Няня для Лорда, или Здравствуйте, я ваша новая проблема!

Кристина Корр

Глава 1

— Итак, тесса…

— Антия Брея, мой господин.

У нее чуть язык не сломался на последнем слове — таким непривычным и чужеродным было обращение. Она никогда им не пользовалась. Не зналась с высокородными, особенно такими.

Придется привыкать.

Мужчина сверился с бумагами на столе и снова окинул сидящую перед ним девушку пристальным, совершенно беззастенчивым взглядом. Его лицо абсолютно ничего не выражало. Высеченная из камня скульптура испытывала бы больше чувств, чем этот человек! Тонкие, поджатые губы придавали мужчине совсем уж угрюмый вид, как и черные брови вразлет.

Антия сжала зубы с такой силой, что приготовилась услышать оглушительный хруст, и едва не закатила глаза.

Опомнилась вовремя, разжала челюсти.

Нервно погладила складки юбки дрожащими пальцами — что, конечно же, не укрылось от всепроникающего взгляда мужчины.

Он усмехнулся достаточно широко, чтобы показать кончики острых клыков. Крупнее, чем у человека. И куда опаснее.

Ощутил свое превосходство и ее смятение.

Тонкий, писклявый голосок в голове Антии подсказал, что нужно немного потерпеть — и очень скоро все закончится.

Она — прекрасный лекарь, за плечами девушки десятки спасенных жизней, и ей совершенно точно жизненно необходима эта работа.

Никто другой бы не подошел на эту роль лучше!

К тому же Антия безгранично любила детей.

Так что стоило примириться с некоторыми… особенностями ее будущего господина.

Этот странный мужчина — клубок причуд, и не следует дергать за нитку, если не готов размотать его до конца.

Антия была не готова.

И уже дважды представилась, а лорд Кирам Волен — да взорвется под ним это проклятое дорогущее кресло — все делал вид, что имя гостьи — досадная мелочь, не стоящая внимания. Даже не пытался его запомнить, каждый раз, будто нарочно, спотыкаясь при обращении.

Его имя можно было перекатывать на языке и не почувствовать ничего, кроме кислой горечи перезревшего лимона.

Кирам Волен. Лорд Тершанти.

Маг, верный слуга своего короля, оборотень…

И вот о последнем Антия совершенно ничего не знала, кроме самых общих мелочей да слухов.

И кроме зубов, конечно, мало что могла сказать о явных отличиях оборотней от людей.

Лорд Тершанти железной рукой правил этими землями, еще когда мать Антии была совсем девчонкой, и, казалось, не постарел ни на день.

Его черные волосы не знали седины, в серых глазах читались пытливость, острый ум и насмешливое пренебрежение.

И с этим самым пренебрежением он сейчас рассматривал ее бумаги.

— Вы очень юны, как для опытного лекаря, тесса Антия. Если, конечно, все эти бумажки не врут.

Мужчина взмахнул перед самым ее носом стопкой рекомендаций и, подбросив их в воздух, разжал пальцы, позволив листкам разлететься во все стороны.

Девушка с силой сжала ткань юбки, не смея двинуться с места.

— Это, — Кирам невозмутимо откинулся на спинку кресла и наблюдал, как бумаги падают на пол. Одна из рекомендаций даже угодила в камин, где сразу же вспыхнула, превратившись в кучку пепла, — всего лишь чужие слова. Я не опираюсь на рекомендации — они хороши только задницу подтирать.

Заметив, как Антия покраснела, мужчина криво усмехнулся.

— Предпочитаю все проверять лично, — он подался вперед и, уперевшись локтями в гладкую столешницу, опустил подбородок на сцепленные пальцы. — И у меня будет очень простой вопрос для вас… тесса Антия.

То, как он произнес ее имя, заставило девушку покрыться холодным потом.

Серые глаза сверкнули.

— Чай или кофе?

Девушка на минуту потеряла дар речи.

— Что?..

Кирам недовольно нахмурился. Он ждал быстрого и четкого ответа.

— Чай или кофе, тесса! Не такой уж и сложный вопрос.

— Чай… пожалуйста, — с трудом выдавила девушка.

Мужчина склонился над столом и нажал какую-то кнопку.

— Валвер, зайди ко мне.

Ответа он дожидаться не стал — просто отжал кнопку и, встав на ноги, прошагал к камину.

Пожалуй, он слишком высок, как для обычного человека. Или Антии это просто казалось? Сидя в кресле напротив широкоплечего высоченного лорда, любой бы почувствовал себя крохотным…

В дверь постучали всего через минуту, и в кабинет вкатилась изящная тележка с двумя чайниками, парой чашек, молочником и сахарницей.

Кативший всю эту красоту мужчина не уступал Кираму ни ростом, ни сложением, но типичный темно-синий жилет и белоснежные перчатки с отличительным знаком лорда выдавали в нем прислугу.

Антия чуть не подавилась, поймав взгляд медовых, почти желтых глаз.

Мужчина позволил себе слабую улыбку и кивок, подкатил тележку к столу и так же стремительно удалился — только дверной замок за ним щелкнул, и кабинет снова погрузился в тишину.

— Значит, чай.

Кирам подошел к тележке и быстрыми, отточенными движениями подхватил чайник, наполнил изящную чашку. В воздухе повис аромат мяты, меда и древесной коры, от которого рот моментально наполнился слюной.

Аккуратно поставив чашку перед Антией, Кирам подхватил второй чайник и налил себе черный, как ночь, кофе. Ни молоко, ни сахар он не использовал.

Вернувшись за стол, мужчина поставил чашку перед собой, и стоило ему только поднять голову, как Антия сразу же попала в капкан его взгляда.

Девушке показалось, что на самом донышке черных зрачков плещется живое пламя. Опасное, непредсказуемое и чужеродное, как и вся суть этого мужчины.

И стоило ему заговорить, как пламя это вспыхнуло еще ярче.

— Итак, тесса Антия, — низкая вибрация голоса прошила девушку до самых костей. — На что вы готовы, чтобы получить эту работу?

* * *

Из поместья Антия вышла оглушенной и разбитой. И одновременно — как никогда решительной. Она потерла предплечье, скрытое рукавом платья, и поблагодарила Ивару-хранительницу, что помогла сбежать из родного дома. Даже вспоминать не хотелось, какой грязью обернулся ее последний разговор с тетей.

И какое облегчение разливалось в груди, когда пришло осознание: ей не обязательно туда возвращаться. У нее есть убежище. Временное, совсем крохотное, но ее личное.

Перед глазами всплыло лицо тетки, искаженное такой лютой яростью, что Антии стало дурно.

Она позвала ее в свой кабинет.

Когда-то это был кабинет ее мужа, но теперь, когда дядя Гектор отправился в последний путь на Огненный Холм, тетка все прибрала к рукам.

Антия же потеряла последнего защитника, способного заслонить ее от ненависти этой прогнившей насквозь женщины.

—  Почему так долго? — ее голос звучал как змеиное шипение, заползал в уши холодной водой, и сердце пропускало удары, стоило только Антии переступить порог. — Я же предупреждала, что господин Вальдер сегодня ужинает у нас! Тебе стоило бы проявить больше уважения.

Гемма де Вилар была высокой женщиной. Строгое серое платье обтягивало худощавую фигуру, длинные рукава прятали руки, а высокий простой воротник– горло.

Темные блестящие волосы, уложенные в высокую прическу, по мнению Антии были единственным украшением Геммы. Прямой нос выглядел слишком крупным для сухого угловатого лица, глаза напоминали выцветшие на жаре фиалки, а тонкие губы не умели улыбаться.

Только презрительно кривиться.

—  Я– лекарь, и у меня есть обязанности, — тихо проговорила девушка, комкая в руках крохотный кружевной платок. Ноги подгибались от усталости, но она знала: Гемма не даст ей сесть. — Вы сами нашли для меня эту работу. Вы хотели, чтобы я… приносила пользу.

Тетка холодно улыбнулась. Ее губы растянулись так, что обнажили ровные белые зубы и бледно-розовые десны. Антия в подробностях представила, как там, за зубами, извивается раздвоенный змеиный язык.

Тонкие руки, обтянутые белыми полуперчатками, взметнулись в замахе– и девушка хотела отступить, но удержалась. Ее спина оставалась совершенно прямой, а подбородок дернулся вверх, в молчаливом и упрямом протесте.

Она ждала удара.

За что угодно. Тетке не нужен был повод, чтобы наказать ее.

—  Я же предупреждала, Антия, — обманчиво мягкий голос не мог обмануть девушку. Крепкие длинные пальцы вцепились в ее затылок и с силой сжали, вынуждая запрокинуть голову. — Ты выполняешь все, что я говорю, или…  — Гемма выразительно щелкнула пальцами прямо перед ее лицом, — я найду на тебя управу. Видит Ивара, я слишком долго терпела твои выкрутасы, маленькая неблагодарная дрянь!

Звук пощечины разлетелся по комнате, как щелчок хлыста. Красное пятно отчетливо проступило на бледной коже Антии, но девушка не дрогнула. Только сцепила зубы покрепче и не отвела взгляд.

И это тетке очень не понравилось.

Оттолкнув девушку, она достала платок, брезгливо вытерла ладони– точно прикасалась не к живому человеку, а к комку грязи. Это было особенно смешно, учитывая, что голыми руками Гемма и так меня не коснулась.

—  Сегодня господин Вальдер попросит твоей руки, — отчеканила она. — И только посмей выкинуть какую-нибудь глупость! Ты мне и так слишком дорого обходишься.

—  Вы не посмеете!  — ошарашенно выдохнула Антия. — Я не племенная кобыла, чтобы продавать меня кому вздумается!

Недобрый смех тетки ледяными когтями сдавил сердце девушки.

—  Ах нет, милая! Ты именно кобыла, и я тебя продам, — она указала на дверь. — Иди в свою комнату и переоденься. И не думай сбежать или сопротивляться. Будь уверена: я на весь город тебя ославлю. Никто не даст приют лживой потаскухе с испорченной репутацией. И молись, чтобы я испортила только твою репутацию.

Свет свечей отражался в глазах Геммы, а в руке сверкнул тонкий кинжал. Антия вздрогнула, когда тетка поднесла лезвие к лицу и провела по нему языком, все еще улыбаясь.

На клинке сверкнула кровь.

—  Я умею портить не только репутацию, детка. Так что лучше не зли меня или смерть будет тебе в радость.

Антия зажмурилась всего на секунду и едва не растянулась прямо на тротуаре, зацепившись ногой за бордюр.

Она никогда не вернется!

Ничто больше не держало ее в этом доме. Раньше она не хотела оставлять дядю, но теперь его душа обрела покой в ином мире. И становиться женой какого-то господина ради выгоды тетки — не бывать этому! Антия не для того училась на целителя, чтобы превратиться в товар, бесправный и бессловесный.

На мгновение девушке показалось, что Гемма может добраться и до особняка лорда Кирама. Внутри все похолодело от одной только мысли о подобном позоре! Тетка всегда знала, что наговорить. Что делать, если она узнает, куда Антия пошла? Что, если….

Девушка упрямо тряхнула головой, отгоняя страхи.

Она получит эту работу — чего бы это ни стоило! Тем более она уже сказала, что готова абсолютно на все, ради места няни. И Антия сделает все, что потребует от нее лорд. Сальто назад будет крутить, одновременно жонглируя чашками, если прикажут.

Остановившись у совершенно неприметного дома, Антия постучала три раза, выждала пару секунду и ударила по дереву еще два раза.

Над головой громыхнуло, и девушка поплотнее закуталась в шерстяную накидку.

Только дождя ей сегодня не хватало!

Дверь открылась не сразу. На пороге застыла невысокая сухощавая старушка в застиранном, старом переднике. Прищурившись, она окинула Антию взглядом с ног до головы и широко улыбнулась.

— Вернулась! Проходи, дорогая, у меня уже все готово.

— Матушка Мириам, я же просила вас не напрягаться, — девушка пыталась придать голосу строгость, но, глядя на то, как ее спасительница хлопочет у очага, не могла сдержать вздоха облегчения.

Лекари не всесильны. И она совсем не была уверена, что сможет поставить Мириам на ноги.

И какой же радостью было понять, что в этот раз ее лекарское чутье ошиблось.

— Садись-садись, — Мириам ставила тарелки на стол, и взгляд у нее был хитрый и любопытный. — Рассказывай, как встреча с господином прошла.

Антия кисло улыбнулась.

— Феерически, матушка. Лучше и быть не могло.

Глава 2

— Вы уверены, что это необходимо?

Кирам оторвался от разложенных перед ним бумаг, потянулся и откинулся на спинку высокого мягкого кресла. Ветки деревьев над головой зашелестели, и на щеку упал крохотный красный лепесток.

Соскользнув вниз, он приземлился прямо в чашку со свежим чаем, а Кирам тяжело вздохнул и прикрыл глаза.

Он не любил работать в саду, но Валвер настаивал.

Все время ворчал, что свежий воздух полезен и цветы в эту пору года особенно роскошны, а «юной госпоже» очень понравится, если папа погуляет с ней по узким садовым тропинкам и поиграет в прятки.

Брин обожала прятки, а Валвер во всем ей потакал.

Два предателя.

Кирам пристально наблюдал за каждым движением дворецкого и не мог избавиться от странного чувства двойственности.

Кто бы мог подумать, что чистокровный демон, запертый в этой телесной оболочке, окажется ценителем долбаных ромашек?

Но Кирам предпочитал подчиняться и не спорить. Он любил радовать Брин.

Она только и делала, что вскакивала утром и, никого не слушая, в ночной сорочке выбегала на улицу. Валвер пытался запирать ее в комнате, но тщетно. Неизвестно, откуда дочка нахваталась этого всего, но она с легкостью прожженого воришки умела вскрывать замки.

Даром, что всего восемь лет!

Кирам не смог сдержать слабой улыбки. Как и чувство обреченной тоски, что медленно растекалось в груди.

С ней не случится ничего плохого! Он этого не допустит. Именно потому он так упорно искал человека, способного не только присмотреть за Брин, но и учить ее.

Человека с даром. Чародея.

— Мой господин?

Вздрогнув, Кирам бросил на Валвера недовольный взгляд.

— Что? Ах, ты о девчонке беспокоишься…

Демон пожал плечами и отставил в сторону чашку, куда угодил несчастный лепесток, и сразу же заменил ее на новую.

— Я не почувствовал в госпоже Брее ничего плохого, — с нажимом произнес Валвер. Его темно-медовый взгляд был совершенно нечитаем, и это Кирама раздражало. Демон мог превратиться в идеальную каменную глыбу, когда дело касалось эмоций. А нюх оборотня всегда больше всего полагался на эмоции противника, а не на его «вид». Невозмутимость можно было сыграть — Валвер отличный актер. — Ее сила соответствует тому, что вы ожидали.

— Одних ожиданий мне недостаточно, ты же понимаешь, — раздраженно возразил Кирам. — Посмотри на нее, — он кивком указал на Брин.

Дочка развлекалась тем, что отчаянно пыталась забраться на самую низкую из веток колоссального дерева, растущего точно в центре сада. Она часто так делала, а потом смеялась над всеми, кто пытался найти ее, прячась среди бархатной зеленой кроны.

— Ее силы будут расти, — тихий голос Кирама разбился о резкий порыв ветра, заглушив слова. Девочка ничего бы не услышала. — И я должен знать, что ее будущий наставник сможет удержать их в узде. Я слишком хорошо помню, чем может закончиться жизнь мага, если просто пустить ее на самотек.

— Но не кажется ли вам, что проверка — слишком жестока? Госпожа Брея…

— Ты меня удивляешь, Валвер.

Кирам сцепил пальцы под подбородком и рассматривал демона из-под полуопущенных ресниц. Снова никакой реакции, кроме вежливого удивления.

— Я не понимаю.

— Ты столь просто относишься к судьбе Брин, а ведь именно тебя это должно заботить так же сильно, как и меня.

Уголок его губ дернулся вверх, а в глазах появился отблеск внутреннего огня. Обычно Валвер не давал ему вырваться на поверхность, но только не сейчас.

— Я потому и не беспокоюсь. Потому что уверен в способностях госпожи Бреи. Это вам нужны доказательства, — демон прищурился, и его улыбка стала немного шире и хитрее. — Признайтесь, дело ведь не только в проверке ее силы.

— Не понимаю, о чем ты, — фыркнул Кирам.

— Как скажете, господин.

На мгновение повисло угрюмое молчание, но Кирам был ему рад. Демон пытался заглянуть слишком глубоко, и он этого не любил. И никому не позволял копаться в своей душе и мыслях, даже доверенному лицу.

Слишком дорого ему это обошлось в прошлом.

— Валве-е-р!

На крик Брин они повернулись синхронно, но демон, конечно, оказался куда быстрее. Он не шел по земле — летел, едва касаясь ногами травы. Его движения отточенные и плавные, и стоило только Валверу подставить руки, как Брин с визгом и смехом упала вниз, прямо в объятия дворецкого.

Она болтала ногами в воздухе, цепляясь за шею мужчины, и хохотала во все горло, будто ничего веселее в жизни не делала.

Положив голову демону на плечо, она подняла руку и помахала Кираму.

— Папа, ты видел?!

— Видел, дорогая, но о чем мы с тобой говорили вчера?

Улыбка сползла с лица дочери.

— Не лазать по деревьям.

— И о чем еще?

Брин упрямо шмыгнула носом и совершенно умилительно надула губы.

— Не прыгать с них… — тряхнув головой, она нахмурилась и выглядела как растрепанный воробей, готовый броситься в бой. — Валвер все равно меня поймает! Правда, Валвер?

— Конечно, поймаю, — демон улыбнулся и понес Брин к столу. — Разве может быть иначе?

Девочка расслабилась в его руках и сладко зевнула. В последнее время она быстро уставала, и это был дурной знак. Сила в ней разгоралась все ярче, и пришла пора учиться выпускать ее наружу, не сжигая при этом собственное тело и душу.

— Думаю, Брин пора возвращаться в комнату.

Валвер кивнул и, на секунду сцепившись взглядами с Кирамом, неслышно ушел, оставив лорда один на один со своими мыслями.

Возможно, он прав. Возможно, Антия и правда сможет справиться.

Но Кирам должен знать наверняка.

Он просто обязан это проверить.

* * *

Антия не знала, чего ждать.

Лорд оказался полнейшей загадкой, и как она ни пыталась проникнуть в его мысли, угадать по жестам и выражению лица, о чем же все-таки думает этот странный мужчина, — все было тщетно. И это бесконечно раздражало и нервировало.

Девушка вышагивала взад-вперед по комнате и то и дело бросала короткие взгляды на платяной шкаф. Матушка разрешила пользоваться всем, что Антия в нем найдет, и посмотреть было на что.

— Я в молодости была той еще кокеткой, — с улыбкой говорила Мириам, разливая по чашкам ароматный чай.

О да. Сомневаться не приходилось. Хотя многие платья немного устарели, но не все ли равно? Антия устраивалась нянькой.

Нянь-кой! И точка. Производить первое впечатление она должна была на дочь лорда, а не на самоуверенного Кирама Волена.

Девушка так уверенно кивнула, что едва не ударилась головой о распахнутую дверцу шкафа. С досадой оттолкнув тяжелую створку, Антия плюхнулась на кровать и на несколько секунд застыла, собираясь с мыслями.

«Мне очень нужна эта работа, — прижав ладонь к груди, чтобы угомонить колотящееся сердце, Антия тяжело вздохнула. — У меня нет выбора, только в поместье лорда я смогу почувствовать себя в безопасности. Я не вернусь к тете и матушку Мириам подвергать опасности не хочу. А ведь подвергаю! Каждый день. Не будет ей покоя, пока она позволяет мне здесь жить».

Ее взгляд остановился на глухом темно-синем платье.

Длинные рукава, ряд крошечных жемчужных пуговок, бегущих вниз по горлу и груди, широкий пояс и ни единого намека на несерьезность. Ни одной лишней оборочки или кружавчика, все предельно просто. Поднявшись, Антия потянулась к платью и аккуратно извлекла его из шкафа. Несколько секунд перебирала пальцами пуговицы и думала о том, как вытянется лицо лорда, стоит ей только показаться в его доме в таком виде.

Он ведь при первой встрече потребовал, чтобы она надела лучшее свое платье. Глазами сверкал, улыбался так, что по коже побежали мурашки. Будто ждал от Антии чего-то.

Но кто сказал, что ее лучшее платье должно ему понравиться?

Это ведь ее лучшее платье.

Усмехнувшись, Антия быстро оделась, впрыгнула в мягкие туфли на крохотном каблуке и, на секунду задержавшись у зеркала, выскочила прочь из комнаты.

* * *

— Итак, тесса Брея, это было ваше лучшее платье?

Кирам смотрел на нее так, будто собирался прожечь глазами, но Антию больше волновали… приборы на его столе. Особенно тонкий стилет, покоившийся прямо перед лордом. Сталь хищно поблескивала в лучах солнечного света, и девушка невольно сглотнула.

Что конкретно он собирался с ней делать?

О какой проверке шла речь?

— Лучшее, не сомневайтесь, — ответила она спокойно.

Ей показалось, что «спокойно».

— И у какой бабушки вы его украли?

Улыбка тронула тонкие губы, но Антия и бровью не повела.

— У очень милой, — она улыбнулась в ответ. — Она говорила, что в моем возрасте была той еще кокеткой.

— И одевалась, как монашка из церкви Белой Эльзы.

— Нужно же иногда отдыхать от кокетства.

В этот раз веселье заплясало уже во взгляде лорда — чего он даже не скрывал.

— Какую проверку вы решили мне устроить, господин?

Кирам поднялся на ноги одним плавным движением. Антия даже невольно залюбовалась тем, с какой грацией и скоростью мужчина двигается. Он был куда выше Антии, широк в плечах, угрожающ, как хищник на охоте. Черный костюм с шитьем только добавлял ему силы и внушительности; мягкий ковер совершенно глушил шаги, отчего казалось, что лорд Волен не касается земли.

Он остановился всего в паре дюймов от ее кресла, склонил голову к плечу и без стеснения рассматривал, что-то прикидывая в уме.

Антия коснулась лба и поспешно вытерла выступившую испарину, ее пальцы мелко дрожали, а грудь обдавало то жаром, то холодом.

— Встаньте, тесса Брея, — приказ прозвучал, как щелчок кнута, и девушка не смогла ослушаться. Она поднялась, оказавшись вплотную к лорду. Стоило только пошевелиться — и их одежды соприкоснулись бы. — Задача очень простая, можете мне поверить.

«Великий Единый, надеюсь, он не потребует раздеться», — пронеслась в голове горячечная и глупая мысль.

— Я знаю, что вы хороший целитель. — Блеск в глазах Кирама девушке совсем не понравился. — Но одного этого недостаточно, чтобы служить мне.

Он отступил назад, дав Антии немного свободы.

— Моя дочь требует особого обращения. Обучения. Наставника-мага, который сможет помочь ей контролировать свои силы.

— Почему вам нужен посторонний маг, если можно отдать девочку в Академию?

Кирам презрительно фыркнул.

— В Академии не учат, а калечат. Хрупкий росток дара там завянет. Вы сами там обучались — неужели не знаете?

Антия отвела взгляд.

И правда. Калечат. Но все лучше, чем стать заложником собственной силы и в итоге впасть в безумие!

Перестать узнавать даже самых близких.

— Я считаю…

— Меня не волнует, что вы считаете, тесса! — осадил девушку лорд Волен. — Вам нужна эта работа? Вчера вы ответили, что очень нужна.

Сжав в пальцах ткань юбки, Антия упрямо вскинула подбородок.

— Да! Нужна. Я все смогу сделать!

— Вот и хорошо.

Она видела, как лорд отвел руку в сторону, и замерла, как кролик перед ударом. В его ладони блеснул тот самый стилет, заиграл гладкими гранями. Кирам поднес клинок к своему лицу, позволил стали отразиться в потемневших глазах.

— Мне нужно знать, тесса. Очень нужно знать, что вы не потеряете голову, если что-то случится.

— Что-то… случится?

Как завороженная девушка проследила за стилетом, за витиеватыми зигзагами лезвия, за тем, как Кирам опускает его немного ниже и прижимает к шее, над воротником белоснежной рубашки.

— Не мешкайте, тесса, — сказал он с улыбкой. — Спасайте мне жизнь.

Лезвие резко дернулось в сторону, рассекая кожу, а белая ткань моментально пропиталась красным.

Глава 3

В первую секунду девушка просто не поверила своим глазам. Не могло это все происходить на самом деле! Не могло ведь, правда?

Еще вчера она спокойно спала у матушки Мириам, а сейчас сорвалась с места и ринулась к совершенно сумасшедшему мужчине, призывая на помощь всю свою выдержку и силы.

Перед внутренним взором в мгновение ока промелькнула вся жизнь.

Будто это не лорд Кирам осел на пол, с раной во все горло, а сама Антия, и сейчас, в последние мгновения перед забвением, она пересматривала значимые события прошлого.

Признаться честно, не так уж их было и много.

– Вы — сумасшедший, — причитала она тихо, зажимая рану рукой. По тонким пальцам пробежала крупная дрожь, а мужчина вообще никак не реагировал на ее старания.

Отключился, наверное. Сам не понял, что натворил!

«Спокойно, Антия. Ты должна делать все, как тебя учили. Ты тысячу раз исцеляла и не такие раны.

Ты — хороший лекарь и не смеешь медлить.

Не смеешь!»

Крохотные белые всполохи пронеслись от запястий до самых кончиков ногтей, под кожей распустились колючие «цветы». Грудь сдавило стальным обручем, и первый вдох дался с невероятным трудом.

От сердца к ладоням потек дар, распространяя вокруг тепло и запах полевых трав. Мир смазался, расслоился, перестал существовать. Пропал кабинет; свет свечей, ярко-оранжевый и мерцающий, превратился в размытое, серое марево.

В светящемся коконе остались только Антия и Кирам.

Бледное лицо лорда дернулось, с губ сорвался болезненный стон, а края глубокого пореза вспыхнули белым огнем и медленно потянулись друг к другу — и через секунду сомкнулись, не оставляя после себя даже следы.

Ни тонкой полоски шрама, ни какого другого намека на безумную выходку лорда.

Антия даже удивилась. Слишком легко все получилось! Любой другой обычный человек потребовал бы чудовищного вливания сил и времени, чтобы исцелить подобный порез.

Любой человек погиб бы в считанные секунды после такого, но только не лорд Волен.

В сознании что-то щелкнуло.

Отдернув руки, Антия облизнула пересохшие губы и посмотрела вниз, на свое платье.

По юбке расползлись бордовые, кровавые пятна, а вместе с ними в душе́, как пятно плесени, разрастался гнев.

— Я поражен, — услышала она насмешливый голос мужчины.

Он смотрел на нее совершенно осмысленным взглядом, а тонкие губы кривились в такой усмешке, что Антия рефлекторно сжала ладони в кулаки.

— Не смотрите на меня так, тесса, — закинув руки за голову, Кирам ей бессовестно подмигнул. — Я хотел убедиться, что вы не растеряетесь в такой ситуации. Убить меня — вы бы не убили, но если бы замешкались…

Его слова оборвала увесистая звонкая пощечина.

В кабинете повисла одуряющая тишина.

И Антия нарушила ее первой. Подскочила на ноги, сверкнула взбешенным взглядом и, уперев перемазанные кровью руки в бока, нависла над ошарашенным лордом.

— Вы — псих! Что значит: «я не могла вас убить»? Если горло себе перерезать, то кто угодно встретится с Творцом! Вы истекали кровью, сознание потеряли! Вам совсем не жалко вашу дочь! Что было бы, если бы я не владела даром так хорошо, как владею?!

Кирам оказался на ногах быстрее, чем Антия успела пикнуть. Сжав рукой ее горло, он притянул девушку к себе, не оставляя между ними ни единого дюйма свободного пространства. Уперевшись ладонями в грудь мужчины, Антия не боялась его испачкать. На ткани и так не осталось живого места!

Плевать она хотела на его рубашку, на его злость и красное пятно, расплывшееся на бледной щеке!

Слишком сильны были гнев и шок.

Кому вообще могло прийти в голову так проверять лекаря?!

— Вы забываетесь, тесса Брея!

— Это вы забываетесь! Я не хочу, чтобы на моих руках была кровь одного дурака, без чувства самосохранения!

Кирам тихо рыкнул и сжал пальцы сильнее, заставляя девушку замолчать. Теперь она напоминала загнанного в ловушку зверька, который мог только злобно сопеть и испепелять его взглядом.

— Я — оборотень, — прорычал он. — И меня невозможно убить обычным оружием, да и такая царапина ничего мне не сделает. Я хотел посмотреть на вас в деле, Антия. И я посмотрел. Мне понравилось то, что я увидел.

— А мне вот совсем не понравилось! — прошипела в ответ девушка.

— Вы хотели работу и вы ее получили. Что еще вас не устраивает?

— Ваши методы!

Кирам широко улыбнулся, и Антия неожиданно отметила острые крупные клыки, похожие на волчьи.

Колени предательски задрожали, и к горлу подкатил удушливый комок страха. Она впервые ощутила себя во власти чужого, опасного человека.

И не человека даже, а зверя, от которого можно было ждать чего угодно! Но перед глазами вовремя всплыл облик тети и ее горящий ненавистью взгляд.

У Антии больше не было дома. Она в ловушке. В клетке!

Бежать некуда и делать нечего. Матушка Мириам не сможет укрывать ее вечно. Старушка не заслуживала такой судьбы — жить в вечном напряжении и страхе, вздрагивать от каждого подозрительного стука в дверь.

Без денег и защиты Антия станет легкой добычей для тетушкиных козней. Все, кто ей дорог, падут жертвами чужой войны.

— Не тряситесь, тесса Брея, — тихий голос Кирама вывел ее из оцепенения.

Отступив назад, он отвернулся, а девушка, прислушавшись к себе, ощутила чужое присутствие.

Ее дар подсказывал: некто шел к кабинету, а мир вокруг вздрагивал, будто кто-то кинул в лужу камень.

Незнакомец будет здесь через пять-десять минут, и, судя по всплескам силы, это ребенок.

— Раздевайтесь, — бросила она в спину Кираму.

Тот обернулся и удивленно изогнул смоляную бровь.

— Прошу прощения?

— Поменяйте рубашку, — Антия передернула плечами. — Ваша дочь скоро будет здесь. Нельзя, чтобы она… вот это все увидела…

— Вы настолько хорошо управляете своим даром?

Вскинув голову, она бесстрашно встретила пристальный взгляд оборотня.

— Если перестанете изводить меня глупыми проверками, то я многому смогу научить вашу дочь.

Кирам задумался о чем-то, но всего на мгновение. От его многозначительного кивка Антии стало не по себе.

Во что? Во что, во имя всех богов, она себя втянула?

— Ловлю вас на слове, тесса. От вашего усердия теперь будет зависеть не только ваша жизнь, но и судьба Брин.

* * *

Антия с ужасом смотрела на кровь на полу и на собственных руках. Ребенка вообще нельзя допускать в эту комнату! Никак нельзя. Девушка так сконцентрировалась на сгустке энергии, который уверенно двигался по коридору в сторону кабинета, что не сразу услышала щелчок двери и чуть не вскрикнула, когда тяжелая рука опустилась на плечо.

Резко обернувшись, Антия отступила назад и задела бедром угол стола. Ногу пронзила боль.

— Осторожнее, тесса, — густой, обволакивающий голос Кирама звучал совершенно спокойно, даже равнодушно. Он уже успел переодеться, и Антия догадалась, что кабинет соединен с его личными покоями. Свежая рубашка была наглухо застегнута, лорд только не успел поправить манжеты.

На крепкой шее не осталось ни единого следа его проверки.

— Нельзя пускать сюда ребенка, пока… — Антия выразительно указала на пол. — Не уберут пятна.

— Это не проблема.

Коснувшись кнопки на столе, Кирам отдал четкий, отрывистый приказ:

— Валвер, отведи Брин в сад. И распорядись, чтобы подготовили гостевую комнату.

— Госпожа Брея остается?

Голос говорившего звучал тепло, и это почему-то девушку ободрило. Антия могла поклясться, что на том конце мужчина улыбался, хоть она и встречалась с ним всего один раз, но думалось ей: Валвер, возможно, станет ее союзником, а не очередным любителем странных и опасных испытаний.

— Да, — хмыкнул лорд. — Будем надеяться, что госпоже у нас понравится.

Антия закатила глаза.

Понравится! Если хозяин поместья перестанет играть с чужими чувствами и способностями.

— Брин еще не завтракала, — сказал лорд, убрав руку с кнопки. — Приглашаю присоединиться, пока Валвер готовит вашу новую комнату.

— Надеюсь, у вас нет привычки устраивать представления за едой.

— Не волнуйтесь, тесса, — в тон ей ответил Кирам. — Если я решу устроить представление, то предупрежу вас заранее.

— Какая честь.

— Пользуйтесь, пока я добрый.

Из кабинета они вышли вместе, и девушка отметила, что свое святая святых лорд закрывает на ключ. Как тогда там кто-то уберется, если дверь заперта?

Спрашивать Антия не решилась. Все-таки у каждого человека существовали какие-то секреты, а уж у лорда их должно было быть в избытке, и совать нос в ворох чужих тайн девушке не хотелось.

Пока что.

Может, когда она обживется и подружится с ребенком…

Антия никогда не жаловалась на свои отношения с детьми. Она любила детей, умела найти с ними общий язык; и не счесть всех тех мальчишек и девчонок, кому Антия заживила локти, коленки и сломанные кости.

Еще свежи были в голове воспоминания об обучении в Академии. В чем-то Кирам прав — там ломали слабых, не дав ничего взамен. Ты либо учился управлять своим даром, либо чародейская сила подминала носителя под себя, выворачивала его наизнанку и оставляла только пустую оболочку.

Антия оплакала многих друзей, кто так и не смог совладать с собственными силами, и одна мысль о совсем еще маленьком ребенке, вынужденном как-то уживаться со враждебным, неприрученным даром, вызывала в груди волну жалости и желание как-то помочь.

Девушка почти не смотрела по сторонам. Успеется еще.

Она ведь точно проведет в поместье не один день, сможет как следует его изучить. Если, конечно, лорд не додумается запереть Антию в комнате и выпускать только для обучения дочери.

— Вы подозрительно молчаливы, тесса, — Кирам бросил на нее взгляд через плечо. — Уже напридумывали себе всяких глупостей?

Девушка тихо фыркнула.

— И кто в этом виноват?

— Считаете, что могли бы лучше подобрать учителя? Что мои испытания слишком жестоки?

— Они просто небезопасны. Наверняка есть другие способы…

— А если бы это была ваша дочь? Кому бы вы ее доверили?

Антия смешалась. Ну уж точно не стала бы устраивать кровавое представление!

— Вы сейчас мыслите как человек, — холодно бросил лорд. — Вы пытаетесь измерить меня своими людскими мерками, но забываете мою суть. Я прекрасно знал, на что шел, и результат себя оправдал. Оборотни во главу угла ставят результат, особенно если дело касается членов семьи.

— Так вы человека и до могилы можете довести!

— Но не довел же.

Какое-то время они шли в полном молчании. Антия уже успела запутаться в хитросплетении коридоров и поворотов, когда Кирам остановился и открыл перед ней дверь, впустив в коридор щебетание птиц и свежий, пахнущий цветами воздух.

— Я вам скажу только одно, тесса, — мужчина понизил голос и подошел так близко, что их руки почти соприкасались, отчего Антия почувствовала, как невольно краснеет. — Не идите у Брин на поводу, не давайте слабину. Она совершенно очаровательный ребенок, но если покажете свои слабости — будет вить из вас веревки, как ей вздумается.

Девушка не смогла сдержать смешок.

— Это она не у вас научилась, случайно?

— У матери, — невозмутимо ответил Кирам. — И пользоваться она своим очарованием умеет.

Захотелось спросить, где же сейчас мать девочки, но Антия вовремя прикусила язык. Взгляд лорда стал настолько мрачным и нечитаемым, что девушка сразу поняла: некоторые темы лучше не затрагивать.

Никогда.

— Какой дар у Брин?

— Она еще слишком мала, чтобы знать наверняка. Беда в том, что сила растет куда быстрее, чем ее тело. Разум ребенка уже не справляется с чарами.

Прикрыв глаза, Антия рассматривала сад из-под ресниц. Солнце сегодня светило особенно ярко, а от аромата цветущих деревьев в горле першило и кружилась голова.

— Брин может двигать предметы силой мысли, иногда ей даже удается переноситься из одного места в другое.

— Телепортация?! Очень необычно.

Кирам кивнул.

— Ей нужны основы основ. Азы того, как подавить и контролировать свои возможности. Насколько я знаю, любой маг может этому научить, но мне требовалась женщина, способная ладить с ребенком. Оберегать его.

Он помедлил. Пытался подобрать слова.

Повернувшись к девушке, Кирам опустил голову, посмотрев на Антию сверху вниз.

— Оберегать и от самого себя, в том числе.

Девушка ничего не ответила.

Она слишком хорошо знала, на что способны юные маги, не совладавшие со своими способностями.

Глава 4

— Валвер, я не хочу завтракать!

Первое, что Антия услышала, — это капризный детский голос. Поравнявшись с Кирамом, девушка увидела девочку лет восьми и уже знакомого ей дворецкого, который тщетно пытался уговорить малышку сидеть на месте.

Брин была удивительно похожа на отца. В ее круглом личике уже отчетливо проступали холеные, острые черты лорда Волена, и Антия с улыбкой подумала, что однажды эта малышка, награжденная от природы большущими серыми глазами с золотистыми крапинками, будет разбивать сердца. Немного вздернутый носик придавал Брин упрямый и даже надменный вид, но хитринки во взгляде быстро дали понять: девочка всего лишь дурачится. Она не хочет доставлять дворецкому проблем, но скука и не такое творит с людьми.

Интересно, она хотя бы выбиралась за пределы поместья?

Будет интересно показать девочке другой мир, за чертой этих стен. Тем более совсем скоро в городе начнется ярмарка — чем не повод узнать девочку получше?

Между учителем и учеником должна быть крепкая связь, иначе магический дар ребенка пойдет против Антии.

Чары — как дикое животное. Если хочешь приручить их, то должен не только быть строгим и несгибаемым, но и иногда баловать их, окружить лаской.

— Доброе утро, госпожа Брея, — Валвер едва заметно поклонился. В его медовых глазах прыгали оранжевые искры, и Антия впервые подумала, что слишком уверенно этот человек держится рядом со своим господином. — Присаживайтесь.

Он отодвинул перед ней стул с высокой спинкой и потянулся к большому пузатому чайнику.

Отточенные, плавные движения. Густые каштановые волосы были зачесаны назад, аккуратная бородка обрамляла рот, отчего Валвер казался немного старше, чем — как думала Антия — он есть.

Не успела девушка и рта раскрыть, как к ней подлетел неуемный вихрь оборок и лент. Брин остановилась всего в шаге от Антии и рассматривала гостью широко распахнутыми глазами, да еще и рот приоткрыла от удивления.

— Вы красивая, — выдала она совершенно без стеснения. — Папа всегда выбирает красивых.

Антия бросила на лорда быстрый взгляд и столкнулась с абсолютно нечитаемым выражением его лица. Кирам мог как злиться, так и забавляться происходящим — по его реакции ничего не поймешь.

— Сколько нянь у тебя было, Брин? — девушка слабо улыбнулась и услышала рядом тихий смешок Валвера.

Вероятно, что их никто и не считал.

— Много, — Брин мотнула головой, отчего темные кудряшки рассыпались по острым плечикам. — Они не хотели со мной оставаться, — девочка совершенно очаровательно потупила глаза и хлопнула длинными ресницами. — Вы же останетесь, правда? Валвер говорил, что вы — хорошая.

Вопросительный взгляд Антии дворецкий оставил без внимания.

И откуда, интересно, ему было знать, хорошая она или нет?

— Ваш чай, госпожа, — мужчина аккуратно поставил передо Антией чашку из тончайшего фарфора. — Тосты? Может, омлет?

— Спасибо, я не голодна, — не моргнув глазом соврала девушка. — Брин, а ты покажешь мне… фокусы, которые умеешь делать?

Девочка сразу же насторожилась и замешкалась.

Плохой знак.

Кто-то в семье, вероятно, запрещал ей использовать дар, породив в ребенке страх. Возможно, даже чувство вины за то, что она не такая, как другие дети. Это самый опасный момент для одаренных.

Если стараться запереть их дар, принуждать вести себя «нормально», то чары могли из нейтральных превратиться в угрожающую и опасную силу.

Ребенок мог бы стать целителем, но вместо этого сотворил в себе разрушительную и дикую силу.

— Кто-то тебе говорил не творить чары, Брин?

Девочка не ответила, но и на отца не посмотрела.

— Мать говорила, — голос Кирама сквозил недовольством. — Она, как никто другой, знала, какую цену платит чародей за свой талант.

— Знала или нет, но сила не спрашивает чужого позволения, — твердо ответила Антия. — Если дар требует его выпустить, то в ваших интересах позволить ему это.

Брин, почувствовав поддержку, гордо заявила:

— Если я сильно-сильно захочу, то могу переместиться, куда угодно!

Девочка зажмурилась, и Антия с удивлением и восторгом наблюдала, как тончайший световой кокон вокруг малышки растет и тянется в разные стороны полупрозрачными, сверкающими жгутиками. Если развивать этот талант, то девочка, со временем, сможет путешествовать, куда вздумается.

Ей будет достаточно просто об этом подумать!

Невероятно, сколько возможностей! И ей запрещали их использовать? Такая чудовищная, несправедливая трата потенциала.

Поднявшись, Антия наблюдала за «жгутиками» и куда они потянутся. Это были возможные пути, варианты путешествия Брин. Если она сконцентрируется на одном из них, то сможет «прыгнуть» с одного конца на другой.

Валвер и Кирам замерли. Казалось, они даже не дышали.

— Брин! — Девочка открыла глаза — и кокон сразу же померк, но не полностью. — Сконцентрируйся на этом, — Антия указала на пышную крону над головой, настолько густую, что переплетение ветвей напоминало самую настоящую паутину. — Представь, что ты стоишь на одной из веток. Закрой глаза.

Брин послушно кивнула и снова зажмурилась.

— Ты чувствуешь запах цветов, а листья щекочут твои ладони, — Антия встала точно под нужным местом. — Тут совсем невысоко, веток так много, что ты можешь лежать на них, как на гамаке. Ветра почти нет, солнце не проникает сквозь густую крону. Ты в тени и безопасности, смотришь вниз.

Пуф!

Брин растворилась в воздухе, будто ее тут и не было, а сверху послышался треск и тихий вскрик. Девушка успела подставить руки — и малышка плюхнулась прямо в ее объятия, недовольно сопя.

— Не долетела!

Антия улыбнулась и, поставив девочку на землю, выбрала из растрепанных волос несколько листков и сломанных веточек.

— Ничего, скоро ты сможешь прыгать куда дальше.

— Честно-честно?

Брин вцепилась в ее юбку, и Антия запоздало подумала, что так и не застирала пятна, оставшиеся после проверки лорда. Благо ребенок ни на что не обращал внимание.

— Чтоб мне на этом месте провалиться, — она торжественно приложила руку к сердцу и подмигнула малышке, а та радостно рассмеялась и бросилась обратно к столу.

