Наталья Горячева

Сто шагов к вечности

Книга 1

Любовно-фантастический роман

Наташа

Глава 1

Я проснулась от яркого солнечного света. Через штору, которая была прикрыта неплотно, лились тёплые лучи. Я открыла глаза и прищурилась, свет бил прямо в глаза. Отвернувшись от окна, я села на кровати, приходя в себя. Как хорошо просыпаться у бабушки в деревне по утрам! Я приехала неделю назад, в Карелию, в деревню под названием — Куликово, погостить у любимой бабушки — Шведовой Марии Михайловны.

Я любила эти места, так как они для меня были родными. Я проводила свои каникулы каждое лето в Карелии, и эта деревня, поистине, стала для меня второй родиной. Но это лето возможно последнее. В этом году я окончила школу, и мне предстояло поступление в ВУЗ. Ну а пока, я наслаждалась отдыхом.

В Куликово у меня были две закадычные подруги: Таня Никконен и Наденька Шац. Мы дружили с самого раннего детства, таких близких подруг у меня не было даже в школе, в городе Эсно, где я жила с родителями.

Карелия мне очень нравилась, здесь были необыкновенной красоты озёра. В безветренную погоду, гладь озёр напоминало зеркало, в котором отображалось всё, что находилось на их берегах. Вокруг озёр стояли зелёные леса, их растительность была настолько пышной, что казалось, попасть в них было невозможно, настолько густым был лес.

Ещё одна достопримечательность Карелии — это скалистые сопки. Они были повсюду, в лесу и на берегах озёр, нависая над водой как огромные исполины. На солнце гранит переливался, как драгоценные камни, что в детстве меня сильно завораживало. Я собирала переливающиеся камушки и носила их в дом, что вызывало недовольство моей бабули.

После сна, в душе остался неприятный осадок, и я начала вспоминать, чем это вызвано. Ну да, конечно, мне приснился странный сон. Мне снился лес, и тропинка, по которой я шла, вела непонятно куда. В лесу было так темно, что я с трудом угадывала дорогу. По обеим сторонам тропинки рос высокий папоротник, который к моему удивлению цвёл большими и очень красивыми цветами. Их свет тускло мерцал в темноте, как разноцветные фонарики.

«Какой необычный сон» — подумала я. Было что-то пугающее в нём. Странная тишина и мрак тёмного леса пугали меня. Объяснение можно было найти, почему мне это приснилось. Вчера со своими подругами мы долго обсуждали предстоящий праздник Ивана Купалы, который вся молодёжь деревни отмечала каждый год, но я его буду справлять впервые. Мы засиделись допоздна с Татьяной и Надеждой, обсуждая наряды, в которых мы будем на празднике. Татьяна рассказала, что на Ивана Купала цветёт папоротник, вот только этого явления никто и никогда не видел, но поверье такое существовало. Праздник Ивана Купалы, мы решили объединить с праздником окончания школы, тем самым убив сразу двух зайцев. Вся молодёжь деревни, а это человек тридцать, решили начать с танцев в клубе, а к полуночи решено было идти на поляну, которая находилась в пяти километрах от деревни на берегу озера. Там мы собирались жечь костры, и по обычаю этого праздника, прыгать через огонь и загадывать желания. Ещё в планы праздника входили фейерверки, и конечно шашлыки.

С кухни послышался бабушкин голос:

— Наташенька, ты проснулась? Спускайся, завтрак на столе, я в огород пошла.

Я спустилась вниз и вышла во двор. Глянув на градусник, висевший под навесом дома, я ахнула, температура в тени была плюс тридцать градусов! Лето в этом году было необыкновенно жарким. Я умыла лицо и пошла на кухню, где на столе стояли мои любимые блинчики и банка парного молока, которое каждое утро нам приносила бабушкина знакомая — Вера Петровна.

Позавтракав, я вспомнила, что сегодня обещала Татьяне шить платье к празднику, поэтому, помыв быстро посуду, я пошла собираться. Надев шорты и футболку, я посмотрела на себя в старенькое трюмо, и довольная своим видом стала расчёсывать волосы. Волосы были моей гордостью: светлые и густые, они слегка вились на кончиках, спадая до талии красивыми локонами. Я была натуральной блондинкой, о чём мечтала каждая вторая девчонка, но у меня это было от природы, в наследство досталось от отца, тоже натурального блондина.

Глаза тоже были папины — серые, а вот фигура явно мамина. Я повертелась возле зеркала и отметила про себя, что подростковая худощавость ушла и приобрела приятные округлые формы, особенно грудь, она точно стала на размер больше. Ноги у меня были длинные и успели уже загореть. Заметно обозначилась талия.

«Приеду в город, девчонки обзавидуются» — подумала я, и улыбнулась себе в зеркало, на щеках тут же появились ямочки. Захватив небольшую сумочку, я направилась к подруге.

Таня с Надей сидели во дворе дома и о чём-то весело щебетали.

— Привет, о чём разговариваете? — подошла я к ним.

Они встрепенулись и встали.

— Мы обсуждаем праздник и платья, в которых там будем, — ответила Надя. — А ты, Наталья, в чём будешь?

— Не знаю, наверно надену синее платье, выбора особого у меня нет.

— О да! — воскликнула Таня, — надень его обязательно, оно тебе очень идёт, и синий цвет тебе к лицу!

— У меня тоже особого выбора нет, — вздохнула Надя, — пойду в своём розовом, в котором я на выпускном балу в школе была.

— А что, оно на тебе здорово сидит, конечно, одень, — поддержала её Таня и потянула нас в дом. — Всё девчонки, хватит болтать, пора браться за работу.

Мы вошли в дом, где оказалось свежо и прохладно. Расположившись в комнате Тани, мы принялись за дело. За разговорами и шутками, мы и не заметили, что уже наступил полдень, и платье Татьяны было практически сшито.

— Осталось немного, я думаю, ты теперь справишься сама, — Надя встала и стряхнула с себя нитки.

— Конечно, справлюсь! Спасибо девочки, вы мне очень помогли, — Таня была довольна работой и с удовольствием примерила платье.

— Девчонки, а может, о парнях поговорим? — предложила Надя.

— О каких парнях ты хочешь поговорить? — спросила я.

— Конечно, о наших деревенских, можно и о городских, они, кстати, тоже на праздник приедут. Вот тебе Наташа, кто нравится из наших парней?

— Да я как-то не знаю, не обращала внимания, — растерялась я.

— Так уж и не обращала? А Серёга Маковский? Он тебя как-то до дома провожал, я помню, — напомнила мне Таня.

— Да, конечно, провожал. Но это было всего один раз и то прошлым летом, Таня, — отбила я атаку подруги.

— Ну, так закадри его. Он парень видный, хоть будет тебе с кем время проводить. А так без парней скучно, — скорчила она рожицу.

— Не знаю, он мне как-то не очень, — сделала я кислую физиономию.

— Ты у нас городская! Зачем тебе деревенские парни? Тебе подавай принца на белом коне! — Татьяна насмешливо посмотрела на меня.

— Не говори ерунды, Таня. Я не думала ещё, ни о городских ни о деревенских. А у вас парни, значит, есть? — перевела я разговор в другое русло.

— Пока нет, но я думаю, может быть с Сергеем Петровым попробовать, он всегда так смотрит на меня, и подмигивает. Думаю, я ему нравлюсь, и если честно, он мне тоже, — призналась Надежда.

— Вот и действуй, — подбодрила я подругу.

— Ну, а ты, Танюха, с кем бы хотела встречаться? — спросила Надя.

Она отвернулась:

— С кем, с кем… ни с кем!

Надя надула губы:

— Ну, уж нет! Я про себя всё рассказала, теперь твоя очередь, давай колись!

Татьяна нервно переступила с ноги на ногу.

— Ну, хорошо. Мне нравится Саня Сергеев. Вот только не знаю его мнения насчёт меня.

— Желаю вам удачи, — подтрунила я над подругами.

— Девчонки, а пойдём на озеро купаться, жара, вон какая стоит, — предложила Надя.

— Да точно, пойдёмте на озеро, — поддержала идею Татьяна.

— Девочки, я не взяла купальник, так что я не иду, — ответила я.

— Это не проблема. Мы пойдём туда, где нас никто не увидит, и будем купаться голышом, — обняла меня за плечи Татьяна.

— Отлично! — воскликнула Надя. — Наташа, ты как?

— А нас точно никто не увидит? — с сомнением переспросила я.

Таня склонила голову на бок.

— Не беспокойся, пляж безлюдный. Мы уже там с Надюхой купались. Нас точно никто не увидит.

— Хорошо, — согласилась я, — но вся ответственность лежит на вас.

Мы шли по лесной тропинке минут пятнадцать.

— Ну, и где ваш пляж, где «нас никто не увидит?» — спросила я.

Надя, пробираясь через кусты, ответила:

— Не волнуйся, мы уже пришли почти.

Минут через пять деревья расступились, и мы вышли к берегу озера, на небольшой песчаный пляж, который был скрыт лесом. Небольшой залив озера вдавался в лес, поэтому он был незаметен. Танюха радостно оповестила нас, что мы на месте.

— Ну, что, девчонки, раздеваемся? Нас тут точно никто не увидит, — и она быстро стала раздеваться.

Надюха последовала её примеру. Я тоже разделась и вошла в воду по колено. После знойного солнца, вода показалась очень холодной и у меня поползли мурашки по всему телу. Девчонки с визгом бросились в воду, окатив меня фонтаном холодных брызг. Не раздумывая больше, я набрала воздуха в лёгкие и нырнула. Под водой было очень красиво, каждый камушек был как на ладони. Небольшие стайки мелкой рыбёшки, плавали недалеко от меня. Я вынырнула и обернулась, подруги плыли прямо за мной.

— Наталья, ты отлично ныряешь! Где научилась? — крикнула Надя.

— Дома у себя, в Эсно. У нас там есть большой бассейн, в который меня родители водили несколько лет.

Татьяна с восторгом заметила:

— Это здорово! А я хоть и родилась возле озёр, а плавать, как ты, так и не научилась.

— Нужен хороший тренер, — ответила я.

— Да, наверно, нужен тренер, — согласилась она.

Тело привыкло к воде, и теперь казалась очень тёплой. Неподалёку виднелся небольшой островок, и я решила сплавать туда, ради разнообразия.

— Наталья, ты куда? — окликнула меня Таня. — Не плыви туда, это может быть опасно!

— Ничего страшного, я быстро, только посмотрю что там, и обратно, — крикнула я ей в ответ.

Чем ближе я приближалась к островку, тем холоднее казалась вода. Ну вот, наконец-то добравшись до берега, я стала выбираться на сушу. Дно оказалось глинистым, и мои ноги заскользили. С трудом выбравшись на берег, я села на зелёную лужайку, отдыхая после заплыва.

Немного полежав, я решила осмотреть островок, в надежде найти на нём ягоды или грибы. Недалеко от воды виднелся лесок, к нему-то я и направилась, аккуратно раздвигая ветки и ступая по мягкому мху. Передо мной открылась небольшая полянка, на которой, к моему восторгу, росла земляника. Я присела и стала рвать ягоды, радуясь своей находке. Они были спелыми и сочными, я горстями клала их к себе в рот. Кругом стояла тишина, которую изредка нарушали птицы, перелетая с ветки на ветку и весело щебеча.

Вдруг, недалеко хрустнула ветка. Я перестала собирать ягоды и осторожно огляделась.

«Неужели здесь водятся звери?! — с тревогой подумала я и сама испугалась своих мыслей. — Не может быть, островок слишком мал для зверей».

Я встала и пошла по направлению звука. Очень аккуратно, я ступала по мягкому мху, так, что моих шагов не было слышно. Мне показалось, что слева от меня мелькнула чья-то тень. Я остановилась как вкопанная:

«Неужели всё-таки звери?! — пронеслось в голове. Нет, наверно это рыбаки. Подойду немного поближе, чтобы убедиться, что на берегу причалена лодка и сразу назад» — решила я.

Сделав три шага вперёд, я остановилась, прямо передо мной зашевелились кусты. Среди зелёной листвы и цветов, я увидела глаза человека, который внимательно смотрел на меня и как будто чего-то опасался. От неожиданности меня охватил ступор, я не могла сдвинуться с места. Всматриваясь в ярко-синие глаза человека, явно принадлежащие мужчине, я не могла оторваться от них, настолько прекрасными они были! Мужчина смотрел на меня, не отрываясь, а я не могла произнести ни слова. Мне казалось, что эти глаза зовут меня и манят к себе, каким-то волшебным образом. Очнулась я тогда, когда услышала крики подруг с противоположного берега, звавших меня. Я бросилась в лес, к месту, откуда я приплыла на остров. Нырнув в воду, я со всей силы начала грести в сторону нашего пляжа. Уже на берегу, я села на песок, тяжело дыша.

— Что за ерунда, Наталья?! Тебя не было минут двадцать! Мы подумали, что с тобой, что-то случилось! — Татьяна сердито смотрела на меня.

— Мы уже хотели бежать за помощью! — добавила Надя.

— Простите, девчонки, — переводя дыхание, сказала я. — Там, на острове, я нашла поляну с ягодами, ну и увлеклась. Опомнилась только тогда, когда крики ваши услышала.

Про то, что я увидела в лесу человека с необыкновенными глазами, я промолчала, не давая повода подругам, ещё больше наброситься на меня с обвинениями в неосторожности.

— Больше так не делай, и не пугай нас, — уже мягче сказала Татьяна.

— Обещаю, больше такого не повторится, — заверила я подруг.

— Я проголодалась, может, пойдём домой? — предложила Надя.

— Конечно, пора уже, — я стала собирать вещи.

Одевшись, мы направились в деревню. По дороге домой, я всё время молчала, вспоминая о человеке с ярко-синими глазами.

«Кто это мог быть? В деревни мне не встречались люди с такими глазами» — думала я.

Тут я вспомнила, что когда я встретила этого человек, то была совершенно обнажена! Кровь прилила к моему лицу.

«Надо же, как неловко получилось. Если в деревне поползут об этом слухи, я сразу узнаю, кто это был, — решила я. — Ладно, что было, то было» — попыталась я саму себя успокоить.

До деревни мы дошли быстрее, чем я ожидала. Это наверно потому, что я была занята своими мыслями. Бабушкин дом стоял в некоем отдалении от деревни, на опушке леса, поэтому домой я дошла первой. Попрощавшись с подругами и договорившись о новой встрече, я поспешила к дому. Из калитки навстречу мне вышла бабушка:

— Наталка, где ты ходишь столько времени? Обед уже прошёл.

— Извини, бабуля, у Татьяны засиделись, платье ей шили к празднику, а потом ходили на озеро освежиться.

— Ну ладно, иди, разогрей себе обед, а я пойду, прилягу, намаялась за день. Вечером помоги мне грядки прополоть, — и она, охая, ушла к себе в комнату.

Пообедав я поднялась к себе, переоделась в лёгкий халатик и прилегла на кровать. Я вспомнила незнакомца, с синим, как небо глазами. Они были прекрасны! И какие-то неземные!

«Кто же это мог быть? — ломала я голову. Надо бы у девчонок спросить, возможно, они знают, кто у них в деревне имеет такой необычный цвет глаз».

Я включила плеер и надела наушники. Полилась спокойная, тихая музыка, закрыв глаза, я провалилась в сон. Снились мне всё те же синие глаза. Во сне я хотела подойти к ним ближе, но они как по волшебству, постоянно отдалялись от меня.

Проснулась я от того, что кто-то теребил меня за плечо. Я открыла глаза и увидела перед собой бабушку. Она что-то говорила мне, но я не могла её понять, пока не обнаружила, что у меня в ушах наушники, в которых я уснула. Я сняла их.

— Что, бабушка? Я не слышу.

— Я говорю, вставай, что ночью делать будешь? Пойдём, поработаем в огороде, — и она стала спускаться по лестницы вниз.

— Бабуль, я встаю, — крикнула я ей вслед.

Остаток вечера прошёл быстро. Мы пропололи все грядки в огороде и наносили воды для полива. Наспех поужинав, я ушла к себе в комнату и, включив компьютер, стала просматривать почту. Два письма пришло от подруг по школе, они хвастались, что поступили в престижные Вузы Москвы. И ещё одно письмо от мамы, она просила меня связаться с ней по скайпу. Я позвонила ей на скайп, и она тут же появилась на мониторе моего компьютера.

— Доченька, здравствуй! — начала она взволнованно. — Ну, как ты там? Как бабушка? У вас всё хорошо?

— Всё хорошо, мама. Живы, здоровы. Как вы там с папой?

— Всё нормально у нас. Хотели на недельку приехать к вам, да папу на работу вызвали, как всегда не дают отдохнуть ему.

— Мне жаль. Здесь так хорошо! Вам бы с папой не мешало бы отдохнуть, — с сожалением произнесла я.

— Чем ты занимаешься у бабушки? — поинтересовалась мама.

— Помогаю ей в огороде и по дому. А ещё, ходим с девчонками на озеро купаться. Скоро в деревне праздник Ивана Купалы, бабушка разрешила мне в этом году присутствовать на нём.

— Хорошо, Наташенька, отдыхай перед учёбой, и будь осторожна.

— Мама, я как всегда осторожна, не переживай.

— Ну ладно, не буду отнимать у тебя время по пустякам. Пока, я люблю тебя, дочка.

— Я вас тоже люблю, мама.

И она отключилась.

Глава 2

Подготовка к празднику прошла, и мы с подругами целыми днями проводили на озере. Татьяна сгорела на солнце и теперь сидела с полотенцем на плечах, жалуясь на то, что кожа на спине слезает.

— Вот как теперь, я появлюсь на празднике с такими плечами? Да ещё и платье открытое! — сетовала она.

— А я тебе говорила, не сиди долго под солнцем, — вмешалась Надя.

— Говорила, говорила. Сейчас-то что делать? — надула она губы.

— Сметаной смазывай плечи, смотришь, к празднику всё пройдёт, — посоветовала я.

Я лежала и смотрела на скалу, находившуюся недалеко от пляжа. На скале стояли какие-то люди и я, от нечего делать, наблюдала за ними. Вдруг один из них разогнавшись, прыгнул вниз в воду. Я привстала на локтях, чтобы посмотреть, выплывет он наверх или нет. Он выплыл и размашистыми движениями рук, поплыл к берегу.

— Тань, — я толкнула подругу локтем в бок, — ты видела?

— Что? — она подняла голову.

— Вон там, на скале, видишь, какие-то парни стоят? Один из них прыгнул сейчас со скалы в воду, — я указала пальцем в их сторону.

— А, эти! Они всегда прыгают с неё, — махнула она рукой, потеряв к ним интерес.

— Это наверно здорово, и жутко страшно. А кто эти парни? — кивнула я головой.

— Не знаю, я с ними не знакома, — лениво ответила она. — А что, ты там на кого-то глаз положила? Можем сходить познакомиться с ними, если хочешь.

— Я бы сходила, но не знакомиться. Просто хочется посмотреть с этой скалы вниз и оценить риск прыжка с неё, — мечтательно произнесла я.

— Да ладно тебе, Наталья. Мы все свои, не стесняйся. Пойдём, сходим к ним, может, с кем-нибудь познакомишься, — она встала, стряхивая с себя песок. — Ну что, идёшь?

— Конечно, пойдём, сходим. Прыгать с такой высокой скалы, наверно очень интересно, — я поднялась вслед за ней.

— Я не пойду, — подала голос Надя, — лучше я позагораю.

— Тогда мы оставим здесь свои вещи, раз ты остаёшься, — Таня пододвинула поближе к ней сумки, и мы направились в сторону скалы.

Подъём занял у нас минут десять и вот мы уже наверху. У меня захватило дух от этого великолепия, которое открылось мне! Солнечные лучи играли на водной поверхности, отчего вода в озере переливалась как бриллиант! Далеко на горизонте виднелись небольшие островки, заросшие густым зелёным лесом. Лодки рыбаков, словно игрушечные, сновали взад и вперёд по глади озера. Когда мы поднялись, ребята, стоявшие там, обернулись.

— Что, девчонки, тоже хотите понырять со скалы? — спросил невысокий парень в шортах.

— Нет, что вы, мы так просто посмотреть хотим, — испуганно, сказала Таня.

— Тогда может, познакомимся, раз вы здесь? — спросил он.

— Можно и познакомиться, почему бы и нет, — легко согласилась подруга.

— Я — Саня, — парень протянул руку Тане, а потом и мне. — А это — Колян, — показал он рукой на парня, стоявшего в стороне.

Колян кивнул нам головой, расплываясь в улыбке.

— Я — Таня, а это моя подруга — Наташа. Вы откуда ребята?

Саня был более разговорчив, чем Коля и на все вопросы отвечал первым.

— Мы из соседней деревни, приехали порыбачить, ну и понырять с этой скалы. А вы откуда?

— Я тут живу — в Куликово. А Наталья, приехала к бабушке в гости, она не местная.

Послышался шорох, и все обернулись. На скалу поднялся ещё один их друг. Парень был высокий, атлетического телосложения, с чёрными, как смоль волосами. Он подошёл и поздоровался.

— И как это к нам таких красавиц занесло?! — его губы скривились в ухмылке.

— Да вот, решили посмотреть на озеро сверху, — робко ответила я.

Саня тут же спохватился и представил нас парню:

— Это Таня и Наташа.

— Я — Влад, — коротко бросил он и подошёл к Татьяне, пожав ей руку. Затем повернулся ко мне и пристально посмотрел на меня, взяв мою руку в свою ладонь: — Я так понимаю, ты Наташа?

Я кивнула, смутившись от его смелого жеста. Он взял мою руку и, похоже, не собираясь её отпускать. Набравшись храбрости, я посмотрела ему в глаза, тем самым давая ему понять, что его рукопожатие сильно затянулось и что пора бы отпустить мою руку.

Я поразилась, насколько чёрными были у него глаза, такими же, как и его волосы — угольно-чёрными. Невольно я поёжилась под его взглядом и, высвободив руку, подошла к подруге поближе. Он усмехнулся своей кривоватой улыбкой, от которой мне стало не по себе. Он ещё какое-то время смотрел на меня, а потом предложил:

— Может, нырнём со скалы вместе?

— Нет-нет, — затараторила Таня, — мы просто посмотрим и уйдём.

Влад перевёл взгляд на неё:

— Я спросил Наталью, а не тебя.

Таня съёжилась от его ледяного тона и уставилась на меня, ожидая, что я отвечу?

— Да я даже не знаю. Конечно, хотелось бы, но я обещала подругам не делать глупостей, — нерешительно ответила я.

Татьяна от неожиданности открыла рот, не зная, что сказать. На её лице было написано возмущение.

— Брось, ничего тут опасного нет. Адреналин просто захватывает! Это здорово! Давай, не бойся, — Влад растянулся в улыбке.

Я виновато смотрела на подругу, ища её поддержки.

— Делай, как хочешь, — с раздражением сказала она.

Я подошла к краю скалы, и у меня захватило дух. С такой высоты я ещё не прыгала!

— Ну, кто первый? — подмигнул мне Влад.

— Давай ты, — отошла я от края, уступая ему место.

— Хорошо, я жду тебя внизу, — и он бросился со скалы вниз головой.

Он так красиво нырнул, что я невольно залюбовалась его прыжком. Набрав воздуха в лёгкие, я шагнула вперёд и практически сразу оказалась в воде. Под водой я открыла глаза и посмотрела вверх. Сквозь толщу воду пробивались солнечные лучи, и я стала подниматься наверх. Когда я вынырнула, меня ослепил солнечный свет, и я невольно зажмурилась, убирая волосы с лица. Тут я почувствовала, как кто-то обнял меня за плечи и, обернувшись, увидела Влада. Он, как и обычно, криво улыбался:

— А ты смелая, уважаю таких девушек. Помочь тебе доплыть до берега?

— Не надо, — смущённо отстранилась я от него, — я хорошо плаваю, справлюсь.

— Ну как знаешь, — сказал Влад и поплыл к берегу.

Я не спеша поплыла за ним. Выбравшись на берег, я села рядом с ним на песок, где он развалился, нисколько не стесняясь меня.

— Ты — Наташа Шведова, внучка Марии Михайловны, — начал он без всяких вступлений.

Я удивлённо посмотрела на него:

— А ты откуда знаешь?

— Я давно тебя знаю, ты приезжаешь сюда каждое лето. Но ты последнее время сильно изменилась, ты стала настоящая красавица, — он прищёлкнул языком.

Я, смутившись, отвернула лицо.

— Тебя я вижу первый раз. Откуда ты?

— Я не живу в этой деревне, — начал он как-то лениво, — мой дом на хуторе, недалеко от места называемого «Махначка». Может, слышала?

— Это же далеко отсюда, я думала, там никто не живёт уже.

— Там живу я и вся моя многочисленная семья, — он сузил глаза, внимательно разглядывая меня.

Я смело посмотрела ему в глаза, в надежде, что он поймёт и перестанет пялиться на меня. Но он даже не пошевелился, продолжая смотреть на меня, каким-то странным взглядом. Я тоже не хотела сдаваться и продолжала смотреть ему в глаза. Минуты три мы смотрели друг на друга, пока он не нахмурил брови и не произнёс:

— Странно.

— Что странно? — спросила я.

— Ничего, — он казалось, о чём-то напряжённо думал.

— Пора идти, а то подруги будут волноваться, — я встала и отряхнула песок.

— Ты придёшь на праздник Ивана Купалы? — он поднялся вслед за мной.

— Да, мы собираемся с девчонками, — ответила я.

— Прекрасно, значит, увидимся там, — он опять криво улыбнулся, смерив меня взглядом.

Я по инерции кивнула головой.

— Считай, что ты согласилась на свидание, со мной, — усмехнулся он и быстро зашагал к скале, не дав мне ни минуты на размышление.

Я хотела ответить и уже открыла рот, но потом махнула рукой, наблюдая, как он уходит. Парень он, конечно, был очень красивым. Но что-то настораживало меня в его хищном взгляде, и его поведение было не совсем безупречным для первой встречи с девушкой. Татьяна уже спустилась вниз и направлялась в мою сторону.

— Наталья, ну как, познакомилась поближе с Владом? Как он тебе? По-моему он красавчик. Он назначил тебе свидание?

Я закатила кверху глаза:

— Да, мы договорились встретиться на празднике.

— Отлично, вот и у тебя нашёлся парень! Я тоже без парня не останусь. Саня предложил мне праздник отметить вместе, — похвасталась она.

— Поздравляю, Таня, — отстранённо ответила я.

— Ты что такая хмурая? Он что, нахамил тебе? — подруга заглянула мне в глаза.

— Нет. Но я не уверена, что захочу дружить с Владом.

— Да ты что, Наталья! Посмотри, он же красавец! Не упускай свой шанс!

— Я подумаю, — уклончиво ответила я. — Пошли, пора возвращаться домой.

Придя домой, я пошла в огород, помогать бабушке. Увидев меня, она обрадовалась, и начала радостно рассказывать мне, что звонила мама, что она скучает по нас и как занят папа на работе. Я автоматически кивала головой, практически не слушая её. Я думала о Владе и о его необычно чёрных глазах.

«Что-то в последнее время мне встречаются люди с необычными глазами» — подумала я.

Но у Влада, они были пугающе чёрные и не очень приятными. Глаза были какими-то отталкивающими, несмотря на его необычную красоту. Другое дело парень с синими глазами! Они были у него добрые и не внушали страха. Вспоминая его, я невольно улыбалась, хотя обладателя этих прекрасных глаз я не видела.

Этой ночью они мне снились. Передо мной, в неясной форме, всплывал образ их обладателя. Картинка была нечёткая, но я запомнила, что парень был высоким и, по моему мнению, необыкновенно красивым. Я пыталась подойти к нему поближе и рассмотреть его, но он постоянно исчезал и появлялся в другом месте. Проснулась я рано, и долго лежала, вспоминая свой сон.

«Чем же эти глаза так зацепили меня, что я не могу их забыть? Несмотря на то, что самого парня я не видела?» — размышляла я, и не находила ответа на свой вопрос.

«О чём я думаю! Мне всё равно уезжать в августе отсюда, какие могут быть парни!» — пыталась я выкинуть всё из головы, но вольно или невольно, я вспоминала того, чьи глаза так меня приворожили.

Мне бы хотелось встретить его на празднике и возможно познакомиться. Ну, хотя бы увидеть кто это! Я мысленно представляла нашу с ним встречу. Вспомнив Влада, я поморщилась: «И зачем я только кивнула ему в знак согласия, встретиться с ним на этом празднике? Так он может спутать все карты мне». Настойчивость Влада совсем не радовала меня. До праздника оставались считаные дни, и я надеялась на благополучный исход дела.

Глава 3

Через два дня мы собрались с подругами за ягодами. Небо было пасмурным с утра, и я надеялась, что дождя всё-таки не будет. Быстро позавтракав, я взяла ведёрко и направилась к сельскому магазину, где Таня с Надей ждали меня.

— Наверно будет дождь, — сказала Надя и посмотрела на небо.

— Мы ненадолго, я думаю, мы успеем набрать ягод и вернуться домой, — ответила ей Таня.

Поднялся ветер, предвещая дождь с грозой.

— Пойдёмте. Пока дождь соберётся, мы успеем вернуться, — скомандовала Таня, и мы направились в сторону озера, как раз к той скале, на которой я познакомилась с Владом.

В прошлый раз, поднимаясь на эту скалу, мы с Таней заметили вокруг неё много ягод, туда-то мы и решили сходить сюда. Углубившись в лес, мы пошли по тропинке ведущую к скале, за которой находился пляж. Прибыв на место, и немного отдохнув, мы начали собирать ягоды. Я, то и дело бросала свой взгляд на скалу, вспоминая свой прыжок и тот выброс адреналина в кровь, который вызвал во мне свободный полёт, как мне тогда показалось в «никуда».

Я вздохнула: «Когда ещё придётся, хотя бы раз, прыгнуть с неё?» Желание было настолько сильным, что я хоть сейчас согласилась прыгнуть, если бы представилась такая возможность. Я любила всё, что было связано с риском! Как будто, я бросала вызов неведомым силам! Я испытывала необъяснимый восторг во всём теле, когда мне удавалось сделать, что-то сверхординарное. И теперь я посматривала на эту скалу с сожалением, потому что знала, мои подруги не одобрят мой порыв прыгнуть с неё сейчас, если только рядом вдруг не окажется Влад. Вспомнив о нём, я содрогнулась. И чего Татьяна нашла в нём хорошего? Да, он был красивым, его тело было как у атлета. Но разве это было важно в парне? Я вспомнила его чёрные глаза. За этой чернотой, почти не видно было белков глаз. И эта его ухмылка наглая, она раздражала меня и в тоже время пугала. И ещё этот взгляд, от которого бегут мурашки. Он смотрел на меня, как хищник на добычу. Подруги о чём-то оживлённо беседовали, не замечая моего отсутствующего взгляда.

— Наталья, я правильно говорю? — крикнула мне Таня.

— О чём это вы? — растерянно спросила я.

— Да ты нас совсем не слушаешь? — с обидой сказала Надя.

— Так о чём это вы? — переспросила я.

— Таня говорит, что ты на этой скале познакомилась со сногсшибательным парнем? Его, кажется, Влад зовут. Это, правда?

— Для кого-то, он может быть и сногсшибательный парень, — я посмотрела на Таню, — но не для меня.

Татьяна поджала губы:

— Да ладно тебе, Наталья. Парень он что надо, ты просто привередничаешь, вот и всё.

Я не хотела говорить им о моих опасениях насчёт Влада, подумают ещё, что я ненормальная.

— Он назначил тебе свидание? — продолжала допытываться Надя.

— Мы договорились встретиться с ним на празднике. Но это не важно, я всё равно уеду в августе учиться, к чему эти временные романы с парнями?

— Ну, ты же будешь приезжать к нам на каникулах или на праздники?

— Наверно буду, но он, скорее всего, забудет, к тому времени обо мне, — я снова взглянула на скалу.

— Наташ, ты чего постоянно пялишься на неё? Влада вспоминаешь? А говоришь, что он не понравился тебе, — усмехнулась Таня.

— Я не Влада вспоминаю, а то, как я прыгнула с неё, — огрызнулась я.

— И что, ещё хочешь прыгнуть? — подозрительно спросила она.

— Я бы не отказалась. Хоть сейчас! А то, когда ещё придётся, — с надеждой произнесла я и посмотрела на подруг. — В прошлый раз я неплохо справилась и сейчас могу, запросто.

— Ну, ты, Наталья рисковая, — Надя покачала головой.

— Вообще-то, мы пришли ягоды собирать, а не купаться, — заметила Татьяна.

— Да мы уже почти по ведру собрали! Вы можете не идти со мной, я одна поднимусь на неё. Идите к пляжу и ждите меня там, — я была настроена оптимистично.

Татьяна вытаращила на меня глаза:

— Ты что и правда, хочешь прыгнуть с неё, сейчас?!

— Да, а что тут такого? Ветер, правда, поднялся, но это нормально. На улице тепло, да и вода я думаю тёплая, — пыталась я оправдаться.

— Ну, смотри сама. Но одна ты не пойдёшь, я пойду с тобой, — сказала Таня, как отрезала.

— Я не против, пошли, — я обняла её в знак благодарности за поддержку.

— Я тоже пойду с вами — подала голос Надя.

— Без проблем, — ответила я и направилась к скале, подруги поспешили за мной.

Поднявшись наверх, я посмотрела вниз, волны показались мне маленькими, пенистыми буравчиками. Вдали, прогремел гром, и шквалистый ветер чуть не унёс мой платок.

— Наталья, может не надо? — осторожно сказала Таня.

— Не бойтесь, девчонки, это здесь наверху ветер такой сильный, внизу более спокойно. Гром ещё далеко гремит, мы успеем домой, до того как пойдёт дождь, — я быстро разделась и передала подругам одежду, оставшись в майке и трусиках.

— Идите вниз, и ждите меня там, — сказала я и прыгнула вниз, пока они не передумали.

Озеро приняло меня холодными объятиями, я даже не представляла, что вода будет настолько ледяной. Я вынырнула из воды. От выброса адреналина сердце бешено билось в груди.

— Ура, я сделала это! — закричала я во весь голос и тут же захлебнулась от набегающей на меня волны. Вынырнув, я поняла, что волны не такие уж и маленькие, как казалось мне сверху. Волна за волной, накатывались на меня, образуя у основания скалы небольшие воронки, которые засасывали всё, что в них попадало. Я пыталась плыть в сторону пляжа, но оставалась на месте, несмотря на все мои усилия. Ветер, казалось, сходит с ума, поднимая и бросая на меня большие волны. Я запаниковала и изо всех сил стала грести к берегу. Но всё было напрасно, небольшие воронки на воде тянули меня обратно к скале. Я была уже почти вплотную прижата к камням, не понимая, каким образом, я ещё нахожусь на поверхности, когда большая волна накрыла меня с головой. Я потеряла ориентацию, и меня потянуло вниз. Ужас охватил и сковал всё моё тело, я закричала и тут в рот мне полилась вода! Я стала захлёбываться, грудь пронзила острая боль и моё сознание помутилось. Внезапно я расслабилась, наступила полная тишина и спокойствие. Теряя сознание, я увидела перед собой глаза, ярко-синего цвета, и услышала прекрасный голос, говоривший мне:

«Не бойся, всё будет хорошо». Я почувствовала, как кто-то схватил меня за руку, и я медленно стала подниматься наверх. Сознание в этот момент покинуло меня.

Кто-то толчками давит мне на грудь. Чьи-то губы прильнули к моим, и сильный поток воздуха ворвался мне в лёгкие. Я открыла глаза в тот момент, когда незнакомый парень, прильнул к моим губам, делая мне искусственное дыхание. Я закашляла, и он отстранился от меня. Перед глазами всё плыло, и я не могла сфокусировать свой взгляд на нём, чтобы понять, кто это мог быть.

— Всё в порядке? — спросил меня парень, красивым, бархатным голосом, который я слышала под водой.

Я попробовала ответить, но язык меня не слушался, и я только промычала в ответ. Он положил мне руку на лоб и стал наблюдать за мной. Мне стало намного легче дышать, голова стала ясной, и зрение вернулось ко мне. Какое же было моё удивление, когда я увидела перед собой ярко-синие глаза моего спасителя! Это были те глаза, которые я видела на острове, во время моего небольшого путешествия туда. Молодой человек, со светлыми волосами, прекрасными глазами и не менее, прекрасным, красивым лицом! Я как будто онемела, от столь прекрасного образа, и не могла отвести от него глаз или вымолвить хоть слово.

Парень нахмурил брови и спросил:

— Вам что, до сих пор плохо?

От его голоса я вздрогнула и смущённо произнесла:

— Простите, мне наоборот очень хорошо, — и покраснела, поняв, что я сказала лишнее.

Парень улыбнулся, обнажив ровные, белые зубы и от его улыбки я опять впала в прострацию. Он потеребил меня за плечо:

— Вы уверены, что всё хорошо?

О, этот чудесный голос! Я слушала бы его как песню! Но, я взяла себя в руки, поняв, что я веду себя с ним довольно странно.

— Спасибо большое, что спасли меня, сама бы я не выбралась.

Он снова улыбнулся мне и сказал:

— Не прыгайте больше со скалы, для такой хрупкой девушки как вы, это опасно.

Какое-то время, мы ещё смотрели друг на друга. Его глаза были необыкновенно добрыми и располагающими к себе. Затем, он слегка пожал мою руку.

— Береги себя, — и быстро направился в сторону леса.

Я хотела окликнуть его, но тут услышала крики моих подруг. Они спустились вниз и бежали ко мне.

— Наталья, что случилось! — закричала Татьяна. — Ты же сказала, что будет всё хорошо, и ты неплохо плаваешь?!

— Девочки, всё хорошо, я на берегу, — поспешила я их успокоить.

— Да какое там «хорошо», мы видели, как ты тонула, а потом ушла под воду! Как ты умудрилась выплыть из этого кошмара?! — продолжала вопить подруга.

Я поняла, что парня они не видели, и решила не рассказывать им о моём спасителе.

— Но я же говорила, что неплохо плаваю, вот, выплыла.

— Да на тебе лица нет! Ты же воды наглоталась! — не унималась она.

— Наталья, если ты будешь такой безрассудной, мы с тобой дружить не будем! Пообещай нам, что ты больше не будешь рисковать своей жизнью, — потребовала Надя.

— Клянусь! — произнесла я торжественно и подняла вверх руку.

Домой мы добрались уже под дождём. Бабушка стояла на крыльце и ждала меня.

— Наташа, внученька, ну где ты ходишь? Посмотри, дождь как из ведра льёт. И где твоё ведёрко с ягодами? — она внимательно осмотрела меня со всех сторон.

И тут я вспомнила, что моё ведро осталось на скале.

— Успокойся бабушка, я его попозже принесу.

Она зашла следом за мной в дом.

— Ну, где ты его оставила?

— Бабуля, давай потом, я вся промокла и хочу есть, потом всё расскажу, — хотя не знала, что ей рассказать в данном случае?

Она поджала губы и тяжело вздохнула, качая головой.

Переодевшись в сухую одежду и подсушив волосы феном, я спустилась вниз на кухню, где вовсю хлопотала возле плиты бабуля, не забывая при этом ворчать. Я не стала рассказывать ей, что со мной случилось, иначе была бы паника. Ей стала бы плохо с сердцем, пришлось бы вызывать «скорую», потом она обязательно позвонит моим родителям. Они приедут и заберут меня домой, и прощай каникулы на лоне природы, а я ещё хотела побывать на празднике.

Пообедав с бабушкой, я ушла к себе в комнату. Не зная чем заняться, я достала из шкафа толстую книгу, которая называлась: «Подарки к рождеству». Давно хотела прочитать её, но всё как-то не находила время. Забравшись под одеяло, я начала читать, а прочитав пару страниц, поняла, что совсем думаю о другом, прочитанных две странице не отложились у меня в памяти. За окном лил дождь, тяжёлые капли били по стеклу, навевая тоску.

«Какая же я дура! — в раздражении подумала я, — если бы не тот парень, лежать бы мне сейчас на дне озера! Из-за своей прихоти, чуть не погибла сегодня!» — представив себе эту картину, я поёжилась.

«Хорошо хоть подруги не болтливые, обещали никому не рассказывать. Интересно, откуда этот парень взялся там, и вообще, кто он и почему я видела его глаза и слышала его голос, когда была под водой? Я не могла знать, что он был рядом и спасёт меня. Что это вообще было? — ломала я голову. Возможно, это была галлюцинация. Но как эта галлюцинация реализовалась в настоящего человека?» — я хотела его увидеть, и поговорить на эту тему, но я даже не знала его имени и не представляла, где я его найду.

Вспоминая его лицо, я невольно улыбнулась. Я не знала кто он, но я была уверена, что он хороший человек. Глаза у него были добрыми и очень красивыми, необыкновенно ярко-синего цвета, что очень необычно для человека, хотя встречается всякое.

«Может я встречу его на празднике? Было бы хорошо, если он там будет один, без девушки. Возможно, мы с ним смогли бы поговорить. Ну да, такой красавец и без девушки, не может быть. Скорее всего, девушка у него есть» — эта мысль испортила мне настроение.

«Влад тоже будет там, и скорее всего, он будет находиться всё время рядом со мной, судя по тому, как он себя ведёт со мной. Так что с прекрасным незнакомцем мне вряд ли придётся пообщаться».

Я дотронулась до своих губ, вспоминая ощущения, которые вызвали губы незнакомца во мне, делая искусственное дыхание. Сердце забилось быстрей. Я с наслаждением вспомнила этот «поцелуй» и в животе запорхали бабочки.

Глава 4

Перед праздником Ивана Купалы, было принято гадать на женихов, и мы договорились с подругами, что встретимся у Татьяны дома, чтобы совершить этот обряд. Татьяна, усердно мне доказывала, что всё это правда, и мы обязательно узнаем имена своих будущих мужей, но я верила в это мало, считая, что это всё человеческие предрассудки. С Татьяной спорить было бесполезно, и после долгих уговоров я согласилась поучаствовать в этом нелепом для меня обряде. Гадать надо было после двенадцати часов ночи, а это значит, что я должна была заночевать у подруги. За день до нашего гадания, я пошла к бабушке, отпрашиваться.

— Бабуль, можно я завтра переночую у Тани?

Она повернулась ко мне и вскинула брови:

— Это ещё зачем?

— Мы хотим погадать с девчонками, после двенадцати, не идти же мне, потом ночью домой.

— Ага, на парней будете гадать? — она лукаво улыбнулась.

— Ну да, на парней, — подтвердила я.

— Ладно уж иди, «невеста», — с улыбкой сказала бабуля и покачала головой: — Эх, молодёжь.

Я обняла её и поцеловала в щёку:

— Спасибо, бабуля, ты мой самый настоящий друг. И я побежала звонить подругам, чтобы сообщить приятную новость.

На следующий день мы собрались у Тани дома. Танюха ещё до нашего прихода всё подготовила для гадания, и мы сидели в ожидании двенадцати часов ночи. Перед нами стояли свечи, два зеркала и лист расчерченной бумаги. Когда пробило полночь, мы зажгли свечи и расставили, в нужном порядке зеркала. Усевшись в круг, Таня начала вопрошать души умерших людей, чтобы они подсказали нам имена наших суженных. Меня пробирал смех, и я еле сдерживалась, чтобы не рассмеяться. Таня сурово посмотрела на меня и продолжила говорить какие-то заклинания, которым научила её бабушка — Никконен Раиса Арионовна. Мы сидели уже минут десять, но ничего не происходило. Вдруг подул ветер, чуть не загасил наши свечи. От неожиданности мы дружно подскочили и тут же сообразили, что открылась входная дверь и подул сквозняк.

— Татьяна, кажется, твоя бабушка вернулась из гостей, — сказала Надя.

— Похоже, что да. Вечно она засиживается у своей подруги Надежды Викторовны. Старики должны спать в это время, — буркнула недовольная Татьяна.

В комнату вошла Раиса Арионовна:

— Кто это должен спать?

— Никто бабуля, мы тут о своём, — Татьяна виновато посмотрела на неё.

— О, да вы тут гадаете на женихов! — в её голосе прозвучала ирония. — Ну как, увидели своих будущих мужей, или хотя бы узнали их имена?

— Нет, не получилось, наверно мы что-то неправильно делали, — с разочарованием ответила Таня.

Раиса Арионовна потрепала внучку за плечо:

— Ничего, не переживайте, время быстро летит, не успеете оглянуться, как замуж повыскакиваете, — она прошла и села в большое кресло.

— Я так понимаю, девочки, что вы сегодня у нас ночуете?

— Да. Если, конечно, вы не против, — ответила Надя.

— Нет-нет, я не против, ночуйте. Вам наверно уже пора ложиться? Я постелю вам в зале.

Вечер, казалось, был испорчен. Танюха жалостливо посмотрела на неё:

— Бабуль, ну раз с гаданием у нас ничего не получилось, может ты расскажешь нам сказку, которую ты мне раньше рассказывала в детстве? Она мне очень нравится. Я хочу, чтобы девочки тоже послушали.

— Хорошо, расскажу, но после этого всем спать! — погрозила она нам пальцем.

Татьяна захлопала в ладоши. Мы забрались на диван и приготовились слушать. Раиса Арионовна поудобней устроилась в кресле и неторопливо начала свой рассказ.

— Эту сказку, как называет её Таня, мне в своё время рассказала моя бабушка. И это вовсе не сказка, а легенда.

В далёкие годы, когда эту землю населяли племена карело-финнов, среди людей жил и другой народ, люди называли их — Небесные. Мужчины и женщины у них были необыкновенно красивы. У всех были светлые волосы и синие глаза, как небо в солнечный день. Ещё у них была необыкновенная кожа. Она была похожа на жемчуг, она сияла и переливалась, как жемчуг, вот такие они были необычными. Но они не были людьми. Никто не знал, откуда они появились на нашей земле. Мужчины у них назывались — лели, а женщины — лады. Многие, в те времена, считали их ангелами с небес или богами. Небесные, обладали необычными способностями, не один человек не мог сравниться с ними! Они были очень быстры и выносливы. Им подчинялся весь животный мир, будь то: птицы, рыбы или звери. Можно сказать, они были царями земли. Этот народ помогал и защищал людей от тёмных сил — демонов, которые насылали на людей различные болезни и беды. И не только на людей, но и на домашний скот тоже. Демоны даже похищали юных красавиц. Люди не могли противостоять демонам и поэтому на помощь им приходили Небесные. Они лечили людей и их скот, одним прикосновением рук. Как они это делали, осталось загадкой, ведь они никогда не рассказывали об этом людям.

Так продолжалось много веков, пока между Небесными и демонами не разразилась настоящая война. С чего всё началось, никто не знал. Но предполагали, что всё произошло из-за молодой девушки из деревни, которую звали Люси. Демоны похитили её, после этого и началась война. Люси, каким-то образом, удалось сбежать от нечисти, и она вернулась в деревню, вся оборванная и грязная, глаза у неё были сумасшедшие. Она никому не рассказала, что с ней произошло, а через три дня умерла в горячке.

Многие тогда погибли в этой войне. Небесные и демоны не могли выиграть эту войну, друг у друга, потому что одинаковы были сильны. В этой войне гибли и люди. Они считали, что в их бедах виноваты Небесные, если бы не они, то тёмные силы не трогали бы их. И тогда люди пошли против Небесных, и в этом им помогали демоны. Они крали детей у Небесных. Это была лёгкая для них добыча, так как дети, не обладали теми способностями, какие были у взрослых лелей и лад. У лелей не хватало сил, защищать людей и свои семьи. К сожалению, люди оказались неблагодарными за всё, что Небесные сделали для них. В какой-то момент Небесные исчезли. Никто не знал, куда они делись, но после этого война закончилась. Пропали так же и демоны, и куда делись они, тоже никто не знал. Но ходили разные слухи про них. Поговаривали, что Небесные ушли жить в скалы, прорубив в них себе жилища, которые больше походили на дворцы королей. Ещё говорили, что они всё также помогают людям, но уже более, скрытно, чем раньше.

— Бабуль, расскажи, как выглядели демоны, — тихонько попросила Таня.

— О да, я забыла об этом рассказать. Демоны были не менее красивы, чем Небесные. Но в отличие от них, те были черноволосые, а глаза у них были чернее ночи. Они могли превращаться в страшных зверей, и они также обладали сверхъестественными способностями.

Передо мной возникали образы героев рассказа Раисы Арионовны. Вот передо мной возник воин, с развевающимися светлыми волосами и проникновенным взглядом, за спиной которого виднелся меч. Его красота и благородный вид, вызывали во мне восхищение, так я представляла себе Небесного воина. Рядом с ним стояла не менее красивая женщина, с длинными, до пояса волосами и гордо поднятой головой, в руках она держала остро заточенный кинжал. Внезапно я увидела Влада, который крался к Небесным, зло ухмыляясь.

Надюха в уголке пискнула:

— Ну, всё, теперь я не усну, страшная история.

Я вздрогнула и проснулась.

— Это всего лишь легенда, выдумка, сказка, — попробовала успокоить я подругу.

Раиса Арионовна хитро посмотрела на нас.

— Поговаривают, что они до сих пор живут среди людей, только скрывают, кто они есть на самом деле.

— Ой, всё равно страшно. Наташ, можно я лягу с тобой? — умоляюще попросила меня Надя.

— Ладно, ложись, трусиха, — разрешила я.

— Ну, всё, деточки, пора спать, — бабушка Тани поднялась из кресла и направилась в зал, стелить нам постель.

В эту ночь, я долго не могла уснуть, поражаясь таким необычным совпадением. Ведь у моих новых знакомых, были именно такие глаза, как описала их бабушка Тани. У одного были чёрные, как ночь глаза, у другого как синее небо.

«Очень странно» — подумала я.

Вот только у синеглазого, кожа была обыкновенная, не похожая на жемчуг. Вспомнив его, я невольно улыбнулась, он явно мне нравился.

Глава 5

Я убирала квартиру, когда раздался телефонный звонок.

— Алло?

— Наташ, ну ты что, забыла? Мы же сегодня украшаем зал в клубе, — нетерпеливо заговорила Таня.

— Нет, не забыла, сейчас буду. Я тут комнату убираю, немного осталось.

— Поторопись, а то без тебя уйдём, — предупредила она и отключилась.

Я наспех домыла полы, убрала инвентарь в кладовку и начала собираться. Платье и туфли лежали в пакете, так что собиралась я недолго. Прибежав к подруге, я оставила наряд у неё, и мы отправились в клуб.

Наряжать зал клуба, пришло человек десять. Все были в хорошем настроении и без умолку болтали. Мы развесили шары и гирлянды по всему периметру зала, намыли полы и расставили стулья. Больше всего нас радовало, что из города приезжает настоящий диджей со своей аппаратурой, а значит, праздник должен быть грандиозным. В шесть часов приехал диджей и вся молодёжь, находящаяся в клубе, высыпала на улицу встречать его. Диджей оказался щуплым парнем с копной густых, рыжих волос и больших очках. Он смущённо улыбался и пожимал всем руки, не переставая повторять своё имя, всем кто к нему подходил.

Татьяна дёрнула меня за руку:

— Пошли, пора платья надевать, — и она потянула меня к выходу.

Когда мы вернулись, аппаратуру уже установили, а в клубе собралось много народа. Диджей в микрофон попросил минуту внимания, все притихли и повернулись в сторону небольшой эстрады.

— Уважаемые сельчане, поздравляю вас с праздником Ивана Купалы, а также, всех кто окончил в этом году школу. Надеюсь, вам понравятся песни, которые я буду вам ставить. Ну, а если есть другие предпочтения, я с радостью постараюсь вам помочь и найти для вас музыку, которую вы захотите услышать. Не стесняйтесь, подходите и заказывайте музыку. Меня зовут — Степан, будем знакомы. Он надел бейсболку задом наперёд и крикнул: — Поехали!

Заиграла музыка, все оживились и на середину зала стали выходить девчонки. Парни тоже не заставили себя долго ждать, и в клубе воцарилась праздничная атмосфера. Музыка действительно была хорошей: то звучала попса, то рэп и ещё не известные мне направления в музыке, в которых я не очень разбиралась. Мы с подругами танцевали возле эстрады, когда в дверях клуба появились наши знакомые: Санёк и Коля. Татьяна помахала им рукой и они, заметив нас, стали пробиваться сквозь толпу к эстраде.

— Девчонки, привет! — ещё издалека крикнул нам Саня, а Коля в приветствии поднял руку.

— Здорово, что мы вас нашли! Теперь точно не будет скучно. Вы не против провести с нами время? — спросил Саня.

Татьяна заулыбалась и ответила:

— Конечно, нет! Правда, Наташ? — она толкнула меня в бок.

— Правда, — кивнула я, но мне вовсе не хотелось проводить с ними весь праздник. Я всё-таки хотела встретить здесь синеглазого красавца и если это возможно, пообщаться с ним. Но, видя сияющие глаза подруги, не смогла ничего другого ответить.

Саня быстро утащил Таню танцевать, и мы остались втроём. Николай переминался с ноги на ногу, не зная, как дальше продолжить с нами общение. Я подумала: «Ну, что стоишь как остолоп, пригласи Надежду».

Но вопреки моим ожиданиям, он повернулся ко мне и с хрипотцой в голосе сказал:

— Потанцуешь со мной?

Я, в это время, искала глазами своего синеглазого спасителя, и не сразу поняла, что он обращается ко мне.

«Почему бы и нет?» — решила я и согласно кивнула головой.

Мы вышли на середину зала, и он неуклюже положил мне руки на талию, а я ему на плечи. Мы топтались на одном месте, в принципе танцем это нельзя было назвать, и я поняла — танцевать он совсем не умел. Он старался не прикасаться ко мне, его руки, на моей талии, нервно подрагивали. Я усмехнулась про себя: «Мальчишка, гормоны играют». Но на вид он был не младше меня, наверно тоже окончил в этом году школу.

Танец закончился, и он быстро убрал от меня руки, как будто только и мечтал об этом весь танец. Весь оставшийся вечер, мы провели в компании наших новых знакомых, и это меня не очень радовало. Синеглазого парня в клубе не было, что меня очень опечалило, но обрадовало то, что Влада здесь тоже не было, и это было небольшим плюсом для меня.

Время приближалось к двенадцати часам ночи. Диджей объявил, что танцы заканчиваются, приглашая всех на поляну, где мы и должны провести остаток праздника: разжигая костры и прыгать через огонь, загадывая желания. А ещё, каждый должен был найти себе пару, и провести ночь в лесу, ища цветущий папоротник. Такие были правила на день Ивана Купалы. Все высыпали на улицу. Лёгкий ветерок обдувал наши разгорячённые лица, все были в радостном возбуждении от необычной ночи. Николай предложил подвести нас с подругами на своих стареньких «Жигули», который он явно взял у отца. Мы согласились, радуясь, что не придётся идти пешком пять километров. До поляны мы доехали быстро, где вовсю уже кипела работа. Кто-то разжигал костры, кто-то устанавливал мангал для шашлыков, кто-то включил в машине музыку и вся молодёжь радостно заулюлюкала.

Надя встретила своего одноклассника — Сергея, и исчезла с ним в неизвестном направление. Николай старался не упускать меня из вида, и всё время находился рядом и это очень начало раздражать Таню. Она очень хотела поделиться со мной своими сердечными делами, но Коля не давал ей ни единого шанса на это. Положение спас Санёк, он подошёл к ней и что-то шепнул на ухо. Татьяна заулыбалась и, подмигнув мне, скрылась, как и Надя, в неизвестном направлении.

«Класс! — подумала я, — теперь мне предстоит провести эту ночь с этим неуклюжим парнем, который почти ничего не говорит, а просто ходит за мной».

Я стала искать глазами Влада, но его нигде не было. «Странный парень, сам назначил мне свидание и сам же на него не пришёл».

Но, это меня волновало меньше всего, больше всего меня расстраивало, что на поляне не было синеглазого блондина, с прекрасным бархатным голосом.

— Ты кого-то ищешь? — поинтересовался мой спутник.

— Да, кое-кого, — без особого внимания ответила я.

— Парня? — опять спросил Николай.

Я разозлилась и грубо ответила:

— Не твоё дело.

Меня не очень радовало его присутствие со мною рядом, и я уже жалела, что дала Коле повод, везде следовать за мной, танцуя весь вечер с ним в клубе. Он, как показалось мне, обиделся, но мне было всё равно. В конце концов, это не давало ему права преследовать меня везде, не спросив меня, хочу ли я этого. Он ничего не сказал, но продолжил идти за мной.

Парни и девчонки веселились, прыгая через костёр. Кто-то жарил шашлыки, и аромат жарящегося мяса, разносился по всей поляне. Я же прогуливалась от костра, к костру, надеясь встретить здесь обольстительного блондина. Постепенно народ начал расходиться, и я поняла, что все разбились по парам и гуляют по лесу, в надежде увидеть цветущий папоротник.

— О чём ты думаешь? — голос Николая вывел меня из задумчивого состояния.

Я не хотела с ним разговаривать, тем более делиться с ним своими секретами.

— Почему ты молчишь? Мы с тобой весь вечер танцевали в клубе, а теперь ты даже не хочешь со мной разговаривать, — продолжил он.

Я остановилась и резко повернулась к нему, а он, от неожиданности, отступил назад.

— Прости, Коля, что я дала тебе повод надеяться на что-то… — я не знала, что сказать дальше, не хотелось обижать парня, хоть он мне порядком поднадоел, — уже поздно, мне наверно пора домой.

— Я провожу тебя, если можно, — в надежде произнёс он.

— Нет, извини. Я наверно поищу подруг и с ними пойду домой.

— Ну как знаешь, — он потупил взгляд и добавил: — Да где ты их найдёшь сейчас? Смотри, кругом лес.

Я начала нервничать.

— Не волнуйся за меня, иди к друзьям, я прогуляюсь одна.

— В лесу, одна?! — удивлённо спросил он. — Не боишься?

— Нет. Что тут бояться, кругом люди. Вон, слышны их голоса, я здесь не одна, надеюсь, встречу подруг. Они, кажется, в ту сторону пошли, — и я кивнула в сторону тропинки, уходящую в лес.

Коля нерешительно топтался на одном месте, потом вдруг спросил:

— Наташ, а я тебе нравлюсь?

— Извини, Коля, нет, — как то виновато ответила я. — Иди к друзьям, не беспокойся за меня.

Он неохотно повернулся и зашагал в сторону поляны, а я с облегчением вздохнула и пошла в лес по тропинке, по которой, как мне казалось, ушла Татьяна с Саней.

Я шла и думала: «Почему на праздник не пришли Влад и синеглазый блондин? Я никогда не видела их в деревне. Откуда они взялись и кто они вообще такие?»

Ладно, Влад ещё как-то объяснил мне, кто он такой, но блондин остался для меня загадкой, и я хотела эту загадку разгадать. Может поспрашивать у подруг? Описать его внешность, возможно, они его знают. Нет, тогда у них возникнут вопросы ко мне, а я почему-то, не хотела с ними делиться своим секретом о красавце, блондине. Я не понимала, что со мной происходит, и почему при воспоминании о нём, моё сердце нежно сжималось.

Глава 6

Неожиданно лес стал тёмным. Смолкли голоса гуляющей молодёжи, и я поняла, что зашла в лес слишком далеко. Я остановилась и огляделась, кругом стояла гнетущая тишина, опустившаяся на лес. Я взглянула на небо, но из-за крон деревьев ничего не смогла рассмотреть, в лесу сгустились сумерки, несмотря на то, что стояли белые ночи. Забеспокоившись, я пошла в обратном направлении, но дойдя до большого валуна, увидела, что тропинка разделилась, и по которой из них я сюда пришла, я не знала. Злясь за свою беспечность, я не знала, что мне делать.

«Надо кого-нибудь позвать, меня должны услышать» — решила я, и негромко позвала подруг. Но собственный голос испугал меня в этой тишине и сгустившихся сумерек.

«Соберись, не бойся» — успокаивала я себя и ещё громче позвала подруг.

— Таня, Надя! — мой голос разнёсся по лесу и эхом вернулся ко мне, но никто не отозвался.

Я решила пойти вправо, предполагая, что именно там находится поляна. Но, в крайнем случае, должна же эта тропинка привести меня куда-нибудь? Я шла быстро, часто спотыкаясь о корни деревьев. Зацепившись за ветку, я порвала подол платья, и со злостью оторвав кусок ткани, беспомощно повисший у меня вдоль ноги, бросила его в кусты. Совсем рядом заухал филин, и я от неожиданности присела.

— Фу, глупая птица! — бросила я в раздражении. Меня охватило отчаяние!

И вдруг, впереди я увидела тёмную фигуру человека, стоящего на той же тропинке, что и я, и как будто поджидающего меня. Я обрадовалась: «Наконец-то меня услышали!»

По силуэту человека, я поняла, что это парень, и решила, что это кто-то с поляны, и быть может даже сам Николай. Я даже не предполагала, что буду так рада встречи с ним. Но подойдя поближе, я поняла, что это был не Коля. Парень был явно выше его. Он стоял, не шевелясь и ничего не говоря мне.

— Вы кто? — робко спросила я и продолжила: — Я, кажется, тут заблудилась, вы не подскажете, как выйти на поляну? Я так поняла, вы оттуда?

Парень сделал шаг навстречу мне и заговорил:

— Я не оттуда, но могу помочь тебе.

Я сразу узнала голос — это был Влад. Он подошёл ко мне очень близко.

— Почему ты гуляешь по лесу одна?

— Привет, Влад. Ты даже не поздоровался со мной, — сделала я ему замечание.

— Привет, Наталья. Так что ты делаешь в лесу одна?

— Я искала подруг, они ушли со своими парнями в лес гулять, а я пошла за ними и заблудилась, — как бы я не хотела, не видеть его, и как бы он не напугал меня, тогда на скале, но сейчас я была рада ему.

Он зачем-то обошёл вокруг меня, пристально рассматривая. Я следила за его движениями, не понимая, что он делает и почему медлит.

— Влад, пожалуйста, выведи меня отсюда, — умоляющим голосом попросила я. В полумраке я не видела его глаз, да и лица почти не было видно.

— Ты обещала мне свидание, на этом празднике, — вспомнил он.

— Да, я помню. Но ты не пришёл, по крайней мере, я не видела тебя, ни в клубе, ни на поляне, — упрекнула я его.

— Считай, что наше свидание состоялось, раз мы встретились здесь, — сказал он с иронией.

— Наверно можно и так сказать, — вздохнула я.

— Прогуляемся? — предложил он.

— Но, тут же ничего почти не видно, может, лучше на поляну пойдём?

Он усмехнулся.

— Зато я хорошо вижу. Не беспокойся, со мной не заблудишься.

— Только давай недолго, поздно уже, дома будут беспокоиться, — согласилась я, так как выбора у меня не было.

Влад ничего не сказал, просто взял меня за руку и повёл по тропинке в обратном направлении. Я не знала точно, где находится поляна, но интуитивно чувствовала, что он ведёт меня совсем в другом направлении.

— Влад, постой, куда ты меня ведёшь? — я попыталась остановиться, но он тянул меня за руку дальше в лес.

— Да что с тобой такое, что ты делаешь?! — попыталась вырвать я руку.

Он остановился.

— Ты же согласилась со мною погулять.

