он не знал, что назначил на дело Легендарного Кочегара, чье истинное призвание — давать тепло людям!

— Эй, Кочегар Ли, выходи! — раздался знакомый голос снаружи.

Выйдя на улицу, я увидел безусого Гжана с дружками. Ученики глядели на меня с вызовом. Тут и без слов стало сразу понятно, чего им от меня надобно.

— Значит, ты сумел пробиться в финальный этап турнира Стального кулака. Сколько же бойцов тебе пришлось подкупить?

— Хо-о, ни одного!

— Наши участники еще не вернулись с турнира, — заметил один тип с квадратным лицом. — Расскажи нам, Сумасшедший Ли, до какой части ты сумел дойти? Или сразу с одной тридцать второй вылетел?

— Эх, молодежь. Я дошел до самого финала честным путем и одолел Защитника Шанди, но отказался от титула по личным причинам. За это меня и прозвали Стальным Отступником!

— Любому вранью есть предел! — процедил Гжан и достал из ножен чуть изогнутый длинный клинок. — Раз ты сумел победить Бойцов, то и с Рекрутом справишься, верно?

— Легко! — взял я в ладонь кочеранг. — Готов?

— Бой!

Мы с Гжаном закружились во дворе здания Юного Облака. Кочеранг начал сталкиваться с мечом, вышибая серые искры. Гжан был в целом неплох: двигался уверенно, знал разные финты, владел Барьером и Разрезом. Но он не мог никак сравниться с тем, кто вышел победителем из куда более серьезных поединков.

Кочеранг порхал с огромной скоростью, нанося одну рану за другой. Получив удар по голове, Гжан свалился на землю. Я выпрямился и подбросил свое оружие в руке:

— Получили вы свое доказательство?

— Ублюдок Ли! Ты обманываешь сестрицу Бхоль! Запудрил ей голову! — ругнулся один из старших учеников.

Я совсем не ожидал, что все четверо набросятся на меня разом. Думал, что в Ордене есть понятие чести. Однако ненависть ко мне пересилила разум и нормы воинского этикета. Мне пришлось разрывать дистанцию, поскольку орденцы могли меня завалить толпой. Гжан вышел из игры, ему на смену пришло трое Рекрутов и один Новичок. Во дворе Облака было слишком просторно, так что я проник в зал первого этажа, и продолжил там сражаться, стараясь выступать один на один. Против учеников я начал применять прием с метанием кочеранга, от которого с Гжаном воздерживался. Это стало неприятным сюрпризом сначала для одного, а потом и второго орденца. Третий метал в меня огненные волны, которые я с удовольствием принимал на клешню, поглощая часть ци и восстанавливая резерв. В итоге и оставшейся парочке я успешно настучал по головам, стараясь не ранить серьезно. А то выпнут из Ордена с волчьим билетом.

Пока мы переворачивали койки и громыхали, вокруг нас собралось некоторое количество зевак. Снаружи тоже подходили любопытствующие ученики. Всем интересно было поглазеть на разборки с известным Ублюдком Ли.

— Ли Кон! — раздался мощный бас от мужика крепкого телосложения. — Ты утверждаешь, что сумел дойти до финала турнира Стального кулака? Хватить возиться с учениками. Давай проверим, как ты справишься с Бойцом. В этом году у меня не было возможности посетить турнир, — размял плечи здоровяк. — Но я бы с удовольствием проверил свои силы на одном из финалистов. Если ты, конечно, не вешаешь нам рамен на уши!

— Отлично! Смахнемся! — оскалился я.

— Наставник Гард, врежьте ему! — поддакнул Гжан.

Судя по всему, ученик и привел сюда наставника.

Зрители образовали небольшой круг. Часть глазели на нас со стороны моста. Похоже, тренировочные поединки были в Ордене в порядке вещей, так что даже наставники любили принять в них участие. Либо же проучить конкретно негодяя Ли считалось для них делом чести.

Гард владел здоровенным тяжелым двуручным клинком, но я уже сталкивался с такими противниками. Мы закружились в опасном танце. Стальные лезвия сталкивались с громким лязгом, хлопки духовного огня эхом отталкивались от горных склонов. Огромный меч Гарда имел одну не слишком приятную особенность: при столкновении он производил взрыв огня, словно от Шага. В результате чего меня отбрасывало на несколько метров. Порой мне не удавалось удержать равновесие.

Я решил, что стоит использовать свое главное преимущество — бой на средней дистанции. И принялся убегать от Гарда, метая в того кочеранг. Наставник жутко бесился, но не успевал парировать все атаки. Постепенно он покрывался глубокими ранами и терял кровь. Однако закончить нам не дали.

— Вы что здесь творите?! — раздался строгий голос Дзун Ши. — Немедленно прекратите!

— Господин, вы в порядке?! — подскочила ко мне Сати с лечебным Бальзамом.

— Ничего, — утер я пот. — Почти завалил Гарда.

Бхоль принялась смиренно обрабатывать мои раны. Дзун Ши пинками и подзатыльниками погнал зевак по своим рабоче-тренировочным обязанностям. Гарду тоже досталось. Хоть наставники оба были Бойцами, похоже, Дзун Ши считался одним из старших иерархов в Ордене.

— Гжан, ты тоже в этом участвовал?! — скривилась Сати, увидев покалеченного друга.

— Потом и его дружки толпой напали, — подлил я масла в огонь.

— Не ожидала такого от благородных служителей Ордена! — возмутилась девица.

— Прости, сестрица Сати… Мы просто решили проверить слухи о Сумасшедшем Ли.

— И как?

— Твой сюзерен действительно силен, — вздохнул Гжан печально. — Больше мы не будем его провоцировать…

— Ха, вам еще сто лет расти до Стального Отступника! — ухмыльнулся я. — Ай!

— Господин Кон, не дергайтесь! — проговорила Бхоль строго.

Дзун Ши с не слишком довольным лицом глядел за тем, как Сати аккуратно обрабатывает мои раны. Словно заботливый отец, переживающий из-за того, что его любимая дочь связалась с плохой компанией.

— Раз уж дал обещание… После обеда приходи на Облако Ши, ученик Ли. Я займусь твоим развитием!

Глава 4

Что ж, знакомство с местным воинствующим контингентом состоялось, можно сказать. Тем, кто стоял в наряде кочегаром, давали есть до отвала, так что я с удовольствием набил живот. Жители Сэцуань принесли огромную кучу змеиного мяса, так что гигантозмей еще долго будет в нашем рационе питания.

После обеда я в сопровождении Сати направился на Облако Ши. Относительно небольшая вершина с плоской площадкой. Чтобы добраться до Облака Ши требовалось преодолеть длинный веревочно-дощатый мост, пройдя над теряющейся в тумане пропастью. Вот психи горные. И чего на поверхности им нормально не жилось?

Наставник Дзун Ши ждал меня возле одного из мест для медитаций. Бхоль отошла от нас, не став мешать нашему уединению. Учитель посмотрел на меня ничего не выражающим взглядом:

— Итак, ученик Ли. Расскажи мне о своих сложностях с тренировками.

И я поведал ему о своем необычном Якоре, который отлично работал на ступени Новичка.

— …Я даже пробовал использовать не только женщин, но и мужчин в качестве образов для Якоря. К сожалению, к счастью ли, но оно не сработало.

— Чего-то подобного я от тебя и ожидал, Сумасшедший Ли, — покачал он головой осуждающе. — За свою многолетнюю практику я встречал пламетворцев с совершенно удивительными методами развития Ши, поэтому в твоем Якоре нет ничего сверхъестественного.

Наставник скучающе-академическим тоном поведал, что мне надо выйти за рамки, увидеть новые горизонты, отбросить старые догмы. Мне показалось, что я попал на сеанс к бизнес-тренеру, который вешал мне длинную лапшу на уши.

— У меня возникла идея, как помочь тебе. Жди здесь!

Спустя десяток минут Дзун Ши вернулся с грузной немолодой женщиной в переднике, которую я видел в столовой, кажется. Суть подсказала, что она находится на этапе Новичка. Женщина выглядела немного растерянной.

— Ханива работает кухаркой в Ордене. Она в свое время оставила путь пламетворца и сосредоточилась на полезном деле. Без нее обеды в столовой Ордена не были бы такими вкусными и питательными!

— Ох, наставник Дзун, не стоит так нахваливать! — смутилась Ханива. — Так значит, мне надо поработать… м-м-м, моделью для этого юноши? Не он ли тот самый средний сын, о котором все говорят?

— Ли Кон, к вашим услугам… Наставник, что вы имели в виду под моделью? При всем уважении, тетя Ханива не сможет стать моим Якорем, как бы я ни старался.

— Красота скрыта в каждой женщине. Ты должен постараться, познать смирение, унять свое непомерное либидо. Именно оно мешает тебе развиваться в Цун-Ши-Дао. Ханива — прекрасный кандидат для тренировок. Занимайся, ученик Ли. У меня есть другие дела…

— Стой! Да ты просто издеваешься надо мной!

— Ни в коей мере! Я верю, что ты добьешься успеха, ученик!

Дзун Ши покинул Облако. Ханива же не без труда забралась на валун ко мне.

— Ну, я тогда здесь присяду… Ох, я так волнуюсь! Никогда не сиживала рядом с настоящим принцем! Не возражаете? — дама достала кулек откуда-то из-за пазухи. — Или может тоже хотите семечек пощелкать? Мне всегда помогает снимать стресс!

— Нет, спасибо… Сати! — крикнул я. — Твой драгоценный наставник надо мной смеется!

— Господин Кон, вам просто кажется. Попробуйте позаниматься по методике учителя Дзун Ши.

Ругая вздорного орденца, я попытался заняться тренировкой Ши. Однако образ Ханивы в качестве Якоря мной отторгался на некоем экзистенциальном уровне. Кухарка не была плохим человеком, но мне требовалось словно бы заставить себя полюбить ее, чего я сделать просто не мог.

Мы просидели почти до самого вечера, но затем Ханиве потребовалось идти помогать с ужином, так что тетка извинилась и покинула горный островок Ши. Я остался сидеть один, глядя в сторону клонящегося к горизонту солнца. Вид с местечка открывался потрясающий. Казалось, что ты паришь где-то в облаках. Прохладный ветер обдувал практиков, теребя волосы.

[Сати Бхоль]

— Господин, позволите присоединиться?

— Конечно.

Сати запрыгнула к сюзерену и устроилась рядом:

— Это мое любимое место со времен учебы… Вам так и не удалось продвинуться в Ши?

— Твой наставник просто надо мной издевается, — фыркнул он. — Уверен, что двигаюсь не в том направлении. Но какое направление правильное — большой вопрос.

— Я бы хотела вам помочь, господин Кон, — проговорила Сати задумчиво. — Если я правильно помню, на тренировках вы сосредоточены на… девушках?

— Что-то вроде того.

— Тогда… нет, здесь я вам не помощник, — сдалась Бхоль, слегка покраснев. — Мне кажется, что вам надо быть более последовательным и рациональным. Хаос в голове не поможет развитию Цунь-Ши-Дао.

— Какой еще хаос? Я просто живу и радуюсь жизни, — возразил он в ответ. — А тебе бы стоило стать менее зажатой.

— Зажатой? Я не зажатая!

— Ты скована правилами и нормами словно цепями, — продолжил Ли Кон. — Стоит тебе освободиться, и ты воспаришь как птица! Тебе не хватает хаоса, не хватает импульсивности!

— Ерунда! Только смирение и порядок ведет к гармонии!

— А ты попробуй сначала: представь, что правилами жизнь не ограничивается.

— Тогда и вы, господин, подумайте над своим поведением. Нельзя все время предаваться плотским удовольствиям и плыть по течению!

— Идет!

Сати с Ли умолкли и прикрыли глаза, сосредоточившись. Каждый из них думал о своем. Слова сюзерена задели Бхоль. Она была уверена, что делает все правильно. Просто ей еще не удалось найти тот оттенок эмоций, что позволит проскочить путь Ши на ступени Рекрута. Ее Якорь был спокойствием, успокоением, покоем, порядком. Невозможно точно выразить словами те чувства, возникающие в голове. Здесь, на Облаке Ши, у нее отлично получалось достигать требуемого состояния, когда она тренировалась на ступени Новичка. Сати и без четкого Якоря за годы смогла значительно приблизиться к гармонии Ши ступени Рекрута. Вот только, если практик не разгадал проблему, не нашел свой Якорь, то на следующей ступени у него будет еще больше сложностей. Потребуется настоящий прорыв в медитациях.

Хаос, да? Это ведь полная противоположность тому покою, которого она достигала на ступени Новичка. Совершенно несочетаемые вещи. Несколько минут Бхоль с закрытыми глазами пыталась представить образ и соединить два разных настроя. У нее ничего не получилось, как она и предполагала.

Девушка открыла глаза и взглянула на проплывающие облака внизу. Перистые белые подушки окрашивались в красивые цвета заходящего солнца. Облака двигались на первый взгляд случайным образом. Светлые завихрения и вытянутые отростки то появлялись, то пропадали. Бхоль пронзило осознание: девушка часто использовала виды облаков, чтобы добиться внутренней гармонии спокойствия. Но облака являли собой пример откровенного беспорядка. Они никогда не стояли на месте, постоянно меняли форму, цвет и плотность. Настоящий хаос.

Как и текущая вода или взметающиеся язычки пламени костра. Сати поняла вдруг, что покой тоже может содержать в себе толику хаоса. Все вокруг изменчиво, но это часть жизни. Ей надо принять данный факт, а не отстраняться.

Сати сосредоточилась на образе облака — одновременно хаотичном, но легком и спокойном, и попыталась перенести в свое сознание. После чего привычно направила духовный огонь в голову. Боль отступила! Ей удалось после стольких бесплотных попыток найти свой Якорь!

— Получилось! — вдруг раздался радостный возглас рядом.

Девушка открыла глаза и посмотрела на своего соседа. Ли Кон выглядел донельзя довольным. Впрочем, Бхоль подозревала, что у нее похожее лицо.

— Господин, я сумела найти свой Якорь! — похвасталась Сати. — Не слишком приятно осознавать, что именно ваш совет подтолкнул меня в правильном направлении… Но все равно большое спасибо!

— О, будем считать, что мы квиты. Мне твои рекомендации тоже помогли!

— Вы перестали думать о пошлостях?!

— Еще чего! — Ли Кон поднялся на ноги, встав в горделивую позу. — Пошлости — часть моей сущности, я не могу их отринуть.

Улыбка Сати увяла.

— Раньше я рассматривал женщину как… объект вожделения. Сосуд похоти! Но мой Якорь эволюционировал, претерпел кардинальные изменения. Из хаоса родилось рациональное зерно. Я понял, что женское тело предназначено не только для сексуальных утех. Оно красиво само по себе, эстетично и вдохновляюще. Я аж воспылал, когда представлял в голове разные образы! И никакой похабщины. Настоящее искусство, настоящая платоническая страсть! Так, шаг за шагом, я смогу достичь просветления!

Бхоль тяжело вздохнула:

— Я надеялась на лучшее, но вы только еще глубже закапываете себя в яму разврата и похоти, господин Кон. Впрочем, иного от вас и не следовало ожидать…

— Э-э, я думал, ты будешь рада за меня!

— Очень рада, — язвительно проговорила Бхоль. — Попрошу не использовать меня для своих похабных образов.

Девушка спрыгнула с насиженного места и направилась на Главное Облако. Радость от обретения собственного Якоря оказалась подпорченной. Однако Сати понимала, что господина не перевоспитать.

[Ли Кон]

— Это мы еще посмотрим, — хмыкнул я.

Теперь, с преобразованием старого Якоря Ши в новый, все прежние образы заработали. Чем свежей был образ, тем легче проходили медитации. Ну а когда он сидел рядом с тобой, то становился вне конкуренции. Так что Сати еще послужит мне, хочет она того или нет.

Хорошо, что больше не придется заниматься с Дзун Ши, который меня явно недолюбливал. И зачем, спрашивается, я преодолел столько препятствий, чтобы добраться до мифических наставников в небесных чертогах? Ведь всего лишь следовало попросить помощи у своего вассала.

Настроение мое сразу же пошло в гору. Я плотно поужинал и выпросил себе дополнительную пайку с собой, немного пофлиртовав с Ханивой у раздачи. После чего направился на Юное Облако к своему рабочему месту. У детей после ужина было свободное время для игр, которое они в основном проводили в зале, активно бегая и бесясь. Мало чем юниоры отличались от их земных собратьев. Разве что менее избалованные в плане условий проживания.

— Дядя, вы наш новый кочегар? Холодно уже! — обратилась ко мне одна девочка.

— Да-да, сейчас подогрею…

— Это же Сумасшедший Ублюдок Ли! — произнес кто-то с толикой благоговения.

— За Ублюдка по жопе получите! Кочегар Ли!

Сати прошла вместе со мной в кочегарку. Здесь, как и в любой уважающей себе котельной, имелся небольшой уголок со столиком и скамейкой с матрасом и одеялом, на которой можно было прикорнуть.

— Поможешь мне с нагревом котла? — поинтересовался я.

— Настоятель приказал не помогать вам в работе. Насколько я понимаю, назначение является только вашим испытанием. Вассал не должен вмешиваться.

— Жаль.

— Если не возражаете, я займу это место для отдыха, — указала она на скамью. — Мне не следует отдалятся от сюзерена. Когда же вы решите отдохнуть, я буду охранять ваш покой.

— Пожалуйста.

Первое мое ночное дежурство прошло без серьезных проблем. Ци улетало словно в бездонную пропасть, когда я старался нагревать котел, но в целом, благодаря обильному питанию и взятым с собой припасам удавалось немного оставлять на саморазвитие. Заниматься тренировками Ши в перерывах между сеансами нагрева было весьма удобно. Кочегарка располагала к медитативному состоянию. Распространяющееся тепло, гудение котла, бульканье воды в трубах, легкое сопение Сати из соседней комнаты, напоминающей мне о сменщике из прошлого — все это помогало почувствовать себя как дома, расслабиться и сосредоточиться.

Примерно раз в час я осуществлял обход и проверял температуру в помещениях. Обязательно находился ребенок, который жаловался на дубак. Но меня мелким разжалобить не выйдет. Положен определенный режим — значит так оно и будет. Пускай закаляются и усердствуют в Цунь-Ши-Дао, а то так и останутся пустышками. Часа в четыре утра я нагревал котел в последний раз. В пять, незадолго до восхода солнца, происходил подъем, и за это время помещения не успевали остыть окончательно. Я будил Сати, и мы шли в Жилое Облако, где уже я отсыпался, а она дежурила неподалеку.

Постепенно я привык к новому распорядку. На тренировки Ши оставалось духовной энергии меньше, чем хотелось бы, но процесс с открывшимся Якорем все равно шел феноменальными темпами. Удивительно, что мне помог совет человека, который постоянно находился рядом, а не легендарный наставник из таинственного Ордена. Возможно, следует почаще прислушиваться к ее словам.

Дети ко мне вскоре привыкли. Наиболее храбрые принялись заваливать вопросами. Девчонки мне прохода не давали. Я ведь не просто так говорил, что мелкие негодницы меня всегда любили. Их интересовала жизнь наследного принца, коей я особо и пожить-то не успел. С парнями было обычно сложнее, но сейчас за меня играла грозная репутация Сумасшедшего Ублюдка Ли. Юниоров интересовали подробности сражения на турнире, за который я получил прозвище Стальной Отступник. Да и про другие приключения вроде Тухлого Мясника тоже спрашивали.

Таким образом перед, а затем и после отбоя, в перерывах между подачей тепла, я приходил в зал к младшей группе и рассказывал разные истории. Старшие дети держались настороженнее. Воспитатели хоть и ругались, загоняя детей спать, но в целом здесь приучали отвечать за свои действия с младых лет. Невыспался — твои проблемы. Щадить тебя на занятиях никто не будет. Помимо основ Цунь-Ши-Дао, отнимающих много времени и сил, дети познавали чтение, письмо, азы математики и другие науки вроде каллиграфии и алхимии.

Вокруг меня целый фан-клуб образовался. Все же у людей здесь было не так много развлечений. Телевизор и интернет отсутствовали. Дети играли в активные игры вроде пряток, салочек, ножичков и тому подобного, но послушать интересные истории тоже любили. Чебуль также притягивал внимание мелких. Хурглы на такой высоте не водились, домашних питомцев здесь не держали. Однако Чебуль быстро устал от детского внимания и обычно прятался где-то под потолком. Я допустил серьезную ошибку — рассказал о своих приключениях в течение нескольких дней. А дети требовали все новых и новых историй. Тогда на помощь пришли сюжеты из сказок родного мира.

[Сати Бхоль]

На третий день их пребывания в Орден вернулась Янлинг, подзадержавшись в дороге с турнира. Она принесла подтверждение рассказам о выходе Ли Кона в финал и его удивительным беседам с гун-эр. Судя по всему, Найен не стала отменять визит в Ханкин, поскольку дала обещание перед лицом большого количества людей. Наверняка она была недовольна побегом среднего сына гуна Чайфу, но ничего поделать не могла.

Янлинг, Гжан и другие хорошие знакомые по Ордену стали часто звать Бхоль на дружеские посиделки. Которые нравились Сати все меньше и меньше. Разговоры крутились исключительно вокруг Ли Кона. Друзья с чего-то решили, что он взял ее в заложники, наложил проклятье, отшиб память или каким-то иным образом задурил ей голову. Янлинг и Гжан пытались спасти ее из лап коварного злодея. Как будто у нее своей головы на плечах не было.

Тем не менее, им удалось посеять в ней зерна сомнений. Вернее, вернуть старые сомнения: а не является ли это хитроумным планом Ли Кона, что под маской добряка скрывает свою злодейскую сущность?

Янлинг огорошила ее известием, что, оказывается, она давно нравится Гжану, но тот стесняется в этом признаться. Это ее ненадолго выбило из колеи. Теперь стало понятно, почему Гжан постоянно конфликтует с Ли Коном. Однако заводить отношения Бхоль в настоящее время не собиралась.

Сати ложилась спать рано — в начале дежурства сюзерена. В один из дней Ли Кон как всегда быстро растопил котел, после чего пропал. Девушку снедало любопытство, и она отправилась посмотреть, где же его носит. Пройдя в нижний зал по коридору, Бхоль застала картину столь удивительную, что на всякий случай протерла свои глаза. Ли Кон сидел на полу скрестив ноги и привалившись к стене. А вокруг него рядками сидели дети разных возрастов. Большинство клевали носом, но стоически слушали историю. Пара девочек помладше и вовсе посапывали, привалившись к коленям его высочества.

— …Поборов злобного духа, братец Фродо бросил проклятое кольцо в самое сердце раскаленного Фанши! И Зло было повержено!

— Дядя Ли, а на какой ступени был Фродо?

— Хм, полагаю, Новичок.

— Такой слабый?!

— И Новички на многое способны, — хмыкнул он.

Сати вернулась в котельную и устроилась на лежанке. Обнаруженную сюрреалистичную картину девушка предпочла считать сном.

[Ли Кон]

Однажды за обедом девушка пожаловалась мне на назойливых знакомых по Ордену, которые всеми силами старались наставить ее на путь истинный. И отказывались намертво слушать ее доводы. В головах орденцев был вбит постулат, что средний сын — злобный Ублюдок. Иных интерпретаций они не допускали. Ничего нового, в общем.

— Первый раз, да? — заметил я с усмешкой.

Бхоль лишь вздохнула горестно.

— Я не расстроюсь, если ты перестанешь меня защищать, — предложил я выход. — Сделай вид, что встала на их сторону, развлекись со своими друзьями. Мы ведь здесь не навсегда. Кто знает, когда еще выдастся такая возможность.

Сати задумалась, но затем покачала головой:

— Нет. Я не буду лгать самой себе или друзьям. Рано или поздно я смогу доказать им.

— Как пожелаешь, — пожал я плечами.

Все-таки ее не перевоспитать.

Глава 5

Детки-юниоры оказались полны сюрпризов. От них я узнал бродившие по Ордену слухи: якобы на территорию несколько декад назад принесли загадочный артефакт звездного уровня. В чем я лично сильно сомневался. Горные и облачные артефакты являлись редкостью для Триумвирата. Не говоря уж про небесные, лунные или солнечные. Звездный артефакт должен по логике вещей обладать чудовищно мощными особенностями. Но детям нравилось судачить и делать предположения, что за таинственный артефакт теперь хранится в Ордене.

В один из вечеров я рассказывал слушателям историю охотников за привидениями, переиначенную на местный манер. Пламетворцы осваивали специальные техники и затем заточали духов в узилища. Далеко не все дети приходили на мои посиделки. Некоторые предпочитали активные игры, другие шли сразу спать. Старшая группа считала зазорным сидеть вместе с младшей, хотя несколько любопытных подростков и приходили на первый этаж.

— А я знаю одного мальчика, который видит духов, — произнесла засыпающая девочка по имени Хана, кажется.

Кстати, Хана напоминала мне Фань: такие же темные, с красным отливом, волосы и глаза. Разве что прическа короче: юниоров всех стригли коротко. Ученикам позволялось отращивать волосы длиннее — как у Сати. Ну а после положенных пяти лет службы члены Ордена становились старшими учениками и могли отпускать волосы любой длины по желанию.

— Точно? — заинтересовался я.

— Так Минг говорит! Один раз я встала ночью в туалет и заметила, как он пробирался через окно мимо воспитательниц. Он сказал, что идет охотиться на духов, и что мне нельзя никому об этом говорить… Ой…

— Ха, будем считать, что мы ничего не слышали. Минга ведь нет рядом?

— Нет, он рано идет спать…

— Охотник на духов, да? Если заметите, что он снова отправляется на охоту ночью — сообщите мне. Я присмотрю за тем, чтобы духи его не сожрали.

— Хорошо!

Я заметил стоящую в проходе воспитательницу со скрещенными руками, недвусмысленно намекающую, что с посиделками пора заканчивать.

— На сегодня все. Марш по кроватям!

Дети потянулись по своим местам. С воспитательницами в целом мы быстро нашли общий язык. Одна из них была вполне себе в моем вкусе. В Ордене Семи Облаков в целом обитала масса красоток. Вот только подкатывать к ним я опасался. Если уж даже у сервов-обывателей на этот счет есть масса предубеждений: никакого интима до свадьбы, то здесь дела обстояли еще строже, насколько я мог судить. Лишь у старших учеников или наставников появлялась какая-никакая свобода. В общем, монахини Ордена столь же повернутые, как и Сати. Я, конечно, получил прозвище Сумасшедший, но даже мне хватало ума для понимания, что к боевитым красоткам из Ордена лезть чревато. В любом случае требовалось много времени, чтобы как-то развеять мрачную репутацию Ублюдка Ли. С Бхоль на это ушло больше двух месяцев. По крайней мере, образов для Якорей набрал я достаточно.

Кочеранг также требовал ухода. Не только полировки теперь, но и заточки. Сати мне одалживала специальные инструменты для тонкого ухода за оружием. Особенности кочеранга постепенно улучшались.

Мне было интересно, с чем связана такая быстрая прокачка моих предметов. Сати ведь тоже активно сражалась, но ее меч потребовал дополнительных усилий кузнеца и затрат на духовные катализаторы. В Ордене имелась своя кузнечная мастерская. Не Кузня Трех Хребтов, но все же повыше классом, чем мастерская Охидо в Шейчжоу. Оружие для рядовых орденцев ковалось довольно стандартное, так что клинки многих учеников походили на меч Сати до трансформации. После перехода на личный тип оружие Бхоль стало чуть толще, прочнее и получило коричневатый оттенок. Старшие члены Ордена могли заказать что-нибудь более экзотическое — к чему душа лежала.

Ответ на мой вопрос содержал в себе ту же основу. Душу. Именно Дао отвечало за развитие личного оружия. Пламетворец делился частичками своей души с оружием, прокачивая его согласно своим представлениям. Чем сильнее Дао, тем проще практику с экипировкой. По той же причине малые духи проявляли рядом со мной повышенную активность. Наверное, поэтому и Хелсс ко мне привязалась словно банный жгучелист. По словам Сати успехи в Цунь-Ши-Дао также от этого зависели. Мой прогресс не сравнить с обычными людьми. Так что без преимущества в новом мире я не остался. Жаль, что оно не было таким критическим, иначе бы я не получал люлей столько раз. Силу души нельзя было точно измерить. Неизвестно, у всех ли иномирян такие особенности или виновата стезя кочегара, но все равно приятно думать о том, что в тебе есть толика исключительности.

— Ученик Ли, к тебе гости! — прервал наше общение Дзун Ши.

— Я уже не ваш ученик, мастер, — хмыкнул я. — Якорь нашел и без вашей помощи.

— Никогда не знаешь, какой именно совет помог разобраться в гармонии Ши, — потеребил бороду наставник. — Поэтому побольше благодарности. Раз ты не считаешь меня своим учителем и у тебя больше нет необходимости здесь задерживаться, возможно нам стоит отдать тебя нашим новым гостям?

— Что еще за гости? — насторожился я и добавил нехотя. — Учитель Дзун Ши.

— Ступай за мной, ученик.

На основной площадке Главного Облака собралась небольшая толпа из учеников и наставников, стражников Чайфу. Присутствовал сам настоятель Лин Бо и спасенный мной командир гвардейцев из Сэцуань. Но также в Орден прибыли наши старые знакомые: Ян Хинью и Сен.

— Ваше высочество, — обозначил Ян короткий поклон. — Ваш неожиданный побег из дворца многим из нас серьезно осложнил жизнь. Ее сиятельство грозилась лишить нас всех головы!

— Судя по тому, что она на месте, все обошлось, — хмыкнул я. — Госпожа Найен отменила поездку в Ханкин?

— Нет. Гун-эр дала слово пред лицом тысяч подданных, она не стала отменять визит. В пути до нас дошли сведения о вашем местонахождении. По поручению господина Чинсука, от лица гуна Чайфу и гун-эр Лонглин, я прибыл сюда, чтобы просить вас отправиться со мной в Ханкин.

Похоже, отцу не понравилась мои выходки на турнире. Да и Найен ему могла многое наговорить. Тоже мне наследник: свалил всю работу по примирению на батю. Вряд ли он такого исхода ожидал. Кажется, убивать на месте меня никто не стремился, но по душам поговорить хотели. Будет забавно, если Найен и Дай сойдутся вместе на почве нелюбви к среднему сыну Чай.

— Что ж, этого следовало ожидать, — вздохнул я. — Но я не собираюсь возвращаться в столицу.

— Что скажут на это патриархи Ордена Семи Облаков? — Хинью обвел взглядом собравшихся людей. — Выдадите ли вы беглеца, если на то есть воля правителей двух провинций?

— Ученик Ли не является частью Ордена, хоть мы и оказываем ему услуги в виде обучения, — заявил Дзун Ши. — Пускай его судьбу решит настоятель.

Все обратили свой взор на настоятеля. Сморщенное лицо старика Лин Бо как всегда выражало безмятежность и благожелательность. Адепту было словно безразлично, что перед ним посланники самого гуна.

— Ли Кон из рода Чай появился здесь недавно, но уже стал частью нашей большой семьи. Не можем расстаться мы с нашим кочегаром, иначе померзнут юниоры.

— Что? Кочегаром? — на лице Хинью читалось изумление.

Я же больше удивился словам настоятеля. Не видел, чтобы он допрашивал юниоров, но похоже, Лин Бо пристально следил за ситуацией на Юном Облаке. Видимо, мне удалось пройти его хитрую проверку.

— Его высочество все время носился с этой кочергой, — вздохнул он. — Но я не думал, что он действительно будет занят здесь подобным делом. Хорошо, господин Ли Кон, а что вы скажете на это?

Хинью вдруг вытащил небольшую красивую коробочку и раскрыл. Внутри покоились две пилюли красноватого оттенка. Я с интересом проверил предмет с помощью духовной Сути.

Пилюля Каменных Мышц

Сильный препарат для развития Цунь

Уровень: Облачный

Особенность: эффект длится дольше на 26 %

Особенность: последствия снижены на 42 %

Особенность: эффект сильнее на 17 %

— Препарат Цунь уровня Бойца! — представил Ян. — Их высочества Жунь и Фань Фа Лонг настояли на том, чтобы занявший второе место на турнире Стального Кулака получил свой законный приз.

— О, класс! — обрадовался я и потянул было руку. — Спасибо высочествам!

Однако Хинью резко захлопнул шкатулку и убрал за пазуху:

— Вы получите ваш приз, если поедете со мной в Ханкин. Я передам вам пилюли, как только мы достигнем столицы.

Мой энтузиазм сразу угас. Метод кнута и пряника используют? Вот хитрецы!

— Вот как вы решили использовать приз? Не слишком красивое поведение.

— Господин Чинсук приказал мне использовать любые методы, чтобы заставить вас вернуться в Ханкин.

— Можете оставить себе, — фыркнул я. — Я найду способ прокачать Цунь самостоятельно.

Хинью устало вздохнул и повернулся к настоятелю:

— Не будет ли уважаемый господин Лин Бо так любезен разрешить нам остановиться у вас на некоторое время? Я надеюсь, что его высочество сменит свою точку зрения.

— Хм, — настоятель погладил свою неряшливую бороденку, с прищуром глядя куда-то вдаль. — Мы уважаем гуна Чайфу и окажем его посланникам достойный прием. Но коли вздумаете устраивать беспорядок, на том и закончится гостеприимство наше.

Яну, Сену и группе солдат разрешили поселиться в Жилом Облаке. Еще одна головная боль. Надо будет уходить из Триумвирата, когда разберусь с Ши полностью. Пока же мы с Сати переселились окончательно на Юное Облако. В любом случае проводили там большую часть времени. Договорились с воспитательницами о возможности пользоваться их служебным помещением. Да и в кочегарке можно было поспать.

Ян предпринимал периодические попытки поговорить со мной. Ему самому не нравилось поручение от вышестоящих. Но он продолжал убеждать меня вернуться в Ханкин. На вопрос о реакции правителей ответить затруднялся.

На следующий день ко мне с интересными известиями пришла Сати:

— Господин Кон, я узнала, что сегодня планируется очередная зачистка пещер! Нам ведь нужны жвала для Микстуры Текучего Источника?

— Да. Они и здесь обитают?

— Пик Грозового Облака изрезан многочисленными ходами, — пояснила Бхоль. — Ордену приходится периодически уничтожать вредителей.

В районе полудня на Главном Облаке собралась группа зачистки, состоящая из учеников Гжана и Бхоль, старших учеников Янлинг и Йерео, а также наставников Гарда и Фуньячи. Фуньячи и Йерео владели длинными копьями, Гард таскал здоровенный тяжелый меч, Янлинг владела короткими клинками. Гжан и Бхоль были экипированы более традиционным клинковым оружием.

— Ты и его с собой притащила? — скривилась Янлинг.

— У вас есть возражения против Стального Отступника? — приподняла бровь Сати.

— Ли Кона в Сэцуань прозвали Змеиной Наживкой, — прищурилась Янлинг. — Может он и с многоножками справится…

— Предпочитаю традиционные методы охоты, — откликнулся я.

— Все еще не могу поверить, что ты практически победил в турнире, — хмыкнул Гард. — Даже если кого-то и подкупил, Янлинг и я успели оценить твою силу. Надежные бойцы нам всегда нужны, поэтому Ли Кона мы примем в нашу группу.

— Те, кто идет на зачистку впервые, — взяла слово наставница Фуньячи — женщина средних лет с суровой челюстью. — Не стоит недооценивать многоножек. Они достигают размеров буйвола, а их жвала легко перекусывают толстый металл. Ими многоножки прогрызают проходы в горной породе, питаясь окаменевшими остатками духовного огня. Из уязвимых мест только голова, до которой еще надо дотянуться. Поэтому: Янлинг, возьми копье.

— Чем вам мои клинки не угодили?

— Слишком короткие. Возьми копье в арсенале.

Побурчав, старшая ученица отправилась исполнять поручение. Фуньячи посмотрела на мой кочеранг и не стала настаивать на замене.

Мы направились вплотную к отвесной скале. Один из входов в пещеры находился где-то между Юным и Главным Облаком, только приходилось прыгать по камням и красться по крутой тропке. Чуть не сверзившись с обрыва, я понял, зачем между пиками проложили удобные мосты.

Проход в пещеры перегораживали несколько дверей, в которых дежурили малые духи-смотрители. Мы начали спускаться вниз. Выдолбленный в скале ровный тоннель явно человеческого происхождения вскоре окончился неровной, изрезанной пещерой. Фонари из амулетов выявили на стенках многочисленные глубокие бреши — следы от жвал, судя по всему.

Стоявшую гнетущую тишину разрезало эхо от далеких щелчков. Судя по всему, пещерные многоножки где-то в одном из тоннелей прогрызали себе новые ходы. Эдак весь пик Грозового Облака сожрут, проглоты. Кое-где росло нечто вроде мха, местами сверху капала вода, грибы странной формы и цвета тянулись отовсюду. В некоторых местах виднелись сталактиты и сталагмиты. Пахло затхлой сыростью и немного рыбьей чешуей. Пещеры казались зловещими и загадочными.

Я был единственным дальнобойным юнитом в отряде, поэтому двинулся одним из первых — под прикрытием Фуньячи. Пещеры часто сужались до низких и узких проходов, в которых даже двум людям было сложно развернуться. Поэтому большую толпу и не отправляли на зачистку.

— Клат-клат-клат! — агрессивно защелкали жвала первой многоножки, когда луч фонаря выхватил из темноты уродливое лицо гигантского насекомого.

Мозг еще не полностью успел осмыслить ситуацию, а кочеранг уже отправился в полет. Сделав несколько оборотов, оружие воткнулось лезвием, пробило прочный хитин, после чего разорвалось духовным огнем. Голова существа лопнула, и многоножка, подергавшись, издохла.

— Хороший бросок, — похвалил Гард. — Хотя со взрослыми особями так легко не будет.

— Так это детеныш? — подивился я.

— Жвала взрослых сильных многоножек хуже подходят для зелий, — пояснила Сати, занимающаяся вырубкой отростков. — Но мы обязаны зачистить окрестности Ордена полностью.

Мясо или иные органы никто трогать не стал. На тело вскоре слетелись жадные дикие огненные духи. Наш поход продолжился. Вскоре мы наткнулись и на парочку взрослых противников. Их с одного удара не получалось так просто выносить. Мы старались окружить противника с разных сторон, лишить конечностей или разрезать на две части. Тело у многоножек было длинным и массивным, но относительно тонким. Мне с моим коротким кочерангом несподручно было пытаться, а вот Гард охотно разрубал насекомых, целя в слабозащищенные хитином проемы между сегментами. Копьями старались пробить голову, мечами отрубали конечности. Я метал кочеранг с безопасной дистанции обычно, целя в голову.

Взрослые особи являлись сильными и опасными противниками, но против практиков Ордена и Стального Отступника мало что могли противопоставить. Разве что одна из тварей перекусила жвалами копье Янлинг, которая не слишком умело попыталась ткнуть им в голову. Ругнувшись, старшая ученица переключилась на родные клинки и завертелась в своем смертоносном танце. Однако огромная пятиметровая гусеница с тучей ног — это не то же самое, что человек. Янлинг приходилось обрубать сначала конечности, чтобы добраться к телу твари. А там многоножку уже приканчивали союзники.

— Хватит воровать моих противников! — возмутилась Янлинг.

— Пока ты их прикончишь, мы поседеем, — съязвила Сати.

Жвала приходилось делить на всех. Они ценились, так что не только мы хотели забрать их себе. По крайней мере нас с Сати было двое, так что выходил двойной улов.

Первый азарт и страх неизвестности прошли. Зачистка тоннелей превратилась в монотонное однообразное занятие. Грязное и вонючее. Вырванные жвала отчаянно воняли. Но дело есть дело. Кочегары не боятся запачкаться. Мы углубились в гору, и нам начали встречаться многоножки серого ранга. Взрослые особи нередко достигали продвинутой ступени, что позволяло им грызть более крепкие породы. Внешне они слабо отличались от обычных. Бледное слегка голубоватое тельце приобретало сероватый оттенок, да сами особи были крупнее и сильнее.

Против многоножек-Рекрутов мы старались проявлять больше осторожности. Даже Бойцы отряда действовали аккуратно, страхуя друг друга.

— Так, эта моя! — воскликнула Янлинг и побежала на крупную многоножку, выскочившую из прохода.

Слишком поздно мы заметили темные красноватые полосы на боку твари. Что намекало о ступени багрового огня.

— Назад! — выкрикнула Фуньячи.

Однако Янлинг уже сблизилась с монстром и попыталась достать того в голову. Вот только совсем не рассчитала прыти и силы, с которой двигалась многоножка. Раздался слитный гул десятков огненных хлопков. Насекомое оказалось способно прыгать на большую дистанцию с помощью аналога огненного Шага. Чудище бросилось на Янлинг и повалила на землю. Старшая ученица вжалась в каменный пол пещеры и выставила свои клинки. Щелкнули жвала, вырвался на руку багровый огонь. Металл покрылся сколами. Жвала находились в опасной близости от лица девушки.

Я бросился на выручку и врезался в голову твари, ударив воронкой-щитом клешни. После чего нанес сильный удар по голове монстра, пробив огненный покров и хитин. Жаль завалить не удалось. Многоножка отступила, переключившись на новых противников. Гард, Фуньячи, Йерео, Сати и Гжан быстро пришли нам на выручку. Янлинг смогла отойти назад.

Бой выдался непростым. Гард, попытавшийся подобраться сбоку, получил серьезную рану. Гжана прижало к стене тушей, чуть не расплющив. Йерео перекусило копье жвалами. Обратив внимание на потолок, я заметил висящий над монстро сталактит. Я бросил кочеранг и попал точно по сосульке. Сталактит надломился и рухнул на монстра, покалечив. В итоге Фуньячи удалось поставить точку в противостоянии, вонзив лезвие копья в голову твари. Распространившийся багровый огонь наставницы довершил разгром.

Мы на некоторое время застряли в каверне, обрабатывая раны пострадавшим. Улучив момент, ко мне подошла Янлинг:

— Это самое… Может, ты не такой уж и ублюдок… брат Ли. Спасибо за помощь.

— Пожалуйста…

— Я же говорила! — донеслось со стороны Сати торжествующе.

— Но это не отменяет того факта, что ты на нем помешана!

— Ничего подобного! Я исполняю свой долг в соответствии с вассальной присягой! — возразила Бхоль.

Наставники приняли решение сворачивать поход. Окрестности мы успешно зачистили, так что на какое-то время в пещерах будет спокойно.

Глава 6

Гжан отдал свою долю Сати, зная, что ей недалеко до перехода осталось. После совместного похода я понял, что парень испытывал к ней не просто дружеские чувства, но холодная Бхоль держала его на дистанции. Что ж, не всем дано родиться с раскаленной лавой, текущей в венах. Янлинг передала жвала мне в знак признательности. Не сказал бы, что мы стали закадычными друзьями, но по крайней мере мне удалось растопить лед недоверия.

Жвала являлись самой прочной частью тела пещерной многоножки. Окаменевшие материалы походили на металл. Добраться до внутренней железы, проводящей огонь, было не так-то просто. К счастью, в Ордене работали мастера, умеющие извлекать ценный ингредиент. Мы передали добытые жвала в кузнечную мастерскую, и спустя несколько часов получили добытый материал. Наиболее ценными являлись жвала многоножек серой или багровой ступени. С багровой нам досталась одна в качестве трофея. Однако итогового количества ингредиента после извлечения и сушки оказалось недостаточно. И двух порций Микстуры не наберется. Придется напрашиваться на следующую зачистку или самим сходить в рейд. Первое безопаснее, второе прибыльнее.

Почти все услуги представителям Ордена оказывались бесплатно, так что Сати достаточно было просто попросить мастеров. Редкие ресурсы распределялись с разрешения наставников за определенные заслуги. Сданные жвала, к примеру, добавят несколько очков, и затем можно получить поощрение в желаемом виде: ценное зелье или улучшенное оружие.

Экономика Ордена была довольной простой. Внутри деньги не использовались, только при обмене с внешним миром. Главным товаром, который поставлял Орден Семи Облаков, являлись наемные слуги-воины. Наверное, их можно сравнить с рыцарями или самураями, хотя здесь и была своя специфика. За пятилетний стандартный контракт клиенты выплачивали немаленькую сумму. В Ордене существовал строгий кодекс поведения с однозначными, почти библейскими, заповедями, но также вассал обязан был повиноваться сюзерену и не предавать. Порой, как например, в моем случае, данные правила вступали в противоречие.

Разумеется, Орден Семи Облаков не был единственной подобной организацией. За пределами Триумвирата различных орденов было множество. При этом богатых клиентов, могущих позволить себе дорогих элитных воителей, было не так чтобы много. Мелкие и крупные феодалы, торговцы, мануфактурщики, небесные кузнецы. Конкуренция оставалась высокой. Не все ученики находили своих сюзеренов. Но им тоже старались найти занятие по душе. Некоторых отпускали в свободное плавание, и те шли причинять добро и наносить справедливость по всему миру. Заодно подыскивали перспективных детей в Орден. Так, например, нашли саму Бхоль в детстве.

В Ордене Семи Облаков служило аж трое Адептов, что было сравнимо с провинцией Хень-Тань или Лонглин. Поэтому он являл собой грозную силу. Правда, один из Адептов служил вдали от родных пенат в настоящее время. Помимо настоятеля Лин Бо на территории находился Адепт Широиши — средних лет мужчина с гладко выбритым лицом. Он был несколько легкомысленным и не претендовал на титул настоятеля. Широиши отдыхал, развлекался и медитировал перед отправкой на следующее задание Ордена. Мы с ним почти не пересекались.

Хинью не прекратил попыток убедить меня вернуться в Ханкин. Я же не прекратил попыток убедить его вернуть мне мой законный приз за второе место в турнире. Пока что результата ни одному из нас достичь не удавалось.

Ши перевалило за половину. С Якорем процесс шел весьма бойко. Лето добралось и до горного поселения у пика Грозового Облака. Снег отступил до самой вершины, ночи стали теплее. Мне приходилось тратить меньше ци на обогрев помещений.