— Папа, ты слышал?! Я скоро смогу прыгать далеко-далеко!

На лице Кирама расцвела ослепительная улыбка, когда он подхватил дочь и устроил ее на коленях.

— Слышал, милая. Слышал.

Его голос был мягок и вкрадчив, но Антия заметила то, что не могла заметить Брин.

Печаль и тоску, застывшую в глубине его серых глаз.

* * *

Завтрак прошел в атмосфере относительного спокойствия. Антия наблюдала за Брин, а сам лорд неотрывно следил за Антией. Этот причудливый круговорот взглядов странно нервировал, но девушка пыталась не обращать внимание.

Кирам присматривался. Вроде испытание прошло хорошо, он доволен, но что-то в холодном взгляде подсказывало Антии: для нее еще ничего не кончено и терпеть такое отношение лорда придется и дальше.

Хотела она этого или нет.

Впрочем, не все ли равно?

До тех пор, пока Антия надежно укрыта от тетки под темным крылом хозяина этого особняка, неважно, какие взгляды этот самый хозяин ей посылает. Пусть хоть засмотрится — Антия все равно будет стойко терпеть, ведь не каждый день находишь себе надежное убежище.

И матушке Мириам больше не придется волноваться.

Голос Валвера вывел девушку из оцепенения:

— К вам прибыли, — сказал он, указывая кивком на дверь в дом.

На пороге застыла незнакомая женщина и нетерпеливо постукивала пальцами по сгибу локтя. Гостья была высокой, пожалуй, даже одного с лордом роста, в строгом сером платье, подпоясанном бордовой атласной лентой. Светлые, почти белые волосы были заплетены в сложную косу и перекинуты через плечо, а большие карие глаза смотрели внимательно и напряженно.

Незнакомка прожигала Антию таким взглядом, будто это она сейчас должна сидеть в роскошном саду и потягивать травяной чай.

— Чтоб мне кофе поперек горла встал, — проворчал Кирам и поднялся.

— На вашем месте я бы так с госпожой Элайной не шутил, — Валвер слабо улыбнулся и совершенно неожиданно подмигнул Антии. — Она ведь и правда может это устроить.

— Да пошел ты, — беззлобно бросил лорд.

Не оборачиваясь он прошагал к дому и о чем-то заговорил с незнакомкой. По ее выражению лица было понятно: разговор не из приятных и ничем хорошим он не закончится.

– Кто она? — Антия понизила голос до шепота, будто лорд или его гостья могли услышать ее вопрос. Валвер аккуратно поменял девушке чашку и на этот раз вопросительно указал на кофейник.

— Желаете попробовать? — он шептал точно так же, как и Антия, но при этом в его движениях и взгляде не было ни капли беспокойства. Он просто ей подыгрывал. — Могу добавить сливки, если не любите черный.

— Я никогда его не пила, — смущенно призналась Антия.

Кофе был дорогим удовольствием. Тетя его любила, но так пристально следила за драгоценными запасами, что узнала бы, реши девушка хотя бы сунуть нос в ее схрон.

В первый раз, когда Кирам предложил ей выбор: чай или кофе, она просто постеснялась попросить дорогой напиток. Ведь не в гости же пришла, а только пыталась устроиться на работу.

— Не отказывайте себе в радостях, госпожа. — Пряный, насыщенный напиток потек в чашку тонкой струйкой. В воздухе разлился густой аромат корицы и мускатного ореха, от которого рот наполнился слюной. — Сахар?

— Можно просто так попробовать?

— Вам не нужно спрашивать, — Валвер повернулся к Брин.

Девочка наблюдала за отцом не отрываясь, и было в ее напряженной позе и сжатых кулачках что-то тревожное, даже пугающее.

— Она ведь не останется, правда? — Брин переводила испуганный взгляд с дворецкого на Антию и обратно. — Папа обещал, что она больше не останется!

Девочка сорвалась с места и умчалась вглубь сада с такой скоростью, что Антия успела заметить только мелькнувшие среди розовых кустов юбки. Она хотела побежать за Брин, но крепкая широкая ладонь Валвера удержала ее на месте.

— Поверьте, так будет лучше.

Лицо мужчины выглядело мрачным.

— Госпожа Элайна может быть очень язвительной, если захочет, — дворецкий на секунду замолчал и бросил взгляд в сторону сада. Антия подумала, что он точно знает, где прячется Брин, но не скажет даже под страхом смерти. — Она уверена, что Брин нужно отдать в Академию. Что она опасна для репутации господина Волена.

Антия чуть не подавилась прекрасным напитком.

— Опасна для репутации? Она всего лишь ребенок…

— В будущем она станет либо сильным магом, либо… — Валвер отступил назад и заложил руки за спину, застыл, как каменное изваяние. — Большой угрозой.

Позволив дару течь сквозь себя, Антия посмотрела на дворецкого сквозь прозрачный кокон силы. Если пульсация Брин была рваной и сильной, как обычно бывает у любого юного мага, то от Валвера исходило ровное красноватое свечение.

Сама его фигура, весь его облик был нечеловеческим.

Зажмурившись, Антия отвернулась.

Он тоже не человек!..

«Но кто?, — подумала она, не решаясь еще раз взглянуть на мужчину. — Оборотень? Не похоже. У лорда Волена совсем другая сила, он не теряет человеческий облик, если посмотреть на него через дар».

Вопросы крутились в голове, но Антия удерживала их «на поводке».

В первый день никто не обещал ей раскрыть все тайны.

— Не бойтесь меня, госпожа, — голос Валвера за спиной прозвучал насмешливо. — Я никогда не причиню вреда ни одному члену этой семьи.

Элайна зло топнула ногой, и Антия впервые услышала ее голос. Высокий, визгливый крик.

— Ты знаешь, что я права! Ты должен отдать девочку в Академию!

— Этот вопрос решенный. — Кирам тоже не собирался больше сдерживаться. Скрестив руки на груди, он стоял, как стена, между гостьей и умиротворенным спокойствием сада. — У Брин теперь есть учитель.

— Кто?! Эта пигалица? — Презрительный взгляд в сторону Антии заставил девушку поежиться. — Она хоть знает, за какой конец вилки держаться?!

— В отличие от тебя у госпожи Бреи есть чувство такта.

Фыркнув, Элайна отступила, ее холеное лицо покрылось красными пятнами.

— Запомни мои слова, Кирам! Это все добром не кончится!

Резко развернувшись, женщина тряхнула белыми волосами и величественно удалилась прочь, громко хлопнув дверью.

Валвер тяжело вздохнул.

— Она еще вернется.

— Мы будем к этому готовы, — уверенно ответила Антия. — Брин теперь — моя ученица. И находится под моей защитой.

Она не могла видеть, как дворецкий за ее спиной усмехнулся.

— Мне нравится ваш настрой, госпожа.

Глава 5

После сцены в саду Антию, наконец, провели в ее комнату. Валвер передал ее из рук в руки улыбчивой женщине, в накрахмаленном белом переднике и с такими темными глазами, что в них можно было провалиться, как в лесные омуты.

— Лора о вас хорошо позаботится, госпожа. — Улыбка Валвера немного померкла после встречи с Элайной. — Ужин у нас в семь, ваша комната всего в двух дверях от спальни госпожи Брин, и в трех — от верхней библиотеки. У вас будет предостаточно места для занятий.

Лора сразу же подхватила Антию под руку и повела наверх с такой скоростью, что у девушки закружилась голова.

— Наконец у малышки появится друг и наставник! — громкий, уверенный голос женщины разносился по коридорам, как раскаты весеннего грома. Она явно была не из тех, кто свои мысли шепчет, чтобы не побеспокоить хозяев. — Уж кто-кто и нужен был девочке, так это добрый друг.

— Она совсем не выходит из поместья, да?

Лора зыркнула на Антию, будто пыталась понять, может ли она ей доверять в полной мере. В черных глазах вспыхнуло сомнение и любопытство.

— Вы же с ее силами знакомы, да? Представьте, что будет, если бедное дитя окажется на ярмарке или где угодно еще?

— Я надеюсь, что лорд Волен позволит ей…

— О, это будет уже зависеть от вас!

Они взлетели на второй этаж, где, миновав несколько боковых коридоров, остановились перед комнатой.

— Ваши апартаменты, госпожа! — Лора распахнула дверь и позволила девушке войти первой, а затем удовлетворенно хмыкнула, услышав восторженный возглас Антии.

Посмотреть и правда было на что.

Широкая кровать на массивных резных ножках из темного дерева, под темно-зеленым балдахином. Окно выходило прямо на сад, и можно было свободно распахнуть его в любой момент, чтобы насладиться пением птиц и густым ароматом цветущих деревьев. Здесь даже был камин!

— Платяной шкаф не особо просторный, — причитала Лора, но Антия едва ли ее слышала. Этого шкафа хватило бы на все вещи с лихвой! У тетушки дома у нее не было даже этого…

— Здесь есть ванная комната, — Лора указала на узкую дверку справа от кровати. — В бадье всегда будет свежая вода, только бросьте туда искряки, чтобы нагреть ее. Госпожа, вы почему плачете?!

Антия и сама не заметила, как крупная слеза скатилась вниз по щеке. Впервые за долгое время она почувствовала себя в безопасности, защищенной от невзгод. Пусть это не навсегда, пусть всего до момента, пока Брин не научится управлять своими силами, но те дни спокойствия, что обещали ей эти стены, — самое дорогое, чего только можно было желать!

— Негоже такой красавице плакать. — Женщина деловито достала из кармана передника платок и протянула Антии. — Раз мастер Волен выбрал вас для своей дочери, то не сомневайтесь: вы ни в чем не будете нуждаться.

С благодарностью приняв платок, Антия ответила Лоре слабой улыбкой.

— Кто та женщина, что приходила к лорду? — спросила она через минуту, пока Лора хлопотала в ванной. — Она была… очень решительно настроена.

— Элайна? П-ха! Хозяйское развлечение, не более того. Думает, что все еще может командовать, хоть ее и выкинули за порог и разрешают появляться только в память о ее заслугах и связях.

— Они с лордом…

— Чего только не сделает мужчина, чтобы забыть собственное горе. — Лора вылетела из ванной комнаты и распахнула шторы. Для своего немалого роста и комплекции она двигалась так быстро, что Антия едва успевала следить. — А потом понимает, что змею пригрел. Элайна спит и видит, чтобы снова оказаться в койке господина, да только бессмысленно это. Никому он не позволит обижать собственное дитя.

— Вы удивительно свободно об этом говорите.

— А чего мне бояться? — женщина удивилась так искренне, что Антия растерялась. — Я здесь всю жизнь работаю! Дольше, пожалуй, только Валвер в поместье околачивается. И уж что-что, а мыслей своих не стесняюсь. Надо будет змею назвать змеей — так за мной не заржавеет!

Опустившись на краешек кровати, Антия молча наблюдала за Лорой и думала о своем.

Бывшая любовница, значит. Очень вольно она себя чувствовала в этом доме, и Валвер явно считал ее угрозой.

Угрозой для Брин.

Нужно было быть начеку.

Все, кто мог с такой легкостью входить и выходить из владений лорда Волена да еще так откровенно недолюбливать девочку, — опасны. В том числе и для ее дара.

Не было ничего хуже для молодого, неокрепшего мага, чем эмоциональные потрясения. И Антия должна будет сделать все возможное, чтобы оградить Брин. Даже если придется вступить в открытое противостояние.

После тетки она ничего не боялась.

И очень сомневалась, что у Элайны хватит фантазии или жестокости придумать козни хуже, чем тетушка Гемма.

Впрочем, нельзя было недооценивать обиженную женщину.

— А что случилось с мамой Брин?

Лора на секунду замешкалась. Застыла, растеряв былую уверенность.

— Боитесь сказать?

Встрепенувшись, женщина передернула плечами, будто ее оскорбили.

— Есть вещи, которые лучше не ворошить. Вы же не будете тыкать палкой в логово змеи, если найдете его?

— Я буду учить Брин. Мне нужно знать все.

Лора наградила девушку белозубой улыбкой.

— А у хозяина спросить не решаетесь, да?

— Я знаю его всего день, а вы сами сказали, что ничего не боитесь и за вами не заржавеет.

— И то правда, — протянула Лора и, скрестив руки на груди, повернулась к Антии лицом. — Это не должно выйти за пределы этих стен. Никогда. Только ради вашей этой… учительской работы, понятно?

Девушка кивнула.

— Разумеется. Я — могила.

Пожевав нижнюю губу, Лора несколько минут рассматривала Антию, а потом, приняв какое-то мысленно решение, тихо заговорила:

— Дар ее убил. Не смогла она его обуздать.

Нахмурившись, Антия попыталась осознать услышанное.

— Как это — убил? Разве она не обучалась?

— Обучалась! Да только не помогло это. Дар рос и медленно ее грыз, а в один день госпожа с катушек слетела — чуть не убила собственное дитя.

— Что?..

— Вот так вот! Потому нет у господина никакого доверия к Академии. Он думает, что они сломили ее: обучили да не помогли обуздать талант. Стержень ее подрубили, как дерево в лесу. Мясники, им бы только калечить!

— И что случилось?

— С ума она сошла, и лорду пришлось ее запереть, да вот только… дар ее все равно сгубил. Наизнанку вывернул, превратил в дикое животное. Нельзя спасти разум, когда его уже нет, да и души — тоже!

Лора подвязала тяжелые портьеры и отошла от окна.

— Знаете, неважно это! Прошлое давно крапивой поросло, нет его. Малышке тогда было всего пять, а мать все надеялась, что сможет вытравить из нее чародейские силы, — тогда уже безумие ей владело. Вы только сделайте так, чтобы с Брин такого не случилось.

Машинально кивнув, Антия даже не заметила, как осталась в комнате одна и не услышала, как тихо закрылась за Лорой дверь.

Бедный ребенок!

Один на один с собственной силой. И с тенями прошлого, рыскающими среди каменных стен.

* * *

В эту ночь Антия не могла уснуть. Все ворочалась с боку на бок, не в силах выкинуть из головы все услышанное. Семья у Брин была из ряда вон. Что отец, что его прислуга — люди с секретами или вовсе не люди. Да и личная жизнь лорда Волена была способна наложить определенный отпечаток на его дочь.

Антия искренне сомневалась, что общение с такой истеричной особой, как Элайна, могло пройти без последствий для девочки. Как для бывшей любовницы — она слишком много себе позволяла, а сам Кирам не стремился ее остановить.

Значит, она не бывшая?

Или тут были другие причины?

«Проклятье, невозможно работать в семье, где вокруг одни секреты да недомолвки! Если я хочу обучать Брин, то мне необходимо знать все о ее самых близких».

Антия не сомневалась, что Валвер не станет от нее ничего скрывать. Хотя бы то, что касалось его лично. И ей отчаянно нужно было знать, что же за свечение она видела вокруг дворецкого. И если он не человек, то кто?

А вот то, что касалось Кирама…

Тут придется спрашивать с осторожностью. Одно неверное слово — и Антия вылетит на улицу быстрее, чем успеет что-то сказать. Лорду нужен маг, но с его влиянием он найдет ей замену, если захочет.

Не в силах оставаться на месте, Антия поднялась с кровати и, взяв с прикроватной тумбочки небольшой шарик-светляк, сжала его в ладони, вызывая слабый желтоватый свет.

Нестерпимо хотелось пить, но вода совсем не привлекала.

Может, даже в такое время она сможет сообразить себе чай? От одной только мысли слюнки потекли! Только бы добраться до кухни и не заблудиться в бесконечных коридорах поместья.

Аккуратно открыв дверь, Антия выглянула в коридор.

Кромешный мрак, даже свечи не горели, а тишина стояла такая, будто весь дом вымер. Поежившись, девушка прикрыла за собой дверь и двинулась в сторону лестницы. Слева от ее комнаты покои Брин и библиотека. Антия сделала мысленную пометку обязательно туда заглянуть, прежде чем заниматься с девочкой.

Наверняка у лорда найдутся настоящие редкости.

Мягкий ковер глушил все звуки и пружинил под ногами; Антия двигалась легко, поглядывая на стены, где висели портреты и пейзажи в массивных золоченых рамах.

Мужчины и женщины прошлого смотрели на нее безразлично со старых полотен, хотя свет и игра теней приводили в движение каждое лицо, искажая его и превращая в странную, противоестественную маску.

В воздухе пахло старостью.

Не так, как в доме матушки Мириам, где все было пропитано ее любовью и светлым хрипловатым смехом. В тот дом можно приводить детей, он полон какой-то простой, уютной радости.

В этом особняке Антия замерзала.

Его возраст и накопленные столетиями тайны промораживали до самых костей не хуже студеного зимнего ветра. Кожа покрывалась мурашками от одной только мысли, что в этих стенах, среди бесчисленных отголосков прошлого, живет маленькая девочка.

Это будет большой победой, если Антия уговорит Кирама выпустить девочку в город.

Антия обязательно должна это сделать.

Добравшись до лестницы, девушка аккуратно двинулась вниз и испуганно застыла на третьей ступеньке, услышав протяжный скрип. Вот тебе и первый звук, больше похожий на сдавленный стон.

Держась рукой за идеально отполированные до зеркального блеска перила, Антия медленно спускалась вниз, стараясь даже не дышать.

Так, кухня должна была быть где-то недалеко.

Антия точно видела подходящее помещение, когда Лора тащила девушку за собой на второй этаж.

Один поворот, за ним — второй. Антия все глубже погружалась в вязкую тишину дома, пока не набрела на полуоткрытую дверь. В нос сразу же ударили запахи очага, перца и хлеба.

Удача!

Хорошо, что она на самом деле не заблудилась.

Аккуратно толкнув дверь, Антия заглянула внутрь и рассмотрела широкий деревянный стол. Он был таким мощным на вид, что девушка, даже приложив усилие, не сдвинула бы его с места.

Над очагом висел небольшой чайник, справа от двери громоздились пузатые бочки и кувшины, а под потолком сушились вытянутые красные перцы, пучки незнакомых трав и мешочки с неизвестным содержимым.

Пол был выложен черными каменными плитками, и девушке скрывать свое присутствие стало трудно. Тут каждый шаг порождал глухой звук, похожий на шуршание змеиной чешуи по траве.

Дело за малым. Всего-то чай приготовить — с этим уж Антия справится!

Среди пучков трав она безошибочно нашла ромашку и шиповник, а в глиняном горшочке на столе — мед. Запах у него был такой сильный и сладкий, что Антия невольно улыбнулась. За завтраком Валвер не подавал мед.

Значит, где-то в особняке был секретный сластена.

Подхватив ухваткой чайник, девушка ловко наполнила большую глиняную кружку. Добавлять мед не стала — от этого он только испортится. Лучше найти где-нибудь ложечку и…

— Знаете, слуги могут принести в вашу комнату все, чего вы пожелаете, — низкий, вибрирующий голос раздался прямо у двери, за спиной девушки. — В любое время.

Испуганно дернув рукой, Антия задела кружку с чаем и тихо вскрикнула, когда горячая жидкость выплеснулась на ее запястье. Обернувшись, она собиралась встретиться лицом к лицу с человеком, но застыла, уперевшись взглядом в сверкающие золотом волчьи глаза.

Массивный зверь прижал уши и принюхался, из его горла вырвалось тихое недовольное рычание. Шагнув вперед, он заставил Антию инстинктивно сжаться и выставить руки перед собой. Страх сковал ее движения, ни единого слова не слетело с побледневших, дрожащих губ.

— Перестаньте так трястись, тесса. Чашку опрокинете.

— Что?..

Голос определенно звучал. Вот только в кухне или в ее голове?

Здесь, кроме волка, никого не было!

— Вы слышите мои мысли, — волк картинно закатил глаза и плюхнулся мохнатой задницей прямо на пол. — Дайте руку.

— Л-лорд Волен? — запинаясь спросила Антия.

— Нет, сам Единый к вам явился, чтобы мучить видениями. — В голосе чувствовалась насмешка и раздражение. — Дайте руку, тесса. Я не кусаюсь.

Из глотки волка вырвалось тихой взрыкивание, похожее на человеческий смешок.

— Пока что.

Несмело протянув руку, Антия вопросительно изогнула бровь.

— Да не эту! Обожженную.

Вздрогнув, она поменяла руки и задержала дыхание, когда мягкий, раскаленный, как уголек, язык проехался по покрасневшей коже.

Этого же не могло происходить на самом деле?

Это все сон…

— Вот так, — довольно заурчал волк. — Лучше всяких припарок. Пройдет уже к утру, вы даже ничего не заметите.

Боль и правда растворилась, притупилась, а через секунду и вовсе пропала.

— Зачем?

— Что «зачем»? Ах, ваша рука. Я, в каком-то смысле, виноват. Мне стоило предупредить вас о своем присутствии.

Волк виновато склонил голову, но его глаза все еще смеялись.

— И часто вы так по дому разгуливаете?

— Когда есть настроение.

— Мне не слишком привычно говорить… с волком. Вы не могли бы…

Новый смешок вырвался из пасти зверя.

— О, я мог бы! Но вот незадача, на мне ведь совершенно нет одежды. Вас это устроит?

Да он над ней издевался!

— Разумеется, нет!

— Я так и думал, — сверкнув белоснежными клыками, волк повернулся к двери. — Лучше возвращайтесь в свою комнату, тесса. В таком облике я чувствую, как сладко вы пахнете, и могу решить составить вам компанию за чашкой чая.

— Пахну? Да ничем таким я не пахну…

— Это вам так кажется, — зверь качнул головой в сторону коридора. — Идите. Завтра у вас будет тяжелый день. Это я гарантирую.

Глава 6

— У меня не получается!

Брин выразительно хлюпнула носом и уставилась в пол, где принялась ковырять отполированные доски носком лаковой туфельки. Разумеется, она ничего не могла с ними сделать, но выглядела при этом так сосредоточенно, что Антия не сдержала тяжелый вздох.

— Получается. Тебе нужно чуть сильнее постараться, Брин.

Девочка вскинула голову и прищурилась. Неужели она ждала, что на нее сейчас сорвутся? Антия не думала, что лорд позволял себе кричать на дочь, — значит, кто-то другой мог.

Не Элайна ли приложила руку к воспитанию девочки?

Или ее мать…

— Мне и правда можно этим заниматься? — тихо спросила Брин, бросив по сторонам подозрительный взгляд. — Мама раньше мне не разрешала. Говорила, что это плохо. Что я не должна…

— Хочешь выйти в сад?

Девочка удивленно моргнула — и тут же ее губы растянулись в широкой, радостной улыбке.

— Хочу-хочу!

Она подпрыгнула на месте, отчего ее непокорные кудряшки взметнулись вверх и окончательно растрепались.

— Тогда давай позанимаемся на улице, — Антия подтолкнула малышку к двери. — Там такая хорошая погода сегодня.

Стоило девочке распахнуть дверь, как она угодила в руки Кирама и громко рассмеялась, когда лорд подхватил ее и чмокнул в щеку.

— Куда это вы собираетесь? — Вопрос должен был прозвучать грозно, но смешливые искры в глазах мужчины свели на нет все его старания. Антия же почувствовала, что невольно краснеет.

Она все еще ощущала на запястье прикосновение горячего волчьего языка. Будто оборотень выжег на ее коже невидимое клеймо.

Но утром рука и правда совсем не болела — никаких следов вчерашнего неловкого ожога не осталось.

— Мы идем в сад! — радостно заявила Брин. — Можно ведь, правда?

— Конечно, можно. Валвер тебя там уже заждался. — Кирам лишь на мгновение задержал взгляд на лице девушки и сразу же отвернулся. Поставив Брин на пол, он тихонько рассмеялся, когда дочка сорвалась с места и бросилась по коридорам в сторону лестницы. — Неугомонное дитя.

Неловкое молчание повисло в воздухе, и Антия поспешила за Брин. Стоило ей только поравняться с лордом, как прозвучал тихий вопрос:

— Как ваша рука, тесса?

— В полном порядке, — девушка радовалась, что вокруг горело только несколько свечей. Ее смущение было бы слишком очевидно при солнечном свете.

Кирам не двинулся с места. Он откровенно ее рассматривал, а Антия не могла найти в себе сил пошевелиться.

— Вам лучше не разгуливать ночью по поместью, — его голос звучал низко, почти угрожающе.

Пожалуй, Антия впервые могла рассмотреть лорда так близко. Между ними — всего несколько дюймов свободного пространства, и если задуматься, то даже их дыхания в этот момент перемешивались.

Нос защекотал запах лимонной цедры и древесной коры.

И крепкого кофе, который лорд предпочитал пить по утрам.

— Боитесь, что в темноте я вам лапу отдавлю? — она не хотела показаться взволнованной или испуганной, но короткий, нервный смешок, слетевший с губ девушки, сказал лорду больше, чем следовало.

— Дерзите, тесса.

— Не я разгуливаю по дому в зверином обличии, мешая несчастной учительнице пить чай.

— Я бы мог выпить чай с вами, но кое-кто от моего общества отказался.

— Ничего подобного!

— Но вы же сказали, что не можете говорить с волком.

Антия скрестила руки на груди и упрямо вскинула острый подбородок.

— Вы сами не пожелали принять подобающий вид.

Улыбка лорда стала шире.

Опаснее.

Он шагнул вперед, но не остановился — а прошел мимо, только мимолетно коснувшись кончиками пальцев ее плеча.

— Я предложил, — тихо сказал он. — Вы же оказались к такому не готовы, не так ли?

Смешинки в его глазах вспыхнули, а уже через мгновение лорд медленно двинулся к лестнице, заложив руки за спину.

«О, я мог бы! Но вот незадача, на мне ведь совершенно нет одежды. Вас это устроит?»

Это он называл подобающим видом?

Антия фыркнула и последовала за Кирамом в сад.

Что за невыносимый человек? Вначале относился к ней как к какой-то выскочке, проверял ее навыки совершенно чудовищными способами, а теперь всячески подтрунивал!

В какой момент он — настоящий?

Когда холоден? Когда шутит? За какой маской прятался истинный лорд Волен?

— Я должен извиниться за вчерашний… инцидент, — вдруг сказал он, когда Антия догнала лорда на лестнице. — Элайна — вспыльчивая и несдержанная натура. Наши пути давно разошлись, но…

— Она все еще чувствует себя здесь как дома.

Мужчина передернул плечами.

— Это моя вина. Нас связывают не только близкие отношения, но и обязательства перед правителем. У каждого — свой долг, и мы должны его исполнять.

— Связывают? Мне казалось…

— Что вы думали? — он подал Антии руку и, устроив ее ладонь на сгибе локтя, двинулся вниз, на первый этаж. — Что именно Лора успела вам рассказать?

— Ничего особенного, правда!

— Ах, ничего особенного, — улыбка Кирама померкла. — Элайна была моей любовницей — уверен, это вам сообщили. Но наши… стремления не совпали. Мы шли разными дорогами и в итоге решили, что так будет лучше.

— Но она все же пытается повлиять на вас и Брин.

—  Никто не может повлиять на меня, когда дело касается моей дочери.

Его холодный, жесткий тон заставил Антию поежиться. Столько силы и уверенности было в этом ответе, что девушка даже замешкалась и растерялась. Что она могла на это сказать?

— И это еще одна причина нашего разрыва. Я не мальчишка, из меня послушную куклу не сделать, а Элайна очень хотела. Впрочем, это дела прошлого. Пусть они там и остаются.

«Прошлое давно крапивой поросло, нет его».

— Она все еще вхожа в этот дом не потому, что я мягкотелый дурак, а потому, что наша работа этого требует.

Почему у Антии такое чувство, будто лорд… оправдывался?

Бросив на него быстрый взгляд, девушка не нашла ни единого подтверждения своим мыслям. Красивое лицо лорда Волена оставалось бесстрастным.

— В чем именно заключается ваша работа? — спросила она несмело.

Кирам неопределенно качнул головой.

— Я расскажу. Может быть, за чашкой чая.

Его хитрая усмешка снова заставила Антию покраснеть.

— Только если вы не натянете опять волчью шкуру.

— Не могу ничего обещать.

Под тихий смех лорда и совершенно недовольное сопение Антии они вышли в сад.

* * *

— Что ты видишь, Брин?

Девочка совершенно точно могла различать оттенки дара. Это хороший знак, не придется тратить целые дни на попытки ухватить чужие силы — что отнимало у Антии столько дней в Академии.

Она сама не сразу начала различать чужие чары.

Как не сразу поняла и свои собственные силы. Целители — особый вид магов. Они способны чувствовать чужие «жизни» даже на расстоянии.

Как тогда Антия почувствовала приближение Брин к кабинету отца, так и сейчас она, прикрыв глаза, наблюдала за тремя совершенно разными пульсациями.

Брин походила на плохо скрученный клубок белой пряжи. Тут и там торчали непослушные «нитки». Они тянулись в стороны, ощупывали мир вокруг, и Антия знала: однажды девочка по этим ниткам сможет перенестись, куда вздумается.

Какой потрясающий, уникальный талант!

Путешествовать в любую точку мира, по одному лишь желанию.

Рядом с Брин застыл невозмутимый Валвер, и его сила все еще смущала девушку. Нечеловеческое красное пламя: темное, мерцающее, больше похожее по цвету на кровь, чем на огонь.

Антия так и не спросила, что из себя представляет дворецкий этой семьи.

И, признаться честно, просто боялась это сделать.

Но мужчина на удивление тепло относился к Брин. Казалось, что он угадывал ее желания еще до того, как они успевали оформиться в этой маленькой кудрявой головке.

С лордом все было сложнее.

Он очевидно владел какими-то силами, но их происхождение оставалось для Антии загадкой. Возможно, это было связано с «его работой»? Кирам не походил на мага, он больше напоминал… солнцелов. Камень, что впитывал солнечный свет и мог светить в темноте, если сжать его достаточно сильно.

Он удерживал в себе силу и направлял ее.

Но куда?

И откуда эта сила шла?

У всего должен был быть свой исток, а Антия его не видела. Нечто будто бралось из воздуха, проходило сквозь Кирама и уходило в неизвестность, оставив после себя темно-синий след, обвившийся вокруг мужчины тонкой лентой.

Брин напрягалась изо всех сил, но, судя по ее лицу, результат девочку расстраивал.

Опустившись на колени возле малышки, Антия мягко погладила ее по голове.

— Давай я тебе помогу. Но только в этот раз, хорошо?

Брин должна была научиться видеть. Различать чары. Без этого она никогда не будет знать: безопасно ли для мага то или иное место; где можно спать спокойно, а где стоит оставаться настороже. Мир мог помочь тебе восстановить силы, если ты знал, где и как это сделать.

В саду было как минимум два места, пригодных для отдыха. Два небольших источника.

И Брин должна была их увидеть.

Девочка вздрогнула, когда почувствовала прохладные пальцы на своих висках.

— Не смотри прямо на что-то, — тихо шептала Антия. — Магия убегает от слишком пристальных взглядов.

Она подтолкнула Брин к огромному розовому кусту и заставила остановиться всего в каких-то трех шагах от нужного источника.

— Смотри не на куст, а сквозь него. Будто здесь ничего нет.

Девочка неуверенно кивнула, а Антия, опустив голову, коснулась лбом копны мягких кудрей на затылке Брин.

Это простое задание, но девочка до этого никогда даже не пыталась посмотреть на мир через призму собственного дара.

Маг не мог себе этого позволить.

— Смотри сквозь него. Представь, что ты очень-очень хочешь рассмотреть, что же там прячется за кустом.

— А там что-то прячется? — заговорщицки прошептала Брин.

— Может быть, — в тон ей ответила Антия. — Попытайся это рассмотреть.

Девушка позволила своему сознанию уплыть и сместиться в сторону. Она будто смотрела на девочку с вышины, внимательно наблюдая за белыми нитями, плотно оплетавшими Брин.

Мир вокруг не двигался, все было абсолютно спокойно. Все, что оставалось, — немного направить Брин.

Антия потянулась к глазам девочки и накрыла их ладонью.

— Как же я буду смотреть, если… — ее голосок оборвался, удивленный возглас сорвался с побледневших губ.

Немного чар, чтобы подготовить ее. Простой прием родом из Академии.

Брин повернулась к Антии, а ее глаза отливали топленым серебром. Девочка вскрикнула, но не от страха, а от искреннего удивления. Это уже хорошо! От реакции ученика многое зависело.

Она подошла к розовому кусту, полностью поглощенная новыми ощущениями. Чары сделают ее глаза более восприимчивыми к силе. Все, что потребуется Брин, — больше практиковаться, чтобы переходить из одного состояния в другое.

Со временем это будет происходить само собой.

Брин обошла куст по кругу и остановилась точно на нужном месте. Она пристально рассматривала землю под ногами, потом опустилась на корточки, чтобы прикоснуться к источнику.

Когда девочка пошатнулась, Антия бросилась вперед, чтобы подхватить ее, но Кирам оказался быстрее. Мужчина поднял дочь на руки, и его взгляд вспыхнул раскаленными углями.

— Это должно было случиться, — успокоила его девушка. — Ее телу необходимо приспособиться к чарам.

— И когда вы собирались об этом предупредить?!

— Никогда, — Антия скрестила руки на груди. — Брин должна действовать так, как ей подскажет дар. Без вмешательства отца.

— Вот именно, — Кирам прижимал дочь к себе с такой силой, будто ей грозила неминуемая гибель. — Я — ее отец. И не потерплю никаких секретов, особенно в отношении Брин!

Сцепившись взглядами, они с Антией несколько долгих секунд стояли друг напротив друга, не желая уступать. На виске лорда пульсировала жилка, губы сжались в тонкую нить, и он точно не собирался двигаться с места до того, как Антия пообещает все, что Кирам потребует.

— Я буду обсуждать то, что делаю, — медленно сказала она. — Но не позволю вам вмешиваться.

— Вы мне не позволите?

— Можете не сомневаться.

— Папа…

Слабый голосок девочки сразу же переключил внимание лорда.

— Все нормально, солнышко? — его голос потеплел, а выражение лица изменилось неуловимо, буквально по щелчку пальцев.

— Папа, я видела… там…

Она кивнула в сторону цветущего куста.

— Я хочу еще раз…

— Завтра, — Антия подошла ближе и коснулась плеча Брин. — Сегодня достаточно. Тебе нужно отдохнуть.

— Но я совсем не устала!

— Завтра, Брин, — отчеканил Кирам. — Ты же слышала, что сказала тесса Брея.

Девочка недовольно надулась, как злой воробышек, но спорить не стала. Правда, ребенком она была отходчивым и уже через минуту сидела за столом и, беззаботно болтая ногами, потягивала травяной чай.

— А почему ты не сказала, что там кто-то живет? — вдруг спросила она.

Антия удивленно перевела взгляд с лорда на девочку.

— Живет?

— Ну да! Там, за кустом. Он вот такой, круглый, как мячик! Черный. Он убежал, когда я подошла.

Антия повернулась к кусту и прикрыла глаза.

Она совершенно не могла понять, о чем говорит Брин. Ведь в источнике совершенно точно никто не жил.

Глава 7

Проснулась Антия в холодном поту, до боли в руке сжимая тонкое шерстяное покрывало. Она промучилась бессонницей до глубокой ночи, почему-то страшно замерзла и, завернувшись в покрывало, заснула прямо так, на развороченной ее метаниями кровати.

Что ее разбудило сейчас — девушка так и не поняла.

Странное ощущение в груди, тянущая, болезненная пустота, что разрослась, как паутина, с каждым глубоким вдохом. За окном бушевала непогода, крупные капли дождя барабанили в стекло, а небо походило на залитый черной краской холст.

Словно весь мир сегодня решил восстать против поместья.

Антия прекрасно помнила слова лорда.

Если она захочет, то прислуга принесет ей чай прямо в постель, но все ее нутро противилось этому. Холодное, липкое волнение толкало девушку прочь из комнаты, в хитросплетение коридоров, к теплому очагу кухни. Даже если сегодня волк решит прогуляться по своим владениям — Антия не станет возражать. До одури захотелось провести время в компании, услышать чей-то голос, понять, что она не одна здесь, что все это поместье — чей-то дом, живой и теплый, а не просто нагромождение каменных стен.

Поднявшись, Антия накинула легкий халат и, надев мягкие домашние туфли, выскользнула в коридор. В этот раз она обращала пристальное внимание на портреты, висевшие на стенах.

Точнее, искала одну конкретную картину.

Антия хотела посмотреть. Должна была увидеть, как выглядела при жизни госпожа Волен. Сегодняшний инцидент в саду натолкнул ее на мысль, и она никак не шла из головы. И само то, что такое могло случиться, не на шутку тревожило Антию.

«Дар ее убил. Не смогла она его обуздать».

Слишком много вопросов порождали эти слова.

Что на самом деле произошло с этой несчастной женщиной? Антия чувствовала, что должна, просто обязана увидеть ее, потому что слова Брин и случай у источника могли значить только одно.

Что-то, возможно, часть силы или духа этой женщины все еще здесь. Она не оставила дочь.

Вот только что от нее ждать?

Добра или горя?

Те, кто ушел мучительно, в агонии, могли принести обратно только мрак и ненависть. Злобу на весь мир, который продолжает жить дальше без умерших.

Антия скользила тонкими пальцами по тяжелым рамам портретов. Внутри девушки крепла уверенность, что она точно узнает госпожу Волен, как только ее увидит.

Коридор тянулся в бесконечность, запахи старого дерева, лака и цветов щекотали ноздри, и вокруг было довольно прохладно, отчего Антия то и дело поправляла легкий халат.

Слабый отблеск слева привлек ее внимание, и девушка остановилась у одного из портретов, будто нарочно упрятанного в глубокую нишу. Под ним стояла высокая ваза со свежими цветами. Пушистые сиреневые головки тюльпанов пахли терпко-сладко, но Антия почти не замечала аромата. Ее взгляд был прикован к картине.

Это она. Не было никаких сомнений.

Женщина держалась гордо. Подняла голову, смотрела на художника с плохо скрываемым превосходством. Темно-серые глаза поблескивали, и из-за свечей в коридоре казалось, что они светились. Пухлые, чувственные губы были упрямо сжаты, а лежащие на коленях руки — сцеплены в замок.

Шею женщины закрывала полупрозрачная накидка, но Антия все равно увидела их.

Отметины дара.

Темная паутина вен, что ползла от сердца к горлу, медленно оплетая тело несчастного — обреченного — чародея.

Когда дар выходил из-под контроля, он начинал разрушать тело. И хоть женщина старалась скрыть свое состояние, но все равно…

Странно, что она вообще согласилась позировать в таком состоянии.

— Госпожа была очень сильной женщиной.

Вздрогнув всем телом, Антия резко обернулась и увидела застывшего рядом Валвера. Дворецкий не смотрел на нее — его взгляд был прикован к портрету. В медовых глазах плескалась печаль и сожаление.

— Она настаивала, чтобы эта картина была написана. Через три месяца ее не стало.

Повернувшись к Антии, Валвер прищурился.

— Вы думаете, что ее сила оставила след в этом доме.

— Только этим можно объяснить, что Брин видела что-то в источнике. И то, что я этого не видела. Это было только для ее глаз.

— Она бы никогда не смогла навредить Брин.

В голосе мужчины была такая непоколебимая уверенность, что Антия смешалась. Ее мысли спутались, а все слова, что крутились на языке, разбежались по темным уголкам.

— Эта сила — не то же самое, что живой человек, — медленно проговорила девушка. — Человек руководствуется разумом. Чаще всего.

Ее уточнение заставило Валвера усмехнуться.

— Чаще всего?

— Вы знаете, о чем я говорю. Если эта сила здесь из-за Брин, то мы не можем знать, чего она хочет.

— Защитить, возможно?

Его предположение поставило девушку в тупик.

Защитить? Но от чего?!

— От всех нас, — Валвер пожал плечами и, отвернувшись, снова принялся рассматривать портрет. — Госпожа больше всего на свете любила дочь и ненавидела собственный дар. Сейчас, если часть ее души осталась здесь, то она боится, что с Брин случится то же, что и с ней. Даже в объятьях Единого она может думать о том, как сберечь ее.

— Дар нужно обуздать, а не идти против его природы!

— Тогда остается верить, что вы сможете с этим справиться. Так ведь?

В повисшем молчании они смотрели на портрет госпожи Волен, и в душе Антии медленно нарастали одновременно страх и уверенность.

Антия не могла оставить девочку на произвол судьбы.

Но достаточно ли в ней сил и крепости духа, чтобы столкнуться с погубленной даром душой?

* * *

— А что значат эти отметины на земле?

Тихий голосок Брин вырвал Антию из тяжелых мыслей. Девочка с интересом рассматривала зеленое пятно источника, как раз там, где нашла его вчера.

Погода сегодня испортилась. Тяжелые свинцовые тучи нависали над поместьем, готовые разродиться дождем в любую секунду, а нос щекотал запах близкой грозы. Ветер стих, ни одна травинка под ногами Антии не дрожала, а мир вокруг приобрел тот самый сине-серый оттенок, в какой сейчас было окрашено ее настроение.

Странные силы. Мать девочки, чья душа так и не нашла покоя в этих стенах, секреты прошлого, непонятные сны, что снова и снова поднимали Антию на ноги посреди ночи, в холодном поту, и постоянное беспокойство, которое не исчезало ни днем, ни с заходом солнца.

Она даже не помнила, что происходило во сне, но знала: ничего хорошего ее там не ждало.

— Такие места есть везде, — Антия поднялась и подошла к девочке. Сегодня ей даже не пришлось снова вмешиваться в «зрение» Брин — та с первого раза сама нашла пятно и пристально его изучала, обходя по кругу, тыкая пальцем в зеленоватое свечение и пытаясь даже на нем попрыгать.

Такие успехи должны были бы вызвать у Антии гордость за девочку — не все ученики Академии могли освоить «видение» так быстро — но на душе было неспокойно.

Девушка все больше и больше пыталась понять, что именно ее смущает в этом ребенке. Телепортация — сильный дар. Редкий, но не уникальный. Такие дети и раньше ей встречались, с некоторыми она училась бок о бок несколько лет, но что-то именно в Брин заставляло все ее чувства постоянно мигать красными огоньками опасности.

Это из-за ее матери? Нет.

Антия не боялась остаточных сил. Если те несут зло, то она будет рьяно защищать ребенка от их влияния.

Сами ее способности — вот в чем дело. Изначально девушка не придала им значения: ну, редкие и редкие. В семье, даже лишенной дара, мог родиться сильный чародей. Талант — это не то, что переходило с кровью, уж это Антия в Академии хорошо усвоила.

Но чем больше она всматривалась в пульсирующие вокруг Брин переплетения нитей и сил, тем больше могла рассмотреть их… искусственность. Будто девочка в момент рождения и не должна была быть чародеем.

Будто ей это все навязали.

Но как?! Невозможно! Дар нельзя было просто… дать, это противоречило всем чародейским учениям. Абсурд!

«Ты просто устала, Антия. Это волнения последних дней так сказываются! Их было немало, согласись. Тебе нужно просто выпить травяной чай, лечь пораньше и хорошенько отдохнуть. Ты видишь опасность и подвох там, где их не может быть, — для учителя это самое губительное».

Поняв, что пауза затянулась, девушка присела рядом с источником на корточки.

— Если когда-нибудь ты найдешь такое место, то не будет ничего лучше, чем отдохнуть возле него. Источники восстанавливают силы и даже помогают исцелить раны быстрее.