— Но мы не гуляем, ты просто тащишь меня не понятно куда, — я обиженно, посмотрела на него.

— Чего ты хочешь? — как-то холодно спросил он, и мне показалось, что он улыбнулся своей кривой улыбкой.

— Я хочу, чтобы ты отвёл меня на поляну. И ты что, совсем не понимаешь, как надо обращаться с девушкой? — решила я надавить на его совесть.

— О, я знаю, как надо обращаться с девушкой! — и он одним рывком притянул меня к себе, чем снова напугал меня.

— Нет, не знаешь, иначе ты не вёл себя так грубо со мной, — еле слышно сказала я.

Влад отпустил меня и отвернулся.

— Ты скоро уезжаешь? — сменил он тему разговора.

— Да. В августе, — приходя в себя, ответила я.

— Хочешь уехать отсюда? — его вопрос показался мне нелепым.

— А у меня есть выбор? Мне учиться надо, — злилась я.

— Выбор всегда есть. И неважно, хочешь ты этого или нет, — он резко повернулся ко мне.

От неожиданности я сделала шаг назад, чуть не споткнувшись о камень. Он рассмеялся и шагнул ко мне.

— Осторожно, не навреди себе.

Инстинкт самосохранения сработал во мне, я почувствовала опасность, но бежать было некуда, и я продолжила отступать назад, пока не уткнулась спиной в ствол дерева. Он подошёл вплотную и упёрся обеими руками о ствол дерева, склонившись надо мной настолько, насколько позволял ему его рост.

— Я тебе нравлюсь? — требовательно спросил он, глядя на меня сверху вниз.

Я опешила.

— Я тебя совсем не знаю… да и к чему всё это?

— Ответь мне на вопрос, — сквозь зубы произнёс он.

«Что за вечер такой! — думала я, — Коля требовал от меня каких-то признаний, теперь вот Влад! Они что, сговорились что ли?»

— Я же тебе сказала, что я тебя плохо знаю, можно сказать вообще не знаю, — раздражённо ответила я.

— А хочешь узнать лучше? — его голос становился ещё вкрадчивей.

— Каким это образом? Да и не получится, я скоро уеду, — пыталась я выглядеть спокойней, чем я была на самом деле.

Но он прекрасно понимал, в каком я состоянии, это-то и пугало меня больше всего. Влад наклонился ко мне ещё ближе, и теперь, я могла ощущать его дыхание на своей коже, отчего я ещё больше задрожала от страха. Он это почувствовал и придвинулся вплотную ко мне. Ему нравился мой страх перед ним и, осознав это, я в ужасе закрыла глаза.

— Пожалуйста, посмотри на меня. Я не сделаю тебе ничего плохого, — его голос стал дружелюбней, и его изменение в поведении удивило меня.

Я открыла глаза и в упор посмотрела на него. Он приподнял мой подбородок и стал пристально вглядываться мне в глаза. Меня всю затрясло, когда я поняла, что не вижу белков его глаз! Вместо них на его лице зияли чёрные дыры. Он криво усмехнулся:

— Боишься?

— Кого? — глупо переспросила я.

— Меня, конечно, здесь больше нет никого.

— Влад, отпусти. Зачем ты всё это делаешь? Ты пугаешь меня! — взмолилась я.

— Отпущу, если пообещаешь мне две вещи.

— Хорошо, говори, что ты хочешь? — я была так напугана, что готова была пообещать ему что угодно.

— Ещё одно свидание… и поцелуй, — сделав небольшую паузу, добавил он.

Я разозлилась:

— Ну, это уже слишком! Ты требуешь от меня того, чего я не хочу! — устав от страха, в отчаянии произнесла я.

Он рассмеялся, и его смех напомнил крик гиены. Я сжалась вся в комок.

— Что тебе надо от меня?

Он ответил, но не сразу:

— Тебя.

— Зачем я тебе? Я всё равно скоро уеду, — в моём голосе слышалось отчаяние.

— А может, и нет, — с каким-то злорадством произнёс он.

Мне стало так страшно, что я взмолилась:

— Отпусти меня, пожалуйста, я ведь тебе ничего плохого не сделала.

— Я знаю. Но ты можешь для меня сделать много хорошего. Ты даже не представляешь, как много!

— Отпусти! — опять потребовала я.

— Отпущу за свидание, это моё условие, — скривился в улыбке Влад.

— Ты же на них не приходишь, как сегодня не пришёл, — напомнила я.

— О, не волнуйся на этот счёт, ты только пообещай, а я уж сам позабочусь об этом.

Я не хотела никаких свиданий с ним. Он и так меня сильно напугал, своими чёрными глазами и неадекватным поведением. Глаза его были чёрная бездна, кто упадёт в неё, назад не возвращается. Как я пожалела, что не осталась с Колей.

«Дура, дура!» — твердила я сама себе.

Его голос вывел меня оцепенения:

— Ну, а как насчёт поцелуя?

— Нет! — упрямо повторила я.

— Как хочешь, но я всё равно добьюсь своего, — сказал он и его губы стали приближаться к моим.

Я закрыла глаза, сжав кулаки. Его губы почти коснулись моих, когда в лесу раздался треск деревьев и чей-то грозный рык. Кто-то, ломая кусты, шёл в нашем направлении. Мы одновременно повернули головы в сторону леса, и в это время на тропинку вышел большой бурый медведь. Я округлила глаза, и крик застыл в моём горле.

Влад со злостью и раздражением произнёс:

— Не может быть! — и стал пятиться к лесу, нисколько не заботясь обо мне. Его лицо исказилось настолько, что он был больше похож на зверя, чем на человека, и я уже не знала, кого мне больше бояться. Моё сердце стучало так, что готово было выпрыгнуть из груди. Медведь встал на задние лапы и раздался оглушительный рёв. Мои ноги подкосились, и я упала, потеряв сознание.

Глава 7

Я не знала, сколько времени я была без сознания. Когда я очнулась, то почувствовала, как я плыву куда-то, медленно покачиваясь. Мне хватило минуты, чтобы понять, что меня кто-то несёт на руках. С ужасом я подумала: «Это Влад!»

Потом я вспомнила медведя! И не поняла, что лучше: медведь, который мог меня разорвать, или Влад, которому непонятно, что нужно было от меня? Деревья надо мной медленно плыли, голова ещё плохо соображала.

«Куда он меня несёт? Надо срочно освободиться из его рук!»

Я попыталась вырваться и услышала красивый бархатный голос:

— Тише, тише, не так быстро.

«Мужчина!» — пронеслось в голове.

Он поставил меня на ноги и придержал за плечи, так как я еле стояла на ногах. Обернувшись, я с удивлением подняла брови — передо мной стоял мой спаситель, блондин с ярко-синими глазами.

Он с тревогой смотрел на меня:

— Ну, как ты себя чувствуешь?

Ничего не понимая, я огляделась:

— Я в порядке, спасибо. Где мы?

— Почти у твоего дома. Вон там, — он указал в сторону небольшого леска, — твоя деревня. Присядь, я вижу, ты себя неважно чувствуешь ещё, — предложил мне парень с поразительно красивым голосом.

Я и правда чувствовала себя неважно, вдобавок, очень сильно болела правая нога, и я села на поваленное дерево.

Мысли стали приходить в порядок, и я спросила:

— Как ты оказался там на тропинке? Как ты нашёл меня?

— Случайно, — улыбнулся он.

— Ты что же, гуляешь ночью по лесу?

Он присел рядом со мной.

— Но ты же гуляешь ночью по лесу, вот и я иногда гуляю.

— Я не гуляла, я заблудилась, после праздника на поляне, а потом встретила… — у меня был такой голос, как будто я оправдывалась, и я прикусила язык, не договорив.

— Он обидел тебя? — поинтересовался парень.

— Кто, медведь? — не поняла я.

Парень рассмеялся:

— Нет, твой спутник, с которым ты была в лесу.

Я удивлённо посмотрела на него:

— Ты видел его?

— Да, — кивнул он.

— А медведя?

— Видал и медведя.

— И не испугался? Он же мог убить тебя, — поразилась я.

Он опять засмеялся:

— Кто, медведь?

— Конечно, а кто ещё, — кивнула я.

Он улыбнулся:

— Не переживай, медведь не причинил бы мне вреда… и тебе тоже, — с заминкой сказал он.

— Почему ты думаешь, что медведь не причинил бы нам вреда? Он что, ручной? — удивлённо вскинула я брови.

— Можно и так сказать. В общем, он меня слушается, — кивнул блондин.

Я покачала головой:

— Понятно, ты ночью выгуливаешь медведя в лесу.

Парень наклонился и посмотрел мне в глаза:

— Я больше боялся, как бы твой спутник не причинил тебе вреда.

— Волновался, за меня? — мои щёки покрыл румянец.

— Да, волновался.

— Почему? — только и могла произнести я, а моё сердце забилось быстрей.

Парень пожал плечами:

— Я не хотел, чтобы он обидел тебя.

Я ещё больше покраснела и с благодарностью в голосе произнесла:

— Спасибо.

— Ты можешь идти? — спросил он.

— Думаю, могу, мне уже лучше, — я вскочила на ноги и тут же вскрикнув села обратно.

— Что случилось? — с беспокойством спросил он.

— Не знаю. Я, кажется, повредила ногу, когда упала, — жалобно сказала я.

— Хм, дай посмотрю, — он присел возле меня и аккуратно снял с моей ноги туфлю. — Да, такие туфельки не для прогулок по лесу, — заметил он.

Я кивнула: — Согласна.

— У тебя нога опухла, возможно, это вывих, — он внимательно осматривал мою ногу.

«О нет, только не это!» — в отчаянии подумала я, а вслух сказала: — Паршиво, теперь долго заживать будет, надо же так угораздило меня. Нога противно ныла.

Он приподнял её и положил к себе на колено, обхватив её обеими руками.

— Посиди так немного, скоро пройдёт.

Я не понимала его действий, но промолчала, ожидая, что он будет делать дальше. Нога, через некоторое время, действительно перестала болеть, и я почувствовала облегчение. Он опустил ногу на землю.

— Вставай, всё в порядке.

Я усмехнулась:

— В порядке? Ты думаешь, что вывихи проходят за пять минут?

Он ободряюще улыбнулся:

— Вставай, не бойся.

— Ну, хорошо, попробую, — буркнула я, осторожно поднявшись с дерева. Я стояла и балансировала на одной ноге, ухватившись рукой за плечо своего спасителя.

— Вставай, вставай, — настаивал он.

Я аккуратно наступила на ногу, но боли не было. Я потопталась на месте и с удивлением обнаружила, что нога вполне здорова.

— Как ты это сделал?! — всё ещё не веря в такие чудеса, спросила я.

Он на минуту замешкался, потом ответил:

— Ерунда. Самое главное нога здорова.

Я внимательней вгляделась в его лицо и тут же забыла о ноге. Моё внимание отвлекло другое, странное явление. Его кожа как-то странно сияла в полумраке, переливаясь необычным светом, и мерцала, как… — я не нашла нужного объяснения этому. Он заметил, что я пристально его рассматриваю, но отворачиваться не стал, а только вопросительно смотрел на меня.

— У тебя кожа какая-то необычная, — осторожно сказала я.

Он опустил голову и потёр переносицу.

— У тебя тоже. Праздник Ивана Купалы, а в этот день, как ты знаешь, происходят чудеса, — шутя, ответил он.

— Может быть, — с сомнением в голосе сказала я, но допытываться дальше не стала.

— Тебе пора домой наверно, а то твоя бабушка будет переживать за тебя, — сменил он тему разговора.

— Откуда ты знаешь мою бабушку, и о том, где я живу? — оказывается, не только Влад знал про меня.

— Я всех здесь знаю. Я приезжаю к брату каждый год, вот уже несколько лет, — просто ответил он.

— Так значит, твой брат местный?

— Не совсем. Мой брат лесник, и его дом находится в десяти километрах от деревни, в лесу.

— А, тогда всё понятно, почему я тебя раньше не видела. Тогда давай знакомиться, мой спаситель. Я протянула ему руку:

— Меня зовут…

— Наташа Шведова, — опередил он меня.

— Откуда… ах да, я и забыла, что ты знаешь тут всех.

Он взял меня за руку:

— Я — Эмиль Кейн.

— Ну, будем знакомы, Эмиль Кейн. Я хоть буду знак, как зовут человека, который меня постоянно спасает, — улыбнулась я ему.

Эмиль с чувством пожал мне руку и задержал рукопожатие, посмотрев мне в глаза:

— У меня к тебе будет одна просьба.

— Просьба? Ко мне? — удивилась я.

— Да, просьба. Ты не могла бы не встречаться с этим парнем, который был с тобой в лесу?

— С Владом? — уточнила я.

Он кивнул головой.

— Вы друзья? — спросила я.

— Нет, мы не друзья. Скорее наоборот, — наморщил нос Эмиль, качая головой.

— Враги? — мне стало интересно, почему он не хочет, чтобы я встречалась с Владом.

— Можно и так сказать, — неохотно ответил он.

— Влад мне тоже не очень понравился, он сильно напугал меня, — тихо произнесла я.

Эмиль взял меня за руку и тревожно посмотрел на меня:

— Очень сильно?

— Да. Я думала, что он хочет убить меня, — я инстинктивно пододвинулась к Эмилю, как будто ища у него защиты. — Он что, плохой человек?

Эмиль почувствовал мою реакцию и приобнял за плечи.

— Да, не очень хороший. Прошу тебя, держись от него подальше, и не ходи в лес одна, — он смотрел на меня с тревогой, в которой угадывалась нежность, доброта и забота.

Я смотрела на него не в силах отвести свой взгляд. Я тонула в синем океане его глаз, а его голос обволакивал меня, как дурманящий аромат цветов. Мы стояли так близко друг к другу, что мне казалось, ещё одно небольшое движение навстречу ему, и мы станем единым целым, которое разделить не сможет уже никто. Я чувствовала его дыхание на моих волосах. Его сердцебиение возле моего уха. Мне казалось, что никого на этом свете больше не существует, кроме нас двоих. Я знала, что он чувствует тоже, что и я, и моё сердце трепетало под пристальным взглядом Эмиля.

— Расскажи, как вы с ним познакомились? — его голос привёл меня в чувство, и я отступила от него на шаг назад.

— Случайно. Я с подругами загорала на пляже. Потом увидела парней, ныряющих со скалы. Мне стало интересно, и я уговорила Таню подняться на скалу, чтобы просто посмотреть, как они это делают. Там-то я и встретила Влада. Он предложил мне попробовать прыгнуть с неё, мне было интересно, и я согласилась. Вот так мы и познакомились, — закончила я свой небольшой рассказ.

Он смотрел на меня и недовольно качал головой.

— Что, всё так плохо? — обеспокоилась я.

— Да, не очень хорошо, — Эмиль нахмурил брови, о чём-то думая.

— Ты думаешь, он теперь будет преследовать меня? — тревога зародилась в моём сердце, от осознания того, что Влад может добиться от меня того, чего хочет, но что конкретно ему надо от меня, я не знала.

Эмиль немного подумал, потом ответил:

— Скорее всего, он не оставит тебя в покое. Поэтому будь внимательней и осторожней. А лучше всего, тебе уехать отсюда.

— Что?! Уехать?! — я была в негодовании. — Я не собираюсь уезжать из-за какого-то напыщенного сноба, который возомнил о себе неизвестно что, — рассерженно сказала я.

Эмиль как-то странно посмотрел на меня, а потом произнёс:

— Не волнуйся, всё будет хорошо. Я надеюсь, что Влад не причинит тебе вреда, — не очень уверенно произнёс он, скорее всего, чтобы успокоить меня.

— Нам пора идти, — напомнил он.

— Пожалуй, да, — согласилась я, и мы двинулись по просёлочной дороге в сторону деревни.

До моего дома было рукой подать. Весь оставшийся путь мы шли молча. Я иногда бросала на него тайком свой взгляд, боясь, что он заметит. Я в буквальном смысле таращилась на него, но не смотреть на него было невозможно. Его прекрасное лицо и глаза, притягивали как магнит! Кожа на его лице переливалась волшебным светом, что придавало его внешности ещё больше таинственности и привлекательности. А голос! О, этот голос я узнаю и через сотню лет! Его голос ласкал слух и проникал в глубину души, завораживая и очаровывая. Я никогда не встречала таких людей как он, и была от этой встречи под большим впечатлением, если сказать не больше. Наступило утро и на улице стало прохладней. Я поёжилась от холода, проникающего в моё тело.

— Замёрзла? — участливо спросил он.

Я обняла себя за плечи.

— Да, что-то зябко стало.

Он быстро снял с себя куртку и набросил мне на плечи, со словами:

— Так будет лучше.

Я смущённо улыбнулась и поблагодарила.

Мы медленно направлялись к моему дому, но расстаться не торопились, оттягивая время. Эмиль всё также продолжал придерживать меня за плечи, как будто был не уверен в том, что я могу передвигаться самостоятельно.

Я шла и думала: «Интересно, девчонки уже дома, и как они добрались до деревни? Надеюсь, Николай привёз их обратно, пешком слишком долго идти».

И тут до меня дошло, что пока я была без сознания, Эмиль всё это время нёс меня на руках, почти до деревни. Надо же, какой сильный! Я обратила внимание на его руки, лежащие у меня на плечах, но никакой дрожи в них не было, как это бывает у человека, который бы нёс тяжесть долгое время.

«Странно» — подумала я, но вслух ничего не сказала.

Мы дошли до моей калитки и остановились, смотря друг на друга и не зная, что сказать.

— Спокойной ночи, — тихо произнёс Эмиль, и в тоже время грустно.

— Спокойной ночи, — эхом повторила я.

Эмиль резко развернулся, и направился в сторону деревни. Я стояла и смотрела ему вслед, пока он не скрылся из вида.

«Какой ночи, если уже утро» — вздохнула я.

Глава 8

Открыв калитку, я вошла во двор. Окна в доме были тёмными, лишь в одном окне тускло горел свет. Я поняла — бабушка ждала меня. Вздохнув, я вошла в дом.

— Наташа, это ты? — послышался её голос.

— Да, бабушка, кто же ещё, — ответила я.

Она вышла в прихожую.

— Ну, и где ты ходишь? Вся молодёжь уже вернулась. Я переживала за тебя. Что это на тебе? Никак мужская куртка?! — она подошла ближе, рассматривая меня.

Тут я вспомнила, что куртка Эмиля до сих пор на моих плечах.

— Извини бабуля, я встретила знакомого, мы разговорились, и я потеряла счёт времени, — виновато сказала я.

— Хорошо хоть не голову потеряла, — проворчала она. — Что-то я не помню, чтобы у тебя были знакомые парни. Наташа, тебе скоро учиться, какие парни могут быть? Тебе об учёбе думать надо, а не о мальчиках.

— Да-да, конечно, бабуля, больше этого не повторится, — поспешила я её успокоить.

— И кто же этот знакомый, если не секрет? — не унималась она.

— Брат вашего лесника — Эмиль Кейн, — ответила я.

— Брат лесника? Его я не знаю, а вот самого лесника видела несколько раз. Имя у него странное… нерусское… забыла, — она поморщилась, вспоминая имя лесника.

— Ба, я пойду уже спать, устала.

Она махнула рукой.

— Иди, иди, днём поговорим.

Я с облегчением вздохнула и быстро поднялась по лесенке к себе в комнату. Раздевшись, я юркнула под одеяло, предвкушая сладкий сон. Но уснуть под утро мне не удалось. Как только я закрывала глаза, передо мной вставал образ прекрасного Эмиля Кейна и его бархатный голос звучал в моих ушах.

«Неужели я влюбилась?! — промелькнула мысль. — Да нет, не может быть, всё это надо выбросить из головы и забыть! По крайней мере, когда я уеду, то точно смогу его забыть».

Но я напрасно успокаивала себя, внутренний голос подсказывал мне: «Ты никогда не забудешь его».

Промучившись, всё утро, я встала и спустилась вниз. Тело было тяжёлым, и я с трудом переставляла ноги, голова ничего не соображала. Я села на стул в кухне и посмотрела на стол. Там, как всегда, для меня бабушка оставила блинчики и банку парного молока, но есть мне не хотелось. Я вышла во двор, прохладная вода из умывальника освежило мне лицо, и я начала приходить в себя.

— Проснулась, гулёна, — бабушка выходила из сарая, неся в руках ведро и тяпку. — Давай завтракай и приходи на огород грядки полоть.

Я вернулась в комнату, нашла старые джинсы с футболкой, оделась и пошла помогать бабуле.

— Что-то ты какая-то вялая, Наташа? Не приболела ли часом? — бабуля разогнула спину, встречая меня в огороде.

— Нет, просто не выспалась, — и я зевнула.

Она поправила на голове платок.

— Эх, молодёжь, вам бы всё гулять.

Я промолчала, а про себя подумала: «Знала бы ты бабуля, что случилось со мной этой ночью. Зачем ей лишнее волнение, я и так в августе покину этот уютный дом» — от этих мыслей мне стало грустно.

Если бы она всё узнала, то я немедленно была бы выпровожена в город к родителям, да ещё бы «скорую» пришлось бы вызывать ей.

К обеду мы пропололи все грядки, и я пошла в летний душ, который находился во дворе дома. Вода смыла с моего тела пыль от земли и хорошо освежила. Уже бодрым шагом я пришла на кухню обедать. Пообедав с бабушкой, я намыла посуду и прибрала кухню.

— Иди, отдохни, а то ходишь, сама не своя, — предложила она.

— Хорошо, пойду, полежу часок, — согласилась я.

В комнате я открыла окно, и лёгкий ветерок начал трепать занавеску. Я вдохнула свежего воздуха и с удовольствием растянулась на кровати. Мне опять приснился странный сон: Тёмный лес, цветущий папоротник, и бархатный голос Эмиля говорил мне: «Не ходи в лес одна, это опасно». Вдруг из-за дерева показалась тёмная фигура Влада. Я вздрогнула и проснулась.

— Фу ты, гадость какая, приснится же, — сказала я вслух.

Но, тут я переключилась на голос, который слышала в своём сне, это был голос Эмиля, и я невольно заулыбалась. Я вспомнила: его лицо, голос, его улыбку, и моё сердце забилось быстрее. Его лицо, такое спокойное и прекрасное, стояло перед моими глазами, переливаясь необычным, таинственным светом, как… я опять не нашла, с чем бы я могла сравнить это необычное явление. Что-то знакомое роилось в моей памяти, но вспомнить я не могла.

Я открыла тумбочку, чтобы достать расчёску, и мне на глаза попалась брошь, давно мною забытая, которую подарила мне мама на выпускной вечер. Я взяла её и стала вертеть в руках. Она была выполнена в виде белых лепестков лотоса, в середине, которой, находилась большая жемчужина. Я повернула её к окну, и она отлила перламутровым светом. И тут меня озарило! Кожа Эмиля походила на цвет жемчуга! Но где-то я уже слышала это выражение «кожа как жемчуг». Ну, конечно же, рассказ Раисы Арионовны о лелях и ладах! — вспомнила я. Я была ошарашена таким совпадением.

«Не может быть, это всего лишь сказка! Мы живём в двадцать первом веке, это невозможно!» — я рассмеялась и сказала самой себе: — Не глупи, и не говори такого никому, иначе тебя поместят в психушку.

Но рассказ Таниной бабушки, с этих пор, не выходил у меня из головы. К моему удивлению, совпадений оказалось гораздо больше, чем я думала, вспомнив всё, о чём она рассказывала.

Я начала перечислять: «Светлые волосы, ярко-синие глаза, необыкновенная сила, красота, исцеление, жемчужная кожа — всё это, как нельзя лучше подходило Эмилю. Может у него спросить? Скорее всего, он будет смеяться надо мной».

Но факты оставались фактами, и я не могла их игнорировать. Я хотела с ним встретиться. Но как? Эмиль жил далеко от деревни, да и дороги к их дому я не знала. Возможно, он приедет по делам в деревню и я смогу с ним встретиться, что было маловероятным. Тут я вспомнила про куртку, которая висела у меня на стуле.

«Может он за ней приедет ко мне? Не подарил же он мне её» — рассуждала я, зацепившись за эту мысль.

Зазвонил телефон и я, подойдя к столику и взяв телефон, ответила:

— Алло?

— Наталья, ты дома? Куда ты вчера ушла? Мы долго искали тебя, а потом Юлька, из моего класса, сказала, что видела, как ты с кем-то уехала, — голос Татьяны был взволнованным.

— Тань, я не с кем не уезжала. Просто я встретила знакомого. Мы погуляли с ним по лесу, а потом он проводил меня до дома.

— Фу, ну, слава Богу, с тобой всё хорошо! А то ты у нас девушка рисковая, от тебя всего можно ожидать. И кто же этот твой знакомый, если не секрет? Неужели Влада встретила?

— Нет, не Влада, — я слукавила. Моим подругам не надо знать, что со мной произошло этой ночью, а иначе упрёков о моём безрассудстве мне не избежать, да и не поверят, скорее всего, подумают, что я фантазирую.

— А кого?! — обескураженно воскликнула она.

— Да так. Брата вашего лесника, Эмиля Кейна.

— Что? Эмиля?! Ты его знаешь?! — чуть не закричала подруга.

— Уже да. Вчера познакомились.

— Ну, Наталья, ты даёшь! Он же классный! У нас все девчонки по нему сохнут. Вот только он внимания на наших девчонок не обращает. В клуб на танцы не ходит, да и вообще в деревне редко бывает. А ты, значит, его закадрила? — подруга была в восторге.

только я не поняла от чего: от того, что мы с ним познакомились, или от того, что я просто упомянула его имя?

— Закадрила — громко сказано. Мы немного с ним поговорили, а потом он просто проводил меня до дома, вот и всё. Мы случайно встретились.

— А свидание он тебе назначил? — не унималась подруга.

— Нет, не назначил. Да и какое это имеет значение, — неохотно сказала я.

— Его наверно трудно захомутать. Красавец, каких поискать! Видать знает себе цену, девки ему наши не чета, гордец, — с обидой в голосе произнесла она.

— Я бы так не сказала. По-моему, он нормальный парень, — решила заступиться я за Эмиля.

— Ну-ну, тебе наверно видней, — с намёком сказала она.

— Тань, ты не знаешь случайно, где живёт ваш лесник? — решила попытать я счастье, в надежде хоть что-то узнать.

— А тебе зачем? — удивилась она.

— Эмиль забыл забрать свою куртку, когда уходил. Вот, хочу вернуть, — решила сказать я правду.

— О, он тебе свою куртку дал?!

— Да. Я замёрзла, и он любезно мне её предложил, — уже раздражаясь, ответила я. Её чрезмерное любопытство уже стало выводить меня.

Она немного помолчала, потом ответила:

— Я сама там не была, а вот наш председатель, Пётр Петрович, ездит к ним каждую неделю. Сходи к нему, может он тебе поможет, — и недвусмысленно добавила: — Удачи тебе, Наталья.

— Спасибо, Танюха, — я отключилась.

«Так, время ещё есть, надеюсь, председатель ещё не лёг отдыхать» — подумала я и посмотрела на часы. Было восемь часов вечера. Быстро одевшись, я спустилась вниз. Бабушки дома не было и я, захватив ключи, вышла во двор, закрыв предварительно двери на ключ.

В окнах председателя горел свет, я с облегчением вздохнула, значит, дома. Я робко постучала, из-за двери послышался мужской голос:

— Заходите, не заперто.

Я толкнула дверь и оказалась в небольшой прихожей. Навстречу мне вышел мужчина лет сорока, в растянутых трениках и домашних тапочках.

— Наталья? — удивлённо поднял он брови. — Что-то с Марией Михайловной случилось?

— Нет, с бабушкой всё в порядке, я к вам по личному вопросу, — смутилась я.

— Чем могу служить такому редкому гостю? Помогу чем смогу, — пробасил он, указывая мне на стул, приглашая присесть.

Я стояла, переминаясь с ноги на ногу, не зная с чего начать.

— Я слышала, вы иногда к леснику ездите. Хотела попросить вас взять меня с собой, когда соберётесь туда ехать.

— А тебе, зачем к леснику? — Пётр Петрович облокотился на спинку кресла.

Мне стало неловко, но в этом случае лучше сказать правду.

— Ну, мне по личным делам надо, к брату его.

— А, к Эмилю. Понимаю, сердечные дела, — и он захохотал.

Я покраснела.

— Мне надо кое-что передать ему.

— Так давай я передам, — предложил он.

— Нет. С вашего позволения, я хотела бы это сделать сама, — я смотрела себе под ноги, краска залила мне лицо.

— Секреты, понимаю. Ну, раз надо, отвезу тебя. Завтра сможешь?

— Завтра? — оторопела я, не ожидая, что так всё быстро разрешится. — Конечно, смогу! Во сколько подходить?

— С утра поедем, часиков в шесть. Не рано?

— Нет-нет, что вы, не рано, спасибо большое, я завтра подойду к вашему дому, — сердце моё застучало быстрей, от осознания того, что завтра я увижу Эмиля.

— Ну, хорошо, давай до завтра, — председатель открыл дверь, провожая меня до крыльца.

Ещё не веря, что всё так удачно обернулось, я шла домой в хорошем настроении.

«Завтра я его увижу! — с наслаждением думала я. Только бы куртку не забыть, а то неловко как-то получится».

Придя домой, я первым делом решила сразу положить куртку в сумку. Сняв её со стула, я почувствовала лёгкий аромат, исходивший от неё. Я прижала её к лицу, она пахла травами и какими-то цветами.

«Как я этого раньше не заметила?!» Запах был чудесным! Я не могла оторваться от куртки, продолжая всё снова и снова вдыхать чудный аромат, такой дурманящий и сладкий, исходивший от неё. Я легла на кровать, прижимая куртку к лицу.

«Завтра я его увижу! — сердце радостно забилось в груди. — Как хорошо, что есть повод увидеться. Вот только будет ли он рад видеть меня?».

Я вспомнила его выражение лица, такое красивое и доброе, и его синие глаза излучающие нежность. Я надеялась, что я ему всё-таки понравилась. С этими мыслями и курткой возле своего лица, я заснула.

Глава 9

На следующий день, я встала очень рано. Приведя себя в порядок, я начала выбирать, что мне одеть. Хотелось выглядеть скромно, чтобы он не подумал, что я вырядилась ради него, и в тоже время хотелось произвести впечатление. Я рылась в шкафу, примеряя то один наряд, то другой, но ничего не могла найти подходящего. Тут я наткнулась на платье, которое мы с мамой купили мне накануне моего отъезда к бабушке, оно оказалось кстати. Платье было с коротким рукавом и с небольшим прямоугольным вырезом на груди. Оно было скромным и в тоже время стильным.

«Что надо» — подумала я, и надела его.

Платье сидело на мне шикарно, подчёркивая все достоинства моей фигуры, и я мысленно поблагодарила маму за покупку. Довольная своим видом, я взяла пакет и сунула в неё куртку Эмиля, заодно захватив небольшую сумочку с разными женскими принадлежностями. Надев туфли лодочки, я тихо вышла из дома, чтобы не разбудить бабушку. Когда я подошла к дому председателя, он уже стоял возле машины и ждал меня.

— Ну, молодец, вовремя пришла, я уж думал, проспишь, вы молодёжь любите поспать, — он засмеялся своим низким голосом.

— Как видите не все, — улыбнулась я ему.

— Ну ладно, залезай в машину, нам пора ехать, — и он открыл дверцу, приглашая меня в кабину.

Какое-то время мы ехали молча, затем я спросила:

— Пётр Петрович, а вы долго будете у лесника?

— Да нет. Думаю около часа, загружусь и обратно в деревню, — он весело подмигнул мне.

— А чем вы грузитесь у лесника, если не секрет? — поинтересовалась я.

— Да какой там секрет, в основном это мёд. У них там много ульев, и я забираю его, чтобы отвезти на рынок. Дарья Миронов продаёт его. Часть денег идёт в совхоз, остальные деньги я привожу Кейнам после продажи. Мёд у них отменный, во всём районе не найдёшь такого, — довольно заметил председатель. — Да ты и сама можешь попробовать у них медку, я думаю, они угостят гостью.

— Надеюсь, угостят, — кивнула я.

— Ну вот, почти приехали, за этой сопкой их дом, — он указал пальцем на скалу слева.

Объехав её, мы оказались на открытой местности, где стоял большой двухэтажный дом, с большими окнами и балконом. Под домом был подземный гараж, возле которого стояли две дорогие машины: серебристый «Бентли» и чёрный «Порше Кайен». Вокруг дома росло большое количество цветов и кустарников, от которых исходил нежный, насыщенный аромат.

«Вот чем пахнет куртка Эмиля» — озарила меня догадка.

Не думала, что в наше время так живут лесники. Мне представлялся небольшой деревянный сруб, в густом, непроходимом лесу, а рядом собачья будка. Ну да, чего я хотела, мы живём в двадцать первом веке и лесники сейчас другие.

Председатель нажал на клаксон, в надежде, что нас услышат и кто-нибудь выйдет из дома. Но никто из людей не вышел, кроме большого лабрадора, который виляя хвостом, подбежал к председателю, узнав его.

— Привет, привет, Барт. Хозяева-то дома? — он дружески потрепал собаку по загривку.

Пёс запрыгал на месте, как будто хотел что-то сказать. Потом он подошёл ко мне и настороженно стал обнюхивать. Я стояла, не шевелясь, боясь, что пёс меня неправильно может понять и укусит.

— Не бойся, погладь его, он не кусается, — подбодрил меня председатель.

Я протянула руку и осторожно погладила пса по голове. Он обнюхал мой пакет, в котором лежала куртка Эмиля и, узнав знакомый запах, весело завилял хвостом, лизнув мне руку.

— Ну, вот вы и подружились, — засмеялся Пётр Петрович. — Постой тут, пойду, посмотрю, кто есть дома, — и он исчез в дверном проёме.

Я стала бесцельно бродить по двору, рассматривая цветы, росшие у высокого крыльца.

«Как я ему скажу, что я думаю о нём? — думала я, переходя от одного цветника к другому. Кому скажешь, что Эмиль лель, на смех поднимут. А вдруг я ошибаюсь? Нет, не может быть, слишком много необычных совпадений», — я терзала себя сомнениями, кусая нижнюю губу.

«С чего начать разговор? Может в ходе беседы с Эмилем я пойму, кто он на самом деле? Надо взять себя в руки и не нервничать. А может он меня и слушать не захочет, подумает, что я сумасшедшая» — как бы то ни было, я хотела знать правду о нём.

За своими мыслями, я не заметила, как зашла за дом и теперь стояла под ветвями деревьев, на небольшой тропинке, ведущей к постройкам за домом. Вдруг я почувствовала, как чья-то рука легла мне на плечо. Я резко обернулась и охнула, передо мной стоял Эмиль и улыбался. Он был в бриджах, заправленных в высокие сапоги, кожаная куртка, с множеством карманов и молний, плотно облегало его стройное тело, на голове жокейский шлем, в руках он держал стек и уздечку. От неожиданности, я подалась ему навстречу и наступила ему на ногу.

— Ой, прости, — отскочила я назад, но он как будто, не почувствовал этого.

— Пустяки, не обращай внимания, мне не больно, — сказал он, и улыбнулся мне самой обворожительной улыбкой.

Мы так растерялись, от такой неожиданной встречи, что даже не поздоровались друг с другом, но в данный момент мы даже этого не заметили.

— Как ты здесь оказалась?! Я не ожидал такой встречи с тобой!

О, его голос, был подобен журчащему ручейку. Он говорил мягко, а в его глазах, я заметила радость от нашей встречи.

«Уже неплохо» — отметила я про себя.

— Пётр Петрович — председатель, привёз меня сюда, — смущаясь, ответила я.

— И чем была вызвана эта поездка, позвольте узнать, мисс? — шутливо спросил он.

— Я куртку забыла тебе вернуть, вот решила исправить свою ошибку, — я протянула ему пакет.

Он взял его.

— Очень любезно с твоей стороны, но могла бы её себе оставить.

— Но ты мне её не дарил, а забыл, поэтому я сочла нужным её тебе вернуть. Я вижу, ты увлекаешься конным спортом? — я кивнула на уздечку, которую он держал в руке.

— Спортом — сильно сказано, мне просто нравится кататься на лошадях. У нас в конюшне есть несколько неплохих коней и одна лошадь, и я иногда катаюсь. Ну, раз ты приехала ко мне, пошли в дом, я чем-нибудь угощу тебя, — протянул мне руку Эмиль, кивком головы приглашая в дом.

Мы вернулись во двор, где стоял председатель, озираясь по сторонам, так как в доме он никого не застал. Увидев нас, он всплеснул руками:

— Эмиль, где твой брат?! Мы договорились встретиться с ним сегодня.

— Извините, Пётр Петрович, Вильем срочно уехал в город. Но вы не волнуйтесь, я в курсе ваших дел и помогу загрузить вам машину.

— Ну, раз так, хорошо, давай. Видишь, какую гостью я тебе привёз. Рад? — он кивнул в мою сторону, подмигнув Эмилю.

— Очень рад! Большое спасибо, Пётр Петрович, — Эмиль по-дружески похлопал его по спине, а затем повернулся ко мне: — Наташа, пойдём, я отведу тебя в дом, подождёшь меня там, а мы пока с Петром Петровичем машину загрузим, — Эмиль взял меня под локоть и повёл в дом по широкой лестнице.

Мы вошли в просторный вестибюль. По обеим сторонам стен, стояли небольшие диванчики для посетителей, а на полу лежал светло-коричневый ковёр, в тон со стенами. На высоком потолке висела большая, круглая люстра. Из вестибюля мы попали в гостиную. Она была настолько большая, что в ней могли разместиться человек двадцать. Большие окна занимали почти все пространство стен, отчего в гостиной было много света. На одной из противоположных стен висел большой телевизор, под которым разместилась стереосистема, с двумя стеллажами дисков. Посреди гостиной, стоял большой угловой диван, а возле него журнальный стол, заваленный какими-то бумагами. В гостиной также имелось несколько кресел, расставленных вдоль стен. Справа от входа, я заметила камин со стеклянной дверцей и небольшой поленницей дров. Напротив камина стояли два кресла и небольшой столик. На полу, как и в вестибюле, лежал пушистый ковёр. Во всей обстановке чувствовался аскетизм, но я понимала, что эта обстановка очень дорогая, особенно картины, висевшие на стенах.

«Женщиной тут и не пахнет» — отметила я про себя и непроизвольно улыбнулась, обрадовавшись этому открытию.

Эмиль подвёл меня к дивану и усадил:

— Подожди меня, я сейчас, — и скрылся в одной из дверей.

Через десять минут он вернулся, переодевшись в синие джинсы и клетчатую рубашку, в руках он нёс большой поднос с фруктами.

— Угощайся, и не скучай. Можешь включить телевизор или поставь музыку, которая тебе понравится, я скоро, — и он вышел во двор, где его ждал председатель.

Я огляделась: «Да, домик шикарный, люди они далеко не бедные».

Я взяла грушу и стала прохаживаться по гостиной, рассматривая картины на стенах. Картина, висевшая над камином, привлекла моё внимание и я, подойдя поближе начала с интересом её рассматривать.

На фоне красивой природы, стояли люди необыкновенной красоты, все они похоже были родственниками, так как у всех были ярко-синие глаза и светлые волосы, да и лица их были похожи. Они были одеты в одежды среднего века, мужчины в костюмах характерных той эпохи, женщины в шикарных, длинных платьях. Все они были молоды и прекрасны, похоже, что все одного возраста. Что-то знакомое показалось мне в одном молодом человеке, и я, подойдя ещё ближе к картине, с удивлением поняла, что это был Эмиль.

«Вот это да! Не думала, что он предстанет передо мной в таком образе».

Пятеро молодых людей и три девушки, смотрели на меня с картины. Все эти люди, несомненно, были родственниками Эмиля.

Я почувствовала, будто и я окунулась в атмосферу средневековья. Меня поразила фантазия художника, с которой он смог передать эпоху ушедшего времени.

Справа от меня хлопнула дверь, в гостиную вошли председатель и Эмиль.

— Спасибо тебе за помощь, Эмиль. Ну и силища у тебя! Как у твоего брата! Я бы не справился один, это точно, — председатель довольно хохотнул.

— Всегда рад помочь, обращайтесь в случае чего, — ответил он.

— Наташа, мне надо съездить кое-куда, тут недалеко, на обратном пути я тебя заберу, минут через двадцать, — сказал председатель.

— Так быстро! — вырвалось у меня. Я не хотела так быстро уезжать, мы же так толком не поговорили с Эмилем. Я закусила губу.

Пётр Петрович опять усмехнулся:

— А ты что, хочешь остаться?

Я замялась, не зная, что сказать. Эмиль почувствовал моё настроение и с готовностью предложил:

— Если хочешь, останься, я тебя потом отвезу домой.

— А ты не против? — неуверенно спросила я.

Он улыбнулся:

— Нет, конечно, я всегда рад гостям.

— Ну, воркуйте голубки, я поехал, — кряхтя, сказал председатель и направился к выходу. Эмиль вышел его проводить.

Глава 10

— Ну, Наташа, чем займёмся? — вернувшись в гостиную, Эмиль сел рядом со мной.

— Не знаю, ты хозяин, тебе и выбирать.

Он улыбнулся мне своей ослепительной улыбкой:

— Хорошо, я подумаю.

Я указала в сторону картины:

— Кто эти люди с тобой на картине, и почему вы все в таких странных, для нашего времени, одеждах?

Он быстро встал и подошёл к ней:

— Так захотели наши родители, чтобы мы были так одеты. Художник постарался, и я думаю, вышло неплохо, — он повернулся ко мне, ища моего одобрения.

— Необычно конечно, но довольно-таки неплохо, мне нравится, — сказала я. — Так кто эти люди рядом с тобой?

— Это мои братья и сёстры. Крайний справа — Вильем, он живёт здесь, к нему я приезжаю сюда каждый год. Следующий — Эрик, он археолог и живёт в Карпатах. Дальше Аврора и Фрейя, они замужем, и у них есть дочери, Сунна и Лиза, они с Урала.

— А остальные кто? — указала я на двух молодых мужчин и женщину, стоявших в центре.

Эмиль нахмурил брови и как-то нехотя ответил:

— Это тоже родственники: Мадлен, Сергей и Алан.

Я видела, что Эмиль не хочет говорить о них, поэтому не стала задавать больше вопросов, отметив про себя, что лучше эту тему не затрагивать.

— Может, прогуляемся к озеру? — предложил Эмиль, желая сменить тему.

— Это далеко? — поинтересовалась я.

— Нет, недалеко, минут пятнадцать ходьбы.

— Тогда пойдём, — согласилась я.

Мы шли через небольшой лесок по узенькой тропинке в сторону озера. Эмиль шёл впереди, постоянно оглядываясь, не отстала ли я, и предусмотрительно убирая ветви деревьев с моего пути, чтобы те не ударили меня по лицу. Я наблюдала за ним с искренним восхищением. Статный, высокий блондин, с синими, как небо глазами, шёл так мягко по земле, что казалось, его ноги не касаются земли. Я невольно залюбовалась Эмилем. Тропинка закончилась, и мы вышли на открытое пространство прямо к озеру.

— Ну, вот мы и пришли, — сказал Эмиль и добавил: — Купаться будешь?

— Нет, пожалуй. К сожалению, я не взяла с собой купальник, — развела я руками.

— С твоего позволения, я освежусь, — сказал он и быстро раздевшись, нырнул в воду.

Я открыла рот. «Вот это грация!» — подумала я, наблюдая, как Эмиль размашистыми движениями рук, в мгновении ока оказался довольно на большом расстоянии от берега, а затем нырнул под воду.

Я сидела на берегу и наблюдала за ним. Прошла минута, потом две, три, но он не выныривал. Я встала.

— Боже мой, что он вытворяет?! — сказала я вслух. — Эмиль! — громко закричала я и нервно заходила вдоль берега. Меня охватила паника!

Через пять минут он вынырнул, почти у самого берега.

Я сердито на него посмотрела:

— Зачем ты меня так пугаешь, Эмиль?!

Он вышел из воды, виновато улыбаясь, и сел со мною рядом.

— Отгадай, что я тебе принёс?

Я с любопытством посмотрела на его руку, зажатую в кулаке.

— Не знаю, покажи.

Он медленно разжал пальцы, на ладони оказалась довольно крупная ракушка, ничем непримечательная с виду.

— Спасибо, — я взяла её и повертела в руках.

— Открой, — предложил он.

Я с интересом посмотрела на него, и не без труда открыла. Внутри ракушка была пустой, но её стенки были великолепны. Её насыщенный перламутровый цвет, поразил меня, и я сразу вспомнила, как мы шли с Эмилем по лесу к моему дому, и кожа на его лице переливалась как эти стенки необыкновенной ракушки.

— Спасибо, очень красиво! Я никогда не видела таких красивых ракушек.

— Пожалуйста, — и он улыбнулся мне своей ослепительной улыбкой.

— Ты очень долго был под водой. Как ты можешь так надолго задерживать дыхание? — поинтересовалась я.

— Долгие годы тренировок. Разве ты не слышала, что некоторые люди могут задерживать дыхание до пятнадцати минут?

— Да, я слышала об этом, но не знала, что и ты это можешь, надо было предупредить, ты меня сильно напугал.

— Прости, я не хотел тебя напугать, — он положил мне руку на плечо и слегка сжал, отчего сердце в моей груди забилось чаще.

Я не представляла, как начать разговор о том, что меня волновало. На вид он был обыкновенный человек, вот и кожа его больше не переливалась, как там, в лесу, таинственным, жемчужным светом. Конечно, он был очень сильным и выносливым, и довольно необычным, но человек.

— Становится очень жарко, — заметил Эмиль, — может, переберёмся куда-нибудь в тенёк?

— Конечно. А куда? — повертела я головой, ища глазами подходящее место.

— Вон там, в лесочке, есть небольшая полянка в роще, я иногда отдыхаю там, — Эмиль встал и подал мне руку, помогая мне подняться.

Добравшись до полянки, мы удобно расположились под деревьями, где было прохладно и свежо. Я откинулась на ствол берёзы и закрыла глаза. Время шло, а я так и не знала с чего начать разговор, но Эмиль заговорил сам.

— Наташа, как ты себя чувствовала, после того, как я вытащил тебя из воды? Ты быстро поправилась? Я надеюсь, ты больше не ныряла с неё?

— Нет, не ныряла. Спасибо, что поинтересовался моим здоровьем. Но, почему ты так быстро ушёл тогда?

— Я видел, что твои подруги спешат тебе на помощь, поэтому не хотел мешать вам.

— А как ты увидел, что я прыгнула?

— Я был не далеко от вас, когда увидел тебя, стоявшую на самой вершине этой скалы, я сразу понял твои намерения. Волны были большими, и я знал, что тебе грозит опасность. Зачем ты прыгнула с неё?

— Я неправильно оценила ситуацию. Сверху волны не казались мне такими большими, вдобавок, я не рассчитала свои силы. Я совершила большую глупость, и если бы не ты, я, скорее всего, утонула бы. Спасибо, что спас меня.

Эмиль кивнул головой, но ничего не сказал.

Я решила спросить у него про остров, где я встретила необычного человека с ярко-синими глазами.

— Скажи Эмиль, а не ты ли был на острове, недалеко от маленького пляжа, когда я приплыла туда?

Он заулыбался, вспомнив нашу первую встречу.

— Да, это был я.

— Почему ты прятался от меня? — спросила я.

— А ты не догадываешься? — рассмеялся он.

Я покраснела, опять вспомнив, что я была там абсолютно голая.

— Да, конечно, спасибо что спрятался, но это всё равно не помогло мне, я увидела тебя.

Он продолжил:

— Сначала я не слышал, как ты идёшь, и я не видел, как ты приплыла на остров, но… — он остановился, как будто не знал, как продолжить дальше.

— Что, «но»? — переспросила я.

— В общем, я почувствовал, как кто-то идёт в мою сторону. Я увидел тебя первым, ты шла тихо, оглядываясь по сторонам. Я не хотел тебя смущать, тем более пугать. Поэтому я встал за куст, но было поздно, ты увидела меня, — он сморщил нос, пытаясь не улыбаться.

— Я смотрю тебе смешно вспоминать этот случай, он вызывает у тебя улыбку, — чуть обиженно, произнесла я.

Эмиль неожиданно взял меня за руку, и от его прикосновения, жар разлился по моему телу, а сердце забилось быстрей.

— Ты была просто прекрасна! — уже серьёзно сказал он.

Я вспыхнула, как спичка, краска залила всё моё лицо.

— Не надо, — тихо попросила я.

— Хорошо, не буду тебя смущать, — промурлыкал он своим бархатным голосом.

Птицы в кроне дерева расшумелись, их чириканье разносилось по всей роще. Небольшая стайка птичек слетела к нам вниз под ноги. Я наблюдала за ними, как они делили гусеницу, храбро нападая друг на друга. Одна из них, вдруг слетела с ветки и села Эмилю на плечо, другая пристроилась у него на руке. Он нехотя стряхнул их, недовольно хмуря брови. Я протянула к ним руку, в надежде, что они сядут на неё, но только я её протянула, как они тут же отлетели прочь.

— Удивительно, они не боятся тебя, — повернулось я к Эмилю.

Птички вернулись и попытались опять сесть на Эмиля, не обращая внимания на меня.

— Нам пора идти, — вдруг сказал Эмиль.

— Почему, Эмиль, мы только недавно пришли?

— У меня есть кое-какие дела, — коротко бросил он.

Назад мы шли по той же самой тропинке. Он, как и до этого, постоянно оборачивался на меня, и убирал с тропинки ветки. Вид у него был недовольный, так как маленькие птички не хотели от него отставать, то и дело норовя сесть на него. Я чуть ли не бежала за ним.

— Почему мы так быстро идём? — запыхавшись, спросила я.

Он не ответил, лишь ещё больше прибавил шаг. Когда мы были почти у дома, я уже бежала за ним. Мы вошли в дом, и он, усадив меня на тот же диван, сел рядом. Лицо его было серьёзным, и он был чем-то расстроен.

— Ты что же, расстроился из-за этих милых пташек? Они не дали тебе спокойно отдохнуть?

Он сдвинул брови.

— Не обращай внимания, забудь. Давай лучше пообедаем, время уже много.

— Я бы не отказалась, — согласилась я. Утром, торопясь к Петру Петровичу, я так и не позавтракала, и теперь почувствовала голод.

— Пойдём на кухню, ты сама выберешь, что тебе поесть, — он взял меня за руку, увлекая меня в одну из дверей.

Кухня оказалась очень просторной: большой холодильник стоял в нише, кухонный гарнитур в светло-бежевых тонах, занимал противоположную стену, за обеденным столом, стоявшим возле окна, могло поместиться человек десять, столько же стульев стояло возле него, барная стойка разделяла кухню почти пополам, возле которой стояло три высоких стула. Ко всему этому кухню оснащали: электроплита, духовой шкаф и различные кухонные электроприборы, на стене висел большой телевизор.

Эмиль открыл холодильник:

— Выбирай.

Я заглянула внутрь:

— Ого, да здесь можно накормить роту солдат!

Эмиль засмеялся:

— Вильем продукты на рынке покупает, всё боится, что нам не хватит, или не будет времени съездить за ними, вот и перестраховывается. Извини, продуктов животного происхождения нет, мы вегетарианцы.

— Это ничего. Я не очень люблю мясо и рыбу, обойдусь растительной пищей, — сказала я, набирая продукты из холодильника в большое блюдо.

— Если ты не против, я приготовлю обед, а ты можешь пока заняться своими делами, — предложила я.

Эмиль одобрительно кивнул головой:

— С твоей стороны это очень мило, в этом доме уже лет пять женщина не готовила еду, как уехали отсюда мои сёстры.

— Пользуйся моментом, — шутя, сказала я.

— Не буду тебе мешать. Я схожу пока на конюшню, через час приду. Тебе времени хватит приготовить?

— Вполне, — кивнула я.

Я решила приготовить овощной суп и картошку с грибами. Готовя еду, я думала о маленьких птичках, которые не давали покоя Эмилю.

«Почему они не боялись Эмиля, а ко мне так ни одна не подлетела?» — размышляла я.

Всё это казалось странным. Мне надо с ним поговорить. Кто он на самом деле? Пока я готовила еду, я мысленно представляла, какие вопросы я задам Эмилю, но когда он вернулся, у меня всё вылетело из головы.

— Вкусно пахнет, — сказал он, заходя на кухню.

— Мой руки, всё готово, — по-хозяйски, сказала я.

Эмиль улыбнулся:

— Как скажете, мисс, — шутя, приложив руку к голове.

Глава 11

— Наташа, да ты волшебница! Я так давно вкусно не ел, — похвалил меня Эмиль. — А та порция для кого? — он указал на столик, на котором стояло тарелка с едой.

— Брату твоему. Я подумала, он наверно приедет голодный, вот решила и ему приготовить.

Он одобрительно кивнул головой:

— Спасибо, что позаботилась о моём брате, он будет доволен.

Остальной остаток времени за обедом, мы провели молча. Убрав со стола и помыв посуду, мы пошли прогуляться вокруг окрестностей дома. Я всё-таки решилась на разговор с ним, подумав, что такого случая возможно больше не представится.

— Эмиль, мне надо с тобой поговорить, — нерешительно начала я.

Он вскинул брови и вопросительно посмотрел на меня:

— Я слушаю.

— Эмиль, мы встречаемся с тобой уже четвёртый раз, и я поняла, что ты обладаешь многими сверхъестественными способностями для простого человека.

— Не только я, многие люди обладают ими, — ответил он.

— Я согласна, в отдельности, но не сразу всеми которыми обладаешь ты. Я посмотрела на его реакцию, но он казался спокойным.

— Наверно я уникум, — попробовал он пошутить.

— Я не шучу. Скажи мне правду, откуда эти способности у тебя?

Он закатил глаза:

— Наташа, скажи, ну какие у меня способности?

— Тебе перечислить Эмиль? — решительно сказала я.

— Да, — кивнул он головой.

— У тебя цвет глаз, необычный для человека. Хотя, можно сделать исключение.

— Хорошо, продолжай, — согласно кивнул он.

— Ты сильный и выносливый, даже для хорошего спортсмена.

— С чего ты взяла?

— Тогда в лесу, когда ты нашёл меня без сознания, ты нёс меня на руках довольно долго, при этом твои руки не тряслись после этого, как это было бы у обычного человека.

— Я время от времени отдыхал. Наташа, ты была без сознания и не могла этого видеть. Его слова казались правдивыми, и я не стала этого оспаривать.

— Ну, хорошо, а твоя кожа? Почему она была цвета жемчуга? — уже смелее продолжила я.

Он рассмеялся:

— Это эффект белых ночей. Всё в это время кажется таинственным, особенно в день Ивана Купала. Посмотри, сейчас она напоминает тебе жемчуг? — он протянул руку, демонстрируя мне её.

— Сейчас нет. Но тогда в лесу, я не слепая была, и у меня, в отличие от тебя, не было такого эффекта. И почему тебя не боятся птицы?

— Хорошо, хорошо, я — инопланетянин, — замахал он руками и рассмеялся.

— Нет, ты не инопланетянин, — серьёзно сказала я.

— Ну, и кто я по твоему мнению?

Я набралась смелости и выпалила:

— Лель!

Его лицо вдруг стало серьёзным. Он немного помолчал, а потом спросил:

— Ты серьёзно?

— Да, я серьёзно, — его изменение в поведении, подтвердили мою догадку.

— И, с чего вдруг такие выводы, что я являюсь сказочным персонажем? — он казалось, взял себя в руки и продолжил игру.

— Я не считаю тебя сказочным персонажем, — решила я идти до конца.

— Но лель, как мне известно, является именно сказочным персонажем. Сказку про Снегурочку, помнишь? Её в детстве всем читают, — Эмиль внимательно наблюдал за мной.

— Да, но эта сказка основана на легендах, — не хотела сдаваться я и продолжила: — Лель — это бог любви, а Лада — богиня любви, в гугле поищи.

— Значит, я — бог?! Неожиданно как-то, — он всё ещё пытался шутить, хотя я понимала, что я на верном пути.

— Нет, ты не бог, но и не человек, — настаивала я.

— Наташа, ну с чего ты взяла, что я являюсь этим лелем? — настороженно сказал Эмиль.

— Легенды говорят об этом, а ты подходишь под их описание в точности.

Он вдруг стал серьёзным.

— Где ты слышала эти легенды, и о чём они говорят?

Я вкратце рассказала ему историю о лелях и ладах.

Он удивлённо поднял брови и посмотрел на меня, и уже без шуток спросил:

— Кто рассказал тебе эту легенду?

— Тани Никконен бабушка, Раиса Арионовна, её предки — карело-финны, и эту легенду в своё время, ей рассказала её бабушка.

— И ты сразу поверила в эту сказку?

— Нет, не сразу, пока тебя не встретила.

Он тяжело вздохнул:

— Не знаю, что тебе сказать, если хочешь, верь, но тебе всё равно никто не поверит.

— Я не собиралась никому болтать. Я просто хотела узнать правду от тебя, — рассердилась я.

— Давай этот разговор отложим на потом, хорошо? — предложил он.

— Хорошо, но я надеюсь, ты не станешь меня обманывать?

— Постараюсь оправдать твоё доверие, — опять попытался он пошутить, но лицо его было серьёзным.

Я поняла, что я попала в точку, вот только Эмиль не хотел раскрывать, кем он на самом деле являлся.

— Мне пора ехать домой, бабушка будет переживать, — я остановилась и оглянулась на дом, от которого мы отошли на довольно приличное расстояние.

— Я отвезу тебя, как и обещал, — настроение Эмиля, после нашего разговора, резко изменилось.

Когда мы подошли к дому, я сказала:

— Я подожду тебя во дворе.

Эмиль вернулся через десять минут, вертя на пальце ключ от машины, а в другой руке он держал трёхлитровую банку мёда. Подойдя ко мне, он вручил банку мне:

— Это мёд, твоей бабушке.

— Спасибо, она будет рада такому подарку, да и причина у меня будет, для чего я поехала к вам.

Он открыл передо мной дверцу «Порше», и я села в мягкое кожаное кресло. Машина тронулась плавно, как будто оторвалась от земли.

— Когда мы ещё увидимся? — спросил Эмиль, и его вопрос застал меня врасплох.

— Можно завтра, я вечером свободна, — краснея от волнения, ответила я.

— Заеду за тобой часов в пять, если ты не против, — Эмиль улыбнулся мне.

— Хорошо. А что, мы куда-то поедем? — спросила я.

Он пожал плечами:

— Можем покататься по округе, здесь очень красивые места.

— Отлично, покатаемся! — поддержала я идею.

Машина тихо катилась по грунтовой дороге в сторону деревни, шурша гравием. Мы выехали на перекрёсток в тот момент, когда на нас с правой стороны вылетел грузовик. Он нёсся на бешеной скорости, похоже было, что водитель потерял управление. Эмиль резко вывернул руль, машину развернуло, и грузовик с сильным грохотом врезался в нас, в ту сторону, где сидел Эмиль. Всё произошло настолько быстро, что я не сразу осознала, что случилось. При резком толчке, меня швырнуло вправо, и если бы не ремень безопасности, я бы вылетела вместе с дверцей автомобиля на дорогу. Послышался звон битого стекла, и всё стихло.

Хотя я сильно ударилась о мягкую обивку салона, сознание я не потеряла, только звон стоял в ушах, и резко заболело плечо. В последний момент столкновения, когда стекла автомобиля разлетелись вдребезги, я заметила, как Эмиль нажал на кнопку, на приборной панели, и вместо разбитых стёкол появились другие, тонированные.

Придя в себя, я повернула голову к Эмилю. К моему ужасу, он лежал в своём кресле неподвижно, весь, залитый какой-то голубой жидкостью. Крови не было, чему я очень обрадовалась, значит, он не ранен. Я тихонько тронула его за плечо:

— Эмиль, Эмиль, очнись, — повернув его голову к себе, я взяла его лицо в свои ладони.

— Эмиль!!! — уже с ужасом, чуть ли не прокричала я, но он не реагировал.

Мои руки были перепачканы этой голубой жидкостью, которая непонятно откуда взялась. Я расстегнула на нём рубашку. Его тело и лицо, были изранены битым стеклом, а из его ран… текла голубая жидкость!

«У Эмиля голубая кровь!»

От увиденного я оторопела, теперь мне не нужны были доказательства, что он не человек, а лель из легенд карело-финнов. Я собралась с мыслями, и приложила ухо к его груди. Сердце билось — он жив!

Я с облегчением вздохнула: «Он просто без сознания».

Я начала искать аптечку в салоне автомобиля, она оказалась на заднем сиденье. С трудом дотянувшись до неё, я лихорадочно начала искать бинты. Голос Эмиля отвлёк меня от моего занятия:

— Не надо, не ищи, это, вряд ли мне поможет.

Я обрадовалась и обняла его:

— Эмиль ты жив! Я так перепугалась за тебя, ты был без сознания.

— Ты в порядке? — спросил он.

— Да, со мной всё хорошо, а вот ты сильно пострадал, — слёзы выступили у меня на глазах.

— Наташа, прости, что так всё получилось, — он поморщился, ощупывая свою голову.

— Тебе надо обработать раны и вызвать скорую помощь, — предложила я.

— Ну, и как я это объясню врачам? — он протянул мне руку испачканную голубой кровью.

— И, что нам делать? — я смотрела на него, не зная, что ещё можно предпринять.

— Ничего не надо делать, надо ждать, скоро всё заживёт, — он снял рубашку и бросил её на заднее сиденье.

В окно автомобиля постучали, и мужской голос спросил:

— Эй, кто там, вы живы? Откройте двери, мы вызвали «скорую», вам скоро окажут помощь.

Эмиль был недоволен таким стечением обстоятельств. Через закрытую дверь он крикнул:

— С нами всё в порядке, спасибо за помощь, но мы не можем открыть, двери заклинило.

— Хорошо, ждите, помощь уже близко, — ответил тот же мужчина и отошёл от машины.

— Эмиль, что делать? Скажи мне, как я могу помочь тебе? — я была на грани нервного срыва, меня всю трясло, а голова плохо соображала.

— Никак, само пройдёт, — устало сказал он и откинулся на спинку кресла. — Возьми спирт и вату в аптечке, надо стереть кровь, пока помощь не приехала, — попросил он, не открывая глаз.

Я опять схватила аптечку и начала в ней рыться.

— Вот нашла, — я вынула пузырёк с жидкостью, на котором было написано «медицинский спирт», вата лежала тут же.

Трясущимися руками я открыла пузырёк и намочила вату, по салону разнёсся характерный запах спирта. Аккуратно, чтобы не причинить Эмилю боль, я начала обтирать его лицо и грудь, и с удивлением заметила, что раны на его теле стали не такими глубокими, когда я первый раз увидела их.

— Невероятно! — произнесла я вслух.

— Давай я тебе помогу, — Эмиль взял спирт из моих рук, намочил вату, и стал обтирать себе голову.

Когда мы закончили, от ран не осталось и следа. Я была поражена, и ещё не веря своим глазам, провела рукой по его торсу, где только что зияли страшные раны. От моего прикосновения он вздрогнул и, притянув меня к себе, крепко обнял. Сердце из моей груди чуть ли не выпрыгнуло, и я задохнулась от жара, нахлынувшего на меня.