Я начал активно тренировать Разрез, в чем мне помогала Сати. Хоть ей и было запрещено передавать знания о технике на стороне. Но я уже узнал многое от наставника Яна и сам, так что мне осталось отполировать технику и найти правильный тип огня. После появления пускай короткого, но лезвия, кочеранг стал вполне себе нормально подходить для применения Разреза. Узкая полоска концентрированного огня вырывалась с кончиков лезвия, разрезая все на своем пути. Жаль только при метании кочеранга техника срабатывала плохо. Часто распадалась или вылетала не в ту сторону.

В одну из ночей я как обычно совершал обход помещений, проверяя градусники в разных частях залов первого и второго этажа. Как ко мне вдруг вышла заспанная Хана, потирающая глазки.

— Дядя Ли, вы просили сказать, когда Минг пойдет охотиться на духов… Он снова ушел!

— М-да? Иди спать, я пригляжу за парнем.

— Но я тоже хочу посмотреть на духов…

— Если духи действительно есть, в следующий раз я возьму тебя с собой. Давай-давай.

Зевнув, Хана направилась обратно к своей койке. Я же покинул юниорский дом через боковой выход. Редкие хилые фонари и лучи полного Орока разрезали ночной сумрак. Малые духи являлись разумными существами, а значит им была присуща такая особенность, как лень. Огненные малявки экономили ци, пока никто не видит, и лишь самую малость освещали округу. Я дошел до моста на Главное Облако, где стояла пара караульных. Однако никто проходящих мимо юниоров не видел. Значит, Минг не покидал Облако, либо двинулся в обход по крутым склонами и камням. Вплотную к горе можно было перебраться на другое плато.

Я принялся исследовать Юниорское Облако. Задняя его часть была практически не освещена. Преодолев кустистые насаждения, я увидел искомого мальчика. Минг стоял неподалеку от горы, а рядом с ним виднелась какая-то темная фигура. Взрослый человек был окутан в темные одежды с ног до головы, лишь небольшая прорезь для глаз оставалась открытой. Натуральный ниндзя. Минг с незнакомцем о чем-то тихо переговаривались. Я не смог разобрать, о чем они беседовали.

Фигура в темном резко замолкла и глянула в мою сторону вдруг. Меня заметили! Я положили ладонь на кочеранг, готовый к любому развитию событий. Но дальнейшего даже я не ожидал.

Незнакомец вдруг вытащил кинжал и воткнул Мингу в глаз. Мальчик коротко вскрикнул и рухнул на землю словно безвольный мешок с рисом.

— Тварь!

Я выхватил кочеранг и побежал вперед, напитывая оружие духовной энергией. Под ногами человека в черном заискрил багровый огонь. Раздались легкие хлопки. Неизвестный, словно заправский гимнаст, принялся прыгать по камням. Он уходил прочь от базы Ордена, перебираясь с уступа на уступ с помощью огненного Шага. Путь, которым он шел, был крутым. Обычный человек бы его вряд ли смог осилить, тем более в темноте.

Мне не оставалось ничего иного, кроме как метнуть кочеранг со всей силы, подобравшись поближе. Изогнутый снаряд просвистел в воздухе, стремительно сократив расстояние с целью. Удача мне сопутствовала: кочеранг воткнулся лезвием в спину убегающему злодею, пробив багровый покров. Серый огонь разорвался с легкой вспышкой. От противника донеслось сдавленное ругательство.

Убийца замедлился лишь на секунду, после чего продолжил убегать. Я забеспокоился, как бы гаденыш не ушел на такую дистанцию, на которой связь с кочерангом уже не будет работать, поэтому с силой потянул оружие назад. Лезвие выскочило из раны, и незнакомец чуть не оступился из-за небольшого толчка. Но он быстро вернул равновесие, продолжив убегать, и вскоре исчез в ночи. Оружие вернулось ко мне бумерангом.

Я подбежал к лежащему Мингу и перевернул тело. Мальчик был мертв, и возможностей спасти уже никаких не было. Духовным огнем ему выжгло мозг.

Послышался перестук быстрых шагов. К нам из-за кустов выскочило двое учеников, которые должны были караулить у моста.

— Тревога! — выкрикнул один из них.

— О, великий Фанши! — вскрикнула в ужасе вторая. — Ублюдок Ли убил юниора!!!

— Чего…

Я похлопал глазами и постарался понять, что же так взбудоражило учеников. На душе стало тревожно. Я быстро осознал, что стоять над свежим трупом с окровавленным оружием в руках — не самая лучшая идея с точки зрения отстаивания своей невиновности.

— Все не так, как вы думаете! — проговорил я, понимая, как глупо и клишировано звучит данная фраза в текущей ситуации.

Вскоре народ сбежался с разных Облаков, поднятый по тревоге. Убийство, тем более юниора из младшей группы — это тяжкое преступление. Мелькала у меня мысль сбежать, но я решил, что смогу отстоять правду на этот раз, поэтому повиновался. У меня отобрали оружие, амулет и клешню. Даже Чебуля заперли в небольшой клетке.

В одном из главных залов Главного Облака среди ночи собралась комиссия, решающая, что же делать с убийцей. Я честно поведал все детали случившегося со своей стороны. Были те, кто остался нейтрален к моей версии и те, кто не поверил. Тех, кто поверил, было крайне мало. Этот мир был далек от судебно-медицинских экспертиз. Проверить состав крови на лезвии кочеранга и сравнить с кровью мальчика никто не мог.

— Сбросить Ублюдка Ли с обрыва! Смерть душегубу! — кричала разъяренная толпа.

— Вот Ублюдок Ли и явил свою истинную натуру! — прокричал старик-наставник. — Вы довольны, господин настоятель?!

— Делать выводы поспешные не стоит, — погладил Лин Бо бородку.

Вперед вышла Сати, склонившись в напряженной позе:

— Коли собираетесь наказать господина Кона, позвольте мне принять то же самое наказание. Я верю в то, что сказал господин. Верю в его невиновность.

— Ученица Бхоль с самого начала была заодно с поганым принцем! Отлучить ее! Лишить медальона Ордена Семи Облаков!

— Хватит гавкать словно пес паршивый, — хмуро воскликнула Янлинг. — Разобраться надо сначала.

— На том и порешим, — жестко проговорил настоятель Лин Бо. — Гостя Ли Кона и верного его вассала Бхоль — в узилище запереть. Наставникам: проверить место преступления, допросить свидетелей. И лишь затем делать выводы будем.

Ночное заседание закончилось, а нас с Сати повели в карцер. Это был выдолбленный в сплошной скале каменный мешок, прикрытый сверху металлической решеткой. Нас столкнули вниз, после чего закрыли крышку. Чебуля скинули вниз, просунув через прутья решетки. Пригрозили, что если хургл будет шастать по округе, то за его сохранность никто ручаться не будет.

Первые лучи солнца только показались из-за горизонта, но в каменную яму они проникали с трудом. Я осмотрелся. С двух сторон виднелись голые каменные ступени, играющие роль кроватей, видимо. В углу виднелся желоб, по которому стекали сточные воды. На полу и ступенях виднелись лужи. Крыши-то у камеры не было. Ночной холод быстро приводил мысли в порядок. Мы с Сати распространили вокруг себя Греющую ауру, дабы не замерзнуть.

Бхоль, походив немного по камере, примостилась на каменное сидение:

— Не так я представляла себе возвращение домой…

— Первый раз, да? — хмыкнул я.

— Да, первый раз! Уж извините, господин, не привыкла я по темницам скитаться!

— Ладно, не сердись. Уверен, все образуется.

— Вы ведь говорили правду?

— Конечно.

— Тогда подождем. Скоро найдутся подтверждения вашей версии… — вздохнула Сати.

— В темнице сырой

Томится без страха кочегар со слугой

Отрыжка хургла! — пропел я слегка измененную версию.

— Гя-уш!

Я потрепал по холке поникшего хургла. Зверек был голоден. Впрочем, он всегда хотел жрать. Спустя несколько часов Гжан с Янлинг принесли нам перекусить.

Нам повезло. Мы просидели в камере менее суток. Во второй половине дня нас выпустили из заточения. Орденцам удалось найти многочисленные следы от описанного мной незнакомца: жженые отметины от огненного Шага на камнях, капли крови по пути и даже отпечаток кровавой ладони. По всей видимости, удар кочерангом доставил ему хлопот. Хана подтвердила мои слова, поведав о странном парне, что иногда уходил среди ночи по непонятным делам. Да и в целом дети отзывались обо мне в положительном ключе. Моя версия с нападением чужака подтвердилась. Обвинения с нас сняли.

— Чувствуете, чем пахнет, молодой господин? — принюхалась Сати после того, как мы выбрались из каменного узилища.

— Рисом и свежей выпечкой? — уловил я ароматы со стороны столовой.

— Свободой, господин Кон.

Наставники с настоятелем совещались из-за случившегося в закрытом помещении. Учеников и юниоров не посвящали в детали. Мы с Сати, Гжаном и Янлинг пришли к закономерному выводу, что Минг был подставным студентом, который собирал информацию об Ордене и передавал третьим лицам. Кому именно — неясно. У Ордена Семи Облаков было много недоброжелателей и откровенных врагов. Настоятель распорядился усилить караулы и особо внимательно следить за периметром Юного Облака и Облака Знаний.

По настоянию некоторых старших меня сняли с должности кочегара, но разрешили еще погостить в Ордене. Впрочем, мелкие разыскали меня уже на следующий день. Их не волновало, что я больше не являлся кочегаром Юного Облака. Дети хотели больше интересных историй на ночь. Скрепя сердце, я согласился. Так что каждый вечер я теперь ходил к Юному Облаку и выступал во дворе, переиначивая известные мне сказки и фильмы на местный лад. Возможно, во мне проснулся талант барда, ведь народ слушал с упоением. Но скорее всего виной интереса была странная чуждость моих рассказов. Нередко к слушателям присоединялись воспитательницы и подростки из старшей группы.

Один раз послушать меня явился даже сам наставник Дзун Ши. Я завершил свой рассказ, после чего детей погнали по кроватям. Наставник подошел ко мне:

— Наверное, мне стоило прислушаться к словам ученицы раньше, — проговорил он с задумчивым видом. — Извини, сиятельный брат Ли, что отнесся к твоему обучению не слишком серьезно. Твоя репутация весьма специфична…

— Ха, без вас бы мы с Сати не нашли свои Якоря, скорее всего.

— В качестве извинений попробую помочь тебе с Разрезом, ученик Ли.

— Спасибо!

Дни сменялись один за другим. Подошла к концу третья декада первого лета. В Орден пришла теплая погода, так что услуги кочегара на Юном Облаке почти и не требовались более.

Ши росло с бешеной скоростью. Теперь ци все доставалось мне, но и кормить меня стали одинарными порциями. Разве что небольшой флирт с теткой Ханивой помогал мне получать дополнительную порцию. Сати первой достигла предела развития гармонии Ши, но она за последние годы и без точного Якоря знатно продвинулась. Мне оставалось недолго до перехода.

Помимо прочего я активно изучал Разрез вместе с наставником Дзун Ши. Особенно хорошо оттачивание духовных техник происходило вблизи заточенного демона. Тяжелая аура монстра словно бы заставляла огонь повиноваться практику. И в один из дней, под надзором Дзун Ши, мне наконец удалось найти правильный оттенок духовной энергии. Удары мои стали более разрушительными. Жаль с бросками оставались те же самые сложности. Но я не терял надежды когда-нибудь видоизменить Разрез под бросок кочеранга. Наставник обещал подумать на досуге и помочь мне с реализацией.

До позднего вечера я оттачивал изученный духовный Разрез, оставшись более чем довольным результатом. Затем, по сложившейся традиции, мы с Сати направились к Юному Облаку — на очередной сеанс веселых историй.

— Эй, сестрица Бхоль, братец Ли! — окликнула нас Янлинг. — Мы тут надумали на днях отправиться на охоту на Снежных Виверн. Слыхала, вам тоже нужны ингредиенты?

— Да, глаза, — кивнул я. — На многоножек неплохо поохотились. Так что мы с вами!

— Класс! Твой стремный кочеранг будет как нельзя кстати.

— И ничего он не стремный.

— Как скажешь, Сумасшедший Кочегар Ли, — закатила глаза Янлинг. — Я скажу, когда соберется отряд. Бывайте!

Распрощавшись с Янлинг, мы двинулись к мосту, ведущему на Юное Облако. На каменном постаменте все также сидел худощавый монах в тонких одеждах.

— Совсем оголодали небось, господин настоятель, — заметил я.

— Мысли о вечном утоляют голод лучше изысканных кушаний.

— Лучше сочной жареной курочки с хрустящей корочкой в пряном соусе? — живописал я подробно и сам сглотнул выступившую слюну.

— Помехи медитирующему практику плачевно закончиться мо… — Лин Бо вдруг замер на полуслове.

Я почувствовал злую сильную ауру, словно бы давящую на плечи.

Настоятель медленно поднялся на ноги и повернулся в сторону скалы. Высоко на одном из уступов находился человек в объемных паровых доспехах темной расцветки, освещенный последними лучами закатного солнца. В руках он держал необычной формы клинок с зубцами, словно у пилы. В центре груди выделялся нарисованный алый круг, напоминающий по цвету и форме уходящее за горизонт солнце.

— Орден Заката, — ахнула Бхоль.

Вокруг фигуры распространилась злая ярко-красная аура, намекающая на ступень Адепта. С разных сторон на уступ спрыгнуло еще несколько воителей в доспехах с разнообразным оружием.

Выражение лица Лин Бо приняло серьезный вид:

— Детей в пещеры уведите, ученики. Сейчас же.

— Но… — начал было я.

Меня подтолкнула вперед Бхоль:

— Не время для бесед, господин. Исполняем приказ настоятеля!

Глава 7

Мы побежали к Юному Облаку, во дворе которого уже собирались мои обычные слушатели. Где-то позади, в дальней части территории Ордена послышались глухие разрывы.

— Настоятель велел спрятать детей в пещерах. Скорее! — прикрикнула Бхоль на растерявшихся караульных.

Возникла некоторая заминка, но вскоре мы начали выводить юниоров наружу не без помощи воспитательниц. Очередь напуганных детей растянулась в сторону крутых уступов, ведших ко входу в подгорные чертоги. Младшая группа могла преодолеть не все пролеты, так что мы с воспитательницами встали под ними и принялись передавать детей наверх. Юниоров в Ордене было примерно пару сотен, так что нам пришлось потратить некоторое время, чтобы все они добрались до пещер. Караульные отправились первыми в подземелья, дабы расчистить путь от многоножек. Мы уже относительно недавно проводили зачистку, но неизвестно как далеко придется бежать.

— Ты! — услышал я голос сбоку. Лучи закатного солнца осветили неизвестного в темных одеждах, который явился тем же путем, что и убийца Минга. Из-за маскировки утверждать точно было сложно. — Ублюдок, ты поплатишься!

— О, точно он, — хмыкнул я. — Сати, я займусь им.

— Будьте осторожней, господин…

Бхоль поднимала последних детей наверх. Со стороны Главного Облака доносились крики и звуки активной битвы. Громыхали огненные взрывы, гремела сталь. Я направился к диверсанту, который стоял на одном из уступов.

— Посмотрим, насколько ты силен в честном поединке, Ублюдок Ли! — проговорил он агрессивно.

Ниндзя двинулся в мою сторону, скача по уступам и камням. Я вспомнил свой опыт битвы с Акито и послал кочеранг ровно в тот момент, когда противник находился в воздухе. Враг заблокировал мое оружие клинком, но раздавшийся хлопок серого огня и сила удара отбросили его в сторону.

— Бездна Орока! — выкрикнул враг, не сумев попасть на уступ.

Сделав несколько кульбитов и грохнувшись о торчащие камни, ниндзя скатился в пропасть и вскоре исчез среди темных облаков. Истошный вопль врага растворился среди звуков горного сражения.

— Кочегар Ли, — поправил я, вернув оружие в ладонь. — Честного поединка ты не заслужил, убийца детей.

— Господин Кон! Скорее! — крикнула Сати.

Всех детей удалось загнать в подгорное убежище. На Юное Облако уже начали заходить солдаты врага. Я понесся в сторону входа, запрыгивая с разбегу на высокие уступы. Барьерная аура помимо прямых атак защищала и от обычных ушибов немного.

— Здесь никого нет! Найдите мелюзгу! — услышал я командный окрик, когда мы запирали за собой дверь.

— Может, нам следовало остаться и помочь Ордену? — уточнил я у Сати.

— Наше задание — позаботиться о детях, — хмуро проговорила Бхоль. — Мы должны отвести их подальше и защитить!

Мы принялись спускаться по узкому коридору и вскоре вышли в пещеры, созданные многоножками. Караульные успели увести юниоров на приличное расстояние. Вскоре мы нагнали основную толпу. Ученики ордена сражались с двумя многоножками, вышедшими на запах свежей добычи. Брошенный кочеранг раскроил голову одной твари, вторую добили орденцы. Среди троих учеников двое имели небольшим щиты и стандартные клинки, один владел длинным копьем. У юниоров тоже имелось оружие: младшие сразу же получали нож в ножнах по приходу в Орден. Дети учились им владеть и заботиться об оружии. После перехода на ступень Новичка юниоры меняли оружие на короткий меч. Если оружие младшей группы можно условно сравнить с танто, то подросткам вручали вакидзаси. Они являлись уже юными воителями, некоторые умели пользоваться духовной энергией. Однако против многоножек или опытных практиков им было бы непросто сражаться.

— Вперед! — скомандовала Сати и двинулась первой вглубь тоннелей.

Лучи фонарей из амулетов и слабо фосфоресцирующий мох разрезали подгорную тьму. У детей не было духов-партнеров, так что они шли за нами неуклюже, постоянно спотыкаясь. Из прохода сбоку неожиданно выскочила многоножка и напала на детей. К счастью, юниоры старшей группы не испугались и вступили в бой, отрубив ей несколько конечностей. Все время забываю, что здесь в общем-то растят воинов, а не беспомощных монахов.

— Пригнитесь! — скомандовал я.

Дети присели, и я метнул кочеранг. Оружие врезалось в сегменчатое тело и нанесло серьезную рану, чуть не перерубив надвое. Подоспевшая Сати довершила разгром, разрубив многоножку. Мы продолжили отступление, уничтожая все на своем пути. Вышедшая к строю серая многоножка ранила одного из учеников, но он продолжил сражаться.

Мы старательно продвигались вперед, выискивая какой-нибудь безопасный проход. Вот только в глубине подгорных пещер обитали не менее свирепые монстры, чем напавшие на Орден враги. Многоножки становились все суровее и суровее.

— Ворота пали! Ворота пали! — мимо нас на бешеной скорости пропрыгали два малых духа, которые следили за сохранностью входа в подземелье.

— Отрыжка хургла! — ругнулся я. — Ищете безопасное ответвление. Ученики — следите за многоножками, мы встретим налетчиков!

Мы с Сати двинулись в конец колонны. С нами туда же направились юниоры старшей группы, которые решили прикрыть младших. Толку от подростков без серьезных сил и экипировки было немного. Но хоть что-то.

— Вот и беглецы! — раздался алчущий крови голос.

Мы с Сати встретились с противником в приличных размеров каверне, в которой валялась пара туш многоножек, убитых нами в прошлых заход. От их тел остался лишь хитиновый каркас.

Фонари малых духов высветили выходящих из узкого прохода супостатов. Первым показался представитель Ордена Заката в бронзовых паровых доспехах с любопытным здоровым мечом-пилой в руках. За ним на свет вышел неодоспешенный практик в темных одеждах, на которых выделялась метка в виде головы животного серого цвета. В полутьме было непросто различить, кого именно. Также мы увидели пламетворца в доспехах с красной дланью, которая нам с Сати была хорошо известна. Очевидно, Кровавый Харудо тоже решил принять участие в налете.

— Найдите мелкую поросль облачников и изведите под корень! — скомандовал закатник строго.

— Отлично! Для развития Дао будет раздолье! — облизнулся человек со звериным гербом.

— Так значит, Орден Заката явился не один? Позвали на помощь банду Серого Лиса и Кровавого Харудо! — процедила Сати презрительно. — Вы просто жалкие потухшие трусы! Мы уничтожим вас всех до единого!

— Молись о быстрой смерти, девка. Не то твоя участь будет незавидной… — произнес закатник. — В бой!

Мой кочеранг разрезал воздух. Я направил оружие в наименее защищенного. Хотя Барьером владело большинство врагов. Серый Лис вдруг распространил вокруг себя серую хмарь — походило на прием учеников школы Ткачей Пепла. Однако кочеранг нашел свою цель. Раздался хлопок от огненного разрыва. Лис не успел убраться с дороги, хоть и постарался скрыть свое присутствие.

Я призвал кочеранг, и на обратном пути оружие задело лезвием краснодланщика. Жаль в снаряде не осталось духовной энергии, так что он лишь нанес неглубокую рану, пробив серый Барьер. На пути атакующих выросло препятствие из серого огня — Бхоль использовала свой особый навык. Закатника сковало на некоторое время, но его подельники бросились вперед. Я насчитал пятерых противников из передового отряда, а из тоннелей доносились звуки шагов новых врагов. Похоже, за нами отправили немаленькую группировку.

Мы с Сати отошли чуть назад, заняв позиции в более узком проходе. Иначе нас бы просто окружили. Зазвенела сталь. Кочеранг мелькал с высокой скоростью, отражая одну атаку за другой, либо пытаясь найти уязвимое место в обороне врага. Сати не отставала, орудуя клинком словно заправский фехтовальщик.

Хмарь развеялась, и тот самый лис, в которого попал мой кочеранг, обнаружился на полу пещеры. Удар пришелся ему в шею. Один из закатников принялся методично поливать меня огненными копьями, однако воронка относительно легко принимала удары. При этом мне удавалось восполнять немного потраченной энергии.

Удачно воткнутый кочеранг и проведенный Разрез нанесли одному из врагов чудовищную рану в груди. Один краснодланец больше не боец. Закатник с мечом-пилой немного продавил Сати, пройдя вперед. Видимо, он не ожидал от меня особой прыти, поэтому открылся. Кочеранг преодолел разделявшее нас небольшое расстояние и нашел слабо защищенное место в доспехах сбоку от шеи. Раздался серый хлопок огня, брызнула струя крови. Закатник быстро отпрыгнул назад. Жаль, что его прикрывали союзники. Рана серьезная, но если сразу обработать, то он точно выживет.

Нас с Сати давили, не позволяя продвинуться вперед. Девушка обзавелась несколькими ранами, меня тоже потрепало. Удачно отклонив выпад копья щитом-воронкой, я бросился вперед и отсек кисть Рекруту стремительным ударом. Вторым ударом успел воткнуть лезвие ему же в живот. Однако затем на меня насел свежий закатник в доспехах. Вскрывать эти консервные банки было всегда непросто.

— Здесь есть обход! — донеслось откуда-то из глубины тоннелей.

Я выругался про себя. Многоножки действительно создали здесь разветвленную сеть тоннелей. Даже шахты копать особо не требуется. Однако мы с Сати сражались на пределе возможностей. Ни секунды не оставалось на то, чтобы выключиться из боя.

— Гя-уш!!! — заверещал где-то сзади Чебуль, который быстро слинял с моего плеча, как только началась заварушка.

— Нет! — донесся девичий писк.

— Попалась! — налетчик обошел нас сбоку и схватил одного из юниоров.

Бросив назад краткий взгляд, я понял, что из всех детей не повезло Хане. Воин Кровавого Харудо приставил клинок к ее горлу. Все взрослые были скованы сражением, а юниоры не знали, что предпринять.

Рубанув по ноге врагу, я улучил время и развернул амулет:

— Злодни, бой!

Белый луч разрезал пещерный сумрак и ударил бандита прямо в лицо, пробив серый Барьер. Раздался крик полный боли. Юниоры атаковали врага, вонзив в него свои клинки с разных сторону. Однако он успел чиркнуть по шее Хане.

Я еле успел выставить щит, развернувшись обратно к наступающим врагам. Меч-пила пробил воронку и оставил зарубку на клешне.

— Сати, отойди назад и прикрой проход! Помоги Хане. Я справлюсь!

Девушка кивнула и без слов бросилась к колонне. У меня не осталось времени на то, чтобы оглядываться назад, но я слышал звуки битвы и с той стороны. Кажется, Сати вместе с Юниорами принялись отражать нападение сбоку. Где-то в глубине ученики отчаянно сражались с лезущими многоножками.

— Хургл зовет нас в этот проход! — донеслось до меня. — Здесь тупик!

— Быстро в тупик! — скомандовала Сати. — Несите раненых!

По всей видимости, юниоры начали нести потери. Все же им сложно было противостоять опытным воителям высоких ступеней. У меня не было никакой возможности им помочь. Сделать дополнительный вдох и то казалось достижением. Двое противников, один из которых был Бойцом, наседали на меня, а другой дежурил сзади, ожидая, когда проход расширится и он сможет нормально подобраться. Дальше латали свои раны те налетчики, которых успели покромсать мы с Сати. Если их не добить, все наши старания пойдут насмарку.

Я решился на несколько сумасбродный план. Как только третий противник немного отвлекся, я нырнул рыбкой между двумя противниками и перекатился. Клинки врагов лязгнули в миллиметре от моей кожи, задев Барьер. Не снижая темпа, я распрямился и побежал вперед. Остановившийся помочь союзнику третий здоровый противник получил кочерангом в голову. Лезвие пробило череп. Не останавливаясь, я ударил и раненого в шею, пробив артерию. Кровь брызнула фонтаном.

— Стой! Ублюдок! — донесло сзади от относительно здоровых врагов.

Но я побежал вперед, старательно добивая всех раненых на своем пути. Бил в основном в голову или шею. Мало кто из вышедших из боя мог оказать мне сопротивление. Кочеранг собирал свою кровавую дань, сверкающие частички души заволокли пещерный лабиринт, освещая лучше всякого прожектора. Мне в спину прилетел тяжелый клинок, брошенный одним из нападавших. Не только я умел метать оружие. Впрочем, меч воткнулся неудачно. Барьер погасил большую часть энергии удара.

Покончив с ранеными, я не стал разворачиваться на преследующую меня парочку, а бросился в боковой проход. Тот самый, который враги использовали в качестве обхода, чтобы выйти на колонну сбоку. Сердце бешено колотилось, глаза застилал кровавый туман. Однако ноги исправно несли меня вперед.

И вскоре я выскочил к перекрестку, на котором Сати с юниорами отчаянно отражали атаку небольшого отряда налетчиков из разных группировок. Тут были и закатники, и лисы, и краснодланцы. Стараясь не поднимать шума и не снижая темпа, я ворвался сзади и всадил кочеранг в голову одному из воителей, пробив паровой шлем. Он и пискнуть не успел. Однако огненный хлопок и звук удара насторожил соседа. Воин развернулся, но все-таки он не ожидал, что враги подоспеют сзади, взяв их в клещи. Кочеранг удачно вонзился в район подмышки и разорвался с глухим взрывом.

Минус два. Сати с юниорами, увидев подмогу, усилили натиск, и противники начали пятиться. Проблема была в том, что за мной все еще следовали двое изначальных налетчиков. И как бы уже меня самого не зажали в клещи с двух сторон.

Отбив выпал духовным Щитом, я бросился вперед, пригибая голову и прыгая по неровному полу пещеры. Миновав одного из повернувшихся ко мне врагов, я вонзил кочеранг в поясницу тому, кто стоял спиной, оттолкнул его в сторону и покатился вперед. Одно из копий врага чиркнуло по голове, опалив багровым огнем и пробив Барьер. Но на такие мелочи в ходе боя внимания особо не обращаешь.

Я соединился с нашим строем, сумев вывести из боя нескольких целых противников и добив раненых. Мой план удался.

Юниоры падали одни за другим, да и Сати выглядела неважно. Как и я наверняка.

— Отходим к проходу! — скомандовал я.

Мы отошли с перекрестка в сторону тупика, куда отвели всех юниоров. Последний оставшийся на ногах ученик-караульный также двинулся к нам, таща на хвосте пару многоножек. Он нырнул в ответвление к нам, а многоножки столкнулись с налетчиками. Что позволило нам слегка передохнуть. Ученик рухнул на пол — его грудь и живот были исполосованы глубокой раной. Юниоры принялись спешно врачевать пострадавших, сооружая перевязочный материал из одежды и пользуясь данным нами и учеником Бальзамом. Мелких учили обрабатывать раны с первых лет обучения, так что за них можно было не переживать. Некоторые, конечно, испугались, впали в ступор или истерику, но большинство, особенно из старшей группы, смогли взять себя в руки и помогали как умели. К сожалению, я заметил тела нескольких юниоров, которые источали маленькие светлячки — искры частичек души. Им помочь не смогли.

— Пока они не добили многоножек — нападаем сбоку! — скомандовал я.

От одного из противников налетчики уже избавились, но все равно воевать на два фронта было непросто. Сати удачно сковала одного из противников искрами, и я быстро избавился от него, воткнув кочеранг в голову.

— Прикройте! — приказал я юниорам и Бхоль.

Забравшись на уступ, я бросил кочеранг в сторону двоих практиков, которые сражались с последней многоножкой. Удара сзади они не ожидали. Оружие глубоко вошло в спину одного из воителей. По пути назад мой кочеранг чуть не схватил какой-то безумный закатник, но оружие лишь звякнуло о его железную перчатку.

Противников стало значительно меньше. Многие из них получили различные ранения, да и ци истратили. Я охотно подставлялся под каждый удар огненной стихии, парируя духовные удары воронкой. Мой резерв тоже просел, но понемногу удавалось восстанавливать ци. У Сати дела были хуже. Она переключилась на обычное фехтование, используя лишь один Барьер. Потратилась значительно. А ведь ей еще температуру в котле доспеха приходится поддерживать.

Одним за другим я выбивал врагов то навязывая скоростной ближний бой, в котором с кочерангом мало что могло сравниться, то совершая мастерские броски на дистанции. Юниоры получали раны разной степени тяжести, но мы не могли приказать им отсиживаться в сторонке. Без них нас бы сразу смяли, да и не послушались бы нас юные воины. Они сражались за свою жизнь и за жизнь товарищей.

Под конец остатки отряда, который отправили за нами в подгорные катакомбы, осознали, что потеряли преимущество в мощи. Часть сражались до последнего, а парочка лисов вознамерились удрать. К счастью, брошенный кочеранг нашел свои цели. Одного Бойца-закатника в доспехе, похожем на Стальной кулак, мы ковыряли довольно долго. Но в итоге Бхоль удалось пронзить его сердце, пробив броню Разрезом. Гаденыш, поняв, что ему конец, применил технику Последний Жар. Мы спешно убрались подальше, но взрыв в таком замкнутом пространстве все равно жахнул нехило. Обрушился потолок и один из проходов полностью завалило. На некоторое время у меня пропал слух. К счастью, мы успели отойти на безопасную дистанцию, и никого не придавило камнями. Ну а в этом лабиринте имелись другие ходы, ведущие к базе.

Битва внутри пика Грозового Облака завершилась, подгорье затихло. Лишь стоны раненых, шепотки юниоров, да далекое шебуршение поедающих камень многоножек разрезало сгустившуюся гробовую тишину.

Пещеры были полны летающих частичек души, которые неплохо развивали Дао. Дикие духи слетелись на пиршество, пожирая тела. В разных местах валялось духовное оружие и покорёженная броня. Упавшие камни повредили многие паровые доспехи. Часть выгорели из-за вырвавшей на свободу горячей стихии из котла. Хотя чужая броня, как и оружие — спорное усиление. Придется долго и муторно переделывать под свое ци. Лучше новые доспехи использовать или никакие, чем чужие. Но для начала следует пережить нападение.

Глава 8

— Ищите зелья исцеления, добивайте врагов! — скомандовала Сати.

Раненых среди детей было много, а запасы Бальзама подошли к концу. Юниоры и единственный выживший ученик собрались в тупике с единственных выходом, который охранял десяток юниоров. Сати подыскала им копья и другие длинные оружия, коими было удобно бороться с многоножками. Вглубь мы идти не собирались, но твари еще могли припереться на запах или шум.

Многие припасы, как и мы, практики хранили в огненном измерении. К счастью, у одного из поверженных нам удалось найти сумку с целебным Бальзамом горного уровня. Мы с Бхоль быстро обработали раны, помогая друг другу с перевязкой. Большую часть лечебной мази отдали юниорам. В одном из углов я обнаружил расплавленные останки золотого медальона, внутри которого уже не было духа поддержки. Похоже, осталось от того закатника в дорогой броне. На пару золотых покатит, должно быть.

Вдруг где-то поодаль раздался мощный взрыв. Казалось, всю гору тряхнуло. С потолка посыпалась крошка, только улегшаяся пыль снова поднялась.

— Братья и сестры сражаются… — произнесла Сати, сжав кулаки.

— Да, — кивнул я и огляделся.

Юниоры неплохо устроились в закутке. Орденцы из старшей группы дежурили в проходе, ощетинившись разнообразным колюще-режущим оружием.

— У меня еще есть силы, поэтому я пойду — покидаю немного кочеранг сверху. Может Харудо удастся выцепить. А ты выполняй приказ настоятеля.

Я развернулся, однако Сати схватила меня за край орденского одеяния, которое зияло многочисленными прорехами:

— Вы никуда без меня не пойдете, господин Кон!

— А как же юниоры?

Сати осмотрела ряды защитников. Один из юношей почти одного со мной роста проговорил:

— Мы справимся с блудными многоножками. Ступайте и как следует наподдайте негодяям!

— Сидите тихо и никуда не высовывайтесь, — кивнула Сати и передала одному из парней свой орденский медальон. — Келстигнусс, позаботься об освещении.

— Слушаюсь, хозяйка… — ответил дух безрадостно.

У мелких не было контрактных духов, так что они не могли нормально осветить все пещерные закоулки.

— Старший Брат Ли, только обязательно вернитесь! — проговорила бледная Хана, сжимая перемотанную шею.

— Разумеется!

Мы с Сати оставили юниоров в пещере и двинулись обратно, петляя по мрачным коридорам, полный пирующих диких духов, которые старались не упустить ни одной частички души. Чебуль побежал за нами, иногда останавливаясь по пути. Как и люди, звери тоже могли поглощать искры.

Самочувствие мое было скверным. Многочисленные раны, обработанные мазью, предательски ныли, усталость давала о себе знать. Впрочем, Сати вымоталась еще больше. Девушка порой запиналась в полутьме, с трудом переставляя ноги. Ее, конечно, не стоит пускать на передовую, но как прикрытие может быть полезна. Я планировал занять какую-нибудь позицию и метать кочеранг сверху. Оставалось надеяться, что облачники еще держатся. Воевать в одиночку против целого Ордена и пары банд даже для Сумасшедшего Ли чересчур.

Каменные двери у выхода были разбиты на куски. Мы осторожно прокрались к проему, ведущему наружу и осмотрелись. До нас донеслись звуки сражения. Никто не следил за входом в катакомбы, поэтому мы проползли к краю обрыва, откуда открывался неплохой вид на разные Облака.

Дом Юного Облака пылал ярким пламенем, как и многие постройки Главного Облака. Казалось, горел даже камень и черепичная крыша, пылали статуи, деревья и теплицы. Центральная пагода Главного Облака рухнула, превратившись в груду покореженных обломков камня и дерева. На основной площади в сплошной скале виднелся огромный кратер диаметром несколько метров, объятый пламенем. Все вокруг него было снесено. Главное Облако уменьшилось немного — от пика откололся кусок. Рядом с кратером валялись изломанными куклами трупы налетчиков. Кто-то использовал в этом месте Последний Жар. Наверное, отголоски именно этого монструозного взрыва дошли до нас через каменную породу.

В одном из чудом сохранившихся каменных залов Главного Облака еще кипело сражение. Часть облачников сумели занять оборону. Адепт Широиши активно насылал на нападающих алые волны. А вот настоятеля Лин Бо нигде не было видно.

Налетчики носились по Облакам, хватая все, что под руку попадется. Храм на Облаке Знаний также пылал. Его, судя по всему, обнесли подчистую одним из первых.

Заметив внизу пробегающего с сумкой Рекрута с нашивкой Серого Лиса, я приподнялся на уступе и метнул кочеранг. Снаряд попал точно в голову. Налетчик рухнул оземь и вскоре перестал шевелиться. Я вернул оружие и снова вжался в камень, стараясь, чтобы меня не заметили.

— Какой идиот выпустил демона!? — раздался громкий ор приказного порядка. — Сворачиваемся и уходим! Живее!

Из-за пика на невысокой скорости вылетело огромное монструозное существо, окутанное оранжеватым барьерным покровом. Оно походило на помесь дракона с летучей мышью — так мне и описывали снежных виверн. Уродливая клыкастая морда, перепончатые крылья и длинный драконий хвост.

— Мерзавцы разбили узилище Четырехкрылой Виверны! — ругнулась Сати.

Похоже, налетчики разрушили камень на Облаке Дао. В отличие от обычной особи, демон имел лишнюю пару крыльев. Не слишком полезно выглядит с точки зрения функциональности, но монстру это не мешало легко парить, поднимая вверх многосоткилограммовую тушу. Обычная снежная виверна весила с лошадь, но эта была в несколько раз больше. Главной способностью данного типа монстров было замораживание. Нет, это не считалось отдельной стихией. Скорее, виверны поглощали чужое тепло и духовный огонь. Частично походило на мою Клешню Хваткого Поглощения, только работали звери на приличной дистанции, похищая даже внутренние частицы истинного Дао. На шее демона виднелась тяжелая цепь — похоже та самая, что опоясывала голубой валун, в котором он был заточен.

Вдали я заметил алый доспех, походивший на броню Харудо. Но он отступил одним из первых после приказа.

Огромная Виверна прошлась своим морозным дыханием по толпе налетчиков. После этого несколько наиболее слабых воителей превратились в ледышки. Демона попытались атаковать разнообразными духовными техниками, а парочка закатников даже подпрыгнули с помощью Шага и ударила по виверне своими клинками. Чудище взревело, но не получило заметных серьезных повреждений.

Оранжевый покров намекал на ступень мастера. Хотя равнять зверей или духов с практиками было нельзя. Чебуль или Злоднегрисс будут априори слабее пламетворца той же ступени. С крупными монстрами дела обстояли по-разному. Но вряд ли кто-то будет отрицать, что демон чудовищно силен.

— Сказано вам: уходим! — рявкнул один из воителей с алым кругом на груди. — Мы взяли то, что нам нужно. Пускай демон доедает остатки облачников, что набились словно хурглы в бочку!

Закатники вместе с краснодланцами Харудо и серыми лисами начали покидать территорию Ордена. Двигались они на восток — туда, где находилась дорога к перевалу через хребет Подковы. По-видимому, собирались уходить в степи, что лежали по ту сторону гор.

Я сумел прибить еще одного пробегающего мимо налетчика. А следующий получил лишь ранение плеча и заметил меня:

— Там кто-то есть!

— Плевать. Уходим живее! — подтолкнул его напарник.

Мы с Сати перестали скрываться и спустились обратно к Юному Облаку. Здесь нашлась еще парочка любителей пограбить, которых подвела чрезмерная жадность. Мой кочеранг и клинок Сати отправили их на перерождение. Еще одного на заднем дворе отыскал Чебуль. Мы услышали крик и выскочили к задней части полуразрушенного, объятого огнем здания. Хургл вцепился одному из приспешников Харудо в лицо и полосовал активно когтями. Мне показалось, что я заметил серый огонь, вырывающийся из цепких лапок Чебуля. Бросок кочеранга и удар клинка скальных искр закончили страдания грабителя. В мешке, который он пытался утащить с собой, обнаружился один из юниоров — девочка без сознания. Как мы позже узнали, она спряталась в кочегарке под лавкой, когда началась суматоха, но ее нашли налетчики.

Укрыв девочку в кустах, мы двинулись к Главному Облаку, переступая через многочисленные мертвые тела. Основная часть налетчиков уже покинули территорию Ордена. Из сохранившегося крепкого каменного здания наружу высыпали остатки облачников. Учеников и Наставников уцелело мало. Они рванули в сторону убегающих налетчиков, навязав им отчаянный бой. Я узнал Янлинг и Хинью среди сражающихся.

И в этот момент демон пошел на второй заход. Мы с Сати быстро откатились в сторону, уйдя с пути монстра. Виверна атаковала людей без разбора. Под удар попали как отступающие налетчики, так и вышедшие облачники. Некоторые превратились в куски льда. Демон схватил пару человек своими длинными когтистыми лапами. Один развалился на куски, но второй еще сопротивлялся, атакуя врага короткими клинками, которые я узнал. Виверне это не понравилось: она откусила голову Янлинг и проглотила.

— Отрыжка хургла! — процедил я сквозь зубы.

— Сестра… — качнула головой Сати. — Легкого перерождения…

Последние налетчики покинули территорию Ордена. Облачники попрятались по чудом уцелевшими постройкам. Я заметил Гарда с его длинным мощным клинком. Только у наставника теперь было на одну руку меньше. Широиши один оказывал сопротивление демону, бомбардируя разными огненными техниками. По-видимому, у облачников не было никаких идей, как расправиться с монстром.

Я осмотрел местность в темноте, разрезаемой отблесками многочисленных пожаров и лучами из амулетов, в поисках подходящего уступа. После чего направился обратно к скале.

— Господин, куда вы?!

— У меня появился план.

— План?! Надеюсь, не как с гигантозмеем?! — вопросила она обеспокоенно.

— Нет, другой. Лучше!

Не слушая бормотание вассала, который взывал к голосу разума, я залез на высокий уступ. Виверна заходила с одной и той же стороны, пролетая не так далеко от него. Возвышался я над Главным Облаком примерно на высоту пятиэтажного дома. Падать будет больно, если промажу мимо цели, но с Барьером скорее всего выжить смогу.

Демон пошел на новый заход. Судя по траектории, он должен был пролететь в пяти метрах от моего уступа и в паре метров ниже. Хотя бы скорость передвижения у Четырехкрылой Виверны была невелика. Я выгадал точное время и, разбежавшись, прыгнул со скалы. Скользнув по крылу, я зацепился за цепной ошейник кочерангом. Затем быстро подтянулся и прочно закрепился клешней за цепь. Ветер трепал волосы и одежду, под спиной монстра перекатывались мощные мышцы, толкающие крылья.

Виверна словно бы и не почувствовала наездника. Но когда я врезал ей сзади по голове кочерангом, с трудом пробив оранжевый барьер, чудище вздрогнуло. Виверна сменила траекторию движения, перестав обращать внимание на людей внизу. Череп твари оказался дико толстым и прочным, поэтому я начал рубить шею, орудуя кочерангом словно заправский дровосек. Оранжевый Барьер зарастал не сразу, так что повторные удары были более чем эффективными. Брызгала какая-то вонючая жижа. Я постепенно прорубался через мясо и кости, активно используя новоизученный духовный Разрез.

Демон взревел и попытался сбросить меня. Однако клешня держала крепко. Правда, темпы отрубания замедлись. Монстр попытался заморозить меня, повернув голову назад. Он не мог точно прицелиться, поэтому холодный поток задевал меня лишь краем. Тем не менее, ощущения были не из приятных, ци быстро таяло. Я активировал воронку-щит клешни, и это заметно снизило влияние морозного луча.

Тогда виверна вдруг резко перевернулась на спину, и я повис на одной руке на цепи. Бросив взгляд вниз, я увидел лишь темную бездну. Поселение осталось в стороне, мы парили над пропастью. Душа ушла в пятки. Падение с такой высоты у меня вряд ли получится пережить.

Кое-как я дотянулся кочерангом и снова ударил чудище в шею. Виверна каркнула недовольно. Она снова сделала кульбит, попытавшись оставить меня висящим внизу. Тогда бы ей удалось достать меня клыками или когтями лап. Но я вовремя зацепился за одно из крыльев кочерангом и перевернулся наверх вместе с монстром, сохранив позицию на спине. После чего продолжил рубить голову.

Виверна отчаянно взревела, ускорилась и двинулась к пику Грозового Облака. Похоже, она намеревалась размазать меня о скалу. Я собрал волю в кулак и врубился в шею с новыми силами. Кочеранг Парящей Оплеухи летал с феноменальной скоростью. В итоге остался почти один лишь позвоночник, который я перерубил мощным духовным Разрезом. Голова отскочила в сторону, но безголовое чудище еще какое-то время продолжало махать крыльями, двигаясь вперед.

Мы с грохотом ударились о скалу, и мне тоже серьезно досталось. Цепь слетела с остатков шеи вместе со мной. От удара о камень у меня искры вспыхнули в глазах. Все пред взором плыло, я из последних сил разжал клешню, избавляясь от цепи. Летя вниз вместе с громадной тушей, я выбросил вперед кочеранг с клешней. Ударившись об один из уступов, я смог зацепиться за следующий. Затем кое-как подтянулся и забрался в узкую расщелину в отвесной скале.

Туша Четырехкрылой Виверны падала еще какое-то время, ударяясь о камни. Пока не упала на относительно плоскую вершину и замерла. Оранжевый исчезающий покров хорошо высвечивал ее фигуру в ночи. Я присел на краю обрыва, наблюдая через кровавую пелену за фантастической картиной, разворачивающейся внизу. Сати упоминала однажды, что демонов окончательно убить не так-то просто. И по прошествии столетий они способны восстанавливать утерянные тела. Но не думал, что увижу нечто подобное своими глазами.

От мертвой туши отделилось красивое мерцающее разными огненными оттенками облачко. Оно выглядело изможденным и дезориентированным. Похоже, без тела демон был не таким уж и сильным.

Со стороны поселения послышались хлопки. Я увидел следы использования огненного Шага. Практиком оказался Адепт Широиши. Он спустился к поверженной виверне, прыгая по камням. После чего опутал облако ауры огненной плетью. Демон пытался сопротивляться, но был еще слишком слаб. Широиши потащил виверну наверх и, как я впоследствии узнал, заточил в один из сохранившихся валунов.

Спустя несколько минут Адепт припрыгал ко мне и принес веревку.