— Правда?! — девочка удивленно хлопнула пушистыми ресницами и посмотрела на Антию с таким изумлением и восторгом, что девушка улыбнулась и потрепала Брин по волосам.

Все-таки дети удивительны. Они еще не потеряли способность удивляться всему, что был способен предложить им мир.

— Конечно! Если ты почувствуешь, что тебе нужно отдохнуть, то всегда сможешь найти подобный источник — и он поможет тебе восстановить силы. Только будь осторожна, ведь источник может как подарить тебе отдых, так и отобрать его.

Брин смешно нахмурилась, отчего темные бровки сошлись к переносице. Совсем как у ее отца.

— Значит, есть добрые и злые источники?

— Источники — они как люди, Брин, — сказала Антия. — Кто-то готов дарить тебе покой и отдых, а кто-то может отнять их.

— Но как я пойму, какой источник хороший, а какой — плохой?

— Ты почувствуешь. Что ты чувствуешь здесь?

Девочка задумалась. Встав в полный рост, она несколько раз обошла источник. Антия с интересом наблюдала за каждым движением Брин.

— Мне спокойно, — наконец сообщила девочка и плюхнулась прямо на траву, не заботясь о своем платье. — Я бы, наверное, могла играть здесь целый день! И тепло так, и пахнет хорошо, конфетами. Валвер обычно такие делает.

— Если ты почувствуешь, что тебе тревожно и в груди будет такой тугой холодный комок, захочется бежать и спрятаться — значит, этот источник не даст тебе ни отдыха, ни сил.

Брин очень серьезно кивнула, а через секунду подхватилась на ноги и бросилась куда-то в сторону особняка с пронзительным криком:

— Папочка!

Кирам слабо улыбнулся Антии и подхватил дочь на руки.

— Как проходит урок?

— Антия мне рассказывала про плохие и хорошие источники!

— Правда? Как интересно.

— Да! И у нас тут есть хороший источник, прямо возле куста.

Улыбка Кирама стала шире, и, поставив девочку на землю, он привычно заложил руки за спину.

— Я пришел сообщить важную новость, — кашлянув сказал он. — Мне придется покинуть поместье на несколько дней. Работа не ждет, а вы, госпожа Брея, останетесь на попечение Валвера. Он сделает все, что попросите. В разумных пределах, разумеется.

Антия даже не успела ничего ответить, как услышала рядом тихое всхлипывание. Брин смотрела на отца так, будто готова была разрыдаться прямо здесь и сейчас.

— Ты обещал остаться! — выпалила она. — Обещал остаться до моего дня рождения!

Лицо мужчины на секунду исказилось, в глазах мелькнуло чувство вины.

— Я знаю, солнышко. Но, к сожалению, не могу сказать «нет» нашему правителю.

Брин упрямо топнула ногой и сжала крохотные кулачки.

— Ты обещал!

— Брин…

— Обещал!

Антия отшатнулась — таким мощным был всплеск искренней обиды и гнева, всколыхнувший кокон вокруг Брин. Тонкие нити завибрировали, выстрелили в разные стороны, рассекая воздух невидимыми иглами.

— Брин, остановись!

Но девочка ничего не слышала, а через мгновение ослепительная вспышка откинула Антию назад и прижала к земле. Над головой заревел ветер такой силы, что заложило уши и острая боль пронзила шею.

Закрыв голову руками, Антия сжалась в тугой комок, поджав колени к груди. Она уже попрощалась с жизнью, когда все вокруг стихло.

Осталось только слабое шуршание, похожее на то, что издает песок, гонимый слабым ветерком. Приподнявшись, Антия потерла глаза рукой и осмотрелась вокруг. Она рассчитывала увидеть Брин и Кирама, но взгляд наткнулся на высоченные стены, сложенные из темно-зеленого камня, и черные шпили, упирающиеся в серебристо-серое небо.

Из горла вырвался сдавленный хрип, а в голове испуганной птицей билась всего одна мысль, сразу же слетевшая с языка:

— Где я, во имя Творца?!

Глава 8

Песок под ногами был черным, как угольная крошка. Туфли вязли в нем, точно лапки мухи в киселе, и двигаться с каждой минутой становилось все сложнее. Антии казалось, что она уже сорвала голос, пытаясь докричаться до лорда и Брин, а внутри все сильнее рос холодный ком страха.

Что, если Брин забросила ее сюда одну? И как теперь вернуться назад? И возможно ли это?

Вопросы копошились в голове роем растревоженных насекомых, и Антия никак не могла унять нервную дрожь, сотрясавшую ее от пяток до затылка.

Повсюду громоздились странные зеленые тени лабиринта. Они были настолько высокими, что девушке приходилось задирать голову, чтобы рассмотреть верхний край. Ни птиц, ни насекомых вокруг.

Никаких запахов.

Воздух, выхолощенный и безвкусный, медленно затекал в легкие с каждым осторожным вдохом. Массивные острые иглы непонятного назначения, упиравшиеся в самое небо, не сдвинулись ни на дюйм — как бы Антия ни пыталась к ним подойти. Лабиринт будто нарочно водил ее кругами, заставлял путаться в многочисленных поворотах и забывать, откуда она пришла; а бойкий ветер усердно засыпал следы, затирал все признаки ее присутствия.

Антии казалось, что она ходит уже не один час. Нещадно болели ноги и поясница, глаза наливались тяжестью. Хотелось сесть, а еще лучше — лечь. Она не могла почувствовать вокруг ни одного живого существа — значит, отдых здесь — затея безопасная. Всего-то присесть на пять минут — кому от этого станет хуже?

Девушка буквально рухнула на песок как подкошенная и, оперевшись спиной на одну из стен, глубоко вдохнула никакой воздух, стараясь угомонить колотящееся сердце.

Где же она?

Что это за место, и как у маленькой девочки могло взяться столько сил? Антия все меньше верила, что вырвавшаяся мощь — естественная. Не могло этого быть — и все тут! Странная, противоестественная искусственность чувствовалась в Брин, и этот всплеск силы, каким не могли бы похвастаться даже сильнейшие маги Академии, привел Антию сюда.

Она прокручивала в голове один урок за другим, лекции о телепортации. Это, конечно, не ее специализация, но общий курс читали всем.

Веки все больше тяжелели, а каждый вдох давался с усилием. Антия будто дышала через влажную тряпку, раскрыв рот, как выброшенная на берег рыба.

Прикрыв глаза, она еще раз попыталась сосредоточиться.

Если поблизости было хоть что-то живое, хоть какой-то след…

Острая боль прошила плечо, точно кто-то вогнал под кожу сотню ледяных игл. Антия дернулась, но не смогла сдвинуться с места. Застывшая, как комар в янтаре, она с ужасом прислушивалась к тихому гудению за спиной. Зеленый курчавый мох слабо засветился — и боль от плеча пошла вниз по руке, к самым кончикам пальцев.

Девушка раскрыла рот, чтобы закричать, но из горла вырвался только сдавленный хрип. Язык пересох так, что невозможно было вымолвить ни единого слова.

«Ловушка! Мне нельзя было касаться стен!»

Теперь она видела их отчетливо. Каждый дюйм камня был покрыт красноватыми короткими щупальцами. Колышущееся алое «море» казалось бесконечным, агрессивным и готовым поглотить все, до чего дотянется.

«Я не могу здесь остаться! Я должна найти Брин. Она же еще совсем маленькая… она не виновата…»

Антия не чувствовала ни рук, ни ног. Тело налилось такой тяжестью, что все, чего хотелось — лечь прямо на землю и больше не подниматься. Небо накренилось, соскользнуло в сторону, и девушка поняла, что лежит на боку, прижавшись спиной к стене.

— Я должна встать…

Последние силы покинули девушку, и она безвольно уронила голову на землю. Антия не слышала шуршание песка, не почувствовала, как чьи-то руки грубо поднимают ее и оттаскивают в сторону от проклятой стены. Она не слышала, как полупрозрачные красные щупальца зло запищали на чужака, отнявшего их подпитку.

— Антия! Вы меня слышите?!

Она слишком глубоко провалилась во мрак, слишком сильно увязла в оцепенении и холоде. Руки и ноги превратились в ледяные столбы — не пошевелить. Девушка даже не могла разлепить губы, чтобы сказать, что все еще жива.

Кто-то над головой бросил в воздух крепкое проклятье и приподнял ее, прижал к теплому, провел по волосам, распутывая растрепавшиеся пряди.

— Ну же, Антия! Вы же целитель!

Руки пронзила острая боль. Чувствительность вернулась так неожиданно, что девушка тихо вскрикнула и попыталась оттолкнуть незнакомца, но куда там! Ее держали, точно в клещах, — не вырваться.

С трудом разлепив глаза, Антия скривила губы в болезненной гримасе. Все ее тело будто горело в огне, каждый мускул вибрировал от жуткого напряжения.

— Антия. — Лицо Кирама расплывалось, девушка никак не могла рассмотреть его целиком — только отдельные черты. — Вы должны встать.

Прикосновение к щеке было настолько нежным, что девушка невольно дернулась. Эта незамысловатая ласка обожгла не хуже уголька из печи, но Кирам не позволил Антии отвернуться. Он сжал крепкими пальцами ее подбородок и немного запрокинул голову, вынуждая смотреть себе в глаза.

— Мы должны найти Брин. Она тоже здесь.

Брин!

Мысли прояснились, усталость и боль отступили на задний план.

Они должны найти Брин.

Кирам помог ей встать и приказал отвернуться. Антия даже не поняла вначале, что происходит, пока не услышала шуршание одежды, а уже через минуту рядом с ней замер черный волк. Он был даже больше, чем она запомнила. Настоящее чудовище среди хищников.

Любой обычный волк на фоне лорда будет похож на дворовую, безродную шавку.

Зверь припал к земле и кивком указал себе на спину.

— Быстрее! Нет времени.

Антия только открыла рот, чтобы сообщить, что никогда не ездила верхом, тем более на оборотнях, как воздух прорезал высокий детский крик.

И вторил ему рев неизвестного чудовища.

* * *

Никогда Антия не думала, что на спине волка можно чувствовать себя так, будто всегда только и жил ради этого момента. Воздух толчками врывался в легкие, отчего кружилась голова, и только сведенные судорогой пальцы, стискивавшие густую черную шерсть, удерживали девушку от падения и неминуемой смерти.

Мощные лапы отталкивались от земли, и волк несся вперед, с трудом вписываясь в крутые повороты лабиринта.

— Как мы ее найдем?! — прокричала Антия и сразу же замолкла, плотно прижавшись к крепкой, мускулистой спине, стоило только волку неожиданно затормозить и запрокинуть массивную голову.

— По запаху, конечно, — резко ответил оборотень. — Если бы только сами эти стены не мешали мне так сильно!

— Что это за место? Почему ваша дочь забросила нас сюда?

Волк не ответил. Втянув носом воздух, он резко повернулся к одному из коридоров и бросился в него. Антия пригнулась к мощной шее и решила, что сейчас не самое лучшее время для вопросов.

Она все узнает потом.

Обязательно узнает!

Каменные дороги стелились под лапы размытыми лентами, а через минуту Антия и волк покинули стены лабиринта, оставив за спиной хищные растения, и выскочили на свободное пространство — плато, нависшее над бездонной пропастью. Антия услышала, как внизу бушует вода, но из-за наклона плато не могла рассмотреть ее.

На самом краю застыла знакомая хрупкая фигурка. Девочка лежала на земле, скрутившись в тугой клубочек и закрыв голову руками, а всего в нескольких футах от нее шевелилось и вздрагивало нечто, очень похожее на обычный зеленый холм.

Если пройти мимо такого, то он даже не притянет взгляд. Кочка была не меньше двадцати футов в высоту, поросшая густой травой и курчавым мхом. Четыре толстые лапы, торчавшие из-под колышущихся «складок» зеленой плоти, венчали острые серпы когтей.

Кочка повернулась к оборотню и девушке как раз в тот момент, когда они ступили на плато. Волк тихо зарычал и повел плечами, приказывая Антии спуститься на землю.

— Ты должна добраться до Брин.

Слова в ее сознании вспыхнули раскаленными углями.

Девушка мотнула головой с такой силой, что тупая боль прошила шею.

«Что он собирается делать? Это форменное безумие!»

Ее чувства и мысли раздвоились. Часть ее нутра тянулась к Брин. Сердце требовало рвануть прочь, к девочке, одинокой и брошенной на краю пропасти; неодолимая нужда защитить ребенка от любой опасности, внешней или внутренней, сотрясла Антию до самого донышка.

Но она не могла бросить лорда одного перед лицом опасности.

Лекарь в Антии сопротивлялся, взывал ко всем тем клятвам, что девушка давала в Академии. Она должна была помогать людям, исцелять их.

Даже если это грозило ей смертью.

Она не хотела и не могла понять, что задумал Кирам!

Кочка медленно повернулась, привстала на коротких лапах и подалась вперед. Шкура приподнялась, обнажая массивную пасть, усеянную острыми клыками.

Антия не видела глаз.

Существо постоянно меняло форму, перекатывалось, как тесто в кадке, и его черты менялись с такой скоростью, что никто бы не мог с точностью сказать, как чудовище выглядит на самом деле.

— Ты не сможешь с ним справиться, только посмотри на размеры!

Антия даже не заметила, как перешла на «ты». Волнение подкатило к горлу тошнотворной волной, и волк снова зарычал.

— Уведи мою дочь, пока я отвлекаю тварь! Сделай это, Антия!

Стиснув зубы, девушка открыла рот, чтобы что-то сказать, но тут же захлопнула его.

Она должна идти.

Защитить Брин, которая сейчас совсем одна, в опасности!

В конце концов, девочка — не оборотень. У нее не было возможности исцелить раны и противостоять чудовищам.

Она всего лишь ребенок.

Соскользнув на землю, Антия двинулась по широкой дуге, не отрывая взгляд от зеленой хищной твари и волка, что медленно направлялись друг к другу. Лорд подался в сторону, отвлекая существо, уводя его подальше от дочери и Антии.

Девушка осторожничала, но вскоре перешла на бег и оказалась рядом с девочкой всего за пару ударов сердца.

Она коснулась дрожащего плеча и услышала тихие всхлипы. Сердце замерло от жалости и страха.

— Брин, ты меня слышишь?

Девочка замотала головой и сжалась еще сильнее.

— Брин, пожалуйста, посмотри на меня.

Антия старалась говорить тихо и спокойно, иногда бросая быстрые взгляды в сторону Кирама. Тот все еще кружил у дальней части плато, избегая прямой стычки с чудовищем, но эта опасная игра затягивалась и очень скоро существо могло обратить внимание на беззащитных жертв, решив, что они куда интереснее, чем опасный оборотень.

— Я знаю, что ты испугана, — Антия наклонилась к девочке, коснулась дрожащей рукой растрепанных кудрей. — Знаю, что ты не хотела оказаться здесь. Клянусь, никто тебя не накажет, слышишь? Я помогу тебе, обещаю.

Брин снова всхлипнула и приподняла голову.

— Я не хотела, — прошептала она. — Папа обещал остаться, а я так разозлилась! — девочка бросила затравленный взгляд в сторону существа, и ее нижняя губа задрожала, стоило только Брин рассмотреть отца. — Я не хотела, чтобы так вышло.

— Знаю, — сжав крохотную ручку, Антия слабо улыбнулась. — Мы должны вернуться домой. Ты можешь это сделать, я уверена!

— Но я никогда этого не делала! — Паника в голосе Брин была настолько отчетливой и болезненной, что девушке стало не по себе. — Я никогда никого не брала с собой!

— Закрой глаза, — прошептала Антия. — Держи меня за руку крепко-крепко, вот так. Помнишь, как ты прыгнула на ветку дерева? Ты можешь сделать это снова, и неважно скольких ты заберешь с собой. Только не отпускай мою руку, Брин, не отпускай, даже если станет очень страшно!

Жуткий рев заставил девочку подпрыгнуть на месте и рвануть в сторону, но Антия удержала ее.

— Оно нас сожрет!

Девушка прижала дрожащую Брин к себе и принялась укачивать девочку, по капле питая ее собственной силой.

— Закрой глаза! Все будет хорошо, доверься мне.

Девочка подчинилась, но ее сердце колотилось так быстро, что вот-вот выскочило бы из груди.

— Представь сад. Это совсем просто, ты бываешь там каждый день. Что ты видишь, милая?

— Ничего! — захныкала она испуганно. — Я не могу, Антия…

Девушка подняла руку и коснулась влажного бледного лба Брин. Кончик пальца вычертил на коже замысловатый символ, и из глаз девочки моментально испарился страх. Она превратилась в тихую куклу, застывшую в руках умелого кукловода.

«Прости, я не знала, что еще сделать».

— Закрой глаза, Брин, — уверенно приказала Антия, и девочка послушалась. — Вспомни сад. Что ты видишь?

— Цветущий куст, — последовал ответ без единой запинки. — Мы с мамой возле него играли. Столик у дерева. Пахнет так приятно, не знаю чем. Так всегда пахнет, когда Валвер готовит чай.

Кокон силы, спокойный до этого, ослепительно вспыхнул и зашевелился. Нити потянулись в разные стороны, ощупывали лицо и руки Антии.

— Вижу облака. Должен дождь пойти.

Девушке показалось, что она и сама чувствует запах дождя. Вот-вот грянет гром.

Повернув голову, она увидела, как волк кружится вокруг неповоротливого хищника, а тот клацает пастью, пытаясь ухватить оборотня. Мощная лапа ударила по земле, всего в каком-то футе от Кирама — и тот отскочил в сторону и хрипло завыл.

— Кирам! — закричала Антия, привлекая внимание лорда.

Он не мог видеть, что его дочь готова «прыгнуть», но бросился к краю плато. Белоснежный кокон разрастался, вгрызался в землю и почти полностью поглотил и Брин, и саму Антию.

Последнее, что девушка почувствовала перед провалом в темноту, — мягкую шерсть и острую боль, пронзившую запястье, когда волк прихватил руку зубами.

* * *

— Только не двигайтесь, госпожа.

Мир плыл и раскачивался, рука безвольно болталась вдоль тела и нещадно пульсировала.

«Я должна исцелить себя».

Но Антии казалось, что она сейчас не смогла бы исцелить даже комара.

— Все будет хорошо, я обещаю.

Другой голос. Не тот, что назвал ее «госпожой».

Где она? Дома? Они вернулись?

— Я сам! Лучше позаботься о Брин. Ты знаешь, что делать.

Ответа на это не последовало.

Антию куда-то несли. Укладывали.

Нос щекотал запах трав, крепкого чая и целебных настоек. На лоб лег холодный компресс.

— Я задолжал вам объяснение, тесса.

Теплая рука сжала ее ледяную ладонь. Поглаживала так мягко, успокаивающе. Не вязалась эта нежность с привычным «тесса», но Антия такой мягкости была рада. Рада, что лорд невредим, что он говорит и ходит, что не ранен.

А что с Брин? Как же она одна, да после всего этого…

— Поговорим позже. Когда вы проснетесь.

«Но я не сплю», — хотела возразить девушка.

Вот только произнести это вслух она не смогла.

Просто не хватило сил.

Глава 9

Проснулась Антия с трудом. Веки были такие тяжелые, что разлепить их оказалось сложнее, чем поднять на второй этаж мешок с мукой. Девушка тихонько застонала и перевернулась на бок, отчего голова налилась тупой болью. Антия чувствовала себя разбитой, буквально вывернутой наизнанку, и жутко хотелось пить.

Приоткрыв один глаз, она поняла, что лежит в собственной постели. На прикроватной тумбочке стояла свеча, ее огонек подергивался из стороны в сторону, но окно было плотно закрыто. Огонек дрожал от ее рваного дыхания.

— Как вы себя чувствуете?

Знакомый голос прозвучал откуда-то слева, со стороны глубокого кресла. Антии пришлось немного повернуться и прищуриться, чтобы различить темный силуэт, устроившийся подальше от света. Впрочем, ей не нужно было сильно присматриваться, чтобы понять, что в кресле сидит Кирам.

Его напряженная поза выдавала волнение, даже страх. Мужчина сидел, наклонившись вперед и уперевшись локтями в колени. Его подбородок покоился на сцепленных в замок пальцах, а глаза тускло поблескивали колдовским золотом.

Он встревоженно рассматривал Антию, но стоило ей пошевелиться, как во взгляде плеснулось самое настоящее облегчение.

Нос девушки защекотал запах чистого белья и цветов, в душе разлилось приятное тепло и странное, щемящее чувство, от которого совсем немного хотелось плакать.

Она снова в особняке! Вернулась домой…

Живая.

— Пить, — с трудом выдавила Антия.

Язык почти не ворочался во рту, отчего слово вышло смазанным, неразборчивым, и девушка с досадой подумала, что Кирам не поймет ее просьбу.

Но он понял.

Поднялся одним плавным толчком, ушел в темноту, за кровать, где через секунду раздался звон стекла и приятное бульканье. Антия чуть не потеряла сознание, просто представляя, как вода бежит из кувшина в стакан, и уже хотела тихо застонать, но лорд не заставил ее ждать слишком долго.

Он не спрашивал ее разрешения, когда сел на край кровати и помог приподняться. Теплая рука на плечах странно успокаивала. Антия почувствовала, что она в безопасности, под надежной защитой и ничего плохого не случится. Отошли в тень все ее волнения и страхи, недоверие и вопросы.

Сейчас имели значение только сам лорд и высокий бокал в его руках.

Вода оказалась холодной.

Настолько, что стекло моментально запотело и крохотные капельки побежали вниз, по пальцам Кирама.

Он протянул ей воду и наблюдал, как Антия жадно пьет, едва ли не захлебываясь, с трудом глотая, но готовая сражаться за каждый лишний глоток воды. Она могла бы поклясться, что убила бы, если бы хоть кто-то попытался отнять этот бокал.

— Не торопитесь, Антия, — насмешливый голос Кирама привел девушку в чувство. — Чего-чего, а воды у меня достаточно.

— Простите…

Антия смущенно сжала бокал.

— Не извиняйтесь. Я думаю, вы еще не раз за ночь захотите пить.

Кирам поднялся и подошел к окну. Он стоял к девушке спиной, и его напряженная спина выдавала все то волнение, что медленно разъедало лорда изнутри.

Память услужливо подкинула полуразмытые, выцветшие картинки из их «путешествия» в неизвестное. Столько вопросов сразу поднялось на поверхность, и самый главный: что же с Брин? Как она?

— Я должен признаться, тесса, — мужчина тяжело вздохнул и повел плечами, будто пытался справиться с непомерным напряжением. — Меня восхитила ваша храбрость.

Антия открыла рот, но не смогла подобрать нужных слов.

— Вы повели себя очень рассудительно, не потеряли голову, — продолжил лорд. — Смогли спасти мою дочь и всех нас — за что я перед вами в долгу.

— Целители не могут бросить нуждающегося в беде…

Кирам презрительно фыркнул и отмахнулся.

— Не нужно заученных фраз! Я знаю, как готовят людей в Академии. Ничто не заставит меня поверить, что поступки магов зависят только от их специализации, а не от личных убеждений.

Повернувшись, он скрестил руки на груди, и Антия впервые почувствовала себя неловко — с таким интересом Кирам ее рассматривал.

— Вы хорошо сдружились с Брин. Я ее характер знаю: если что-то не понравится, она человека из дома выживет быстро и без сантиментов, но с вами все не так. Брин вам доверяет.

Кирам снова возвратился к кровати и сел так близко, что Антия невольно отклонилась и почти вжалась спиной в изголовье.

Ей было непривычно и странно так близко сидеть к лорду. Его настроение менялось неуловимо: мужчина мог быть холодным и жестким, а мог, как сейчас, искренне беспокоиться и говорить такое, отчего невольно краснели щеки и уши.

Пожалуй, никто еще не называл Антию храброй. Тетка никогда бы ей такого не сказала — скорее, уж откусила бы себе язык. Девушка всегда была для нее «слабой» и «недостойной», и искреннего, человеческого восхищения в ее жизни было не так уж и много.

И вот…

— Я должен кое-что вам объяснить, тесса, — тихо сказал Кирам. — Очень важное. О Брин.

— О ее силах.

Мужчина нахмурился.

— Откуда вы знаете?

— Я не зря ем свой хлеб, лорд Волен. И не могла не почувствовать что-то очень неестественное в даре девочки.

Отвернувшись, Кирам замолчал. Казалось, что все напряжение, накопившееся в нем за долгое время, сейчас вырвется на свободу в потоке слов.

— Так и есть. — Горечь в его голосе поразила Антию. — Ее силы — навязанные, вынужденные. Это я виноват.

Забыв о всякой осторожности, девушка порывисто сжала его руку и только сейчас почувствовала, какие у мужчины холодные пальцы. Будто нечто заморозило самого его нутро.

— Как вам удалось? Дар невозможно… дать. Как бы это ни звучало.

Кирам криво усмехнулся.

— Что вы знаете о магах, служащих правителю?

— Немного. Этого в Академии не рассказывают.

— Конечно не рассказывают, — мужчина поднялся и вынудил Антию встать тоже. — Я не маг в полном смысле этого слова — иначе сам мог бы обучить дочь — но у меня есть определенная задача. Я, как и пятеро других избранных правителем, храню этот хрупкий мир от разрушения.

— Каким образом?

Кирам замешкался. Думал о том, стоит ли говорить дальше.

— Я дам вам выбор, Антия. — Ее имя в его устах звучало до странности хрипло, будто лорд боролся с собой. — Вы меня удивили. Можно сказать, доказали, что достойны доверия. И я могу рассказать вам секреты этого поместья и моей дочери, — он немного наклонился, из-за чего их с Антией глаза оказались на одном уровне. — Но не могу гарантировать, что после вы сможете покинуть эти стены.

На мгновение она даже забыла, что хотела сказать.

Это что, угроза? Или такая шутка?

Кажется, все-таки угроза.

— Вы будете дальше учить Брин, — бросил Кирам с деланным безразличием. — Делать вид, что она обычный ребенок с обычным даром.

Его голос понизился до заговорщицкого шепота.

— А можете узнать куда больше. Я же вижу, что вас разрывает от любопытства.

— Но при этом остаться прикованной к этому дому цепями ваших секретов?

— К дому. И ко мне. — Золото сверкнуло в его глазах отчетливее, яростнее, будто волк взял контроль над человеком. — Поверьте, для хорошего лекаря у меня работа всегда найдется, даже когда обучение Брин подойдет к концу. Я ведь догадываюсь, что вы не от скуки ко мне пришли, а из-за нужды. Будьте уверены: вы не захотите сбежать от такого приключения и возможности. Вы же не сбежали от опасности раньше.

— Вам просто скучно, лорд! А я для вас — занятное развлечение.

— Не каждый день встретишь женщину, которая так уверенно держится на волчьей спине.

Девушка ответила ему хитрой улыбкой.

— Предлагаете мне долгое сотрудничество в обмен на свои секреты. Не боитесь, что потом я просто сбегу?

— Я же сказал! Вы не из тех, кто бежит от приключений — я это нюхом чую. Но если все таки попытаетесь сбежать, то волки — прекрасные следопыты. Они могут выследить кого угодно.

Некоторое время они сверлили друг друга взглядами.

Что она теряла, на самом деле? Идти некуда, дома не было, никто не ждал, а впереди маячили тайны, в которые, возможно, не погружался ни один известный ей маг. И Брин нуждалась в ней. Если — только если! — ее дар и правда не естественного происхождения, то оставлять ее без присмотра — чудовищно. И отдавать в руки другого мага — просто предательство.

Девочка Антии искренне нравилась. Малышка заслуживала нормальной жизни, обычного детства, а не чудовищ и страхов, что ждали ее за границей собственных возможностей.

И ради Брин…

Да и что греха таить — ради себя.

Если она сможет получить работу и после обучения девочки, то вся жизнь Антии может измениться к лучшему. Разве она не этого хотела?

Разве не этого пыталась добиться, сбежав от тетушки?

— Ну так что, Антия? — шепотом спросил Кирам, мягко обняв ее за плечи. — Вы готовы узнать, что же такое входит в мои обязанности и почему сила Брин такая?

— Готова, — без запинки ответила девушка, хоть и не ожидала от себя такой уверенности. — Показывайте мне свои секреты, лорд Волен.

* * *

— Что вы знаете об Анта Энганде, тесса?

Вопрос заставил Антию задуматься. Она совершенно точно слышала это название еще в Академии, но мельком и произносили его шепотом, будто боялись накликать беду.

— Если я не ошибаюсь, то это переводится как «Мировая чистка».

Девушка еще не успела побывать в этой части особняка и теперь жадно впитывала все, что мог ухватить человеческий глаз. Все остальное должно было отметить магическое зрение.

И буквально в нескольких футах от конца коридора, куда привел Антию Кирам, оно буквально сошло с ума.

Коридор превратился в самую настоящую разноцветную спираль, похожую на разбитую, «осколочную» картинку в калейдоскопе. Девушка поспешно зажмурилась и остановилась. Она даже испугалась, что не сможет идти дальше, но теплая рука лорда, сжавшая ее ладонь, немного успокоила Антию.

Все хорошо.

Ей ничего не грозило в этом доме.

— Прошу прощения, я не предупредил.

Девушка почувствовала, что мужчина и правда сожалеет, и это согревало ее сердце. Все-таки все те маски, что лорд носил до этого, — всего лишь маски и не больше. Внутри это был чуткий человек, готовый заботиться о тех, кто нуждался в его помощи.

— Вы правильно сказали, Антия, — он продолжал держать ее за руку и вести вперед, в неизвестность. Очень скоро лорд остановился — и Антия отчетливо услышала щелчок дверного замка, а за ним — еще один.

И еще.

Что там могло быть такое, что требовало трех замков?

— Но «Мировая чистка» не просто метафора. Это реальность, в которой живет каждый. Откройте глаза.

Он подтолкнул девушку вперед, и она почувствовала, как руки Кирама легли на ее плечи и немного сжали.

Глубоко вдохнув, Антия все-таки решилась открыть глаза.

Она же хотела узнать все его секреты, дала согласие. Так что отступать некуда.

На первый взгляд комната показалась Антии огромной. Девушка понимала, что у нее совершенно точно должен быть потолок, но не могла рассмотреть ничего из-за плотной синеватой дымки, плавающей в двадцати футах над полом. В воздухе висел тяжелый, горько-сладкий запах. Он был таким прилипчивым и всеобъемлющим, что Антия могла поклясться: она вынесет его отсюда не только на одежде, но и под кожей.

Немного впереди, на каменном постаменте, лежало нечто, похожее на простой кусок агата, оплетенный затейливой золотой паутинкой.

— Анта Энганде происходит каждый день. Каждую секунду. — Кирам сжал ее плечи сильнее, словно боялся, что девушка сбежит. — Люди этого не замечают, и правитель — как до него его отец и отец его отца, — понимает, что лучше, чтобы так все и оставалось. Некоторые процессы лучше не показывать простому человеку.

— Что это за камень?

— Это фильтр. Магический фильтр, созданный пятью семьями еще тысячу лет назад.

Кирам замолк, а Антия попыталась осознать, что же перед ней. О таком в Академии никто не рассказывал. И что именно этот фильтр делал? И зачем?

— Каждый, наделенный даром, пропускает его через себя. — Голос лорда стал похож на тихий шелест, который медленно проникал в уши и разливался в груди тягучим теплом. — И таким образом он его… заражает. Я не хотел бы использовать слово «пачкает», но оно подойдет даже больше.

— Звучит грубо…

— Но так и есть.

Кирам отступил назад, обошел Антию и встал перед постаментом. Он не прикасался к камню, но девушка, решившись все-таки посмотреть на комнату через призму своего дара, пораженно задержала дыхание, наблюдая, как черные и красные ленты силы обвиваются сначала вокруг лорда, а потом устремляются в камень.

— Я сказал, что не маг. И это чистая правда.

Мужчина опустил голову, прислушиваясь к чему-то.

— Я — зеркало, что отражает испорченный дар и помогает ему пройти через фильтр. Я провожу силу через очищение и отпускаю в мир, где дару предстоит найти носителя.

Поняв, что Антия в полном замешательстве, Кирам слабо улыбнулся; в его глазах вспыхнуло что-то совсем незнакомое, горькое, похожее на больную обреченность.

— Если этого не делать, сила может навредить не только магам, но и обычным людям. Испорченная сила способна привести в мир чудовищ, и мы, из поколения в поколение, противостоим этому.

Девушка нахмурилась и, переступив с ноги на ногу, обхватила себя за плечи. Ей стало холодно, по коже побежали противные мурашки. Эта комната пугала до икоты, и все чувства вопили о необходимости быстрее уйти, убежать и спрятаться в своей спальне.

— Это не объясняет, откуда сила у Брин. Вы… вы сказали, что ее дар не естественный.

— У каждого камня есть свой ключ. — Губы Кирама сжались в тонкую злую нить. — Раз в десятилетие мы открываем их, чтобы… очистить, ведь любой фильтр забивается. Это долгий, тяжелый и болезненный ритуал. Он несовершенен, и ключом может стать только единокровный родственник хранителя.

Антия тяжело сглотнула.

— То есть…

— Я не желал своей дочери такой судьбы, — лорд старался не смотреть на девушку. — Но иногда мы все вынуждены ставить долг выше всего остального. Даже собственной семьи.

Он заговорил торопливо, будто выталкивая из себя все, что накипело.

Будто боялся не успеть.

— За ключами всегда велась охота! Кто владеет ключом, тот владеет и камнем и… только представь, Антия, что можно сделать со всей той тьмой, что копится в нем годами! Можно обратить ее против кого угодно. Можно уничтожить все или править. Потому у каждой семьи есть свои стражи, вроде Валвера.

Так вот почему дворецкий чувствовалсяся «не человеком». Антия очень сомневалась, что стражем мог стать простой смертный.

— Потому я и дал дочери эту силу. Возможность сбежать куда угодно, — Кирам бросил на Антию совершенно больной, затравленный взгляд. — Если со мной что-то случится, она прыгнет далеко-далеко. Ее никто не найдет.

— Но как? Дар нельзя «дать».

Усмешка у лорда вышла зловещая.

— Можно! Вы даже не представляете, что можно дать, если использовать тьму камня самостоятельно. Нужно просто попросить об этом высшего демона.

Он бросил взгляд ей за спину — и, резко обернувшись, Антия чуть не вскрикнула, увидев дворецкого, стоящего у двери.

— Теперь вы все знаете, госпожа, — тихо сказал Валвер.

В его голосе не было ни намека на агрессию. Он, скорее, был смущен и расстроен.

— Я могу просить только о том, чтобы вы не оставили Брин и научили ее…

— Что тебя с ней связывает?

Валвер загадочно улыбнулся.

— Давняя клятва.

Из груди Антии вырвался рваный вздох. Невыносимо разболелась голова, и захотелось лечь. Слишком много всего навалилось. Фильтры, силы, спасение мира, кристаллы, ключи.

Ей нужно было все хорошенько переварить.

— Мне бы не помешала чашка чаю, — выдохнула девушка, переводя взгляд с Валвера на Кирама и обратно.

Мужчины только рассмеялись и заметно расслабились.

Это они зря.

Больше Антия им спуску не даст.

Отныне никаких тайн, касающихся Брин! Иначе все это обучение не будет иметь смысла. И из Валвера она тоже выдавит ответ, даже если ей придется его пытать!

Глава 10

— Да вы с ума сошли, Антия!

Кирам смотрел на нее с таким выражением лица, что девушка подумала: сейчас лорда просто хватит удар.

Лорд даже столовые приборы отложил, почти не притронувшись к еде.

Антия же отказываться от сочного мяса не собиралась — спорить лучше на сытый желудок, а то вдруг это будет ее последней в жизни трапезой.

Прошло несколько дней с того вечера, когда ей показали странный артефакт и рассказали о судьбе девочки, и сейчас, потягивая чай за столом в обеденном зале, Антия столкнулась с непреодолимым препятствием.

Желанием Кирама полностью изолировать дочь от внешнего мира.

— Это вы сошли, если не понимаете, что Брин — совершенно не приспособлена к реальности.

Лорд нахмурился и презрительно фыркнул.

— Вы не осознаете всей опасности. — Тон Кирама был Антии хорошо знаком. Это был тот самый тон «Никаких больше обсуждений», который она уже несколько раз слышала. — Я не просто так сказал, что вокруг множество врагов! Это не банальное запугивание. Здесь я и Валвер можем…

— Тогда пусть Валвер нас сопровождает.

Лорд открыл рот и сразу же его захлопнул. Его лицо дернулось, скривилось от негодования.

— Это исключено!

— Вы даже не пытаетесь меня услышать, — девушка со звоном поставила чашку на блюдце и отодвинула ее в сторону. Она была готова к противостоянию до последней капли крови.

Или до последнего аргумента — тут как получится.

— Вы наградили девочку даром, но совершенно не подумали, что с ней случится, если Брин окажется среди чужаков, в чужом краю.

Губы Кирама растянулись в хищной усмешке.

— А вы что будете с этим делать? Устроите ей «тренировки на местности»?

— Я покажу ей город за пределами этих стен, — не сдавалась Антия. — Покажу, что кроме поместья есть целый мир, где не все будут желать ей добра.

— В злачные места ее отведете?

— Рынка будет достаточно. Для начала.

— Для начала?

Антия улыбнулась Кираму самой лучшей из своих улыбок. Она чувствовала, что ей стоит продолжать, знала, что если не сломит его сопротивление, то дочь лорда не ждет ничего хорошего.

— Я планировала показать Брин ярмарку. Скоро праздник.

— Исключено!

Антия поднялась из-за стола и, обойдя его по кругу, встала рядом с Кирамом, готовая стоять так до тех пор, пока ее силой не заставят уйти.

— Ваша дочь вообще знает, откуда деньги берутся? — спросила она в лоб, и чувство ликования наполнило ее сердце, когда лорд сжал зубы. — Она знает, что за еду и кров нужно платить? Как стоит прятать кошелек? Я уверена: Брин считает, что морковь на столе появляется сразу очищенной.

— Она так не думает. И прекрасно знает, что делать с деньгами!

— Вы врете.

Глаза Кирама вспыхнули опасным золотом.

— Не смотрите на меня так, лорд Волен, — Антия сама от себя не ожидала такого спокойствия. Она впервые за все время могла сказать, что не боялась мужчину, чувствовала, что он никогда бы не причинил ей вред, особенно после всего, что рассказал.

Всего за несколько дней она об этом странном, таинственном человеке узнала больше, чем о собственной тетке — за много лет. И ни разу Кирам не дал ей усомниться в своей любви к дочери.

Он должен был понять, почему Антия требует эту прогулку.

Пусть на несколько часов, пусть нечасто, но она должна показать Брин: за стенами поместья есть огромный, опасный и прекрасный мир, где ей, возможно, рано или поздно придется оказаться одной.

Не всегда рядом с ней будет защитник, готовый грудью броситься навстречу опасности.

В один прекрасный день ей придется спасать себя самостоятельно.

Жить среди людей. Антия хорошо знала, что далеко не все протянут руку и окажут помощь.

И если она может хоть как-то облегчить путь Брин…

Лицо Кирама смягчилось, он даже перестал хмуриться и, потянувшись к девушке, сжал ее пальцы в теплой ладони. Антия никак не могла привыкнуть к его порывистому желанию все время взять ее за руку или коснуться.

Пусть это было даже мимолетное прикосновение пальцев к волосам или одежде.

Это сильно смущало, но Антия старалась не терять голову. Очень могло быть, что сейчас лорд просто пытался усыпить ее бдительность!

— Вы же понимаете, что речь идет о моей дочери?

— О, я прекрасно понимаю. Но и вы должны понять, лорд Волен: Брин, рано или поздно, покинет этот дом. Это ваши слова. Ваши страхи.

Рука Кирама сжалась сильнее, но он прекрасно контролировал свою силу.

— Тогда я должен пойти с вами.

Слова прозвучали жестко, но Антия и тут не собиралась отступать.

Отец на прогулке будет вести себя как последний параноик, а Брин меньше всего нужны постоянные дерганья и волнение лорда.

— Мы идем с Валвером.

— Я смотрю, мой дворецкий нравится вам больше меня.

Лорд Волен усмехнулся, рассчитывая на какую-то реакцию, возражения, даже гнев, но Антия не поддалась и в этот раз. Стоило ей только на секунду потерять бдительность — Кирам сразу же перехватил бы нить разговора.

— Вы ошибаетесь. — Улыбка медленно сошла с лица лорда, уступив место самому настоящему удивлению и замешательству. — Мое сердце принадлежит одному мохнатому волку, что бродит по коридорам ночами. Встречали его?

Лорд прищурился и посмотрел на Антию снизу вверх. Он так и не встал из-за стола, но даже в таком положении она почувствовала себя по-настоящему маленькой, как деревце рядом со скалой.

— Вы невыносимы, — вздохнул он тяжело. — Почему я не могу пойти?

— Потому что вы — лорд! — девушка только порадовалась, что удалось быстро избежать неловкого молчания. — Вас тут все знают, это только привлечет ненужное внимание. Брин должна почувствовать себя свободной, понимаете?

Кирам кивнул и отпустил руку Антии.

— Два часа. Ясно? И не минутой дольше.

Девушка чуть не подпрыгнула от счастья и сразу же поспешила к двери, чтобы сообщить Брин радостную новость. Девочка будет вне себя от счастья, она уверена!

— Антия!

На секунду обернувшись, девушка вопросительно изогнула бровь. Ей совсем не хотелось терять драгоценное время зря.

— Не шутите со мной, — низкий голос Кирама звучал угрожающе, отчего Антия смешалась и украдкой облизнула пересохшие губы.

Лорд Волен отвернулся к окну и рассматривал разорванные ветром облака, медленно плывущие в сторону столицы.

— Иначе что? — спросила она, хотя не была уверена, что хочет это знать.

— Я могу вам поверить, — последовал уверенный ответ.

* * *

Брин смотрела на Антию, как на волшебника, что на день рождения принес ей самый лучший подарок. Она слушала девушку затаив дыхание, и стоило только узнать о прогулке, как крохотное сердечко девочки забилось часто-часто, а в голове закружились яркие картинки. Она видела ярмарку только на картинках в книге!

Там должно было быть столько всего!

Сладости, фокусы, представления, песни!

Печеные яблоки в карамели и сладкие бисквиты, леденцы на палочках и разноцветные ленты.

— Правда? — Брин вцепилась ручками в подол платья и принялась кружиться вокруг Антии. Девушка в этот момент стояла на небольшой деревянной лесенке и пыталась дотянуться до одной из книг на третьей полке библиотечного шкафа. — Правда-правда?! Скажи, что не обманываешь!

— Да зачем мне тебя обманывать, Брин?

Теплая улыбка девушки выглядела искренней. Не могла она врать, Антия совсем не такая. Она еще ни разу не разговаривала с Брин грубо или жестко, как пыталась однажды Элайна. Тогда папа ее остановил, сразу же попросил уйти, но страх остался.

Страх, что очередная папина знакомая будет относиться к Брин как к игрушке или диковинной зверушке.

Антия так не делала.

Она Брин оберегала. Она за ней пришла, спасла и успокоила. Разве мог такой человек быть плохим или врать?

— Не за чем, — буркнула девочка. На секунду Брин показалось, что Антия будет ее упрекать, но нет. Та снова повернулась к полке и привстала на цыпочки. Она уже несколько минут пыталась дотянуться до книги, и девочка подумала, что проще было бы позвать Валвера или папу.