— Наташа, прости, я очень испугался за тебя, — шёпотом сказал Эмиль.

— Всё в порядке, не переживай, — еле слышно ответила я.

В окно машины снова постучали:

— Люди, вы как там, живы?

Эмиль отстранился от меня и открыл окно:

— Всё в порядке, мы живы и здоровы.

Мужчина за окном сильно удивился:

— Повезло вам ребята, мы думали, вы в лепёшку разбились.

Мы вышли из разбитой машины. Собралось много народа, все с любопытством смотрели на нас. Ко мне подошёл фельдшер скорой помощи, и спросил всё ли у меня в порядке. Я ответила, что всё хорошо, и он отошёл.

— Наташа, тебе надо пойти домой, я сам разберусь здесь, — подойдя ко мне, сказал Эмиль.

— Точно справишься? — уточнила я.

— Конечно. Не волнуйся. Я надеюсь, наш договор о завтрашнем дне в силе? — с улыбкой спросил он.

— Конечно, о чём ты, — я взяла его за руку.

— Хорошо, иди, а то народу слишком много собралось, — он погладил меня пальцем по запястью и отпустил мою руку. Проявлять свои чувства на людях было неудобно, и я, повернувшись, зашагала к дому.

Глава 12

Я уже была близко, когда увидела возле своего дома скорую помощь, и двух женщин с нашей деревни, стоявших на крыльце, они что-то громко обсуждали.

«Бабушка!» — промелькнуло у меня в голове, и я ускорила шаг.

— Наташа! Жива! — одна из женщин всплеснула руками.

— Жива, жива. Что с бабушкой? — спросила я.

— Да Степанида узнала, что ты разбилась на машине, там, на перекрёстке, ну и побежала сообщить эту новость Марии Михайловне, — с сожалением ответила она.

Я растолкала их, и бросилась в дом. Вбежав в бабушкину комнату, я увидела, что она лежит на кровати и тихо причитает, а возле неё толпятся фельдшер и санитар.

Я бросилась к ней:

— Бабуля, что с тобой?

Она посмотрела на меня, как будто ещё не веря, что видит меня.

— Наташенька, жива, слава Богу! — снова запричитала она. — Я уже не верила, что увижу тебя живой, — из её глаз полились слёзы.

— Бабуля успокойся, со мной всё в порядке, видишь ни одной царапины, — успокаивала я её.

— Наташенька, внученька, я папе с мамой позвонила, они завтра здесь будут, — она погладила мою руку.

— Бабушка зачем? Они же там с ума сойдут! Я жива и здорова, не надо было звонить! — я расстроилась, потому что знала, что если родители приедут, они заберут меня в город.

— Наташа, я не знала что делать, — она опять заплакала.

— Ладно, бабуля, не плачь, тебе нельзя, а то давление поднимется. Я позвоню им сама, — и пошла в комнату за телефоном, который я забыла взять с собой утром, когда поехала к Эмилю.

Быстро найдя номер телефона мамы, я нажала на вызов. Пошли гудки, я нервничала и кусала губу. «Ну, мама, бери трубку!».

Наконец-то на том конце ответили:

— Наташа?! Наташенька, это ты?!

— Да, мама, это я. Со мной всё в порядке… — она не дала мне договорить.

— Наташа, ты где, в больнице? Ты сильно ранена? Мы с папой выезжаем, завтра будем у вас. Доченька, всё будет хорошо, мы поместим тебя в самую лучшую клинику в Питере, ты поправишься…

— Мама, мама! — перебила я её, — я не в больнице, я дома. Со мной всё хорошо, ни одной царапины, не приезжайте, не надо.

— Наташенька, что ты такое говоришь? Мы приедем и заберём тебя домой!

— Мама, успокойся, и выпей валерианки, — уже сердито сказала я.

В трубке послышался папин голос:

— Наташа, что случилось? Это что за авария была?

— Папа, ну хоть ты успокойся, — взмолилась я.

— Тогда объясни мне, что за парень вёз тебя на машине? Кто он такой и куда вы ехали?

Я вкратце рассказала ему всю историю, умолчав конечно о многих вещах.

— Папа, если ты мне не веришь, позвони Петру Петровичу, он подтвердит.

— Хорошо дочка, я верю тебе, — уже спокойней ответил отец. — Но мы тебя всё равно должны забрать домой, здесь тебе будет безопасней.

Я закатила глаза:

— Папа, это с любым может случиться. И где уверенность, что подобного не случится со мной в городе? Эмиль не виноват, скорее всего, водитель грузовика пьян был. И если бы не Эмиль… — я запнулась, — в общем, он спас меня.

— Парень сильно пострадал? — поинтересовался отец.

— Нет, с ним тоже всё в порядке.

— Хорошо, что всё закончилось благополучно, — отец тяжело вздохнул. — Я прошу тебя, будь осторожна.

— Хорошо, папа, я буду осторожна. Прошу тебя, поговори с мамой, и не приезжайте за мной, я всё равно домой не поеду.

Отец опять тяжело вздохнул:

— Ты совсем стала взрослой, дочь. Я попробую поговорить с мамой. Как бабушка?

— Нормально, у неё просто подскочило давление, ей сделали укол и теперь ей лучше, — ответила я.

— Береги себя, пока, — и отец отключился.

Я с облегчением вздохнула и пошла, проведать бабулю. Заглянув к ней в комнату, я увидела, что она спит, тихо посапывая. Я тихо вышла из комнаты, направляясь на кухню. На столе стояла тарелка накрытая салфеткой, приподняв её, я увидела салат и голубцы, оставленные мне бабушкой. Она всегда оставляла мне еду на столе, когда я задерживалась. Я поела, помыла посуду и пошла в душ.

Вода хорошо освежила меня, и я почувствовала себя бодрей. Вернувшись в комнату, я открыла окно и развалилась на кровати. Мне не хотелось сегодня больше ни с кем разговаривать, все мои мысли были заняты событиями прошедшего дня.

«Эмиль — лель! Все легенды о них оказались реальны, невероятно! Но откуда этот народ взялся? Как они появились на нашей земле? Он должен рассказать мне всё о своём народе. Эмиль — лель!» — мне было всё интересно, и я планировала узнать всю правду о них.

Даже не верилось, но я всё видела своими глазами! И ещё я знала, что я влюбилась в него, раз и навсегда, бесповоротно.

В дверь постучали. Я спустилась вниз и открыла двери. На пороге стояли мои подруги.

— Натаха, привет. Как ты? — с круглыми глазами спросила Надя.

— Нормально всё, проходите, только тихо, бабушка спит.

«Сейчас начнутся долгие расспросы, с требованием мелких подробностей» — подумала я, но выпроваживать их было бы невежливо. Я посторонилась, давая им пройти.

В комнате мы все уселись на мою кровать, и я приготовилась отвечать на их вопросы. Видя их замешательство, я начала первой:

— Я так поняла, что вы хотите знать, что произошло?

Они синхронно закивали головами. Я так же, как и отцу, вкратце описала события дня.

— Наташа, мы так переживали, в деревне сказали, что ты насмерть разбилась. Потом прибежала тётя Валя и сказала, что ты уже дома, вот мы и пришли узнать, как у тебя дела, — волнуясь, сказала Татьяна.

Я махнула рукой:

— Не берите в голову, всё хорошо.

— А почему ты назад не вернулась с председателем?

«Вот и началось, сейчас потребуют подробностей» — подумала я.

— Он занят был. У него возникли неотложные дела. Ну, и Эмиль, любезно согласился отвезти меня домой.

Татьяна посмотрела на меня хитрыми глазами.

— Сначала он тебя проводил до дома, и дал тебе свою куртку, потом ты побывала у него дома, и он тебя даже домой повёз на своей крутой машине. Натаха, да у вас с ним роман, похоже! — восторженно подытожила подруга.

— Роман не роман, но я думаю, мы нравимся друг другу, — ответила я. Хоть они и были моими лучшими подругами, и мы друг от друга ничего не скрывали, но большего им знать не надо было. Мы повзрослели, и теперь девчачьим откровениям не место. Теперь у нас должна быть своя личная жизнь, со своими тайнами, особенно если это касается противоположного пола. Хотя от дружбы с ними я никогда не откажусь.

— Роман, роман! — поддержала подругу Надежда.

— Ну, хорошо, пусть будет роман, — сдалась я.

— Рассказывай о нём, — в один голос потребовали они.

— Стоп, стоп, девочки. Что рассказывать? Я его видела всего несколько раз, — возмутилась я.

— А вы целовались с ним? — спросила Таня.

— Нет, девочки, мы с ним не целовались.

Надежда с разочарованием вздохнула:

— Ну, тогда и правда, нечего рассказывать. Наташ, а правда, говорят, что они с братом очень богатые?

Я пожала плечами:

— Не знаю девчонки, я у него не спрашивала, а сам он об этом не говорил.

— Ну, а ты как сама думаешь, ты же была у них, — любопытствовала Надя.

— Дом у них шикарный, машины дорогие, мебель в доме тоже не дешёвая, да и картины. Сейчас так многие живут. И разве это главное? Лично мне всё равно, — отмахнулась я от подруг.

— Он тебе нравится? — допытывалась Надя.

— Конечно, нравится, кому он не нравится! — ответила за меня Татьяна. — Принц на белом коне, это конечно хорошо, но когда он ещё и богат, то ещё лучше, — дополнила она.

— Девчонки, но хватит уже про его богатство, меня это меньше всего волнует, — пыталась я урезонить подруг.

— Но замуж лучше выйти за богатого, чем за бедного, — мечтательно сказала Надя.

— Надя, я замуж не собираюсь пока. Мне через неделю только восемнадцать исполнится, да и учёба ждёт впереди. Сначала отучусь, а потом можно и замуж, — сказала я.

— Ну да, конечно, сначала ВУЗ. А когда любить? Шесть лет учиться! Так вся молодость пройдёт. Кому мы нужны будем двадцатичетырёхлетние старухи? — Надя смешно надула губы.

Я громко рассмеялась.

— Ну, Надюха ты даёшь! В двадцать четыре уже старухи?! Да ты посмотри сейчас на них, они тебе наперёд фору дадут.

Надя обиженно поджала губы:

— Ладно, не старухи, но шесть лет своей жизни, я не представляю без любви.

— Надюха, да кто же тебе запрещает любить? Люби, только голову не теряй, — всё ещё смеялась я. — Ладно, девчонки, спасибо что зашли. Уж извините, устала сегодня, отдохнуть хочется.

— Конечно, Наташ, мы уходим. Созвонимся ещё, не теряйся, — вставая с кровати, сказала Таня.

Я проводила их, и плюхнулась на кровать. Допросы на сегодня закончились, я с облегчением вздохнула. Снизу послышался бабушкин голос:

— Наташенька, ты дома? Спустись ко мне ненадолго.

Я подскочила и побежала вниз.

— Бабушка, ты как себя чувствуешь?

— Уже намного лучше внученька. Я рада, что с тобой всё хорошо. Принеси мне водички, пожалуйста, — попросила она.

Я пошла на кухню, налила в стакан воды и принесла ей. Выпив воду, она сказала:

— Иди, отдыхай, извини что побеспокоила.

— Да ты что, бабуля, мне совсем не трудно. Может, ещё чего хочешь?

— Нет, нет, иди, отдыхай, я тоже ещё посплю немного, — махнула она рукой.

— Хорошо. Только если что надо будет, зови, не стесняйся, — поправила я ей одеяло.

— Иди, всё будет хорошо, мне намного лучше уже, — устраиваясь поудобней на подушке, сказала она.

Глава 13

Проснувшись утром, на следующий день, первое, что я вспомнила, это то, что Эмиль должен сегодня ко мне приехать. Сердце сжалось.

«Боже мой! Да я влюбилась в него не на шутку! Вот только влюблён ли он в меня?» Я закрыла глаза и представила его лицо. Необыкновенно красив! Легенда оказалась реальностью, сказка превратилась в явь. Я ещё долго лежала в постели и думала о моём необыкновенном красавце с ярко-синими глазами. В дверь тихонько постучали.

— Бабуль, входи, — крикнула я.

— Внучка, ты не спишь? — она тихонько зашла в комнату.

— Нет, не сплю, — я потянулась и села на кровати.

— Завтракать будешь? Всё готово, — она подошла и села на краешек кровати.

— Спасибо ба, я бы не отказалась позавтракать, — поцеловала я её в щёчку. — Бабуля, ты у меня самая лучшая! Спасибо тебе за всё, я люблю тебя.

Она прижалась к моему плечу и всхлипнула:

— Дорогая, я тоже тебя сильно люблю.

— Ну-ну, не плакать, а то опять давление поднимется, — я вытерла ей слёзы с морщинистых глаз.

— Наташенька, ты уже взрослая девочка, скоро уедешь учиться, у тебя начнётся своя жизнь, и ты забудешь свою старенькую бабушку, — она опять всхлипнула и достала из кармана платок.

— Ба, ну что ты, я всегда буду приезжать к тебе. Куликово — моя вторая родина, а твой дом — мой дом, — попыталась я её утешить.

— Спасибо родная, я всегда буду ждать тебя. Но всё, пойдём завтракать, а то оладьи остынут, — она поднялась и направилась к двери.

Я быстро соскочила с кровати, накинула халатик и спустилась на кухню следом за ней.

За домашней работой день прошёл незаметно, и стрелка часов неумолимо приближалась к пяти часам вечера. В предвкушении приезда Эмиля, я начала готовиться к встрече. Перебрав весь свой гардероб, я пожалела, что не взяла с собой одежды больше. Я думала, что в деревни мне не понадобится много нарядов и поэтому взяла с собой только самое необходимое. Как бы мне сейчас пригодились мои юбки и блузки. Выбрав синие джинсы и топик, я осталась довольна, всё равно ничего лучше нет.

«Мы же будем просто кататься на машине, к чему надевать платье, в джинсах удобней» — решила я.

— Наташа, ты куда-то собираешься? — на пороге моей комнаты стояла бабушка.

— Да, ба. У меня на семнадцать часов назначена встреча. По дому я всё сделала.

— А с кем, если не секрет? — она внимательно смотрела на меня.

Врать не хотелось, вдруг она узнает про нас.

— С Эмилем Кейном.

— Она открыла рот:

— Это тот, который тебя на машине чуть не угробил?!

— Бабуль, не переживай, он хороший парень, и очень воспитанный.

— Но ты чуть не разбилась с ним! — запаниковала она.

— Ба, но Эмиль не виноват, грузовик выскочил из-за поворота прямо на нас, водитель пьян был, или ему плохо стало, не знаю, — начала я оправдываться. — Но не может же быть, чтобы это каждый день случалось, тем более, Эмиль осторожно водит машину, — добавила я.

Она вздохнула:

— Ну ладно, иди, но будь осторожна. И не позволяй этому парню руки распускать, — она погрозила мне пальцем.

Я рассмеялась:

— Конечно бабуль, всё сделаю, как ты сказала, — я расцеловала её в обе щеки.

Послышался автомобильный гудок.

— Приехал, женишок, беги к нему, — проворчала бабушка.

Я подошла к окну и выглянула наружу, напротив нашего дома стоял роскошный «Бентли», а рядом, облокотившись на дверцу машины, стоял Эмиль. Увидев меня в окне, он помахал мне рукой. Я тоже помахала ему и побежала вниз.

— Наташа, только недолго, в десять, чтобы дома была, — крикнула мне вслед бабушка.

Подбежав к Эмилю, я хотела его обнять, но побоялась, что бабушка наблюдает за нами из окна, и сдержалась.

— Привет! — перевела я дыхание, сердце моё гулко билось.

Он ласково посмотрел на меня:

— Привет, красавица! Поехали? — и он открыл передо мной дверцу машины.

Я юркнула внутрь, а Эмиль обошёл машину и сел за руль. Машина, как и в первый раз, тронулась легко и мягко.

— Куда мы едем? — поинтересовалась я.

— Это, сюрприз, — улыбнулся он.

У Эмиля была очаровательная улыбка. Когда он так улыбался, сердце моё падало, куда-то вниз.

— Сюрприз — это здорово! — одобрительно, сказала я.

Он ничего не ответил, только загадочно улыбнулся.

Мы ехали по грунтовой дороге, мимо заливных полей и зелёных лесов, которые сменялись небольшими озёрцами, на зеркальной глади которых росли жёлтые кувшинки. Дорога петляла между скал и зелёного леса. В настроении Эмиля, я уловила тревогу, хотя он и пытался изо всех сил улыбаться мне.

— Эмиль у тебя неприятности? — спросила я.

— Всё в порядке, Наташа, — его голос дрогнул.

— Ты ездил в полицию, насчёт аварии? Что тебе там сказали?

— Водитель грузовика был пьян, моей вины нет. В полиции сказали подъехать через неделю, для оформления бумаг.

— Я надеюсь, водитель грузовика жив?

— Наташа, не переживай, он жив, что ему будет в грузовике.

— А как твоя машина?

Эмиль вскинул в удивлении брови:

— Какая машина, Наташа?! Мы побывали под многотонным грузовиком, она ремонту не подлежит, её на эвакуаторе увезли на свалку.

— Так ты из-за этого так расстроен, что разбил дорогую машину?

— Нет, не из-за этого, машина дело наживное, — Эмиль нахмурил брови.

— Тогда, что тебя тревожит? — я всерьёз обеспокоилась.

Он немного помедлил:

— Брат сегодня вернулся из города и узнал про аварию.

— И что, он сердился на тебя, из-за того, что ты разбил её, и что сам чуть не разбился, да?

— Нет, не из-за машины. Тем более не за меня, он знает, что я в любой аварии выживу. Ты сама видела, как быстро у меня заживают раны.

— Так в чём дело? — чуть ли не крикнула я.

— Дело в тебе, — грустно сказал он.

— Во мне? — удивилась я. — Почему?

— Наташа, понимаешь, никто из людей не должен знать о нашем существовании, а ты узнала, вот в чём причина его недовольства. Ему рассказали обо всех подробностях аварии, и про тебя в том числе, естественно он догадался обо всём. Машина получила сильные повреждения со стороны водителя, и Вильем, конечно, понял, что я сильно пострадал, и конечно он понял, что ты видела, какая у меня кровь и как мои раны быстро зажили. У меня с ним был тяжёлый разговор, и мне пришлось рассказать ему всю правду о нас. У нас и до этого был разговор о тебе, но он не думал, что у нас всё так далеко зайдёт, и ты узнаешь кто я.

— Но, я никому не собираюсь рассказывать про то, кто вы такие, — поспешила заверить я Эмиля.

— Я знаю. Но дело немного в другом, — он опять нахмурил брови.

— В чём? — нетерпеливо спросила я.

Он вздохнул и потёр лоб.

— Мы почти приехали, посмотри направо.

Я повернула голову. Справа от нас, возвышалась очень высокая скала.

— Мы что, полезем на неё? — показала я на неё пальцем.

— А ты хотела бы попасть на самый её верх? — вопросом на вопрос, ответил он.

— Да, но как мы туда поднимемся? Здесь нужно альпинистское снаряжение, и как я понимаю, у нас его нет, да и альпинистка из меня никудышная, — сложила я руки на груди.

Эмиль подмигнул мне:

— Нам не надо снаряжения, мы и так попадём на скалу.

— И каким образом? — сюрприз становился всё интересней.

— Увидишь, — Эмиль опять подмигнул мне и улыбнулся.

Мы припарковались возле большого валуна, дальше надо было идти пешком. Я вышла из машины и подумала: «Как хорошо, что я не надела платье, в лесу в нём было бы неудобно».

По тропинке, которую проложили туристы, мы направились к скале. Эмиль шёл впереди, оглядываясь на меня, и убирая ветки, мешающие нашему передвижению. Вот, мы и у подножья скалы. Я подняла голову вверх:

— Ого, да она высоченная!

Эмиль обнял меня за плечи и посмотрел в глаза:

— Ты мне доверяешь?

— Конечно, доверяю, Эмиль! — с готовностью ответила я.

— И ты, ничего не боишься со мной?

Я не понимала, к чему он клонит, но сказала:

— После той ночи, когда ты принёс меня к дому на руках, я тебе полностью доверяю и ничего не боюсь.

— Тогда закрой глаза и не открывай, пока я не скажу.

Я закрыла глаза, и он поднял меня на руки.

— Не открывай глаза, — ещё раз предупредил Эмиль.

— Хорошо, не открою.

Я почувствовала лёгкий толчок, и ветер ударил мне в лицо. Я вцепилась Эмилю в шею и прижалась к его щеке. Я не поняла, что произошло, но чувствовала, что это что-то необычное. Через несколько секунд толчок повторился, ветер перестал бить в лицо, и Эмиль поставил меня на ноги.

— Теперь можешь открыть глаза, только постарайся не испугаться, — предупредил он.

Я медленно стала открывать глаза, и тут же широко их раскрыла. Мы стояли на самой вершине этой высоченной скалы! У меня перехватило дыхание.

— Как ты это сделал?! Как мы, так быстро оказались наверху?!

Он тихонько засмеялся, дивным перезвоном колокольчиков:

— Это одно, из моих способностей.

Я в восторге посмотрела на него:

— Ты умеешь летать?

— Нет, я не умею летать. Но если сильно оттолкнусь, могу преодолеть большое расстояние, как в длину, так и в высоту. Посмотри, как тут красиво, — Эмиль развернул меня за плечи лицом к озеру.

Я с восхищением смотрела на вид, открывшийся мне сверху. Облака были так близко, что казалось, стоило протянуть к ним руку и можно дотронуться до них. Внизу лежали зелёные поля и пышными шапками рос лес. Маленькие озёрца, сверху казались лужами. На горизонте виднелось большое озеро, которое переливалось в лучах солнца. Лучи солнца пронизывали всё: и облака, и лес, и казалось даже воздух. Я, как будто, оказалась в волшебной стране.

— Как красиво! — только и смогла произнести я.

— Нравится? — спросил Эмиль.

— Конечно, я такой красоты не видела никогда!

Эмиль, довольный, что смог произвести на меня впечатление, сел на мягкую траву и стал смотреть на меня снизу вверх. Я в нерешительности стояла, не зная, сесть ли мне рядом или остаться стоять. Он снял с себя куртку и постелил рядом.

— Садись, — предложил он.

Я села, и какое-то время мы сидели молча, смотря вдаль, на необыкновенно красивую панораму, открывшуюся нам. Разговор надо было как-то начать, и я решила, ещё раз, поинтересоваться его разбитой машиной:

— Эмиль, тебе жалко разбитую машину? Она наверно очень дорогая была?

Он усмехнулся:

— Я рад, что ты не пострадала. А машина… что машина… новую куплю, не проблема.

— А эта чья, на которой мы приехали? — кивнула я вниз.

— Брата, — он засмеялся. — Еле уговорил его, дать мне машину сегодня.

— Он что, не разрешает тебе ездить на его машине?

— Разрешает. Сегодня не хотел давать.

— Из-за меня? — с сожалением спросила я.

Эмиль кивнул головой:

— Да.

— Но почему, ведь он меня совсем не знает, — с обидой сказала я, не понимая, почему его брат так невзлюбил меня.

— Дело не в тебе самой. Дело в том, что ты человек, — грустно сказал Эмиль.

— А он что, не любит людей?

— Нет, любит, просто он считает, что лели и женщины не могут быть вместе, потому что мы очень разные.

— А ты как считаешь? — я посмотрела ему в глаза.

— Он обнял меня за плечи и прижал к себе:

— Ты мне стала очень дорога, — тихо сказал он.

Я сидела, боясь пошевелиться. Я слышала, как гулко бьётся его сердце, и необыкновенный покой окутал меня.

— Эмиль, почему вы не хотите, чтобы люди знали о вас?

Он вздохнул:

— Эта старая история. Война отделила нас от людей.

— Да, я знаю эту историю, Танина бабушка рассказывала нам эту легенду. Так что это действительно, правда?

— Да, это, правда.

— Удивительно, — произнесла я.

— Эмиль, а кто ты по профессии? Кем работаешь? — мне было всё интересно о нём, и я в невпопад начала задавать вопросы.

— У меня много профессий и несколько высших образований. Сейчас я работаю врачом — нейрохирургом. До этого был археологом, как брат, Эрик. Мы вместе ездили с ним на раскопки: в Египет, Грецию, и многие другие страны.

Я открыла рот:

— У тебя несколько Вузов за плечами, и ты успел поработать археологом, а теперь врачом? Сколько же тебе лет, что ты всё это успел?

Он сдвинул брови, как будто пожалел, что сказал лишнее.

— Да наш народ… ну, мы вроде вундеркиндов, нам всё легко даётся. Я могу пройти весь курс обучения в Вузе за три месяца, поэтому в свои двадцать четыре года, я уже многое знаю и умею.

— Да, это всё объясняет. Невероятные способности! — с восхищением заметила я.

— А ты, на кого хочешь учиться? — спросил Эмиль.

— На экономиста, как моя мама.

— И ты в августе уедешь отсюда? — тихо произнёс он.

— Придётся, что делать, — с ноткой грусти ответила я. — А хочешь я поеду учиться в твой город, и мы будем вместе? — предложила я.

Эмиль тревожно взглянул на меня, и промолчал, а я покраснела.

— Извини, я, кажется, тороплю события.

Он крепко обнял меня.

— Ничего, мы это ещё обсудим. Наташа, я не хотел бы расставаться с тобой, — Эмиль опустил голову.

— Так в чем же дело? — подняла я на него глаза.

— Всё очень сложно, ты не поймёшь.

— Почему… — я не договорила, его губы прильнули к моим.

У меня закружилась голова, и предательски задрожали ноги, но Эмиль держал меня крепко. Мне показалось, что наш поцелуй длится вечно! Такого, я ещё не испытывала! Это не прыщавый мальчишка — Игорь, который поцеловал меня в восьмом классе, и я после этого, не могла без брезгливости вспоминать этот случай. Поцелуй Эмиля был волшебный! Я, как будто, растаяла в его объятиях и растворилась в его поцелуе. Губы у него были мягкими и нежными, и я на время забыла, где я нахожусь. Когда я пришла в себя, то уткнулась ему в грудь, тяжело дыша. Эмиль нежно гладил меня по голове.

— Наташа, я люблю тебя! — неожиданно произнёс он, своим красивым, бархатным голосом.

От неожиданности у меня потекли слёзы. Он вытирал мне лицо, не понимал, что происходит.

— Наташа, ты обиделась, что я поцеловал тебя? Прости, не смог совладать с собой. По-моему, я поторопился, прости, больше этого не повторится, — он пытался заглянуть мне в глаза.

Я замотала головой:

— Нет-нет, Эмиль, я не обиделась, — я обхватила его руками за шею и прижалась к нему, — я тоже люблю тебя, Эмиль.

Глава 14

Мы долго сидели, обнявшись, пока капли холодного дождя не упали нам на лица. Мы даже не заметили, как на небе сгустились тучи, а вдалеке прогремел гром. Гроза! Мы вскочили и оба посмотрели на небо. В нашу сторону, неслась большая чёрная туча.

— Держись! — Эмиль подхватил меня на руки.

Я, как и в первый раз, крепко обняла его за шею и зажмурила глаза. Через мгновение мы были внизу, у подножия скалы. Небо, казалось, обрушило на нас всю свою ярость! Начался сильный ливень!

Мы бежали по тропинке, держась за руки и громко смеясь. Когда мы добрались до машины, мы до нитки промокли, но в машину сесть не торопились. Эмиль привлёк меня к себе и стал целовать моё лицо. Мне казалось, что я сейчас упаду и потеряю сознание, от нахлынувших на меня чувств. Ноги подкосились, Эмиль подхватил меня на руки и начал кружить.

— Эмиль, Эмиль, не так быстро, у меня кружится голова! — кричала я сквозь смех.

Он поднёс меня к машине, открыл дверцу и усадил в тёплый салон. Секунда и, он был рядом.

— Никогда наверно не привыкну к тому, как ты быстро передвигаешься, — я придвинулась к нему и прижалась к его руке. Он ничего не сказал, лишь крепко обнял меня.

Дождь с бешеной силой барабанил по машине, отбивая ритмичную дробь. Вода стекала с нашей одежды и волос, и вскоре на полу машины образовалась лужа. Эмиль протянул руку и включил обогреватель.

— Сейчас согреешься.

Тёплый поток воздуха, исходящий от печки, согрел меня. Моя голова лежала на груди Эмиля, мы молчали, наслаждаясь присутствием, друг друга. Я так разомлела, что не заметила, как задремала.

Проснулась я от нежного прикосновения к моему лицу. Я открыла глаза, дождь закончился, светило яркое солнце, гроза прошла.

— Ой, я, кажется, уснула, — извиняющимся тоном произнесла я.

— Ничего страшного, если хочешь, поспи ещё, — погладил он меня по волосам.

— Нет, спать я больше не буду. А сколько сейчас время? — забеспокоилась я.

— Восемь часов, — он глянул на часы.

— Ух, хорошо. А то, я думала, что проспала свой комендантский час. Бабушка велела в десять дома быть.

— Мы ещё успеем к озеру съездить и там обсохнуть, если хочешь, — Эмиль вопросительно посмотрел на меня.

— Время есть, можно и к озеру, — согласилась я.

Он приподнял мой подбородок и поцеловал в губы.

— У нас в запасе, есть целых два часа!

Подъехав к озеру, мы вышли из машины. Эмиль вытащил из багажника большое покрывало и пошёл к кустам прикреплять его, для того, чтобы я смогла раздеться и потом завернуться в него. Когда я в покрывале вышла из-за кустов, Эмиль взял мою футболку с джинсами и развесил на кустах, для просушки. Пока я раздевалась, он успел развесить свою одежду, и даже искупаться.

— Тебе что, дождя мало было? — со смехом сказала я.

— О, вода после грозы очень тёплая, — он подхватил меня на руки и понёс к озеру. — Сейчас я и тебя искупаю.

Я попыталась отбиваться, весело смеясь. Покрывало чуть не слетело с меня, и Эмиль ещё крепче закутал меня в него. Мы смеялись и баловались как дети!

— Всё, Эмиль, ты меня победил, я сдаюсь, — притворно подняла я руки вверх.

Он усадил меня на траву и сел рядом. Убрав волосы с моего лица, он заглянул мне в глаза:

— Это ты меня победила, Наташа, — поцеловал меня в губы.

От его взгляда и поцелуя, у меня всё поплыло перед глазами.

— Эмиль, можно задать тебе несколько вопросов?

— Сколько хочешь, — он развалился на траве, закинув руки за голову.

— Расскажи мне про твой народ.

— Что именно ты хочешь узнать? — он вопросительно посмотрел на меня.

— Ну, я не знаю. Раиса Арионовна говорила, что между вашим народом и какими-то тёмными силами, была война. Ты что-то знаешь про это?

— Зачем тебе это? — Эмиль недовольно сдвинул брови.

Я пожала плечами:

— Не знаю, просто интересно узнать историю твоих предков. Вся эта история, уж больно похожа на сказку.

— Ну, хорошо, расскажу тебе, что сам знаю.

Война действительно была, между нами и … — он осёкся. — Может тебе, всё-таки, не надо знать?

— Нет, расскажи. Кто такие тёмные демоны? Они, как и вы, до сих пор живут среди людей?

Он тяжело вздохнул:

— Живут. Но ты не бойся, я не допущу, чтобы с тобой что-нибудь случилось. Я сразу не придала значения, словам Эмиля, только позже, я вспомнила о них.

— Они что, живут здесь? — перешла я на шёпот, как будто они могли услышать.

— Они живут везде, где живут люди. Но их не так много, как людей, впрочем, как и нас.

— Бабушка Тани, рассказывала, что тёмные демоны приносят вред людям, а вы нас защищаете. Это, правда? — я пододвинулась к Эмилю ближе, и он, поняв мою тревогу, обнял меня.

— Да, это так. Из-за этого разразилась война в своё время, между нами и людьми, которые примкнули к тёмным. Люди думали, что все их беды из-за нас. Если бы мы не вмешивались в дела людей, то тёмные демоны не трогали бы их. Они, ошибались. Но переубедить людей наш народ не смог. Демоны стали помогать людям, похищая наших детей. И хотя люди не догадывались об их помощи, и те и другие, были против нас.

Наши дети не могли постоять за себя, так как не обладают способностями, какие есть у взрослых лад и лелей. Способности к ним приходят по достижению двадцати четырёх лет. Небесные, гибли в этой войне, и не могли полностью защитить своих детей.

Война закончилась после того, как в деревне умерла девушка, по имени Люси. В неё был влюблён один лель, и когда демоны похитили её, он пошёл освобождать её, убив при этом очень много демонов Она, каким-то образом вернулась в деревню, но, к сожалению, прожила недолго. Тот лель тоже погиб, и война закончилась. После этой войны, мой народ решил уйти от людей и жить тайно. Через несколько веков, люди забыли о нашем существовании, остались только легенды и предания о моём народе. Но, а демоны, всегда скрывали своё существование, хотя легенды ходили среди людей и про них.

Сначала, мой народ скрывался в лесу, как ты понимаешь, это не трудно было сделать. Затем они стали строить себе жилища в скалах, прорубая в них тоннели и помещения для жилья. Со временем, жилища в скалах стали напоминать дворцы, ничем не уступающие дворцам королей. Много веков мой народ прожил в скалах, до тех пор, пока люди не перестали верить в наше существование. После этого, Небесные вернулись в города и сёла, ничем себя не выдавая.

Мы живём среди людей, и никто не догадывается, кто мы на самом деле есть. Наш вид не такой многочисленный, как люди, поэтому с нашей внешностью, нам легко затеряться среди людей. Хотя, многие обращают внимание на наш необычный, для человека, внешний вид, но считают, что это за исключение, которое встречается среди людей. То же самое, касается и наших способностей.

Я слушала Эмиля с большим интересом.

— Эмиль, а у вас у всех такие синие глаза и белокурые волосы? И все обладают сверхспособностями?

— Да, внешне мы все такие. У нас нет шатенов или брюнетов, и у всех у нас синие глаза. И способностями у нас обладают все, до достижения двадцати четырёх лет.

— Эмиль, расскажи, какими способностями ты обладаешь? — попросила я.

— Но, если не считать те, которые ты уже видела, то это: телепатия, чувство опасности, мы всегда чувствуем, когда рядом демоны, и когда людям грозит опасность от них. Но мы не всегда можем прийти на помощь. Случается так, что человек находится слишком далеко, и мы не всегда успеваем прийти на помощь.

— Но вы можете исцелять, ведь так?

— Так. Но мы не можем спасти человека, если у него смертельная рана или болезнь. И мы не можем вернуть человека к жизни.

— А ещё, что вы можете? — мне было всё интересно.

— А тебе этого мало? — он засмеялся и обнял меня. — Со временем узнаешь больше.

— Ты можешь читать мои мысли?

— Могу, но не хочу, — с улыбкой ответил он.

— Но всё-таки можешь, да? — я села на него сверху, шутливо изображая, что он побеждён.

— Мы не имеем права вторгаться в личную жизнь человека, и это правило, мы никогда не нарушаем. За редким исключением, если человеку грозит опасность и это надо для сбора информации. Это становится необходимым, чтобы понять, что случилось и как помочь.

— Хорошо, я верю тебе, — поцеловала я его в губы. — Эмиль, ты так всё интересно рассказываешь, как будто ты сам побывал в прошлом, — я провела пальцем по его мускулам на руке, кожа его была бледной. — Ты что, совсем не бываешь на солнце? Посмотри, какая у тебя бледная кожа.

— Я всегда бываю на солнце, но моя кожа не может загореть, как у человека, мы не поддаёмся ультрафиолету.

— Эмиль, твоё лицо и руки… ну тогда, в лесу, они сияли как жемчуг. Почему твоя кожа сейчас так не сияет? — я разглядывала его руку, пытаясь увидеть это загадочное свечение.

Эмиль взял мою ладонь и поцеловал.

— Наша кожа сияет только при свете луны или в темноте, днём этого не видно. Днём, при солнечном свете, мы выглядим, как люди, только наша кожа немного бледней. Наташа, ты сегодня устроила мне форменный допрос. Может на сегодня, хватит вопросов? — Эмиль сгрёб меня в охапку и поцеловал.

— Да, конечно, извини. Сколько время?

— Уже девять тридцать, нам пора собираться, а то твоя бабушка обрушит весь гнев на меня.

Я спохватилась и побежала к кустам одеваться, где была развешана моя одежда. За это время она успела высохнуть, и я с удовольствием натянула на себя джинсы и футболку. Когда я вышла из-за кустов, неся в руках покрывало, Эмиль уже сидел в машине и ждал меня. Я уселась рядом, он включил музыку, и мы тронулись в путь. Немного отъехав, Эмиль выключил трансмиттер, и вдруг попросил:

— Расскажи мне про себя.

Я пожала плечами:

— Да, в общем-то, и рассказывать нечего. Я человек, и моя жизнь не так интересна, как твоя. Она, можно сказать, даже скучна.

— И всё же, расскажи, — настаивал он.

Я коротко рассказала ему: где живу, кто мои родители, и какую школу я закончила в этом году.

Он покачал головой:

— Да, не густо.

— Я же говорила, что рассказывать нечего. Мне, только пятнадцатого июля исполнится восемнадцать лет, так что историй из моей жизни мало.

— Тебе день рождения скоро? — оживился он.

— Да. И бабушка решила, что я должна его отметить. Приглашу своих подруг, они наверно придут со своими парнями.

— А меня не хочешь пригласить? — он слегка прищурил глаза, ожидая моего ответа.

Я ударила себя по лбу:

— Эмиль, прости. Конечно, приходи обязательно, я буду очень рада, — я чмокнула его в щёку.

— Обязательно приду, раз сам напросился, — и он чмокнул меня в нос.

Мы были на полпути от деревни, как вдруг, лицо Эмиля изменилось.

Глава 15

Эмиль сбросил скорость, внимательно вглядываясь в густые заросли леса.

— Эмиль, что случилось? — я смотрела на него, не понимая его поведения.

— Ничего страшного, сиди спокойно, — очень тихо, с напряжением в голосе сказал он.

Машина бесшумно катилась по дороге. Доехав до большого поваленного дерева, он остановился.

— Сиди в машине и не выходи, — ледяным голосом произнёс он.

— Что-то случилось? — я вертела головой в разные стороны, пытаясь увидеть причину его беспокойства.

Он вышел из машины, потом наклонился в салон и ещё раз повторил:

— Не вздумай выходить из машины.

Я вся съёжилась от его ледяного тона и глаз, которые из небесно-синих, стали тёмно-синими. Эмиль захлопнул дверцу и направился в сторону леса. И тут я увидела Влада! Он сидел на поваленном дереве, весь одетый в чёрное, поэтому я сразу не заметила его.

«Что он тут делает?! И как Эмиль узнал, что Влад здесь?! Ах да, это его способность, я и забыла. Но почему он так обеспокоился о появлении Влада? Что происходит вообще!»

Я во все глаза стала наблюдать за ними. Влад встал и пошёл навстречу Эмилю. Они остановились в пяти шагах друг от друга, и казалось, сверлили друг друга взглядом. Я не видела, чтобы они разговаривали, мне казалось, что они просто стоят и смотрят друг на друга. Тем не менее, диалог между ними состоялся. Как потом объяснил мне Эмиль, они разговаривали посредством телепатии, чтобы я не слышала их разговора.

«Что тебе надо?» — спросил Эмиль.

Влад осклабился: «Ты знаешь, что мне надо, зачем спрашиваешь. Ты неплохо читаешь мысли и предугадываешь действия противника».

Эмиль сузил глаза: «Ты её не получишь».

«Ты запретишь? Она хоть знает кто ты?», — Влад криво усмехнулся.

«Знает», — сказал Эмиль коротко.

«А кто я, знает?»

«Нет, пока нет. Но, если будешь её преследовать, то расскажу, чтобы она тебя стороной обходила».

Влад покачал головой: «Рассказывай, но это не поможет, я всё равно заполучу её».

Эмиль сжал кулаки: «Только попробуй сунуться, я разорву тебя на куски!»

Влад усмехнулся: «Конечно, Кейн, ты можешь убить меня. Но и я могу убить тебя, и я не отступлю».

«Опять война Блейк? Как я слышал, вас мало осталось?»

«Если надо, будет и война. Да, кстати Кейн, а она знает о самом главном?»

«Нет. Она скоро уедет отсюда. Надеюсь, она забудет, и про тебя и про меня. Так что она никому из нас не достанется».

«Посмотрим», — протянул Влад.

Эмиль ещё больше сжал кулаки: «И смотреть не будем, я сказал, она тебе не достанется!»

«Тогда до битвы Кейн», — и Влад исчез в лесу.

Эмиль немного постоял, приходя в себя, затем быстро вернулся к машине и сел за руль. Мотор взревел, и машина рванула с такой силой, что я ударилась головой об сидение.

— Эй, а потише нельзя? — я потёрла затылок ладонью.

Эмиль сбросил скорость.

— Извини, перенервничал. Не очень сильно ударилась?

— Ничего, думаю, жить буду. Только поаккуратней в следующий раз, я человек, а не лада. Эти слова развеселили его, и он поцеловал меня в макушку. Дальше мы ехали молча, я злилась на поведение Эмиля. Он время от времени посматривал на меня.

— Ты сильно обиделась?

Я посмотрела на него и отвернулась к окну.

— А ты не хочешь ещё раз извиниться?

— За что? Я думал, что я уже извинился, — Эмиль растерянно посмотрел на меня.

— А ты не догадываешься? Там в лесу, перед тем как ты пошёл к Владу…, со мной ещё никто так не разговаривал! — мой голос задрожал.

— Ах, вот что! — он притормозил, и мы остановились напротив клуба, где недавно отмечали праздник. Эмиль за плечи потянул меня к себе, я дёрнула плечом, пытаясь сбросить его руку. Эмиль пододвинулся поближе и обнял меня.

— Не сердись, посмотри на меня, пожалуйста, — мягко сказал он.

О, этому голосу невозможно было отказать! Я повернулась и с вызовом посмотрела на него. Он улыбнулся своей неповторимой улыбкой. А эти глаза! Это чудо! Я тут же в них утонула.

— Ты вьёшь из меня верёвки, — уже мягче произнесла я и прижалась к его руке.

Эмиль тихо засмеялся:

— Это ты вьёшь из меня верёвки! — он нежно погладил меня по волосам.

— Ну, это ещё надо разобраться, кто из кого, что вьёт, — и я тоже рассмеялась.

— Почему, там, в лесу, вы с Владом стояли и молчали столько времени? — спросила я.

— Мы общались с ним, мысленно.

— И чтобы я не слышала, о чём вы разговариваете, да?

— Да. Эти мужские разговоры, не для женских ушей.

— Чего он хотел от тебя?

Эмиль вздохнул и посмотрел на меня:

— Тебя.

— Меня? — удивилась я.

— Да. Ты ему нравишься, и он хотел бы с тобой встречаться, но ему мешаю я.

— Встречаться со мной?! Да он мне даже не нравится! Так в следующий раз и передай ему.

Эмиль кивнул:

— Я примерно так ему и сказал.

— Вот и прекрасно! Теперь я надеюсь, он от нас отстанет, — довольно ответила я.

Эмиль нахмурил брови и его лицо опять стало серьёзным, а меня вдруг осенила мысль!

— Ты разговаривал с Владом мысленно?! Он что, знает кто ты?! И что, Влад тоже обладает телепатией?! Ты же говорил, что никто из людей не знает о вашем существовании! — в голове у меня была каша, я ничего не понимала.

— Это так, люди не знают о нас, но Влад не совсем человек.

— А кто? — ещё больше удивилась я.

— Влад — тёмный демон, — с неприязнью произнёс Эмиль.

— Влад — демон?! — я потеряла дар речи.

— Да. И поэтому я просил тебя не ходить в лес одной. Наташа, я не дам тебя в обиду. Только слушай, что я тебе буду говорить, и всё будет хорошо.

— Конечно, Эмиль, я буду слушать тебя, я тебе полностью доверяю, — не на шутку перепугавшись, пообещала я.

Эмиль привлёк меня к себе:

— Не пугайся так, детка, я смогу тебя защитить. Мы сидели в машине и целовались. Я забыла про время и место, где мы находимся, растворяясь в его поцелуях и объятиях. В окно постучали, и я резко отпрянула от Эмиля. Он открыл дверцу, перед нами стояла Вера Петровна, приятельница моей бабушки.

— Наташа, тебя бабушка по всей деревне ищет, беги домой. А я иду домой, смотрю, машина шикарная стоит, дай думаю, погляжу, кто там, а там ты с ним, — она кивнула в сторону Эмиля. — Да ладно, не моё это дело, — притворно махнула она рукой.

— Спасибо Вера Петровна, я уже иду домой, — щёки мои пылали, как будто меня поймали на каком-нибудь преступлении.

Она неохотно отошла от машины, как будто жалела, что не увидела чего-то большего.

— Эмиль, поехали, — нетерпеливо сказала я. — Только не подъезжай близко к дому, не то бабушкина «небесная кара», обрушиться и на тебя.

Он остановился недалеко от дома, и я, чмокнув его в щёку, выскочила из машины. Эмиль в последний момент поймал меня за руку:

— Наташа, когда мы ещё увидимся?

— Эмиль… я не знаю… как бабушка, — я пожала плечами.

Он достал визитку и протянул мне:

— На, позвони мне, когда сможешь, я буду ждать твоего звонка.

Я взяла карточку и побежала к дому, на прощание, помахав Эмилю рукой. У калитки я услышала, как зашуршали колёса машины по дороге, Эмиль уехал.

Я вбежала на крыльцо и остановилась. Неприятного разговора с бабушкой было не избежать! Я опоздала на целый час! Да ещё эта любопытная Вера Петровна, надо же было так глупо попасться. Теперь вся деревня будет знать, что мы с Эмилем целовались в машине. Бабушку удар хватит от этой новости! Я перевела дыхание и открыла дверь. В доме было тихо. Я обошла весь дом, но бабушки нигде не было.

«Наверно до сих пор ищет меня» — подумала я, и тут же увидела её, шагающую по тропинке к дому.

Глава 16

— Привет, ба, — я старалась вести себя непринуждённо, но голос дрогнул.

— Привет милая. И как всё это понимать? Ты на время смотрела?

Я опустила глаза, рассматривая коврик на полу.

— Наташа, ты что, с ума сошла? Целуешься с парнем в машине, который намного старше тебя! Позор! Ты о чём думаешь?! Если он богатый, то ему всё можно?! Он тебя поматросит и бросит. У него знаешь сколько, таких как ты!

Я вскинула на неё глаза:

— А ты знаешь сколько?

— Нет, не знаю. Но нетрудно догадаться. Они все богачи разбалованные, им только своё подавай.

— Ба, Эмиль не такой, — попыталась я оправдаться.

Она всплеснула руками:

— Не такой? Да знаю я, таких как он, поверь моему жизненному опыту, Наташа! Ты ещё наплачешься от него, попомни мои слова, — она погрозила мне пальцем.

— Ба, я правду говорю. Эмиль, не испорченный богатый мальчик, он добрый…, и я пригласила его на день рождение, — тихо добавила я. «Семь бед — один ответ» — подумала я.

Она уставилась на меня, не в силах произнести хоть слово. Потом махнула рукой:

— Делай что хочешь, я тебя предупредила. И уже, как-то зло бросила: — В подоле родителям не принеси.

Такого я не ожидала! Кровь прилила к лицу, слова застряли в горле. Какое-то время, я ошеломлённо смотрела на неё, затем кинулась к себе в комнату. Закрыв за собой дверь, я упала на кровать и заплакала навзрыд.

«Почему?! Почему она так со мной?! Что я плохого сделала?! — я сотрясалась от рыданий. — Зачем она так об Эмиле! Она же его совсем не знает!» Я трясущимися руками достала визитку Эмиля, лихорадочно набрав его номер.

— Наташа?! Что случилось?! — беспокойно спросил он, услышав мои рыдания.

Я плакала, пытаясь ему всё объяснить, но слова путались, и он ничего не мог понять.

— Успокойся и объясни, что случилось, — напряжённо потребовал он.

— Я, я…, мне плохо… — и я опять расплакалась.

— Влад?! — чуть ли не выкрикнул он. — Я сейчас приеду!

— Нет-нет! Бабушка…, у нас произошёл скандал, — кое-как я объяснила ему о произошедшем.

Он немного помолчал.

— Хочешь, я завтра приеду и поговорю с ней?

— Нет, Эмиль, не надо, а то она ещё больше разозлиться.

— Хорошо, успокойся, пожалуйста, — и он стал нашёптывать мне нежные слова. Его бархатный голос действовал на меня магически, и я стала постепенно успокаиваться. Я закрыла глаза, слёзы перестали литься, я улыбалась, слушая его красивый, вкрадчивый голос.

— Ты у меня одна единственная, поверь мне. Я никогда не предам тебя, и не изменю тебе Ты любовь всей моей жизни. Девочка моя, не плачь, я с тобой. Я никогда и никому не дам тебя в обиду. — голос Эмиля действовал на меня успокаивающе. Последнее, что я услышала: «Не бойся, всё будет хорошо. Я люблю тебя».

Проснувшись утром, я обнаружила, что мой телефон до сих пор у меня в руке. Я быстро приложила телефон к уху:

— Алло, Эмиль? Но в трубке была тишина.

«Чего я хотела, чтобы он до утра говорил со мной, когда я уснула?» Я отложила телефон в сторону и закрыла глаза. Мне не хотелось спускаться вниз, после неприятного разговора с бабушкой. Этот разговор оставил неприятный осадок в душе. Но я не могла сидеть постоянно в комнате, спуститься пришлось. Бабушка хлопотала на кухне, когда я зашла и плюхнулась на стул. Она первая прервала молчание:

— Вот что девка, если будешь так себя вести, позвоню родителям, чтобы приехали и забрали тебя. Мне ещё не хватало отвечать перед ними за твои ошибки. Твои родители голову мне оторвут, если я недогляжу за тобой.

— Бабушка, ну что может со мной случиться?! — мне не хотелось продолжения вчерашнего разговора, но похоже его нельзя было избежать.

— Что-что, а то ты сама не знаешь, что, — опять начала она сердиться.

— Ба, но если ты про то, что я целовалась с Эмилем, так мне уже почти восемнадцать лет…

— А ему сколько? — прервала она меня. — Он на пять, или шесть лет старше тебя! А ты ещё совсем зелёная! Поматросит и бросит!

— Ба, не начинай а, — взмолилась я.

— Вот что, — она сложила на груди руки, — или ты прекращаешь с ним все шуры-муры, или я звоню родителям. Это последнее моё слово, потом мне спасибо скажешь. Иди, подумай, а пока не решила, из дома ни ногой!

— Спасибо, — хмуро сказала я, и вышла из кухни. Настроение было испорчено окончательно. Что теперь делать? В деревне всё было как на ладони, все про всех всё знали, ничего скрыть невозможно.

«Я должна встретиться с Эмилем, мы решим, как поступить», — подумала я и пошла наводить порядок в доме.

Зазвонил телефон.

— Алло?

— Наташка, ты молодец, рассказывай всё! — затараторила Надя.

— Что рассказывать? — опешила я.

— Ну как что?! В деревне только и говорят о тебе и Эмиле. Вы целовались с ним в машине, Вера Петровна вас видела.

— О Боже! — я закрыла рукой глаза. — Надя успокойся, разговор не по телефону, потом встретимся, расскажу. Хорошо?

— Давай сегодня, — предложила она.

— Не могу, бабушка посадила меня под домашний арест.

— За что? — удивилась она.

— За то самое, чем ты так интересуешься.

— За Эмиля?

— Да, из-за него.

— Но почему? — опять удивлённо спросила она.

— Он почему-то ей не нравится, и она решила, что он сломает мне жизнь, — терпеливо объяснила я подруге.

— Вот дела! Ну ладно, как сможешь, приходи к нам с Танюхой.

— Обязательно, — пообещала я и отключилась. Сплетни меня ещё больше расстроили.

«Не дай Бог, ещё чего-нибудь добавят к тому, что увидела Верой Петровной! Эмиль, я надеюсь, найдёт способ увидеться со мной, и тогда мы решим, как нам быть».

Опять раздался телефонный звонок. «Это точно Танька! Сейчас начнёт меня пытать».

Я не хотела брать трубку, но это было бы невежливо по отношению к ней. Всё-таки мы подруги с детства, насколько я себя помню.

— Да, — буркнула я в трубку.

— Наташа, здравствуй. Как у тебя дела? — прозвучал самый красивый в мире голос.

— Эмиль, ты?! — я чуть ли не подпрыгнула от радости. Извини, что уснула сегодня…, я не хотела, так получилось, — извинялась я.

— Всё нормально, не беспокойся. Я этого и хотел, чтобы ты уснула.

— Ты хотел, чтобы я уснула? Но почему, неужели ты не хотел поговорить со мной?

— Наташа, ты была в таком ужасном состоянии! Мне хотелось, чтобы ты успокоилась и поспала.

— Тебе это удалось, — согласилась я.

— Ну, так как дела с бабушкой? — Эмиль очень беспокоился за меня.

— Хуже чем вчера, — я опять расстроилась, вспомнив разговор с ней. — Она поставила мне условие: Или я встречаюсь с тобой, и тогда она звонит родителям, и они меня забирают домой, или я остаюсь, но прекращаю с тобой всякое общение.

— Вот даже как?! — воскликнул он. — Я решу эту проблему. Сегодня же буду у тебя.

— Нет, Эмиль! Я не хочу её расстраивать! У бабушки поднимется давление и мне опять придётся вызывать скорую помощь. Со здоровьем у неё неважно, — испуганно произнесла я.

— Не переживай, она меня не увидит. Я буду вечером после ужина, жди, — его голос был спокойным и ровным, он отключился.

«Ой, что делать?!» — я всполошилась, и начала убирать комнату. Потом побежала вниз на кухню. «Так, всё чисто» — я огляделась.

— Ты чего всполошилась? — бабушкин голос вернул меня в реальность.

— Ничего, убираюсь, — рассеянно, сказала я.

— Ты же сегодня утром весь дом убрала! — бабушка удивлённо смотрела на меня.

— Да? Мне показалось, что я недостаточно чисто убралась, — соврала я.

Она оперлась руками в бока:

— С каких это пор, ты недостаточно чисто убираешь?

— Ба, мне просто нечем заняться, — опять соврала я.

— А, ну тогда ладно. Иди лучше к себе в комнату и подумай над тем, что я тебе сегодня сказала.

— Так и сделаю, — кротко ответила я и поплелась к себе наверх.

Остаток вечера прошёл спокойно. За ужином бабушка не вспоминала про нашу размолвку, и не читала мне нотаций. Мы мирно поужинали, и я ушла к себе. В моей комнате было душно, и я открыла окно. Сев на подоконник, я начала смотреть в лес. Солнце садилось, но на улице было ещё светло. Белые ночи! Как я их любила! Светло почти как днём, вот только в лесу сгущались сумерки. Я слышала, как бабушка ворчала внизу, гремя посудой. Потом дверь в её комнате хлопнула. «Пошла спать» — подумала я.

Эмиля не было. Закрыв глаза, я вспомнила его лицо. Сердце сладко сжалось. «Как я раньше могла жить без него?» — думала я. Его лицо было настолько родное, что мне казалось, я знаю его всю жизнь. Порыв ветра взметнул мои волосы вверх! В испуге я открыла глаза! Напротив меня, на подоконнике сидел Эмиль и улыбался.

— Привет. Я тебя несильно испугал?

Я открыла от удивления рот:

— Как ты тут очутился?!

— Ты забыла про мои способности? — его глаза смеялись.

— Я и забыла, ты же супермен! — пошутила я.

— Как Мария Михайловна? Всё ещё сердится на нас? — Эмиль погладил меня по руке.

— Всё ещё хуже, чем я предполагала! Она запретила мне выходить из дома, — грустно сказала я.

— Ну, я думаю, это поправимо, — соскочив на пол, весело сказал Эмиль.

— Ты думаешь? — не веря в хороший исход дела, спросила я.

— Я знаю. Не переживай, мы найдём с твоей бабушкой общий язык.

— Эмиль, нет! Я же тебе говорила, что…

Он положил мне палец на губы:

— Ты мне доверяешь?

Я кивнула головой.

— Вот и молодец, — он прижал меня к себе и зарылся лицом в моих волосах. — М-м-м, твои волосы пахнут розами.

Его голос сводил меня с ума. Я часто задышала, а ноги ослабли и подкосились. Эмиль поддержал меня, и тут же отстранился.

— Ну, чем займёмся? — непринуждённо спросил он, оглядываясь по сторонам.

«Ах, этот Эмиль! Вечно он так, доведёт до обморочного состояния, а потом резко отстраняется, как ни в чём не бывало, переводя разговор в другое русло», — подумала я.

— Не знаю, предлагай ты.

Эмиль взял меня за руку, сел в кресло и усадил меня к себе на колени. Я смутилась и покраснела.

— Ты ещё красивей становишься, когда смущаешься, — он провёл ладонью по моей щеке.

От его слов и прикосновения, я буквально вспыхнула!

— Хорошо, не буду тебя смущать, — и он шутливо поднял руки вверх. — Может, просто побеседуем? Расскажи мне о школе, в которой училась, о своих друзьях.

— Я расскажу тебе, только ты мне расскажешь про себя. Хорошо?

— Хорошо, — согласился Эмиль.

Мы долго с ним беседовали на разные темы. Я рассказывала ему про свой город, в котором живу с родителями, о подругах и друзьях, хотя особо рассказывать, как мне казалось, нечего, тем более что я уже рассказывала ему про себя. Эмиль, в свою очередь, рассказал мне, как он жил за границей с родителями, братьями и сёстрами. Он сказал, что его родители были археологами, и им часто приходилось быть в разъездах.

— Эмиль, а почему у вас у всех, нерусская фамилия и даже имена?

— Это фамилия моей матери. А имена у нас не русские, потому что мы родились в Америке, штат Калифорния. Мои родители там долго работали, а потом мы перебрались в Россию. У нас нет национальностей, как у людей, мой народ живёт везде, — Эмиль вздохнул и прижал меня покрепче. — Наташа, расскажи мне о твоей встречи с Владом, мы с тобой никогда не говорили на эту тему.

— Как не говорили? Я же тебе рассказывала про скалу, где я познакомилась с Владом, и как мы с ним прыгали с неё в воду.

— Нет, не про это, про то, как ты его встретила в лесу, когда ты заблудилась. О чём вы с ним разговаривали?

— Я попросила его проводить меня до поляны, но он как-то странно себя вёл, чем очень испугал меня.

— Он тебе угрожал? — с тревогой спросил Эмиль.

— Нет, в прямом смысле не угрожал, но было в нём что-то зловещее, и я не понимала что ему нужно от меня.

— Подробней, — нетерпеливо попросил Эмиль.

— Ну не знаю, он очень странно смотрел на меня, прямо в упор, как будто чего-то хотел от меня в данный момент. Он даже прижал меня к стволу дерева, да так плотно, что я чувствовала его дыхание на своём лице. Он пытался смотреть мне прямо в глаза, и его что-то раздражало во мне, ну что, я понять не могла, и…

— Спасибо, этого достаточно, — прервал меня Эмиль. — Я всё понял.

— Что ты понял? Может, скажешь мне?

— Он пытался тебе что-то внушить.

— Что? — у меня по спине побежал холодок.

— Пока не знаю, но догадываюсь, — Эмиль нахмурил брови.

— Они что, эти демоны, могут что-то внушать людям? — с беспокойством спросила я.

— Да, так же как и мы.

— Ах вот как! Ты мне не рассказывал об этом. Может ты внушил мне, чтобы я влюбилась в тебя? — с иронией спросила я.

— Могу обрадовать тебя, Наташа. Ты не поддаёшься внушению, к моей радости, — Эмиль привлёк меня к себе. — Среди людей, это редкое явление. Но, встречаются такие люди, и я рад, что ты одна из них.

— Это, правда?! Я не поддаюсь внушению?!

— Правда. Иначе бы Блейк внушил тебе всё, что захотел, и ты бы это сделала. Хотя от этого ты защищена.

— Понятно, почему он так психовал. Мне казалось, что он меня сейчас порвёт на куски. Если бы не твой медведь, не знаю, чем бы всё это закончилось. Медведь напугал его, и он убежал.

— Он не медведя испугался, с ним бы он легко справился.

— А кого тогда он испугался? — спросила я.

— Меня. Когда он увидел медведя — Берси, он понял, что я рядом, поэтому и убежал. Я же говорил, что мы с демонами враги. Они пытаются причинить вред людям, мы людей защищаем. В ту ночь, я почувствовал его присутствие в лесу, и интуитивно почувствовал, что он хочет причинить человеку вред. Но я ещё не знал, что это была ты. Я нашёл тогда Блейка с тобой, и понял — ты в опасности.

— Спасибо тебе Эмиль, — я поцеловала его в губы. — Берси. Ты так зовёшь своего ручного медведя?

— Берси, так и переводится как — медведь. Я нашёл его в лесу, года три назад. У него была сломана лапа, он попал в капкан к браконьерам. Я его вылечил, и с тех пор мы с ним друзья. Сейчас у него брачный период, и он ушёл далеко в лес, в поисках своей второй половинки. — Эмиль схватил меня в охапку и положил на кровать, пристроившись рядом: — Я тебя никому не отдам, особенно Владу. Я, всегда буду тебя защищать, даже если это будет стоить мне жизни… — он запнулся и добавил: — Пока мы вместе. Запомни девочка моя, я люблю тебя, и только тебя.

Мы долго целовались, его руки скользили по моей спине и бёдрам, я потеряла чувство реальности. Мне казалось, что я попала в сказку, которая никогда не закончится. Эмиль шептал мне на ухо нежные слова, от которых кругом шла голова. Я забыла всё, что раньше происходило в моей жизни. Только он, заполнял всё вокруг, больше никого и ничего не существовало!

Раздался стук в дверь, я с трудом поняла, что произошло. Эмиль внезапно оказался возле окна. Обернувшись он сказал:

— Это твоя бабушка. Этого она мне точно не простит. Увидимся сегодня днём, — и исчез в проёме окна.

Глава 17

После исчезновения Эмиля сразу вошла бабушка.

— Проснулась уже? — она удивлённо посмотрела на меня. — А что это, ты в одежде спишь? И окно у тебя нараспашку?

— Уснула вчера, сама не заметила, как. Да и в комнате душно было, — сонным голосом ответила я.

— Ладно, вставай. Я пойду, схожу по делам к соседке, а ты пока обед приготовь, — она закрыла окно и пошла вниз.

— Фу! — только и могла выдохнуть я.

Поспать в эту ночь мне не удалось, но я была счастлива! Я готова была вообще не спать, лишь бы Эмиль всегда был рядом.

«Так, надо принять холодный душ, не то я усну и свалюсь прямо на кухне» — подумала я. Душ привёл мои мысли в порядок, и я почувствовала себя бодрей. Приготовив обед, я пошла во двор, подмести дорожку к дому. Я её ещё подметала, когда вернулась бабушка.

— Ну, Наталка, сварила обед?

— Бабуль, чего ты спрашиваешь, знаешь ведь, что сварила, — обиделась я.

— Ладно, не обижайся. Сходи в магазин за продуктами, а я пока прилягу, умаялась что-то. На, возьми сумку, там список продуктов и деньги.

— Хорошо, всё куплю, иди, отдыхай, — надевая туфли, сказала я.