— Хорошая работа, ваша высочество, — удостоил он меня скупой похвалы. — Теперь я понимаю, почему вас прозвали Сумасшедшим…

Адепт выглядел уставшим и мрачным, несмотря на победу над демоном. Я кивнул и принялся спускаться, используя кочеранг. Приходилось преодолевать чудовищную боль. Похоже, я сломал лучевую кость на правой руке при ударе. Но перелом хотя бы не открытый. Виверна отнесла меня на сотню метров выше поселения и в сторону. С помощью Широиши кое-как я добрался до территории Ордена, где меня встретила Сати.

— Это был ужасный план! — подскочила вассал ко мне с заготовленными бинтами и мазью.

— Но сработало ведь, — пожал я плечами.

Налетчики покинули округу. Облачники, как и нападавшие, понесли серьезные потери. Сати обработала мои раны. Переломы не излечивались быстро. Я и в целом чувствовал себя отвратно. Денек выдался богатым на разнообразные испытания. То от толп наседающих практиков и многоножек отбиваться приходилось, то кататься на диком, необъезженном демоне.

Люди принялись разбирать завалы, тушить пожары, вытаскивать людей и помогать раненым. Толку от меня в таком состоянии было мало, так что я направился к спешно организованной раздаче провизии и перекусил рисовыми хлебцами с ледяной водой. Хотя бы тетя Ханива уцелела после этой бойни. Ци начало понемногу восстанавливаться.

Мы узнали, что кратер в центре организовал настоятель Лин Бо, когда силы его подошли к концу. С собой на перерождение Адепт унес десятки врагов. Жаль старика. Его манера общения казалась мне забавной. Да и в целом он был справедливым правителем. Заступился за меня и не стал слепо верить слухам.

Чебуль прискакал ко мне и принялся выпрашивать кормежку. Видя, что еще не все завалы разобраны, я решил использовать зверька для полезных дел. Не сразу, но мне удалось донести до хургла задачу. Я принялся ходить по Облакам и посылать Чебуля под завалы в поисках выживших. Если быстро вытащить людей, даже тяжелораненых можно было спасти. Сати присоединилась ко мне, сформировав отряд помощников из вышедших из пещер юниоров. Ребята споро разбирали груды строительного хлама.

В одной из куч мы обнаружили несколько тел и выжившего, от которого осталась лишь верхняя половина. Было ясно, что облачник не жилец. Мы с Сати не сразу узнали Бойца, поскольку его лицо и тело было серьезно изуродовано. Вместо глаз виднелась сплошная рана-ожог. Однако по хриплому покашливанию Бхоль осенило:

— Наставник Дзун Ши!

— Кху, ученица… Вы позаботились о юниорах?

— Большей части удалось спастись!

— Хорошо… кху… они — это будущее Ордена Семи Облаков… Кху-ху…

— Наставник, держитесь!!! — отчаянно проговорила Сати, склонившись над мужчиной.

Из глаз Сати покатились слезы. Дрожащими руками он попыталась что-то сделать с раной, но было ясно, что Дзун Ши ничего не поможет. Уже то, что он мог говорить, было чудом. Бойцы все же покрепче рядовых практиков будут.

— Ученица Бхоль, не забывай о том, кто ты. И не позволяй пламени в сердце угаснуть… Кху-ху…

— Да, наставник!

— Он здесь… я не вижу…

— Ли Кон здесь, если вы про меня, — подал я голос.

— Позаботься о… кху-ху…

Воздух с хрипом вырвался изо рта раненого, но обратно легкие уже не наполнились. Частички души начали покидать тело. Наставник Дзун Ши покинул наш мир.

Сати тихо плакала, схватив края обугленных одежд наставника. Пусть я не успел как следует узнать Дзун Ши, но я разделял горечь утраты. Когда пирующие дикие духи подобрались к новому телу, я схватил Бхоль за плечи и оттащил подальше от трупа. Не то жадные духи могли нанести ей самой увечья. Наставника, лишенного духовной защиты, разные огненные сущности принялись поглощать с большим аппетитом. Подобная процедура естественной кремации считалась здесь в порядке вещей.

— Я позабочусь о ней, — произнес я тихо напоследок.

Глава 9

До утра продолжался разбор завалов и поиск выживших. Трофеи с убитых налетчиков стали стаскивать в одну кучу. Их оказалось не так уж и много. Нападавшие постарались забрать тела и вещи погибших. Пока запчасти многоножек не растащили, я наведался вместе с добровольцами в пещеры и извлек жвала. Нам требовались ингредиенты для Микстуры. Старшие из Ордена дали нам небольшое вознаграждение в честь того хлама, что нашелся в пещерах. Покореженные доспехи и оружие тоже стоили неплохих денег.

Внимательная Сати при свете солнца заметила, что Чебуль изменился. Хургл стал слегка крупнее, а на его шерсти появились серые отметины.

Имя: Чебуль

Прозвище: Проглот, Резервный Паек

Раса: Хургл

Возраст: 1

Ступень: Рекрут

Духовная Суть подтвердила: зверек преодолел планку и перешел на следующий ранг. Не то чтобы он внезапно стал боевым питомцем — сил ему не хватит даже на детеныша змеехвоста. Но супротив обычных кошаков сможет защитить себя. По всей видимости, бойня в катакомбах позволила ему поглотить множество частичек душ под шумок. Насколько я понял, у зверей основными являлись составляющие Цунь и Дао. Первое Чебуль прокачал во дворце по время своего забега, второе в пещерах.

Кто-то нашел голову Четырехкрылой Виверны, которую я срубил. Я забрал с нее трофей в виде глаз. Обычно на зелье требовалось больше ингредиентов, но демон был значительно крупнее сородичей, к тому же высокого ранга. Специалисты сочли, что пары гигантских глаз скорее всего хватит на пару порций.

Сати в целом пришла в себя. Выглядела девушка безрадостно, в чем ее сложно было упрекнуть. За одну ночь она потеряла дорогого наставника, а также большинство друзей из Ордена. Янлинг убила Виверна, Гжана так и не нашли. Вероятно, он рухнул в пропасть во время боев. Из учеников и наставников выжило от силы пятая часть состава. Ян Хинью чудом уцелел, Сен и большая часть солдат гуна погибли, помогая отражать нападение. Однако больше лить слезы Бхоль не спешила. Все же она была воительницей, способной преодолевать тяготы и лишения, а также контролировать эмоции.

Я сомневался, что среди облачников были предатели. Ведь в таком случае врагам бы не потребовалось засылать детей, чтобы они разведали для них территорию и помогли узнать текущий состав практиков высоких ступеней.

Мои заслуги перед Орденом не могли не признать. Не так важно, кем меня считали в других частях света, но здесь я стал героем, который помог упокоить злобного демона, спасти юниоров и старший состав. Нас с Сати допустили до совета, который проходил ближе к полудню. Ранее серьезные вопросы обсуждали лишь наставники, юниоры и ученики не допускались. Но в связи с гибелью множества членов Ордена критерии значительно снизили. На совет даже было приглашено несколько юниоров из старшей группы, только научившихся владеть духовным огнем.

— Как всем вам должно быть известно, мы с Орденом Заката были давними соперниками, — начал речь Широиши. — Наши воины конкурировали за степных ханов, за лордов триумвирата, за правителей южных стран. Но до откровенной вражды дело все же не доходило. Все изменило собрание Орденов, что прошло примерно два месяца назад. Решалось, кому на хранение будет отправлен проклятый артефакт, который не должен быть использован людьми. Репутация Ордена Семи Облаков всегда была безупречной, поэтому честь хранить артефакт доверили нам. Я был на том собрании и заметил, что Орден Заката был недоволен подобным решением. Ныне Облако Знаний полностью разграблено, и артефакт в руках Ордена Заката, как они того и желали.

— Что же это за артефакт? — вопросил Гард. — Даже от наставников скрывали!

— Предполагалось, что сохранение тайны убережет от разных казусов, но не помогло. Теперь, когда Орден Заката совершил чудовищное кощунство и напал на наш Орден, нет больше причин скрывать правду. Пускай властолюбцы со всех концов света придут за предметом и уничтожат поганый Орден Заката! Вы вольны распространять эту информацию свободно. Закатники присвоили себе артефакт солнечного уровня под названием Коготь Орока.

— Ого! — ахнули некоторые из собравшихся.

— По голой мощи Коготь Орока не представляет из себя ничего выдающегося. Главная особенность артефакта — это… — Широиши сделал паузу. — Уничтожение души. Окончательное и бесповоротное. После удара Когтем вы уже никогда не переродитесь: отправитесь в вечное забытье. При этом полная сила разрушенной души значительно сильнее развивает Дао. Коготь Орока не раз порождал сильные секты Поглотителей. В короткие сроки они набирали большую мощь, практики развивали Цунь-Ши-Дао быстрыми темпами. Орден Заката считал, что мы должны использовать силу Когтя на благо наших орденов, но сие есть глубокое заблуждение. Коготь Орока — проклятый кинжал. Он отравляет разум всех, кто его использует. И рано или поздно делает бездумной марионеткой Орока, цель которого нести бедствия и страдания на Фанши.

— Его нельзя было уничтожить? — задал я вопрос.

— Нет, — покачал головой Широиши. — Даже самый сильный огонь или удар не могли разрушить проклятый артефакт. Говорят, где-то в далеких странах существуют небесные кузни, в которых огонь горит ярче, чем на Гатхи, но Ордена не могли рисковать. Мы приняли решение хранить его в тайне.

— Закатные выродки! — сплюнул Гард.

— Я не хотел занимать данную высокую должность, — вздохнул Широиши. — Но пока не появится достойной смены, приму пост главы Ордена на себя. Да будет новая жизнь настоятеля Лин Бо легкой и светлой. Если есть возражения — говорите сейчас.

Ни у кого возражений не возникло.

— Сейчас Орден Семи Облаков уязвим как никогда. Мы лишились большей части старшего состава. Если Орден Заката нападет снова, нам придется худо. Поэтому я предлагаю спуститься на поверхность. Закованную в камень Четырехкрылую Виверну мы возьмем с собой, дабы юниоры развивались скорыми темпами.

Широиши повернулся к Яну Хинью. Несмотря на то, что он был чужаком, его тоже позвали на собрание.

— От лица Ордена я обращаюсь к великому гуну Чайфу за предоставлением убежища. Это может быть Сэцуань или любой другой город на выбор, рядом с которым мы можем основать временное поселение. Мы будем вставать на защиту округа, но намерены сохранить независимую политику. Как только Орден Семи Облаков восстановит былую мощь, мы отстроим заново наши небесные чертоги.

— Я передам вашу просьбу его сиятельству, — склонился Хинью.

— Поспеши, — кивнул Широиши. — Мы будем сниматься уже в скором времени. На этом все. Готовимся к переезду, братья и сестры.

Совет закончился, и все разошлись по своим делам. Спустя несколько минут меня выловил Ян, уже собравшийся в дальний путь:

— Ваше высочество, вы так и не сменили свою точку зрения?

— Я не вернусь в Ханкин, — ответил я твердо.

— Что ж, — вздохнул посланник гуна. — Тогда удачи вам в ваших деяниях, сиятельный брат Ли Кон из рода Чай…

Ян материализовал из огненного измерения небольшой футляр и бросил мне издали. Я не слишком ловко поймал предмет клешней. Правая рука все еще скверно слушалась после перелома. Внутри шкатулки покоились две Пилюли Каменных Мышц.

— Спасибо! — крикнул я напоследок.

Хинью махнул рукой, не поворачиваясь, и вскоре исчез за каменной стеной. Судя по прошлому опыту поедания духовных препаратов, двух единиц хватало для того, чтобы довести практика до 100 % Цунь. Но для начала следует сварить Микстуру и перейти на следующую ступень.

Вечером мы поучаствовали в похоронной церемонии. В одном из закутков Главного Облака имелся вход в рукотворные пещеры. Внутри находились запечатанные усыпальницы с останками погибших последователей Ордена. Прах, кости и некоторые личные вещи сложили в одном из пустых помещений на манер братской могилы. На одной из стен выбили имена погибших. Места это заняло много.

Целых зданий практически не сохранилось, так что мы заняли место в одной из беседок на Облаке Ши. Следующим днем планировался большой исход на поверхность. Орден Семи Облаков временно переезжал близ Сэцуань. Лето пришло и в горы, так что Греющую ауру приходилось активировать на минимальном жаре. Гуляющий ветер все же забирал тепло, так что совсем без защиты на Облаке Ши оставаться не следовало.

— Не спишь?

— Нет…

— О чем задумалась? — поинтересовался я.

— О врагах. Я хочу утопить их всех в крови: Орден Заката, шавок Серого Лиса и прихлебателей Кровавого Харудо, — проговорила Сати пустым голосом. — Если бы у меня была такая возможность, я бы отправилась в путь, нашла их и уничтожила всех до единого. Но вассальная присяга не позволит мне свершить месть.

— Говорят, месть ведет в бездну… Но я тебя понимаю. Мы отомстим им всем.

— Господин? — приподнялась Бхоль на локтях.

— Что? Я не слишком хорошо успел узнать Орден Семи Облаков, но в нем много прекрасных людей. Они должны быть отмщены. Погибшие дети в любом случае ни в чем не виноваты. А ведь им приказали вырезать юниоров всех до единого… Коготь Орока тот же… Да и к Харудо у меня старые счеты. Я давно планировал нанести ему визит.

Некоторое время Сати молчала.

— Благодарю за предоставленную возможность, господин Кон! Если моя жизнь потребуется для уничтожения негодяев, можете распоряжаться ей на свое усмотрение.

— Хо, я надеюсь, что подобных жертв не потребуется. Не обесценивай свою жизнь.

— Да, господин…

— Но для начала нам надо перейти на ступень Бойца. Как твои Ши и Дао?

— Я достигла предела Дао в пещерах. Ши благодаря Якорю также на грани перехода.

— Мне немного не хватает Ши и Дао, но то дело времени. У нас есть практически все ингредиенты для Микстуры Текучего Источника. Сердца утопцев и мяту купим в каком-нибудь городе. Осталось найти лишь сам текучий источник…

— Вольные Степи славятся ими. В Триумвирате встречаются крайне редко.

— Земли к востоку от Подковы? Расскажи мне о них.

И Сати поведала мне то, что знала о восточных землях. Степи занимали территорию больше, чем все три провинции вместе с предгорьями и горами Подковы. В большинстве своем Степи были бесплодными, засушливыми и малолюдными территориями. За исключением так называемых оазисов — там в основном и селились люди. В итоге получились так называемые Вольные Города, в честь которых и пошло название степей. Почти независимые поселения, не подчиняющиеся единому правителю. Между ними бродили кочевые племена, занимающиеся животноводством. Лишь самый восток Степей принадлежал развитому государству, однако вглубь территории он не решался лезть.

Орден Заката располагался в горах к северу от Вольных Степей. У наемных банд не было однозначных баз, но по слухам Кровавый Харудо обретался где-то в южных городах, недалеко от Восточной Оконечности. В промежутках между заданиями и налетами бандиты тратили заработанное состояние и привлекали новых соратников взамен павших.

Следующим утром мы стали собираться в дальнюю дорогу. Удалось раздобыть еды и почти неповрежденные одеяния учеников Ордена. Обычно чужакам не разрешали их носить, но ради меня сделали исключение.

— Значит, вы решили пойти по пути мести, — покачал головой Широиши. — Ваш выбор. Возьмите это в знак признательности…

Адепт вдруг извлек из огненного измерения большой неказистый кожаный предмет красноватого цвета.

— Это еще что?

— В Степях мало воды. Данный артефакт сделан из желудка брона багровой ступени. Он может храниться в огненном измерении, хоть постепенно и приходит в негодность.

— О, полезная вещь! — кивнул я.

— Благодарим за дар, господин настоятель, — поклонилась Сати.

Мужчина посмотрел задумчиво в сторону поднимающегося над горами солнца:

— Орден Пятилистья. Их ставка расположена на востоке от Вольных Степей. Орден Семи Облаков и Орден Пятилистья являются давними союзниками. Если вы не собираетесь отказываться от мести закатникам — обратитесь к ним за помощью. Они отнеслись со всей серьезностью к проблеме Когтя Орока, так что могут выделить подкрепление.

— Спасибо за совет.

— Удачи вам в ваших деяниях и пылкого Дао! Сестра Бхоль, Наездник Демонической Виверны Ли Кон…

Мы распрощались с Широиши. Среди взрослых больше не с кем было прощаться. Лишь Гарду махнули рукой. А вот дети не хотели отпускать нас с Сати. Хана ревела и грозилась отправиться за нами следом. Но, конечно, мы не могли взять девочку с собой.

— Будь сильной, Хана, — присел я рядом с ней. — И не доставляй старшим проблем. Сейчас им всем тяжело. Учись, тренируйся и тогда вырастешь такой же сильной и смелой как Сати.

— Но разве ее не зовут Трусливая Сати?

— Хм-м, — я бросил взгляд на нахмурившуюся спутницу. — Постепенно она избавляется от своей трусости. Помните ведь как сестрица Бхоль отважно сражалась в пещерах… Не реви, Хана. Когда-нибудь судьба еще сведет нас вместе.

Кое-как нам с Сати удалось отцепиться от юниоров. Члены Ордена начали спускаться к поверхности, таща с собой многочисленные пожитки. Камень с закованной внутри душой демона, принялись спускать вниз. Благодаря некоей особенности души Виверны огромный валун практически парил в воздухе. Ранее демон держал целое Облако Дао, но после высвобождения горный летающий островок рухнул вниз под своей тяжестью.

Я набрал полный бурдюк свежей водицы, и мы отправились в дорогу. Восточная стена с воротами лежали в руинах. Мы преодолели развалины и двинулись в сторону перевала. Проход через горы находился почти на той же высоте, что и база Ордена, вот только до него еще требовалось добраться.

Холодный ветер дул с гор, промораживая до самых костей. Несмотря на теплый сезон и яркое солнце, мы активировали Греющую ауру, чтобы спастись от мороза. И как только торговцы преодолевают данный перевал с товарами?

Ближе к вечеру над головами принялись кружиться снежные виверны, слетевшиеся на лакомую добычу. Выглядели дракономыши значительно безобиднее демона, с которым мне пришлось сражаться. Гады сделали несколько попыток напасть и заморозить путников, но мой кочеранг быстро отбил у них желание охотиться. Правая рука все еще предательски ныла, но в целом перелом закрылся благодаря лечебной мази. Одной твари в итоге я повредил крыло, и она упала на склон горы. Мы с Сати спешно добили ее и извлекли ценный ингредиент для зелья. Мясо их было не слишком съедобным. Мы оставили тушу на склоне, и сразу после нашего ухода на нее набросились голодные сородичи.

Лишь к ночи мы добрались до высшей точки перевала, полностью вымотанные. К счастью, здесь имелась уютная большая пещера, в которой путники и торговцы могли переночевать. Сейчас в ней находился небольшой караван из навьюченных козерогих лошадок. Телеги по данным крутым склонам проезжали с трудом. Вот именно данный род торговцев и распространял слухи между поселениями. Еще в Шейчжоу я видел, какое к караванщикам отношение у местных. Купцам поставляли бесплатную выпивку, лишь бы те поведали, что в землях диковинных творится.

— Ба! Да это же Сумасшедший Ублюдок Ли! — воскликнул караванщик при виде нас со смесью удивления и опаски. И на всякий случай отошел за охранников.

— Кочегар Ли, — поправил я. — А вас как звать?

— Да-да, Кочегар Ли, — спешно добавил мужчина. — Купец Сомхи кличут меня.

— Мы займем вон тот закуток, если не возражаете, дядя Сомхи.

— Конечно! Так, э-э, вас в Орден Семи Облаков приняли?

Похоже, мой ученический наряд смутил караванщика.

— Нет, но мы гостили в Ордене некоторое время.

— А что за грохот раздавался оттуда позапрошлой ночью? — уточнил мужчина. — Аж в Сэцуань было слышно.

Я поведал о вероломном нападении и высвобождении демона. Следовало распространить о себе добрые вести, чтобы хоть немного поправить репутацию. Караванщик кивал и охал, хваля меня за смелость.

Мы с Сати разместились в уединенном помещении с подобием теплового камня в середине. Спать на тонкой подстилке на голом каменном полу было тем еще удовольствием, но таков путь путешественника. По идее можно было бы кровать огнестойкую запихнуть в огненное измерение, вот только она будет жрать массу ци.

Отправившись по нужде, я подслушал разговоры охраны и караванщика в соседней пещере.

— Твари летучие. Два пальца потерял из-за них!

— Скажи спасибо, что сморчок не отмерз. Снежные Виверны и такое могут!

— Может, попросим брата Ли о поддержке?

— Сумасшедшего Ублюдка Ли? Да он только спит и видит, как убить нас всех и обчистить! — возразил караванщик. — Ночью дежурить будете по двое.

— Да, босс… — нехотя согласился один из охранников. — Думаете, Ублюдок Ли и впрямь завалил демона?

— Ха, не смеши мои гэта! Где появляется Ублюдок Ли — неизменно происходят жуткие события. Ставлю золотой на то, что это он выпустил демона, отчего и случился бедлам. А одежду мерзавец снял с трупов, убив нескольких орденцев во время побега. Теперь уходит от них на всех парах!

— Вы голова, мастер Сомхи! Я бы до такого не додумался!

Вздохнув про себя, я решил не вмешиваться. Все, что я ни скажу, эти люди используют затем против меня, придумав еще большую нелепицу. По крайней мере, они меня опасаются. В злой репутации были свои преимущества.

Глава 10

— Тревога! — разбудил нас Келстигнусс, которого мы оставили дежурить ночью.

Послышался звук вынимаемого из ножен клинка. Сати быстро спохватилась. Я схватил кочеранг и только затем присмотрелся.

— Чего такие нервные? — раздался знакомый мне голос.

В полутьме рукотворной пещеры проявилась изящная фигура ифритки. Ее волосы, глаза и одежда распространяли вокруг себя легкое свечение, так что в зале сразу стало светлее.

— Бездна Орока, я проделала долгий путь, чтобы забраться на такую высь! Будьте благодарны, смертные!

— Ну и зачем ты опять явилась, сестрица Хелсс?

— Духи напели, что вы приняли решение мстить бандам и целому Ордену. Не кажется ли вам, людишки, что вы взяли на себя непосильную ношу? Возрадуйтесь, ибо я могу помочь вам. Сделать сильнее, найти покорное воинство.

— Заманчиво. Но мы справимся сами, — зевнул я.

— Наглец! — фыркнула она. — А ты, человечка, что скажешь? Ты ведь жаждешь отмщения за смерти близких? Я могу исполнить твои желания, если ты согласишься на условия домена Хелсс!

Бхоль несколько секунд молча буравила гостью глазами, после чего вздохнула:

— Ифриты — ненадежные существа… Я могла бы согласиться, но на мне лежат обязательства. Я должна отслужить пятилетний срок сюзерену. Без разрешения господина Кона я не имею права принимать твое предложение.

— И что же скажет человек Ли? — вопросила Ния.

— Ты чего удумала? — я отвесил Сати смачный щелбан.

— Г-господин?! — отпрянула она в шоке.

— Нечего искать легкие пути и торговать своей душой. Я не разрешаю тебе сотрудничать с Хелсс.

— Как вам будет угодно… — проговорила Бхоль с неоднозначным выражением лица.

— Арг-х, ну почему с людишками так сложно?! — Ния сжала кулаки и изрыгнула пучок пламени изо рта. Ее волосы засияли яркими цветами. — Говорил мне отец, что я намучаюсь с тобой… Но наследница домена Хелсс умеет ждать! Однажды ты попадешь в такую ситуацию, из которой не будет выхода. И тогда ты примешь мое предложение!

— Сестрица Хелсс, с таким подходом вы никогда не сможете “продать пылесос”, - проговорил я с усмешкой.

— Пыле-сос? Что?

— Какой год на дворе, по-вашему?

— Пять тысяч восемьсот девятнадцатый от Исхода духов? — приподняла она багровую бровку.

— Я клоню к тому, что надо использовать более тонкие подходы. Сначала втереться в доверие, показать свою пользу. А уж затем захлопывать капкан.

— Да? — задумалась Хелсс. — Человечишка, ты как будто сам раньше занимался сбором душ.

— Просто знаю основы маркетинга, — пожал я плечами. — Что в принципе одно и то же.

— Мне надо подумать, — ифритка выдохнула струю дыма. — Смотрите не уйдите на колесо перерождения раньше времени…

Огненная бестия покинула пещеру на перевале. Выйдя в коридор, я проводил горячую даму взглядом и заметил стражника, который глядел вслед уходящей ифритке и молился, сведя ладони вместе:

— Великий Фанши и пресветлый Гатхи, спасите и оберегите!

Зевнув, я отправился досыпать.

Утром оказалось, что караванщики вдруг снялись прямо посреди ночи, спешно покинув место ночлега. Не лучшая идея — шастать в темноте по горному перевалу. Впрочем, у них могли быть фонари из малых духов.

Мы быстро позавтракали и отправились в дальнейший путь. Дорога после прохождения пика перевала шла вниз в основном, так что топать стало легче. Вскоре пред нами открылись виды Вольных Степей. Сверху они походили на бескрайнюю пустыню цвета пожухлой травы, перемежаемую редкими зелеными оазисами. Виднелись трещины-ущелья, разрезающие степное полотно на разные части. Я порадовался, что у нас в запасе сохранилась огнестойкая веревка.

Дорога вскоре превратилась в крутую тропу. Сати передвигалась спокойно, я же ступал с опаской. После дней, проведенных в горных чертогах Семи Облаков, страх высоты значительно отступил. Но я все еще чувствовал себя несколько неуютно в отличие от вассала.

Спустя пару часов пути до нас донеслись крики ужаса. Впереди над холмами мы заметили кружащихся снежных виверн. Стало понятно, почему нас они не трогали — нашлась более лакомая цель. И я даже догадывался какая. Переглянувшись, мы с Сати побежали вперед со всей скоростью, на какую были способны.

За очередным пригорком показался караван, на который напали мерзкие дракономыши. Лошади в страхе разбегались, охранники с трудом держали оборону. Один бедолага уже превратился в кусок льда. Пара лучников пыталась отогнать снежных виверн, но их стрелы не всегда пробивали Барьер монстров.

Мы подоспели вовремя. Сати запустила скальные искры в одного из снизившихся гадов, из-за чего он рухнул на землю. Бхоль сразу принялась кромсать монстра. Я же метнул кочеранг в одну из виверн и бросился на помощь к раненому охраннику, прикрыв воронкой от промораживающего потока.

Несколько бросков кочеранга, и твари поняли, что им не справиться с людьми. Пару виверн удалось прикончить, часть отлетели подальше. Монстры наблюдали за нами издали, ожидая, когда появится возможность полакомиться павшими сородичами.

— Г-господин Ли, от всей души благодарю вас за помощь! — подоспел караванщик Сомхи. — Без вас мы могли и не справиться с угрозой. Виверны нынче совсем озверели!

— Глаза мы заберем себе.

— Конечно, это ваша добыча!

Я занялся одним из охранников, прогрев ему замерзшую руку. Затем соратники обработали пораженные места Бальзамом. Конечность удалось сохранить. Полностью промороженному охраннику помочь уже не вышло.

Караванщик с помощниками быстро собрали разбежавшуюся скотину и сложили упавший груз. Сати извлекла глаза снежных виверн. И мы продолжили путь. На этот раз Сомхи не чурался нашей компании, опасаясь повторного нападения.

— Значит, вы не собираетесь есть нас вместе с ифритами? — уточнил один из охранников.

— Человеческое мясо невкусное, — цыкнул я. Солдат побледнел. Я хлопнул его по плечу с улыбкой. — Шутка юмора! Разумеется, нет.

Несколько часов мы спускались с гор, минуя различные препятствия. Беседа с караванщиками помогла настроить их на дружелюбный лад. Предгорья тянулись на несколько километров. Ближе к вечеру мы вышли на развилку, откуда едва заметные дорожки уходили на восток и на север.

— Наш путь лежит на север, — произнес Сомхи. — Знаете что, брат Ли… Не советую вам идти в Ытторган — это ближайший город к востоку отсюда.

— Чего так?

— По слухам путники там пропадают, а караваны не возвращаются. То ли хан местный лютует, то ли мордовороты какие нашлись. Что одно и то же по сути своей, хо-хо-хо!

— Не знаете, где мы можем разыскать текучий источник?

— Поспрашивайте в городах или у кочевников. Авось и сыщете. Прощайте!

Караван двинулся по дороге на север. Подумав, мы с Сати решили довериться совету Сомхи и обойти ближайшее поселение стороной. Тем более местообитание Кровавого Харудо было где-то на юге Степей. Вероятно, они награбили массу ценностей во время налета на Орден. Должно хватить им на какое-то время.

На поверхности царил разгар лета. Беспощадное солнце пекло растительность и головы беззащитных путников. Мы с Сати прятались от лучей Гатхи под конусами шляп. Местность вблизи Подковы оставалась холмистой, так что нам приходилось лазить по сопкам, а иногда перебираться через ущелья с помощью кочеранга и веревки.

Животный мир здесь был более беден, нежели щедрый на флору и фауну долинный триумвират. В степях обитали крупные хищные птицы, похожие на стервятников. Они плевались огнем сверху, найдя подходящую цель. Кочеранг отгонял их исправно. Также здесь можно было встретить похожих на сусликов существ, прячущихся в норы. Стада кочующих антилоп, способных ускоряться с помощью Шага до космических величин. Королями степей считались крупные хищные нелетающие птицы в три метра ростом и весом с десяток человек. Вроде бы и у нас в древности обитали похожие звери, если исключить возможность пользоваться духовным огнем.

Спрятаться на плоской, скудной на растительность местности было сложно, так что мы старательно осматривали округу с холмов, выискивая опасности. Дорог как таковых в этой части степей не было. Мы шли в южную сторону, ориентируясь по горному хребту.

Останавливаться под открытым небом нам было непривычно, так что мы шли до тех пор, пока не нашли небольшой лесистый участок. Здесь же и встали на ночь, пополнив запасы воды. Сати выглядела подавленной, так что едой занялся я сам. В результате вместо вкусного плова получилась какая-то бурда. Но по крайней мере на вкус вышло недурно.

[Сати Бхоль]

События в Ордене ударили по девушке сильнее, чем ей хотелось бы. С детства ее учили быть сильной, терпеть лишения и потери. Однако бойня в Ордене: гибель юниоров и взрослых, смерть хорошо знакомых ей людей прямо у нее на глазах, разрушения домов, в которых она провела многие годы — все это серьезно выбило Бхоль из колеи. Казалось, солнце в тот злополучный день зашло за тучи и не желало проглядывать.

Лишь ради своего сюзерена она крепилась, держа эмоции под жестким контролем. У нее появилась цель: отомстить всем тем, кто принимал участие в бойне. Но этого было недостаточно для обретения душевного спокойствия. Девушка попыталась прибегнуть к медитациям Ши, но тренировки ей не помогали. Она чувствовала себя полностью разбитой.

Ли Кон отстранил Сати от готовки, и девушка отошла в сторону, усевшись спиной к дереву. Она вяло следила за действиями сюзерена, но ее мысли витали где-то далеко.

— Прошу к столу! — вырвал ее из мутных грез бодрый голос господина.

— Спасибо, но я не голодна…

— Серьезно? Мы потратили много сил и духовной энергии. Надо восстанавливать запасы!

— Все в порядке, — помотала головой Сати, обхватив колени руками.

Ли Кон внимательно вгляделся в ее лицо:

— Точно в порядке?

— Точно… — пробормотала Бхоль, чувствуя, как увлажнились глаза. — В порядке…

Слезы хлынули из глаз бурным потоком. Девушка прикрыла лицо рукой, дабы никто не видел ее в минуту слабости. Сати сдавленно плакала, напрягшись словно сжатая пружина.

Девушка вздрогнула, почувствовав рядом чужое присутствие. Ли Кон вдруг опустился подле нее и осторожно приобнял рукой.

— Все будет хорошо… — произнес он тихо. — Поплачь…

— Почему?! Наставник Дзун Ши — он был мне словно родной отец! За что так поступили с ним?! В чем провинились старшие и наставники?! Почему погиб настоятель Лин Бо?!

— Все будет хорошо… — повторил он

— Что Орден Семи Облаков сделал плохого, чтобы заслужить подобную участь?! В чем были виноваты дети, что погибли в пещерах?!

Рыдая, Сати прижалась к Ли Кону и спрятала лицо в его ханьфу, цепко схватив край одеяний пальцами. Сюзерен осторожно погладил ее по голове и повторил:

— Все будет хорошо…

— Это все из-за паскудного Когтя Орока?! Будь он проклят! И Орден Заката вместе с самим Ороком пусть катятся в бездну!

— Все будешь хорошо, милая…

Постепенно истерика сходила на нет. Слезы вымывали печали и тревоги. Ураган чувств постепенно успокаивался, но внутри ее все еще раздирали противоречивые чувства. Сати ощущала тепло молодого господина, его голос казался ей мягким и приятным, таким родным и близким. А не жестоким и злобным, как она считала когда-то. Его прикосновения дарили неведомые доселе ощущения. Ей хотелось лежать в объятиях вечно.

Сати не знала, что на нее нашло. Рассудок словно помутился на секунду. В один из моментов она приподняла голову и нашла губы сюзерена своими устами.

[Ли Кон]

Неожиданный вкус соли на губах вывел меня из созерцательного состояния. Было приятно сидеть в обнимку с девушкой, чего мне давно не доводилось делать. Как вдруг Сати взяла и поцеловала меня. Я почувствовал приятную мягкость спелых губ и легкий вкус пролитых слез.

— Нет! — девушка разорвала объятия и резко откатилась в сторону.

— О-у… внезапно… — протянул я ошарашенно.

Бхоль быстро утерла слезы рукавом и взглянула на меня строгим взглядом. На секунду мне показалось, что меня сейчас начнут бить, что было бы не слишком справедливо. Но кто его знает, что творится на душе у женщины. Тем более в таком уязвленном состоянии. Однако спутница сумела меня удивить:

— Прошу простить, господин Кон, за столь неподобающее поведение.

— Кх-ем, да, в общем-то, ничего страшного…

— Нет, подобная близость между вассалом и сюзереном совершенно недопустима!

— Может, не стоит столь строго следовать правилам? — осторожно заметил я.

— Наставник Дзун Ши был прав, — грустно вздохнула девушка. — Некоторые чувства невозможно контролировать. Простите меня, господин Кон…

— Что я должен простить?

— По всей видимости, некоторое время назад я начала испытывать к вам так называемое половое влечение, — девушка смущенно отвела взор в сторону. — Иначе именуемое любовью.

— Кха-ху-х, — закашлялся я от подобных откровений. — Аж воспылал, кха…

— Все произошло без моего на то ведома и желания. Поэтому я отказываюсь нести ответственность за подобные постыдные чувства.

— Ну-у, разве это так уж плохо?

— Хуже некуда! Между вассалом и сюзереном не должно быть никаких греховных связей!

— Ну а если наш договор вдруг будет расторгнут раньше времени? И мы перестанем быть вассалом и сюзереном?

— Это ничего не изменит. Я давала обет: никаких отношений с противоположным полом до тех пор, пока не достигну ступени Адепта.

— Чего? — округлил я глаза в ужасе. — Может, хотя бы до ступени Бойца?!

— Исключено! Я не собираюсь губить свою карьеру пламетворца ради мимолетного низменного увлечения, — проговорила она.

— Подожди. Что значит “губить”?

— Вы не знали, господин? Отношения зачастую ставят крест на пути практика. У мужчин это проходит легче. Женщины же подвергаются чудовищным эмоциональным и другим перегрузкам. Они теряют гармонию Ши и Дао, перестают заниматься Цунь. Ну а если вдруг у женщины-практика, не достигшей ступени Адепта, зарождается внутри жизнь, это означает конец пути Цунь-Ши-Дао.

— Не может такого быть, чтобы все женщины реагировали схожим образом!

— Вы правы. Согласно статистике, одна женщина-практик из десяти не затухает и может продолжать культивирование. Большинство же отбрасывает далеко назад, а затем домашние хлопоты не позволяют сосредоточиться на пути пламетворца. Я не могу так рисковать. Поэтому и давала обет в свое время.

Я потер лоб, пытаясь собраться с мыслями.

— Но ты ведь любишь меня?

Сати вспыхнула и отвернулась:

— Мне бы хотелось, чтобы вы не напоминали мне об этом лишний раз. Поскольку для меня подобное впервые, то я не совсем уверена в своих чувствах.

— Отрыжка хургла! Но до ступени Адепта еще пилить и пилить!

— Говорят, надежнее — до Мастера.

— Нет-нет, Адепта хватит! — добавил я спешно.

— Просто забудьте об этом разговоре, господин Кон. Не знаю, что на меня нашло. Нам еще текучий источник надо разыскать, стать Бойцами и отомстить налетчикам.

— Да, но… — я не мог подобрать слова.

— Раз уж я открылась вам, то что вы думаете… Нет! — резко остановила себя Сати. — Ваши чувства не имеют значения, все равно…

— Как это не имеют значения?! Ты мне нравишься, конечно. Как ты там сказала: я испытываю к тебе половое влечение! — заявил я твердо.

— Почему-то из ваших уст подобное звучит кощунственно и пошло, — скривилась Бхоль.

— Вот как ты думаешь о человеке, которого любишь…

— Н-не смейте поднимать столь деликатную тему лишь бы поиздеваться надо мной! — вспыхнула она.

— Что тогда: разлюбишь?

— Разлюблю! Раз и навсегда! — нахмурилась она.

— Ну, попробуй, — произнес я с вызовом.

— Дерзайте, господин Кон, — проговорила она сурово.

— Подумать только: взяла и украла у меня поцелуй. Поматросила и в кусты, выходит?

— Ничего подобного!!! И это был мой первый поцелуй, а не ваш!

— Ладно, — решил я снизить накал страстей. — Я погляжу, ты пришла в себя?

Сати глянула на меня с подозрением, но все же ответила:

— В целом чувствую себя сносно. Спасибо, что дали мне побыть слабой…

— На то и нужен любимый человек.

— Г-рах! Я уже жалею, что открылась вам!

— Не кипятись. Идем есть, я разогрею.

— Гя-уш! — всполошился хургл при слове “еда”.

Мы с Сати присели к тлеющим остаткам костра и принялись дегустировать мою стряпню. Степная теплая ночь, костерок, походная кухня, два любящих сердца под луной. Что может быть романтичнее?

— Ну и гадость, — скривилась Бхоль, отведав рисовой каши. — Больше вас к готовке подпускать нельзя!

Глава 11

Ночь прошла беспокойно. Если днем царила жара, то ночью температура в степях опускалась значительно. Я даже Греющую ауру активировал на минимальной мощности. Долго не удавалось уснуть, я постоянно ворочался, прокручивая в голове разговор и пытаясь найти какой-то выход из ситуации. Мне казалось несправедливым, что два любящих сердца не могут быть вместе по такой нелепой причине. Впрочем, для местных воителей путь Цунь-Ши-Дао являлся сутью их существования, чуть ли не смыслом жизни. Мне бы тоже не хотелось терять возможность расти дальше из-за случайного увлечения. Выходит, чтобы добиться девушки, надо сначала выкультивировать ее до ступени Адепта? Как же напряжно.

Сати тоже долго ворочалась. Очевидно, случившееся и на нее оказало серьезное воздействие. По крайней мере, она смирилась с потерей близких, переключившись на другие эмоции. Наверное, это и к лучшему.

За завтраком царила несколько неловкая атмосфера, поэтому я решил разбавить ее небольшим экспромтом:

— Обеты и догматы

Нужны людям слабой души,

Чьи сердца в клетке.

Бхоль глянула на меня хмуро. Несколько секунд она молча помешивала рис, после чего выдала:

— Бумажная стена

В сердцах слабых духом.

Истинные чувства прочнее камня.

— Глыба скальная

Кажется незыблемой и вечной,

Но даже вода камень точит! — ответил я после раздумий.

— Говорите за себя, господин.

— То есть, ты намекаешь, что будешь любить меня вечно?

— Г-ха! Есть в вас хотя бы капля такта и деликатности?! — вспыхнула девушка. — Не задавайте вопросы, на которые нельзя дать ответ!

— Я простой кочегар. Мне деликатность неведома, — пожал я плечами, приступив к трапезе.

Сати громко фыркнула и также принялась насыщаться. Некоторое время мы молчали, хотя я видел, что спутница явно хочет что-то мне сказать.

— Ну говори уже, — не выдержал я первый.

Сати сначала попыталась сделать вид, будто не понимает, о чем речь, но затем собралась с силами:

— Господин Ли Кон, я ваш верный вассал. Вы… теперь ведь убедились в моей преданности?

— По большей части… — ответил я осторожно.

— Вассал не будет распространять сведения, которые могут навредить своему сюзерену. Я давно хотела узнать правду: скажите, что произошло в тот день, когда вас отравили? Вы можете верить мне. Я в любом случае сохраню услышанное в тайне.

— Т-ц, наверное, больше нет смысла скрывать… В Чайфу я вряд ли вернусь в ближайшее время, — протянул я задумчиво.

Спохватившись, я отправил Злоднегрисса прогуляться. Сати последовала моему примеру и приказала Келстигнуссу покинуть место стоянки ненадолго.

— Нужны мне секретики людишек… — проворчал Злодни.

Малые духи, бурча, упрыгали в противоположные стороны. Друг друга они тоже не жаловали.

— Мо-шэн знала правду: я действительно из другого мира. Реинкарнированный. В тот день душа прежнего Ли Кона покинула тело, и я занял его место. Мне удалось сохранить немного воспоминаний из прошлого мира.

— Теперь все встает на свои места, — кивнула Сати удовлетворенно. — Спасибо, что рассказали мне об этом, господин.

— И все? Ты не будешь устраивать скандал? Я ведь не тот Ли Кон, кому ты присягала почти три года назад…

— Мы с вами заключили новый контракт, разве нет? Его сиятельство Дай Кон в любом случае оплатил Ордену Семи Облаков все пять лет службы.

— Хм, раньше ты бы сразу воспользовалась таким поводом, чтобы избавиться от меня.

— Но вы ведь не прежний Ублюдок Ли, — склонила она голову набок. — Я не все ваши действия одобряю… но чувствую, что служить вам — это правильный выбор.

— Сердцем чувствуешь?

— Еще чего, — смутилась она. — Так значит вы не лгали, когда говорили, что вас зовут… Ми Ха Ил?

— Запомнила? Хм, ну пусть будет “Ми Ха Ил”. Я уже настолько сильно свыкся с ролью Ли Кона, что перестал помышлять об использовании настоящего имени. Но раз Чайфу остался в прошлом, можно попробовать начать жизнь с чистого листа.

— Как вам будет угодно…

Мы собрали свои пожитки и двинулись дальше. К полудню солнце распалилось настолько, что над степью местами показалось мерцающее марево. К счастью, тела пламетворцов были закалены и могли выдерживать чудовищный жар. Хотя полуденный зной все равно был неприятен. Я бы охотно предпочел находиться где-нибудь возле бассейна или кондиционера, а не лить пот в бескрайних степях.

Мы с Сати вяло переговаривались в пути. Ранее мы обсудили немного мой родной мир, но по возвращению малых духов мы не могли болтать также свободно. Полагаю, Бхоль, как и большинство местных, любила послушать диковинные истории про иные миры. Как и жители Земли в принципе.

— Гя-уш! — прервал наше милое щебетание Чебуль.

Из-за камня выскочил кулмрац — огромная птица, считающаяся главным местным хищником. Животное было покрыто серовато-коричневыми перьями, идеально маскирующими его на фоне степной местности. Размерами существо было значительно больше и выше страуса. Метровой длины опасный желтоватый клюв повернулся в нашу сторону.

— Кри-ар! — громогласно каркнуло существо.

— Стоим на месте! — шепнула Сати.

Мы замерли где стояли, стараясь не дышать. Кулмрац поводил своими мутными глазенками из стороны в сторону и не заметил неподвижные цели. Затем наклонился к поверхности и ударил длинным клювом в малозаметную ямку. Послышался звук изрыгаемого огня. Из другой ямки чуть поодаль вырвались струи багрового пламени вместе с ошпаренным сусликом с горящей задницей. Зверек понесся сломя голову и, как назло, прямо в нашу сторону.

Кулмрац побежал следом за добычей, тяжело топая по земле своими мощными лапами.

— Хурглов суслик, мы из тебя суп сварим… — произнес я тихо.

— Кри-ар! — хищник заметил нас и развел в стороны свои маленькие рудиментарные крылышки. Бройлер ходячий.

Бегало существо весьма быстро, так что убежать от него вряд ли получится.

— Бой! — скомандовала Сати.

Мы сбросили сумки и разошлись в стороны. Суслик унесся прочь. Кулмрац выбрал себе более сытную цель в виде двух людишек. Я сразу метнул кочеранг, и он пробил багровый барьер вместе со шкурой и оперением. Однако существенного урона зверю это не нанесло.

Сати активировала скальные искры, но массивную тушу лишь слега это замедлило. Разорвав оковы, куриный переросток бросился в мою сторону. Первый удар клюва о воронку-щит чуть не отбросил меня на землю. И это при том, что я стремительно отходил назад. Я провел неплохой удар, вонзив кочеранг глубоко плоть. Кулмрац взревел и выпустил в меня струю багрового пламени, одновременно ударив клювом. Не удержавшись на ногах, я упал на землю. Еле успел откатиться в сторону, как в том месте, где я только что находился, ударил мощный клюв, вонзившись глубоко в дерн. Какое-то время я катался из стороны в сторону, уворачиваясь от ударов цыпленка из страны великанов. Клюв твари крошил даже камень.

Мне казалось совершенно неуместным погибать от подобного зверя. Я сражался с огичаем, победил демоническую виверну, стал чемпионом турнира Стальной Кулак. Неужели какой-то полутонный петушара прекратит путь знаменитого героя?

К счастью, я был не один здесь. Сати сначала сделала пару ударов, но ее Разрез не нанес смертельных повреждений. Затем Бхоль сковала лапы монстра скальными искрами, что дало мне несколько секунд. Я спешно поднялся на ноги и провел несколько ударов. Достать кулмраца в глаза оказалось непросто — он парировал любую мою атаку клювом. Тогда я сосредоточился на ногах, бегая вокруг монстра кругами. Сати поддерживала меня.