Они всегда доставали книги, если Брин просила. И чего только Антия упрямилась? Ведь она точно не сможет дотянуться, только упадет да сломает себе чего-нибудь.

Эта мысль так взволновала Брин, что она стремглав бросилась к двери библиотеки. Они ведь могли не пойти на ярмарку, если что-то случится!

И Брин никак не могла это допустить.

Она позовет кого-нибудь.

Валвер точно не откажется помочь!

— Валве-е-р! — крикнула Брин во всю силу своих легких, предварительно распахнув дверь. Звонкий голос разнесся по коридорам, проникая даже в самые дальние уголки поместья.

Антия вздрогнула, хотела одернуть Брин, но неудачно повернулась, отчего лестница, узкая и неустойчивая, покачнулась и опора стремительно ушла из-под ног.

— Ай! — девушка уже приготовилась к встрече с полом, сжалась в ожидании удара.

Но его не последовало.

Девушку осторожно подхватили и поставили, машинально отряхнув подол от невидимых пылинок.

— Будьте осторожнее, госпожа.

Распахнув глаза, девушка отшатнулась, увидев рядом с собой Валвера. Мужчина же ее мимолетного замешательства не заметил. Или сделал вид.

Его улыбка была теплой и открытой, совсем не похожей на улыбку Кирама. Совершенно разные люди, которые при этом так просто находили общий язык. Это поражало Антию все время, пока она наблюдала за отношениями хозяина и дворецкого.

Впрочем, чего она ждала?

Валвер — не человек. Его с этой семьей связывало куда больше, чем простые деловые отношения. «Давняя клятва», общая тайна с Брин, в суть которой он никого не пускал, ограничиваясь только шутками и многозначительным молчанием.

— Ты как тут оказался?! — У Брин от удивления так округлились глаза, что Антия искренне запереживала, как бы они не лопнули. — Ты умеешь проходить сквозь стены, а мне до сих пор не сказал?

Ее возмущение было таким искренним, что девушка не удержалась от короткого смешка. Все-таки Брин такой непосредственный ребенок.

Она еще не потеряла способность удивляться, и Антия очень надеялась, что поход на ярмарку зарядит девочку новыми эмоциями на долгие дни.

— Я вас нагло подслушивал, — заявил дворецкий. — И как только понял, что нужна помощь, — решил вмешаться. Как мне кажется — вовремя.

Брин серьезно кивнула и посмотрела на Антию с гремучей смесью негодования и волнения.

— Очень вовремя! Антия могла пораниться. И тогда бы мы никуда не пошли, — последние слова девочка пробурчала так тихо, будто сама стыдилась сказанного.

Валвер тяжело вздохнул и погрозил девочке пальцем.

— Ай-яй-яй, Брин. Думать о прогулке, а не о здоровье своей учительницы.

— Но я думаю о ее здоровье! — Брин взвилась как ужаленная. — Очень думаю. Я очень хочу на ярмарку…

Антия сжалилась над девочкой и потрепала ее по волосам. Ребенок мир никогда не видел, конечно ярмарка будет для нее важнее всего.

— Все в порядке, милая. Валвер спас нашу прогулку.

Дворецкий приложил руку к груди и коротко поклонился.

— Всегда рад помочь. Какую книгу вы хотели достать?

Пока девушка думала о том, что попросить, Брин, заскучав, пошла бродить среди книжных полок. Она наверняка найдет себе интересное занятие, пока Антия будет собирать нужные книги для их нового урока.

Практика — это, конечно, хорошо, но теория еще никому не вредила.

— Вот эту, пожалуйста, — Антия указала на увесистый том в переплете из черно-бордовой кожи. — И вот это.

— История северных земель? Интересный выбор.

Валвер без особого труда достал книги и отнес их к низкому столу у окна.

— Брин будет полезно узнать о мире вокруг.

В глазах дворецкого вспыхнуло что-то очень знакомое. Также на Антию смотрел Кирам, стоило только заикнуться о прогулке по городу. Как ревнивый отец, готовый защищать свое дитя от всего вокруг, даже от самого себя.

— Некоторые вещи ей пока рано знать.

— Вы говорите совсем как лорд Волен.

— Во многих вещах наши мнения сходятся.

Антия посмотрела на мужчину снизу вверх и позволила себе улыбку.

— Вам не удастся оградить ее от реальной жизни.

— Потому я и буду вас сопровождать, — парировал Валвер. — Вначале — на ярмарке, а дальше, если Брин пожелает, и во время ее путешествия. Если оно случится, конечно. Все-таки лорд Волен — сильный, целеустремленный человек. Его очень непросто сломить.

— Но возможно?

Дворецкий склонил голову к плечу, и от его взгляда Антия ощутила самый настоящий, колючий холод, растущий комком под сердцем.

— Любого можно сломить, госпожа. Все дело в инструментах, которыми будет орудовать враг или палач, — отвернувшись, Валвер посмотрел на книжную полку. — Что-нибудь еще?

— Что вас связывает с Брин, Валвер, — мужчина уже собрался в очередной раз пошутить, но в этот раз Антия не хотела отступать. — Мне нужно знать.

— Это повлияет на ее обучение?

— Возможно. Я должна знать все о своей ученице.

Дворецкий тяжело вздохнул, его плечи поникли. Валвер даже не повернулся к Антии лицом, а заговорил, рассматривая книжные корешки.

— Однажды один очень глупый демон влюбился в человека. Она была из знатного рода Волен, он — слуга, но связь эта была крепкой, — дворецкий усмехнулся. — Она вышла за меня, представляете? Пошла наперекор семье. Единственный человек, кто поддержал решение Валери — ее мать. Госпожа Волен была великодушной и сильным чародеем. Она знала, какие связи нельзя разрушать.

Антия слушала, затаив дыхание.

— И что потом?

— А что потом? Потом Валери умерла.

Девушка тяжело сглотнула.

— Почему?

Валвер посмотрел на нее с жалостью, будто разговаривал с несмышленым ребенком.

— Старость, моя дорогая Антия. Все люди смертны, им свойственно умирать. Но, — мужчина прошел к столу с книгами и провел рукой по плотным корешкам, — я обещал, что останусь здесь до тех пор, пока ее душа не найдет новое тело. Она ничего не будет помнить, никогда не узнает меня снова, но я всегда буду искать ее. И находить.

— Значит Брин…

— Ее перерождение. Но не подумайте ничего дурного, госпожа Брея. Я люблю Брин, именно ее. Она очаровательная, живая, удивительная, я берегу ее чувства, жду ее взросления и отчаянно хочу увидеть какой она станет. И в этот раз я не буду снова искать душу возлюбленной, когда придет ее время.

— Что же вы тогда будете делать?

Валвер бросил на Антию короткий взгляд.

— Я все для себя решил и пойду за ней, у демонов есть эта возможность.

Антия отвела взгляд. Было невыносимо смотреть в глаза этого человека, полные горькой тоски.

Сколько он ее ждал?

Годы? Десятилетия?

Как долго он лелеял мечту снова быть счастливым?

— Так какую еще книгу вы хотели?

— А? Ах, да, книгу, — Антия на секунду замялась и указала на небольшой том в белом переплете. — Вот это, пожалуйста.

— Ох, госпожа. Если хотите, то я о демонах могу рассказать Брин больше, чем какой-то там автор, пусть даже и ученый.

Девушка закатила глаза.

— Пусть сначала книжку почитает! Не нужно ее сразу пугать.

— Как прикажете.

Книга перекочевала с полки на стол.

Брин чем-то шуршала в дальнем углу библиотеки, но сразу же отозвалась, стоило Антии ее позвать. Пора заниматься, иначе Кирам возьмет разрешение пойти на ярмарку назад, и в этот раз девушка могла и не уговорить его.

— Как вы все-таки здесь оказались? — спросила она тихо. — Я была уверена, что рядом никого нет.

— Я просто прошел сквозь стену.

Валвер хитро прищурился и, не издав больше ни звука, покинул библиотеку и аккуратно прикрыл за собой дверь.

Глава 11

Антия давно не видела таких реалистичных кошмаров. Каждая ночь была для нее испытанием, но именно эта пошатнула уверенность, что все происходящее и правда дурной сон.

Она стояла посреди залитой солнечным светом комнаты, вот только свет этот был до странности серый — казалось, что он пропитан вековой пылью, и на языке даже чувствовался ее солоноватый привкус.

Вокруг ничего не было: ни стола, ни кресел, ни шкафов, ни картин. Только голые серые изломы стен, покрытые диковинными красными узорами, спиралями и изломами, берущими начало из пятна размером с кулак.

Девушка тряхнула головой и осмотрелась снова.

Двери тоже не было.

Антия оказалась в ловушке.

«Это просто кошмар, — твердила она себе. — Сколько их уже было? Пока я жила у тети, плохие сны приходили и уходили, когда им вздумается. Нужно просто перетерпеть, переждать! Все обязательно наладится!»

Но писклявый голосок в голове не замолкал ни на секунду. Все ее нутро бунтовало и вопило о том, что ничего не наладится. Что-то здесь, в этом доме, стучалось в двери ее рассудка, подкидывая странные и жуткие картины.

…только представь, Антия, что можно сделать со всей той тьмой, что копится в нем годами…

Она услышала голос Кирама будто издалека. Он нарушил сон, прошел по нему крупной рябью, размыв и стены, и узоры, разорвав в клочья сероватый солнечный свет.

Антия подхватилась на кровати и сразу же почувствовала боль в руке. Она так крепко сжала кулак, что на ладони остались глубокие следы, а терпкий запах собственной крови наполнил ноздри. Ее было совсем немного, всего несколько крохотных капель, но Антия как никогда остро чувствовала все вокруг.

Откинув в сторону тонкое одеяло, она спустила ноги на холодный пол и облизнула пересохшие губы.

Внезапная догадка, озарившая ее во сне, пришла снова.

Что, если это сам камень так на нее влиял? Но разве никто в поместье больше этого не ощущал? Не могло быть, чтобы она оказалась единственной жертвой ночных видений!

Но Брин бы ей рассказала. Девочка никогда не жаловалась на плохие сны. Она всегда выглядела свежей и отдохнувшей — никаких признаков волнения, страха или усталости.

Брин больше уставала от их занятий, это точно.

И Антия иногда заглядывала к ней в комнату ночами, когда особенно сложно было уснуть.

Девочка спала крепче, чем любой святой.

Впрочем, это могло быть связано с защитой Валвера. Антия ничего не знала о способностях демонов — эта тема в Академии запретная. Кто в здравом уме решится призвать существо из другой реальности и заключать с ним сделки?

Кроме семьи Волен, разумеется.

— Как ты в это вляпалась, Антия? — прошептала девушка и, запрокинув голову, несколько долгих минут рассматривала темный балдахин.

Опрометчивые обещания, которые она давала, сказанные слова — все теперь казалось не таким простым и понятным, как Антии хотелось думать. Вся эта семья никогда не станет простой и понятной, и теперь девушка связана с ней куда прочнее, чем можно было представить.

Решив, что ей совершенно точно нужно выпить воды, Антия потянулась к кувшину, но с удивлением обнаружила, что тот пуст.

«Вот же! — Досада на себя подкатила к горлу сухим, колючим комом. — Совсем забыла попросить Лору принести воды».

Правда, Кирам говорил, что она может просить все, что угодно, в любое время дня и ночи.

«Да что я, белоручка, что ли? Сама могу встать и пойти попить воды».

Осторожно выскользнув в коридор, девушка безошибочно поплелась к лестнице, кутаясь в теплую накидку. Все-таки здесь было слишком холодно, как для этого времени года.

Поместье казалось выстуженным изнутри.

Звуки шагов терялись в мягком ковре, рука привычно скользила по деревянной обшивке стен. Антию даже не пугала возможность встречи с лордом Воленом, который мог разгуливать по поместью в привычном мохнатом облике. Теперь его прогулки виделись ей иначе.

Волк будто… обходил территорию. Как дозорный или стражник, который должен охранять границы.

Вот только от чего Кирам их охранял?

Без происшествий добравшись до кухни, Антия не рискнула заварить чай. Ожоги, конечно, легко исцелить, но не хотелось снова испытывать судьбу, — так что девушка предпочла ограничиться водой.

Прикрыв глаза, она села на стул и прислушалась к дому.

Если камень и правда так на нее влиял, она ощутит его присутствие. Как тогда, в зале.

Увидит пульсацию его силы.

Зрение Антии медленно затуманилось. Она безошибочно заметила слабые колебания нитей вокруг Брин. Девочка хоть и далеко, но ее силу легко различить. Нужно будет этим заняться, показать ей, как скрывать свои способности.

Несколько простых фокусов, которым Антия научилась, уже выпустившись из Академии.

Далеко не все маги в этом мире будут желать девочке добра, а полагаться все время на силу Валвера она не сможет. Никто не может быть рядом каждую секунду; всегда случается так, что ты остаешься один на один с бедой.

Кирам в своей спальне.

Валвера было не видно, хоть Антия и не могла сказать: потому это, что дворецкий находился вне дома, или потому, что он как раз умел прятаться от чужих взглядов.

И тут она почувствовала… это.

Отдаленную пульсацию, мощную, размеренную, как если бы прижалась ухом к груди гиганта.

А за пульсацией пришла дрожь.

Весь дом вибрировал, стены сжимались и выгибались, подчиняясь…

Дыханию камня?

Зрелище было настолько ошеломляющим, что Антия на несколько секунд перестала дышать. Боялась, что неведомая темная сущность почувствует, что крохотная серая пылинка за ней наблюдает.

Хотелось скорее вернуться в комнату и спрятаться, но Антия знала, что это невозможно. Пока она здесь, среди этих стен, нечто всегда будет чувствовать ее присутствие, как и она его.

Возможно, придется попробовать несколько хороших сонных настоек, чтобы остановить кошмары. Почему только она не подумала об этом раньше?

Возвращаясь назад, Антия крепко задумалась о камне и его силе.

Подобная мощь одновременно захватывала ее и пугала, и девушка была полностью согласна с лордом Воленом: никто не должен получить ее.

Коснувшись дверной ручки, она нырнула в темноту и на ощупь пробралась к кровати. Что за глупая привычка — красться? Здесь точно никто не станет следить, куда Антия ходит и зачем. Это же не дом тетушки, в конце концов.

Под одеялом было удивительно тепло, будто девушка и не уходила никуда. Как же хорошо все-таки вернуться к…

— Тесса Брея, вы ничего не хотите сказать?

…себе в комнату?

Взвившись как ошпаренная, Антия хотела рвануть прочь, но оказалась на спине, прижатой к постели сильными руками.

Над ней, сверкая в темноте золотыми глазами, навис Кирам.

Она не могла видеть его лица, но по тихому, хриплому смешку и так было понятно: лорд Волен широко ухмыляется.

— Признаться честно, я польщен.

— Пустите, — сорвавшийся с ее губ слабый писк едва ли походил на человеческую речь.

— Что-что? — лорд наклонился ниже, и Антия отчетливо различила запах крепкого кофе и теплой кожи. — Говорите громче, я не слышу.

— Пустите!

— Ах «пустите», — передразнил ее Кирам. — Антия, я же вас предупреждал…

— Я-а-а… вообще шла в библиотеку!

Мужчина рассмеялся, а его ладони еще сильнее сжали ее запястья, почти до боли.

— В библиотеку, значит?

— У меня случился острый приступ любопытства!

— Вот оно как.

Наклонившись еще немного, лорд неожиданно провел кончиком носа по шее Антии вверх, до подбородка. Втянул носом воздух и тихонько сказал что-то, но девушка не расслышала слов.

— И как? Вы удовлетворили свой… «приступ»?

— Не совсем…

Лорд дернул ее вверх и, все еще удерживая запястья девушки одной рукой, вторую положил ей на талию, чуть сжимая бок через ткань накидки. Сквозь окно проник слабый лунный свет, и Антия во всех подробностях рассмотрела острые клыки Кирама. Лорд широко улыбался, не стесняясь того, что она может увидеть.

Это его суть.

Он и не должен был ее стесняться.

— Может быть , я, — начал он, и в глубине черных зрачков вспыхнул огонь, которого Антия до этого не видела, — смогу удовлетворить ваше любопытство?

* * *

— Нет, тесса Брея, я ведь просил у вас том истории империи Энкей, а вы что принесли?

Антия зло засопела и плотнее запахнула на себе накидку, всячески избегая прожигающего взгляда оборотня. А он только этим и занимался последние полчаса! Бессовестно глазел и издевался!

Девушка и подумать не могла, что ее любопытство будут удовлетворять в библиотеке.

«Раз вам не спится, то у меня тут накопился целый список дел, которыми можно заняться прямо сейчас», — заявил Кирам и вытащил ее из собственной постели, даже не дав возразить.

Список дел!

Презрительно фыркнув, Антия поднялась еще на ступеньку выше по лестнице и потянулась к заветному томику. Не хватало только оступиться и свалиться, как в прошлый раз.

Этого бы девушка точно не пережила бы.

— Поторопитесь.

Лорд откровенно смеялся. Пусть даже Антия не слышала его смех, но чувствовала, что мужчина широко улыбается и ждет, когда она попросит о помощи или просто сдастся.

И попросить было бы проще простого.

Сказать всего одну фразу, но стыд и гордость сковали Антии язык.

Как же так ее угораздило?! Ведь точно же повернула туда, куда надо, да и двери в этом проклятом поместье все одинаковые, как на подбор. Какой позор! Оказаться в чужой постели да еще и не сопротивляться.

Стыдобища. Дядя сейчас, наверное, на том свете вырывал себе волосы и причитал, что совсем не так племянницу воспитывал.

Ухватившись за корешок, Антия потянула его на себя и, достав книгу, издала громкое, ликующее «ха!».

— Настоящее достижение, — протянул Кирам.

Он развалился в глубоком кресле, поставил локти на подлокотники и, сцепив пальцы под подбородком, выглядел совершенно расслаблено. Куда уж расслабленнее, если лорд не потрудился даже застегнуть рубашку?! Хорошо хоть штаны надел.

Не то чтобы Антия жаловалась — Кирам выглядел совершенно не так, как она привыкла.

Его напускная небрежность являлась частью намеренной игры, и достаточно было просто посмотреть лорду в глаза, чтобы понять: Кирам испытывал настоящее удовольствие от ее коротких, смущенных взглядов.

Кто угодно не удержался бы от искушения посмотреть на крепкое загорелое тело.

«Соберись, Антия!»

— И то правда! — девушка грохнула книгу прямо на стол перед мужчиной и застыла, скрестив руки на груди. — Достижение, что в этом бардаке можно что-то найти.

Глаза лорда опасно вспыхнули.

— Раз вы ночами скучаете, то можете заняться систематизацией.

— Сколько еще я должна повторить, что зашла к вам случайно?!

Лорд поднялся на ноги одним плавным движением, заставив Антию качнуться назад.

— До тех пор, пока я не поверю? — уголки его губ дрогнули. — В моих руках вы были не слишком убедительны.

— Значит, мы останемся здесь до утра. Я не собираюсь вас убеждать.

Вздернув подбородок, девушка отвернулась, стараясь выразить все то негодование, от которого внутри все бурлило и скручивало. Стало до слез обидно, что ей не верили!

Не мог же лорд на самом деле думать, что она такая.

Способная прыгнуть в постель к почти незнакомому мужчине, посреди ночи. Это все ошибка — и только!

— Признались бы и пошли спать.

От такой наглости, Антия залилась густым гневным румянцем.

— Призналась? Призналась бы?! В чем? Что вы хотите от меня услышать, лорд Волен? Что я хотела оказаться в вашей постели? Вы никогда от меня этого не услышите. Никогда!

Как это все глупо. Глупо и нечестно!

«Кирам просто издевается, ему скучно, а тут такое неожиданное развлечение!»

— Никогда?

Украдкой посмотрев на него, Антия снова отвела взгляд. То, что она увидела, заставило ее покраснеть еще сильнее, ведь лорд успел встать к ней почти вплотную, оставив между ними какую-то пару дюймов.

— Хотите поспорить?

— Вы ведете себя как большой ребенок! — в сердцах воскликнула девушка и зло уставилась на улыбающегося Кирама.

— Дети — ваша специализация. Разве вы не говорили, что отлично с ними справляетесь? — наклонившись, он почти коснулся носом ее растрепанных волос и глубоко вдохнул. — Вот и справьтесь со мной, если осмелитесь.

— Пожалуй, я все еще не удовлетворила свое любопытство, — Антия резко повернулась к книжной полке и снова взобралась на лесенку. Только бы держаться подальше от лорда, только не смотреть в его золотые глаза. — Что еще вы хотели достать?

* * *

Я мучал ее почти до рассвета.

Просто не знал другого способа, чтобы измотать ее разум и чувства, сделать их притупленными, а значит — невосприимчивыми к артефакту.

Признаться честно, даже не думал, что эта хрупкая, маленькая нянька так долго продержится и отключится прямо за столом, среди книг и бумаг. Мы действительно разобрали то, что я и так давно хотел разложить, и Антия наконец заснула.

Без сновидений.

Я — дурак. Подумать не мог, что артефакт будет влиять на ее сон так сильно. Нужно оградить комнату Антии от магического вмешательства, сегодня же.

Опустившись на корточки у стола, я наблюдал, как меняется ее лицо во сне.

Разгладилась маленькая морщинка между бровей, исчез яркий румянец. Девчонка тихонько посапывала и доверчиво обнимала толстенную книжку, используя ее, как подушку.

Я ругал себя за беспечность последними словами. Отвык уже от посторонних в доме и чуть было не лишил человека нормально отдыха и покоя. Нужно было раньше думать о барьере.

Всегда нужно все обдумывать заранее, чтобы не возникало проблем.

Хотя одна такая проблема уже беззаботно спала прямо здесь, в библиотеке, и даже не подозревала, каких усилий мне стоило выпустить ее из спальни.

Я знал и другие способы, как обмануть влияние артефакта, вот только Антия к ним точно не была готова. По крайней мере — не сегодня.

Может, когда-нибудь…

Вы никогда от меня этого не услышите. Никогда!

Это мы еще посмотрим.

Хотя…

Антия слишком хорошо пахла, я чувствовал это даже без звериного обличья. Как бы мне не пришлось спать у ее спальни, как преданному псу, готовому ждать столько, сколько потребуется.

Все-таки ее шутка про отданное волку сердце звучала не совсем как шутка.

И этот сладкий запах наталкивал на выводы, к которым я оказался совершенно не готов.

Этого не могло быть.

Таким, как я, не могло повезти дважды за жизнь.

Но доказательство вот оно, прямо в этой комнате. Спит и не подозревает о том, что я не выпустил бы ее из поместья даже без этой глупой игры и обещания хранить секреты моей семьи.

Правда, сегодня шутки зашли слишком далеко и эта ее случайная прогулка по поместью совершенно выбила меня из колеи, превратив в какого-то глупого, капризного мальчишку. Я хотел видеть ее смущение, чувствовать гнев, рассматривать, как меняется настроение девчонки от каждого сказанного мной слова.

Я упивался ее реакциями, не хотел отпускать.

Хорошо, что ярмарка начнется только после полудня, иначе Антия бы меня никогда не простила.

Как и Брин.

Протянув руку, я аккуратно убрал с ее лица непокорный мягкий локон.

— Я и есть большой ребенок, тесса, — мой голос упал до едва слышного шепота. — Вы меня простите, если что-то не так.

Антия заворчала и отвернулась. Попыталась устроиться удобнее, но разве это возможно, сидя на стуле?

Подняв девчонку на руки, я несколько секунд откровенно наслаждался ее теплым дыханием, щекотавшим мне шею, и аккуратно вышел в коридор, прижимая к себе драгоценную ношу.

Пока мы шли к ее спальне, я тихонько благодарил Единого за шанс.

Достоин ли я его? Не знаю.

Слишком много ошибок было сделано, слишком много вины накопилось в этом доме и во мне.

Я готов был благодарить любое божество.

Кого угодно там, наверху, подарившего мне призрачную надежду на новую жизнь. Возможность разделить с кем-то одиночество, пусть даже не сейчас, а когда-нибудь.

В будущем.

Если потребуется, я ради этого из собственной шкуры выпрыгну.

Глава 12

— Лора, подай, пожалуйста, вон тот платок.

Антия старалась собираться быстро, но все никак не могла прийти в себя и привести разбежавшиеся мысли в порядок. Мало того, что разбудили ее только к полудню, так еще и ярмарка скоро начнется, а туда еще добраться нужно. Разумеется, лорд Волен организует экипаж, но все же девушку такая трата драгоценного времени нервировала.

Если бы кто-то вчера не заставлял ее куковать почти всю ночь в библиотеке!

«Если бы кто-то не залез в чужую постель», — пропищал в голове ехидный голосок.

Ха! Уж в чем-чем, а в этом Антия совершенно была не виновата. Это все усталость, тревожность и кошмары. Да! И если бы один совершенно невыносимый мужчина не решил все принять на счет собственной неотразимости, то Антия бы выспалась, а не зевала сейчас перед зеркалом так, что это могло закончиться травмой рта.

— Большой ребенок — вот он кто, — шипела она недовольно, пока Лора укладывала непослушные волосы.

Сегодня они вели себя особенно вызывающе — топорщились во все стороны и норовили убежать от густого гребня, отчего Лора даже позволила себе несколько крепких ругательств.

Женщина пыхтела и упрямо использовала шпильки, которые доставала из необъятного кармана фартука.

— Совсем вы себя не бережете, госпожа. — Если бы Лора знала, чем вызвана зевота и раздражительность Антии, то ее, наверное, удар бы хватил. Женщина бы непременно высказала лорду свое недовольство — так что Антия предпочла молчать и свой внешний вид списать на банальную бессонницу.

Все-таки этот дом ей неродной, а мало кто сладко спал под чужой крышей.

Было видно, что Лора не поверила, а Антия не стала настаивать.

Просто не осталось на это сил.

— Готово, — служанка выдохнула с облегчением. — Волосы у вас, госпожа, настоящая находка. На конкурсе причесок с вами бы не справилась ни одна конкурсантка.

— И прокляла бы чуть позже, так и не получив приз, — Антия взглянула на себя в зеркало и удовлетворенно кивнула. Главное, чтобы шпильки не брызнули в разные стороны, когда она начнет вертеть головой. — Брин уже готова? Не хочу, чтобы девочка пропустила хоть минутку праздника.

Лора рассмеялась.

— Маленькая госпожа уже давно ждет вас внизу. У нее сегодня нетерпеливое настроение.

Поднявшись, Антия нервно провела рукой по юбке и глубоко вздохнула.

Все будет в полном порядке, да и поедут они не одни. Валвер всегда подстрахует Брин, если что-то пойдет не по плану. Все сложится как нельзя лучше! Иначе у лорда Волена просто появится еще одна отговорка, чтобы больше никуда не выпускать дочь.

— До самой старости, — проворчала Антия и коснулась дверной ручки.

* * *

— Ты только посмотри, Антия!

Брин не стала слушать никаких уговоров и бросилась вперед, прямо к разноцветным лоткам с украшениями, расставленным вокруг центральной площади.

— Брин, не уходи далеко!

Девушка даже договорить не успела, как малышка уже скрылась в толпе, а рядом тихо хмыкнул Валвер.

Он сегодня был совсем не таким, как обычно. В повседневной одежде и без учтивой улыбки, какая не сходила с лица Валвера в поместье, он легко мог ввести в заблуждение кого угодно. А уж девушки и женщины, провожавшие его пытливыми взглядами, могли неосторожно свернуть шеи.

— Вас не смущает такое внимание? — спросила Антия, все еще пытаясь найти Брин взглядом. Она успокоилась только, когда заметила девочку рядом с дородной торговкой, предлагавшей яблоки в карамели.

Их разделяло всего двадцать шагов, а Валвер, аккуратно устроивший руку Антии на своем локте, сразу же зашагал в ту сторону.

— Я слишком стар, чтобы смущаться, госпожа. — В медовых глазах отражалось искреннее веселье. — Только жаль, что красивые женщины напрасно тратят время на одного очень занятого демона.

Антию не могли обмануть ни шутливый тон, ни общая несерьезность Валвера. Его слова имели ощутимый вес, и он чувствовался так же отчетливо, как и прикосновение к руке. Это было нечто настолько осязаемое и явственное, что девушка искренне порадовалась за Брин.

Если у нее имелся такой защитник, то волноваться было не о чем.

— Сколько тебе лет, Валвер?

Дворецкий сделал вид, что задумался.

Так бывает, когда знаешь, что вопрос прозвучит, но пытаешься помучить спросившего ожиданием, изображая серьезную озадаченность.

— Не меньше пяти сотен, — наконец проговорил Валвер. — На самом деле, я давно перестал считать. Это скучно и бессмысленно, ведь прожитый опыт не измеряется годами, — дворецкий издал короткий смешок. — Брин всегда настаивает, чтобы мы праздновали мой день рождения. Она гордо втыкает в торт одну свечку и никогда не спрашивает, сколько мне лет.

— И когда же твой день рождения?

Валвер беззаботно пожал плечами.

— Без понятия! Здесь время течет иначе, чем в моем мире, так что определить конкретную дату — невозможно. А Брин всегда устраивает праздник в разные дни. Я-то знаю, что она просто любит сладкое.

— Странный ты человек, Валвер.

Замечание Антии рассмешило дворецкого.

— И хочу добавить, что и как демон я — плохой представитель своего народа.

Брин, вручив торговке две монетки, схватила три яблока и бросилась к Антии.

— Смотри, что я взяла! — гордо заявила она, протягивая девушке лакомство. — И тебе тоже.

Валвер широко улыбнулся.

— Я польщен, что обо мне не забыли.

Брин смешно надулась и показала дворецкому язык.

Осторожно откусив угощение, Антия зажмурилась, перекатывая во рту карамельную сладость и яблочную кислинку. В душе поселился настоящий покой; и теплое солнце, ласкающее лицо, дарило ощущение истинного, ничем не омраченного счастья.

Но на одно короткое мгновение девушка пожалела, что лорд Волен не с ними. Да, он сразу же привлек бы внимание людей и просто прогуляться с Брин было бы невозможно, но как хотелось подарить этому странному человеку хотя бы кусочек подобного счастья.

Единение с собственной дочерью. Искренние совместные моменты, которые ничем не заменить.

Антия дала себе зарок, что она обязательно еще уговорит Кирама на новую прогулку. И тогда они обязательно что-нибудь придумают, чтобы замаскировать его личность.

— Антия…

Брин крепко сжала руку девушки и как-то странно притихла.

Проследив за ее взглядом, Антия увидела Элайну в компании незнакомого мужчины.

И их взгляды не обещали ничего хорошего.

* * *

Девочка спряталась за юбку Антии и хмуро поглядывала на Элайну. Как странно, что она не чувствовала себя в безопасности даже под защитой Валвера. Ведь он совсем рядом — только руку протяни.

Что Элайна с ней делала? Что происходило в особняке в те моменты, пока любовница лорда все еще была близка с ним и спокойно могла общаться с Брин? От всех этих мыслей в груди Антии росло раздражение.

Она никак не могла взять в толк, как женщина была способна довести девочку до такого состояния, что ей приходилось искать защиты у чужого человека.

Элайна о чем-то на секунду задумалась и, решительно сжав в руках небольшой белый платок, шагнула в сторону Антии, точно собираясь перехватить ее и что-то сказать.

— Зачем вы ее сюда привели? — шипение Элайны походило на змеиное, ее глаза сверкали неподдельным гневом, а лицо исказила неприятная гримаса.

Антия никогда бы не стала отрицать, что женщина перед ней была красивой. Тонкие пальцы, аккуратная прическа, пухлый, чувственный рот, большие глаза, которым стоило бы смотреть на мир с любопытством и блеском радости, а не со странной гремучей смесью злости и гадливости.

Неужели она так хорошо маскировалась, что Кирам ничего этого не заметил? Прирожденная актриса, которая преследовала собственные цели?

Только чем ей так не угодила Брин? Откуда такое отчаянное желание сдать девочку в Академию?

Антия никогда бы не поверила, что все дело в репутации семьи Волен.

Все эти мысли и вопросы пронеслись в голове за считанные секунды. Девушка почувствовала, что кто-то стоит совсем рядом, за ее спиной. Тяжелая крепкая рука сжала ее плечо.

Валвер.

Пусть в глазах Элайны он — всего лишь слуга лорда, но Антия знала, что сейчас на ее стороне древняя сила.

— Мы пришли на ярмарку. — Ее невозмутимый ответ еще сильнее разжег пламя в глазах Элайны. — Как и все остальные. Или что, детям запрещено здесь появляться?

— Не притворяйся дурой! Ты привела в город неподконтрольного мага.

— Брин проходит обучение. Она спокойно справляется со своими способностями.

— Что? — женщина презрительно скривилась и осмотрела Антию с ног до головы. На ее лице читалось такое превосходство, что воздух тугим комком застрял в горле девушки. — Обучение? То есть какая-то городская целительница считает, что может сравнить себя с Академией?

Антия поджала губы.

— Вижу, вы уже навели справки.

— Конечно навела! Я должна знать, кого Кирам решил притащить в свой дом.

Девушка чуть наклонила голову и широко улыбнулась. Это на короткое мгновение выбило Элайну из колеи — она не ожидала такой реакции от «запуганной деревенщины», явившейся в чужой дом и возомнившей о себе, Единый знает что.

— Вот именно, — протянула Антия. — Это дом лорда Волена. И он может «притащить» в него кого угодно. Вас же когда-то притащил.

Кровь прилила к щекам Элайны. Она сжала платок в руках с такой силой, что Антия услышала треск разрываемой ткани.

«Жаль платок, — вяло подумала девушка. — Видимо, замечание задело ее за живое. Кажется, ее отношения с Кирамом закончились совсем не так, как Элайне хотелось бы».

— Да как ты смеешь?!

— Прошу вас не кричать, госпожа Элайна. — Голос Валвера за спиной Антии звучал на удивление спокойно. Он походил на тихое мурлыканье довольного кота. — Вы пугаете ребенка.

— Вы не понимаете, какая сила в ней скрыта, — женщина понизила голос и приблизилась к Антии вплотную. — Вы даже не знаете, какой невероятной катастрофой может обернуться ваше, с позволения сказать… обучение.

— Я знаю, на что способна Брин.

— Если вы допустите промашку, то последствия не сможет обратить ни один маг, — Элайна снова сорвалась на шипение. Наверное, это было ее обычное змеиное состояние. — Я знаю, о чем говорю, — я работаю с Кирамом достаточно долго, чтобы понимать: лорд склонен к импульсивным решениям. Он никогда не должен был делать ключ из собственного ребенка.

«Будто у него был выбор. Она знает, что Брин — ключ. Вопрос только в том, знает ли она про то, о чем Кирам попросил Валвера».

А женщина продолжила говорить:

— Девочка связана с артефактом! Вы не представляете, что произойдет, если эта связь выйдет из-под контроля.

— Любой маг может научить ребенка основам.

— Далеко не любой маг может иметь дело с живым воплощением самой сути артефакта!

Антия тяжело вздохнула.

— Вы не понимаете, госпожа Элайна. К чему вы пытаетесь меня склонить? Чтобы я, предав ожидания Кирама, отдала вам ребенка? Чтобы самолично отвела ее в Академию?

— У каждого человека есть своя цена, — усмехнулась женщина. — И вы — не исключение.

— Опрометчиво делать выводы о человеке, совсем его не зная, — голос Валвера в этот раз прошелся по позвоночнику холодными мурашками. — Советую вам отступить, иначе лорд Волен узнает об этом разговоре.

— И что же он сделает? — засмеялась Элайна. — Мы с ним связаны, работа соединяет нас. Думаете, что ваш господин пойдет против приказов правителя? Именно потому я все еще вхожа в его дом — мы союзники и с этим ничего не сделать. Кирам собственное дитя принес в жертву долга.

— Антия, давай уйдем.

Брин коснулась руки девушки и потянула за рукав платья, желая привлечь внимание.

— Конечно, милая. Мы уже закончили, — Антия посмотрела на Элайну. — Так ведь?

— Вы об этом пожалеете, — отчеканила женщина и отвернулась. Она держалась так прямо, будто палку проглотила, и напряжение разливалось в воздухе удушливым облаком. — Вы не справитесь — и последствия не заставят себя ждать.

Когда Элайна ушла, Валвер еще крепче сжал плечо девушки.

— Она ошибается, — дворецкий взял Брин за руку. — Думаю, самое время посмотреть, что здесь есть, правда?

Антия кивнула и улыбнулась девочке. Самое время стереть этот разговор из ее памяти. Меньше всего девушка хотела, чтобы хоть что-то омрачило для ребенка праздник.

Глава 13

Брин смотрела на прилавок такими глазами, будто увидела самое большое чудо в жизни, и, запрокинув голову, переводила взгляд с Антии на Валвера и обратно.

Девушку все еще заботила их недавняя встреча с Элайной. Неприятный осадок был куда сильнее, чем Антия думала. Женщина завладела всеми ее мыслями и не хотела уходить.

Антия почти чувствовала на языке горьковатый привкус неприятностей, но старалась отогнать мрачные догадки.

Элайна не решится навредить ребенку. Если она работает вместе с Кирамом, то не поставит под удар собственное будущее. Пусть даже лорд Волен и не станет в открытую противостоять ей, чтобы не навлечь гнев правителя, но и дочь в обиду никогда не даст.

Элайна должна была быть последней дурой, чтобы решить посягнуть на самое ценное для Кирама.

Это будет последнее, что она сделает, даже если Кирам окажется в большой беде.

«Нет, Элайна точно не дура. Но она опасна, и мне следует помнить: в поместье она может приходить и уходить без проблем. И в ближайшее время ничего не поменяется, так что стоит держать Брин подальше от этой женщины. Как можно дальше».

Не попадаться на глаза.

Хороший план.

И неплохо бы поговорить об этом с Кирамом. Не упоминать разговор — это только принесет лорду лишние волнения и тревоги, но намекнуть, что Элайна может быть настроена серьезно, особенно когда дело касается Академии.

— Проснись, Антия! — Брин нетерпеливо дернула ее за рукав и ткнула пальчиком в один из камней, лежавший на прилавке.

Стоявшая у прилавка высокая худощавая женщина буквально пронзила Антию пытливым взглядом, и девушка почувствовала себя маленьким зверьком в клетке, от которого ждут каких-то определенных действий.

Вокруг потихоньку собирался народ, над головой загорались круглые магические фонари. Они были большие и маленькие, совершенно разных цветов; и буйство красок сбивало с ног.

Во влажном прохладном воздухе, наполненном запахами цветущих деревьев, вовсю цвели ароматы жареного мяса, карамельных яблок, тканей, пучков сушеных трав и людей.

— А что он значит?

Брин с восторгом рассматривала совершенно круглый медно-золотистый камень, упрятанный в тончайшую золотую паутину. Таких камней было много, разной формы: капли, сферы, пирамидки и бесформенные острые камешки.

Все они были покрыты одинаковой сеткой и висели на тончайших цепочках.

— Это охранный амулет. — Валвер совершенно ослепительно улыбнулся — и внимание хозяйки всех этих сокровищ сразу же переключилось на него. — Я ведь прав?

— Абсолютно, — женщина держалась как настоятельница храма Единого. Идеально прямая спина и сцепленные впереди руки, непроницаемый взгляд и легкая улыбка на тонких губах.

Антия подивилась тому, как безупречно уложены темные волосы женщины, — волосок к волоску, ни единой прядки не выскользнуло из тугого пучка.

— Эти амулеты не просто охраняют тех, кто их носит, — ее низкий, вибрирующий голос походил на снежный шелк из далекого Арвила. Вечно хранящий прохладу бесконечных ледяных равнин. — Камни могут «слышать» друг друга и всегда подскажут, где находится их «брат».

— Вы же знаете, что свойства каменной магии еще никто не доказал?

Валвер будто оседлал любимого коня, и, судя по лицу Брин, разговор мог затянуться на… целую вечность. Девочка так выразительно закатила глаза, что Антия прыснула и прикрыла рот рукой, стараясь скрыть широкую улыбку.

— Если вам нужны доказательства, то возьмите их и испытайте сами, — впервые женщина позволила себе тень улыбки. — Моей семье эти камни не раз спасали жизнь.

— Тогда мы возьмем четыре.

Антия даже не успела заметить, как четыре монеты перекочевали из рук Валвера в ладонь торговки.

— Выбирайте тот, к которому нутро потянется.

Отчего-то эта фраза напомнила девушке обучение в Академии.

Были там наставники, что любили повторять о силе души, о том, как маг может выйти из любой ситуации невредимым, если доверится нутру. Оно всегда знало, что делать. Если прислушаться, то оно подскажет, поможет и выведет даже из безвыходного положения.

Иногда достаточно одного удара, вместо бесполезного растрачивания собственных сил.

«К которому нутро потянется…»

Антия внимательно рассматривала камень за камнем, но в ней тихонько булькало недоверие. Валвер прав: сила каменной магии многими переоценена. Стоило ли тратить деньги на пустые безделушки?

Взгляд задержался на том самом камне, что попался девушке на глаза первым. Совершенная сфера, затянутая в золотую сетку. В медной глубине вспыхивали золотые искры, и Антии казалось, что внутренность у камня — жидкая и медленно перекатывается туда-сюда при малейшем движении.

— Берите его, госпожа. — Тихий голос торговки подействовал не хуже приказа, и Антия не задумываясь потянулась к украшению.

Валвер и Брин выбрали подвески для себя. Девочке досталась небольшая пирамидка, а дворецкому — камень, похожий на морскую раковину.

— Выберите один для лорда Волена, — Валвер снова мягко подтолкнул Антию к прилавку.

— Но почему я? — запротестовала девушка. — Ты наверняка знаешь его лучше меня!

— Потому что вы будете его дарить, — невозмутимо сообщил дворецкий.

«Что? Я должна буду его подарить?!

Но почему?..»

— Не сомневайтесь: господин будет вне себя от счастья.

Слова Валвера прозвучали так, словно дворецкий точно знал, где Антия случайно оказалась прошлой ночью.

И вел он себя как какая-нибудь сводня!

— Будто мне есть до этого дело, — тихо проворчала Антия, но щеки предательски покраснели и смешок Валвера подтвердил: она сейчас сдала себя с головой, так что отвертеться от подарка никак не получится.

— Вам есть дело, — шепнул дворецкий ей на ухо и, подхватив Брин на руки, указал на центр площади, где люди кружились в танце под песни двух приезжих бардов. — Позвольте пригласить вас на танец, госпожа.

— Позволяю! — смех Брин был таким заразительным, что люди вокруг улыбались, глядя на мужчину, кружившего на руках маленькую девочку.

Считали, наверное, что перед ними отец и дочь.

Антия же рассматривала камень на ладони, предназначенный для Кирама. Небольшая звезда мерцала в свете магических фонарей, и девушка подумала, что Валвер за такое короткое время и правда хорошо успел ее узнать.

Даже слишком хорошо.

— Мне и правда есть дело, — пробормотала Антия себе под нос и прикрыла глаза.

Только этого ей и не хватало.

* * *

Элайна чувствовала себя как загнанный в клетку кролик.

Даже не так. Как кролик, пойманный колдовским змеиным взглядом. Застывший и испуганный зверек, который не знает: придушат его сразу и проглотят или немного поиграют — а потом все равно придушат.

В кабинете было холодно даже несмотря на потрескивающий в камине огонь. В воздухе растекался запах древесной смолы и полевых трав, тихий треск успокаивал, но Элайна не могла расслабиться.