В магазине было много народа. Приехала машина с продуктами, все ждали пока продавщица примет товар и начнёт отпускать покупателей. Я заняла очередь и отошла в сторонку, поближе к окну. В дверях магазина появились мои подруги — Таня и Надя. Увидев меня, Таня махнула рукой, приглашая меня выйти на улицу. Я вышла.

— Привет девчонки.

— Привет Наталья. Как у тебя дела с Эмилем? — сразу в наступление перешла Надежда.

— Некогда рассказывать, видите, я в очереди стою, — попыталась уйти я от вопроса.

— Да брось ты, Наталья. Ещё, как минимум, полчаса продавщица не будет никого отпускать, машина только недавно пришла. Пойдём за магазин, в тенёк, там посидим.

— Ты обещала рассказать, — напомнила мне Надя.

— Хорошо, пойдём, — согласилась я.

Мы зашли за магазин и сели на лавочку.

— Ну, — уставилась на меня подруга.

— Что «ну?» — передразнила я её.

— Как у вас дела с Эмилем, любовь, или как?

Я вздохнула:

— Любовь.

— Наташка, так это здорово! — захлопала в ладоши Таня. — Парень шикарный. У нас все девчонки сходят по нему с ума, а парни его не любят за это. Ты передай ему, чтобы был осторожней, они его хотят побить. Если бы Эмиль ходил на танцы в клуб, наши пацаны давно бы его уже побили.

Я улыбнулась:

— Хорошо, передам.

— Наташ, а он здорово целуется?!

— Здорово! — кивнула я головой.

— Ну, что, прям так здорово, здорово?

— Здорово, здорово, — опять передразнила я подругу.

— А в любви он тебе признался?

— Признался.

Татьяна опять захлопала в ладоши:

— Здорово! Счастливая ты Натаха, такого парня отхватила!

Я вздохнула, вспомнив, что в августе мне надо уезжать, а мы с Эмилем так и не поговорили об этом.

— А вы, тоже сходите по нему с ума? — с интересом спросила я, и девчонки смутились.

— Он нам тоже нравится, но он такой неприступный, мы даже боимся к нему подходить. А что, боишься, что мы его отобьём у тебя?

Я покачала головой и засмеялась:

— Не боюсь.

— Ты, Наталья, стала такой скрытной, как стала встречаться с Эмилем, — с укором сказала Таня.

Я встала:

— Девчонки, мне пора, а то очередь свою пропущу. Вы на день рождения то придёте ко мне?

— Конечно, придём! А с парнями можно?

— Конечно можно! Приходите, я буду ждать вас, — помахав подругам рукой, я направилась в магазин.

Купив продукты, я не спеша направилась к дому. Я почти уже дошла до калитки, как вдруг увидела знакомую машину. Серебристый «Бентли» стоял за углом дома. Эту машину, ни с какой другой перепутать нельзя было! Шикарный автомобиль, был единственным в деревне.

«Эмиль! Что он тут делает днём, и к кому приехал? А вдруг ко мне? Хоть бы его бабушка не увидела, а то опять скандал будет» — пронеслось в голове.

Я открыла калитку и вошла во двор. Входная дверь в доме открылась и на крыльцо вышла бабушка, сияя вся от счастья. О Боже, за ней следом вышел Эмиль! Меня как будто к месту пригвоздили! Я открыла рот, не зная, что сказать.

— Наташенька вернулась с магазина, — бабушкин весёлый голос меня поразил. — Эмиль помоги ей, возьми сумку.

Эмиль сбежал с крыльца, взял у меня сумку, и при этом заговорщически мне подмигнул.

— Ну, что стоишь, иди продукты разложи на кухне, — усмехнулась бабуля.

Я её не узнавала!

Войдя в дом вслед за Эмилем, я удивлённо спросила:

— Что происходит?

— Всё нормально. Я ведь тебе обещал, что улажу конфликт, с твоей бабушкой? Я уладил, и теперь мы с ней друзья, — чмокнул он меня в лоб.

— Как тебе это удалось?! — только и смогла произнести я. — Понятно. Ты использовал свои способности? Дар внушения, да?

Эмиль серьёзно посмотрел на меня:

— Наташа, ты плохо думаешь обо мне, я ничего не внушал твоей бабушке.

— Извини, тогда что? — уставилась я на него.

— Всего лишь обаяние, не больше, поверь, — он пристально посмотрел мне в глаза.

— И всё?

— И всё, — он опять поцеловал меня в лоб.

— Так это же здорово! — обрадовалась я.

Эмиль засмеялся:

— Я тоже рад, что мы с твоей бабулей нашли общий язык.

— Ну, как ты смог на неё так повлиять? — всё ещё не веря, спросила я.

— Пожилые люди очень сентиментальны, мне не составило особого труда найти с ней общий язык. Мы в основном разговаривали: о ней, о её прошлом, о её погибшем муже. Хотя, перед этим она меня отругала, за поцелуи в машине. Я обещал ей, что она больше никогда не услышит от людей ничего подобного, — Эмиль обхватил меня сзади руками и прошептал на ухо: — А ещё я ей сказал, что я тебя очень сильно люблю.

Я закрыла глаза и замерла! Дыхание у меня остановилось!

— Можно я тебя сегодня украду? — всё тем же вкрадчивым голосом произнёс Эмиль.

— А бабушка? Ты же ей обещал, что…

— Я обещал, что она не услышит, а не то, что этого не будет. Она с радостью тебя отпустит со мной, вот увидишь, — он отпустил меня. — Я буду ждать во дворе, — и вышел на улицу.

Через десять минут, я тоже вышла во двор. Эмиль с бабушкой стояли возле крыльца и явно разговаривали обо мне. Бабуля, по-прежнему, была весела и приветлива. Повернувшись ко мне, она сказала:

— Наташенька, погуляйте с Эмилем, я не против, только… — она повернулась к нему, — недолго Эмиль, Наташа должна быть дома в десять.

— Слушаюсь, мэм, — он шутливо приложил руку к голове.

Подойдя к машине, он галантно распахнул дверцу передо мной.

— Куда мы едем? — спросила я.

— Ко мне, если ты не против.

— Хорошо, я согласна. Опять сюрприз?

— Да, небольшой, — он улыбался и был в хорошем настроении, впрочем, как и я.

Мы всю дорогу смеялись и шутили, нам вместе было хорошо. Я уже не представляла свою жизнь без него! Всё, что у меня было до Эмиля, ушло на второй план, а о том, что будет, я не хотела думать. В детстве я мечтала встретить принца на белом коне, и я его встретила. Эмиль был моим принцем, о большем я не могла и мечтать! Он был любовью всей моей жизни!

Глава 18

— Наташа, мой брат хочет познакомиться с тобой.

— Со мной? Мне кажется, что он недолюбливает меня.

Эмиль успокаивающе погладил меня по руке.

— Это не так. Причина в другом, я тебе как-нибудь расскажу, — мне показалось, что он чем-то расстроен.

— Рада буду познакомиться с твоим братом, — сказала я, хотя я не представляла, как мне вести себя при встрече.

Когда мы подъехали к дому, на крыльце стоял Вильем. Я видела его первый раз, и была поражена тем, как они с Эмилем были похожи друг на друга, можно сказать, одно лицо! Вильем был также: высокого роста, атлетического телосложения, блондин, с синими, как у Эмиля глазами. Когда мы вышли из машины, он легко сбежал по ступенькам и направился к нам.

— Здравствуйте, Наташа! Рад видеть вас, в нашем скромном жилище! — он подошёл и протянул мне руку: — Я — Вильем. Эмиль много о вас рассказывал, — его лицо, улыбка и голос, как и у Эмиля — были прекрасны.

«Наверно все лели такие» — подумала я. Но Эмиль для меня был особенный.

— Очень приятно, — улыбнулась я Вильему. — Мне Эмиль тоже рассказывал про вас.

— И, что же он рассказывал? Наверно как я его пилю за поведение? — он рассмеялся.

— Нет, не про это. Он рассказывал мне про вашу семью.

— Ну, раз вы всё знаете про нас, то… — он остановился на полуслове. — В общем, неважно, проходите в дом.

Мы вошли всё в туже гостиную, и сели на диван. Эмиль пристроился рядом со мной, взяв меня за руку. Вильем сел напротив.

— За последние сто лет, — начал он, — вы первый человек, который узнал о нашем существовании, и если честно, меня это встревожило. Вы понимаете, что о нас никто не должен узнать?

— Конечно, о чём вы! Я не собираюсь никому рассказывать! — от волнения я сжала пальцы Эмиля.

— Вот и прекрасно! Я надеялся на ваше понимание. Ну, раз мы познакомились, может, на «ты» перейдём? — предложил Вильем.

— Я согласна, можно было и сразу на «ты».

— Прекрасно! Наталья, может ты что-нибудь, выпьешь? Чай, кофе, лимонад?

— Лимонад, если можно, — попросила я.

— Сейчас принесу, — Вильем встал и вышел на кухню.

— Вот видишь, всё хорошо, — Эмиль погладил меня по плечу. — Не так это и страшно.

— Да, конечно, брат у тебя замечательный! Я и не думала, что он так приветливо встретит меня.

— Он хороший, вот увидишь, только уж больно беспокоится за меня, — усмехнулся Эмиль.

— За тебя? Вы с ним, по-моему, близнецы, или погодки, верно?

— Нет. Вильем старше меня на два года, — Эмиль чему-то улыбнулся краешком губ.

Вернулся Вильем, неся на подносе три стакана лимонада.

— Может, ещё что-нибудь хочешь? — спросил он.

— Нет, спасибо, я просто хочу пить.

Эмиль обратился к брату:

— Как там Земляк, нога зажила у него?

— Да, всё в порядке, он опять в строю, — ответил Вильем.

Я посмотрела на братьев.

— О чём это вы? Кто такой Земляк?

— Это конь Эмиля. На прошлой неделе он повредил ногу. Не сильно, теперь он здоров. Хотите покататься? — спросил он у Эмиля.

— Если Наташа согласится, — ответил он и повернулся ко мне: — Хочешь покататься на лошадях?

Я растерялась.

— Я никогда не ездила на лошадях, я не умею.

— Я научу. Ну что, хочешь? — ещё раз спросил Эмиль.

— Можно попробовать, это наверно здорово!

— Конечно, здорово! Я уверен, тебе понравится, пошли, — Эмиль взял меня за руку и поднял с дивана.

— Эмиль, дай Наталье лошадь поспокойней. Звёздочка, я думаю, подойдёт, — крикнул нам вслед Вильем.

— Не беспокойся, брат, с ней всё будет в порядке, — ответил ему Эмиль.

Мы подошли к конюшне, Эмиль открыл дверь, и мы вошли внутрь. В конюшне было четыре стойла, в каждой из них находилась лошадь. Эмиль подвёл меня к первому стойлу, в котором стоял красивый жеребец, окрас которого, меня просто восхитил. Золотистый отлив его шерсти, переливался перламутром. Высокий, стройный конь, был выше всяких похвал!

— Эмиль, он великолепен! Я первый раз вижу такого красивого коня! Где ты купил этого красавца!

— Познакомься, это Земляк, ахалтекинец, великолепная порода лошадей, не правда ли? Я когда первый раз его увидел, то сразу влюбился в него.

— Наверно стоит кучу денег такой красавец, — любуясь конём, предположила я.

— Да уж, не дёшево, очень редкая порода, — подтвердил мои догадки Эмиль.

Я осторожно протянула к коню руку. Он всхрапнул и замотал головой.

— Земляк, это Наташа, не обижай её, — Эмиль потрепал коня по холке. Конь протянул свою морду к нему и зашевелил своими большими губами. Эмиль засмеялся.

— Понимает. Земляк не обидит тебя, — он открыл стойло, и за уздечку вывел коня на улицу. Предвкушая прогулку на свежем воздухе, Земляк начал бить копытом и мотать мордой, всхрапывая.

— Подожди, друг, скоро поедем, — Эмиль погладил коня по золотистому крупу, успокаивая его.

— Ну, пойдём знакомиться с остальными? — Эмиль жестом указал мне на конюшню. Мы вернулись назад, и подошли ко второму стойлу.

— Это Рыжик, — указал он мне на другого коня. — А это Принцесса, — в третьем стойле стояла небольшая лошадка. — Она ещё необъезженная, и очень молода, поэтому строптива, ты будешь кататься на этой, — и Эмиль подвёл меня к четвёртому стойлу. Там стояла красивая белая лошадь, с очень умными глазами, как мне показалось.

— Звёздочка, это Наташа, — он погладил её по морде, и она вытянула шею ко мне. — Погладь, не бойся, — предложил Эмиль.

Я погладила её по гриве, и лошадь закивала головой.

— Надо же, она такая умная! Она что, и правда понимает тебя? — спросила я у Эмиля.

— Конечно, понимает, — он вывел Звёздочку на улицу и, притянув её морду к себе, начал что-то шептать ей на ухо. Она внимательно его слушала, а потом опять закивала мордой.

— Поразительно! — воскликнула я. — Ты с ней разговариваешь?!

— Да. И она понимает меня. Это тоже одно из моих способностей, разговаривать с животными, — Эмиль подвёл лошадь ко мне, и она, посмотрев, слегка ткнула меня мордой в плечо. — Ну, вот вы и подружились! — довольно сказал Эмиль.

Оседлав Земляка и Звёздочку, он пригласил меня сесть на лошадь:

— Вставай мне на руку, я помогу тебе сесть в седло. Ну вот, молодец! Видишь, не так это и сложно, — сказал Эмиль, когда я без особого труда села на лошадь, и сам вскочил на Земляка. — Поехали потихоньку. Звёздочка, вперёд! — скомандовал он. Лошадь потопталась на месте и, всхрапнув, пошла неторопливым шагом.

— Куда поедем? — спросила я.

— К озеру. Там красивые места, я покажу тебе финский хутор, где большой сад и много цветов. А ещё, там есть старый колодец с родниковой водой, вода там очень вкусная.

Мы ехали по заливным полям, утопающих в разнообразие цветов. Высокая трава, приятно щекотала мне ноги. Эмиль шутил, и мы от всей души смеялись. Мне хотелось, чтобы этот момент никогда не кончался. Наш весёлый смех разносился по полям, эхом отзываясь в лесу! Я не могла оторвать свой взгляд от его улыбки! Его прекрасные, ярко-синие глаза, сводили меня с ума! Конь под ним гарцевал, вот-вот готовый броситься вскачь, но Эмиль придерживал его, постоянно объезжая вокруг меня. Моя спокойная Звёздочка не спеша трусила, опустив голову вниз.

— Мы уже близко от хутора? — спросила я. — Мы уже едем полчаса, не меньше.

— Скоро будем, дорогая.

«О, он назвал меня «дорогая!» — мне было лестно и очень приятно.

Эмиль сидел в седле, как влитой. Чувствовалось, что в седле он провёл ни один год, наездник он был превосходный, в отличие от меня.

— Эмиль, а почему твой брат Вильем не женится? — полюбопытствовала я.

Он пожал плечами:

— Наверно не встретил ещё ту единственную. Но, я думаю, что у него ещё всё впереди, — он придержал коня и поехал со мною рядом.

— А ты встретил? — я посмотрела ему в глаза.

— Ты же знаешь, что встретил, зачем спрашиваешь, — он с укором посмотрел на меня. — Хочешь, открою тебе тайну? Хотя это не тайна, я, по-моему, тебе уже об этом говорил.

— Напомни, — попросила я.

— Понимаешь, детка, мы не таких как люди. Мы можем любить только один раз за всю свою жизнь. Люди, напротив, за свою жизнь могут влюбляться несколько раз. Эта особенность различает нас с вами.

— А ты любил, Эмиль?

— Ах, Наталья, зачем спрашиваешь, любил ли я?! Я не любил, а люблю, тебя одну, единственную девушку в этом мире! — закатил он глаза кверху. Он подъехал вплотную ко мне и, наклонившись, поцеловал меня в губы. Конь под ним загарцевал, и поцелуй получился коротким, о чём я пожалела, потому что конь унёс его вперёд.

— Я тоже люблю тебя, Эмиль! — крикнула я ему вслед.

Он ловко развернул коня и вернулся назад.

— Наташа, я рад это слышать, — опять в его голосе послышалась грусть, которой я не могла понять. — Мы почти приехали. Вон там, видишь, полуразрушенное здание, — указал мне Эмиль на лес.

Я всмотрелась вдаль:

— Нет, ничего не вижу.

— Извини, я забыл, что ты не можешь видеть так далеко, подъедем поближе.

Через некоторое время, я смогла разглядеть большой сад, за которым виднелись руины здание.

— Сейчас вижу, — я показала рукой в сторону финского хутора. Мы подъехали к развалинам, и Эмиль помог мне слезть с лошади.

— Пойдём, — он потянул меня за руку вглубь сада. Здесь было прохладно и тихо, лишь журчание воды в колодце нарушало эту идиллию.

— Как красиво! — восхитилась я. — Здесь столько много цветов, ну прямо как в раю! После знойного солнца, под которым мы ехали почти час, это место действительно казалось раем. В саду было много яблонь и вишни. Цветы на них уже отцветали, и вместо них уже виднелись завязи плодов.

— Здесь просто чудесно! Такого сказочного, таинственного места, я не встречала нигде!

— Детка, ты не была здесь весной, когда все деревья цветут! — Эмиль обнял меня сзади. — Малейшее дуновение ветра, и с деревьев срываются белые лепестки цветов, устилая собой всё вокруг! Создаётся впечатление, что летит снег, большими, огромными хлопьями. Такой красоты ты ещё не встречала, — Эмиль говорил полушёпотом, а я закрыла глаза, представляя всё это великолепие. — Посидим здесь, отдохнём? Я наберу воды из колодца, если захочешь попить, — предложил Эмиль.

— Да, конечно, посидим, — согласилась я и уселась на пенёк. — Я осталась бы здесь жить! Здесь так хорошо и спокойно! И место тут, ну просто сказочное!

— Ты хочешь здесь жить? А не заскучаешь? — спросил он, подавая мне кружку с водой.

— Нет, если рядом будешь ты, Эмиль, — немного смущаясь, ответила я.

Он покачал головой, а затем встрепенулся:

— Хочешь, я построю здесь новый дом, для тебя?

— Новый дом? Для меня? Нет, Эмиль, это уже слишком! Это дорогой подарок для меня, извини, это всего лишь мои фантазии, в реальности я и мечтать о таком не могу.

— Ну почему же, это всё достаточно реально, — возразил он. — Снесём эти развалины, а вместо них построим новый дом, какой захочешь.

— Я не хочу, чтобы ты тратил огромные деньги ради меня. Я думаю, они тебе самому пригодятся.

— Позволь с тобой не согласиться, — он сел рядом и обнял за плечи. — Во-первых, для меня это не огромные деньги. Я просто хочу сделать тебе приятно, чтобы ты могла приезжать сюда, когда захочешь.

— Нет, не вздумай, Эмиль! Я не приму такой дорогой подарок, это уже чересчур для меня!

— Хорошо, но когда изменишь своё решение, скажи, и я построю здесь для тебя дом, — Эмиль приподнял меня и посадил к себе на колени, обхватив меня руками.

Я положила голову ему на плечо и закрыла глаза. Так хорошо и спокойно, мне никогда не было, как рядом с ним. Я наслаждалась своим счастьем!

Глава 19

Это место, было предназначено для нас двоих, и только для нас! Здесь мы ощущали себя так, как будто вернулись домой после долгого отъезда. Эмиль повернул мою голову к себе и нежно поцеловал в губы. Всё вокруг исчезло для меня! Из живота наверх, поднималась сладкая истома! Я задышала глубоко и прерывисто. Не в силах себя сдерживать, я сунула Эмилю под рубашку руку, и она, скользнув по животу вниз, обняла его за спину. Эмиль лёг на траву, увлекая меня за собой. Оказавшись на нём, я уже не соображала, что делала, лихорадочно расстёгивая пуговицы на его рубашке. Эмиль перехватил мою руку, и слегка сжав, перевернув меня на спину. Теперь он оказался сверху.

— Наташа, не так быстро и… — он запнулся.

Я открыла глаза.

— Что случилось? Почему?

— Не сегодня, — он отстранился от меня и сел.

— Я тебя не понимаю, — обиженно, произнесла я.

Эмиль провёл ладонью по волосам, и повернулся ко мне:

— У тебя мужчины были? Ты поняла, о чём я.

— Нет, — захлопала я глазами.

— Поэтому не спеши, у тебя ещё всё впереди.

— У меня? А у тебя, что? Почему ты говоришь только про меня? Разве мы не вместе, навсегда? — с тревогой в голосе произнесла я.

— Наташа, не всё так просто. Дай мне немного времени, я тебе всё объясню, — он опять стал грустным.

— Что за тайна у тебя такая? Почему ты сейчас не хочешь, мне всё рассказать, что тебя мучает?

Эмиль закрыл руками лицо.

— Дай мне, пожалуйста, время. Я не хочу, чтобы тебе было больно! Поэтому дай мне время, столько, сколько сможешь.

— Эмиль, ты меня пугаешь! — я настороженно смотрела на него.

Его лицо внезапно изменилось. Он весь напрягся и насторожился.

— Что? — испуганно, спросила я.

— Тише, — он приложил свой палец к моим губам.

Уже шёпотом я спросила:

— Что происходит?

— Нам срочно надо уезжать отсюда, — он быстро встал.

— Эмиль, что случилось? — в нетерпении спросила я.

— Они близко, очень близко, мы не успеем, — произнёс он.

— Кто они? — округлила я глаза, оглядываясь по сторонам.

— Демоны. Они выследили нас, их много. Мне очень жаль, что я привёз тебя сюда, — Эмиль говорил резко. Он громко свистнул и, в ту же минуту появился его конь Земляк, он буквально галопом подскакал к нам! Эмиль одной рукой закинул меня в седло.

— Уезжай, я задержу их!

И тут я увидела, как из-за деревьев стали появляться тёмные фигуры. Одна из фигур быстро метнулась ко мне, я почувствовала, как меня кто-то сильно схватил и, я вылетела из седла на землю. Кто-то крепко держал меня сзади. Оглянувшись, я увидела Влада! Его глаза полностью были чёрными! От увиденного, я содрогнулась. Он криво усмехнулся:

— Привет! — только и успел произнести он, как внезапно отлетел от меня в сторону и ударился о ствол дерева.

Перед глазами всё замелькало! Я не видела толком никого! Ни быстро перемещающихся фигур демонов, ни Эмиля. Стоял сильный грохот, деревья валились, как срубленные! Я закрыла уши руками, меня всю трясло от страха, такую битву я видела впервые! В затылок мне кто-то дыхнул, резко обернувшись, я увидела Земляка. Он наклонил ко мне морду и фыркнул. Мгновенно передо мной появился Эмиль! Он опять подбросил меня в седло:

— Держись крепко! — он с силой хлестнул коня по крупу, крикнув: — Домой!

Конь рванул так, что я чуть не выпала из седла. Земляк понёс меня сквозь гущу леса, в обратном направление. Ветки хлестали меня по ногам и голове, но я крепко ухватилась за шею коня, закрыв глаза.

«Только бы не упасть!» — повторяла я про себя. Сильное тело коня, несло меня сквозь лес с невероятной скоростью! Я чувствовала каждый его мускул, резко сокращающийся подо мной. Время тянулось медленно, и мне казалось, что этот бешеный галоп не кончится никогда! Но конь вскоре остановился, перебирая копытами по земле. До меня донёсся лай собаки, и я сразу поняла, что это лает Барт. Затем послышался чей-то голос, но слов я не разобрала. Вцепившись в шею коня, я не могла разжать пальцы и боялась открыть глаза. Кто-то разжал мои пальцы и стащил с коня.

— Наташа, что случилось?! Открой глаза!

Я медленно приподняла веки.

— Вильем, — только и смогла произнести я. Земляк принёс меня к дому Кейнов. Вильем тряс меня за плечи и слегка шлёпал по щекам:

— Что случилось?! Где Эмиль?!

От пережитого шока, я не могла произнести ни слова, губы мои тряслись. Не дождавшись от меня ответа, он внимательно всмотрелся мне в глаза.

— Всё понятно! — он быстро поднял меня, и мы тут же оказались в доме. — Я тебя закрою. Из дома не ногой! — и он исчез в дверях, одновременно послышался щелчок закрываемого замка. Я закрыла лицо руками и заплакала, рыдания сотрясало всё моё тело.

«Эмиль, Эмиль, — пульсировала одна мысль в голове. — Что с ним? Они убьют его!» — я с новой силой разревелась. Меня тряс озноб, и я, сняв плед с кресла, укуталась в него и спряталась за диван. Послышались неторопливые шаги, и из-за дивана ко мне вышел Барт. Он подошёл и лизнул меня в лицо. Я отмахнулась. Пёс как будто понял всю трагичность случая, и молча лёг у моих ног, тихонько поскуливая и смотря на меня умными глазами.

«Если с Эмилем что-то случится, я не смогу жить без него!» — крутилось в голове, а слёзы ручьём лились из моих глаз. Я не знала, сколько времени прошло после ухода Вильема, но внезапно Барт поднял голову и завилял хвостом, устремившись к выходу. Послышался звук открываемой двери, я встала из-за дивана, готовая к самому худшему! Дверь открылась, и в гостиную, в прямом смысле, ввалились Эмиль и Вильем. Закрыв за собой двери, они просто упали на диван! Я глядела на них с ужасом! Оба были в крови, голубой крови! Одежда на них была изорвана, они с трудом переводили дыхание. Я подбежала к Эмилю и упала возле его ног.

— Эмиль, ты жив! — я снова разревелась. — Я очень переживала за тебя!

— Ты переживала за меня? Наташенька, тебе не надо переживать за меня, тебе надо переживать за себя, — он закрыл глаза и откинул голову на изголовье дивана.

— Чем я тебе могу помочь?! — дрожащим голосом спросила я.

— Ничем, скоро всё заживёт. Ты забыла, как быстро у меня заживают раны?

Я обняла его колени и прижалась к ним щекой. Какое-то время мы молчали, а я продолжала всхлипывать. Эмиль бережно поднял меня и посадил к себе на колени:

— Успокойся, всё хорошо, мы их прогнали.

— А Влад? — подняла я глаза.

— К сожалению, он ушёл от нас.

— Плохо, — чуть слышно произнесла я.

Он обнял меня и прижал к себе.

— Ой, что ты, тебе больно, — попыталась я отстраниться от него.

— Мне уже не больно, всё зажило, — он открыл грудь, показывая мне, что ран нет.

— И правда, ран больше нет! — я провела ладонью по его груди.

— Детка, ты порвала платье, — Эмиль взглядом показал мне вниз.

Действительно, моё платье было разорвано от подола до талии.

— Надо же, теперь бабушка будет ругаться, — с сожалением сказала я.

Эмиль громко рассмеялся:

— Ты переживаешь, что бабушка будет ругаться из-за платья?! И это после всего, что произошло?!

— Да, глупо конечно, — призналась я. — Не стоит переживать из-за платья.

— Тебе надо принять ванну, дорогая. Я тебе что-нибудь из одежды поищу.

— Следующим в ванну пойду я, — подал голос Вильем. — Или вы совсем забыли про меня?

Мы повернули головы в сторону Вильема.

— Вы так друг другом заняты, что забыли про меня, — он улыбнулся глядя на нас.

— О, Вильем, прости… — начала я, но он прервал.

— Ничего, воркуйте, голубки.

— Да, кстати, брат, ты можешь принять ванну здесь, а мы с Наташей пойдём на второй этаж, — предложил Эмиль.

— Непременно воспользуюсь твоим советом, брат, — Вильем встал и направился в сторону кухни, где была ещё одна ванная комната.

Эмиль поднял меня на руки и понёс на второй этаж по лестнице.

— Я бы могла и сама пойти, — шепнула я ему на ухо.

— Я хочу нести тебя на руках, — также на ухо прошептал мне Эмиль.

Я улыбнулась и поцеловала его в губы. В ванной, он посадил меня на пуфик и включил воду.

— Я сейчас приду, — и он вышел.

Я сидела и смотрела, как струя воды из крана, падает вниз. Он жив! Я счастлива! Большего я и не желала! Эмиль принёс мне большое полотенце, стакан с каким-то напитком и свою рубашку.

— Извини, женской одежды у нас нет, вот одень пока мою рубашку и выпей этот напиток, это успокоит тебя, — он повесил полотенце с рубашкой на дверь. — Я буду в своей комнате, это по коридору направо, — и он закрыл за собой дверь.

Я сняла с себя грязную одежду и с удовольствием легла в горячую воду. Согревшись, я стала успокаиваться от перенесённого шока и, протянув руку, взяла стакан с напитком. Вкус у напитка был приятным, но незнакомым. Я залпом осушила стакан и продолжила, нежиться в горячей ванне. Почему-то сильно захотелось спать, глаза начали слипаться, я потрясла головой, но это не помогло. Все мысли вылетели из головы. Я перестала бороться со сном и мгновенно уснула.

Глава 20

Во сне я снова очутилась в лесу на тропинке, которая вела неизвестно куда. Всё также, цвёл папоротник, цветы которого мерцали в темноте. Я шла, оглядываясь по сторонам, тишина давила на уши. Я протянула вперёд руку и с удивлением увидела, что моя кожа переливается, как жемчуг! Я заворожённо смотрела на неё, не понимая, что происходит. Внезапно на тропинке появилась мрачная фигура человека, которая толчками стала приближаться ко мне. С ужасом я поняла — это Влад! Я замахала руками, и немой крик вырвался из груди. Он схватил меня и прижал к себе, смотря на меня своими чёрными, как ночь, глазами.

«Эмиль!» — пыталась я кричать громко, но из груди вырывался лишь стон. Влад тряхнул меня за плечи, и… я проснулась.

— Наташа, что случилось? Ты кричала, — на меня с тревогой смотрел Эмиль.

Я огляделась по сторонам. Мы лежали на широкой кровати в комнате Эмиля, на мне была его рубашка.

— Так, ничего, — облегчённо вздохнула я, — сон страшный приснился. Как будто я Влада встретила в тёмном лесу и, по-моему, он хотел меня убить, — я уткнулась лицом Эмилю в грудь и обняла его.

— Всё будет хорошо, детка, не бойся, я не дам ему добраться до тебя, — Эмиль гладил меня по голове, успокаивая, как маленького ребёнка.

— А ещё мне приснилось, что я лада, — добавила я.

— Как ты это поняла?

— А у меня кожа светилась в темноте, как жемчуг, так же как и у тебя, — я не видела лица Эмиля, но мне показалось, что он улыбнулся.

— Ты лучше всякой лады для меня, — тихо произнёс он.

— Эмиль! Как я оказалась у тебя в комнате?! Я же была в ванной! Я не помню, чтобы я выходила оттуда самостоятельно! — я привстала на локте, и уставилась на него. — Ты мне что-то подмешал в напиток? — уже серьёзно произнесла я.

— Прости, я только хотел, чтобы ты успокоилась и поспала. Я не думал, что напиток подействует на тебя так быстро, — он виновато посмотрел на меня.

— Так, что ты мне подмешал?

— Ничего, всего лишь отвар хорошего сбора трав, и никакой химии, абсолютно безвредный.

— Так это ты вытащил меня из ванны?

— Пришлось, — он нарочито тяжело вздохнул. — Тебя долго не было, и я понял, что напиток на тебя подействовал быстрей, чем я думал.

— Спасибо, что не оставил меня там, а то бы я захлебнулась в воде, — шутливо сказала я и чмокнула его в губы.

Эмиль пожал плечами:

— Не за что. Готов каждый раз, как ты будешь принимать ванну, вытаскивать тебя оттуда. Мы рассмеялись, настроение улучшилось!

— Эмиль, сколько время? — я посмотрела на окно, но время суток определить было трудно, стояли белые ночи.

— Четыре часа утра, — спокойно сказал он.

— Четыре утра?! — в ужасе воскликнула я. — Бабушка меня убьёт! И точно отправит домой! — я схватилась за голову.

— Я позвонил ей и предупредил, что ты останешься ночевать у меня сегодня, — он притянул меня к себе.

— Она сильно ругалась?

— Нет. Пришлось, конечно, соврать, что сломалась машина, но другого варианта я не придумал.

— И она разрешила, и даже не ругалась? — всё ещё не веря переспросила я.

— Нет, не ругалась. Но, я обещал ей клятвенно не распускать руки.

— Конечно, это она тебе сказала?

— Про руки да, и я обещал, — Эмиль обнял меня и поцеловал.

— Я смотрю, ты не очень исполняешь свои обещания, — обняла я его за шею.

— Извини, не могу сдержаться. Мы тихонько засмеялись, боясь разбудить Вильема, который спал в соседней комнате.

— И сколько ты будешь ремонтировать машину? — спросила я.

— Столько, сколько захочешь ты, — он потёрся носом об мою щёку.

— Ты спал Эмиль? — спросила я, видя, как он закрыл глаза, прижимаясь ко мне.

— Нет.

— Меня старожил?

— Да.

— Поспи если хочешь, я никуда не убегу, обещаю, — я провела пальцем по его щеке.

— Не хочу спать, — он прижался ко мне ещё ближе.

— Весь день будешь клевать носом, — заметила я.

— Всё равно не буду. Я могу долго не спать.

— Сколько долго?

— Могу месяц не спать. Потом мне достаточно трёх часов, чтобы восстановить силы, это ещё одна из моих способностей.

— И когда ты последний раз спал?

— Не помню, дней десять, двенадцать назад.

— Чем дольше мы вместе, тем я больше узнаю тебя, и каждый раз ты меня удивляешь, — я рукой провела по его волосам. — Эмиль, я хочу спросить про вчерашний день.

— Спрашивай. Что тебя интересует? — он откинулся на подушку, закинув руки за голову.

— Как вы с Вильемом справились с демонами?

Он вздохнул:

— Ты уверена, что хочешь это знать?

— Да, пожалуйста, расскажи мне, — попросила я.

— Ну, пришлось парочку демонов убить, — спокойно произнёс он.

Я вздрогнула:

— Как убить?!

— Мы просто оторвали им головы, — он открыл глаза и посмотрел на меня.

Я в ужасе раскрыла глаза! «Мой ласковый и добрый Эмиль, может кому-то оторвать голову?!» — я не могла в это поверить.

— Ты испугалась? Я же тебе говорил, что тебе не надо знать этого, — он обнял меня и привлёк к себе. — Наташа, они не люди, они демоны, и с ними по-другому никак нельзя.

— Конечно, конечно, прости что спросила, — растерянно, произнесла я.

— Не бойся меня, я никогда не причиню тебе зла. Убивать демонов у нас в крови, но людей мы не трогаем, какими бы плохими они не были, — он снова лёг на подушку, закинув руки за голову.

Я посмотрела на него и подумала: «Что я хотела! Эмиль — лель, который призван уничтожать нечисть».

Его лицо слегка светилось, переливаясь загадочным светом, но не так ярко, как тогда в лесу, на улице уже давно было светло, лишь в комнате ещё был полумрак, так как шторы на окнах были плотно задёрнуты. Я провела по его щеке пальцем, всё это казалось нереальным — он и я. Я легла на него сверху и поцеловала. Эмиль резко перевернул меня на спину, и его руки заскользили по моему телу, от голеней до шеи, избегая самых интимных мест.

О, его руки! Они сводили меня с ума! Мягкие и нежные, и в тоже время сильные! Теряя рассудок, я рванула на нём рубашку так, что отлетели почти все пуговицы, и стала лихорадочно расстёгивать на себе рубашку. Он, как и до этого, перехватил мою руку и слегка сжал.

— Что не так? — с нетерпением спросила я.

— Не надо, — полушёпотом попросил Эмиль.

— Ты меня не хочешь, — больше утвердительно, чем вопросительно, сказала я.

— Ты ошибаешься, дело не в этом. Я хочу тебя! Но тебе не надо быть такой нерассудительной, и отдаваться первому парню, в которого ты влюбилась. Всё ещё может измениться, — он говорил мягко, но я всё равно разозлилась.

— Во-первых, ты не парень, а лель. А во-вторых, ты меня и так уже видел без одежды.

— И притом два раза, — уточнил он. — Но ты же не для этого раздеваешься, ведь верно? Наташа, ты ещё маленькая и глупая девочка. Может сначала надо повзрослеть, а потом принимать такие важные решения? — он старался говорить так, чтобы не обидеть меня.

Я с вызовом посмотрела на него:

— Мне скоро будет восемнадцать! И что? Сколько мне ещё ждать? До тридцати?

— Надеюсь не до тридцати. Но пока ещё рано, — мягко произнёс он.

Я негодовала:

— Я что, недостаточно хороша для тебя?

— Не говори глупостей, ты знаешь, я люблю тебя, — Эмиль говорил спокойно, что нельзя было сказать про меня.

— И когда ты понял, что любишь меня?

Он улыбнулся:

— Там, на острове, когда первый раз увидел тебя. Ты была прекрасна и соблазнительна! Я сразу понял, что ты любовь всей моей жизни! — он погладил меня по волосам.

— Тогда я тебя не понимаю, — я села и положила голову на колени.

Эмиль обнял меня за плечи.

— Прости, я не хочу пользоваться ситуацией. Я хочу, чтобы ты хорошо подумала, прежде чем делать мне такой дорогой подарок.

— Ты сомневаешься, в моих чувствах к тебе? — обиженно, произнесла я.

— Сейчас не сомневаюсь. Но люди склонны менять свои решения, особенно, что касается любви. У меня много знакомых и коллег среди людей, которые были женаты по несколько раз. Каждый раз они говорят, что предыдущий брак был ошибкой, и только сейчас они встретили настоящую любовь! Я просто хочу дать тебе время, чтобы ты могла разобраться в себе.

— Прости, — я уткнулась ему в плечо, — видно, что ты меня сильней любишь, чем я думаю.

— Это так, — согласился он.

В дверь постучали.

— Вставайте сони, завтрак на столе, — послышались удаляющиеся шаги.

— Вот так всегда! Вильем не даст понежиться в постели, — Эмиль встал, подошёл к окну и откинул штору. В комнату ворвались лучи солнца. — Прекрасный день сегодня!

Глава 21

Мы спустились на кухню. На столе уже стоял завтрак, и пахло свежесваренным кофе. Вильем сидел за столом и с аппетитом уплетал тосты с джемом.

— Всем доброго утра! — поприветствовал он нас. — Как спалось?

— Отлично! — я подняла большой палец вверх. — Особенно после отвара трав, — добавила я.

Вильем посмотрел на Эмиля.

— Ты что, давал ей успокоительный сбор?

— Пришлось! Наташа сильно была напугана вчерашним происшествием. Отвар пошёл ей на пользу, она хотя бы выспалась.

— Выспалась. Частично в ванной, частично в комнате Эмиля. Спасибо тебе, — я в шутку поклонилась Эмилю.

Вильем рассмеялся:

— Наташа, ты что, уснула после отвара прямо в ванной?!

Я кивнула и развела руками, давая понять, что так оно и было.

— Эмиль, отвар надо было дать после принятия ванны. Ты же врач! — Вильем этот случай сильно позабавил.

— Этот сбор мне незнаком. Его Аврора с Урала ещё в прошлом году привезла. Кстати, очень нахваливала его. Да я и не думал, что отвар так быстро подействует на Наталью, — оправдывался Эмиль.

— Ладно, брат, теперь будешь знать. — Наташа, садись за стол, — Вильем пододвинул ко мне стул. — Бери, что хочешь, — он указал на стол, на котором стояла кастрюлька с овсяной кашей, разнообразные фрукты, поджаренный хлеб, джем и мёд.

Эмиль поставил передо мной чашку горячего кофе.

— Это то, что нужно, спасибо, — поблагодарила я.

— Что будете делать после завтрака? — спросил Вильем.

— Наталья, что будем делать? — повернулся ко мне Эмиль.

— Сначала мне надо зашить своё платье, ну и конечно постирать. Когда оно высохнет, надо домой ехать, а то бабушка пришлёт кого-нибудь за мной. Я надеюсь, иголка с ниткой у вас найдутся?

— Иголка с ниткой да, а вот платья нет, — Эмиль пожал плечами и развёл руки.

— Как нет платья! А где оно? — удивилась я.

Эмиль показал на улицу:

— Выбросил. Оно было рваное и грязное.

Я уставилась на него:

— Как выбросил?! И ты после этого считаешь, что я могу вот так запросто явиться домой в твоей рубашке?!

— А что, нормально, — заулыбался Вильем, — она на тебе как платье, вполне сойдёт.

— Очень смешно, Вильем! — нахмурила я брови.

— Наталья, не переживай. Съездим в город, и ты там купишь себе любое платье, какое захочешь, — Эмиль улыбнулся мне самой очаровательной улыбкой.

— Представь себе, покупку нового платья я не планировала, поэтому не взяла с собой денег.

— Я сам куплю тебе платье, какое захочешь, — добавил он.

— А в город я поеду в рубашке?! Класс! — я показала пальцем на себя.

— Не беспокойся, я подъеду вплотную к дверям магазина, ты выйдешь и прошмыгнёшь в магазин, практически сразу в примерочную, и пока не выберешь платье, не выйдешь оттуда.

— Хорошо, выбора всё равно нет, — я вздохнула и укоризненно посмотрела на него. — Ну, хоть туфли то ты мои не выкинул я надеюсь?

— Туфли тоже купим, — ответил Эмиль не глядя на меня.

— Здорово! И туфли тоже выкинул! — я всплеснула руками. — Хорошо хоть меня не выкинул.

Вильем с Эмилем рассмеялись глядя на меня. Наверно я смешно выглядела в его рубашке, которая на три размера была больше, чем нужно. После завтрака мы поднялись наверх и начали собираться в город.

— Ты больше ничего не выкидывал из моих вещей? — спросила я.

— Нет. Остальные вещи можешь взять в ванной, они в сушилке, — бросил через плечо Эмиль, копаясь у себя в шкафу.

— Спасибо хоть на этом, — и я направилась в ванную за нижним бельём.

Приехав в город Сортавала, Эмиль долго ещё петлял по городу в поисках подходящего магазина. Мы проехали мимо небольшого магазинчика с вывеской «Женская одежда», но он там не остановился и поехал дальше.

— У нас так скоро бензин закончится, — сердилась я.

Наконец он остановился около большой витрины магазина. Вывеска гласила: «Бутик мадам Анжелы. Модная одежда мировых брендов для женщин».

— Приехали, — сказал Эмиль.

Я посмотрела через стекло на вывеску магазина.

— Ты с ума сошёл?! Здесь наверно очень дорого!

— Выходи, не то останешься в моей рубашке, — спокойно сказал он, открыв дверцу с моей стороны. — Давай быстрей, я тебя прикрою.

— О Господи! Угораздило же меня! — я вылезла из машины и огляделась по сторонам. Эмиль обнял меня, прикрывая от посторонних глаз. Мы быстро вошли в бутик, и сразу же увидели примерочную.

— Наташа, давай туда, — Эмиль слегка подтолкнул меня за шторку.

Забежав в примерочную, я села на небольшой стульчик. Я слышала, как Эмиль, что-то говорил продавщице, но слов разобрать не могла. Шторка открылась и ко мне в кабинку вошла молодая элегантная женщина.

— Здравствуйте. Рада вас приветствовать в нашем магазине. Что бы вы хотели приобрести? — она натянуто улыбалась.

— Платье и туфли. И если можно, не очень дорого и побыстрей, — выпалила я.

— Одну минутку, — и она скрылась за занавеской. Через некоторое время она вернулась, неся в руках ворох разнообразной женской одежды.

— Я правильно поняла, вы носите сорок четвёртый размер одежды?

— Да, вы угадали, сорок четвёртый, — подтвердила я.

Она довольно улыбнулась:

— Примеряйте. Если что-то понравится, позовите меня. Моё имя — Светлана, — и она опять скрылась за занавеской.

Я перемерила кучу платьев! Они все были хороши, но для меня слишком шикарны, мне хотелось, что-нибудь поскромней. Наконец-то я нашла платье по своему вкусу. Оно не бросалось в глаза, и в тоже время было модным и элегантным. Выглянув из-за занавески, я тихонько окликнула Эмиля, который сидел напротив примерочной в большом кресле и листал какой-то журнал. Услышав меня, он встал и, заглянул ко мне за штору.

— Ну как? — я повернулась, демонстрируя платье.

— Детка, да ты супер! Оно тебе очень идёт, берём, — он подмигнул мне.

Туфли я выбрала позже, на небольшом каблучке, с острым носиком. Выйдя из примерочной, я засмущалась, так как продавщицы захлопали в ладоши.

— Спасибо, не надо, — я подняла вверх руки, давая понять, что овации лишнее.

— Иди к машине, а я пока расплачусь, — Эмиль проводил меня до выхода.

Я стояла возле машины, и через стекло магазина наблюдала, как Эмиль рассчитывается за покупки. Миловидная продавщица улыбаясь, что-то весело говорила ему, а затем положила ему руку на плечо, и что-то начала шептать ему на ухо. Я нахмурилась, а хорошее настроение сразу улетучилось. Эмиль выслушал её, затем снял её руку со своего плеча и что-то ответил. Продавщица протянула ему карточку, и он положил её в карман.

«Ну, это уже слишком! — разозлилась я. Скорее всего, она, дала ему свой номер телефона. А Эмиль, чтобы отказаться, положил его в свой карман!» Закусив губу от досады, я отвернулась от витрины. За спиной послышался голос Эмиля:

— Всё в порядке, теперь можем ехать домой, — он открыл дверцу машины, и я села на пассажирское сиденье.

Я отвернулась к окну и наблюдала за уплывающими деревьями и домами.

— Я смотрю, ты не рада покупкам? — повернул ко мне голову Эмиль.

Я молчала, закусив губу.

— Что с тобой, детка? Почему ты не разговариваешь со мной? Ты на что-то обиделась? — он пытался заглянуть мне в глаза.

От обиды я чуть не расплакалась, передёрнув плечами. Эмиль припарковал автомобиль и повернулся ко мне, наблюдая за мной молча. Затем он вздохнул:

— Ну, говори, что случилось?

— Зачем ты взял её номер телефона? — повернулась я к нему.

— А, вот в чём дело! — он заулыбался и полез в карман. Достав карточку, он протянул её мне. На ней был написан адрес магазина и телефон, по которому можно было сделать заказ. Я повертела карточку в руках и вернула ему.

— Понятно. А что она тебе шептала на ухо?

Эмиль рассмеялся и обнял меня.

— Ах, ты моя ревнивая девочка! Разве это имеет значение, когда я так сильно люблю тебя?

— Имеет значение! — я сердито посмотрела на него.

— Хорошо, я тебе расскажу, только не сердись, ладно? — он погладил меня по щеке, и я кивнула головой.

— Она хотела назначить мне свидание, но я тактично ей отказал, — Эмиль смотрел мне в глаза.

— Правда? — подняла я брови.

— Правда. Моя девочка больше не сердится?

— Нет, не сержусь. Спасибо, что сказал правду, — хорошее настроение вновь вернулось ко мне.

— Можем ехать, или ещё будут вопросы? — он взял меня за руку и поцеловал мои пальцы.

— Вопросов больше нет, поехали, — улыбнулась я. — Отвези меня в деревню, а то моя бабуля, наверно рвёт и мечет, — попросила я.

— Как скажешь милая, — и он свернул на просёлочную дорогу.

— Эмиль, сколько стоят платье и туфли? — поинтересовалась я.

— Да сущие пустяки, — махнул он рукой.

— Нет, скажи, сколько всё стоит! У меня отложено немного денег, я отдам. Извини, но я не могу принять такой подарок, — я виновато посмотрела на него.

Эмиль поднял брови и удивлённо посмотрел на меня:

— Вернуть деньги, мне?! Ты смеёшься?! Я никогда не возьму у тебя денег! Тем более что старое платье я сам выкинул. Так что считай это компенсацией.

— Придётся взять, я настаиваю! — решительно заявила я.

— Боюсь, что ты не сможешь вернуть мне такую сумму, — вздохнул он и улыбнулся.

— Почему? Оно что, очень дорогое? Ты же обещал, что купишь мне недорогое платье, — я сердито на него посмотрела.

— Извини, но это платье было самое дешёвое в этом магазине.

— Что-то я сомневаюсь, что оно самое дешёвое. Мне в нём в пору на красную дорожку в Голливуд.

Эмиль рассмеялся:

— Это разве плохо?

— Нет. Но в деревне его носить неудобно, все будут пялиться.

— Будешь надевать в городе, на праздники, — предложил он вариант.

— Ты пользуешься тем, что у меня нет выбора. Не могла же я в деревне появиться в твоей рубашке.

— Тебе не нравится платье? Ты же его сама выбрала!

— Если честно, оно мне нравится, — сдалась я.

— Вот и прекрасно! А то я уже подумал, что ты готова его снять прямо сейчас, а рубашку я оставил в магазине, — Эмиль был в настроении, и подтрунивал надо мной.

— Очень смешно, — я рассмеялась, передразнивая его.

— Я бабушке скажу, что сама купила его, а то она меня не поймёт. Старый человек, со старыми взглядами о девичьей чести.

— Как считаешь нужным, — ответил Эмиль и свернул к деревне.

Дома меня ждала бабуля. Она всплеснула руками, когда мы вошли.

— Ну, наконец-то приехали! А то я уже собралась просить Петра Петровича, чтобы он съездил за тобой. Эмиль, ты починил машину?

— Конечно, Мария Михайловна, мы на ней и приехали, — он старался держаться как можно дружелюбней.

Бабушка оглядела меня с ног до головы:

— Наталья, ты где такое платье взяла? И туфли я смотрю у тебя новые.

— Купила бабуля. Мы сегодня в Сортавала ездили, по магазинам, вот решила себе подарок сделать на день рождения, — я посмотрела на Эмиля, но он сделал такое лицо, как будто не причастен к этому.

— Ты наверно все деньги потратила себе на наряды? — она пощупала материал.

— Почти все, — краснея, произнесла я.

— Обедать будете? Я картошки с мясом натушила, — кивнула она в сторону кухни.

— Спасибо, Мария Михайловна, мне пора ехать, дела, — Эмиль галантно поцеловал ей руку.

— А послезавтра-то приедешь к Наташеньке на день рожденье?

— Конечно, приеду. Может чем помочь надо, или что-то купить?

— Нет-нет, Эмиль, ничего не надо, всё куплено, сам приезжай, — бабуля похлопала его по плечу.

— Ну, я пойду, — Эмиль показал мне на дверь, приглашая выйти.

Бабушка махнула ему рукой:

— До свидания Эмиль, ждём тебя послезавтра на день рождение.

Мы вышли на крыльцо.

— Сегодня я не приеду уже, — начал Эмиль, — и завтра не смогу. К нам с Вильемом, приезжают брат и сёстры, я еду их встречать. Так что не скучай тут без меня, увидимся послезавтра, — он наклонился и поцеловал меня в губы.

— Почему раньше не сказал, что приезжает родня?

— Я только что узнал об этом, — он показал мне на голову.

— Ах да! Я всё время забываю о ваших способностях! — я обняла его и прижалась. — Я буду скучать.

— Я тоже, — он приподнял мою голову за подбородок и поцеловал ещё раз.

Кто-то кашлянул, и мы отстранились друг от друга. На тропинке к дому стояла Татьяна.

— Я не помешала? — спросила она.

— Нет, не помешала. Эмиль познакомься, это моя подруга — Татьяна. Татьяна, это мой друг — Эмиль, — без всякого энтузиазма представила я их друг другу.

— Очень приятно, Эмиль, — Таня поднялась к нам на крыльцо.

— Мне тоже очень приятно познакомиться с подругой Натальи, — пожал он ей руку.

— Наташа, увидимся, — сказал мне Эмиль и обратился к Тане: — Извините, мне надо идти.

— Пока, — она помахала ему вслед рукой.

— Танька! — я дёрнула подругу за руку.

— Что? — обернулась она.

— Он ушёл, а ты всё смотришь! Некрасиво так пялиться на парня! — сердито сказала я.

— Извини, засмотрелась. И если честно, есть на что, — она лукаво посмотрела на меня.

— Наталья, а ты видела его брата? Вильем тоже красавчик! Познакомишь?

— Танька, ты опять за своё?!

— Всё, прости, больше не буду, — закусила она губу.

— Ладно, пошли в дом, — пригласила я, пропуская её вперёд.

— Наталья, а на тебе шикарное платье! — оценивающе посмотрела на меня подруга. — Откуда такое богатство?

— От верблюда! Купила себе на день рожденье. Не в старом же отмечать своё восемнадцатилетие!

Подруга прищурила глаза:

— Очень сомневаюсь, что ты купила его сама.

— Почему же? Оно не очень дорогое, — мне редко приходилось врать и мне это не очень нравилось, но иногда это было необходимо.

Татьяна села в кресло.

— Ты хоть знаешь, сколько оно стоит? — она внимательно глядела на меня.

— А ты знаешь? — спросила я.

— Знаю, — кивнула она головой.

Внутри у меня всё похолодело, я всё-таки надеялась, что подруга меня разыгрывает.

— Ну, сколько? Скажи, если это не секрет.

— Точно не помню, ну где-то около ста тысяч.

Меня как будто кипятком ошпарили!

— А ты откуда знаешь? — я в упор посмотрела на неё.

— Неделю назад мы с Надюхой ездили в Сортавала, по магазинам пройтись. Так вот, из любопытства зашли в магазинчик, под названием «Бутик мадам Анжелы. Модная одежда мировых брендов для женщин». Ну, и решили посмотреть на эти бренды, и увидели это платье. Оно не такое дешёвое, как ты себе представляешь. Не веришь, позвони Надюхе, она подтвердит.

Я стояла, не зная, что сказать.

— Так кто его тебе купил? Хотя не говори, не надо, дай, сама угадаю, — она, улыбаясь, подошла ко мне. — Эмиль! Я правильно думаю?

Я виновато посмотрела на подругу:

— Тань, извини, я не хотела, чтобы кто-то знал об этом. Я не знала что платье такое дорогое. Я выбрала, а Эмиль расплатился. Сколько он денег дал продавщицы, я не видела.

— Всё нормально подруга, — она махнула рукой. — Только скажи мне, пожалуйста, с какой стати он подарил тебе такой шикарный подарок? — она посмотрела на мои ноги. — О, и туфли в придачу! Явно тоже не дешёвые!

Я опустила голову вниз:

— Туфли сколько стоят?

— Туфли не знаю сколько, но видно, что они дорогие. Так ты мне расскажешь, почему он тебе всё это купил?

— Тань, расскажу, только давай договоримся, что ты не будешь об этом распространяться.

— Ты же знаешь, я не болтушка, — она обиженно, поджала губы.

— Я была у Эмиля в гостях, и мы катались на лошадях. Я упала с лошади и порвала платье, сильно порвала. Эмиль предложил мне купить новое, вот и всё, — закончила я свой короткий рассказ.

— Ты серьёзно?! Это всё? Мне кажется что ты, не договариваешь.

— Таня, поверь, это всё! — подняла я руки вверх, давая понять, что тема закрыта.

— А парень-то, далеко не бедный! Такое платье купил! И не в каком-нибудь задрипанном магазинчике, а у самой «Мадам Анжелы»! — Татьяна была в восторге. — Повезло тебе, Наталья! Эмиль на день рождение придёт к тебе?

— Конечно, придёт, он обещал, — довольная сказала я.

— Здорово! Вот только бы парни наши не завелись на него. Ну, я тебе говорила, за что они его недолюбливают.

— Да я помню. Только предупредите ваших ребят, чтобы в моём доме скандал не устраивали, — серьёзно сказала я.

— В твоём доме нет, а вот после, могут, — предупредила меня подруга.

— Тань, я думаю, Эмиль не боится их, поэтому не о чем беспокоиться.

— Ну ладно, хорошо, забудем об этом. Я просто зашла повидаться с тобой, а то ты в последнее время с нами не общаешься, вот и зашла посмотреть, всё ли у тебя в порядке, — Татьяна откровенно разглядывала обновки на мне..

— Спасибо Танюха, у меня действительно всё хорошо, — я обняла подругу.

— Я в этом убедилась, там, на крыльце, — она кивнула в сторону двери. — Приятно было посмотреть на вас.

— Не вгоняй меня в краску, — попросила я.

— Да всё нормально, Наталья, ты молодец! Ну что, давай до завтра? Придёшь к нам с Надей?

— Приду. Спасибо что зашла, — я чмокнула её в щёку.

Глава 22

Эмиля не будет до послезавтра, чем мне заняться я не знала. Я, настолько привыкла быть с ним каждый день вместе, что не понимала, как до этого жила без него. Время тянулось медленно. Я надеялась, что планы у Эмиля изменятся, и вместо него поедет Вильем, а он вернётся ко мне.

На улице стало смеркаться, но спать не хотелось, в голове постоянно крутились мысли о том, что произошло со мной в последнее время. Интересно, Влад попытается, ещё раз встретится со мной? Мне бы не хотелось. Я надеялась, что он отстанет от меня, и по окончании летнего сезона, мы с Эмилем вместе уедем из деревни.

«Да что этому Блейку нужно от меня! — раздражённо подумала я. Неужели он думает, что если он меня похитит я смогу жить с ним?! Или он хочет убить меня? Но зачем? Что я ему плохого сделала?» Опять эти вопросы, ответов на которые у меня не было.

«Да и с Эмилем мы так и не поговорили насчёт того, что будем делать после окончания летнего сезона. А если он предложит мне поехать с ним в Москву? Тогда мне надо будет перевестись в другой колледж, — я вздохнула и посмотрела на часы. — Может он всё-таки приедет?» Но Эмиль не приехал, ни сегодня, ни на следующий день.

Следующий день, я провела в компании своих подруг, которые дотошно пытали меня расспросами о наших с Эмилем отношениях. Хотя, я им благодарна, по крайней мере, они не дали мне скучать пока не было его. И вот настал мой день рождения! Я не знала, чему я больше радуюсь: своему восемнадцатилетию, или тому, что сегодня должен приехать Эмиль? Мне казалось, что я его не видела уже целую вечность! Предстоящая встреча с ним волновала меня. С самого утра, мы с бабушкой начали готовить угощения для наших гостей.

— Наташа, ты, куда столько овощей и фруктов купила? Как я знаю, на твоём день рождении будут трое молодых людей, и поверь мне, мужчины любят мясо, а не траву, лучше бы мяса побольше натушила.

Ах, если бы она знала, кому я готовлю все эти овощные и фруктовые салаты! Но сказать всё-таки надо, чтобы потом не было лишних расспросов.

— Ба, да всё нормально, мяса и так много, боюсь, что не съедим. Тем более Эмиль не ест мяса, он вегетарианец.

— Кто-кто? — переспросила бабушка.

— Ве-ге-та-ри-а-нец, — по слогам повторила я.

— А это кто? — в недоумении спросила она.

— Это люди, которые не едят продуктов животного происхождения, — терпеливо объяснила я.

Она рассмеялась:

— Эмиль не ест мясо?

— Нет, не ест.

— А по нему не скажешь, такой здоровяк! На нём пахать можно, а мясо не ест, странно.

— Ничего странного, сейчас много таких людей. Говорят, что овощи и фрукты полезней, чем мясо. Ба, и давай договоримся, что ты не будешь надоедать Эмилю с расспросами, почему он не ест мясо. Хорошо?

— Ладно, не буду, — пробурчала она. — Но в наше время такой моды не было, все ели мясо.

— Ба, давай больше не будем об этом, — я умоляюще посмотрела на неё.

— Не будем, не будем, — закивала она головой.

В кармане халата зазвонил телефон, и я тут же ответила. Звонил Эмиль.

— Наташа, здравствуй. Как у тебя дела?

— Эмиль, всё хорошо. Ты уже вернулся? Ты встретил гостей?

— Да, встретил, и уже привёз к Вильему. Во сколько к тебе приехать?

Я от радости запрыгала на месте.

— Да хоть сейчас! Мы с бабушкой готовим праздничный ужин, нам надо стол спустить со второго этажа в гостиную, твоя помощь будет не лишней.

— Окей, сейчас буду, целую, — Эмиль отключился.

Настроение у меня заметно улучшилось! Бабушка, смотря на меня, покачала головой:

— Ой, девка, не потеряй голову.

Я поцеловала её и побежала наверх, чтобы вытереть пыль со стола, который уже год пылился в кладовке. Опять зазвонил телефон.

— Алло?

— Наталья, мы с Надей идём помогать тебе, — сказала Таня в трубку, — надеюсь, наша помощь будет не лишней.

— Нет, конечно! Приходите, поможете, стол накрыть.

— Через пять минут будем.

Я не успела справиться с пылью, как послышались голоса моих подруг, они здоровались с бабушкой.

— Девчонки, поднимайтесь ко мне, — крикнула я им. Таня и Надя были в красивых платьях, и даже нанесли себе макияж.

— Ой, девчонки, какие вы красивые сегодня! — в восторге сказала я, прижав руки к груди.

— Правда? — Таня повертелась около трюмо.

— Конечно, правда! Ваши парни обалдеют! Да, кстати, а где они?

— Попозже подойдут, что им здесь делать так рано. Мы сказали, чтобы к пяти подходили, — сказала Надя и заглянула в кладовку. — Это стол, который надо вниз нести? Зря мы парням сказали приходить позже, они могли бы его спустить. Можно вообще-то им сейчас позвонить, — и она полезла за телефоном в сумочку.

— Не надо, — остановила я подругу, — сейчас Эмиль приедет, он и спустит его вниз.

— Один? — удивилась она.

— Один. Он справится.

— Но смотри, а то я могу позвонить ребятам, — она всё ещё смотрела на меня выжидающе.

— Спасибо, Надя, не надо, Эмиль справится.

Послышался шум подъезжающей машины.

— А вот и твой кавалер подъехал, пошли, — и Татьяна первая устремилась вниз по ступенькам.

Из машины вышел Эмиль, с большим букетом красных роз, и в строгом, чёрном костюме. Он захлопнул дверцу машины, помахал нам рукой и направился к дому.

— Вот это да! — открыв рот, произнесла Таня.

— Супер! — вторила ей Надя.

Я, если честно, тоже была ошеломлена. Эмиль, в строгом костюме, с букетом роз, выглядел сногшибающе! Таким, я его ещё не видела. Он шёл нам навстречу и улыбался. Первой взяла себя в руки я, толкнув подруг:

— Девчонки, хватит таращиться на него, это не прилично.

Эмиль подошёл, и со всеми поздоровался, протянув огромный букет цветов мне:

— Наташенька, с днём рождения тебя, — он слегка приобнял меня и поцеловал.

Моих подруг словно подменили! Они чересчур стали весёлыми, и начали кокетничать с Эмилем, строив ему глазки.

— Эмиль, ты выглядишь просто отпад! А розы просто шикарные! — глупо улыбалась Татьяна.

Надя неотрывно смотрела на него, неся какую-то чепуху! Эмиль растерялся, не зная как реагировать на столь пристальное внимание к нему моих подруг. Я со злостью ткнула Татьяну в бок:

— Прекратите, — прошипела я, когда Эмиль отвлёкся на болтовню Нади.

Таня виновато посмотрела на меня, потом обратилась к Надежде:

— Надя, пошли, пора на стол накрывать, — она подтолкнула подругу к кухне.

— Прости, не ожидала, что мои подруги так отреагируют на твоё появление, — сказала я Эмилю, краснея.