Очередной удар твари пришелся на клешню, пробив духовный щит. Тяжелый клюв повредил противостоящий металлический палец, разбив Клешню. Кожаные ремни выдержали, протез чуть не вывернуло с моей руки. Сати в это время подобралась сзади и вонзила клинок глубоко в тело зверя. Кулмрац резко развернулся и нанес стремительный удар в голову. Легкий металлический шлем ученического доспеха прогнулся, как и серая Барьерная аура. От удара Бхоль потеряла сознание и рухнула на землю.

— Сюда, тварь! — заорал я, опасаясь, что он попытается добить спутницу.

Кочеранг взломал защиту и вырвал крупный кусок плоти с одной из ног. Кулмрац снова взревел и бросился на меня. Я начал отходить, отводя монстра от союзницы. Цыпленок-великан растерял всю свою прыть. Хромая, он прыгал за мной, скача на одной ноге практически. Уворачиваться от его атак стало намного легче.

Вдруг к месту сшибки приблизились люди в серых масках с копьями. Они пришли нам на помощь, метая свои снаряды, окутанные черными язычками пламени. Удары оказались на диво эффективными. Кулмрац быстро терял силы, истыканный копьями. Как мне кажется, я бы и сам с ним справился. Стоило мне нанести серьезную рану по другой лапе зверя, как он стал почти неопасен. Упал на землю и принялся делать выпады в разные стороны. Люди в масках подошли ближе и принялись наносить удары копьями. До тех пор, пока кулмрац наконец не издох.

Выглядели незнакомцы не слишком презентабельно. Носили кожаные одежды, местами грязные и дырявые. Да и вели себя странновато — почти не обращали на нас с Сати внимание. Забив монстра, принялись за его потрошение.

Я подоспел к Сати и осмотрел девушку. Пульс был нормальным, но голова девушки была залита кровью. Я промыл рану водой, обработал бальзамом и наложил повязку.

К месту схватки подоспели и старшие, как я понял — кочевники, не носящие масок. Их лица были украшены татуировками, либо узорами какой-то краской, на голове виднелись уборы, щедро украшенные огромными перьями кулмраца. Одежда также состояла из многочисленных перьев. По всей видимости, огромный птиц почитался здесь за важного идола. Напоминали по одежде и повадкам индейцев, но внешне скорее походили на степных азиатов. Я отнесся к незнакомцам с настороженностью. Убежать с бессознательной Бхоль от них не смог бы в любом случае.

— Славная охота, друг! — поднял руку немолодой мужчина. — Кулмрац — зверь опасный. Не будешь ли ты возражать, если мы поделим мясо и перья поровну?

— Пожалуйста, — манул я рукой. Насколько мне известно, никаких ценных ингредиентов большой птиц не содержал. — Мясо и перья нас не сильно интересуют.

— Твоя женщина ранена, — озвучил очевидное мужчина. — Ей нужен отдых и знахарь. Меня зовут Кашшан, я вождь племени Тургол. Приглашаю тебя посетить нашу славную стоянку! Женщине окажут помощь.

— Ми Ха Ил, — представился я. — С удовольствием приму ваше приглашение.

Кашшан степенно кивнул. Люди из его племени подогнали повозку, куда мы перенесли бережно Сати. Затем направились в сторону лагеря. Стоянка представляла собой скопище примитивных юрт, с одной стороны прикрытые холмом, с другой — обозом телег. Вдали я видел пасущееся стадо овец, за которыми следил пастух в маске.

— А чего некоторые из ваших скрывают лица?

— Традиции племени Тургол. Лишь старшей семье дозволено открывать лицо и общаться с чужаками, — односложно пояснил вождь.

Жило местное племя небогато, но лица выглядели вполне здоровыми и упитанными. По крайней мере у старшей семьи. Лиц бессловесных слуг, которые трудились повсюду, было не разглядеть. Возможно, они тут находились на положении рабов, но такова уж их судьба. Я не планировал нести бремя цивилизатора. Тем более для рабов или крестьян текущий порядок вещей может казаться единственно верным. Все равно один человек ничего не изменит. Должно измениться само общество, для чего нужны новые орудия труда и прочие блага технического прогресса. Учитывая, что здесь нет многих полезных ископаемых, возможно данное общество и не сможет никогда вырваться из дремучих веков.

Нам выделили одну из юрт, куда положили Сати. Круглолицая дочка вождя помогала ухаживать за ней. Вполне себе симпатичная девчонка. Она бросала на меня заинтересованные взгляды. Читал я на одной из смен в котельной, что племенам требовалось разбавлять кровь, иначе они вырождались. Но меня не слишком прельщала роль быка-осеменителя. Тем более страсти после признания Сати еще не улеглись, и смотреть на кого-то другого я не мог.

Сгорбленная страшная старуха, которую здесь почитали за знахарку, принесла какое-то вонючее зелье, которое даже Суть не смогла оценить. Чебуль шипел при виде знахарки. Я не смог дать согласие на то, чтобы влить эту бурду внутрь Бхоль. Старуха ругалась, используя неизвестные мне словечки, и мне пришлось вытолкать ее из юрты. Я решил, что естественная регенерация справится и без помощи местных шарлатанов.

Чем-то меня встреченное племя нервировало. Они пришли нам на помощь, добив грозного противника. Но среди них я чувствовал себя не в своей тарелке. В отличие от сервов триумвирата. В них я тоже ощущал чуждость — из-за той культурной и цивилизационной пропасти, что нас разделяла. Но по крайней мере они казались мне простыми и понятными. Здешние аборигены почему-то навевали жуть. В лагере было на удивление тихо. Лишь ржание пасущихся рядом лошадей и скотины, да свист степных ветров разбавляли тишину. Иногда представители старшей семьи общались между собой, но остальные блюли молчание.

Ближе к вечеру я обтирал лицо Сати влажной тряпкой. Глаза ее задрожали, и Бхоль наконец очнулась:

— Бездна… что произошло?

— Гигантский цыпленок клюнул тебя в темечко. Нет, это не шутка.

— Где мы? — вгляделась Сати в потолок, состоящий из жердей и звериных шкур.

— В племени Тургол, кажется. Странные тут люди.

— В чем выражается странность?

— Большая часть племени носят маски, и им нельзя разговаривать.

— Отрыжка хургла! Это же племя Орока!

— То есть?

— В Степях встречаются кочевники, продавшие душу проклятому Ороку. Люди в масках, по всей видимости, умертвия — погибшие люди, в которых вдохнули жизнь с помощью силы Орока!

— Мы прямо в центре зомбятника?! — нахмурился я. — Но зачем вождь пригласил нас сюда, а не напал сразу?

— Ослабить бдительность, принести в жертву на капище, — предположила Бхоль. — У племен, поклоняющихся Ороку, может быть масса кровавых обрядов…

— Идти можешь? Нам надо валить.

— С трудом. Голова еще кружится. Но можете не переживать, господин, я скоро приду в себя…

— Жгучелист действует на умертвий? — уточнил я.

— Да! У нас ведь есть запас жгучелиста для Микстуры. Доставайте скорее, я сделаю жгучую воду!

С помощью Злодни я вытащил с огненного измерения котелок и сушеный жгучелист. Вода была рядом в глиняной емкости. Я оставил Сати трудиться, а сам вышел наружу и принялся караулить у входа, дабы наши приготовления никто не увидел.

— Господин Ми Ха, как ваша женщина? — подошла ко мне дочь вождя с широкой улыбкой на лице. Правда, кончики ее зубов были черными, поэтому улыбка скорее отпугивала. Тем более после того, что я узнал о племени, доверять девушке я не мог. Теперь мне стало казаться, будто из каждой юрты и повозки на меня глядят злобные глаза зомби, скрывающиеся в сумраке.

— Идет на поправку. К утру будет в порядке, я думаю.

— Вы такой красивый и могучий воин, Ми Ха! — льстиво заметила дочка. — Если вы останетесь с нами, племя окрепнет! С женщиной вы должны будете расстаться, но у вас буду я! Отец даст вам высокий пост в племени!

— Спасибо, но меня подобное не интересует.

Улыбка дочери Кашшана стала напоминать злобный оскал:

— Вы не поняли, господин Ми Ха. Вы останетесь в племени в любом случае. В вашей воле решить, в каком именно виде: живом или не слишком. Выбирайте: красивая жена и титул или забвение!

Я понял, что торгульцы сделали свой последний ход. Некроманты степные, чтоб их! У меня осталось не так много времени, прежде чем их терпение подойдет к концу. Оглянувшись, я приметил членов старшей семьи, наблюдающих неподалеку.

— Где это ты красивую жену нашла, сучка?! — донеслось из юрты.

Розоватая водица выплеснулась из проема и попала прямо на лицо дочери вождя. Девка страшно закричала, ее кожа принялась покрываться черной коркой, превращаясь в темные струпья. Реагировала девица совсем не так, как обычный человек при встрече со жгучелистом. Да, можно получить ожог, но не разлагаться до состояния древней мумии словно от крови ксеноморфа. В то же время девушка не вспыхнула сразу, как это происходило с утопцами при контакте со жгучелистом. Видимо, так реагируют те, кто встали на службу Ороку, но не стали полноценными умертвиями или утопцами.

Сомнительной красоты племенная девица превратилась в уродливое существо, которое и в страшном сне не приснится.

— Отродье Орока!

Пока я мешкал, Сати взмахнула мечом и с помощью Разреза отсекла девушке голову. Почерневший сморщенный кочан укатился в сторону лошадиной кучи. Голова продолжала корчить рожи, дергаться и изрыгать черный огонь. Теперь я понял, что меня насторожило во время сражения с кулмрацем: духовный огонь охотников в масках отдавал чернильно-фиолетовыми оттенками. Я спутал проклятую силу мертвяков с духовным огнем Новичка.

— УБИТЬ УБЛЮДКОВ!!! — донесся до нас рев Кашшана. — Я сделаю из вас личных умертвий! И будете вы питаться одним лошадиным навозом! Вечность!

Глава 12

Нас подобная перспектива не слишком прельщала. Не сговариваясь, мы понеслись прочь. Семейка Кашшана, поджидавшая нас неподалеку, бросилась следом. Бабка-знахарка побежала следом словно заправский легкоатлет. Со всех сторон к нам начали сбегаться умертвия в масках. Некоторые держали в руках копья или клинки, другие просто тянули в нашу сторону руки с длинными черными когтями. Очевидно, что зомби можно было обучить простейшим действиям. Либо же они сохраняли часть навыков хозяина тела после его смерти. Не заканчивал магистратуру по некромантии, поэтому мне сложно сказать.

Я сходу бросил кочеранг в нападавших, не снижая темпа бега. Оружие снесло голову одному из умертвий и нанесло тяжелую рану следующему. Похоже, они не были такими уж крепкими. Кочеранг вернулся ко мне в руку, когда мы приблизились к ряду повозок, огораживающих лагерь. С них нас принялись атаковать новые умертвия. У меня аж глаза разбежались при виде такого числа противников.

Сати взмахнула смоченной тряпкой и оросила подступающих зомби жгучей водой. Действие нанесло существенный урон тварям. Некоторые вспыхнули словно спички, окутавшись черным огнем. Стихия Орока пожирала своих же хозяев с жадностью, достойной проглота Чебуля. Хургл, к слову, где-то схоронился, как началась заварушка.

Я использовал духовный Разрез, разрубив на части парочку зомби по ходу нашего движения. Мы перемахнули через одну из повозок. Сати оступилась, и я помог ей подняться. Девушка выглядела бледной и изможденной, движения ее лишились былого изящества. По всей видимости, она еще не восстановилась после травмы. Мы побежали прочь по темной степи, но скорость нашего передвижения оставляла желать лучшего.

Умертвия неслись за нами на всех парах. Знахарка принялась бросаться в нас глиняными горшочками с зельями. При разбивании о землю они высвобождали вокруг темный всепожирающий чернильный огонь. Не этой ли гадостью она хотела напоить мою спутницу? В следующий раз дважды подумаю, прежде чем принимать приглашение от непонятных кочевников. По крайней мере, от снарядов бешеной бабки можно было увернуться.

А вот вождь дал жару. Кашшан, запрыгнув на одну из повозок, раздул живот, после чего изрыгнул нам вслед чернильное облачко. Сати откатилась, а я не успел уйти в сторону, лишь подставил свою воронку-щит. Меня задело краем, но удар оказался на диво неприятным. Завоняло какой-то жженой тухлятиной. Огонь Орока принялся разъедать мой духовный Щит. Черный огонь пожирал мой серый огонь, словно он был дровами! Я резко развеял щит, и остатки проклятого огня упали на землю, начав пожирать траву.

Мы продолжили бег, и я принялся метать кочеранг, уничтожая по очереди злобных умертвий в масках. В один из моментов, когда оружие вернулось ко мне, Сати произнесла:

— Господин, секунду!

Девушка окропила оружие жгучей водой. После чего, без лишних слов, я метнул кочеранг снова. Первого зомби он пролетел, не заметив. Умертвие вспыхнуло. Второй противник слегка замедлил летящее оружие, третий немного отклонил, а четвертому отрубило руку. Атака оказалась на диво эффективной.

Полетели копья от умертвий-охотников. Сати отбивала их в сторону, умело подставляя клинок. Я старался отбивать духовным щитом. Чернильный огонь при касании наконечника копья снова начинал грызть мою воронку. Приходилось формировать щит занова, тратя драгоценное ци. Клешня не могла поглотить энергию чернильного огня. По-видимому, субстанция отличалась от обычного духовного пламени.

Некоторые зомби даже имели темную защиту. Чернильный барьер окутывал их местами, и кочерангу было сложнее пробивать такой покров.

К счастью, и у нас имелось ультимативное оружие против умертвий. Жгучая вода помогала оружию проходить через зомби словно раскаленный нож сквозь масло. Я метал кочеранг без остановки, а Сати исправно смачивала его новой порцией жгучей воды. Прям почувствовал себя охотником на нечисть. Хотя, тут смотря с какой стороны посмотреть. Скорее сначала жертвами были мы, и лишь по мере уничтожения орды зомби получили некоторое преимущество.

Умертвия сгорали один за другим. Лишенные конечностей ползли в нашу сторону, не в силах нанести вред. Метательные копья вскоре закончились. Лишь Кашшан с родичами продолжали метать в нашу сторону комья едкого черного огня, но нам удавалось уворачиваться.

Только я подумал о том, что дело в шляпе, как в нашу сторону понеслись несколько козерогих лошадок. Из их ноздрей и из-под копыт вырывался темный огонь, на кончиках витых рогов горело чернильное пламя. Такая штука даже доспех с Барьером пробьет насквозь. Приближались адские кони стремительно. Первого я встретил жгучим кочерангом, легко срубив голову. Второго приняла Бхоль, выставив на пути скальные искры. Черная лошадь сломала преграду, но запнулась и покатилась, не удержавшись. На такой высокой скорости падение тяжелой туши было не слишком приятным событием. Находящаяся поблизости Сати подпрыгнула и отсекла твари голову.

Третий адский конь попер на меня, но мне удалось в последний момент отпрыгнуть в сторону. Пущенный вслед неосвященный кочеранг удачно попал в ногу твари. Лошадка сразу растеряла всю свою прыть.

Пока мы разбирались с проклятыми животными, к нам подтянулись остатки армии умертвий и слуг Орока, которые еще оставались наполовину людьми. Я встал перед Сати и принял на себя основной поток. Кочеранг Парящей Оплеухи летал туда-сюда, отсекая головы и конечности. Я старался уворачиваться от мерзкой жижи и проклятого огня, который так и норовил прогрызть Барьер или щит. Ошметки плоти умертвий, требуха и черная кровь летели в разные стороны.

Сати стояла позади меня и разбрасывала жгучую воду, уничтожая зомби. На тех тварей, что имели защиту из чернильного покрова, жидкость действовала хуже, но тоже проедала барьер и наносила повреждения. Некоторые зомби, сумевшие обойти меня сбоку, натыкались на клинок Сати.

Набрасывались зомби как-то бездумно. Вероятно, от ума самого человека в них мало осталось. Даже семейка Кашшана действовала не слишком обдуманно. Они предпочитали держаться поодаль, пока мы крошили простых умертвий. Но как только воинство подошло к концу, бросились на нас в ближний бой с бездумной яростью. Сати плеснула остатки жгучей воды на: то ли жен, то ли других родственниц вождя. Ведьмы Орока принялись вопить от боли и кататься по земле, покрываясь темными струпьями. Нет, такого гарема и врагу не пожелаешь.

Я схлестнулся с Кашшаном, приняв покрытый черным склизким огнем двуручник на свой щит. Сила удара отбросила меня назад. Проклятая тьма принялась разъедать воронку. А ци и так оставалось немного.

Сати тем временем сошлась с дряхлым дедом, утыканным перьями кулмраца и носящим его клюв вместо шлема. Спутница сделала обманное движение и бросилась к раненым дамочкам. Слуги Орока постепенно восстанавливались после едкого ожога жгучей водой. В несколько движений Бхоль обезглавила женушек вождя, после чего взялась бороться с дедом, который орудовал длинной тяжелой алебардой. Несмотря на свою тщедушность, силы в руках старика было немало. Скорее всего, прыти ему подавал коктейль из проклятого огня, плещущийся в крови.

Во время следующей атаки Кашшана, я сформировал аккуратный Разрез и ударил по падающему мечу. Хлопок серого огня отбросил оружие в сторону. Благодаря скоростной особенности я был первым, кто восстановился после сшибки. Кочеранг врезался в шею вождя, пробив черный барьер. Лезвие пробило шею наполовину.

Темный клинок разрушил мою тающую от недостатка ци воронку. На последних крупицах духовной энергии я сформировал еще один Разрез и довершил начатое. Голова Кашшана улетела прочь, а из раны на шее вождя взметнулся фонтан чернильного огня. Я еле успел убраться подальше. Сати не без труда взяла верх над прытким дедком, моя помощь ей не понадобилась. Бойня над племенем Тургол завершилась.

— Спасибо за гостеприимство, вождь, — взмахнул я кочерангом, сбрасывая остатки липкого темного огня с оружия. — Похоже, в Степях лучше не хаживать без запаса жгучелиста…

— Угу… — односложно согласилась Сати.

Затем настал черед муторной и нудной работенки. Мы расчленяли и добивали еще дергающихся умертвий и культистов Орока. Слуги лунного бога оказались на диво живучи. По слухам, если бы у них была возможность приложить голову или конечности к телу, то они бы восстановились в кратчайшие сроки.

Бхоль знала основные методы борьбы с нечистью, я лишь следовал ее советам. Мы разломали несколько повозок и сложили большое кострище. Туда стащили останки тех монстров, что не сгорели. С помощью одной нормальной лошадки повалили все юрты и свезли туда же. После чего подожгли. Предсмертные вопли служителей Орока отдавались в душе чувственной музыкой. Всепоглощающий огонь пожирал все, и даже темная субстанция Орока не могла долго сопротивляться.

Мы бегло обыскали юрты и карманы одеяний старшей семьи, но ничего ценного не нашли, кроме нескольких серебряных побрякушек. То ли сбережений у бедного племени не было, то ли они сгинули где-то в огненном измерении. Мы лишь собрали оружие и другие металлические предметы и скинули в отдельную телегу. Хотя, по словам Сати, оружие надо будет еще обработать жгучей водой на всякий случай. Также подобрали Темные сердца умертвий, что остались после зомби. Они в целом были почти идентичны сердцам утопцев — их можно было использовать как замену. Я думал, что для Микстуры придется затовариваться сердцами у алхимиков, но судьба дала нам возможность поохотиться на нечисть самим. Хоть мы о том и не просили.

Как ни странно, не все лошади кочевников являлись обращенными. Бхоль не была уверена, но предположила, что в таком случае их придется кормить плотью, и так никакой еды не напасешься. Поэтому и обычных лошадей оставили, чтобы было кому перевозить табор на новое место. Удивительно, что племя продолжало делать вид, будто живет нормальной жизнью. Отара местных овец у них сохранилась. Выглядели животные забавно: меньше земных овец, и у них отсутствовала четко выраженная шея и голова. Походили на маленьких тюленей на ножках, покрытых серой шерстью. Эдакие забавные пугливые комочки шерсти.

Потеряв пастухов, овечки и лошади разбрелись по степи. Наверное, с них тоже можно было выручить неплохую сумму денег. К счастью или нет, но нас избавили от данной почетной обязанности проезжающие всадники. Неизвестные на лошадях скакали мимо и заметили большой костер, который мы развели. Мы с Сати настороженно следили за действиями всадников — кто знает, вдруг это очередная шайка культистов?

— Приветствуем! — помахал я рукой, изобразив добродушное выражение лица, чему, скорее всего, мешали многочисленные шрамы и грязь.

Позади меня пылало адское пламя, в котором еще чудились затихающие стоны слуг Орока. Юрты потрескивали в огромном костре. Подъехавший поближе всадник почему-то резко развернулся и поскакал прочь.

Неизвестные принялись гнать бесхозную отару овец прочь, лошадей тоже убежавших разыскали, наверное. Лучи прожектора Злодни не могли высветить все, что происходило в ночных степях. По-видимому, кража скотины у соседнего племени здесь в порядке вещей. Особенно, если племени больше нет. Мы с животиной возиться не стали. Запрягли найденную ранее лошадку в подготовленную телегу с хламом и покатили прочь. Ночевать рядом с лагерем умертвий никто из нас не хотел.

Найдя укрытие возле небольшого холма, мы остановились на ночь. Поев, Сати сразу отправилась на боковую, подстелив одеяло и окутавшись легкой Греющей аурой. Да и я тоже принялся укладываться.

— Сестрица, истребляющая нечисть… не возражаешь, если я рядом устроюсь?

— Что? Зачем? — приподняла голову Сати. — Я же говорила, что давала обет на отношения!

— Я не собираюсь нарушать твой обет. Мне просто интересно, где начинаются отношения, а где просто дружеские посиделки? Мы с тобой пережили много интимных моментов во время путешествия. Что если я нарушу твой обет случайно, когда полезу перевязывать раны?

— Покуда за вашей душой нет греховных мыслей, все будет хорошо. Вы спокойно можете лечь с другой стороны, господин Кон. Я знаю к чему ведет совместный сон и знаю вас.

— Вот значит какого ты мнения о любимом? — вздохнул я.

— Арг-х! Все, я сплю! Голова после удара еще ноет… Постарайтесь на тащить меня больше в обители нечистых, господин. Келстигнусс, на страже!

Хе-х, подтрунивать над Сати было забавно, но лучше, наверное, не переходить черту. У всякого терпения есть предел.

Усталость взяла свое, и я быстро вырубился, также наказав Злодни бдить. Слишком уж мы оба вымотались чтобы дежурить. Духи были вредными существами, но мы надеялись, что хотя бы один из них останется бодрствовать и следить за округой ради дополнительного духовного корма.

К полудню следующего дня мы наконец добрались до одного из оазисов, рядом с которым находился средней величины город. Сати в географии Вольных Степей немного разбиралась — она поведала, что поселение называется Ыхолган. У степняков были свои традиции в названии городов и имен, хоть язык здесь использовался тот же. Местные не видели ничего необычного в единоязычии, хотя мой опыт говорил о том, что изолированные друг от друга общества должны иметь свои наречия. Возможно, здесь виноват Фанши и духовная Суть.

Оазис представлял из себя густые и высокие джунгли, смотревшиеся странно на фоне голой степи. Ыхолган находился на берегу пруда, который служил источником пресной воды. Питался он подземными ключами. Часть леса была вырублена людьми, но в этих местах уже тянулись ввысь молодые деревца. В оазисах все росло быстро. Виднелись сады плодовых деревьев снаружи, в степях паслись стада овец.

Возле толстой и высокой крепостной стены дежурило несколько стражников: часть в металлических, часть в стеганых доспехах. Наверху стояли арбалетчики, дежурившие подле стоек с крупными паровыми метательными машинами.

Сати направила нашу скромную повозку с хламом к воротам. Я воодушевился. Было немного боязно въезжать в незнакомый город, не зная местных нравов и традиций. Но я был рад оказаться вне Чайфу и Триумвирата в целом, где Ублюдка Ли хорошо знали. В Вольных Степях я могу использовать свое настоящее имя и начать жизнь с чистого листа. За мной не будет больше тянуться длинный шлейф из многочисленных прегрешений прежнего Ли Кона.

— Легкой службы доблестным стражам! — поприветствовала Сати мирным тоном.

— А вы… те двое демонов в синем? — заметил один рослый страж, осматривая нас.

— Демоны? — удивилась Сати.

— Весть пришла недавно о том, как двое демонов в синих одеждах истребили целое племя кочевников, а затем и пожгли их, хохоча припадочно словно сам Орок!

— Что? Нет… — протянул я, чувствуя себя персонажем одного не слишком умного фильма ужасов. — Племя Тургол продало душу Ороку! Но мы избавили мир от нечисти! Несравненный Ми Ха Ил, — ударил я себя в грудь, — и Храбрая Сати!

— Хах, как скажете, — усмехнулся стражник. — В любом случае сильным воителям в Ыхолгане почет и уважение. А турголцы сами виноваты в своей смерти.

Я немного расслабился. Порядки в Степях отличались от Триумвирата. В какой-то степени полезно, когда каждый сам за себя. Никто тебе не будет мстить за уничтоженное племя. Правда, никто и за тебя не заступится, но к такому отношению я уже привык.

- “Ми Ха Ил” — это ваше прозвище, брат? — поинтересовался другой страж.

— Почему вы так решили? — насторожился я.

Стражник недоуменно почесал голову:

— Слуга из облачников, протез, хургл, странное оружие… Как ни крути, а вы вылитый Сумасшедший Ублюдок Ли!

— Да ладно! Откуда вам про меня известно?! — возмутился я вселенской несправедливости.

— Дык почти все в Степях про вас знают, сиятельный брат Ли. Настоящая легенда! Недавно узнали, что вы почти турнир выиграли, брат Стальной Отступник! Достойно сражались!

Отрыжка хургла! Вот и настал конец моей мечте начать все с чистого листа…

— А если я спрячу протез, оружие и хургла — узнаете? — поинтересовался я.

— Физиономию вашу я помню, брат Ли, — заметил другой стражник. — Года четыре назад были вы в городе вместе с шайкой Пастыря.

— Я бывал в Ыхолгане?!

— Истинно так. Знатно покутили в Лошадином Копытце. С племянником хана повздорили. Пришлось вас выпроваживать из города. Но то давненько было. Коли не будете нарушать порядок, то и не придется стражникам вмешиваться.

— Эм, здесь моих врагов не осталось случаем?

— Не знаю. Племянника хана года два назад кулмрац загрыз на охоте, чтоб клювастому пусто было!

— Ф-ух, славно… то есть, я хотел сказать — прискорбно. А банду Кровавого Харудо не видели случаем? — я вытащил из кошеля несколько серебряных монет.

— Как же, буквально на днях проезжали мимо, — прикипел глазами к деньгам охранник. — Заскочили в город пополнить припасы и поскакали дальше.

Стражник махнул рукой куда-то на юг. Хорошо, что мы разминулись с ними. Хотелось бы сначала перейти на ступень Бойца, а уже потом махать шашкой. Я еще немного поспрашивал словоохотливых стражников, у которых была масса ценной информации. Однако про текучий источник они не слышали. Вблизи оазиса источники действительно появлялись чаще, чем в других частях Степей. Так что мы могли бы обосноваться здесь и дождаться, пока кто-нибудь разыщет. Либо разыскать самим. Вода текучего источника, к сожалению, быстро теряла свои волшебные свойства, поэтому в продаже ее было найти невозможно.

Передав немного монет служакам за содействие, мы с Сати въехали в пределы Ыхолгана. Сбережений у нас было достаточно, чтобы несколько месяцев прозябать в гостиницах. Но свершение мести головорезам откладывать не хотелось.

Глава 13

— Не быть мне больше Ми Ха Илом до конца своих дней… — пробормотал я с грустью в голосе, осматривая возвышающиеся здания.

— Вас беспокоит дурная репутация? — произнесла Сати. — Тогда я могла бы попробовать помочь вернуть вам доброе имя. Хотя это будет непросто.

— Вспомни, как у тебя это получилось с друзьями из Ордена. А затем подумай, поверят ли тебе незнакомцы…

— Возможно, вы правы…

Ыхолган был довольно крупным поселением. На уровне Шейчжоу примерно. Вот только в Вольных Степях вокруг городов не было ни единой деревни в отличие от Чайфу. Только кочевые племена изредка шастали. Что удивительно: на улицах практики встречались чаще, чем в Триумвирате. Разве что в Яхуэй во время турнира было больше пламетворцев, но то особый случай. Новички, Рекруты и даже Бойцы — спокойно прогуливались по улочкам, встречались на рынке, у лавок, таверн и конюшен. После Триумвирата города Вольных Степей показались мне словно бы на ступень выше. Неясно, в чем причина таких различий. То ли тут воздух свежее, то ли условия жизни суровее. Пустым выживать сложнее.

На нас в повозке особо не обращали внимания. Замок хана располагался за вторым слоем крепостных стен, и проехать туда было можно лишь приближенным. Дома здесь строили разные. Нередко первые этажи делали из камня, вторые — из дерева. Встречались высокие узкие башни, на которых караулила стража.

Уточнив дорогу, мы вскоре добрались до местной кузнечной мастерской. По размерам она превосходила оную в Шейчжоу. Среди подмастерье встречались практики высоких ступеней. В Шейчжоу лишь Охидо был Бойцом, здесь же их помимо главного мастера-кузнеца было еще двое. Кипела активная работа.

— Почем оцените? — поинтересовался я у вышедшего к нам крепкого коренастого степняка ступени Бойца.

— Только рекомендуем обработать все жгучей водой, — добавила Сати. — Вещи проклятого племени.

Кузнец отмахнулся от предупреждения и быстро осмотрел привезенный нами хлам. Некоторое оружие он проверял Сутью, другие сразу отбрасывал в сторону.

— За весь хлам девяносто серебра, но ради дорогих гостей округлим до золотого.

— Нам надо починить протез и доспехи. Возьметесь взамен всего этого оружия и телеги с лошадью?

— Выкладывайте.

Я отстегнул протез и продемонстрировал. Клешне неслабо досталось от кулмраца. Одна из конечностей висела на соплях, один из приводов сломался. Кузнец внимательно осмотрел протез и вынес неутешительный вердикт:

— Посредственная работа как для горного уровня. Котел и кожух еще послужат, ремни надо бы заменить. Рекруту должно быть впору, — глянул он в мою сторону. — Но для Бойца артефакт будет слабоват. Багровый огонь разрушит его. Клешню, привода и клапан я бы посоветовал поменять на более качественные. Из серебрита. Тогда протез и до облачного уровня сможет дорасти когда-нибудь.

Я вздохнул, понимая, что меня местные ушлые торгаши обчистят до последней нитки. Но не проапгрейдить клешню я не мог. Кузнец запросил дополнительно золотой за материалы и работу с учетом сданного оружия и повозки. Немного поторговавшись, я выбил скидку в десяток серебра. Кузнец забрал протез в мастерскую и приступил к работе. Специалист по доспехам осмотрел паровую броню Бхоль. Им серьезно досталось как во время сражения в Ордене, так и от кулмраца. Кузнец сказал то же самое, что и предыдущий: ученические доспехи неплохи для Рекрута, но Бойцу нужна броня получше. Иначе будет немного замедлять практика, Барьерная аура через слабый металл хуже распространяется. И так далее. Но здесь проще было бы приобрести новые, более качественные доспехи, чем улучшать старые.

Таких денег у нас все равно не было, как и на усиленные привода, так что я попросил просто вернуть им былой уровень. Что встало еще в один золотой. Паровые механизмы — накладное в обслуживании усиление. Но отказаться от них мы не могли. Вознаграждение от Ордена фактически ушло на ремонт.

Осталось несколько десятков серебра, да расплавленный золотой амулет врага. Кажется, я немного приукрасил, когда считал, что нам денег хватит на месяцы жизни в Ыхолгане. Цены здесь кусались. Пока кузнецы были заняты работой, мы заскочили на рынок, где я после успешного торга продал амулет. Мы приобрели перечной мяты и солидный запас сушеного жгучелиста, который стоил здесь дешево. Продавалась даже жгучая вода, разлитая по бутылкам. И ее мы тоже взяли про запас. Жгучая вода хранилась в огненном измерении без особых сложностей. Не припомню, чтобы в Шейчжоу она продавалась в таком виде. Это может говорить о том, что в Степях с нечистью проблемы возникают часто.

Затем направились к таверне неподалеку от кузницы, где планировали коротать время. Без клешни я чувствовал себя неуютно, как и Сати без своих доспехов.

И как назло, именно в этот момент нас настигли неприятности. В малолюдном переулке на нас выскочило трое людей с замотанными лицами. Один здоровяк подошел к нам сзади, двое перекрыли дорогу спереди. Я провел оценку Сутью одного из них, но мне лишь показался его статус Бойца.

— Так-так, выворачивайте карманы и выкидывайте все ценное из своих амулетиков.

— Вы что, не в курсе кто я? — обнажил я кочеранг.

— Босс, это же Сумасшедший Ублюдок Ли! Точно он!

Главарь на секунду завис — было заметно, что он не горит желанием выступать против известного злодея. Но все же бандит решил не отступать:

— Плевать! Это он в Триумвирате может считаться сильным бойцом. В Степях совсем другие правила!

Главарь вытащил два клинка дао, по которым пробежал багровый огонь. Один из грабителей облачился в бронзовые доспехи и вооружился двуручником. В Чайфу редкие разбойники хаживали в доспехах, а эти прям зажиточные. Третий достал метательные ножи. Судя по цвету духовного огня, двое являлись Бойцами, а метатель — Рекрутом. И где только стражники, когда они так нужны?

Я еле вспомнил, как формируется духовный Щит. Слишком долго полагался на встроенную особенность клешни. Не мешкая, я метнул кочеранг в одного из противников, напитав духовным огнем. Целью выбрал грабителя с ножами, поскольку мне не улыбалось еще и от них уворачиваться. Снаряд быстро преодолел разделяющее нас расстояние и врезался в руку. Серый Барьер оказался пробит, а духовный огонь помог нанести тяжелую травму. Метатель вскрикнул и выронил нож. Пусть левой рукой попробует теперь кидаться.

Сати взяла на себя здоровяка в доспехах, я же схлестнулся с главарем. Клинки дао или же фальшионы мелькали с большой скоростью. Кочеранг превосходил их, вот только он был в единственном экземпляре. Без духовного Щита я бы, скорее всего не смог вывезти. Но после блокировки одного из вражеских клинков получалось находить бреши в обороне противника. С помощью духовных Разрезов я нанес несколько ран разной степени тяжести.

— Бездна! Уходим! — распорядился бандит.

Израненная троица спешно покинула проулок. Сати также удалось неслабо повредить доспехи своего противника.

— Ладно, будем считать, что мы познакомились с местным криминалом, — вздохнул я, осматривая неглубокий порез в боку.

Мы быстро обработали раны и двинулись в таверну. Завсегдатаи питейного заведения показались мне вполне благожелательными, если так можно выразиться про горлопанящих любителей выпить и подраться. По крайней мере они не желали нам смерти. Меня быстро узнали и потребовали рассказать чего-нибудь интересного. Историй у меня было с запасом, и я сполна потренировался на юниорах ранее. Мои рассказы про Тухлого Гнисоля или проклятое племя Тургол нашли своих слушателей.

Наговорившись, я сам принялся задавать вопросы. Местный быт у приключенцев был довольно простой: воины собирались в ватаги и ходили в набеги на кочевников или, в случае крупной банды, грабили соседние города. Ханы подобного не запрещали, порой сами возглавляли наступления. Иногда занимались охотой на монстров. Участвовали в состязаниях практиков. Ну и, конечно, занимались Цунь-Ши-Дао. Без культивирования можно стать сильным воином только если продашь душу Ороку, и степнякам было это прекрасно известно.

Про текучий источник поблизости ни у кого не было информации, к сожалению. Но мне обещали сообщить, как только появится. Порой, если источник появлялся поблизости в легкодоступном месте, то он становился всеобщим достоянием. Алхимики и практики шли варить свои зелья. Разбавленная вода из источника помогала восстанавливать силы, а политые ей культуры росли активнее. Но порой текучие источники держались в секрете — их тайно продавали желающим.

Выпивку я почти не употреблял, поскольку напиваться в незнакомом городе было чревато. А в городе, где знают Ублюдка Ли, тем более. Сати глядела на то, как я потягивал пиво, с осуждением. Как будто мы с ней уже женаты.

К вечеру кузнецы справились с ремонтом. Клешня получила усиленные конечности и улучшенный клапан. Теперь их так просто не разрушишь, скорость срабатывания увеличилась. Ремни крепления горного уровня отличались серым цветом. С такими изменениями со временем и до облачного уровня можно будет прокачать. Бхоль получила назад свои ученические доспехи, не претерпевшие кардинальных изменений.

Я посоветовался с кузнецом насчет кочеранга. Он после турнира успел испить много чужой крови, но все еще не был готов к переходу. К тому же металл не являлся благородным. Требовалось сплавить его с серебром, что улучшит его ци-проводящие свойства и подготовит к облачному этапу. Вот только для этого помимо самого серебра требовались духовные ингредиенты. На это могли уйти все наши сбережения. Я решил отложить закалку до лучших времен. Неизвестно, сколько мы просидим в Ыхолгане, пока не появится текучий источник.

— Скажите, а может ли практик улучшать не только свои личные артефакты, но и чужие?

— Может, слыхивал я про таких чудодеев, — почесал бороду кузнец. — Вот только лучше не распыляться, либо иметь сильное Дао. Не то долго не проживешь. Коли раздавать свое Дао направо и налево, самому на жизнь не останется.

Сати глянула в мою сторону, приподняв бровь:

— Господин?

— И что для этого надо сделать? — не обратил я внимание на замечание.

— Нужно подружиться с артефактом. Сделать так, чтобы он принял чужака. Говорят, практикам, сражающимся бок о бок, сделать это проще. Есть зелья, позволяющие на время лишить артефакт привязки к хозяину, но то удовольствие не из дешевых. Ну а затем использовать его в сражениях, стараясь усилить своим Дао. Все как обычно.

— Занятно, — кивнул я и спросил без особой надежды. — К слову, не слышали ничего про текучий источник?

— Нет, — покачал головой кузнец.

— Господин Ли, — обратился один из подмастерьев к нам. — Слыхивал, один пацан безродный хвастался тем, что обнаружил источник. Не знаю, правда это или нет.

— О! Где нам его найти?

— Поспрашивайте на улицах.

— Спасибо за подсказку!

— Приходите еще! — изобразил жуткую улыбку кузнец.

Эх, последних медяков лишат, заразы. Кочеранг прокачать тоже следовало.

Мы покинули кузню и двинулись по вечерним улочкам Ыхолгана, освещенными редкими фонарями с малыми духами.

— Господин Кон, вы хотите заняться усилением моего меча? — сразу поинтересовалась Сати.

— Ага.

— Я и сама с ним справлюсь!

— Не сомневаюсь. Вот только сколько времени у тебя на это уйдет? Пока мой кочеранг апнул два уровня, твой мы еле-еле подтянули до земного.

— Но тратить драгоценное Дао на чужие артефакты… — с сомнением протянула Сати.

— Во-первых, мы уже убедились, что мое Дао сильнее, чем у обычных людей. Во-вторых, ты не чужой мне человек. Чем сильнее будет вассал, тем сильнее буду я. Наверное, таким способом можно заработать немало денег, но я не хочу тратить свою душу на чужие вещи.

— Спасибо, господин, — со смущением ответила она. — Буду признательна, если вы поможете развить мой Клинок скальных искр…

У меня созрел определенный план в преддверии перехода. Вот только следовало подружиться с мечом Бхоль, как советовал кузнец. Мы с Сати на некоторое время поменялись оружием. Она нацепила кочеранг себе на пояс, я — ножны с клинком. Поскольку ножен у кочеранга не было, я дал девушке пару ценных советов по поводу бега. Следовало придерживать рукой оружие, не то можно было повредить болтающимся лезвием одежду или ноги.

Клинок Скальных Искр показался мне… любопытным и слегка недовольным. Само собой, ему не понравилось, что он вынужден служить не хозяйке, а другому человеку. Тем более что наши характеры с Сати серьезно различались. Не знаю, чувствовал ли это меч или нет. Но Клинок не ощущался враждебным. Все же мы сражались вместе с его хозяйкой уже долгое время.

Мы довольно быстро отыскали попрошаек на одной из площадей города.

— Эй, знает кто парня, который нашел текучий источник? — обратился я к беднякам.

— Есть тут один типок, что ищет покупателя, — сузил глазки мальчуган в лохмотьях. — За серебряный отведу вас к нему, сиятельный господин!

— Лови, — бросил я монетку.

— Давайте за мной, значит…

С опаской, но мы все же двинулись за оборванцем. В Ыхолгане было полно бедняцких кварталов с узкими улочками, в которых и телеге сложно проехать. Пару раз мы шли какими-то тесными закоулками. Улицы не освещались, так что было несколько жутко. До тех пор, пока до нас не донесся дрожащий голос подростка, с которым разговаривал наш провожатый:

— Ты кого привел, идиот?! Это же Сумасшедший Ублюдок Ли!

— Чего?! Я не знал…

— Ладно, я позову, а дальше сами решайте. Если он тебя прирежет и сожрет, пеняй на себя…

Парень обернулся в нашу сторону:

— Кх-ем, я, это самое, провожу старшего. Сейчас вернусь!

После этих слов провожатого мы больше ни разу не видели. Забавно, что не только тебе немного страшно ходить по трущобам, но и обитатели трущоб боятся некоторых гостей.

К счастью, пацана в итоге привели к нам. Перед нами предстал коротко стриженый чумазый мальчуган в обносках. Остальные представители бедняцкого племени слиняли. Словно бы бросили беззащитную жертву на съедение волкам.

— Так это ты обнаружил текучий источник? — уточнил я.

— Я. Но дешевле чем за тли золотых местоположение не плодам! — заявил он твердым тоном, немного картавя.

— И кто тебе такие деньжищи заплатит? — фыркнула Сати.

— Гильдия алхимиков почти согласилась!

— Дорого. Пол золотого могу дать.

— Не-е, так дела не делаются, — произнес он бывалым тоном.

Затем мальчуган подошел к нам поближе и пригляделся, стараясь рассмотреть нас в темноте.

— Сумасшедший Ублюдок Ли?! — воскликнул он в шоке.

— Кочегар Ли, — поправил я.

Пацан бросился ко мне и принялся вдруг возбужденно наворачивать круги.

— Хулглиный король! — произнес он, отчего Чебуль на моем плече, как мне показалось, выпрямился с гордостью. — Знаменитый Кочеланг и беспощадная Клешня! — в голосе парня читалось благоговение. — Трусливая плислужница Сати!

— Отважная Сати, — поправила Бхоль.

— Я ваш большой поклонник, господин Сумасшедший У… Кочегал Ли! Можно ли мне называть вас мастелом Ли? Я знаю наизусть все истории про вас, мастел Ли! Жаль про вашу жизнь в шайке Пастола мало известно. Но зато потом сколько великих злодеяний вы совершили! И про Клушителя Черепов, и про осквернение дочери Шуньляо, про Кловавые Долги и про Стального Отступника, про отказ от наглого Фалфолового Цветка и про попытку освободить Двузмеехвоста в Хламе Дождливого Пика, про уничтожение Ткачей Пекла и налет гигантозмея на Сэцуань, — принялся он загибать пальцы. — Некоторые болваны говорят, что Халудо круче, но на мой взгляд он вам и в подметки не годится! Мастел Ли, я хочу быть похожим на вас! Возьмите меня в ученики! Научите быть таким же безжалостным отмолозком!

— Э-эм, — я почесал макушку в недоумении. — Я не беру учеников.

— Если научите меня быть бандитом, то я покажу вам текучий источник!

— Кто бы мог подумать, что у господина Кона есть фанаты, — произнесла Бхоль с легкой ухмылкой.

— А сама-то? — вернул я ей усмешку.

Бхоль нахмурилась:

— Я же просила не шутить на данную тему, господин.

— О! Так это правда, что вы смогли перетянуть на темную сторону ученицу Олдена Семи Облаков?! — радостно выпалил парень. — Они ведь славятся своими железными принципами. Вы настоящий подлый манипулятор, мастел Ли!

— Ты глубоко ошибаешься, мальчик, насчет личности господина Кона, — заверила Бхоль.

— Ого, она еще и защищает вас, мастел Ли! Отличная работа, — подмигнул мне мелкий.

— Спасибо, я старался.

Сати закатила глаза и не стала продолжать спор.

— Допустим… — протянул я, задумавшись. — Но мы должны быть уверены, что источник существует.

Парень вытащил из-за пазухи небольшой глиняный горшочек, вытащил пробку и представил на всеобщее обозрение. Внутри плескалась слегка оранжеватая жидкость, распространяющая вокруг слабое свечение.

— Хилый источник, — скептически заметила Бхоль.

— Вчелашний просто. Он быстро теряет силу, — оправдался парень.

— Почему бы тебе не разливать его по бутылкам и не продавать на рынке?

— Не-е, меня пасут все время, — шмыгнул он носом. — Желают выведать место, собаки. А просто так делиться секлетом я не хочу.

— Ты не боишься, что тебя схватят и выведают тайну под страхом смерти? — поинтересовалась Сати.

— Ха! Нашли чем пугать!

— Ну хорошо, — сдался я. — Я, Ли Кон из рода Чай, готов временно принять тебя в подмастерья. Как звать тебя, ученик?

Парень упер руки в бока, встав в горделивую позу и представился с апломбом:

— Меня зовут Хуй!

Глава 14

— Как?! Хуй? Прямо вот Хуй?! Не Хуи, там, или Хуэй? — проговорил я с долей изумления.

— Не надо ковелкать мое имя. Я именно Хуй!

— Это ведь второе имя? — уточнила Бхоль. — Как твое первое имя?

— На!