Она провалилась везде, где могла.

Не удержалась ни в постели лорда, ни в его сердце.

Будь она проклята эта истинность и оборотни! Не мог он связать себя с женщиной, что ему не предначертана! Трижды проклятье!

А она об этом говорила! Предупреждала, взывала к здравому смыслу, но кто вообще слушал? Все посчитали, что женщине стоит воплощать план в жизнь, а не искать отговорки. И вот!

Все, как Элайна и говорила, в точности.

Только вот никто не мог подумать, что лорд откажется передать дочь в Академию. Это ведь было так понятно, так правильно, но семья Волен всегда отличалась слишком большим влиянием.

И чрезмерной благосклонностью со стороны правителя.

«Никто не любит, когда их замечают меньше, чем других», — с досадой подумала Элайна.

Поежившись, она плотнее запахнула на себе шерстяную накидку и отошла к окну, занимавшему половину стены.

Мало того, что Кирам заручился поддержкой правителя в вопросе обучения собственной дочери, так еще и какую-то простолюдинку притащил в дом!

Кто она такая, чтобы учить? Какая-то выскочка, что возомнила себя достойной и подходящей на эту роль. И больше того!

То, как Кирам смотрел на эту женщину, как уверенно она держалась, чувствуя себя полностью защищенной. Это ранило даже сильнее, чем само присутствие этой девки в особняке Кирама.

Как она всего за несколько дней получила все то, чего не могла добиться сама Элайна? Как она нашла те тропинки к сердцам лорда и слуг? Что, вот что в ней есть такого?!

Элайна передернула плечами, ее лицо исказила гримаса отвращения. Красивые черты переломились, превратив миловидный облик в маску чудовища, готового в любой момент растерзать соперницу.

Но Кирам ее будто больше совсем не замечал. В груди кололо уязвленное самолюбие, больно билась о ребра колючая ревность.

Элайна не привыкла сдаваться — слишком уж много стояло на кону в этот раз.

Не только благосостояние королевства, но и весь мир.

Его давно пора было перекроить.

Переделать так, как считали сильные и достойные, а не этот жалкий слюнтяй, занявший трон, скорее, по ошибке, а не по праву.

Король любил казнить и миловать, показывая, каким жестоким и великодушным одновременно он может быть. Вот только за всей этой показухой скрывался страх потерять власть. Тучи давно сгущались над троном, события нужно было просто немного подтолкнуть.

Потому он так хорошо и относился к Воленам.

Древний и сильный род на стороне короны — о чем еще мог мечтать человек, стоявший двумя ногами в могиле?

Элайна не хотела ждать.

И никто не хотел. Власть нужно было брать сейчас, вырвать ее из тонких пальцев, чтобы разделить.

Дома должны править, а не отчитываться перед этим червем о каждом своем шаге.

Вот только планы…

Без ключа артефакт будет бесполезен. Его нельзя открыть ни магией, ни физической силой. Кристаллические стенки, что сдерживали мрак и агонию, останутся нетронутыми, даже если бросить его в жерло вулкана.

Только одна маленькая девочка могла сыграть свою роль в грядущих переменах. И она была под защитой целительницы и этого странного дворецкого. А уж если они настроят Кирама против нее, Элайны…

— Скоро бал, — раздался за ее спиной глухой голос.

Резко обернувшись, Элайна тихонько вскрикнула и прижала руку к груди, пытаясь удержать на месте колотящееся сердце. Рассмотрев высокий, застывший в дверях силуэт, она выдохнула с облегчением.

— Вы напугали меня, Вейл! Не делайте так больше.

— Бал, — невозмутимо повторил мужчина. — Кирам должен быть там — это его долг, и таково желание правителя. Ему захочется посмотреть, как любимый цепной пес будет прислуживать и ходить на задних лапках.

— Мне тоже придется там быть, — фыркнула женщина. — Что вы предлагаете?

— Дерзкий план, конечно. — Улыбка Вейла походила на оскал хищника. Мощные звериные клыки и желтые глаза не оставляли сомнений — перед тобой грозный враг. — Мы выкрадем девчонку. А когда лорд Волен ее хватится, то будет уже слишком поздно.

Элайна закатила глаза. Будто она не думала об этом раньше!

— Нам не хватит времени, чтобы подготовить артефакт. Тем более, он не оставит девочку дома одну, никогда!

— Я об этом позабочусь, — Вейл достал из складок темного плаща крохотный флакон красного стекла. Тягучая жидкость внутри выглядела почти черной. — Небольшой недуг в одной маленькой капле. Любого, кто выпьет зелье, свалит жар и лихорадка, а затем — долгое забвение, так что некому будет защитить бедняжку Брин.

Откинув в сторону полу плаща, он продемонстрировал длинный черный клинок со странными витиеватыми символами, идущими по лезвию.

— Для слуги Кирама у меня есть особый подарок.

— Меч для простого дворецкого?

Вейл расхохотался, и смех этот был холоднее, чем воздух в кабинете.

От него по стенам должна была пойти изморозь.

— Элайна, вы столько времени провели в этом доме и не почувствовали, кто перед вами?

— Я не маг, — девушка вскинула голову и нахмурилась. Чувство, что над ней откровенно насмехаются, было неприятным и до отвращения липким. — У меня другие силы и другие обязательства.

— Ах ну да. Если честно, я никогда не понимал, зачем артефакту два хранителя, — Вейл не обратил внимания на гневный взгляд Элайны. Ему доставляло истинное наслаждение видеть ее растерянность и гнев.

Ее силы просто насмешка над магией. Да, она помогала хранителю управлять потоками, но какой смысл в поддержке, если лорд Волен сам прекрасно справлялся с работой?

Это все фантазии правителя, который считал, что два хранителя надежнее одного. Дань древним традициям.

Опасная фантазия, учитывая, что могло случиться, если одного хранителя… обидеть.

— Его слуга — высший демон, — Вейл с усмешкой наблюдал, как вытянулось и побледнело лицо женщины.

Как предсказуемо.

Она вся — само воплощение предсказуемости. Тем лучше для самого Вейла — от такого примитивного в своих реакциях существа можно было не ждать сюрпризов.

— И это оружие специально для него, — губы мужчины растянулись в довольной улыбке. — Достаточно будет одного удара.

— Значит, мы будем ждать бала? Но, как я и сказала, нам не хватит времени, даже если ключ…

— Значит мы будем прятать Брин до тех пор, пока вы не подготовите артефакт. И советую вам больше не попадаться на глаза прислуге лорда. Достаточно того, что вы уже сделали.

Элайна вспыхнула, как уголек костра; нежная кожа покрылась красными пятнами гнева. Женщина уже хотела что-то сказать, но Вейл оборвал ее резким взмахом руки.

— Не ставьте под угрозу общий план, Элайна, — в глубине его глаз вспыхнул опасный огонь, отчего женщина сделала шаг назад и инстинктивно обхватила себя руками. — Иначе мне придется устранить и вас тоже.

Глава 14

Валверу пришлось нести Брин на руках.

Девочка свернулась калачиком и тихонько посапывала, вообще не замечая ничего вокруг. К груди она прижимала тряпичную куклу с большущими глазами-пуговицами, выигранную в одном из соревнований на празднике.

Как оказалось, дворецкий прекрасно стрелял из лука и у соперников не осталось ни единого шанса забрать приз. Брин же восторженно наблюдала за каждым его движением и радостно хлопала в ладоши, когда Валвер с улыбкой протянул ей игрушку.

Зрелище было до невозможности милым, и Антия не могла удержаться от широкой улыбки.

Хорошо, что она уговорила Кирама. Эта прогулка станет тем драгоценным воспоминанием, что будет греть Брин в самое холодное время. Чем больше у человека таких воспоминаний, тем сильнее он станет, тем яростнее будет сражаться за каждый новый день, за каждый вздох.

Иногда этого достаточно. Знать, что где-то тебя ждут и примут даже после самого жуткого путешествия.

И Антия подарит Брин еще больше таких моментов. Она обязательно должна показать девочке, что каждый день стоит того, чтобы прожить его в полную силу, увидеть все, что он может показать.

— Она совсем вымоталась. — Валвер двигался с такой грацией, будто танцевал; его шаги были тихими и быстрыми. Дворецкий спокойно удерживал девочку одной рукой, чтобы другой — открыть дверь перед Антией. — Может, завтра дадите ей поспать подольше?

— Если сама Брин захочет спать, — ответила Антия, погрузившись в полумрак особняка. На стенах перемигивались свечи, и стояла просто оглушительная тишина.

Если Кирам и ждал их возвращения, то ничем себя не выдал.

— Она, скорее всего, с самого утра побежит хвастаться папе.

Убрав со лба девочки непокорную кудряшку, Антия нахмурилась.

Ей тоже предстоял разговор с лордом. Элайна и ее слова не давали покоя, звенели в голове предупреждающими колоколами.

Необходимо предупредить Кирама, что все угрозы и заверения этой женщины — совсем не шутка и не простая попытка запугать.

Антия нутром чувствовала, что скоро может случиться что-то… плохое.

Непоправимое.

— Нужно… — голос девушки подломился, упав до свистящего шепота, слова потерялись и застряли где-то на полпути. Напряжение сыграло с Антией злую шутку, сдавив горло и помешав закончить предложение.

Но Валвера не нужно было просить — он и так понимал, что Брин самое место в постели, под теплым одеялом.

— Я все сделаю. Все-таки я всегда ее укладывал.

Коротко поклонившись, он быстро скрылся в переплетении коридоров — Антия даже не услышала, как мужчина поднялся по лестнице.

Вздохнув, девушка привалилась плечом к стене и подумала, что ей тоже стоит подняться наверх и лечь спать.

Антия прикрыла глаза, мечтая о горячей воде и душистом травяном мыле. Прогулка была долгой — кожа стала неприятно липкой, и хотелось немного понежиться в бадье и расслабиться.

— Только бы снова не перепутать двери, — короткий нервный смешок слетел с губ.

Воспоминания сразу же услужливо подбросили постыдные картинки. Девушка могла поклясться, что почувствовала на талии крепкие руки Кирама.

Это, разумеется, просто игра воображения, но Антия не могла соврать себе в одном: ей бы хотелось снова ощутить эти руки.

Но она никогда в этом не признается.

Никогда!

— О чем задумались, тесса Брея?

Антия была настолько уставшей, что неожиданный вопрос и знакомый голос вызвали только прилив вялого любопытства.

— О том, чтобы снова не оказаться в вашей комнате, лорд Волен.

Тихий смех прозвучал совсем близко, теплое дыхание коснулось ее уха.

Антия сама поразилась собственному спокойствию.

Значит, сегодня он не в облике волка. Даже немного жаль. Со зверем разговаривать было куда проще, чем вот так, почти прижавшись плечом к широкой груди. Антия чувствовала, как колотится сердце Кирама, и старалась не думать о том, что же заставило его пуститься в «безудержный пляс».

Банальное волнение за дочь, что лорд упорно скрывал?

Ее присутствие?

Или все вместе?

«Ты слишком много о себе возомнила, Антия».

— Как прошла прогулка? — он говорил совершенно спокойно, а рука лорда осторожно коснулась ее волос и заправила за ухо короткую прядку.

Подав Антии руку, лорд сжал ее дрожащие пальцы в своей ладони и мягко прижал девушку к себе, удерживая за талию. Так они и двинулись в сторону лестницы.

Было приятно чувствовать его поддержку. Все-таки Антия сильно устала.

— Брин совершенно вымоталась. Я пообещала, что мы обязательно побываем в городе еще раз.

Кирам издал какой-то непонятный звук, больше всего похожий на тихое рычание.

— Думаете, это хорошая идея?

— Разве вы не хотите видеть свою дочь счастливой? — Ладонь на ее боку сжалась чуть сильнее, и Антия поняла, что попала точно в цель. — Знаю, что хотите.

— Вы ведете нечестную игру, тесса.

— Рада стараться.

Осторожно ступая по лестнице, Антия подумала, что руки Кирама очень теплые. Он так нежно ее держал, что это походило на сон, и возвращаться в реальность совсем не хотелось.

«Сейчас ты вернешься в свою комнату и иллюзия растает. Все это слишком хорошо, чтобы длиться вечно».

— В следующий раз я пойду с вами, — тон Кирама не допускал никаких возражений.

— Не ревнуйте, лорд Волен, — шутливо подразнила его девушка. — Сердце Валвера давно занято другой, у меня нет никаких шансов.

Вот и заветный коридор. До комнаты совсем немного.

— Вас это расстраивает?

— Ничуть! Но я немного завидую Брин. У меня никогда не было сильного защитника.

— А хотелось бы, чтобы он был?

Антия помедлила с ответом. Она не совсем понимала, какую игру затеял Кирам.

Вот и дверь. Ее комната.

Они остановились, все еще держась друг за друга. Девушка поняла, что сжимает ладонь лорда так же сильно, как он — ее.

Их взгляды встретились, и колдовское золото его глаз не оставляло ей ни малейшего шанса, ни одной возможности, чтобы просто отвернуться и уйти.

— У меня для вас подарок, — пробормотала Антия и достала из крохотного кармашка платья камень-оберег. — Торговка сказала, что он поможет… найти вас, где бы мы ни оказались.

Кирам широко улыбнулся, сверкнув клыками.

— Не знал, что вы верите в каменную магию.

— А я не сказала, что верю, но вдруг…

Лорд немного наклонился.

— Для меня будет честью его носить.

Смутившись, Антия освободила руку и застегнула тонкую цепочку на его шее. Камень удивительно подходил к глазам Кирама, они даже светились одинаково.

— Доброй ночи, лорд Волен, — прошептала девушка и хотела уже нырнуть в безопасный мрак комнаты, но сильная рука обхватила ее затылок и потянула назад.

Антия даже не успела понять, что происходит, как теплые губы Кирама накрыли ее.

Сердце в груди угрожающе сжалось, подпрыгнуло и забилось с такой силой, что могло вот-вот лопнуть, колени задрожали и едва не подкосились от накатившей слабости.

Поцелуй длился всего мгновение, а потом лорд отстранился и прижался лбом ко лбу Антии. Дыхание мужчины сбилось, а глаза горели, как магические огни на ярмарке.

— Запомните, Антия. — Короткий, быстрый поцелуй обжег ее лоб. — Мне не нужен камень, чтобы найти вас. Где бы вы ни были.

Отступив, он окинул взглядом покрасневшую до самых ушей девушку и скрылся в тени.

— Доброй ночи, — сказал он. — И лучше вам сегодня запереть дверь на ключ.

Мгновение — и Антия осталась одна.

Совершенно ошарашенная, сбитая с толку и дрожащая. Только губы все еще саднили, сохранив тепло неожиданного поцелуя.

* * *

Кирам с раздражением отставил в сторону чашку с кофе, которую Валвер сразу же снова наполнил ароматным напитком.

Они завтракали в саду, а Валвер пересказывал события вчерашнего дня. Дворецкий был удивительно точен и вспоминал детали, какие сама Антия даже не заметила бы.

Брин и правда сегодня решила отоспаться. Девушка заглянула к ней в комнату рано утром и застала совершенно идиллическую картину: малышка разметалась по кровати, прижимая к груди куклу-приз.

Девочка тихонько разговаривала во сне, и, позволив себе посмотреть на нее через магический барьер, Антия убедилась, что сны Брин были приятными. Малышка полностью погрузилась в безопасные фантазии, наполненные ее переживаниями.

Осторожно прикрыв за собой дверь, Антия спустилась в сад, где ее уже ждал лорд и демон. Напряжение за столом повисло нешуточное.

— Значит, Элайна все никак не может успокоиться, — процедил Кирам сквозь стиснутые зубы и зыркнул на застывшую напротив Антию. Девушка ничем не выдавала своего волнения и тихонько прихлебывала травяной чай.

— Даже если она попытается выкинуть какую-то глупость, то ничего не выйдет, — лорд с грохотом опустил чашку на стол.

Антия вздрогнула и отхлебнула чуть больше, чем собиралась. Кашель скрутил девушку на несколько долгих секунд, и Кирам, быстро поднявшись, заботливо постучал по ее спине.

— Прошу прощения, — голос лорда звучал виновато. — Мне не стоило так реагировать, особенно при вас. Но настойчивость Элайны давно перешла все допустимые границы.

— Я волнуюсь, что она может начать действовать несмотря на ваши запреты.

Кирам и Валвер быстро переглянулулись.

— Она никогда не получит Брин, — отчеканил лорд. — И ее попытки все время достать мою дочь наталкивают на мысли, что дело вовсе не в моей репутации или необходимости обучаться в Академии. Тут что-то другое.

— Что-то большее?

Мужчина коротко кивнул, и это еще сильнее взволновало Антию. Что, если у Элайны на уме и правда какая-нибудь опасная пакость? Как можно было противостоять человеку, что мог без проблем приходить и уходить?

Но поднимать эту тему Антия не решалась.

«Просто скажи все, как есть. Почему ты не можешь открыть рот и попросить Кирама больше не пускать Элайну в особняк? Разве ради собственной дочери он не пойдет на это?»

Пока Антия собиралась с духом, ее внутренний голос сделал все сам и мысли слетели с губ быстрее, чем девушка успела их хорошенько обдумать:

— Ее нельзя допускать в дом, — Антия застыла, ожидая реакции.

Она не имела права ничего требовать, у нее не было доказательств, что Элайна собиралась действовать, — только ее слова и угрозы.

…Мы с ним связаны, работа соединяет нас. Думаете, что ваш господин пойдет против приказов правителя? Именно потому я все еще вхожа в его дом — мы союзники и с этим ничего не сделать…

Но Кирам не стал фыркать или ставить Антию на место.

Он задумался, и девушка посчитала это хорошим знаком.

— Оба хранителя должны иметь доступ к артефакту — таково правило. Если один из нас не сможет быть рядом с артефактом, то его место займет второй. — Кирам нахмурился и сделал большой глоток из своей чашки. — Это лишь традиция, обычно первыми хранителями становились сильные проводники. Их не так просто… вывести из игры.

— Значит, просто запретить вы ничего не можете?

Мужчина качнул головой и поджал губы.

— Без веских оснований? Нет. Мне придется держать ответ перед правителем, а он не из тех, кто опирается на домыслы, а не на факты. Но впереди бал…

Антия встрепенулась.

— Какой бал?

— Правитель устраивает традиционный праздник перед ритуалом очищения. Все артефакты полны темноты — скоро их придется раскрыть. — Кирам откинулся на спинку кресла и запрокинул голову, рассматривая кроны цветущих деревьев.

— В это время все хранители встречаются, чтобы обсудить дела и доложить правителю о всем, что происходит на землях семей. Мое присутствие там обязательно.

— Поместье может оказаться под угрозой, — подал голос Валвер. — Вчера на ярмарке госпожа Элайна была не одна. Вы ведь помните?

Он посмотрел на Антию, и девушка правда вспомнила мужчину, стоявшего в стороне. Его взгляд изучал их, будто пытался запомнить каждую мелочь.

— С ней был мужчина, но он не подошел к нам, как Элайна. Остался в стороне. Наблюдал.

— Я могу сказать, что он — маг, — Валвер поднял голову и безошибочно нашел окно комнаты Брин. Лицо дворецкого было странно напряжено, будто в его сознании крутились совсем уж мрачные мысли. — И это точно не одна из светлых «школ». Что-то… опасное. Не могу сказать наверняка.

Антия удивленно приподняла бровь.

— Деление на темные и светлые силы давно устарело.

— Не забывайте, что я куда старше вас. Для меня та же некромантия как была, так и остается темной силой, и мужчина рядом с госпожой Элайной владел темным даром.

— Интересно, с каких пор она водит такие знакомства… — Кирам окинул Антию вопросительным взглядом. — Скажите, тесса Брея, вы когда-нибудь держали в руке оружие?

— Приходилось, — медленно ответила девушка. — Дядя учил меня обращаться с клинком, но недолго. Кое-что я умею.

Лорд удовлетворенно кивнул.

— И я научу вас еще паре приемов, — Кирам поднялся. — Валвер — прекрасный воин, а я поговорю с одним давним другом. Это наемник, но я ему доверяю, как себе. Пока я буду на балу — за домом присмотрят. Но мне нужно знать, что и вы будете способны отразить удар, если потребуется.

— Думаете, это необходимо?

Как-то Антия не могла себе представить лорда Волена в качестве наставника.

И было немного боязно представлять, но Кирам и слушать ничего не хотел. Он только крепко сжал плечо Антии и сверкнул белозубой улыбкой.

— Я уверен, Антия. Уверен как никогда.

Глава 15

Когда Кирам принес ей обычную тренировочную одежду — Антия не на шутку смутилась. Вещи идеально ей подошли, а Лора только тихонько посмеивалась, наблюдая, как вытягивается и краснеет лицо девушки.

— Это вещи госпожи Волен, — служанка понизила голос до шепота и быстро осмотрелась, будто кто-то мог их подслушивать. — Я их немного перешила. С разрешения лорда Кирама, конечно! Вам все это очень подойдет, можете мне поверить.

Глаз у Лоры действительно был острый. Простая белая рубашка сидела как влитая, но двигаться в ней было приятно. Ничего не сковывало движений, не тянуло и не жало. Обыкновенную шнуровку спереди Лора завязала каким-то хитрым образом — Антия даже не успевала следить, как двигаются ловкие пальцы.

Штаны были для нее непривычной одеждой, но девушка понимала, что если она собирается тренироваться, то никакое платье для этих целей не подойдет.

Показаться в таком виде — странно и чуждо.

Придется привыкать. В голове упорно крутилась мысль, что в ближайшее время лучше ходить именно так. Если что-то случится, пока Кирама не будет в поместье, то сподручнее быть в одежде, пригодной для…

Для чего?

Для защиты и бегства?

Антия искренне надеялась, что до этого не дойдет, но если придется, то она будет защищать Брин и, если все пойдет не так, схватит ее в охапку и будет бежать, пока колени не подогнутся.

— Это не потребуется. — Девушка не заметила, что сказала это вслух, и поймала удивленный взгляд Лоры. — Прошу прощения. Не обращайте внимания, я просто…

— Знаете, госпожа Волен тоже училась обращаться с оружием.

— Откуда вы знаете, для чего эта одежда?

Глупый вопрос. Наверняка Кирам заранее объяснил Лоре, для чего ей перешивать одежду прошлой хозяйки. Антия с досадой закусила губу. Напряжение и страх в сердце мешали ей понимать самые очевидные вещи.

«Успокойся, — одернула она себя. — Ничего плохого не случится. Ты уже не первый раз берешь в руки оружие — дядя всегда настаивал, что девушке нужно уметь постоять за себя. Хоть тетя этого и не одобряла».

Антия с благодарностью вспомнила дядю. Его уроки оказались не бесполезны.

Она докажет, что хороша не только в целительстве!

— Господин предупредил, что хочет дать вам пару уроков, — подтвердила Лора догадки Антии. — Не волнуйтесь, он — прекрасный наставник. Не потребует от вас больше, чем вы можете дать.

В этом Антия очень сомневалась, и она не хотела, чтобы лорд Волен ее жалел. Чтобы противостоять проблеме, нужно тренироваться, как в последний раз, иначе в этом не было никакого смысла.

Сама девушка не сможет учить Брин в полсилы. Каждый маг должен выкладываться, отдавать всего себя собственному дару, чтобы дар отдавал в ответ.

Иначе этот союз обречен на провал и закончится безумием.

Мягкие сапоги тоже сели так, будто были сделаны специально для Антии. Окинув себя внимательным взглядом в зеркале, девушка глубоко вдохнула и закрыла глаза, стараясь справиться с волнением.

«Все будет хорошо. Кирам не сделает тебе ничего плохого».

Выдохнув, девушка улыбнулась Лоре и вышла из комнаты. Тренировку лорд решил провести недалеко от сада, на площадке, которую Антия еще не видела.

Прилив вдохновения и ожидания чего-то невероятного подхватил девушку невидимыми руками и потянул за собой, навстречу неизведанному.

* * *

— Для начала я хочу посмотреть, чему же вас научил дядя.

Кирам был в такой же простой белой рубашке и плотных темных штанах. В руках он держал два коротких клинка. Один он сразу же передал Антии и встал в стойку, указывая на место где стоило встать девушке.

— Не бойтесь меня, Антия, — мужчина широко улыбнулся, и девушка немного расслабилась, позволив руке не так крепко сжимать клинок. — Я буду учить вас, а не калечить.

Подняв оружие, Кирам ей подмигнул.

— Попробуйте меня ударить. Если сможете.

Антия не кинулась вперед — чего лорд наверняка ожидал. Она двинулась по кругу, внимательно осматривая Кирама. Держался лорд уверенно: его рука не дрожала, а мышцы были расслаблены. Мужчина не ждал от нее никаких сюрпризов, не думал, что девушка сможет сделать даже шаг в его сторону, — и в этом он точно прогадал.

Ведь Антия сделала.

Мужчина ловко ушел от атаки, и в воздухе завибрировал звон от удара стали о сталь. Теперь они вдвоем шли по кругу, присматриваясь друг к другу.

Глаза Кирама вспыхнули золотом, в его взгляде читался живой хищный интерес. Лорд двигался плавно: как человек, который привык держать в руках оружие. Привык к бою и готов в любой момент принять вызов.

Порыв ветра дернул ворот белой рубашки, обнажив кусочек смуглой кожи и камень-оберег, поблескивающий в лучах солнца.

Он не снял его. Внутри Антии вспыхнул крохотный теплый огонек удовлетворения и радостного осознания, что лорд не посмеялся над ее подарком, а сохранил его.

Удар Кирама стал для Антии неожиданным.

Короткий рывок вперед — и блеск клинка всего в каком-то дюйме от ее груди. Антия сумела уйти в сторону и атаковать в ответ.

Нырнув под руку лорда, она оказалась за его спиной. Короткий и резкий взмах должен был удасться. Обязан был!

Но как только девушка замахнулась, рука Кирама сразу же отбила этот выпад.

Звон клинков нарастал. Удары шли один за другим, и с каждым новым — Антия двигалась все быстрее, стараясь успеть за Кирамом.

Он не просто атаковал.

Лорд танцевал с клинком. Он выглядел настолько естественно, что Антия не могла не любоваться каждым тягучим движением.

Шаг вперед. Острие прочертило широкую дугу перед ее животом, и девушка этого ждала. Скользнув вбок, она ударила почти вслепую и сразу же отскочила назад, едва не потеряв равновесие.

Кирам поднял руку и усмехнулся. На рукаве рубашки виднелся аккуратный короткий надрез.

— Почти, — бросил он удовлетворенно и снова встал в стойку. — Устали, Антия?

— Я только разогрелась, — глазом не моргнув, соврала девушка. Она не хотела, чтобы Кирам ее жалел.

Враг ведь не пожалеет, если что-то случится в поместье. Враг не спросит, устала ли она.

Подняв клинок, она широко улыбнулась.

— Попробуйте меня ударить. Если сможете.

* * *

— Смотри, Антия, я смогла!

Брин радовалась так открыто и искренне, что Антия не могла не смеяться вместе с ней. Девочка смотрела на нее с высоты почти десятка футов, стоя на толстой ветке дерева. Сегодня она без особых усилий направила дар, куда нужно.

Даже помогать не пришлось.

Антия вздохнула с облегчением, поняв, что все ее усилия дали первые плоды. Дни текли вяло и размеренно, обучение Брин перемежалось с тренировками, где Кирам уже не относился к Антии как к фарфоровой кукле.

Поняв, что девушка и правда умеет обращаться с оружием, лорд перестал себя сдерживать. Разумеется, ничего запредельного мужчина не творил, но Антия за вторую же тренировку обзавелась парой глубоких царапин на плече и на бедре.

Благо, что целительный дар быстро убрал все следы, — иначе пришлось бы долго объяснять Брин, почему учительница хромает.

Девочка махнула ей ладошкой и без задней мысли спрыгнула вниз, прямо в руки Антии.

— Давай еще раз!

— Но только если у тебя ничего не болит, — сказала девушка.

Она знала, какая эйфория охватывает учеников при первых успехах. Главное в этот момент — остановить их, не дать использовать дар до изнеможения. Самое опасное время для мага — то короткое мгновение, когда он ощущает себя всесильным.

В любую секунду можно потерять контроль и переступить ту грань, возврата из-за которой уже не будет.

Маг всегда обязан себя контролировать.

— Я знаю, я должна отдыхать и не использовать дар слишком часто, — повторила Брин то, что ей постоянно напоминала Антия. — В последний разочек, честно-честно! Чтобы… — девочка замялась, пытаясь подобрать слова. — Закрепить результат — вот!

Девушка смягчилась и мягко погладила Брин по голове.

— Ну хорошо. Но только один раз!

Брин радостно подпрыгнула и хлопнула в ладоши. Зажмурившись, она даже кончик языка высунула, так сильно сосредоточившись на месте, где хотела оказаться.

Пока что девочке удавалось прыгнуть не очень далеко. Тот единственный перенос в другую реальность — иначе Антия просто не могла назвать то жуткое, непонятное место — так и остался единственным. Больше Брин не смогла повторить подобный трюк. Она даже за пределы сада переносилась с трудом.

Антия по этому поводу не переживала.

Все-таки отдельные всплески бывают, но лучше если девочка будет познавать свои силы постепенно, шаг за шагом. Иногда даже прыжок на десяток футов был способен спасти жизнь.

Вот только у них могло быть мало времени.

Как сказал Кирам: бал уже близко. И что могло произойти в этот вечер, одному Творцу известно. Все могло пройти просто и гладко, без лишних волнений и бед. Возможно, все, что себе напридумывала Антия, — лишь плод встревоженного воображения и Элайна даже не думала о нападении или других подлых маневрах.

Антия бы очень хотела, чтобы это все было только плохим сном.

Чтобы все закончилось именно сейчас, пустыми словами и скрытыми угрозами.

Белые тонкие нити вокруг Брин сплелись в плотный кокон, и некоторые из них потянулись в сторону, к чайному столику, где стояли идеально чистые чашки и тихонько остывал чайник. Ни Брин, ни Антия так и не прикоснулись к угощениям, расставленым Валвером.

Слишком увлеклись занятиями.

Брин растворилась в воздухе за долю секунды — Антии бы потребовалось больше времени, чтобы моргнуть. Воплотилась девочка уже довольно далеко, у самой дальней яблони. Пошатнувшись, малышка оперлась на ствол дерева дрожащей рукой.

— Брин! — сорвавшись с места, Антия оказалась рядом с девочкой и опустилась на корточки. С побледневших губ малышки срывалось хриплое дыхание. — Я же тебя спрашивала, почему ты не сказала правду?

— Но я действительно чувствовала себя хорошо…

И Антия ведь ничего не почувствовала. Ее целительные силы спали, не отреагировав на состояние девочки.

— Давай вернемся в комнату, хорошо? Я попрошу Валвера сделать тебе свежий чай.

Брин слабо кивнула и попыталась выдавить улыбку.

Даже в таком состоянии она все еще хотела быть веселой и отзывчивой.

— Госпожа Брея!

Валвер шел к ним широким шагом, от его невозмутимости не осталось и следа. Увидев бледную и измученную Брин, дворецкий разволновался еще сильнее.

Антия даже сказать ничего не успела, как девочка оказалась в его крепких руках, под защитой.

Интересно, что заставило Валвера почти бежать?

— У господина Волена… посетитель, — он на секунду замолчал и поправился. — Посетительница.

— И какое это имеет отношение ко мне?

Элайна? Но тогда почему у Валвера такое лицо, будто случилось что-то плохое и непредвиденное? Бывшая любовница лорда не стала бы в открытую тут никому угрожать.

— Я думаю , вы ее хорошо знаете. Ведь имя Гемма де Вилар о чем-то вам говорит?

Антии показалось, что она ослышалась.

Не могло этого быть! Не могло…

Сердце тяжело забилось в груди, разгоняя холодную густую кровь. Антии казалось, будто все внутри нее обледенело. От одной только мысли о том, что сейчас говорит тетя Кираму, стало дурно и страшно.

Ей нужно было сразу все ему рассказать, но после самого первого дня все мысли о Гемме вылетели из головы. Сам этот дом будто поглотил их и внушил чувство безопасности.

Как оказалось — ложное.

Что она уже успела наговорить? Как нашла Антию? Ведь о работе у лорда знала только матушка Мириам…

Если тетя сделала хоть что-то с этой доброй, сердечной женщиной — Антия ее убьет! Точно убьет.

– Что бы она ни сказала…

– Я думаю, вам как раз стоит послушать, что лорд скажет ей.

Валвер указал на дверь в поместье, призывая идти за собой.

– Только нужно отвести Брин в ее комнату, — дрогнувшим голосом сказала Антия. — Это важнее любых разговоров, а потом… потом мы пойдем к кабинету Кирама.

Глава 16

К кабинету Кирама Антия шла, как на казнь. Она со спокойным сердцем оставила Брин на попечение Валвера и поспешила уйти, пока смелость не покинула ее и девушка не попросила дворецкого о помощи.

О банальной поддержке.

Антии было очень страшно оставаться одной. Да, она сбежала из родного дома, пряталась и была уверена, что в этот раз сможет навсегда оставить прошлое там, где ему самое место.

За спиной.

Забыть все, что творилось в доме Геммы. Но, видимо, у Единого был свой коварный план; и вот теперь от тети девушку отделяла приоткрытая дверь и вера в то, что Кирам не станет слушать все те слухи и сплетни, которые Гемма могла раздуть до невероятных масштабов.

Антия была хорошим лекарем, но у любого лекаря, несмотря на его талант, могли случаться непредвиденные ситуации, которые тетя сразу же обращала против нее.

Если не будешь послушной, то только представь, что я могу рассказать твоим пациентам. Будь уверена, я могу быть очень убедительной. Они поверят в любую мою выдумку.

Так и было. Сочини Гемма историю, что один из клиентов Антии умер из-за неверно смешанного зелья — все бы это проглотили, подорвав репутацию девушки, как лекаря.

— Прошу прощения, тесса де Вилар, — голос Кирама звучал учтиво-холодно, почти безэмоционально, и Антия отдала бы многое, чтобы увидеть лицо мужчины. Заглянуть в глаза и понять, о чем лорд думает. — Но то, о чем вы говорите, — совершенно невозможно.

Прижавшись плечом к стене, Антия вся обратилась в слух. Тусклый свет свечей превращал коридор в сумрачное царство теней, теперь в каждом темном силуэте девушка чувствовала угрозу.

Тетя отняла у нее драгоценное ощущение безопасности, и за это Антия ненавидела ее еще сильнее. Только-только все начало налаживаться — и вот! Почему Единый так несправедлив? Что Антия сделала такого, что теперь должна нести наказание?

Это такая божественная кара за обман? За попытку как-то наладить собственную жизнь? Это просто несправедливо, нечестно!

Даже если Кирам поверит Гемме, Антия будет отстаивать себя до последнего! Он же знал, что она — честный человек, что она никогда бы не сделала ничего плохого.

— Вы не понимаете, лорд Волен.

Голос тети прошил Антию, как раскаленный гвоздь, задев натянутые внутри струны. Она содрогнулась от пяток до затылка, волосы на затылке встали дыбом от накатившей смертельной стужи.

— У меня есть договоренности, а у Антии — обязательства! Перед господином, которого она так незаслуженно обидела. Это позор! Тем более я уверена, что вокруг полно более сильных лекарей, чем Антия. Поверьте мне, ее дар — всего лишь шутка Творца. Она едва с ним справляется. Стоит только вспомнить, как…

— Во-первых, — перебил ее мужчина. — Я прекрасно знаю, на что способен дар Антии. И во-вторых, насколько мне известно: Вальдер Кевир — трижды счастливый вдовец. Ни одна его жена не дожила до того, чтобы хотя бы пальцем прикоснуться ко всем богатствам семьи Кевир. Вы надеялись, что ваша племянница станет первой?

— Вы хорошо осведомлены, — Антия могла представить, как тетя гневно поджимает губы и складывает руки на коленях, нервно перебирая складки на ткани.

— Я должен знать все о тех, кто работает в моем доме.

Тетя рассмеялась — отчего Антия чуть не отпрянула от двери. Очень уж близко прозвучал этот зловещий смех. Противоречивые чувства разрывали ее изнутри. Хотелось ворваться в кабинет и рассказать все, что ей пришлось пережить в доме тети. Как эта женщина свела со свету собственного мужа, как годами держала ее в страхе, как Антии пришлось бежать и прятаться, пока ее не продали как какую-то… племенную кобылу!

Но тихий голосок здравого смысла подсказывал, что сейчас не то время и место, чтобы вмешиваться. Кирам справится с этой проблемой. Он все сделает так, как будет лучше для нее, Антии.

Ей нужно просто немного ему довериться.

— Вы не можете препятствовать мне, лорд Волен! Антия — моя племянница.

Тяжелый вздох Кирама сильно взволновал девушку. Он злится? Раздражен? Согласен с Геммой?

— А прозвучало так, будто она — ваша собственность.

«Как же невыносимо ничего не видеть, а только слушать, как решается моя судьба!»

— И что вы желаете мне рассказать? Слухи? Грязные сплетни?

— Хотите сказать, что я буду врать?!

— Разумеется, будете, — спокойно ответил лорд. — Вы из тех женщин, что ложью и угрозами привыкли добиваться желаемого.

— Я не позволю!..

Антия отчетливо услышала звук удара кулака по столу. В кабинете повисла гробовая тишина.

— Я впустил вас в свой дом просто потому, что гостей не принято спускать с крыльца. — Воздух вокруг будто превратился в лед. — Вы считаете меня дураком, не способным понять, что из себя представляет человек?

— Я ничего такого не хотела, — уже тише пролепетала тетя.

— Зарубите себе на носу, госпожа де Вилар: вы здесь только потому, что я бесконечно уважаю вашу племянницу и могу проявить терпимость к ее родне. Но вы вынуждаете меня изменить свое мнение.

— Но послушайте! Вы совершенно не представляете, какую змею пригрели на груди!

Лорд презрительно фыркнул.

— Антия — добрый и преданный своему делу человек. Она смелая, одаренная и умная женщина. И мне кажется, что побег из вашего дома только подтверждает силу ее характера.

Антия могла поклясться, что слышит скрип тетиных зубов. Гемма не могла пойти на открытый конфликт. Где она, а где семья Волен? Но внутри этой женщины сейчас бурлил самый настоящий гнев — девушка это точно знала.

— Вы можете передать господину Вальдеру мои глубочайшие извинения. Антия не сможет принять его предложение. Никогда.

– Я — ее родня и требую встречи с племянницей! Я дойду до правителя, если потребуется, и сообщу ему, что творится в этом поместье!

— Вы здесь гость и не более — требовать будете в другом месте. Все, кто работает в этом доме, подчиняются моей воле, и Антия с вами разговаривать не будет.

— Но я не могу передать ваши слова!

— Вы их передадите, потому что Антия не выйдет за господина Вальдера.

Тетка кисло хохотнула.

— Может, вы еще будете решать, за кого моей племяннице выходить замуж?!

В повисшей тишине Антия услышала, как колотится ее сердце. Потерев друг об друга заледеневшие ладони, она уже хотела постучать в дверь, чтобы войти в кабинет и расставить все точки прямо сейчас, но слова Кирама, прогремевшие в тишине, заставили ее замереть на месте с широко раскрытым ртом:

— Именно! — В его тоне отчетливо прозвучала железная уверенность. — Тесса Антия выйдет за меня.

* * *

Антия пыталась переварить услышанное. В глубине души поднималась теплая волна, которую девушка не могла удержать, но вместе с ней в голову сразу же полезли разные вопросы.

Почему он это сказал? Не мог же лорд, да еще и из такой семьи, говорить это все серьезно? Такой человек должен был искать себе жену среди равных, разве нет? Кто вообще всерьез мог подумать, что господин Волен способен совершенно серьезно предложить замужество какому-то лекарю?

Он, наверное, сказал это просто, чтобы избавиться от тети. Заставить ее замолчать и уйти, вынудить отступить и больше никогда не показываться в поместье, ведь Гемма не станет в открытую воевать с будущей женой не кого-нибудь, а Кирама Волена.

Да, так и было.

Наверное…

И, судя по голосу тети, она тоже приняла его заявление с изрядной долей сомнений.

— Вы же не можете говорить серьезно, господин Волен.

Короткий смешок Кирама сказал даже больше, чем могли сказать слова. Он не собирался слушать ни одного слова против своего решения.

— Почему же? Вы лучше знаете, кто мне подходит, а кто — нет?

— Я не это хотела сказать! Но моя племянница — не та женщина, которая соответствует вашему высокому положению. Вы думаете, что правитель и ваше окружение примут подобное? Что никто не выскажется против? Будьте благоразумны!

— Наш разговор окончен, госпожа де Вилар, — голос Кирама звучал устало, будто мужчина смертельно вымотался. Антия могла его понять — разговор с тетей всегда вытягивал из нее все силы. — Прошу вас покинуть мой дом. Валвер вас проводит.

Антия отпрянула назад, в тень, и скрылась там, чтобы не попасться на глаза тете. Но к ее удивлению та покинула кабинет через другую дверь, потому что в коридоре так никто и не появился. Медленно отсчитывая про себя секунды, Антия терпеливо выжидала.

Ей одновременно хотелось вернуться в комнату и нырнуть под одеяло и войти в кабинет Кирама, чтобы раз и навсегда понять: шутил лорд или говорил серьезно.

Когда девушка осознала, что вокруг стало неестественно тихо, она решила все-таки вернуться в комнату.

Завтра. Она все обсудит с ним завтра.

Если Кирам шутил, он сделает вид, что ничего не произошло. Если же нет…

«Что ты ему ответишь, Антия? Разве так в обычной жизни бывает, чтобы всего за несколько дней человек мог от холодной насмешливости перейти к предложению руки и сердца? Ты в чудеса давно не веришь, тогда почему сейчас так дрожишь и надеешься, что все это — не сон?»

На цыпочках прокравшись мимо двери, Антия сжала руки в кулаки — только бы не постучать. Только вот отойти далеко она не успела. Всего на пару шагов.

— Тесса Брея, зайдите, пожалуйста.

«Вот тебе и ушла тихонько в комнату», — с досадой подумала Антия и, опустив голову, развернулась и толкнула тяжелую дверь.

В камине размеренно потрескивал огонь, на столе поблескивали совершенно чистые чашки и пузатый чайник. Тете Кирам ничего не предложил, но почему тогда чашки две?

Лорд с самого начала ее ждал?

— Присаживайтесь. — Кирам стоял у окна, спиной к двери. Его фигуру скрывал мерцающий полумрак, и мужчина не обернулся, даже когда Антия расположилась в глубоком мягком кресле и застыла в напряженном ожидании.

— Вы знали, что я все услышу.

Лорд коротко кивнул.

— Знал. Дверь была приоткрыта, а я все еще прекрасно чувствую ваш запах.

Стиснув в руках ткань платья, Антия попыталась стряхнуть охватившее ее оцепенение, но тщетно. В груди медленно рос ком волнения, готовый в любой момент разлететься острыми холодными иглами, пронзая ее сердце.

— Интересный спектакль вы устроили.

— Он был бы не таким интересным, если бы вы сразу рассказали мне о проблемах в семье.

— Я не знала, как вы отреагируете, и надеялась, что тетя меня не найдет.