— Ничего, бывает. Я приехал к тебе. Ну, чем я могу помочь? Где стол? — обнимая меня, спросил он.

— Пойдём, — я взяла его за руку и потянула в дом.

Эмиль в прихожей снял пиджак и бросил его в кресло.

— Стол наверху, в кладовке, пойдём, покажу, — сказала я, и направилась к лестнице.

Девчонки хотели последовать за нами, но я обернулась и сердито посмотрела на них, они всё поняли, и остались внизу. Открыв кладовку, я указала Эмилю на стол:

— Вот этот надо спустить вниз.

— Отлично! — он легко вытащил его и прислонил к стене.

— Эмиль, я ещё раз хочу попросить у тебя прощения за моих подруг, не знаю, что на них нашло, — начала я оправдываться.

— Я заметил. Не переживай, я привык к такому вниманию девушек ко мне, и не обращаю внимания, — он обнял меня и поцеловал в губы. — Всё будет нормально, я постараюсь быть с ними просто любезным.

— Спасибо за розы, этот подарок просто шикарный, я даже не ожидала, — немного покраснев от смущения, тихо сказала я.

— Я рад, что цветы тебе понравились, но это не все подарки, кое-что я подарю тебе позже, — он подхватил стол и буквально сбежал с ним вниз. — Куда ставить?

— В гостиную, — я указала ему на дверь, и Эмиль скрылся за нею.

— Девчонки, — полушёпотом позвала я подруг, и они тут же вышли из кухни. — Ведите себя прилично. Скоро ребята ваши придут, я не хочу, чтобы вы пялились на Эмиля или кокетничали с ним, и чтобы ваши парни это заметили, не хватало ещё, чтобы у Эмиля проблемы начались с вашими парнями из-за этого.

— Наталья, извини, мы будем стараться, — Таня сделала умоляющие глазки.

— Но, он такой красавец! Глаз не оторвать! — с запалом произнесла Надя.

— Всё, прекращайте! Ведите себя подобающе, — ещё раз предупредила я.

Вернулась бабушка с огорода, где она рвала лук и укроп.

— Эмиль, здравствуй! Рада, что ты приехал, — она подошла и поцеловала его в щёку, при этом ему пришлось наклониться. — О, да ты выглядишь как настоящий принц! — бабушка оценивающе разглядывала на нём костюм, сделав шаг назад.

— Ну, всё, пора накрывать на стол, — поспешила я, прервав бабулю, пока её не понесло ещё дальше. — Девчонки, несите посуду.

Все принялись помогать, а я пошла наверх, надевать платье и туфли, которые мне купил Эмиль. Когда я спустилась вниз, в гостиной уже сидели Санёк с Сергеем. Санёк, косясь на роскошный букет роз, смущённо протянул мне небольшой букетик пионов, явно срезанных в огороде родителей, и как приложение к цветам, большой фотоальбом.

— Это тебе подарок, от меня и Серёги.

— Спасибо, ребята, фотоальбом мне будет кстати, — и я чмокнула Санька в щёку. Он ещё больше засмущался, и поторопился сесть за стол.

Татьяна, выскочив из-за стола, направилась в прихожую, откуда вышла с коробкой в руке, перевязанной красной ленточкой. Она торжественно вручила её мне:

— Открывай! — попросила она.

Я раскрыла упаковку и вытащила оттуда красивый кошелёк, с многочисленными отделениями внутри.

— Нравится? — спросила Надя.

— Спасибо девчонки, классный кошелёк, у меня такого ещё не было! И фотоальбом тоже классный, все фотки сложу туда, а то они валяются у меня в пакете.

Санёк с Сергеем довольно заулыбались, а Танюха обняла меня.

— Наталья, с днём совершеннолетия тебя! — и поцеловала.

— А это, подарок от меня, — вставая, сказала бабуля и вытащила из комода свёрток. Развернув его, я увидела тёплый свитер, связанный бабушкой.

— Ба, когда ты успела?! Я не видела, чтобы ты его вязала!

— А я по ночам вязала, чтобы, ты не видела, а так, что это за подарок.

— Спасибо, ба, — обняла я её.

Все посмотрели на Эмиля, так как он последний остался, кто не подарил мне ещё ничего. Шикарные розы никто во внимания не брал, никто не представлял, сколько они стоят, а стоили они дороже, чем все подарки, подаренные моими друзьями.

Он молча встал и полез в карман пиджака. У меня противно заныло в животе, в предчувствие чего-то слишком дорогого. Отказаться в такой день, да ещё при всех, я не могла. Не могла в первую очередь обидеть его, и поставить в неловкое положение перед гостями. Эмиль вытащил из кармана продолговатую коробочку и подошёл ко мне сзади.

— Подними волосы, пожалуйста, — попросил он.

«Только что-нибудь недорогое» — промелькнуло у меня в голове. Что-то прохладное легло мне на шею, и я почувствовала, как Эмиль застегнул на шее замочек. Все сидели и молча смотрели на меня, бабушкина вилка застыла в воздухе на полпути ко рту. Эмиль поцеловал меня, и сел рядом, как ни в чём не бывало.

— Что? — растерянно спросила я у всех.

— Обалдеть! — произнесла Татьяна.

— Вот это красота! — добавила Надя.

Я быстро встала и подошла к зеркалу. На моей шее, переливаясь всеми цветами радуги, висело великолепное колье.

«Я так и знала, что дешёвого он ничего не купит!» — сердясь на Эмиля, подумала я. Но устраивать с ним разборки по этому поводу, не стала при всех. «Потом я с ним поговорю» — решила я, и сев за стол, сердито посмотрела на него.

— Спасибо Эмиль, колье превосходное.

Он виновато улыбнулся.

— Старался, как мог.

— Это и заметно, что ОЧЕНЬ сильно постарался, — сделала я ударение на нужном слове.

— Боже мой, Эмиль, это же очень дорого наверно! — бабушка всплеснула руками. — Тебе не стоило так тратиться!

— Мария Михайловна, оно не дорогое, просто выглядит очень красиво, — не глядя соврал Эмиль, пытался её успокоить.

Бабушка, недоверчиво посмотрела на него, но согласилась.

— Раз не очень дорогое, то ладно, пусть носит.

Девчонки переглянулись и прыснули в кулак. Я грозно посмотрела на них.

Глава 23

Бабуля принесла две бутылки шампанского.

— Ну, что молодёжь, пора и праздник вам отметить! А я, пожалуй, пойду, схожу к Вере Петровне.

Все принялись её уговаривать остаться.

— Нет-нет, и не уговаривайте. Я уже поела, Наталью поздравила, а спиртного я не пью, так что веселитесь без меня, — и она решительно направилась к двери, где остановилась, и добавила, обращаясь ко мне: — Наталка, долго не гуляй, часов до двенадцати и домой. Затем повернулась к Эмилю: — Эмиль, я надеюсь, ты проследишь, чтобы она была вовремя дома, — и она вышла за дверь.

Все опять уселись за стол. Эмиль открыл шампанское и разлил по бокалам.

— Прошу внимания! — сказал он громко. — Я хочу сказать тост.

Все одобрительно захлопали в ладоши. Повернувшись ко мне, он начал:

— Наташа, я рад, что встретил тебя здесь, в этой деревне! Я хочу тебе признаться, что я ещё никогда не встречал таких умных и красивых девушек как ты, хотя я объездил весь земной шар, но таких как ты не встречал! Хочу пожелать тебе счастья и большой любви в жизни! Вот только не знаю, удостоюсь ли я такой чести, чтобы ты любила меня, так же как я люблю тебя. Но я буду всегда на это надеяться, сколько бы времени не прошло.

Все замерли. Такого откровенного тоста никто не ожидал. Щёки у меня вспыхнули, и я чуть слышно прошептала:

— Спасибо, Эмиль.

Раздался звон бокалов, и все наперебой начали меня поздравлять. Санёк и Сергей, которые до этого вели себя скованно, и косились на Эмиля, после бокала шампанского стали вести себя более непринуждённо, но всё равно делали вид, будто не замечали его присутствия, весело болтая со своими подругами. Девчонки тоже болтали без умолку и бросали взгляды на Эмиля, но я предупреждающе строго смотрела на них, не давая им спуску. Когда первая бутылка шампанского была выпита, и все хорошо поели, Татьяна предложила включить музыку и потанцевать.

— А это замечательная идея! Давайте танцевать! — поддержала её Надя. — Наталья, где у тебя музыка?

— Музыки нет, есть ноутбук, если хотите, я принесу.

— Да, Наталья, принеси, а то без музыки скучно как-то, — сказала Надя.

Я сходила наверх и принесла ноутбук.

— Нате, сами ищите в интернете музыку, — и я отдала его подругам.

Девчонки наперебой стали спорить, какую музыку включить, а Санёк, закатив глаза, произнёс:

— О нет, сейчас медляк включат!

Эмиль наклонился ко мне и прошептал на ухо:

— А эта красивая девушка будет со мной сегодня танцевать? Я, надеюсь, она мне не откажет? — и поцеловал меня в мочку уха.

— Она тебе не откажет, потому что она сама хочет с тобой потанцевать, — так же на ухо прошептала я ему. Мы засмеялись, и Эмиль обнял меня.

Как и предвещал Санёк, девчонки выбрали медленную музыку, и вскоре зазвучала Савичева, со своей песней «Не забывай».

— О нет, только не это! — Санёк схватился за голову.

— О да, — сказала Татьяна и потащила Саню танцевать.

Эмиль поцеловал мне руку, приглашая и меня на танец.

— Ты сегодня просто великолепно выглядишь, ты просто красавица, Наташа! — на ухо шептал он мне.

— Конечно, разодел меня как куклу, да ещё и бриллианты мне на шею повесил! В таких нарядах любая девушка будет красавицей, — ответила я.

Эмиль улыбнулся.

— Наташа, ты сама как бриллиант! А он должен быть в красивой оправе. Хотя, ты своей красотой, затмеваешь все бриллианты мира!

— Ты говоришь обо мне, как о вещи, — рассердилась я.

— Прости, не хотел тебя обидеть, но это правда, — шептал мне на ухо Эмиль. Его дыхание обжигало мне шею и щёку. Сердце забилось быстрей, а дыхание стало прерывистым.

— Может, выйдем на улицу, чтобы ты освежилась? — предложил мне Эмиль, почувствовав моё состояние.

— Я не против, можно и освежиться, — ответила я, приходя в себя.

Мы с Эмилем стояли на крыльце и целовались.

— Вот так освежилась! — произнесла я, когда Эмиль на мгновение отпустил меня. Он засмеялся и начал махать на меня руками.

— Так лучше?

— Уже лучше, — сказала я, обнимая его.

На крыльцо выбежала Надя.

— Вот вы где! А мы вас ищем! Пойдёмте за стол, все ждут вас.

— Надюха, мы идём уже, иди за стол, через минуту мы будем, — попросила я подругу. Она хихикнула, и исчезла за дверью.

— Эмиль, пошли, а то они сейчас все придут за нами. Он ещё раз поцеловал меня, и мы пошли в дом.

Ребята открыли вторую бутылку шампанского, и уже разлили по бокалам. Выпив ещё, Татьяна предложила:

— А может мы все в клуб сходим, на танцы? Сегодня суббота! Наташ, ты как насчёт танцев? Все дружно её поддержали.

— Не знаю даже, — я посмотрела на Эмиля.

— Ты хочешь? Если да, то пойдём, сходим, — сказал он.

— Ты же не любишь танцы, — шёпотом сказала я.

— Сегодня твой день, ради тебя я пойду, — и он чмокнул меня в нос.

— Допиваем шампанское и идём! — сказал Сергей, до этого ведущий себя скромно, но алкоголь придал ему уверенности.

Когда вторая бутылка была пуста, все дружно засобирались к выходу, шутя друг над другом, и подталкивая к выходу.

— Подождите, — остановила я их. — Ребята, подождите нас на улице, мы с девочками пока со стола уберём.

— Давайте только побыстрей, — попросил Санёк.

Когда они вышли, подруги подбежали ко мне.

— Наталья, дай посмотреть колье поближе, — попросила Надя. Я сняла его и протянула ей. Перебирая его в руках, подруги восхищались:

— Вот это красота! Сразу видно, что дорогое! Ну, Наталья, Эмиль просто завалил тебя подарками! Замуж выходи за него, упустишь, локти потом будешь кусать, — сказала Таня.

— Я бы такого ни за что не упустила! — примеряя колье, сказала Надя. — А голос у него, м-м-м, я млею просто.

— Девчонки, хватит уже вам! Что, своих парней мало?

— Не мало, но они не такие, как твой Эмиль, — вздохнула Таня.

— Всё, хватит, убираем со стола, и в клуб, — я подошла к Наде и забрала колье: — Уберу его пока в шкатулку.

Быстро убрав посуду, мы вышли во двор. Парни сидели в беседке и о чём-то оживлённо беседовали. До меня донеслись слова Сани, он очень громко разговаривал:

— Короче, мы тебя предупредили, — сказал он Эмилю.

— О чём это вы его предупредили? — я подошла к ним, и посмотрела на Саню.

— Да так, ни о чём, не бери в голову, Наташа, — Эмиль подошёл и обнял меня, делая вид, что ничего серьёзного нет.

Саня смутился и опустил голову.

— Саня, я тебя спросила. О чём вы его предупредили? — я кивнула в сторону Эмиля.

— Ни о чём… он сам знает, — с запинкой сказал он.

— Наташа, пошли, — Эмиль потянул меня в сторону калитки. Я упёрлась и не хотела идти, Эмиль почти тащил меня к выходу. Я крикнула в сторону парней:

— Если из-за вас у нас начнутся неприятности, пеняйте на себя, я вам так это с рук не спущу! Эмиль засмеялся, прыснув в кулак.

— Пошли уже, заступница моя.

— Но, а что они угрожают, — с обидой в голосе произнесла я.

— Я сам разберусь, ты же знаешь.

— Ага, я знаю, как ты разберёшься! Раскидаешь их по кустам! — я уже не упиралась и спокойно шла с Эмилем рядом. Четверо моих друзей плелись сзади. Надя с Таней шептались с парнями, очень недовольные их поведением.

— Не расшвыряю, думаю, до этого не дойдёт, — спокойно сказал Эмиль.

Мы подошли к клубу, из которого доносилась громкая музыка, веселье было в разгаре. Несколько девчонок и парней, сидели на улице, прямо на перилах, ограждающих вход в здание.

— Привет, — поздоровалась я, и все оглянулись. Пока мы с Эмилем заходили в клуб, все пристально смотрели нам вслед. Когда мы прошли мимо компании молодых людей, сзади зашушукались.

— Начинается! Все хотят обо всех всё знать, — вздохнула я.

Эмиль, обнял меня за плечи.

— Не обращай внимания, мы пришли повеселиться.

В клубе было душно; народ толпился у самого входа; в воздухе витал запах алкоголя, что мне очень не понравилось. Следом за нами вошли мои подруги, со своими кавалерами. Заиграла быстрая музыка, и Татьяна, схватив меня за руку, потащила на середину зала танцевать. Эмиль помахал мне рукой, а сам встал в стороне и стал наблюдать за нами. Я жестом пригласила его присоединиться к нам, на что он отрицательно покачал головой.

Мы протанцевали мелодии три! Я посматривала в сторону Эмиля, который скрестив руки на груди, стоял неподвижно в стороне, не сводя с меня глаз. Заиграла медленная мелодия и я, расталкивая людей, начала пробираться к нему. Кто-то схватил меня за руку. Обернувшись, я увидела Николая.

— Привет. Потанцуем? — заплетающимся языком предложил он.

— Нет, спасибо Коля, не сегодня, — я попыталась высвободить руку, но он держал меня крепко.

— Пусти! — дёрнулась я.

— Что, я тебе не подхожу? — глаза его сузились.

И тут я поняла — он был слишком пьян.

— Протрезвей сначала, а потом приглашай, — я опять попыталась вырвать свою руку. — Да отпусти же, — уже со злостью сказала я.

За моей спиной послышался спокойный голос Эмиля:

— Отпусти.

Николай на мгновение растерялся, но алкоголь придал ему смелости:

— А если не отпущу, что будешь делать? — он нагло посмотрел на Эмиля. Внезапно рука Николая отлетела в сторону, он пошатнулся, но не упал.

— Уже сделал, — и Эмиль спрятал меня к себе за спину. Я попыталась встать между ними, но он меня не пускал.

— Может, выйдем? Поговорим как мужики? — Николай хотел подраться.

— Протрезвей сначала. Боец! — насмешливо сказал Эмиль.

Вокруг нас быстро собралась толпа молодёжи, все с любопытством смотрели на происходящее.

— Да я смотрю, ты боишься! — со злорадством произнёс Николай. — Тогда будем драться здесь, — и он замахнулся на Эмиля. Удар не достиг цели, Эмиль увернулся, и Коля, потеряв равновесие, налетел на толпу зевак. Придя в себя, он вновь двинулся на Эмиля. Круг танцующей молодёжи расступился, давая место дерущимся. Николай вновь и вновь пытался ударить Эмиля, но тот только уворачивался, грациозно кружа вокруг него, будто танцуя. Все начали смеяться над Николаем, и подбадривать его на новую атаку. Он уже был весь красный от негодования и стыда за свои промахи, поэтому впав в ярость, он ещё с большим азартом пытался ударить Эмиля. Но тот спокойно уворачивался, не давая Николаю ни единого шанса, хотя бы дотронуться до него. На лице Эмиля играла лёгкая улыбка, что ещё больше злило Колю. Тогда тот решил играть не по правилам.

— Ты что, с Наташкой гуляешь? — ехидно спросил он.

— Не твоё дело, — бросил Эмиль.

— Я тоже с ней гулял. Она тебе не рассказывала? — Николай хотел вывести Эмиля из терпения. Тот на мгновение остановился и посмотрел на меня, но самообладания не потерял. Николай видя, что его слова достигли цели, решил подогреть обстановку, и сказал:

— Гладкая баба, не так ли?

Я видела, как сжались кулаки Эмиля, и как потемнели его синие глаза, становясь почти чёрными. Он стоял и смотрел на Николая, а тот зло рассмеялся, увидев, как Эмиль весь напрягся.

— Вот это другое дело! — и Николай вновь бросился на него с кулаками.

Никто ничего не понял, всё произошло очень быстро. Внезапно Николай очутился на полу! Эмиль резко выдернул ремень из его брюк и связал им руки и ноги Николая, каким-то замысловатым узлом. Тот попытался встать, но ничего у него не вышло. Николай, как эмбрион, лежал на полу, не понимая, что произошло, попытки высвободиться, ни к чему не привели. Он завопил:

— Санёк, помоги, развяжи ремень!

Из толпы вышел Саня и хотел подойти, но Эмиль так посмотрел на него, что тот отступил назад.

— И, что теперь?! — вопил Николай.

— Полежи, подумай, что ты будешь делать дальше, — Эмиль успокоился, и его голос опять стал ровным.

— Ну, хорошо, хорошо! Я перегнул палку, развяжи меня, — сдался Николай.

— Неправильный ответ, думай ещё, — Эмиль ходил вокруг него, никого не подпуская к нему.

Николай зло сплюнул.

— Хорошо! Наташа, прости меня, — еле слышно произнёс он.

— Не слышу, громче, — потребовал Эмиль.

— Наташа, прости! — уже громче сказал Николай.

Эмиль подошёл и присел возле него.

— Молодец! Но в следующий раз, если я услышу, что ты говоришь, гадости про Наташу, ты так легко не отделаешься, — и он дёрнул за край ремня, развязав узел. Николай освободившись, сидел на полу и растирал руки, которые побелели от недостатка крови.

Эмиль подошёл ко мне:

— Пошли, уже натанцевались. Взяв меня за руку, он направился к выходу.

На крыльце клуба нас догнали Санёк и Сергей.

— Эмиль, извини, что так произошло. Мы не думали, что Колян полезет в драку, да ещё и Наталью оскорбит.

— Всё нормально Саня, — Эмиль похлопал парня по плечу.

— Без обид, — крикнул Саня нам вслед.

Глава 24

Пока мы спускались вниз по лестнице, толпа парней и девчонок смотрела нам вслед.

— Эмиль, прости, не надо было нам идти сегодня в клуб, я очень глупая, — виновато сказала я.

Он остановился и обнял меня.

— Ты ни в чём не виновата, ты просто хотела потанцевать и повеселиться, всё что произошло, это дело случая, забудь об этом.

— Я наверно должна тебе рассказать про Николая? — я опустила голову, стараясь не смотреть ему в глаза.

— Не могу требовать от тебя этого. До меня, у тебя была другая жизнь, и ты могла делать всё, что тебе угодно, — Эмиль старался говорить спокойно, но в его голосе слышалось волнение.

— Но я всё-таки расскажу тебе.

— Хорошо, я слушаю, — он тяжело вздохнул, неуверенный в том, хочет ли он знать правду про нас с Николаем.

— Помнишь праздник был, Ивана Купала? — начала я.

— Да, помню, — кивнул он.

— В тот день, в клубе, я танцевала с Николаем, постоянно, весь вечер. А потом он отвёз меня и моих подруг на поляну, где мы с ним просто гуляли.

— И? — Эмиль занервничал, хотя старался не показывать вида.

— Потом я ему сказала, что хочу погулять одна и заодно найти подруг. Я отправила его к друзьям. Если ты помнишь, в тот вечер я заблудилась…, но остальное ты знаешь. Прости, я не знаю, что нашло на него, он как с цепи сорвался! — рассерженно сказала я.

— Ничего удивительного, — пожал плечами Эмиль, — он просто любит тебя.

— Меня? Откуда ты знаешь? Ах да, можешь не объяснять, твоя способность читать мысли, — покачала я головой. — Любит! Он мне этого не говорил.

— И не скажет. Он сильно стесняется тебя и считает, что он тебе не пара. Заниженная самооценка у парня.

— Зачем ты читал его мысли? — спросила я.

— Я хотел узнать причину его агрессии ко мне, — Эмиль остановился и посмотрел мне в глаза: — И это всё, что было между вами? И вы даже не целовались?

— Нет, не целовались и не обнимались, и не… — я не успела договорить, Эмиль прижал меня к себе и его губы накрыли мои. Его сильные руки так сильно прижали меня к груди, что мне не хватало воздуха.

— Эмиль, пусти, ты меня раздавишь. Медведь! — я попыталась рассердиться, но это получилось у меня неубедительно.

Он рассмеялся, и уже более нежно обнял меня и ещё раз поцеловал.

— Я люблю тебя, — прошептал он мне на ухо, своим бархатным, нежным голосом.

Я обвила его шею руками и, встав на цыпочки, потянулась к нему:

— Я тоже люблю тебя, Эмиль! Больше жизни люблю!

Мы стояли и целовались посреди дороги; мир исчез для нас двоих; ничего не существовало вокруг, кроме нас, и нашей любви. Мимо пробежала стайка девчонок, увидев нас, они захихикали.

— Пошли, а то мы стоим посреди дороги у всех на виду. Ещё не хватало, чтобы бабушка об этом узнала, — я пошла вперёд, поёживаясь от ночной прохлады. Эмиль догнал меня и набросил свой пиджак мне на плечи.

— Не надо, я не замёрзла, — попыталась я вернуть ему пиджак.

— Нет, замёрзла! Смотри, уже кожа стала гусиной, — он настойчиво надел пиджак на меня, при этом продев мои руки в рукава, и застегнув пиджак на все пуговицы.

— Ну, и на кого я похожа? — подняла я руки, показывая ему, что мои пальцы даже не выглядывают из рукавов. Эмиль обнял меня за плечи:

— Ты похожа на маленькую девочку, которая замёрзла.

— Хорошо, ты победил, в твоём пиджаке действительно теплее, — сдалась я. Мы обнялись и пошли дальше, не обращая косых взглядов молодёжи, которая шла из клуба.

— Да, кстати, Эмиль, я хотела с тобой серьёзно поговорить. Скажи мне всё-таки, сколько стоит платье?

Он закатил глаза:

— Я думал, что эта тема уже закрыта. Наташ, ну какая разница сколько оно стоит. Разве деньги главное?

— Ну, деньги не самое главное, но какое-то преимущество они имеют, в моральном плане.

— Я не помню, — слукавил он, и хитро посмотрел на меня. — Может двадцать, или тридцать тысяч. Это нормально? Такой суммой я не запятнал твои моральные принципы?

— Эмиль, оно стоит сто тысяч! Что, подешевле нельзя было выбрать, в простом магазине? Или ты решил одеть меня как королеву!

— Я был бы не против, одеть тебя как королеву! Но у тебя, к сожалению, принципы, — пожал он плечами. — Наташа, ты просто шикарна в этом платье, поверь!

— Спасибо. А колье, сколько стоит, миллион? Ты бы мог купить что-нибудь и подешевле, я не капризная и могу обойтись без бриллиантов. Я привыкла довольствоваться малым, и не привыкла принимать такие дорогие подарки. Извини, но ты меня этим смущаешь.

— Почему ты не надела его в клуб? — он только сейчас заметил, что на мне нет его подарка.

— Я думаю, деревня не очень подходящее место, где можно его носить, да и в городе не везде оденешь.

— Надевай по праздникам, ну там, по особым случаям, если тебе так удобно, — предложил он.

— Я так поняла, что ты готов купить мне, что угодно?

— Да. Чего ты хочешь? Я куплю, — с готовностью ответил он.

Я начала загибать пальцы: Дом, машину, нет, лучше две машины, яхту на море, и там же ещё дом, ну и квартиру в Москве, пока мне хватит.

— Хочешь? Всё будет! — просто сказал Эмиль.

— И что, ты всё это купишь мне?

— Почему бы и нет, — пожал он плечами.

— А денег хватит? — прищурилась я, глядя на него.

— Денег? Денег хватит, и ещё останется, — засмеялся он.

— Хвастун! — с укором сказала я.

Он вдруг стал серьёзным.

— Я всё тебе куплю, что ты захочешь. Ты для меня лучше всякой королевы, — он сказал это так искренне, что я устыдилась своих слов, назвав его «хвастуном». Я обняла его за шею и уткнулась ему в грудь.

— Мне ничего не надо, кроме тебя. Ты, моё единственное сокровище, лучше всяких бриллиантов. Мне большего и не надо, я просто хочу, чтобы ты был всегда рядом.

Эмиль стал целовать мне глаза и лицо.

— Я готов отдать тебе всё, что у меня есть, лишь бы ты была счастлива.

— Мне не надо всё, мне нужен только ты, — тихо сказала я.

— Я это уже понял, любимая, — так же тихо произнёс он.

Глава 25

Спала я в эту ночь просто отлично! Эмиль проводил меня домой, как всегда забыв забрать свой пиджак. Я юркнула к себе в комнату очень тихо, чтобы не разбудить бабушку, которая, как мне казалось, спала. Суета, по поводу моего дня рождения и гулянье с Эмилем до полуночи, утомили меня, и я с особым наслаждением забралась под одеяло. Эмиль не остался со мной этой ночью, мотивируя это тем, что мне надо хорошо выспаться, а ему надо побыть со своими гостями, которые приехали накануне. Я не стала возражать по этому поводу, он был прав, мне надо выспаться, а ему побыть со своими родными.

— Я тебе позвоню, — крикнул он, когда уже стоял возле машины.

Наступило утро, я лежала в полудрёме и нежилась под одеялом, когда зазвонил телефон. Я глянула на дисплей, звонила мама.

«И чего она так рано звонит?» — подумала я.

— Алло. Привет, мам. Что-то случилось?

— Привет, доченька. Нет, ничего не случилось, просто хочу поздравить тебя с днём рождения. Ну, как вы погуляли с друзьями? Что тебе подарили?

— Нормально. Посидели немного, потом в клуб на танцы ходили, повеселились хорошо.

— Ну, а насчёт подарков? — опять спросила она.

— Девчонки кошелёк подарили красивый, ребята фотоальбом, бабушка подарила мне свитер, который сама связала, и ещё мне подарили букет шикарных роз и… — я запнулась, не зная, как сказать маме про колье, но не могла же я его вечно прятать от неё.

— И что ещё? — переспросила мама.

— В общем, мне подарили красивое колье.

— И кто же тебе его подарил?

— Один молодой человек. Мы с ним дружим. «Только бы мама в панику не ударилась!» — подумала я.

— У тебя что, парень нашёлся? — осторожно спросила она.

— Ну, в общем да, нашёлся, — я приготовилась к долгому разговору.

Она помолчала немного.

— Ты девочка уже взрослая, конечно, пора уже и парню найтись. В твоём возрасте, я уже замуж вышла за твоего папу, — мягко и с любовью сказала она.

«Вот это да! Такого я не ожидала. Неужели мама даёт мне свободу действий в этом вопросе?»

— А бабушка знает, что ты встречаешься с парнем? — спросила она.

— Да, конечно, знает. Он заходит к нам иногда, бабушка его видела, — успокоила я её.

— И как его зовут, если не секрет?

— Эмиль Кейн.

— Он местный, из деревни? — продолжала мама.

— Нет, он из Москвы. Приехал погостить на лето к брату. Брат его работает лесником в Куликово.

— О, из Москвы! Он тоже окончил школу, как и ты в этом году?

— Нет, мам, он работает врачом в Москве, — осторожно сказала я.

— Он уже работает? Врачом? Он что, старше тебя намного? — голос мамы стал взволнованным.

— Ненамного, всего на шесть лет, ему двадцать четыре.

— Ну, это ещё ничего. Твой отец старше меня на семь лет. Но он так молод и уже врач, похвально, видать твой парень серьёзный человек. Так значит, это он подарил тебе колье? Оно дорогое?

— Не знаю. Но оно очень красивое.

Она тяжело вздохнула в трубку.

— Девочка моя, будь осторожна. Тебе ещё учиться надо, не потеряй голову, и… — она запнулась. — Не знаю, как сказать тебе. Но ты должна понимать, что отношения мужчины и женщины, влекут за собой последствия, и я…

Тут я её перебила:

— Мама, о каких последствиях ты говоришь?

Она опять вздохнула:

— В общем, предохраняйся дорогая, а то с ребёнком на руках тяжело будет учиться.

— Мама…!

Но она мне не дала досказать.

— Не говори ничего, я всё понимаю, ты уже взрослая и можешь поступать, как тебе хочется. Я просто хотела дать совет, как женщина женщине, вот и всё.

— Мама, я — девушка.

— Конечно, ты ещё молодая девушка, но всё же…

— Мама, я девственница! Такой ответ тебя устраивает?

Она растерялась, и какое-то время в трубке стояло молчание.

— Извини дорогая, я просто волнуюсь за тебя. Он наверно очень хороший парень, раз ты ещё… ну, девушка, — запнувшись, сказала она.

— Он замечательный, мама!

— Ты его любишь? — она всхлипнула в трубку.

— Да, мама, я его очень сильно люблю!

— Вот ты и выросла, доченька, — она зашмыгала носом.

— Мама, не плачь, я умоляю тебя, — жалобно попросила я.

— Всё, не буду, прости свою сентиментальную мать. Значит у вас всё хорошо?

— Да мама, всё хорошо, не беспокойся, и передавай привет папе.

— Целую тебя, доченька, с днём рождения тебя, дорогая.

— Спасибо, мама. И она отключилась. Я облегчённо вздохнула.

«Как хорошо мы с ней поговорили! Как на равных! Я больше не чувствую себя маленькой девочкой рядом с ней, она поставила меня рядом с собой, как равную по праву, — за это я была ей благодарна. — Но не поспешила ли я, рассказав ей про Эмиля? Ведь у нас ещё не было разговора о нашем будущем. А что, если мы расстанемся? — от этих мыслей мне чуть плохо не стало. — Нет, не может этого быть! Эмиль любит меня, и он готов на всё ради меня, я это вижу — но сомнения закрадывались мне в душу. — У него есть какая-то тайна от меня, я это знала, и он обещал рассказать мне о ней. А если эта тайна приведёт нас к разлуке?» — я тряхнула головой.

— Бред! Не может этого быть, мы любим друг друга! Разве этого мало? — сказала я вслух.

«Надо выкинуть эти глупости из головы. И пора уже вставать, не то бабушка придёт меня будить». Я спустилась на кухню. На столе, как обычно, стояли оладушки и молоко. Я с аппетитом поела и убрала за собой со стола. Бабушка спозаранку куда-то ушла, и я не знала, чем мне заняться. Очень хотелось позвонить Эмилю и спросить, как у него дела, но я сдержалась.

«Пусть спокойно побудет с родственниками, он и так их редко видит, не буду мешать» — решила я.

Я поднялась к себе в комнату, достала из тумбочки небольшую шкатулку и открыла её. Там лежала брошь, когда-то подаренная мне мамой, с большой жемчужиной посередине. Она жалко смотрелась рядом с великолепным колье, которое подарил мне Эмиль вчера. Я надела колье и посмотрелась в зеркало. Лучи солнца упали на камни, и они заиграли ослепительным сиянием. Я тяжело вздохнула: «Ну, куда мне его надевать?»

Даже для города, оно было чересчур, украшение не для каждого дня. Я полюбовалась на сияние камней и сняла колье. Оно мне очень нравилось, у меня ещё никогда не было столь красивых украшений, я не была разбалована всякими «побрякушками», как я называла все дорогие украшения. Я достала ракушку из шкатулки и открыла её. Мерцающий и переливающийся свет, напомнил мне об Эмиле. Вот этот подарок был больше по сердцу мне. Он не был дорогим, а наоборот, совершенно бесплатный, но я дорожила этим подарком! Эта ракушка была для меня дороже всех сокровищ на свете! Я улыбнулась, вспомнив, как Эмиль нырнул за ней в воду, и долго потом не выныривал, чем очень напугал меня. А потом, он принёс мне эту ракушку, тогда у нас всё только начиналось, я с теплотой в сердце вспоминала это время.

На улице послышались голоса. Я спустилась вниз, посмотреть, кто к нам пожаловал. Открыв дверь, я увидела своих подруг, в сопровождении Санька и Сергея.

— Привет Наталья, — Татьяна держала в руках покрывало и сумку. — Выспалась? Не хочешь с нами сходить на озеро, искупаться?

Я кивнула головой:

— Да можно сходить, мне всё равно делать нечего. Сейчас, я быстро соберусь, подождите меня во дворе. Я побежала в комнату, чтобы надеть купальник и захватить покрывало. Через две минуты я вышла.

— Можно идти, я готова.

— А где Эмиль? — поинтересовалась Надя.

— Он вчера домой уехал, к ним родственники приехали недавно, — объяснила я.

— Так он сегодня не приедет к тебе?

— Не знаю, он обещал позвонить.

Когда мы уже шли к озеру, ко мне подошёл Саня.

— Наташа, извини за вчерашний вечер. Колян протрезвел и ему очень стыдно за тот случай, он просит у тебя прощения.

— Ладно, передай ему, что я простила его, но это первый и последний раз! Если он ещё что-нибудь подобное выкинет, ему не поздоровиться, так ему и передай.

— А здорово его вчера Эмиль связал! Да так быстро, что мы даже среагировать не успели, — и Санёк стал копировать все движения Эмиля, я расхохоталась.

— Чего? — обиженно спросил он.

— Ничего. Ты такой смешной, когда изображаешь Эмиля, — и я снова рассмеялась.

— Он у тебя наверно супермен, или человек паук, — добавила Таня.

Санёк усмехнулся:

— Ну, ты Танька тоже скажешь — супермен! Он просто карате занимается, это сразу видно было, как он быстро уворачивался от ударов Коляна, а потом, как он ловко связал его с помощью одного лишь ремня! Надо будет спросить у Эмиля, как он это сделал. Но я тоже кое-что умею, — и Санёк опять начал кривляться, изображая из себя каратиста.

Мы все громко смеялись над ним, пока не пришли к озеру. Все бросили сумки на землю и побежали к воде, на ходу снимая с себя одежду. Мои друзья сразу бросились в воду, кроме меня, я как всегда заходила в воду постепенно. Мои подруги подбадривали и звали меня к себе, пока нетерпеливый Саня не обрызгал меня водой с ног до головы.

— Ну, Саня, держись! — и я нырнула в воду. Он попытался уплыть от меня подальше, но я легко его догнала.

— Да ты неплохо плаваешь, Наталья! — с одобрением сказал он.

— Что есть, то есть, плавать я умею. Может, наперегонки попробуем, от мостка до мостка? — предложила я.

— А что, давай попробуем, — согласился он, и мы поплыли к ближайшему мостику.

— Могу дать фору, если хочешь, — предложила я.

— Уж нет! Принимать фору от девушки, стыдно. Пусть я лучше проиграю в честной борьбе! — подчёркнуто торжественно произнёс он.

— А мне можно с вами посоревноваться? — подал голос Сергей.

— Конечно можно, греби сюда к мостику, — в Сане пробудился дух соперничества. — Хоть не последний буду, — добавил он.

Мы приготовились.

— На счёт три, плывите, — Татьяна подняла руку. — Раз, два, три!

Я легко оттолкнулась от мостика и моё тело, как пружина, устремилось вперёд, сказывались многолетние тренировки в бассейне. Я плыла быстро, как выпущенная стрела, рассекая воду. Вот и второй мостик, я ухватилась за влажную древесину и обернулась, в тот же самый момент, мостка коснулся Сергей.

— Санёк, ну ты проиграл всем, — сказала я, когда он подплыл к нам.

— С тобою, Наташа, я соперничать не могу, ты же девушка супермена. А с тобой, — он показал на Сергея пальцем, — я ещё разберусь.

— Да хоть сейчас! — парировал тот.

— Давай опять, до того мостика? — Санёк хотел выиграть, хотя бы у него. — Наталья, ты с нами?

— Нет, спасибо. Соревнуйтесь без меня, я пойду на берег, позагораю.

Парни поплыли в обратную сторону, а я вышла на берег, раскинула одеяло и легла на горячий от солнца материал. Подошли Таня с Надей.

— Мы тоже, пожалуй, позагораем, — и они легли со мною рядом.

Сергей с Саней вовсю резвились, плавая наперегонки то, топя друг друга в шутку. Я рада была, что у меня такие друзья. Санёк был балагур и шутник, с ним было весело. Сергей напротив, стеснителен и молчалив.

— Как у вас дела, с вашими парнями? — спросила я у подруг.

— С Саньком не соскучишься, постоянно меня чем-нибудь смешит. Он хороший парень, и он мне нравится, — довольно сказала Таня.

— Надюх, а как у тебя с Сергеем дела?

Она немного помолчала.

— Нормально. Только больно уж он застенчивый, мы ещё даже не целовались с ним.

— Поцелуй его сама, — предложила Таня.

— Ты что, я не могу первая! Это парень должен сделать, — возмутилась она.

— Ну, тогда ходи нецелованная, — сказала Таня и мы рассмеялись.

Мы лежали и смотрели, как ребята ныряют в воду с мостков. Саня повернулся и кому-то помахал рукой. Мы повернули головы в сторону высокой песчаной насыпи, на которой стояли три парня и смотрели на нас. Из-за прямых солнечных лучей, трудно было понять, кто там стоит.

— Кто это? — я подняла руку к глазам, защищая их от солнца. Девчонки тоже стали всматриваться в фигуры незнакомцев.

— Кто-кто? Влад со своими дружками пожаловал, — недовольно произнесла Надя.

Глава 26

— Кто?! — в ужасе произнесла я.

— Влад говорю, с дружками, — повторила Надя, и я вскочила с покрывала.

— Наталья, ты что? — Таня с беспокойством наблюдала за мной.

— Ничего! Я домой! — быстро собирая вещи, ответила я.

Но Влад быстро сбежал с насыпи и направился к нам. Я вся сжалась в комок, готовая бежать в любую минуту.

— Да что с тобой?! — не на шутку встревожилась подруга.

Со стороны дороги послышался шум приближающейся машины, она буквально вылетела из-за поворота и свернула в сторону пляжа. Песок под колёсами автомобиля взлетел вверх, когда она остановилась практически возле нас, обдав нас горячим песком. Из машины вышел Эмиль и быстро подошёл к нам.

— Дамы, прошу прощения, за столь неожиданный визит, и простите, что засыпал вас песком. Но это срочно! Мне надо забрать Наталью, если вы не против, — он наигранно произнёс свою речь, но его глаза были серьёзными.

— Эмиль, можно было и поаккуратней, — обиженно произнесла Таня.

У меня, как гора с плеч свалилась, когда я увидела Эмиля.

— Девчонки, я поехала, мне действительно пора.

Подошли Саня и Сергей.

— Привет Эмиль! — поздоровались они и пожали ему руку. — Что за спешка? Может, останетесь с нами, поплаваем? — сказал Саня, увидев, что я собираюсь сесть в машину.

— Извини, Саня, в следующий раз, нам надо уехать, — Эмиль похлопал его по плечу.

Влад с дружками отошли к дороге, и молча наблюдали за нами.

— Ну, ладно. Раз надо, так надо. Может, как-нибудь отдохнём вместе? — спросил Саня.

— Может, отдохнём, решим позже, — Эмиль взял мою сумку и бросил на заднее сиденье. — Пока, — он махнул всем рукой и сел за руль.

— Наталья, созвонимся, — крикнула Надя. Я помахала им в ответ.

Выезжая с пляжа, нам пришлось проехать мимо Влада и его друзей. Машина по песку шла тяжело, поэтому мы медленно двигались в сторону дороги. Когда машина поравнялась с ними, Эмиль весь напрягся, готовый в любую минуту броситься в бой. А у Влада и его друзей, чернота разлилась по всему белку глаз, и вместо них казалось, были просто чёрные дыры. Лица их исказились до безобразия, но они не сделали в нашу сторону ни шагу, провожая нас долгим, ненавидящим взглядом. Я вцепилась в плечо Эмиля и прижалась к нему. Когда мы выехали на дорогу, Эмиль прибавил скорость, и мы буквально полетели по ней. Отъехав на приличное расстояние, он сбросил скорость и сказал:

— Теперь можешь отпустить мою руку.

Я, разжала пальцы и уселась в своё кресло. Лицо у Эмиля было недовольное и, не доезжая до деревни, он остановил машину. Немного помолчав, он повернулся ко мне.

— И как это понимать?

— Что? — захлопала я глазами, не понимая, о чём он.

— Я про твой телефон. Где он?

— Не знаю, в сумке наверно, — я достала сумку с заднего сиденья и начала копаться в ней. Он смотрел, как я выворачиваю всё из неё, и молчал.

— Нет его. А где он? — я растерянно смотрела на кучу разных предметов, ища глазами телефон.

— Вот и я хотел бы узнать, где твой телефон, — он говорил со мной, как взрослый с маленьким ребёнком.

— Я его наверно дома забыла, — виновато глядя на Эмиля, сказала я.

— Именно! Ты его дома забыла! — он снова замолчал, отвернувшись к окну.

Я чувствовала за собой вину, что ушла с друзьями на пляж, не предупредив его, да ещё телефон дома оставила. Он не знал где я и с кем я, да ещё в придачу с Владом на пляже встретилась, что для меня было опасно.

— Эмиль, прости, я… — он не дал договорить.

— Ты понимаешь хотя бы, какой опасности ты себя подвергаешь?! Ты забыла тот случай в финском саду?! Детка, ты должна быть более ответственной за свою жизнь! Бери с собой хотя бы телефон, чтобы я мог тебя предупредить об опасности! Я чуть с ума не сошёл, когда не смог дозвониться до тебя! И пожалуйста, я тебя прошу, если ты собралась куда-нибудь, сообщи мне об этом. Договорились?

Я закивала головой, виновато опустив голову. Эмиль продолжил:

— Я звонил тебе, но ты не брала телефон и я поехал в деревню. Мне пришлось проникать людям в их мысли, чтобы понять, куда ты направилась. Хорошо, что конюха встретил, который видел, как вы направлялись к пляжу.

— Ты знал, что Влад появится на пляже?

— Да. Я всегда чувствую демона, когда он находится в деревне или около неё. Я могу видеть его мысли, поэтому мы всегда начеку, чтобы они не причинили людям вреда. Влад это знает, поэтому они ведут себя осторожно.

Я кивнула в сторону пляжа:

— А они не навредят моим друзьям?

— Нет. Они никогда не используют свои способности, где много людей, это они стараются делать один на один с человеком. Но ты совсем другое дело! Влад не перед чем бы ни остановился, чтобы завладеть тобой!

От слова «завладеть», я поёжилась.

— Так что ему нужно от меня?! Зачем он хочет убить меня?!

— Наверно из-за меня, — Эмиль закрыл ладонью глаза. — Они всегда стараются принести нам вред, всеми возможными способами. Им нас не одолеть, поэтому они причиняют вред людям, особенно тем, с кем мы близки.

— Теперь я понимаю, почему вы практически ни с кем из людей не общаетесь, — сказала я.

— Да, по этой причине тоже — подтвердил Эмиль.

— Так мои друзья в безопасности? — ещё раз решила уточнить я.

— Да, они в безопасности. Я знаю мысли Влада, они ему не нужны, но… — он остановился.

— Что «но», Эмиль?

— Он попробует действовать на тебя, через них. Он приложит к этому все свои способности, даже станет очарованием для них, внушая им заманили тебя в какую-нибудь ловушку, которую он сам же и устроит. Пожалуйста, детка, — Эмиль приподнял мой подбородок двумя пальцами и посмотрел мне в глаза, — не доверяй полностью своим друзьям. Они и сами не будут знать, зачем они это делают, и это может стать для тебя смертельным. Прежде чем пойти с ними куда-то, позвони мне.

Он ещё какое-то время смотрел на меня, а затем поцеловал в губы. От нахлынувшей жаркой волны, пробежавшей по телу, я чуть не задохнулась.

— Хорошо, я обещаю, всё будет так, как скажешь ты, Эмиль.

— Вот и умница, — он улыбнулся и ещё раз поцеловал меня. — А теперь мы поедем ко мне, если ты хочешь. Мои родственники хотят с тобой познакомиться.

— Со мной? Но я не одета для такого случая! И вообще, я плохо выгляжу, — забеспокоилась я.

— Наташа, ты отлично выглядишь! — рассмеялся Эмиль. — Ты просто трусиха, вот и всё.

Напряжение между нами спало, и Эмиль стал прежним. Моим Эмилем.

Глава 27

— Заедем ко мне, я бабушку предупрежу, что поеду к тебе, а то она волноваться будет, — попросила я.

— Как скажешь, — Эмиль завёл машину, и мы поехали в деревню.

Около моего дома он остановился.

— Я быстро, подожди меня в машине, — чмокнув его, сказала я.

— Окей, я жду, — ответил он.

Бабушка была на кухне, как всегда возле плиты.

— Наташа, обедать будешь? — окликнула она меня, когда я поднималась к себе в комнату.

— Бабуль, я к Эмилю еду, он ждёт меня на улице в машине, — я остановилась, ожидая, что она мне ответит на это.

Она выглянула из кухни:

— Опять к Эмилю? А обед?

— Я у него пообедаю, с его родственниками. Они пригласили меня в гости, хотят познакомиться со мной.

— Не рано ли, с родственниками знакомиться? Вы всего как месяц сами познакомились, — недовольно проворчала она.

— Бабуль, не делай из этого трагедию, он же не сватов ко мне засылает, это просто знакомство и всё.

— Ну ладно, езжай, всё равно тебе дома делать нечего, развлекайся, — она махнула рукой.

— Спасибо, ба, — и я побежала в комнату переодеваться.

Вернувшись к Эмилю в машину, я плюхнулась на пассажирское сиденье.

— Я готова, поехали.

— Не ожидал, что ты так быстро соберёшься. Бабуля не ругалась?

— Поворчала немного и всё, — ответила я.

— И чем она недовольна? — Эмиль поднял одну бровь.

— То, что ты везёшь меня знакомиться с родственниками.

— Почему? Разве это плохо? — ещё больше удивился он.

— Понимаешь, Эмиль, бабушка у меня человек со старыми понятиями, она считает, что знакомство с родственниками, это не что иное, как намёк на нашу с тобой свадьбу. Раз ты меня знакомишь с родственниками, то значит, скоро сделаешь мне предложение руки и сердца.

— Ах вот как! М-да, а это неплохая идея! — рассмеялся он.

— Ты так считаешь? Мне ещё учиться шесть лет. Ты не забыл?

— Нет, не забыл. Поэтому отложим свадьбу на потом.

— Конечно, Эмиль, о свадьбе нам рано думать, — сказала я, а у самой сердце забилось чаще. Всё-таки он думает о нашем будущем и, о нашей свадьбе, а это уже неплохой знак.

Я занервничала, когда мы стали подъезжать к дому Вильема. Эмиль заметил это, и слегка сжал мою руку.

— Не бойся, они тебе понравятся. Мои сёстры и брат, замечательные, вот увидишь.

Когда мы подъехали к лестнице, ведущей в дом, вся его семья встречала нас, все улыбались.

«Начало хорошее!» — отметила я.

Эмиль по очереди представил мне своих родных. Аврора и Фрейя, были похожи друг на друга как две капли воды. Обе блондинки, с густыми длинными волосами и синими, как у Эмиля, глазами. Они дружелюбно мне улыбнулись и поздоровались. Второй брат Эмиля — Эрик, был чуть меньше ростом, чем его братья, но так же неотразим в своей красоте. Он приветливо мне кивнул и пожал мне руку. На вид они казались одного возраста, что меня очень удивило, хотя наверно всякое бывает. Как потом объяснил мне Эмиль: Аврора и Фрейя были близнецами, а брат Эрик, на год младше него. Разница в возрасте между ними была невелика.

— Наташа, Эмиль сказал, что у тебя было день рождение? По этому поводу мы устроили праздничный обед. Ты, не против? — Аврора взяла меня под руку и повела в дом.

— Большое спасибо, я даже не ожидала… — растерялась я.

— Наташа согласна, — ответил Эмиль сестре и подхватил меня под вторую руку, мы вошли в дом.

Гостиная была празднично украшена. Везде стояли вазы с цветами, и разноцветные шары наполненные гелием, летали под потолком носимые ветром из раскрытого окна. Посреди гостиной стоял большой стол, накрытый по-праздничному, с хрустальными бокалами и фарфоровой посудой, уставленный разнообразными яствами.

«Вот это да! — ошарашенно подумала я. Это не моё день рождение, со скромным столом у бабушки!»

Меня усадили на один из стульев рядом с Эмилем, остальные тоже расселись по своим местам.

— Почему ты меня не предупредил? — грозно, полушёпотом, обратилась я к Эмилю.

— Сюрприз, — тихо сказал он и подмигнул мне.

— Время подарков! — захлопала в ладоши Аврора и с большой коробкой направилась ко мне.

Все оживились и начали по очереди поздравлять меня и дарить подарки, которые Эмиль складывал на столик возле дивана. Эрик включил негромко музыку, а Аврора предложила всё-таки отобедать. Всё, что было на столе, она приготовила сама, и теперь хотела, чтобы её кулинарные способности оценили.

Еда хоть и была вегетарианской, но очень вкусной. Многие блюда, которые стояли на столе, я видела впервые, и даже не знала их названия, но я понемногу попробовала всё. Обед постепенно перешёл в танцы, когда все плотно поели и выпили по паре бокалов шампанского. Аврора потащила танцевать Вильема, а Фрейя пригласила Эрика.

Они танцевали вальс, их движения были очень грациозными. Тела были гибкими и как будто воздушными. Казалось, что их ноги не касаются пола. Я невольно залюбовалась их танцем.

— Пойдём и мы потанцуем, — Эмиль потянул меня за руку.

— Ой, Эмиль, я так не умею, — запротестовала я.

Но он рассмеялся и вытащил меня из-за стола.

— Танцуй, как умеешь, — и он легко повёл меня в танце так, что самой стараться мне особо не пришлось. Он двигался так же, как его братья и сёстры, легко и грациозно, а я как будто летела вместе с ним, не чувствуя, пола под ногами.

— Ты, оказывается, умеешь танцевать? Да смотрю и неплохо! — похвалила я Эмиля.

— Ты тоже, превосходно танцуешь, милая, — улыбнулся он.

— С твоей помощью, это легко, — ответила я.

Всё перед глазами кружилось и мелькало! Улыбающиеся лица его братьев и сестёр, шары под потолком и люстра надо мной, крутились с невероятной скоростью! В один момент всё слилось в одно пятно, в глазах потемнело, и я провалилась в небытие.

Очнулась я на диване. Веки были тяжёлыми, я не могла открыть глаз. До меня, как будто издалека, доносились чьи-то голоса:

— Ты забыл, что она человек?! — говорил чей-то голос сердитым тоном.

— Принесите ещё льда, она не приходит в себя, быстрей! Послышались удаляющиеся шаги, а затем, что-то холодное опустилось мне на лоб.

— Ты с ума сошёл, Эмиль, так же нельзя! Ты её закружил! Можно было и помедленнее танцевать, — прозвучал чей-то встревоженный голос.

— Немного увлёкся, извините, — это был голос Эмиля.

— Она хоть дышит? — спросил кто-то.

— Да, — опять голос Эмиля.

Сознание стало возвращаться ко мне, и я медленно открыла глаза. Надо мной склонились лица: Авроры, Фрейи, Вильема, Эрика и Эмиля, все они с тревогой смотрели на меня.

— Наташа, ты как, в порядке? Где болит? — уже более отчётливо прозвучал голос Эмиля.

— Нигде не болит. Что случилось? Почему я здесь? — я не узнала собственного голоса, он показался мне глухим и хриплым.

— Всё в порядке, ты на диване лежишь. У тебя закружилась голова, когда ты с Эмилем танцевала, — ответил Эрик.

— Ах да, простите, я не умею танцевать, как вы, — я попыталась встать. Эмиль помог мне сесть и поднёс стакан с напитком.

— Опять хочешь, чтобы я уснула? — попыталась я пошутить, и шутка удалась, Эмиль с Вильемом рассмеялись, остальные, не понимая о чём речь, переглянулись.

— Потом расскажу, — сказал им Вильем.

— Только попробуй! — сердито сказала я, и они с Эмилем снова рассмеялись.

— Ну, кажется самое страшное позади, раз Наталья начала шутить, — сказал Эрик.

— Тебе надо на воздух, пойдём я тебя отведу на улицу, посидишь в беседке, — Эмиль помог мне встать.

На крыльце я споткнулась, и Эмиль быстро подхватил меня на руки.

— Осторожно! Не хватало ещё, чтобы ты с крыльца свалилась. Он прижал меня к себе и понёс в беседку, где сел на импровизированные качели в виде небольшого диванчика, усадив меня к себе на колени.

— Так лучше? — прошептал он мне на ухо.

Я вздохнула и, обвив его шею руками, уткнулась ему в плечо.

— Просто замечательно! Я готова так сидеть с тобой вечно.

Эмиль начал напевать какую-то мелодию, медленно раскачиваясь на качелях, как будто пытался меня усыпить. Голова, на свежем воздухе, окончательно прояснилась, на душе стало спокойно, а в объятиях Эмиля комфортно. Я наслаждалась этим моментом, забыв о всём на свете. Эмиль напевал; я молчала; где-то пел соловей; лёгкий ветерок гладил мои волосы, которые рассыпались по моей спине. Идиллию нарушил голос Эрика. Он забежал в беседку и громко сказал:

— Мы все на озеро купаться. Вы с нами?!

Эмиль зашикал на него.

— Извините, — уже тише, сказал Эрик, — мы уходим на озеро. Вы с нами, или как?

— Нет. Идите, мы здесь посидим, — вполголоса ответил Эмиль.

Послышались удаляющиеся шаги, а затем голоса возле дома. Аврора с Фрейей о чём-то спорили. Их прервал голос Вильема:

— Сёстры, хватит спорить, пора идти.

Они ещё какое-то время о чём-то разговаривали, затем голоса стали удаляться и стихли вовсе. Опять наступила тишина. Эмиль нежно погладил меня по щеке.

— Я не сплю, мне просто хорошо с тобой, — прошептала я.

Он крепче обнял меня, и приподнял, устраивая меня на своих коленях поудобней, а я ещё тесней прижалась к нему. Правой рукой он обнял меня, держа, чтобы я ни свалилась с его колен, а левую запустил мне в волосы и, приподняв мою голову начал целовать меня в губы. Острое желание пронзило всё моё тело, и я вцепилась ему в волосы, как будто боялась, что он сейчас передумает и отпустит меня в неподходящий момент, как это бывало раньше. Его поцелуй был горячим и жадным. Губы скользнули от моего рта и спустились ниже, на шею и плечи. Я непроизвольно выгнулась ему навстречу и запустила свои руки под его рубашку, ощущая пальцами каждый рельеф его мускул. Внезапно его рука скользнула вниз и легла мне на грудь, слегка сжав её. Я чуть сознание не потеряла, ещё от одной жаркой волны желания, которая разлилась по всему телу, из моей груди вырвался лёгкий стон. Эмиль будто очнулся от этого! Резко убрав руку, перестал меня целовать, прижав мою голову к своей груди. Я слышала стук его сердца, оно билось гулко и сильно, дыхание было неровным. Затем он посадил меня рядом и обхватил голову руками.

— Что я делаю?! — сквозь зубы проговорил он, а затем встал, подошёл к графину с водой, и вылил его содержимое себе на голову.

Я сидела и смотрела на него, ничего не соображая.

— Что опять случилось? — я нахмурила брови и надула губы.

Он подошёл и присел около моих ног, смотря мне в глаза:

— Мы не должны этого делать.

— Почему не должны? — сузила я глаза.

— Всё не так просто, как ты думаешь. Есть ряд причин, по которым мы не должны этого делать, — опустил он голову вниз.

— Объясни, — потребовала я.

— Ну, первую причину ты знаешь, мы с тобой уже говорили об этом.

— Конечно, я помню. Ты хочешь, чтобы я проверила свои чувства к тебе. — Эмиль, но я ничего не хочу проверять. Неужели ты мне не веришь, что я люблю тебя!

Он пристально посмотрел мне в глаза, и положил мне руку на колено.

— Верю. Но, как я уже говорил, люди склонны менять свои решения.

— И сколько ты решил проверять мои чувства? Мне уже восемнадцать! Не пора ли мне стать женщиной? В моём возрасте уже замуж выходят и детей рожают, — я опять недовольно надула губы.

— Ты молодец, детка! Тебе восемнадцать, а ты до сих пор сохранила себя, это достойно уважения, — искренне сказал Эмиль.

— Конечно, — вспылила я, — с такими темпами, я и в сорок останусь девственницей! Все будут говорить: «Наташа, какая ты молодец, тебе сорок, а ты сохранила себя».

Эмиль громко рассмеялся и уткнулся мне в колени, не в силах сдерживать себя.

Я нахмурилась:

— И чего смешного я сказала?

— Нет, ничего. Ты такая милая, когда сердишься, — попытался он сдержать смех.

— Эмиль, пойми наконец, я хочу и люблю только тебя! Я хочу, чтобы ты стал моим первым и единственным мужчиной в моей жизни! — в запальчивости сказала я и тут же покраснела.

Лицо его стало серьёзным.

— Это не единственная причина.

— Что ещё?! — простонала я.

— Понимаешь… — он запнулся, подбирая нужные слова, — ты девушка, слабая девушка. Я намного сильнее тебя, да и любого другого мужчины. Я боюсь сделать тебе больно, если не смогу себя контролировать. Если не хуже! — последнюю фразу он почти выдохнул.

— Но ты до сих пор, ни разу, не сделал мне больно, — попыталась переубедить его я.

— Правильно, потому что мы не заходили так далеко, — он сел рядом и обнял за плечи.

— Но я верю, что ты сможешь контролировать себя, я почти в этом уверена!

— Вот именно, даже ты говоришь «почти», значит, не уверена, — тяжело вздохнул Эмиль.

Я повернула его лицо к себе и посмотрела в глаза:

— Эмиль, я уверена. Ты никогда не сделаешь мне больно.

— Спасибо, что веришь мне. Но есть ещё одно «но».

— Что опять?! — всплеснула я руками.

— Не нервничай, детка, просто выслушай меня, — попросил он. — В многовековой истории нашего народа, не встречается ни одного случая, чтобы лель и девушка занимались любовью. Я не знаю, к чему это может привести, и не хочу ставить эксперименты над тобой, подвергая тебя опасности. Я не пострадаю, а вот что будет с тобой, я не знаю. Я тебя слишком сильно люблю, чтобы сделать это с тобой.

— И что, у нас с тобой нет будущего? — слёзы навернулись у меня на глаза.

— Не знаю. Я, правда, не знаю что делать, Наташа, — грустно ответил Эмиль.

— Я не верю, что за многовековую историю наших народов, этого не происходило между Небесными и людьми, — уверенно сказала я.

— Возможно, ты и права. Но у нас нет доказательств этому, — спокойно ответил Эмиль.

— Ты уверен? А ты пробовал искать ответы в интернете?

— В интернете? — он поднял бровь, что означало крайнее удивление. — Да там мы просто легенда! Боги, какими не являемся на самом деле! Наташа, люди насочиняли про нас сказок и всё!

— Но легенда, которую нам рассказала Раиса Арионовна, оказалась правдой! Ведь так? Значит не всё выдумка людей? — пыталась убедить его я.

— Это верно, не всё. Но, об интимной стороне жизни, ни слова не сказано в легендах.

— Как это не сказано! В легендах говорится, что боги брали себе в жёны земных женщин, и те рожали им детей, полубогов, полулюдей, — я не хотела просто так отступать.

— Детка, ты что, искала про нас информацию в интернете? — Эмиль улыбнулся.

— Да, искала! Я хотела всё знать, о тебе и твоём народе, — сконфуженно, произнесла я.

— Я тоже читал об этом. Но, не воображение ли это людское? Возможно, этого никогда не происходило, — печально сказал он и добавил: — Как бы я хотел, чтобы это было правдой.

— Эмиль, — я обхватила его руками, — я верю, что это правда, и я готова рискнуть. Даже если это окажется всего лишь легендой, я никогда не пожалею, что встретила тебя и отдала тебе всю себя, без остатка. Я готова сделать это!

Он закрыл лицо руками:

— Прости. Я не готов.

Я обхватила руками колени и подумала: «Вот почему он не хотел говорить со мной о нашем будущем. Он не уверен в себе».

— Так что же, у нас нет будущего?! Ты так думаешь?! — я посмотрела ему в глаза. В его глазах я увидела неуверенность.

— Я не знаю, есть оно у нас или нет. Я ни в чём не уверен. Но, уверен лишь в одном, жизнь без тебя, превратится в ад. Я не хотел бы тебя потерять, — в его голосе было столько боли, что у меня сжалось сердце.

— Для меня тоже, — я придвинулась к нему ближе и прижалась к его руке. — Я больше никогда и никого не полюблю. Ты, есть мой единственный мужчина, и всегда им останешься.

Эмиль улыбнулся и погладил меня по руке.

— Есть ещё одно обстоятельство, которое мы не сможем с тобой преодолеть.

Я с тревогой посмотрела на него.

— Эмиль, ты опять меня пугаешь!

— Извини, но я должен тебе всё рассказать. Я не имею права обманывать тебя.

Со стороны леса послышались голоса. С озера возвращались сёстры и братья Эмиля.

— Отложим этот разговор на потом, всё равно не дадут поговорить, — сказал он.

В беседку вбежала Аврора и замурлыкала своим красивым голоском:

— Зря вы не пошли с нами. Водичка, просто класс! — она бросила полотенце на стул и уселась рядом с нами. — Наташа, ты как? — Аврора взяла меня за руку. — У вас всё в порядке? Ты кажешься мне расстроенной.