— Прямо как у старшего брата господина Кона, — заметила Сати задумчиво.

— Подожди, то есть ты — На Хуй? — спросил я. — Или все же Хуй На, прости господи?

— На Хуй, конечно!

— На Хуй, так На Хуй… — пробормотал я, схватившись за голову и стараясь не рассмеяться.

— Господин Кон? — приподняла бровь Сати. — Чем вас так задело имя мальчика? Второе имя Хуй широко распространено в Триумвирате.

— Простите… просто всплывают воспоминания из прошлой жизни… они больно ранят мое сознание… кху-х… Скоро пройдет…

Я подумал вдруг о том, что когда-нибудь в глубокой старости, когда волосы мои будут седы, а вокруг будет бегать куча внуков и правнуков, я захочу написать мемуары о своих приключениях. Но примет ли издательство рукопись с таким неприлично именуемым персонажем? Не влепит ли метку “для взрослых”? С другой стороны, я же ничего не выдумывал. Фамилия действительно здесь распространенная. Из песни слов не выкинешь, как говорится. Да и в любом случае вряд ли у меня получится вернуться в родной мир, а на местном языке имя ругательством не считается.

— У господина иногда бывают приступы, — поведала спутница парню. — Так значит, ты хочешь стать уважаемым бандитом, правильно?

— Да! Меня почти никто не плизнает! Из-за речи в том числе. И прозвище дали Калтавый…

— Картавый Хуй?! — всплакнул я.

— Господин! — укоризненно проговорила Бхоль.

— Что?! Представь, что когда-нибудь в будущем меня будут спрашивать: “Глубокоуважаемый мастер Ли, а кто был вашим первым учеником?” Что я им отвечу? “Картавый Хуй”?!

— Не знаю, откуда в вас такая неприязнь к данному имени, но судить человека по имени некрасиво. Оно может звучать смешно, но это имя, доставшееся от дорогих родителей и далеких предков. Им следует гордиться и нести с достоинством.

— Нести Хуй с достоин… Ладно-ладно, постараюсь больше не ерничать… Ты права, фамилию не выбирают. Мне тоже не сахар имечко досталось… Можно сказать, мы с тобой братья по несчастью…

— Ли Кон Чай — благородное имя! — возразила Сати.

— Спасибо за поддержку… Значит, Хуй знает, где источник… Кхе-х, так и быть: в обмен на текучий источник я временно признаю тебя своим подопечным, ученик… На Хуй.

— Ул-ла! Я будут прилежно учиться, мастел Ли!

— Уже поздно. Где здесь можно переночевать, ученик?

— Так давайте к нам, мастел! В притоне тетушки Мэй-Фэй вам будут всегда рады!

— Веди, коль не шутишь…

На Хуй повел нас через узкие переулки. Порой приходилось протискивать в дырках в заборе или перебираться через каменную ограду. Вскоре мы вышли в закрытый почти со всех сторон двор, в котором коротала время местная шпана.

— Картавый Хуй, ты кого привел с собой? — прищурился один здоровый парень.

— Мой учитель! Сумасшедший Кочегал Ли! — с гордостью представил нас мальчишка.

— Бездна… это и правда он!

Шпана быстро рассосалась, разойдясь в разные стороны. Некоторые подростки находились на низком старте, с опаской наблюдая за нашими действиями.

— За мной! Я представлю вас старшим!

Мы вошли в помещение с низкими потолками, в котором пахло дешевым алкоголем, табаком и потом. На повел нас к одному из столиков в углу, за которым сидело трое личностей бандитской наружности. При виде нас они насторожились и положили руки на эфесы оружия.

— Старшие “ыхолганских псов”: Шутен, Агарис и Фо Фан! — представил компанию На.

— Какая неожиданная встреча, — усмехнулась Сати кровожадно, положив ладонь на рукоять кочеранга.

Я тоже узнал недавних нападавших. Метатель баюкал свою правую перевязанную руку, носившую следы попадания кочеранга. Да и у остальных раны были более чем знакомые.

Я неспешно подошел к троице и схватил клешней край стола. Раздался громкий треск. Поддав немного пара, мне легко удалось сломать древесину. Бандиты сидели с хмурыми лицами, готовые в любой момент выхватить оружие. Но пока я не хватался за свой меч, они не спешили бросаться на нас.

— Шутен, Агарис и Фо Фан, — проговорил я. — Надеюсь, что вы получили достойный урок сегодняшним днем: лучше не связываться с Сумасшедшим Кочегаром Ли и Отважной Сати. Вам повезло быть знакомыми моего ученика — Картавого… Хуя, — слегка запнулся я, растеряв всю серьезность. — К-хм, поэтому мы простим вашу выходку. Будем считать инцидент исчерпанным. Или нет?

Шутен слегка помедлил, но все же кивнул:

— Исчерпанным.

— Ты кого привел сюда, На Хуй?! — зашептались другие обитатели притона, облепив парня.

— Самого знаменитого злодея на всем Фанши! — заявил тот безапелляционно.

А в принципе, не так уж и плохо иметь собственного ученика. Я немного приосанился и обозрел местную братию с чувством собственного превосходства. Пусть знают, что с кочегарами шутки плохи.

Заведовала притоном дама средних лет, которую все звали тетушка Мэй-Фэй. Глядела она на нас таким взглядом, словно наследных принцев и сумасшедших ублюдков в ее заведении до нас побывала тьма. Мы договорились о проживании за достаточно скромную сумму, что было нам на руку, учитывая многочисленные траты. Если нам удастся сварить зелье в ближайшее время, то можно будет и кочеранг прокачать.

Я не был уверен в том, стоит ли останавливаться в таком злачном месте. С другой стороны, здесь хотя бы будешь знать, кто тебя пытается прибить или ограбить.

Мы посидели некоторое время в притоне и пообщались с местным контингентом. Кто-то шпарил в кости и другие азартные игры, кто-то просто надирался, кто-то искал себе напарников на очередное дельце сомнительной законности. Приняли нас как родных в целом, если не считать троицы, с которой мы сцепились намедни. Но с ними вроде бы удалось договориться. Вспомнился теплый прием, который мне оказал Тухлый Гнисоль. Надеюсь, что хотя бы здесь мне не придется проводить Сумасшедшую Закалку Ли.

Над Картавым Хуем вовсю потешались из-за его дефекта речи. Люди удивлялись, как такой знаменитый отморозок как Ублюдок Ли принял в ученики бесполезного болвана. На Хуй неумело огрызался, из-за чего над ним еще больше подшучивали. Запущенный случай. Я посоветовал парню не реагировать столь бурно на подначки, и мой совет подействовал: вскоре его перестали доставать.

Посидев с народом, мы отправились в предоставленный нам номер. Низкие потолки, тесные клетушки — в трущобах сложно было найти пятизвездочный отель. Дешево и сердито. В номере имелась единственная двуспальная кровать, что сразу не понравилось Бхоль. Вот только тетушка Мэй-Фэй заявила, что других свободных комнат нет. Мы не стали шастать в ночи в поисках другого ночлега, смирившись с предоставленным номером.

— Я буду спать на полу, — заявила Сати.

— Разве похож я на человека, который позволит девушке спать на полу?

— Но я не могу допустить, чтобы сюзерен спал на полу.

— Есть и третий вариант: мы оба можем воспользоваться кроватью, тем более она довольно большая.

— Спать на одной кровати могут только супруги! — возразила Сати.

Я сел в позу лотоса у кровати и достал Клинок Скальных Искр:

— Сама видишь, что это вынужденная мера. Или у тебя есть некие тайные мысли на сей счет помимо сна?

— Конечно нет!

— Тогда и беспокоиться не о чем. За меня не переживай: моя воля крепче камня!

— Но вода точит камень?

— Говори за себя, — хмыкнул я.

Сати походила из угла в угол и в итоге смирилась с уготованной нам ролью. Признаться, меня не слишком беспокоил ночлег на одной кровати, поскольку мы и ранее проводили ночь рядом друг с другом. Я сомневался, что Сати сможет вдруг переступить через свои принципы. Ну а пытаться заставлять девушку — это не путь кочегара.

Пару часов перед сном я провел, полируя Клинок Скальных Искр. Сати научила меня, как обращаться с таким типом оружия. Кочеранг все же требовал иных, специфических условий. Артефакты имели блеклое подобие сознания. Обычно их настроение мог слышать только один хозяин, но Клинок скальных искр являлся исключением. По всей видимости, здесь были виноваты наши близкие отношения с его хозяйкой.

Поначалу меч был холодным по отношению ко мне, но по мере очистки, мягкой полировки и заточки оттаял, как мне показалось. Я почуял в нем нечто вроде симпатии. Кузнец говорил, что мне надо наладить отношения с артефактом, прежде чем пытаться его зачаровать. Однако данный Клинок уже был со мной в хороших отношениях.

— Может ли быть такое, что отношение хозяина к другим людям передается артефакту? — вопросил я.

— Полагаю, что так, — кивнула Бхоль. — Ведь в нем частичка моей души.

— Теперь понятно. Похоже, мне нет нужды настраивать его. Твой Клинок и так меня любит.

— Что вы сделали с моим мечом?! Верните обратно! — забеспокоилась Бхоль.

Мы обменялись оружием. Зевнув, я отправился на боковую, оставив Злоднегрисса бдить за некоторую духовную плату. Сати еще какое-то время медитировала, после чего осторожно примостилась на краешке постели. Она была напряжена. Хоть я и бахвалился, но мое сердце долго стучало, прежде чем усталость взяла свое.

Проснувшись, я почувствовал некоторую тяжесть в ногах. Сати лежала в постели на манер морской звезды, раскинув руки-ноги и заняв большую часть пространства. Одна из ее полуобнаженных ножек покоилась на моих ногах. Утреннюю чрезмерную бодрость организма удалось унять с помощью усвоенной ранее техники воздержания. Я с большой осторожностью постарался убрать ножку в сторону, но разбудил владелицу. Бхоль отпрыгнула в сторону словно разъяренная кошка:

— Вы же давали обещание, господин!

— И я его держал. А вот кто-то слишком сильно ворочается в кровати!

Намечающийся скандал разрешил Келстигнусс, которому Сати также наказала бодрствовать. Малый дух подтвердил тот факт, что хозяйка виновна в утреннем инциденте. И от огненных колобков бывает польза. Я покормил его солидной порцией духовной энергии. Несмотря на явные доказательства моей невиновности, Сати еще долго дулась, но к такому поведению прекрасного пола я был давно привычен, еще с прошлой жизни.

— О-хо, булная ночка была, да, мастел? — подмигнул мне сорванец, когда мы спустились вниз.

— Тебе рано о таком говорить, — нахмурилась Сати.

— Чего это? Я помогал пару раз охранять ночных жлиц. Знаю примерно, как все происходит.

Да уж, деткам на улице приходилось взрослеть быстро.

— Тесное знакомство с противоположным полом не сделает из тебя знаменитого бандита, — изрек я. — Чего тут из еды подают?

Тетя Мэй-Фэй организовала нам вполне сносный завтрак. В зале мы сидели почти одни — все остальные отсыпались в это время. За неспешной трапезой мы с Сати выспрашивали у На Хуя подробности жизни в городе. Ыхолганские псы, к коим он принадлежал, враждовали со Степными крысами. Вместо хурглов здесь обитали более привычные мне грызуны — по той причине, что с деревьями дела обстояли здесь туговато. Поэтому в эволюционной гонке выиграли те, кто умел копать и прятаться в норах, а не скакать по ветвям.

На Хуй находился на ступени Новичка, однако не знал толком ни одной техники. Мог лишь слабоконтролируемо испускать черный огонь. Орудовал коротким клинком, похожим на мачете. В фехтовании был посредственен.

Слушая историю жизни ученика, я думал о том, что означает быть бандитом? Я ведь все время в прошлой жизни старался соблюдать закон и порядок. О бандитизме знал лишь по слухам о Ли Коне, из телесериалов, да случайных встреч с разбойниками. Как живут, чем на жизнь зарабатывают и чем прославляются. Я ведь не специально все эти прозвища народные зарабатывал. Просто так получилось.

Да и не горел я желанием учить мальца преступной стезе. Это претило моей натуре. Я понимал, что вряд ли смогу вырвать его из данной среды, тащить за собой на противостояние с бандами и орденом не мог. С другой стороны, кодекс бандита в некотором смысле совпадает с кодексом воина. Возможно, я смогу научить его базовым тонкостям Пути кочегара.

— Я примерно понял твое положение, ученик, — закончил я с трапезой. — Слушай и запоминай пять главных правил отпетого кочегара!

Сати посмотрели в мою сторону со скептицизмом и любопытством.

— Может, бандита? — уточнил Хуй.

— Хорошо, бандита-кочегара. Во-первых: помни свои долги и всегда возвращай. Если тебе помогли — отплати добром. Если навредили — отомсти кратно.

— Денег это тоже касается?

— Конечно!

— Блин, я тли серебра уже должен пекарю. И полтора торчу подмастерье кузнеца…

— Значит, обязан вернуть.

— Да, мастел… — проговорил ученик с грустью в голосе.

— Во-вторых: не пресмыкайся. Ни перед кем!

— Даже пелед ханом? — жадно ловил каждое мое слово На.

— Выказывать почет уважаемому человеку — не то же самое, что лебезить и пресмыкаться. Знай себе цену. В-третьих: никогда не сдавайся, борись до последнего и не дай огню в сердце погаснуть. Даже если тебя съели, у тебя остается два выхода из ситуации. Поверь Наживке Гигантозмея: я знаю это как никто другой. В-четвертых: помогай слабым и беззащитным…

— Чего? Зачем помогать слабакам? — не понял На. — Слабаков же все бьют!

— А ты не делай как все. Когда слабые станут сильными, то, пользуясь первым правилом Кочегара, отплатят тебе за помощь сторицей. Халявная выгода фактически.

— Мудло, мастер! — восхитился ученик. — Я понял!

— Ну и в-пятых… хм-м… — ничего особо пафосного в голову больше не приходило, а ведь я уже предварительно высказался о пяти правилах. — Пей больше молока.

— Молока?!

— Или кумыса — что у вас тут популярно.

— Но бандиты пьют вино, пиво или саке, а не молоко! — возразил мне парень.

— Настоящие бандиты-кочегары пьют то, что хотят, и никто им не указ! Если ты будешь подстраиваться под желание плебса, то так и останешься на побегушках.

— Я все понял, мастел Ли!

— Отлично, тогда сестрица Сати возьмется за твою тренировку. Где у вас здесь стадион?

На отвел нас на арену, где тренировались местные практики. Пришлось дать несколько медяков за возможность заниматься. Бхоль поворчала, но согласилась взяться за парня. Я не думал, что за короткое время мы сможем вылепить из Хуя сильного бойца или хотя бы обучить какой-либо духовной технике. Но Сати должна привить ему дисциплину и научить нескольким стандартным стойкам. Я показал ученику основы духовного Разреза. На тренировался с заметным усердием — этого было у него не отнять.

Во второй половине дня я набрал дешевой, но питательной еды, затем отломил от Пилюли Каменных Мышцы крохотный кусочек и дал ученику. Примерно столько же, сколько давал Чебулю. Иначе юный Новичок мог бы сгореть на тренировке в прямом смысле.

— Мы отлучимся до конца дня, — поведал я ученику. — Занимайся.

На, подпрыгивая от распирающей его энергии, взялся за упражнения. Мы же с Сати покинули стадион.

— Куда мы идем?

— Искать источник.

— А как же ученик?

— Кто его знает, сколько нам придется возиться с ним. Текучий источник может иссякнуть. На ведь городской, вряд ли он уходил далеко от Ыхолгана. Нам надо всего лишь осмотреть окрестности.

Поход в лес не увенчался успехом. Растительность вокруг оазиса росла бурно, джунгли занимали небольшую площадь. Однако в зарослях оставалось много мест, которые мы могли не заметить при осмотре. Крупных хищников отсюда люди изгнали. Лишь стервятники кружили в небе, да средних размеров гиенопсы попадались изредка.

Три дня прошли в бесплодных поисках. Часть дня мы тратили на тренировки, часть на поход по округе. Ученик показывал неплохие результаты. Он смог значительно прокачать свою Цунь благодаря крошкам ценной Пилюли, а также делал успехи в освоении духовного Разреза. О таком ученике можно было только мечтать, если исключить его имя и прозвище, конечно. Чебуль вполне себе подружился с пацаном. Может, потому что На делился с ним едой охотно. Однако время поджимало. Текучий источник обычно появлялся на небольшой промежуток времени.

Существовало несколько быстрых способов поднятия авторитета у местных: что-нибудь своровать у Степных крыс или кого-нибудь из них побить. Ни я, ни Сати не смыслили ничего в искусстве кражи, поэтому выбрали второй вариант. На поддержал нас, сказав что готов к поединку.

Поздним вечером четвертого дня мы отправились к месту проведения подпольных боев. Банды нередко сходились в драках, выясняя, кто из них сильнее. Обычно ставили друг против друга бойцов одной ступени — так считалось честнее. Это был самый простой способ заработать репутацию. Да и На Хуй сам рвался в бой, желая показать свой прогресс и наказать обидчиков.

Арена располагалась в трущобах и была скорее похожа на хлев для скотины, окруженный деревянным забором. Но бойцов такое положение более чем устраивало. Пара светильников из малых духов разгоняла сгустившуюся темень. Вышедшие на ринг бойцы отбрасывали гротескные тени, похожие на фантомных монстров.

— Один из псов ступени Новичка решился бросить вызов крысам! Ни кто иной, как Картавый Хуй! — объявил поединщика ведущий.

Немногочисленные соратники принялись кричать в поддержку парня, а противники освистывать. Мальчик вышел на арену, экипировав легкий стеганый доспех, небольшой овальный щит и надев кожаный шлем, которые мы отыскали у псов.

— И против него выступит степная крыса ступени Новичка… Костолом Бхор!

— Да-а! — взревел боец.

Оппонентом оказался здоровенный мужик средних лет. Он ударил своими кастетами друг о друга, источая черный огонь, и вышел на арену.

— И это Новичок?! — воскликнула Сати.

— Ступени Новичка, да. Вопросы?

— Вы должны были подобрать соперника того же возраста!

— Не знаете правил, не лезьте, дамочка.

Картавый На Хуй смотрелся на фоне Костолома Бхора словно Давид на фоне Голиафа.

— Следуй Пути Кочегара, ученик! — крикнул я.

— Да, мастел! — кивнул парень.

Когда все сделали свои ставки, ведущий объявил о начале поединка. На и Бхор сошлись в бою. Костолом владел Барьером, и он не слишком переживал за свою защиту. Его стальные кастеты били с мощью кулмраца. На быстро покрылся множеством ушибов, подтеков и ссадин. Ученик нанес противнику несколько ран атакуя начальным черным огнем, но этого было мало, чтобы остановить безумного степного крысюка.

С оплывшим лицом и множественными ушибами по всему телу Картавый На Хуй рухнул на арену, взметнув тучу пыли. Зрители разочарованно загудели, освистывая павшего. Костолом Бхор поднял кастеты в победном жесте и издал триумфальный клич.

Глава 15

— Еще не все! — прошипел На, сплевывая кровь. Юный боец с трудом поднялся на ноги. Парня шатало, да и выглядел он так, словно побывал в мясорубке. — Третье правила бандита-кочегала: не сдавайся, борись до последнего!

— Что за бред ты несешь? — нахмурился Костолом.

Ыхолганские псы взревели, поддерживая союзника. Да и случайным зрителям тоже такой подход пришелся по нраву.

— Так держать, ученик! — смахнул я фантомную слезу от испытываемой гордости за подопечного.

— Но у него нет шансов на победу! — возразила Сати. — Мы должны отменить бой!

— Что ты как курица-наседка? Хуй сам принимает решения!

Костолом и Картавый сошлись в бою снова. Мачете парня летало то тут, то там, как и кастеты его противника. Уроки Сати пошли парню явно на пользу — двигался он уверенно. Ему только практики и массы недоставало в этом поединке. На в отчаянном выпаде попытался провести духовный Разрез, но техника у него не сработала толком. Бхор получил очередное неопасное на вид ранение. Однако оно придало ему звериной ярости. Костолом бросился на противника и нанес несколько мощных ударов кастетами, используя духовный огонь. На мгновение мне показалось нечто странным, но я не стал заострять внимание.

На пропустил серьезную атаку по голове, после чего отлетел на землю, потеряв сознание.

— Победил Костолом Бхор! — озвучил очевидное судья.

Мы с Сати бросились на площадку и перенесли парня на скамью за пределами арены. Обмыли раны и тщательно обработали Бальзамом. Сати бурчала нечто себе под нос словно недовольная мамочка, чей сын явился домой побитым.

Вокруг нас сгрудилось несколько ыхолганских псов и других зрителей. Честно говоря, я плохо разбирался в том, где какая группировка, поскольку у них не было толком опознавательных знаков. Зрители отдавали дань уважения проигравшему. Понятно, что шансов у него было мало, но воля к победе смогла покорить сердца местной публики.

— Не думал, что Картавый На Хуй может сражаться с такой яростью.

— Крысы выставили против мальчишки сильнейшего своего Новичка, падлы. Исход был ясен.

— Да они просто отродья Орока!

— На Хуй сражался словно настоящий ыхолганский пес! Почет и уважуха!

— Почет и уважуха! Хо-й!

— Покажем крысам, из чего сделаны псы!

— Да!

Бои этим вечером продолжались еще долго. На Хуй вскоре пришел в себя. Он удивился тому, что его все поддерживали, хоть парень и проиграл бой. Мы проторчали несколько часов возле арены, с вялым интересом следя за поединками. Выходили даже Бойцы пару раз, но в целом зрелище после турнира Стальной Кулак не слишком впечатляло. Полагаю, я бы взял верх, если бы решился участвовать. К арене даже прибыл один из главарей-Бойцов Степных крыс поглядеть на представление. Я ловил на себе его презрительные взгляды.

Поздней ночью мы вернулись к притону тетушки Мэй-Фэй. Это был настоящий триумф На Хуя. Несмотря на проигрыш, его приняли из отщепенцев в среднюю касту, чему парень был рад. Он часто хвалил своих учителей — нас с Сати, так что и к нам отнеслись с уважением. Компания с подпольных боев завалилась в притон и принялась праздновать. Пришлось и мне проставиться за компанию.

— Мастел Ли, спасибо за помощь! Я отведу вас к источнику, и-ик, завтра… — На немного окосел от предложенного пива.

— Эй, хватит спаивать мальца, — пожурил я.

От обилия эмоций, травм и легкого алкоголя, парень быстро вырубился. Я отнес его в общую шарагу, где ночевали члены ыхолганских псов. А затем и мы с Сати отправились на боковую. Миссия успешно выполнена, источник скоро будет наш. Засыпал я с чувством выполненного долга.

Громкий стук в дверь номера вырвал нас с Сати из сладких грез. Девушка покраснела и убрала руку, покоившуюся на моей груди. Мы не стали обсуждать данную промашку. Никто не застрахован от ошибок все-таки.

— Чего надо?! — рявкнул я, отворяя дверь.

— Простите, брат Ли, — стушевался один из псов. — Там, это самое, Хуй пропал…

— А я здесь прич… Ах, ученик Хуй!

Мы быстро собрались и спустились в общий зал. По словам одного из соседей На, парню ближе к утру стало дурно и он отправился в туалет. После этого не вернулся. Мы начали его искать, как в притон прибежала одна из мелких девчонок-попрошаек в качестве посыльной. Ей велено было передать нам с Сати послание лично, так что мы с ней отошли в сторону.

Несколько сбивчиво, девочка поведала, что к ней обратился один из степных крыс. Оказалось, что На Хуя похитили. Нах… зачем, спрашивается… Его учителя Сумасшедшего Ублюдка Ли и Трусливую Сати требовали явиться одних в заброшенный храм Фанши в южных трущобах. В случае, если с ними кто-то еще придет, то мальчишке конец.

— Вот мрази, — скривился я.

— Что будем делать, господин? — нахмурилась Сати.

— Идем, конечно. Попробуем выручить мелкого. Но помирать ради тебя, дорогой ученик, я не собираюсь. Уж извини меня, На Хуй.

Мы покинули притон и двинулись в сторону южных кварталов. Утреннее солнце жарило как ненормальное. Стоял самый разгар лета, так что температура днем поднималась до существенных величин. Почти что естественная закалка — даже баня не требовалась на начальных ступенях.

Поспрашивав дорогу, мы вскоре вышли на захудалую площадь перед разбитым храмом. Каменные стены сооружения покрылись трещинами, окна зияли пустыми провалами, крыша в одном из мест провалилась, по стенам вился упорный плющ. Храм Фанши знавал лучшие времена.

Я взял Чебуля и спустил с плеча:

— Внутри тоже может быть жарко, приятель. Попробуй забраться через крышу и помочь На.

— Гя-уш!

Хургл легко цеплялся коготками за трещины в кладке, а по плющу ползал с высокой скоростью. Не знаю, понял ли зверек основную задачу, но Чебуль быстро исчез в одном из провалов наверху. Мы с Сати переглянулись и молча кивнули друг другу. После чего направились к главному входу.

Внутри здания царила разруха и запустение. Виднелись следы проживания бездомных, но степные крысы прогнали ненужных свидетелей. На возвышении у сломанного алтаря находился связанный На Хуй, вокруг которого стояли практики разных ступеней из конкурирующей группировки. Один из типов приблизил клинок к шее паренька.

— Явились, — проговорил главарь.

Позади нас со стороны входа подошла группа из нескольких бойцов. Всего в храме собралось шестнадцать степных крыс, из которых четверо являлись Бойцами, остальные — Рекрутами и Новичками. Двое были облачены в паровые доспехи посредственного качества. Я узнал разве что Костолома Бхора, который также решил заявиться на вечеринку.

— С ними никого, босс! — доложили соглядатаи.

— Вы действительно пришли одни. Благородно, но глупо, — вяло похлопал в ладоши высокий и широколицый Боец по имени Халлан.

— Что вам надо, мыши поганые? — процедил я.

— Сначала бросьте оружие в сторону.

Я кивнул Сати, и девушка кинула свой меч вперед по проходу. Я напитал кочеранг духовным огнем и метнул в одного из лыбящихся крыс. Клинок вошел тому прямо в лоб и разорвал голову со смачным звуком.

— Ублюдок Ли! — взревел Халлан.

— Сказали же: бросить в сторону, — пожал я плечами. — Учитесь составлять техзадание точнее.

— Еще одно лишнее движение, и пацан лишится головы! — держащий ученика Рекрут надавил клинком на шею, отчего по коже потекла кровь.

— Мы готовы сотрудничать, — поднял я руки вверх. — Так зачем вы нас сюда позвали?

— Зачем? — Халлан обнажил свой тяжелый широкий клинок, походивший на тесак. — Чтобы убить. Как вы убили моего отца Кашшана, сволочи!

— Вождя тургольцев? — присвистнул я. — Вы в курсе, что они…

— Мы в курсе, брат Ли, — мутные глаза Халлана вдруг вспыхнули черно-фиолетовым цветом. — Мы в курсе. Всеблагой Орок недоволен случившимся. Никто не смеет безнаказанно резать его слуг. И мы свершим справедливое возмездие!

Так вот что меня зацепило в бою Бхора. Похоже, Костолом использовал в конце чернильный огонь, но грамотно замаскировал под обычный. Я заметил позади алтаря мелькнувший хвостик и решил немного потянуть время.

— Ради чего вы служите Ороку?

— Неверному не понять!

— Нет, расскажи! Возможно, и мы согласимся стать его прислужниками.

— Служение Ороку — это великая честь! Возможность прикоснуться к силе, о которой ты и мечтать не мог! Все твои раны заживают в мгновение ока. Темный огонь всегда готов прийти на помощь! Ты будешь жить намного дольше, чем обычный смертный. Приход Орока в мир ознаменует собой начало новой эры! Не знаю, зачем я перед тобой распинаюсь… Владыка хотел бы заиметь такого знаменитого человека себе в слуги, но увы: за свершенные проступки ты должен будешь умереть. Не беспокойся: умертвия из тебя делать никто не будет. Слишком сложно их скрывать в городе. Но твоя плоть утолит извечный голод!

Хургл незаметно подобрался к мальчику сзади и принялся активно грызть веревку. Пока Халлан разглагольствовал, ему удалось перегрызть путы на ногах и руках.

Получив свободу, На Хуй распорядился ей грамотно: схватился за руку противника и отвел клинок от своей шеи, параллельно ударив врага в пах. Чебуль набросился тому на лицо и принялся полосовать когтями, атакуя серым огнем. Крысюк заорал и попятился. На вытащил у него кинжал с пояса и провел широкий удар, вспоров ему живот. Впервые у ученика получилась данная техника. Вот только раздавать похвалу было некогда. Двое врагов направили свои мечи на ученика с намерением прикончить.

Кочеранг полетел обратно мне в руку. По команде Злодни выпустил белый луч, поразив одного из противников. Второго остановил бросок кочеранга. Ученик На откатился с алтаря и бросился в сторону. Я достал пару бутылок со жгучей водой из огненного измерения, одну из них, не глядя, бросил Бхоль.

Мы с Сати сорвались с места. Я двинулся вперед по центральному проходу, выставив воронку-щит, перепрыгивая через завалы и раскидывая встречающихся на пути врагов. Откупорив пробку зубами на ходу, я принялся поливать противников жгучей водой. Бхоль подобрала оставленный клинок с пола и двинулась следом, повторяя фокус с водой. Я снова вернул кочеранг в свою ладонь, и принялся рубить им направо и налево, раздавая попутные Разрезы. Сати занималась тем же, окропляя свое оружие розоватой водицей.

От врагов летели ошметки в разные стороны: головы и части тела, черные струпья, требуха и темная жижа. Но и нам доставалось. Учитывая то, с какой неосмотрительностью мы ломились вперед, удивительно, что вообще уцелели. Меня задело несколько наконечников и лезвий, пробив серый Барьер. Некоторые продвинутые враги активно использовали как обычный огонь, так и чернильный. По-видимому, как-то они могли сочетать в своем теле и держать под контролем обе субстанции. Некоторые слуги Орока окутались толстой темной защитой, в которой вязли наши атаки. Лишь жгучая вода помогала нам справляться с оравой нечистых крыс.

Мы наконец пробились через врагов и достигли того закутка, в котором спрятался На. Парень сумел отнять кинжал у одного из крыс. Он сражался за свою жизнь, делая отчаянные выпады вперед. Мы втроем соединились в конце храма. Противники окружили нас почти со всех сторон, но у стены держать оборону было все равно проще.

Костолом Бхор, заревев, бросился в атаку, махая черными кастетами, но На ловко уклонился от здоровяка. Взмахнув кинжалом, ученику провел подобие духовного Разреза. Впервые ему удалось выполнить технику с такой точностью. Ненадолго отвлекшись от основных противников, я плеснул жгучей водицей на Бхора, и тот заорал, беспорядочно размахивая кулаками. На затем довершил разгром над недругом, воткнув кинжал глубоко в плоть.

Халлан с дружками принялись плеваться чернильным огнем, который разрушал Щит и Барьер словно бумагу. Едкий огонь Орока принимался поглощать одежду и плоть, оставляя грязные отметины на теле. Лишь водой со жгучелистом или духовным огнем его можно было погасить, и то — при сильной концентрации. Жгучая вода делала свое дело, однако запасы ее подходили к концу, а противники продолжали давить. Наши силы иссякали. Чернильный огонь уже окутал мой протез полностью, как и доспехи Бхоль. Мне с трудом удавалось формировать воронку-Щит. Мы избавились примерно от половины нечистых тварей, но сил оставшихся хватало, чтобы постепенно ослаблять нас, загоняя словно диких зверей.

— Наших бьют!!! — вдруг раздался громкий клич со стороны входа. — Валите поганых степных крыс! Они продались Ороку!

Шутен, Агарис и Фо Фан в компании нескольких собратьев по шайке ввалились в разрушенный храм и напали на своих заклятых врагов. Теперь они получили возможность расквитаться с недругами, не испытывая никаких моральных терзаний. Если они у них были раньше.

Биться сразу стало повеселее. Проклятый огонь нас изрядно подкосил, но силы у нас еще оставались. Кочеранг продолжал летать, клинок Сати испускал искры, замедляя врагов. На делал осторожные выпады. Противники сами начали пятиться, отходя за алтарь.

— Рано или поздно великий Орок покарает вас! Братья и сестры, подойдите ко мне! На меня снизошло божественное благословение!

Пятеро оставшихся бойцов вдруг собрались в единый клубок с Халланом в центре. Они перестали обращать на огненные удары, коими их награждали враги. Степные крысы принялись слипаться вместе, их тела трансформировались, превращаясь в единого человеческого голема. Или, скорее, в крысиного короля.

Темный голем возвышался на высоту три метра, отовсюду торчали руки-ноги, из ран текла черная жижа. Венчала фигуру голова Халлан, чья кожа почернела, а глаза горели чернильным пламенем. Из одной из конечностей вырвалась темная плеть. Голем взмахнул ей и поймал за шею одного из псов. После чего резко дернул, и голова пса, несмотря на серый Барьер, резко отделилась от тела и покатилась по камням алтарной.

— Мать твою, какой же ты урод! — процедил я голосом незабвенного бодибилдера из “Хищника”.

Бросаться сломя голову никто не решился. Начался затяжной поединок. Мы атаковали крысиного голема издали, старательно уклоняясь от его длинной плети. Я метал кочеранг постоянно, смачивая оружие в остатках жгучей воды. Куски плоти и черной жижи вырывались из монстра, но чудище все равно продолжало двигаться и бить в ответ. Противник защищал свою голову несколькими парами рук, выходящих откуда-то из плеч. Очевидно, это было его слабое место. Вероятно, голема контролировал только Халлан, остальные были всего лишь строительным материалов для твари.

— Учительница Сати, дайте мне жгучую воду! — потребовал На.

Парень хоть и получил несколько ранений и ожогов от проклятого огня, все еще мог сражаться.

— Ты не сможешь подобраться близко.

— Смогу!

Отбросив сомнения, Бхоль передала ему остатки своей жгучей воды в глиняной бутылке. Я свой запас уже почти потратил. Надо будет купить побольше в следующий раз. Кто ж знал, что нам придется сражаться с крысиным королем Орока прямо в самом Ыхолгане?

На бросился к одной из полуразрушенных колон и пополз наверх. Я быстро понял его план. Можно было только похвалить парня за смекалку. Ученик вскоре забрался на одну из чудом уцелевших балок под полуразрушенной крышей храма и незаметно пробрался к центру.

— Отходим! — скомандовал я.

Крысиный король двинулся следом за нами и вскоре оказался под На. Ученик не оплошал. С силой брошенная бутыль ударилась прямо о голову монстра, которая не была защищена сверху. Глиняные черепки полетели в разные стороны, жгучая вода оросила лицо и макушку Халлана. Тварь взревела. Руки, которыми он защищал голову от атак, принялись беспорядочно вращаться. Улучив момент, я метнул наполненный духовным огнем кочеранг. Оружие попало точно в цель, и голова Халлана разлетелась на куски словно переспевший арбуз. Крысиный король затем отек на пол и распался. Еще шевелящиеся мутировавшие отростки слабо напоминали людей, превратившись в непонятое месиво.

Вскоре и стража прибыла в трущобы вместе с некоторыми совестливыми гражданами. Суть была ясна и без особых допросов. Служителей Орока мало где любили. Стража принялась спешно организовывать дрова, тащить горючее масло. После чего в разрушенном храме Фанши развели огромный костер, в котором сжигали останки и имущество обнаруженной нами нечисти. Было в какой-то степени символично, что слуги Орока нашли свой конец в святыне Фанши, пускай и давно заброшенной.

Шутен, как мы поняли, вызнал у девочки-посыльной детали, и отправился следом за нами спустя какое-то время. Нам пришлось истратить немало Бальзама, смазывая свои раны и ожоги от проклятого огня.

Ыхолгонские псы, развивая успех, отправились сразу на рейд в логово неприятеля. Они предвкушали, что найдут немало добра и сокровищ. Мы втроем не стали составлять им компанию, поскольку и так набегались и навоевались. Основные силы Степных крыс были уничтожены, так что и без нас должны справиться. Шутен пообещал, что часть хабара будет наша по праву.

Мы покинули южные трущобы и направились следом за На. Ученик повел нас к текучему источнику. Следовало наконец сварить зелье и расстаться со ступенью Рекрута. После боя мы с Сати закрыли оставшиеся крохи в развитии Цунь-Ши-Дао и даже, скорее всего, преодолели требуемую планку. Поэтому у нас будет слегка больше шансов на успешный переход. Ничто ведь не запрещало практику продолжать культивацию на той же ступени.

На повел нас в квартал, где располагался притон тетушки Мэй-Фэй. Затем через одну из досок в стене мы проникли на какой-то склад старой конной упряжи и прочей рухляди. Вернее, проник На. Нам с Сати пришлось немного расширить проем, чтобы протиснуться.

— Здесь! — махнул рукой На. — Я посталался скрыть источник.

Мальчик привел нас в закуток. Снял с пола грязный мешок, и мы сразу заметили, как через щели пробивается оранжевый свет. На ловким движением поддел доски и убрал квадратный деревянный люк, прикрывающий глубокую яму.

— Когда-то здесь был колодец, но потом пелесох. Место застроили. Я тут лазил иногда. И недавно заметил чудный свет из-под пола. В колодец вернулась не плосто вода, а настоящий текучий источник!

Глава 16

Мы не стали тревожить владельца склада. Набрали достаточно свежей воды из текучего источника и отправились в свой номер в притоне. Все ингредиенты для Микстуры были у нас на руках, так что мы принялись за варку, уединившись с Сати в комнате. Вернее, занимался зельеварением я, поскольку рецепт был известен только мне. Мне пришлось завязать глаза Сати, дабы она не узнала рецепт. Ведь иначе я мог нарушить клятву Дао, данную принцессе Жунь и заполучить неприятный шрам на душе. Для повышения эффективности препарата требовался родной духовный огонь. Когда мы взялись за порцию для Сати, я проделывал основные действия: помешивал, добавлял ингредиенты, а Бхоль с завязанными глазами по моей команде подавала нужное количество терций своего серого огня в котелок.

В итоге мне удалось не нарушить клятву, но при этом сварить достойное зелье горного уровня. Микстура текучего источника имела яркий оранжевый цвет и слегка светилась в темноте, напоминая свой основной ингредиент. В отличие от воды из текучего источника зелье могло храниться намного дольше, не теряя свои свойства. Нам удалось сварить две полных порции, и при этом еще остались ценные ингредиенты. Микстура текучего источника считалась зельем уровня Рекрута и стоила не один золотой. По идее следовало совершить переход, а уже затем думать: использовать лишнее самим или продать.

К вечеру после рейда с триумфом вернулись псы. Остатки Степных крыс низких ступеней разбежались при их появлении. Не все из них были служителями Орока, хотя многие наверняка знали и поддерживали — с ними пусть разбирается стража. Псы обнесли владения крыс, унеся все ценное. Они нашли тюки с одеждой, много целебных зелий, ингредиентов и припарок. Недавно как раз пропал один бродячий алхимик — по всей видимости, его ограбили Степные крысы. Я взял свою долю Бальзамом шести лепестков, поскольку мы все свои запасы истратили. Шутен расщедрился и выдал товара чуть ли не на три золотых. Не то чтобы нам самим столько требовалось, но я хорошо помнил последствия налета на Орден и дефицит лечебных мазей. Если где-то произойдет несчастье, то сможем помочь людям. А деньги — дело наживное.

Мы с Сати нашли себе подходящие одежды среди награбленного. Бхоль хоть и кривила нос, говоря, что не будет носить краденое, но мне удалось убедить ее, представив добро конфискованным имуществом у слуг Орока. Обычно благодаря паровым доспехам одежда у Сати держалась дольше, но поганый огонь Орока разрушал ткани и под броней.

Девушка поначалу выбрала себе однотонное темное ханьфу, но мне удалось убедить ее взять себе ткань с красивым рисунком жемчужных орхидей. Сати воротила нос и сказала, что не наденет такую девчачью одежду, если только я не надену то, что выберет она. В итоге она вынуждена была сдержать слово, надев одежду с орхидей, а я — с местным подобием подсолнуха. Думала, что мне будет неловко, но забыла, что имеет дело с Сумасшедшим Кочегаром Ли.

Празднование в притоне затянулось надолго. На следующее утро мы проснулись знаменитыми. Вести о бойне в заброшенном храме быстро облетела весь город. Нас с Сати прозвали Истребителями племени Тургол и Степных Крыс. Чуть ли не впервые к побоищу отнеслись положительно. Нас не прогнали из города и не бросили в тюрьму, как это обычно бывало. Жизнь налаживается, можно сказать.

Мой ученик за свой трюк со жгучей водой и крысиным королем получил себе новое прозвище. Кличка Картавый ушла в прошлое. Теперь его величали Жгучий На Хуй! Сати и ученик так и не смогли понять, почему у меня случилась истерика, когда я об этом узнал.

Мы пообщались с Шутеном наедине. Глава ыхолганских псов интересовался, не желаю ли я возглавить банду. Судя по всему, ему такое положение дел не нравилось, но он понимал, кто в стае альфа-кочегар. Я заверил Шутена, что надолго мы в Ыхолгане не задержимся, так что он может спать спокойно. Глава шайки угомонился, а в знак уважения разрешил пользоваться бойцами банды, что было как нельзя кстати. Нам предстоял переход, в течение которого один из нас с Сати будет в скверном состоянии. Делать это в месте, полном недругов, было бы слишком рискованно.

С утра немного походили по Ыхолгану с учеником. На получил от боссов почти ползолотого в качестве поощрения и вклад в уничтожение Степных крыс. Парень, помня мои наставления, сразу же раздал долги всем местным лавочникам, у которых занимал. За что получил от меня закономерную похвалу. Я продал некоторую часть ингредиентов: лишние жвала многоножки и глаза виверн. Согласно моим планам, следовало сначала усилить кочеранг, а на это требовалось много денег.

Затем мы направились к кузнице, взяв пару похмелившихся псов для подстраховки. Я сдал свой кочеранг на прокачку, оросив артефакт кровью и своим духовным огнем. От кузницы далеко не отходил, поскольку чувствовал себя без оружия, как без рук. На принялся выбирать себе новое оружие на оставшиеся сбережения. Мачете ему не нравился на самом деле. Ученик долгое время ходил по лавке между стеллажами с разнообразным оружием и другими кузнечными товарами.

— Во! — На схватил металлическую кочергу с отдела с бытовыми предметами.

— К-хм, хороший выбор, вот только кочерга — оружие не для всех. Открою тебе небольшой секрет, ученик. Не воин выбирает оружие, а оружие воина. Взмахни кочергой.

Мальчик исполнил требование, взмахнув кочергой.

— Чувствуешь что-нибудь?

— Не особо…

— Тогда идем дальше. Пробуй, пока не почувствуешь отклик в своей душе.

На радостно принялся хватать разные мечи и взмахивать ими. Сати обратилась ко мне с подозрением:

— Откуда вы это знаете, господин?

— Из одной мудрой книги вычитал…

Вскоре На определился с клинком, выбрав себе дао, чуть уже стандартного. Меч был великоват для подростка, но ничего — на вырост пойдет.

— Металл с благородными нотками, — поведал продавец. — Семьдесят серебра.

— Ох, у меня не хватит денег.

— Ладно, я могу добавить, если дадите скидку в десяток монет.

Поторговавшись, мне удалось немного сбить цену. Ученик получил желанное оружие, а наши финансы немного оскудели. На улучшение кочеранга ушло много средств. Там не только само серебро, но и зелья-катализаторы требовались. Но я не жалел потраченных средств.

К вечеру я получил наконец свой кочеранг, который теперь поблескивал красивым небесным оттенком. Оружие было радо воссоединиться со своим хозяином.

Кочеранг Парящей Оплеухи

Уровень: Горный. Тип: личный предмет. Владелец: Ли Кон Чай

Особенность: увеличение скорости атаки на 58 %

Особенность: возврат к владельцу, радиус действия до 67 шагов

Бонусы немного улучшились, что само по себе по большей части окупило затраты. Что же, настало время заняться переходом.

[Сати Бхоль]

Завершив все дела в мастерской-кузнице, они начали готовиться к переходу на следующую ступень. Сати волновалась, конечно же. Далеко не каждый день доводится перескакивать на новый ранг. Последний раз с ней это случалось около трех лет назад, когда она взяла ступень Рекрута. Неплохой срок для практика, но по меркам Ли Кона это казалось очень долго. Сюзерен пер по пути Цунь-Ши-Дао словно неостановимый брон.

Никаких зон для отдыха возле пруда оборудовано не было. Обычная каменная пристань с деревянными перегородками и множеством жженых следов. Мужчинам было проще. Дамам приходилось соблюдать этикет. Ведь одежда чаще всего сгорала, а предстать перед толпой мужланов обнаженной — это несмываемый позор.

К радости Сати, среди псов встречались не только мужчины. Ей удалось найти для себя сопровождающую на переход. Также взяли с собой несколько простых халатов. После чего направились к пристани.

— Ты лучше меня знаешь, что делать, — односложно заметил Ли Кон. — Удачи.

Сати кивнула и отправилась переодеваться. Сопровождающая убрала вещи подальше от места проведения ритуала. Бхоль надела дешевый однотонный халат и села в позу лотоса, положив Клинок скальных искр на колени и поставив рядом с собой емкость с Микстурой текучего источника. Все было готово к переходу.

Некоторое время девушка собиралась с мыслями. Последние события принесли немало волнений. Случившееся в Ордене Семи Облаков все еще отзывалось болью в ее сердце. “Не забывай о том, кто ты”. Сати прекрасно помнила все наставления учителей из Ордена, она чтила правила и заветы. Девушка понимала, что нельзя в такой момент сосредотачиваться на мести. Это чувство считалось опасным.

Вместо этого Сати подумала о прочих событиях, которые произошли с ней. Она никогда не думала, что станет практически союзницей отпетых бандитов. Все получилось как-то само собой. Текучий источник и На заманили их в банду ыхолганских псов. Она старалась держаться от преступников подальше, но все же немного прониклась к ним симпатией, узнав их нрав и быт поближе, Сати поняла, что не все бандиты одинаково ужасны. Мир не состоит из черного и белого.