За несколько бесконечных минут они не обменялись больше ни единым словом. Кирам отвернулся от окна, подошел к столу и принялся деловито разливать чай по чашкам. По его лицу невозможно было понять, о чем лорд на самом деле думает.

— Я вас не виню, — поставив чашку перед Антией, лорд устроился в кресле напротив. — Общение с этой милейшей женщиной многое объясняет.

— Что бы она вам ни сказала…

Кирам поднял руку, останавливая девушку.

— Я бы не поверил ни единому слову, — жестко произнес лорд. — Привычка доверять собственным глазам — сильнее.

Сделав крохотный глоток из чашки, Кирам окинул Антию таким взглядом, что ее сразу же бросило в жар. Она порадовалась, что в кабинете недостаточно света, чтобы хорошо рассмотреть ее красные щеки.

— Брин очень вас любит. Возможно, вы этого не замечаете. Вы не знаете ее так, как я: моя дочь очень тяжело сходится с посторонними людьми. Но вас она приняла без вопросов, и это о многом говорит.

Золотые глаза Кирама сверкнули из-под густых темных ресниц.

Антия только сейчас подумала, что уже давно не видела их прежний цвет. Кирам будто постоянно находился на пороге превращения, позволив волку смотреть на мир своими глазами.

— Я знаю, какой вопрос вас сейчас мучает, Антия.

— Вы можете не оправдываться! — девушка нервно дернула плечом. — Я бы тоже сказала все, что угодно, — только бы выпроводить тетю побыстрее.

Она отвела взгляд, не в силах смотреть в глаза лорду.

— Вы считаете, что я пошутил?

— Разве нет?

Лорд Волен рассмеялся. Открыто, самозабвенно. Совершенно сбив Антию с толку.

— Вы же не думали, что вашего обещания не покидать мой дом после всего, что вы узнали и увидели, — будет достаточно? — наклонившись вперед, он протянул руку и сжал дрожащую ладонь девушки. — Вы и правда никогда отсюда не уйдете, но не останетесь целителем и учителем в моем доме. Вы останетесь здесь как моя жена.

— Но это же невозможно!

— Почему же?

— Потому что… ну, потому что!

Антия понимала, что слова никак не желали складываться в голове. Язык от волнения заплетался и не хотел слушаться, а широкая улыбка Кирама только сильнее выбивала почву из-под ног.

— Даже не знаю, что ответить на такой железный аргумент. Лично мне интересно узнать, какое платье вы хотите.

— Я еще не сказала «да», — тихо промямлила девушка.

— Но вы не торопитесь сказать «нет».

Вскинув голову, Антия поняла, что Кирам слишком близко. Они почти соприкасались носами, и от этой неожиданной близости воздух так и застрял в горле — не вдохнуть, не выдохнуть.

— Я бы все равно предложил это, — тихо проговорил лорд, а его рука, сжимавшая ее руку, стала невозможно горячей. — Возможно, дал бы вам больше времени, но мне кажется, что ваша тетя появилась как никогда вовремя.

Антия не верила своим ушам.

Не могло это все происходить на самом деле. Не могло ведь, правда?

— Но у меня все еще есть время подумать?

Кирам усмехнулся и прижал ее ладонь к губам, обжигая кожу.

— У вас есть время, чтобы выбрать себе наряд и кольцо.

Девушка закатила глаза.

— Это самое не романтичное предложение, какое я могла вообразить.

— Привыкайте, тесса Антия, — Кирам хитро прищурился. — Волки вообще не склонны к показной романтике. Мы предпочитаем делать, а не красиво говорить.

Глава 17

Стоило Антии и Брин снова собраться в город, как погода откровенно не заладилась. С самого утра появились тяжелые темные тучи и ветер пробирал до самых костей, так и норовя забраться под одежду и пересчитать позвонки ледяными пальцами.

Ни одной капли дождя так и не упало, но, как говорится, еще не вечер. В любой момент могла разразиться настоящая буря, и как назло именно сегодня Антия обещала Брин прогулку и девочка наотрез отказалась ехать в другое время.

Она стояла посреди своей комнаты, упрямо скрестив руки на груди, с одной заплетенной косичкой и смотрела на Антию с искренним хмурым недоумением.

В этот момент она была невозможно похожа на отца.

— Брин, там скоро грянет настоящая буря, — увещевала девочку Антия, но та оставалась непреклонной.

— У нас же есть зонтики!

— Твой отец точно будет против. Обещаю, что мы сможем поехать в город в другой день.

При упоминании Кирама, Брин сразу же погрустнела. Что-что, а с папой она спорить в открытую не решалась. Кирам мог вообще запретить покидать особняк, а этого девочка боялась больше всего на свете. Брин так понравилась ярмарка, что она почти сразу начала уговаривать Антию на еще одну прогулку.

Понимала маленькая бестия, что у наставницы было влияние на отца, и пыталась использовать его на полную катушку, чтобы получать поблажки и расширять собственные границы.

Этого стоило ожидать. Девочка на удивление тонко чувствовала малейшие перемены в доме, будто сами стены шептали ей на ухо обо всем, что происходит.

Валвер мог делиться с ней новостями, но Антия сразу отбросила эту мысль. Представить, как взрослый, улыбчивый и совершенно невозмутимый дворецкий делится с маленькой девочкой всякими сплетнями, — просто немыслимо — тем более демон был предельно надежен, когда речь касалась чужих отношений и секретов.

Скорее уж, Антия поверила бы в сверхъестественное чутье Брин.

Бывали же люди, которые с первого взгляда могли определить, что у другого на душе.

— Я сама у него спрошу.

Брин гордо вскинула голову и прошагала к двери прямо так, с одной косичкой и в домашнем платье. Выскочив в коридор, девочка не обратила внимания на оклик Антии, и, тяжело вздохнув, та поплелась следом к кабинету Кирама. Где сразу же услышала его строгий голос:

— Дорогая, если пойдет дождь — дорога обратно превратится в настоящее болото. — Непреклонный тон совсем не смутил малышку. Она даже не подумала сказать привычное: «Хорошо, папа». Девочка собиралась настаивать. — Вы можете поехать в город в любой другой день.

— Но мы хотели поехать именно сегодня.

Брин выглядела такой расстроенной, что Антия даже не знала, что сказать. Ей захотелось схватить зонты и попросить Кирама отпустить их, поехать в город и показать Брин все, что она захочет увидеть.

Вот только лорд выглядел непреклонным. Он отложил в сторону письменные принадлежности и сжал пальцами переносицу. Кирама что-то волновало, и дело было совсем не в желании Брин поехать на прогулку.

Лорд чего-то ждал, но Антия не знала что.

Или кого…

Осознание, что бал совсем скоро, нахлынуло, как волна северного моря, унося с собой все хорошее настроение раннего утра. Вероятно, Кирам этим и обеспокоен?

Возможными проблемами, что грозили им.

— Неужели мы и правда не можем поехать? — жалобно спросила Брин, но лорд только отмахнулся и взглянул на Валвера, стоящего у двери.

— Отведи Брин в ее комнату. — Посмотрев на дочь, он попытался выдавить слабую улыбку. — Прости, дорогая, но сегодня ты останешься дома. И это не обсуждается.

Когда девочка выскочила из кабинета, Кирам обхватил голову руками и помассировал виски.

— Дело ведь не только в дожде?

Его темный, уставший взгляд буквально приковал Антию к месту.

— Вы поразительно догадливы.

Девушка аккуратно опустилась в кресло напротив лорда. Она старалась не двигаться слишком резко, опасаясь, что любая мелочь может вывести Кирама из себя. Мужчина как никогда походил на готовую взорваться петарду.

— Не хотите поделиться? — осторожно спросила Антия.

Кирам откинулся назад и прикрыл глаза. Несколько минут ничего не происходило, и девушка уже подумала, что никакого ответа не последует, но тут мужчина заговорил:

— Дурные предчувствия не дают мне покоя. Волк во мне редко ошибается, и сейчас, — лорд устремил взгляд в потолок, — он ни на секунду не замолкает, предупреждая об опасности. И непонимание, откуда она исходит, сводит меня с ума. Превращает в параноика.

— Переживаете о том, что может случиться, пока вас не будет в поместье?

— Именно.

— Вы сказали, что оставите здесь людей, на всякий случай. Да и Валвер не даст ничему плохому произойти с Брин.

— Вы не знаете, как коварны могут быть беды, — с горечью процедил Кирам. — Они подкрадываются, когда их никто не ждет, прячутся среди знакомых лиц, чтобы в самый неподходящий момент вонзить когти в сердце!

— С вашей дочерью ничего не случится.

— А как насчет вас, Антия? — резко поднявшись, он подошел к камину и сцепил руки за спиной. Напряженная спина выдавала все чувства Кирама куда сильнее, чем любые сказанные слова. — Я волнуюсь не только о дочери, если вы не заметили.

Девушка коротко кивнула.

— Заметила. Но ваше волнение ничего не изменит.

Холодный взгляд лорда рассыпал по коже девушки ядовитые колючки.

— Звучит пессимистично.

— Скорее, реалистично.

Антия встала рядом с ним у камина и осторожно коснулась напряженного плеча.

— Делайте то, что должны, а все остальное оставьте нам. Я буду защищать Брин — чего бы мне это ни стоило.

— Этого я и боюсь, — Кирам говорил так тихо, что девушке пришлось придвинуться к нему почти вплотную.

— Доверьтесь мне, лорд Волен, — привстав на цыпочки, она коснулась его щеки.

Отстранившись, Антия подошла к двери.

— Мне придется утешить Брин и занять ее тренировками, потому что один несносный отец не отпустил ее на прогулку. А вы пообещайте, что за ужином не будете смотреть на все с этой мрачной миной.

Слабая улыбка тронула губы мужчины.

— Ради вас я постараюсь, но ничего не могу обещать.

Когда за Антией закрылась дверь, Кирам уставился на пламя, прислушиваясь к клокотавшей внутри буре. Он слишком хорошо видел, как над его головой сгущаются тучи, но не мог показать их Антии. Человек никогда не почувствует того, что мог ощутить зверь.

Но одно он знал наверняка.

Никто — никто! — не сможет отнять у него право и шанс на новую жизнь.

И никакое зло никогда не получит его дочь.

* * *

За день до бала Антия не находила себе места. Постоянное напряжение сделало из нее нервную, дерганую девчонку, которая подскакивала от любого постороннего звука.

— Нельзя так, — бормотала она себе под нос, снова и снова проходя мимо одной и той же полки в библиотеке.

Антия даже не могла в полной мере порадоваться за успехи Брин, которая сегодня не просто прыгнула из одной части сада в другую, а смогла перенестись в дом, прямо в свою комнату.

Упражнения на концентрацию не прошли даром. С каждым днем девочка все лучше контролировала свои силы.

Вот только будет ли она способна так же себя вести, если ситуация выйдет из-под контроля? В самом плохом случае Антии может не оказаться рядом и тогда Брин придется спасаться самой.

«Хватит нагнетать!» — девушка мысленно на себя прикрикнула и остановилась у одной из полок. Рука сама потянулась к книге, и, взвесив на ладони массивный том в темно-синем переплете, Антия бросила всего один взгляд на обложку, чтобы убедиться: это то, что ей нужно.

Кирам хоть и не разделял уверенности Антии, но, где найти книги по каменной магии, подсказал. Оказалось, что все книги в библиотеке он знал и мог с легкостью назвать шкаф и полку, где стоял нужный девушке том.

Прижав к груди книгу, Антия осмотрелась по сторонам с видом мелкого воришки, пробравшегося в дом богатого купца. Все еще были свежи в памяти смешки и пренебрежительное отношение Академии к каменной магии. Все, что о ней было известно, — только слухи и домыслы, никаких реальных доказательств.

Или просто это был тот самый вид магии, изучение которого считали «бессмысленным», — оттого и не интересовались им.

Кому вообще нужны были поисковые амулеты, чья зарядка и подготовка занимала куда больше времени, чем заклинание «поиска»?

Никто, правда, в Академии не рассказывал, что заклинание «поиска» — настоящая непреодолимая преграда для мага, чей дар не выходил за границы «Средний, но можно хоть чему-то обучить».

Антия, при всех своих возможностях, им не владела — не та специализация. Да-да, нужно было еще специализироваться в определенной области, чтобы получить хотя бы шанс на изучение подобной магии, но Антия никогда не горевала об упущенной возможности.

Да и кого искать лекарю? Для поиска редких трав это заклинание было бесполезно, а сил на него тратилось…

Так что Антия решила проверить, можно ли зарядить камень прямо вот так, без помощи сильного чародея, а, так сказать, своими силами и будучи магом совсем другой школы.

Потому что ей отчаянно хотелось знать, что перед лицом опасности в рукаве будет хотя бы один козырь. Антия сможет найти ребенка в любом месте, если только все получится.

— Антия-я! — Девушка вздрогнула и выронила книгу.

Том грохнулся на пол, и в стороны разлетелась мелкая пыль, а грохот пронесся по библиотеке гулким эхом.

— Нашла! — Брин выскочила из-за шкафа и заливисто рассмеялась. — Папа сказал, что ты здесь.

— А ты должна была практиковаться в саду. — Стоило только девочку оставить без присмотра, как вот она — прибежала сюда!

«И куда только Валвер делся, когда он нужен? Вроде же обещал присматривать за тренировкой Брин?»

Но Антия не могла злиться на дворецкого. Скорее всего, Кирам вызвал его, чтобы подготовиться ко встрече тех самых наемников, что должны были защищать дом.

— Я устала, — жалостливо протянула Брин и потупила взгляд. И почему Антия была уверена, что маленькая бестия совершенно не жалела о побеге из сада? — А чем ты тут будешь заниматься?

— Собиралась немного подготовить наши талисманы, — Антия указала на камень, висевший на шее Брин. — Но если ты устала, то мне придется заняться этим самой…

Личико Брин выражало такое разочарование, что Антии даже стало немного совестно.

Но не слишком.

— Я не буду мешать! Честно-честно…

— Но ты же устала, — девушка продолжала дразнить Брин, хотя и понимала, что не сможет отказать девочке. Тем более Антии правда потребуется ее помощь, чтобы правильно «разбудить» поисковый артефакт. — Если ты пообещаешь, что наверстаешь упущенное время…

Брин подскочила на месте и захлопала в ладоши, ее глаза вспыхнули от радости, в их глубине заплясали самые настоящие звездочки.

Добравшись до стола, Антия положила книгу и наблюдала за тем, с каким воодушевлением Брин плюхнулась в глубокое кресло. Через секунду девочка передумала и забралась в него с ногами, скинув туфли, а затем села на крышку стола и с нетерпением уставилась на Антию.

— Ну что? Когда начнем? — заметив удивленный взгляд девушки, Брин коротко пожала плечами. — Ну не нравится мне сидеть в кресле! Я слишком маленькая, мне ничего не видно, — немного помедлив, она тихо добавила. — Только папе не рассказывай, пожалуйста…

Антия усмехнулась. Она вспомнила себя в детстве.

Пожалуй, единственное место, где она могла чувствовать себя в безопасности, — это библиотека. Не такая большая, как здесь, конечно, но тихая и уютная. В камине потрескивал огонь, а возле него стояло старое кресло-качалка, где можно было устроиться и читать, пока не прогонят спать.

Любовь к чтению и познанию нового сделали из Антии прилежную ученицу, одну из лучших в Академии.

Теперь ей нужно было снова включить этот свой «особый дар» — как называл его дядя. Способность выискивать самое важное в бессмысленной трухе лишних слов. И не просто выискать, а применить, ради жизненно важного дела.

— Начнем с самого начала, — открыв книгу, она скользнула пальцем по неразборчивым строкам. — Давай-ка найдем способ разбудить наши талисманы.

Глава 18

— Надеюсь, мне не нужно повторять, что все это очень серьезно? — я рассматривал гостя и пытался вспомнить, когда пользовался услугами Анкеля в последний раз.

Давно. Даже слишком, чтобы с точностью вспомнить детали, но наемник с того времени совсем не изменился. Все такой же прямой взгляд, полуулыбка и привычка держать оружие на виду.

Его расслабленная поза не могла меня обмануть: Анкель всегда так себя вел, но при этом руку держал на навершии клинка, аккуратно поглаживая его пальцами.

Я прекрасно помнил нашу первую встречу.

Два молодых бунтаря, что еще не нашли собственный путь. Горячая кровь, бесконечная тяга испытывать на прочность свои силы.

Я тогда еще был скрыт тенью собственного отца и не понимал, какая это ответственность — являться хранителем.

Анкель же был выходцем из бедной семьи, и его ждала только наемничья судьба. Совершенно «пустой» как маг, он нашел свое призвание, размахивая клинком.

И делал это лучше многих.

Сейчас я бы и сам не рискнул скрестить с ним мечи.

— Тебе не кажется, что это все немного…

Наемник любил подбирать слова так, чтобы не показаться излишне резким. Правда, делал это только в кругу знакомых и нанимателей. Среди друзей он был открыт. И я бы многое отдал, чтобы Анкель перестал вести себя со мной так, будто я мог взорваться в любой момент.

Хотя я и мог. Слишком уж сильно плохое предчувствие давило на плечи.

— Немного слишком?

— Именно.

Я отхлебнул вина из бокала и отставил его в сторону. Приятная сладость и терпкость растерялась по языку, а в груди, наконец, медленно начал таять тугой холодный ком.

— Я не ставлю под сомнение твое чутье, — Анкель поднял руки в примирительном жесте. — Да и мне все равно, учитывая, сколько заплачено, но, — наемник потянулся к своему бокалу и с наслаждением сделал большой глоток, — каков вообще шанс, что решат напасть на особняк не какого-то неизвестного хрена, а самого господина Волена?

— Меня не будет в поместье.

— Как и во многие другие дни. Ты же не сидишь дома безвылазно! Да и бал проходит каждый год, да хранит Единый правителя и всю его семью, — парировал Анкель. — Но еще никогда ты не просил меня о защите в это время.

Мне не нравилась напористость наемника, я теперь готов был увидеть угрозу везде, и моя подозрительность взлетела до небес, готовая посылать сигналы об опасности в любой момент, даже самый неподходящий.

Анкеля я знал много лет, и ни разу он не подвел меня, ни разу не оправдал ожиданий. У меня не было никаких причин не доверять ему.

Но к чему тогда все эти вопросы? Особенно после того, как наемник получил деньги и сам сказал, что детали его не волнуют.

— Кое-что изменилось. Тем более ты сам сказал, что не ставишь под сомнение волчье чутье.

Анкель хлопнул себя по колену, его улыбка стала шире и беззаботнее.

— И то правда! Я рад, что ты оставляешь нас в такой приятной компании.

Наемник откровенно намекал на Антию, и я никак не мог пропустить его слова мимо ушей. При всей моей симпатии к Анкелю — это та граница, которую никто не посмеет перейти.

— Ты здесь для защиты, а не для «приятных бесед».

Наемник удивленно приподнял брови.

— Что это я слышу? Неужели ревность?

— Мы говорим о моей будущей жене.

— Поверь, Кирам, я бы не позволил себе ничего лишнего, — улыбка Анкеля уступила место такому серьезному выражению лица, что никто бы не усомнился в его словах. — Особенного когда рядом ошивается твой жуткий дворецкий.

— Поверь, помощь Валвера для твоих людей может оказаться неоценимой. Но не забывай, что безопасность Брин и Антии он поставит выше вашей собственной.

Анкель усмехнулся и снова потянулся к вину.

— Даже не сомневаюсь, — сделав глоток, наемник моментально переключился от шутливого тона к деловому: — Мы останемся до твоего возвращения. Комнаты госпожи Антии и Брин будут охранять мои люди — им не разрешат покидать их. Я предупреждаю тебя заранее, чтобы потом не возникло вопросов. И лучше тебе заблаговременно обсудить все это со своими женщинами. Разумеется, разойтись по комнатам им придется после твоего отъезда. Никто не будет держать людей взаперти постоянно.

— Валвера это не касается.

— Хотел бы я посмотреть на того дурака, что решит его запереть! — хохотнул Анкель.

— Меня устраивают твои условия, — я отвернулся и посмотрел в окно, на сад. Взгляд сразу же зацепился за Антию и Брин, что сегодня тренировались так упорно, будто завтра никогда не настанет. Кажется, они начали рано утром и все еще не сделали перерыв.

Антия тоже это чувствовала. Приближение беды, давящее и всепоглощающее.

Храбрилась как всегда. Говорила громкие слова и давала обещания, но она еще была столь юна, столь… самоуверенна там, где надо бы бояться.

Пожалуй, это мне в ней нравилось больше всего. Эта нерушимая вера в свои силы и в лучший исход, в то, что все разрешится.

И я понимал, почему они с Брин так отчаянно старались.

Дочка уже делала поразительные успехи, невозможные без Антии. И если у нее хватит смелости и выдержки, то Брин сможет…

О чем ты вообще думаешь, Кирам? Ей так мало лет, о какой выдержке речь? Лучше верь в то, что Брин не придется использовать свои силы, что защиты Антии, Валвера и Анкеля окажется достаточно.

— Ты за них головой отвечаешь, — бросил я через плечо, не глядя на наемника. — Клянусь Единым, ты не захочешь отвечать передо мной, если хоть один волос…

Анкель хмыкнул и поднялся на ноги.

— Тебе пора собираться, Кирам. Занимайся своим делом и дай нам заниматься своим.

* * *

Антия наблюдала за сборами Кирама с тяжелым сердцем. Она уже видела наемников, даже перекинулась парой слов с их главным. Анкель — кажется, так его звали. Мужчина вызывал доверие, но вот его люди…

Антии никогда до этого не приходилось сталкиваться с наемниками — не было причин. Жизнь в большом городе вдали от больших опасностей открытого мира позволила никогда не встречаться с людьми, вроде Анкеля.

Да и наемники не слишком жаловали городских целителей, больше привыкших иметь дело с простыми клиентами.

— Анкель объяснил вам правила? — Вопрос Кирама прозвучал так неожиданно, что девушка дернулась и чуть не столкнула со стола чашку с чаем. Она так и не притронулась к напитку — боялась, что дрожащие руки не удержат хрупкий фарфор.

Кирам повернулся к ней, и Антия не могла не залюбоваться мужчиной. Темная ткань обтягивала широкие плечи, на шее плотным кольцом свернулся шелковый красный шейный платок, прятавшийся в расстегнутом вороте темно-синей, почти черной, рубашки. Антия знала, что под платком — подаренный ею талисман, и осознание этого немного успокаивало.

Только через минуту до девушки дошло, что она откровенно рассматривает мужчину, и его широкая улыбка говорила ей, что Кирам это заметил и доволен произведенным эффектом.

— Анкель все объяснил, — кашлянув, девушка смущенно опустила взгляд. — Даже подробнее, чем нужно. У него всегда такое отношение к людям, будто они маленькие дети?

— Просто он знает, что люди способны на глупости, — Кирам разлил по бокалам вино. Антия понимала, чего он хочет добиться, — немного сбросить повисшее в воздухе напряжение.

Все-таки не смотря на его видимое спокойствие девушка чувствовала, что под «маской» Кирам не на шутку обеспокоен и будь его воля — никуда бы сегодня не поехал.

— Я доверяю ему и знаю, что Анкель — очень ответственный человек, — с нажимом произнес Кирам и протянул Антии бокал. Он бы точно не принял ее отказ, и девушка сделала глоток из бокала, прокатив терпкую сладость на языке. Рот сразу же наполнился вкусом можжевельника и диких ягод. — Он никогда не подводил меня. За каждого своего человека он отвечает головой.

— За нас тоже?

— За вас — особенно. — По спине девушки побежали мурашки от той силы, что прозвучала в его ответе.

— Я бы хотела, чтобы вы остались, — вдруг выпалила Антия и прикусила губу. Она совсем не это собиралась сказать!

Ей не хотелось волновать лорда еще сильнее своими глупыми, совершенно невыполнимыми просьбами, и, подняв взгляд, она заметила тень в его золотых глазах.

— Антия, я бы и сам не хотел оставлять вас. Если бы это было в моих силах, то я бы сделал все возможное, чтобы остаться.

— Простите. Это было очень эгоистично с моей стороны.

Кирам ободряюще улыбнулся.

— Вы напуганы. Кто угодно испугался бы, оказавшись в этом поместье с дурным предчувствием беды и совершенно не зная, откуда ждать проблем. Я только могу верить, что наши с вами опасения не оправдаются, — отпив вина, мужчина прикрыл глаза. — Я очень надеюсь, что они не оправдаются.

Антия резко обернулась, услышав тихий стук в дверь, а затем напряглась всем телом, увидев, что в кабинет следом за Валвером входит Элайна. Ее ослепительная красота бросалась в глаза, и противный шип ревности впился в сердце, стоило только заметить, как женщина смотрит на Кирама.

В ее взгляде густо смешались желание обладать и что-то темное, неприятное. Нечто, что Антия могла бы назвать больным «ликованием», но тень исчезла так же быстро, как и появилась.

Валвер коротко поклонился и застыл, ожидая указаний, и Антия почувствовала, что Элайне это совсем не понравилось. Ее лицо скривилось всего на мгновение, но все же…

— Рада, что ты собран и готов ехать, — прощебетала Элайна. В руках она держала странную бутылку зеленого стекла, оплетенную нитями из золота и серебра. Нити сплетались в ажурный узор виноградной лозы. — Разлей, пожалуйста, вино по бокалам, — протянув бутылку Валверу, она сделала нетерпеливый жест рукой, будто отмахивалась от назойливого насекомого.

— И ради чего это? — раздраженно спросил Кирам.

— Традиция, мой дорогой! Традиция! Мы придерживаемся ее много лет, а ты только и можешь сказать: «Ради чего это»?

«Мой дорогой». Антия чуть не фыркнула. Внутри медленно закипало раздражение, и хотелось просто встать и уйти, но девушка была слишком хорошо воспитана, чтобы показать негодование словом или делом.

Изобразив приветливую улыбку, Антия спросила со всем интересом, какой только смогла найти в себе:

— И что же это за традиция?

— Она уходит корнями в историю семьи Волен! — Настроение Элайны было на высоте, она явно упивалась своим маленьким выступлением. — Два хранителя пьют вино из погребов самого правителя как раз перед тем, как появиться на балу. Многие хранители разделяют эту традицию с членами своей семьи. Это особый напиток, в нем есть нечто… магическое.

Антия прикрыла глаза и внимательнее взглянула на бутылку. Узор из нитей и правда был пропитан даром неизвестной ей природы. От жидкости, разлитой по бокалам, исходило приятное красноватое свечение. Никакой угрозы девушка не почувствовала; даже если бы Элайна решила сделать невероятное и отравить всех в комнате, то любой яд Антия бы распознала.

Лекарей учат и этому.

Да и Кирам не возражал. Он был раздражен, но больше — задержкой и присутствием Элайны, чем самой «традицией».

Женщина протянула Антии бокал.

— Это вино приносит удачу, — Ее улыбка показалась девушке искренней. Тонкая рука Элайны сжала ее ладонь. — И я хотела попросить прощения у вас и Кирама за свое поведение. Мое давление было непростительным, и мне очень жаль.

— Я знаю, что вы не желали Брин ничего дурного.

«Я хочу верить, что вы не желали».

Элайна подняла кубок и ослепительно улыбнулась.

Никаких тостов не звучало — просто три человека, поглощенных своими переживаниями, пригубили наполненное даром вино. Антия сделала всего пару глотков.

Сегодня ей нужна была холодная голова и чистый рассудок.

Оставалось только надеяться, что все пройдет спокойно и люди Анкеля справятся.

Глава 19

Антия расхаживала из конца в конец спальни и иногда посматривала в окно. День пролетел незаметно, солнце неумолимо клонилось к закату, и Анкель ясно дал понять, что им стоит поужинать и отправляться по комнатам. Девушка сразу поняла: наемник очень скептически относился к своей работе. Он был строг и исполнителен, выполнял все, что требовал от него Кирам, но сам не верил, что может произойти что-то нехорошее.

Это было что-то на уровне инстинкта. Антия никогда не полагалась особо на свое чутье, знала, что оно редко ошибается, но привыкла смотреть на вещи через призму доказательств.

Правда, раньше она никогда бы не подумала, что маленькая девочка может прыгать не только из сада в дом и обратно, но и в другие миры. Всего несколько недель отделяли прошлую Антию, выпускницу Академии с магической силой и знаниями, от Антии теперешней, в чьей жизни происходило такое, о чем девушка бы даже никогда не задумалась.

Скажи ей кто-то, что Антия будет работать в доме оборотня и учить его дочь телепортироваться без угрозы для жизни, она бы просто посмеялась и беззаботно отмахнулась, решив, что у кого-то слишком богатая фантазия.

А уж о том, что ей предстоит стать женой этого самого оборотня…

«Ха, да не могло такого быть, потому что не могло быть никогда!» — сказала бы она раньше.

Вот только теперь Антия не стала смеяться, потому что все шутки давно закончились.

Распахнув окно, девушка втянула свежий вечерний воздух полной грудью. Позволила слабому ветерку взъерошить волосы на макушке и посмотрела туда, где за деревьями и высокой оградой скрывалась дорога к городу.

Где-то там сейчас Кирам и Элайна.

Женщина вела себя совсем не так, как раньше. Не прожигала ее холодным взглядом и разделила традицию. Возможно, Антия — последняя дура. Она приняла вино из рук предполагаемого врага, без задней мысли сделала целых два глотка, хотя спокойно могла отказаться.

— Я очень не хочу об этом пожалеть, — пробормотала девушка себе под нос. — Да и не было там ничего! Не накручивай себя, Антия, ты бы почувствовала любой яд, если бы кто-то додумался отравить напиток.

И Кирам ничего не сказал, а уж его волк точно куда чувствительнее, чем любая магия.

Наверное…

Мысль о Кираме вернула ее в тот день, когда тетушка пришла в поместье и пыталась навести здесь свои порядки, выставив ее худшей племянницей в мире.

Антия за все время с момента его так называемого «предложения» даже не успела подумать о случившемся как следует.

Она все еще не сказала «да», по всем правилам, да и лорд по всем правилам не спрашивал, сделав вид, что вопрос решенный и нет ничего такого в свадьбе, спустя такое короткое время.

Она же совсем его не знала, но Кирама это, на первый взгляд, совсем не волновало. Может, это все… закидоны оборотней? Мало ли, что там стукнет в мохнатую голову. Решил женщину сделать своей женой — и все, справляйся теперь с этим, как хочешь, Антия. Можешь сопротивляться, можешь возражать, но все равно лорд Волен исполнит, что задумал.

— Не слишком ли поздно об этом думать? — Собственные мысли развеселили девушку. — Будь отчаянной! Все равно тебе терять нечего, правда?

Присев на подоконник, она подняла голову к небу. Уже были видны первые звезды, все еще бледные и слабые, скрытые красноватой дымкой заката и рваными тонкими облаками.

В груди медленно рос странный «огонек». Это походило на тепло от выпитого алкоголя, и в первые минуты Антия не придала ему значения. Она всегда отличалась запоздалой реакцией на вино: дядя даже шутил, что если Антия и поймет, что напиток был крепче яблочного сока, то случится это через пару часов.

Но огонек в груди разрастался все больше и перестал девушке нравится. Приятное тепло медленно превращалось в жжение, будто она проглотила раскаленный уголек из только что потухшего костра. Во рту разлилась отвратительная горечь, и девушка встала, чтобы выпить воды. Рука потянулась к кувшину и застыла всего в дюйме от гладкой белой ручки.

Несколько раз моргнув, Антия попыталась отогнать наваждение, но не смогла.

От кончиков пальцев до запястий тянулся странный красноватый узор. Только лекарское зрение позволило рассмотреть его в мельчайших подробностях. Тонкая сетка под кожей слабо пульсировала и медленно расползалась все выше, подбираясь к локтям.

«Уголек» в груди вспыхнул с такой силой, что Антия вскрикнула и, отдернув руку от кувшина, двинулась к двери. Все ее чувства обострились до предела, силы целителя снова и снова ощупывали каждый уголок тела в поисках проблемы.

Хотя Антия и так могла ее назвать.

Яд.

Все-таки она — дура. Поверила Элайне — и зря!

Но ведь Кирам тоже был там! Разве он не должен был почувствовать? И Элайна тоже пила напиток, она не пыталась отказаться.

«Она могла принять противоядие, — мысли вяло крутились в голове — все заволок красноватый плотный туман. — А Кирам мог быть просто невосприимчив к ядам. Он же оборотень… вдруг он… даже не понял, что в бутылке…»

Дорога к двери показалась Антии бесконечной.

Девушка успела подумать о Брин и Валвере.

Не могло быть, чтобы у Элайны не было плана и на их счет!

Нужно было предупредить Анкеля и его людей…

Нужно…

Острая, раздирающая боль прошила тело от живота вверх, отравленные «стрелы» вонзились в лодыжки и колени, подогнули ноги — и Антия упала, растянувшись на полу.

Прижав ладонь к груди, Антия потянулась к внутреннему источнику силы. Она еще могла себя исцелить, найти отраву и уничтожить ее. Лекари могли справиться с любым ядом, если дать им достаточно времени.

Вот только времени у нее, возможно, не оставалось.

Боль на секунду отступила, позволив девушке подняться, но через пару шагов накатила с новой мощью. Сила лекаря боролась с непонятной заразой, но Антия с трудом добралась до двери и ухватилась за ручку.

Невидимая когтистая лапа вцепилась в горло и сдавила изо всех сил, не вздохнуть. Комната покачнулась, завалилась на бок; все смазалось, будто Антия смотрела на вещи через мутное, грязное стекло. Горячие слезы бессилия покатились по щекам и падали на пол тяжелыми солеными каплями.

Брин…

Кто-нибудь, нужно было предупредить Брин!

Спазм скрутил грудь, и, тяжело выдохнув, Антия провалилась в забытье.

* * *

Брин не могла уснуть. Ворочалась с боку на бок, а в итоге встала и принялась бродить по комнате. Взгляд упал на плюшевого зайца, и девочка сразу же прижала его к груди. Она, конечно, уже совсем взрослая для игрушек! Но почему-то захотелось обнять его и прижать крепко-крепко.

Валвер не заглянул к ней вечером, даже Антия не стала укладывать ее перед сном, а ведь всегда это делала! Девочка не понимала, что произошло. Папа и раньше уезжал из поместья. Брин помнила, что иногда его долго не было, но за ней всегда присматривали.

И Валвер никогда не забывал пожелать ей спокойной ночи, а иногда даже сказки читал. Она, конечно, уже и для сказок слишком взрослая, но любила, когда Валвер своим спокойным, тихим голосом рассказывал невероятные истории о принцах и принцессах, о приключениях и путешествиях в неведомые края, где героев всегда поджидали жуткие опасности и новые друзья.

Но вот сегодня он не пришел.

— Как думаете, мистер Пимплс, — пробормотала она и сильнее сжала в руках мягкую игрушку, — что-то случилось? Надеюсь, я ничем не обидела Валвера и Антию. Может, я что-то сделала не так? Надо у них спросить!

Поняв, что просто так она точно не уснет, Брин решила хотя бы пробраться в комнату Антии и спросить у нее.

Она чувствовала, что обязательно должна это сделать.

— Ты чего здесь забыл? — Раздалось из-за двери, и Брин замерла, прислушиваясь.

Тяжелые уверенные шаги точно не принадлежали Валверу. Он двигался совершенно бесшумно, а когда хотел быть замеченным, то Брин легко могла узнать его по-кошачьи легкий шаг.

— Анкель тебя приставил следить за девкой, — голос звучал раздраженно, послышался тихий лязг. — Так что лучше вернись на место, пока он не решил все проверить!

Лязг усилился, и Брин вся сжалась, узнав этот звук.

Так звучит клинок, когда его извлекают из ножен.

— Что?..

Все слова резко оборвались, превратившись в протяжный хрип, а затем — и в глухое бульканье.

Зажав рот ладошкой, Брин отступила назад и сжалась. Ноги приросли к полу, а игрушка в руках стала такой тяжелой, что девочка с трудом могла ее держать.

Круглая ручка двери дернулась, но дверь не открылась.

Кто-то громко и резко выругался.

— И где же ты спрятал ключ?

Брин чуть не подскочила на месте, ее тело действовало само по себе, когда девочка бросилась к тумбе у кровати, чтобы задуть свечу.

Спальня мгновенно погрузилась во мрак. Шторы были плотно задернуты, в комнате не осталось ни одного освещенного уголка. Нырнув под кровать, девочка принялась остервенело рыться в небольшом сундучке, спрятанном там очень давно.

В голове что-то щелкнуло, паника отступила под напором глубоких вдохов и резких выдохов.

Все, чему ее учили папа и Антия, поднялось на поверхность, чтобы успокоить и отрезать «хвост» противной, всепоглощающей «змее», что обвилась вокруг сердца девочки.

Откинув крышку, Брин нащупала в углублении рукоять небольшого клинка, что легла в ладонь так, будто была для нее создана.

Ручку снова дернули.

Дверь распахнулась с такой силой, что ударилась о стену — и Брин едва не вскрикнула.

«Дыши глубоко, — гремели в ее голове слова Антии. — Позволь силе себя вести и представь место, где хочешь оказаться. Запахи, предметы, особенности, которые тебе запомнились. Ты должна потянуться к месту, нащупать нужный путь».

— От меня бесполезно прятаться, детка.

Что-то схватило ее за ногу и резко дернуло.

Рука! Чужак в ее комнате!

Брин вскрикнула и попыталась вырваться, но хватка оказалась такой крепкой, что крик удивления и страха быстро превратился в отчаянный и болезненный визг.

Брин махнула рукой наугад, сжав клинок так, как ее учили.

И попала.

Чужак взвыл и разжал пальцы, а Брин вскочила и бросилась к двери.

Она могла бы найти ее даже в кромешной темноте, но тут под ноги попалось что-то большое и мягкое. Споткнувшись, Брин кубарем покатилась по коридору и с размаху приложилась головой о стену.

Перед глазами заплясали красные круги, во рту стало горько.

В нос ударил мощный солено-стальной дух; в коридоре тоже было темно, но свечи над головой рассеивали тени, превращая их в тусклый полумрак.

Брин смогла рассмотреть странный силуэт на полу, похожий на гору тряпья.

Вот только у тряпья были волосы и залитое чем-то темным лицо.

Вскрикнув, она зажмурилась и потеряла несколько драгоценных секунд — и очнулась только, когда в комнате загрохотали шаги.

«Беги!», — голос Валвера в голове громыхнул с такой силой, что Брин даже не подумала ослушаться.

До спальни Антии совсем недалеко! Брин должна ее разбудить, сказать, что в доме враг!

— Куда собралась?!

Ее схватили за ворот рубашки и дернули вверх, оторвав от земли. Девочка дернула ногами, и вцепилась пальцами в ткань, что больно сдавила шею. Со звоном на пол упал кинжал.

Резкий рывок — и она смотрит в глаза чужака!

Его лицо было перекошено от гнева. Переносица рассечена ударом клинка, и крупные красные капли катились вниз, попадая в рот и срываясь с подбородка.

— Маленькая дрянь! — рявкнул он и тряхнул еще раз, будто хотел душу из Брин достать. — Как жаль, что тебя приказано живой забрать, а то я!..

— В-валве-е-р! — Брин уже не кричала — она натурально скулила и брыкалась, как попавший в капкан кролик.

— Никто тебя не спасет, — прошипел чужак и хотел уже потащить ее к лестнице, как его глаза округлились и взгляд застыл на чем-то за плечом Брин.

— Это тебя не спасут, мелкая ты крыса. — Талию Брин обвила крепкая рука, а вторая, больше похожая на когтистую черную лапу, расчерченную странными красными узорами, сжала лицо чужака и с легкостью отшвырнула его прочь.

Брин совсем ничего не понимала.

Слезы без остановки катились по щекам; хотелось сжаться в комок и спрятаться, но ее поставили на землю и подтолкнули к комнате Антии.

— Разбуди госпожу Брею, — силуэт Валвера странно колебался, будто его укутывал полупрозрачный темный туман. — Запритесь в спальне и никому не открывайте.

— В-валвер…

— Уходи! — рявкнул он и встал между ней и чужаком.

Тот уже поднялся на ноги и широко ухмыльнулся.

— Я все равно заберу девку!

— Только через мой труп.

Мужчина расхохотался, и что-то безумное мелькнуло на его окровавленном лице. В его руке сверкнул странный черный меч, украшенный затейливыми узорами. Клинок будто ловил свет свечей, отчего символы на стали слабо светились.

Оскалившись, он направил острие на Валвера.

— Договорились, демон. Через труп — так через труп.

Глава 20

Антия почувствовала, что кто-то трясет ее за плечо.

Хватка была крепкой, болезненной и точно не принадлежала Брин. В голове все еще плыло, но тянущая боль в груди постепенно отступала. Антии никак нельзя было терять концентрацию — все ее мысли и силы должны быть направлены на исцеление, а не на разговоры.

— Антия, очнитесь!

Повернув голову так, чтобы рассмотреть говорящего, девушка попыталась сфокусировать взгляд.

Анкель.

А рядом с наемником, прямо на полу, сидела зареванная Брин. Она обхватила колени ручками и смотрела на Антию такими глазами, что сердце девушки сжалось от страха и жалости.

— Антия! — Девочка бросилась к ней и, бухнувшись перед девушкой, крепко обхватила ее за шею и уткнулась в воротник платья. — Я думала… думала, что ты никогда не проснешься! Ты даже не двигалась! Не отвечала, а я ведь тебя звала!

Все остальные слова утонули во всхлипываниях и горьких рыданиях.

— Мне пришлось сломать замок, — голос Анкеля звучал хрипло, надсадно, будто горло наемника было чем-то забито. — Нам нужно уйти, вы слышите? Можете встать?

«Что-то слишком уж вы бледны, господин наемник. Все пошло не по плану, да?»

Мужчина зажимал бок рукой, и сквозь его пальцы медленно сочилась кровь.

Рана была серьезной — что вяло отметила про себя девушка. Ему точно пригодится лекарь.

Свернувшись клубочком, Антия сосредоточилась на себе. Ей нужно было еще немного времени, еще несколько минут на то, чтобы побороть яд. Вырвать его с корнем, уничтожить даже слабые отголоски, чтобы ничего не осталось в теле.

— Отрава, — коротко бросила она. Анкель все еще ждал ее ответа — так что стоило хотя бы дать понять, что она поняла вопрос и способна говорить. — Я должна ее подавить, иначе не проживу и нескольких часов.

Брин всхлипнула громче, и ее руки сжались еще сильнее.

— У меня в отряде завелась крыса, — Анкель оперся плечом о стену и прислушался. В коридоре царила тишина.

Как странно.

Антия могла поклясться, что несколько минут назад слышала голоса и грохот, чей-то крик. Ей даже почудилось, что она слышала Валвера, но в полусне это все могло ей просто привидеться.

— Вы же отвечали за своих людей, — Антию охватила злость. Сколько всего она слышала об этом наемнике от Кирама — и что теперь?!

Он стоиял перед ней, раненый, бледный и совершенно не понимающий, как так все получилось.

— Отвечаю, — холодно бросил мужчина и поморщился. — Я с ними работал много лет! Вот только никогда не думал, что не смогу убить.

— Умения не хватило?

В Антии проснулась какая-то отчаянная язвительность.

Анкель обещал им защиту.

И он не сдержал слово.

Он подвел ее и Брин!

Подвел Кирама, который ему доверял.