— Аврора, у нас всё хорошо, — Эмиль нервно стал прохаживаться по беседке.

— Хм, ну ладно, — она пристально на него посмотрела.

— Аврора, не лезь ко мне в голову, прошу! Это наши с Наташей дела, — рассерженно произнёс Эмиль.

— Поздно, брат, я всё знаю. Мы попробуем помочь вам, чем сможем. Прошу, не отвергай нашу помощь, один ты не справишься, — она встала, взяла полотенце, и вышла из беседки.

— О чём это она, Эмиль? — спросила я.

— Не знаю, что она задумала, но она всегда лезет, куда её не просят. У неё на все случаи жизни, есть свой план.

— Она что, знает о нашей проблеме? — я удивлённо посмотрела на него.

— Она увидела это в моей голове. У нас у всех есть эта способность, видеть чужие мысли, но мы не лезем друг другу в голову, если нет на то острой необходимости или мы сами этого хотим. Но Аврора, это что-то другое! Она никогда не спрашивает разрешения, и всегда готова помочь всем, кто в этом нуждается! — Эмиль тяжело вздохнул и развёл руками.

— Ты что-то хотел мне сказать до этого? — напомнила я ему, но тут же нас прервал голос Эрика.

— Вы долго ещё будете сидеть в беседке? Не пора ли перекусить что-нибудь? Эмиль, ты заморишь Наталью голодом, — Эрик в мгновение ока, оказался в дверях беседки.

— Пошли, всё равно не дадут поговорить, — он взял меня за руку и поднял с качели.

— Завтра скажешь, хорошо? — предложила я.

— Договорились, завтра расставим все точки над «и».

— Я уже про тебя столько знаю, что не могу представить, что может быть хуже того, что ты мне рассказал.

Мы пошли в дом. Все сидели за столом и что-то жевали. При нашем появлении все обернулись, и я поняла по их лицам, что Аврора уже всё рассказала им про нас. Эмиль сердито посмотрел на сестру:

— Отлично Аврора! Теперь это стало всеобщим обсуждением!

— Не психуй, Эмиль, это лучше, чем совсем ничего. Вспомни брата… — она запнулась и посмотрела на меня.

— Я помню, — сказал Эмиль и опустил голову. — Ладно, Аврора, твоя взяла, жду твоих предложений, — Эмиль поднял вверх руки, тем самым уступая сестре.

— Мне наверно пора домой, бабушка волноваться будет, — я встала из-за стола.

— Поешь, потом я отвезу тебя домой, — Эмиль придвинул ко мне стул.

Все молча ели, украдкой бросая на нас с Эмилем взгляды, но никто больше, ни о чём не спрашивал. После ужина, Эмиль повёз меня домой. Он остановил машину, как раз напротив калитки.

— До завтра, — прошептал Эмиль.

Я прижалась к нему, не желая уходить.

— Я люблю тебя.

Он молча погладил меня по волосам и поцеловал. Его поцелуй не был страстным, как в беседке, он был нежным и чувственным, отчего у меня выступили слёзы.

— Не плачь любимая, мы сделаем всё, что возможно в этой ситуации. Я люблю тебя. Иди, завтра я приеду за тобой.

Я неохотно оторвалась от его руки и вышла из машины. Любопытные старушки, сидевшие поодаль, зашушукались. Я не обратила на них внимания и направилась в дом. За спиной послышался шорох колёс. Эмиль уехал.

Эмиль

Глава 28

Я ехал обратно домой на большой скорости, спидометр показывал сто двадцать километров в час. Но я не старался сбросить скорость даже на поворотах, на которых сильно заносило машину и она поднимала большой столб пыли. Мне было всё равно, врежусь я куда-нибудь или нет, в данный момент для меня это было не важно. Даже если я попаду в аварию, то всё равно не умру.

«Почему это произошло со мной? За всю историю своего существования, я знаю только два случая, когда лель влюблялся в земную женщину. Это мой брат Алан и я. В 1830 году, когда на этой территории жили карело-финны, Алан влюбился в Люси, простую крестьянку. Но их счастье не было долговечным, её похитили демоны, и она сошла с ума, умерев дома от горячки. Очень печальная история для нашей семьи. Теперь я! Как такое возможно?!»

Я не заметил, как доехал до дома, где меня ждало всё моё семейство. Я вошёл в гостиную, по их глазам я сразу понял, что разговора не избежать. Вильем жестом пригласил меня присесть.

— Эмиль, я понимаю тебя, но эту проблему надо решать вместе.

Я сел, опустив голову.

— У кого-нибудь будут предложения?

Первая начала, как всегда Аврора:

— Эмиль, я понимаю, мы не властны над тем, в кого нам влюбляться, но надо в первую очередь подумать о девочке.

— В первую очередь я и думаю о ней, — я встал и начал ходить по гостиной взад и вперёд. — Сегодня вы не дали нам поговорить, но это не ваша вина, вы не знали. Завтра я обещал ей всё рассказать. Я не знаю, как она отреагирует, на столь ошеломляющую новость для неё. Я надеюсь, что этот разговор расставит всё на свои места.

— А если она и тогда не захочет оставить тебя? — сказал Эрик. — Что ты будешь делать?

— Этого-то я и боюсь! Я не знаю, что буду делать, — я обхватил голову руками и пнул подвернувшийся под ногой пуф так, что тот отлетел к противоположной стене.

— Успокойся, брат, этим ты себе не поможешь, — сказала Фрейя. — Может почитать, что говорят легенды про нас?

— О, Фрейя, и ты туда же, куда и Наталья?! Это легенды! Им нет подтверждения, — с болью выкрикнул я.

— Почему же! Многие легенды говорят правду о нас. Почему бы не поверить в остальное?

— Я не собираюсь экспериментировать над ней и проверять вероятность легенд таким образом.

— Эмиль, вспомни, — вмешалась Аврора, — вспомни наши легенды! Верховный правитель Хорс, взял себе в жёны земную женщину, и она родила ему трёх сыновей, которые были наполовину лели, наполовину людьми, но они всё же были бессмертны! Когда женщина поняла, что она стареет, а её муж остаётся молодым, она выпила амброзию, которую давала своим детям. И что произошло после этого, ты помнишь?

— Помню. Она стала подобно ладе. Но это всего лишь легенда, — я обессилено сел обратно на диван и добавил: — Наташа тоже накопала информацию в интернете, как боги брали себе земных женщин в жёны, и те им рожали полубогов.

— А если, это на самом деле так и было, Эмиль?

— И, что ты предлагаешь? Поставить этот эксперимент на Наташе?! — возмутился я.

На какое-то время воцарилась тишина, все думали. В кармане зазвонил телефон, но я не обратил внимания, пока Вильем мне не сказал:

— Может, всё-таки ответишь на звонок?

Я рассеянно, поднёс телефон к уху:

— Алло?

В трубке послышался всхлип.

— Эмиль… бабушка… ей плохо, я не знаю что делать.

— Наташа, что случилось? Что с твоей бабушкой?

Она говорила, всхлипывая каждый раз и сбиваясь.

— Я пришла домой, её нигде не было…, я ждала, а потом пошла в огород за луком…, я думала она у подруги своей…, я нашла её в огороде… я, я не знаю, ей плохо и она ничего не говорит, я вызвала «скорую», но она ещё не скоро приедет.

— Сейчас буду, — коротко бросил я и отключился. Никому, ничего не сказав, я бросился из дома пулей. Через десять минут, я уже был у неё.

Наташа сидела рядом с бабушкой, поддерживая её голову, и тихо плакала, скорая помощь ещё не приехала. Подойдя к Марии Михайловне, я проверил пульс. Пульс был слабым. Я положил ей руку на голову, чтобы посмотреть, что с ней случилось.

«Вот она вышла в огород, и наклонилась, чтобы поднять ведро. Её пошатнуло, она упала рядом с грядкой, при этом её лицо исказилось в болезненной маске».

— Инсульт, — сделал я заключение.

Наташа посмотрела на меня ужасающим взглядом.

— Это опасно?! — чуть слышно, спросила она.

— Да. Но это микроинсульт, твоя бабушка поправится, — поспешил я её успокоить.

Послышался вой сирены, к дому подъехала «скорая». Двое крепких санитаров вынесли носилки из машины и направились к нам, в сопровождении женщины фельдшера. Она подошла и проверила пульс, как и я.

— Похоже, инсульт. Ребята, давайте её на носилки и в «скорую», — громко сказала она санитарам.

— Я поеду с вами, — Наталья направилась к машине. Но женщина фельдшер, преградила ей дорогу.

— Мы везём её в реанимацию, где нельзя находиться никому, даже родственникам, и вы будете там бесполезны. Дайте мне ваш номер телефона, я вам позвоню, когда можно будет её навестить.

Наташа умоляющим взглядом посмотрела на неё:

— Пожалуйста!

— Нет, девочка, извини, нельзя, — отрезала фельдшер, и повернулась ко мне: — Молодой человек, я надеюсь, вы позаботитесь о ней? — кивнула она в сторону Наташи.

— Не волнуйтесь, непременно позабочусь, — я подошёл к Наташе и обнял её, поглаживая её руку, чтобы успокоить.

Скорая уехала. Наташа прижалась ко мне и заплакала.

— Ты же мог её исцелить? Почему ты этого не сделал?

Я погладил её по волосам.

— Успокойся, не плачь, всё будет хорошо, я знаю. Я не могу мгновенно исцелить инсульт, на это надо время. Да если бы и мог, то, как я это сделаю на людях, у всех на глазах? Это бы вызвало ряд ненужных вопросов, как я это сделал.

Она всхлипнула:

— Ты прав, извини.

— Тебе нельзя сейчас оставаться одной, я тебя заберу к себе, — сказал я утвердительно, не дожидаясь её ответа.

Наташа вытерла слёзы тыльной стороной ладони.

— Я согласна. С тобой мне будет спокойней. Я схожу в дом, возьму кое-что из вещей, да двери запру.

Через пять минут она вышла из дома, неся в руках сумку с необходимыми вещами. Закрыв двери на замок, мы направились к машине.

Уже подъезжая к дому Вильема, она сказала:

— Надо родителям позвонить. Но не сегодня, конечно, уже поздно. Завтра позвоню. Сначала в больницу, узнаю как там бабушка, а потом родителям.

— Сначала тебе надо отдохнуть и выспаться. А завтра мы вместе позвоним в больницу, — я ободряюще посмотрел на неё.

Когда мы вошли в дом, мои братья и сёстры сидели в гостиной, не понимая, куда я так быстро уехал. Вильем, увидев нас, встал с дивана.

— Что случилось, Эмиль? Куда ты так быстро уехал? — он перевёл взгляд на Наташу. — У вас всё в порядке?

— Бабушка в больнице, — всё ещё дрожащим голосом ответила она.

— Что с ней? — нахмурился брат.

— Микроинсульт, — ответил я.

— О, это неприятная штука! Но не волнуйся, Наталья, Эмиль быстро поставит её на ноги! — воскликнула Аврора и обняла её.

Весь вечер мои родственники пытались отвлечь Наташу от плохих мыслей, поэтому постоянно расспрашивали её, о её семье и школе, в которой она училась. Наталья, как будто забыла о происшедшем на время, охотно отвечая на вопросы и ведя оживлённую беседу.

Несколько раз она сама задавала вопросы, которые моих родственников ставили в тупик, потому что ответы на них, Наташе пока знать не надо было, пока я ей всё не рассказал сам, а врать им не хотелось.

Аврора и Фрейя, похоже, нашли с ней общий язык, и охотно делились с ней женскими секретами, которые касались моды и косметики. Они перешёптывались и чему-то смеялись. Я сидел в кресле возле камина и молча наблюдал за ними. Наташа почти ничем не отличалась от моих сестёр, ну разве только мои сёстры были чуть выше её, и глаза у Наташи были серые, а не как у нас, ярко-синие. Но по красоте она не уступала моим сёстрам. Такие же светлые длинные волосы, стройная фигура, нежная кожа. Её можно было принять за ладу, если бы не цвет глаз и движения тела, которые были присущи человеческой натуре. Я с грустью подумал, что мне придётся отпустить её, чтобы она могла обрести человеческое счастье. Иметь детей и внуков, и не смотреть на себя в зеркало как она стареет. С людьми у неё не будет этих проблем, потому что все вокруг тоже будут стареть, в отличии… — мои раздумья прервал голос Эрика.

— Эмиль, сегодня нам надо продолжить нашу беседу, я думаю надо решить, что делать.

— Конечно, брат. Только сегодня я не буду ничего ей говорить, довольно для неё сегодня потрясений, подожду, пока всё не уладится с её бабушкой. Я уложу её спать у себя в комнате. После этого мы соберёмся в гостиной, чтобы продолжить разговор.

Эрик кивнул головой, соглашаясь со мной, и хлопая меня по плечу. Время шло к полуночи и Наташа начала зевать, смущённо прикрывая рот ладошкой. Я подошёл к ним.

— Дорогие сёстры, вам не кажется, что Наташе пора спать? Она всё-таки человек, не забыли?

Аврора соскочила с дивана.

— Наташа, прости. Конечно же, тебе пора спать. Мы тебя совсем заговорили. Спокойной ночи и приятных тебе сновидений.

— В самом-то деле, что это мы?! Аврора права, тебе пора отдыхать, — добавила Фрейя.

— Я бы сейчас не отказалась поспать, — сказала Наташа и опять зевнула.

— Вот и прекрасно! Пошли в мою комнату, там тебя никто не потревожит, а я, пожалуй, отдохну в комнате для гостей, — я взял её за руку и повёл на второй этаж. Когда мы были наверху, Наташа обняла меня и прижалась.

— Не уходи, Эмиль, побудь со мной. Пожалуйста, — добавила она.

Глава 29

— Хорошо, я останусь, и всё время буду с тобой… этой ночью, — вздохнув, пообещал я, и подумал: «Всё время буду с тобой» — такого обещания я не мог дать ей, наше будущее виделось мне в мрачном свете.

Мне дорог был каждый миг с ней. Я ловил её взгляд, её жест, её улыбку. Каждое прикосновение и каждый поцелуй был дорог для меня. Я хотел её запомнить такой, какая она есть — весёлая, стройная, милая девочка, которой я, похоже, сломал жизнь. Но как я мог подумать, что эта девочка так сильно влюбится в меня! У меня была одна надежда, что через какое-то время, она забудет меня. Сердце моё разлеталось на мелкие осколки при мысли, что мне придётся её когда-нибудь оставить. Каждый миг с ней, был для меня подарком, и я знал, какую боль придётся нам перенести при расставании. Но другого варианта я не видел. Я никогда бы не рискнул подвергнуть её жёстким испытаниям. Я хотел, чтобы она жила, и не просто жила, а была при этом счастлива! Пусть это счастье было бы даже без меня.

— Эмиль, ты хотел что-то рассказать мне, я думаю, это подходящий случай, — сказала Наташа, всё так же крепко обнимая меня за шею.

— Не сегодня. Ты очень устала, поспи, а завтра мы всё обсудим. Я люблю тебя, — вырвалось у меня, и я тут же прикусил язык.

Все эти признания в любви, не имели смысла сейчас. Не надо её больше обнадёживать, это жестоко, но слов обратно не вернёшь. У меня всё-таки была призрачная мечта, что каким-то образом мы сможем остаться с Наташей вместе, навсегда. Но как, я не мог представить.

Она встала на цыпочки и поцеловала меня в губы.

— Я тоже люблю тебя Эмиль, — её глаза неотрывно смотрели в мои, я не выдержал и отвёл взгляд. Я зарылся лицом в её волосы, и какое-то время молчал, вдыхая аромат её волос.

— Тебе пора отдыхать, — напомнил я ей.

— Ты отвезёшь меня завтра в больницу к бабушке? — спросила Наташа.

— Отвезу, и буду рядом. Но сначала я позвоню в больницу и поговорю с главным врачом, и если он разрешит посещение, тогда обязательно поедем. Договорились?

Наташа села на кровать и потёрла глаза.

— Я действительно устала сегодня, пожалуй, я лягу.

Я укрыл её одеялом, и она, поймав мою руку, потянула к себе.

— Ты обещал, что ночью будешь со мной.

— Я помню, ложись, — прилёг я рядом и обнял её за плечи. Она уютно устроилась на моём плече и попросила:

— Напой мне ту мелодию, которую ты в беседке пел, она мне очень понравилась.

Я улыбнулся.

— Хорошо, я напою, но ты закрывай глаза и спи.

Я стал напевать одну из композиций Фрэнка Дюваля.

— Эмиль, у тебя очень красивый голос, мне нравится, как ты поёшь.

— Спасибо, детка. Но, как ты уже заметила, у нас у всех такие голоса.

— Эмиль, поцелуй меня, — вдруг попросила Наташа, и я не смог ей отказать, потому что сам сильно желал этого. Губы её были тёплыми и мягкими. Целуя её, я терял голову! Тело её обмякло, и она ещё крепче прижалась ко мне.

— Эмиль, ты сводишь меня с ума!

— Вот как?! Это почему? — удивился я.

— Потому, что ты лучший в мире! И целуешься ты лучше всякого другого мужчины!

— Откуда ты знаешь, детка?

— Был опыт целования в восьмом классе, с мальчиком из десятого, но к серьёзным отношениям это не привело, простое любопытство.

— Вот как? А ты мне не рассказывала про это, — я заулыбался и чмокнул её в нос.

— Эмиль, ты не такой как мужчины. Это наверно всё из-за твоей природы, ты лучше любого другого парня. Неужели ты этого не понимаешь?

— Я не знаю, какие мужчины, я же не человек, я лель.

— Вот именно, поэтому ты и лучше!

Я нарочито серьёзно сказал:

— Так вот почему ты меня любишь, детка!

Наташа рассердилась.

— Эмиль, я влюбилась в тебя, когда не знала ещё что ты лель, тем более ничего не знала о твоих способностях.

Я нежно и бережно взял её лицо в свои ладони.

— Спасибо, что не мои способности всколыхнули в тебе бурю страстей ко мне, а твоя любовь. Прижав её к своей груди, я не смог не сказать ей: — Я тоже, очень сильно люблю тебя, детка.

Она улыбнулась и закрыла глаза.

— Спасибо, — уже чуть слышно сказала она, и я понял, что она уже почти спит.

Я тихо стал напевать ей красивую мелодию. Дыхание её стало ровным, а тело расслабилось, она уснула. Я смотрел, как она спит. Сердце противно ныло, от осознания неизбежной разлуки. Веки её трепетали во сне, по-детски пухлые губы приоткрылись, я не мог оторвать от неё глаз, настолько родной она мне стала, эта нежная, наивная девочка, которая считала себя уже взрослой. Я знал, что даже если я её оставлю, я всё равно буду следить за её жизнью, как бы тяжело мне не было. И ещё я точно знал, если не будет её, не будет и меня, это я решил для себя уже давно. Она стала всем смыслом моей жизни, и пока она живёт, я буду её ангелом-хранителем. Но если в её жизни появится другой, и она будет с ним счастлива, я уйду из её жизни навсегда, да и вообще из этой жизни. Я легонько погладил её по волосам, веки её задрожали и моя рука повисла в воздухе, боясь потревожить её сон.

Глава 30

В дверь тихонько стукнули, я понял, что все мои братья и сёстры ждут меня в гостиной. Я аккуратно высвободил руку из-под головы Наташи и сел на кровати. Она зачмокала во сне губами, и я замер, боясь её разбудить. Когда я понял, что она опять уснула крепким сном, я тихо выскользнул из комнаты. В гостиной все уже ждали меня. Эрик нервно прохаживался от окна к окну, заложив за спину руки.

— Эмиль, как же это всё произошло с тобой? — без всяких вступлений начал он.

— Как-как! Как будто ты не знаешь, как происходит это с нами. Ты же знаешь, что мы любим всего один раз, за всё наше существование! И мы не властны над тем, кого нам любить, — вмешался Вильем.

— Конечно, знаю. Но, почему ты сразу не уехал, когда понял, что любишь её? — негодовал Эрик.

— Так, стоп! — прервала его Аврора. — Давайте начнём всё сначала, — она кивнула в мою сторону. — Эмиль, как вы встретились с Наташей, расскажи.

Я сел в кресло.

— На острове, недалеко от небольшого залива. Я отдыхал там, а Наташа приплыла туда с противоположного берега, там мы и встретились первый раз.

— Ты что, не мог сделать так, чтобы она тебя не увидела? — опять вмешался Эрик.

Вильем резко встал.

— Вообще-то Эрик, мы не прячемся от людей. Просто люди не должны знать кто мы такие. И с чего, кстати, Эмилю нужно было прятаться от неё?

— Вообще-то, я хотел спрятаться от неё, по одной причине, которую я не буду называть. Наташа шла по лесу так тихо, что я сразу заметил её присутствия на острове, а когда увидел её… — я запнулся, мне не хотелось говорить, что Наташа, мягко говоря, не совсем одета была. — В общем, я не успел. Я встал за кустарник, но она всё равно увидела меня.

— А потом? — спросила Фрейя.

— Потом, когда она увидела меня, она испугалась и побежала через лес к тому месту, откуда приплыла.

— И всё? И вы даже с ней не разговаривали? — Фрейя усмехнулась.

— Нет, не разговаривали. Я даже не представлял, какие события развернуться дальше! Через несколько дней, я плавал недалеко от пляжа, возле высокой скалы, и увидел её на вершине этой скалы, она была с подругами. Надвигалась гроза, и я не понимал, зачем они забрались на неё. Я стал наблюдать за ними, и тут произошло непредвиденное! Наташа прыгнула со скалы вниз! Потом она объяснила, что уже ныряла с неё, и благополучно выбиралась из воды, но на этот раз, она не оценила степень опасности. Она прыгнула ради забавы. Ей нравятся рискованные вещи, от которых выбрасывается адреналин в кровь. Тогда я сразу понял, что самостоятельно ей не выбраться из этой бушующей пучины волн. Я почувствовал её панику и мысленно послал ей сигнал, что всё будет хорошо и что её спасут.

— И ты её, конечно, спас! — с пафосом сказал Эрик.

— Брат, а ты бы, что сделал на месте Эмиля? — Вильем с укором на него посмотрел.

— Вильем, я сделал бы тоже самое, — согласился он.

Я продолжил:

— Мы с Наташей тогда мало говорили, в основном я интересовался, всё ли у неё в порядке и как она себя чувствует. Когда я убедился, что опасности нет для неё, я сразу ушёл, предоставив её подругам, которые бежали вниз к Наташе со скалы.

— Но, как же вы всё-таки начали общаться? — Эрик был нетерпелив.

— На празднике Ивана Купала, который молодёжь празднует каждый год в этой деревне.

— Эмиль, зачем ты пошёл на этот праздник…

— Эрик! — перебил его Вильем, — дай Эмилю рассказать всё до конца.

Эрик поднял руки вверх, давая понять, что перебивать больше не будет.

— Я не ходил на этот праздник. На этот праздник пошёл Влад Блейк. Вернее его там не было, он бродил вокруг поляны, на которой собралась молодёжь. Мы с Вильемом почувствовали, что он крутится около людей и задумал что-то плохое. Я взял с собой Берси и тоже пошёл в лес, понаблюдать за Владом Блейком, а если что, то и пресечь его гнусные поступки против людей. Я не ошибся, он затевал гнусность. Я чуть не опоздал на помощь Наталье, когда увидел её в лесу с Блейком. Она заблудилась в эту ночь в лесу, когда искала своих подруг, и Влад этим воспользовался. Он ей хотел внушить, чтобы она безропотно шла за ним, но к счастью Наташа не поддаётся внушению, что очень редко бывает среди людей. Влад был в ярости, я не знаю, чтобы он с ней сделал, не появись я с Берси. Блейк ретировался, он понимал, что с лелем не так просто справиться. Но вид ревущего медведя испугал Наташу, и так уже напуганную Владом. Она потеряла сознание, при этом сломав себе ногу, когда падала. Вот в этот день мы с ней и познакомились. Я проводил её до дома и вылечил ей ногу. Она видела, как светится моя кожа в темноте. Я не мог этого скрыть, и не мог оставить её одну в лесу.

— Ты бы мог привлечь внимание людей к ней, они нашли бы её, — подала голос Фрейя.

— Я боялся, что пока люди будут искать её, Влад может вернуться. Я боялся, что Влад вернётся, как только я уйду, я чувствовал, что он недалеко.

— Тебе надо было уезжать отсюда, срочно! — сказал Эрик.

Опять вмешался Вильем:

— А он и хотел уехать на следующий день. Но мне срочно понадобилось уехать в город на целый день. Я, до этого, договорился с председателем этой деревни, что он приедет за товаром. Мы подумали, что один день не решит ничего и Эмиль может уехать через день. Я попросил его задержаться, это моя ошибка, если бы я не просил его об этом, сейчас могло всё по-другому сложиться, — Вильем тяжело вздохнул и потёр подбородок.

Все молча сидели, ожидая моего дальнейшего рассказа.

— Когда я провожал Наташу домой, я дал ей свою куртку, она замёрзла. Я проводил её тогда и ушёл, не позволив себе ничего лишнего, но куртку я забрать забыл. На следующий день она приехала ко мне сама, её привёз председатель. Она приехала, чтобы вернуть мне куртку, но я-то понимал, что дело не в ней. Я сразу почувствовал, что она в меня влюбилась.

— И, что дальше? — спросила Аврора.

— Сама знаешь, что. Нам трудно совладать с собой в такой ситуации. Я не думал, что Наташа серьёзно влюбится в меня. Многие девочки в этой деревни вздыхают по мне и Вильему, но это всё несерьёзно! И я надеялся, что и у Наташи это тоже несерьёзно, поэтому решил, что простое общение нам не повредит. И всё-таки я надеюсь, что когда она уедет из деревни, она со временем меня забудет.

— Ну, хорошо. А как она узнала, что ты лель? — недоумевал Эрик.

— О, брат! Наташа, очень наблюдательная и проницательная для своего возраста, в отличие от своих сверстников. Тем более, что Раиса Арионовна Никконен, накануне праздника Ивана Купала, рассказала ей сказку о лелях и ладах, которые жили много веков назад среди людей. Она умеет сопоставлять вещи, поэтому стала догадываться, кто я есть на самом деле.

— Она что, тебе так и сказала об этом? — спросила Аврора.

— Да, почти прямым текстом, — ответил я.

— Ну, ты мог бы всё отрицать, у неё всё равно не было доказательств, — сказал Эрик.

— А я так и сделал, хотя врать мне было неприятно. Но всё обернулось хуже, чем я себе представлял! В этот день я повёз её домой в деревню, и на перекрёстке в нас врезался грузовик, водитель оказался пьян. Я отвлёкся всего лишь на пару секунд, и не заметил его справа.

— Сильно разбились? — участливо спросила Фрейя.

— Сильно. Машина восстановлению не подлежит. Но в последнюю секунду, я успел развернуть автомобиль так, что грузовик врезался в мою сторону. Хорошо, что Наталья не пострадала, только головой сильно ударилась.

— А ты? — Эрик стал нетерпеливо расхаживать по гостиной.

— Догадайся сам, Эрик! Я естественно, как и машина, в хлам разбился! Весь салон был залит моей кровью! Ты наверно понял, что Наташа догадалась, что это не краска голубая разлилась по всему салону.

— Другие люди это видели? — спросила Фрейя.

— Нет, я успел активировать тонированные стёкла. И пока я не восстановился, мы двери никому не открыли.

— Хм, вот так история! — Эрик почесал затылок. — Она про тебя кому-нибудь говорила?

— Нет, никому. Я просмотрел информацию в головах её подруг, и даже у её бабушки, но о себе, как о леле, ничего не нашёл.

Блейк хочет завладеть Наташей, и у нас с ним уже была стычка. Он подкараулил нас в финском саду, когда мы там гуляли с ней.

— Вот как? — Аврора с беспокойством встала. — Зачем она ему?

— А ты не догадываешься, Аврора? Их популяция падает. Многие из них погибли в битвах, и им надо восстанавливать численность их особей, а воспроизводиться они сами не могут, им рожают детей земные женщины, которых они крадут или обманным путём заманивают в ловушки. Те демоны, что рождены от земных женщин, тоже хотят иметь своих детей таким путём, их не устраивают дети тьмы, которые словно животные, ведут себя.

— Ей надо отсюда срочно уезжать! — ударив кулаком по спинке дивана, сказал Эрик.

Я развёл руками.

— Надо, не спорю, но она сейчас не уедет отсюда из-за бабушки. Не хочу ей говорить, зачем она понадобилась Владу. Да, и узнав правду, она всё равно не уедет. Мы с Вильемом следим за действиями демонов и в случае чего, мы защитим Наташу.

— Она знает и про демонов? — спросила Фрейя.

— Знает. Но она не понимает, зачем она Владу понадобилась, а я не хочу её пугать.

— Эмиль, а Наташа всё знает про тебя? — Эрик наклонил голову и пристально посмотрел на меня.

— Почти, — выдавил я.

— И, даже то, что ты бессмертный? Что мы все бессмертные?

— Я хотел ей рассказать, но произошла трагедия с её бабушкой, и я решил отложить этот разговор.

— Интересно, как она отреагирует, узнав о твоём бессмертии? И что ты, хоть и выглядишь на двадцать четыре года, но фактически тебе уже почти триста лет!

Я обхватил голову руками.

— Не знаю! Надеюсь, она меня бросит, и я смогу не терзать себя за то, что сломал ей жизнь!

В гостиной наступила тишина. Сначала я не понял в чём дело, решив, что все думают, и никто ничего не хочет говорить, но потом тишина стала гнетущей. Я поднял голову и посмотрел на Вильема, он стоял, не шевелясь, смотря в одну точку. Я проследил за его взглядом и, остолбенел! На лестнице, ведущей на второй этаж, стояла Наташа!

Глава 31

Я быстро встал и подошёл к ней.

— Детка, почему ты не спишь? — сказал я первое, что пришло в голову.

Она не ответила, только молча стояла и смотрела на меня, с широко открытыми глазами. В её глазах стояли слёзы, губы дрожали, и я понял, что она слышала последний наш разговор. Новость о моём бессмертии её потрясла!

— Присядь, — я подвёл её к дивану и усадил, сел рядом.

Я не знал, что ей сказать. И никто не знал, все молчали. Наташа опустила голову и оперлась обеими руками о диван. Я не видел её лица, скрывавшееся за волосами, но понял, что услышанное для неё было настоящим шоком.

— Вильем, принеси капли, что на кухне стоят, и воды стакан заодно, — попросил я.

Вильем встал и пошёл на кухню. Я боялся, что Наташи станет плохо, и успокаивающие капли ей сейчас не помешают. Вильем принёс всё необходимое, и я, накапав средство в воду, протянул стакан Наташе. Но она как будто не заметила этого, всё также продолжая молча сидеть.

— Эмиль, сделай что-нибудь! Она впала в ступор! — сказала обеспокоенная Аврора.

Я подсел к ней ближе и приподнял её голову за подбородок.

— С тобой всё хорошо? — чуть слышно, почти не дыша, произнёс я.

Наташа опять ничего не ответила. Я вгляделся в её лицо. Глаза её были закрыты, на лице отразилась мука, но слёз уже не было, что меня очень встревожило. Лучше бы она истерику закатила, чем вот так сидела молча! Наташа вдруг забралась с ногами на диван и прильнула к моей груди, крепко обняв меня руками. Я посмотрел на своих братьев и сестёр, и аккуратно обнял её за плечи. Все всё поняли, и они по одному начали уходить из гостиной, стараясь ступать как можно тише. Мы с Наташей долго молчали. Потом она вздохнула и спросила:

— Ты думаешь, что нам надо расстаться?

Я молчал, не зная, что сказать, не хотелось делать ей ещё больнее.

— Как ты сама думаешь на этот счёт? — через минуту спросил я.

— Я хочу поговорить с твоими родными, и узнать их мнение на этот счёт, — тихо сказала она.

— Зачем, детка? Какое мнение ты хочешь узнать у них? — её просьба, показалась мне абсурдной.

— Я пока сама не знаю, зачем мне это, но я хочу узнать их мнение.

— Хорошо, если хочешь, поговори, — успокаивающе погладил я её по волосам.

— Эмиль, ты меня любишь? Не бойся, больней мне уже не станет, чем сейчас, — она подняла голову и посмотрела мне в глаза.

Я колебался какое-то время. Мне хотелось кричать, что я люблю её и не хочу её терять, но давать ей надежду на наше будущее, было жестоко.

— Скажи мне, пожалуйста, — её голос стал умоляющим.

Я не выдержал, притянул её к себе и уткнулся ей в волосы.

— Я люблю тебя, больше своей бессмертной жизни! Я искал тебя двести пятьдесят лет! И если тебя вдруг не станет, не станет и меня.

Наташа прильнула губами к моим губам и замерла. Я хотел, чтобы этот миг никогда не кончался. Эта хрупкая, маленькая девочка, была любовью всей моей жизни!

— Прости, что не сказал об этом раньше, я не мог… — она положила свой тоненький пальчик мне на губы.

— Не надо, ты ни в чём не виноват, это не только твоя тайна, я тебя понимаю и ни в чём не виню. Но я надеюсь, что теперь я всё про тебя знаю? — она внимательно посмотрела мне в глаза.

Я вздохнул.

— Что не всё? У тебя ещё есть тайны от меня? — беспокойно спросила она.

— Нет, — выдохнул я, — всё, больше тайн нет. Но если только ты, не всё знаешь о моей прошлой жизни.

— Она так ужасна? — спросила Наташа.

— Нет, просто я ещё не всё успел тебе рассказать. Жизнь моя, была слишком долгой до тебя, и в ней произошло много событий.

— У нас ещё будет время об этом поговорить… — она запнулась, и добавила. — Надеюсь.

— Время ещё есть, целых полтора месяца, — добавил я.

Она грустно улыбнулась, и погладила меня по щеке. Я посмотрел на часы.

— Тебе пора спать.

— Пожалуй, я бы поспала, но думаю, не смогу уснуть, после всего, что узнала сегодня.

— Пойдём, я помогу тебе уснуть, — я взял её на руки и поднял с дивана. В комнате, я накрыл Наташу одеялом и лёг рядом.

— Не уходи больше, — прошептала она мне на ухо.

— Больше не уйду. Когда ты проснёшься, я буду рядом, — ответил я и положил ей на голову свою руку, применив свою способность успокаивать людей.

Она не спала, но я не хотел отвлекать её разговорами, в надежде, что она всё-таки уснёт. Её пальчики крутили пуговицу на моей рубашке, она о чём-то думала, не замечая того, что скоро пуговица будет оторвана.

«Интересно, — подумал я, — если она оторвёт её, она наверно примется за другие пуговицы, и так, пока не останется ни одной». Я улыбнулся своим мыслям, но прерывать её не стал, пусть крутит, её это наверно отвлекает. Через некоторое время, её рука начала слабеть, а потом и вовсе успокоилась, расслабленно лежа на моей груди.

Уснула, это хорошо, она всё-таки человек, и ей надо высыпаться каждый день. Я лежал, не шевелясь, боясь её побеспокоить, и смотрел, как она спит. Я хотел запомнить Наташу на всю свою оставшуюся жизнь. Я знал, и решил уже для себя, что мне надо её оставить, для её же блага. Но эта мысль мучила меня и убивала. Так не должно было быть, но я ничего не мог изменить, разлука была неизбежна! Хотя я знал, что она думает по-другому. Она будет искать способ, изменить ситуацию и остаться со мной. Я знал, она будет бороться до конца, и это ещё больше огорчало и ранило меня.

Лучше бы она меня бросила, узнав о моём бессмертии! Мне было бы легче, зная, что она не будет страдать из-за нашей разлуки, себя в расчёт я не брал. Наташа попытается выведать у моих родных, всё, что касается нашей жизни. Она будет изучать все легенды, где говорится об отношениях нашего народа с людьми. Это я прочитал в её мыслях, когда она сидела неподвижно на диване. Мысли её, в тот момент, были хаотичны, но она зацепилась за эту мысль и теперь она её не отпустит. Наташа была далеко не глупой девочкой, и она сразу поняла, что моё бессмертие может привести нас к разлуке. Я не хотел копаться у неё в голове, но я был настолько встревожен её отсутствующим видом, что не удержался, готовый в любой момент прийти ей на помощь, если её мысли оказались бы опасны для неё.

Многие юные девушки, влюбляясь в этом возрасте, переживают сильные эмоциональные чувства, и если их любовь претерпевает крах, у многих из них возникают суицидные мысли. Таких мыслей я не увидел в голове Наташи. Но, что будет дальше, когда нам действительно придётся расстаться? Сможет ли она справиться с этим и идти по жизни дальше? Не возникнут ли эти мысли впоследствии? «Если я обнаружу у неё подобное желание, я не смогу её оставить!» — решил я для себя.

Надо попытаться поговорить с ней так, чтобы это не было для неё ещё одним шоком. Но её реакция для меня, была непредсказуема. Если я не смогу её оставить, то это будет тупик для нас обоих.

Ещё полтора месяца до её отъезда, да и до моего тоже. В сентябре я должен вернуться в Москву и выйти на работу. Надеюсь, что за эти полтора месяца, я смогу её убедить, что без меня ей будет лучше, что без меня она обретёт обыкновенное человеческое счастье. Я тяжело вздохнул от своих мрачных мыслей.

Наташа зашевелилась, её пухлые губки зачмокали, и она тихо произнесла:

— Эмиль, не уходи.

Я посмотрел на неё, но она спала. Я не хотел смотреть, что снилось ей, пусть для меня это останется тайной, но ей явно снился я. Приподнявшись я поцеловал её в висок, закрыв на мгновение глаза. «Бедная моя девочка, во что я тебя втянул» — подумал я.

Первый луч солнца пробился в комнату и упал на лицо Наташе. Она отвернулась и уткнулась мне в подмышку, а я перестал дышать, давая ей возможность хоть ещё немного поспать. Но луч солнца разбудил её. Она перевернулась на спину и откинула ногой одеяло. Мой взгляд упал на её обнажённые ноги, и на мгновение остановился на них. Стройные, длинные ноги, с нежной кожей, вызвал во мне бурю эмоций, в висках застучало! Я усилием воли нагнулся, поднял одеяло с пола и прикрыл это великолепие.

— Фу — выдохнул я.

Наташа открыла глаза и с удивлением посмотрела на меня, затем улыбнулась:

— Эмиль, я и забыла, что я у тебя, мне показалось, что я дома, — она прижалась ко мне. — Хорошо, что ты здесь.

— Поспи, ещё рано, солнце только всходит, — шепнул я.

— Не хочу, я выспалась. Ты сегодня снился мне, — она чему-то улыбнулась.

— Я знаю, — провёл я пальцем по её щеке.

Она округлила глаза:

— Откуда ты знаешь?!

— Ты разговаривала во сне, просила, чтобы я не уходил, — я улыбнулся и чмокнул её в нос.

— А подслушивать нехорошо, — она, шутя, шлёпнула меня по плечу и надула пухлые губки. — Почему ты не спал?

— Не хотел. Я на той неделе отдыхал часа четыре, поэтому спать не хотелось.

Она потянулась.

— Везёт же тебе! Три часа сна в месяц и тебе этого достаточно. Как бы я хотела быть такой как ты, и не тратить уйму времени на сон, — мечтательно сказала она. Но в её фразе был другой подтекст, и я это понял, и весь напрягся.

— Это невозможно, — с горечью произнёс я.

— Ты просто этого не знаешь. Доказательств того, что этого не может быть, нет.

Я кивнул головой.

— Как и нет доказательств, что это возможно.

Она грустно мне улыбнулась.

— Вот это мы и будем выяснять.

Я занервничал.

— Я не хочу, чтобы ты экспериментировала над собой, боюсь что… — она снова не дала мне договорить, положив свой пальчик мне на губы.

— За себя, я буду решать сама, и ты меня не остановишь, — она нахмурилась и посмотрела мне в глаза. — Может ты просто не хочешь быть со мной?

Я молчал, не зная, что ответить. Наташа вела себя непринуждённо, как будто забыла о том, что услышала вчера, или была уверена, что выход найдётся из создавшейся ситуации. Моё молчание затянулось, и её губы задрожали.

— Не хочешь?

Мне стало её очень жалко. Я выглядел подлецом! Обнадёжить её ещё раз я не хотел, но и отвергать очевидное, не хватало сил, и я сдался под её взглядом.

— Я готов быть с тобою рядом каждую минуту своей жизни, и никогда, слышишь, никогда не расставаться с тобой. Но я хочу, чтобы ты была счастлива, чтобы у тебя была нормальная семья, муж, дети. Я не могу всего этого тебе дать, и ты знаешь почему.

Она положила мне голову на плечо.

— Ты уже, всё дал мне, и не тебе решать, с кем я буду счастлива, без тебя у меня не будет счастья, я наверно…, — её голос дрогнул, — просто умру. Если ты этого хочешь, тогда оставь меня.

После её слов, моё сердце разлетелось на куски. Я обнял её.

— Прошу тебя, Наташенька, только не это! Живи, прошу тебя! Мне больно даже думать, что тебя не станет.

Она обвила мою шею руками.

— Тогда не решай за меня. Я верю, что мы найдём выход.

— Боюсь, что полтора месяца будет мало, чтобы найти выход, — печально заметил я.

— Это твой срок, чтобы решить проблему? — она вопросительно на меня посмотрела, потом сдвинула брови. — Поняла, ты не хочешь быть со мною, после того как закончится лето. Надо было сразу сказать мне об этом.

— Нет! — почти крикнул я на неё. Ты опять всё неправильно поняла! Я смотрю, ты тоже решаешь всё за меня!

В комнату постучали.

— Войдите, — на автомате крикнул я.

В комнату вошла Аврора и удивлённо посмотрела на наши сердитые лица. Мы сидели на кровати, напротив друг друга, и смотрели друг другу в глаза, не удосужив Аврору внимания. Она замешкалась в дверях, потом с улыбкой сказала:

— Милые бранятся, только тешатся. Ладно, не буду мешать, только не раздеритесь, — и вышла из комнаты.

Последняя её фраза меня рассмешила, и я рассмеялся во весь голос, упав на подушки. Наташа сердито посмотрела на меня, не понимая, чему я смеюсь? Она ударила меня по плечу.

— Ты надо мной смеёшься, Кейн?!

Но я не смог ей ответить, меня душил смех. Она стала бить меня, везде, где попадала, но это ещё больше забавляло меня. Наконец я не вытерпел и обхватил её руками, перевернув её на спину.

— Пусти! — пыталась она сопротивляться.

— Не-а, — я отрицательно покачал головой.

— Ты бессовестный и наглый тип, я тебя… — я не дал ей договорить, покрыв её рот поцелуем.

Наташа продолжала колотить меня по спине, но я не обращал внимания. Чем я дольше её целовал, тем слабее и реже были её удары, а затем и вовсе стихли. Она обняла меня и прижалась.

«Вот и хорошо, теперь она в порядке» — подумал я и отпустил её.

Она, как и раньше, посмотрела на меня непонимающим взглядом, потом сузила глаза.

— Я так и знала, что ты коварный, Эмиль, — но злости в её голосе уже не было.

— Пошли завтракать, а то мои братья и сёстры ничего нам не оставят, — я потянул её за руку, помогая встать с кровати.

Глава 32

Все сидели за столом и что-то жевали, стараясь не смотреть на нас, и делая вид, что они не знают о небольшой нашей ссоре. Я посмотрел на Аврору, которая с отсутствующим видом намазывала шоколадный крем на тост. Она заметила мой взгляд и, отложив тост, вопросительно посмотрела на меня.

— Что?

— Ничего, потом поговорим, — буркнул я, усаживая Наташу за стол.

Вильем не выдержал и улыбнулся.

— Как спалось, Наташа?

Она подняла на него глаза, не понимая, что он хочет этим сказать.

— Нормально, — ответила она.

Вильем попытался скрыть улыбку, но у него это плохо получилось.

— Я надеюсь, ты не сильно избила моего брата?

Все переглянулись, и смешок прокатился среди моих родственников.

— Ах, вот ты о чём! — Наташа закатила глаза. — Спроси у него, я надеюсь, что серьёзных травм я ему не нанесла.

Все рассмеялись, не в силах больше сдерживать смех.

— Спасибо, Аврора, теперь мы с Наташей стали объектом всеобщего внимания, — опять буркнул я.

— Не сердись, Эмиль, это было так забавно, я не могла не поделиться этим с ними, — она кивнула на родных.

— Наташа, лупи его почаще. Как говорится: «бьёт, значит, любит», — смеясь, сказал Эрик.

— Я так и сделаю, — она улыбнулась и подмигнула ему.

— Эмиль, может тебе надо обратиться к врачу? Снять побои? — подтрунила надо мной Фрейя.

— Ну, хватит уже ребята! — я не выдержал и рассмеялся сам. Моё негодование прошло, мне было приятно, что они с юмором восприняли нашу с Наташей небольшую ссору.

Завтрак закончился, все пожелали друг другу хорошего дня и разошлись по своим делам.

— Надо позвонить в больницу, — с задумчивым видом сказала Наташа.

Я подошёл и взял её за руку.

— Позволь, это сделаю я. Всё-таки я врач, и лучше смогу понять в каком состоянии твоя бабушка.

Она согласно кивнула головой, продолжая сидеть на стуле обняв одной рукой колени, потом тяжело вздохнула и продолжила:

— А ещё надо позвонить родителям, а то они меня не простят, если я оставлю их в неведение.

— Это лучше сделать тебе, меня они ещё не знают, — согласился я.

Она быстро посмотрела на меня и в её глазах отразилась радость. Сначала я не понял её реакции, но потом до меня дошло. Я сказал: «они меня пока не знают», ключевое слово тут «пока», а значит, я не исключаю возможности познакомиться с ними, и это её обрадовало.

Я позвонил в больницу главному врачу и представился. Он минуту помолчал, потом воскликнул:

— Это тот самый Кейн из Москвы?! Молодой, талантливый нейрохирург, о котором весь мир говорит?!

Я вздохнул.

— Да, это я.

Его голос приобрёл дружелюбные нотки:

— Чем могу служить, столь известной личности?

— К вам вчера поступила Шведова Мария Михайловна, с диагнозом инсульт. Я бы хотел узнать о состоянии её здоровья. И если можно, я с неё внучкой хотел бы навестить её.

— Минутку, — в трубке послышались чьи-то шаги, главврач позвал медсестру. — Анечка, принесите мне историю болезни Шведовой. Да-да, которая вчера поступила.

Через некоторое время он ответил:

— Всё верно, у неё произошёл инсульт. Она, в данный момент, находится в реанимации. Состояние стабильное, я думаю всё будет хорошо.

— Так нам можно её навестит? — опять спросил я.

— Господин Кейн, вам, как мировой известности, можно всё! Приезжайте, мы будем очень рады! Возможно, вы дадите нам несколько полезных советов, как быстрей поставить на ноги Марию Михайловну.

Его откровенная лесть мне не понравилась, но я был рад, что помог Наташе увидеться с бабушкой.

— Хорошо, мы подъедем сегодня после обеда, благодарю, — и я отключился.

Наташа стояла за моей спиной и с тревогой наблюдала за нашим разговором. Стоило мне положить телефон в карман, как она тут же спросила:

— Ну, как она?

— Всё хорошо, сегодня мы поедем к ней, — успокоил я её.

Она от радости подпрыгнула и захлопала в ладоши.

— Эмиль, ты самый лучший! — встав на цыпочки и обняв меня, сказала она.

— Ты хотела родителям позвонить, — напомнил я ей.

— Ах, да! — она начала глазами искать свой телефон. — Эмиль, я не знаю где мой телефон, — беспомощно сказала она.

— Наташа, он у тебя в сумке, во внутреннем кармане. Ты бываешь такой рассеянной, — подал я ей сумку.

Я не стал слушать разговор Наташи с родителями, и вышел из комнаты. Навстречу мне попался Вильем, он шёл в библиотеку и, увидев меня, кивком головы пригласил меня следовать за ним. Мы вошли в просторное помещение библиотеки.

— Эмиль, как Наташа? Как она восприняла новость о твоём бессмертии?

— Всё сложно брат. Она хочет поговорить с вами со всеми на эту тему.

Вильем поднял брови.

— Вот как? И что это ей даст?

— Не знаю. Она хочет найти какой-нибудь выход из этого, и продолжить наши отношения. Я тебе скажу больше, она серьёзно настроена и не собирается отступать.

Вильем похлопал меня по плечу.

— Ты ей говорил, что вам, возможно, придётся расстаться? Ты извини, Эмиль, я знаю как она дорога тебе, но представь её сорокалетней женщиной, у которой нет будущего с тобой, и вообще, ничего нет в жизни, потому что в её жизни ничего и никого не было, кроме тебя.

Меня передёрнуло от его слов. Я не мог представить Наташу сорокалетней женщиной, но я понимал, что время её не пощадит и это когда-нибудь произойдёт. Я буду всё таким же двадцатичетырёхлетним лелем, а она, на глазах у меня будет стареть, и это было невыносимо. Да и ей будет не легче, смотреть на меня вечно молодого. И тогда, хочу я этого или нет, мне придётся её оставить, оставить в одиночестве, до конца её жизни.

— Вильем, я не знаю что делать. Я боюсь, что если я её оставлю, то не дай Бог, она решит что-нибудь с собой сделать, ты же понимаешь в каком она человеческом возрасте. Я пытался с ней поговорить об этом, но её реакция была просто ужасна! И если её не станет, я не смогу прожить и дня.

Вильем понимающе кивнул головой.

— Сочувствую, брат. Но ты не сможешь жить и тогда, когда расстанешься с ней, ты просто продлишь свои муки и всё. Ты также не сможешь жить, когда она умрёт от старости. Вспомни нашего брата — Алана, он не смог жить, когда демоны похитили его Люси, и потом она умерла от горячки. Мы всё тогда сделали, чтобы сохранить ему жизнь, но он не смог. За всё наше существование, насколько я знаю, это второй случай, когда лель влюбляется в девушку. Не знаю, были ли ещё такие случаи? Хотя легенды говорят, что были. Но мы не можем быть уверены на сто процентов, что они заканчивались хорошо, хотя в легендах они все заканчивались хорошо, и даже больше того.

— Но я не встречал ещё ни разу леля или ладу, которые в прошлой жизни были людьми, Вильем.

— Возможно, они есть, но их так мало, что мы о них просто не знаем.

Я усмехнулся.

— Вот именно, не знаем. Если бы они существовали, мы должны были бы знать о них.

— Если такое возможно, то это держится в строгом секрете, чтобы люди не узнали об этом и массово не начали обращаться в нас подобных. Тогда бы начался хаос! — Вильем закатил кверху глаза.

Наш разговор прервал голос Наташи:

— Эмиль, ты где?

Уходя я повернулся к брату.

— Вильем, ты и правда, считаешь, что это возможно?

— Эмиль, почему бы и нет? Ведь этот феномен никогда не изучался нами.

Я кивнул головой и вышел из библиотеки.

— Как дела? Что сказали родители? — спросил я у Наташи.

Она взяла меня за руку.

— Завтра они выезжают и утром будут здесь. Мама сильно расстроилась, боюсь, как бы ей самой плохо не стало.

Я обнял её за плечи.

— Всё будет хорошо, детка. А теперь нам надо собираться в больницу. Завтра поедем встречать твоих родителей на вокзал.

Наташа доверчиво прижалась ко мне.

— Эмиль, я знала, что на тебя можно рассчитывать, спасибо.

— Пока ещё не за что, — погладил я её по голове. — Собирайся, поехали.

Дорога до областной больницы города Лахденпохья, заняла два часа, после обеда мы были уже там. Нас встретил мужчина лет пятидесяти, с довольно внушительной внешностью, толстым животом и заметной лысиной на голове.

— Приветствую вас, проходите! — он шёл впереди, иногда останавливаясь и вытирая пот с лица и шеи. — Мы очень рады такому высокому гостю, как вы, господин Кейн. Не часто к нам заходят такие знаменитые люди! Чай, кофе, а может что-нибудь покрепче? — услужливо предложил он.

— Нет, спасибо. Мы хотели бы увидеть Марию Михайловну, а позже мне надо поговорить с вами, — сказал я.

— Конечно, конечно, господин Кейн, как скажете. Вот, прошу, это в реанимацию, — он указал нам на белую дверь в коридоре. — Люда, принесите два новых халата, — крикнул он в одну из открытых дверей, и как-то виновато посмотрел на нас. — Простите, порядок есть порядок.

Я кивнул головой, и мы стали ждать медсестру. Она вернулась быстро, неся в руках два белоснежных медицинских халата. Как только мы вошли в палату реанимации, Наташа бросилась к бабушке.

— Бабуля, милая, как ты?! — её губы задрожали, она была готова расплакаться.

— Наташенька, внученька, пришла родная, — еле слышно произнесла Мария Михайловна.

Она выглядела бледной, правый угол её рта скосило набок, и слова она произносила с трудом.

— Старая я стала, пора… — она закрыла глаза, не договорив.

— Бабуля, ты, что такое говоришь?! Ты поправишься, вот увидишь, — она посмотрела на меня. — Вот и Эмиль готов тебе помочь.

Мария Михайловна повернула ко мне голову.

— Эмиль, ты тоже пришёл. Я рада видеть тебя, — она замолчала, переводя дыхание. — Только чем ты можешь мне помочь? — продолжила она, через некоторое время.

Я шагнул к постели и нагнулся над старушкой.

— Мария Михайловна, я врач, и сделаю всё, что в моих силах, вы поправитесь.

— Врач? — тихо произнесла она. — Наташа мне не говорила об этом. Это хорошо, что ты врач, хорошая профессия, — она устало откинула голову на подушку.

Я положил ей руку на лоб и сразу увидел очаг поражения головного мозга. Я направил свою энергию на поражённые участки сосудов. Через пять минут я увидел улучшение и убрал руку.

— Я буду приезжать к вам каждый день, и мы поставим вас на ноги, — улыбнувшись, сказал я.

— Спасибо, Эмиль, мне стало лучше, — она улыбнулась мне, и румянец появился на её щеках.

— Бабуль, тебе лучше?! — наклонившись к ней, спросила Наташа.

— Да, дорогая, мне лучше. У Эмиля волшебные руки, — хоть она и сказала о моих руках образно, но она попала в точку, сама этого не понимая.

— Наташа, ты посиди с бабушкой, а я пойду, схожу к главврачу, — сказал я.

Она кивнула мне и сжала мою руку.

— Узнай у него всё, о здоровье бабушки.

В кабинете главврача, к моему приходу, уже был накрыт стол. Колбаса, сыр, фрукты, нарезанный лимон, коньяк и кофе — красовались на столе. Увидев меня, он встал из-за стола и направился ко мне с протянутой рукой.

— Очень рады, очень рады, просим к нашему скромному столу, господин Кейн.

— Зовите меня — Эмиль, — попросил я. — А, как к вам обращаться?

— О, я не так знаменит, как вы, Эмиль. Зовите меня Тимофей, моя фамилия Спиридонов.

Я пожал ему руку и сел за стол.

— Я хотел бы обсудить с вами вашу пациентку, Шведову Марию Михайловну, — начал я.

— О, не волнуйтесь, Эмиль, мы делаем всё, чтобы поставить её на ноги.

— Я верю вам. Но у меня к вам будет одна просьба.

Он наклонился, внимательно слушая меня.

— Обеспечьте ей, пожалуйста, самый лучший уход, и если можно VIP палату. Я буду приезжать сюда каждый день, и следить за ходом лечения. А теперь, попрошу вас её карточку, хочу ознакомиться с курсом лечения, который вы ей назначили.

Он тут же встал, подошёл к шкафчику и вынул из ящика историю болезни.

— Прошу, — он протянул карточку мне.

Пробежав глазами по списку назначенных медикаментов, я удовлетворённо кивнул головой:

— Неплохо. Вы знаете толк в лечении.

Он расплылся в улыбке.

— Очень приятно, слышать похвалу, от такого человека, как вы, Эмиль, — он привстал, показывая на бутылку коньяка. — Может по рюмочке, так скажем, за знакомство?

— Нет, спасибо, я не пью, — я встал и протянул ему руку. — Мне пора, рад был познакомиться, увидимся завтра.

— Я провожу вас, — главврач встал из-за стола.

— Спасибо, не надо, мы найдём выход, — ответил я.

Выйдя из кабинета, я с удивлением обнаружил в коридоре, человек десять медсестёр. Увидев меня, они замолчали, и стали быстро расходиться, как ни в чём не бывало, искоса бросая на меня взгляды. Наташу я не сразу заметил, она сидела на стуле за дверью.

— Наташа, ты чего здесь сидишь? Почему не зашла в кабинет?

Она смущённо улыбнулась.

— Не хотела мешать вашему деловому разговору, вот и решила подождать тебя здесь.

— Как Мария Михайловна? — спросил я.

— Нормально. Она сейчас уснула. Я обещала ей приехать завтра с родителями. Эмиль, ей и правда, стало легче после того, как ты положил ей руку на голову, спасибо тебе.

Я обнял её.

— Я обещаю, что поставлю её на ноги. А теперь, поехали домой.

Мы направились к выходу, и в холле, чуть не наткнулись на группу медсестёр. Они отскочили, и быстро стали расходиться, как и в первый раз, перешёптываясь между собой и хихикая. Наташа недовольно посмотрела на них.

— Чего это они наблюдают за нами?

Я обнял её за талию.

— Не обращай внимания, женское любопытство.

На обратном пути, Наташа спросила у меня:

— Эмиль, почему главврач назвал тебя «господином» и «великим человеком», ты что, так знаменит?

Я посмотрел на неё и улыбнулся.

— Ну да, наверно. Но я себя таким не считаю, хотя меня знает весь мир, как талантливого нейрохирурга.

— Ого! — воскликнула она. — А ты мне про это не рассказывал! Тебя и правда, знают во всём мире? Ты знаменит?!

Я пожал плечами.

— Знаменит. Но я не считаю себя, среди людей, кем-то особенным. Ведь люди со своими способностями не могут тягаться со мной. Вся моя заслуга, в нечеловеческих способностях, поэтому, я не считаю себя великим человеком, так как я не человек. Хотя, будь я человеком, я действительно мог бы считаться великой знаменитостью.

Наташа заулыбалась.

— Понятно, звёздной болезни у тебя нет.

— Согласен, нет, — подтвердил я. — Я думаю, что слава мне не нужна, я ведь не старею, поэтому мне придётся оставить эту профессию.

— И кем ты хочешь стать, после нейрохирурга? — спросила она.

— Не знаю пока, но я подумаю.

Глава 33

На следующий день, мы поехали на вокзал встречать её родителей. Наташа заметно нервничала, то и дело ломая пальцы и кусая губы.

— Почему ты так переживаешь? — спросил я.

Она опустила голову и тяжело вздохнула:

— Не знаю. Боюсь, что родители заберут меня домой, а я этого не хочу. Папа у меня человек серьёзный, и спорить с ним бесполезно, он всегда настоит на своём, хочет этого человек или нет. Мама может остаться с бабушкой, пока та не поправится, или они захотят забрать её к себе.

— Так это же хорошо! Бабушка у тебя человек пожилой, ей не помешает присмотр твоих родителей, — ответил я.

— Да, конечно, ты прав. Но я не хочу уезжать отсюда сейчас. И если бабушку заберут в город, к кому я буду приезжать сюда? Здесь у меня больше нет никого, кроме неё.

Я промолчал, потому что наше будущее с Наташей было неясным, и я не знал, что ей ответить. Мы подъехали к зданию вокзала и стали ждать прибытия поезда.

— Как мне представить тебя своим родителям? — вдруг спросила Наташа.

Вот об этом, в своё время, я и не подумал. А действительно, как? Будущее казалось неясным. В каком качестве я предстану перед родителями Наташи? Я немного подумал и ответил:

— Представь меня как своего друга. Я надеюсь, тебя это не обидит? Ты же знаешь моё мнение на этот счёт.

Она опустила голову, потом посмотрела на меня.

— Хорошо. «Друг», это тоже неплохо, по крайней мере, лучше, чем «никто», — она грустно улыбнулась. — Пора, поезд подходит, — она вышла из машины и направилась в зал ожидания, я последовал за ней.

В зале ожидания, навстречу нам направились мужчина и женщина, с большой чёрной сумкой. Увидев нас, женщина всплеснула руками.

— Наташенька, доченька, как я рада тебя видеть!

Они обнялись, а мужчина искоса посмотрел на меня и сказал дочери:

— Наташа, познакомь нас со своим спутником.

Она отстранилась от матери и взяла меня за руку.

— Мама, папа, это мой друг, Эмиль Кейн.

Эмиль, познакомься с моими родителями: Николай Андреевич и Ольга Евгеньевна.

Я протянул руку, и отец Наташи пожал её.

— Очень приятно, — произнёс он, подозрительно глядя на меня.

Мама Наташи тоже пожала мне руку.

— Наташа рассказывала мне про вас, рада познакомиться.

— Я тоже рад, познакомиться с родителями Наташи, — я указал в сторону выхода: — Прошу вас, там стоит мой автомобиль, я отвезу вас, куда скажете.

Когда мы подошли к машине, Николай Андреевич удивлённо поднял брови.

— Бентли?! Дорогая машина! — и вопросительно посмотрел на дочку. — Эмиль, будьте любезны, отвезите нас в деревню, — попросил он.

Я кивнул, помог загрузить багаж и сел за руль.

— Так что там произошло с бабушкой, Наташа? Расскажи, — попросил он дочь, когда мы выехали с территории вокзала.

Наташа вкратце рассказала о происшедшем, и добавила: — Эмиль будет ездить с нами в больницу каждый день, и лечить бабушку.

— Эмиль будет лечить бабушку? — переспросила Ольга Евгеньевна.

— Да, мама. Эмиль врач, работает в Москве, а сюда приехал к брату в отпуск, я тебе уже говорила, кем он работает.

— Вы работаете врачом в Москве? — удивлённо спросил меня Николай Андреевич.

— Да. Нейрохирургом, — подтвердил я.

— И вы лечите нашу бабулю? — опять спросил он.

— Она лежит в областной больнице, её там лечат местные врачи. Я просто дал несколько рекомендаций главврачу, по поводу лечения, и дело пошло на поправку быстрее, чем мы ожидали, — ответил я.

— Это очень любезно с вашей стороны. Но позвольте узнать, почему главврач областной больницы, прислушивается к вам?

— Папа, Эмиль известный нейрохирург во всём мире, его знают везде! Если не веришь, можешь спросить у главврача Спиридонова, — вмешалась Наташа.

— Вот как?! Такой молодой, и уже так популярен? Браво молодой человек, вы поистине талантливы! — он одобрительно посмотрел на меня и добавил: — Теперь я понимаю, откуда у вас такая дорогая машина. А то я уже грешным делом, извините меня за прямоту, подумал, не бандит ли вы? — и он рассмеялся низким, хрипучим смехом. — Ну, мы ещё успеем с вами побеседовать, я надеюсь.

— Конечно, Николай Андреевич, обязательно побеседуем, — пообещал я.

— Эмиль, кем работает ваш брат в этой деревне?

— Он лесник. Его дом в лесу, в десяти километрах от деревни, — ответил я.

— Очень интересно! Дом в лесу, это замечательно! А, как зовут вашего брата? — Николай Андреевич засыпал меня вопросами.