Девушка бросила взгляд на сопровождающую, дежурящую рядом. Грубоватая женщина средних лет со шрамом на лбу и слегка опухшим лицом после пьянки. Кажется, она не умела ни читать, ни писать. Зато в кулачной драке могла накостылять любому мужику той же ступени. Не так ей виделись будущие переходы: рядом должны были дежурить благородные девы-рыцари, фрейлины, изысканные дамы, а не разбойные женщины сомнительной морали… По-видимому, пути назад нет. Она слишком глубоко во всем этом увязла. Было ли все это планом Ублюдка Ли с самого начала? Погрузить ее в пучины неясной морали и криминала, заставить ее предать идеалы Ордена? Звучало невероятно. Но если это правда, то ей останется только признать его злой гений и сдаться.

Ну и конечно мысли ее снова принялись крутиться вокруг сюзерена. С жутким стыдом она вспоминала свою жалкую истерику, импульсивный поцелуй и признание в чувствах. Ночевка на одной кровати была тем еще ужасным испытанием.

Почувствовав, что ее щеки покраснели, Сати резко схватила кувшинчик и выпила залпом Микстуру. Жгучее зелье быстро распространилось по организму. Дао принялось работать с бешеной скоростью, рождая массу духовного огня, который не получалось толком контролировать. Жуткая боль распространилась по всему телу, проникнув и в голову. Бхоль сосредоточилась на своем Якоре Ши. Если она не приложит усилий и не продержится как можно дольше, ее ждет провал. Она не могла позволить себе испортить ценное зелье!

[Ли Кон]

Я немного нервничал. Наверное, так себя чувствуют любящие мужья, ожидая, пока супруга разродится. Над перегородкой, за которой сидела Бхоль, взметнулось пламя, в котором угадывались не только серые, но и багровые оттенки. Спустя какое-то время послышался всплеск — испытуемая прыгнула в воду. Повалили струи пара. Сопровождающая из псов поддержала девушку, после чего вытащила из воды и переодела в новые одежды взамен истлевших.

— Готово типа… — вышла к нам одна из псов.

— Позвольте мне… — вызвался я.

Я осторожно поднял девушку и отнес в притон Мэй-Фэй. Сати дрожала и хваталась за одежду, местами источая остатки духовного огня. Наверное, и у меня в свое время было такое же жалкое состояние. Я доверил ухаживание за ней одной из дам, которые знали, как обращаться с новоперешедшими на новую ступень. А то еще узнает, что я ее переодевал или обтирал — скандалов не оберешься.

К утру Бхоль пришла в себя. Увидев робкие язычки багрового пламени на ладони, девушка искренне обрадовалась. Вассал все еще была слаба, но я решил не откладывать свой переход. Шутен сотоварищами вызвался сопроводить меня и обеспечить безопасность во время перехода.

У пруда на этот раз собралась целая толпа. Все новые и новые зеваки подходили, прознав про тот факт, что сегодня намечается переход знаменитого Сумасшедшего Ублюдка Ли на новую ступень. Даже советник хана со свитой изволили явиться поглазеть. Некоторые отмечали, что, достигнув Бойца, я сотворю еще больше злодеяний. Но большинство все же слышали про мои разборки со слугами Орока. Они посчитали, что если я и буду злодействовать, то в других городах. Ыхолган трогать не буду. А на другие поселения местным было наплевать.

Настал мой черед оголяться за перегородкой. Ученик На настоял на том, чтобы быть моим сопровождающим и подстраховать во время перехода. Хотя он находился на ступени Новичка, и огонь багровой ступени мог ему навредить. Но парень был упертым, так что я разрешил. В его обязанности входило вытащить меня на берег после охлаждения в воде. Некоторые практики не справлялись с нагрузкой и задыхались в пруде. Не самая благородная смерть.

Я подумал о том, что рад наконец обзавестись кем-то вроде союзников, пускай и временных. Можно будет и вернуться как-нибудь в Ыхолган, когда расквитаемся со всеми врагами.

Горло обожгла горячая Микстура. Тело принялось быстро распаляться, котел Дао пошел в разнос. По мозгам ударило сильно. Пришлось спешно сосредотачиваться на своем Якоре Ши, дабы защитить разум. Тем, кто не смог найти свой Якорь, редко удавалось совершить переход с первого раза. Хорошо, что я сумел открыть новые горизонты Ши.

На коленях я держал не только свой кочеранг, но и клинок скальных искр Бхоль. Не забыл и про клешню. В прошлый раз именно во время перехода я смог улучшить свой протез. Помимо сражения это единственный дельный способ для усиления артефактов. Поэтому я так спешил прокачать кочеранг и подружиться с оружием Бхоль. Человек я щедрый, великодушный: для себя и близких мне не жалко поделиться частичками души.

Огонь быстро охватил все тело, принялся вырываться из каждой поры. Пока мог, я сосредоточился на оружии, стараясь вспомнить те самые ощущения, которые чувствовал во время поединков с Акито и Шином. Сфокусироваться на такой тонкой задаче, когда ты фактически горишь, было совсем непросто. Я чувствовал, как из моего организма вымывало накопившиеся токсины, которые сразу же сгорали в адском пламени.

Когда мне стало казаться, что даже мои кости пылают, я отбросил клинки в сторону, рухнул с пристани и погрузился в воду. Раздалось громкое шипение, вода вокруг забурлила. Перед глазами уже все плыло, но я почувствовал, как На переворачивает меня на спину, чтобы я не захлебнулся. Затем тьма сгустилась, и сознание мое померкло.

В течение последующего дня и ночи я дрых, периодически выныривая из мрачного забытья. Широкая улыбка осветила мое лицо, когда я наконец смог исторгнуть из глубин обновившегося Дао темно-красный язычок пламени. Ступень Бойца покорилась Сумасшедшему Кочегару Ли!

Мои шрамы и отметины от ожогов слегка уменьшились. Но не пропали вовсе. В зеркало на меня смотрел все еще отпетый бандит, прошедший через множество сражений. Обновленный кожный покров долгое время имел розоватый оттенок, но постепенно приходил в норму.

Кочеранг Парящей Оплеухи прибавил еще несколько процентов к особенностям, но остался на прежнем уровне, как и Клешня. Жара было недостаточно, видимо, либо крови врагов испил мало. А вот Сати получила от меня роскошный подарок: Клинок Скальных Искр достиг горного уровня.

Клинок Ивовых Искр

Уровень: Горный. Тип: личный предмет. Владелец: Сати Бхоль

Особенность: призыв скальных искр высотой 1,9 шага

Особенность: гибкость, удлиняется до 1,6 раз

Весьма неплохой бонус достался Сати, за что она меня горячо поблагодарила. Выражалось это в робком поцелуе в щечку, который девушка окрестила сугубо дружеским, без какого-либо романтического подтекста. Насколько я помню, встречался мне соперник с похожим гибким оружием на турнире. Только оно не могло удлиняться. Для противника данная особенность может быть крайне неприятным сюрпризом.

Ученик На мне потом по секрету поведал, что после моего возгорания наши оружия нашлись в довольно необычной позе: клинок ивовых искр обвился вокруг моего кочеранга. Что было в какой-то мере символично и мило. Сати просила его не говорить мне о данной детали, но Хуй не смог предать своего мастера.

Нас все поздравляли с переходом на ступень Бойца или Крысы, как ее называли в просторечье. Вольные Степи считались более продвинутой в плане Цунь-Ши-Дао территорией, но даже здесь практики ступени Бойца были на вес золота. Целый день мы посвятили празднованию сего знаменательного события. Ничего примечательного кутеж не принес, кроме затрещины. Надравшись, я слишком сильно воспылал и полез к Сати, за что схлопотал стремительный удар.

Дольше предаваться чревоугодию и возлияниям мы не стали. И так чуть ли не декаду провели в Ыхолгане. Харудо со своей шайкой могли свалить на новое задание. Еще придется тащиться за ними через все Степи. Но в то же время оставлять духовные препараты на потом было бы глупо. У нас имелись две Пилюли Каменных Мышц, которые следовало использовать.

Оклемавшись от перехода и празднований, мы отправились на стадион. Я позаботился о воде и пропитании, состоящем в основном из риса с овощами и травами. Затем протянул одну из Пилюль Сати.

— Но это ведь ваш приз, господин…

— Нам надо тебя до Адепта прокачивать, так что бери!

— Спасибо… — Сати бросила на меня слегка озадаченный взгляд, словно бы ожидая некой подставы. Но ее не было. Ну, если не считать того факта, что на ступени Адепта ее обет перестанет действовать.

День прошел в весьма продуктивных тренировках. Наши Цунь почти достигли половины. Лишь ночью эффект от Пилюль закончился, и мы с Сати с радостью отправились обратно в наш номер в притоне Мэй-Фэй, где и вырубились, не раздеваясь.

Утром На принес неожиданную весть: власти Ыхолгана за избавление от чудовищных угроз в виде слуг Орока распорядились наградить именитого гостя Ли Кона из рода Чай серебряным ключом от города. Была в Степях подобная символическая традиция, как и в моем родном мире. У меня возникло странное предчувствие, поскольку на Фанши я привык все время ждать подвоха. Но ключ содержал в себе два кило серебра примерно, что эквивалентно двум золотым. Отказ от такой награды мог считаться настоящим преступлением.

Глава 17

Следующий, свободный день мы решили провести в тренировках. Мы с Сати восстанавливались после перехода, заодно и давали последние наставления На. Решили дождаться церемонии, а сразу после нее покинуть славный степной город.

— Но почему мне нельзя пойти с вами? — спросил парень.

— Мы идем опасным путем мести. Я не могу взять юного, неопытного ученика с собой, — протянул я. — Разве ты не хотел стать почитаемым бандитом в Ыхолгане?

— Да, но…

— Ыхолганские псы нуждаются в сильном и справедливом лидере, который будет блюсти все пять правил настоящего кочегара. Возможно, в один день ты возглавишь их и направишь в верное русло. Это важная задача, и только мой ученик способен с ней справиться.

— Холошо! Я приложу все свои силы, мастел…

— У тебя почти получился правильный Разрез в битве с крысами. Попробуй со своим новым клинком.

На применил технику. Хоть Разрез снова не удался, но парень был удивлен в положительном ключе:

— Огонь течет по мечу так легко!

— Правильно, ведь он из благородного сплава. Продолжай тренировки, ученик. Мы с Сати будем восстанавливать форму.

Переход на новую ступень напоминал резкий рывок в возможностях. Теперь мы без особых сложностей могли запрыгнуть на крышу одноэтажного дома. Изучив огненный Шаг, сможем скакать еще выше и дальше, но пока это наш потолок. Наши тела стали немного выносливее, удары — сильнее и быстрее, чувства слегка обострились. Разница в глаза не бросалась, но я знал, что в бою решает каждая мелочь. Достигнет твой удар цели, сможешь ли ты увернуться от атаки врага — все это решают мгновения и миллиметры.

Затем мы с Сати сошлись в тренировочном поединке с использованием нашего боевого оружия. Я поразился той мощи, что нес с собой ивовый клинок. Меч Бхоль гнулся словно резиновый хлыст, а особенность удлинения доставляла массу хлопот. Сати могла держать врага на дистанции в полтора раза дальше, чем раньше. Ты никогда не знал, в какой момент она решит удлинить свое оружие. Рубящий удар не слишком изменился, а вот колющая атака одновременно с удлинением получила неплохой буст. Даже мой щит пробивала легко. Приходилось уклоняться и вертеть щитом-воронкой, дабы клинок в нем увяз. В основном Бхоль старалась завести клинок сбоку и изогнуть так, чтобы он достал в одно из уязвимых мест. Ее меч мне напомнил мерзкую верткую змею, которая так и норовила ужалить. Вслух же свои мысли я решил не озвучивать.

Пока наш контроль над духовной энергией оставался посредственным, но уже чувствовалось, что со временем он превзойдет серую стихию. Греющая аура, Барьер, духовный Щит и Разрез — для всех техник требовалось прикладывать меньше усилий. Некоторые даже стали потреблять чуть меньше ци, но вряд ли разница была значительной. Резервы возросли лишь слегка. По мере культивации к концу ступени запас ци должен еще прилично вырасти. У меня оного было много. Сомневаюсь, что смогу догнать Бочку Шина, но на турнире, скорее всего, я бы мог занять второе или третье место по данному показателю, если бы заявился туда на этапе Бойца, а не Рекрута.

С течением времени я научился способам противодействия гибкому ивовому клинку. Скоростной кочеранг успевал блокировать атаки, а клешней или щитом я ударял противника. Сати все время старалась разорвать дистанцию, дабы мое оружие ее не достало, а я наступал. Имелся у меня и козырь в рукаве в виде бросков кочеранга, но я все же поостерегся использовать данный прием в тренировочном поединке. Без бросков, без учета поглощающей воронки и разницы в резерве ци мы с Сати были плюс-минус на равных.

— Спасибо за бой, — церемонно поклонилась она, когда мы закончили очередной спарринг.

— И тебе, — вздохнул я, утирая пот. Солнце пекло адски. Даже в тени было жарко.

— Нам надо изучить огненный Шаг, господин, — резюмировала Сати. — Некоторые осваивают технику уже на этапе Рекрута.

— И кто же нас ей научит?

— Необходимо нанять учителя духовных техник.

— А для этого нужны деньги.

— Да. Когда мы уничтожим шайку Харудо, сможем продать весь их хлам.

— Кажется, там осталось десятка два головорезов. Справимся вдвоем, как думаешь?

— У вас есть иные предложения?

— Можно было бы найти посредника и попробовать выманить их по частям, посулив высокую награду за выдуманное задание.

— Для этого нужен будет аванс в несколько золотых, скорее всего, — задумалась Сати. — Лучше просто поспрашивать в городах. Возможно, найдутся те, кто готов будет помочь нам в изничтожении банды Кровавого Харудо. Даже у ыхолганских псов были враги.

— Хорошая мысль, поищем…

Мы с Сати обратили внимание на На, который отрабатывал удары для Разреза. К нему подошел парень из псов примерно того же возраста и о чем-то попросил. До наших ушей доходили лишь обрывки разговора. Однако поведение На мне не понравилось: парень задрал подборок и отмахнулся от соратника, прогнав того.

— Так-так…

Я перехватил понуро бредущего по стадиону парня.

— Эй!

Мальчик обернулся и, завидев знаменитого злодея, округлил глаза:

— Гос-господин Ли!

— Ты ведь из псов? Как звать?

— Да… За-заика Шу кличут меня…

— О чем ты беседовал с моим учеником, младший Шу?

— Ну, мы, это са-самое… Я по-попросил его показать мне духов-духовный Разрез…

— И что он ответил?

— Что Жгучий На на-находится в другой лиге, и всяких отбросов учить не соби-собирается…

— О как! Зазвездился, пацан! Так понимаю, среди псов в порядке вещей делиться духовными техниками?

— Ну, младшим могут и отка-отказать. Сначала надо заслужить…

— Ясно. Полчаса я могу тебе уделить, младший Шу. Идем, покажу основы техники…

— П-правда?! Спасибо, ваше… э-э-э, си-сиятельство, — задумался он, подбирая обращение. Видимо, решил выбрать самое уважительное из известных ему. “Ваше сиятельство” здесь употребляли в отношении гунов или ханов городов.

— Пока еще рано для “сиятельства”, но спасибо за комплимент…

Мы с Заикой Шу отошли под навес, спрятавшись от палящего солнца, и я принялся разъяснять ему основы духовной техники. Сати периодически поправляла. С одной стороны, членам Ордена запрещалось учить незнакомцев духовным техникам, с другой стороны урожденный перфекционизм заставлял ее исправлять недочеты, когда она их подмечала.

— Мастел Ли! — донесся крик На, увидавшего наши занятия. Парень быстро подбежал к нам. — Почему вы взялись учить Заику Шу?! Он же полная бездалность, которого ни во что не ставят старшие!

— Такой же, как и Картавый На? — приподнял я бровь. — Ты разочаровал меня ученик.

— Почему?!

— Уже забыл правила кочегара?

— Нет, я все отлично помню! Возвлащай долги, не пресмыкайся, не сдавайся, храни огонь в селдце, помогай слабым и пей молоко… Ох, так я должен был помочь младшему! А когда он выластет и станет сильнее, то отплатит мне сторицей! Простите, мастел Ли! Я исправлюсь!

— Я не хочу, чтобы ты следовал правилам ради своего учителя, — покачал я головой с осуждением. — У меня не будет возможности приглядывать за тобой постоянно. Ты должен следовать правилам не ради того, чтобы заслужить чью-то похвалу.

— Тогда… Ради чего? — протянул На в непонятках.

— Только ради себя самого, ученик.

На надолго задумался, после чего кивнул:

— Я понял, кажется. Брат Шу, я покажу тебе основы духовного Лазлеза. Мы будем приклывать спину друг друга!

— Здо-здорово! Я согласен!

С легкой отеческой улыбкой я наблюдал за тем, как парни общаются, тренируются и просто веселятся. Быстро Картавый и Заика нашли общий язык, хех. Спесь с ученика, прославившегося на весь город в ходе недавних событий, слетела. Кажется, На понял суть, а дальше все будет зависеть от него самого. Вообще, оставлять ученика в преступной банде — не самый мудрый выбор для учителя, но никто из нас не идеален.

В конце дня мы посетили местные общественные бани, рядом с которым находился зал для закалки. Я напоследок научил ученика На и Заику Шу Сумасшедшей Закалке Ли, нарвав заранее веток для веников. На почему-то посчитал это наказанием за свою промашку, но стоически вытерпел все процедуры. В Ыхолгане имелся зал закалки для Бойцов, но не для Адептов. Впрочем, проверять свою готовность к следующей ступени было рановато.

Отлично посидели и попарились, укрепили свою Цунь немного. После перехода на новую ступень наша огнестойкость возросла. Кипящая вода не наносила никаких ожогов. Казалась просто теплой. Бойцы в зале закалки ходили по раскаленным углям свободно. Мы тоже попробовали. Оказалось, испытание не такое уж страшное. Главное не задерживаться надолго, а то можно получить ожог. Интересно, смогу ли я в один из дней искупаться в лаве?

Поздним вечером мы с Сати валялись расслабленные на широкой кровати. Девушка преодолела первоначальное стеснение и больше не бурчала, но в остальном блюла свой обет строго.

— Нам стоит быть осторожнее со слугами Орока, господин, — протянула она задумчиво.

— То есть?

— Я слышала истории о практиках, яростно боровшихся с нечистыми силами. И за это получившими черную метку от темного божества. С тех пор их повсюду преследовали проклятые слуги, утопцы и умертвия. Успокаивались, только когда меченый уходил на перерождение. Мы уже несколько раз встречались с темными служителями. Боюсь, как бы сам Орок не обратил на нас внимание…

— Одним врагом больше, одним — меньше, — пожал я плечами. — Спи, завтра будет насыщенный день…

Тридцать пятый день первого лета выдался душным и жарким. На небе не пролетало ни единого облачка, а знойный ветер, казалось, не охлаждал, а только еще больше прогревал тело. Радует, что после перехода мы с Сати легче переживали подобные температуры. Тело практически не потело, в отличие от сервов, с которых пот лил ручьем. А вот во время использования духовных техник или суровых тренировок организм практика перегревался, требуя охлаждения.

— Мастел Ли, ну пожалуйста! Последняя тленировка!

— Ну хорошо, идем…

Мы покинули притон раньше намеченной церемонии награждения, которая должна состояться в районе полудня. Собрали свои пожитки, попрощались с тетушкой Мэй-Фэй и некоторым другими знакомыми. На стадионе, где и пройдет церемония, с утра было немноголюдно. Сомневаюсь, что много зрителей заявится. Это ведь не казнь или турнир практиков, в общем — зрелище скучное и бескровное. Но по слухам церемонии посетит сам хан Буграй — правитель Ыхолгана, редко выбирающийся из своего закрытого квартала. Наши подвиги оценили по достоинству. Будет, правда, несколько неловко, если власти города сами окажутся слугами Орока.

— Есть способ как-либо проверить, служит человек Ороку или нет? — поинтересовался я у Сати. — Жгучей водой плеснуть, к примеру?

— Да, такой способ работает, — кивнула она. — Вот только нужно большое количество для точной проверки, а в таком случае и человеку серьезно не поздоровится. Данный способ на практике используют редко. Только в отношении пленников, преступников или при твердых подозрениях в связях с Ороком.

— Жаль. Я бы хану плеснул жгучей водой в лицо на всякий случай.

— Господин Кон, не стоит этого делать! — проговорила Сати с беспокойством в голосе.

— Шутка. Думаешь, я настолько отбитый?

— Сумасшедший Кочегар Ли? — приподняла она бровь.

— Ладно, твои опасения не беспочвенны, — согласился я.

Мы наблюдали за тренировкой Жгучего На и давали периодически советы. Солнце величаво поднималось к зениту. Это была наша последняя совместная тренировка, и я испытывал некоторую грусть от грядущего расставания. Приятно иметь собственного ученика, который превозносит тебя, ловит каждое слово, за ветками для веника бегает или за пивом. Наверное, во мне проснулся отеческий инстинкт. Но дела требовали идти дальше.

— Хей!!! УБЛЮДОК ЛИ!!! — по стадиону вдруг разлетелся громкий и на удивление радостный женский возглас.

Обернувшись на крик, я увидел высокую и атлетично сложенную женщину с сероватой кожей, синими татуировками и бежевыми неряшливыми волосами. Представительница так называемых горцев. Или аракийцев — так называлась их горная страна.

Не успел я как следует осмыслить встречу, как дамочка преодолела разделяющее нас расстояние и сграбастала меня в крепчайшие объятия. Послышался хруст позвонков и скрип сдавленных суставов. Девушка была выше меня на полголовы, поэтому ей не составило труда прижать мое лицо к своей груди. Которая обладала, надо признать, феноменальными характеристиками и была весьма приятна на ощупь.

— Ро-кх, вот уж не думала, что буду рада встретиться с тобой, Ублюдок Ли!!! — произнесла она со смесью теплоты и брезгливости. — Мы с тобой никогда не ладили, рокх, знаю, но как же давно я не видела никого из наших! Поэтому разрешаю обнять меня. Только чур сильно не лапать!

— Э-э, да кто вы такая, Орок тебя задери?! — предпринял я попытку разорвать тесный контакт.

— Чего, рокх?

Рядом раздался хлесткий звук вынимаемого из ножен Клинка ивовых искр.

— Немедленно отпустите господина Кона! — жестко произнесла Сати.

— Это твоя подруга? Какие вы неприветливые, рокх! Разве так встречают старый соратников?!

Женщина разжала хватку, и я спешно ретировался, отойдя на несколько шагов. При ближайшем рассмотрении дамочка оказалась очень даже недурна собой: приятное лицо и красивая сбалансированная фигура. Правда, за своим внешним видом аракийка не шибко следила: волосы, как и одежда, были покрыты пылью, губы потрескались, наряд выглядел несколько неряшливым. За спиной у дамочки виднелся громадный, тяжелый на вид молот каких-то эпических размеров. Я видел реплики боевых молотов из нашего средневековья, но такую бандуру точно никто не использовал в сражениях. Молот сразу внушал уважение и настраивал на дружелюбный лад любого встречного.

Я использовал духовную Суть, отправив Злодни солидную порцию огня.

Имя: Даррака Чонджул

Прозвище: Молотобоец Даррака

Раса: Человек

Возраст: 24

Ступень: Боец

Положение: странствующая наемница

Дух-хранитель: нет

Особые навыки: барьерная аура, духовный разлом, греющая аура, духовная суть, огненный шаг, кипящая кровь

— Каких еще соратников? — заметил я осторожно.

— Рокх! Ты действительно меня не помнишь? А так? — дамочка приподняла и выпятила вперед свою и без того массивную грудь. — Ты ведь все время пялился именно сюда…

— Господин Кон… — осудительно покачала головой Бхоль.

— Чего? Ты ведь в курсе нюансов… — ответил я спутнице, после чего еще раз вгляделся в выступающие черты дамы. — Хм, такие отличительные особенности я бы запомнил.

— Господин Кон! — возмущенно повторила Сати.

— Не кипятись… Нет, я вас не помню, уважаемая. У меня проблемы с памятью.

— Последние мозги пропил, Ублюдок Ли? — скривилась она.

— Кочегар Ли, — поправил я.

— Кочегар? Слыхала я про сие прозвище… Похоже, ты и впрямь рассудком повредился, рокх. А ведь мы с тобой несколько лет провели, сражаясь бок о бок в команде Пастыря!

— Вот оно что, — кивнул я. — Тот период жизни я совершенно забыл.

— Мы же где-то здесь кутили в Лошадином копытце! Даже это не помнишь?

— Сожалею…

— Вот рокх! — вздохнула она. — Могли бы повспоминать старые деньки за чаркой крепкого саке… Ах да, меня зовут Даррака Чонджул — из аракийцев, как вы, должно быть, догадались.

— Сати Бхоль, вассал господина Ли Кона.

— Жгучий На, ученик мастела Ли!

— Меня ты, видимо, знаешь, — выдал я. — Приятно познакомиться, сестра Чонджул.

— Рокх! А ты действительно изменился, Ублюдок! — посмотрела она мой наряд оценивающе и усмехнулась. — Классные подсолнухи!

Оценила мое ханьфу, который мне назло подбирала Сати.

— Спасибо за комплимент. Только я Кочегар Ли.

— Я привыкла к старому прозвищу, меня не переучишь, рокх! — отмахнулась она. — Как только узнала, что Ублюдок Ли заявился в Вольные Степи, сразу же отправилась на розыски. Несколько дней пришлось топтать степные просторы! Так надеялась встретиться с кем-то из старой шайки, а ему все мозги отбили, — покачала она головой.

Любопытства ради я направил запрос на оружие девушки. Мне казалось, что молот пропитан некоей мистической мощью.

Молот Громовой Поступи

Уровень: Облачный. Тип: личный предмет. Владелец: Даррака Чонджул

Особенность: легкость для владельца — снижение веса в 1,7 раз

Особенность: громовой удар

Особенность: реактивность — вмещает до 3,2 терций ци

Ого, целый облачный уровень! Нехилый такой артефакт, очевидно, да и особенности любопытные.

— А что с командой Пастыря случилось? — вопросил я.

— Не слышал разве? Пастыря убили, как и большую часть наших соратников. Харудо прирезал с дружками, устроив засаду в степи. Даже Шута Дингашо на перерождение отправил, рокх! Он всегда меня веселил… Я в то время совершала паломничество на родину после перехода на новую ступень. Так у нас заведено. Вернулась, а отряда и нет больше, — вздохнула она. — Ну да ладно — то дела дней минувших. Надо смотреть в будущее, рокх! Я погляжу, ты неплохо устроился в Ыхолгане: вырезал целое племя, истребил местную банду, да еще и награду получишь за это дело! Вот кого следует называть Ушлым! Достойно-достойно, рокх!

— Кх-м, спасибо.

— Я совсем поиздержалась в последнее время. Даже на еду денег не остается, что для аракийца никуда не годится! Без подарков я и дом родной навестить не могу.

— Хм, к чему ты клонишь?

— Возьми меня в отряд, Ублюдок Ли! Вместе мы разнесет этот жалкий хурглячий городишко на части! Разграбим его полностью! Потрясем казну хана! Рокх! — проговорила дама кровожадно, взяв свой монструозный молот в руку.

— Эм, у нас несколько иные планы. Мы уходим из Ыхолгана после церемонии…

— Ну ладно, можно и не Ыхолган. Вдвоем мы с Ублюдком Ли раскатаем любой степной город, рокх!

— Мне кажется, вы несколько преувеличиваете мои способности, старшая сестрица Даррака…

Аракийка вдруг притянула меня к себе, положив руку на плечо:

— Что еще за “выканье”? И какая в бездну “старшая”? Я разве на старуху похожа?!

— Нет, ты в самом соку.

Сбоку донеслось презрительное фырканье Сати.

— Еще бы, рокх! Но зачем ты преуменьшаешь свои умения? Я ведь слышала о твоих недавних подвигах, босс Наездник Демонической Виверны!

— Ого, а я не слышал! — вклинился На с фанатично горящими глазами. — Ласскажите, сестра Даллака!

— Тю, ты что за мямлю в ученики взял… Хотя твое право, рокх… Значит, слушай, малец. С помощью хитрости и помощи своего ручного облачника Ублюдок Ли проник на территорию Ордена Семи Облаков, где скоплены неисчислимые богатства: драгоценности, серебро и золото, секретные рецепты, артефакты и дорогостоящие духовные препараты. И в один прекрасный день Ублюдок Ли сумел пробраться к узилищу демона. Твой мастер убил охрану, освободил огромную Виверну, а затем… оседлал чудище! И принялся уничтожать всех последователей Ордена от мала до велика!

— Клуть! — загорелись глаза На. — Мастел, почему вы не рассказывали ничего?!

Моя ладонь соприкоснулась со лбом. И как только в голове мальца сочетаются мои добропорядочные заповеди-правила и многочисленные слухи про злобствующего разрушающего все на своем пути Ублюдка.

— Лишь несколько Адептов облачников смогли остановить Сумасшедшего Ублюдка Ли и Четырехкрылую Виверну, пожертвовав своими жизнями. Говорят, босс не успел много награбить. В то время облачников атаковал Орден Заката — они и увели большую часть добычи. Иначе бы Ублюдок Ли сейчас купался в роскоши — сам бы стал ханом одного из городов, а не сражался с мелкими бандами и нечистью. Вот так все и было на самом деле, рокх!

Глава 18

— Отпад! — воскликнул ученик.

— Рокх! — кивнула Даррака. — Поэтому я и явилась сюда! Мы с Ли награбим столько сокровищ, что не сможем унести!

— Тебе это не караванщик по имени Сомхи наболтал случайно? — спросил я.

— Нет. Кажется, его звали Чу Чен. Только из Чайфу прибыл.

— Послушай, сестра Чонджул, — взяла слово Сати. — Слухи врут. Господин Кон и я помогали оборонять Орден Семи Облаков. Мой медальон тому свидетель! — приподняла она свой серебристый кулон с облачками.

— Рокх, и впрямь амулет облачников… — засомневалась Даррака.

— Все в полядке, сестра, — подмигнул На. — Мастел сумел приручить сестлицу Бхоль. Она в полной его власти!

— Хватит нести чушь, мелкий! — возмутилась Сати, но аракийка девушке не поверила.

— Вот оно что! Рокх, первый раз вижу падшую облачницу! От Ублюдка Ли меньшего и ожидать не стоило! Ну так что: какой город разграбим следующим? Разнесем десяток лавок? Нападем на другой Орден? Или на кочевниках сначала потренируемся?

Я покачал головой:

— У нас есть важная миссия, Даррака. Мы ищем банды, напавшие на Орден Семи Облаков. И первые в списке на истребление — шайка Кровавого Харудо.

— Как скажешь, босс, — пожала девушка плечами.

— Что значит “как скажешь”? Ты согласна рисковать своей жизнью ради нашей мести? Там же десятки матерых практиков!

— Харудо я ненавижу больше сушеных водорослей. А я сушеные водоросли терпеть не могу, рокх! Он уничтожил дорогих мне людей. Я поклялась отомстить Кровавому Харудо однажды. Вот только в одиночку нападать на банду было бы… — аракийка почесала голову. — Немного неосмотрительно. Но раз нас теперь двое… или трое, — бросила она взгляд на Сати. — То мы перемелем банду Харудо в мелкую пыль! Я с вами, рокх!

— Хо-о, вот господин Кон и нашел солдата в свою банду, — произнесла Сати донельзя язвительным тоном.

— Это ведь была твоя идея — поискать союзников. Тебе что-то не нравится? — поинтересовался я.

— Нет, что вы, молодой господин. Мне все нравится! — проговорила девушка таким тоном, что я понял: продолжение спора только заведет меня еще глубже в трясину.

— Мастел Ли возрождает банду! — восхищенно произнес На. — Когда я вырасту и доберусь до ступени Лекрута — возьмете меня к себе?!

— Все может быть. Старайся, На Хуй, — потрепал я его по голове. — Знаешь, ты и мне преподал ценный урок, ученик.

— Какой? — удивился Жгучий На.

— Важно не твое имя, а то, какой ты человек. Ли Кон Чай — звучит гордо!

— Так точно, мастел!

Я снова посмотрел на Дарраку оценивающим взглядом. Очевидно, она являлась крепким бойцом и могла сослужить нам хорошую службу. Вот только меня несколько беспокоило ее прошлое и тот факт, что она знакома со старым Ли Коном. Аракийка выглядела простодушной и прямолинейной, но кто его знает, что на самом деле скрывается в глубине души. Глаза снова опустились ниже шеи, и мне пришлось приложить усилия, чтобы не смотреть в данном направлении. Помимо молота у Дарраки имелось два других смертоносных оружия, которыми она умело пользовалась.

Со стороны входа стадиона началось шевеление. Гвардейцы Ыхолгана принялись отрядами проходить на арену и размещаться. Да и зрители уже местами начали собираться на трибунах.

— Ладно, обсудим детали после церемонии.

— Рокх, как скажешь, босс!

Интереса ради мы вышли на площадь перед ареной. Тоненький ручеек зрителей тянулся на стадион. Некоторые поздравляли меня или просто приветствовали. Народу на представление явится явно немного. Мало кому было дело до чествования Сумасшедшего Ублюдка Ли.

В сопровождении большого числа охраны на улице показался настоящий паровой дилижанс, коих в Ыхолгане я еще не встречал. Грузный аппарат принадлежал лично хану. Позер и лентяй — от ханского дворца здесь ехать было меньше десятка минут. Меня паровая техника всегда привлекала, так что я решил понаблюдать.

Дилижанс остановился недалеко от основного прохода, но внутрь заезжать не стал. Слуги поднесли большой паланкин вплотную к дверце кабины. Затем паланкин немного просел и покачнулся. Очевидно, что пассажир из дилижанса перебрался в иное средство передвижения. Четыре практика не без труда потащили паланкин через главный вход на стадион. Окошки были занавешены тканью, так что мы увидели лишь блеклый профиль местного правителя.

Мне хан не был интересен, а вот дилижанс я осмотрел с большим энтузиазмом. Кабина паровой машины была более вместительная. Карета щедро украшена позолотой и серебристыми вставками. Техника была индивидуального изготовления, но имела общие сходства с аппаратом из Чайфу. Подобную роскошь охраняли несколько гвардейцев невысоких ступеней.

— Чего надо? — показался извозчик из кабины водителя.

— Любуемся произведением искусства. Чьего изготовления котел и движитель?

— Кузня Трех Хребтов! — приосанился водитель. — Отменное качество! Разве что золотник приходится часто менять…

— Смазывать надо как следует.

— Вот уж меня учить не надо. Я почти десять лет за рулем дилижанса!

Несколько минут я провел за беседой с водителем паровой машины. Было весьма познавательно. В целом конструкция слабо отличалась от аппарата из Чайфу. Изготовитель один в принципе.

— Ваше высочество Ли Кон из рода Чай, — обратился ко мне импозантный мужчина с полуседой бородкой, в коем я узнал советника хана, приходившего к пруду на мой переход. Мужчину также сопровождала охрана из практиков, да и сам советник выглядел сильным пламетворцем. От него исходила давящая аура. — Мое имя Ношген Харуй, я главный советник его сиятельства хана Буграя. Не уделите мне несколько минут? Нам надо обсудить детали грядущей церемонии.

— Конечно!

Мы с советником отошли в сторону, уединившись в служебном помещении. Харуй быстро описал мне процесс награждения: где я должен стоять, что говорить и как реагировать. Ношген также осмотрел мой непритязательный наряд, поцокал, но счел его удобоваримым.

— Вот, наденьте сверху эту накидку с гербом Ыхолгана. Так у нас положено.

— Раз положено, — пожал я плечами, принимая элемент наряда. — Это все?

— Нет. Я позвал вас поговорить наедине не просто так, — проговорил советник проникновенным тоном.

— Слушаю…

— Я готов предложить вам непыльную и доходную работенку, брат Ли Кон. Хотите получить двадцать пять золотых?

— Сколько? — округлил я глаза от таких сумм и брякнул первое, что в голову взбрело. — И кого я должен убить?

— Рад иметь дело с понятливым человеком. Вы должны будете убить хана Буграя во время церемонии, — огорошил меня Ношген.

— Чего? — нахмурился я.

— Все продумано, брат Ли. Паланкин с ханом поднесут к вам, чтобы его сиятельство вручил вам ключ от города лично. Затем он должен будет произнести небольшую речь перед народом, но я надеюсь, что он не доживет до данного этапа. Вам всего лишь требуется снести ему голову в момент вручения. Задание элементарное по сравнению с вашими похождениями: сражениями со слугами Орока, бойцами турнира Стального Кулака или членами Ордена. Вжик! И нет больше хана. Затем вам следует покинуть город в кратчайшие сроки. Некоторые верные хану люди могут атаковать вас, но я постараюсь быстро уладить ситуацию и взять бразды правления в свои руки. Мои люди помогут вывести вас из города.

— О-у, — протянул я, слегка ошарашенный таким смелым предложением. — Но разве Буграй не находится на ступени Адепта? С таким непросто справиться…

— Хо-о, это иллюзия, которую его сиятельство старательно поддерживает. Когда-то Буграй действительно был грозным Адептом, но затем хан совсем себя запустил. Грязная свинья потухла сначала до Бойца, а затем и до Рекрута скатилась. У такого грозного воителя как Стальной Отступник не возникнет сложностей с тем, чтобы умертвить паскудного разжиревшего брона.

— Деньги неплохие, но я не занимаюсь заказными убийствами, — протянул я.

— Представьте, что вы всего лишь санитар, очищающий лес от увечных и слабых зверей. Хан Буграй деградировал до совершенно омерзительного состояния. Он должен уйти в прошлое. Лишь под моим правлением Ыхолган ждет процветание!

— И все же у меня нет причин желать хану смерти. Отнимать чужую жизнь за деньги — это не путь кочегара.

— О чем вы толкуете? Вы ведь Сумасшедший Ублюдок Ли, известный также как Тухлый Мясник и Кровавый Должник, Крушитель Черепов и Предатель Пекла, Истребитель племени Тургол и Степных Крыс! Для вас убийство хана должно быть не сложнее, чем отнять щербет у ребенка!

— Слухи обо мне несколько преувеличены…

Ношген поджал губы. Ему мои ответы определенно не нравились.

— Двадцать пять золотых — большие деньги! Но если вас не устраивает сумма, мы может договориться об иной награде…

— Дело не в деньгах, господин советник…

— Ключ от города и церемония — моя личная инициатива. Можете считать это авансом за грядущую работу. Или вы хотите отказаться и от этой награды?

— Я бы и так не получил ключ без ваших стараний. Так что и жалеть нечего.

На лице мужчины заиграли желваки. Затем он шумно вздохнул и резюмировал:

— Что ж, раз вы решительно отказываетесь от моего щедрого предложения, сделаем вид, что ничего не было. Церемония пройдет по стандартному сценарию. Надеюсь, что данный разговор останется между нами. Не стоит пытаться давить. Мое слово здесь ценнее вашего.

— Ваши разборки с ханом меня не волнуют. Я просто заберу награду и уеду из города. Больше вы нас в Ыхолгане не увидите.

— Вот и славно!

Мы с советником покинули служебное помещение и направились по своим местам. На стадионе стало людно. Трибуны были далеки от заполнения, но какое-то количество жителей Ыхолгана собралось поглазеть на вручение награды. В такую адскую дневную жару немногие возжелали сидеть под палящим солнцем. Я заметил ыхолганских псов, которые тоже пришли поддержать меня. Там же на трибунах разместились Жгучий На и Заика Шу. Сати с Дарракой в качестве сопровождающих остались ждать на стадионе неподалеку. Меня же попросили подняться на помост.

Громогласный глашатай принялся зачитывать список моих регалий и подвигов, в честь которых Ыхолган и решил поощрить борца с нечистью. Затем началось перечисление титулов самого хана Буграя, и это заняло намного больше времени. Паланкин поднесли прямо к помосту, на котором я стоял. Паж распахнул дверцу и отдернул занавесь, открыв свету правителя всея Ыхолгана. Хан Буграй оказался поистине жирным человеком с глазами-щелочками и бледной пергаментной кожей. Проверка жгучей водой так и просилась, но я не имел права нарушать этикет.

Суть я использовать не стал, поскольку хан наверняка делал подношения Фанши, чтобы защититься от оценки со стороны. Если советник прав, то будет несколько неудобно, когда народ прознает, что ими правит не могущественный Адепт, а жалкий Рекрут. Поэтому Буграю надо всеми силами скрывать свою немощность.

Отдельный гвардеец понес большой серебряный ключ на специальной красной подушечке, отбивая чеканный шаг. Заиграла торжественная музыка, исполняемая небольшим оркестром. Гвардеец шел мучительно долго.

Я думал о своей речи, которую мне полагалось произнести после вручения. Какие-нибудь общие слова благодарности хану и городу. Легкое волнение давало о себе знать. Никогда не участвовал в подобных мероприятиях, если не считать награждений на соревнованиях по боевым искусствам в далеком детстве. Однако судьба уберегла меня от подобной участи на этот раз.

Со стороны главного входа выбежал запыхавшийся гвардеец в щеголеватых сверкающих доспехах, что намекало на офицерский статус. Вояка побежал к возвышению и вдруг прокричал:

— Тревога! Появились доказательства того, что Ублюдок Ли готовится совершить покушение на его сиятельство!

Народ вокруг загомонил, послышались многочисленные звуки вынимания оружий из ножен. Охрана хана пришла в повышенную готовность. Я в изумлении наблюдал за развитием ситуации, понимая, что выбраться из передряги сухим будет неимоверно сложно.

— Неблагодарный паршивец! — взвизгнул хан Буграй тоненьким голоском. — Хотел напасть на великого хана во время награждения?!

— Все это дело рук вашего советника! — возразил я.

— Проклятый клеветник! Воистину Ублюдок! — прикрикнул правитель истерично. — Схватить Ли Кона! Голову с плеч!

Я бросил испепеляющий взгляд в сторону Харуя. На лице советника хана играла гнусная улыбка. И никаких доказательств не требовалось: это именно он подставил меня, используя своих верных офицеров. По всей видимости, не смог простить отказ. Или побоялся, что я все разболтаю его сюзерену, поэтому нанес удар первым. Для меня детали уже особой роли не играли. Обжигающая ярость начала подниматься из глубин моего естества. Я остро возжелал покарать негодяя.

— И зачем только скрывал, рокх?! — донесся могучий крик со стороны моих подопечных. — За голову самого хана награда должна быть весомой! Сказали бы сразу, босс Ли! Размажем этот сгусток жира по арене! Рокх!

Пока Сати и я пребывали в нерешительности, Даррака достала свой монструозный молот и атаковала стоящих рядом стражей. Одним ударом она смела сразу двоих солдат. Затем из-под ее ног начало распространяться багровое пламя. Пользуясь огненным Шагом, Даррака принялась скакать по арене, запрыгнула на помост и понеслась в сторону паланкина с ханом Буграем, которого защищала группа гвардейцев-пламетворцев. Солдаты выступили вперед, готовясь встретить противника.

— Греми мой молот, рокх! — прокричала эта варварка.

Чонджул замахнулась своим оружием, молот слегка раскалился. А затем из противоположной части молота начала вырываться реактивная струя духовного огня. Благодаря этому молот набрал феноменальную скорость за короткое время. Даррака врезала по каменной сцене, ударив почти что под ноги наступающим стражникам. От раздавшегося грома и жуткого треска слегка заложило уши. Во все стороны полетели осколки камня, вырвавшиеся из основания помоста. Сцена пошла ходуном, покрывшись глубокими трещинами. Ударная волна распространилась перед Дарракой, и почти десяток стражников разлетелись перед ней словно бумажные кегли, сметенные торнадо. Некоторые преодолели по воздуху расстояние в десятки метров, другие посыпались с возвышения на поверхность стадиона, части бойцов удалось кое-как зацепиться. Поддерживающие паланкин слуги не удержались, и тяжелая конструкция рухнула на землю, придавив пару человек. Меня немного подбросило в воздух, но я устоял на ногах.

К хану Буграю спешили на помощь отряды гвардейцев, несколько уцелевших охранников отважно встали на пути опасности. Я заметил командира ханской стражи в сверкающих доспехах — единственного практика уровня Адепта в гвардии Ыхолгана. Он быстро приближался к арене, используя огненный Шаг. Но в целом у Чонджул образовалась реальная возможность сблизиться с правителем Ыхолгана. Вдвоем мы точно могли бы добраться до него и умертвить. Вот только отвратная внешность не являлась оправданием для хладнокровного убийства. И самое главное: такого развития событий страстно желал советник Харуй. Мы не имели права идти на поводу у мерзавца.

— Даррака, стой, мать твою за ногу! Не хан наша цель!

— Как не хан? — оглянулась аракийка. — А кто тогда?

— Он! — указал я пальцем на советника. — Ношген Харуй, подставивший нас!

— Принято, рокх!

Даррака сменила цель и спрыгнула с возвышения, после чего понеслась к Харую, сидящему в отдельной ложе трибун. Сати также принялась действовать, получив от меня четкий сигнал. Девушка начала продвигаться к Ношгену, филигранно орудуя своим ивовым клинком. Гвардейцев она старалась не убивать.

Я сорвал с себя накидку с гербом города и сбросил на землю. Затем спрыгнул и побежал за Дарракой, атакуя мимоходом встречающихся на пути противников. Спину прикрыл воронкой-щитом и вовремя — по ней ударила какая-то огненная техника от кого-то из стражей. Воцарился настоящий хаос. Сервы на трибунах пришли в движение и принялись спешно убираться со стадиона. Большая часть войск хана являлись Рекрутами и Новичками. Бойцы встречались не так часто.