— Вы не поняли, Антия, — наемник не обратил внимания на ее злость. — Я дважды попал в сердце, но не убил. Раз уж вы — маг, то, может, объясните, что здесь происходит, во имя Единого?

У Антии не было ответов.

Слова Анкеля холодной дрожью прошлись по позвоночнику.

Попал в сердце и не убил?

Такого просто не могло быть!

— Меня Валвер спас, — пробормотала Брин. — Сказал идти к Антии, а сам остался драться! Тот человек хотел меня забрать, но я его ранила!

— От моего отряда никого не осталось, — Анкель закашлялся и продвинулся ближе к двери. — Я Шейна знал полжизни, а сегодня передо мной бессмертный чужак, зарезавший трех здоровых мужиков, как беспомощных свиней.

— Бессмертных людей не существует, — Антия оперлась на локоть и медленно поднялась на колени. Ей все еще было тяжело двигаться, тяжесть в груди никуда не делась.

— Тогда как это объяснить?!

— Ваш друг был уже мертв, когда вы сюда пришли. Просто об этом никто не знал.

Анкель открыл рот, но тут же его захлопнул. Не мог поверить в услышанное. Антия не могла его винить — она бы тоже сразу не поверила.

Некромантию нельзя почувствовать.

Если тело свежее, то никто и никогда не отличит живого человека от оживленного.

Кроме такого же некроманта, конечно же, а их по миру бродило не так уж и много.

Страшно представить, что же за силы пришли в этот дом.

— Брин, — девушка сжала плечо малышки. — Ты должна прыгнуть. Так далеко, как только сможешь.

Девочка закусила губу и зажмурилась крепко-крепко. Пыталась представить место, куда хотела попасть.

Антия видела, как тонкие нити вокруг нее потянулись в стороны, проникая за пределы комнаты, в темноту.

Но ничего не происходило, как девочка ни старалась.

— Не получается! — с отчаянием крикнула она. — Что-то меня не пускает!

Девушка прикрыла глаза и подняла голову, позволила своей силе строиться свободно.

Перед ее взглядом все заволокла мерцающая темнота. Она была повсюду, забивала пространство вокруг, как вата, а если поднять руку, то Антия могла накрутить мрак на палец.

Моргнув, девушка мотнула головой.

Мгла пропала.

Барьер. Неизвестный Антии и такой мощный, что Брин не смогла бы переместиться даже на фут.

Во имя Единого, что они впустили в свой дом?!

В коридоре что-то грохнуло, и за дверью раздался оглушительный звериный вой. Брин взвизгнула и закрыла голову руками, Анкель сразу схватился за оружие, но какой от него толк?

— Стойте спокойно.

Антия прижала руку к боку наемника — тот же только стиснул зубы и тихо зашипел, когда целительный поток проник под кожу, стягивая мышцы и кожу, останавливая кровь.

— Меч против мертвого бесполезен. Мертвое не может умереть во второй раз.

— И что вы предлагаете?!

— Мертвого можно «исцелить». Если я подберусь достаточно близко.

— Это самоубийство!

— Вокруг дома — барьер, — Антия упрямо вздернула подбородок. — Возможно, ваш друг его и возвел! Кто знает, кому он подчиняется. И пока Шейн «жив», мы не покинем поместье, а он не уйдет сам по себе.

— А девочка?

— На кухне есть тайник, я могу там спрятаться. Он маленький, но я смогу… — пробормотала Брин.

— Уверена?

— Я буду осторожна.

Антия опустилась на корточки и коснулась волос девочки.

— Как только почувствуешь, что ничего не мешает, — значит, мы справились.

— А если не почувствую?

Девушка и наемник обменялись многозначительными взглядами.

— Сиди тихо, как мышка, — Антия тяжело сглотнула. — И что бы ты ни услышала — не выходи из тайника.

* * *

Анкель двигался первым, сжимая в руке клинок. В коридоре все было разворочено, однако Антия не могла вспомнить, что слышала хоть что-то. Возможно, отрава сыграла с ней злую шутку и девушка потеряла сознание, даже не поняв, что происходит. Сейчас же она отмечала следы отчаянной, остервенелой битвы. На стенах Антия отчетливо различила следы когтей.

Она часто видела такие на неудачливых охотниках, попавших в лапы диких зверей.

Вытянутые, рваные полосы, часто смертельные.

Кое-где нашлись и странные подпалины, будто кто-то прошелся по стенам факелом или горящим оружием. Даже не хотелось думать, откуда они взялись.

Тяжелый запах горечи и пота висел в воздухе, на земле под ногами пощелкивали древесные щепки.

Чем ближе они подходили к библиотеке, тем отчетливее Антия понимала, что основной бой уже прошел и сейчас они станут свидетелями исхода.

Тяжелая темная дверь была сорвана с петель и отброшена в сторону, где и валялась разломанной грудой трухи. Впереди — непроглядная темнота: все свечи погасли и библиотека превратилась в одну большую ловушку.

Ни единый звук, кроме их дыханий, не нарушал липкую тишину.

— Это самоубийство, — еле слышно проговорил Анкель. — Стоит нам туда зайти — и никто не предскажет исход.

— Если не избавимся от чужака, то никто не выйдет из поместья.

Девушка нахмурилась, а в голове мелькнула мысль, что если сейчас наемник решит отказаться ей помогать, то могут возникнуть трудности. Вот только Анкелю некуда бежать, он — точно такой же пленник, как и все обитатели поместья.

— Идем. У нас нет времени на споры.

Наемник закатил глаза.

— Неплохо бы иметь план.

— Заходим и выманиваем врага — чем вам не план?

Антия двинулась вперед первой, по ее пальцам медленно заструились тонкие холодные змейки силы, а рука сжимала небольшой кинжал, отданный Брин. Девочка не хотела даже прикасаться к оружию — она надеялась, что сможет сбежать и спрятаться, а не сражаться.

Антия даже боялась представить, что могла чувствовать маленькая девочка, впервые пролившая чужую кровь. Она защищала себя и свою жизнь, но в глазах Брин читалось такое отвращение к клинку, такой испуг и сожаление, что Антия не стала спорить.

Забрав кинжал, она провела пальцем по лезвию, расплескивая призрачную зелень.

Для «исцеления» нежити недостаточно просто ее коснуться — нужно пробраться внутрь. И оружие подойдет как нельзя лучше.

Они шагнули в темноту одновременно, осторожно ступая по деревянному полу, чтобы ни единым звуком не выдать своего присутствия. Антия понимала, что чужак, скорее всего, давно в курсе, что на него устроили охоту.

Вот только ей как можно дольше хотелось оставаться незамеченной.

Одна мысль не давала девушке покоя: что случилось с Валвером?

Брин сказала, что дворецкий ее спас, остался сражаться, но Анкель так и не увидел в коридоре крови, хотя уверял, что его человек истекает ею, как и любой обычный человек.

Значит, Валвер даже подобраться к нему не смог. А вот смог ли чужак справиться с демоном?

Антия искренне надеялась, что нет. Брин бы не пережила такого удара.

— Мне нужна только девочка, — мужской голос громыхнул совсем рядом, отчего девушка едва не подскочила на месте.

Повернувшись, она увидела мужчину, над головой которого покачивался простой магический светляк. Такие мог делать даже ребенок, не переступавший порога Академии, — самая простая магия, но света она давала достаточно.

— Приведите ее — и все закончится.

Губы мужчины растянулись в жутком оскале. Его лицо напоминало безжизненную маску, вынужденную изображать эмоции. Глаза — совершенно пустые черные омуты — смотрели на Антию и наемника без малейшей тени обычного человеческого чувства.

Не было в них ни жалости, ни презрения.

Только непроницаемый мрак.

— Ты ничего не получишь, — сказала Антия, чеканя каждое слово. — Ни ты, ни твой хозяин! Ты и пальцем не прикоснешься к девочке.

Мужчина склонил голову к плечу и тяжело вздохнул.

— Очень жаль. — Клинок в его руке дрогнул и выписал витиеватую дугу. — Значит, мне придется самому ее отыскать. А вас убить, чтобы под ногами не путались.

Оскал стал шире, и наконец в темных зрачках вспыхнуло что-то, похожее на ликование.

— Вы отправитесь следом за своим демоническим другом!

Глава 21

Анкель бросился вперед без лишних слов, а клинок в его руке запел и завибрировал, готовый врубиться в плоть врага. Антия же двинулась по кругу, обходя противника, потому что в открытом бою у девушки не было никаких шансов. Сражаться на тренировочной площадке с Кирамом — это одно, а вот реальный бой — совсем другая история.

Чужак отреагировал мгновенно, встретил клинок наемника с диким хохотом, позволив ему войти в грудь чуть ли не на половину. На его лице не отразилось даже тени боли или страха, свойственного обычному человеку.

Порождение некромантии не могло испытывать ничего, кроме опьянения от свалившейся на него неуязвимости, но Антия знала, что со временем опьянение превратится в агонию, невозможность покинуть этот мир и вечное разложение, которое может остановить только сам некромант.

Если захочет.

Если в его планы не входило мучить несчастную душу вечно, используя, как преданную цепную собаку, готовую на все, только бы получить свободу.

Шейн этого еще не понял.

Сила и вкус бессмертия застелили его взор, но скоро рассудок очистится и останется только ужас от осознания собственной незавидной судьбы.

Анкель с завидной ловкостью отражал каждый удар своего бывшего товарища, уклонялся от выпадов и не уступал Шейну в скорости. Наемник старался отвести врага подальше от Антии, сражаться так, чтобы чужак оказался к ней спиной, открыл уязвимое место и, не ожидая удара, получил целительный кинжал под ребра.

— Антия… — тихий шелест знакомого голоса коснулся слуха, и девушка сразу же отреагировала, заметив среди теней мужской силуэт.

Бросившись в темноту, девушка не забывала следить за Шейном. Если он хоть на секунду вспомнит о втором противнике, то Антии придется туго.

За одним из книжных шкафов нашелся Валвер.

И он был ранен.

Прижимая руку к груди, дворецкий отчаянно стискивал зубы, и в его светло-медовых глазах читалась настоящая мука. Из рассеченной брови по лицу стекала кровь, а на рубашке расплывались красные пятна.

— Я могу исцелить тебя, — опустившись на колени, зашептала Антия, но Валвер перехватил ее руку и мотнул головой.

— Твоя сила для меня бесполезна, я ведь не человек. — Взгляд Валвера затуманился и стал блуждать по сторонам, что-то выискивая. — А Брин?..

— Она прячется, — Антия сжала ладонь Валвера и облизнула пересохшие губы. На лбу выступила противная липкая испарина, а удары мечей за спиной становились все яростнее. Она должна действовать быстро! — Я все-таки попробую исцелить тебя, согласен ты или нет.

— Это не сработает, — Валвер криво усмехнулся. — Демона крови не исцелить вашей человеческой магией, ты можешь просто отсрочить неизбежное.

Девушка нахмурилась и решительно вздернула подбородок. Сила хлынула в ее руки бурлящим потоком, потянулась к жуткой ране на груди Валвера и сразу же отпрянула, почувствовав, что перед ней не человек.

Свечение вокруг дворецкого, видимое для Антии, стало тусклее, утратив привычный алый оттенок, но стоило целебным чарам коснуться разорванной рубашки, как оно вновь вспыхнуло, отреагировав с яростью.

— Прости, — пробормотал Валвер. — Я не могу это контролировать…

Антия ободряюще улыбнулась, хоть и не чувствовала уверенности в собственных силах.

— Я справлюсь.

Сила снова потянулась к Валверу, проникла под кожу, туда, где раскаленный углем светилась рана от неизвестного Антии оружия. Она почти не поддавалась излечению — будто само оружие было соткано из противоестественной магии, не подвластной дару простой смертной, но девушка не привыкла сдаваться просто так.

Окутав рану целительной силой, она стянула края и вложила в заклинание все, что могла, чтобы хотя бы притормозить распространение странной черноты, которая уже выписала на груди дворецкого узоры, похожие на след от удара молнии.

— Этого надолго не хватит, ты же понимаешь?

Антия зло шикнула на Валвера.

— Тебе нельзя умирать, понимаешь? Брин не сможет с этим жить.

Демон с трудом поднялся и посмотрел на кинжал Антии, все еще светящийся призрачным зеленым светом.

— Ты собиралась исцелить эту нежить?

— Это единственный способ убить его. Вокруг дома — оградительный барьер, и он его источник.

Аккуратно забрав у девушки оружие, Валвер обогнул ее и двинулся к центру библиотеки, где были слышны звуки яростного боя. Антия хотела возразить, даже рот открыла, но властный взмах руки стянул ей горло, оборвав все слова.

— Кирам мне не простит, если я не сберегу его жену, — бросил дворецкий через плечо.

Но девушка не отставала от него ни на шаг, готовая в любой момент поделиться силой и исцелить.

Заметив Валвера, Анкель подобрался и быстро отвел взгляд. Дворецкий отступил за одну из полок, в глубокую тень, чтобы вошедший в раж Шейн не почувствовал присутствия еще одного противника.

— Мне нужна только девочка, — хохотнул он, не сводя взгляда с наемника. — Отдайте ее — и можете валить на все четыре стороны.

— Ты так и не понял, Шейн! — Анкель с отвращением сплюнул на пол. — Ты ничего не получишь!

Их мечи встретились, высекая голубоватые искры. На лбу Анкеля от напряжения пульсировала жилка, и Антия физически чувствовала его напряжение и усталость.

— Это ты не понял, капитан, — в лицо ему прорычал Шейн. — Мой господин всегда получает то, что хочет! Всегда!

Валвер двигался так быстро, что Антия даже не успела понять, что происходит. Вот дворецкий стоял рядом с ней, а вот он уже за спиной Шейна. Крепкая рука поднялась и опустилась, вонзая кинжал точно в шею порождения некроманта.

Оглушительный, нечеловеческий вой взлетел в потолок. Шейн обернулся и взмахнул мечом, но так слабо и медленно, что Валвер с легкостью уклонился. На лице чужака впервые отразились обычные человеческие эмоции.

Страх, смятение, осознание собственной уязвимости.

Ужас от мысли о скорой и неизбежной смерти.

Изо рта и глаз Шейна полилась густая зеленая кровь, тело потеряло обычные человеческие очертания, став похожим на груду гниющего мусора, а через секунду просто осело на пол кучей дымящихся костей.

* * *

— Брин!

Крик Антии пронесся по кухне, но не нашел отклика. Вокруг было тихо, как на кладбище, даже огонь в очаге не потрескивал.

— Она сказала, что здесь есть тайник, о котором никто не знает.

Нехорошее предчувствие закралось в сердце девушки.

— Брин!

Анкель осмотрел одну из стен и навалился на нее плечом, открывая узкий лаз, не больше трех футов в глубину. Там можно было только стоять — и то, сжавшись и глубоко вдохнув. На полу валялся обрывок ткани, в котором Антия без труда узнала часть юбки Брин.

Девочка зацепилась, когда залезала сюда?

Или порвала вещь, когда ее вытащили из убежища.

— Может, она спряталась в другом месте? — вопрос Анкеля прозвучал не слишко уверенно, а мрачное молчание Валвера говорило яснее любых слов.

— Брин!!

Антия все еще надеялась, что девочка прячется, ведь от библиотеки до кухни можно было добраться за пару минут, не больше. Ни один человек просто не успел бы войти в особняк, найти Брин и забрать ее!

Не успел бы, правда?

Но в глубине души девушка знала.

Знала, но не хотела себе признаваться.

Они подумали, что опасен только Шейн, но совершенно не подумали о его хозяине. Который, возможно, лишь отвлек внимание от девочки с помощью своего творения, а сам в этот момент пробрался в дом.

Пробрался, чтобы похитить Брин.

* * *

Я мчался вперед так быстро, как только мог, сбивая лапы об холодные острые камни дороги. Не замечал ни боли, ни то, как воздух врывался в легкие с такой силой, что мог бы разорвать грудь изнутри, — так жадно я дышал и боялся потерять хоть одну лишнюю минуту.

Этот бал стал настоящим испытанием для моего терпения. Элайна стала настолько невыносимо назойливой, что не отставала от меня ни на шаг и заметно нервничала, как только я пропадал из поля ее зрения; и это наталкивало на мрачные, нехорошие мысли.

Ее одержимое желание находиться поближе отдавало противным запахом продуманной слежки, будто женщина боялась, что я могу тихонько улизнуть и вернуться в поместье. И это только сильнее раздувало во мне желание так и сделать.

Собраться и уехать вон, вернуться домой к Антии и Брин, убедиться, что все хорошо и ничего не произошло.

Что все в порядке.

К сожалению, я не мог так поступить. Правитель очень быстро окружил меня каким-то параноидальным вниманием и не отпускал от себя ни на шаг, как и других хранителей. Ему было очень важно знать, что все под контролем, выслушать все доклады, по сто раз переспросить одно и то же и «засунуть» руки по локти даже в самые незначительные мелочи.

Я не мог его винить.

Когда под твоим боком несколько сильнейших источников темной энергии, то станешь не просто параноиком, а настоящим тираном.

Но сейчас я как никогда чувствовал, что мое место не здесь.

— Сделай лицо попроще, Кирам, — раздраженно бросила Элайна, положив руку на сгиб моего локтя. От этого простого прикосновения по спине пробежала холодная дрожь, захотелось стряхнуть руку Элайны, точно ядовитую змею, но я сохранял хладнокровие. — Ты же знаешь, как важен этот ежегодный сбор.

— Я бы предпочел встречаться с другими семьями только перед самым Очищением, — пробормотал я, мыслями находясь далеко, и мой ответ Элайну совершенно не устроил. — Гарантирую, что они думают то же самое.

Элайна поморщилась и сжала пальцами ткань моего костюма. Казалось, что она хочет прорвать ее ногтями и добраться до плоти, ущипнуть побольнее.

— Только не вздумай сказать это правителю!

— Не считай меня идиотом, Элайна.

— После твоей выходки с Брин…

Мой взгляд заставил ее замолчать. Наконец-то!

— Кажется, мы давно выяснили, что моя дочь — не твоя забота.

Она передернула плечами и вздернула острый подбородок; с пухлых губ слетело надменное фырканье.

— Как скажешь, — бросила Элайна.

«Мне нужно было сразу же уйти, — думал я, вылетая на широкую лесную дорогу. От особняка меня отделяло всего несколько миль, а внутри все леденело от дурного предчувствия. — Я должен был довериться чутью и сразу же бежать!»

Мелкие камешки и пыль летели из-под лап, а над головой медленно собирались тяжелые грозовые тучи, заслоняя собой яркие гвоздики звезд. Когда первые капли дождя упали на землю, я уже точно знал: что-то случилось — и я нес за это полную ответственность.

* * *

За окном бушевала самая настоящая гроза. Громы, молнии и ливень такой силы, что за стеной дождя не было видно ничего — вокруг разлилось море непроглядной черноты.

Антия сидела у камина, закрыв лицо руками. Ее плечи мелко подрагивали, а между пальцев просачивались одинокие слезы. Валвер стоял у стены, оперевшись на камень плечом.

Он поглаживал рукой грудь и, морщась от боли, то и дело бросал на Кирама затравленные взгляды. Сейчас дворецкий напоминал провинившегося пса, что не смог выполнить приказ хозяина.

— Как так получилось, Анкель? — Кирам расхаживал от стены к стене, готовый броситься куда угодно, вынюхивать и выискивать Брин, — где бы она ни была.

— Никто не мог подумать, что окажется замешана некромантия, — подала голос Антия. Она посмотрела на Кирама, и от боли, застывшей в глубине ее глаз, у него сжалось сердце. Столько вины и страдания там было, столько желания все исправить, что он в который раз пожалел, что не вернулся домой раньше.

Все могло быть иначе.

И им нужно действовать немедленно!

— Они забрали не только Брин, — сказала девушка. — Но и артефакт.

Кирам застыл как громом пораженный.

Но как?!

— Мы проверили, — подтвердил Анкель. — И решили, что похититель владел такой же силой, как и Брин. Только так он мог схватить девочку, успеть забрать артефакт и покинуть дом всего за пару минут.

— Просто так невозможно войти в хранилище.

Из угла раздался низкий и тихий голос Валвера.

— Защиту никто не нарушил. Значит, знал, что делать и как, чтобы добраться до камня.

— Это может знать только хранитель.

— Как это удобно, что хранителя — два, — улыбка дворецкого выглядела хищной. Настоящим оскалом.

Антия встала на ноги. Она не могла просто сидеть на месте и обсуждать очевидное. Никто в этой комнате уже не сомневался, что Элайна приложила руку к похищению, но теперь оставалось ответить на самый главный вопрос.

Куда могли забрать Брин?

— Мне нужна карта, — сказала она. Руки сами потянулись к путеводному камню и аккуратно расстегнули цепочку, на которой висела подвеска. — Мы сможем ее найти.

Кирам смотрел на эту затею с недоверием. Каменная магия? Не проще ли довериться его нюху?! Это и быстрее, и надежнее!

Но Антия решительно сжала медальон в ладони и склонилась над столом, где Анкель уже развернул карту близлежащих земель.

Она обязательно найдет ее.

Обязательно…

Глава 22

Антия колдовала над картой, и с каждой секундой лицо девушки светлело все больше, как у человека, впервые напавшего на след. Я даже вздохнуть боялся, чтобы не спугнуть тот долгожданный момент, когда Антия сообщит радостную новость — Брин нашлась и осталось только забрать ее.

Я старался гнать прочь мрачные мысли, а было их немало. Самые ужасные топтались в дальнем уголке разума, подкидывая жуткие картины раскрытого артефакта и темноты, что медленно выползает наружу. Вся боль, агония и страх, собранные за почти десятилетие, пропитают земли вокруг, превратив их в бесплодные равнины.

А уж если под ударом окажется сильный маг…

Заложив руки за спину, я пытался скрыть, как сильно дрожат мои пальцы. Про себя я проклинал свою беспечность и недальновидность. Не учел, что в дом можно проникнуть не только в открытом бою, что враг может поджидать буквально за углом и таиться внутри даже проверенных людей.

О некромантии я даже не думал. Не представлял, что кто-то в этом мире владеет силами столь запретными и мощными, чтобы создавать себе марионеток из живых людей.

Точнее, уже не живых.

Академия выступала против некромантии; все, кто носил в себе хотя бы частичку черного дара, учитывались как скот на пастбище.

Правитель не разрешал их убивать, ведь каждый дар — священен, подарен человеку при рождении и должен быть изучен и превращен из неукротимой дикой стихии в безопасный инструмент.

Всегда можно было понять, кто стоит за очередным неупокоенным погостом — достаточно прошерстить ближайшие деревни. Почти всегда это были молодые некроманты, что еще не могли контролировать тьму в себе и превращали в ходячие трупы все вокруг.

Здесь же случай особый. Я чувствовал, что это не просто молодой маг, решивший посягнуть на артефакт.

Молодой маг бы никогда не понял, что попало ему в руки.

Здесь кто-то со знаниями и умениями, с возможностями. Кто-то, кто следил за мной и моим домом, кто давно собирался попасть именно сюда.

Антия сказала, что наемник говорил снова и снова, что хозяину нужна только девочка и собирался взять ее живой — чего бы это ни стоило. Все остальные в это уравнение не вписывались и могли быть убиты.

А это значило только одно.

Хозяин знал, что Брин — ключ, и собирался открыть артефакт.

Как это удобно, что хранителя — два.

Я сжал зубы с такой силой, что услышал треск.

И правда, как удобно. Как невозможно удобно, что я должен был весь вечер провести на празднике с Элайной и выслушивать вечное недовольство правителя в то время, как мой дом грабили!

Как удобно, что хозяин знал: через парадную дверь в святилище ему не пройти. Магический барьер не пропустит никого, кроме самих хранителей и доверенных лиц, вроде Антии.

И как удобно, что он обладал телепортацией, ведь ей под силу пройти почти любой магический заслон, кроме особо мощных. Я и подумать не мог, что мой дом однажды атакует самый редкий маг в мире!

Не такой уж и редкий. Ты только посмотри, ведь у Брин — точно такая же сила. Ты должен был предположить даже невозможное, Кирам, ты должен был это учесть! Вся твоя жизнь на этом и строилась — на способности предвидеть даже самый невероятный вариант — и вот, теперь ты здесь. В отчаяньи, пожинающий плоды своей беспечности.

Посмотрев на дворецкого, я снова заметил, как он морщится.

Состояние Валвера мне совсем не нравилось. Демон молчал, ни в чем не сознавался, но я видел, как он постоянно трогает рану, о которой мне сразу же сообщила Антия.

Я знал, что обычные человеческие целители не могут исцелять демонов, но раньше Валвер с этим прекрасно справлялся сам. Он мог заживить любую рану, нанесенную обычным оружием, самостоятельно. Такова демоническая особенность.

Раз он не справился с этой раной, то дело плохо. Вот только насколько?

Пока Антия была занята, я решил, что неплохо бы осмотреть ту тварь, что обманом проникла в мой дом.

На нем вполне мог остаться след хозяина, а волчий нюх — как только представится возможность — сразу же укажет на врага.

Я внимательно осматривал библиотеку, когда услышал за спиной тихие шаги. Кому они принадлежали, я точно знал.

— Когда все закончится… — голос у Валвера был тихим, просевшим и надломленным, будто каждое слово давалось ему с невероятным трудом. Некогда светлые глаза потемнели. В них было куда больше темно-красных всполохов, чем привычного золота, — мне нужно будет ненадолго покинуть поместье.

— Это из-за раны?

Валвер кивнул и снова поморщился.

— Я не могу исцелить себя. — Дворецкий прошел мимо меня и застыл там, где лежал труп наемника. Убирать его было некогда, и я решил, что займусь этим позже. Тварь стоило сжечь, а пепел закопать подальше. На всякий случай. — Оружие было… особенным, и мне потребуется особенная помощь.

— И где ты собрался ее искать?

Валвер слабо улыбнулся, и мне почудилась в этой улыбке какая-то обреченность.

— Даже в вашем мире есть свои демонические святыни, свои города и… свои целители. Только туда еще нужно добраться, а я почетом среди своего племени не пользуюсь.

Я нахмурился, не совсем понимая, к чему он клонит.

— Я служу человеку и люблю смертную, — пояснил Валвер, заметив мое замешательство. — Этого достаточно, чтобы презирать меня, но плевать. Пока Брин жива и здорова, меня не волнует, что скажут другие.

— И как долго тебя не будет?

Валвер пожал плечами.

— Месяц, может, больше. Я не хочу загадывать. Это вынудит меня дать обещание, которое я могу и не выполнить. — Уголки его губ дернулись вниз. — Ненавижу пустые обещания.

Я кивнул и склонился над телом, чтобы втянуть сладковатый запах полной грудью. Волк сразу же почувствовал, что наемник мертв уже больше недели. Как только Анкель не заметил никаких перемен? Впрочем, он не маг — мог не обратить внимания на странности. Тем более магия скрывала все, что следовало по пятам за смертью, вроде запаха.

К вони гниющей плоти примешалось что-то еще.

Едва различимая горечь полыни, будто кто-то злоупотреблял ядовитой настойкой.

«Трава некромантов» — как называли когда-то полынь.

Говорили, что она добавляет им сил.

Я только открыл рот, чтобы поделиться с Валвером находкой, как в библиотеку влетела запыхавшаяся Антия с зажатым в кулаке поисковым камнем. Ее глаза сверкали решимостью, а на щеках расцвел бледный румянец.

— Нашла! — выпалила она. — Когда отправляемся?

* * *

Разрушенная крепость Сэн располагалась на границе между владениями семей Волен и Шалей. Старый Бертан Шалей был давним другом отца Кирама, и еще в те времена они заключили устное соглашение, что Сэн останется незанятой. Руинами — какими ей и полагалось быть.

Слишком уж мрачная судьба у этих каменных стен, много крови здесь было пролито когда-то, и использовать крепость снова оба мужчины считали дурным знаком, что, рано или поздно, обернется против них.

И вот сейчас Антия стояла в небольшой роще, всего в нескольких сотнях футов от крепости, и пристально рассматривала черные провалы окон. По спине бежали мурашки, будто кто-то невидимый и враждебный рассматривал ее так же в ответ. Зрение целителя позволяло увидеть больше, чем могли видеть люди, и Антия впервые об этом пожалела.

«Здесь когда-то шел бой», — сказал Кирам.

Это чувствовалось. Не только по хитросплетениям сил над крепостью, где все еще можно было угадать узоры древних заклинаний, когда-то созданных для уничтожения целых сотен душ, но и по запаху.

Ветер приносил такой отчетливый запах крови, что Антия подумала: «Неужели бой давно закончился? Кажется, что это случилось только вчера».

Такие места должны были быть забыты.

Как старые раны, они хранили в себе источники темных сил, а те притягивали к себе обладателей темных даров.

— И как мы попадем внутрь? — Вопрос девушки, казалось, привлек куда больше внимания, чем она рассчитывала. Валвер ответил ей хитрой улыбкой и указал на самый дальний угол крепостной стены, где особенно буйно расплылись угольные тени.

— Это почти руины, так что пробраться внутрь не проблема. Тем более что я уже был здесь раньше.

— Раньше? — девушка удивленно уставилась на дворецкого, пытаясь понять, когда это тот успел побывать так далеко от особняка.

— Во время боя, — ответил за Валвера Кирам. — Он сражался за проигравшую сторону.

— Очень важное уточнение, — дворецкий вскинул голову, отчего стал казаться еще выше. Пожалуй, это был тот единственный раз, когда он не принял слова хозяина с обычным, свойственным ему спокойствием.

Это был укол в старую, но так и не зажившую рану.

— Но мы не проиграли, — договорил Валвер.

Расстояние до крепости они преодолели, когда солнце окончательно село. Дорога сюда заняла целый день бешеной скачки, и Антия отчетливо чувствовала, как тело сопротивляется каждому движению. Она любила конные прогулки, но к такому яростному путешествию оказалась не готова и морщилась каждый раз, когда в мышцы бедер впивались раскаленные «иглы».

Кирам и Валвер уверенно шли вперед. Оба в черном, чтобы еще сильнее сливаться с густыми тенями. Замыкал шествие Анкель, и его шагов за спиной Антия не слышала; девушка даже пару раз обернулась, чтобы убедиться: наемник все еще здесь.

Ветер усилился, яростно бросил в лицо мелкую пыль и принес от полуразрушенных стен аромат полевых трав, богато сдобренный запахом старой крови, а над головой медленно разгорались звезды. Из-за горизонта уже показался краешек красно-оранжевой луны, похожей на круг сыра, и залил все вокруг ровным бледным сиянием, превратив мир в зыбкий, черно-серый акварельный рисунок.

Плечо Антии сжала крепкая рука и потянула в сторону, к стене, и стоило девушке сделать еще несколько шагов, как камень на ее шее дернулся и нагрелся, обжигая кожу.

Брин здесь! Это точно.

«Не возлагай слишком много надежд, Антия. Некромант — серьезный противник. Вдруг он понял, что за камешек малышка таскает на шее, и просто заманил нас — дураков — в хитроумную ловушку? Может, все это — иллюзия и Брин здесь нет?»

Девушка стиснула зубы, чтобы не дать этим мыслям завладеть собой. Она усердно приказывала им пойти вон, хотя в глубине души понимала, что все это может очень плохо закончиться.

Пострадает не просто невинный ребенок, а все, кто попадет под влияние темной энергии, заключенной в артефакте. И Антии оставалось только молиться Единому, чтобы некромант не догадался об истинном назначении «обычной безделушки».

Они остановились у той части стены, что больше всего терялась в тенях, и Валвер принялся ощупывать камни, будто что-то искал.

Рычаг? Тайную кнопку, открывающую путь в недра развалин?

Все оказалось куда проще. Дворецкий вычертил на одном из булыжников едва различимый знак — и камень откликнулся на этот странный магический прием, хотя он, по мнению Антии, ничем не отличался от других камней.

— Демоны оставляли на особых местах знаки, видимые только для моего народа, — Валвер не смотрел в ее сторону, а будто чувствовал замешательство девушки. — Так мы переговаривались. Знали, куда можно идти, а куда не стоит. И где искать потайные замки́.

Часть стены с тихим шелестом ушла внутрь и отъехала в сторону. Антия поразилась, что все это происходило в почти полной тишине: ничто не нарушало спокойствие вокруг, кроме ветра и едва уловимого поскрипывания камня.

Столько времени прошло, а механизм словно создали только вчера. Его идеальное состояние, даже спустя десятилетия, вызывало неподдельный восторг.

— Ты чувствуешь ее? — Кирам сжал руку девушки и заглянул в глаза с надеждой и опаской. Лорда, наверное, мучили те же мысли, что и Антию: вдруг некромант все понял?

— Да, — отозвалась Антия. — Но я не могу сказать, где Брин. Это как игра «Горячо-холодно» — никаких четких указаний не будет.

Кирам коротко кивнул и первым шагнул в темноту прохода, ведущего куда-то вниз, под крепость.

— Это лучше, чем ничего, — пробормотал лорд, и тени вскоре поглотили его силуэт.

Глава 23

Внизу было сыро и холодно. Антия не могла рассмотреть ничего вокруг: темнота была густой и осязаемой; казалось, что если провести по воздуху рукой, то можно почувствовать, как мрак просачивается сквозь пальцы. Под ногами поскрипывала пыль и мелкие камешки — этой лестницей наверняка не пользовались целую вечность.

— Нам придется пройти через подземелья крепости, — Валвер держался как всегда спокойно. Над его головой почти сразу — стоило им спуститься до самого конца — вспыхнул небольшой оранжевый огонек, расплескавший по каменному полу теплый свет. — Здесь есть тайный проход в западное крыло. Антия?

Дворецкий повернулся к девушке и указал на камень на ее шее.

— Тебе нужно быть внимательной. Второй попытки найти Брин у нас не будет.

— Я знаю. Мы обязательно вытащим ее отсюда.

— Если только духи этого места нам позволят, — Анкель как-то очень неуверенно усмехнулся. Антия никогда бы не подумала, что наемник был суеверным человеком настолько, чтобы говорить о «мстительных духах». Заметив ее замешательство, он пожал плечами. — Дурное это место, а в дурных местах и силы — только злые.

— Души демонов не возвращаются, чтобы отомстить обидчикам, — невозмутимо отозвался Валвер. — Человеческие же очень даже могут преследовать своего мучителя до конца его дней.

— Умеешь ты боевой дух поддержать.

Дворецкий наградил наемника саркастической усмешкой.

— После месяцев пыток в этих застенках я этому очень хорошо научился.

— Мы здесь по делу! — рыкнул Кирам. — Упражняться в остроумии сможете, когда мы вытащим отсюда Брин и уберемся подальше.

— Прошу прощения, — Валвер коротко кивнул, и на несколько минут повисло молчание.

Его слова глубоко тронули Антию.

Сколько же всего пережил этот демон, прежде чем оказаться в доме семьи Волен? Кем он был раньше? Что делал?

Кирам безоговорочно доверял Валверу, и это немного пугало. Лорд не ставил под сомнения ни единое его слово, хотя в такой ситуации, когда жизнь дочери была под угрозой, Антия бы не доверяла никому.

Возможно, сыграла свою роль привязанность демона к девочке?

Их «общая история», если можно так сказать.

И ранение Валвера тоже ее волновало. Демон сказал, что никакая человеческая магия не сможет его вылечить, — тогда что же делать дальше? Что будет с Брин, если все это куда серьезнее, чем Валвер пытался показать?

Антия должна будет с этим разобраться позже. Ей меньше всего хотелось, чтобы девочка страдала. Ведь пусть ей так мало лет, но сталкиваться лицом к лицо с горем и потерями — это самое ужасное, что можно представить.

— Странно, что здесь нет стражи, — Кирам внимательно рассматривал высокие стены подземелья. — Наш враг настолько уверен в себе?

— Или они слишком заняты подготовкой.

Анкель остановился у одной из тюремных камер. Их здесь было множество. Многие уничтожены и завалены камнями, досками и прочим мусором. В некоторых громоздились старые, полусгнившие ящики без эмблем или надписей.

Но эта камера была пустой.

Только в дальнем углу Антия рассмотрела скелет. Он свернулся на полу в клубок, подтянул колени к подбородку. На виске зияла внушительная дыра, и кость вокруг пошла трещинами.

— Человек? — в вопросе Анкеля не прозвучало ни удивления, ни злости. Только обычная человеческая усталость.

— Демон.

Наемник удивленно приподнял бровь, всем своим видом спрашивая, откуда Валверу это знать, — на что получил простой ответ:

— Людей здесь не пытали. Посмотри на его запястья. Они много раз были сломаны, как и пальцы. Срослись неправильно — их обладатель навсегда остался бы калекой, — дворецкий отвернулся и медленно зашагал дальше. — Да и внутри мы ничем от вас не отличаемся. Те же кости и мускулы.

Чем дальше они пробирались по подземелью, тем холоднее становилось. Пальцы немели, и Антии пришлось тереть ладони друг об друга, чтобы немного согреться. Камень-поисковик казался еще горячее — он почти обжигал кожу, и держать его становилось все сложнее.

— Это необычный холод, — вдруг сказал Кирам. — Это что-то магическое.

Девушка прикрыла глаза, позволяя собственной силе изменить зрение, чтобы осмотреться вокруг.

Внизу и правда клубилось нечто. К какому именно виду магии оно принадлежало, Антия не могла сказать, но густой сизый туман обвивался вокруг их рук и ног, касался кожи невидимыми холодными языками, отчего к горлу подкатывал удушливый ком тошноты и страха.

Что-то очень плохое творилось там, наверху.

— Тут повсюду туман. Я не могу сказать, откуда он.

— Это артефакт, — зло прошипел Кирам. — В специальной комнате, в поместье, он не мог влиять на мир вокруг. Вызывал кошмары, но это все! Здесь же нет надежной защиты. Темнота внутри него медленно разрастается, как плесень. Просто держать артефакт в незащищенном месте — смертельно опасно для всех, кто с ним соприкасается.

— Они хотят использовать Брин, чтобы открыть его.

Кирам качнул головой.

— Недостаточно времени. Артефакт нужно подготовить, нельзя просто так взять и использовать ключ.

— А если они попытаются? — спросила Антия.

— Все, кто окажется слишком близко к артефакту, не переживут этого. Темнота разорвет их на куски.

Антия не стала спрашивать, что случится с самим ключом.

С Брин.

Выражение лица Кирама говорило яснее любых слов.

— Мы почти на месте, — Валвер остановился у — на первый взгляд — совершенно обычной стены и коснулся камней.

Его пальцы пробежали по швам между ними — и через мгновение часть стены просто ушла внутрь и отъехала в сторону, открыв проход в освещенный коридор. После холода подземелья оттуда потянуло настоящим, живым теплом.

— Ищем Брин, артефакт и уходим. Нам нельзя задерживаться здесь дольше, чем нужно, — быстро прошептал Кирам. — Камень нужно как можно быстрее вернуть под защиту охранной магии. Мы не можем допустить, чтобы тьма распространялась дальше, — слишком большой риск.

— Если мы просто уйдем, то они — кем бы они ни были — попытаются захватить артефакт позже.

В словах Анкеля была логика. Загадочный хозяин-некромант так просто не отступит. Кто знает, что он придумает в следующий раз?

— Я не стану рисковать дочерью, — прошипел лорд. — Сейчас ее безопасность для меня важнее.

— Мы ударим позже, — уверенно заявил Валвер. — Как только Брин и артефакт будут в безопасности, мы придем за ее похитителями. И больше они не причинят никому вреда.

Антия хотела сказать, что этот план тоже не так уж и хорош, как над головой застонали камни и по коридору пронесся протяжный, болезненный рев.

Будто сама крепость испытывала боль и хотела встать и покинуть это проклятое место.

Анкель до белых костяшек сжал в руке меч.

— Во имя Единого, что это?!

— Артефакт, — одними губами прошептал Кирам. — Он чувствует, что больше нет стен, что сдерживали его силу. — Глаза лорда расширились, в глубине зрачков заплясали кровавые огоньки. — Нельзя позволить Брин приблизиться к нему. Нельзя!

— Тогда ищем ее быстрее, — Антия встала в полный рост и вышла в освещенный коридор, сжимая в руке пылающий поисковый камень.

* * *

Элайна наблюдала за Брин и не могла сдержать внутреннее ликование. Все прошло даже лучше, чем она предполагала! Очень выгодно быть любовницей хранителя, пусть и бывшей. Тебе прекрасно известно, с кем лорд водит дружбу, к каким наемникам обращается и кому доверяет больше всего.

И все это потом с легкостью обращается против него.

Обширный зал собраний — единственное в этой крепости, что осталось относительно нетронутым. Сколько людей здесь побывало, сколько всего слышали эти стены — невозможно вообразить ни одному смертному, но Элайна знала точно: эти своды никогда не ощущали на себе силу артефакта.

Сжимая в руке белый камень эмайн, она медленно вычерчивала прямо на полу знаки призыва. Один за одним, без спешки, с толком и чувством. В таком деле ошибок быть не должно.

«Каждому знаку свое место», — когда-то говорила ее наставница.

А уж если ты собираешься укутать тьмой весь мир, то места должны быть определены как никогда четко.

Артефакт никогда раньше не покидал пределов поместья Волен. Запечатанный в своей темнице он не знал, что такое вкус свободы, и сейчас кристалл… нервничал, если можно так сказать. Его вибрации отвлекали, темные щупальца силы, невидимые для лишенных дара, тянулись во все стороны, оставляя на стенах и потолке сверкающие темные следы.

Камень лежал на постаменте прямо в центре комнаты — Элайна точно высчитала, где он должен находиться, — и его свечение походило на сверкание звезд в ночной темноте.

Мрак внутри него бурлил и рвался на волю, но еще было рано.

До тех пор, пока ключ не будет готов, ничего не получится. Артефакт не откликнется, а попытка применить силу закончится большой бедой не только для ключа, но и для всех, кого коснется взбесившаяся сила.

Кто знает, выживет ли после такого этот маленький хрупкий ключик…

Элайна не питала иллюзий. После всего ее ждет либо успех, либо смерть. Если сила артефакта не подчинится, то останется только писать завещание и молиться, чтобы смерть от рук Кирама — или его слуги — была быстрой.

Но женщина старалась об этом не думать. Перед ее внутренним взором уже раскинулся другой мир, созданный артефактом, порожденный его силой, разделенной с теми, кто позволит ему освободиться.

Слабый король должен уйти.

Семьи, владеющие такими же артефактами, — исчезнуть.

Кто сказал, что такая, как Элайна, не сможет править? Кто сказал, что она слаба?!

Элайна так не считала. Она видела, чувствовала, что ее будущее может быть великим. Она достойна куда большего, чем просто быть «номером два», вторым хранителем, данью традициям и больше ничем.

Она слишком многое поставила на кон, чтобы сейчас отступить: семью, собственную жизнь. Всем пожертвовала.

И сейчас перед ней на полу сидела маленькая девочка, заплаканная и испуганная.

Она еще храбрилась какое-то время, пока не поняла, что никто не спасет и не придет искать.

И Элайну это устраивало. Ей нравилось видеть, как униженная и разбитая Брин цепляется за свои детские наивные представления о мире. Элайна знала, что те скоро с треском разлетятся на куски, оставив после себя незаживающие раны.

Как у нее когда-то.