— Вильем Кейн, папа. Хватит уже доставать Эмиля расспросами, как на допросе прямо, — недовольно сказала Наташа.

Ольга Евгеньевна мельком посмотрела на мужа и поджала губы, как часто делает и Наташа, и я улыбнулся такому сходству.

— Наташа, не сердись на родителей, они должны знать, с кем водит дружбу их дочка, — я повернулся и улыбнулся ей.

— Здраво рассуждаете, Эмиль. Я рад, что вы понимаете нас, — поддержал меня Николай Андреевич.

Я свернул на просёлочную дорогу, до дома оставалось километров пять. Около дома Марии Михайловны, отец Наташи выгрузил багаж.

— Эмиль, вы не могли бы завтра отвезти нас в больницу?

— Конечно, отвезу. Я и сам хотел предложить вам, тем более мне самому нужно будет там быть, чтобы проследить ход лечения, — ответил я.

Он пожал мне руку.

— Спасибо, что заботитесь о ней. Может, зайдёте к нам? Пообедаем, чаю попьём, а может и чего покрепче?

— Спасибо большое, но мне надо ехать, — как можно вежливей отказался я. Мне действительно было некогда, я обещал Вильему помочь в поисках браконьеров, что накануне убили медведицу с медвежонком.

— Ну, тогда до завтра, Эмиль. И ещё раз спасибо.

Родители Наташи направились в дом, а она осталась в машине.

— Эмиль, мне так не хочется с тобой прощаться, но я должна быть со своими родителями, — она грустно улыбнулась и уткнулась мне в плечо.

— Мы будем видеться каждый день, милая. Должен же кто-то возить вас в больницу, тем более, я обещал твоей бабушке, что буду навещать её каждый день, — я погладил её по щеке.

— Конечно. Но наедине, мы теперь не останемся, папа у меня уж больно бдительный. Вот увидишь, он ещё попытается выудить из тебя всю информацию, по поводу наших с тобой отношений.

— Я найду, что ему ответить, — я нагнулся и поцеловал её в губы. — Ну, всё, иди, а то это уже неприлично, ты слишком долго задержалась в моей машине, родители будут волноваться, — я шутливо дотронулся до её носика.

— Эмиль, я люблю тебя, — быстро сказала она и выскочила из машины, прежде чем я смог ей ответить. Возле калитки она обернулась и послала мне воздушный поцелуй.

Глава 34

Я приезжал к ним каждый день и отвозил их в больницу. Родители Наташи восхищались VIP палатой, в которой лежала Мария Михайловна, и хвалили главврача за хороший уход за ней. Я попросил Тимофея, чтобы он не говорил, почему Мария Михайловна лежит в таких комфортных условиях, и он с большой охотой принимал всю похвалу на себя, всё время повторяя:

— Делаем всё что можем, пациент превыше всего.

Когда родители Наташи уходили из больницы, я под предлогом, что надо поговорить с главврачом, возвращался в палату к Марии Михайловне, и через свои природные способности, восстанавливал её повреждённые сосуды мозга. Она удивлялась, что после того, как я прикладывал к её голове руки, ей становилось лучше с каждым днём, но своих выводов насчёт этого не делала.

Через десять дней её выписали вполне здоровой. Главврач удивлялся, как она могла так быстро оправиться после тяжёлой болезни, но принимал это всё на свой счёт, нисколько не стесняясь хвалиться этим. Я был рад, что никто, ничего необычного за мной не заметил, лишнее подозрение мне было ни к чему. После выписки Марии Михайловны, всё семейство Шведовых, я привёз в деревню, и отец Наташи настоял, чтобы я присоединился к ним за ужином. Я знал, что он хочет со мной поговорить о наших с Наташей отношениях, и уже в голове обдумывал ответы на его вопросы. Женщины начали готовить ужин на кухне, а мы с Николаем Андреевичем расположились на веранде, где было прохладно и уютно.

— Эмиль, я вижу, что ты серьёзный парень, и пойми меня правильно, я как отец, очень переживаю за свою дочь. Наталья у нас единственный ребёнок, — он замолчал, подбирая слова. — Парня у неё никогда не было, насколько я знаю. Она у нас девушка скромная и наивная как ребёнок, готовая верить всем и всему, — он опять замолчал, не решаясь задать прямой вопрос. — Ты для неё взрослый, шесть лет разница… — он запнулся, потом махнул рукой. — Ладно, Эмиль, буду говорить начистоту. Какие у тебя намерения насчёт Натальи? У вас серьёзно или как? — он пристально посмотрел на меня.

Мне не хотелось лукавить, но и всей правды я сказать тоже не мог.

— Николай Андреевич, у меня к вашей дочери, самые серьёзные намерения. Мне не хотелось бы, чтобы она страдала, я не хочу делать больно. Но есть ряд обстоятельств, по которым мы, возможно, не сможем быть вместе.

Он вскинул подбородок.

— Говори, что за обстоятельства?

Я продолжил.

— Наташе надо учиться, а я не всегда могу быть с ней рядом, по причине того, что часто уезжаю за границу, и эти командировки длятся от шести месяцев до года. Сами понимаете, симпозиумы, встречи, обмен опытом, а иногда помощь людям, живущим вдали от цивилизации по всему миру. Я не могу ничего вам обещать, но по своей воле, я никогда не сделаю Наташе больно. Я хочу в первую очередь, чтобы она была счастлива. Мы с ней ещё не говорили насчёт этого, но я думаю, она меня поймёт.

— Спасибо, Эмиль, что был со мною откровенен и сказал всё как есть, ничего не обещая. Я ценю прямолинейных людей. Вот только, как она воспримет всё это? Прости меня за мою нескромность, у вас с ней было что-то? — он смутился от своих слов, чувствуя себя неловко.

— Я очень люблю вашу дочь, и никогда не позволю себе такое, зная, что обстоятельства могут нас в дальнейшем развести по жизни, — я говорил и смотрел ему в глаза.

— Спасибо. Я вижу, ты парень высоких моральных принципов, тебя хорошо воспитали родители. Поговори с ней об этом, надеюсь, она поймёт тебя.

На веранду вошла Ольга Евгеньевна.

— Так мужчины, хватит сидеть тут, ужин на столе, прошу в гостиную. Она приветливо мне улыбнулась и жестом пригласила пройти в дом. За ужином она спросила у мужа:

— Николай, что мы будем делать? Наташу с бабушкой надо забрать в город, они не могут больше здесь оставаться.

— Я никуда не поеду! Я здесь родилась, я здесь и умру! — вступила в разговор Мария Михайловна.

— Мама, нам надо уезжать, а тебе нужен уход после болезни, мы не можем оставить тебя здесь, — пыталась убедить её мама Наташи.

— Я вполне здорова. Спасибо Эмилю, он поставил меня на ноги, и я никуда не поеду, — категорично заявила она.

— Николай, что ты молчишь? Скажи ей что-нибудь, — обратилась Ольга Евгеньевна к мужу.

— Пусть остаётся, если хочет. Не можем же мы силой увезти её отсюда, — ответил он.

— Ну, хорошо. А Наташа? Её то мы должны забрать, раз мы приехали. Ей всё равно скоро уезжать учиться, — она искоса посмотрела на меня.

Я заметил, как замерла Наташа, услышав, что её хотят забрать.

— Мама, мне ещё не скоро ехать учиться, я бы хотела остаться у бабушки до конца лета, — с надеждой произнесла она, и в её глазах появилось отчаяние.

— Как отец скажет, — Ольга Евгеньевна кивнула на мужа.

Николай Андреевич отложил вилку и нож в сторону.

— Наташа тоже остаётся.

— Как остаётся?! — возмутилась она.

— Вот так, остаётся и всё, — он встал из-за стола и бросил короткий взгляд на меня.

Я понял, что он это сделал для нас с Наташей, чтобы у нас было время выяснить всё до конца. Он не мог забрать дочь сейчас, когда она так сильно влюбилась в парня, который возможно не сможет быть с ней рядом. Он дал нам шанс, решить нашу дальнейшую судьбу.

Наташа, услышав ответ отца, заулыбалась и, подскочив со стула, чмокнула его в щёку:

— Спасибо, па.

Отец обнял её и похлопал по спине, обращаясь к жене:

— Собирай вещи, завтра мы уезжаем.

На следующий день я отвёз их на вокзал. Наташа с мамой о чём-то в сторонке беседовали, а мы с Николаем Андреевичем отошли ближе к дорожному кафе, ожидая прибытия поезда.

— Эмиль, я знаю, что ты всё сделаешь правильно, ты взрослый и умный парень. И чтобы у вас с Наташей не вышло, я всегда буду тебя уважать. Но, а если честно, то я рад бы видеть тебя в качестве зятя, — он пожал мне руку.

— Спасибо за доверие, Николай Андреевич. Я очень люблю Наташу, но вы сами понимаете… — я не нашёл подходящих слов объяснить ему.

— Я всё понимаю, ты мне говорил об этом, и ни в чём тебя не виню, только прошу тебя… — он смутился.

— Говорите, Николай Андреевич, мы свои люди, — поддержал его я.

— Я хотел сказать… в общем, у меня к тебе просьба, — он тяжело вздохнул.

— Я слушаю, говорите, сделаю всё, что в моих силах.

— Эмиль, присмотри тут за Натальей, и… ну, в общем, не трогай её, пока у вас всё не прояснится в ваших отношениях, — он с облегчением выдохнул.

— О чём речь, Николай Андреевич! Я и не думал об этом. Наташа, прекрасная девушка, и она достойна лучшего. Если она и достанется кому, то только законному мужу. Может в этом плане я старомоден, но я считаю это правильным, — я тоже, как и он с облегчением выдохнул из лёгких воздух, всё-таки разговор на такие интимные темы с родителями, даются не просто.

— Я рад Эмиль, что мы понимаем, друг друга, это многого стоит. Рад знакомству с тобой, ну и конечно, мой дом, твой дом, приезжай к нам, всегда будем тебе рады, — он обнял меня и похлопал по спине. — Поезд идёт, пора прощаться.

Прибыл поезд, и Николай Андреевич с супругой вошли в вагон. Наташа долго махала рукой родителям, пока поезд не скрылся за ближайшей скалой.

На обратном пути, она прижалась щекой к моей руке.

— Мы опять вместе, — со счастливой улыбкой сказала она.

Маленькая, милая девочка, наивная в своём возрасте, не понимала, что в жизни бывают не только белые полосы, но и чёрные, которые подчас трудно пережить. В её жизни ещё не было ни горя, ни отчаяния, ни страданий, она смотрела на мир с широко открытыми глазами. Я погладил её по руке.

— Да, пока. Но она не заметила, ни моего тяжёлого вздоха, ни грусти в моих глазах.

Наташа

Глава 35

Эмиль приезжал к нам с бабушкой каждый день. Каждый раз, заслышав шум машины, я выбегала из дома, чтобы встретить его у калитки. Бабушка тоже, всегда с радостью встречала Эмиля, норовя каждый раз накормить его пирожками с капустой или с картошкой. Он не отказывался, боясь расстроить старушку, и с аппетитом уплетал свежеиспечённые пирожки.

Всё текло своим чередом, и Эмиль уже думал, что я забыла о том, что хотела поговорить с его родственниками. Но в один прекрасный день я напомнила ему об этом.

— Эмиль, я хотела бы поговорить с твоими сёстрами. Ты помнишь? Он сидел на диване и смотрел передачу по телевизору, пока я готовила еду на кухне.

— Конечно, помню. Когда?

— Сегодня вечером, если ты согласен, — я села с ним рядом, и положила голову ему на плечо. — Я хочу знать всё про твой народ, и выяснить, какие шансы у нас есть.

Он покачал головой.

— Конечно, Аврора тебе расскажет много легенд о нашем народе, но подтверждений этим историям нет. Я склонен думать, что это фантазия людей.

— Посмотрим, — я чмокнула его в губы и вышла из комнаты.

Вечером, Эмиль привёз меня в дом Вильема. Аврора и Фрейя, увидев подъезжающий автомобиль, выбежали во двор встречать нас. Аврора, раскинув руки, обняла меня.

— Как долго ты не была у нас, Наталья! Я рада видеть тебя, дорогая!

Фрейя тоже подошла и заключила меня в объятия.

— Тебе, Наташа, стоило почаще навещать нас.

— Конечно, надо бы чаще, но сейчас времени мало, за бабушкой надо приглядывать, — я тоже была рада видеть сестёр Эмиля, и не скрывала это. — А где Вильем и Эрик? — спросила я.

Аврора махнула в сторону леса.

— Ах, уехали браконьеров ловить, кто-то начал отстреливать лосей, а охотничий сезон ещё не открыт. Ну, пойдём в дом, поболтаем, — она потянула меня в дом, не обращая на брата внимания.

Я рада была повидаться с сёстрами Эмиля, они мне нравились. Фрейя, конечно, была не очень многословна, но она производила впечатление хорошей, доброй лады. Она всегда внимательно выслушивала меня, давая короткие, но дельные советы. Аврора, напротив любила поболтать, и всегда высказывала своё мнение, даже если кто-то был против этого, но она ничуть не смущалась, щедро раздавая советы. Аврора была позитивной ладой, её воодушевление меня заражало, давая надежду на будущее.

Эмиль ушёл ставить машину в гараж, а мы пошли в комнату Авроры, чтобы поговорить. Когда мы удобно расположились в креслах, она спросила:

— Ты хочешь с нами поговорить?

Я кивнула головой.

— Вот только не знаю, с чего начать.

Она ободряюще мне улыбнулась.

— Начни с самого главного. Что тебя тревожит? Для чего тебе эта информация о нашем народе? Если будешь с нами откровенна, нам легче будет тебя понять, и мы подумаем, как тебе помочь.

Я не знала с чего начать разговор, и будут ли Аврора с Фрейей со мной откровенны до конца. После того случая в этом доме, когда я узнала, что они бессмертны, я впала в депрессию, хотя старалась не показывать этого.

«Они бессмертны! А я смертная! Они не стареют, после двадцати четырёх лет, а я состарюсь. Какое будущее нас ждёт с Эмилем?» — крутилось у меня в голове. Этот вопрос я задавала себе, тысячу раз, и не находила ответа. Эмиль при разговоре мрачнел и твердил, что будущего у нас нет, но я в это не верила. Он хочет, чтобы я была счастлива без него, чтобы я познала простое человеческое счастье, но я не хотела этого. Я люблю его, и без него жизнь превратится в муку. Я была уверена, что я никогда больше не полюблю другого. Я чувствовала, что выход есть. Но какой, мне предстояло это выяснить. Я взяла себя в руки и начала:

— Вы знаете, как я люблю Эмиля и как он любит меня.

Аврора кивнула головой:

— Да, конечно, знаем.

Я сглотнула и продолжила дальше:

— Я не знаю, что можно предпринять в этом случае. Как мы можем остаться вместе? И я хотела бы услышать ваши версии, если конечно они у вас есть.

Аврора подошла и обняла меня за плечи.

— Наташа, Эмиль не может стать смертным, это я точно знаю. Но, что касается тебя, то тут есть варианты, правда непроверенные.

— Говори! — нетерпеливо попросила я, ухватившись за эту тонкую ниточку.

Она продолжила:

— Я уже говорила про это Эмилю, но он категорически против, считает, что все эти рассказы, просто выдумка людей, и не хочет рисковать твоей жизнью. Он готов тебя отпустить, чтобы ты была счастлива, как человек, чем пытаться сделать из тебя ладу.

— Из меня ладу? — удивилась я. — А это возможно?

— Точно не знаю. Но об этом говорят легенды. Боги брали себе в жёны земных женщин, и они рожали им детей, полубогов, полулюдей. Есть ещё одна легенда, в которой говорится, что их жёны принимали амброзию, которой они кормили своих детей, и они перевоплощались в лад. Я считаю, что эти легенды небезосновательны, — сделала заключение Аврора.

В разговор вмешалась Фрейя:

— А если это не так? Мы не можем быть уверены на сто процентов. А если она умрёт? Да и Эмиль не пойдёт на это!

— Мы должны дать шанс Наталье, и ты это знаешь, Фрейя! Если Эмиль потеряет её, то мы потеряем брата, он не сможет без неё жить, как не смог жить без Люси наш брат Алан!

— У вас был ещё один брат? — удивилась я.

— Да. Алан. В далёком прошлом. Он, как и Эмиль, влюбился в смертную женщину, Люси. Но её похитили демоны. Она вернулась, но вскоре умерла от горячки. Алан пытался её спасти. Он приложил все свои способности, но раны на её теле, и в её душе, были смертельными, и он не смог.

Я встрепенулась.

— Я слышала эту историю от Раисы Арионовны, но она ничего не говорила про вашего брата, и то, что Люси была влюблена в леля.

Фрейя встала и подошла к столу, из ящика которого она вытащила небольшой портрет и протянула мне.

— Это наш брат Алан и Люси, незадолго до гибели. Наш семейный художник нарисовал этот портрет.

На меня смотрел молодой мужчина, с синими глазами, очень похожего на Эмиля. Рядом с ним стояла стройная, черноволосая девушка, они держались за руки.

— Я видела его на семейном портрете, который висит над камином! — вспомнила я. — Как ваш брат погиб?

— Он один пошёл к демонам, и сражался с ними, пока они не одолели его, но на тот момент, он много демонов убил, — Фрейя замолчала и стряхнула слезу. — Он знал, что умрёт, но жажда мести, и то одиночество, которое его ожидало после Люси, не оставляло ему выбора. Вернее выбор был, умирать медленно от тоски, или быстро, в бою с демонами. Он выбрал второй вариант. Мы не знали, что он пошёл в их логово, иначе присоединились бы к нему. Ряды демонов тогда сильно поредели, и они просто сбежали отсюда, боясь, что мы перебьём их жалкие остатки.

Я сидела молча и слушала раскрыв рот. Всё казалось нереальным, всё было как во сне. Фрейя повернулась ко мне.

— Тебе надо уезжать отсюда. Влад Блейк не оставит тебя в покое, может начаться ещё одна война. И тогда, опять многие погибнут. Как погибли наши родители, Алан и как Сьюзен… — она не договорил, и замолчала, но я тогда не придала значения тому, кто такая Сьюзен.

— Нет! — запротестовала я, услышав, что мне надо уехать. — Я не могу уехать, я не могу оставить Эмиля, я умру без него!

— Если ты уедешь, он сможет жить, возможно. Но, если с тобою случится беда, и до тебя доберётся Блейк, Эмиль, как и Алан, пойдёт уничтожать демонов, и пока не погибнет, не остановится. Мы не хотим терять ещё одного брата, — почти прошипела Фрейя, гневно смотря на меня. — Как ты думаешь, почему мы здесь?

Я пожала плечами, не зная, что сказать.

— Из-за тебя и Эмиля. Вильем всё рассказал нам. Мы знаем, чем всё это может закончиться, — глаза Фрейи стали тёмно-синими.

— Сестра, успокойся. Эмиль сам решит, оставаться Наташе, или нет, — вступилась за меня Аврора.

Но я не сердилась за это на Фрейю, я знала, что она просто хочет защитить брата.

— Может есть выход? Например, если я приму амброзию? Помоги мне Аврора, достань мне амброзию, я на всё пойду ради него, — я умоляюще смотрела на неё.

— Похвально с твоей стороны, Наташа, что ты готова пойти на такую жертву, ради моего брата. Но если это не сработает? Да Эмиль, меня даже убивать не будет, он просто меня живьём закопает! — занервничала она.

— Аврора, ты же веришь этим легендам, и я тоже верю, а значит — это правда. Аврора, пожалуйста, помоги.

Она немного помолчала, потом повернулась ко мне.

— Очень рискованно, я подумаю и посоветуюсь с братьями, мы без лелей ничего не решаем, — сказала она.

Фрейя фыркнула и вышла из комнаты. В коридоре послышались шаги, в дверь постучали.

— Входи, Эмиль, — крикнула Аврора.

Эмиль вошёл и окинул нас тревожным взглядом.

— Ну, поговорили? Я надеюсь, ты, Аврора, не перегнула палку? — он подозревал что, она может мне рассказать, так как сам разговаривал с ней на эту тему.

Аврора молчала. Эмиль сердито посмотрел на неё.

— Не заставляй меня лезть к тебе в голову, Аврора, лучше сама расскажи.

— Я не советовала ей того, чего ты сам бы не хотел. Но я рассказала ей всё, как есть, — она посмотрела на брата вызывающе, давая понять, что ничего лишнего она себе не позволила. — Пусть она сама решит, что ей с этими знаниями делать, — Аврора кивнула в мою сторону.

— Никто эти вопросы не будет решать без меня, — спокойно сказал Эмиль и посмотрел на меня.

Я поджала губы, но сдаваться не собиралась.

— Я сама решила, что делать, Аврора тут ни при чём.

Он вскинул брови.

— Ого, с этого места попрошу поподробней! Хотя, дайте, я сам догадаюсь. Амброзия, верно! Дело всё в ней, не так ли?

Я кивнула головой. Глаза Эмиля потемнели.

— Аврора, не смей! — угрожающе сказал он.

— Расслабься, Эмиль, это ещё не решение, а просто желание Натальи, — ответила она.

Эмиль взял меня за руку и вывел из комнаты. Он нервно ходил взад и вперёд по гостиной, о чём-то размышляя. Я следила за ним глазами, боясь произнести хоть слово, чтобы ещё больше не огорчить его. Затем он сел со мною рядом.

— Наташа, это очень рискованно, подумай о своих родных, о маме с папой, о бабушке. Каково им будет, если с тобой, что-то случится, — Эмиль взял меня за руку и с болью посмотрел мне в глаза.

— Но я не могу всю жизнь прожить с ними! Я всё равно когда-нибудь покину свой дом, и…

— Но ты будешь жива! — перебил он меня.

— Если тебя не будет рядом, Эмиль, это вряд ли можно будет назвать жизнью. Давай поговорим с твоими братьями и узнаем их мнение, — предложила я.

— Хорошо, как скажешь. Но навряд ли они тебе скажут что-нибудь новое, чего не сказала тебе Аврора.

— Ну, мы всё-таки попробуем, хорошо, Эмиль?

Он закрыл ладонями лицо.

— Хорошо.

— Я думаю, мы поговорим с ними завтра, когда они будут дома. Ты же приедешь завтра ко мне?

— Конечно, приеду, — не отрывая ладоней от лица, ответил он.

— Вот и хорошо. А теперь мне пора домой.

Эмиль встал.

— Наташа, я прошу тебя, подумай над своим решением хорошо, не пожалеешь ли ты об этом позже.

— Эмиль, я всё решила для себя, и не будем больше об этом.

Он потряс головой, отгоняя дурные мысли.

— Подожди, я машину подгоню, — и вышел.

Назад мы ехали молча, каждый думал о своём. Около моего дома Эмиль остановил машину.

— Я завтра заеду, как обычно в пять часов вечера.

— Хорошо, Эмиль, — я пододвинулась к нему ближе и обняла его. — Я люблю тебя.

Эмиль подтянул меня к себе, отодвинув назад кресло, и посадил меня к себе на колени.

— Детка, я не знаю, как жить без тебя.

— У нас есть шанс, — прошептала я ему на ухо.

Он ничего не ответил, лишь сильней прижал меня к своей груди, целуя меня в губы. От его настойчивых, нежных губ, я чуть не задохнулась.

— Эмиль, Эмиль, если я не умру от амброзии, то ты задушишь меня в своих объятиях и поцелуях, — смеясь, сказала я.

— Прости, увлёкся, — он ещё раз поцеловал меня и посадил на пассажирское сиденье. — Ну, всё, беги домой, завтра в пять я приеду.

— Я буду ждать тебя, — я чмокнула его в нос и вышла из машины.

Глава 36

Бабушка сидела на кухне и вязала носки.

— Наташенька, чего так рано? Могла бы ещё погостить у Эмиля, время то ещё, восемь часов только.

— Завтра ещё нагощусь. Эмиль приедет за мной в пять часов.

— А, ну тогда ладно, — она отложила вязанье и принялась накрывать на стол.

— Бабуль, ты бы сидела, я сама могу накрыть стол, — забеспокоилась я.

— Не переживай, внучка, я хорошо себя чувствую, всё время сидеть надоедает, — махнула она рукой.

Поужинав, бабушка пошла к себе в комнату, бормоча себе под нос о том, как тяжело пожилым людям жить. Я улыбнулась, вспомнив, что она на это жалуется столько, сколько я её помню. Помыв посуду, я тоже пошла в свою комнату, по пути заглянув к ней.

— Бабуль, всё нормально? Тебе ничего не надо? — поинтересовалась я.

— Иди уж, отдыхай, стрекоза, — вздохнув и перевернувшись на другой бок, сказала она.

Я улыбнулась, давно меня бабушка не называла стрекозой, в детстве это было чаще. Уже лёжа в постели, я стала вспоминать наш разговор с Авророй.

«Амброзия. Что интересно это такое? И почему Эмиль думает, что я могу умереть, приняв её?»

Легенды, про лелей и лад, оказались правдой, и я была уверена, что и другие легенды не врут. Я должна рискнуть, иначе нам с Эмилем не быть вместе. Но где же я её возьму? Оставалось одно — уговорить его братьев. Одна только мысль, что мы можем расстаться с ним, приносило мне душевную боль и страх. Я должна уговорить Эмиля, чтобы Аврора привезла мне эту амброзию, иначе… — я не хотела об этом думать, что будет если «иначе». Я зарылась лицом в подушку и стала отгонять дурные мысли от себя. В этот вечер я не заметила, как уснула.

На следующий день, Эмиль приехал ровно в пять. Бабушка уже стояла на крыльце и ждала его.

— Эмиль, внучек, как я рада, что ты приехал!

Эмиль наклонился и поцеловал её в щёку.

— Я тоже рад вас видеть во здравии, Мария Михайловна. Наташа дома?

— А где же ей ещё быть? Дома, конечно. Сейчас спустится. А ты заходи в дом.

Когда я спустилась, они сидели в гостиной и о чём-то беседовали.

— Не помешаю? — с улыбкой спросила я и, подойдя к Эмилю, поцеловала его в щёку.

— Привет, красавица. Присоединяйся, не помешаешь, — Эмиль усадил меня с собою рядом и обратился к моей бабушке: — Мария Михайловна, вы вполне здоровы, и мне теперь не надо навещать вас каждый день, только берегите себя. Не надо много работать, отдыхайте больше.

— Спасибо тебе, Эмиль, за всё, — бабушка смахнула набежавшую слезу.

— А вот плакать вам, тоже противопоказано, — сказал он.

— Так это я от счастья, — заулыбалась бабуля.

— Нам пора ехать, — Эмиль посмотрел на меня. — Ты готова?

— Готова, поехали, — я встала с дивана.

— Ой, Эмиль, а я даже тебя ничем не угостила, — засуетилась бабушка.

— В следующий раз, Мария Михайловна. Нам с Наташей пора ехать, извините.

— Ну, что же, тогда в следующий раз. Приезжай, Эмиль, я напеку тебе пирожков, как ты любишь.

Он засмеялся.

— Спасибо вам за пирожки, они действительно очень вкусные.

Когда мы садились в машину, она крикнула нам:

— Осторожно там на дорогах.

— Твои братья дома? — спросила я у Эмиля, когда мы выехали из деревни.

— Да, и они ждут тебя, — ответил он.

— Надеюсь, они поймут меня и пойдут мне навстречу, — вздохнула я. Эмиль нахмурил брови, но промолчал.

Вот и дом Кейнов. Навстречу нам выбежал Барт, весело виляя хвостом. Следом за собакой вышли из дома Эрик и Вильем. Вильем помахал нам рукой.

— Рады видеть тебя, Наталья, у нас, — сказал он с улыбкой, когда мы вышли из машины.

Эрик улыбнулся мне и пожал руку.

— Добро пожаловать в наше скромное жилище.

— Я тоже рада видеть вас всех, — ответила я.

— Пройдём в дом, там тебя ждут Аврора с Фрейей, — Вильем жестом пригласил меня в дом.

Увидев меня, Аврора вскочила с дивана и обняла меня.

— Привет, Наталья, рада видеть тебя!

Фрейя более сдержанно сказала:

— Я тоже рада видеть тебя. Наташа, мы решили собраться все вместе и обсудить твою проблему, если ты не против.

Я пожала плечами.

— Отчего же, я согласна, так даже лучше будет.

Аврора усадила меня на диван рядом с собой.

— Мы рассказали Вильему и Эрику, о нашем разговоре, они в курсе происходящего.

— Отлично! — я посмотрела на братьев. — Но, и какое у вас мнение на этот счёт?

Вильем потёр переносицу.

— Вообще-то я думаю, это неплохая идея. Это даст преимущество Эмилю жить дальше. Но, это очень рискованно, легенды могут оказаться блефом. Мы имеем только непроверенные факты. О конкретных случаях, обращения женщин в лад, мы не знаем. Возможно ли такое?

— Эрик? — я посмотрела на него.

— Я согласен с Вильемом, это очень рискованно. И всё равно, последнее слово будет за Эмилем. Как скажет он.

— И всё? — с безнадёжностью спросила я.

— Нет, не всё, — Эрик подошёл и сел рядом. — Мы решили поговорить с другими лелями и ладами, может, кто-то из них знает о таких случаях. Аврора и Фрейя поедут к себе на Урал, и будут искать информацию там. Я поеду на Карпаты, попробую там разузнать что-нибудь об этом. Вильем будет искать в интернете, общаясь с другими Небесными, и тщательно изучая легенды нашего народа. Эмиль, — обратился он к нему, — тебе в Москве. Но, если эта информация подтвердится на сто процентов, всё равно, последнее слово останется за Эмилем.

— Так это будет не скоро? — моего отчаяния невозможно было скрыть.

— К сожалению, не скоро, — ответил Вильем. — Эмилю всё равно надо ехать в Москву, если ты помнишь, у него там работа. А возможно даже за границу, что не исключено. Мы должны проверить все источники данной информации.

— Значит, расстаться нам всё-таки придётся, — я опустила голову, слёзы наворачивались у меня на глаза.

— Надеюсь ненадолго, если всё будет хорошо, — попытался приободрить меня Эрик.

— Спасибо вам всем, за то, что помогаете нам, — тихо сказала я.

Вильем подошёл и взял меня за руку.

— Наташа, это пока всё, что мы можем сделать для вас.

Я кивнула головой, еле сдерживая слёзы. Эмиль тихонько присел возле меня, и обнял за плечи.

— Прости, это единственный выход.

Мы молча сидели на диване, обнявшись. Когда я подняла голову, в гостиной никого не было, кроме нас с Эмилем.

— Можно, я поеду с тобой? — в надежде спросила я.

— Прости, нет, — Эмиль тяжело вздохнул.

— Почему?! — в отчаяние произнесла я.

— Я разговаривал с твоим отцом, и обещал ему не делать тебе больно. А если ты поедешь со мной, я дам ему повод думать, что я женюсь на тебе. А если все эти истории с амброзией выдумка? Прости, но мы не сможем быть тогда вместе.

— Почему? — опять спросила я.

— Да потому, что через сто лет, и даже больше, я буду выглядеть всё также. Мне вечно будет двадцать четыре года, а ты… — он запнулся, — ты сама понимаешь, тебе зрелой женщине, не нужен будет молодой мальчик.

— Как и тебе не нужна будет старуха, — добавила я с горечью. Это была жестокая правда, от которой у меня ныло сердце.

— Не хочу обнадёживать твоего отца и тебя тоже, поэтому ты останешься учиться в Питере, — решение Эмиля было окончательным.

Я уткнулась ему в плечо и заплакала.

— Ну-ну, детка, это ещё не конец, мы ещё поборемся за своё счастье, — Эмиль вытирал мне слёзы, заглядывая мне в глаза. Потом он положил свою руку мне на голову и прижал к себе. — Тихо, тихо, успокойся, — приговаривал он.

Его способность успокаивать людей, подействовала на меня, и вскоре я начала дышать спокойно и ровно, а слёзы перестали литься из моих глаз.

— Эмиль, ты всегда будешь любить меня?

— Да, родная, всегда.

Я вздохнула.

— Я тоже буду любить тебя всегда.

В гостиную вошла Аврора.

— Извините, я не помешаю?

— Нет, конечно, заходи, — пригласил Эмиль.

Она подошла и села рядом.

— Мы собираемся кататься на лошадях, вы не присоединитесь к нам?

— Спасибо, Аврора, но мне надо ехать домой к бабушке, как-нибудь в следующий раз.

— Наташа, я хочу, чтобы ты приезжала к нам почаще, хотя бы ненадолго, — попросила она.

— Аврора, я буду приезжать к вам, как только смогу.

Она подошла ко мне и поцеловала в щёку.

— До встречи. Мы будем ждать тебя.

— Ты хочешь поехать домой прямо сейчас? — спросил Эмиль.

— Да. Если ты свободен, отвези меня. За бабушку переживаю, как бы она снова не упала где-нибудь.

Эмиль улыбнулся.

— Наташа, твоя бабушка вполне здорова, это я тебе говорю как врач, и как лель, у которого есть способность распознавать все болезни людей.

— Спасибо, Эмиль. Но, я это делаю скорее для своего спокойствия, я знаю, что ты её вылечил.

— Тогда поехали к твоей бабушке, — Эмиль достал из кармана ключи от машины. — Поехали?

Эмиль подвёз меня к дому, и поцеловал на прощание.

— Завтра увидимся?

— Обязательно увидимся, Эмиль. Во сколько ты приедешь?

— Как всегда в пять, — ответил он.

В доме было тихо, когда я вошла, только в бабушкиной комнате слышалось шебуршание. Я вошла к ней и увидела, как она складывает вещи в чемодан.

— Бабуль, далеко собралась?

Она обернулась.

— А, Наташенька. Да вот, решила съездить к сестре в Таунан, погощу у неё немножко.

— Немножко, это сколько? — спросила я.

— Я думаю недельку другую, а если хорошо примут то и месяц.

— Бабуль, ты чего, хочешь оставить меня одну, на целый месяц?

— Внученька, ты уже взрослая и самостоятельная девушка, можешь сама о себе позаботиться. Да и заступник у тебя, вон какой, Эмиль не даст тебя в обиду никому, так что я спокойна за тебя. А за меня не переживай, я вполне здорова, и хорошо себя чувствую, — она села на стул. — Старые мы уже стали, когда ещё увидимся, съезжу, погощу у неё. Завтра поеду на поезде днём, часа в три, как раз на ужин к ним поспею.

— Ба, да ты что, на поезде? Я скажу Эмилю, он тебя отвезёт.

— Наташенька, неудобно как-то Эмиля просить, он и так много добра сделал для меня. Право неудобно, — она поджала губы.

— А ты и не будешь просить, я сама ему скажу. И не вздумай отказываться, иначе никуда не отпущу, — твёрдо сказала я.

— Ну, хорошо, хорошо, внученька, поговори с Эмилем. На машине-то конечно удобней и быстрее, я согласна.

Я набрала номер Эмиля, и он тут же ответил. Я вкратце объяснила ему суть своего звонка.

— О чём речь, конечно, отвезу! Вот только Вильема предупрежу, что уеду из дома пораньше, — ответил он.

— Эмиль, а ей можно ехать? — спросила я.

— Я думаю, что эта поездка будет только на пользу. Ей сейчас нужны положительные эмоции. С ней всё будет в порядке, не переживай. Передай ей, что я завтра в три буду у вас.

— Ну, вот бабуля, завтра ты едешь в Таунан с Эмилем, — сказала я, захлопывая телефон.

Бабушка зашмыгала носом.

— Хорошая ты у меня, Наташенька, заботишься обо мне.

Слёзы не лить! — настойчиво попросила я. — Давай ужинать и ложись отдыхать, завтра у тебя трудный день.

Поужинав и уложив бабулю в постель, я пошла к себе в комнату.

Глава 37

Открыв у себя окно, я выглянула наружу, сгущались сумерки. Белые ночи прошли, и в десять часов вечера уже смеркалось. Я залезла с ноутбуком по одеяло и стала просматривать почту, в которой, как обычно, было три письма, одно от мамы и два от школьных подруг. Ответив на письма, я отложила ноутбук, и удобно пристроившись на подушке, начала предвкушать приятный сон. За окном хрустнула ветка, я открыла глаза.

«Кто там может быть?» — подумала я. Но всё стихло, и я опять закрыла глаза.

Ветер играл с кроной деревьев, и до меня доносился шорох листвы. «Скоро осень» — подумала я, и тут же вскочила, услышав гулкий удар об стену дома. Подбежав к окну, я выглянула наружу, всматриваясь в чащу деревьев. Мне показалось, что за деревьями кто-то стоит, затем мелькнула чья-то тень. У меня бешено заколотилось сердце. Я закрыла окно и задёрнула штору, не решаясь ещё раз посмотреть на улицу. В эту ночь я спала беспокойно, мне всё время казалось, что кто-то следит за моим окном, и что-то ужасное находится рядом. Все окна и двери в доме были заперты, и это успокаивало меня.

На следующий день приехал Эмиль. Бабушка уже сидела на кухне с чемоданом, готовая тут же отправиться в путь.

— Мария Михайловна, здравствуйте. Вы сегодня хорошо выглядите, — войдя на кухню, сказал Эмиль.

— И тебе, Эмиль, доброго дня. А комплименты, прибереги для Наташеньки, — бабушка задорно подмигнула Эмилю, и тот рассмеялся.

— Я хотел сказать, что у вас здоровый вид, Мария Михайловна.

— Спасибо, Эмиль, твоими стараниями я здорова. Ну что, тронемся в путь? — она встала, беря чемодан.

— Нет-нет, Мария Михайловна, чемодан возьму я, — он легко поднял его и понёс в машину. — Усаживайтесь поудобней, — сказал он ей, — я на минутку отлучусь, с Наташей поговорю.

Я стояла на крыльце, когда Эмиль подошёл ко мне.

— Я отвезу бабушку в Таунан, а на обратном пути заеду к тебе.

Я кивнула головой. Эмиль внимательно посмотрел на меня.

— Наташа, что-то случилось? Вид у тебя какой-то встревоженный.

Мне хотелось рассказать ему, что случилось ночью, но я решила отложить разговор до вечера, так ему спокойней будет ехать.

— Нет, Эмиль, всё хорошо, не переживай, увидимся вечером.

Он поцеловал меня.

— Ты уверена, что всё в порядке?

— Конечно всё в порядке, — я слабо улыбнулась.

— Хорошо. Тогда обещай мне, что ты будешь сидеть дома и никуда не пойдёшь, мне так спокойней будет, — попросил он.

— Я обещаю Эмиль, что буду сидеть дома, пока ты не приедешь. Езжай уже, а то бабушка сейчас дырку в окошке просмотрит, — засмеялась я.

Эмиль сел в машину и помахал мне рукой. Бабушка махала мне с заднего сиденья, до тех пор, пока машина не скрылась из вида. Они уехали, а я побрела к себе в комнату, не зная, чем заняться.

«Эмиль с дороги наверно голодный приедет, надо приготовить вегетарианский ужин» — подумала я.

В пять часов позвонила Татьяна.

— Наташ, привет.

— Привет, Таня, — ответила я.

— Ты не хочешь сходить со мной и Надей за грибами? Мы тут собрались, и решили позвать тебя.

Я тут же вспомнила предупреждение Эмиля о том, что Влад может действовать через моих подруг. И если я с ними куда-нибудь соберусь, то должна поставить его в известность. Но он уехал, а по этому поводу я не хотела звонить ему, я уже знала, он скажет сидеть дома.

— Прости, Тань, но мне что-то не хочется за грибами идти. Да и есть их некому, бабушка сегодня уехала в Таунан, к сестре своей, Эмиль её повёз.

— Очень жаль, втроём было бы веселей. Ну, ладно, как хочешь. А мы с Надюхой сходим. Пока, — и она отключилась.

Я на минуту задумалась: «А если они в лесу встретят Блейка, и Танька расскажет ему, что Эмиль повёз бабушку в другую деревню? Он поймёт, что я осталась одна. Может ли он воспользоваться таким случаем? Да ладно, — успокаивала я себя, — что я накручиваю себя. Померещилось мне этой ночью всё в темноте. Это просто был ветер и тени от деревьев, а стук в стену дома, всего лишь сломанная ветром ветка. Трусиха! — укоряла я себя. Эмиль приедет часов в девять вечера. Что может случиться со мной за это время?»

Я отогнала от себя дурные мысли и пошла на кухню, готовить ужин. К восьми часам вечера, всё было готово, и я пошла к себе в комнату, до приезда Эмиля оставался час.

Я легла на кровать и стала листать журнал, пытаясь убить время. Тучи заслонили небо, и за окном сгустился полумрак. Я встала, чтобы закрыть окно, становилось довольно прохладно. Выглянув в окно я, подставила лицо прохладному ветерку. Внизу, возле деревьев, я заметила какое-то движение. Присмотревшись, я увидела фигуру человека в светлой куртке.

«Эмиль!» — пронеслось у меня в голове. Сердце забилось быстрей. Я помахала ему рукой, давая понять, что я его заметила, как бы он не старался прятаться от меня.

«Вот шутник, решил меня разыграть!» — решила я, и стала ждать, когда он войдёт в дом. Но его не было.

«Почему он не поднимается ко мне? — удивилась я. Может, что-то случилось? Бабушка?! — пронеслось у меня в голове. Что-то случилось с ней, и теперь Эмиль не решается зайти в дом?!»

Сбежав вниз по лестнице, я вышла во двор и, обогнув угол дома, оказалась под окнами своей комнаты.

— Эмиль! — позвала я.

Фигура сдвинулась с места и внезапно очутилась возле меня. Я задохнулась, и мои глаза округлились.

— Влад! — чуть ли не закричала я.

Он, как всегда, криво усмехнулся.

— Не ждала?

Я отрицательно замотала головой.

— Не подходи, я закричу! — предупредила я.

Он пожал плечами.

— Кричи. Только никто тебе не поможет. Я наблюдал за тобой всё это время, но Кейн, я смотрю, тебя хорошо охраняет. И вот сегодня, удача повернулась ко мне лицом! Я встретил твоих подруг в лесу, они то мне и рассказали, что ты осталась в доме одна, а твой Эмиль повёз твою бабулю в Таунан. Но не удача ли это, правда?! Так что защищать тебя некому.

Я с ужасом вспомнила, как сегодня вечером, я думала так же, но к здравому рассудку не прислушалась. А зря, теперь уже поздно.

— Это ты был прошлой ночью у меня под окнами? — решила я потянуть время.

— Да, я. Ты меня заметила, я это видел, — он шагнул мне навстречу.

— Зачем ты хочешь убить меня? Что я плохого тебе сделала? — я отступала назад, пока не упёрлась в стену дома.

— Убить? — усмехнулся он. — Зачем мне тебя убивать, ты мне живая нужна, — он оценивающе смерил меня взглядом.

— Зачем? — слова с трудом вылетали из моего горла.

Влад подошёл ко мне так близко, что я невольно закрылась от него руками.

— Может я тебя замуж хочу взять. Пойдёшь? — его голос стал угрожающе страшным.

— Нет! Лучше убей меня! — пропищала я, потеряв от страха голос.

Влад прижал меня к стене и запустил свою руку мне в волосы.

— Пойдёшь, куда ты денешься.

Я закрыла лицо руками, и слёзы брызнули из моих глаз. Влад оторвал мои руки от лица и приблизился. Я зажмурилась, пытаясь оттолкнуть его, но мои слабые попытки освободиться, только рассмешили его.

— Давай, крошка, сопротивляйся, меня это очень заводит, — одной рукой он прижал меня к стене, а второй схватил за затылок, и его губы впились в мои. Когда он закончил меня целовать, я хотела закричать, но он быстро закрыл мой рот своей рукой.

— А теперь, ты пойдёшь туда, куда я тебя поведу, — его радужная оболочка глаза почернела, сливаясь со зрачком, его глаза пылали страстью.

У меня закружилась голова, я почувствовала, что теряю сознание.

— Очень плохо, крошка, что ты не поддаёшься внушению, иначе ты давно бы была моей, и не так болезненно для тебя, — сказал Блейк, но я его уже слышала как сквозь вату.

Внезапно Влад отлетел от меня далеко в чащу леса. Я оглядывалась по сторонам, пытаясь понять, что произошло. В лесу слышался яростный рёв Влада. Деревья трещали и валились на землю, мне казалось, что сама земля дрожит у меня под ногами! Я вжалась в стену дома и закрыла глаза. Всё быстро стихло, как и началось, и я услышала чей-то голос:

— Наташа, ты в порядке?

Голос принадлежал не Владу, и я открыла глаза. Передо мной стоял Вильем. Я бросилась ему на шею, меня тряс нервный озноб.

— Наташа, всё в порядке, он убежал, теперь всё будет хорошо, — успокаивал меня Вильем, поглаживая по спине.

Я разжала руки и опустилась на землю, слёзы с новой силой хлынули из моих глаз.

— Наташа, пошли в дом, я налью тебе воды, — Вильем помог мне встать и дойти до дома.

На кухне он подал мне стакан воды.

— Я не знаю, что тут произошло, и как ты оказалась в такой поздний час на улице, но думаю, это всё ты объяснишь Эмилю.

Я подняла глаза на Вильема.

— А где Эмиль? Он должен был приехать в девять часов, но его нет, — я посмотрела на часы. — Уже десять часов! Где Эмиль, Вильем?!

— Не переживай, он едет, и через десять минут будет здесь. Он попал в пробку на трассе, там произошла большая авария, и ему пришлось оказывать людям первую медицинскую помощь. Я склонен думать, что это дело рук Блейка, таким образом, он попытался задержать Эмиля в дороге, чтобы он не подоспел к тебе на помощь, но он не взял во внимание меня.

Я с облегчением вздохнула.

— А как ты оказался возле моего дома?

— Эмиль, когда уезжал сегодня от тебя, позвонил мне и попросил приглядеть за тобой. Ему не понравилось твоё настроение, и он заподозрил неладное, и не ошибся.

Возле дома послышался шум подъезжающей машины, и визг тормозов, в ту же минуту на пороге дома появился Эмиль.

Глава 38

Вид у него был недовольный. Он быстро подошёл и сел рядом со мной на свободный стул.

— Спасибо, брат, что сообщил мне о происшедшем, и спасибо, что помог, я у тебя в долгу.

Вильем кивнул головой.

— О чём речь, Эмиль, всегда готов помочь.

Я сидела, не шевелясь, боясь поднять глаза на Эмиля. Он, как всегда, немного помолчал, затем спросил:

— Ты как, детка, в порядке?

Я кивнула головой, и у меня опять навернулись слёзы, подбородок мой задрожал. Эмиль посадил меня к себе на колени и обнял.

— Мне Вильем передал, что тут произошло. Успокойся, родная, всё позади. Он положил мне на голову руку, успокаивая меня. — Ты можешь ответить мне на несколько вопросов? — спросил он.

— Да, могу, спрашивай, — уже более ровным голосом сказала я.

— Так что прошлой ночью произошло у тебя?

Я, запинаясь, рассказала про мои ночные страхи.

— Почему не сказала сразу? — Эмиль явно был расстроен моей беспечностью.

— Боялась тебя огорчить. Ты собирался в дорогу, и я не хотела, чтобы ты переживал, — я опустила глаза.

— Наташа, если бы ты рассказала, мне вообще не пришлось бы расстраиваться. Я прислал бы к тебе Аврору, и этот демон не посмел бы явиться к тебе под окна. И извини, что Вильем немного запоздал с помощью, он спешил, как мог, — Эмиль тяжело вздохнул. — Но, а как ты сегодня оказалась на улице так поздно? Как он сумел тебя выманить из дома?

— Я сама вышла на улицу, — тихо сказала я.

Эмиль удивлённо поднял брови.

— Как сама?!

— Я думала, что это ты. Он стоял под деревьями, и на нём была точно такая же куртка, как у тебя, а лица я не видела.

— Наташа, если бы я приехал, я не стоял бы под деревьями, а вошёл в дом через дверь.

— Извини, я думала, что ты меня разыгрываешь.

Эмиль настороженно спросил:

— Он угрожал тебе? Что он вообще сказал тебе?

— Он сказал, что я буду его женой, хочу я этого или нет, и хотел увезти меня куда-то, но тут подоспел Вильем.

Эмиль потёр подбородок и покачал головой.

— Ну ладно. Хорошо, что всё хорошо кончается, — он обнял меня и добавил: — Не бойся, детка, я сделаю всё, чтобы ты с ним больше не встречалась. Пока твоя бабушка гостит у своей сестры, ты, детка, будешь жить у нас. По крайней мере, всё время будешь на глазах, и не придётся переживать, что с тобой что-то случится. Собирай чемодан, Наташа, поехали.

Я подняла на него глаза.

— Я приготовила ужин, может вы с Вильемом поедите, пока я собираюсь?

— А это хорошая идея! — потёр Вильем руки. — Эмиль, ты как?

— Ну, раз Наташа приготовила, я думаю надо это всё съесть, не пропадать же добру, — поддержал брата Эмиль.

Я улыбнулась и бросилась накрывать на стол. Братья с аппетитом набросились на еду. Когда тарелки были пусты и вымыты, Эмиль взял мою сумку с вещами и направился к выходу. Я присела на стул, скрестив руки на груди.

— Наташа, ты скоро? — из коридора послышался голос Эмиля.

— Сейчас иду, посижу немного на дорожку, — крикнула я в открытую дверь.

В дверях появился Эмиль.

— В чём дело?

— Надо посидеть на дорожку, так принято, — я пододвинула к нему стул, приглашая присоединиться.

Эмиль рассмеялся.

— Наташенька, на какую ещё дорожку? Ты что, так далеко уезжать собралась? От твоего дома до нашего, всего десять километров. Дорогая, я буду привозить тебя сюда, когда ты захочешь.

— Правда?! — обрадовалась я.

Эмиль кивнул:

— Правда. Я же не собираюсь держать тебя взаперти, съездим, когда захочешь.

Я вжала голову в плечи.

— Эмиль, прости, я не всё тебе рассказала про Влада.

Его лицо стало серьёзным.

— Говори, я слушаю.

— Он меня поцеловал, — тихо произнесла я и покраснела. — Я сопротивлялась, как могла, прости, — слёзы вновь появились на моих глазах.

Эмиль застыл на месте, и его глаза потемнели от гнева. Увидав мой испуганный взгляд, он быстро взял себя в руки.

— Прости, что испугал тебя. Эта нечисть за всё ответит, мы его выловим, я тебе обещаю, милая.

Я почувствовала, как дрожат его руки, и уткнулась ему в грудь.

— А теперь нам надо ехать, детка, — Эмиль поцеловал меня в губы, и мы направились к выходу.

Когда мы ехали в машине, я спросила у него:

— Эмиль, а что я бабушке скажу? Почему я живу у тебя? Ей всё равно в деревне расскажут, что я не жила дома, когда она приедет.

— Не беспокойся, эту миссию я беру на себя, я сам ей позвоню, — ответил он.

— Ну да, тебя она больше послушается, ты мастер на уговоры, — улыбнувшись, сказала я.

Подъезжая к дому Кейнов, мы увидели, что во всех окнах горит свет. Увидев меня, Аврора всплеснула руками.

— Вот так сюрприз! Наталья, ты как к нам в такой поздний час? Что-то случилось?

— Да, случилось, Наташа опять повстречалась с Блейком, и если бы не Вильем, неизвестно чем бы всё это закончилось, — ответил за меня Эмиль.

— Влад Блейк? — брови Авроры поползли вверх. — Он всё-таки не хочет оставить тебя в покое, я смотрю. Я надеюсь, он не причинил тебе вреда?

— Нет, я только сильно испугалась. Спасибо Вильему, он вовремя подоспел, — ответила я.

Вильем закатил глаза кверху и вздохнул.

— Да пустяки, мне даже приятно было спасти кого-нибудь. Давненько я с демонами не дрался один на один, но Влад оказался слабаком, удрал почти сразу, как начался бой, даже победой это назвать нельзя.

Фрейя рассмеялась.

— Узнаю нашего скромного Вильема, никогда не признает своей заслуги.

— Наташа поживёт у нас, пока её бабушка гостит у своей сестры в Таунане, так что дорогие сёстры, прошу любить и жаловать Наташу, — сказал Эмиль.

Аврора захлопала в ладоши.

— Ты будешь спать в моей комнате, Наташа! Ты согласна?

— Спасибо, Аврора, я согласна, — кивнула я головой и посмотрела на Эмиля. Он лишь пожал плечами, давая понять, что ничего сделать не может, Аврора была настойчива в своих решениях.

— Тогда я Наташину сумку отнесу к тебе в комнату, — повернувшись к сестре, сказал он.

— Да-да, Эмиль, неси ко мне. Мы здорово проведём эти два дня с Наташей, пока не уедем.

— Вы уезжаете? — с сожалением произнесла я.

— Да, дорогая, мы уезжаем через два дня. Дома у нас остались мужья и дети, пора подумать и о них, — сказала Фрейя, до этого не обменявшись со мной ни словом.

Аврора сделала грустную рожицу.

— Но, мы надеемся, Наташа, что ещё увидимся с тобой, я думаю, эта наша встреча не последняя, — она подошла и обняла меня.

— Я тоже надеюсь на это, Аврора, — с грустью ответила я.

— Ребята, ужинать будете? — крикнула братьям Фрейя. — Мы вас не дождались и поели втроём, — она подошла к Вильему.

— Спасибо Фрейя, нас уже Наташа ужином накормила и, кстати, очень вкусным, — причмокнул он губами.

— А где Эрик? — спросил Эмиль.

— Эрик в конюшне пропадает, он без ума от лошадей, кормит их и чистит конюшню, — сказала Фрейя.

— Ну да, я заметил, он всё свободное время проводит там. Пусть поработает пока здесь, всё Вильему полегче. Пойду, пожалуй, на кухню, фрукты помою. Кто будет? — спросил Эмиль, и все подняли руки.

Фрейя присела возле меня и обняла за плечи.

— Я рада, Наташа, что ты будешь жить у Вильема с Эмилем. По крайней мере, будет кому, какое-то время, готовить им обеды и ужины.

Эмиль вернулся в гостиную, неся в руках большой поднос с фруктами и сладостями.

— Вот-вот, я об этом и говорю, — показала Фрейя рукой на Эмиля, — едят целый день одни сладости и фрукты, готовить им некогда.

Эмиль улыбнулся.

— Я надеюсь, Наташа нас побалует пирожками, она их отлично готовит, не хуже её бабушки.

— Наталья, не балуй их сильно пирогами, а то они с Вильемом тут растолстеют, — засмеялась Аврора.

Фрейя заметила:

— Жениться вам надо, братья, и детей заводить, а то живёте как бобыли.

— Успеем ещё, вечность впереди, — ответил Вильем.

— Ну ладно, хватит болтать. Наталья, пойдём, я покажу тебе свою комнату, — Аврора встала с дивана и подошла ко мне.

— Вот, смотри. Нравится? — спросила она, когда мы вошли в комнату, сплошь заставленную мягкими игрушками.

— Это больше похоже на детскую комнату, — осматриваясь, сказала я.

— Да, я люблю мягкие игрушки с детства, у меня дома на Урале, ещё больше их, — довольно сказала она. — Устраивайся у меня в комнате поудобней, не буду тебе мешать, отдыхай, тебе уже пора спать. Постельное бельё новое, я ни разу не спала на нём, — Аврора подошла и откинула одеяло.

— Ни разу не спала? — переспросила я.

— Ну да, ни разу, ты же знаешь, что мы не спим, ну почти не спим.

— А, ну да, я совсем забыла про это, Эмиль говорил мне. Спасибо Аврора, что поделилась со мной своей комнатой, я тебе признательна.

Она кивнула головой.

— Устраивайся, увидимся завтра за завтраком ровно в девять, не проспи, — она улыбнулась и вышла за дверь.

Приняв душ, который так удобно располагался рядом с комнатой Авроры, я забралась под одеяло и закрыла глаза. Мне предстояло прожить месяц, под одной крышей с Эмилем.

«Как хорошо быть рядом с ним всегда» — подумала я и провалилась в сон.

Глава 39

События прошедшего дня взбудоражил меня, и мне опять приснился кошмар. Я сидела в своей комнате у бабушки в деревни. За окном была чёрная ночь. Кто-то с улицы звал меня, но я не могла рассмотреть через окно никого в этой темноте. Чей-то голос постоянно твердил мне: «Неизбежное настанет, я найду тебя».

Я открыла окно и выглянула наружу, чтобы посмотреть, кто находится на улице. В ту же секунду, чьи-то сильные руки схватили меня и выдернули из комнаты. Я оказалась на улице, плавно опустившись на землю. Кто-то меня держал, но кто, я не видела. Мне казалось, что сама ночь окутала меня своей устрашающей чернотой. Я попыталась освободиться, но услышала зловещий смех, от которого волосы на моей голове встали дыбом. Я закричала, но крик потонул в ночи, я не узнала своего голоса. Сопротивлялась я яростно, пока не услышала голос Эмиля:

— Наташа, проснись!

Я открыла глаза, передо мной склонившись, стоял обеспокоенный Эмиль, сердце бешено колотилось.

— Опять кошмар? — сочувственно спросил он.

Я бросилась к нему в объятия.

— Да, и очень страшный. Чёрная ночь хотела меня поглотить.

Эмиль, вздохнув, прижал меня к себе.

— Каждый раз, когда ты сталкиваешься с Владом, тебе снятся кошмары. Пора эти встречи прекратить. Он погладил меня по волосам. — Сейчас всё в порядке?

— Всё в порядке, это всего лишь плохой сон.

— Я пойду? — спросил он.

Я скорчила умоляющую рожицу.

— Эмиль, останься, мне так будет спокойней.

— Хорошо, тогда двигайся, — он прилёг рядом, крепко обняв меня.

Утром меня разбудил стук в дверь, вошла Аврора и удивлённо воскликнула:

— О, я вам не помешала?!

— Нет, Аврора, заходи, — полусонным голосом ответила я.

Она остановилась в центре комнаты.

— Зря я предложила тебе свою комнату, Наташа, в комнате Эмиля тебе было бы удобней, по крайней мере, ему не пришлось бы идти к тебе в мою.

— Аврора, прекрати! Наташе всего лишь приснился страшный сон, и она попросила меня остаться, — Эмиль вылез из-под одеяла.

— Да я не против, это ваше дело, где спать. Просто я смотрю, вы не можете, друг без друга, — она хитро улыбнулась. — Вставайте, завтрак стынет, — и она выскользнула за дверь.

После завтрака, Вильем с Фрейей уехали в город. Эрик ушёл на конюшню кормить лошадей, а Аврора попросила меня помочь ей разобрать её гардероб. Увидев шкаф, набитый одеждой, я ахнула:

— Аврора, куда тебе столько одежды?!

Она пожала плечами.

— Люблю новые вещи, хотя многие из них я ещё не носила.

— Зачем тогда покупаешь, если не носишь? — спросила я.

— Ах, Наталья, лады, как и женщины, любят новые тряпки, это наверно болезнь, — она рассмеялась. — Послезавтра я уезжаю, всё это я не повезу с собой, поэтому я хочу, Наташа, чтобы эта вся одежда осталась тебе.

— Я даже не знаю, вещи все такие дорогие, мне право неудобно, Аврора.

— Да брось ты, Наталья, тебе отлично подойдёт моя одежда. Ты, правда, немного пониже меня ростом, но размер у нас с тобой одинаковый. Не отказывайся, пожалуйста, я тебе оставлю только те вещи, которые ни разу не надевала, — она сложила ладони вместе и выжидательно смотрела на меня.

— Хорошо, оставляй, я посмотрю, что мне подойдёт, — согласилась я.

— Ура! — захлопала она в ладоши. — Я возьму с собой только необходимую одежду, а ту, что я уже надевала, выкинем, остальное тебе.

Мы набрали целый ворох ненужных вещей и упаковали их в большой, чёрный мешок для мусора. Когда мы тащили его через гостиную на улицу, со второго этажа спустился Эмиль.

— Сестра, я вижу, ты уже готовишься к отъезду?

— Да вот, набрали с Наташей кучу ненужных вещей, надо выкинуть, — подтягивая мешок к выходу и пыхтя, ответила она.

— Я помогу, — Эмиль взял мешок и выволок его на улицу. — И много у тебя ещё ненужных вещей? — спросил он.

— Нет, это всё, остальное я отдала Наташе.

Эмиль удивлённо поднял брови.

— Новых вещей, Эмиль, которые я не надевала, — добавила Аврора.

— Я уже представляю, сколько, — Эмиль закатил глаза, — с твоими-то аппетитами, Аврора! Наташе за всю жизнь не сносить будет.

Я пожала плечами и развела руки, давая понять, что отказать Авроре я не могу. Эмиль, с напускным серьёзным видом подошёл ко мне.

— Детка, как это понимать? Ты не хотела принимать от меня платье и туфли, а у Авроры ты забрала целый гардероб вещей!

— Аврора моя подруга, это совсем другое дело, а ты… я запнулась.

— А я кто? — переспросил Эмиль.

— Тот, кем ты захочешь для меня стать, — ответила я, и смутилась.

— Это мы ещё обсудим, — сказал Эмиль, привлекая меня к себе. — Поедешь завтра со мной в ресторан? Я приглашаю тебя на свидание, — сказал он чуть слышно.

— Эмиль, Наташа будет с тобой жить под одной крышей почти месяц! Какое свидание?! — возмутилась Аврора. — Завтра, все поедем в ресторан, отметим наш отъезд, — она показала Эмилю язык.

— Ах, Аврора, что я буду делать без твоих советов, когда ты уедешь? — Эмиль кинул в неё теннисный мячик, который лежал на перилах лестницы. Аврора отскочила в сторону метра на три, ловко увернувшись.

— Звони по телефону, когда он будет нужен, — подняв мячик с земли, она запустила назад в Эмиля.

Но он даже не отшатнулся, лишь сделал одно неуловимое для меня движение, и мячик оказался у него в ладони. Я рассмеялась.

— И всегда вы так «дружите»?

— Аврора бывает несносной, но она добрая и отзывчивая лада, и я её люблю, — ответил Эмиль.

— Взаимно, брат, — крикнула ему Аврора, уже находясь на другой стороне двора.

— Она тебя услышала? — удивилась я.

— Конечно, услышала! Для её ушей, я сказал слишком громко, но не для человеческих, ты бы не услышала, если бы была на её месте, — сказал Эмиль и, наклонив голову в бок, посмотрел на меня. — Только не могу понять, почему ты не поддаёшься внушению? Но когда я посылаю тебе мысленно информацию, то ты слышишь меня. Это загадка, — он потёр переносицу.

— А это хорошо, или плохо? — спросила я.

Эмиль пожал плечами.

— То, что не поддаёшься внушению, скорей хорошо, чем плохо. Ну, а то, что слышишь меня, так это просто прекрасно! Только вот таких людей, как ты, я не встречал ещё. И вообще не встречал, таких милых, красивых девушек, как ты, детка, — он обнял меня и поцеловал.

В тот же миг мои ноги стали ватными.

— Взаимно, Эмиль, — полушёпотом ответила я.

Глава 40

На следующий день всё семейство Кейнов собиралось в ресторан.

— Наташа, пойдём ко мне в комнату выбирать тебе наряд, — Аврора потянула меня к себе.

— Аврора, может не надо?

— Как это не надо! Ты должна выглядеть как королева! — возмутилась она.