Харуй сбледнул с лица, увидев, как к нему прорубаются сразу трое Бойцов, отнюдь не рядовых. Советник окружил себя десятком солдат, да по пути возникало дополнительное сопротивление, но этого было мало для сдерживания угрозы. Смертоносный молот сминал бойцов пачками, кочеранг грамотно выцеливал чересчур наглых арбалетчиков, ивовый хлыст легко находил бреши в обороне стражей. Мы во время безумного забега также получали удары и повреждения. Наши багровые Барьерные ауры страдали от атак с разных сторон. Но противнику не удалось задавить нашу беспощадную троицу. Мы спешили, прорываясь через ряды военных хана, поскольку возле стадиона их находилось до сотни, а то и более — стража была рассредоточена. Дожидаться, пока они все к нам стекутся было смерти подобно.

Я заметил несколько человек в закрытых масках, которые принялись мешать стражникам. Несколько ыхолганских псов пришли к нам на помощь. Они не решались выступать в открытую, поскольку им еще здесь жить предстояло. Устраивать кровавую баню со стражей было бы неуместно. Но хотя бы немного поддержали нас. Шу и На не имели защиты от Сути, поэтому не обнажали оружие: бросались скамейками и каким-то бытовым хламом.

Метнув кочеранг, я оказался рядом с последним противником на пути. Пылающую серым огнем алебарду пропустил над собой, пригнувшись. Затем чуть сместился вбок и призвал свое оружие обратно. Оппонент застыл, внимательно наблюдая за моими действиями. Удара сзади от возвращающегося кочеранга он явно не ожидал.

Советник Ношген Харуй облачился в дорогие доспехи и окутался багровой аурой. Однако реактивный удар молота выбил из него дух, а точный укол ивового клинка повредил конструкцию котла. Второй удар Дарраки вмял его в каменные трибуны. Хоть советник и добрался до ступени Бойца, но боец из него был никакой.

Я склонился над павшим мужчиной, придавленным собственными доспехами:

— Кочегар всегда возвращает долги, — проговорил я веско и обрушил всю мощь кочеранга на советника хана, пробив поврежденный шлем и разбив голову.

Глава 19

— Босс, дела плохи! — проговорила Даррака, отбиваясь сразу от нескольких наступающих гвардейцев.

— Прикончите нарушителей! Скорее! — донесся до нас писклявый голосок хана.

— Отходим! — скомандовал я.

Нас принялись зажимать на каменных трибунах стадиона подбегающие стражники. Справиться с такой ордой даже Сумасшедшему Кочегару Ли было не по силам. Особенно лютовал сильнейший практик Ыхолгана — командир ханской стражи по имени Тайгон, имевший ступень Адепта. Алые росчерки его меча легко прогрызали нашу защиту. В основном с ним сражался я, поскольку благодаря духовному щиту и скоростной кочерге имел лучшую защиту среди обороняющейся троицы. Попадись мне такой соперник на этапе Рекрута, на том мой путь бы, скорее всего, закончился. Однако, полученный на турнире и в других места опыт, улучшенный артефактный кочеранг с клешней и разрушительный багровый огонь — все это позволяло мне сражаться с Тайгоном почти на равных. Проблема крылась в том, что командир стражи противостоял нам далеко не один.

Мы постепенно отходили наверх по трибунам, поскольку снизу нас со всех сторон поджимали враги разных ступеней. Периодически свистели огненные сгустки, стрелы и арбалетные болты. К счастью, Барьера уровня Бойца хватало, чтобы защититься от снарядов. Да и обороняться, имея преимущество в высоте, было проще.

Вскоре мы достигли самого верха трибун, который находился примерно на высоте четырех-пятиэтажного здания. Мы хоть и достигли ступени Бойца, но такая высота для нас оставалась опасной, особенно если внизу не мягкие кусты или земля, а каменная мостовая. Если кто-то из нас троих повредит ногу, то уйти от погони мы вряд ли сумеем. Однако выбора не оставалось.

— Босс, я пошла, рокх! — уведомила Даррака и спрыгнула с края трибун.

Я краем глаза заметил, что аракийка использовала огненный Шаг, чтобы замедлить падение. Благодаря реактивным струям огня, вырывающихся из-под ног, практик без особых проблем приземлилась на твердую поверхность.

Я приметил в стороне На и Шу, которые забрались на спины двум стражникам в попытках задержать. Их сбрасывали, но парни не сдавались.

— Мастел! — увидел меня ученик.

— Следуй правилам! — салютнул я ему кочерангом.

Мальчишек схватили другие псы в масках и принялись оттаскивать подальше от стражи, после чего направились прочь со стадиона. Надеюсь, пацанам и остальным хватит мозгов свалить куда подальше и не отсвечивать. Чебуль спокойно сполз по стене, цепляясь за малейшие неровности коготками.

Сати прыгнула следующей. Девушка изогнула свой ивовый клинок на манер крюка и зацепилась за заметный выступ в стене, тем самым погасив скорость. Затем отцепилась и спрыгнула вниз. Багровое огненное копье пробило мой щит и чиркнуло по левому плечу. Я оттолкнулся и бросился с верхотуры, целясь в тот же выступ, что и Бхоль. Конечности клешни и лезвие кочеранга проскрежетали по камню. Изгиб оружия после трансформации отличался от прямой кочерги, и мне не удалось серьезно погасить скорость. Кочерангу такое обращение явно не понравилось — лезвие наверняка повредил, но ситуация требовала идти на жертвы. Тем не менее, этого не хватило для нормального приземления. Я постарался сгруппироваться и перекатиться, но в левой ноге что-то громко хрустнуло.

— Господин! — подоспевшая Сати помогла мне подняться.

Попытка опереться на поврежденную ногу вызвала сильную боль. Но в настоящий момент решался вопрос нашей жизни и смерти, так что я сцепил зубы и постарался отстраниться от боли. Требовалось срочной найти какой-то транспорт или место, где можно скрыться от погони. Я быстро осмотрелся.

Мало кто из стражей решился последовать за нами. Даже Бойцы предпочли обойти обычным путем. Несколько рискнули, но получили повреждения ног, а после приземления их еще и Даррака приголубила молотом. Вокруг нас находилось мало стражей — все они по тревоге направились на стадион. Так что мы выгадали несколько секунд, оторвавшись от преследования. Исключением стал по сути лишь командир стражи. Тайгон без особых проблем спрыгнул вниз, ничего себе не повредив. Даррака встретила Адепта, но было заметно, что ей непросто противостоять сопернику на ступень выше себя. Аракийка скорее была хороша в толпе противников низких ступеней. Тяжелый молот плохо подходил против более юрких оппонентов.

Неподалеку виднелась телега, запряженная старой клячей, вдали я заметил карету кого-то из благородный. Но как только мой взор выловил очертания дилижанса на площади, всякие сомнения отпали.

— К дилижансу! — скомандовал я. — Сати, помоги Дарраке!

Кивнув, Бхоль отправилась прикрывать союзницу, быстро отступая с площади. Сам я поскакал на одной ноге в сторону дилижанса. Физические кондиции мои достигли высокого уровня после перехода и потребления пилюли Цунь, так что передвигался я достаточно бодро. Пару раз, уловив подходящий момент, бросил кочеранг по Тайгону. Один раз мне удалось застать его врасплох и нанести неприятную разу в боку. Защитный Барьер Адепта пробивался моим оружием неохотно. На паровые доспехи он не полагался, носил скорее парадную броню, уповая на свой духовный огонь и техники. Втроем бы мы его забили, скорее всего, но время поджимало. Командир старался не подставляться, стремясь в первую очередь задержать нас.

Единственный охранник дилижанса получил в голову рукояткой брошенного кочеранга. Водитель паромобиля, как и полагается, использовал любую свободную минуту, чтобы поспать. Он очень удивился, когда я ворвался внутрь и выбросил его из кабины. Я подал немного духовного огня в котел, который еще не успел остыть после использования. В управлении разобрался быстро — оно почти не отличалась от управления его собрата из Чайфу. Дилижанс был готов отправляться.

— Сати, за руль! Даррака, я прикрою! — выкрикнул я распоряжения. — Чебуль, сюда!

Зверек подбежал и проник в дилижанс. Морщась от стреляющей боли в ноге, я забрался на крышу кабины, на которой имелись какие-то позолоченные вензеля, за которые было удобно держаться. Я схватился за выступ клешней намертво. По конструкции дилижанс был выше всего в центральной части — там, где располагался пассажирский салон. Водительская кабина была пониже. С задней части паромобиля крепился шкаф или рундук для вещей, который также был немного ниже салона.

Я принялся ожесточенно метать кочеранг в Тайгона, стараясь подловить его в момент неготовности. Даррака постепенно отходила к дилижансу, прикрываясь молотом. Еще один раз мне удалось достать командира в ногу. Адепт оказался крепким орешком. Со стороны стадиона к нам спешили десятки стражников, а то и сотни. Такое ощущение, что хан привез с собой всю ыхолганскую гвардию.

Мы с Сати путешествовали относительно недавно вместе в водительской кабине, так что она хорошо разбиралась в управлении дилижансом. Паромобиль вскоре покатил по площади, постепенно набирая скорость. Даррака, улучив момент, запрыгнула на подножку пассажирского салона и схватилась за поручень.

— Жару! — скомандовал я.

Дилижанс покатил быстрее. Тайгон преследовал нас, используя огненный Шаг. Я не давал ему расслабиться или приблизиться, метая кочеранг постоянно. Мы выехали с площади и понеслись по узким улочкам Ыхолгана. Сати повела нас в сторону южных городских врат. Дилижанс резко тряхнуло, меня чуть не снесло с крыши. Спасибо Клешне, что держала крепко. Послышался треск дерева. Осмотревшись, я заметил останки телеги, которую протаранил наш дилижанс на полном ходу. У легкой повозки не было ни единого шанс против ханского паромобиля. Он весил как бы не больше тонны и имел нечто вроде паровозного отвала спереди. Не удивлюсь, если еще и кабина обладала небольшой броней.

— Смотри куда едешь! — крикнул я Сати.

— Я первый раз за рулем! — в голосе Бхоль послышались панические нотки.

— Даррака, водить умеешь?

— Не-а, пусть уж лучше падшая облачница правит…

Я бы мог сесть за управление, благо опыт имелся. Сломанная нога не сильно будет мешать моим водительским навыкам. Вот только я среди троих являлся единственным бойцом дальнего боя. Тайгон все еще висел у нас на хвосте, а также следом за нами выступили в погоню оседлавшие лошадей стражники. Животины могли сходу развить высокую скорость, так что всадники быстро приближались.

— Ладно, женщина. Не убей нас! — попросил я.

Я перебрался через крышу кабины и устроился в задней части дилижанса, частично спрятавшись от взора тех, кто увидит паромобилсь спереди. Сразу схватился за какую-то трубку клешней, и не зря: на поворотах меня мотало из стороны в сторону, а пару раз Сати сносила что-то на своем пути. Я продолжил ожесточенно метать кочеранг. Тайгон, поняв, что ему ничего не светит, чуть поотстал и позаимствовал лошадь у одного из других стражников. Бороться с всадниками оказалось намного проще, нежели с Адептом. Как только какой-то ездок приближался, я атаковал его лошадь, целя по ногам. Получив ранение, скотина не могла продолжать бег, а несколько раз даже падала, придавливая всадника и образовывая небольшую свалку. Преследователи натыкались на неожиданное препятствие и падали следом, не успев объехать преграду на узких улочках.

Вскоре показались крепостные ворота, как всегда раскрытые в это время. Я осторожно выглянул из-за кабины, стараясь не отсвечивать. Даррака тоже забралась внутрь. Стражники возле ворот заметили издали дилижанс, раскрашенный в ханские цвета. Здесь его наверняка все знали.

— Смирно! Равняйсь! — старший караула спешно выставил солдат по обе стороны от дороги. Караульные подняли оружие в знак приветствия. Вниз спустились даже те, кто должен был дежурить возле подъемного устройства решетки.

— Опустите решетку! Живо! — рявкнул Тайгон, подобравшись поближе к дилижансу.

Спохватившись, один из солдат побежал по лестнице, ведшей к комнате с подъемным механизмом. Сати прибавила ходу, но мы могли не успеть.

— Злодни, бой!

Белый луч разрезал пространство, врезавшись в рядовых стражников, спешащих наверх. Обоим гвардейцам, не владевшим Барьером, неслабо досталось. Они не смогли вовремя добраться до помещения. Мы проехали через раскрытые ворота и вырвались на оперативный простор.

— Чтоб вы без меня делали, людишки, — проворчал дух.

Я лелеял надежду, что охранники у ворот опустят решетку сразу за нами, тем самым задержав нападающих. Однако второй раз удача нам не благоволила. Всадники хана выскочили следом за нами. Один из охранников успел добраться до стреломета, прицелиться и пустить в нас снаряд. Он пробил насквозь шкаф, выломав часть панели.

— Окружаем их! — крикнул Тайгон, скача по нашим следам.

Мы направились в южную сторону по скверного качества грунтовой дороге. Спрятаться на ровной, легко просматриваемой степной поверхности было чрезвычайно сложно. Но зато дилижанс мог катить и по самой степи при необходимости. Правда, там все равно бы пришлось снижать скорость из-за ухабов, и преимущество было бы на стороне копытных.

Дилижанс развивал максимальную скорость в тридцать-сорок километров в час по грунтовому тракту. На короткой дистанции местные лошади с трудом, но догоняли повозку. Среди преследователей нашлись лучники с паро-арбалетчиками. Они принялись осыпать дилижанс градом стрел и болтов. Вот только укрепленным стенам гунской повозки слабый духовный огонь был нипочем. Я быстро перебрался к водительской кабине и присел, прикрывшись щитом-воронкой и выступом пассажирского “горба”. Спешащие за нами стрелки не могли меня выцелить, а если и попадали — снаряды вязли в защите.

Всадники принялись окружать нас с разных сторон, сокращая расстояние. Я метал кочеранг без устали. Одна за другой лошади падали оземь, что на столь большой скорости заканчивалось плачевно. Однако, всадники и не думали заканчиваться. Вскоре дилижанс с обоих сторон окружили войска неприятеля. Сати маневрировала, и иногда ей удавалось задеть бортом очередного конника или сместить его на необъезженную степь или в еле заметный кювет.

Дверцы пассажирской кареты повылетали прочь, когда за них взялась Даррака. Цепляясь за поручни, аракийка вылезала то с одной стороны, то с другой и прикладывалась молотом к облепившим дилижанс бойцам. Те, кто пытался повредить колеса, получали по голове в первую очередь. После встречи с огромной тяжелой бандурой противники редко могли продолжать бой, считая зубами камни и степную траву. Рукоять у молота была длинной, что позволяло ей дотягиваться и до далеких противников.

Нескольким наиболее резвым удалось спрыгнуть с коней и ухватиться за водительскую кабину, куда они стремились проникнуть. Но лезвие кочеранга наносило смельчакам тяжелые увечья, отчего противники падали на землю и катились кубарем, иногда попадая под ноги несущимся лошадям. Я почувствовал себя героем вестерна, защищающим ценный груз в дилижансе, на который наседали полчища бандитов.

Несколько десятков минут мы отчаянно отбивались от преследователей, и через какое-то время кони выдохлись. Лишь некоторые ездовые животные могли поддерживать такой темп на долгой дистанции, в отличие от дилижанса. Мы успели справно проредить наступающее воинство. Возможно, среди павшей стражи Ыхолгана были и смертельные случаи, но ситуация не позволяла миндальничать.

— Командир! Мы должны перегруппироваться и вернуться в город за зельями для лошадей! — обратился к Адепту один из подчиненных. — Иначе потерь будет больше!

Тайгон презрительно сплюнул. Адепт держался от дилижанса на расстоянии. Я пару раз попытался выцелить его лошадь, но он вовремя уводил ее в сторону или парировал кочеранг своим клинком.

— Ублюдок Ли! Ты поплатишься за свои злодеяния. Гвардейцы, назад! Ждем подвоза зелий и подкрепления, залечиваем раны!

Всадники принялись останавливать лошадей.

— Рокх! Справились! Хургловы выкормыши, не связывайтесь с боссом Ублюдком Ли и Молотобойцем Дарракой! — выкрикнула им вслед аракийка. — Ха, мы почти вдвоем с тобой все городское войско перебили!

— Втроем, — поправил я.

— Ах да, падшая облачница, ты тоже отлично потрудилась!

— Прекрати так меня называть, дылда безмозглая!

— Рокх, твой язык слишком колюч! Босс, вам надо поработать как следует над послушанием вассала!

— Боюсь, эта задача мне не по силам… — протянул я.

Дилижанс начал быстро отрываться от преследователей, и вскоре они исчезли за очередным пологим холмиком. Аппарат после погони и обстрела представлял собой жалкое зрелище: весь утыканный стрелами, с выбитыми дверьми и раскуроченным задним шкафом, в защитных колпаках колес и стенах торчали погнутые клинки и обломки копий. Укрепленные колеса, корпус и двигатель выдержали испытание. Ханский дилижанс походил на настоящий броневик, и это нас спасло.

Мы приостановились на секунду, и я переместился в кресло кочегара в водительской кабине. После чего принялся обрабатывать свои раны, щедро сдабривая Бальзамом. Ногу натер как следует и с помощью пары оторванных узорчатых планок интерьера соорудил себе подобие шины. Перелом все еще давал о себе знать. Затем поменялся ролями с Сати, и девушка также воспользовалась возможность обработать свои ранения.

— Даррака, у тебя есть целебное зелье?

— Не-е, все истратила, рокх. У меня в целом только несколько царапин…

Я передал “вожжи” Сати и осмотрел девушку через окошко между кабинами. Спину аракийки украсила глубокая и неприятная рана.

— Что за вздор?! Мы должны обработать твои раны немедленно! Тем более у нас мази с запасом. Сати, притормози, я…

— Нечего господину скакать со сломанной ногой. Я сама позабочусь о Дарраке, — заявила спутница угрюмо. — Держите руль.

Мне оставалось лишь признать ее правоту и подчиниться. Я пересел на место водителя, взяв управление дилижансом на себя. Теперь нам следовало отдохнуть и дождаться, пока раны затянутся, а ци восстановится. Сати с помощью длинной подножки и перил перешла в пассажирское купе без остановки паромобиля. Чебуль, как все успокоилось, выбрался из своего закутка и перебрался ко мне в кабину.

— Даррака, ты не пользуешься ни паровой броней, ни малыми духами?

— У аракийцев это не принято. Духовный Барьер защитит лучше, нежели железная кираса. Да и на паровые доспехи придется деньги тратить. Контракты с духами у нас тоже никто не заключает. Мы и без них вполне себе справляемся. Тем более их духовным огнем кормить приходится…

— Аракийцы — жадный народ, — хмыкнул я.

— И ничего мы не жадные!

— Ладно, рачительные.

— Ну так что, босс, я доказала вам свою пригодность? Возьмете меня в свою шайку… Рок-х-х!!! — вскрикнула Чонджул. — Падшая облачница, полегче!

— Не дергайся, и все будет в порядке… — произнесла Бхоль скупо, обрабатывая раны союзницы.

— Как там тебя, я запамятовала. Сати? Ты неплохо сражалась, даром что мелкая. Нарастить бы тебя мясца побольше, было бы больше толку.

— А может кому-то стоит сесть на диету? — хмуро откликнулась девушка.

— Сморозишь тоже, рокх. Диета, ха-ха! Да во мне ни грамма лишнего веса!

— В твоих боевых навыках я убедился, Даррака, — ответил я. — Но что касается интеллектуальных… На кой ляд ты полезла на хана?

— Так сказали же, что Ублюдок Ли собрался совершить покушение на хана…

— И с чего ты решила, что это правда?

— Стражники соврали? Вот паскуды! Ложь — это тяжкий грех у нас на родине. Но жителям низин неведомы законы чести.

— Я следую пути кочегара и стараюсь говорить правду, — поведал я. — У нас тоже бытует мнение, что ложь во благо ни к чему хорошему не приведет в итоге. Но я считаю, что случай случаю рознь.

— О! Ублюдок Ли, ты все больше Пастыря мне напоминаешь с его вечными философскими измышлениями.

— Да? Возможно, он был не таким уж мерзавцем, хоть и главарь наемной банды.

— Да-а, вы с ним все время спорили, за какие задания можно браться, за какие нет. Ты настаивал, что главное деньги, но Пастырь не хотел марать руки в крови невинных. Поэтому за ним народ шел, а за тобой — нет.

— Но ты все же пришла ко мне.

— Ты Ублюдок, но ты свой Ублюдок. Да и вроде поднаторел немного… Так я с вами или нет? Не люблю подвешенных состояний.

— С нами, — проговорил я, не испытывая полной уверенности в данном решении.

Как минимум, Чонджул будет полезна в противостоянии с Кровавым Харудо. А дальше посмотрим.

— Отлично, рокх! Наведем шороху в Степях, разворошим пигмейские гнезда! Уж мы с тобой пограбим так пограбим! — произнесла дама воинственно.

Я вздохнул, понимая, что с Дарракой будут свои сложности, как и с Сати. По крайней мере, она не горит желанием лишить меня жизни сразу после знакомства, как это было с Бхоль. И то рис.

Глава 20

Дилижанс катил по ухабистой степной дороге без остановок. Мы менялись по очереди, нагревая котел духовным огнем. Потреблял тяжелый паромобиль прорву энергии, но мы справлялись, потихоньку восполняя потраченное. Троим Бойцам хватало скорости восстановления ци. Над котлом в водительской кабине находился специальный закуток с закрепляемым котелком с плотной крышкой — конструкция позволяла готовить на ходу. То ли чтобы пассажиров потчевать в дороге, то ли водители с помощниками питались так. В любом случае мы воспользовались данным аппаратом и приготовили гору риса, не останавливаясь. Еда была как нельзя кстати, учитывая израсходованные резервы, так что наелись мы до отвала.

— Славную битву устроили, рокх, — произнесла Даррака с легкой улыбкой. — Серебряный ключ никто не успел схватить?

— Не до того было, — вздохнул я с сожалением. — А ведь так все хорошо начиналось. Я думал, что когда-нибудь смогу вернуться в Ыхолган, навестить ученика На, пообщаться с Шутеном и остальными парнями. Но теперь путь назад нам закрыт…

— Да и хургл с Ыхолганом! Как будто других городов в Вольных Степях мало, рокх. Еще наберете кучу учеников, головорезов, да хоть рабов, босс!

— Нет, рабы нам не нужны…

— Лучше подумайте о том, сколько деньжищ мы получим, когда загоним дилижанс городским!

— Он не в лучшем состоянии. Думаешь, много дадут?

— Да, карета вся покорежена, зато механизмы почти не повреждены. Полсотни золотых точно выручим, рокх! Новый движитель может стоить и несколько сотен, но лучше сдать побыстрее, а то местные могут решить отобрать силой.

— На юге лежит Ыффарган, правильно? — уточнил я. — У нас там не будет проблем?

— Ха! Узнав о той пощечине, которую получил жирдяй Буграй, нас в Ыффаргане встретят как героев! Я вот только о Харудо беспокоюсь… — протянула Даррака.

— Думаешь, наткнемся на них?

— Слышала, где-то там на юге его шайка обретается. Слухи о твоем приходе в Степи уже разошлись по городам. Даже я узнала об этом. Вопрос времени, когда Кровавый Харудо проведает о том, что ты идешь по его следам. Зная его, можно предположить, что он возжелает разобраться с проблемой раз и навсегда.

— Хм, а ты не такая уж… недалекая… — протянул я.

— Ублюдок Ли, снова за старое?! — рыкнула аракийка.

Ее мускулистая рука пролезла в окошко между кабинами и схватила меня за отворот ханьфу.

— Отпусти господина! — звякнул ивовый клинок.

— Я натерпелась от тебя в прошлом! Больше никаких насмешек и оскорблений, ясно тебе?! Рокх!

— К-хм, вне всяких сомнений, — проговорил я, следя за дорогой. — Можешь не переживать. Говорят, мужчинам нравятся девушки, выглядящие глупее их.

Рука отпустила мое ханьфу.

— Правда?

— Истинно так.

— Люди низин любят приукрасить, когда речь заходить о знакомстве с девой, — фыркнула Чонджул. — Не надо держать меня за идиотку.

— Еще одна такая выходка, и у кое-кого станет на одну руку меньше, — процедила Сати.

— Ха, можешь не переживать, падшая облачница. Уводить у тебя господина я не собираюсь!

— Вот и умничка… — успокоилась Сати.

— Подожди, так ты и впрямь… Чего только нашла в Ублюдке Ли? Не понять мне, что творится в голове у падших облачников…

— Ты снова нарываешься? — буркнула Бхоль.

— Ладно, хватит собачиться, — обрубил я. — Едем в Ыффарган или попробуем уйти через степь?

— Гончие гиены хана нас в степи разыщут. Под зельями лошади всадников могут скакать очень долго на высокой скорости. Если мы не найдем укрытие до темноты, то они нас настигнут в любом случае. Ыффарган — единственное убежище по пути, в которое ыхолганцам хода нет.

— Ясно. Тогда едем в Ыффарган, тоже мне название. Совсем фантазия чахнет в душных степях…

Часы сменялись один за другим. За пустыми глазницами разбитых окон дилижанса проплывали покрытые желтоватой травой холмики с редкими вкраплениями деревьев. Один раз мы преодолели мелкую речушку прямо через русло. Даже колеса не скрылись полностью под водой.

Мы практически восстановились после безумного побега из Ыхолгана. Наверняка вспоминать нас в городе еще будут долго. Надеюсь, что псам хватит ума залечь на дно. По крайней мере с советником Харуем удалось разобраться. К хану Буграю откровенной неприязни я не испытывал. Жаль, что отношения наши не заладились, но в какой-то степени правителя можно понять. Вот если бы он еще не реагировал столь истерично и дал мне время, возможно получилось бы оправдаться. Но там Даррака пошла вразнос. Получилось, что получилось. Я уже немного привык к подобным раскладам, так что даже не особо сильно злился на хана и его воинство.

Пару раз мы натыкались на племена кочевников со стадами пасущейся скотины. Глядели на нас степняки не слишком приветливо. Один раз нас подметил кулмрац. Тварь принялась преследовать дилижанс, но получив пару раз кочерангом, решила, что жертва ему не по клюву.

Раны наши закрылись, ци почти восполнилось. Мягкие ткани в моей ноге восстановились, кости схватились. Я старался наступать осторожно, чувствуя хрупкость ноги. Хотя бы боль больше не держала в тисках мой разум.

Солнце неохотно закатывалось за горизонт, словно жалея о том, что не сумело поджарить жалких смертных до хрустящей корочки. Наступало время алого Орока, что с ехидцей будет наблюдать за потугами людишек и старательно устраивать им всевозможные козни.

— Что бы только людишки делали без духов, — пробурчал Злодни, когда я вставил амулет в коробочку фары.

— Свети давай, проглот.

Белый сияющий луч осветил дорогу впереди. Дилижанс катил размеренно, без остановок. До Ыффаргана оставалось уже не так и далеко.

— Люди в степи, рокх! Двое, впереди слева, сто двадцать шагов, — донеслось сзади от Дарраки, обозревающей окрестности через выбитую дверцу. Доложила бывшая бандитка довольно четко, словно бывалая военная. Бытие в бандитской ватаге не прошло даром.

Мы с Сати вгляделись в темноту, но на фоне свечения Злодни было трудно разглядеть детали. Нападать на нас вроде не собирались. Да и в случае атаки мы сможем отбиться от превосходящего воинства. Даже десятки всадников хана не смогли взять дилижанс с наскока. Я сбавил ход и повернул фару вбок. Прожектор высветил пару человек в доспехах, которые пытались спрятаться в траве.

— Краснодланщики! — ругнулась сквозь зубы Бхоль, увидев знакомую алую пятерню на наплечнике.

— Какая встреча… — проговорил я тихо, быстро обдумывая ситуацию.

Один из воителей привстал и прокричал:

— Чего встали? Катитесь, куда ехали!

Его напарник начал что-то нашептывать союзнику, указывая на наш дилижанс. Да уж, картину наш паромобиль являл собой наверняка странную. Дорогая машина, убитая в хлам и совершенно без сопровождения. Лакомая цель, учитывая, сколько стоит рабочий паровой котел и движитель. Пассажиров в полутьме воители вряд ли могли нормально разглядеть.

— Спроси, что они тут делают, — обратился я к Сати. А то еще солдаты Харудо могли узнать мой чуть хриплый голос.

— Вы на кого тут засаду устроить решили? — крикнула Бхоль.

— Есть один типок. Не ваше дело. Езжайте, не то здесь же и кончитесь!

Из пассажирской кабины донесся негромкий голос Дарраки:

— За тем холмом лагерь Харудо, скорее всего. Босс, чего будем делать?

— Знать бы еще, сколько там их… — протянул я.

По всей видимости, Харудо решил устроить на меня засаду, как только пошли слухи. Либо направлялся в Ыхолган и сделал в степи остановку на ночь. Было непросто принять решение. С одной стороны, бросаться в неизвестность было бы не слишком обдуманным поступком. В то же время, на нашей стороне оставался эффект неожиданности и дилижанс: изрядно поврежденный, но все еще грозный.

— Вы поплатитесь за свои прегрешения… — в шепоте Бхоль послышались стальные нотки.

— А, к хурглу! Дави их, Кравчук! — процитировал я бессмертную классику.

Затем вдавил рукоятку газа, взял небольшой разгон и повернул руль в сторону. Дилижанс подпрыгнул на ухабе при съезде с дороги и понесся на неприятеля, быстро набирая ход.

— Что за на… — выдал один из головорезов, спешно поднимаясь на ноги.

Приблизившись, мы увидели третьего наблюдателя, спрятавшегося в небольшом углублении в стороне. Двоих сразу задавить было бы сложно, так что я выбрал одну цель и направил руль в его сторону. Возможно, головорез смог бы просто упасть и пропустить дилижанс над собой, но он решил убежать вбок. Тяжелое укрепленное колесо настигло его и вдавило в землю. Громада дилижанса проехалась по солдату всей своей массой. Под нами что-то хрустнуло, раздался сдавленный вскрик. Второй наблюдатель вполне разумно бросился в противоположную сторону, однако его достал длинный молот Дарраки, высунувшейся из кабины. К реактивному удару присовокупилась сила скорости, с которой мы катились, так что шансов у практика невысоких ступеней пережить удар оставалось преступно мало. Сломанной куклой он улетел и брякнулся оземь.

Третий бросился сломя голову через степь в сторону смутно виднеющихся в темноте шатров, откуда доносился пьяный смех и крики. Я дал команду Злодни выключить свет, дабы не испугать жертв раньше времени.

— Сати, за руль, — я быстро перебрался на место кочегара. — Я слева, Даррака держи право!

— Да, босс! Повеселимся, рокх!

Дверь со стороны сидения кочегара была выломана, что с одной стороны снижало защищенность, с другой — упрощало мне задачу. Завидев спину бегущего солдата, я метнул кочеранг. Оружие пробило серый покров и глубоко воткнулось в плоть, после чего мой багровый огонь разворотил рану.

— Тре… во… га… — прохрипел бедолага и вскрикнул, когда я призвал кочеранг к себе, выворотив кусок мяса.

С некоей садисткой улыбкой Сати свернула на павшего воителя и проехалась прямо по нему.

— Люблю звук хрустящих панцирей и вражеских хребтов под колесами своего дилижанса… — протянул я, чувствуя, как в крови начинает бурлить адская смесь из разных стимулирующих гормонов. Голова стала кристально ясной, чувства обострились, а время словно слегка замедлилось.

Бхоль въехала в лагерь, который и не думал никто охранять. Пасущиеся лошади предупредительно заржали. Возле костра находилась группа солдат в доспехах или одеждах с символами красной ладони. Солдаты праздновали и веселились, опрокидывая чарки и кувшины со спиртным. Многие воины Харудо хаживали в обычных ханьфу, не успев подготовиться к внезапной атаке. Сати направилась прямо в центр собравшейся толпы. Нас, конечно, быстро заметили. Грохочущую махину дилижанса сложно перепутать с завыванием степных ветров. Солдаты бросились врассыпную, но повезло не всем. Одного сбил отвал дилижанса, другой воитель прохрустел под колесами.

Раздался реактивный свист молота Дарраки, за которым последовал смачный удар. Аракийка собрала свою кровавую жатву. Я не стал метать кочеранг, а высунулся из кабины и махнул кочерангом. Первый встреченный на пути солдат потерял голову. Второй успел вытащить клинок и напитать его багровым огнем. Я благодаря скорости нанес ему чувствительный удар, но не смертельный.

Дилижанс проехал через костер и направился в проем между шатрами. Огонь с загоревшегося колеса перекинулся на ткань палатки, которую Сати задела.

— Следующий заход! — вскричала Даррака удовлетворенно.

Дилижанс не был отнюдь маневренным скакуном или легкой одноосной повозкой. Нам пришлось сделать круг по ночной степи, сбавив ход. Второе наше появление в лагере уже не было сюрпризом для бандитов. Разбойники повыскакивали из шатров, экипировали броню и паровые доспехи. Вооружились и приготовились дать отпор. Некоторые успели вскочить на лошадей. Однако остановить тяжелую махину было не так и просто.

Алебарды и копья втыкались в стены, колеса и укрепленный корпус движителя. Через окна влетело несколько метательных дротиков и стрел, однако Сати пригнулась и окуталась Барьером. Спереди меня защищал котел с толстыми стенками. Сбоку я прикрыл нас духовный щитом. На этот раз под колеса попал всего один неудачник, не рассчитавший своих сил. Выскочивший из главного шатра сам Кровавый Харудо попытался ударить по колесу, но не смог его разрушить полностью. Даррака дотянулась до главаря и ударила по доспехам Бойца своим молотом. С моей стороны в зоне досягаемости никого не было, так что я метал Кочеранг в ближайших противников. Успел бросить оружие трижды за время нашего второго заезда. Одному раскроил голову, еще одного ранил в живот, третий сумел заблокировать оружие.

— Уничтожим всех до единого! — проговорила Бхоль, заходя на третий круг.

Возле нас принялись кружить несколько всадников. Я атаковал ездоков постоянно, бросая кочеранг то в одного, то в другого противника. Багровый огонь наносил неплохие повреждения и достаточно легко пробивал серый и тем более черный Барьер. Первоначально разница после перехода показалась мне незначительной, но детали решали многое. Глядя на разрушительную мощь в моих руках, оставалось только диву даваться, как мне удалось победить в Стальном Кулаке, будучи всего лишь Рекрутом.

По большей части воинство Кровавого Харудо состояло из Рекрутов, но попадались также Новички и Бойцы. Адептов уровня Тайгона не встречалось, поэтому отряд оказался не таким уж грозным, как я помнил по бойне в Ткачах Пекла. В прошлую нашу стычку мы с Сати были всего лишь Рекрутами, да и подмога в виде Дарраки выручала. Как я понял, отряд несколько поуменьшился в размерах после налета на Орден Семи Облаков и теперь достигал всего двух десятков. Только мы с Сати нескольких упокоили в пещерах, а сколько еще их полегло от ударов облачников или демонической виверны. Шайка Кровавого Харудо переживала не лучшие свои времена.

Мне удалось избавиться от одного из всадников и повредить ноги лошади другого наездника, так что он смачно навернулся. Связка с метанием кочеранга и наскоками дилижанса являла собой убийственный союз. Стрелы, болты или метательные дротики не несли с собой столько же разрушений, как брошенный заряженный по самую макушку кочеранг. Жаль, что какую-нибудь более хитрую метательную технику вроде Разреза я так и не смог адаптировать. Впрочем, солдаты Харудо падали один за другим. В короткие сроки мы фактически уполовинили банду.

Дилижанс направился в лагерь на четвертый заход. В центре стоянки на открытом месте стоял сам Харудо в своих алых доспехах. Его красные длинные волосы развевались, а морда кривилась от испытываемой ярости и всепоглощающей ненависти.

— Понравился ли вам мой подарочек в виде Виверны?! — прокричал он. — А, Ублюдок Ли?!

— Так вот кто разрушил узилище демона! — осенило меня.

Мне вспомнилась несколько взбалмошная, но вполне добродушная Янлинг, которая, как и многие облачники, была убита вырвавшимся на свободу монстром.

— ТЫ ТРУП! — рыкнула Сати и направила дилижанс прямо на цель.

Я метнул в Харудо кочеранг, хоть мне и было несколько неудобно целиться вперед по ходу движения. Главарь шайки отбил мой снаряд своим тонким изящным двуручником, на котором виднелся узор в виде брызг крови. Дилижанс приблизился, однако в последний момент Харудо бросился на землю. Сати дернула руль, но противник оказался проворнее. Раздался громкий треск, сопровождающийся огненными разрывами. Перед паромобиля вдруг рухнул вниз и ударился о землю. Нас с Сати чуть не выбросило из кабины. Махина еще некоторое время двигалась вперед по инерции, вспахивая дерн. Затем раздался второй такой же треск, и на этот раз задняя часть дилижанса упала вниз. По всей видимости, Харудо сумел повредить колесные оси, оказавшись под аппаратом.

Дилижанс остановился, не в состоянии ехать далее.

— За Пастыря! Рокх!!! — первой из паромобиля выпрыгнула Даррака.

До нас донесся звук удара молота о броню. Мы с Сати тоже довольно быстро оклемались и выскочили наружу, встав неподалеку от размахивающей своим оружием Чонджул. Противники сбегались к павшей груде металла со всех сторон. Мы понимали, что нам следует как можно быстрее проредить основную массу. Но спиной к некоторым противникам поворачиваться было нельзя.

— Я возьму на себя Харудо, — проговорил я, метая кочеранг в ближайшего врага, дабы не терять ни секунды.

— Да! — односложно ответила Бхоль и направилась в бой.

Мимоходом я отметил, что вдвоем с Дарракой они составляли неплохой дуэт. Чонджул обрушивала свои удары на тяжело защищенных медлительных врагов или ударяла о землю, лишая противников равновесия. Сати же порхала вокруг нее и наносила четкие, выверенные выпады. Каждый укол Клинка ивовых искр обычно заканчивался чей-то смертью. Впрочем, и девушкам доставалось: какая-то лучница-Боец всадила стрелу в плечо Дарраки, пробив ее защитный Барьер. Доспехи Сати вкупе с Барьером не позволяли так просто наносить ей урон, но лучник не только имел ступень Бойца, но и пускала какие-то особенные стрелы. Так что Бхоль использовала свой гибкий клинок, стараясь отразить им снаряды или хотя бы погасить духовную энергию, которую они с собой несли. Краем глаза я заметил Чебуля, выпрыгнувшего из дилижанса. Зверек, крадучись, направился в сторону лучницы, с которыми уже имел опыт противостояния. Следить за ним я долго не мог.

У меня не было времени им помогать, поскольку я схлестнулся в ближнем бою с Кровавым Харудо. Моя нога после перелома зажила не до конца, так что я не мог действовать в полную силу, опасаясь повторной травмы. Кровавый Харудо же действовал с филигранной точностью и неистовой стремительностью. Если бы не скоростной бонус кочерги, Боец смял бы меня в первые секунды. Мы обменялись несколькими выпадами, после чего противник разорвал дистанцию и посмотрел на меня с вызовом:

— Ты кой-чему подучился за последнее время, Ублюдок Ли. Кишка не тонка у вас нападать втроем на мой отряд! Но это ничего не изменит. Готовься к смерти!

— Я уже умирал, Харудо, и мне не понравилось. Сегодня твой черед!

Глава 21

[Кровавый Харудо]

Главарь известной шайки удивился, когда до него дошли слухи о появлении Ублюдка Ли в Вольных Степях. Он считал, что гунский отпрыск засядет в своем родном Чайфу, откуда и носу не будет казать. Но раз так все обернулось, Харудо решил организовать Ублюдку Ли достойный прием и направился на север, в сторону Ыхолгана.

Не раз и не два они пересекались с отрядом Ушлого Пастыря. Обе команды были сильны, поэтому чаще всего ограничивались словесной перепалкой или кулачной дракой. Но время шло, и Пастырь начал забирать себе лучшие задания с окрестных земель. В один из моментов терпение Харудо не выдержало, и он устранил конкурента, напав в тот момент, когда отряд Пастыря был ослаблен. Двоих известных участников шайки не было с ним на тот момент: Ублюдка Ли, который по слухам разругался с Пастырем много раньше и свалил назад в родную провинцию, и Молотобойца Дарраки, которая являлась грозным противником. Одним из сильнейших практиков отряда.

Во время рейда по Чайфу Харудо так и не удалось поставить точку в давнем противостоянии. Ублюдок Ли сумел ускользнуть. Временный союз с Орденом Заката и бандой Серого Лиса принес свои плюсы. Вот только никто не сообщил ему, что Ублюдок находился на территории облачников — тогда бы Харудо постарался его разыскать. Закатники относились к отряду Харудо с пренебрежением. Поэтому он и решил немного насолить им, якобы случайно высвободив демона из заточения.

Харудо лишь позднее, когда к нему поступило определенное предложение, осознал, с кем на самом деле связался. Стало понятно, для чего сильному Ордену Заката и банде Серого Лиса понадобилась его помощь. Они желали завербовать отряд Харудо. Лидер банды прекрасно знал, что служение ему — это путь в один конец. Отказ чуть не повлек за собой стычку с бывшими союзниками, но ему удалось уладить конфликт.

После сборов выяснилось, что чуть ли не половина отряда сгинула где-то на территории облачников. Они неплохо пограбили в Ордене, но потери в рядах оказались чувствительными. Следовало восстановить численность. Тем не менее, узнав о прибытии Ли Кона в Степи, Харудо решил выступать в текущем составе.

Вечером одного из дней громыхание и крики в лагере заставили главаря выскочить из шатра. Увидав большой покореженный дилижанс и порхающий над полем боя кочеранг, Харудо выругался сквозь зубы. Ублюдок Ли нашел их первым, а дозорные не сообщили вовремя о вторжении. Если противник решил атаковать, значит он был уверен в своем преимуществе. Либо просто безумец. Оба варианта являлись скверными.

Харудо спешно организовал бойцов и сделал попытку остановить дилижанс. В очередной заход ему удалось остановить махину. Оказавшись под днищем, Харудо воспользовался открывшейся возможностью и перерубил колесные оси. Тяжеленный дилижанс чуть не раздавил его самого. Ему еле удалось откатиться.

Ненависть сжигала Харудо изнутри. Он наблюдал за тем, как гибнут его верные соратники. С некоторыми он провел недели или месяцы, а с другими целые годы. Его подопечные гибли один за другим от ударов тяжелого молота, уколов гибкого клинка и бросков гнутой кочерги. Все трое противников находились на ступени Бойца и являлись грозными противниками.

Обменявшись парой фраз с Ублюдком Ли, Харудо с ожесточением принялся вгрызаться в оборону врага. Несколько раз главарь отправлял огненные волны в противника, прежде чем понял, что странный духовный щит в виде воронки поглощает часть энергии. Он сомневался, что Ли Кон сумел изучить столь сложные техники за короткий срок. Скорее всего артефакт. Тратить силы на Суть Харудо посчитал в текущей напряженной ситуации излишним.

Меч Харудо назывался Кровопийца, что в какой-то степени напоминало Кровопускатель, прежнее оружие Ли Кона, от которого тот легко отказался. Главная особенность Кровопийцы — это усиление с помощью свежей вражеской крови. Клинок становился быстрее, лучше проводил ци, легче прорубался через защиту, удары выходили мощнее, словно меч тяжелел в несколько раз.

Но для активации особенности следовало сначала ранить противника, и с этим возникли сложности. Ублюдок Ли значительно вырос в плане фехтования с их последней встречи. Скоростной кочеранг или духовная воронка парировали любую его атаку. Харудо самому пришлось сформировать духовный Щит и оставить Кровопийцу в правой руке, хотя обычно он предпочитал двуручный хват. Ли Кону удалось нанести пару неглубоких ран, и если бы так продолжилось и дальше, то участь главаря бандитов была бы незавидной. Все-таки слухи про Стального Отступника не лгали: средний сынок гуна не просто так сумел пробиться в финал известного турнира практиков.

Харудо и Ли Кон обменялись ударами из амулетов малых духов. Главарь вовремя заметил атаку. Белый луч нанес ему неприятную, но неопасную рану в боку.

Некоторая странность в движениях Ублюдка Ли привлекла внимание Харудо. Через какое-то время он осознал, что Ли Кон бережет свою правую ступню, старается ступать осторожно, слегка прихрамывая. Заметив слабость оппонента, Харудо начал напирать на него, заставляя Ублюдка прыгать по площадке лагеря.

Слегка подставившись, Харудо широко замахнулся и ударил врага по ногам. Ублюдок Ли правильно отреагировал на удар, подпрыгнув вверх. Вот только приземление вышло для него не слишком удачным. Ублюдок Ли стиснул зубы и ругнулся неразборчиво. Похоже, старая рана открылась. Переносить вес на поврежденную ногу Ли Кон больше не мог. Он прыгал на одной ноге, и все его преимущество в бою нивелировалось. Харудо сумел нанести несколько режущих ударов, оросив степную траву кровью Ублюдка.

Кровопийца получил временное усиление, что добавило ему прыти. Бой сразу развернулся на сто восемьдесят градусов. Ублюдок Ли принялся отступать, и его гнутой кочерге не хватало скорости на парирование всех атак напившегося крови клинка. Харудо наседал, стремясь покончить с Ли Коном как можно скорее. Ведь дела у его парней шли не слишком хорошо. Молотобоец Даррака и девчонка с гибким клинком оказались также на высоте. Аракийка сдерживала наскоки с помощью ударов по земле, вызывающие тряску. Девчонка насылала какие-то каменные кандалы, сдерживая противника. Благодаря чему его головорезы не могли реализовать численное преимущество. Которое быстро таяло.

Наконец Ублюдок Ли не выдержал напора и запнулся, упав на землю. Харудо навалился сверху. Кровопийца и гнутая кочерга звякнули и сцепились гардами, духовные Щиты соприкоснулись. Харудо давил, стремясь всадить лезвие клинка в глаз врага. Каких-то двух пальцев не хватало, чтобы проткнуть зрачок, а затем и мозг Ублюдка!

Вдруг Харудо почувствовал приближающуюся опасность сбоку. Воитель отпрыгнул в сторону, еле успев уклониться от удлинившегося клинка девицы с амулетом облачников.