Женщину успокаивало это чувство власти над чужой судьбой, ведь над своей у нее никогда власти не было. Очень приятно держать в руках чью-то жизнь. Смотреть, как полные слез глаза устремлены на тебя, со смесью страха, злости и отчаяния. В них только один вопрос: что будет дальше?

Ничего хорошего. Для самой Брин, конечно.

Это Элайна могла сказать наверняка.

Как только они откроют артефакт — ключ больше не потребуется. Больше не будет артефакта, который нужно им запирать — а значит, и сама девчонка больше не нужна.

Такого уговора не было, и Элайна не собиралась настаивать.

Когда артефакт поделится силой со своими освободителями, то никакой лорд Волен больше не будет страшен. Правящие семьи будут слишком заняты нагрянувшими бедами, чтобы помогать обезумевшему отцу отомстить за дочь.

И Кирам никогда не сможет даже близко подойти к Элайне.

— Папа придет за мной! — выпалила Брин.

Ее милое личико покраснело от напряжения. Девочка не оставляла попыток избавиться от скрутивших ее пут.

Забавная. И такая глупая.

— Никто за тобой не придет, — медленно ответила Элайна и, опустившись на корточки, с наслаждением отметила, как девочка сжалась и притихла, прижимая ручки к груди.

На шее Брин болтался какой-то совершенно невзрачный камень. Убогая дешевка, которую могла подарить только какая-нибудь… нянька.

Элайна проглотила комок колючей ревности, что настойчиво распирал горло.

Плевать!

Очень скоро все это не будет иметь значения.

Брин упрямо вскинула острый подбородок, и в ее глазах появилось что-то новое, чего Элайна никак не ожидала там увидеть.

Превосходство.

Потаенное знание, что все будет так, как она говорит.

— Папа придет! — твердо сказала девочка, и, казалось, эти слова ее немного успокоили. — Он придет, и вы не сможете ничего с этим сделать!

«Нет, детка, героев не существует», — хотела ответить Элайна, но слова застряли в горле.

Уверенность девчоки ее раздраждала, и, сжав в руке камень, она молча продолжала чертить символы, стараясь больше не смотреть на Брин.

«Нет рыцарей в сияющих доспехах, что придут тебе на выручку. Никто не спас ту несчастную дурочку из высокой башни — дракон просто обглодал ее до костей и оставил самые тонкие из них в качестве зубочисток. И тебя никто не спасет».

— Не думал, что слова ребенка способны так вас задеть.

Элайна вздрогнула и выронила камень, а когда наклонилась, чтобы поднять его, заметила, как сильно дрожат пальцы.

Она надеялась, что Вейл не явится до того, как она закончит. Его присутствие действовало на женщину угнетающе, хоть они и сидели в одной «лодке». Вот только Элайне всегда казалось, что если эта «лодка» пойдет ко дну, Вейл выберется без труда, а вот на ее шее затянется тугой узел веревки, с булыжником на конце.

— Глупые фантазии не могут расстроить, — Элайна вернулась к работе. — Они только веселят.

Последний символ затейливым зигзагом лег на положенное место, и женщина вздохнула с облегчением.

— Готово, — сказала она тихо, не поворачиваясь к Вейлу. — Но артефакту нужно время, чтобы раскрыться. Это нельзя сделать прямо сейчас.

— Я слышал, что можно ускорить процесс.

Элайна фыркнула.

Глупости какие! Невозможно «ускорить процесс», правила для артефактов не просто так придумывают.

Она хотела сказать это все вслух, но не смогла издать ни звука.

Боль пришла не сразу. Она подкралась, как хищный зверь, чтобы вероломно вонзить когти в позвоночник и, пробравшись под ребра, сдавить дрогнувшее сердце.

Последнее, что увидела Элайна, — красные пятна у ног.

«Это что? Моя кровь?», — отрешенно подумала женщина, оседая на пол.

Символы нельзя пятнать кровью.

Это приведет артефакт в неистовство…

Где-то в стороне пронзительно закричала Брин, но звук ее голоса растворился в обрушившейся на Элайну тишине. Перед глазами мелькнули ноги Вейла, край его плаща ударил по лицу, и женщина хотела вцепиться в него, остановить предателя, но не хватило сил.

«Как глупо», — обреченная мысль вспыхнула в сознании, и, испустив последний вздох, Элайна застыла на полу, все еще сжимая в руке белый эмайн.

Глава 24

— У нас компания, — Кирам выглянул из-за угла и стиснул в руке рукоять меча. Лицо мужчины стало жестким, черты заострились, как у дикого зверя, а крылья носа затрепетали, будто лорд что-то учуял.

Как волк.

Проследив за его взглядом, Антия чуть не вскрикнула, рассмотрев, кто же здесь выполнял роль охраны.

Прямо посреди коридора сидели две здоровенные собаки, но их внешний вид привел девушку в такой ужас, что она не могла двинуть ни единым мускулом.

Облезлые черные шкуры, похожие на решето. Сквозь прорехи были видны переплетения мыщц, кое-где — белели кости. У одной из собак не было глаз, но она вела себя совершенно спокойно. Смотрела по сторонам, принюхивалась и тихо перерыкивалась со вторым животным — общалась на своем собачьем языке.

Только вопрос времени, когда эти жуткие стражники заметили бы незваных гостей, и кто знал, сколько таких псин еще бродило по крепости.

— Надеюсь, вы готовы, тесса, — в голосе Кирама звучало нешуточное напряжение. Страх, сомнения, сожаление, что взял ее с собой. Все это смешалось и обрушилось на девушку. Хотелось сжать его руку, успокоить и сказать, что все будет хорошо, но Антия понимала, что для этого — совсем неподходящее время.

Ей предстояло сражаться.

И если они выберутся — не если, а когда! — вот тогда она скажет все, что хочется.

О том, что не сожалеет; что все равно ему бы не удалось оставить ее в поместье; что не смог бы отговорить рисковать собственной жизнью ради Брин.

И что Антия, если бы была возможность все вернуть назад, ни на секунду не усомнилась бы в принятых решениях.

— Я всегда готова, — ответила она. — Мы должны прорваться.

Анкель молча кивнул, Валвер же был глубоко в своих мыслях, но его решительный вид сказал Антии все, что она хотела услышать.

— Что говорит камень?

Кирам, скорее, рычал, чем спрашивал, отчего Антия только сильнее сжала пылающий камень. Его было почти больно держать в ладони, но девушка не решалась разжать кулак.

— Уже близко. Обычное оружие этих существ не возьмет.

Подняв руку, она закрыла глаза, позволяя силе укутать клинки. Целебная магия, сразившая неживого врага в их поместье, должна была сработать и здесь.

Антия очень на это надеялась.

— Вот так. А теперь…

Не успела она договорить, как воздух разрезал пронзительный крик. Антия голову бы дала на отсечение, что кричал ребенок.

Кирам бросился вперед, отведя меч немного в сторону. Он двигался стремительно и уверено, не вздрогнул, встретив первую атаку мертвого пса.

Громкий, надрывный лай пронесся по коридору, ударившись о стены. Клинок описал широкую дугу и врубился точно в голову мертвой собаки, рассекая ее надвое. Содрогающееся тело рухнуло к ногам Кирама — как тут из-за угла показались еще два чудовища.

Одно из них бросилось вперед, под ноги лорду, намереваясь сбить его и впиться черными клыками в горло, но Анкель не дремал и встретил пса на полпути, пригвоздив мощное тело прямо к полу.

Руки Валвера дернулись, вместо ногтей показались острые хищные когти, и один из псов, переемахнувший через живой заслон из двух вооруженных мужчин, сразу же угодил в его смертоносную хватку.

Хруст сломанного позвоночника показался Антии оглушительным, а через секунду ее клинок пронзил сердце собаки, успокоив ее навсегда.

«Ни одно живое существо не должно переживать подобное. Мертвые должны оставаться там, где их души покинули тело».

Антию переполнило отвращение.

Неприятие этой чудовищной силы, что поднимало мертвых и вынуждало их служить хозяину, выполнять любые его прихоти и сражаться.

Без устали, без размышлений и жалости к противнику.

Ни одно живое существо не заслуживало таких страданий!

У щиколотки Антии щелкнула собачья пасть, и, отступив назад, девушка ударила наотмашь, отбрасывая чудовище к стене.

Шаг. Резкий выпад — и собачья голова покатилась по полу, оставляя за собой темный кровавый след.

А Кирам уже мчался вперед, на детский крик.

Он не слышал ни окрика Анкеля, ни предупреждений Валвера. Волк внутри него рвался на свободу, чутье подсказывало, что Брин совсем рядом, и теперь ему даже не нужен был поисковый камень, чтобы ощущать ее боль, отчаяние и страх.

Антия старалась не отставать от лорда. Она бросала короткие взгляды на двери, прислушивалась к камню, что все сильнее нагревался, и, как только боль пронзила ее ладонь, словно охотничий нож, остановилась перед потемневшими от времени массивными створками, обитыми железом.

— Здесь, — выдохнул Кирам и, ухватившись за ручку, толкнул двери внутрь.

Те, как ни странно, с легкостью поддались, впустив их в просторный темный зал.

В нос ударил отвратительный запах гнили. Антия зажмурилась, почувствовав то же самое, что и тогда, в поместье. Когда Кирам впервые показал ей артефакт.

Удушливое, чужеродное присутствие чего-то ужасного.

Зловещая тьма обрушилась на плечи, сдавила и пригвоздила к месту, но Антия не собиралась сдаваться. Посмотрев вперед, она увидела Брин, висевшую в двух футах над полом.

Полупрозрачная темная сфера окружала тело девочки, ее голова была откинута назад, бледное личико казалось совершенно безжизненным, и Антия почти не могла различить нити ее силы, что стали тонкими и слабыми.

Ее дар блокировали, насильно.

Даже если девочка и была в сознании, она бы никогда не смогла просто «прыгнуть» навстречу спасению.

Некромант, владеющий магией телепортации.

Смертоносное сочетание.

И сейчас он стоял рядом с Брин. Широко ухмылялся, сжимая в руках тонкий короткий кинжал, и у его ног, бездыханная, лежала Элайна.

Ее кровь растеклась по полу, потемнела и превратилась в бурлящее пятно живой черноты, что медленно впитывалась в окружающую Брин сферу.

— Слишком поздно, лорд Волен, — прогремел незнакомец и поднял кинжал. Его острие почти касалось стенки кокона. — Тьма уже здесь.

Кирам бросился к дочери, его рот раскрылся в беззвучном крике — и в этот момент кокон лопнул, как мыльный пузырь.

Свет погас. Все вокруг погрузилось в непроглядный мрак.

* * *

Антия оказалась одна посреди ничего. Мир был темным, размытым и зыбким; ноги проваливались по колено в непонятную субстанцию, в которой девушка с трудом опознала песок.

Песок? Здесь?

И где это «здесь» находилось?

Антия резко обернулась, потом — еще раз. Она искала взглядом дверь, зал, Кирама или Валвера — хоть кого-то! Хоть один знакомый ориентир, чтобы понять, где она.

В голову закралась жуткая мысль, что сила Брин в последний момент разорвала сковавшие ее путы и вырвалась на свободу, чтобы закинуть всех вокруг в то странное место, где Антия уже один раз побывала.

Что, если так и случилось?!

Сила артефакта — злая, неукротимая и потерявшая всякий контроль — что она могла сделать с маленькой, беззащитной девочкой? Антия не знала подробностей, никогда не видела, как кристаллы взаимодействуют с ключом, но это наверняка было не так, как сейчас.

В поместье Брин была под защитой отца, а здесь…

Темнота расступилась, над головой показались звезды и огрызок луны, больше похожий на развороченный взрывом сверкающе-белый камень, разбросавший по небу осколки-внутренности; а впереди, там, где песчаные дюны превращались в каменистую равнину, поблескивала полоса воды.

Море?

У самой кромки из земли вверх поднимались тонкие черные стволы высоченных деревьев. Их кроны были совершенно белыми и тихо звенели, стоило только ветру задеть тончайшие пластинки кристаллических листьев.

Будто кто-то задел колокольчики, какие часто вешали в лавках лекарей у двери; и мелодичный нестройный перезвон разносился далеко, во все стороны, добираясь до самых темных уголков этого чуждого людям мира.

Антии ничего не оставалось, кроме как идти вперед.

Магическое зрение выхватывало тут и там красновато-оранжевые вспышки силы, и девушка не могла найти им объяснения. Они пульсировали на границе видимости каждые несколько секунд. Антия не сразу поняла, что вспышки точно совпадают с грохотом ее испуганного сердца.

Оно тяжело колотилось о ребра, молило о передышке, но Антия не могла и не хотела останавливаться.

Она должна была выяснить, что это за место и почему именно ее сюда затянуло.

Мелкий песок тихо шелестел под ногами, но стоило только оставить позади барханы, как каждый шаг зазвенел, будто Антия шагала по стеклу. Каблуки сапог звонко клацали — так что ни о какой скрытности не могло идти и речи.

«Ну и хорошо! — подумала девушка. — Пусть тот, кто утянул меня сюда, знает, что я не боюсь и не собираюсь прятаться!»

Сжимая в руках клинок, который будто врос в ладонь, Антия все ближе подходила к деревьям и очень скоро почувствовала сладковатый запах, исходивший от древесной коры. Девушка подошла еще ближе и заметила, что деревья буквально истекают густой ароматной смолой.

Тягучие капли медленно скользили вниз и скапливались среди тонких, торчащих из-под земли корней красновато-золотыми лужами. Трогать смолу Антия не решилась.

Кто знал, какие свойства у нее могли быть. Не хватало только снова отравиться.

Темная вода лениво накатывала на берег, выбрасывая клочки сероватой пены. Ничего в ней не было особенного: ни запах, ни цвет Антию не смутили. Тяжелый дух соли и водорослей казался чем-то обычным, естественным и нормальным.

Тихий шорох за спиной заставил Антию обернуться и выставить перед собой меч. Дыхание сперло в груди, в виски ударила кровь, но перед девушкой оказался не враг, а полуразмытый, сверкающий силуэт, состоящий из полупрозрачных тонких линий и крохотных сгустков знакомой силы.

— Антия! — сказало нечто голосом Брин. — Антия, ты пришла!

Призрак метнулся к ней, хотел обнять, но провалился сквозь тело девушки и оказался на коленях, в песке.

— Во имя Единого…

Что там происходило?

— Почему я здесь? Почему я не могу уйти?

Девочка обхватила голову полупрозрачными ладонями и принялась раскачиваться вперед-назад, бормоча под нос что-то неразборчивое и тихо всхлипывая.

Ее сила не смогла вырвать из плена ее тело, скованное заклинаниями и темной магией артефакта. Но смогла перенести… дух.

Антия не могла поверить своим глазам, да и не хотела всерьез об этом думать. Ведь если дух отделился от тела, то это значило…

— Я хотела сбежать! — причитала Брин. — Я видела, как он убил Элайну: просто ударил ее в спину, Антия! Так нельзя, нельзя же, правда?!

— Успокойся, милая, — девушка опустилась на корточки возле «призрака» и с щемящей тоской поняла, что даже не может погладить Брин по волосам, — ее рука просто провалилась сквозь нее. — Как тебе удалось?..

— Мне нужно было вырваться! Я все говорила, что папа обязательно придет, но его не было! А потом… — девочка застыла, ее глаза распахнулись широко, полные сверкающих искр и настоящего, глубинного ужаса. — Знак на полу вспыхнул, и камень… запел. Он заговорил со мной, потребовал, чтобы я открыла его, чтобы освободила, но я не хотела. Я знала, что это неправильно: папа говорил, что это дурной камень, что ему нельзя доверять.

Ее нижняя губа предательски задрожала.

— Он меня заставил. Он… забрался в меня, в мою голову. Шептал, что я должна его слушаться, что папа будет мной гордиться, если я сделаю, как сказано.

— Но ты не сделала.

Брин яростно замотала головой.

— Нет! — с жаром выпалила девочка. — Я не стала! Но потом… он все равно…

Брин снова всхлипнула.

— Я звала тебя. Хотела, чтобы ты пришла быстрее, помогла мне. Я пыталась кричать, но не могла произнести ни слова, так что думала о тебе изо всех сил.

«Я была достаточно близко, чтобы ее сила смогла затащить меня сюда. Ее душа и мое физическое тело в мире-убежище, неизвестно где, неизвестно когда, непонятно почему. Это тот же мир, что и тогда? Здесь тоже водятся всякие чудовища? Странно, что Брин не позвала отца или Валвера».

— Мы должны вернуться вместе, — Антия даже не знала, возможно ли это. В прошлый раз вышло, но тогда они обе физически были в одном месте. Вернуть душу в тело — задачка посложнее, и девушку пробирала дрожь ужаса при мысли, что Брин не сможет этого сделать. Только бы ее связь с телом не нарушилась! — Мы должны запереть кристалл, и лишь ты можешь сделать это, милая.

— Но я не знаю как! — голос девочки был полон отчаяния. — Я не знаю, как отсюда выйти! Что-то держит меня здесь, видишь?

Она указала на свою щиколотку, и Антия увидела тонкую черную нить, прочно стянувшую худенькую ножку.

И эта нить тянулась куда-то в сторону от пляжа, обратно к песку.

— Я пыталась сосредоточиться, как ты учила, но она не пускает меня. Может, если мы…

Договорить девочка не решилась, но Антия и так все поняла.

Чтобы сбежать, нужно разорвать эту «цепь».

Встав в полный рост, Антия коротко кивнула и двинулась к барханам, внимательно высматривая черную нитку. Мышцы девушки гудели от усталости, в голове звенели тысячи колокольчиков, но упрямство и острое желание спасти Брин тянуло вперед, к новой опасности.

Как хорошо, что она таки смогла взять с собой оружие.

Глава 25

— А что, если я не смогу вернуться домой? — Брин не шла — она скользила над землей, почти не касаясь ступнями песка. Нить от ее ноги тянулась дальше, вглубь дюн, а девочка все никак не могла успокоиться и комкала в руках подол призрачного платья. — Как же я буду дальше? Я никогда не увижу папу и Валвера.

— Все будет хорошо, — Антия постаралась подарить девочке самую ободряющую из улыбок. — Мы обязательно выберемся. Я никак не смогу без тебя! Кирам и Валвер никогда мне этого не простят.

Брин тихонько рассмеялась, и Антия вздохнула с облегчением. Ей очень хотелось отвлечь девочку от мрачных мыслей и предстоящего сражения.

С чем-то. Неизвестным врагом, у которого хватало сил удерживать душу отдельно от тела.

В голове бродили еще не оформившиеся планы. Если они выберутся отсюда, то столкнутся лицом к лицу с некромантом. Его сила слишком велика, Антии нечего ей противопоставить. Валвер ранен, Кирам никогда не был магом и мог только пропускать через себя тьму артефакта, очищая ее, но не использовать эти силы.

Нужна хитрость.

Быстрый удар, которого некромант точно не будет ожидать.

Что-то такое, чего он не сможет предугадать или даже представить.

Думай, Антия, думай!

Что можно использовать против такого человека?

«Когда мы с Кирамом вдвоем попали в другую реальность, то выбраться смогли, схватившись за Брин во время переноса. Достаточно было просто ухватить ее за руку и держаться изо всех сил».

Они не прикасались к ней до перемещения, но что произойдет, если Брин на самом деле захочет кого-то переместить?

— Помнишь тот день, когда ты прыгнула вместе с нами? — Брин виновато опустила глаза, и Антия поспешила ее успокоить. — Все хорошо, милая, все ведь обошлось. Я просто хочу узнать, как тебе это удалось? Что ты представляла?

Девочка задумалась, на ее лбу появилась крохотная морщинка.

— Я точно не помню, — она встревоженно осмотрелась по сторонам и понизила голос до шепота: — Я очень хотела оказаться далеко, спрятаться, где угодно. И хотела этого так сильно, так сильно, что голова кружилась и живот заболел.

— Как думаешь, сможешь повторить этот фокус?

Брин вопросительно уставилась на Антию.

— Не знаю. Ты хочешь куда-то переместиться?

— Не я. — Девушка остановилась, всматриваясь в следы на песке. Она заметила отпечатки мощных лап и острых когтей.

И почему только в параллельных реальностях не могли водиться какие-нибудь безобидные милые зайцы или ежики? Почему это должно было быть обязательно что-то зубастое и опасное?

— Я хочу забросить подальше нашего врага.

Брин склонила голову к плечу, пытаясь понять план Антии.

— Если мы обманем его, если некромант потеряет бдительность…

— Но Антия, он ведь тоже может прыгать.

— Значит, нам нужно закинуть его как можно дальше. — Следы становились все глубже, а через несколько футов они ушли в сторону, еще дальше в песок.

Морской берег давно остался за спиной и скрылся из виду, в воздухе ощущался только запах соли и тягучей сладости, а сапоги вязли в песке, мешая двигаться вперед.

Антии с каждой секундой становилось все страшнее. Уверенность, что поддерживала ее, медленно таяла, и одна за другой накатывали волны ужаса и сомнений.

Тихое шипение заставило ее остановиться и поднять меч.

Взгляд метался по дюнам, Антия вся обратилась в слух, но понимала, что она в проигрышном положении. На открытом месте, против сверхъестественного существа.

— Девочка никуда не пойдет! — Мощное змеиное тело появилось перед девушкой из-за песчаного изгиба, в воздух поднялась огромная треугольная голова. Антию пригвоздил к месту холодный взгляд желтых глаз. — Она призвала нас. Достала из темноты, где мы ждали своего часа исцеления!

От кончика заостренного хвоста тянулась та самая нитка, что обвилась вокруг щиколотки Брин. Девочка стояла за спиной Антии, и дрожь крохотного тела не укрылась от ее внимания.

— Она не виновата. Брин должна вернуться в мир людей, чтобы все исправить. — Девушка опустила меч.

«Эта тьма — что бы там ни говорил Кирам — разумна. Это не просто все то темное, что собралось в артефакте за долгие годы, не только бездумная ненависть и злоба. Ее можно переубедить. И, если повезет, обратить против врага».

Змея застыла, обдумывая слова Антии.

— Ключ подчиняется хранителям. Они — единое целое, — прошелестела она. — Они всегда приходят только в положенное время! Таковы правила. Потревожив наш покой, нарушив все запреты и договоренности — пролив кровь на священный круг призыва! — хранители понесут за это наказание. И ключ — вместе с ними.

Она поднялась выше над песком.

Могучее тело, покрытое изумрудно-черной чешуей, излучало угрозу; свернутые плотные кольца готовы были распрямиться в любое мгновение, выстрелить, как сжатая до предела пружина.

— Накажите виновного, — Антия упрямо вскинула подбородок. — Хранители стали жертвой вероломного предательства! Ключ оказался во власти врага обманом, — девушка стиснула клинок, и ощущение тяжелой рукояти в ладони ее немного успокоило. — Она, — Антия кивнула на Брин, — всего лишь маленькая девочка. Она — такая же жертва, как и вы, и если жаждете исцеления, то помогите хранителю, а не наказывайте за чужую жадность.

— Только жертва сможет вернуть тени на положенное место. — Тихое шипение проникало под кожу, ввинчивалось в затылок тупой болью и зарождало в сердце самое настоящее отчаяние. — Только кровь успокоит тени и поможет нам дождаться своего времени исцеления! Что ты можешь предложить нам, смертная?

— Многое, — Антия вскинула голову, стараясь не отводить взгляд. Ей казалось, что стоит только отвернуться, как змея просто перекусит ее пополам. — Например, очень хорошую жертву. Но для этого ты должна дать душе Брин вернуться в тело.

— Как мы можем верить человеку? Один из вас уже показал свое нутро.

— Вы все равно заберете душу ключа, если мы вас обманем, — Антия очень надеялась, что этого не случится. Им бы только выбраться, а потом… — Чем может рисковать тьма, способная поглотить весь мир?

Змея высунула длинный раздвоенный язык.

— Ничем. Но если обманешь, то ты и все, кто причастен, будут вечно мучиться во тьме! Как и все ваше племя.

* * *

Тьма бесновалась вокруг меня, цеплялась за одежду и ревела не хуже весеннего шторма. Я слышал крики и шепот, разгневанное рычание, проклятия и угрозы. Артефакт открыли в неположенное время, и это прямое нарушение всех правил и соглашений.

Правда, я не был способен думать ни о чем другом, кроме Брин и Антии. Я не видел даже их силуэтов, не мог понять, где они и что происходит. Волчий нюх не мог ничего уловить, кроме отвратительной сладковатой вони и противного запаха трухлявого дерева. Во рту отчетливо чувствовался стальной привкус крови.

Темные полупрозрачные змеи обвились вокруг щиколоток, и я рефлекторно взмахнул мечом. Понимал, что оружие не причинит темноте никакого вреда, но хотел сбросить с тела призрачные оковы.

Я медленно шагал вперед. Помнил, что где-то поблизости висела сфера с Брин, но сейчас пространство вокруг изменилось и раздалось во все стороны, растянулось мраком до бесконечности.

Это все моя вина.

Беспечность и глупость — вот что привело меня сюда!

Я должен был сразу догадаться, чем закончится эта поездка на бал, должен был остаться, даже если бы вызвал на себя гнев правителя. Я бы уберег дочь и Антию, мог бы все изменить.

Осознание, что сокрушаться уже поздно, пригибало к земле не хуже каменной глыбы на шее. Оставалось только сражаться и молиться Единому — больше ничего.

Хотелось позвать Антию. Выкрикнуть ее имя в надежде, что девушка отзовется, но я сдерживался. Мрак вокруг был слишком плотным, осязаемым и враждебным, да и некромант все еще находился где-то здесь. Только и ждал, когда же жертва выдаст себя.

Я услышал чьи-то шаги даже через завывания сотен голосов — сработало острое волчье чутье. Лишь быстрая реакция и скорость зверя помогли мне увернуться от просвистевшего мимо меча, сверкавшего живой темнотой.

Лицо некроманта выражало досаду, но всего секунду. Широкая усмешка растянула тонкие губы, обнажив острые зубы, почти такие же, как и у меня в волчьем обличье. Я ощутил какое-то странное родство с этим человеком, словно мы делили одну кровь. И золотой отблеск его глаз был мне хорошо знаком.

Передо мной стоял оборотень, но я не чувствовал запаха его животной сущности, будто некромант упрямо ее скрывал. Как и почему? Наверное, даже сам Создатель этого не знал.

Враг исчез так быстро, что я даже моргнуть не успел. Слабое движение воздуха за спиной — и всего одна секунда промедления могла стоить мне жизни, но я подался вперед, избегая широкой дуги, что должна была снести мне голову.

— Тебе стоило сидеть в своей норе, Кирам, — пророкотал некромант. — И смотреть, как мир вокруг меняется. Как ты всегда и делал!

— Мрак не подчинится тебе, он никому не покоряется. Ты даже не понимаешь, что за силы пытаешься выпустить!

Новый рывок — и я уклонился в последний момент, но недостаточно хорошо: острие клинка рассекло рубашку на груди и проехалось по коже, оставляя глубокую кровавую отметину. В следующее мгновение наши мечи столкнулись, в разные стороны разлетелись искры.

Тьма вокруг взбесилась, закружилась разгневанным вихрем, цепляясь за одежду и волосы.

— Как только ты сдохнешь, — прошипел некромант, — я выпущу ее из тюрьмы. И весь мир познает ярость сил, которые они решили держать в клетке.

Оттолкнув меня, он выпрямился и крутанул меч в руке, описывая сверкающий круг.

— И начну я с этого прогнившего королевства, где на троне сидит трус, а не достойный правитель.

— Планируешь занять его место?

Кривая усмешка превратила лицо некроманта в жуткую маску. Тени метались по его коже, как живые, залегая глубокой чернотой под золотыми глазами.

— Возможно. У меня много планов.

Мы бросились друг на друга, как два оголодавших зверя. Все мои чувства обострились до предела — они вопили разными голосами, подсказывали, с какой стороны ждать нового удара.

Некромант прыгал, на полную катушку используя свой дар. Только волчья суть помогала мне уворачиваться достаточно быстро и предчувствовать новый удар, снова и снова отклоняя черный клинок в сторону.

Но не всегда.

Все новые и новые порезы появлялись на теле, рубашка пропиталась кровью и липла к телу.

— Ты выдыхаешься, Кирам!

— Как и ты. Мы оба — смертные.

За спиной некроманта мелькнул размытый силуэт — и всего через мгновение место, где он стоял, рассекли мощные острые когти.

Коротко обменявшись взглядами с Валвером, я почувствовал себя увереннее. Мы могли зажать гада в тиски и разделаться с ним парочкой точных ударов!

Гудение клинка.

Я ушел в сторону и, взмахнув мечом, отбил удар, оттеснив некроманта назад. За его спиной вспыхнули алые глаза — и когти сомкнулись на шее, оттягивая врага назад.

По коже потекли тугие капли крови, а некромант яростно захрипел и снова прыгнул, спасаясь от второго противника.

Подняв вверх меч, он оскалился и выкрикнул в темноту что-то на незнакомом мне языке. Мрак ожил и уплотнился вокруг клинка, голоса множились — они взывали к справедливости, молили об освобождении, о мести.

Крик некроманта становился все громче, слова улетали куда-то вверх, а сила вокруг меча клубилась, превращаясь в сверкающий кокон.

За спиной врага неожиданно появилась Брин, держа за руку Антию. Они буквально вынырнули из темноты, совершенно бесшумно; и, подхватив девочку, целительница в два шага преодолела разделяющее ее с некромантом расстояние.

Брин вытянула руку и схватила его за плечо, сжав пальцы с такой силой, что костяшки побелели. Дочь зажмурилась, выкрикивая что-то. По ее телу на мужчину переползало что-то темное, очень похожее на змею.

Некромант открыл рот, чтобы закричать, его меч прочертил дугу, но Антия оказалась достаточно быстра, чтобы отдернуть Брин назад и растянуться на земле, под ногами врага, уже обернутого плотными кольцами змеиного тела.

Треугольная голова твари покачивалась всего в нескольких дюймах от лица некроманта, и я отчетливо слышал хруст его костей. Кольца сжались, раздвоенный язык на секунду показался из пасти перед тем, как голова змеи протиснулась в рот врага, раздвигая его плотно сжатые зубы.

Некромант хрипел и закатывал глаза, а мрак вокруг ревел — и в этом реве мне чудился победный хохот и удовлетворенное урчание сытого хищника.

Щелчок.

Яркая вспышка, расколовшая темноту на две половины, — и я зажмурился, не в силах вынести мощь этого света.

А когда открыл глаза, все вокруг стихло. Некромант исчез, а на полу все еще лежало тело Элайны, а рядом с ней — артефакт. Камень влажно поблескивал, и я чувствовал, как он снова ждет, когда его запрут и вернут на положенное место.

Эпилог

Три месяца спустя…

— Валвер!

Брин бежала через сад, задыхаясь и спотыкаясь о неровную кладку дорожек. Ноги путались в складках длинной юбки, но девочка упрямо двигалась к главным воротам и четко знала: она должна догнать Валвера!

Ветер сегодня основательно разгулялся и, запутавшись в густых кудряшках, дернул изо всех сил, распустив тонкую шелковую ленту, которой Антия подвязала Брин волосы.

— Валвер! — девочка уже видела его спину. Валвер удалялся по дороге прочь от поместья и либо не слышал ее, либо просто не хотел оборачиваться.

От одной только мысли, что он не намеревался с ней попрощаться и трусливо сбежал, у Брин от возмущения перехватило дыхание. Она хотела еще раз выкрикнуть его имя. Может быть, даже сдобрить его хорошим проклятием, которое она иногда слышала от папы. Вот это точно заставило бы Валвера обернуться!

— Вал!..

Очередной камень попался под ноги совсем не вовремя, и, протяжно вскрикнув, девочка растянулась на земле, ободрав руки и сильно ударившись коленом. Боль пронзила ногу до самого бедра.

На глаза навернулись злые слезы обиды. Тихонько всхлипнув, Брин попыталась подняться и застыла, когда над ней нависла тень.

— Разве ты не должна помогать Антии? — Валвер подхватил ее с такой легкостью, что Брин даже забыла, что хотела сказать. Отряхнув подол ее юбки, он сжал ее ладошку в своей ладони и недовольно цыкнул.

На белой коже красовалось несколько длинных царапин: стоило только надавить чуть сильнее, как показались первые крохотные капельки крови, и Валвер быстро достал из кармана белоснежный платок и перевязал руку Брин.

— Пообещай, что покажешься Антии, а не станешь прятаться в комнате как обычно.

— Ты со мной даже не попрощался, — проворчала девочка и выдернула руку из хватки Валвера.

— Потому что я не ухожу навсегда. — Подняв голову, Брин увидела обычную улыбку, к которой за все эти годы успела сильно привыкнуть. — Мы должны говорить «до свидания», нет?

Как она будет просыпаться каждое утро и знать, что Валвер не сделает чай и не прочитает сказку вечером, и не будет тренировать ее, когда у папы не будет времени?

Это нечестно!

Нечестно, что она еще такая маленькая и никто не отпустит ее с Валвером в путешествие.

— Не нужно плакать, Брин. — Теплая рука легла ей на голову и взлохматила и без того растрепанные кудри. — Я вернусь так быстро, что ты и соскучиться не успеешь.

— Неправда, — буркнула она. — Я уже соскучилась.

Валвер рассмеялся, но его смех резко оборвался, а лицо исказилось, стоило мужчине прижать ладонь к груди.

Брин знала, что Валвер ранен. Видела, как иногда на его лице появляется это напряженное выражение, стоит только резко повернуться или подхватить ее на руки, — как дворецкий обычно делал.

Девочка сильно волновалась. Ей совсем не хотелось, чтобы случилось что-то плохое!

— Ты ведь поправишься, правда? — запрокинув голову, Брин ухватила Валвера за рукав и заглянула в светлые глаза. Пыталась найти там ободрение и утвердительный ответ.

— Конечно, поправлюсь. — Брин прислушалась к своим ощущениям и поняла, что Валвер не врет. — И вернусь домой очень скоро.

Девочка потянулась к шее и сняла крохотный поисковый камень, подаренный Антией. Ей он уже был не нужен, но вот Валверу…

Если что-то случится, то она всегда сможет его найти! И придет на помощь, даже если папа будут против!

— Наклонись! Я не достану.

Валвер послушно опустился на корточки, и Брин застегнула цепочку на его шее. Это немного ее успокоило и придало уверенности.

— Спасибо, Брин, — подарив ей еще одну теплую улыбку, Валвер поднялся. — Мне пора. А ты должна помочь Антии. Сегодня такой важный день.

Налетевший порыв ветра запорошил глаза, и Брин пришлось закрыть их рукой. Закашлявшись, девочка хотела сказать, что Валвер может остаться еще на день, ведь Антии и папе будет приятно, если он тоже станет частью их праздника.

Но когда она открыла глаза, рядом уже никого не было.

* * *

— Что решил правитель?

Этот вопрос очень интересовал Антию. После их возвращения из крепости, первое, что сделал Кирам, — сообщил о случившемся, а спустя месяц все еще разбирался с последствиями. Иногда девушка жалела о его поспешном решении, ведь им пришлось выдержать тщательный и серьезный допрос.

Правитель впал в самую настоящую паранойю, опасаясь, что и среди других семей могут затесаться предатели и желающие добраться до силы артефактов. Антия не могла его винить — она бы сама подумала о том же самом. Если Элайне хватило ума пойти против собственного короля, то кто мог гарантировать, что эта же идея не пришла в несколько голов одновременно?

— Он хочет собрать артефакты в подземном хранилище замка, — Кирам зашел Антии за спину и, не дожидаясь ее просьбы, принялся застегивать одну за другой крохотные пуговки на ее белом платье. — Только паршивая это затея. Столько тьмы в одном месте… но решение это оспаривать никто не посмеет. Все семьи будут собираться только во время Очищения.

Девушка его совершенно не стеснялась. Да и о каком стеснении могла идти речь, если после возвращения в поместье Кирам никуда Антию от себя не отпускал.

Каждый вечер он проверял комнату Брин как одержимый, чтобы убедиться, что там безопасно. Вокруг поместья, прямо на земле были начерчены защитные символы, что не позволили бы ни одному магу телепортации просто прыгнуть внутрь. Это стоило лорду Волену целое состояние, но какая разница?

Одно только воспоминание о Брин, испуганной, разбитой и рыдающей на его плече, перечеркнуло все его сомнения. Этот дом должен был быть безопасным для его дочери и будущей жены.

Это крепость, убежище, где все они должны были чувствовать себя в безопасности.

Кирам не позволял Антии спать в ее комнате. Только в своих покоях.

Первое время лорд сидел в кресле у кровати, не в силах заснуть. Он снова и снова прокручивал в голове все, что мог бы сделать иначе.

Что мог обезопасить дом раньше, что был слеп и глух ко всем доводам собственного чутья. Чуть не потерял дочь. Антию. Едва не допустил тьму в этот мир. Слепая удача, что Антии удалось убедить сущность кристалла помочь им.

А что, если бы она не смогла?

А что, если?..

И эти «что, если» крутились в его голове ночь за ночью, не давали покоя и медленно превращали Кирама в бледную тень самого себя.

«И в один из таких вечеров, когда он в очередной раз занимался самокопанием, Кирам почувствовал на плече слабое прикосновение.

Подняв голову, он тяжело вздохнул, заметив, с каким волнением и сожалением Антия на него смотрит.

— И сколько это будет продолжаться, Кирам?

Ее тихий вопрос повис в воздухе.

— Я не могу уснуть, — просто ответил лорд. — Мне кажется, что ничего еще не закончилось.

— И потому ты изводишь себя, чтобы в случае нового нападения свалиться в первой же битве? — ее шутливый тон уколол мужчину крохотной иголкой раздражения. — Ты уже сделал все возможное, чтобы обезопасить поместье. Вокруг комнаты Брин три контура защиты. Никто не сможет сюда попасть, поверь.

— Вы слишком легко ко всему этому относитесь, тесса Брея, — его холодный тон произвел совсем не такой эффект, на который Кирам рассчитывал.

Антия опустилась на широкий подлокотник кресла, и лорд уловил призрачный сладкий запах, который успел стать его вечным спутником. Он чувствовал его повсюду, ведь Антия превратилась в настоящую, нерушимую часть его семьи и крохотные корни ее присутствия проросли во всем доме.

Тонкие пальцы пробежали по его волосам, и Кирам почувствовал себя непослушным ребенком, которого пытались успокоить лаской и вкрадчивым тоном, а волк внутри довольно заурчал. Зверю нравилось, когда его гладили.

Пушистый предатель, совсем не умел быть серьезным.

— Наоборот, я очень серьезно ко всему отношусь, — тихий, вкрадчивый голос проехался по коже теплым бархатом. — И я вижу, что ты делаешь все возможное, чтобы защитить свой дом. В этой голове, — она постучала по его виску кончиком пальца, — бродят всякие глупые мысли. И ты знаешь, что они глупые, но слишком упрям, чтобы признать это.

— Лучше вам пойти спать, тесса.

Антия усмехнулась и наклонилась немного, чтобы коснуться губами лба Кирама.

— Я не могу спать, пока ты сидишь в кресле и сверлишь меня взглядом.

— И что ты предлагаешь?

От ее улыбки у Кирама перехватило дыхание. Рука Антии застыла в его волосах, а голос упал до тихого мягкого шепота:

— Предлагаю перестать думать о глупостях и лечь спать вместе со мной. Как вы смотрите на это, лорд Волен?

Антия тихонько вскрикнула, когда он поднялся прямо с ней на руках, без каких-либо усилий удерживая хрупкое тело.

И Кирам не мог не признать, что все его волнения отошли на задний план, вот только поспать в эту ночь им так и не удалось.»

— Я все еще считаю, что тебе не стоило видеть меня до церемонии, — голос Антии вырвал его из воспоминаний. Из зеркала на Кирама смотрела совершенно невероятная женщина, и, легонько прищурившись, Антия глянула на него с легким неодобрением.

– Глупые предрассудки, — невозмутимо проговорил лорд, застегнув последнюю жемчужную пуговку. — Моей силы воли недостаточно, чтобы удержаться.

Отведя в сторону крохотный завиток мягких волос, Кирам прижался губами к нежной шее, вдыхая полной грудью мягкий аромат.

Внутри все сжалось от болезненного счастья и страха одновременно. Правда, он не хотел портить Антии настроение, тем более она не уставала убеждать лорда, что все в порядке, что ничего им не угрожает.

Пока что.

Впереди еще много работы: предстояло что-то сделать с артефактами, обезопасить их, проверить хранилище под дворцом и убедиться, что ни одна живая душа, кроме хранителей…

— Надеюсь, вы готовы, лорд Волен.

Кирам улыбнулся, отгоняя все мрачный мысли.

Сегодня — особенный день и никакие темные предчувствия не смогут омрачить его.

— Это вам стоит подготовиться, тесса Брея, — заявил он, прижимая Антию к себе. — Вам предстоит остаться со мной до конца своих дней. Терпеть мою мрачность и нервозность.

— Какой кошмар! — девушка прижала ладони к щекам и округлила глаза. Вот только улыбка выдавала ее с головой. — Мне предстоит лечить вас от мрачности. И как настоящий целитель я не смогу отступить, пока вам не станет лучше!

* * *

Они решили провести церемонию прямо в саду. Над головой шелестели древесные кроны, воздух полнился ароматом цветов, а служитель Единого — немолодой мужчина в красно-белой мантии — смотрел на Антию и Кирама с теплой улыбкой.

Брин стояла возле него с крохотной подушечкой в руках, на которой покоились кольца из белого люза. Кирам настоял, чтобы они были именно из этого минерала. Считалось, что этот камень мог поглотить любую магию и обернуть ее против врага.

Антия только глаза закатывала, но не спорила. В конце концов, именно Кирам недавно считал, что каменная магия — выдумка и больше основана на самовнушении, но стоило только поисковому талисману сработать, как он сам прошерстил все книги в библиотеке и выбрал люз.

Хотелось лорду именно такие кольца — так пусть.

Антия была только рада уступить и видеть, как медленно из взгляда и движений лорда уходит напряжение.

Служитель говорил о будущем, о болезни и здравии, горе и радости. Когда он спросил, готов ли Кирам взять Антию в жены, девушка застыла и внутри нее искристой радостью вспыхнуло его уверенное «да».

В глубине души она все это время сомневалась в его решении, но сейчас, глядя на лорда, что стоял посреди сада с высоко поднятой головой — сильного, смелого и готового ради нее и дочери на все, — Антия почувствовала, как к глазам подкатывают слезы.

Она даже не заметила, как служитель повернулся к ней, и, несколько раз моргнув, сказала свое «да» и почувствовала, что ее руку сжимают теплые пальцы Кирама.

Брин шагнула вперед — и лорд, подхватив кольцо, надел его на палец девушки. Оно село как влитое, созданное по ее мерке, и Антия впервые ощутила себя окруженной плотным защитным коконом.

Она в безопасности.

И впереди ее обязательно ждет только хорошее.

— Можете поцеловать невесту, — улыбка служителя стала шире, а в теплых карих глазах вспыхнули смешинки.

Кирам наклонился, осторожно коснулся подбородка девушки и накрыл ее губы своими, давая молчаливое обещание защищать и беречь.

Как он и сказал раньше — до конца ее дней, до самого конца.

И эта мысль Антии очень нравилась.

Конец

Content

Няня для Лорда, или Здравствуйте, я ваша новая проблема!
Кристина Корр

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Эпилог