Отказать в чём-либо Авроре было нереально, и я поплелась за ней в комнату. Она вытащила из шкафа груду платьев, юбок и блузок.

— Мерь всё подряд, посмотрим, что тебе подойдёт, — и уселась на стул, приготовившись смотреть.

Когда я что-нибудь надевала, она хлопала в ладоши и поднимала вверх большой палец руки.

— Отлично! Тебе всё к лицу, но я бы порекомендовала тебе вот это бирюзовое платье с открытой спиной, — она вытащила из груды вещей, нужное наряд.

— Нет, Аврора, оно слишком откровенное, и эта открытая спина… — запротестовала я.

— Наташа, женщина должна быть соблазнительной! Ты же не идёшь, в ресторан одна, с тобой будет Эмиль, а он то, не даст приставать к тебе другим мужчинам. Ну, пожалуйста, одень его. Эмиль обалдеет, увидев тебя в нём. Я же для тебя стараюсь, — настаивала Аврора.

— Хорошо, позови Эмиля, и если он скажет, что оно мне идёт, и мне надо в нём пойти, так уж и быть я его одену.

— Ну, так неинтересно, Наталья, никакой интриги, — она вздохнула. — Хорошо, я позову его.

Я надела платье и стала вертеться возле зеркала. Платье действительно мне очень шло, но меня смущала открытая спина, таких платьев я ещё не носила. Да и в ресторан иду первый раз в жизни. За спиной хлопнула дверь.

— Ну что, Аврора, позвала Эмиля? — не оборачиваясь, спросила я.

Сзади мне на плечи легли чьи-то руки. Я вздрогнула и обернулась.

— Эмиль, ты меня напугал! Нельзя же так без предупреждения подкрадываться ко мне.

— Прости, я не хотел напугать тебя. Детка, да ты просто красавица в этом платье!

— Думаешь, мне стоит пойти в нём в ресторан? — спросила я.

— Непременно в нём! Ты очаровательно выглядишь!

— Ну, хорошо, только ради тебя, — улыбнулась я и, встав на носочки, поцеловала его в губы.

— Мне тоже пора одеваться, встретимся в гостиной, милая, — Эмиль ещё раз поцеловал меня и вышел.

Вбежала Аврора.

— Ну что, Эмиль оценил твой наряд?

— Да, Аврора, я иду в нём, — утвердительно произнесла я.

— Теперь сделаем тебе причёску, и не возражай, должны же мы чем-то удивить Эмиля, раз он уже видел тебя в платье, — она взяла расчёску с тумбочки и усадила меня напротив зеркала. Она вплетала в мои волосы золотые ленточки, усыпанные мелкими, блестящими камушками, которые при свете люстры, ярко переливались.

— Какая красота! — восторженно сказала я.

— Согласна, очень красивые ленты, и очень дорогие, — добавила она.

— Дорогие? Они что же, действительно золотые? — удивилась я.

— Конечно, и камни, драгоценные на ней, — с безразличием сказала она.

— Ох, Аврора, может не стоит их вплетать, — забеспокоилась я.

— Ты опять за своё? Стоит, ещё как, стоит, — она довольно улыбнулась.

— Я прям как золушка, которая собирается на бал. А ты моя тётушка-фея, которая меня наряжает.

— Рада, что могу хоть чем-то тебе быть полезной, — не без гордости сказала Аврора.

— Хрустальные туфельки ты тоже приберегла для меня? — пошутила я.

— Ну не хрустальные конечно, но тоже очень красивые, — она вытащила из коробки туфли на высоком каблуке.

— Прекрасно! — воскликнула я. — Мне бы только не упасть на них, уж больно каблук высокий.

— Держись за Эмиля, он то не даст тебе упасть, — смеясь, ответила она.

Когда волосы были уложены, и я одета, я вспомнила про колье, которое Эмиль подарил мне на день рождения. Вытащив сумку из антресоли шкафа, я достала шкатулку, в которой хранились все мои драгоценности: брошка — подаренная мамой, необыкновенной красоты ракушка и колье.

— Застегни, — попросила я Аврору, протягивая ей колье.

— Ого, какое красивое! — застёгивая замочек, восхитилась она. — Откуда такое богатство?

— Эмиль подарил на день рождения, — довольно ответила я.

Она одобрительно покачала головой.

— Оказывается у братца неплохой вкус! Ну вот, всё готово, нам пора выходить, — она оценивающе посмотрела на меня. — Просто блеск! — сделала она заключение.

— Аврора, ты и сама потрясающе выглядишь, — сделала я ей взаимный комплимент.

В гостиной нас уже все ждали. Когда мы спустились вниз, я ахнула, увидев Вильема, Эрика и Эмиля, в чёрных смокингах и бабочках, на ногах у них красовались до блеска начищенные туфли. Фрейя, в шикарном красном платье, сидела на диване, закинув ногу на ногу.

— Ну, наконец-то! Мы опаздываем, а вы всё наряжаетесь. Неужели нельзя побыстрей? — буркнула она недовольно.

Аврора скорчила ей рожицу.

— Не будь занудой, Фрейя.

Эмиль с широкой улыбкой подошёл ко мне.

— И как зовут прелестную незнакомку?

— Эмиль, не надо, я и так волнуюсь, — попросила я. Он поцеловал мне пальцы рук, и всё ещё улыбаясь, положил мою руку себе под локоть.

— Ну, все собрались? Тогда едем.

До города Лахденпохья мы доехали за два часа, и вот перед нами самый лучший ресторан города — «Карелия». Зал был переполнен народом. Все мужчины были в строгих костюмах, а женщины в красивых, вечерних платьях. Официанты, то и дело сновали между столиками, принимая заказы, услужливо наклоняясь перед посетителями с блокнотом в руке и полотенцем через левую руку. Тихо и ненавязчиво играла музыка. Столы накрыты белоснежными скатертями, уставленные хрустальными бокалами, красивой посудой, и наборами разнообразных вилок, ножей и ложек.

Я ближе прижалась к Эмилю, разглядывая это великолепие и скопление народа. К нам подошёл метрдотель ресторана, и о чём-то переговорив с Вильемом, указал нам на столик в середине зала. Эмиль успокаивающе погладил меня по руке и улыбнулся.

— Ты первый раз в ресторане, что так волнуешься?

— Да, первый раз, и я прошу, не отходи от меня, — волнуясь, сказала я.

— Как скажешь, принцесса, — он весело улыбнулся и пододвинул мне стул.

Официант начал подавать блюда, которые я видела первый раз, и даже не знала из чего они приготовлены, но то, что все блюда были вегетарианские, я не сомневалась. Передо мной лежали столовые приборы, и я не знала каким прибором надо есть то или иное блюдо. Эмиль сразу понял мою проблему, и когда подавали новое блюдо, он поднимал и показывал мне тот прибор, которым надо было пользоваться, но так, чтобы этого никто не заметил. Музыка заиграла громче и посетители ресторана, парами стали выходить на танцпол.

— Может мы тоже потанцуем? — предложил Эмиль.

— Я боюсь упасть, Эмиль, каблуки очень высокие, — прошептала я ему на ухо.

— Не бойся, детка, я не дам тебе упасть, — и он, не дожидаясь моего ответа, взял меня за руку и повёл на середину зала.

— Не закружи меня, как в первый раз, — попросила я.

Эмиль положил мою руку себе на плечо.

— Этого больше не повторится, — и повёл меня в танце легко и непринуждённо.

О, что это был за танец! Я не чувствовала пола под ногами. Я кружилась с Эмилем, и ещё двумя десятками пар, и всё вокруг казалось волшебным и сказочным. Лицо моё разрумянилось, а глаза блестели, это был настоящий бал, о которых пишут в сказках. Я чувствовала себя принцессой, а Эмиль для меня был настоящим принцем.

Я заметила вспышку света и повернула голову, Аврора фотографировала нас с Эмилем. Я помахала ей рукой, и мы с Эмилем устремились в другой конец зала, где танцевали Фрейя с Эриком. Она что-то беспрерывно говорила ему на ухо, Эрик кивал и улыбался, скорее всего, ради приличия. Танец закончился, и Эмиль проводил меня за столик и, наклонившись ко мне, сказал:

— Я ненадолго, дорогая, скоро приду, — и направился к соседнему столику, за которым сидел молодой блондин с синими, как у лелей, глазами. О чём-то переговорив с ним, он вернулся.

— Всё в порядке? — спросил он.

— Да.

— Зачем тебя звал этот мужчина? — спросила я.

— Это не мужчина, это лель. Его имя — Виталий, он наш старый друг, — ответил Эмиль.

Конечно, я могла бы и догадаться что он лель, блондин с ярко-синими глазами и необычно красивым лицом. Я посмотрела в сторону Виталия. Он улыбнулся мне, а я покраснела, от того, что так бесцеремонно разглядываю его.

— Почему он сидит за столиком один? — спросила я у Эмиля.

— Его дама сердца не смогла прийти, и он коротает время один, — ответил он.

— Сомневаюсь, что ему скучно, женщины с него глаз не сводят, — заметила я и добавила: — Да и с тебя, и твоих братьев, тоже.

— Не обращай внимания, детка, — безразлично сказал Эмиль и добавил: — К тебе тоже, устремлены мужские взгляды, милая, ты у меня красавица. Кстати, Виталий спрашивал о тебе.

Я удивлённо посмотрела на Эмиля.

— И что же его так заинтересовало во мне?

Эмиль ближе наклонился ко мне:

— Он спрашивал, правда ли, что ты человек. Слухи быстро распространяются, Наташа, даже среди Небесных.

— И что? Они не одобряют твой выбор? — смутилась я.

— Нет, всё в порядке, они просто ни разу не встречали такого феномена, чтобы лель влюбился в девушку, вот и удивляются. Ты ему, кстати, очень понравилась, он сказал, что ты красавица, — Эмиль улыбнулся и подмигнул мне.

— Эмиль, ты случайно не спрашивал у Виталия, что-нибудь про амброзию, может, он что-то знает об этом? — с надеждой спросила я.

— Спрашивал. Он тоже слышал о случаях обращения людей в лад и лелей, но сам с ними не встречался, так что это всё ещё остаётся гипотезой, — Эмиль взял меня за руку и, глядя мне в глаза, поцеловал её.

Я обрадовалась.

— Если такие слухи ходят, то это возможно правда, и у нас есть шанс. Не так ли Эмиль?

— Шанс, дорогая, есть всегда, — ответил он. — Подожди минуту, я сейчас, — и он направился к выходу.

Аврора взглядом проследила за ним.

— Куда это он, Наташа?

Я пожала плечами.

— Не знаю, сказал на минутку.

И действительно, через минуту Эмиль вернулся, неся в руках большой, красивый букет роз.

— Это тебе, милая, — он положил букет мне на колени и поцеловал.

Я не ожидала такого, и растерялась.

— О, Эмиль, спасибо тебе большое, цветы просто шикарные, — я встала и обняла его.

— Балуешь ты её, Эмиль, — шутя, сказала Аврора.

— Пока есть возможность, — сдержанно ответил он.

Сказки когда-то кончаются. Время было позднее и ресторан начал пустеть.

— Как хорошо мы провели время, — с удовольствием сказала Фрейя.

— Надеюсь, мы ещё здесь встретимся, все вместе, — сказал Эрик.

— Мы все на это надеемся, — согласилась с ним Аврора, и искоса посмотрела на меня.

Назад домой все ехали в приподнятом настроении. Только я хлопала сонными глазами и всеми силами старалась не уснуть.

— Наташенька, детка, ты почти засыпаешь, — заметил Эмиль, и положил мою голову к себе на плечо, укрыв меня своим смокингом.

Мне стало тепло и уютно, и я мгновенно уснула.

Машина остановилась, и я почувствовала лёгкий толчок, но я так устала, что не могла открыть глаз. Меня аккуратно вытащили из машины, я сразу поняла, что это Эмиль, его руки я не перепутаю ни с чьими другими. Он понёс меня к себе в комнату на второй этаж, а я, обхватив его за шею, плавно плыла над полом. Эмиль положил меня на мягкую кровать, и я почувствовала, как с меня сползает платье. Я попыталась взять его за руку, но я так устала, что не достигла своей цели, и только слабо улыбнулась ему, не открывая глаз. Мягкое одеяло легло мне на плечи, и я окунулась в мир сновидений.

Глава 41

— Детка, доброе утро, — сквозь сон услышала я голос Эмиля и открыла глаза. Он сидел на краешке кровати и улыбался.

— Доброе утро, Эмиль. Где ты был всю ночь? — спросила я.

— Мы все были в гостиной. Перед отъездом Авроры, Фрейи и Эрика, мы обсуждали кое-какие дела. Вставай завтракать. Скоро они уедут, мы должны отвезти их на вокзал. Ты поедешь с нами?

Я потянулась.

— Нет, я, пожалуй, попрощаюсь с ними дома. Извини, я что-то устала, и не выспалась после вчерашнего, мы слишком поздно вчера приехали, надеюсь, они не обидятся на меня.

— Хорошо, оставайся дома, у нас ты в безопасности, а мы с Вильемом проводим их. Мы ждём тебя в столовой, приходи завтракать, — и он поцеловал меня в нос.

Я притянула его за руку к себе.

— Я помню, как ты вчера принёс меня к себе в комнату и уложил спать.

— Детка, мне приносит большое удовольствие носить тебя на руках, ты такая маленькая, и очень лёгкая, почти невесомая.

Я взяла его руку и уткнулась лицом в ладонь.

— Спасибо, Эмиль, ты очень заботливый.

— Хочешь, я тебя на руках в столовую отнесу? — предложил он.

Я засмеялась.

— Нет, я сама, а то с такими успехами я разучусь самостоятельно передвигаться.

— Тогда я жду тебя там, — сказал Эмиль и ушёл.

После завтрака, Аврора с Фрейей начали собирать вещи в дорогу, а я вызвалась мыть посуду.

— У нас появилась хорошая хозяйка, — улыбнувшись, сказал Вильем.

— Всего лишь на месяц, так что не расслабляйтесь, — ответила я.

Фрейя и Аврора вышли из своих комнат с чемоданами.

— Ну, всё, мы готовы. Где Эмиль? — спросила Аврора.

— Машину из гаража выгоняет, — ответил ей Вильем.

— Ну что, Наташа, давай прощаться, — Аврора, вздохнув, подошла и обняла меня. У меня на глазах навернулись слёзы.

— Пойдём, выйдем на улицу, поговорим, — дрожащим голосом попросила я. Она кивнула, и мы вышли из дома. Я обняла её.

— Аврора, ты стала мне как сестра. Мне очень грустно расставаться с тобой, да и со всеми вами. Вы все очень добры были ко мне, и снисходительны. Прошу тебя, помоги мне. Даже если вы не найдёте нужной информации, прошу, привези мне эту амброзию, я на всё пойду ради Эмиля.

Она смахнула с моей щеки слезинку.

— Я всё сделаю что смогу. Да и каждый из нас постарается тебе помочь. Это и в наших интересах тоже, мы не хотим потерять Эмиля.

— Ты обещаешь, что сообщишь мне, если появится какая-то новость? — спросила я, заглядывая ей в глаза.

— Я сообщу об этом Эмилю, он лучше в этом разберётся, чем ты, Наташа. Он будет решать, что делать, если легенды окажутся правдой.

— Я буду ждать столько, сколько это возможно. И если это будет не скоро, и Эмиль будет умирать, то прошу тебя Аврора, привези мне амброзию, так у нас хоть какой-то будет шанс.

— А если она убьёт тебя? — с тревогой спросила она.

— Тогда мы умрём с Эмилем вместе. Мне всё равно без него не жить, Аврора, — грустно сказала я.

Она крепко обняла меня.

— Спасибо тебе, Наташа, что так любишь моего брата. Я верю тебе.

На улицу вышла Фрейя и подошла к нам.

— До свидания, Наташа. Извини, что иногда вела себя как стерва. Ты хорошая девушка, и мы, вам с Эмилем, постараемся помочь.

Я обняла её.

— До свидания, Фрейя, ты хорошая лада, просто за брата переживаешь, я понимаю тебя.

По ступенькам сбежал Эрик.

— Сестрёнки, вы готовы?

Они закивали головами, а Эрик подошёл ко мне.

— Очень был рад познакомиться с тобой, Наташа. Ты хорошая девушка и достойна счастья в этой жизни, мы сделаем всё, что сможем. Я надеюсь, что эта встреча не последняя, — он галантно поцеловал мне руку.

Подъехал Эмиль и они стали загружать в багажник свои вещи, а Эмиль подошёл ко мне.

— Не скучай, мы через пару часов с Вильемом будем дома, займись пока чем-нибудь.

Они уехали, а я ещё долго стояла на лестнице дома, смотря им вслед.

Вздохнув я вошла в дом, и пошла на кухню, домывать посуду. Домыв её, я пошла в гостиную и забралась с ногами на диван, включив телевизор. Я щёлкала пультом по всем каналам, но ничего интересного не было. Да если честно, мне было не до телевизора, просто я пыталась отвлечься. Выключив телевизор, я уткнулась в подушку. На улице послышался лай Барта, я встала и вышла на улицу. Собака пыталась поиграть со стайкой воробьёв, которые при его приближении, высоко взлетали вверх. Увидев меня, он завилял хвостом и, подхватив палку, устремился ко мне, ему явно хотелось с кем-нибудь поиграть.

— Ну, хорошо, давай поиграем, — взяв из его пасти палку, закинула её в куст сирени.

Я, конечно, не хотела попасть туда, но у меня так получилось. Барт рванул к кусту и с силой начал рыть землю, пытаясь достать свою игрушку. Достав её, он с победоносным видом направился ко мне. Я ещё какое-то время поиграла с собакой, а потом села на скамейку. Но Барт настойчиво нёс мне палку, не желая прекращать игру.

— Ну, всё Барт, ты меня загонял, дай посидеть отдохнуть, иди, побегай куда-нибудь, — сказала я.

Собака села напротив меня, и повернула голову набок, внимательно посмотрев на меня, затем он гавкнул и устремился за дом.

— Вот и молодец, умная собака, — сказала я ему вслед.

Возле скамейки, на клумбе росли цветы, и я стала их рассматривать.

«Всё здесь красивое» — подумала я.

Если это было бы возможно, то я готова была прожить в этом доме до конца своих дней. Но дом этот Вильема, а Эмиль живёт в Москве, но этот дом стал мне родным, как и всё семейство Кейнов. В этом доме всё связано с Эмилем, здесь мы с ним счастливы. Я встала и обошла дом кругом. Он был очень большим для одного леля, но Вильем построил его с таким расчётом, чтобы сюда приезжали его братья и сёстры. Мне стало интересно, сколько же комнат в этом доме? И я решила его обследовать.

Я вошла в дом и поднялась на второй этаж. В правом крыле здания находилась комната Эмиля и ванная комната с туалетом, там я уже была. В других помещениях мне как-то не представился случай побывать, и я направилась в левое крыло, обнаружив там коридор, на полу которого лежала узкая дорожка. По бокам коридора находились двери, мне стало интересно, что за ними находится. Толкнув первую дверь, я оказалась в комнате для гостей, как и все три последующих. Пройдя дальше по коридору, я оказалась ещё перед одной дверью. Я вошла и сразу поняла, что это библиотека, которая ещё служила и кабинетом. Стеллажи в ней, сплошь были уставлены книгами. Я проходила мимо и трогала их руками.

«Неужели Вильем с Эмилем прочитали их все?» — подумала я. В библиотеке было прохладно и тихо.

«Подходящая атмосфера для чтения книг» — оценила я, и села за письменный стол, на котором стоял светильник, в виде обнажённой женщины с факелом в руках, который и служил источником света. Ещё на столе лежал ноутбук, но кому он принадлежал, я не знала, возможно, Эмилю.

Часы, висевшие на стене, начали бить в куранты, и я вздрогнула, их-то я сразу и не заметила. Часы пробили три часа, и я подумала: «Ещё полчаса и Эмиль приедет домой».

Мой взгляд упал на толстую книгу, лежащую на столе. Пододвинув её к себе, я поняла, что это фотоальбом, скорей всего он принадлежал Вильему. Я с интересом открыла первую страницу и увидела портрет молодого мужчины и женщины. Портрет был сфотографирован и помещён в альбом. Я перевернула фотографию, на ней была надпись: Сергей и Мадлен Кейн.

Вот как! Это были родители Эмиля, я видела их на картине, висевшей в гостиной над камином. Я долго смотрела на снимок, а затем перевернула страницу.

На остальных фотографиях были запечатлены все братья и сёстры семейства Кейнов, с детьми и мужьями Авроры и Фрейи. Большинство фотографий были старыми, но попадались и современные. Одежда на них менялась, от стиля девятнадцатого века, до нынешних дней. Вот и Аврора с Фрейей, со своими дочками, такими же светловолосыми и синеглазыми маленькими ладами, очень похожими на своих мам.

«Но и генофонд у этого народа!» — подумала я, и перевернула последнюю страницу. В этот момент, меня как будто ошпарили кипятком! На меня смотрел Эмиль, в строгом костюме и бабочке, рядом с ним стояла прелестная незнакомка в свадебном платье и фате. Внизу фотографии была надпись: «Свадьба Эмиля и Сью, десятое ноября». Год указан не был. Альбом выпал из моих рук и с тяжёлым стуком упал на пол.

Глава 42

— Дура! Какая я дура! — вырвалось у меня, и я закрыла ладонью лицо, мысли вихрем закрутились в голове.

«Он женат! А я влюбилась в него по уши! А он тоже хорош, имеет жену в Москве, а сам роман со мною крутит. Вот почему он всегда избегал разговора о том, что мы будем с ним делать после лета. Нет! Не может быть, я же вижу, как он любит меня! Неужели он обманывает не меня, а свою жену? Как это гадко с его стороны! Неужели я ошиблась в нём?»

Я вспомнила слова бабушки: «Поматросит и бросит. Ты ещё наплачешься из-за него!» Как она была права!

В висках, как молотом стучало: «Избалованный, богатый парень, решил развлечься со мной, пока он в отпуске. А его родственники! Лицемеры! Все знают, что он женат, и так нагло смотрели мне в глаза, вместе с ним обманывая меня!»

Всё смешалось у меня в голове. Я вспомнила его глаза, его улыбку, его голос, ту заботу, с которой он ко мне относился.

«Не может быть! Это просто дурной сон. Сейчас я проснусь, и это всё исчезнет». Но ничего не исчезло. Я почти уже ненавидела семейство Кейнов!

«Надо срочно уходить из этого дома, пока он не вернулся, не хочу лишних объяснений. Я просто оставлю эту фотографию в гостиной на столе, и он всё поймёт, и надеюсь, не будет преследовать меня. Я уеду из деревни, как можно быстрее, домой. И я всё забуду! Всё! Да зачем я обманываю себя, я никогда его не забуду! Но и сюда больше не вернусь».

Сердце сильно сжалось, и я опять плюхнулась на стул. В висках стучало, и меня начало слегка подташнивать. Внезапно дверь в библиотеку открылась, и на пороге появился Эмиль.

— Вот ты где, а я тебя по всему дому ищу. Он переоделся, и выглядел ещё стройней и изящней. На нём была чёрная майка, обнажающая его мускулистый торс, и шорты.

«Конечно, он считает, что он неотразим, и пользуется этим у глупых девчонок вроде меня» — раздражённо подумала я. Но факт оставался фактом, он действительно был неотразим.

Я сидела на стуле, как каменная статуя, не говоря ни слова. По моему лицу он понял, что что-то случилось.

— Что произошло? — с тревогой спросил он и подошёл ко мне.

Я не могла ответить, горло сжало в комок, и единственное о чём я подумала, это: «Как жаль, что я не успела уйти из этого дома».

— Что? — повторил вопрос Эмиль, заглядывая мне в лицо.

— Отвези меня домой, — сквозь зубы произнесла я.

— Но почему?! Что случилось?! — его глаза насторожились и стали тёмно-синими. Он положил мне руку на плечо, тревожно заглядывая мне в глаза. Я сбросила его руку и встала. Эмиль в недоумении обошёл вокруг меня, и его взгляд упал на пол. Он увидел альбом, который так и остался лежать открытым, на той свадебной фотографии.

— Ах, вот в чём дело! — он аккуратно поднял его и положил на стол. — Я думаю мне надо объясниться?

— К чему? Я не требую от тебя никаких объяснений, и так всё ясно. Отвези меня просто в деревню, и мы всё забудем, — мой голос звучал как металл.

— Но ты же из-за этого разозлилась? Ты меня ревнуешь? — улыбнулся он.

Я вспыхнула.

— Ещё чего! Не думай о себе больше, чем ты на самом деле есть!

— Тогда в чём дело? — спокойно сказал он.

Слёзы наворачивались у меня на глаза, и мне было трудно дышать. Проглотив комок, я ответила:

— Ты женат, и нам не следует больше общаться.

— Почему же не следует? Разве в этом есть что-то плохое? — Эмиль посмотрел мне в глаза, явно подразнивая меня.

— Да, для меня есть! — злобно ответила я. Его спокойный тон, с которым он говорил, меня раздражал.

«Он что, совсем не видит, что я к нему чувствую?»

Он, как будто прочитал мои мысли, а может быть и прочитал, не знаю.

— Я вижу, что ты чувствуешь ко мне, — начал он медленно, — но я не собирался тебя обманывать, поверь, я испытываю к тебе такие же чувства, что и ты.

— А жена как же? — язвительно заметила я.

Он опустил голову и замолчал, что-то обдумывая, а у меня предательски хлынули слёзы из глаз. Я зарыдала, пряча лицо в ладонях, злясь на себя, что дала волю чувствам. Эмиль подошёл и крепко обнял меня.

— Пусти! Не смей меня трогать! — выкрикнула я и попыталась вырваться.

— И не подумаю, пока ты не успокоишься, — сказал он.

Я высвободила правую руку и с силой ударила его по лицу, у меня началась истерика.

— Как ты мог, Эмиль?! Как ты мог, со мною так поступить?! — я ударила его ещё два раза, но он, как будто не чувствовал моих ударов. Он просто завёл мои руки мне за спину и ещё крепче прижал меня к себе.

— Всё? Выпустила пар? Тихо, успокойся. Если ты не успокоишься, я не смогу ничего тебе объяснить.

Я тяжело дышала, слёзы лились из моих глаз, намочив ему всю майку.

— Тихо, тихо, девочка, успокойся, — пел он мне на ухо, своим спокойным, бархатным голосом.

И я действительно стала успокаиваться, меня перестало трясти, я перестала всхлипывать. Он отпустил меня.

— Теперь мы можем спокойно поговорить?

— Да. Но после этого, ты отвезёшь меня домой, — тихо сказала я.

— Хорошо, я отвезу тебя домой, если ты захочешь этого после нашего разговора, но сначала выслушай меня, пожалуйста, — Эмиль заглянул мне в глаза, слегка сжав мне плечи. — Я женился на Сьюзен Бейрен в 1985 году, когда был с Эриком на раскопках на ближнем востоке. Она тоже была археологом.

— Можно покороче, — прервала я его. — Мне неинтересно слушать твою историю любви.

— Хорошо, не буду. Но если ты изменишь, своё мнение по этому поводу, не проси, не расскажу, — как-то печально сказал он.

— Не попрошу. Говори о главном, что хотел сказать и закончим на этом. А если тебе нечего сказать конкретно, тогда я пошла, — я встала и направилась к двери. Эмиль опередил меня, встав у меня на пути.

— О главном говоришь? Я скажу, и тогда, если ты захочешь, я не буду больше тебя держать. Может это всё и к лучшему, — с болью произнёс он.

— Так что? Говори, — жёстко сказала я.

Он тяжело вздохнул и провёл рукой по лицу.

— Она умерла. Давно.

На минуту воцарилась тишина, лишь было слышно, как тикают часы на стене. Вот этого я не ожидала! Я даже представить такого не могла! Я вскинула брови и открыла рот, слова застряли у меня в горле.

— Как…, как умерла? Она же…, лада!

— Представь себе, детка, лады и лели тоже могут умереть, сражаясь с демонами. Её убил демон, когда на востоке началась война с ними. Я не успел её спасти, — Эмиль опустил голову.

— Прости… прости меня… я не знала… я глупая, прости, — запинаясь, сказала я и обессилено, опустилась на стул.

— Сейчас ты хочешь отсюда уехать? — спросил Эмиль.

Я покраснела, вспомнив, какие ужасные обвинения я бросала ему в лицо.

— Нет. Но если хочешь ты, я уеду, — не глядя в глаза Эмилю, ответила я.

— Я не хочу, чтобы ты уезжала. Прости, я сам виноват, мне надо было давно рассказать тебе об этом. Я собирался, но боялся сделать тебе больно, в последнее время, на тебя и так обрушилось много информации обо мне, — Эмиль подошёл ко мне, но обнять меня больше не пытался. От стыда я не знала, куда прятать лицо, и слёзы с новой силой потекли из моих глаз. Сквозь рыдания я произнесла:

— Прости, что ударила тебя, Эмиль.

Он погладил меня по волосам.

— Это разве удары были? Я думал ты меня гладишь, мне даже приятно было, — попытался он пошутить, чтобы разрядить обстановку.

Я улыбнулась сквозь слёзы.

— Я рада, что тебе не больно было.

Эмиль стал вытирать мне глаза от слёз.

— Ну, хватит уже лить слёзы, а то будет потоп, дорогая.

Я обняла его и уткнулась ему в грудь.

— Вот и хорошо, всё разъяснилось, — с облегчением вздохнул он и добавил: — Девочка моя, никогда не делай поспешных выводов, пока не выяснила всё до конца.

Уже вечером, когда мы с Эмилем отдыхали в беседке, я спросила:

— Эмиль, ты любил свою жену?

— Я обещал, что не буду рассказывать тебе свою историю любви, — он запрокинул голову на изголовье диванчика и закрыл глаза.

— Ты ещё на меня сердишься? — спросила я.

— Нет, не сержусь. Ну, зачем тебе надо знать это? — ответил он. — Я тебя предупреждал, что ты не всё знаешь о моей прошлой жизни.

— Ты говорил, что вы можете любить только один раз, за всё время вашего существования. Если ты женился, значит, любил её? — сделала я вывод.

— Нет, я не любил Сью. Но она была дорога мне. Я очень ценил и уважал эту ладу.

— Если ты её не любил, зачем женился на ней?

— Она меня любила, поэтому и женился, — ответил Эмиль.

— Разве у вас так бывает, чтобы один любил, а другой нет? — спросила я.

— Бывает, но редко. Сью была очень одинока, у неё никого не было из родных. Когда она влюбилась в меня, я не мог смотреть на её страдания. Она знала, что я её не люблю, поэтому она могла умереть. Этого я допустить не мог. Есть такое слово, «сострадание», вот поэтому я женился на ней. И ещё, я потерял надежду на то, что когда-нибудь встречу свою любовь. Я прожил к тому времени 230 лет почти. Мы со Сью прожили недолго, всего год, и за это время, я ни разу не пожалел, что встретил её. И потерять её, для меня было большой трагедией, — Эмиль вздохнул и взъерошил свои волосы. — Прости, я, кажется, вдался в подробности. Сейчас у меня есть ты, и я люблю тебя, а это совсем другое чувство, чем у меня было к Сью. Оно больше и глубже. Без Сью, я не умер, без тебя я умру. И у нас с тобой сейчас непростая ситуация.

Я молча слушала его, и во мне поднималась ревность к его прошлой жизни. Эмиль обнял меня.

— Прости, что заставил слушать тебя это.

— Ничего, я сама этого хотела, так что мне не за что тебя прощать, — сказала я, и ближе подвинулась к нему.

— Давай забудем про всё это? — предложил Эмиль. — Теперь есть только ты и я.

— Забудем, — согласилась я.

Глава 43

— Эмиль, а твои родители, что с ними? — я помнила, с какой неохотой он говорил о своих родственниках, рассказывая мне, кто изображён на картине, но о Мадлен, Сергее и Алане, он тогда и слова не сказал.

— Извини, я не мог говорить о них тогда, вспоминать об этом очень больно. Но сейчас, ты должна всё знать обо мне и о моём прошлом, — он сделал небольшую паузу. — Они погибли на войне, с демонами. Демоны напали на нас внезапно, когда мы всей семьёй эмигрировали в Россию. Я говорил, что моей семье приходилось часто переезжать не только из города в город, но и из страны в страну. Так как мы не стареем и остаёмся вечно молодыми, нашему народу приходится часто менять место жительства. В этот раз родители выбрали Россию, Урал. В поисках тихого, красивого места, моя семья направилась в одно село на Урале, под названием «Октябрьское», там были очень красивые места, и мои родители, Сергей и Мадлен Кейн, решили построить там дом. Там-то и напали на нас демоны. Родители, защищая нас, погибли, демонов было слишком много. Но мы успели скрыться. На тот момент, я и Эрик были ещё детьми, спрятаться нам помогли Фрейя, Аврора, Вильем и Алан. Они были уже в зрелом возрасте лелей и лад, но они были ещё молоды, и не имели большой силы, чтобы сражаться с нечистью. После того, как мы похоронили родителей, мы отправились на Карпаты, где жили потом много лет, почти в глуши, где людей почти не было. Там мы с Эриком достигли своего совершеннолетия, то есть нам исполнилось по двадцать четыре года.

Я слушала Эмиля, не дыша. Эта сторона его жизни мне была неизвестна.

«Сколько же он видел в своей жизни, за свои триста лет существования, за один день, всего и не расскажешь?» — подумала я.

— Эмиль, я видела портрет над камином, где вы все уже взрослые. Но ты говоришь, что твои родители погибли, когда ты был ещё ребёнком. Как такое может быть?

— Всё верно, я на тот момент был ещё маленьким. Когда мы все были совершеннолетними, Аврора решила сделать общий портрет, пригласив к нам известного художника, но, а Фрейи пришла в голову неплохая мысль, присоединить туда наших родителей, благо их портрет сохранился, где они вместе. Так и получился этот портрет, который ты видела.

— Эмиль, а ты тоже, когда был ребёнком, питался амброзией? — спросила я.

— Да, до двадцати четырёх лет. Фрейя с Авророй ездили на Урал за ней. Там есть лели, которые добывают её в горах, а потом продают её тем, у кого есть дети.

— Значит сейчас, Аврора и Фрейя кормят своих дочерей амброзией? — я привстала на локте и посмотрела на Эмиля.

— Да. Но к чему это ты? — настороженно спросил он.

— Ну, я думаю… то есть я надеюсь, что Аврора привезёт её мне, — я смотрела на реакцию Эмиля.

Он нахмурил брови.

— Ты плохо представляешь себе, как действует амброзия на детей лелей и лад, Наташа. Наши дети её годами употребляют, чтобы потом обрести бессмертие к двадцати четырём годам жизни. Амброзия, я думаю, не действует мгновенно и не даёт быстрых результатов, по крайней мере, я не знаю таких случаев. От рождения, до совершеннолетия, каждый ребёнок проходит много этапов по изменению своего организма и подготовке к бессмертию. Мы называем это, «Сто шагов к вечности». За всё это время, дети проходят сто этапов изменения, от природы смертной, к природе бессмертной. Хотя сам процесс, нами до сих пор полностью не изучен.

— Это так сложно? — с беспокойством спросила я.

— Да уж, нелегко. Поэтому, я считаю, что все легенды, говорящие о том, что человек может стать лелем или ладой, после принятия амброзии, всего лишь выдумка людей.

— А как же переливание крови, Эмиль? Извини, это я прочитала в интернете.

Он закатил глаза.

— Это самая абсурдная версия, которую я слышал! У нас с вами разный набор хромосом, и это не только поможет, но может и убить человека, это я тебе говорю как врач. Наш народ конечно никогда не исследовал этого, и тем более не ставил экспериментов над людьми, но я думаю, что это невозможно.

Откровения Эмиля, привели меня в гнетущее настроение. Он обнял меня.

— Прости, родная, но я не хочу, чтобы ты жила иллюзиями насчёт этого, а реально оценивала ситуацию, в которой мы с тобой оказались, — на мгновение он задумался: — Хотя, чудеса случаются на земле, эта область превращения людей в нас подобных, не изучена, так что утвердительно ничего, сказать не могу.

Мне казалось, что мир с Эмилем, придуманный мной, рушится на глазах. Но что-то не давало мне полностью усомниться в этом, и где-то в глубине души я верила, что это возможно.

Глава 44

Дни летели один за другим. Как бы я хотела остановить время, но это было не в моих силах. Каждое утро я с надеждой смотрела, то на Эмиля, то на Вильема, но они только отрицательно качали головой, новостей от Авроры, Фрейи и Эрика, не было. С каждым ушедшим днём, моя надежда таяла. Эмиль смотрел на меня с печалью и болью, и мне казалось, что он уже мысленно прощается со мной. Вильем качал головой и вздыхал, глядя на нас с Эмилем. Наступили тяжёлые времена для всех нас. Вильем переживал за брата, потому что, тот погибнет, расставшись со мной. Я переживала, что не могу быть с Эмилем рядом, и он из-за этого умрёт. Эмиль переживал за меня, что я буду страдать из-за разлуки с ним. Круг замкнулся, выхода не было.

— Нам всё-таки придётся расстаться? — спросила я у Эмиля, когда мы гуляли за домом в лесочке.

— Скорее всего, да, — вздохнул он.

— Но ты ведь не сдашься? Ты будешь искать способ, чтобы мы были вместе? — с надеждой спросила я.

— Да, буду. Пока буду жив, — ответил он.

— И сколько ты можешь прожить без меня? — в надежде, что это произойдёт не очень быстро, спросила я.

— Не знаю точно. Каждый лель по-своему переносит разлуку с любимой. Можно прожить год, два, три года, иногда доходит до пяти, но не больше. Наше сердце разрушается от страданий со временем.

У меня на глазах навернулись слёзы.

— Тогда давай не расставаться, будем вместе, столько сколько сможем.

Эмиль печально посмотрел на меня.

— Детка, мне уже больно, что я разрушаю твою жизнь.

— Это неправда! Ты не разрушаешь мою жизнь, а наполняешь её смыслом! — возмутилась я.

— Каким смыслом, Наташа? — Эмиль с болью посмотрел на меня. — Нет смысла в том, чего ты хочешь, но не можешь получить из-за меня. У тебя нет со мною будущего, — глухим голосом произнёс он. — Я хочу кое-что тебе сказать, только прошу тебя об одном, не плачь, пожалуйста, ты разбиваешь мне сердце, когда я вижу, как ты плачешь.

— Не могу обещать, потому что не знаю, что ты мне скажешь. Но обещаю постараться держать себя в руках, — ответила я.

Эмиль опустил голову, пытаясь не смотреть мне в глаза.

— Мне звонили из-за границы, предлагают работу.

— Ах, вот как! — занервничала я и стала кусать губы, чтобы не дать воли слезам. — Но, а ты, как считаешь, тебе стоит поехать?

— Это я и хотел у тебя спросить, Наташа, стоит ли мне ехать. Дело в том, что мне всё равно придётся уходить с работы в Москве, я уже пять лет там работаю, и коллеги стали делать мне комплименты, по поводу того, что я хорошо выгляжу, и почти не изменился с тех пор, как пришёл к ним работать. Ну, ты сама понимаешь, о чём я. Уехать за границу было бы неплохо, даже потому, что можно расширить круг поисков о реальных случаях превращения людей в нас подобных.

— Ты же в это не веришь, зачем тебе искать доказательства? — почти с укором, сказала я.

— Не верю, но надежда умирает последней, я всё-таки поищу об этом информацию. Я же обещал не сдаваться, — Эмиль обнял меня и поцеловал.

— Заграница. Ты будешь далеко от меня, — я проглотила комок, подступивший к горлу, и не заплакала, боясь расстроить этим Эмиля.

Он посмотрел на меня сверху вниз.

— Вильем тоже верит в это, да и Аврора говорит, что легенды не врут. Я буду бороться и искать источники таких случаев.

Я посмотрела на него с надеждой.

— Правда?!

Эмиль кивнул головой.

— Правда, детка.

До моего отъезда оставалась неделя, ещё одна неделя счастья с Эмилем. Как больно осознавать, что разлука неизбежна. Лишь надежда успокаивала меня, что Эмиль найдёт таких лелей или лад, которые раньше были людьми, и мы всё-таки будем вместе.

Каждую минуту мы с Эмилем старались провести вместе, наслаждаясь последними днями перед разлукой. Вильем понимал всё и старался нам не мешать, каждый раз уходя, или уезжая куда-то, ссылаясь на неотложные дела, и я была благодарна ему за это. Каждый день я просматривала свою почту, в надежде на то, что кто-нибудь из Кейнов пошлёт мне весточку о том, что легенды не врут, и этому есть подтверждение.

Лишь однажды я получила от Авроры сообщение, и то это были наши с Эмилем фотографии, где мы были в ресторане. Тайком от Эмиля, я распечатала фотографии на принтере, и одну из них положила ему в карман пиджака. После моего отъезда он должен был найти её там. На обратной стороне фотографии я написала: «Люблю тебя больше жизни. Всегда твоя Наташа».

Глава 45

Время шло, и с каждым уходящим днём мне становилось тоскливей. В один из вечеров, мы сидели с Эмилем возле камина, и пили кофе. Вильем, как всегда, уехал по делам.

— Эмиль, обещай мне, что ты меня не забудешь, — грустно произнесла я.

Он встал с кресла и присел возле меня.

— Тебя невозможно забыть, Наташа, — он взял мою руку и поцеловал.

Я кинулась ему в объятия.

— Эмиль, тебя тоже невозможно забыть. Я буду ждать тебя столько, сколько потребуется, только возвращайся ко мне, пожалуйста.

Он на мгновение закрыл глаза, и мне показалось, что у него из глаз сейчас потекут слёзы. Я крепче обняла его, и мы долго сидели молча, в объятиях друг друга.

И вот настал последний день нашего с Эмилем счастья. Позвонила мама и уточнила, приеду ли я завтра. Я ответила, что приеду. Она взволнованно, спросила:

— Наташа, что у тебя с голосом? Ты чем-то огорчена? Это всё из-за этого парня, Эмиля?

— Мама, давай, это дома обсудим, я не хочу говорить об этом по телефону, — ответила я.

— Хорошо, дочка, поговорим об этом дома, — согласилась она. — Папа очень переживает за тебя. Уж не знаю, о чём он разговаривал с Эмилем, когда мы приезжали к вам, но он очень расстроен, — она тяжело вздохнула. — Бабушка приехала с Таунана? — поинтересовалась она.

— Да, вчера вечером. Мы с Эмилем ездили её встречать, — я села на подоконник и стала смотреть в окно, разговаривать с мамой мне сейчас не хотелось, голова была занята другими мыслями.

— Она себя хорошо чувствует? — опять спросила она.

— Да, хорошо. Она очень довольна, что побывала в гостях у сестры.

— Ну ладно, Наташенька, я вижу, ты не в настроении сейчас говорить со мной, мы ждём тебя завтра, папа встретит тебя на вокзале. Целую.

Я с облегчением захлопнула крышку телефона и уставилась в окно, за которым шёл дождь. Вот и осень пришла. Кончилось тёплое, счастливое лето, к горлу подкатил комок.

«Не плакать! Ты обещала Эмилю, что не будешь плакать, обещания надо выполнять!» — приказала я себе.

Завтра Эмиль отвезёт меня в деревню, чтобы я собрала вещи и попрощалась с бабушкой, которая была очень рада, что Эмиль забрал меня к себе, пока она гостила у сестры в Таунане. После того случая с Владом Блейком, Эмиль позвонил ей и рассказал, как один хулиган хотел меня обидеть, и что он забирает меня к себе, убедив мою бабулю, что так я буду в безопасности.

Влад Блейк — хулиган! Смешно! Он самый настоящий демон во плоти, о существовании которого никто не знает, кроме лелей и лад, ну и теперь, конечно, меня. Бабуля сначала с недоверием отнеслась к идее Эмиля, что я буду жить у него, но после того, как Эмиль заверил её, что я буду жить в одной комнате с его сестрой, она успокоилась, поняв, что в доме есть ещё женщины. Эмиль, конечно, умолчал о том, что сёстры скоро уедут, чтобы не огорчать понапрасну старушку.

И вот завтра я уезжаю из Карелии. Уезжаю от бабушки, от Эмиля, от дорогого моему сердцу края. После меня, через несколько дней, уедет отсюда и Эмиль. И не только отсюда, через месяц, а может и два, он уедет из страны. Мне хотелось реветь.

За всё лето, что мы провели с Эмилем вместе, он так и не стал моим первым мужчиной в моей жизни, и я не понимала, от чего он меня оберегает. Сейчас двадцать первый век, и девушкам не обязательно выходить замуж девственницами, тем более что замуж я ни за кого не собиралась, кроме него, но Эмиль был другого мнения насчёт этого.

Я вздохнула: «Сегодня наша последняя ночь с ним, и я должна этим воспользоваться» — подумала я, и у меня тут же в голове созрел план по соблазнению Эмиля. Я пойду ва-банк, и он никуда не денется, он всё равно станет первым и последним мужчиной в моей жизни, в данной ситуации он станет моим первым лелем, мужчин у меня никогда не будет. Эта мысль приободрила меня. Последний день с ним, и этот шанс нельзя было упустить.

После обеда, Вильем опять срочно собрался куда-то уезжать.

— Наташа, я приеду только завтра днём, тебя уже не будет у нас, и я хотел бы попрощаться с тобою сейчас.

«Как кстати! Спасибо, Вильем — подумала я!»

Он подошёл и обнял меня.

— Ты хорошая девушка, Наташа. Я желаю тебе счастья.

— Мы ещё увидимся, Вильем, я буду приезжать сюда, — ответила я.

— Возможно, ещё увидимся, было бы очень хорошо, — задумчиво произнёс он, не отрывая от меня взгляда.

— Пока, Вильем, желаю найти тебе хорошую ладу, чтобы ты наконец-то женился, — пожелала ему я.

— Буду искать изо всех сил, — шуткой сказал он, но его глаза оставались печальными. Вильем уехал, а я стала обдумывать план по соблазнению Эмиля.

— Наташа, я смотрю, ты сегодня в приподнятом настроении, — сказал Эмиль, заходя в гостиную.

Я улыбнулась, а сама про себя подумала: «Знал бы ты, что я для тебя приготовила!» Но вслух сказала другое:

— Эмиль, ты будешь звонить мне, когда я уеду?

Он посадил меня к себе на колени и обнял.

— Конечно, детка, пока в России.

— А потом? — тревожно спросила я.

— Милая, давай не будем забегать вперёд, время расставит всё по своим местам. Но могу тебе обещать, что я никогда тебя не забуду.

Я уткнулась ему в грудь.

— Я боюсь с тобой расставаться. Боюсь, что никогда не увижу тебя.

— Ну, детка, не надо так думать, мы все надеемся на благоприятный исход дела. Вот и родные переживают за нас с тобой. Они не хотят терять меня, как Алана.

— Я тоже не хочу тебя терять, Эмиль, и если ты согласишься, я приму амброзию, чего бы мне это не стоило.

Он нахмурил брови.

— Это слишком высокая цена для меня, Наташа. Я не могу на это пойти, я не хочу, чтобы ты погибла из-за меня. Он был непреклонен!

Я поцеловала его в губы и задержала поцелуй. Я почувствовала, как он поддался мне навстречу, и как его сердце забилось быстрей. Я запустила одну руку ему в волосы, а вторую под его футболку, готовая уже на всё. Дыхание его сбилось, и он крепче прижал меня к себе. Моя голова пошла кругом, и я забралась на него сверху, обхватив его бёдра своими ногами. Он ловко перевернул меня на спину, ещё раз поцеловал и встал с дивана. Я от досады чуть не заплакала.

«Ну ладно, мой миленький, я ещё кое-что для тебя приготовила» — подумала я и уткнулась в подушку лицом, делая вид, что я обиделась. Эмиль походил по гостиной, выпил два стакана воды, успокаиваясь, а затем подсел ко мне.

— Детка, не обижайся, пожалуйста. Поверь, если бы не эти обстоятельства, я бы давно женился на тебе, ты мне очень дорога.

Я нарочно сделала голос обиженным:

— Вижу, как я тебе дорога. Но и ты мне, Эмиль, дорог! Я не хочу оставаться девственницей, когда уеду отсюда.

Он улыбнулся и погладил меня по волосам.

— Это должен сделать тот, кто останется в твоей жизни навсегда. А у нас, посмотри какая ситуация, мы даже не знаем, что будет с нами завтра.

— Ты, останешься в моей жизни, навсегда, кроме тебя никого больше не будет, — твёрдо сказала я.

— Наташенька, поверь, жизнь сложная штука, твоё мнение через год или два может измениться.

— Посмотрим, что будет через год, или два, но я думаю, что ничего не изменится, — настаивала я.

— Посмотрим, — печально ответил он.

Весь оставшийся вечер мы провели возле камина. Я рассказывала Эмилю свои планы на жизнь, и в эти планы, конечно, входил он.

Эмиль улыбался, слушая меня внимательно и не перебивая. Его глаза неотрывно следили за мной, и в них угадывалась тоска, которая поселилась в его сердце.

Глава 46

— Уже поздно, тебе пора спать, Наташа, — сказал Эмиль, когда увидел, как я зеваю. Он встал и направился к лестнице, ведущей на второй этаж: — Я приготовлю тебе постель, пока ты принимаешь душ, — он кивком головы пригласил меня последовать за ним.

Я нехотя встала с дивана и последовала за ним.

«Всё, эта ночь должна быть моей, и ему не отвертеться от меня» — подумала я, заходя в душ.

Я тщательно помылась, почистила зубы и распустила волосы. Я знала, что Эмиль сейчас лежит на кровати и ждёт меня, чтобы потом усыпить, но в мои планы на эту ночь сон не входил, поэтому надев лёгкий, короткий халатик, я вошла в комнату.

Эмиль действительно лежал на кровати поверх одеяла, и что-то искал в телефоне, не обращая на меня внимания. Я вышла на середину комнаты и скинула с себя халат, оставшись совершенно обнажённой. Эмиль продолжал, что-то искать в телефоне, не замечая паузы, которая настала. Я почти не дышала, ожидая, когда же он посмотрит на меня. Он скорее почувствовал, что что-то не так, и медленно поднял на меня глаза. Сердце моё забилось быстрее, ведь это было первый раз, когда я по собственной воле предстала перед ним обнажённая. Какое-то время он пристально смотрел на меня, а я, смущаясь от его взгляда, непроизвольно прикрыла грудь руками, опустив глаза. Эмиль улыбнулся и, отложив телефон в сторону, направился ко мне. От волнения мои ноги предательски задрожали, но Эмиль, подойдя ко мне, поднял халат с пола и накинул мне на плечи. Затем обнял меня и прошептал на ухо:

— Не делай глупостей, девочка.

От обиды, слёзы брызнули у меня из глаз. Мой план провалился! Эмиль был неприступен, как каменная скала.

— Ну, детка, хватит слёзы лить. Пойми, не это главное в наших с тобой отношениях, а то, что мы любим, друг друга и хотим быть вместе. Хотя не знаю, что из нашей любви выйдет, — Эмиль прижал мою голову к своей груди и стал медленно покачиваться, успокаивая меня. Его бархатный голос, подействовал на меня, и вскоре я перестала хлюпать носом.

— У вас что, все лады выходят замуж девственницами? — спросила я.

— Да, но только после двадцати четырёх лет, когда становятся совершеннолетними. У нас брак, до двадцати четырёх лет — табу, так же как и секс вне брака.

— Понятно теперь, почему ты такой неприступный. А я вот, извини, не так целомудренна в этом вопросе. У нас у людей всё по-другому, — вздохнув, сказала я.

— Я знаю, поэтому и не сужу тебя, милая. По человеческим меркам, ты достаточно целомудренна, но я из другого народа, и у меня другие понятия об этом.

— Ты смеёшься, называя меня целомудренной?! Я буквально вешаюсь тебе на шею и тащу в постель! После твоих слов мне просто стыдно смотреть тебе в глаза, — я отвернулась, чтобы Эмиль не видел, как покраснели мои щёки.

— Детка, это нормально, ты порядочная девушка, я в этом не сомневаюсь. Ты просто любишь меня. Слушай меня и свой здравый смысл, — Эмиль заглянул мне в глаза.

— Слушаться тебя? У вас что, так принято, чтобы лады слушались своих лелей?

— Да, дорогая, и это правило, которое они не могут нарушить.

— И лады, насчёт этого, не поднимают протестов? — удивилась я, узнав о таких взаимоотношениях между ними.

— Нет, они не протестуют. Потому что лели заботятся о них и своих детях. Любят своих лад, защищают, чего бы им это ни стоило, и никогда не обижают.

— Похоже, лели идеальные мужья, раз лады не ропщут, — заметила я.

— Так оно и есть, мы идеальны, по сравнению с людьми. Всё в этом мире относительно, дорогая.

— Эмиль, я буду слушаться тебя всегда и во всём, лишь бы ты всегда был рядом со мной, — вздохнула я и прижалась к нему.

— Вот и хорошо. Тогда ложись отдыхать, а то завтра тебя не разбудить будет, — Эмиль ласково погладил меня по голове.

Я кивнула и направилась к кровати. Уже лёжа в постели, в объятиях Эмиля, я спросила:

— Эмиль, ты уже один раз был женат. Если ты женишься на мне, это не будет противоречить вашим правилам?

— Нет, не будет. Потому что Сью уже нет, и мне теперь можно жениться. Хотя, у Небесных, не возбраняется полиамория, это связано с тем, что мы умираем без любимых, или в боях с демонами, хотя то и другое, случается редко. Я же женился на Сью из сострадания. Я не хотел, чтобы она умерла из-за любви ко мне.

— А если бы она не погибла, и ты встретил меня? — с ужасом сказала я, представив эту ситуацию.

Эмиль закрыл глаза.

— Тогда бы была катастрофа! Я, не смог бы бросить её, и тогда умер бы от любви к тебе, а если бы я умер, умерла бы и Сью.

— У вас всё очень сложно, — заметила я.

— И очень, бывает, трагично кончается, — добавил он. — Но, я тебе говорил, что у нас не запрещена полиамория, так что тут дело вкуса.

Я не знала, радоваться мне, или сочувствовать Эмилю, потому что Сью больше нет. Во мне играли противоречивые чувства.

— Что это такое, полиамория, Эмиль? И как она влияет на отношения влюблённого леля?

— Это когда, детка, трое молодых Небесных любят друг дружку, и создают семью, чтобы один из них не умер. С точки зрения людей, это недопустимо, но нас природа поставила в такие условия, нам, вольно или невольно, приходится прибегать к полиамории, чтобы сохранить нашу популяцию. Наши лады, за всю свою жизнь рожают одного, в крайнем случае, двух детишек, поэтому нас так мало по сравнению с людьми.

— А как же ваша семья, ведь вас шестеро было у родителей?! — воскликнула я.

— Таких случаев один на миллион, наши родители были уникальны! Если бы Сью была жива, ты согласилась бы милая стать моей женой?

— Втроём! Ты хочешь сказать, чтобы мы жили втроём!

— Прости, детка, не надо было начинать этот разговор, я тебя прекрасно понимаю, ты бы не согласилась, о чём я говорю, — Эмиль зарылся лицом в мои волосы, шумно вдыхая мой запах.

Я немного поостыла и представила себе эту ситуацию, затем шепнула Эмилю на ухо:

— Не знаю, может и согласилась, не представляю даже, как я могу тебя потерять.

Эмиль широко улыбнулся и сгрёб меня в охапку.

— Спасибо, любимая.

Мы замолчали, думая каждый о своём. «Темнота и тишина, вот это наверно и есть настоящий покой» — подумала я.

Эмиль гладил меня по волосам, и трогал кожу на моей руке, лёжа с закрытыми глазами. А я смотрела, как переливается в темноте его лицо, руки, грудь. Он был прекрасней всех мужчин на свете! Этот таинственный, перламутровый цвет его кожи, завораживал меня, и я не могла оторвать от Эмиля своего взгляда. Душа его была чиста, а мысли светлыми. Без лжи, лукавства и обмана, он действительно был идеальным лелем, таким, о котором я всегда мечтала — принцем на белом коне, в данном случае, он был — лелем на серебристом «Бентли», что тоже довольно неплохо. Эмиль был само олицетворение любви и верности.

Я обняла его и прошептала на ухо:

— Если ты через полгода не вернёшься ко мне, я сама тебя найду, и не дам тебе умереть.

— Спасибо, милая моя девочка, за твою любовь, — ответил он, и мне показалось, что голос его дрогнул.

Мы лежали в темноте и смотрели друг на друга, не произнося больше ни слова. Он стал напевать мне мелодию — «Гармония музыки и природы», Фрэнка Дюваля. Его голос был настолько красивым, как музыка, которая вливалась и растворялась во всём моём теле, успокаивая и усыпляя меня.

Глава 47

— Детка, пора вставать, — его дыхание щекотало мне ухо.

Спросонья я не поняла, зачем Эмиль меня будет. Но вспомнив, что я сегодня уезжаю, я резко встала с кровати. Я уснула этой ночью! О Боже, я уснула в последнюю с нашей Эмилем ночь! Непростительная ошибка с моей стороны!

— Сколько время? — спросила я.

— Семь утра. Не торопись, ты успеешь собраться, и мы ещё заедем к твоей бабушке, — спокойно сказал Эмиль.

— Я не об этом. Эмиль, я уснула! Уснула в последний наш день! Мне так жаль, — уткнулась я ему в плечо.

— Зато ты выспалась. Наташа, есть такая пословица, «Перед смертью не надышишься». Так что ничего страшного нет в том, что ты уснула. Ты собирайся, детка, а я пойду, приготовлю завтрак, — он чмокнул меня в нос и направился к двери.

Сидя за столом, я ковырялась в тарелке, есть совсем не хотелось. Эмиль поглядывал на меня, но ничего не говорил. Я отодвинула от себя еду.

— Хоть бутерброд съешь, пожалуйста, не голодной же тебе ехать, — сказал Эмиль.

Я кое-как запихала в себя бутерброд и выпила чашку кофе.

— Спасибо, я наелась.

Эмиль собрал тарелки со стола и поставил их в мойку.

— Наташа, иди пока вещи собери, я буду ждать тебя в гостиной.

Собрав вещи, я написала на листе бумаги свой адрес и телефон, потом сняла с пальца золотое колечко, которое родители подарили мне на шестнадцатилетие, и всё это положила в конверт, оставив его на тумбочке.

— Я ещё сюда вернусь! Обязательно вернусь! — сказала я вслух, и вышла из комнаты, неся в руках сумку.

— Я тебе оставила конверт на тумбочке, в твоей комнате, приедешь домой, открой его, — сказала я, когда мы ехали по дороге в деревню.

— И что мне, девочка моя оставила там? — улыбнулся Эмиль.

— Свой адрес и телефон, и ещё кое-что, сам увидишь, — ответила я.

— Ты меня заинтриговала, — вздохнул он.

Подъехав к дому, Эмиль сказал:

— Наташа, у тебя есть час, чтобы собрать вещи и попрощаться с бабушкой.

Я кивнула головой. Бабуля уже стояла на крыльце, когда мы вошли в калитку.

— Здравствуйте, мои дорогие! А я вам завтрак приготовила, как всегда, Наташины любимые блинчики. Позавтракаете со мной?

Мы с Эмилем переглянулись и поняли, обижать бабушку отказом, было бы нехорошо, придётся есть блины.

— Спасибо, бабуль, мы с удовольствием поедим твоих блинчиков, — ответила я.

Довольная бабуля суетилась на кухне, то, подливая нам чай, то подставляла поближе блюдце с вареньем.

— Спасибо, Мария Михайловна, блинчики у вас очень вкусные, просто пальчики оближешь, — нахваливал её Эмиль.

Когда блины были съедены, а вещи собраны, мы присели на кухне.

— Наташенька, внученька, так тяжело с тобой прощаться, — запричитала бабуля. — Ты хоть приедешь на следующее лето ко мне? Если конечно я доживу, — она краем передника вытерла набежавшую слезу.

Я обняла её за плечи.

— Ба, конечно приеду. И не вздумай умирать, ты ещё должна правнуков дождаться, — пыталась приободрить её я.

Она улыбнулась.

— Будьте с Эмилем счастливы, я вижу, как вы любите, друг друга, — и она опять начала вытирать глаза.

— Но-но, не плакать, ба.

— Нам пора, а то опоздаем на поезд, — сказал Эмиль.

Мы с бабушкой ещё постояли на крыльце, обнимая друг друга.

— Береги вас Бог, дети, — сказала она и осенила крестным знамением, когда мы с Эмилем направились к калитке.

Я махала ей рукой, пока машина не скрылась за лесом. Тяжело прощаться с любимыми людьми. Я смотрела в окно, как удаляются от меня дома моей родной деревни. «Я ещё приеду сюда, обязательно приеду» — дала я себе клятву.

На вокзале Эмиль купил мне билет, и мы присели за зданием вокзала на скамейку, до поезда оставалось полчаса.

— Эмиль, это же не конец? — спросила я с надеждой.

Он вздохнул.

— Не знаю, милая, не хочу тебя обнадёживать, но я сделаю всё, что в моих силах.

— Я не смогу без тебя жить, Эмиль. Возвращайся, пожалуйста, ко мне, — я с мольбой смотрела на него.

Он обнял и прижал меня к себе.

— Я тоже не смогу без тебя жить, любовь моя, я очень сильно люблю тебя.

Что ещё можно было сказать в данный момент, всё, что мы хотели сказать друг другу, давно было сказано, и мы сидели молча, прижавшись, друг к другу. Вдали послышался гудок поезда, и я вздрогнула, схватив Эмиля за руку.

— Эмиль, я верю тебе, ты вернёшься.

Он взял мою сумку и встал.

— Пошли, поезд подходит.

Он занёс мою сумку в купе, и вышел на улицу, до отправления поезда осталось десять минут. Меня охватила паника, и слёзы брызнули из моих глаз.

— Эмиль, милый, помни меня, и никогда не забывай, верь, я люблю тебя больше жизни.

Он взял моё лицо в свои руки и стал целовать мои губы, лоб, глаза, щёки. В его глазах появился металлический оттенок, и по его щеке потекла слеза. Он смахнул её.

— Иди, а то поезд уйдёт без тебя. Я тебе позвоню завтра, когда ты приедешь домой.

— Эмиль, нет, я не хочу… — мой голос утонул в гудке локомотива.

Он последний раз поцеловал меня в губы и, развернувшись, зашагал к зданию вокзала.

— Эмиль! Эмиль! — закричала я, но он не обернулся.

Чьи-то руки схватили меня и затащили в тамбур, поезд тронулся. Я вспомнила его слова, которые он мне когда-то сказал: «Я лель, а ты моя снегурочка».

Да, конечно, ты лель, а я твоя снегурочка. У этой сказки был плохой конец. История повторилась. Поезд увозил меня от моей любви, от моей сказки, от моей мечты. Последний раз я увидела, как за поворотом мелькнул его автомобиль.

— Я люблю тебя, Эмиль, — прошептала я.

© Наталья Горячева, 2017

Content

Наталья Горячева
Сто шагов к вечности
Книга 1

Наташа

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Эмиль

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Наташа

Глава 35

Глава 36

Глава 37

Глава 38

Глава 39

Глава 40

Глава 41

Глава 42

Глава 43

Глава 44

Глава 45

Глава 46

Глава 47