— Господин Кон, я разберусь с ним!

— Ага, — проговорил Ли Кон хриплым голосом. — Боец из меня такой себе. Лучше побросаю кочеранг…

Ублюдок Ли быстро забрался на крышу рухнувшего дилижанса и принялся помогать окруженной Дарраке, метая свое экзотическое оружие.

— Какая-то девка ступени Бойца считает, что сможет справиться с Кровавым Харудо? Мой Кровопийца полон сил! У тебя нет ни единого шанса!

— За моих друзей, за моего учителя! — яро откликнулась противница. — Твоя душа покинет бренный мир!

Харудо парировал резкую атаку, но внезапно удлинившийся и изогнувшийся клинок ужалил его в руку. Главарь сосредоточился, поняв, что будет непросто. Кровопийца летал с одной стороны на другую, Харудо делал обманные финты и пытался подловить врага. Девчонка оказалась умелой фехтовальщицей. В Ордене ее научили не только основам. Таких бы воителей Харудо брал в отряд без малейших колебаний. Обычно ему требовалось доучивать найденных в каких-нибудь кабаках и притонах практиков, подтягивать их уровень до пристойного.

Противница вертелась вокруг него и старалась достать, но действовала слишком прямолинейно, словно по учебнику. Поддев ногой обугленное бревно из разворошенного костра, Харудо ловко метнул снаряд в противницу. Девчонка отбила палку, и в этот момент Харудо достал ее в слабо защищенный живот, пробив доспехи. Кровопийца глотнул свежей крови и обновил свою начавшую затухать особенность.

Вдруг в плечо пришелся сильный удар, за которым последовал хлопок и ужасная, всепоглощающая боль. Его мотнуло. Кровавый Харудо отпрыгнул в сторону, повернувшись корпусом к дилижансу, откуда и прилетел коварный удар.

— Простите, что вмешиваюсь… — протянул Ублюдок Ли нахально, сжимая в ладони вернувшийся к нему кочеранг, чье лезвие было покрыто кровью Харудо.

Главарь скосил глаза вбок и помрачнел. В его багровом Барьере образовался разрыв. Левая рука висела плетью и отказывалась слушаться. Тонкая полоска сухожилий и мяса не давала ей оторваться с концами. Духовный Щит потух. Двуручный хват он также использовать больше не мог. Да еще и пульсирующая боль мешала сосредоточиться на поединке.

Харудо воткнул Кровопийцу в собственную левую руку, не почувствовав удара. Меч испил его собственной крови и усилился. Знаменитый на все Вольные Степи главарь Кровавый Харудо будет сражаться до последнего вздоха!

С остервенением он схлестнулся с пришедшей в себя мечницей. Вот только преимущество теперь было на стороне облачницы. Обменявшись несколькими выпадами, они скрестили свои клинки. Меч девчонки оплел Кровопийцу, не давая сдвинуться. Левой, свободной рукой, она нанесла мощный удар кулаком в лицо. Харудо покачнулся, сделав шаг назад. Но меч из рук он выпускать не смел, понимая, что это будет его концом.

Еще один удар последовал за первым. А затем еще и еще. Удары сыпались с разных сторон: в живот, подбородок, скулы, зубы. Перед глазами Харудо пошли кровавые круги, но он отчаянно продолжал сжимать клинок в руках. Очередной хук отправил его на мгновение в темноту, и он обнаружил себя полулежащим на земле. Удары сыпались один за другим. Слышался треск костей и его хрипящие стоны, полные боли. Силы покинули его окончательно, Барьер спал, личный дух спешно покинул амулет и поскакал прочь с поля боя. В итоге удлинившийся гибкий клинок пронзил его доспехи и сердце. Боль затопила сознание.

Кровавый Харудо упал на колени, сквозь мутную пелену и боль понимая, что ему настал конец.

— Месть свершилась! — произнесла девка удовлетворенно.

Харудо обратился к изученной им технике Последнего Жара. А ведь считал раньше, что она ему не пригодится. Девка отступила в сторону, завидев клубы багрового огня, вырывающиеся из его тела. Сил у него не оставалось броситься вперед и вцепиться в кого-то из врагов. Кровь перестала циркулировать по телу Кровавого Харудо после поражения сердца. Но по крайней мере им не достанутся его доспехи и оружие.

Какое-то время практик еще осознавал происходящее, находясь в неких предсмертных конвульсиях. Пламетворцы высоких ступеней могли выживать довольно долго при самых тяжелых ранениях, но в данном случае участь его была предрешена. Духовный огонь разгорался, закрывая взор и даря чудовищную боль.

Харудо смотрел на ненавистную фигуру на дилижансе, бросающую свой дурацкий недомеч в его бойцов. Он должен был убить Ублюдка Ли раньше, пока тот не набрался сил. Глядел Кровавый Харудо до тех пор, огонь не поглотил его тело, отправив покореженную душу в мир иной.

[Ли Кон]

Харудо, как и предполагалось, оказался достойным противником. На турнире Стальной Кулак он бы точно добрался до финалов, а может и призовое место занял. Но Сумасшедшему Кочегару Ли он был не соперник, тем более после перехода на ступень Бойца. За прошедшее время с нашей последней встречи я набрался сил и опыта. Если бы не едва заживший перелом, я бы его одолел. Пришлось уступить право разобраться с Харудо Бхоль. Не уверен, справилась бы она сама или нет — клинок главаря банды оказался тоже непрост, но я решил слегка помочь Сати. На то и нужна команда ведь.

Даррака разбиралась с тремя последними противниками, когда Харудо пал. Багровое грибовидное облачко образовалось на месте смерти практика, применившего Последний Жар. Меня чуть с дилижанса ударной волной не скинуло. Увидев в кончине главаря дурное предзнаменование, бойцы решили спешно покинуть вечеринку. Одного я прикончил ударом в спину, другого сбила с ног Даррака, метнув свой тяжелый молот, третьего догнала освободившаяся Сати. С окончательным уничтожением банды наступило затишье, прерываемое треском догорающих шатров, шипением сломанного котла дилижанса и ржанием разбежавшихся лошадей.

Я занялся своей ногой, Бхоль взялась врачевать глубокую рану на животе. Чонджул же несмотря на то, что была покрыта кровью и имела множество ранений, принялась бегать по лагерю в поисках, чем бы поживиться. А еще уверяла, что аракийцы не жадные.

— Я отправлюсь на тот холм, — уведомила Сати. — С него должно быть видно подъезды.

— Хорошо, — кивнул я. — Мы пока обыщем лагерь. Эй, Даррака, остановись на минуту! Надо хотя бы раны обработать!

— Рокх! Как скажете, босс, — вздохнула она. — Давайте поближе к телам. Искры Дао тоже не стоит оставлять на съеденье диким духам.

От Харудо почти ничего не осталось, душа его отлетела мгновенно. От остальных головорезов мы еще могли получить бонусы в виде прокачки Дао и разных личных вещичек. Жаль, что большинство хранили деньги и разные ценные предметы в огненном измерении, но и без этого у них было чем поживиться: украшения, включая амулеты, паровые доспехи и обычная броня, разнообразное оружие. Личные предметы ценились слабо, но и их кузнецы покупали охотно, особенно если металл благородный.

— Тревога! — раздался далекий вскрик Сати. — Всадники Ыхолгана нагнали нас!

— Отрыжка хургла! — ругнулся я. — Собираемся, живо!

Мы с прибежавшей Сати принялись искать оседланных лошадей, а Даррака металась по лагерю, собирая ценности. Словно для нее это было важнее выживания.

— Быстрее! Садись на лошадь! — скомандовал я.

— Но босс… — печально откликнулась Чонджул, увешанная элементами доспехов и таща охапку клинкового и древкового оружия.

— Бросай тяжести, идиотка! Давай сюда мечи! Злодни, убери их на огненный план!

— Я резервы полностью потратил на атаку! Наглый человечишка, сначала дай огня!

— Лови, проглот!

К сожалению, у нас троих сил оставалось мало. Кое-как я запихнул наиболее дорогие на вид мечи в иное измерение, да пару целых шлемов. Даррака завязала большой баул и перебросила за спину. Но лошадка под таким весом жалобно заржала. Пришлось ей избавляться от тяжелых элементов доспехов.

До нас уже начали доноситься приближающиеся звуки ханского отряда: топот множества копыт, бряцанье доспехов и оружия. Медлить больше было нельзя. Мы повели лошадей прочь из лагеря. То, что они по следам сразу поймут, куда повернул дилижанс, мы не сомневались ни на секунду.

Мы понеслись сквозь степную ночь в сторону Ыффоргана. Лошади имели хорошее зрение, но скакать по степи при свете одного Орока было опасно. Если копыто провалится в яму, на этом наша песенка будет спета. Мы успели разминуться с прибывшими в разгромленный лагерь всадниками Ыхолгана. Лишь когда войско отправилось по нашему следу, я попросил Злодни слегка осветить путь впереди. Что позволило нам ускориться. Теперь смысла скрываться не оставалось.

Мы вырвались из степного бездорожья на тракт и двинулись вперед. Наездник из меня был такой себе. К счастью, лошадь сама держалась за скачущей впереди особью. От меня лишь требовалось держаться в седле и терпеть боль в поврежденной ноге во время рывков. Обернувшись, я насчитал около пятидесяти всадников, что направил за нами вслед хан Буграй. Солидная сила. Ыхолган был не таким уж крупным городом, чтобы содержать тысячи солдат, но и такого количества хватит, чтобы отомстить Ублюдку Ли. Адепт Тайгон наверняка был среди догоняющих — его в полутьме было высмотреть сложно. Войско Ыхолгана троих раненых и ослабевших Бойцов размажут и не заметят.

Под зельями Цунь лошади могли, как и люди, довольно долго нестись без устали, но похоже, что после целого дня скачки они были на последнем издыхании. Догнать наших свежих скакунов они не могли. С другой стороны, подгоняемые нами лошади, которых никакими зельями Цунь не поили, быстро теряли силы.

На наше счастье, примерно спустя час пути показались городские огни. Ыффарган также был окружен солидной крепостной стеной, на которой дежурили стражники. Наши лошади бежали из последних сил, изо рта их шла пена. Бешеная гонка выпила из них все соки. Благодаря их героическому подвигу нам удалось сохранить отставание от преследователей.

Вскоре мы прибыли к городским вратам, которые оказались наглухо закрыты. Стража, очевидно, заметила как нас, так и скачущее следом воинство. Впускать вражеских всадников в город никто не горел желанием.

Мы остановились рядом с привратной башней.

— Кто такие?! — рявкнули нам со стены.

— Сумасшедший Кочегар Ли с союзниками! Нас преследуют люди Буграя, которых мы разозлили. Впустите скорее!

— Чтоб Буграю пусто было! — сплюнул один из стражников.

Однако командир смены оказался типом подозрительным:

— Откуда нам знать, что вы не вражеские шпионы, которые хотят открыть путь в город? Бросайте все оружие в ров, и тогда мы позволим вам подняться!

— Даррака, бросай свой хлам в ров, — распорядился я. — Сати, свяжи наше личное оружие своим ивовым клинком и тоже брось в ров!

Остановившиеся лошади попадали на землю — им было худо. Всадники приближались, так что выбора у нас не оставалось. Проделав требуемые действия, мы обратились к стражам. Со стены нам спустили канат с завязанными узлами. Сати и Даррака быстро забрались наверх, после чего помогли втянуть меня. Со сломанной ногой ползать по канату было проблематично, усталость и другие раны давали о себе знать. В иной ситуации практику ступени Бойца должно было хватить сил забраться и на одних руках. Чонджул могла высоко прыгать при помощи огненного Шага, но предпочла следовать правилам и не нервировать стражей.

Только мы забрались наверх, как в камень воткнулись пышущие огнем стрелы. Ыффарганцы не остались безучастными и открыли огонь по подоспевшим всадникам Ыхолгана. Со стены полетели длинные дротики из паровых арбалетов и огненные стрелы из луков.

— Ублюдок Ли! — услышали мы крик Адепта Тайгона в ночи. — Хан Буграй не забудет никогда свершенные тобой злодеяния! Советник Харуй будет отмщен! Следи за спиной, Ли Кон из рода Чай!

— Проваливайте обратно в свой хлев, ыхолганские свиньи! — принялись над ними насмехаться стражники Ыффаргана.

К стене и воротам подоспело подкрепление из гвардейцев местного хана. Штурмовать целый укрепленный город таким малыми силами ыхолганцы не решились. Спустя некоторое время всадники ускакали и исчезли в ночной степи. Опасность миновала.

Другая опасность крылась уже в местной страже. Кто его знал, как они поведут себя при встрече со знаменитым Ублюдком Ли. Я специально остался на крепостной стене, готовясь в случае чего вытащить из мутных вод рва связку наших оружий. Расстояния хватало, чтобы я дотянулся до кочеранга по своей связи. Главное, чтобы силы было достаточно для поднятия тяжелого молота Дарраки.

К нам на стену поднялся целый Адепт — средних лет мужчина с козлиной бородкой, от которого веяло мощью и спокойствием. Практик обозначил поклон и представился:

— Командир гвардии сиятельного хана Ширахула — Чаалун Орхай. Кровные враги хана Буграя и Адепта Тайгона — наши дорогие друзья! Добро пожаловать в славный Ыффарган, путники!

Глава 22

Мы наконец смогли немного расслабиться. Даррака подставила мне свое плечо, и мы спустились со стены вниз. После чего достали из рва личное оружие и немногочисленные трофеи. Лошадей уже было не спасти. Мы продали их через стражников за несколько десятков серебра. В Степях конина пользовалась большим спросом. Все, что можно было съесть — съедалось.

— Замечательное ханьфу, — отметил Чаалун подсолнухи, осмотрев меня внимательнее при свете фонаря.

— Спасибо. Жаль в негодность пришло.

— Лучшие ткани в ателье Хамчука, рекомендую…

Мы обменялись парой дежурных фраз с Адептом Орхаем, после чего нас отпустили. Денек выдался богатым на различные события, так что на какие-либо подвиги мы более были не способны. Я прыгал на одной ноге, поддерживаемый Сати, пока Даррака тащила награбленное. Ночной слабоосвещенный Ыффарган казался подозрительным прохиндеем в глухом плаще и широкой шляпе, из-под полов которой на нас глядели вороватые глазки-щелочки. На узких улочках города встречались разного рода мутные личности, но нас трогать не спешили. Вероятно, высокая Даррака с ее огромным молотом отваживала любителей легкой наживы. Была все же польза от аракийки в отряде.

Вскоре мы добрались до постоялого двора, где сытно поели и остановились на ночь. В не слишком просторном номере имелось четыре отдельные кровати, что нас в целом устроило. Сати поменяла мне повязку на ноге, а также обработала прочие, мелкие раны, на которые мы ранее не обратили внимание. Было приятно оказаться в нежных руках любящей и любимой девушки.

— Это крах… — вздохнула Чонджул, осмотрев хабар.

— Но что-то ведь успели набрать?

— Несколько золотых сумеем выручить, но один дилижанс стоил на порядок дороже, рокх! — огорченно проговорила она.

— Месть требует жертв. Мы еще легко отделались.

— Битва была славной! Рокх! Я рада, что смогла отомстить за Пастыря и остальных ребят…

— Господин Кон, спасибо за предоставленную возможность, — поддержала Сати. — Погибшие братья и сестры по Ордену наверняка были бы довольны.

— Осталось разобраться с Серым Лисом и Орденом Заката, — протянул я.

— На Орден Заката зубы точите? — усмехнулась Даррака. — Выступать против них настоящее безумство… Поэтому я с вами! Сотрем закатников с лица Фанши, рокх!

— Тебе бы только дай помахать своим молотом… — зевнул я, развалившись на скрипучей кровати.

— Не буду отрицать: аракийцы живут ряди славных битв и гор сокровищ…

Даррака избавилась от верхней одежды, оставшись в одних набедренных трусах-повязках. Злодни слегка освещал номер, так что видимость в комнате оставалось достаточно хорошей. Против своей воли я скосил глаза, оценивая открывшуюся мне фигуру. Сложно сказать: успел ли я увидеть или мне всего лишь почудились соблазнительные очертания — Чонджул стояла ко мне полубоком. Сати среагировала мгновенно. Девушка схватила покрывало и растянула, скрыв от меня полуобнаженный силуэт союзницы.

— Ты что творишь, распутная дылда?! — возмутилась Бхоль.

— Чего? Жители низин обижены стеснением. Вам так не нравятся собственные тела, что вы боитесь их хотя бы слегка оголить. У меня на родине нравы не такие строгие…

— Стыд и срам! Прекрати оголяться при других! Предупреждай или проси выйти!

— Да все в порядке, — подал я голос. — Нечего делать из хургла слона…

— Молодой господин, ваше слово в данном вопросе не учитывается!

— А еще вассалом себя зовет… — буркнул я.

— Я блюду в том числе и вашу честь, господин Кон. Конечно, в ходе совместного путешествия многое случается… Но если благородный муж увидит нагую даму, то согласно традициям обязан взять ее в жены.

— Кха!

— Снова эти ваши традиции низин, — буркнула Даррака. — Ладно, так уж и быть: накину что-нибудь… Только у меня нет ничего с собой, а в верхней одежде я спать не хочу.

— Я решу данный вопрос, — произнесла Сати.

Бхоль покинула номер и вскоре вернулась с чем-то из простой ткани, напоминающее топ. Пришлось переделывать одежду под фигуру Дарраки, благо Сати умела ловко управляться с нитками и иголкой.

Тренировками Ши после перехода мы почти не занимались. Лишь удостоверились, что прежние, рекрутские образы, более не работают. Однако смутный увиденный полуобнаженный лик придал мне мотивации. Перед сном я попытался найти гармонию Ши, используя в качестве Якоря Дарраку. На секунду мне даже показалось, что головная боль отступила, но то было всего лишь видением засыпающего сознания. Как и предполагалось, так просто познать собственные чертоги разума не выйдет. Я уже понял, что дело не в образе конкретной девушки. Даррака, Сати, Жунь или Ния — все они по-своему привлекательны, все они вызывают некоторый отклик в моей душе. Но Ши не про поиск идеального партнера, а скорее про эволюцию собственных представлений о прекрасном. И партнер может быть любым в данном случае. Или почти любым.

Наутро нога еще немного ныла, но я уже мог на нее опираться. Вот что Бальзам животворящий делает. Почесывая плоский мускулистый живот, мимо меня проследовала из номера Даррака, виляя полуоткрытой филейной частью. Что сразу меня взбодрило, прогнав остатки сонливости.

— Господин, дыру глазами протрете, — произнесла наблюдавшая за мной Сати.

— Ревнуешь, никак?

— Нет, я… — Бхоль открыла было рот, но резко замолчала. Спустя несколько секунд она все же признала очевидное. — Наверное, вы правы. Я плохо разбираюсь в таких нюансах, но мне не нравится, когда вы слишком много внимания уделяете Дарраке. С Жунь Фа Лонг я чувствовала нечто похожее… Значит, это и есть ревность? Пагубное, темное чувство. Хотела бы я от него избавиться…

— Это возможно только в том случае, если твои чувства к избраннику угаснут, — хмыкнул я. — Либо если ты начнешь доверять ему больше, чем самой себе.

Бхоль посмотрела на меня внимательно:

— Второй вариант выглядит невыполнимым. Да и на первый я не могу сама никак повлиять. Поэтому господину Кону не стоит… заглядываться на других девушек…

— Какой эгоистичный у меня вассал. Сама дала обет, а теперь требует, чтобы и я его соблюдал. Чонджул, конечно, имеет своеобразную внешность и характер. Но не могу сказать, что она мне безразлична.

— Ах, вот как! — поджала она губы и отвернулась. — Совет вам, да любовь!

— Чего там про любовь? — позевывая, в номер вернулась Даррака.

— Да вот, обсуждаем наши идеалы в отношениях. Как ты себе представляешь идеального партнера?

— Ну и разговорчики у вас с утра пораньше, рокх! Партнер, значит? Конечно, это должен быть богатый, сильный и могучий воин! Не меньше Адепта, а лучше Мастера. Слава о нем должна греметь по всему Фанши.

Я уже было подумал, что почти подхожу под критерии, как девушка добавила:

— Он должен быть выше меня, крупнее и сильнее. Карликов низин я за мужчин не считаю. Конечно, это должен быть аракиец.

— Ах, вот как! — поджал я губы. — Совет вам, да любовь!

Даррака пожала плечами и принялась переодеваться. Сати снова бросилась с покрывалом, скрыв фигуру аракийки от моего взора. Карлики, значит? Ну, пусть ищет себе гигантов в пару, ее право.

Большую часть дня мы потратили на отдых: отъедались, отсыпались и восстанавливались после бурного на события дня. В районе полудня прошвырнулись по рынку и торговым лавкам. Восстановили припасы, а также продали собранные трофеи. Чонджул торговалась до последнего медяка, так что я доверил ей задачу сбыта добра. Удалось выручить около восьми золотых: неплохие деньги по меркам Бойца, хорошие — для Рекрута, отличные — Новичка и целое состояние для серва. Даррака поначалу подняла вопрос доли Сати с учетом того, что она вассал, а не полноценный участник отряда. Но затем признала ее право на полную долю, припомнив бой против Харудо.

Зелья ранга Рекрута на Бойцах действовали слабо. А препараты для Бойцов или рецепты стоили баснословных денег. За какое-нибудь зелье Дао просили несколько десятков золотых. Так что заработанного тяжким и опасным трудом хватит лишь на повседневные расходы. Даррака вздыхала, расстроенная тем фактом, что мы упустили солидную прибыль.

Поискали одежную лавку, чтобы обновить свой гардероб. Сначала зашли в ателье, которое нам посоветовал командир стражи, но там цены кусались слишком больно. Нашли менее престижное заведение. Я снова выбрал наряд для Сати — с узором из красных цветов, которые подходили под цвет ее глаз. На этот раз Бхоль не стала мне сильно мстить: ханьфу было однотонным, только ядовитого салатового оттенка. Считалось писком последней моды среди богатой молодежи Ыффардана.

Пришли первые известия по поводу случившегося в соседнем городе. Ыхолган стоял на ушах: бойня на стадионе, покушение на хана и убийство советника стали главными обсуждаемыми событиями. Ыффарган все время конфликтовал с соседями, так что новости местные жители встретили со злорадством и радостью. На улицах порой меня окликали, хвалили и благодарили.

— Ублюдок Ли, выпьем! — обратилась ко мне Даррака вечером. — Мы должны отпраздновать нашу победу над Кровавым Харудо!

— Святое дело, — согласился я. Сати поморщилась, но не стала спорить, понимая всю бесполезность своих доводов.

Мы обосновались в отдельном уютном зале постоялого двора, который к концу дня наполнился посетителями. Мы в Ыффаргане стали кем-то вроде знаменитостей, так что на нас пришло поглазеть немало народа. Чонджул потребляла закуску и недешевую крепкую выпивку в таких количествах, что даже бывалый кочегар потерял бы дар речи.

— Теперь понятно, куда она все заработанные деньги тратит… — пробормотал я, глядя, как аракийка осушает очередной кувшин с саке.

Степняки гнали алкоголь как из риса, из фруктов, так и из подобия пшеницы и похожих на виноград ягод. В отличие от Триумвирата здесь разнообразие напитков было шире. Молотобоец Даррака охотно рассказывала о наших приключениях, отвечала на вопросы слушателей.

— Эй, народ! — пришла мне в голову идея. — Как насчет поставить выпивку бравой аракийке? Мне кажется, она того заслуживает!

Собравшиеся согласно загудели. Не все, но некоторые согласились проставиться, чему Даррака была рада — так ей удалось сохранить часть заработанных денег.

— Рокх! И впрямь Ушлый Ли! По стопам Пастыря пошел! — похвалила она меня.

Расправа над Кровавым Харудо, известным в данных краях, а также устранение советника-клеветника хана Буграя стали главными темами для различных пересуд. На этот раз, судя по всему народ не стал давать нам очередное звучное прозвище. По-видимому, по меркам прославленного Сумасшедшего Ублюдка Ли, подвиги были мелковаты. Исключением стала Сати. Чонджул в красках живописала финальный поединок Бхоль и Харудо, за что девушка получила прозвище Кровавая. Словно это титул, переходящий по наследству. Также Даррака постоянно называла ее Падшей Облачницей, так что не удивлюсь, если и данное прозвище прилипнет.

Запоздало вспомнил про Кровопускатель — прошлый клинок Ли Кона горного уровня. Обыскивать лагерь уже не было никакого смысла, да и вполне вероятно, что Харудо держал предмет в ином измерении — унес его с собой в небытие. В любом случае для меня артефакт оставался совершенно чуждым.

Я не знал, есть ли в здешнем мире расы или народы с сопротивляемостью к алкоголю. Как знаменитые по книгам и фильмам гномы, к примеру. Поначалу Чонджул показалась мне именно такой: от выпитого ей алкоголя меня бы давно размазало, но Даррака не выказывала признаков серьезного опьянения. Была громче, говорливей и веселей чем обычно, но только и всего.

Как вдруг, на полуслове аракийка умолкла, застыла, а потом грохнулась лицом в стол, вырубившись наглухо. Растормошить ее уже не удалось. Сати подхватила молот, я закинул Дарраку на плечо и отнес в номер. Аракийка весила прилично — побольше меня самого, но нога в целом за сутки зажила, а сил на ступени Бойца хватало, чтобы и не такие грузы таскать.

Чонджул быстро отключилась, и также быстро пришла в себя на следующее утро. Без серьезных следов от похмелья. За что горцам оставалось только позавидовать.

После завтрака мы направились на ыффарганский стадион, на котором занимались местные практики. Вход также был платным. Поскольку мы перешли на новую ступень, следовало вернуться к тренировкам. Цунь-Ши-Дао само себя не постигнет. Сати лютовала, требуя взятия все новых и новых высот. С развитием нового этапа и нагрузки возросли. Легче не стало ни капельки.

Чтобы сохранился прогресс требовалось прикладывать больше усилий в Цунь. Дао, учитывая наш прошлый опыт, развивалось само собой — для него хватало искр уничтоженных монстров, демонов или людей. Что-то мне подсказывало, что без свежей порции частичек души мы не останемся. Для Ши требовалось найти новый образ.

Вечером мы с Сати засели за тренировку Ши. Даррака же решила не составлять нам компанию:

— У аракийцев всегда были сложности с Ши, рокх, — пояснила Чонджул. — Зато с Цунь никогда трудностей не возникало. Поэтому я коплю денег на зелье Ши. Да и Дао тоже нужно будет для перехода на следующую ступень.

— У нас скорее наоборот, — хмыкнул я. — Главное Якорь Ши отыскать… А ты вообще пробовала его найти?

— Хм, разве что очень давно: на ступени Личинки… — задумалась Даррака. — Но теперь это уже бесполезно.

— Почему?

— На каждой ступени круг поисков Якоря Ши все больше и больше сужается. Если ты не начнешь заниматься медитациями с первой ступени, дальше будет все сложней отыскать нужный настрой.

— И все-таки, попробуй позаниматься с нами.

— Не-е. Скукота, рокх!

— Раз ты признала во мне лидера, значит подтверждаешь право командования? Тогда вот тебе мой приказ: ищи свой Якорь Ши, невзирая на сложности.

Даррака почесала лоб:

— Вот уж никогда не думала, что Ублюдок Ли будет принуждать меня… к медитациям Ши… Босс, может лучше я дам вам грудь потрогать, как вы всегда мечтали?

— Кхе-х, заманчиво… — я почуял убийственную ауру рядом и решил не играть с огнем. — Но нечего увиливать от задания.

— Рокх! — аракийка уселась в позу лотоса рядом с нами под навесом. — Я бы с радостью бросилась крошить орды врагов: ханских выкормышей или нечистые орды Орока. А не вот это вот все…

— Прекрасно тебя понимаю. Но без труда не выловишь и хургла из пруда.

— Гя-уш! — подтвердил зверек, заслышав слово, которым к нему иногда обращались.

— И что надо делать? Я совсем позабыла все тонкости, рокх…

— Направь каплю духовного огня в голову и перебирай разные состояния разума, — пояснила Бхоль. — В каком-то конкретном случае ты почувствуешь, что боль значительно ослабнет.

— И… с чего мне начать?

— Якорь Ши — вещь сугубо индивидуальная, — продолжила Сати. — Обрати свой взор внутрь себя, попытайся понять свою суть. Найди то, что можно назвать ядром твоей личности.

— Нет, я тоже могу бросаться умными фразочками, рокх, — съязвила Чонджул. — Так и скажи, что не знаешь.

— Пф, дикарка! — фыркнула Сати.

— Попробуй сосредоточиться на том, что ты только что описала, — предложил я наобум. — Как ты молотишь выкормышей хана или нечистые орды Орока.

— Попробую, босс! — кивнула девушка.

Алеющее солнце неумолимо катилось за горизонт. Нестерпимая жара немного спадала. Мы провели некоторое время за тренировками Ши. Я не ждал скорого результата, помня, сколько времени мне понадобилось в прошлый раз для того, чтобы найти свой якорь.

— Получилось! — вдруг выдала Даррака.

— Что получилось? — откликнулась Бхоль.

— То самое: найти свой Якорь. Боль почти полностью ушла.

— Такого не может быть! — шокировано произнесла Бхоль.

— Аракийцы не лгут, рокх. Не знаю, смогу ли я описать словами свое состояние. Смесь боевого задора и удовлетворение, возможно? — задумалась Даррака. — В своем воображении я сшибала головы нечисти, и из них вместо крови сыпались золотые монетки.

— Запомни это чувство, повтори про себя как следует. Якорь Ши легко потерять, говорят… — посоветовал я.

— Ага… Бездна Орока, и почему я раньше не пробовала?! Ай да Ублюдок Ли! Кто бы мог подумать, что ваш совет поможет мне с культивацией! Спасибо большое, босс!

Меня сдавили в крепких дружеских объятьях:

— Можете трогать, мне не жалко!

— Да я и так своим лицом чувствую мягкость…

— Молодой господин!

— Кхм, да, — я отстранился. — Негоже предаваться греховной близости, коли нет искренних чувств.

— И то правда, — согласилась Чонджул. — И все-таки: я была уверена в том, что аракийцы слабы в Ши. Так все в моей деревне утверждали, рокх.

— Тебе могло просто повезти, сестра, — объяснила Сати. — Случайное попадание. Такое тоже бывает среди практиков. Тренировки Ши и есть случайные попытки найти единственно верный настрой. У кого-то выходит с первого дня, другие тратят годы.

— Мне повезло, когда я решила вступить в отряд Ублюдка Ли! — поведала она с толикой гордости. — Ты сильно изменился за прошедшие годы. Словно другой человек!

— Вроде того… — я замял неудобную тему.

Мы с Сати, подгоняемые завистью, с удвоенными силами взялись за тренировки, но повторить успех Дарраки в первый день не сумели. Да и на следующий день занятия Ши не принесли желаемого результата.

Во второй половине дня к нам на стадион заявился посланник со свитой от правителя. Разодетый вельможа с размалеванным белилами лицом оставлял удручающее впечатление. Походил на мима, взявшегося командовать взводом боевых клоунов в цирке.

— Ваше высочество, Ли Кон из рода Чай, — начал речь посланник, — Его сиятельное могущество хан Ширахул приглашает вас посетить завтрашний великий прием в честь годовщины смерти почтенного дедушки его сиятельства, бывшего хана Алгадола, что погиб при штурме Ыхолгана тридцать шесть лет назад. Сиятельство надеется обсудить с вами последние сплетни, а также обговорить некое важное дело.

— Знаете, у нас столько других дел навалилось, что совсем времени не остается на праздношатание, — проговорил я.

— Его сиятельство не потерпит отказа, — улыбнулся посланник уголками губ.

— В таком случае мы принимаем приглашение сиятельного хана, — скривился я. — Будем завтра на приеме.

Посланник откланялся и покинул стадион.

— Надо валить из города, — проговорил я скупо.

— Почему? — спросила Даррака. — Вы успели поссориться с ханом Ыффардана?

— Нет, но моя пятая точка чует неприятности. Этим степным паханам я не доверяю. Пошлет еще штурмовать Ыхолган, а за отказ в темницу бросит. И придется нам снова прорываться с боем из города. Лучше держаться от городских глав подальше.

— Тогда куда подадимся? На восток за головами Серого Лиса?

— Они наша следующая цель, — кивнул я. — Хватит ли у нас денег на скакунов? Караван поищем или на своих двоих пойдем?

— Из Ыффардана отходит дилижанс-экспресс через Степи, — поведала Чонджул, ранее бывавшая в этих краях не раз. — Самый быстрый способ добраться до восточных границ. Вот только без денег не возьмут…

В каретном дворе, играющем роль вокзала, мы уточнили расписание. Пассажирский дилижанс отправлялся из города в столицу единственного степного королевства примерно раз в одну-две декады. Нам повезло: следующий рейс отходил на следующий день, приблизительно в то же время, что и начинался высокий прием. Сервам билет стоил аж полтора золотых с носа, практикам дешевле — в зависимости от ступеней и при условии, что он будет делиться духовной энергией для зарядки котла. Так что мы неплохо сэкономили на билетах. Не так уж и дорого получилось, но для Дарраки любое расставание с деньгами было трауром, если дело не касалось еды или выпивки.

Теперь наш путь лежал в королевство Ашитору, расположившееся на востоке Вольных Степей.

Глава 23

— Рокх, уже уезжаем! Я думала, хотя бы тут немного пограбим… Но боссу виднее, — вздыхала Даррака следующим утром, пока мы шли к каретному двору.

Вскоре должны были начаться празднества в честь годовщины смерти какого-то воинственного предка нынешнего хана. Интуиция мне подсказывала, что надо уезжать из города как можно скорее.

Возле местного вокзала уже стоял пассажирский дилижанс. Мне он издали напомнил угловатый небольшой автобус темно-коричневого цвета. Когда мы подошли ближе, стало понятно, что машина обита панелями из твердой древесины. За панелями находились железные листы. Походило на примитивную композитную броню. По всей видимости, путешествия по Вольным Степям — занятие не самое безопасное. На крыше дилижанса в сложенном состоянии лежали дополнительные щиты, а в задней части торчала мощная паровая баллиста, походившая на те, что ставили на крепостных стенах. Судя по всему, крыша предназначалась для стрелков.

Дилижанс имел шесть колес с укрепленными колпаками, два запасных пустых колеса висели по бокам машины. Окна можно было закрыть аналогичными деревянно-металлическими щитами.

Мы встали в сторонке, ожидая отправления. Пассажиры потихоньку подтягивались, чемоданы и груз складывались в задней части кабины дилижанса. Я почувствовал себя чуть ближе к цивилизации, чем в первые декады после появления на Фанши. Удивительно, как подобная продвинутая техника сочетается с феодальными городами, воюющими друг с другом. Впрочем, склоки ханов не сильно мешали торговле. Только во время боевых действий торговая жизнь ненадолго замирала.

Среди пассажиров попадались как практики, так и Пустые. Но бедняков по понятным причинам не было. Какие-то вельможи, купцы, зажиточные граждане, странствующие практики и военные. Одна дама в пышной юкате и изысканной шляпке даже ехала вместе с парой слуг.

Из здания вокзала появился средних лет мужчина в сопровождении юной девушки, несущей ящик с какими-то инструментами. Одеты оба были в практичные однотонные одежды, имели широкие пояса со множеством креплений и подсумков.

— Дамы и господа, капитан Айхен, к вашим услугам, — обозначил поклон мужчина. — Я командир дилижанса под названием Степной беглец, а это моя помощница — Нини, прошу любить и жаловать. Кто потянет к ней свои загребущие лапы, сразу будет выброшен из дилижанса.

— Ну пап! — протестующе воскликнула девчушка.

— Командир Айхен, — взяла слово богачка в шляпке, наморщив носик. — Почему нас не предупредили, что с нами поедет Ублюдок Ли?!

Пассажиры вместе с персоналом дилижанса синхронно повернули головы в мою сторону. Я почувствовал себя слегка неуютно. Даже на автобусе местном прокатиться спокойно не дают.

— Ха, сам только что узнал! — ухмыльнулся Айхен. — Брат Ли, конечно, известная личность, спору нет. Но его боевые навыки могут нам пригодиться в поездке.

— Но кто может гарантировать сохранность пассажиров от самого Ублюдка Ли?! Я опасаюсь за свою честь и свои сбережения! — продолжила возникать дамочка.

— Я, как ученица Ордена Семи Облаков, могу поручиться за господина Кона, — приподняла свой медальон Сати.

— Слышали мы про его “подвиги” в Ордене, — фыркнула женщина. — Никакой веры быть не может тем, кто шастает вместе с Ублюдком Ли!

— Верно-верно! — поддакнули другие пассажиры.

— Хватит склок! — резко произнес Айхен. — Брат Ли имеет такое же право воспользоваться услугами дилижанс-экспресса…

— Пусть старший брат Ли даст клятву Дао, — предложила Нини. — Вас такой вариант устроит?

Женщина поморщилась недовольно, но все-таки согласилась:

— Устроит…

— Клянусь своим Дао, что у нас нет никаких дурных планов в отношении пассажиров или дилижанса, — проговорил я осторожно.

— Вот рокх… — протянула Даррака разочарованно, отчего некоторые пассажиры попятились.

До этого она бросала на пассажиров оценивающие взгляды. Да уж, бандитская жизнь сделала из аракийки… бандитку. Закономерный итог. Можно ли из разбойницы вылепить добросердечного пламетворца? Если так подумать, то Сати побывала почти что членом ыхолганских псов, а ведь раньше сама мысль о сотрудничестве с преступниками претила ее натуре. Возможен ли обратный процесс? Сложно сказать. По крайней мере, пока она слушается моих приказов, можно закрыть глаза на хищное поведение.

Айхен быстро показал пассажирам дилижанс, поведал о расписании и правилах. Практики обязаны были делиться духовной энергией, а также помогать в защите от нападений. Владелец дилижанса с дочкой являлись отличными стрелками. Нини заведовала стойкой с луками и стрелами. Она провела практикам небольшую лекцию. У нескольких человек, в том числе и Сати, был опыт стрельбы из лука. Остальные практики во время нападения должны были просто наполнять духовной энергией наконечники стрел. Либо отбиваться от тех, кто смог пробраться в дилижанс. Я хоть и не умел стрелять из лука, являлся также сильным бойцом дальнего боя. Радиус атаки у меня был ограничен сильнее, правда, в сравнении с луками или арбалетом.

— Почему бы не приобрести партию ручных паровых арбалетов? — поинтересовался один Рекрут. — Из них могут стрелять даже полные неумехи.

— Дороговизна! — поднял вверх палец командир Айхен. — Нет, не в том смысле, о котором вы подумали. При желании мы могли бы закупить десяток таких арбалетов. Но дело в том, что главная защита дилижанса в степях — это сомнительность выгоды от нападения. Мы способны нанести большой урон нападающим, а они от разграбления не получат солидных сокровищ. Так что мы делаем вид, что бедные и колючие. Тем самым отбивая желание у потенциальных грабителей. Иначе в Степях не выжить.

Сати и еще несколько человек опробовали луки. Даррака даже притрагиваться к данному виду оружия не стала. Луки, к слову, были относительно небольшого размера и композитными: состояли из разных материалов, хорошо подогнанных друг к другу. В дилижансе имелось шесть луков, запас тетивы и куча стрел. Наконечники, правда, были дешевыми — бронзовыми, что не позволяло вместить внутрь большое количество духовного огня.

[Даррака Чонджул]

Пока коротышки игрались в свои метательные погремушки, Даррака прошлась рядом с каретным двором. С раннего утра лавочники нахваливали свои примитивные товары. Чонджул решила поискать, чего бы такого перекусить.

Отправляясь на поиски Ублюдка Ли, Даррака не ждала чего-то особенного. Знатную попойку, поминание старых друзей, проклинание заклятых недругов. Ей никогда не нравился наглый, хамский и ублюдочный характер Ублюдка Ли. Однако все пошло совершенно иначе: никаких знатных попоек с поминанием знакомых не было. По той причине, что Ли Кон все позабыл.

Идея попроситься к нему в отряд пришла спонтанно, но Чонджул ни на секунду о ней не пожалела. Разборки в Ыхолгане, безумная погоня и изничтожение проклятого Кровавого Харудо — все это заставляло ее кровь вскипать. Пастырь был бы доволен тем, что они смогли отомстить за него. Жаль только пограбить им нормально так и не удалось. Но хотя бы за еду работать не приходится, что случалось с ней в последнее время нередко.

Ублюдок Ли изменился в лучшую сторону. Строго говоря, в худшую ему уже некуда было меняться. Даррака почувствовала нечто вроде симпатии к вожаку их отряда, даром что он всего лишь коротышка с низин.

— Сорок меди?! Побойтесь Гатхи! За тридцать пять давайте!

— Я и так десяток сбросил ради прекрасной аракийки! Дальше только в убыток уйду! — возразил торговец.

— Ладно, заверните, — махнула рукой Даррака, устав бороться с манящим запахом.

Получив выпечку, девушка направилась в дилижанс. Жизнь в такие моменты казалось ей прекрасной. У нее появился босс, один из известнейших бандитов в округе. Вперед их ждали новые испытания, сражения и приключения. Ну а булочки оказались на диво вкусными. Что еще надо для счастья?

[Ли Кон]

Поздним утром, после проведенного инструктажа, мы устроились в дилижансе. Из двух дюжин сидений пассажиры заняли восемнадцать. Плюс груз сзади, включая некоторые запчасти и текущую почту. Между кабиной водителя и салоном имелась дверца, в отличие от прошлых транспортных средств. С другой стороны находилась лестница с люком, которые вели на крышу. Несколько практиков пожертвовали своим духовным огнем для разогрева котла. Издав протяжный звук из парового гудка, массивный дилижанс начал медленно набирать ход. Эдакий степной паровоз, неповоротливый и слабо отзывчивый к элементам управления.

Я все еще чувствовал нервозность, ожидая, что к дилижансу подъедет конный отряд хана Ширахула и какой-нибудь Адепт заявит: “А вас, Ублюдок Ли, я попрошу остаться!”. Однако на этот раз Гатхи нам благоволил: дилижанс спокойно проехал несколько улиц и, после краткого осмотра груза, покинул ыффарганский оазис через крепостные врата. Паромобиль выехал в открытую степь, и я облегченно откинулся на спинку сидения.

Через приоткрытое бронированное окошко дул приятный ветерок. Сати меланхолично глядела на проплывающие мимо нас пейзажи. Даррака сзади с аппетитом и хрустом уплетала купленные перед отправкой боорцоги — румяную выпечку, похожую на пончики. От Кровавого Харудо нам удалось избавиться, застав врасплох. На очереди в отмщении стоял Ордена Заката, унесший проклятый Коготь Орока, а также Серые Лисы, один из которых использовал юниора Минга для сбора информации, а затем и хладнокровно прирезал мальчишку. Впереди лежала дорога через Вольные Степи. Нас ждали неизведанные места, новые встречи и новые свершения на пути пламетворца. Пути, длиною в жизнь.

Конец 4 тома

Глава 24

Имя: Ли Кон Чай

Прозвище: Сумасшедший Кочегар/Ублюдок Ли, Кровавый Должник, Тухлый Мясник, Крушитель Черепов, Предатель Пекла, Пиратский Разлучник, Стальной Отступник, Змеиная Наживка, Наездник Демонической Виверны, Истребитель племени Тургол и Степных Крыс

Раса: Человек

Возраст: 21

Ступень: Боец

Положение: изгнанник правящего рода Чайфу

Дух-хранитель: Злоднегрисс, белая каста

Особые навыки: духовный щит, греющая аура, духовная суть, барьерная аура, духовный разрез

Цунь: 53%

Ши: 3%

Дао: 34%

Кочеранг Парящей Оплеухи

Уровень: Горный. Тип: личный предмет. Владелец: Ли Кон Чай

Особенность: увеличение скорости атаки на 66%

Особенность: возврат к владельцу, радиус действия до 73 шагов

Клешня Хваткого Поглощения

Уровень: Горный. Тип: личный предмет. Владелец: Ли Кон Чай

Особенность: увеличение силы хвата на 49%

Особенность: поглощение до 32 % активной внешней духовной энергии

Котелок Родникового Очищения

Уровень: Горный. Тип: общий предмет

Особенность: очищает воду от примесей

Особенность: увеличение шансов успеха при варке на 35%

Имя: Сати Бхоль

Прозвище: Трусливая/Кровавая Сати, Предатель Пекла, Истребитель племени Тургол и Степных Крыс, Падшая Облачница

Раса: Человек

Возраст: 19

Ступень: Боец

Положение: ученица-практик Ордена Семи Облаков

Дух-хранитель: Келстигнусс, красная каста

Особые навыки: барьерная аура, духовный разрез, греющая аура, бытовое обезвоживание, духовная суть

Клинок Ивовых Искр

Уровень: Горный. Тип: личный предмет. Владелец: Сати Бхоль

Особенность: призыв скальных искр высотой 1,9 шага

Особенность: гибкость, растягивается до 1,7 раз

Ученический Доспех Ордена Семи Облаков

Уровень: Земной. Тип: личный предмет. Владелец: Сати Бхоль

Особенность: усиление броневой защиты на 30%

Имя: Чебуль

Прозвище: Проглот, Резервный Паек

Раса: Хургл

Возраст: 1

Ступень: Рекрут

Положение: питомец

Дух-хранитель: нет

Особые навыки: бездонный желудок

Имя: Даррака Чонджул

Прозвище: Молотобоец Даррака

Раса: Человек

Возраст: 24

Ступень: Боец

Положение: странствующая наемница

Дух-хранитель: нет

Особые навыки: барьерная аура, духовный разлом, греющая аура, духовная суть, огненный шаг, кипящая кровь

Молот Громовой Поступи

Уровень: Облачный. Тип: личный предмет. Владелец: Даррака Чонджул

Особенность: легкость для владельца — снижение веса в 1,7 раз

Особенность: громовой удар

Особенность: реактивность — вмещает до 3,3 терций ци

Content

Павел Матисов
Путь Кочегара IV

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24